Министерство Общего и Профессионального Образования
Самарский Государственный Педагогический Университет
Курсовая работа
на тему:
«Сравнительный анализ сказок, сочиненных студентами музыкального и психологического факультетов»
Выполнила: студентка 3 курса
специализации
возрастной психологии
Клюева Ю.А.
Проверила: ст. преподаватель
Саломатина Т.В.
Самара – 2002.
Содержание.
Введение.
Глава 1. Комплексная сказкотерапия.
Структура комплексной сказкотерапии.
Преимущества комплексной сказкотерапии.
Эффект от внедрения комплексной сказкотерапии.
Глава 2. Семантическое пространство проективной сказки.
Понятие семантического пространства.
Механизмы установления сходства семантических пространств.
Средства анализа сочиненной сказки.
Диагностические возможности сказки.
Глава 3. Психокоррекционные возможности сказкотерапии.
Возрастная динамика использования психокоррекционно-развивающих функций народных сказок.
Алгоритм работы с клиентами зрелого возраста.
Частные приемы работы со сказкотерапией.
Глава 4. Исследовательская часть.
Заключение.
Приложение.
Введение.
Интерес психологов к сказке существует давно. Однако только в последние годы возникла сказкотерапия как самостоятельное направление практической психологии и сразу же приобрела огромную популярность(2,3). Нам бы хотелось подчеркнуть актуальность применения сказки как проективной методики в работе со взрослыми, так как сказка занимает незаслуженно низкое положение. Все мы стремимся узнать нечто новое, познакомиться с последними разработками в области педагогики и психологии, использовать не известные ранее технологии. Но часто забываем о том, что нам известно с раннего детства, — о сказках. Мы знаем их, но не обращаем внимание на это знание, считая его уже использованным багажом. Но это не так. В сказках для нас есть еще много неоткрытого и невостребованного. Сказка – это удивительное по силе психологического воздействия средство работы с внутренним миром человека(2,74). Количество проблем, с которыми сталкиваются люди, с каждым годом растет. Они требуют своего решения. А сказка помогает не только выявить и осознать эти проблемы, но и найти выход из сложившейся ситуации.
Для психодиагностики проблем клиента чаще всего используются опросники и проективные методики. При применении опросниковых методов возникает проблема неискренности клиентов, так как большинству людей свойственно стремление казаться лучше, чем они о себе думают. Кроме того, опросники ограничивают клиентов в выборе обсуждаемых проблем, так как предлагают уже готовый и общий для всех перечень вопросов, на которые предлагается дать ответ. Причем не акцентируется внимание на том, актуальна для человека обсуждаемая проблема или есть что-то более значимое. Существенная особенность опросниковых методов и в том, что они адресуются к осознанной информации клиента. Сказка же по своим свойствам являет противоположность опросникам(2,180).
Этот вид диагностики в разных формах используются во всем мире в виде проективной методики, и как инструмент работы практического психолога удобен по многим соображениям. На начальном этапе сказка позволяет наладить контакт и разговорить клиента, а так же в быстрой и щадящей форме очертить его проблемное поле, выяснить, что на данный момент времени его больше беспокоит(5,172). Кроме того, у клиентов меньше возможности искажать или утаивать информацию, так как она извлекается из бессознательного и выражается на языке метафор, а не открытым текстом.
На первом этапе работы нами было принято решение провести исследование, которое позволило бы выявить эффективность использования сказки как проективной методики при раскрытии актуальных для студентов проблем. Данное исследование мы проводили на факультете музыкального образования. В этом году цель нашей работы – сравнительный анализ сказок, сочиненных студентами-музыкантами и студентами-психологами, выявление сходства и различий в построении сюжета, позициях героев, средствах решения проблем, наличии атрибутов связанных с будущей профессиональной деятельностью.
Глава 1. Комплексная сказкотерапия.
Структура комплексной сказкотерапии.
Комплексная сказкотерапия – метод, использующий сказочную форму, ореол волшебства для интеграции личности; развития творческих способностей, адаптивных навыков; совершенствования способов взаимодействия с окружающим миром.
В структуру комплексной сказкотерапии в технологической последовательности входят пять блоков:
Блок психологической диагностики реализует функцию сбора материала о затруднениях или потребностях развития и индивидуального развития и самовыражения. Он включает выполнение проективных тестов в форме сказок; беседу с родителями, членами семьи, драматизацию в форме сказок актуальных ситуаций и др.
Блок психолого-педагогической коррекции направлен на обогащение спектра позитивных приемов взаимодействия, представленных в сказочной форме (психодинамические и статические медитации, создание сказочного контекста и путешествие по Сказочной Стране, решение сказочных задач).
Блок социально-психологической адаптации служит для закрепления новых форм позитивного поведения и взаимодействия, адаптации индивидуального стиля жизни к условиям социума. В состав блока входят следующие приемы: встречи со сказочными существами, сочинение сказок, различные формы рассказывания сказок и пр.
Блок творческого самовыражения реализует задачу развития творческих проявлений в повседневной жизни, усиления спонтанности и сепарации от условий тренингового процесса. В состав блока входят следующие приемы: самостоятельное составление картин из песка, самостоятельная постановка спектакля и пр.
Блок работы с родителями, членами семьи, социальным окружением(4,44).
В нашей исследовательской работе мы решили остановиться на первом блоке комплексной сказкотерапии, а именно на психологической диагностике с помощью проективной сказки. Что в свою очередь, не исключает дальнейшей работы в данном направлении, то есть переход к следующим блокам комплексной сказкотерапии.
Преимущества комплексной сказкотерапии.
Комплексная сказкотерапия предполагает как индивидуальную, так и групповую форму работы. В ее преимущества входят:
Охват широкого возрастного диапазона – от 3-х лет без ограничений верхней границы.
Широкий спектр решения разнообразных психолого-педагогических проблем: от плохой успеваемости до разрешения кризисных ситуаций и проблем в бизнесе, ибо предполагает раскрытие конфликта и поиск путей выхода в доступной и интересной сказочной форме.
Синтез разнообразных новейших психологических подходов, что позволяет на его основе оказывать наиболее эффективную помощь.
Возможность использования как эффективного метода обучения дошкольников и школьников, в случае адаптации в ее рамках учебных программ.
Структурная гибкость: возможность реализации, как целиком, так и отдельными элементами, в зависимости от целей социально-психологической работы или педагогической.
Открытость для включения новейших психологических разработок.
Реализация настоящей технологии не требует больших материальных затрат и предполагает наиболее полное использование имеющихся активов(4,45).
Эффект от внедрения комплексной сказкотерапии.
Снижение уровня внутренней тревожности и агрессивности, повышение успеваемости, развитие позитивной коммуникации, развитие нравственных ценностей и творческих способностей у детей и подростков, взрослых.
Стабилизация социально-психологического климата в семьях и психолого-педагогических коллективах.
Создание новых учебно-развивающих программ педагогами, воспитателями, социальными работниками, дефектологами(4,45).
Что касается следующих глав, мы хотели бы перейти к рассмотрению
частных вопросов, связанных с методом проективной сказки.
Глава 2. Семантическое пространство проективной сказки.
Понятие семантического пространства.
Как уже упоминалось, сказка как инструмент работы психолога удобна по многим соображениям. Клиентов она устраивает, потому что (1) доступна – «всем возрастам покорна», подходит людям разных интеллектуальных способностей, не предполагает долгих разъяснений, задания схватываются на лету; и (2) привлекательна – к сказкам устойчиво закрепилось положительное отношение, проистекающее из переживаний далекого детства. Для психолога сказка хороша тем, что (3) иносказательна – насыщена метафорами и образами, благодаря условности сюжета и места действия позволяет снизить естественное сопротивление клиента; и (4) многомерна – не только наполнена глубинными архетипическими элементами, но и соотносится с реальными жизненными событиями, то есть адресуются к индивидуальной целостности человека. Особенно следует подчеркнуть, что сказка из средства психодиагностики легко превращается в психотехническое средство – становится агентом коррекционного преобразования, совершенно не теряя при этом богатых диагностических возможностей(3,72).
Следует подробнее остановиться на том, почему мы уверены в том, что испытуемый проецирует свои жизненные проблемы на сюжет сказки, ее персонажей, в том числе идентифицирует себя с одним из действующих лиц. Это объясняется существованием семантического пространства – это душевный мир человека, в котором окружающий мир представлен через призму интересов и опыта живущего в нем человека. Душевные миры разных людей могут быть сколь угодно различны, но все они похожи между собой в той части, в которой несут в себе особенности окружающего мира. Это семантическое пространство содержит в себе множество подпространств – фрагментов внутреннего мира человека, соответствующих некоторым фрагментам внешнего мира и жизненному опыту взаимодействия человека с ним. Например: «моя работа», «моя семья», «круг друзей», «город, в котором я живу» и др. Каждое такое пространство содержит множество сведений о некотором фрагменте мира, воспоминаний о своих и чужих действиях, личных переживаниях в связи с ними, объяснений устройства этого мира, а также собственные ожидания от него или опасения, жизненные планы и многое другое. (5,74)
Повседневная жизнь человека есть непрерывное путешествие из одного семантического пространства в другое – по мере того, как человек относит (идентифицирует) себя к той или иной общности людей, обладающей сходными смысловыми характеристиками: потребностями, интересами, знаниями, привычками, установками и пространств. Такое пространство субъективно в принципе, в нем самым причудливым образом сплетены и взаимно обусловливают друг друга порой самые неожиданные содержания. Причем семантические «переходы» создаются в соответствии с особенностями жизненных событий (3,75).
Семантическое пространство жизни способно отражаться в любые виды продукции производимой человеком, например, рисунки. Кроме того, переменные, существующие в жизненном пространстве, обнаруживают себя и в сказках, которые сочиняет ребенок или взрослый. Разумеется, в сказке, как и в рисунках, отображается не все пространство, а лишь какая-то часть его. Языки обоих пространств, будь то пространство сказки или рисунка и жизненное смысловое пространство, могут рассматриваться как метафоры в отношении друг друга – как иносказание, намек, аллегория. В общем случае, два семантических пространства однозначно взаимно отображаются друг в друга, если любому содержанию одного из них может быть поставлено в соответствие некоторое содержание другого, так что язык каждого из них может быть иносказательно (метафорически) использован для описания содержания другого(3,76).
Когда мы толкуем сказку, то стремимся восстановить переменные, по которым имеется изоморфизм (сходство, подобие) между жизненной ситуацией клиента (ее фрагментами) и текстом сказки. Два семантических пространства сходны (подобны, изоморфны) друг другу, если между их элементами возможно взаимное отображение. В основе некоторого сходства между изоморфного пространства могут лежать: структурное подобие, динамическое сходство, мозаика переживаний, паттерны отношений и многое другое. Когда мы толкуем сказку, то стремимся восстановить переменные, по которым имеется изоморфизм между жизненной ситуацией клиента (ее фрагментами) и текстом сказки. В идеальном варианте мы уже все знаем про своего клиента, а в сказке лишь находим соответствие тем или иным особенностям его жизненной ситуации: проблемы, установки, стратегии и пр. Но даже в этом случае приходится уточнять, какому фрагменту жизни клиента соответствует расклад персонажей, какой персонаж какому реальному человеку соответствует и т.п. В наиболее трудном «слепом варианте мы имеем лишь текст сказки, по которому надо сочинить нечто правдоподобное о неизвестном нам человеке – вероятность «попадания» будет ниже. Но чаще всего мы имеем нечто промежуточное – что-то уже знаем, а о чем-то еще требуется узнать. Поэтому, предпочтительно собрать такую информацию, которая давала бы надежные опоры для калибровки – фактические данные. В сказке лучше проявляются собственно смысловые особенности, то есть отношение человека к жизненным реалиям. Сказка хороша там, где мы готовимся очертить проблему, охватить ключевой круг реально работающих метафор (глубинных образов), составить «баланс» ресурсов клиента (недостающих и опорных) и т.п. Задача психолога не в том, чтобы что-то узнать о фактах жизни человека, а о том, какова эта жизнь в его представлениях. Кроме того, сказка позволяет вскрыть содержательные и динамические моменты, особенно типичные затруднения и привычные стратегии взаимодействия, способы решения возникающих проблем(3,77).
Механизмы установления сходства семантических пространств.
Каким же образом в субъективном мире клиента происходит поиск сходного содержания между сочиняемой сказкой и своим жизненным миром? Клиент, как и психолог, способен толковать сочиняемые сказки. Правда, сходство им осознается лишь при достаточно явных параллелях между сказкой и жизнью, но иногда приходится опасаться такого обнаружения. Сама же способность находить соответствие не ограничивается осознанием – она составляет фундаментальное свойство психики. Даже если человек не осознает наличие сходства, такое сходство он все же чувствует(3,82).
Момент обнаружения (его субъективное переживание) сходства между семантическими пространствами, одним из которых является образ мира данного человека, называется семантическим резонансом. При этом фрагмент образа мира, с которым установлено такое соответствие, актуализируется, «распаковывается», приводится в рабочее состояние. Момент возникновения семантического резонанса переживается как узнавание, понятность, сходство.
Как было показано в разных работах (С.Д.Смирнов, Е.Ю.Артемьева, В.В.Петухов), образ мира человека содержит глубокие ядерные структуры, которые служат переводчиками из одной модальности в другую, из одних образов в иные. Такой процесс поиска соответствия эволюционно заложен как механизм минимизации затрат, благодаря которому живое существо быстро находит в опыте в чем-то схожие заготовки для решения жизненных задач. И именно этот процесс поиска соответствия между актуальной ситуацией и фрагментами опыта можно назвать трансдеривационным поиском (извлечение схожего), механизмом которого выступает семантический резонанс (момент обнаружения сходства, его субъективное переживание).
Если в резонанс вступают те фрагменты образа мира, которые соотносятся с проблемами или надеждами человека, субъективно возникает ощущение значимости, важности, сокровенности и пр. При этом качество переживаний может быть самым разнообразным: беспокойство, страх, тоска, восхищение, тихая радость, грусть, злость, раздражение, тупость, подозрение, скука – всегда именно те чувства, которые хранятся в актуализированном фрагменте. Актуализированное содержание и переживается актуально, в режиме здесь и теперь. Оно может быть замаскировано или прикрыто средствами сознательного контроля или привычками, которые возникают в ответ на особенности ситуации. Избежать этого практически невозможно(3,84).
Средства анализа сочиненной сказки.
Говоря о психологическом анализе сказок, следует отметить ряд способов их интерпретации. Один из самых простых подходов – поведенческий, или бихевиоральный – велит относиться к сказкам как к описанию возможных форм поведения. Трансактный анализ обращает внимание на ролевые взаимодействия в сказках. Иными словами, каждый персонаж может описывать реального отдельного человека, вернее – определенную роль, которую человек может играть или даже брать в основу своего жизненного сценария (по Э.Берну). Другой очень плодотворный подход рассматривает героев сказки как субличности, части «я» одного человека. Это в основном является точкой зрения юнгианской аналитической психологии. Те, кто уделяет внимание эмоциям, также часто рассматривают сказочных героев как персонифицированные эмоции. Какими бы выдуманными ни были персонажи и их действия, вызываемые ими эмоции совершенно реальны. При этом чаще всего говорят об отыгрывании эмоций. Гипнотическая школа обращает внимание на сходство между наведением транса и прослушиванием, проживанием сказки. В рамках данного подхода утверждается, что сказка может не только предлагать, но и внушать модели поведения, ценности, убеждения, жизненные сценарии (6,23).
Мы в своей работе будем придерживаться схемы анализа сказок, предложенной Е.Л.Доценко, с опорой на способы интерпретации, используемые в ТАТ.
Используемые средства анализа сказки – это измерения субъективного семантического пространства ее автора. Токовать с их помощью можно лишь потому, что это не столько элементы собственно сказки, а элементы семантического пространства, изоморфного некоторому участку жизненного семантического пространства данного человека.
Тема – то, о чем сюжет, на чем строится интрига действия; толкуется как значимая сфера жизни испытуемого. Например, очевидно различную заинтересованность отражают такие темы как путешествия, семейные сцены, поиск друзей, таинственные превращения, исполнение желаний и т.д. К особым темам (по аналогии с ТАТ) можно отнести одиночество, суицид, наркотизацию, сильные конфликты (тяжелые войны), смерть близких, бессмысленность жизни, избыточная эйфория и прочие.
Персонажи – круг основных действующих лиц, их характеристики. В зависимости от цели исследования могут толковаться либо как значимые лица из окружения ребенка или взрослого, либо как персонификация его внутренних устремлений, как субличности, сотрудничающие в деле достижения жизненных целей или конкурирующие за право диктовать поведение.
Герой – персонаж, с которым идентифицируется рассказчик или участники совместной работы над сказкой. Выявляются особенности образа Я, самосознания, отношение к себе и прочие важные характеристики.
Отношения между персонажами и героем – типы взаимоотношений, к которым можно их отнести: соперничество или сотрудничество, забота, помощь, жертва и преследователь, совместное обогащение, интеллектуальная борьба…Толкуются либо как преобладающие в жизни рассказчика виды отношений со значимыми людьми, либо как желаемые образцы отношений — в зависимости от контекста и других дополнительных признаков.
Типичные события – то, что составляет основную фабулу сказки: преследования, поиск кладов, создание лучших условий жизни, исцеление, поиск лучшей жизни и др. Толкуются подобно отношениям и теме.
Трудности (проблемы, затруднения) – типичные (наиболее частые), важные (эмоционально нагруженные) проблемы, с которыми сталкивается испытуемый. Мы стремимся понять, откуда, от кого и какие именно проблемы приходят, для кого именно создаются трудности.
Типичные средства совладания с возникающими трудностями. Для анализа можно использовать любые подходящие понятия, можно использовать такие классификационные основания как уход/нападение, обман/открытость, контроль себя/управление другим, борьба/договор и пр.
Недостающие ресурсы – то чего не хватает для снятия трудностей, решения проблем: их качество (смелость, честность, активность, сила, выносливость, желания, ответственность, друзья, ум, покровители, технические средства, средства связи, красота, средства передвижения…), количество, степень дефицита по каждому и в совокупности. Толкуются как реально недостающие в жизни клиента ресурсы (внутренние или внешние).
Имеющиеся ресурсы: их качество, доступность, мощность.
В принципе, перечень средств анализа может быть продолжен. Например, могут обратить на себя внимание способы введения персонажей или пути коррекции доступа к ресурсам и пространств. Но, как правило, эти детали возникают как вариации в рамках указанных переменных. Используемые средства анализа сказки – это измерения субъективного семантического пространства ее автора. Толковать с их помощью можно лишь потому, что это не столько элементы семантического пространства, изоморфного некоторому участку жизненного семантического пространства данного человека(3,80).
Диагностические возможности сказки.
Обозначим основные переменные, по которым может быть оценена сказка как диагностический инструмент.
Трудозатраты. Процедура, как правило, необременительна ни для клиента, ни для психолога, она проста и кратка.
Гибкость процедуры. Достоинство сказки в том, что процедура может гибко перестраиваться в зависимости от задач. Различают четыре возможных варианта диагностической процедуры: а) психолог рассказывает заготовленную (стандартную) сказку – «считываем» спонтанные реакции испытуемого; б) начинает сочинять сказку психолог или дает стандартную заготовку ее начала, создает тестовую ситуацию — просит испытуемого продолжить, или ответить на специальный вопрос: «Что было дальше?», «Что подумал (почувствовал) медвежонок…», «Как ты думаешь, выпил ли он воду?» и др. (по Шелби); в) просит испытуемого сочинить сказку (наиболее неопределенный вариант); г) просит рассказать испытуемого любимую сказку – толкуются в парадигме Э.Берна. Как уже упоминалось, мы в своей работе решили остановиться на третьем варианте.
Экологичность. Сказкой трудно навредить. Естественность процесса сочинения, привлекательность сказок вообще дает огромный запас экологичной прочности. Только слишком грубое и прямолинейное толкование может оказать травмирующее воздействие на клиента, но это уже претензия не к сказке, а к такту и квалификации психолога.
Универсальность. В отличие от других близких по идеологии методик (например, ТАТ), сказка выгодно отличается в том, что способна естественным образом превращаться в коррекционную технику. Для этого она имеет все необходимые свойства: позволяет задавать любую степень отстранения от наличной жизненной ситуации, возможность произвольно локализовать место действия, создавать любые ситуации, и любые нелогичные переходы (при этом реализуется логика смысловых связей), подвергать клиента любым мыслимым испытаниям, распаковывать любые ресурсы, в любом их количестве и сочетании и пр.
Некоторые ограничения сказки обнаруживаются в том, что а) нет разработанных стандартов по «специальным» темам, поэтому толковать приходится по аналогии с ТАТ или с опорой на профессиональную интуицию; б) иногда бывает сложно собрать необходимое количество вербального материала (3,81).
Глава 3. Психокоррекционные возможности сказкотерапии.
3.1. Возрастная динамика использования психокоррекционно-развивающих функций народных сказок.
Как мы уже говорили, сказкотерапия удобна в работе с людьми разного возраста. Следует подробнее остановиться на специфичности применения сказки на разных возрастных этапах. В преднатальный, натальный и постнатальный период (до 3 лет) рекомендуется использование распевного, плавного чтения сказок с убаюкивающей интонацией, способной успокоить ребенка перед сном.
В дошкольном и младшешкольном возрасте (от 3 до 10 лет) используется воспитательно-развивающая функция народных сказок, творческая работа с ними и сочинение собственных сказок.
Подростковый и юношеский возраст (от 10 до 21 года). Активный поиск себя и экспериментирование в разных сказочных ролях. Групповая работа с народными сказками, несущими в своей сути жизненное самоопределение.
Зрелый возраст (от 21 до 60 лет). Психокоррекционная и психотерапевтическая работа на основе стандартных (народные сказки) и спонтанных (авторские сказки) метафор с целью совершенствования зрелого человека.
Пожилой и старческий возраст (свыше 60 лет). Рассказывание народных сказок в роли бабушки и дедушки(1,95).
3.2. Алгоритм работы с клиентами зрелого возраста (по Андреевой).
Сказкотерапия в групповой работе с клиентами зрелого возраста (студентами, учителями, воспитателями, практическими психологами) строится по следующему алгоритму:
«Разогрев». Используются упражнения для перевода адекватного, рационального восприятия мира на символически-мифологический уровень.
Чтение и прослушивание сказки. Выбор народной сказки осуществляется исходя из потребностей членов группы и особенностей групповой динамики.
Выбор сказочных персонажей. Каждый член группы по желанию выбирает главные и второстепенные, одушевленные и неодушевленные сказочные образы, опираясь на два принципа: «сказочный персонаж похож на меня» и «сказочный персонаж совсем не похож на меня».
Идентификация с образами. Участники готовят и используют сказочные атрибуты, проводят свернутую минирепетицию для лучшей идентификации с собственными образами, знакомства с другими персонажами, для пространственного обозначения мест сказочных действий.
Настрой на спонтанность и творческость. На фоне функциональной музыки все персонажи исполняют коллективный танец.
Постановка сказки. В сказочном действии все персонажи на телесном и эмоциональном уровне проживают сюжет и свои трансформации в рамках этого сюжета, при этом используя спонтанные реплики и поведенческие модели.
Рефлексия. Участники вербализируют свои чувства и телесные ощущения, полученный опыт в ходе взаимодействия и общения с другими сказочными персонажами. В рефлексии участвует супервизор.
Дополнительное обсуждение.
Теория сказкотерапии. Теоретический анализ наработанного клиентского опыта.
Повторная постановка сказки. Во-первых, предоставляется возможность еще раз «прожить» линию сказочного персонажа, но уже с новым опытом и подключением внутренних ресурсов, во-вторых, можно выбрать совершенно другой сказочный образ и получить новый эмоциональный, телесный опыт.
Принципами работы ведущего сказкотерапевтической группы являются: недирективность, направленность на каждого участника в отдельности и группу в целом, креативность, спонтанность, образная и семантическая гибкость, вербально-невербальная флексибельность, постоянная рефлексивность(1,96).
3.3. Частные приемы работы со сказкотерапией.
Первое упражнение касается работы над недостатками и достоинствами. Ведущий тренинга предлагает участникам подумать и выбрать то качество, которое на взгляд участников, развито у них недостаточно. Затем следует вспомнить какого-нибудь сказочного героя, который обладает этим качеством в полной мере, может быть даже с избытком. Совсем необязательно, чтобы этот герой был положительным. Далее участники делятся на команды и создают спектакль, в котором выбранные герои проявят как можно ярче и четче те самые качества, за которые были выбраны. Далее демонстрируется спектакль, и проводится обсуждение.
Проведенное упражнение должно стать прологом к обсуждению и глубокому осмыслению участниками группы представлений о своих недостатках и достоинствах. Оно способствует развитию навыков рефлексии, уточнению Я-образа, выработке позитивного самоотношения. Интересно, что в конце игры никто уже не скрывает задуманное качество. Эффекты этого упражнения могут быть разными: кто-то, опробовав новую роль и «примерив» непривычное для себя качество, вдруг понимает, что способен перенести эту роль в свою жизнь и на самом деле стать носителем положительного свойства, а кто-то неожиданно осознает, что выбранное им качество настолько чуждо ему, что мешает проявлению его подлинного Я, и человек отказывается от желания развивать это «достоинство». Многие делают для себя открытие, что освоение новых ролей есть механизм развития личности и что благодаря использованию роли можно развить у себя нужное качество. В любом случае это упражнение может быть использовано в тренингах, имеющих целью развитие самосознания.
Другие упражнения, например, по решению проблем участников строятся по той же схеме.
Глава 4. Исследовательская часть.
Наша работа посвящена изучению актуальных проблем (выявленных с помощью метода проективной сказки) студентов музыкального и психологического факультетов, а также сравнительному анализу сказок.
Предмет исследования: личностные проблемы студентов.
Объект исследования: студенты 2 курса факультета психологии и факультета музыкального образования Сам ГПУ (20 человек).
Гипотеза: в сочинении сказок студентами музыкального и психологического факультетов имеют место существенные различия (построение сюжета, проблемные ситуации, атрибуты, характерные для их будущей профессиональной деятельности).
Методы: тест «несуществующее животное» и проективная сказка.
Процедура исследования включала в себя следующие этапы:
Студентам 2 курса было предложено нарисовать несуществующее животное.
Затем испытуемым было предложено сочинить в письменном виде сказку о нарисованном ими несуществующем животном.
Полученная информация была обработана по каждому испытуемому в направлении выявления актуальных проблем, также был проведен сравнительный анализ сказок, написанных студентами психологического и музыкального факультетов.
Использование данных методик обусловлено несколькими факторами. Как мы уже убедились в предыдущей нашей работе, метод проективной сказки позволил выявить актуальные проблемы клиента, а данные, полученные с помощью теста «Несуществующее животное», стали дополнительным подтверждением нашим интерпретациям. Кроме того, многие черты характера, личности, выявленные в методике «НЖ», проявились в результате написания сказки. Следует отметить различия этих методик. Так, методика «НЖ» направлена на выявление скорее константных характеристик личности (агрессивность, инфантильность, общительность, эгоцентризм и др.). А в сказках мы обнаруживаем саму проблемную ситуацию, причину возникновения, способы ее решения.
Так как подтвердилась эффективность использования проективной сказки как диагностической методики, то должна была отпасть необходимость применения теста «НЖ». Но мы решили его использовать и в данной работе по ряду других причин. Во-первых, наглядность картинки будет стимулировать инертных испытуемых, ввиду своего дополнительного чувственного воздействия, возбуждать их воображение, во-вторых, установленная идентификация с изображенным животным, поможет нам во время интерпретации выделить персонаж, с которым идентифицирует себя испытуемый в сказке.
Тест «Несуществующее животное» относится к числу проективных. Для статистической проверки или стандартизации результат анализа может быть представлен в описательных формах. Но в нашей работе мы не проводили анализ рисунков студентов, так как использовали данный метод, исходя из других соображений, о которых говорилось выше. Далее следует сказать о том, что мы использовали два вида инструкции в работе с испытуемыми. Когда исследование проводилось на факультете музыкального образования, испытуемым предлагалось взять лист бумаги и карандашом нарисовать несуществующее животное, придумать ему несуществующее название. Перед тем, как проводить исследование на факультете психологии, мы решили дать маскирующую инструкцию. Это обусловлено тем, что некоторым студентам в ходе обучения стала известна данная методика, поэтому, во-первых, это могло помешать спонтанности мысли, а, во-вторых, студенты могут формально, поверхностно отнестись к работе или фальсифицировать результаты. В связи с этим им было объяснено, что данное исследование направлено на изучение творческих способностей студентов. Кроме того, по аналогии с другими методиками, использующими маскирующую инструкцию, если исследование представляется как тест способности воображения, интерес испытуемого вместе со стремлением заслужить одобрение, может настолько сосредоточить его на выполнении задачи, что он забывает свое сензитивное и необходимость защиты его от исследователя. Не сознавая этого, он высказывает определенные веши о выдуманном характере, применимые к нему самому вещи, которые он не был бы склонен признать в ответ на прямой вопрос. Как правило, испытуемый заканчивает тест в счастливом неведении, что он дал психологу то, что равнозначно рентгеновскому снимку его внутреннего «Я».
Как и предполагалось, из аудитории задали вопрос: «Разве эта методика не проективная?» После чего экспериментатору пришлось делать следующее пояснение: «Да, действительно данная методика проективная, но среди всего прочего она позволяет выявить, насколько вам известно, и творческие способности». После этого студенты приступили к работе. Затем испытуемым обоих факультетов было предложено сочинить сказку о данном животном, которую им следовало оформить в письменном виде. Для интерпретации сказок использовались средства анализа сказок, предложенные Доценко Е.Л., с опорой на способы интерпретации, применяемые в ТАТ.
Сравнительный анализ сказок, выполненных студентами музыкального и психологического факультетов.
Следует отметить следующие особенности в написании сказок у студентов. В исследовании принимали участие только девушки, в сказках же идентификация с противоположным полом наблюдается в 70% случаев (8 из 10 рассказов у музыкантов; 6 из 10 у психологов). Но мы можем говорить лишь об описательном моменте данного феномена, так как качественный анализ этого явления не встречается в литературе. Следует отметить, что в ТАТ свидетельством нормальной, устойчивой психосексуальной позиции является идентификация испытуемого со своим полом в 50-70% рассказов. Но так как в нашем случае мы имеем только одну сказку от каждого испытуемого, то мы не можем говорить об особенностях психосексуальной идентичности. Хотя можно предположить, что эти испытуемые склонны к эмпатическому пониманию партнера противоположного пола. Но данное явление может служить и подтверждением сформировавшихся в обществе установок (многие формы слов употребляются только в мужском роде; до недавнего времени в книгах частота изображения мальчиков в несколько раз превосходила таковую девочек и др.) Хотя данное явление может быть обусловлено формулировкой задания (нарисовать несуществующее животное), которая провоцирует у большинства испытуемых возникновение образа животного мужского рода.
Логика построения сюжета, словарный запас не зависят от принадлежности испытуемого к той или иной группе, данные показатели индивидуальны.
Следует начать с названий несуществующих животных. Во всех рисунках они различны, но следует отметить некоторое сходство в преобладании видов названий у психологов, как группы, так и у музыкантов. Уменьшительно-ласкательные названия у психологов встречаются в 6-ти случаях: Лесик-Калесик, Лапуська, Малышка, Клепа, Кошарик, Пумпусик; т.е. больше чем в 1/2 рассказов, при этом представляют собой подлинно ласкательные названия, без иронического оттенка, что можно интерпретировать как доброжелательное отношение к окружающим, определенную степень открытости, непосредственности и доверчивости. В то время как у музыкантов, они встречаются лишь в 2-х рассказах (1/5 рассказов): Капик, Пузочесик, причем первое в большей степени свидетельствует о рациональности (Капик — производное от капли, само животное изображено в форме капли); а второе об иронически-снисходительном отношении к окружающим. У музыкантов же в большей части рассказов (60%) встречаются названия, которые в большей мере можно отнести к рациональным с оттенком научности: Этлания, Облакиня, Бентон, Склинфы, Серенадун (производное от «серенада»), Капик, — что можно трактовать как конкретную установку при ориентировке и адаптации, а также направленности на демонстрацию собственного разума и эрудиции. Это, возможно, является защитной реакцией студентов на устоявшееся в обществе мнение о людях творческих профессий, как подвластных эмоциям, импульсам.
По сравнению с музыкантами, у психологов снижена продуктивность рассказов. Мы приводим таблицу количества слов. Первый столбец количество слов в рассказах музыкантов, а второй – психологов.
Количество слов в рассказах
| Музыканты
| Психологи |
| 168
| 145 |
| 309
| 154 |
| 180
| 78 |
| 251
| 169 |
| 220
| 58 |
| 322
| 121 |
| 15
| 174 |
| 148
| 60 |
| 181
| 116 |
| 244
| 329 |
Только в одном случае рассказ музыканта составляет 15 слов, но по его содержанию можно сделать вывод, что сработала защитная реакция на обследование. Если его не брать в расчет, то средняя длина рассказа у музыкантов составляет 224(203) слова, в то время как у психологов – 140 (учитывая и один самый длинный рассказ в 329 слов). Это можно интерпретировать с двух разных позиций: 1) можно говорить о снижении творческих возможностей у психологов, 2) можно предположить, что это явилось следствием того, что эти студенты догадались об истинной цели исследования. Но следует отметить невысокое качество рассказов и их малую информативность у психологов, которые сочетаются с низкой продуктивностью.
Содержательный анализ сказок.
У студентов музыкального факультета в 3-х работах: «Серенадун», «Облакиня» и «Этлания» мы выявили наличие атрибутов, связанных с будущей профессиональной деятельностью испытуемых. Так, сказка о Серенадуне включает в себя музыкальные «гастроли», само животное нарисовано с гитарой, в рисунке «Облакиня» весь лист «усеян» нотами, в рисунке «Этлания» в голове животного также ноты. Возможно, это говорит о положительной мотивации к учебе в ВУЗе и будущей профессии, уверенности в правильности сделанного выбора.
У студентов факультета психологии такие яркие, явные атрибуты отсутствуют. Но профессиональной атрибутики как таковой нет и в реальной жизни. Зато отмечается употребление тем гуманистического характера. К таким случаям следует отнести сказки о Счастьеносе, Лапуське, Лесике-Калесике, Марушке. В основе сюжета положена тема помощи другим, полезности. Так, в сказке о Счатьеносе повествуется об удивительном животном, которое приносит людям счастье. Когда оно было украдено «марсианами», «земляне стали ругаться между собой, опять у них все пошло плохо». То есть оно спасало людей от раздоров, ссор, возможно, войн. Но затем животное было «освобождено из рук врага», и вновь «земляне зажили очень хорошо». В другой сказке говорится о «доброй-предоброй» о Лапуське, которая «уж очень любила детей». Она была другом всех маленьких ребят. Лесик-Калесик также «был очень добрым и дружелюбным». Жители леса «приходили к нему за советом или просто поговорить по душам». Очень метафорично выражение: «Лесик-Калесик всегда выручал и показывал заблудившемуся дорогу домой». Что можно рассматривать как проецирование на животного представлений о своем предназначении как психолога. Марушка — животное, которое «кто увидит, то счастье получит». В своих характеристиках животные очень похожи, как, наверное, похожи и представления испытуемых о роли психолога и его основных функциях (советник, друг, помощник, носитель счастья, его даритель). Но дальнейшее развитие событий в сказках сугубо индивидуально. Таким образом, в ситуации данного эксперимента в 40% случаев испытуемым-психологам свойственно проявлять в написании сказок черты, ожидаемые от человека данной профессии в обществе.
Следует отметить и еще одну особенность, в 3-х сказках психологов встречаются справочные суждения (человеческие имена второстепенных персонажей, указание дат): «32 января 9999г», «через 1 час», «через 3 суток» (сказка о Счастьеносе), «мальчик Гена» (сказка о Лапуське), «подружка по имени Катя», «исполнялось 6 лет» (сказка об Улыбке). В ТАТ такие показатели свидетельствуют о личностных изменениях испытуемого или о болезненном процессе (по Раппапорту). Естественно в таком случае должен учитываться и ряд других признаков. У музыкантов справочные суждения такого характера не встречаются.
Тема – то, о чем сюжет, на чем строится интрига действия; толкуется как значимая сфера жизни испытуемого. Например, очевидно различную заинтересованность отражают такие темы как путешествия, семейные сцены, поиск друзей, таинственные превращения, исполнение желаний и т.д.
К значимым сферам музыкантов следует отнести:
поиск спутника жизни, любовь (2 сказки о Мрипуприке и о Серенадуне);
жилищная проблема (1 сказка о Бентоне);
поиск себя, проблема идентификации (1 сказка о Гузяке);
поиск своего места в социуме, проблема социальной справедливости (1 сказка о Сигме);
проблема перепадов настроения (1 сказка о Капике);
проблема скрытности и замкнутости (рисунок Облакиня, сказка про осла);
проблема страха и боязни (Пузочесик). а также проблемы привлекательности, гордости, целей и средств достижения.
К значимым сферам психологов относятся:
одиночество, поиск друзей (5 сказок о Лесике-Калесике, Лапуське, Клепе, Улыбке, Кошарике);
поиск спутника жизни, любовь (в чистом виде в 2 сказках — о Малышке и Пумпусике);
социальное взаимодействие, помощь людям, дарение счастья (2 сказки о Счастьеносе, Марушке, эта же тема проходит и в сказках о Лесике-Калесике, Лапуське);
проблема достижения желаемого, но невозможного (1 сказка о Жаркрале).
Нас заинтересовал вопрос, почему у студентов психологического факультета часто встречается проблема поиска друзей (в 50% случаев). Мы пришли к выводу, что в основе данного различия лежат возрастные особенности. Как оказалось, возраст студентов 2-го курса факультета музыкального образования составляет 20-21 год (так как большинство из них до поступления в ВУЗ окончили музыкальное училище); в то время как возраст психологов — 18 лет.
Позиции героя и самостоятельность в решении проблем. Следует сразу отметить, что в сказках описывается не реальный стиль поведения испытуемого, он лишь моделирует ситуацию и предполагает, как бы поступил в данном случае. То есть мы имеем дело с продуктами воображения, а не с проявлениями действительного поведения. Рассматривая сказки музыкантов и психологов, следует отметить, что различий в процентном соотношении активных и пассивных позиций персонажей нет. И в той, и в другой группах ярко выраженная активная позиция присутствует в 50% рассказов, пассивная позиция – 20%, неоднозначная (когда активность проявляется одинаково и со стороны главного героя и со стороны второстепенных персонажей, среды) – 30%.
Исход сказки у психологов положительный во всех 10 сказках; у музыкантов – в 8-ми сказках и отрицательный в 2-х (о Серенадуне, об осле). Следует отметить, что 2 рассказа музыкантов завершаются своеобразной моралью: «Отсюда – не в красоте счастье, а в понимании души человеческой» (Мрипуприк), «не надо быть наивным, филин. Мудрый Бентон». Так же интересен тот факт, что в одной сказке психолога и в одной сказке музыканта в конце задается риторический вопрос, своеобразное обращение к читателю, предполагающее обратную связь:
Вспомните и Вы, может, у Вас также был такой хороший друг, про которого никто из взрослых не знал? Не получается? Это все потому, что только в детстве ты его знаешь, а когда вырастаешь, то забываешь… (Лапуська);
А вы видели Радугу? Иногда их бывает две, а то и три – то-то веселая игра идет в небесах (Склинфы).
Что касается творческих возможностей студентов, то у психологов они снижены. Это выражается в том, что животные принимают форму «готового», существующего животного: Пумпусик – обыкновенный кот, «не оснащенный никакими дополнительными деталями»; если само животное Кошарик можно отнести к несуществующему, то этого явно не скажешь о его названии, Улыбка представляет собой человека с крыльями, Клепа похож на персонажа из мультика (Чебурашку), Малыш напоминает кролика или зайца. Все это говорит о том, что 50% испытуемых склонны брать за основу готовое, использовать шаблон, не прилагая усилий к придумыванию чего-то особенного. У музыкантов в 1-м случае при рисовании животного наблюдается снижение творческих возможностей: Капик (похож на каплю).
Что касается самих рассказов, то наличие творческих возможностей определяется по аналогии с ТАТ: сила замысла, живость, жизненность восприятия, наличие в рассказах зрительных, слуховых, тактильных ощущений. У психологов зрительные ощущения присутствуют в 4-х сказках (40%), частота встречаемости редко превышает один раз: «ярко-ярко», «белые-белые», «солнечные-солнечные» (о Счатьеносе), «в темном-темном лесу, на темном-темном дереве» (о Марушке), «глядя на голубое небо, на его глубину и красоту» (о Жаркрале), «цвета спелой ржи» (о Клепе). Слуховые ощущения (за исключением выражений «сказал», «ответил») и тактильные ощущения не встречаются. Сила замысла и живость восприятия наблюдается в 6-ти рассказах: Счатьенос, Лесик-калесик, Лапуська, Улыбка, Пумпусик, Жаркраль.
У музыкантов же сказки в 60% случаев наполнены зрительными, слуховыми, тактильными ощущениями, богаты сравнительными оборотами, метафорами: «его уши улавливали любые звуки» (Бентон); «ночная, распустившаяся роза, нежная, как водяная лилия, благоухающая, как ландыш»; «услышав прекрасный голос» (о Серенадуне); «юные листочки трепал весенний ветерок»; «слышится какой-то тихий серебряный звон и надежда» (о Капике); «улыбнувшись первым лучам солнца»; «тысяча разноцветных огней вспыхнуло в эту секунду, переливаясь в лучах солнца»; «обязательно цветное, например, оранжевое или изумрудно-желтое» (об Этлании); «в самой темной части леса»; «слышит за огромным деревом около малины жалобный стон»; «ранил ее в лапу» (Пузочесик); «в Мире полном красок, цветов»; «каждая капля заискрилась, засверкала словно драгоценность» (Склинфы). Сила замысла и живость восприятия встречается в 9-ти рассказах. К этим рассказам не относится только рассказ об осле, так как он представляет собой защитную реакцию испытуемого на обследование (15 слов).
Заключение.
Нами было проведено исследование на факультетах психологии и музыкального образования, в котором участвовали студенты 2-го курса. Они, как уже упоминалось, рисовали несуществующее животное и сочиняли сказку о нем. В ходе проведения исследования были получены следующие результаты:
общие черты в написании сказок студентами:
70% испытуемых идентифицировали себя с героем противоположного пола (в исследовании принимали участие девушки);
логика построения сюжета, словарный запас индивидуальны;
ярко выраженная активная позиция присутствует в 50% рассказов, пассивная позиция – 20%, неоднозначная (когда активность проявляется одинаково и со стороны главного героя и со стороны второстепенных персонажей, среды) – 30%;
в одной сказке психолога и в одной сказке музыканта в конце задается риторический вопрос, своеобразное обращение к читателю, предполагающее обратную связь;
б) различия в сочинении сказок студентами:
в 60% случаев у психологов название животного уменьшительно-ласкательное, у музыкантов лишь в 20%; в 60% случаев у музыкантов встречается рациональное название животного с оттенком научности;
низкая продуктивность рассказов психологов, средняя длина рассказа 140 слов, в то время как у музыкантов — 203 слова;
наличие у музыкантов атрибутов связанных с их профессиональной деятельностью в 30% случаев; наличие в 40% рассказов психологов гуманистических тем, связанных с оказанием помощи, при этом герой выступает как советник, друг, помощник, носитель счастья, его даритель, т.е. проявление в написании сказок черт, ожидаемых от человека данной профессии в обществе;
в 30% сказок психологов встречаются справочные суждения (время, имена людей);
в 20% случаев у музыкантов в конце сказки присутствует мораль;
темы сказок индивидуальны, но в 50% сказок психологов встречается проблема поиска друга, что может быть обусловлено возрастом испытуемых (психологам на момент проведения исследования – 18 лет, а большинству музыкантов – 20-21 год);
положительный исход сказки у психологов в 100% случаев, у музыкантов – 80%;
творческие возможности, выявленные при рисовании животного и придумывании ему названия: 50% психологов склонны брать за основу «готовое», использовать шаблон, и 10% музыкантов;
творческие возможности, выявленные при написании сказок: у психологов зрительные ощущения присутствуют в 40% сказок, слуховые и тактильные отсутствуют, сила замысла, образность в 60% случаев; в то время как у музыкантов присутствуют все виды ощущений в 60% случаев и сила замысла, живость восприятия в 90%.
Мы не можем утверждать, что данные различия обусловлены обучением на конкретном факультете. Мы лишь можем констатировать, что они имеют место. Вопрос же о первичности: обуславливают ли индивидуальные способности (черты личности, стиль поведения) выбор конкретного вида будущей деятельности или учебная ситуация обуславливает проявление данных особенностей, — остается нерешенным. Но можно быть уверенными в том, что проективная сказка позволяет изучать особенности юношеского возраста и проблемы, возникающие на данном возрастном этапе.
Таким образом, наша гипотеза подтвердилась: в сочинении сказок студентами музыкального и психологического факультетов имеют место существенные различия (продуктивность, профессиональная атрибутика, творческие возможности, некоторые особенности в сюжете: справочные суждения, мораль, исход). Но следует отметить, что существует ряд особенностей, которые сугубо индивидуальны и соответственно никак не зависят от принадлежности испытуемого к той или иной группе. Поэтому они проявляются и у психологов и у музыкантов в примерно одинаковом процентном соотношении (позиция персонажа, психосексуальная идентификация и также некоторые особенности в построении сюжета, например, риторический вопрос). Естественно, полученные данные требуют дальнейшей проверки и подтверждений, что возможно при воспроизводящем исследовании. Кроме того, мы предполагаем расширить выборку, для проверки и уточнения процентных соотношений. В дальнейшей работе мы намерены провести данное исследование на факультетах иностранных языков, журналистики и художественного образования.
Приложение.
Сказки, сочиненные студентами-психологами.
Счатьенос.
Однажды, на облаках произошло чудо. 32 января 9999г. люди увидели, что небо над их головами стало светить ярко-ярко. «Что случилось? Что такое?» — твердили все.
Как-то раз прибыли марсиане на Землю, их было трое. Они были очень несчастными, им все не нравилось у себя на планете. И тут они узнают, что земляне становятся с каждым часом счастливей и счастливей. И тут они узнают, что в их атмосфере было обнаружено животное, которое приносит всем счастье. Люди назвали его счатьенос.
И марсиане украли это чудное животное и унесли на свою планету. Буквально через 1 час земляне стали ругаться между собой, опять у них все пошло плохо. Но люди – самые догадливые существа во вселенной, они поняли, что марсиане украли их счастьеноса. И пошли войной на марсиан. Через 3 суток счатьенос был освобожден из рук врага. Счастьеноса поселили на облака самые белые-белые, самые солнечные-солнечные. И земляне зажили очень хорошо.
Лесик-калесик.
Жил-был Лесик-калесик. Он был очень добрым и дружелюбным. Поэтому его все и любили. Каждый, увидев его впервые, пугался (думали, что он злой), к тому же никто даже не знал, кто он, даже он не знал. Все считали его лесным чудом и приходили к нему за советами или просто поговорить по душам. Он всегда всех выслушивал и давал мудрые советы. Если приходилось кому-то заблудиться, то Лесик-Калесик всегда выручал и показывал заблудившемуся дорогу домой. Но однажды Лесик решил уйти из леса (ему было скучно, ведь он был так одинок) к своим друзьям в другой лес. Тогда-то все и поняли, как им не хватает Лесика – люди начали теряться в лесу, им было не с кем поговорить по душам, и они решили пойти искать его. Искали Лесика-Калесика очень долго, а когда нашли, то он был несказанно рад их увидеть. Тогда он понял, что его ценят и любят, вернулся в свой лес. И начали все жить-поживать и добра наживать.
Марушка.
Было это давным-давно. В темном-темном лесу, на темном-темном дереве жила-была Марушка. Жила и горя не знала. И вот однажды решила она мир повидать и выбралась из леса родного и к людям попала. А те, кто ее увидел, то счастье получал. И стали люди за Марушкой гоняться, счастья отведать. А, отдавая свое счастье, стала Марушка слабеть с каждым днем. И чтобы выжить приходиться ей до сих пор прятаться от людей. Но если случится чудо, то кто-то может ее увидеть.
Лапуська.
Жила-была Лапуська, и была она доброй-придоброй. Уж очень она любила детей, поэтому всегда носила с собой леденцы, цветочки, шарики. Дети в свою очередь благодарили ее своей любовью и вниманием: увидят ее, подбегают, целуют, обнимают.
Родители не понимали, зачем это их детишки подбегают к скамейке в парке, когда там никого нет. Все это потому, что только ребята могли видеть Лапуську, а взрослые – нет. Но вот однажды мальчик Гена подошел к скамейке и начал играть с нашим добрым животным, а мама его куда-то торопилась и поэтому тянула за руку. Когда Гена уходил Лапуська на пружинке (чтобы быстрее) провожала его, и тогда мальчик успокоился и перестал хныкать. Как-то мама спросила, почему ребенок так себя вел, тогда Гена все рассказал, и она, теперь не боясь, оставляла с Лапуськой сына, чтобы те поиграли. Так и нашла себе Лапуська друга. Вспомните и Вы, может у Вас также был такой хороший друг, пространств которого никто из взрослых не знал? Не получается? Это все потому, что только в детстве ты его знаешь, а когда вырастаешь, то забываешь…
Малышка.
Жила-была Малышка в лесу, она была милым, пушистым, но очень вредным ребенком. Питалась морковкой, яблоками. У нее было много друзей, с которыми она играла на полянке, но из-за своей вредности часто с ними ругалась. Малышка часто любила оставаться наедине с самой собой, гулять по лесу, собирать цветы. Однажды она встретила очень красивого чертика и вышла за него замуж.
Клепа.
Жил-был Клепа. И не было у него друзей, поэтому он всегда ходил очень грустный, печальный. Но в один прекрасный день он сидел на берегу прекрасного озера и любовался этой красотой, как вдруг увидел, что из кустарника неподалеку вышел какой-то человечек. Человечек этот был небольшого роста, весь покрыт густой шерстью цвета спелой ржи, но у него были очень грустные глаза. Казалось, что он вот-вот заплачет. Звали его Пипа.
Увидев друг друга, Пипа и Клепа сначала растерялись, испугались друг друга. Но затем они подошли ближе, разглядели каждый своего «противника» и поняли, что бояться не стоит. С тех пор они очень подружились и никогда не расставались. А поскольку у каждого из них теперь был друг, то они теперь только смеются и никогда не грустят.
Улыбка.
Улыбка живет в стране, где всегда лето. Ее домик стоит на полянке, рядом с которой протекает небольшая речка. Улыбка дружит со всеми животными и птицами, которые обитают в ближайшем лесу. В один прекрасный день Улыбка вышла погулять и наткнулась на тропинке на маленькую брошку в виде цветка. Улыбка любила все красивое, а брошка была очень красива. Немного подумав, Улыбка взяла брошку и приколола себе на грудь.
У Улыбки была подружка по имени Катя. Катя жила в небольшой деревеньке вместе со своими родителями. У нее не было ни братика, ни сестрички, но Улыбка заменила ей их. Скоро у Кати должен был быть день рождения. Ей исполнялось 6 лет. Она, конечно же, пригласила на него свою любимую подружку – улыбку.
Улыбка, приняв приглашение, стала думать о подарке. В прошлом году она дарила Кате букетик полевых цветов, что растут у нее на полянке. А что подарить в этом году она не знала. И тут ей в голову пришла замечательная идея: подарить Кате найденную брошку. Катя была очень довольна подарком. Она сочла этот подарок лучшим за свои шесть лет.
Сказка про Кошарика.
Жил-был Кошарик, жил он в лесу. Питался тем, что найдет, в этом ему помогал его нос. Жил он один и ему было очень скучно, пока он не встретил своего друга, с которым началась у Кошарика веселая жизнь. Они вместе стали ходить и добывать себе пищу, вместе купались в реке и играли. Так вот и стали они вместе жить и поживать.
Пумпусик.
Шел Пумпусик по лесу, хотел познакомиться с друзьями. Но лес был пуст, но Пумпусик не отчаивался, он очень хотел познакомиться, вдруг он встретил лису и сказал ей: «Лиса-патрикеевна, давай дружить!» А она говорит: «Не буду я с тобой дружить, я такого животного как ты не знаю, и не знаю, хороший ты или нет, вот сделаешь для меня что-нибудь приятное, и буду я с тобой дружить». И тогда Пумпусик сказал: «Хочешь, я свожу тебя в ресторан «У волка», накормлю вкусной едой». Лиса согласилась, они долго разговаривали. Вечером Пумпусик проводил лису домой и предложил ей выйти за него замуж. Лисе он тоже очень понравился, и она согласилась.
Вскоре у них родились лисапумпусики, и они жили долго и счастливо.
Жаркраль.
Это сказка про одного динозавра, который всю жизнь хотел летать. Глядя на голубое небо, на его глубину и красоту, на Солнышко, на птиц, которые парили в воздухе так легко и быстро, он мечтал о том, что настанет когда-нибудь момент, и он воспарит в воздухе, проникнется в тайны облаков, солнца, неба. Он любил смотреть на небо, любил мечтать о полете, который никогда не должен был осуществиться.
В один из солнечных дней, когда динозаврик учился мастерству полета, взмахивая неуклюжими лапками, к нему подлетела чайка:
Что ты делаешь? — спросила она.
Учусь летать, — скромно ответил динозаврик.
Чайка заинтересовалась:
Но как же ты полетишь, если у тебя нет крыльев, и ты просто не приспособлен к полету. Ты рожден, чтобы ходить по Земле.
Наверное, ты права, — промолвил динозаврик. — Но моя мечта настолько сильна, что я готов потратить на учебу всю жизнь.
И тут динозаврик, кстати, его звали Краль, проделал телодвижение, подпрыгивая вверх, замахал лапами и вдруг, он не опускался на Землю, он замер в воздухе и оставался там в неподвижном состоянии. Краль понял, что это шанс, который, возможно, никогда не представится в его жизни. И он еще сильнее замахал лапами, и тут из его боков начали образовываться крылья. Это было чудо. Краль не знал техники полета, но как-то сразу включился в этот новый образ, образ птицы-динозавра, и, взмахнув побольше крыльями, воспарил в небо.
Он был счастлив. Это было неимоверное чувство, чувство свободы, свободы полета. Чайка, видевшая все это, была мудрой, она было вожаком стаи – старейшина. Такого в жизни она не видела, но она не удивилась. Она проводила Краля взглядом в небо и улетела к своим ученикам.
Краль так и остался птицей – динозавром, и его прозвали Жаркраль. Он летал не хуже самых грациозных птиц, легко и быстро пикировал в воздухе.
Рожденные на земле, летать не могут. Но Краль так этого хотел, он добился своего и поверил в свои силы, и смог. Если верить и пытаться – все получится. А на эту поляну пришел новый динозаврик и посмотрел на небо.
Сказки, сочиненные студентами-музыкантами.
О Мрипуприке.
В одной космической стране Фряпунтии жили фантастические Пирпюки. Было у них в стране несколько государств, различных по составу. В каждом государстве были свои законы, представители власти. Каждый месяц они собирали совет, от каждого государства по одному представителю. И вот как-то на одном из советов они решили отправить несколько представителей этой страны в Чурдовское путешествие. Выбрали одного – красавца по имени Чистоплюй, другого – «гадкого утенка» Мрипуприка, а третий – обалдуй Терпсихуй. Дали каждому по автомобилю: первому – Джипогаз, второму – лошапони, а третьего и вовсе отправили своим ходом. Идет каждый своим путем и думает, а что меня ждет в Красноглазии, Пузеляндии, Головощекии?
Несмотря на всю свою привлекательность, Чистоплюй не смог встретить кого-то, кто мог бы увидеть что-то особенное в нем, чтобы остановить на нем взгляд. Терпсихуй, получил удовлетворение от путешествия, но это было лишь мимолетное увлечение. А вот Мрипуприк, несмотря на свое уродство, встретил в Красноглазии прекрасную, симпатичную деву по имени Модефляу. Лишь он один возвратился из путешествия с тем, кто принял его.
Отсюда – не в красоте счастье, а в понимании души человеческой.
Бентон — покоритель пещеры.
Жил-был Бентон симпатичный на взгляд лесных жителей зверью. Лишь один недостаток был у Бентона, он завидовал всему и всем. Природа одарила его суперушами, которые улавливали любые звуки на расстоянии тысячи километров. И вот слышит он, как в соседнем лесу филин (богач из богачей) говорит ежихе: «Недавно я женился, так отец моей женушки совы подарил нам свою подземную пещеру». Ежиха бормотала какие-то поздравления, но Бентон уже не слушал ее. Подземная пещера отца совы давно была пределом его мечтаний. В этой пещере находилась чудо-вода, тому, кто регулярно ее пьет, открывается мудрость мира. «А мудрость — ключ и к богатству»-так думалось Бентону. «Нет, пещера будет моя, на что
она этому прохиндею филину, ему мудрость не нужна, как был балбесом, так и останется, да и жена его, сова, не блещет умом. Сама судьба дает мне шанс»,- решил Бентон. И вот, завел он свой самокат, который, по скоростным возможностям не уступал любой машине, и отправился в соседний лес, прямо к филину домой. Филин, который хорошо знал Бентона, обрадовался:
— Бентон, разлюбезный мой гость, рад, рад тебе…
— А уж, как я рад, милый мой Филимон (это полное имя филина), слышал, ты счастливый наследник.
— Ах, уж эти твои уши. Все-то ты знаешь. Может, покажешь владения?!
Надо отметить, филин обожал хвастаться. Поэтому такое предложение пришлось ему по вкусу:
— Ну, что ж, если хочешь, то я готов показать тебе пещеру!
-Пещера изумительна. Стены в старинных лесных росписях. Маленькие фонтаны с мудрой водой…Послушай, филин, — сказал Бентон, незаметно перекладывая ключ от входа в пещеру в свой карман, — я слышу, тебя твоя жена зовет.
— Ты что! Конечно! Мои супер-уши не ошибаются! И, по-моему, она плачет без тебя…
— Ах, моя дорогая…- расчувствовался филин. – Подожди меня здесь, Бентон, я ее успокою и вернусь.
И филин исчез. Бентон усмехнулся и запер входную дверь. Ключ от пещеры только в единственном экземпляре.
Не надо быть наивным, филин. Мудрый Бентон.
О Серенадуне.
А история эта началась так:
«Однажды этот милый, обаятельный Серенадун уехал на гастроли в Испанию, где повстречал единственную любовь.
Долго он решался, подойти к ней. Звали эту красотку – Виолетта. Она, действительно была прекрасна, как ночная, распустившаяся роза, нежная, как водяная лилия, благоухающая, как ландыш. Об этой девушке знали не только испанцы, но и соседи страны.
Но, как истинная испанка, она была горделива, и ни один мужчина так и не смог добиться и завоевать ее сердце. Однажды Виолетта, услышав прекрасный голос и талант игры на электрогитаре Серенадуна, она с первого взгляда влюбилась в этого юношу. Но из-за своей гордости она тоже не решалась подойти к нему. И вот остался последний день концертов Серенадуна…
Ночью Серенадун подошел к балкону Виолетты, которая тоже надеялась и мечтала о встрече с ним, и запел прекрасным своим голосом нежную, ласковую, проникновенную серенаду, которая задела и тронула душу этой тонкой и очень гордой девушки.
Но разговор между ними так и не состоялся. Судьба.
Но эта история показывает, что музыка способна пробудить, даже в самом черством и холодном человеке чувство любви и задеть те тонкие струны души человека.
Про Гузяку.
Когда это было, никто уже не помнит. Где это было, никто не знает. В общем, жил когда-то Неизвестный зверек. Так бы он и жил себе приспокойненько, но только вот спросил его кто-то, что же он за зверь. Неизвестный зверек не знал, что и ответить, и решил спросить у Мышки. Мышь посмотрела на него и сказала: «А, может быть, ты птичка, ведь у тебя есть крылья!» Тогда он полетел к своей соседке Синице. И спросил ее:
— Как ты думаешь, я похож на птичку?
— Ну что ты! У тебя же нет перьев! Может быть ты оса? Ведь ты летаешь и у тебя полосатое брюшко.
Тогда Неизвестный отправился к другой своей соседке – Осе.
— Как ты думаешь, я похож на Осу?
— Нет, не похож. Посмотри, какая у меня талия. А у тебя что?
— Что?
— Толстое пузо. Нет, ты не оса! Скорее всего, ты Муха!
Пришлось неизвестному лететь к Мухе.
— Как ты думаешь, я похож на муху?
— Нет, ты определенно не муха! Ведь у тебя такие большие уши, у мух таких не бывает. Я не знаю, кто ты.
Тогда Неизвестный очень огорчился. Мухе стало жалко его, и она сказала:
— Не печалься. Раз уж ты не знаешь, кто ты, и никто не знает, то придумай сам себе имя.
И теперь, если кто-нибудь спрашивал его, кто он, то он гордо отвечал: «Я Гузяка.» И никто не мог ему противоречить, ведь никто и никогда раньше не видел Гузяк. И все радовались, что рядом с ними живет единственный и неповторимый Гузяка!
Сказка о Сигме.
В одной маленькой стране жил грустный зверек, и звали его Сигма. Он был всегда один. Другие звери почти не замечали его или не хотели замечать. Сигма был не такой как все, может быть, поэтому на него не обращали внимания, или просто об этом никто не догадывался.
Сигма очень любил узнавать что-нибудь новое и делиться этим с другими. А другие, воспользовавшись его наивностью, присваивали его идеи себе и становились ближе к королю. В конце концов, Сигма понял, что нельзя всем доверять, поэтому он стал молчаливым и неразговорчивым. И все стали его замечать все меньше и меньше.
Однажды он отправился в лес и, гуляя, не заметил, как заблудился. И тут на его пути коррекции возник старый дуб, на коре которого было что-то вырезано. Сигма стал всматриваться, там было написано: «Главное в жизни вовремя спохватиться». Сигма сел и задумался, тут он понял, что во всем виноват он сам, и теперь нужно меняться, меняться как можно быстрее…
С каждым днем он становился все веселее и веселее, стал чаще общаться с другими животными. И вот в один прекрасный день его заметили и оценили его способности. Сигма стал правой рукой короля! А когда король умер, страной стал править Сигма. Он был очень справедливым и добрым. А животные его царства вспоминали и ставили его в пример своим детям: «Вот смотрите, как маленький и незаметный Сигма стал королем».
Сказка о Капике.
Где-то совсем не так далеко, как думают некоторые, существует страна, вернее, существовала (а, может, и нет) страна, в которой жили необычные существа. Хотя, почему необычные? Как и остальные, они жили себе, поживали, ели, пили, смеялись, горевали, но… при этом все время плакали. И от радости, и с горя. И надо же было такому случиться, что постепенно весь народ, населявший эту страну, просто утонул в своих слезах. И затопил своим горем (а, может, наоборот) все ближайшие окрестности. Все звери и растения не могли найти укрытия от нахлынувшего бурного потока. Но, на счастье всех, страна слез располагалась в большой низине, окруженной бурно разросшимися дубами. А в дубе одного из самых старых могучих дубов жил отшельник, старый и дряхлый, но с ясным умом и добрым сердцем. Услышал он шум потока, вылез из дуба, осмотрелся, улыбнулся чему-то и, забыв про свою старость, ловчее малого, да удалого, взобрался на самую верхушку, где юные листочки трепал весенний ветерок. И воззвал он к потоку с мольбами, прося пощадить его старость и остановить свой жестокий путь. Поток приостановился, но слезокапы возроптали: «Старик, ты нам не указ». А он им в ответ: «Неужели вы не видите, что несете с собой только горе и разрушение. Ведь если бы вы научились по-другому жить, и вам, и другим пришло бы облегчение».
Вдруг поток разделился, и старик понял, что был прав: слезокапы задумались. И тут произошло то, чего никто не ожидал: весенние проталины, залитые благодатными лучами солнца и политые обильно слезокапами, раскрылись навстречу весне – вот букашка, вот листочек, семечко, пташка. И от неожиданной красоты и удивления всем, от этой тихой, теплой радости растаяло сердечко одного слезокапки, и он, вместо того, чтобы заплакать, тихо-тихо засмеялся. Засмеялся и старик. И тут слезокапы поняли, что и природа смеется вместе с ними. И так уж сильно это им понравилось, что с тех пор они даже перестали называть себя слезокапами, а звались просто капы или ласково – капики. Ведь даже в этом слове – «кап» слышится какой-то тихий серебряный звон и надежда.
Сказка про осла.
Жил-был осел. Пошел он однажды в лес. Нашел там мешок золота. И сдох от счастья.
Сказка…
— День добрый!.. – сказала Этлания, распахнув свои огромные глаза и улыбнувшись первым лучам солнца.
«Сегодняшний день, — подумала она, — будет одним из самых ярких…» Тысяча разноцветных огней вспыхнуло в эту секунду, переливаясь в лучах солнца.
Этлания – дочь Земли и Неба, в ней удивительно сочетаются множество качеств. Она плодотворна в своих мыслях и деятельна, как матушка. И спокойна, ласкова, но порой нетерпелива, властна, как отец.
В этой жизни у нее есть определенная цель, о которой знает только она. И, к сожалению, об этом она никогда и никому не говорит.
Этлания обладает поразительными свойствами: превращение в «Рррык» и «Транту». Но особенно Этлания любит летать, летать, превращаясь в облако, и обязательно цветное, например, оранжевое или изумрудно-желтое. А после собирает звезды в свою корзину, чтобы раздать их друзьям.
— Спокойной ночи!.. – сказала Этлания, закрыв свои глубокие глаза, улыбнувшись песни, которая звучала… — Завтра, я построю, а, может быть, слеплю то, что…
Пузочесик.
В маленькой-премаленькой стране жил ужасно маленький Пузочесик. Он был очень застенчивым и обожал все сладкое.
Жил он за речкой от огромного черного леса, где обитали страшные звери. Но страшнее всех зверей был злой волшебник Кукарямба, который построил свой дом в самой темной части леса – в «Чаще страха».
Однажды Пузочесик вышел погулять, и захотелось ему сладкой малины, что растет на другом берегу речки. Взял он свою корзинку для сладостей (а она была у него не маленькой) и переплыл в ней реку. Как вдруг слышит за огромным деревом около малины жалобный стон. Пузочесик был очень любопытным и поэтому заглянул за дерево, там лежала раненая медведица – злой Кукарямба украл ее медвежонка и ранил ее в лапу. Пузик приложил к ранке чудо-траву, собрал малину, накормил медведицу и пошел искать другие ягоды, но увидел на дереве большую конфету – это была ловушка волшебника, и Пузик попал в нее: он упал в большую яму. Вылез Кукарямба из-за дерева и хотел уже съесть Пузочесика, как вдруг появилась медведица – она вытащила из ямы Пузочесика и посадила туда Кукарямбу. До сих пор сидит он там, а Пузочесик теперь никого не боится.
Сказка о Склинфах.
В некотором Пространстве, неведомом мире жили-были Склинфы. Они были очень веселые и подвижные существа – а как же иначе жить в Мире полном красок, цветов и постоянных Игр. А играть Склинфы очень любили: они гонялись друг за другом по своему Миру, то, порхая как бабочки, то, стремительно несясь между листвы любимых деревьев. А еще любили Склинфы ради Игры постоянно заглядывать в другие Пространства – а как там играют.
И вот однажды заглянули они на Землю, да, да на нашу родную Землю, и что увидели? Шел летний дождь, и люди понуро брели под зонтами по своим домам, но вот выглянуло солнце, и каждая капля заискрилась, засверкала словно драгоценность. А люди все идут и ничего этого не замечают!
Удивились Склинфы: идет прекрасный дождь, дающий влагу траве и деревьям, цветам и кустам; светит солнце – а они не рады?! Собрались тогда Склинфы все вместе и призадумались: как удивить людей, как сделать так, чтобы они улыбнулись? Долго ли, коротко ли думали – мы этого никогда не узнаем. Но вот один из Склинфов предложил другим: «Пошли, поиграем под Земным дождем и солнцем?» Высыпали Склинфы на Земной небосвод и заискрились, засверкали под Солнцем, а люди подняли глаза к небу и улыбнулись – некоторые маленькие люди (они называются дети) даже запрыгали от радости. Оказывается, Солнце преломило свои длинные лучи о сверкающих Склинфов, и на небе появилась Радуга.
Вот так вот маленькие Склинфы, того не ожидая, исполнили свое желание. А вы видели Радугу? Иногда их бывает две, а то и три – то-то веселая игра идет в небесах.
Список литературы.
Андреева Н.Н. «Психокоррекционно-развивающая сила чувашской сказки»// Журнал практического психолога 1999, №10-11, стр. 94.
Вачков И.В. «Сказкотерапия: Развитие самосознания через психологическую сказку». — М.: Ось-89,2001.
Доценко Е.Л. «Семантическое пространство психотехнической сказки»// Журнал практического психолога 1999, №10-11, стр.72.
Зинкевич –Евстигнеева Т., Михайлова Е. «Комплексная сказкотерапия как новая психолого-педагогическая технология» // Журнал практического психолога 1998, №5, стр.44.
Лобачева Е.В., Доценко Е.Л. «Диагностика межличностных отношений с помощью проективной сказки»// Журнал практического психолога 1999, №10-11.
Соколов Д.Ю. «Сказки и сказкотерапия». – М.: ЭКСМО-Пресс, 2001.
Ямщикова Н.А. «Возвращение к сказке»// Журнал практического психолога 1999, №10-11, стр.172.
+ продвижение товара + реклама
The total consignment is only 1000 lb., and we are pleased to offer it to you at per lb.
(1)
(2)
V ,м/с
При проведении сейсмических на площади , где ранее выполнялись сейсмические исследования, сеть новых профилей должна частично повторять старые профили для сопоставления качества старого и нового материалов, При наличии на изучаемой площади скважин глубокого бурения они должны быть увязаны в общей сети сейсмических наблюдений , и пункты взрыва и приема должны располагаться вблизи скважин.
Непосредственно процессу записи цифровой информации на ленту магнитофона ЭВМ предшествует этап ее разметки на зоны. Под зоной понимается определенный участок ленты , рассчитанный на последующую запись k слов, где k = 2 , а степень n = О, 1, 2, 3. . ., причем 2 не должно превышать емкость оперативной памяти . При разметке на дорожках магнитной ленты записывается код , обозначающий номер зоны , а последовательность тактовых импульсов отделяет каждое слово.
Главным элементом устройства ввода аналоговой сейсмической записи в ЭВМ является аналого-цифровой преобразователь (АЦП) , выполняющий операции преобразования непрерывного сигнала в цифровой код. В настоящее время известно несколько систем АЦП . Для кодирования сейсмических сигналов в большинстве случаев используются преобразователи поразрядного взвешивания с обратной связью . Принцип действия такого преобразователя основан на сравнении входного напряжения (отсчетной амплитуды) с компенсирующим. Компенсирующее напряжение Uk изменяется поразрядно в соответствии с тем, превышает ли сумма напряжений входную величину Ux. Одним из основных узлов АЦП являются цифро-аналоговый преобразователь (ЦАП) , управляемый но определенной программе нуль-органом , сравнивающим преобразуемое напряжение с выходным напряжением ЦАП. При первом тактовом импульсе на выходе ЦАП возникает напряжение UK , равное 1/2Uэ. Если оно превышает суммарное напряжение Ux , тогда в положении «нуль» окажется триггер старшего разряда . В противном случае (Ux > UKl) триггер старшего разряда окажется в положении единица. Пусть в первом такте выполнялось неравенство Ux < 1/2Uэ и в первом разряде выходного регистра записан нуль. Тогда во втором такте Ux сравнивается с эталонным напряжением 1/4Uэ , соответствующим единице следующего разряда. Если Ux > Uэ , то во втором разряде выходного регистра запишется единица , а в третьем такте сравнения Ux будет сопоставляться с эталонным напряжением 1/4Uэ + 1/8Uэ , соответствующим единице в следующем разряде. В каждом очередном i-том такте сравнения , если в предыдущем была записана единица , напряжение Uki-1 увеличивается на величину Uэ /2 до тех пор , пока Ux не окажется меньше Uki. В этом случае выходное напряжение Ux сравнивается с Uki+1 = Uэ/2 ∙ Uэ/2 и т. д. В результате сравнения Ux с поразрядно изменяемым UK в положении «нуль» окажутся триггеры тех разрядов, включение которых вызвало перекомпенсацию , а в положении «единица» -триггеры разрядов , обеспечивших наилучшее приближение к измеряемому напряжению. При этом в выходном регистре запишется число , эквивалентное входному напряжению ,
Ux = ∑aiUэ/2