Автор: admin

Третьеиюньская монархия. 3государственная Дума. Реформы П. А. Столыпина

3 июня 1907 г. вышел Манифест о роспуске 2 государственной Думы, которая просуществовала 102 дня, предлогом было обвинение депутатов социал-демократической фракции в подготовке государственного переворота. Возникла новая система политической организации – “третьеиюньская монархия”. Одновременно был опубликован новый избирательный закон, который был принят без одобрения  Государственным советом и Государственной Думой. Он изменил порядок думских выборов. По нему  1 голос помещика приравнивался к 4 голосам крупной буржуазии, к 68 голосам мелких городских собственников, 260 голосам крестьян и 543 голосам рабочих. Рабочие потеряли половину выборщиков, а крестьяне  — больше половины. Избирательного права были лишены 8 млн. жителей Урала, Сибири, и Средней Азии. Число депутатов от национальных районов сократилось втрое (Кавказ, Польша). Выборы в Ш Думу были невсеобщими, сословными и неравными, многоступенчатыми и непрямыми. Они проходили в обстановке террора и полицейских преследований.  Ш Государственная Дума (ноябрь1907-июнь 1912г.).   В нее вошло: 32% “правых депутатов” — поддерживающих правительство, 33% октябристов – поддерживающих  предпринимателей /крупных промышленников, финансовую буржуазию, либеральных помещиков, состоятельную интеллигенцию/. Они составили центр. 12% кадетов, 3% трудовиков, 4,2% социал-демократов и 6 % от национальных партий, они  заняли “левый” фланг. Результаты голосования зависели от того, куда качнется “центр”. Если вправо, то образовывалось “право-октябристское” большинство, поддерживающее правительство. Если влево, то создавалось “кадетско-октябристское” большинство, готовое к реформам либерально-демократического характера. Так сложился парламентский маятник, позволяющий правительству Столыпина проводить нужную ему линию, лавируя между “правыми” и кадетами, то усиливая репрессии, то проводя реформы.  По прежнему правительство занималось тремя вопросами: национальный, аграрный и рабочий.  Рабочий вопрос.5 лет Дума  обсуждала законопроект о продолжительности рабочего дня, о страховании и пенсиях для рабочих. В 1912 г. Дума приняла закон о государственном страховании от несчастных случаев и по болезни. Он распространился только на 15% и создавал видимость заботы правительства о рабочих. Национальная политика проводилась под лозунгом “Россия для русских”. Аграрная  политика занимала центральное место. В 1907 г были полностью отменены выкупные платежи. Крестьяне требовали земли. Столыпин настоял на проведении реформы перехода от общинного землевладения и частному. Поэтому  реформа называется “Столыпинской”.  1)Указ от 9/11-06г. разрешил выход крестьянину выход из общины, а закон от 14/6-10г. сделал выход обязательным. 2) крестьянин мог объединить участки земли в единный отруб или выселитьмся на отдельный хутор.3) создавался фонд из части казенных и императорских земель. 4) для покупки земли Крестьянский банк давал денежные ссуды.  5)  правительство поощряло переселение крестьян за Урал, т.к. в центре России  был “земельный голод”.  Цель реформы: сохранение помещичьего землевладения, ускорение буржуазных изменений в сельском хозяйстве, воспитание в крестьянине чувство собственника, сняв тем самым социальную напряженность в деревне и создать там опору правительства – сельскую буржуазию. Реформа способствовала подъему экономики страны. Сельское хозяйство приобрело устойчивый характер. Увеличилась покупательная способность населения и валютные поступления, связанные с вывозом зерна.  На деле: 35% крестьян вышло из общины  10% завело хуторское хозяйство. 16% переселенцев вернулось в центральные районы и пополнили армию пролетариев. 20% крестьян, взявших ссуду разорились. Нужды крестьянина в земле не были удовлетворены. Реформа ускорила социальное расслоение- формирование сельской буржуазии и пролетариата. С 1910 г. наметилось нарастание нового социально-политического кризиса. “Правые”  были недовольны излишним “реформаторством”; помещики требовали от правительства льгот; буржуазия настаивала на пересмотре налоговой системы; крестьяне требовали передела земли; рабочие усилили стачечную борьбу, воспользовавшись промышленным подъемом. (Ленские события 1912г.- расстрел рабочих).Росло национально-освободительное движение на окраинах. Все это свидетельствовало о постепенном разложении третьеиюньской  системы. Отношение политических партий к реформе: правые и октябристы (осуждение насильственной ломки общины, но в целом поддерживают ее), трудовики (критикуют реформу, требуют национализации земли), большевики (реформа прогрессивна в научном смысле, но есть и другой путь — буржуазной эволюции села американского типа).

П.А Столыпин   (1862-1911 гг)   В 1906-11г.  Столыпин  председатель совета министров и министр внутренних дел. Принципы деятельности: успокоение и реформы. Дайте гос-ву 20 лет внутреннего и внешнего покоя и вы не узнаете нынешней России. Вам нужны великие потрясения,  а нам нужна великая Россия. Делал опор на низы. Столыпина не понимало ни правительство, ни двор. В 1911 был убит на спектакле в киевской опере, где был государь (убийца Багров- сын юриста, землевладельца; внук еврейского писателя; был связан с социал-демократами, эсерами, но работал на охранку; был повешен).

 В конце 1912 г. прошли выборы в 4 Государственную думу. В ней сохранилось два большинства (право-октябристское и октябристско-кадетское). Вступление России в первую мировую войну  в 14г. вызвало большой патриотический подъем. Все  партии (кроме большевиков) поддержали правительство. Но поражения на фронте, неспособность правительства стабилизировать обстановку в стране вызвало оживление оппозиционного движения. Депутаты  Думы и Гос. сосвета образовали Прогрессивный блок, который потребовал создать правительство, обладающее доверием общества. Постепенно падал авторитет верховной власти из-за безраздельного  влияния на царя и его жену — Г. Распутина. Он вмешивался в государственные дела, смещал и назначал министров. Прославился финансовыми махинациями распутством и пьянством.  “Распутинщина” была следствием и проявлением слабости, неспособности царя найти правильный курс во внутренней и внешней политике. Монархисты  считали, что этот авантюрист компрометирует дом Романовых.  Либералы страшились его угроз распустить Думу. Демократическая общественность смеялась над нелепым союзом царя и полуграмотного мужика. Распутин был убит 1916 г. Но это не предотвратило назревание политического кризиса. Среди думских депутатов стала созревать идея дворцового переворота с целью замены царя и создания правительства, ответственного перед Думой. Но революция перечеркнула их планы, и ничто уже не могло спасти монархию.

При подготовке данной работы были использованы материалы с сайта http://www.studentu.ru   

Технические новшества

Прогрессивные веяния морской технологии были продемонстрированы на борту «Титаника». Он был оснащен многоступенчатой реактивной паровой турбиной низкого давления системы Парсонса наряду с двумя четырехцилиндровыми паровыми поршневыми двигателями инвертированного типа с тройным расширением. В котельных помещениях судна было установлено 29 паровых котлов — каждый весом в 100 тонн, которые разогревались жаром 159 топок. Угольные печи разогревали воду в котлах, чтобы получить пар. Затем пар подавался на поршневые двигатели. Как только пар попадал в один из четырех цилиндров двигателя, вырабатывалось необходимое усилие для вращения одного из гребных винтов. Лишний или потерянный пар конденсировался в испарителях и полученная вода могла быть возвращена в котлы для повторного нагревания. Изменение количества пара, поданного на двигатели управляло скоростью судна. Дым от топок и выхлопы двигателей выбрасывались через три первых трубы. Четвертая труба была фальшивой и использовалась для вентиляции. Многие энтузиасты «Титаника» любят указывать на ошибки в фильмах и на художественных изображениях корабля, когда из четвертой трубы идет дым.
На «Титанике» вообще все было совершенно и современно. Свет на борту судна погас только в тот момент, когда оно заняло практически вертикальное положение и многие его электроагрегаты просто свалились со своих мест под собственной тяжестью. Но они работали уже будучи залитыми водой!

Безопасность, доходящая до «непотопляемости»

«Титаник» был оснащен шестнадцатью спасательными шлюпками, длиной около 10 метров (33 фута), которые были укреплены на новых шлюпбалках Уэлина (Welin) двойного действия. Это чудовищное несоответствие числа пассажиров и экипажа корабля с имеющимися местами в спасательных шлюпках должно было быть ясно сразу: учитывая число мест в одной из таких шлюпок, а оно равно 76, несложно вычислить, что для спасения всех людей с «Титаника» потребуется по меньшей мере 48 шлюпок, а не как не 16. Правда на борту имелись еще складные шлюпки системы Энгельхардта в количестве 4х штук с 50 посадочными местами в каждой, но это никак не могло изменить сложившегося положения на борту во время катастрофы. Это самое страшная недоработка проекта такого огромного судна — нет места в спасательных шлюпках для спасения всех. Кто-то обязательно должен был погибнуть, что и случиться чуть позднее.
Но этому ужасному катастрофическому факту есть свое объяснение. «Титаник» был снабжен спасательными средствами согласно действовавшим в те годы нормам обеспечения безопасности. Согласно британским правилам, каждое судно валовой регистровой вместимостью свыше 10 тысяч тонн должно было иметь на борту 16 шлюпок общим объемом 156 кубических метров и такое количество плотов и плавучих приборов, которое соответствует 75 процентам объема спасательных шлюпок. Для «Титаника» объем спасательных средств должен был составить, таким образом, 274 кубических метра, что было достаточно для размещения 962 человек. Фактически шлюпки могли вместить лишь 30 процентов общего количества людей, на которое был рассчитан лайнер.
Но вернемся к конструктивным особенностям лайнера. Он был разделен на 16 отсеков пятнадцатью водонепроницаемыми перегородками. Водонепроницаемые двери, разделяющие отсеки, могли быть активизированы вручную, либо системой, следящей за повышением уровня воды на палубе, или электромагнитом, которым можно было управлять с ходового мостика. В нормальном состоянии через обмотку электромагнита протекал ток и он удерживал двери в открытом (поднятом) состоянии. Как только на ходовом мостике щелкали рубильником, электромагниты отключались и двери автоматически «падали», перекрывая таким образом проходы между отсеками.
Помимо всего прочего, «Титаник» был оснащен самой современной для того времени системой обнаружения пожара, в которую входил детектор дыма, разработанный в том же 1912 году. Прямо под ходовым мостиком на палубе «Д» находился пост пожарной команды. На нем круглосуточно находился пожарный или, во всяком случае, он был не далее 2х метров от этого поста. На потолочной переборке этого отсека был установлен герметический стеклянный кожух, под который были выведены маленькие трубки от вторичных противопожарных постов, расположенных в разных местах судна. Всасывающая система тянула воздух под этот стеклянный кожух. Под ним находилась нить фольги, которая вибрировала под действием воздушных потоков и давала знать наблюдателю, что всасывающая система активизирована. Если дым появлялся в помещении, в котором находилась входная (всасывающая) вторичная трубка, то он немедленно засасывался под стеклянный кожух и принимал форму небольшого шарика, похожего на комочек шерсти. Главный пожарный мог позвонить по телефону дежурному по палубе на соответствующий вторичный пост пожаротушения и попросить его проверить и определить причину задымления или загорания. Гидранты и пожарные шланги располагались на судне по специально разработанному стратегическому плану.
2ого апреля 1912, самое большое судно из когда-либо существовавших до этого времени в мире, вышло из Белфаста на ходовые испытания в море, а уже 10ого числа корабль вышел в свое первое роковое плавание, ставшее для него последним.

Капитан

Капитаном нового лайнера был назначен один из ветеранов британского торгового флота — Эдвард Джон Смит. Ему было уже шестьдесят с небольшим лет, из которых он верой и правдой 30 прослужил компании «Уайт Стар».
С 1887 года Смит был капитаном таких известных лайнеров фирмы, как «Рипаблик», «Британик», «Маджестик», «Балтик», «Адриатик» и «Олимпик». Интересно, что капитан Смит никогда не был очевидцем никаких аварий и катастроф на судах, которыми управлял. Совсем недавно он благополучно провел через Атлантику судно-близнеца «Олимпика» и первый рейс «Титаника» должен был стать последним в его послужном списке, так как всеми уважаемый капитан собирался удалиться после этого на покой. Некоторые пассажиры плавали только на тех судах компании «Уайт Стар», которыми управлял капитан Смит.

«Если бы» и «могло бы не быть»

3его апреля 1912 года «Титаник» прибыл в Саутгемптон, где принял на борт часть пассажиров, уголь и запас продовольствия на рейс в Америку и обратно.
Утром 10ого апреля три мощных буксира начали выводить «Титаник» из порта Саутгемптон в открытое море. На набережной толпы народа с восхищением смотрели на исполинское судно, поблескивающее свежей краской на весеннем солнце. Пароход действительно был красив. Черный корпус с ровными рядами больших иллюминаторов, белая, огромных размеров, в четыре яруса спардечная надстройка, красная ватер-линия, темно-коричневые высоченные мачты и четыре гигантские дымовые трубы палевого цвета с черными верхушками…
Говорят, что самые горькие фразы, когда-либо придуманные людьми,- это «если бы» и «могло бы быть». В злополучной цепи удивительнейших случайностей и совпадений, решивших судьбу «Титаника», таких «если бы» пять. И первое из них произошло именно в этот момент выхода из порта. В результате возникшего явления присасывания масс лайнер «Нью-Йорк» начало притягивать к двигавшемуся рядом «Титанику». Словно нитки, оборвались семь швартовых (толщиной с руку) концов, удерживавших американский пароход у причала. Толпа пассажиров, стоявших на палубе у леерного ограждения, мгновенно отхлынула от борта. Капитан Смит, поняв опасность, бросил ручки машинного телеграфа на положение «Стоп». Расстояние между левым бортом «Титаника» и кормой «Нью-Йорка» не превышало трех метров. Столкновения удалось избежать. Если бы лайнеры столкнулись, то наверняка роковой рейс «Титаника» был бы отложен. Но буксиры «Нептун» и «Вулкан» благополучно вывели исполина в открытое море.

После этого он пересек Ла-Манш, зашел в Шербур, принял на борт еще часть пассажиров и почту и снова вернулся к берегам «Туманного Альбиона», на этот раз — в Кингстаун. Здесь также погрузили почту и приняли на борт последних пассажиров. На борту «Титаника» находилось 1316 пассажиров и 891 член экипажа (один кочегар дезертировал с судна за пять минут до отхода), всего 2207 человек. 11ого апреля 1912 года, в 14.00 он начал свое роковое плавание…
Светящийся циферблат часов на ходовом мостике «Титаника» показывал судовое время 23 часа 40 минут. Заканчивалось воскресенье 14 апреля — четвертый день плавания. Винты лайнера вращались со скоростью 75 оборотов в минуту, лаг показывал скорость 22,5 узла. Над Северной Атлантикой стояла ясная безлунная ночь, воздух был чист и прозрачен, на небе ярко мерцали звезды. Океан напоминал необъятное зеркало, затянутое черным крепом. На передней мачте лайнера, на высоте 30 метров над палубой, в специальном наблюдательном пункте, который моряки называют «вороньим гнездом», два матроса напряженно вглядывались в темень ночи. Океан и небо слились в один непроглядный черный фон. Ввиду исключительно спокойного состояния моря горизонт был неразличим.
Внезапно один из впередсмотрящих, Фредерик Флит, увидел прямо по курсу корабля нечто более темное, чем ночная тьма. Ударив трижды в сигнальный колокол, он снял телефонную трубку и сообщил на мостик: «Прямо по носу айсберг, сэр!» В ответ послышался спокойный голос первого помощника капитана Уильяма Мэрдока: «Благодарю». Тут же последовала его команда стоявшему у штурвала рулевому: «Право на борт!».
Через пару секунд после этой команды ручки машинного телеграфа были переведены в положение «Стоп» и тут же на отметку «Полный задний ход». Сквозь передние стекла ходового мостика Мэрдок уже видел приближавшуюся громаду айсберга, она надвигалась со стороны носа «Титаника» и казалась выше уровня бака лайнера. Судно продолжало с той же скоростью мчаться вперед, хотя все его три гребных винта вращались теперь на задний ход. Прошло ровно 38 мучительных своим ожиданием секунд, как нос парохода начал медленно уваливаться влево. Курс изменился на два румба. Первому помощнику показалось, что еще две-три секунды, еще каких-нибудь пять метров, отойти влево и айсберг, не коснувшись борта, пройдет справа. Но увы!
Здесь опять необходимо сказать несколько слов об очередном «если бы». Несмотря на безлунную ночь, впередсмотрящий заметил бы айсберг не за полмили (926 метров), а за две или три, если бы на море было хоть небольшое волнение или зыбь. В этом случае он увидел бы белые барашки у «ватерлинии» айсберга. Как позже стало известно, «Титаник» столкнулся с «черным айсбергом», то есть с таким, который недавно перевернулся в воде. Обращенная к «Титанику» сторона этого айсберга имела темно-синий цвет, из-за этого не было фосфоресцирующего явления. Нормальный, белый айсберг при подобном условии мог быть замечен за милю. Итак, прошло ровно 38 секунд. Судно слегка дрогнуло, и стоявшие на мостике почувствовали какую-то странную вибрацию огромного корпуса корабля. «Титаник» буквально прогладил айсберг своим правым бортом, при этом на носовую палубу парохода справа от фок-мачты упало несколько тонн льда. Его обнаружили и в отдельных каютах правого борта, иллюминаторы которых были открыты для проветривания на ночь. Получилось так, что форштевень «Титаника» за несколько метров от ледяной горы прошел свободно, а подводная часть правой скулы судна в районе форпика столкнулась с острым подводным выступом айсберга, так называемым шипом.
Известно, что надводная часть любого айсберга по высоте равна примерно 1/10 его подводной части, не говоря уже о том, что под водой айсберг намного шире своей надводной части. Причем «Титаник» не просто чиркнул скулой об этот выступ, а именно прогладил подводной частью на полном ходу треть длины правого борта. При этом обшивка парохода была разрезана льдом на протяжении почти 100 метров, словно консервная банка открывалкой.
Как только прекратился скрежет льда о подводную обшивку борта парохода, на ходовом мостике «Титаника» появился капитан Смит. Как явствует из показаний на суде четвертого помощника капитана лайнера Боксхолла, последний шел по коридору на ходовой мостик, когда услышал три удара в колокол и команду: «Право на борт!». Поднявшись на мостик, он увидел, что ручки машинного телеграфа стояли в положении «Полный задний ход». Он также видел, как первый помощник капитана Мэрдок повернул рычаг автоматического закрытия дверей водонепроницаемых переборок. По его словам, часы на мостике показывали 23 часа 40 минут. По свидетельству Боксхолла, между капитаном Смитом и Мэрдоком состоялся такой разговор:
-Что случилась, господин Мэрдок?
— Мы ударились о лед. Я намеревался обойти его слева; но судно было уже слишком близко, я среверсировал машины и ничего больше не смог сделать.
— Закройте аварийные двери!
— Они уже закрыты, сэр.
Казалось бы, несший вахту первый помощник капитана Мэрдок поступил вполне правильно, положив руль на борт и среверсировав машины парохода. Во всяком случае, во время разбирательства обстоятельств катастрофы как в Нью-Йорке, так и в Лондоне этот вопрос не обсуждался. Однако это очень важный вопрос и еще одно «если бы» в цепи злополучных случайностей, преследовавших «Титаник». Позже выяснилось, что, если бы Мэрдок не среверсировал машины сразу же после команды «Право на борт», «Титаник» наверняка избежал бы столкновения с айсбергом. Вот что об этом пишет один из известнейших в Англии кораблестроителей, почетный вице-президент Королевского общества кораблестроителей профессор К. Барнаби в своей книге «Некоторые морские катастрофы и их причины» (Лондон, 1968).
Единственной надеждой Мэрдока было как можно быстрее повернуть судно влево, а потом вправо, огибая айсберг. Команда «Право на борт» является правильной, и маневр почти удался. Однако команда среверсировать машины уменьшала активность руля и этим самым задерживала необходимый поворот. Действие руля зависит от квадрата скорости потока воды обтекающего перо руля, и эта скорость сразу же была уменьшена остановкой винта, расположенного впереди пера руля».
Можно предполагать, что, если бы Мэрдок знал, что «Титаник» так поздно изменит курс и пробоина из-за его команды составит по длине почти 100 метров, он наверняка принял бы удар айсберга на форштевень, то есть не пытаясь отвернуть влево и среверсировав машины. Вот что по этому поводу сообщает нам тот же профессор Барнаби:
«Что было бы, если бы «Титаник» врезался в айсберг носом? Вайлдинг, кораблестроитель из Белфаста, вычислил, что нос судна при этом вмялся бы на 25-30 метров, но судно бы не погибло. Это была бы мгновенная смерть для тех, кто в это время находился в носовой части судна, но погашение инерции хода было бы довольно медленным в сравнении с едущим на такой скорости автомобилем, у которого мгновенно выжали до конца тормоза». «Титаник» был построен так, что мог оставаться на плаву при затоплении любых двух из его 16 водонепроницаемых отсеков. Он мог также сохранять плавучесть в случае затопления любых трех из первых пяти отсеков. Непотопляемость лайнера была обеспечена даже при затоплении всех первых четырех отсеков. Но судно не было рассчитано на затопление всех первых пяти отсеков.
Неужели капитан Смит, этот матерый морской волк, не одну сотню раз пересекший Атлантику, нe знал о возможной встрече в это время года у берегов Ньюфаундленда с айсбергами? Конечно, знал.
Предупреждение о появившихся на трассе «Титаника» ледяных полях и айсбергах Смит получил от капитанов порта еще до выхода в рейс в Саутгмптоне и Куинстауне. На второй день плавания радиостанция «Титаника» приняла сообщение с французского парохода «Ла Турень» о встреченных им ледяных полях в районе 45° северной широты и 50°40′ западной долготы. Лайнер «Париж» радировал «Титанику» о другом ледяном поле — на 45°09′ северной широты и 49°20′ западной долготы. Около девяти часов утра рокового дня, в воскресенье 14 апреля, старший радист «Титаника» Филиппс принял следующее сообщение от лайнера «Карония»:
«Идущие на запад пароходы сообщают об айсбергах, гроулерах и ледяных полях от 42° северной широты, между 49 и 51° западной долготы».
В 9 часов 44 минуты капитан «Титаника» ответил:
«Спасибо за сообщение. Погоду мы встретили разную. Смит».
Чуть позже поступило предупреждение об айсбергах от английского лайнера «Балтик»:
«Несколько пароходов на выходе в океан встретили лед и айсберги от 49°09′ до 50°20′ западной долготы».
В это время «Титаник» находился на 50°14′ западной долготы.
В 13 часов 45 минут «Титаник» принял радиограмму германского парохода «Америка»:
«Прошли два больших айсберга в районе 41°27′ северной широты и 50°08′ западной долготы».
Потом снова в эфир вышел «Балтик»:
«Греческий пароход «Афенаи» сообщает, что сегодня утром встретил айсберги и большие ледяные поля на широте 41°51′ северной и долготе 49°52′ западной».
Ни капитан, ни вахтенный штурман об этих сообщениях не знали: радисты их просто не передали на мостик, который находился от них в 20 метрах. Вот здесь необходимо сказать еще об одном «если бы». Конкретно: если бы радисты «Титаника» передали это и другие сообщения на мостик, то вахтенный помощник, конечно, обратил бы внимание на столь конкретное предупреждение об айсбергах… Но деньги есть деньги. В этот день с раннего утра радист «Титаника» Джон Филиппс и его помощник Гаральд Брайд занимались передачей частных радиограмм на мыс Расс, откуда их телеграфировали в разные города США и Канады. Радисты были заинтересованы в этой работе, так как богатые пассажиры за быструю посылку частных депеш давали чаевые. Наступил вечер, а ворох неслужебных радиограмм на столе радистов не убывал. Многим пассажирам первого и второго классов «Титаника» хотелось использовать радио — «эту удивительную новинку века» и известить своих близких и родных с просторов Атлантики о скором благополучном прибытии. Радистам некогда было относить на мостик получаемые служебные сообщения об айсбергах и ледяных полях. Ведь чаевые за это не платили…
Кроме того, радио в то время только лишь появилось и капитан со старшими офицерами имели право игнорировать радиограммы, если считали их не особенно важными. Радиотелеграф еще не считался обязательным и важным предметом оборудования судна…
В 18 часов 40 минут Филиппс принял депешу парохода «Калифорниан», адресованную пароходу «Антилиан»:
«Капитану «Антилиана». В 18 часов 30 минут по судовому времени, широта 42°03′ северная, долгота 49°09′ западная, три большие ледяные горы пять миль южнее нас».
И это предостережение осталось лежать в радиорубке «Титаника», который со скоростью 22,5 узла продолжал мчаться навстречу опасности. В 21 час 40 минут Филиппс принял еще одно сообщение об айсбергах от другого парохода:
«От «Месаба» — «Титанику» и всем идущим на запад судам. Сообщаю о льде от 42° до 41°25′ северной широты и от 49° до 50°30′ западной долготы; видел массу тяжелого набивного льда и большое количество айсбергов, также ледяные поля. Погода хорошая, ясная».
Наконец, в 22 часа 40 минут, то есть за час до столкновения, когда Филиппсу наконец удалось наладить хорошую связь с мысом Расс, в эфир на его волне ворвался Эвенс — радист «Калифорниана». Его станция, заглушавшая морзянку станции мыса Расс, отчетливо передавала:
«Мы остановились, окружены льдами…»
Раздраженный тем, что его перебивают Филиппс отстучал: «Заткнись! Я занят, я работаю с мысом Расс». Он даже не удосужился дослушать сообщение до конца и записать координаты, где «Калифорниан» встретил лед.
«Титаник» продолжал мчаться навстречу своей гибели. В эфир с его антенны летели в Америку частные радиограммы о скором прибытии в Нью-Йорк… Ровно через час на мостике «Титаника» первый помощник капитана Мэрдок услышал по телефону голос впередсмотрящего Флита:

«Прямо по носу айсберг, сэр!»

Место столкновения с айсбергом.
Когда играли регтайм…

«Титаник» стоял неподвижно в ночи на зеркальной глади океана. Из первых трех его огромных труб с неистовым ревом, сотрясавшим тихое звездное небо, извергался пар. Выработанный 29 котлами, он был уже не нужен, теперь пар требовался лишь для вращения динамо-машины и отливных насосов. В котельных отделениях, заливаемых забортной водой, чтобы предотвратить взрыв котлов, механики и кочегары тушили топки. Услышав страшный рев пара, пассажиры первого и второго классов высыпали на верхнюю прогулочную палубу. Было холодно, и люди одевались, кто во что мог: меховые пальто, свитера, купальные халаты, пижамы.
Общей тревоги с сиренами и ударами в судовой колокол на «Титанике» не было. Смит опасался паники. Стюарты спокойно и вежливо разбудили спавших пассажиров, оповестили о «небольшом повреждении» лайнера и предложили всем надеть спасательные жилеты. Выйти на шлюпочную палубу было предложено только обитателям «люксов» и двух первых классов. В третьем же классе парохода такого объявления сделано не было, и фактически там никто не знал, почему трубы ревут, а судно стоит на месте. Сотни сонных, испуганных людей, толкая друг друга, устремились из кают и кубриков в проходы и коридоры лайнера. Согласно шлюпочному расписанию, пассажиры «люксов» и первого класса должны были собраться в носовой и средней части шлюпочной палубы, пассажиры второго класса — в кормовой части этой палубы. Место же для обитателей третьего класса, а он составлял две трети всех пассажиров «Титаника», предусматривалось на нижней кормовой палубе позади надстройки, перед палубой юта, и на носовой палубе, между срезом полубака и надстройкой. Но все выходы на эти две нижние палубы были закрыты… В течение двух часов живые цепочки людей, которые ехали в третьем классе, блуждали в поисках выхода по многочисленным коридорам и проходам в чреве огромного парохода. Большая часть из них так и не выбралась на верхние палубы из-за давки, которая там царила. Получилось так, что из нижних помещений третьего класса люди практически не имели возможности попасть на шлюпочную палубу. Толпы женщин и мужчин стояли у начала главной лестницы третьего класса, в кормовой части палубы. Наверх их не пускали стюарты. Распоряжение отправить женщин и детей к шлюпкам последовало лишь в 00 часов 30 минут. Множество людей попали на палубе в тупики, в панике искали выход наверх, но опять возвращались туда, откуда начали поиск. А в это время представители высшего общества занимали места в шлюпках.
Для большинства пассажиров «Титаник» был непотопляем. Они не хотели садиться в шлюпки, полагая, что в большей безопасности будут, если останутся на борту лайнера. Офицерам, матросам и стюартам «Титаника» пришлось буквально уговаривать пассажиров покинуть судно. Капитан Смит отдал приказ: «В первую очередь в шлюпки садятся женщины и дети!» Однако в первых спущенных на воду шлюпках «Титаника» оказалось и немало мужчин. Вежливые стюарты особую заботу проявили к своим подопечным пассажирам из класса «люкс».
Шлюпка под № 1, спущенная с правого борта, позже получила название «специальная миллионерская». Когда шлюпку спустили на воду, в ней вместо положенных 40 человек было всего 12. Она отошла от тонущего «Титаника» и больше к нему не возвращалась.
Одна за другой вдоль обоих бортов спускались на воду шлюпки и по тихой гладкой поверхности океана под стук, и хлопанье весел отходили прочь от «Титаника» в ночную мглу.
Капитан Смит, видимо, прекрасно понимал драматизм сложившейся ситуации: половина находившихся на борту лайнера людей, за жизнь которых он нес ответственность, должна была погибнуть, потому что спасательные шлюпки не могли принять всех. Он знал, что в пробковом спасательном жилете сильный человек, оказавшийся в воде, проживет не более часа. Если в 19 часов термометр показывал 6 градусов по Цельсию, то к 20 часам температура воздуха упала до 0 градусов, а температура воды в 23 часа равнялась -0,5° по Цельсию. Смит чувствовал, что число погибших окажется еще большим, если на тонущем пароходе начнется паника. Поэтому он приказал закрыть на замок все двери проходов, ведущих из помещений третьего класса, где находилось более 700 человек, наверх к шлюпкам. Чтобы хоть как-то отвлечь внимание пассажиров от мысли о неизбежности гибели корабля, Смит попросил руководителя оркестра судового ресторана Уолласа Хартли собрать своих музыкантов и начать играть. Сперва музыканты собрались в салоне отдыха первого класса, потом вышли на открытую шлюпочную палубу и начали играть. И вот в ночном холодном воздухе, под яркими звездами раздались звуки джаза. Четкие, ритмичные и быстрые колена модного тогда регтайма сменяли друг друга. Восемь профессиональных музыкантов старались изо всех сил. Видимо, они понимали, что играют последний раз в своей жизни… Звуки оркестра хотя и заглушали гул толпы, доносившийся с нижних палуб третьего класса, но не смогли заглушить револьверные выстрелы.
Позже на следствии выяснилось, что во время спуска на воду последних шлюпок из-за начавшейся паники и хаоса офицеры «Титаника» применили огнестрельное оружие.
С момента удара об айсберг прошел час. Гигантское судно тонуло.

В это время в машинном отделении «Титаника» механики и кочегары прилагали отчаянные усилия, чтобы поддержать давление пара в работающих котлах, необходимое для работы насосов и подачи энергии для электрического освещения и, главное, для радиостанции. По-прежнему с антенны лайнера неслись в эфир радиотелеграфные сигналы о помощи. В это время на связь с «Титаником» вышел его «брат»-лайнер «Олимпик». Он находился в 500 милях. Филиппс периодически поддерживал с ним связь, не переставая обращаться с просьбой о помощи к судам, находящимся ближе к «Титанику». А ближе всех к тонущему лайнеру была «Карпатия» (58 миль), радист которой сообщал, что она на предельных оборотах своей паравой машины мчится на помощь.

Утро понедельника 15 апреля

«Титаник» скрылся под водой в 2 часа 20 минут. Водоворота при его погружении, чего ожидали многие, не было. Все еще гладкая как зеркало поверхность океана была усеяна спасательными кругами, ящиками, шезлонгами, деревянными скамейками, досками, бочками и многочисленными другими предметами, которые продолжали то и дело всплывать откуда-то из глубины Атлантики. Среди этой мешанины барахтались сотни людей. Температура морской воды была ниже точки замерзания пресной воды (-2° по Цельсию).
На месте, где под воду ушел «Титаник», оказались еще две шлюпки конструкции Энгельхарда, всплывшие, когда верхняя палуба скрылась под водой. Одна из них была наполовину затоплена, другая плавала вверх днищем. Только сильные и выносливые люди сумели найти на этих плавучих островках свое спасение.
О судьбе капитана Смита показания очевидцев весьма противоречивы. Одни якобы видели, как он застрелился из браунинга, другие утверждали, что он плавал среди обломков кораблекрушения, держал одной рукой маленькую девочку, третьи свидетельствовали, что спустя час после гибели «Титаника» капитана увидели из шлюпки, куда он отказался влезть. Но что бы там ни утверждали очевидцы, Смит погиб со своим кораблем. Из семи помощников капитана погибло трое. Из 25 механиков «Титаника» не спасся ни один. Из двух радистов лайнера погиб один — Филиппс. Он оставался на своем посту до 2 часов 10 минут, пока работала его радиостанция. Его подобрала одна из шлюпок, но на рассвете он умер.

Получив сигнал бедствия «Титаника», капитан «Карпатии» Артур Рострон изменил курс и приказал своему старшему механику поставить двойную вахту кочегаров и идти на предельной скорости. В 0 часов 35 минут капитан рассчитал, что сможет подойти к месту катастрофы через четыре часа. В 1 час 50 минут радист «Карпатии» Гарольд Коттам получил последнее сообщение с тонущего лайнера:
«Идите как можно быстрее, машинное отделение затапливается по котлы».
«Карпатия» мчалась по тихому, безмятежному океану. Ее впередсмотрящие следили за плавающим льдом. Потом в одном румбе слева заметили плавающий айсберг. Вскоре они стали попадаться то с того и с другого борта. «Карпатия» несколько раз меняла курс. Ни «Титаника», ни его шлюпок Рострон не видел. Он приказал пускать ракеты каждые 15 минут. Наконец раздался крик впередсмотрящего: он увидел шлюпку. Это была шлюпка № 2, которой командовал четвертый штурман Боксхолл. В 4.10 пассажиры шлюпки были приняты на борт. Когда стало рассветать, увидели флотилию шлюпок, разбросанных на большом расстоянии друг от друга Последней подгребла к «Карпатии» шлюпка № 12, в которой находились полковник Грейси и радист Гарольд Брайд. Так спасено было 703 человека из 2207.

Послесловие

Катастрофа «Титаника» явилась для компании «Уайт Стар Лайн» началом ее конца. После этого доходы ее постепенно, но неизменно снижались. Послужило ли тому основой сама катастрофа или ее последующий общественно-политический эффект точно не скажет никто, но компания постоянно терпела только одни убытки и неприятности.
Из трех лайнеров «Олимпик-класса» лишь только сам «Олимпик» «прожил» достаточно долго, но судьба его также сложилась трагически.
Эту катастрофу человечество будет помнить всегда, несмотря на последующие трагедии и утраты человеческих жизней.
Дневник
1867
Нерентабельная компания «Уилсон энд Чэмберс» (Wilson & Chambers) приобретена Томасом-Генри Исмеем (Thomas Henry Ismay) и сэром Эдвардом Харландом (Edward Harland). Исмей создал новую компанию — «Оушеник стим навигейшн» (Ocean Steam Navigation), которая сохранила оригинальный красный флаг с белой звездой и вошла в историю под названием «Уайт Стар Лайн».
1891
Старший сын Томаса Исмея, Дж.-Брюс Исмей (J. Bruce Ismay) становится партнером «Уайт Стар» и через год Томас уходит из компании.
1902
«Уайт Стар Лайн» продана Международной Коммерческой Морской Компании (International Mercantile Marine Company), созданной Дж.-Пьерпонтом Морганом (J. Pierpoint Morgan). Стоимость сделки составила 10,000,000 английских фунтов стерлингов. Дж.-Брюс Исмей остался в компании и со временем стал директором-распорядителем «Уайт Стар».
1907
Встретились Дж.-Брюс Исмей и лорд Джеймс Пиррие (Lord James Pirrie), партнер компании «Харланд энд Вольф» (Harland and Wolff). Запланировано строительство двух суперлайнеров, «Олимпика» (Olympic) и «Титаника» (Titanic), а в будущем и третьего — «Гигантика» (Gigantic, переименованный в «Британник», Britannic).
1908-1909
Начинается строительство «Олимпика» и «Титаника» на верфи «Харланд энд Вольф» в Белфасте (Ирландия).
1910
20 октября
Корпус «Олимпика» успешно спущен на воду.
1911
31 мая
Корпус «Титаника» успешно спущен на воду. Следующие 10 месяцев уйдут на достройку.
Июнь
«Олимпик» выходит в свое первое трансатлантическое плавание.
20 сентября
«Олимпик», отчаливший из Саутгемптона, сталкивается с К.В.К. «Ястребом» (H.M.S. Hawke), британским королевским морским крейсером. Восстановление и ремонт на верфи «Харланд энд Вольф» отнимает один месяц и задерживает оборудование «Титаника».
1912
Январь
Шестнадцать деревянных шлюпок наряду с четырьмя складными шлюпками с парусиновыми бортами устанавливаются на борту «Титаника».
31 марта
Завершена достройка «Титаника»
10 апреля, среда — день отплытия
930 — 1130 дня
Пассажиры прибывают в Саутгемптон и поднимаются на борт нового лайнера.
Полдень
«Титаник» отдает швартовы и начинает свое первое трансатлантическое плавание. Он чуть не сталкивается с пароходом «Нью-Йорк» из-за присасывания масс.
630 дня
«Титаник» бросает якорь в Шербуре (Франция).
810 дня
«Титаник» выходит в Куинстаун (Ирландия).
11 апреля, четверг
130 дня
«Титаник» бросает якорь в Роше-Поинт (Roche’s Point) Куинстауна (Ирландия). Френсис Браун (Francis Browne), иезуитский семинарист, сходит с судна и делает последнюю известную в течение последующих 73 лет фотографию «Титаника». «Титаник» покидает Куинстаун и выходит в Нью-Йорк.
12 и 13 апреля
«Титаник» плывет по спокойной, чистой погоде.
14 апреля, воскресенье
Семь предупреждений о льдах получено в течение дня.
1137 вечера
Впередсмотрящие Фредерик Флит (Fredrick Fleet) и Арчи Джевел (Archie Jewel) заметили айсберг прямо по курсу. Айсберг ударяет по правому борту судна в носовой части. Первый офицер Уилльям Мердок (William Murdoch) закрывает водонепроницаемые переборки.
1150 вечера
Капитан Смит (Smith) просит конструктора Томаса Эндрюса (Thomas Andrews) и судового плотника руководить осмотром повреждений. Носовую часть лайнера начинает заливать забортная вода и ее уровень к этому времени поднимается до 4,2 метра (14 футов).
15 апреля, понедельник
1200 утра
Капитану Смиту сообщают, что лайнер останется на плаву еще пару часов. Он приказывает радистам Гарольду Брайду (Harold Bride) и Джеку Филлипсу (Jack Phillips) передать сигнал бедствия.
1205 утра
Отдан приказ на расчехление шлюпок и сбор пассажиров и команды на палубе. В шлюпках имеются места приблизительно только для половины из 2 227 человек, находящихся на борту.
1225 утра
Отдан приказ начать загрузку шлюпок в первую очередь женщинами и детьми. «Карпатия» (Carpathia), находящаяся в 58 милях южнее, принимает сигнал бедствия и на полной скорости выходит навстречу тонущему судну.
1245 утра
Первая спасательная шлюпка успешно отошла от лайнера. Она могла принять 65 человек, а отплыла, имея на борту только 28! Запущена первая ракета — сигнал бедствия. Всего восемь ракет будет выпущено в течение ночи.
115 утра
Наклон палубы становится все более и более крутым. Шлюпки спускаются с более плотной загрузкой.
140 утра
Большинство из шлюпок, находящихся в носовой части судна, спущены. Теперь пассажиры перемещаются ближе к корме.
205 утра
Спущена последняя шлюпка. На борту тонущего судна осталось 1 500 человек. С каждой минутой наклон палуб становится все более крутым.
217 утра
В эфир передан последний радиосигнал бедствия. Капитан Смит говорит членам команды: «Теперь каждый сам за себя!» Нос «Титаника» погружается все глубже. Многие пассажиры прыгают за борт. Рушится передняя дымовая труба, нанося многим смертельные увечья.
218 утра
Слышно как внутри лайнера предметы, ударяясь о стены, падают по направлению к погружающемуся носу судна. Судовое освещение мигает и гаснет навсегда. Некоторые спасшиеся видят, как корабль разламывается на две части. Носовая часть тонет.
220 утра
Отломившаяся кормовая часть «Титаника» падает на поверхность воды и некоторое время остается устойчивой. Медленно заполняясь водой, она начинает задираться вверх перед тем, как затонет в океане. Отчаянно барахтающиеся в ледяной воде люди медленно замерзают до смерти.
330 утра
Оставшиеся в живых видят ракеты спасательного судна «Карпатия».
410 утра
Первая спасательная шлюпка поднята на борт «Карпатии».
850 утра
«Карпатия» покидает место катастрофы и направляется в Нью-Йорк, имея на борту 705 спасенных пассажиров.
18 апреля, четверг
900 вечера
«Карпатия» прибывает в Нью-Йорк.
С 19 апреля по 25 мая
Сенатом Соединенных Штатов проводится расследование трагедии «Титаника».
С 22 апреля по 15 мая
Многие суда направлены на место катастрофы для поиска тел погибших. Всего 328 тел погибших было найдено плававшими в области, где разыгралась трагедия.
Со 2 мая по 3 июля
Расследование обстоятельств трагедии проводится Верховным судом Великобритании.
1913
Апрель
Для обеспечения безопасноти на морских путях Северной Атлантики создается Международный Ледовый Патруль (International Ice Patrol). Из катастрофы «Титаника» начинают делать правильные выводы.
Июнь
Среди общих насмешек и слухов Дж.-Брюс Исмей теряет свое положение председателя «Уайт Стар Лайнз» решением совета директоров Международной Коммерческой Морской Компании (IMM).
1914
Февраль
Спущено на воду второе судно-близнец «Титаника»,- «Британник». Он затонет спустя два года, во время Первой мировой войны.
1932
В Нью-Йорке, в возрасте 65 лет умирает Молли Браун (Molly Brown).
1935
После 24 лет надежного и безопасного обслуживания пассажиров лайнер-близнец «Титаника»,- «Олимпик» снимается с трансатлантических маршрутов и продается на металлолом.
1937
В возрасте 74 лет умирает Дж.-Брюс Исмей, живущий в уединении всеми забытый и презираемый.
1955
Уолтер Лорд (Walter Lord) создает бестселлер «Ночь, чтобы помнить» (A Night To Remember). Три года спустя под тем же названием выходит кинофильм, основанный на новелле.
1964
Выпускается киноверсия мьюзикла Мередит Уилсон (Meredith Wilson) «Непотопляемая Молли Браун» (The Unsinkable Molly Brown), в котором роль наиболее известной героини «Титаника» играет Дебби Рейнолдс (Debbie Reynolds).
1980
Выпускается кинофильм «Подъем «Титаника»» (Raise The Titanic).
1981
Джек Гримм (Jack Grimm) безуспешно пытается отыскать «Титаник».
1985
1 сентября
Объединенная франко-американская экспидиция научно-исследовательских институтов IFREMER и Woods Hole, руководимая доктором Робертом Баллардом (Robert Ballard), обнаруживает место залегания «Титаника» на глубине 3 750 метров (12 500 футов).
1986
Д-р Баллард возвращается к «Титанику» и проводит обширную фоторазведку. Для фотографирования лайнера с внешней стороны используется буксируемый подводный аппарат. Погружается пилотируемый фоторобот и производится съемка значительных секций судна изнутри и снаружи.
1987
Совместная экспедиция IFREMER, Titanic Ventures и RMS Titanic, Inc. производит картографирование, извлечение артефактов, фотоисследования и документирование.
1991
Совместная экспедиция IMAX Corporation и Института океанологии АН СССР имени П.П. Ширшова проводят съемки широкоформатного фильма в формате IMAX. Выполняются биологические исследования и осуществляется сборка образцов стали корпуса.
1994
В национальном морском музее (National Maritime Museum) в Лондоне открывается главная выставка, на которой демонстрируются артефакты, извлеченные компанией RMS Titanic Inc. в период с 1987 по 1993 год.
1996
26 августа
Экспедиция к месту гибели «Титаника» безуспешно пытается поднять 11ти-тонный фрагмент корпуса лайнера.
1997
18 декабря
Кинофильм «Титаник», снятый Джеймсом Кэмероном (James Cameron), начинает свое путешествие по миру. На создание фильма было затрачено свыше 200 миллионов долларов.
1998
10 августа
Джордж Таллох (George Tulloch) управляет совместными усилиями энтузиастов IFREMER/RMS Titanic Inc. в поднятии 20-тонноq части корпуса «Титаника». Его успешно поднимают на борт судна «Авелль» (Abeille).

Декабрь
Экспедиция Института океанологии АН СССР имени П.П. Ширшова во главе с А.М. Сагалевичем осуществляет спуск к останкам «Титаника» 12 туристов на аппаратах «Мир», которые проводят там по несколько часов. Проводится обстоятельный осмотр останков лайнера группами по 3 человека.
1999
Декабрь
Вторая подводная «туристическая» экспедиция Института океанологии АН СССР имени П.П. Ширшова на аппаратах «Мир» к останкам «Титаника».
Литература

1) Грейси «Гибель Титаника» 1998
2) Симон Эдамс «Титаник» 1999
3)Лорд Уолтер «Титаник» 1997
4) Том Макклайский «Анатомия Титаника» 1998

Основание Венецианской республики

В римскую эпоху административным центром северо-западной Адриатики становится Аквилея, город, основанный в 181 г. до н.э., и речной порт, куда ведет множество сухопутных дорог. Неподалеку находится морской порт Градо, являющийся также и военно-морской базой. На юге прибрежное поселение Кьоджа держит под контролем торговые пути, ведущие в Падую.

Лагуны северо-западной Адриатики образуют обширные пространства, заполненные местами соленой, местами горько-солоноватой водой, песком и илом. С севера на юг протянулась узкая полоска земли между реками Изонцо и Пьяве и полоса пошире — между поселениями Езоло и Кьоджа; через проливы, прорезающие береговую линию. Эти земли соединяются с морем; зыбучие пески дельты реки По образуют выступающий в море участок суши; воды лагуны также омывают земли между Комаккьо и Равенной. Центральная — собственно Венецианская — лагуна представляет собой обширное мелководье, где властвуют сильные приливы и отливы. Изначально среди ее болот было разбросано множество мелких островов: Мурано, Бурано, Торчелло и шесть десятков едва выступающих из воды островков архипелага Риальто, сгруппировавшихся вокруг излучины бывшей реки (будущий Большой канал).

В 402 г. н.э. готы под предводительством Алариха обрушиваются на Аквилею и подвластные ей земли и разоряют их. Население в страхе покидает город и ищет пристанища в лагуне. Если верить легенде, впоследствии усиленно распространяемой венецианцами в подтверждение древности своего города и не менее древних корней своей свободы, Венеция была основана 25 марта 421 г. на островках Риальто. В 452 г. предводитель гуннов Аттила вновь предает огню Аквилею и опустошает Конкордию. И так же, как в прошлый раз, местные жители ищут спасения среди вод и на островках лагуны. И вот около 466 г. поселенцы закладывают на новом месте основы своей будущей системы управления — избирают вождей — трибунов.

Относительная недоступность местности — передвигаться можно только по протокам на лодке — надежно гарантировала ее безопасность. По отношению к материку, где на протяжении веков хозяйничали захватчики и бушевали политические катаклизмы, она располагалась на отшибе, и обитателям ее было легче сохранять свою независимость. Нехватка продовольствия побуждала жителей выходить в море и добывать на продажу соль и рыбу. Суровые условия жизни заставляли поселенцев проявлять инициативу, способствовали возникновению чувства локтя и гражданского долга.

Вождь остготов Теодорих, проникший в 486 г. в Италию, захватывает Равенну и провозглашает себя королем; не желая подчиняться новым властям, местное население покидает насиженные места и перебирается поближе к морю.

После смерти Теодориха его приближенный Кассиодор в 537 г. направляет трибунам, поставленным над жителями лагуны, письмо с просьбой помочь доставить продовольствие из Истрии в Равенну, где свирепствует голод. К трибунам, являвшимся, очевидно, военачальниками, наделенными судебной и административной властью, Кассиодор обращается крайне почтительно и витиевато выражает свое восхищение самобытным образом жизни подчиненного им народа. Благодаря Кассиодору нам известно, что уже с VI в. жители лагуны активно осваивали морское и речное судоходство (каботажное плавание и плавание по всей Адриатике, рыболовство и добыча соли), а образ их жизни отличался поистине первозданной простотой: «Эти достойные похвалы венеты, многие из которых некогда были людьми знатными, расселились на юге до самой Равенны и берегов По, а на востоке дошли до красивейшего ионического побережья… Дома береговых жителей подобны гнездам водяных птиц, ибо стоят они в таких местах, кои сегодня являются частью суши, а завтра могут оказаться островами, так что невольно кажется, будто очутился где-нибудь на Кикладах и по прошествии некоторого времени вновь увидишь прежнюю картину. О великом этом сходстве вспоминаешь, когда разглядываешь простирающиеся вдаль и залитые водой равнины, среди которых выделяются сотворенные природою, но обустроенные трудом человеческим обитаемые островки: там люди, сплетая гибкие тростники, делают из них своего рода дамбы и бесстрашно противопоставляют морской волне столь хрупкую защиту… Единственная здесь пища — это рыба, что водится тут в изобилии. Здесь бедняк на равных говорит с богачом, все едят одну и ту же пищу, живут в хижинах и никто никому не завидует, ибо жилища все похожи одно на другое, а посему жизнь их размеренна и беспорочна, в то время как весь прочий мир разъедает порок зависти… Все силы этих людей уходят на добычу соли…»

В 568-570 гг. в бассейне По появляются лангобарды и создают там свое королевство со столицей в Павии; нашествие лангобардов опять вызывает отток местного населения, на этот раз долговременный и широкомасштабный; край покидают не только множество мелких собственников, но и крупные землевладельцы, военные, гражданские и церковные сановники. Патриарх Аквилеи (согласно легенде, епископство Аквилейское основал святой Марк) перебирается в Градо. Бывшие жители Тревизо создают поселения на островках Риальто и Торчелло, падуанцы устраиваются на Маламокко, фриульцы – в Градо и Каорле. Беженцы селятся также в Кьодже и Езоло. В 639 г. на Торчелло был построен собор. В то же самое время, когда лангобарды захватывают Одерцо, дукс византийский создает новый город Читтанову, или Гераклею, в честь византийского императора Ираклия. Города эти находятся в ведении византийской администрации, возглавляемой экзархом Равенны, правившим вплоть до 751 г., т.е. до самого падения города и прекращения существования экзархата.

В 726 г. византийский император издает эдикт, запрещающий поклоняться изображениям святых; эдикт этот вызывает возмущение западных христиан, которых поддерживают жители лагуны. Венецианцы избирают своим дуксом (дожем) местного жителя — невизантийца по имени Орсо. После разрешения конфликта Орсо покоряется экзарху и император утверждает его в должности. Но через десять лет Орсо убивают, и управление краем временно переходит в руки военачальников, также из местных уроженцев, которые осуществляют свои функции в рамках, определенных византийской администрацией. Сын Орсо — Диодато, второй дож Венеции, в 742 г. переносит резиденцию правительства из Читтановы в Маламокко. Таким образом, верховного титула изначально удостаивался представитель определенной династии или знатного семейства, который обычно старался сделать своим помощником, а затем и преемником собственного сына. Например, Маурицио, избранный дожем в 764 г., основал в 775 г. собор Сан-Пьетро ди Кастелло и в 778-м приобщил к управлению своего сына Джованни, а тот в 787г. после смерти отца унаследовал его должность. Однако в 804 г. семейству Обелерио удалось низложить дожей Джованни и Маурицио II… Соперничество кланов помешало созданию в Венеции наследственной монархии.

После того, как империя франков поглотила королевство лангобардов, Карл Великий решает захватить Венецию и посылает в лагуну своего сына Пепина. Пепин занимает Кьоджу, Градо, Читтанову и Езоло, но продвинуться дальше ему не удается: население, перебравшееся на Риальто, сопротивляется столь упорно, что, в конечном счете, франки вынуждены были отступить. В следующем году в результате соглашения, заключенного между Восточной империей и Западной, Карл Великий отказывается от своих притязаний на Венецию, и та по-прежнему остается под верховной властью Византии, которая формально назначает ее дожей, награждает их почетными званиями, в частности званием консула. Но Венеция стремится к полной независимости, и практически ей это удается, ибо, будучи изолированной от остальной Италии, она избегает всех тех социальных и политических конфликтов, которые в скором времени начнут сотрясать Апеннинский полуостров.

Аньелло Партечако (Партечипацио), организовавший сопротивление венецианцев войску франков, в 810 г. становится дожем. Из Маламокко он переезжает на более безопасные острова Риальто и превращает свое жилище в правительственный дворец. Так начинается формирование нового политического, коммерческого и религиозного центра лагуны. Мелкие островки образуют единое целое, на них строят дома, в большинстве своем из бревен и крытые соломой, с двумя дверьми, одна из которых выходит на твердую землю, а другая — на воду.

В 829 г. дож Джустиниано Партечако, сын Аньелло, подписывает завещание, сохранившее описание двух типов имущества, принадлежавшего этой семье. Это имущество недвижимое — дома, земли и «двор» как производственный центр, а также движимое — рабы, скот, железные и иные инструменты, — которое можно определить как собственность «каролингского» типа. Но в завещании также упоминаются пряности, драгоценности и, главное, монеты — солиды, значительные суммы которых вложены в морскую торговлю. Указанные в документе ливры являлись расчетной единицей, соответствующей имевшему хождение на Западе серебряному денье, деньгами же «работающими» были полновесные монеты — золотые византийские солиды. Таким образом, сохранившийся документ свидетельствует о давних торговых связях Венеции с византийским миром.

Согласно легенде, в 828 г., т.е. в год, предшествующий составлению завещания, два венецианских купца доставили из Александрии мощи святою Марка, спрятав их под свиными тушами. Благодаря святым реликвиям корабль избежал ужасной бури, а в Венеции купцов радостно встретили патриарх Градо, епископ Оливоло и дож, тотчас повелевший построить возле своего дворца часовню, дабы упокоить там мощи святого. Отныне святой евангелист Марк становится чудесным покровителем Венеции, его поминают в молитвах и в битвах, а лев его горделиво красуется на знаменах, кораблях и государственных зданиях.

К концу первой трети IX в. Венеция в основном оформляется как самостоятельное государство. Во главе его стоит выборный дож, наделенный большими властными полномочиями; ему помотают два периодически переизбираемых трибуна, как и дож, выходца из высшей землевладельческой аристократии, вкладывающих деньги также и в торговлю. Управляемая подобным образом Венеция распространяет свое влияние на лагуну и соседние прибрежные территории материка, укрепляется на рубежах византийского мира, владений франков и славян. Наконец, она же становится посредником в торговле между Константинополем и Западом. Несмотря на опасность со стороны славянских пиратов, разбойничавших в Адриатическом море с тех самых пор, как на славянском побережье Адриатики появились первые далматинские поселения, и сарацинских корсаров, совершавших свои набеги из Сицилии и Вари, венецианцы благодаря своему флоту отстаивают, хотя и не без труда, собственное независимое положение между двумя империями. Разумеется, они не застрахованы от поражений: в 840 г. венецианский флот, насчитывавший шестьдесят кораблей, команда каждого из которых достигала двухсот человек, был разбит мусульманами из Таранта. Спустя дна года венецианцы собирают новую эскадру, не менее грозную, чем предыдущая.

Согласно пакту Лотаря от 840 г. (обновленной редакции мирного соглашения, подписанного между Византией и франками), венецианской территории, объединившей острова Риальто, Оливоло, Мурано, Маламокко, Кьоджу, Чорчолло. Бурапо, Читтапову, Каорле, Градо – «до самых соленых вод», — было предоставлено право на само управление. В документе перечислены города на материке, поддерживающие связь с венецианскими островами, а также торговые операции и виды хозяйственной деятельности с участием Венеции. Важная особенность: дож в этом соглашении уже не называется «смиренным герцогом провинции Венеция», а именуется «славным герцогом венецианским».

Еще один шаг на пути к независимости — чеканка собственной, венецианской монеты. Самые первые серебряные монеты с надписью «Венеция» имели на аверсе имена западных императоров. Однако примерно в 875 г. на реверсе появилась надпись «Христос, спаси жителей Венеции», а на аверсе — призывала Господа хранить императора «римского», т.е. главу Восточной Римской империи.

Появление собственной монеты также следует расценивать как признак экономического процветания Венеции. Венецианцы экспортируют на Восток ряд западных товаров, среди них лес, а на Запад везут соль, рыбу, пряности и шелковые ткани.

Экономический подъем неразрывно связан с демографическим и политическим развитием. В 900 г. наряду с дожем Пьетро Трибуно назначают также судей, представителей знатных семейств, чьи полномочия ограничивают власть главы государства.

В 899 г. венецианцы разбивают венгров, захвативших Читтанову, Альтино и окрестности Тревизо и Падуи. Тем не менее, венгерская угроза продолжает существовать, и дож, уже упоминавшийся Пьетро Трибуно, приказывает соорудить крепостную стену от дворца Оливоло до Санта-Мария Дзобениго. Так начинает складываться «град Венецианский».

В X в. Венеция выглядела примерно следующим образом: название Риальто тогда относилось к кварталам, или сестьере, расположенным на одном берегу Большого канала (нынешний сестьере Сан-Марко и часть — Кастелло). В пределах, очерченных каналами Джудекка и Мурано, где извивается лента Большого канала, можно увидеть несколько часовен и церквей, дворец дожей, более напоминающий крепость, и множество лепящихся друг к другу домов, часто с садиком; дома пока еще в основном деревянные, такие же, как строились в Читтанове, на Маламокко, а затем на Торчелло и других островах. Особое положение Торчелло связано с тем, что в IX в. остров становится местопребыванием епископа, и, по словам одного из императоров Восточной Римской империи, «большим рынком»; вскоре, однако, начинается упадок Торчелло, и остров уступает свою роль новому центру.

Пока Венеции все еще юридически зависима от Византии, дожи продолжают предпринимать попытки создать настоящую правящую династию, которая смогла бы продержаться у власти долее, нежели два-три поколения. Среди знатных семей Партечако, Орсеоло и др., поставляющих во власть трибунов, чаще всего предпочтение отдается представителям рода Кандиано. Энергичные, напористые, члены этого семейства приходят к власти к 932 г. Избранный дожем в 959 г., Пьетро Кандиано IV берет в супруги Вальдраду, сестру маркиза Тосканскую, которая приносит ему в приданое обширные владения во Фриули, а также в Тревизо и Ферраре. Оказавшись на вершине власти, он начинает вести себя как настоящий феодал, и в 976 г. народ свергает неугодного дожа, поджигает его дворец, а заодно и рядом стоящие дома, в том числе и базилику Сан-Марко.

На смену ему приходит Пьетро Орсеоло I, но правит он недолго — уже в 978 г., уйдя в отставку, отправляется в монастырь. За время своего пребывания у власти он успевает начать реконструкцию Дворца дожей и базилики Сан-Марко, золотые медальоны для которой заказывает в Константинополе; впоследствии, после неоднократного увеличения и переделок, ее запрестольный образ станет называться Золотой алтарь.

Последние в уходящем веке дожи также не способны были навести порядок. После нескольких десятилетий пребывания у власти клан Кандиано терпит поражение, и на пороге XI в. Венеция оказывается в состоянии кризиса — как внутреннего, так и внешнего. Перемены начинаются только с приходом к власти избранного в 991 г. Пьетро Орсеоло II; его правление знаменует не только наступление нового, XI века, но и превращение Венеции в сильную державу.

Пьетро Орсеоло II, сын дожа Пьетро I, вышедшего в отставку в 978 г., принадлежит к оппозиционной клану Кандиано фракции. Новый дож не только справляется с последствиями кризиса, но и дает качественно новый толчок развитию города. Крупный политик, дипломат и военачальник, что признано всеми тогдашними хронистами (одним из которых являлся ближайший соратник дожа, диакон Иоанн), Орсеоло реализует программу, охватывающую все сферы жизнедеятельности города: восстанавливает внутреннее согласие, обеспечивает признание Венеции со стороны Восточной и Западной империй, укрепляет влияние на Адриатике.

В 997 г принимается закон, осуждающий подстрекательство к мятежу; закон этот отразил общее стремление к миру населения, уставшего от яростной борьбы между различными группировками, продолжавшейся на протяжении минувшего столетия. Видя, как патриарх Аквилеи стремится подчинить себе Градо, а епископы Тревизо, Беллуно и Ченеды — навязать свою юрисдикцию территориям, окаймляющим лагуну, Орсеоло последовательно отстаивает права и независимость своего духовенства, используя в качество средств убеждения, например, такие, как прекращение поставок соли — в частности, он запретил продавать соль епископу Беллуно, пока тот не откажется от своих притязаний.

В 992 г. дож подписывает очередной договор с Западной империей, который, в отличие от предыдущего соглашения «между соседями», уже именуется соглашением «между народами». Данное двустороннее соглашение подразумевает признание особого статуса Венеции. В 996 г. Орсеоло добивается для венецианцев права строить склады и конторы на берегах Пьяве и Силе, гарантии свободного передвижения, а также освобождения от налогов, взимающихся на землях империи. В 1001 г., во время тайной встречи в Венеции с Оттоном III, дож убеждает императора снять с города бремя уплаты дани империи, но в то же время отказывается включить Венецию в орбиту интересов императора.

Устанавливает дож и тесные, доверительные отношения с Константинополем; его козырем является поддержка на море, которую венецианцы оказывают Византии. Об этом свидетельствует императорская Золотая булла (хризовул) 992 г., согласно которой венецианские купцы добиваются снижения ввозных пошлин и возможности решать свои дела напрямую, в финансовых службах Константинополя. В свою очередь, Венеция обязуется перевозить солдат империи из Босфора на принадлежащие Византии территории в Южной Италии. Обязательство не из легких, однако, оно подразумевает постепенное вытеснение имперского флота на Адриатике флотом венецианским и признание могущества и влияния Венеции в этом регионе.

В 1000 г. дож отправляет военную экспедицию против славян Нарентаны (Наретвы), одерживает блестящую победу на море возле Зары и захватывает важнейшие пиратские базы в Курцоле и Лагосте, вынуждая пиратов отказаться от взимания дани с венецианцев. Таким образом, одержав ряд побед, дож Венеции устанавливает свою власть над большей частью далматинского побережья. Символом этой власти становится присвоенный дожу титул дукс Далматинский. Успехи, достигнутые Венецией на Балканах, решено было отмечать ежегодно в праздник Вознесения специальным церковным действом, проводимым на море; новый обряд явился прообразом будущей церемонии «обручения дожа с морем».

В 1002 г. средиземноморские арабы, с которыми у венецианцев был заключен ряд торговых соглашений, нападают на Бари и осаждают город. Орсеоло, пренебрегая достигнутыми договоренностями, отправляет экспедицию против сарацин и побеждает.

Дож умело лавирует между двумя империями; ему даже удается женить одного своего сына на племяннице константинопольского императора, а другого — на свояченице главы Западной Римской империи.

После смерти Орсеоло в 1009 г. дожем становится его сын Оттон (тезка и крестник императора). В 1026 г. сына, во всем уступавшего отцу, изгоняют, и ему приходится искать пристанища в Константинополе. Однако падение клана Орсеоло нисколько не умалило его былой славы: «Они наметили направление, в котором надлежало следовать, исхода из необходимости поддержания добрососедских отношений с императором Западной империи и важности традиционного и столь полезного согласия с византийским Востоком для вящего развития морской торговли» (Тирье).

Политический курс, намеченный Орсеоло, продолжается и в последующие десятилетия. При Доменико Флабьянико (1032-42) в области внутригосударственного устройства постепенно исчезает практика назначения дожем своего соправителя и преемника. По утверждению одного из поздних венецианских хронистов, это скорее зарождение нового обычая, нежели провозглашение закона. Но как бы там ни было, отныне попыткам дожей установить наследственную власть приходит конец, и, соответственно, конец приходит клиентеле дожей в Венеции.

Доменико Контарини, избранный дожем в 1042 г, решает, что базилика Сан-Марко в том виде, в каком ее начал строить Пьетро Орсеоло, не соответствует масштабам города, и заказывает новый проект, образцом для которого становится собор Св. Апостолов в Константинополе. Для украшения будущего собора он приглашает из Равенны мастеров по мозаике и просит купцов, возвращающихся с Востока, везти в Венецию мрамор и скульптуры.

В рамках григорианской реформы и в результате раскола церкви продолжается борьба за влияние между патриархами Аквилеи и Градо. В 1053 г. папа Лев IX и римский синод признают сосуществование двух патриархий и, в соответствии с желанием дожа, права Градо. Однако дож отказывается признать верховенство папы над епископствами лагуны и венецианскими церквями.

В 1062 г. Контарини направляет новую победоносную морскую экспедицию в Далмацию и захватывает Зару (Задар). Сменивший его на посту дожа Доменико Сельво в 1071 г. заключает соглашение с Западной империей, создающее благоприятные условия дли торговли венецианцев в Северной Италии. Захват норманнами Роберта Гвискара Бари и Амальфи в 1071 г., а затем и Салерно в 1076 г. ставит под угрозу отношения Венеции с Византией, и тогда по призыву императора Алексея I Комнина дож посылает против норманнов свои войска; происходит ряд кровопролитных сражений, далеко но все из которых заканчиваются победой венецианцев; так, поражение Сельво в 1084 г. при Корфу стоило ему поста дожа.

Пока идут сражения с норманнами, император константинопольский в 1082 г. издает еще одну Золотую буллу, согласно которой венецианцам предоставляются значительные привилегии. В частности, дожу присваивается титул протосеваста и назначается пожизненный пенсион. Венецианским купцам выделяются складские помещения и несколько набережных Константинополя, пекарня и причалы с прилегающей к ним территорией, а также дается разрешение беспрепятственно вести торговлю с целым рядом портов и населенных пунктов. Документ этот, по сути, одобряющий адриатическую политику Венеции, фактически признает автономию города по отношению к Восточной Римской империи. Даровав в 1082 г. венецианцам эту привилегию, император открыл для них все крупные порты Востока. С этого дня венецианские купцы вышли на мировую арену. А в 1094 г. Витале Фальер получает титул дукс Хорватский.

В это же время происходит торжественное освящение собора Сан-Марко. Мощи святого, пропавшие во время пожара 976 г., чудесным образом нашлись в южном приделе нового здания и были захоронены в крипте. Случившееся чудо придает постройке известность как самого роскошного собора западного мира: великолепный храм — яркое свидетельство набожности, богатства и национальной гордости венецианцев.

Если в начале XI в. Венеция была всего лишь поселением, где проживали рыбаки и ремесленники, то к концу века она значительно увеличивает свои размеры и приобретает более высокий статус. У нее есть собственный двор, свои высшие сановники, собственная администрация и стоящий во главе города дож. Народ выбирает дожа на общем собрании, активно участвует в законодательной и правовой деятельности. Доминирующую социальную группу cocтавляют члены «старых домов»: Контарини, Орсеоло, Фальер, Бадоер, Микьель, Джустиниани, владеющих обширными землями и постоянно инвестирующих средства в торговлю, а также принадлежащие к «новым домам». Торговые общества, создаваемые знатью (нобилями), именуются rogadie и colteganze. Учредители первых доверяют купцу товары, которые тот обязуется продать; создатели вторых объединяют капиталы и труд, прибыли делят пополам, а убытки пропорционально: две трети к одной.

После людей состоятельных ступенькой ниже на социальной лестнице располагается общественный слой, не имеющий своей корпоративной структуры, а именно мелкий люд, который, по словам одного чужеземного хрониста того времени, «не пашет, не сеет и не жнет», а живет исключительно морем.

Первый крестовый поход и взятие западными крестоносцами Иерусалима открывают для венецианцев новые перспективы. В начале XII столетия перед Венецией стояло немало проблем. В 1105 и 1106 гг. она пережила два сильнейших пожара. Первый уничтожил дома почти в шести приходах; второй — сотни жилищ и несколько церквей. Подъем воды заставил жителей Маламокко перебраться в Кьоджу, куда вместе с ними переместилась и резиденция тамошнего епископа. В 1116 г. немало домов и башен было разрушено в результате землетрясения.

На Адриатике честолюбивый венгерский король Кальман, обосновавшийся в Хорватии, принимается оспаривать у дожа титул дукса Далматинского. Власть его постепенно распространяется до самого побережья, в 1105 г. он входит в Зару, а в 1108 г. – в Трау (Трогир).

В 1111 г. Алексей Комнин предоставляет пизанцам ряд привилегий и квартал в Константинополе, пробивая тем самым брешь в исключительном праве венецианских купцов торговать с Византийской империей. А в 1118 г. император и вовсе отказывается подтвердить привилегии, полученные венецианцами в 1082 г. Таким образом, венецианские купцы впервые сталкиваются в восточной части Средиземного моря с конкурентами — пизанцами, вышедшими на международную арену благодаря крестовым походам.

Известно, что 1-й крестовый поход, провозглашенный папой Урбаном II, вовлек в борьбу с неверными главным образом жителей королевства Франция и норманнов из Южной Италии. Генуэзцы, соседи провансальцев, также приняли в этом походе активное участие; их поддержка оказалась решающей, в частности, в 1097 г. во время взятия Антиохии.

Интересуясь прежде всего коммерческой стороной крестовых походов, венецианцы не сразу включаются в орбиту крестоносного движения, а только после того, как осознают, какие преимущества получили, побывав в Святой земле, их соперники — пизанцы.

В 1099 г. венецианский флот под командованием дожа Витале Микьеля отплывает в Зару, а затем направляется к Родосу, где сталкивается с кораблями пизанцев. «Отправная точка в Эгейском море, откуда начинается путь в заморские страны», — так тогда называли Родос — остров, на котором крестоносцы создавали свои государства, и который находился под властью Константинополя. Впервые встретившись лицом к лицу, венецианцы и пизанцы вступили в бой, из которого венецианцы вышли победителями, захватив множество пленных; их вскоре отпустили под обещание (неисполненное) отказаться от торговли в восточной части Средиземноморья. Затем победители плывут вдоль побережья Киликии и в Мирах Ликийских завладевают мощами св. Николая, которые затем привозят домой и хоронят в церкви на Лидо. Достигнув берегов королевства Иерусалимского, они поступают на службу к его королю и помогают ему завоевать Хайфу и Яффу (1100 г.).

В 1122 г. венецианцы снаряжают очередную военную экспедицию. По дороге они захватывают Корфу, грабят Лесбос, Самос и Родос. В 1123 г. наносят поражение египетскому флоту при Аскалоне, тем самым на время положив конец могуществу сарацин в восточной части Средиземного моря. В 1124 г. они участвуют в захвате Тира, сдавшегося только после продолжительной осады. В качестве вознаграждения за оказанные услуги они получают квартал в Акре и треть города Тира. Вскоре венецианцы создают свои поселения в различных городах Иерусалимского королевства; там они непременно сооружают церковь (чаще всего в честь святого Марка), мельницу, пекарню, бани и площадь; они пользуются освобождением от налогов, поборов и таможенных сборов, равно как и обладают привилегией на собственную юрисдикцию.

В 1114 г., сразу после смерти Кальмана, Венеция пытается взять реванш и отобрать у венгров ряд далматинских городов. В 1115-16 гг. она отвоевывает Зару и Шебенико (Шибеник) и, сохраняя местные институты, ставит их, тем не менее, под контроль венецианских «графов». В 1125 г. Венеция вынуждена вновь начать военные действия против венгерского короля Иштвана II и, отвоевав Спалато (Сплит) и Трау, превращает север Адриатики, по выражению одного из тогдашних картографов, в «Венецианский залив». Венецианский дож удостаивается титула «владыка всей Истрии».

Византии необходима военная и экономическая помощь венецианцев, поэтому, несмотря на серьезные проблемы, возникающие между венецианскими купцами и греками, Венеция, согласно очередной Золотой булле 1126 г., полностью восстанавливается в своих правах. В 1148 г. новый императорский указ расширяет территорию венецианской колонии вдоль берега бухты Золотой Рог. Теперь венецианские купцы могут беспрепятственно торговать с Родосом, Кипром и островами Эгейского моря.

В 1141 г. маленький город Фано, расположенный на западном побережье Адриатики, обращается к Венеции с просьбой о покровительстве. Венеция признает жителей городка своими союзниками и подданными, и они получают статус граждан Венеции, а дож начинает именоваться «владыкой провинции Марке».

На юге Адриатики венецианцы сталкиваются с амбициозным королем норманнов Рожером II. Поддержав выступление Мануила Комнина против короля норманнов, они в 1148 г. вновь отвоевывают остров Корфу, которым к тому времени успели овладеть их противники.

На материке город в лагуне вступает в конфликт с соседней Падуей, которая хочет развернуть воды Бренты, рискуя тем самым нарушить равновесие вод на побережье. В этом локальном конфликте Венеция легко одерживает победу, хотя впервые для ведения войны на суше ей приходится призвать наемников.

Благодаря своей способности быстро реагировать и общей активности венецианцы в первой половине XII столетия весьма преуспели как в торговле, так и в организации внутренней жизни города. Венеция активно развивает торговые отношения с Италией и Германией, ввозя туда с Востока шелка, пряности, хлопок, сахар, духи и драгоценности; из Европы на Восток венецианцы везут лес, железо и медь; также, к великой своей выгоде, они устанавливают торговую монополию на соль. «Превратившись в настоящий склад восточных товаров у порога Италии и Германии, Венеция процветаег, извлекая из своего положения прибыль для себя и необходимую пользу для других» (Тирье).

В начале XII в. венецианские купцы создают новые объединения, более приспособленные для развития экономического ареала, раскинувшегося от Сирии до венецианской Романии и от Греции до Египта, где теперь они играют ведущую роль. Это так называемые «компании», образованные двумя или более партнерами, каждый из которых вносит свою долю капитала; партнеры работают сообща, поддерживая друг друга, и делят доходы и убытки пропорционально денежному вкладу каждого.

Символом морского могущества становится основанный в 1104 г., в период правления дожа Орделафо Фальера, государственный Арсенал, расположенный на двух болотистых островах под названием Дземелле (Близнецы) на востоке архипелага. Именно здесь постепенно складывается важный военно-промышленный комплекс, включающий в себя судоверфи, кузницы, оружейные склады и различные мастерские, здесь будут рождаться наиболее рациональные проекты торговых и военных судов.

В политическом плане дож по-прежнему сохраняет всю полноту власти, и поведение его ничем не отличается от поведения истинного государя. В отсутствие дожа его чаще всего замещает сын: он осуществляет правление и командует флотом. Члены семьи дожа нередко отправляются с поручениями за границу. Дож часто выдает замуж своих дочерей или женит сыновей на королевских или княжеских детях. Однако с течением времени власть постепенно переходит к «некоему абстрактному субъекту, именуемому Государством». С одной стороны, патриарх, епископы и аббаты перестают принимать участие в политических делах: так намечается одна из основных составляющих венецианской политики — отделение церкви от государства. С другой стороны, в 1143 г. создается Совет Мудрецов, отбираемых среди аристократической верхушки: не исключено, что совет этот избирался народом, который, передав ему часть своей власти, довольствуется одобрением его решений. Во главе совета стоит дож. Затем создается еще один, «малый» совет, члены которого также избираются из среды нобилей. Таким образом, начинается массированное наступление, имеющее целью ограничение власти дожа и парламента. В 1147 г. прибывшие в Константинополь венецианские послы говорят уже от имени дожа и «всей Коммуны».

После нескольких пожаров, нанесших огромный ущерб прежде всего потому, что дома горожан были деревянными, начинается реконструкция города: теперь дома в большинстве своем сооружаются из кирпича и камня, доставляемого из Истрии. Центром города становится квартал Сан-Марко, куда стекаются основные потоки инвестиций. В начале века строятся церкви Сант-Аньезе и Сан-Джованни Деколлато; в последней сохранились колонны с византийскими капителями и византийские же фрески. Но Венецию по-прежнему не спутаешь ни с каким другим городом: «Стоит только вспомнить о шестидесяти церквях, огромном количестве домов и одновременно об окружающих их болотах, причудливо сочетающихся с садами и виноградниками в самом центре города, и вы получите впечатляющую картину этого необыкновенного микрокосмоса, где не только торговали, подписывали контракты и строили корабли, но и выращивали виноград и овощи, ловили рыбу и даже охотились» (Дзордзи).

Во второй половине XII в., в период между выборами дожа Витале Микьеля II и 4-м крестовым походом в 1204 г., Венеция сталкивается во внешних сношениях с рядом серьезных трудностей, возникших из-за вторжения в Италию императора Фридриха Барбароссы, враждебного отношения византийских императоров и мятежей в Далмации.

Желая вернуть Западной Римской империи ее былое величие и утраченный блеск, Фридрих Барбаросса стремится усилить свое влияние в Германии, а затем и в Италии в противовес власти пап. Заботясь, как известно, прежде всего о своих морских предприятиях и связывая свои интересы более с морем, нежели с континентом, Венецианская республика в конфликте между папством и империей и в борьбе, столкнувшей на полуострове гвельфов и гибеллинов (две «партии», которые, в сущности, таковыми не являлись), с самого начала пытается сохранить нейтралитет. В 1155 г. Венеция вновь получает подтверждение своих торговых привилегий в имперских государствах. А в 1159 г. она выступает на стороне папы Александра III против антипапы Виктора IV (Октавиана де Монтичелло}, поддерживаемого Барбароссой, Город принимает у себя кардиналов и прелатов, сохранивших верность папе Александру.

Когда в 1162 г. войска императора захватывают Милан, Феррара, Падуя и Верона нападают на Венецию, стремясь отрезать ее от материка. Воспользовавшись обстоятельствами, патриарх Аквилеи снаряжает экспедицию против Градо. Однако экспедицию ждет скорый и бесславный конец: на помощь городу приходит венецианский флот, венецианцы захватывают патриарха и его людей.

В 1167 г. Республика оказывает финансовую поддержку Ломбардской лиге, выступившей против империи; для этого делается заем у двенадцати богатейших венецианских граждан, в том числе и у двух будущих дожей — Себастьяно Дзиани и Орио Малипьеро. После состоявшейся в 1176 г. битвы при Леньяно, где городское ополчение одержало победу над императорскими войсками, Венеция выступила посредницей в начатых противниками переговорах. В июле 1177 г. в Сан-Марко произошло примирение папы и императора, в результате чего император согласился признать главенство папы. Мир, с великой пышностью заключенный в Венеции, свидетельствует о там, какое важное место отныне занимает этот город не только в Италии, но и во всем мире.

За поддержку папы и кардиналов из числа его сторонников, за помощь Ломбардской лиге, а также и за участие в 1172 г, в походе императора против Анконы Республика получает существенные выгоды: отныне папа наделяет патриарха Градо, фактически проживавшего в Венеции, неоспоримой властью над всеми общинами лагуны, Истрии и Далмации; венецианские купцы получают свободу перемещения, охранные свидетельства и полное освобождение от уплаты дорожных пошлин на всей территории Итальянского королевства; наконец, император признает независимость Республики. «Подвластная только Господу», — как выразился анонимный хронист, автор труда «О венецианском мире». Венеция, уединившаяся среди вод столица независимого государства, граничащего с Адриатикой, в глазах папы и императора наверняка казалась идеальным местом для проведения дипломатической конференции; притягательная сила города, отныне ставшего престижным финансовым и торговым центром, несомненно, также сыграла в этом деле свою роль.

На Востоке же, напротив, напряженность в отношениях между Константинополем и Венецией продолжает нарастать. Византийский император, предоставивший генуэзцам в 1157 г. привилегии и целый квартал в Константинополе, теперь, при поддержке Анконы, конкурента Венеции на Адриатике, пытается вновь закрепиться в Далмации и создает герцогство в Спалато. В 1171 г. император Мануил приказывает изгнать из Византии всех венецианцев и конфисковать их имущество и корабли. Главной мишенью его гнева, и не без основания, становится венецианская колония, обитателей которой местное население обвиняет «в наглом выставлении напоказ своих богатств и преуспеяния, а также в пренебрежительном отношении к власти императора». В ответ на такой удар дож Витале Микьель организует морскую карательную экспедицию и сам становится во главе ее; однако из-за начавшейся эпидемии предприятие терпит неудачу. Вернувшись, дож сталкивается с враждебным отношением к нему соотечественников, пытается бежать, но безуспешно: в мае 1171 г. его убивают.

В 1179 г., столкнувшись с крупными трудностями в Италии и Малой Азии, Мануил освобождает своих венецианских узников, и возвращает им деньги и имущество. В 1182 г., при Андронике Комнине, преемнике и родиче Мануила, в Константинополе происходит массовая резня латинян, основными жертвами которой становятся пизанцы и генуэзцы, чье присутствие в Византии в то время было более многочисленным, нежели присутствие венецианцев. Но уже в следующем году между Венецией и Андроником намечается сближение. В 1187 г. предполагалось заключение соглашения между Республикой и императором Исааком Ангелом, свергнувшим Андроника и занявшим престол; соглашением этим предусматривалось право императора в случае нападения на Византию располагать военными галерами, находящимися под командованием венецианцев. Это несомненное признание могущества морского флота новой Венеции. Наконец, в 1198 г. Алексей III, свергнув с престола и бросив в тюрьму своего брата Исаака, подписывает Золотую буллу, где указаны области империи, открытые для венецианских купцов, а также даруемые этим купцам юридические гарантии. Не смотря на продолжающиеся заявления о том, что венецианцы являются подданными императора и обязаны доказывать ему свою верность, дож перестает носить звание протосеваста, демонстрируя таким образом независимость свою и Республики.

Неопределенность, царившая в отношениях между Венецией и Византией, удары, которыми время от времени обменивались стороны, ярко отразились в бурной биографии венецианского купца Романо Майрано, на протяжении всей своей одиссеи не утратившего ни присутствия духа, ни предприимчивости. Потомок благородного семейства, недавно обосновавшегося на берегах Большого канала, в 1153-54 гг. Майрано отправляется в Константинополь. Он возвращается туда через год с грузом древесины, обустраивается, организует торговлю со Смирной, а затем с Акрой и Александрией. Разбогатев, в 1164 г. возвращается домой. В 1166 г. Майрано опять селится в Константинополе и возобновляет прежнюю торговлю, теперь у него уже есть собственные корабли. Когда в 1168 г. отношение к венецианцам там ухудшается и дож приказывает всем своим соотечественникам покинуть пределы империи, Майрано возвращается на родину. Через некоторое время он вновь прибывает в Константинополь. Утопающая в роскоши и славящаяся утонченностью нравов византийская столица, где в тот период всем заправляет коррумпированное и неэффективное правительство, переживает экономический кризис. Майрано становится жертвой мятежа и осады венецианского квартала, однако ему удается бежать.

В Венецию он возвращается практически разорившимся и неспособным оплатить свои долги. В 1174 г он снова выходит в море, но на этот раз путь его лежит в Александрию; вместе с братом он организует торговое сообщество, куда брат вложил две трети необходимого капитала. В 1177 г. Майрано строит новый корабль и ведет его в Акру и Александрию; полученные прибыли позволяют ему наконец расплатиться с кредиторами. Спустя три года он на время возвращается в Константинополь, а затем обустраивается на постоянное жительство в Египте, где и умирает в 1191 г.; к этому времени он уже владел крупной недвижимостью, а также являлся членом коммандитного товарищества — компаньоном своих сыновей.

Опасности по-прежнему подстерегают Венецию на море и на восточных берегах Адриатики. При поддержке венгров далматинские поселения неоднократно делают попытки избавиться от венецианского гнета. В 1170 г. флот Республики подавляет мятеж в Заре. Но в 1180 г. даже двум экспедициям, посланным против мятежников, не удается овладеть городом. В 1196 г. в Заре и Рагузе вновь вспыхивает мятеж, организаторы которого обращаются за помощью к Пизе, Анконе и норманнам.

Важные институционные реформы, осуществленные Венецией на протяжении второй половины XII в., были определенным образом связаны с трудностями, с которыми республике пришлось столкнуться на международной арене. В 1171 г, после убийства дожа Витале Микьеля, народное собрание создало комиссию из одиннадцати человек, уполномоченных выбрать дожа. Через некоторое время город был поделен на шесть сестьере: Кастелло. Канареджо. Дорсодуро, Луприо, Сан-Марко и Сан-Поло. Большой совет численностью в сорок человек формирует новый электорат дожа. Таким образом, плебисциту при избрании дожа положен конец; договариваются также, что дож не имеет права являться сторонником какой-либо группировки; теперь, в тишине и уединении, дожа избирают сорок выборщиков и затем сообщают о своем выборе народу. В 1178 г., во время выборов Орио Мэлипьеро, был создан Малый совет, состоявший всего из шести членов, по числу сестьере.

Постепенно возникают новые магистратуры, избираемые на определенные сроки; финансовые (казначеи и прокураторы Сан-Марко), юридические (где представителем государства выступает один из адвокатов Коммуны, имеющий право от его имени выдвигать обвинения и отстаивать его права) и административные.

В 1192 г., после отречения Малипьеро, новоизбранный дож Энрико Дандоло впервые произносит присягу дожа. На Евангелии он клянется исполнять все обязанности, связанные с этой должностью, а именно: блюсти законы и поступать честно и без обмана, выслушав стороны и судей, выносить приговор по совести, не принимать ни даров, ни подарков, не состоять в личной переписке ни с папой, ни с иными государями, следить за исполнением решений советов.

Таким образом, если до сих пор дожи старались осуществлять единоличное правление, то теперь они становятся просто первыми лицами государства. Они окончательно утрачивают свои монаршие прерогативы, давно уже превратившиеся в чистый символ, приносят присягу на верность Республике и становятся ее полномочными представителями. Их власть ограничена и находится под жестким контролем со стороны граждан-магистратов, призванных исполнять обязанности, возложенные на них избирателями.

Год 1177-й является примечательной датой в истории возвышения Венеции, кокетничающей с обоими повелителями Западного мира. К этому времени площади Сан-Марко и Пьяццетта обретают новый облик: дома с портиками по бокам, колоннада возле мола, привезенная Витале Микьелем из его злосчастной поездки на Восток. В период правления дожа Доменико Морозини (1147-56 гг.) завершается строительство колокольни собора Сан-Марко. На Риальто, там, где папа Александр III освятил три церкви, открываются многочисленные лавки и служба мер и весов, а через Большой канал устанавливается первый плавучий мост, который, раздвигаясь, может пропускать корабли большого водоизмещения.

Список литературы

Бек К. История Венеции; М.: Весь мир, 2002

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.world-history.ru/

Контрольная работа

по истории

тема: «Третьеиюньская монархия и ее сущность»

Челябинск, 2003.

План:

Введение

Третьеиюньский государственный переворот

Третьеиюньская политическая система: цели и сущность, причины ее кризиса

Позиция и тактика политических партий России в 1907-1914 годах по основным вопросам общественного развития России.

Заключение

Список литературы

Введение

Начало XX века было сложным временем для России – множество смен политического курса, буржуазные и социалистические революции, раскол в обществе. События Третьеиюньской монархии – не исключение.

Третьеиюньский переворот (разгон II Думы) означал торжество царизма над революцией. Главной причиной этого явилась недостаточная организация рабочего класса и отсутствие прочного союза пролетариата с крестьянством. Крестьяне действоавали стихийно, жгли и разоряли усадьбы помещиков, а потом безропотно покорялись властям. Многие из них надеялись на доброту «царя-батюшки», на Государственную Думу. Основная часть армии не присоединилась к революции. Не было единства в рядах РСДРП-наиболее активной партии в революции. Либеральная буржуазия в ходе революции пошла на соглашение с монархией.

Подробнее о сущности третьеиюньской монархии – далее в работе.

1.Третьеиюньский государственный переворот

Избирательный закон от 3 июня 1907 г., может, и казался окружению царя удачной находкой, вот только сформированная в соответствии с ним Государственная Дума так однобоко отражала расстановку сил в стране, что не смогла даже адекватно очертить круг тех проблем, решение которых могло бы предотвратить сползание страны к катастрофе. В результате, заменяя первую Думу второй, царское правительство хотело как лучше, а получилось как всегда. Первая Дума была Думой надежд на мирный эволюционный процесс в стране, уставшей от революции. Вторая Дума оказалась Думой острейшей борьбы депутатов между собой (вплоть до драк) и непримиримой борьбы, в том числе в оскорбительной форме, левой части депутатов с властью.

Опыт первых двух законодательных собраний был оценен царем и его окружением как неудачный. В этой ситуации и был издан третьеиюньский манифест, в котором неудовлетворенность от работы думы списывалась на несовершенство выборного законодательства:

Все эти изменения в порядке выборов не могут быть проведены обычным законодательным путем через ту Государственную Думу, состав коей признан Нами неудовлетворительным, вследствие несовершенства самого способа избирания ее Членов. Только Власти, даровавшей первый избирательный закон, исторической Власти Русского Царя, довлеет право отменить оный и заменить его новым.1

Имея опыт разгона предыдущей Думы, наиболее подготовленная к парламентской деятельности, наиболее интеллектуальная фракция кадетов пыталась ввести хоть в какие-то рамки приличия и правых, и левых партий. Но самоценность ростков парламентаризма в самодержавной России мало интересовала правых, а левым было вообще наплевать на эволюционное развитие демократии в России. В ночь на 3 июня 1907 г. последовал арест членов социал-демократической фракции. Одновременно правительство объявило о роспуске Думы. Был издан новый, несравненно более жесткий ограничительный избирательный закон. Тем самым царизм глубоко нарушил одно из главных положений манифеста 17 октября 1905 г.: никакой закон не может быть принят без одобрения Думы.

Дальнейшее течение политической жизни с ужасающей отчетливостью продемонстрировало ошибочность и неэффективность силовых паллиативов в решении кардинальных проблем взаимоотношений различных ветвей власти. Но до того, как за свои и чужие ошибки заплатили кровью Николай II с семьей и миллионы невинных людей, попавших в жернова революции и гражданской войны, были третья и четвертая Думы.

В результате третьеиюньского 1907 г. черносотенного государственного переворота избирательный закон от 11 декабря 1905 г. был заменен новым, который в кадетско-либеральной среде именовался не иначе как «бесстыжий»: столь откровенно и грубо он обеспечивал усиление в третьей Думе крайне правого монархическо-националистического крыла.

2.Третьеиюньская политическая система: цели и сущность, причины ее кризиса.

20 февраля 1907 г. начала работу II Государственная дума. Она оказалась левее первой. Хотя главенствующее поло­жение в Думе продолжали занимать кадеты, они потеряли 80 депутатских мест. Представительство кадетов сократилось с 43 до 19%. Октябристам удалось провести 42 своих депутата. Социал-демократы, отказавшиеся от тактики бойкота, полу­чили 65 мест, а всего левые партии завоевали 222 мандата (43%). В Думу были избраны также черносотенцы — 30 депутатов.

В начале марта в Думе выступил председатель Совета мини­стров Столыпин с правительственной декларацией о прове­дении либеральных реформ. В декларации говорилось, что правительство рассмотрело законопроекты о неприкосновен­ности личности, ненаказуемости участников экономических стачек, реформах в народном образовании и т. д. Как и рань­ше, центральным был аграрный вопрос. Правительственный проект не получил поддержки Думы. Левые требовали ради­кального решения: полной и безвозмездной конфискации помещичьей земли и превращения всего земельного фонда страны в общенародную собственность. В высших сферах было принято решение распустить Думу и изменить избиратель­ный закон. Черносотенцы организовали массовую кампанию, по приказу их Главного совета местные отделы начали присы­лать тысячи телеграмм с требованием роспуска Думы. Так со­здавалась видимость «народного гласа». В качестве предлога для роспуска Думы была использована политическая прово­кация. 55 депутатов социал-демократов были обвинены в под­готовке государственного переворота. Правительство потре­бовало отстранить их от заседания. Власти не захотели дожидаться ответа на свой ультиматум.

3 июня 1907 г. II Госу­дарственная дума была досрочно распушена, а некоторые чле­ны социал-демократической фракции арестованы. В тот же день был издан новый закон, изменивший порядок выборов.

Изменение избирательного закона в Думу было про­ведено, несомненно, с нарушением манифеста 17-го ок­тября, и потому акт 3-го июня был воспринят как «государственный переворот». Новым избирательным законом было сильно урезано представительство в Думе от окраин государства: Польша должна была вместо 36 посылать 14 депутатов (в том числе 2 от русского населения), Кав­каз вместо 29 — десять. Средняя Азия была вовсе лишена думского представительства. В европейской России при избрании выборщиков в губернские избирательные собра­ния курии землевладельцев было предоставлено преобла­дание над другими куриями: в 34 губерниях из 52-х съезды землевладельцев выбирали в губернские избирательные собрания абсолютное большинство выборщиков; в общей сложности курия землевладельцев избрала 50,5% выбор­щиков (вместо 31%), крестьянская курия — 22,5% (вме­сто 42%); городская курия избирала по-прежнему 27% выборщиков, но теперь городские избиратели были раз­делены на две курии, причем первой (“цензовой”) было предоставлено большинство выборщиков.2

Рабочая курия сохранилась лишь в 6-ти наиболее про­мышленных губерниях. От каждой курии губернские из­бирательные собрания непременно должны были избрать в Думу по одному представителю, остальные депутаты могли быть избраны из любой курии.

Одновременно с роспуском II Государственной думы было принято новое Положение о выборах. Общее количество из­бирателей сохранялось, однако крестьянское представитель­ство сокращалось вдвое, значительно уменьшилось число де­путатов от национальных окраин, а некоторые регионы были вообще лишены представительства.

Выборы в 3-ю Думу происходили осенью 1907 года в обстановке тер­рора и разгула реакции. Правительство су­мело на этот раз обеспечить по­слушный состав Думы. Большинство о ней имели помещики и буржуазия. Од­нако абсолютного большинства не имела ни одна партия, и дали сле­дующий состав: правых 50, “умеренно-правых” 71, националистов 26 (всего правых 147), октябристов (центр.) 154; налево от октябристов: прогресси­стов 28, к.-д. 54, трудовиков 13, с.-д. 20, поляков и литовцев 18, мусульман 8 (всего 141). Главную роль в третьей Думе играла фракция октябристов; из их среды были и председатели Думы, сначала Н. А. Хомяков, потом Д. И. Гучков. “Столыпинское” большинство в Думе со­ставляли октябристы, на­ционалисты и умеренно-пра­вые.— Бюджетные права Думы давали ей боль­шое вли­яние на государственный аппарат, ибо на всякое новое ассигнование государственных средств министры должны были получать согласие Думы, и поэтому правительство стремилось действовать в согласии с Думой. 3-я Дума приняла аграрные законы Столыпина, поддерживала ре­организацию армии и флота, значительно увеличила ассигнования средств на народное образование. В то же время она поддерживала националистический курс, ус­военный с 1909 г. министерством Столыпина. Она при­няла законы об огра­ничении законодательных прав финляндского сейма, о введении в западных губерниях земства, с преобладанием русского элемента, о выде­лении Холм­ской области в особую губернию (иронически названное “четвертым разде­лом Польши”).3

Главным архитектором “третьеиюньской” политической си­стемы яв­лялся П. А. Столыпин, представитель старинного дворянского рода. Энер­гичный саратовский губернатор был замечен в апреле 1906 г. и получил портфель министра внут­ренних дел, а после разгона I Государственной думы в июле того же года стал председателем Совета министров.

Отсутствие в Думе какого-либо однопартийного боль­шинства заранее предопределялось новым избиратель­ным законом и отражало интересы царизма. “В III Думе с самого начала были два большинства” (Ленин В. И. Полное собр. соч., т. 20, с- 374) — черносотенно-октябристское и октябристско-кадетское. Лавирование между ними для сохранения основ самодержавия и подавления рево­люции вылилось в политику бонапартизма. “Бонапар­тизм есть лавирование монархии, потерявшей свою Ста­рую, патриархальную или феодальную… опору,—писал В. И, Ленин,—монархии, которая принуждена эквилибрировать, чтобы не упасть,—заигрывать, чтобы управлять… Бонапартизм есть объективно неизбежная, прослежен­ная Марксом и Энгельсом… эволюция монархии во вся­кой буржуазной стране” (Полн. собр. соч., т. 17, с. 273—274). После революции 1905 г. царизм понял, что рассчитывать на крестьянство нельзя, а дворянство не могло быть достаточно прочной социальной опорой. Поэтому самодержавие установило союз с буржуазией, которая и сама стремилась в лагерь реакции из страха перед революционным народом. Важнейшим проявле­нием бонапартизма, таким образом, было заигрывание с буржуазией. Одновременно важная черта этой полити­ки—жестокая расправа с революционным народом.

Реакционная, черносотенная Дума охотно поддержи­вала правительство в его борьбе с революцией. Вся стра­на управлялась на основе “Положения об усиленной и чрезвычайной охране”. Полицейские репрессии обруши­лись на демократическую печать, профсоюзы, культурно-просветительные общества рабочих. Особым преследо­ваниям подверглась партия пролетариата. В.И. Ленин, вернувшийся в Россию в ноябре 1905 г., вынужден был в декабре 1907 г. уехать во вторую эмиграцию. Многих большевиков казнили, отправили в ссылку или на каторгу. Всюду действовали военно-полевые суды. Цель правительства состояла в том, чтобы задушить револю­цию физически и идейно. Для этого использовали не только правительственный террор, но и идеологические диверсии. Самодержавию в этом активно помогала бур­жуазия. Она принялась оплевывать революционные традиции, чернить революционеров; началась активная проповедь поповщины и идеализма. усилилась критика марксизма. Упадочничество и реакция в области идеоло­гии свидетельствовали об окончательном переходе либеральной буржуазии в лагерь черносотенцев и самодер­жавия. Правительство охраняло буржуазию и власть капитала с помощью штыков. Буржуазия поддерживала финансовую, национальную и аграрную политику са­модержавия. Таков был идейно-политический итог раз­вития российского либерализма.

Третья Государственная дума стала первой, проработав­шей весь положенный ей пятилетний срок. Она была созвана 1 ноября 1907 г., и ее состав оказался несравненно более консервативным, чем у предшественников. Численность де­путатского корпуса была законодательно сокращена. Из 442 мест 146 получили правые, 155—октябристы и близкие им группы, 108 — кадеты и сочувствующие, 13 — трудо­вики и 20 — социал-демократы. Думским центром оказа­лась партия “Союз 17 октября”, а председателем был из­бран октябрист Н.А. Хомяков. В марте 1910 г его сменил лидер партии А.И. Гучков, а через год главой парламента был избран октябрист М.В. Родзянко, ставший затем пред­седателем и Четвертой думы (1912—1917).

Третьедумский период— время поисков модели сосуще­ствования, изыскания компромисса между традиционными методами управления и новыми реалиями политической жиз­ни, между правительством и депутатским корпусом. Боль­шинство избранников уже не смотрело на Совет министров как на “шайку преступников”, не воспринимало существую­щую государственную систему как “темное царство”, кото­рое надлежало разрушить до основания. Поиск взаимодей­ствия, изыскания форм конструктивного сотрудничества не были простыми и легкими. Немало за это пятилетие было острых моментов, взаимного непонимания, отражавшего ста­рые предубеждения. Свой взгляд на работу законодательного органа сформулировал царь. Принимая 6 января 1908 г. в Большом Царскосельском дворце 300 депутатов (группы пра­вых и центра), он сказал: “Помните, что вы созваны Мною для разработки нужных России законов и для содействия Мне в деле укрепления у нас порядка и правды. Из всех законопроектов, внесенных по Моим указаниям в Думу, Я считаю наиболее важным законопроект об улучшении зе­мельного устройства крестьян и напоминаю о Своих неодно­кратных указаниях, что нарушение чьих-либо прав собствен­ности никогда не получит Моего одобрения; права собствен­ности должны быть священны н прочно обеспечены зако­ном».

Правительство подготовило целую серию законопроек­тов, которые и стали предметом обсуждения. Они касались широкого круга вопросов, охватывавших в той или иной сте­пени все стороны жизни страны и нацеленных на постепен­ное реформирование традиционных экономических укладов и социальных структур. Центральным среди них был острей­ший вопрос — аграрный. В этот чрезвычайный момент на авансцене русской истории появилась мощная фигура Петра Аркадьевича Столыпина, ставшая ярким символом прави­тельственной власти в последнее десятилетие существова­ния монархии.

В сентябре 1911 г. Столыпин был убит в Киеве анар­хистом (который в то же время был агентом охранного отделения). Премьером был назначен министр, финансов В. Н. Коковцов.

3. Позиция и тактика политических партий России в 1907-1914 годах по основным вопросам общественного развития России.

Резкий спад общественного движения после революции, неослабевающие полицейские репрессии поставили в кри­зисное положение все партии социалистической ориентации, Вновь отправились в эмиграцию партийные вожди и их бли­жайшие помощники. Рвались связи между центральными ор­ганами и местными организациями, многие из которых пере­стали существовать. Некоторые их члены оказались в тюрь­мах и ссылках, другие отшатнулись от революции, ушли в частную жизнь. Самая многочисленная из социалистических партий, РСДРП, уменьшилась примерно в семь раз-Правда, несмотря на изменения, внесенные в избиратель­ный закон 3 июня 1907 г., социал-демократам удалось про­вести в Третью думу 19 депутатов. Руководящую роль в социал-демократической фракции играли меньшевики Н.С. Чхеидзе и Е.П. Гегечкори. Н.Г. Полетаев, возглавлявший большевистское крыло, поддерживал связь с В.И. Лениным. Социал-демократы видели свою задачу в использовании дум­ской трибуны только для критики правительства, поэтому голосовали подряд против всех законов.

Среди большевиков не утихали споры по поводу работы социал-демократической фракции в Третьей думе. Некото­рые наиболее горячие головы считали, что социал-демократы роняют свое достоинство, участвуя в таком “реакционном” парламенте, как Третья дума. Они требовали отозвать фрак­цию из Думы, покинуть все легальные организации и сосре­доточиться на подпольной работе. К “отзовистам” примыка­ли “ультиматисты”. Считая тактику думской фракции слиш­ком “оппортунистической” (недостаточно революционной), они требовали предъявить ей “ультиматум”, а в случае не­выполнения его — отозвать фракцию. Среди «ультимати­стов» оказались такие видные большевики, как А.А. Богда­нов, М.Н. Лядов, А.В. Луначарский.

В.И. Ленин понимал, что время работы в глухом подполье далеко позади, а потому настаивал на сочетании легальных и нелегальных форм борьбы. Причем легальные организации (профсоюзы, кассы взаимопомощи и пр.) большевики стара­лись предельно политизировать и превратить в “крышу” для подпольной работы. В конце концов Ленину удалось изоли­ровать “отзовистов” и “ультиматистов”, объединившихся в группу “Вперед”. В 1912—1913 гг. эта группа фактически распалась.

Одновременно, играя на противоречиях, возникших в меньшевистской среде, Ленин попытался отсечь от социал-демократии одну из меньшевистских фракций и растворить в большевизме другую. Такую цель преследовала партийная конференция в Праге в январе 1912 г. Правда, на нее явились далеко не все приглашенные. Зато она прошла столь же дружно и под диктовку Ленина, как и III съезд РСДРП. Меньшевики-“ликвидаторы” (сторонники свертывания нелегаль­ной партийной работы) были исключены из партии, однако с этим не согласились меньшевики-“партийцы” во главе с Плехановым — недавние противники “ликвидаторов”. Поэ­тому в общем-то ленинский план не удался. Но с этого вре­мени большевики и меньшевики окончательно разъедини­лись.

К 1912 г. большевики уже оправились от послереволю­ционного потрясения, и ветер удачи вновь стал наполнять их паруса. В стране начался промышленный подъем, В горо­да хлынула новая волна выходцев из деревни. Неустроенные, плохо знакомые с городской жизнью, они составляли самый беспокойный элемент и легко откликались на большевист­скую пропаганду. В массе пришельцев тонули интеллигент­ные рабочие, являвшиеся социальной опорой меньшевизма. Большевистская газета “Правда”, издававшаяся с 1912 г., и в Петербурге и в Москве доминировала над меньшевистским “Лучом”. Чувствуя усиление своих позиций, большевист­ские лидеры рвали все организационные связи с меньшеви­ками. В 1912 г. в Четвертую думу было избрано 7 меньше­виков и 6 большевиков, которые первоначально образовали единую фракцию. На следующий год большевистская “шес­терка” выделилась в отдельную фракцию.

“Ликвидаторское” течение в социал-демократии оформи­лось сразу же после окончания революции, а затем широко распространилось среди меньшевиков. “Ликвидаторы” счи­тали. что третьеиюньский переворот не упразднил всех за­воеваний революции и не вернул страну к старым порядкам, Более или менее свободно выходила оппозиционная пресса, действовала Дума, существовали профсоюзы, фактическую легализацию получили забастовки. В таких условиях, по мнению “ликвидаторов”, партия должна выходить из под­полья, отказываться от нелегальной работы, идти в профсо­юзы, кооперативы. Думу, отстаивать в них интересы рабоче­го класса, учиться действовать в рамках законности — и учить этому рабочих. Идейными центрами “ликвидаторско­го” течения были московский журнал «Возрождение» и пе­тербургский «Наша заря». Меньшевистско-“ликвидаторскую” окраску приобрели два больших журнала “Образова­ние” и “Современный мир”, игравших заметную роль в литературной жизни тех лет. В числе “ликвидаторов” оказались видные меньшевистские лидеры—П.Б. Аксельрод, А.Н. Потресов, Ф.И. Дан, В.О. и С.О. Цедербаумы (братья Ю.О. Мартова).

Сравнительно малочисленные меньшевики-“партийцы” группировались вокруг Г.В. Плеханова, который в эти годы резко разошелся с некоторыми былыми соратниками. Сто­ронники Плеханова настаивали на сохранении нелегальных организаций и революционного подполья. Мартов старался примирить обе спорящие стороны и преодолеть возникшее разделение. Считая, что государственные преобразования в России зашли не очень далеко и фактически остановились, он говорил о неизбежности новой буржуазно-демократиче­ской революции. В связи с этим он полагал преждевремен­ным полный отказ от нелегальных организаций и революци­онных форм борьбы, но призывал полностью отказаться от экспроприации и других подобных действий.

Таким образом, в послереволюционные годы в меньшеви­стском руководстве произошли перестановки. Плеханов, наиболее авторитетный лидер, обособился с небольшой груп­пой своих приверженцев. Мартов же, второй по влиятельно­сти руководитель, занял центральное положение, С большим трудом он сумел удержать меньшевиков, хотя бы формально, в рамках одной партии. Не удалось, однако, исполнить свою мечту — создать в России на основе меньшевистского тече­ния широкую, демократически организованную рабочую пар­тию по западноевропейскому образцу. Кризис в партии мень­шевиков продолжался и в годы нового революционного подъ­ема на фоне усиления большевиков.

Третьеиюньский государственный переворот партия эсе­ров восприняла как полный возврат к старому строю. В связи с этим было решено бойкотировать выборы в Третью думу и усилить боевую работу, однако эсеров вскоре постигла ката­строфа,

В конце 1908 г. был разоблачен провокатор Е.Ф. Азеф, один из основателей партии и руководитель ее “Боевой ор­ганизации”.

ЦК партии долго отказывался признать, что Азеф — про­вокатор. Убедил его только сам Азеф, скрывшийся неизве­стно куда. Самым непонятным было то, что отнюдь не все покушения, организованные Азефом, кончались провалом. Достаточно вспомнить убийства Плеве и великого князя Сергея Александровича. Существует версия, что оба были убиты по сговору Азефа с начальником заграничной агенту­ры П.И. Рачковским.

И в последующие годы охранка продолжала засылать своих агентов в революционные партии. Особым вниманием стали пользоваться большевики. Агенты полиции были в чис­ле социал-демократических депутатов Третьей и Четвертой думы, в редакции “Правды”. Один из провокаторов, Р.В. Ма­линовский, стал членом большевистского ЦК.

После провала Азефа эсеры попытались возродить свою “Боевую организацию”, но безуспешно. Фактически партия прекратила индивидуальный террор. Аграрный террор пре­кратился сам собой — вместе с резким спадом крестьянского движений и началом столыпинской аграрной реформы. Пар­тия оказалась в жесточайшем кризисе. Постепенно, однако, в ней стало зарождаться более реалистическое направление, связанное с деятельностью таких видных эсеров, как Н.Д. Ав­ксентьев, И.И. Бунаков, С.Н. Слётов. Они высказывали со­мнения в целесообразности террора и предлагали сосредото­читься на легальной деятельности — в профсоюзах, в бурно развивавшейся в эти годы крестьянской кооперации.

После окончания революции происходил процесс быстрого распада и разложения анархистских групп и организаций. В стране орудовали шайки грабителей (“Кровавая рука, “Лига красного шнура”, “Черные вороны”, “Мстители” и др.), выда­вавшие себя за “идейных” анархистов. С другой стороны, настоящие анархистские организации быстро исчезали. Если в 1908 г. действовало 108 групп анархистов в 83 населен­ных пунктах, то в 1909 г. их насчитывалось уже 57 в 44 городах, в 1910г.—34 группы, в 1911 г.—21. в 1912 г. ~ 12, в 1913 г. — 9 и в 1914 г. — 7 групп. Накануне войны группы анархистов сохранились в Москве, Петербурге, Киеве, Одес­се, Харбине и других городах. Активно действовала анархи­стская эмиграция. В конце 1913 г. в Лондоне прошла конфе­ренция анархистов-коммунистов. Таким образом, анархист­ское движение в России полностью не сошло на нет и сохраняло шансы возродиться в условиях нового обострения внутриполитической обстановки.

В первую мировую войну Россия вступила с грузом не­решенных проблем, с назревающим революционным кризи­сом. Однако в первые месяцы войны наблюдалась небывалая консолидация русского общества. Почти совершенно прекра­тились забастовки. В столицах и других городах прошли патриотические манифестации. Крестьянские общества при­нимали решения собрать урожай для тех семейств, из кото­рых все работники ушли в армию.

Выборы в IV Государственную думу (1912—1917) практически не изменили расстановку фракций в Думе. Председателем был октябрист М. В. Родзянко. Правые (черносотенцы) имели 184 голоса, октябристы (правые центристы) — 99 голосов, левые центристы образовали блок, куда входили кадеты (58 голосов), националисты (21 голос) и прогрессисты (47 го­лосов).

С 1913 г. большинство Думы (кадеты, прогрессисты, радикалы) стали в оппозицию царизму. Николай II неоднок­ратно ставил вопрос об уголовной ответственности депутатов за их критические и разобла­чительные речи с думской трибуны.

26 июля 1914 г. состоялась чрезвычайная сессия Четвер­той думы. Обсуждая военный бюджет, депутаты и министры продемонстрировали редкое единодушие. От имени “Трудо­вой группы” с призывом отстоять русскую землю и культуру от германского нашествия выступил А.Ф. Керенский. Только две социал-демократические фракции заняли иную позицию, В совместном заявлении большевиков и меньшевиков гово­рилось, что ответственность за войну “несут правящие круги всех воюющих стран”. В декларации содержался призыв к “международной солидарности трудящихся всего мира”. В момент голосования за военные кредиты социал-демократы вышли из зала.

В.И. Ленин одобрил этот демарш, но декларацию счел недостаточно четкой и последовательной. Он пришел к вы­воду, что война с обеих сторон носит империалистический, захватнический характер. Поэтому, утверждал Ленин, надо бороться за превращение империалистической войны в граж­данскую, за то, чтобы солдаты повернули штыки в другую сторону и пошли против собственной буржуазии. Тогда же Ленин выдвинул очень рискованный лозунг поражения сво­его правительства,

Попытки Ленина вынести свои идеи на арену междуна­родного социалистического движения большого успеха не имели. Ему удалось найти общий язык лишь с некоторыми крайне левыми социалистическими группировками в нейт­ральных странах. Но в большевистской партии ленинские идеи господствовали безраздельно.

2 ноября 1914 г. в Озерках, близ Петрограда, состоялось совещание большевиков, в котором участвовали пятеро чле­нов Четвертой думы (А.Е. Бадаев, М.К. Муранов, Г.И. Пет­ровский, Ф.Н. Самойлов и Н.Р. Шагов), а также представи­тель ЦК Л.Б. Каменев (Розенфельд). Нагрянула полиция и захватила документы. В условиях войны депутатский имму­нитет не помог. 10—13 февраля 1915 г. состоялся суд. Пя­теро депутатов держались мужественно, а Каменев, опасаясь смертного приговора, начал открещиваться от лозунгов своей партии. Все подсудимые были приговорены к ссылке в Сибирь.

Совершенно иную позицию по вопросу о войне занял Г.В. Плеханов. Считая Германию зачинщицей и главной ви­новницей войны, он призывал рабочий класс “всеми силами, всем сердцем и всем помышлением” поддержать вооружен­ную борьбу с прусским юнкерством. Военное поражение, писал он, превратит Россию в германскую колонию. Такие же мысли высказывал вождь анархистов П.А. Кропоткнн. Некоторые меньшевики заняли более осторожную позицию. А.Н. Потресов выдвинул иную, более нейтральную формулу — “непротиводействие войне”. С правительством нам не по пути, говорили меньшевики, но мешать ему вести войну мы не будем.

На позициях, близких к ленинским, в ту пору оказался лидер эсеров В.М. Чернов, хотя далеко не вся партия разде­ляла его воззрения. Например, С.Н. Слётов поступил добро­вольцем во французскую армию и пал на полях сражений.

Внутри страны в эти годы большевики и эсеры находи­лись в глубоком подполье, а меньшевики старались продол­жать свою деятельность в оставшихся еще профсоюзах, кас­сах взаимопомощи, в легальной печати. В отличие от боль­шевиков и эсеров, меньшевики не отказались от выборов в “рабочие группы” военно-промышленных комитетов. К фев­ралю 1917 г, такие группы были созданы в 58 городах и рабочих поселках. В некоторых городах (Харькове, Баку, Нижнем Новгороде, Саратове) рабочие под влиянием боль­шевистской агитации отказались участвовать в выборах.

Председателем “рабочей группы” при Центральном воен­но-промышленном комитете стал рабочий телефонного заво­да, меньшевик К.А. Гвоздев, “Рабочие группы” вели значи­тельную работу на фабриках и заводах, стараясь улаживать трудовые конфликты и в меру сил защищая интересы трудо­вого народа. Слишком часто они, однако, наталкивались на непонимание и противодействие со стороны властей, пред­принимателей и большевистски настроенных рабочих. Фев­ральскую революцию 1917 г. Гвоздев и его товарищи встре­тили в Петропавловской крепости.

Партии социалистической ориентации были важной со­ставной частью спектра политических сил в России в начале XX в. Сужение или расширение этой части мало зависело от интенсивности полицейской деятельности, которая оста­валась более или менее постоянной величиной. Гораздо силь­нее действовали другие факторы. Общенациональный кри­зис, доведенный правительством до социального взрыва (как, например, в 1905 г.), вызывал резкое увеличение красной части спектра. Очередной виток индустриализации и урба­низации (в конце XIX в., перед мировой войной или во время ее) делал красный цвет более интенсивным. И наоборот, в период сравнительно спокойный, свободный от таких драма­тических перемен (как в первые послереволюционные годы), красная полоса суживалась и заметно желтела.

Заключение

Третьеиюньская монархия стала последней фазой эволюции российского самодержавия. Переворот 3 июня 1907 г. завершил процесс формирования своеобразной российской разновидности бонопартистской государственности, в принципе типичной для эпохи утверждения буржуазного строя, для эпохи перехода от абсолютизма к правовому государству. В третьеиюньской политической системе причудливо сочетались элементы нового и старого, черты парламентаризма и черты «классического» самодержавия. Преобразования, проведенные в период революции (создание Государственной думы и пр.), знаменовали собой движение к правовому государству. Вместе с тем в политической жизни страны огромную, во многом ведущую роль продолжали играть институты и нормы, унаследованные от прошлого. Известной двойственностью отличалась и социальная природа третьеиюньской монархии. Хотя дворянство сохраняло статус первого сословия империи, преобразования, осуществленные в 1905-1907 гг., открыли российской буржуазии более широкие возможности для воздействия на управление страной, чем это было раньше. Зримым воплощением третьеиюньской системы стала III Дума, собравшаяся осенью 1907 г. Благодаря новому закону о выборах в III Думе резко сократилось (по сравнению с первыми двумя) представительство левых партий (трудовики получили 13 мест, социал-демократы — 19). Самую крупную фракцию образовали октябристы, имевшие (вместе с примыкающими к ним) 154 мандата. Поддерживая курс П.А.Столыпина, они играли в Государственной думе роль правительственной партии. Кадеты смогли провести в Думу 54 депутата. Значительно укрепили свои позиции правые: группа из 51 депутата образовала фракцию крайних правых, а 96 мест имели умеренно правые и националисты, которые также стали опорой П.А.Столыпина.
            Период третьеиюньской монархии характеризовался попытками части правящих кругов решить наболевшие проблемы социально-экономического и политического развития страны путем реформ с тем, чтобы предотвратить новый революционный взрыв. Эти попытки были в первую очередь связаны с деятельностью П.А.Столыпина. Не отказываясь (и после разгрома революции) от широкого применения репрессий для окончательного «успокоения» страны, П.А.Столыпин вскоре после своего прихода к власти выдвинул обширную программу преобразований, реализация которой должна была, по его мнению, сделать невозможным новый революционный взрыв.

Литература:

Бородин А.П. Усиление позиции объединенного дворянства в Государственном Совете в 1907-1914 гг. / Вопросы истории, 1977, № 2.

Демин В.А. Государственная Дума России: история и механизм функционирования. М.: РОССНЕП, 1996.

Исаев И.А. История государства и права России. — М.: Юристъ, 1998.

История отечественного государства и права. Учебное пособие. Ч. II. — М.: Изд-во «Юридический колледж МГУ», 1996.

Кузнецов И.Н. История государства и права России (Курс лекций). Минск: Амалфея, 1999.

Пушкарев С.Г. Обзор русской истории. Ставрополь, 1993.

Чиркин В.Е. Разделение властей: социальные и исторические аспекты.// Советское государство и право, 1990, №8.

1 Кузнецов И.Н. История государства и права России (Курс лекций). Минск: Амалфея, 1999. С.238

2 Бородин А.П. Усиление позиции объединенного дворянства в Государственном Совете в 1907-1914 гг. / Вопросы истории, 1977, № 2.

3 Исаев И.А. История государства и права России. — М.: Юристъ, 1998. С.342

Билет 1

Древние славяне населяли Центральную и Восточную Европу между реками
Вислой и Днепром, предгорья Карпат и продвигались к Дунаю, на Балканы. Во второй половине I тысячелетия они заняли территорию от Эльбы и Одера на западе, в бассейне Вислы, в Верхнем Приднепровье и до Среднего Поднепровья на востоке. Пока славяне жили вместе между Вислой и Днепром, они говорили на одном, понятном для всех древних славян языке — праславянском. Однако по мере расселения древние славяне все более отдалялись друг от друга по языку и культуре. Позднее славянский массив разделился на три ветви, на основе которых сложились современные нации:

В середине I тысячелетия племена восточных славян занимали огромную территорию от Онежского и Ладожского озер на севере до северного
Причерноморья на юге, от предгорий Карпат на западе до междуречья Оки и
Волги на востоке.

Основу хозяйственной жизни восточных славян составляло земледелие. У славян лесной зоны было подсечное земледелие. Выращивали ячмень, рожь, пшеницу, просо, овес, горох, гречиху. Важными сельскохозяйственными техническими культурами были лен и конопля.

Хозяйственная деятельность славян не ограничивалась земледелием: они занимались и скотоводством, разводили крупный рогатый скот и свиней, а также лошадей, овец и домашнюю птицу. Были развиты охота и рыболовство.
Ценными мехами платили дань, они являлись эквивалентом денег. Занимались славяне и бортничеством — сбором меда диких пчел. Из меда приготовляли хмельные напитки.

Важной отраслью хозяйства было производство железа. Из железа изготовляли железные наконечники для сохи и плуга, топоры, мотыги, серпы, косы.
Гончарство также было традиционной отраслью хозяйства древних славян.

Основной единицей хозяйственной жизни была родовая община, члены которой сообща владели орудиями труда, сообща обрабатывали землю и совместно потребляли полученный продукт. Происходит постепенное вытеснение подсечно- огневого земледелия пашенной системой. Следствием этого явилось то, что основной хозяйственной единицей стала семья. На смену родовой общине пришла соседская сельская община, в которой семьи селились не по принципу родства, а по принципу соседства.

Существует несколько теорий по вопросу о возникновении государственности у восточных славян. Одна из них исходит из рассказа «Повести временных лет». В ней под 862 г. рассказывается о приглашении новгородцами и кривичами на княжение варягов-норманнов. «Земля наша велика и обильна, но порядка (наряда) в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». На приглашение откликнулись три брата — Рюрик, Синеус и Трувор. После смерти
Синеуса и Трувора власть перешла к Рюрику, который стал княжить в
Новгороде. Дружинник Рюрика, Аскольд, отправившись на юг «в греки», захватил власть в Киеве. Но в 882 г. (после смерти Рюрика) новгородский князь Олег убил Аскольда и объединил под своей властью Киев и Новгород.
Таков летописный рассказ о начале русской государственности.
Билет 2

В 980 г. великим киевским князем стал Владимир Святославич. Владимиру удалось прекратить кровавую княжескую междоусобицу, которая разгорелась после смерти Святослава. Киев и Новгород были вновь объединены, князь контролировал весь Днепровский путь. Своих сыновей он посадил наместниками в главные города Руси.

При Владимире произошло великое событие в русской истории — Русь приняла христианство. В Х в. язычество господствовало среди большинства населения.
Придя к власти, Владимир сначала пытался укрепить языческую веру. Однако язычество не могло стать духовной основой объединения древнерусского общества в условиях развивающихся феодальных отношений, создания прочного государства и укрепления власти князя.

Соседние с Киевской Русью государства исповедовали религии, основу которых составлял монотеизм, т. е. вера в единого Бога. Большинство стран
Европы к этому времени были христианизированы. Киевский князь выбрал христианство в его византийском, будущем православном варианте. Был заключен династический брак — византийская принцесса Анна была выдана замуж за Владимира, который был крещен в Херсонесе (видимо, в 988 г.), в Крыму.

Причины, которые обусловили принятие Русью христианства:
. язычество приводило к изоляции Руси от христианского мира Европы, тормозило развитие международных связей и торговли;
. язычество мешало стабилизации и укреплению феодального строя на Руси;
. требовалась новая идеология, которая помогала бы утверждению в стране новых отношений — господства и подчинения;
. монотеизм христианской религии укреплял авторитет княжеской власти, способствовал единению Руси;
. появляющееся социальное неравенство на Руси требовало новой идеологии, которая могла бы оправдать богатство одних и бедность других, утешить людей, попавших в зависимость от феодала, обещая им лучшую жизнь в ином мире.
Влияние христианства на судьбу страны:
. церковь оказывала значительное воздействие на политическую жизнь, поддерживала усилия князей в борьбе за единство Руси, стояла во главе общерусского патриотического движения (Куликовская битва);
. принятие христианства коренным образом изменило международное положение

Киевской Руси, уравняло ее с остальными европейскими государствами, привело к установлению более тесных связей с соседними христианизированными странами;
. церковь способствовала формированию и развитию княжеских и боярских вотчин, а также появлению крупного церковного и монастырского землевладения;
. принятие христианства способствовало широкому проникновению византийской культуры и искусства, повлияло на развитие ремесла: кладка каменных стен, возведение куполов, мозаика были переданы греками русским мастерам. Иконопись, фресковая живопись возникли на Руси благодаря христианству;
. церковь способствовала распространению на Руси письменности, появлению первых рукописных книг, летописных сводов и философских трактатов, при монастырях открывались школы, библиотеки;
. христианство укрепляло моногамную семью, устраняло ряд жестоких, варварских обычаев: принесение плененных врагов в жертву языческим богам, убийство жен, рабынь, слуг на похоронах мужей и господ, что способствовало увеличению населения.

Билет 3

С 30-х годов XII в. на Руси начинается процесс феодальной раздробленности, что было закономерным этапом в развитии феодализма.
Великим князьям — Мономаху, его сыну Мстиславу — удавалось на время затормозить неизбежный процесс дробления Киевской Руси, но потом он возобновлялся с новой силой. И Любечский съезд князей в 1097 г. установил:
«… кажцо да держит отчину свою».

Можно назвать следующие причины феодальной раздробленности на Руси:
. особенности становления феодализма на Руси. Князья наделяли своих наследников не комплексом обширных вотчин, арентой-налогом. Нужны были гарантии того, что наследник со временем будет главой княжества. В то же время увеличение княжеских родов и сравнительно малый рост совокупного прибавочного продукта обостряли борьбу между князьями за лучшие княжества и территории, с которых можно было получать больший налог. Поэтому княжеские междоусобицы — это прежде всего борьба за перераспределение налога, которая позволяла захватить наиболее выгодные княжения и закрепиться в ранге главы суверенного княжества;
. натуральное хозяйство, отсутствие экономических связей способствовало созданию сравнительно небольших феодальных мирков и сепаратизму местных боярских союзов;
. развитие боярского землевладения: расширение боярских вотчин путем захвата земель смердов-общинников, покупка земли и т. п. — вело к усилению экономической мощи и самостоятельности бояр и в конечном счете к обострению противоречий между боярами и великим киевским князем.

Бояре были заинтересованы в такой княжеской власти, которая могла бы обеспечить им военную и правовую защиту, в частности в связи с ростом сопротивления горожан, смердов, способствовать захвату их земель и усилению эксплуатации. Местные бояре стали приглашать князя со своей дружиной, но отводили им поначалу только полицейские функции. В последующем князья, как правило, стремились получить всю полноту власти. И это, в свою очередь, вело к обострению борьбы между боярами и местными князьями;
. рост и укрепление городов как новых политических и культурных центров;
. в XII в. торговые пути стали обходить Киев; европейских купцов, а также новгородцев все более привлекали Германия, Италия, Ближний Восток,

«путь из варяг в греки» постепенно терял свое значение;
. борьба с кочевниками ослабляла Киевское княжество, замедляла его прогресс; в Новгороде и Суздале было гораздо спокойнее.

Итак, в середине XII в. Киевская Русь распалась на 15 больших и малых княжеств, а в начале XIII в. их количество увеличилось до 50.
Билет 4

В 1201 г. немецкие и датские феодалы основали Ригу и создали рыцарский
Орден меченосцев для покорения Прибалтики, который беспощадно истреблял балтийских язычников. В 1212 г. рыцари подчинили Ливонию и подошли плотную к новгородским землям. В это же время в Европу переместился (из Палестины)
Тевтонский орден, поголовно истребил племена пруссов, а их земли были отданы немцам. В 1238 г. был заключен союз немецких, датских и шведских феодалов против Руси.

Первыми попытались воспользоваться ослаблением Руси во время монголо- татарского нашествия шведы, под угрозой захвата оказался Новгород. В июле
1240 г. в Неву вошел шведский флот под командованием герцога Биргера.
Пройдя Невой до устья реки Ижоры, рыцарская конница высадилась на берег. В
Новгороде тогда княжил 19-летний Александр Ярославич. Русская разведка доложила князю о передвижении шведов, и он действовал быстро и решительно.
Князь не стал дожидаться полков великого князя Ярослава, а с небольшой дружиной и новгородскими ратниками двинулся к месту высадки шведов. По дороге к ним примкнули ладожане, а позже — отряд ижорян. Наиболее боеспособная часть шведских войск высадилась на берег и стояла лагерем, остальные остались на кораблях. 15 июля 1240 г., скрытно подойдя к шведскому лагерю, конная дружина Александра обрушилась на центр шведского войска. А пешая рать новгородцев ударила во фланг, отрезая рыцарям отход на корабли. Остатки разбитого шведского войска ушли по Неве в море.

Число русских потерь было невелико — 20 человек. Блестящая победа
Александра, прозванного Невским, имела большое историческое значение:

. она устраняла угрозу с Севера;

. Русь сохранила берега Финского залива, выход к Балтийскому морю, торговые пути в страны Запада;

. это был первый военный успех Руси со времен нашествия Батыя.
Билет 5

Во второй половине XII — начале XIII в. в степях Забайкалья и северо- восточной части Монголии обитали многочисленные монгольские племена.
Соседние с ними народы, включая и русских, называли их «татары», по имени одного из больших племен.

31 мая 1223 г. состоялась первая встреча русичей с монголо-татарами у реки Калки. Не все русские земли выставили свои войска. Откликнулись лишь южные князья. Русские князья потерпели сокрушительное поражение. Оно объяснялось следующими причинами:

. у русских не было согласия и единства;

. отсутствовало единое командование;

. сильнейший удар монгольской конницы обратил в паническое бегство половецкие отряды, своим беспорядочным отступлением они расстроили ряды русских воинов;

. наметившийся в начале битвы успех галицко-волынских дружин Мстислава

Удалого и Даниила Волынского не был поддержан другими князьями. Более того, киевский князь Мстислав Романович, укрепившийся со своим самым сильным полком на холме, два дня наблюдал за разгромом русских дружин.

На третий день он добровольно сдался.

В декабре 1237 г. огромное войско вступило в пределы Рязанского княжества. После пяти дней осады Рязань была взята. Ни один из русских князей не прислал дружину на помощь рязанскому князю. Затем монголо-татары разорили Москву, Коломну, Владимир. В течение февраля 1238 г. были взяты 14 городов. В марте 1238 г. полчища Батыя у реки Сить разгромили рать владимирского князя Юрия, сам князь погиб, вся Ростово-Суздальская земля была разорена.

Осенью 1240 г. монголо-татары начали нашествие на Южную Русь. Они захватили Переславль, Чернигов, Киев. Южнорусские земли подверглись разорению. Уцелели только псковские, минские, смоленские и новгородские земли.

Несмотря на длительный и разорительный характер монголо-татарского нашествия, Русь сохранила свою государственность. Но Русь на долгое время оказалась в политической и экономической зависимости от ордынских ханов.

В 1257 г. баскаки-переписчики появились в Новгороде, но местные жители отказались от переписи, начались восстания. В Новгород приехал князь
Александр Невский и ордынские послы. Видя соотношение сил Руси и Орды и боясь прихода карательного войска, Александр силой принудил новгородцев впустить в город татарских переписчиков. Подобные события повторились и в
1259 г. В 1262 г. восстали жители Владимира, Суздаля, Ростова, Ярославля, всей Северо-Восточной Руси. Все это привело к тому, что монголо-татары перестали ездить по Руси и передали сбор дани русским князьям. В 1263 г. умер Александр Невский, и между князьями начались усобицы за владимирский престол. Русские князья прибегают к помощи ордынцев, которые разоряют русские города (14 городов). Всего за 25 лет (до 1300 г.) монголо-татары совершили на Русь 15 походов.

Нашествие Батыя оказало негативное воздействие на всю историю Руси, надолго затормозив ее развитие.

Влияние монголо-татарского нашествия на древнерусскую историю.

1. Оно явилось тем рубежом, который разделил историю Руси на две эпохи — до и после Батыева нашествия.

2. Началось экономическое и культурное отставание Руси от ряда европейских стран. Погибло большинство русских князей и дружинников-бояр, тысячи крестьян и горожан. Многие ремесленники были угнаны в рабство, секреты и приемы мастерства утеряны, исчезли целые ремесла. Разорены города и села.

3. Ордынские властители не содействовали централизации Руси. В их интересах было разжигание вражды между князьями и недопущение их единства.
Билет 6

Причины превращения Москвы в центр складывающегося единого государства:
. Москва являлась центром довольно развитого пашенного земледелия и ремесла;
. она находилась на пересечении торговых путей, что способствовало развитию экономических связей с другими областями, более широкому и тесному общению людей;
. географическое положение гарантировало ее относительную безопасность от внешних вторжений, обусловливало приток населения, увеличение его плотности, что, в свою очередь, ускоряло экономическое развитие;
. Москва являлась средоточием тех территорий, где формировалась великорусская народность. Население более развитого московского региона в большей степени влияло на отдельные элементы языка, культуры и быта людей всей Северо-Восточной Руси.

Однако перечисленные специфические условия во многом были характерны и для Тверского княжества. Но центром объединения стала не Тверь, а Москва, в первую очередь благодаря умелой политике московских князей.

К концу XIV в. были созданы экономические, политические и социальные предпосылки для объединения и образования единого государства. В отличие от
Западной Европы, на Руси этот процесс имел ряд особенностей:
. монголо-татарское нашествие прервало наметившиеся в XIII в. объединительные процессы. Борьба за свержение монгольского ига определяла само существование Руси как самостоятельного государства. Политические задачи объединения отдельных княжеств в единое государство стали определяющими;
. развитие городов и внутренней торговли не достигло такого уровня, как на
Западе, еще не возникли буржуазные отношения, а именно этот фактор стал главной социально-экономической предпосылкой создания единых государств в
Западной Европе;
. единое государство на Руси складывалось на основе многих народностей, и к началу XIV в. Российское государство носило многонациональный характер;
. процесс объединения русских земель в единое государство был обусловлен необходимостью защиты от внешних врагов — татар, турок, поляков, немцев и т. д.

Можно выделить следующие этапы образования единого Российского государства:

1. конец XIII — 80-е гг. XIV в. — хозяйственный подъем в русских землях, возвышение Московского княжества и начало объединения русских земель вокруг Москвы;

2. 80-е гг. XIV — вторая четверть XV в. — дальнейшее объединение земель вокруг Москвы, борьба великого московского князя с московскими удельными князьями;

3. вторая половина XV — начало XVI в. — образование единого государства.
Билет 7

[Россия при Иване Грозном — пропущено]

В 1549 г. был созван первый Земский собор — собрание сословных представителей. На основе решений Земского собора в 50-х годах XVI в. были проведены следующие реформы:

Военная

Были запрещены местнические споры между воеводами во время походов, все они подчинялись главнокомандующему. Каждый землевладелец обязан был выставить с каждых 150 десятин земли одного вооруженного воина на коне. За службу дворянин получал до 450 десятин земли. Было создано новое постоянное войско из стрельцов, вооруженных пищалями. Сначала в стрелецкое войско было набрано 3000 человек. Стрелецкое войско являлось мощной боевой силой
Российского государства.

Судебная

В 1550 г. был принят новый Судебник Ивана IV. Были ограничены судебные функции наместников и волостелей. Взяточничество каралось денежными штрафами. Вводилась смертная казнь «за разбой». При разбирательстве дел на местах стало обязательным присутствие земельных старост. В 1581 г. впервые были введены заповедные годы, запрещавшие переход крестьянина от одного феодала к другому в определенный год.

Церковная

В 1551 г. по инициативе Ивана IV состоялся церковный Собор. Он оформил список всех русских святых, проверил церковные книги, унифицировал богослужение и все церковные обряды, принял решение об открытии школ для подготовки священников и дьяконов. Монахам запретили пить водку, осуждалось бритье бород.

Собор не разрешил царю конфисковывать церковные земли, но сами монастыри могли продавать или приобретать земли только с царского дозволения.

Реформы системы управления

При Избранной раде складывается приказная система управления. Приказы являлись особыми органами государственной исполнительной власти.
Возглавляли приказы думные дьяки. Так складывался профессиональный аппарат управления — главная опора центральной власти.

Опричнина

2 февраля 1565 г. Иван IV объявил духовенству, знатным боярам об учреждении опричнины. В опричнину, подвластную царю (царский удел), вошли земли, включавшие 20 городов в центральных и наиболее богатых районах страны. Остальная территория была названа земщиной, в ней сохранялись старые порядки во главе с боярами. Противников опричнины уничтожали.

Изъятые у боярства земли раздавались опричникам-дворянам и феодальной знати, верной царю. Было создано специальное опричное войско. Опричники приделывали к седлам коней собачьи головы и метлы, что символизировало их собачью преданность царю и решимость вымести всякую измену

В 1570 г. Иван Грозный вместе с сыном Иваном возглавил поход по родной земле отмеченный проявлением крайней жестокости царя и бессмысленным кровавым разгулом его слуг. Были разграблены Клин, Тверь, и Новгород. Это был настоящий террор, ставивший целью не только подавить бояр, но и запугать народ. Но вскоре царь сам стал бояться опричников.

В 1572 г. Иван Грозный отменил опричнину и запретил даже упоминать это ненавистное в народе слово.

Последствия опричнины:
. опричнина способствовала становлению деспотического характера русского самодержавия, фактически она превратила в холопов и феодалов, и крестьян;
. была подорвана экономика страны, многие земли были разорены, крестьяне бежали из вотчин и поместий. В 1581 г. Иван Грозный ввел «заповедные годы» — временно запретил крестьянам уходить от феодала даже в Юрьев день, т. е. в России на время вводилось крепостное право;
. опричная политика привела к ухудшению положения России в Ливонской войне.

Билет 8

В феврале 1598 г. по инициативе царицы Ирины и при активной поддержке патриарха Иова и других московских иерархов специально созванный Земский собор в Москве избирает царем Бориса Годунова.

Годунов пытался предпринять меры для ослабления недовольства народа. В
1598 г. он снял недоимки по налогам, дал некоторые привилегии служилым и посадским людям в выполнении повинностей, объявил амнистию заключенным, на
5 лет отменил смертную казнь, разрешил частичный выход крестьян от одного владельца к другому.

Но многие знатные бояре были недовольны избранием Годунова, считая себя обойденными, распространяли слухи о его причастности к смерти царевича
Дмитрия.

В 1603 г. из-за природных катаклизмов нечем стало высевать поля. Цена на хлеб возросла в 100 раз. По всей стране люди погибали от голода, повсюду бродили нищие.

Тысячи холопов, крестьян, посадских людей бежали на окраины страны.
Стихийно возникали отряды, которые нападали на помещиков и бояр.
Кульминацией «голодных бунтов» стало восстание Хлопка (1603), охватившее все Подмосковье.

Лжедмитрий I

В 1601г. Годунов узнал, что в Польше объявился человек, выдающий себя за царевича Дмитрия. Розыск показал, что это сбежавший в Польшу (1602) галицкий дворянин, бывший монах Григорий Отрепьев. В октябре 1604 г. войско
Лжедмитрия, поддержанного польскими магнатами, двинулось на Москву.

Войско Лжедмитрия быстро продвигалось к Москве. 13 апреля 1605 г. скоропостижно умер Борис Годунов. В это же время самозванец присылает в
Москву грамоту, в которой требует устранить Годуновых. 20 июня 1605 г.
Лжедмитрий въехал в столицу — вскоре его «опознала» мать, инокиня Марфа, и
30 июля 1605 г. «Дмитрий» венчался на царство.

Лжедмитрий, став царем, повел себя независимо от польского короля: не разрешил строить католические храмы, не отдал полякам Смоленск, стал именоваться императором. Он обладал блестящими способностями. Бояре дивились его умению быстро и самостоятельно решать трудные вопросы. Но все же недовольство нарастало.

Возник заговор бояр во главе с Василием Шуйским. 17 мая 1606 г. при попытке скрыться от заговорщиков Лжедмитрий был убит.

Интервенция, патриотический подъем народа и его освободительная борьба

Летом 1606 г. на юго-западе страны, в районе Путивля, началось восстание во главе с бывшим холопом Иваном Болотниковым. Для привлечения на свою сторону крестьян Болотников использовал имя царевича Дмитрия, который якобы не погиб в 1606 г. в Москве, а чудом спасся. В сражении у села Коломенского
Болотников потерпел поражение и отошел к Туле. Шуйский пошел обманул восставших, и как только ворота крепости были открыты, руководители восстания были схвачены.

Летом 1607 г. поляки направили в Россию очередного самозванца —
Лжедмитрия II, происхождение которого неизвестно. Собрав большое войско, около 40 тысяч человек, самозванец дошел до Москвы, но не смог ее взять и обосновался лагерем в подмосковном селе Тушино.

Польша воспользовалась ситуацией и начала в 1610 г. открытую интервенцию против России. Польские войска подошли к столице. С началом польской интервенции лагерь Лжедмитрия II распался, он бежал в Калугу и был там убит.

В этой обстановке возник заговор дворян во главе с Захаром Ляпуновым, которого поддержало посадское население Москвы. Шуйский был свергнут, насильно пострижен в монахи и передан в качестве заложников полякам. Бояре задумали посадить на русский престол польского королевича Владислава.
Шведы, узнав о русско-польском сговоре, оккупировали северо-западные русские земли. Началась открытая интервенция Польши и Швеции в Россию.

На борьбу с захватчиками поднимается русский народ. В конце марта 1611 г. первое ополчение осадило Москву, польский гарнизон отошел в пределы Китай- города и Кремля. Но в ополчении возникли серьезные расхождения между дворянской и крестьянско-казачьей частью. Поляки остались в Москве, а шведы захватили новгородские земли и осадили Псков.

России грозила потеря национальной независимости, расчленение земель. В этой обстановке создается второе ополчение, во главе которого встали князь
Дмитрий Пожарский и посадский староста Козьма Минин. В ночь на 20 августа
1612 г. ополчение подошло к Москве. Поляки пытались прорваться, но были отброшены. 22 октября 1612 г. ополчение освободило Китай-город, а 26 октября поляки в Кремле сдались. Москва была освобождена.
Билет 10

Политика «просвещенного абсолютизма» была консервативной в политическом и социальном плане. Она предполагала создание абсолютистского государства с сословной структурой и прочной правовой основой в виде системы законов. Эта политика была направлена на укрепление феодально-крепостнических отношений, прав дворянства как особо привилегированного сословия — регулирование взаимоотношений между подчиненными государству сословиями.

Был ликвидирован кабинет министров. Сенат был разделен на 6 департаментов, каждый из которых имел определенные полномочия. Тем самым
Екатерина ослабила Сенат, превратив его из законодательного в простой административный орган.

Екатерина решила создать Комиссию для составления нового Уложения; возникли проекты Посошкова, Голицына, Татищева.

В течение двух лет (1764—1765) Екатерина II работала над составлением
«Наказа», руководства для депутатов, в основу которого были положены трактаты западноевропейских философов-просветителей. «Наказ» провозглашал, что цель власти — содействовать добру, вводить наилучшие законы, а это мог сделать только просвещенный, самодержавный государь. В этом документе отвергались пытки, казни (лишь в особых случаях), говорилось о предупреждении преступлений. «Наказ» раздали депутатам Уложенной комиссии, которую созвали в 1767 г.

Но в среде депутатов возникли серьезные разногласия, какие возникают между представителями разных сословий. Работа Комиссии ярко свидетельствовала о накале социальных противоречий в стране. Уложенная комиссия, не выполнив своей задачи, не создав нового общего закона, под предлогом войны с Турцией была распущена в 1769 г. (а упразднена в 1774 г.).

В 1775 г. было упразднено казачье самоуправление на Дону и уничтожена
Запорожская Сечь. Вся Российская Империя была разделена на 50 губерний, а губернии делились на 10—12 уездов. Власть в губерниях принадлежала губернатору, назначаемому Сенатом.

Полностью изменилась судебная система. Она была построена по сословному принципу. Дворян судили земский и уездный суды: горожан — магистраты, государственных крестьян — судебные расправы. Все сословные суды были выборными.

Таким образом, было проведено разделение административных, финансовых и судебных дел. Дворяне фактически получили право местного самоуправления. На своих собраниях они выбирали уездного предводителя дворянства, в губернии выбирался губернский предводитель дворянства.

В том же 1785 г. была издана «Жалованная грамота городам», которая закрепляла сословную структуру населения города. Все население города делилось на шесть сословных категорий — разрядов. Расширялись права лишь одной категории — гильдейского купечества. Богатые купцы были освобождены от подушной подати и стали платить налог с капитала (1%). Купцы первой и второй гильдий, именитые граждане были освобождены от телесных наказаний.
Органы городского самоуправления были представлены общей городской думой и шестигласной думой (в которую общей думой выбирались шесть представителей, по одному из каждого разряда городского общества). Это была исполнительная власть. Жители города раз в три года избирали городского голову и гласных общей и городской думы. Крестьян, проживавших в городах, в число горожан не включали, хотя подати с них брали в двойном размере — и в городе, и в деревне.

Екатерина II заботилась об укреплении государства, основой которого должны стать сильные сословия. Но все ее реформы остались незавершенными.
Крепостное право сдерживало возникновение «третьего сословия», исключало крестьян из сословной структуры. Век Екатерины II — «век просвещенного абсолютизма», «золотой век» дворянства. Именно дворяне, занимая исключительное положение в государстве, препятствовали отмене крепостного права, изменению социального статуса крестьянства.
Билет 11

Новый император Александр I (в 1801г. ему было 23 года) был любимым внуком Екатерины II. В результате у него сформировались такие черты характера, как лицемерие, скрытность. Воспитателем Александра был приверженец Просвещения республиканец Ф. Лагарп, который привил наследнику либеральные идеи. В своем первом Манифесте Александр I обещал управлять народом «по законам и по сердцу в Бозе почивающей августейшей бабки нашей государыни императрицы Екатерины Великой».

В первые месяцы своего правления Александр I выслал многих участников заговора, а опору нашел в небольшом кругу друзей своей юности. Среди них — графы Павел Строганов, Виктор Кочубей, князья Адам Чарторыйский, Николай
Новосильцев. Именно с ними молодой император обсуждал важнейшие вопросы необходимых преобразований в стране. Этот кружок стали называть «Негласным комитетом». Его члены были молоды, энергичны, исполнены благих намерений, но очень неопытны. Заседания «Негласного комитета» проходили регулярно вплоть до середины 1802 г., были намечены различные реформы.

2 апреля 1801г. Александр I издал пять важных указов:

. восстанавливалась в полном объеме «Жалованная грамота дворянству»;

. восстанавливалась «Жалованная грамота городам»;

. дворяне освобождались от телесных наказаний, которые ввел Павел I;

. улучшалось содержание заключенных;

. упразднялась тайная экспедиция, и все судебные дела рассматривал

Сенат.

Члены «Негласного комитета» высказывали предложение о запрещении продажи крепостных крестьян без земли. Но сановники решительно выступали против, считая, что это подорвет крепостное право. Император отступил, запретив только публиковать объявления о продаже крестьян.

Одним из важнейших решений был указ о «вольных хлебопашцах» (1803), по которому помещики могли отпускать своих крепостных на волю с землей за выкуп целыми селениями или отдельными семьями. Но практические результаты от указа были невелики. В царствование Александра I освобождено было всего
47 тысяч крепостных мужского пола (0,5%). Однако идеи этого указа легли в основу реформы 1861 г. А в 1804 г. был сделан первый шаг к отмене крепостного права в Прибалтике. Здесь были четко определены размеры повинностей крестьян, платежи, а крестьяне могли наследовать землю.

В 1802—1811 гг. была проведена министерская реформа. Вместо 12 коллегий было создано 8 министерств: военное, морское, иностранных дел, юстиции, внутренних дел, финансов, коммерции и народного просвещения (впервые).
Позже число министерств было доведено до 12. Сенат становился высшей судебной инстанцией и осуществлял контроль за местными властями.
Открывались новые университеты, лицеи, гимназии (особенно для «низших классов»).

Александр I видел, что действия «Негласного комитета» не приводят к серьезным изменениям. Требовался новый человек, который бы решительно и последовательно проводил реформы. Им стал статс-секретарь, заместитель министра юстиции Михаил Михайлович Сперанский — человек широкого кругозора и выдающихся способностей.

Александр I в целом одобрил политическую реформу Сперанского, но решил проводить ее постепенно. В 1810 г. был создан Государственный совет, который рассматривал проекты законов, разъяснял их смысл, контролировал министерства; во главе его встал Сперанский. В 1811 г. были изданы постановления о функциях министерств, о Сенате.

Сперанский подготовил проект экономических реформ. Он включал в себя:

. прекращение выпуска не обеспеченных ценностями облигаций;

. необходимость выкупить бумажные деньги у населения;

. резкое сокращение государственных расходов;

. введение специального налога на помещичьи и удельные имения;

. проведение внутреннего займа;

. введение чрезвычайного дополнительного налога на 1 год, который уплачивался крепостными крестьянами и составлял 50 копеек в год;

. введение нового таможенного тарифа;

. запрет на ввоз предметов роскоши.
Билет 12

В ночь на 12 июня 1812 г. французская армия перешла реку Неман и вторглась в пределы России. На главном направлении наступала группировка в
220 тысяч человек против 160 тысяч русских. Александр I издает Манифест с призывом создавать народное ополчение, собирать средства на нужды армии.
Призыв нашел отклик в разных слоях общества.

Во главе армии с начала войны стоял военный министр Барклай де Толли. Он принял решение отходить с первой армией на Витебск и там соединиться со второй армией Багратиона. Стратегический план Наполеона был сорван, но соединиться в Витебске армиям не удалось, тогда русские стали отходить к
Смоленску. В первые же дни началось партизанское движение. У Смоленска русские армии соединились. 4 и 5 августа состоялось кровопролитное
Смоленское сражение, которое по замыслу Наполеона должно было стать генеральным. Но русские решили защищаться за стенами Смоленского кремля.
Наполеон 2 дня штурмовал город, потерял 20 тысяч солдат, противнику достался разрушенный и сожженный город. Отсюда Наполеон отправил Александру
I письмо с предложением заключить мир. Не получив ответа, он решил наступать на Москву.

В неудачах первых недель войны обвинили Барклая де Толли. В августе армия и народ потребовали назначить главнокомандующим М. И. Кутузова. Александр I не любил Кутузова, но под давлением общественного мнения 17 августа он назначил Кутузова. М. И. Кутузов подтвердил, что действия Барклая де Толли были верными, и отступил еще ближе к Москве.

Для генерального сражения было выбрано поле у села Бородино. Русская регулярная армия насчитывала 125 тысяч человек, кроме того, было 29 тысяч ополченцев, а французская — 135 тысяч человек. 24 августа состоялся бой у
Шевардинского редута, где 18 тысяч русских отражали атаки противника. 26 августа в 5 часов 30 минут началось Бородинское сражение. Наполеон намеревался прорвать левый фланг русской армии и центр. Ценой огромных потерь французы овладели батареей Раевского, но обойти фланги и прорвать центр русских позиций им не удалось. Потери французов составили 58 тысяч, а русских — 44 тысячи человек. Бородинское сражение не было выиграно
Наполеоном, так как он не достиг своей цели — уничтожить русскую армию.

Русская армия отошла к Москве. 1 сентября в деревне Фили под Москвой состоялся военный совет, на котором решался вопрос: дать сражение под
Москвой или оставить ее. Многие генералы настаивали на сражении, но Кутузов отдал приказ отступать: «При уничтожении армии не только Москва, но и вся
Россия будут потеряны». 2 сентября в Москву вошла армия Наполеона, который считал войну законченной. Наполеон пробыл в Москве 36 дней. Он трижды предлагал Александру I мир, но не получил ответа.

Оставив Москву, Кутузов совершил замечательный маневр: создав видимость отступления по Рязанской дороге, с основными силами перешел на Калужскую дорогу, где остановился в селе Тарутино (80 км от Москвы). Здесь был создан знаменитый Тарутинский лагерь, началось формирование новой армии, был дан отдых войскам, пополнены резервы и снаряжение.

В это время Москву грабили французские мародеры, начались пожары.
Развернулась партизанская война. Партизаны уничтожили 30 тысяч неприятельских солдат.

В начале октября Наполеон двинулся на Калугу, где находились продовольственные склады русской армии. 12 октября под Малоярославцем путь французам преградил Кутузов. Отчаявшись прорваться на юг, Наполеон повернул на Смоленск, надеясь перезимовать там. Русские войска преследовали неприятеля, к Смоленску подошло не более половины солдат, выведенных
Наполеоном из Москвы. При переправе через реку Березину французы потеряли
30 тысяч человек убитыми и пленными. Наполеон бросил армию и тайно бежал в
Париж.

В 1814 г. в Вене был созван конгресс для решения послевоенного устройства. В конце работы Венского конгресса по предложению Александра I был создан Священный союз для совместной борьбы с революционным движением в
Европе. Первоначально в него вошли Россия, Пруссия и Австрия, в дальнейшем к ним присоединились многие европейские государства.

Победа России в Отечественной войне 1812 года имела огромное историческое значение:
. война привела к росту национального самосознания русского народа. Главным героем войны 1812 г. был русский народ;
. в ходе борьбы с Наполеоном ускорился сложный и длительный процесс консолидации русской нации, теснее стали ее связи с другими народами

России;
. война ускорила процесс разложения феодального строя в России;
. победа России разрушила планы Наполеона о мировом господстве. Народы

Западной Европы были освобождены от наполеоновского владычества.
Билет 14

Россию времени правления Николая I (1825— 1855) нередко называют
«фасадной империей»: внешний блеск скрывал острые и болезненные проблемы, стоящие перед страной. Нет ничего удивительного в том, что спектр предложенных тогда решений оказался чрезвычайно широким. Россия, согласно теории С.С. Уварова, — это самобытная страна, основами бытия которой являются самодержавие, единственная форма правления, которую поддерживает русский народ; православие, исконное воплощение его духовности и надежная опора единовластия монарха; народность, неразрывно связующая самодержца и общество.

Независимая общественная мысль развивалась в оппозиции к официальной теории, под жестким давлением власти, всеми силами внедрявшей в общественное сознание «триаду Уварова». Формой существования либеральных и революционных идей в 30—40-е гг. стали немногочисленные кружки. Именно в них определилась идеология основных течений русского либерализма тех лет — западничества и славянофильства. И западники, и славянофилы отрицали революционные способы переустройства страны, возлагая главные надежды на силу общественного мнения и готовность власти к преобразованиям. В центре споров между ними оказался вопрос об историческом пути России, о ее прошлом и будущем.

Западники утверждали, что Россия развивается в том же направлении и по тем же законам, что и европейские страны. Она лишь отстает от них, и задача состоит в том, чтобы преодолеть это отставание: отменить крепостное право, ввести конституционные формы правления, провести судебную и военную реформы.

Славянофилы считали необходимым отменить крепостничество, восстановить утраченную связь народа и самодержавной власти, возродить Земские соборы, поддержать крестьянскую общину, освободить ее от опеки помещиков и чиновников. Революционное направление общественной мысли в 20—30-е гг. развивалось под влиянием идей декабристов. В 40-е гг. характер революционной мысли изменился. Все большую популярность приобретали социалистические учения.

Экономическая система, основанная на крепостном праве и принудительном труде, в первой половине XIX в. вступила в стадию кризиса. Новые экономические реальности развивались не благодаря, а вопреки господствовавшей системе, на каждом шагу наталкиваясь на сопротивление, которое она им оказывала. В этом и состояла сущность кризиса крепостнической системы хозяйства.

С конца XVIII в. сельское хозяйство России все прочнее связывалось с рынком — внутренним и внешним. Помещики, поставлявшие зерно и другие продукты на рынок, были заинтересованы в максимальном расширении объемов производства. Лишь немногие шли по пути интенсификации своего хозяйства: внедряли новые орудия труда, приемы обработки земли, применяли элементы вольнонаемного труда. Тем не менее подавляющее большинство помещиков черноземных губерний России добивались роста производства за счет расширения собственной пашни и увеличения барщины. Результатом была деградация крестьянского хозяйства, его обветшание, что, в свою очередь, сказывалось и на состоянии хозяйства помещичьего.

В нечерноземных губерниях преобладала иная тенденция: барщина сокращалась, крестьян переводили на денежный оброк, размеры которого были таковы, что заставляли земледельцев искать дополнительные источники доходов. Результат был тем же: крестьяне, не имели возможности стать полноценными работниками на мануфактурах и фабриках, ибо оставались крепостными.

В 30-е гг. в России начался промышленный переворот — переход от ручного труда к машинному, от мануфактуры к фабрике. Сформировались три основных промышленных района — вокруг Москвы, вокруг Петербурга и на Урале. Однако рынка вольнонаемного труда не сложилось и не могло сложиться. В качестве наемных рабочих привлекались главным образом крепостные крестьяне- отходники, вынужденные часть заработанного отдавать помещику. Узким был и рынок сбыта, без которого быстрое развитие капиталистического производства невозможно. Вот почему промышленный переворот в России затянулся до 80-х гг. XIX в., а его социальные последствия (формирование буржуазии и рабочего класса) до реформы 1861 г. практически не проявлялись. Вывод очевиден. Чем дальше, тем сильнее крепостническая система хозяйства тормозила экономическое развитие страны. Вопрос об отмене крепостного права становился все более острым. Он требовал безотлагательного решения.
Билет 15

Вопрос об отмене крепостного права ставился в российском обществе уже в середине XVIII в. Власть признавала необходимым приступить к разработке соответствующих проектов по крайней мере с начала XIX в. Неэффективность крепостнической экономики для многих мыслящих людей, в том числе и тех, кто занимал высокие должности в государственном аппарате, была очевидной давно.
Россия оказалась перед реальной угрозой утраты статуса великой державы, жизнь властно требовала решительных шагов по обновлению страны.

В конечном счете был подготовлен документ, в котором приоритетное отражение нашли все-таки требования помещиков. Утвержденные Государственным советом «Положения» легли на стол императора и были им подписаны 19 февраля
1861 г. Манифест об отмене крепостного права власти обнародовали двумя неделями позже — 5 марта в условиях повышенных мер безопасности.

Крепостное право отменялось, крестьяне получали личную свободу и гражданские права. Они освобождались с землей, но за выкуп и на определенных условиях. Размер крестьянского надела не мог превышать установленной нормы. Если крестьянин до реформы имел в пользовании на- дел больший, чем тот, что ему полагался, излишки земли «отрезались» в пользу помещика («отрезки»). За землю нужно было выплатить определенную сумму помещику. Выкупная стоимость земли исчислялась следующим образом. За основу был взят размер оброка, который крепостной крестьянин платил помещику.
Выкуп должен был равняться такой сумме, которая, будучи положенной в банк, давала бы в виде процентов с нее стоимость прежнего оброка («капитализация из 6% годовых»). До проведения выкупной операции крестьяне должны были выполнять в пользу помещика все прежние повинности («временнообязанное состояние»). Столь крупных денег у крестьян не было. Государство становилось поэтому своеобразным посредником: оно выплачивало 75—80% выкупной суммы помещику. Остальное вносил крестьянин. Затраты государства крестьянин должен был восполнить, в течение 49 лет внося в казну сумму ссуды с процентами.

Значение реформы чрезвычайно велико. Освобождение миллионов крепостных, втягивание крестьянского и помещичьего хозяйства в рыночные отношение, расслоение крестьянства, формирование рынка вольнонаемного труда, ускоренное развитие промышленности — все это прямые следствия реформы.

Крестьянская реформа была первой в ряду либеральных реформ 60—70-х гг.
Важнейшими из них были земская, судебная и военная реформы. Земская реформа
1864 г. учреждала органы местного самоуправления — земства. Они формировались на основе выборов, которые наделяли преимущественными правами дворян. Земства занимались вопросами местного хозяйства, здравоохранения, образования, статистики. Значение земской реформы очевидно: впервые в истории России появлялась система местного самоуправления, вокруг которой могли формироваться элементы независимого от власти гражданского общества.

Судебная реформа 1864 г. была наиболее последовательной. Старые сословные суды ликвидировались, создавались мировые и коронные суды, единые для всех сословий. Они функционировали на основе принципов публичности и гласности, состязательности сторон, независимости. Наконец, учреждался суд присяжных, которым вменялось в обязанность выносить вердикт о виновности или невиновности подсудимого.

Военная реформа растянулась на полтора десятка лет (1862—1874). В процессе ее проведения страна была поделена на военные округа, качественно улучшен и обновлен офицерский корпус, создана система военного образования, осуществлено техническое перевооружение армии. В 1874 г. Александр II утвердил закон о переходе ко всеобщей воинской повинности. С рекрутской системой было покончено, все мужчины в возрасте 20 лет без различия сословий подлежали призыву в армию и на флот.

Как и крестьянская реформа 1861 г., реформы 60—70:х гг. имели первостепенное историческое значение. Они охватили практически все сферы общества, вносили принципиальные изменения в его жизнь. К сожалению, власть не демонстрировала последовательность в их осуществлении (например, в 70-е гг. из ведения присяжных были изъяты политические дела, а права адвокатов — урезаны, полномочия земств — сокращены). Да и общество либо проявляло нетерпение, стремясь получить все и сразу, либо глухо роптало, с трудом приспосабливаясь к новым веяниям. Экономические и политические преобразования 60—70-х гг. XIX в. в целом остались незавершенными.
Билет 16

Отмена крепостного права в 1861 г. разделила историю России XIX в. на дореформенный и пореформенный периоды. Прежде всего следует отметить, что экономическая модернизация, рост капиталистических отношений начали оказывать серьезное влияние на социальную структуру страны. Экономическое положение «главного сословия России» постепенно ухудшалось. Преобладали полукрепостнические формы организации сельскохозяйственного производства
(отработки, издольщина, испольщина), экономически неэффективные, а потому разорительные.

Крестьянству (более 80% населения) реформа 1861 г. дала главное — личную свободу и гражданские права. Но она обрекла его на безденежье и малоземелье. Равенства в крестьянской среде при этом не было. В 60—90-е гг.
XIX в. полным ходом шло расслоение деревни на бедноту, середняков и кулаков. Новым явлением было формирование промышленной буржуазии и промышленного пролетариата.

Высокими темпами шло формирование рабочего класса (менее 10% населения к началу XX в.). Его ядро составляли рабочие, занятые на промышленных предприятиях, горных работах, железных дорогах. Положение рабочего класса было тяжелым: длинный рабочий день, плохие бытовые условия, низкая зарплата, сочетавшаяся с изощренной системой штрафов, бесправие, отсутствие трудового законодательства и медицинского страхования.

В целом российское пореформенное общество переживало очень сложные, во многом непонятные современникам и пугавшие их процессы перемен и трансформаций. Их ключевое направление очевидно: экономическая модернизация преобразовывала жизнь страны, вела за собой модернизацию социальную. Она происходила трудно, болезненно, порождая острые противоречия и конфликты.

Билет 17

В январе 1905г в России началась революция. Началом её принято считать так называемое «Кровавое воскресенье» (9 января 1905), когда правительственные войска расстреляли мирное шествие рабочих к царю, в котором участвовало более 140 тыс. человек. Задачи революции:

. ликвидация феодально-крепостнических пережитков

. решение аграрного вопроса

. решение национального вопроса.

1 этап революции: январь – сентябрь 1905. Характеризуется массовыми забастовками по всей стране. К рабочим присоединяться крестьянское население, особенно в центре России. Наблюдались недовольства в ряде армейских соединений. В мае произошла забастовка текстильщиков в Иваново-
Вознесенске. 14-24 июня 1905 – восстание на броненосце «Князь Потёмкин-
Таврический». 31июля-1августа произошёл первый учредительный съёзд
Всероссийского крестьянского союза. Требование передачи земли в общую собственность народа. 6 августа – Манифест императора Николая2, объявлявший выборы в Государственную думу.

2 этап: октябрь – декабрь 1905. Характеризуется как наивысший подъём революции, период вооружённого столкновения правительственных и оппозиционных сил, провозгласивших свержение самодержавия и установления демократической власти в стране. 7октября – начало всеобщей политической стачки. 13 октября – создание Совета рабочих депутатов в Петербурге.
17октября 1905г Николай2 подписал Манифест, даровавший россиянам свободу печати, слова, собраний и союзов, что закладывало основы российской демократии. Этот манифест внёс раскол и в революционное движение.
Революционная волна потеряла свою широту и массовость. В ноябре возникла партия декабристов. Произошло восстание военнослужащих в Севастополе под руководством лейтенанта П.П. Шмидта. 7-19 декабря – вооружённое восстание в
Москве. Организованная Московским Советом стачка вылилась в вооружённое восстание, в котором приняли участие более 7тыс. человек.

3 этап революции: январь 1906г. – июнь 1907г. Характеризуется ослаблением борьбы, началом работы Государственной думы – первого в истории России нового времени законосовещательного органа при императоре, активной деятельностью различных политических партий и движений, попытками правительственного лагеря частично реформировать экономический уклад государства. В декабре начались выборы в думу, хотя избирательное право получили не все: 63% не получили мужчины, женщины, иногородцы. Туда входило
179 кадетов, 97 трудовиков, 18 соц.-демократов. Главным вопросом думы был – аграрный. В июне 1906г царь подписывает манифест о роспуске думы.
Председателем Совета министров назначают П.А. Столыпина, который публикует программу, основные задачи которой были основаны в «успокоении» страны путём применения чрезвычайных мер, введения в ряде районов военно-полевых судов. В феврале 1907г открывается 2Гос.дума. Но она оказалась ещё более левой чем первая. Новая дума не смогла противостоять правительству и была разогнана 3 июня 1907 года. Государственный строй в России, продержавшийся до февраля 1917г, получил название Третьеиюньской монархии. В июне 1907 начались выборы в 3ю гос.думу. Помещики получили преимущество и дума называлась бесстыжей: 140 октябристы, 104 кадеты. 1912г, ноябрь – начало работы 4 гос.думы, ставившей своей целью создание блока политических сил, идеалом которых были умеренные реформы и парламентское давление на правительство.
Билет 18

3 июня 1907 г., II Дума была распущена, принят новый избирательный закон, увеличивший представительство правых и центристских партий. Избранная по этому закону III Государственная дума проявляла большую готовность к сотрудничеству с исполнительной властью. Возможность опереться на два большинства — левооктябристское (октябристы и кадеты) и правооктябристское
(октябристы и монархисты) — позволила правительству Столыпина вплоть до
1910—1911 гг. проводить вполне последовательную политику. Сложившуюся систему власти часто называют третьеиюньской монархией.

Столыпин предложил программу, в которой сочетались следующие направления:

обеспечение социальной стабильности и правопорядка (в том числе применением чрезвычайных полицейских мер, учреждением военно-полевых судов и др.);

проведение аграрной реформы; меры по поощрению промышленного роста;

преобразования в политической и социальной сферах (улучшение быта рабочих, установление неприкосновенности личности, признание права рабочих на участие в стачках, налоговая реформа и др.).

Центральным направлением внутренней политики была аграрная реформа.
Правительство Столыпина, опираясь на проект, разработанный в начале XX в.
С. Ю. Витте, избрало собственный курс реформ (указ 6 ноября 1906 г. и закон
14 июля 1910 г.). Его замысел состоял в том, чтобы стимулировать развитие аграрного предпринимательства, рынка, создать фермерские хозяйства, укрепить слой мелких и средних собственников, повысить уровень благосостояния российской деревни, снизить социальное напряжение. Столыпин выступал резко против отнятия земли у помещиков. Он делал ставку на зажиточное, трудолюбивое, самостоятельное крестьянство. Крестьяне получили разрешение выходить вместе с землей из общины, объединять отдельные полосы своего надела в одном месте (отруб), переносить на него свой двор (хутор), покупать землю, расширять хозяйство. Земля переставала быть общинной и превращалась в личную собственность крестьян. Правительство через
Крестьянский банк оказывало выходящим из общины крестьянам финансовую помощь для приобретения земли у помещиков, желающих продать ее.
Правительство поощряло переселение крестьян из перенаселенной Центральной
России в Сибирь, Среднюю Азию, на Дальний Восток. Были отменены все сословные ограничения для крестьян. Итоги реформы вызывают споры современников и историков. С одной стороны, были достигнуты впечатляющие результаты: более 25% крестьян вышли из общины, более 15% надельных земель перешло в их личную собственность, крестьяне купили почти 10 млн десятин земли у помещиков, возникли крепкие фермерского типа хозяйства, существенно возросла продуктивность сельского хозяйства, в несколько раз увеличилось применение машин. С другой стороны, не принесла ожидаемых результатов переселенческая политика: многие из переселенцев, встретившись с непреодолимыми трудностями, возвращались в родные места, перенаселенность центральных губерний сохранялась. Болезненной оказалась реакция многих крестьян на попытки внедрить предпринимательские начала в сельскую среду и свести к минимуму значение общинных традиций. Поджоги, порча инвентаря и имущества вышедших из общины кулаков отражали недовольство весьма значительных слоев крестьянства. В то же время идея «черного передела» не исчезала из массового сознания. О помещичьей земле мечтали и беднота, и богатей. Аграрная реформа завершена не была. Столыпин говорил о двадцати годах, необходимых для ее проведения. Но 1 сентября 1911 г. премьер-министр был убит террористом.

Билет 19

В начале XX в. завершается консолидация двух блоков великих европейских держав, противостоящих друг другу. Германия в тесном союзе с Австро- венгрией и Италией ведет активную внешнюю политику на Балканах, Ближнем
Востоке, в Северной Африке, успешно борется за господство на мировом рынка
В этих условиях Англия, долгов время придерживавшаяся политики нейтралитета, начинает сближаться с державами Антанты. В 1904 г. она заключает соглашение с Францией, в 1907 г. — с Россией.

После конфликта, вызванного убийством в июне 1914 г. в г. Сараеве наследника австро-венгерского престола эрцгерцога Франца-Фердинанда и началась мировая война.

Начиная эту войну, все ее участники были уверены в том, что она не затянется.

Русские войска на Юго-Западном фронте отбросили австрийские части, а затем провели операции против германской армии под Варшавой и Лозью.

Осенью 1914 г. на стороне центральных держав выступила Турция, открывшая
Кавказский фронт против России.

Весной 1915 г. в обстановке осторой нехватки вооружений и боеприпасов, русская армия начала отступление на европейском театре.

В 1916 г. русская армия под командованием А,М. Брусилова прорвала фронт против австрийцев, вынудив Германию перебросить часть войск из-под французской крепости Верден.

В 1917 г. были предприняты 2 попытки наступления на германском фронте, окончившиеся поражением русской армии.

Участие России в I-ой мировой войне привело к экономической катастрофе.
Промышленное производство сократилось в 7 раз. Цены на основные товары возросли в 4-5 раз. В феврале 1917 г. в Петрограде ввели карточки на продовольствие. Росло число крестьянских и рабочих выступлений. Забастовка, начавшаяся на путиловском заводе Петрограда, переросла в буржуазно- демократическую революцию, входе которой власть оказалась в руках временного правительства, во главе с князем Львовым. 2 марта 1917 г.
Николай II отрекся от престола. В апреле 1917г. Ленин, выступая с
«апрельскими тезисами», заявил о необходимости перерастания мирным путем буржуазно-демократической революции в социалистическую, используя лозунг
«Вся власть советам». В мае 1917г. создается новое коалиционное правительство. В июне 1-ый съезд советов заявляет о своей поддержке политики, проводимой правительством. 18 июня в Петрограде прошла демонстрация в знак протеста против приказа временного правительства о наступлении на фронте. Наступление войск завершилось поражением и привело к новому правительственному кризису. 3-4 июля в Петрограде была расстреляна
500-тысячная демонстрация. Это привело к окончанию двоевластия и установлению единовластию временного правительства, во главе с Керенским. В конце июня на 6-ом съезде большевики принимают решение о подготовке к проведению вооруженного восстания. В конце августа генерал Корнилов поднял мятеж, предъявив Керенскому ультиматум о передаче ему власти. И 25 августа двинул на Петроград войска. Мятеж быстро был подавлен. Большую роль в подавлении мятежа сыграли большевики, мобилизовавшие для борьбы около 4-т. рабочих. Возрос авторитет большевиков и на выборах в советы, они получают более половины депутатских мест. 1 сентября Керенский объявил Россию республикой.
Билет 20

Решение об изменении тактики большевиков и переориентации партии с мирных средств борьбы на вооруженный захват власти большевики приняли на VI съезде своей партии в конце июля — начале августа 1917 г. Но как реальный политический курс это решение было оформлено не на партийном съезде, как того требовал устав партии, а на узком заседании членов ЦК 10 октября 1917 г., причем не все эту идею поддержали. 12 октября 1917 г. при Петроградском
Совете был создан Военно-революционный комитет (ВРК), выполнявший роль штаба по подготовке восстания, в него помимо большевиков вошли представители левого крыла эсеровской партии. Фактическим руководителем ВРК стал Л. Д. Троцкий.

После большевизации Советов в агитационном арсенале большевиков вновь появляется лозунг «Вся власть Советам!», но теперь он звучит как призыв к вооруженному свержению власти Временного правительства.

22 октября ВРК направил своих представителей во все воинские части
Петроградского гарнизона. В это же время во всех районах города большевики организовывали многочисленные митинги, на которых выступали лучшие партийные ораторы.

В отличие от Февральской революции, которая вспыхнула стихийно, новое выступление готовилось большевиками очень тщательно, и об этом знали все политические силы. На улицах города шло живейшее обсуждение планов большевиков и их шансов на успех. Но действия центральной власти были вялыми и непоследовательными. В стране не нашлось ни одной серьезной военной или политической силы, которая была бы готова защищать Временное правительство.

24 октября вооруженные отряды Красной гвардии и революционных солдат
Петрограда начали захватывать мосты, почту, телеграф, вокзалы. Никто не оказывал им ни малейшего сопротивления. К утру 25 октября столица оказалась в руках восставших. Военно-революционный комитет в обращении к гражданам
России объявил о взятии власти. Небольшая заминка произошла лишь с захватом
Зимнего дворца, защищать который остались небольшой юнкерский отряд и добровольческий женский батальон. В ночь на 26 октября Зимний пал.
Керенский еще до штурма сумел выехать на фронт. Остальные члены Временного правительства были арестованы. Общие потери в «вооруженном восстании» составили 6 человек.

Приход к власти большевиков означал крах буржуазно-либеральной альтернативы. Главными причинами этого явились отсутствие твердой государственной власти, замедленный характер реформ, война, нарастание революционных настроений. Большевики сумели использовать эту ситуацию, чтобы попытаться на практике осуществить свою теорию.
Билет 21

Гражданской войной называют ожесточенную вооруженную борьбу за власть между различными социальными группами. Большинство исследователей полагают, что до лета 1918 г. говорить о Гражданской войне в России в точном смысле слова нельзя: названные события были лишь ее прологом, предысторией.

Выделяют четыре этапа войны:
. лето—осень 1918 г. (стадия эскалации: мятеж белочехов, десанты Антанты на Севере и Японии, Англии, США — на Дальнем Востоке, формирование антисоветских центров в Поволжье, на Урале, в Сибири, на Северном

Кавказе, Дону, расстрел семьи последнего русского царя, объявление

Советской республики единым военным лагерем);
. осень 1918 — весна 1919 г. (стадия усиления иностранной военной интервенции: аннулирование Брестского договора, усиление красного и белого террора);
. весна 1919 — весна 1920 г. (стадия военного противоборства регулярных

Красной и Белой армий: походы войск А. В. Колчака, А. И. Деникина, Н.

Н. Юденича и их отражение, со второй половины 1919г. — решающие успехи

Красной Армии);
. лето—осень 1920 г. (стадия военного поражения белых: война с Польшей, разгром П. П. Врангеля).

Россия в начале XX в. нуждалась в глубоких реформах, но власть и общество проявили неспособность их своевременно и справедливо решать. Власть не желала слушать общество, общество с презрением относилось к власти.
Выделяют два основных лагеря — красный и белый. В последнем весьма своеобразное место занимала так называемая третья сила —
«контрреволюционная демократия», которая с конца 1918 г. заявила о необходимости бороться как против большевиков, так и генеральской диктатуры.

Красное движение опиралось на поддержку основной части рабочего класса и беднейшего крестьянства. Социальной основой белого движения были офицерство, чиновничество, дворянство, буржуазия, отдельные представители рабочих и крестьян. Партией, выражавшей позицию красных, являлись большевики. Партийный состав белого движения разнороден: черносотенно- монархические, либеральные, социалистические партии. Программные цели красного движения: сохранение и утверждение советской власти на всей территории России, подавление антисоветских сил, укрепление диктатуры пролетариата как условие построения социалистического общества.

Программные цели белого движения не были столь же четко сформулированы.
Шла острая борьба по вопросам о будущем государственном устройстве
(республика или монархия), о земле (восстановление помещичьего землевладения или признание итогов земельного передела) и др. В целом белое движение выступало за свержение советской власти, власти большевиков, восстановление единой и неделимой России, созыв народного собрания на основе всеобщего избирательного права для определения будущего страны, признание права частной собственности, проведение земельной реформы, гарантия основных прав и свобод граждан.

Главной причиной поражения белых являются серьезные ошибки, допущенные руководителями белого движения (им не удалось преодолеть внутреннюю разобщенность, создать эффективную структуру власти, предложить привлекательную аграрную программу, и др.). С другой стороны, большевики смогли использовать веками копившееся недовольство старыми порядками, мобилизовать массы, подчинить единой воле и управлению, предложить привлекательные лозунги передела земли, национализации промышленности, самоопределения наций, создать боеспособные вооруженные силы, упереться на экономический и людской потенциал центральных регионов России.

Итоги Гражданской войны. Военно-политическую победу одержали большевики: сопротивление белой армии было подавлено, советская власть утвердилась на всей территории страны, в том числе и в большинстве национальных регионов, были созданы условия для укрепления диктатуры пролетариата и осуществления социалистических преобразований. Ценой этой победы стали огромные людские потери (более 15 млн человек убитыми, умершими от голода и болезней), массовая эмиграция (более 2,5 млн человек), экономическая разруха, трагедия целых социальных групп (офицерства, казачества, интеллигенции, дворянства, духовенства и др.)» привыкание общества к насилию и террору, разрыв исторических и духовных традиций, раскол на красных и белых.
Билет 22

«Военный коммунизм» — экономическая политика советского правительства, основным направлением которой являлась ставка на жесткую централизацию экономики, курс на национализацию и обобществление производства, конфискацию помещичьего землевладения, национализацию банковской и финансовой систем. Эта политика была названа так потому, что чрезвычайные меры, диктуемые военной необходимостью, воспринимались многими теоретиками большевизма как воплощение коммунистических представлений об обществе без частной собственности, товарного и денежного обращения и др. К лету 1918 г. были осуществлены следующие мероприятия:

. создан Высший совет народного хозяйства (ВСНХ);

. национализированы банки (декабрь 1917г.), торговый флот (январь 1918 г.), внешняя торговля (апрель 1918г.), крупная промышленность (июнь

1918 г.);

. осуществлен передел помещичьей земли между крестьянами на уравнительных началах («по справедливости»);

. объявлен режим продовольственной диктатуры (май 1918 г., государственная монополия, твердые цены, запрет частной торговли хлебом, борьба со «спекулянтами», создание продовольственных отрядов).

Кризис между тем продолжал обостряться, принимая, по выражению В. И.
Ленина, форму «хозяйственной катастрофы». Попытки снизить темпы национализации, сосредоточиться на укреплении трудовой дисциплины и организации управления, предпринятые в мае—июле 1918 г., результатов не дали.

Политика «военного коммунизма» в экономической и социальной сферах складывалась из следующих элементов:

. ликвидация частной собственности, национализация промышленности;

. подчинение промышленности и сельского хозяйства непосредственному руководству центральных органов исполнительной власти, нередко наделенных чрезвычайными полномочиями и действующих приказными, командными методами;

. свертывание товарно-денежных отношений, введение прямого продуктообмена между городом и деревней на основе продразверстки (с января 1919 г.) — изъятия у крестьян всех излишков хлеба сверх установленного государством минимума;

. утверждение государственной системы распределения по талонам и карточкам, уравнительная заработная плата, всеобщая трудовая повинность, создание трудовых армий, милитаризация труда.

Историки считают, что «военный коммунизм» не исчерпывался экономической и социальной сферами. Это была целостная система, имевшая свои опорные точки в политике, в идеологии, в культуре, нравственности, психологии. В программе РКП(б), принятой VIII съездом в марте 1919 г., политика «военного коммунизма» была теоретически осмыслена как непосредственный переход к коммунистическому обществу. «Военный коммунизм», с одной стороны, позволил подчинить контролю «воюющей партии» все ресурсы, превратить страну в единый военный лагерь и в конечном счете победить в Гражданской войне. С другой стороны, он не создавал стимулов для экономического роста, порождал недовольство практически всех слоев населения, создавал иллюзорную веру в насилие как всемогущий рычаг решения всех проблем, стоящих перед страной. С окончанием войны военно-коммунистические методы исчерпали себя. Понято это было не сразу: еще в ноябре-декабре 1920 г. были приняты декреты о национализации мелкой промышленности, об отмене платы за продукты питания и топливо, коммунальные услуги.
Билет 23

Кризис 1920-1921гг. имел всесторонний характер: экономическая разруха
(промышленность, по некоторым показателям отброшенная к уровню 1861 г., бездействующий транспорт, сократившиеся наполовину посевные площади, измеряемая тысячами процентов в год инфляция, развалившаяся финансовая система) дополнялась социальной катастрофой (падение уровня жизни, деклассирование, высокая смертность, голод) и политическим напряжением
(недоверие к советской власти, усиление антибольшевистских настроений).

Грозным предупреждением были восстание крестьян в Тамбовской губернии
(антоновщина) и восстание матросов, солдат и рабочих в Кронштадте под лозунгами политических свобод, переизбрания Советов, отстранения большевиков от власти. Кризис не был лишь следствием войны.

Весной 1921 г. на X съезде РКП(б) было объявлено о новой экономической политике (нэп). Принципиально цели не изменились — переход к коммунизму оставался программной задачей партии и государства, но методы этого перехода были отчасти пересмотрены. Нэп включал в себя ряд мер:

. замена продразверстки меньшим по размеру продналогом;

. допущение свободы торговли продуктами сельскохозяйственного производства;

. денационализация мелкой и средней промышленности при сохранении за государством так называемых командных высот (металлургия, транспорт, топливная промышленность, нефтедобыча и др.);

. объединение крупных предприятий в тресты, работавшие на основе хозрасчета и подчиненные Высшему совету народного хозяйства;

. отмена трудовой повинности и трудовой мобилизации, внедрение оплаты труда по тарифам с учетом количества и качества продукции;

. разрешение свободы частного капитала в промышленности, сельском хозяйстве, торговле, сфере обслуживания (с ограничениями), поощрение кооперации; допущение иностранного капитала (концессии, аренда);

. воссоздание банковской и налоговой систем;

. проведение денежной реформы на основе ограничения эмиссии, вытеснения совзнаков и введения устойчивой валюты — червонца.

Достижения нэпа значительны: к 1925 г. был в основном достигнут довоенный уровень промышленного и сельскохозяйственного производства, остановлена инфляция, стабилизирована финансовая система, улучшилось материальное положение населения. Вместе с тем успехи нэпа не следует преувеличивать.
Нэпу были свойственны весьма серьезные противоречия, которые привели к целой череде кризисов: сбыта промышленных товаров (осень 1923), дефицита промышленных товаров (осень 1924, осень 1925), хлебозаготовок (зима
1927/1928).

Самым главным было противоречие между экономикой и политикой: экономика, основанная на частичном признании рынка и частной собственности, не могла стабильно развиваться в условиях ужесточения однопартийного политического режима, программные цели которого состояли в переходе к коммунизму — обществу, свободному от частной собственности. Официально о конце нэпа было объявлено в декабре 1929 г.
Билет 24

Общественно-политическая жизнь СССР в 20-40-е гг. была жизнью страны, уже ставшей тоталитарной. Тоталитарным называют такое общество, в котором ликвидирована многопартийность и существует однопартийная политическая система; правящая партия срослась с государственным аппаратом и подчинила его себе; утвердилась единая, общеобязательная идеология; независимого от контроля партии и государства общества не существует, все общественные организации и все общественные отношения непосредственно контролируются государством; сложился культ вождя; существует разветвленный полицейский аппарат, проводящий репрессии в отношении граждан; гражданские права, формально признаваемые, на самом деле ликвидированы.

Экономической основой тоталитаризма советского типа была командно- административная система, построенная на огосударствлении средств производства, директивном планировании и ценообразовании, ликвидации основ рынка. В СССР она сформировалась в процессе проведения индустриализации и коллективизации. Однопартийная политическая система утвердилась в СССР уже в 20-е гг. Сращивание партийного аппарата с государственным, подчинение партии государству стало фактом тогда же. В 30-е гг. ВКП(б), пройдя через ряд острых схваток ее лидеров в борьбе за власть, являлась единым, строго централизованным, жестко соподчиненным, отлаженным механизмом.

Коммунистическая партия была единственной легальной политической организацией. Ведущие деятели партии занимали руководящие посты в государстве. Что касается комсомола, профсоюзов, других общественных организаций, то они были не более чем «приводными ремнями» от партии к массам. Духовной основой тоталитарного общества в СССР была официальная идеология, постулаты которой — понятные, простые — внедрялись в сознание людей в виде лозунгов, песен, стихотворений, цитат вождей. Малейшее отступление от этих простых истин каралось: «чистки», исключение из партии, репрессии были призваны сохранить идейную чистоту граждан. Культ Сталина как вождя общества был едва ли не важнейшим элементом тоталитаризма 30-х гг. В образе мудрого, беспощадного к врагам, простого и доступного лидера партии и народа абстрактные призывы обретали плоть и кровь, становились предельно конкретными и близкими. На Сталине замыкалась вся пирамида тоталитарной власти, он был ее бесспорным, абсолютным вождем.

В 30-е гг. на полных оборотах работал сложившийся ранее и существенно разросшийся репрессивный аппарат (НКВД, органы внесудебной расправы —
«тройки», Главное управление лагерей — ГУЛАГ и др.). С конца 20-х гг. волны репрессий шли одна за другой, «Большой террор» унес жизни почти 1 млн расстрелянных, миллионы людей прошли через лагеря ГУЛАГа. Репрессии были тем самым орудием, посредством которого тоталитарное общество расправлялось не только с реальной, но и с предполагаемой оппозицией. Террор имел и экономическое значение: на стройках первых пятилеток трудились миллионы заключенных, внося свой вклад в экономическое могущество страны.

В обществе сложилась весьма непростая духовная атмосфера. С одной стороны, многим хотелось верить, что жизнь становится лучше и веселее, что трудности пройдут, а сделанное ими останется навсегда — в светлом будущем, которое они строят для следующих поколений. Отсюда энтузиазм, вера, надежда на справедливость, гордость от участия в великом, как считали миллионы людей, деле. С другой стороны, царили страх, ощущение собственной незначительности, незащищенности, утверждалась готовность беспрекословно выполнять данные кем-то команды. Полагают, что именно такое — взвинченное, трагически расколотое восприятие действительности свойственно тоталитаризму.

Символом эпохи можно считать принятую в 1936 г. Конституцию СССР. Она гарантировала гражданам весь набор демократических прав и свобод. СССР характеризовался сак социалистическое государство рабочих и крестьян.
Политической основой СССР признавались Советы депутатов трудящихся, за
ВКП(б) закреплялась роль руководящего ядра общества. Принцип разделения властей отсутствовал.
Билет 25
Задачу осуществления индустриализации, т. е. создания развитой промышленности, советская Россия унаследовала от России дореволюционной.
Войны, разруха времен «военного коммунизма» отбросили экономику страны далеко назад. В конце 1925 г. был взят курс на индустриализацию, включавший в себя меры по обеспечению экономической независимости СССР, приоритетного развития тяжелой и оборонной промышленности, преодоления отставания от стран Запада.
К 1927 г. определились два основных подхода:
. Первый подход: капиталы для финансирования индустриализации дадут развитие частного предпринимательства, привлечение иностранных займов, расширение торгового оборота; темпы индустриализации должны быть высокими, но при этом ориентироваться на реальные возможности.
. Второй подход: финансировать индустриализацию за счет средств внутри страны, перекачивая их в тяжелую промышленность из легкой промышленности и сельского хозяйства; необходимо форсировать промышленный рост, провести индустриализацию стремительно за пять—десять лет.
Первая и вторая пятилетки (1928—1932 и 1933—1937 соответственно) были подчинены решению задачи «догнать страны Европы».
Каковы их итоги?
. СССР вышел на второе место в мире по объему промышленного производства;

. сократился разрыв между СССР и странами Запада по показателю промышленного производства на душу населения;
. были построены десятки крупных промышленных предприятий;
. возникли новые отрасли промышленности; исчезла безработица.
. СССР стал одной из немногих стран, способных производить все виды современной промышленной продукции.
Цена индустриализации была высока: обескровленное сельское хозяйство; отставание легкой промышленности; существенное снижение жизненного уровня населения; все более широкое использование бесплатного труда заключенных.
Главное, к чему курс на форсированную индустриализацию, — это формирование командной экономики, сверхцентрализованной, подчиненной директивному планированию, полностью огосударствленной, систематически прибегающей к внеэкономическим мерам принуждения и потому репрессивной. Экономическая основа тоталитарного общества была тем самым создана.

Началом сплошной коллективизации сельского хозяйства в СССР стал 1929 год.
Форсированное колхозное строительство было признано главной задачей. Выбор был сделан — в пользу ликвидации единоличных хозяйств, раскулачивания, разгрома хлебного рынка, фактического огосударствления деревенской экономики.
Сущность кризиса хлебозаготовок состояла в том, что крестьяне-единоличники снижали поставки зерна государству и срывали намеченные показатели. Были предложенные решения: запрет свободной торговли хлебом, конфискация зерновых запасов, возбуждение бедноты против зажиточной части деревни.
Результаты убеждали в эффективности насильственных мер.
Политика коллективизации проводилась по двум основным направлениям: объединение единоличных хозяйств в колхозы и раскулачивание. Основной формой объединения единоличных хозяйств были признаны колхозы. Для ускорения коллективизации в деревню были направлены «грамотные в идейном отношении» городские рабочие. Параллельно коллективизации шла кампания раскулачивания, ликвидации кулачества как класса. Земля, имущество, денежные накопления кулаков подлежали конфискации. Ответом стали массовые волнения, убой скота, скрытое и явное сопротивление. Государству пришлось временно отступить: статья Сталина «Головокружение от успехов» (весна 1930) ответственность за насилие и принуждение возложила на местные власти.
Начался обратный процесс, миллионы крестьян вышли из колхозов. Но уже с осени 1930 г. нажим вновь усилился. К 1933 г. в колхозах состояло более 60% крестьян, к 1937 г. — около 93%. Коллективизация была объявлена завершенной.
Итоги коллективизации: она нанесла невосполнимый урон аграрной экономике государственные заготовки зерна выросли в 2 раза, размеры налогов с колхозов — в 3,5 раза.
Колхозы превратились в разновидность государственных предприятий, имевших жесткие плановые задания и подлежавших директивному управлению. При проведении паспортной реформы колхозники паспортов не получили: фактически их прикрепили к колхозу и лишили свободы передвижения. Промышленность росла за счет сельского хозяйства. На смену крестьянам-единоличникам пришел новый класс — колхозное крестьянство.
Билет 26

22 июня 1941 г. Германия, нарушив пакт о ненападении, напала на СССР.
Началась война, которая уже в первые недели была по справедливости названа
Отечественной и Великой. Великая Отечественная война была составной частью
Второй мировой войны, в которой гитлеровской Германии и ее союзникам противостояла мощная антигитлеровская коалиция. Главными участниками коалиции были СССР, США, Великобритания.

Трагическое начало войны поставило перед руководством страны чрезвычайно сложную задачу: переместить в глубокий тыл промышленные предприятия, оборудование, материальные ценности. Уже к декабрю в Сибирь, на Урал, в
Среднюю Азию было перемещено более полутора тысяч предприятий и 10 млн человек. На военное положение были переведены все рабочие и служащие: они объявлялись мобилизованными на период войны, рабочий день устанавливался в
11 часов при шестидневной рабочей неделе, сверхурочные становились обязательными, отпуска отменялись.

Перелом в работе тыловой экономики произошел к лету 1942 г. На востоке
СССР была создана новая военно-промышленная база, полностью обеспечивавшая потребности фронта. С этого времени Красная Армия получала вооружение, превосходившее немецкое не только в количественном, но и в качественном отношении (танки Т-34, истребители Як-1, Як-3, штурмовики Ил-2, минометные установки «Катюша»).

В первые же месяцы войны под немецкой оккупацией оказались миллионы граждан СССР. Оккупанты ввели в действие так называемый план «Ост». «Расово неполноценные народы» (по терминологии авторов документа) — славяне, евреи, цыгане и др. — подлежали физическому уничтожению, превращению в рабов, угоняемых в рейх для работы на новых хозяев Европы. На оккупированных территориях разгорелось пламя партизанской войны. Партизаны и подпольщики стали подлинным кошмаром для захватчиков.

22 июня 1941 – Нападение Германии на СССР декабрь 1941 – Начало контрнаступления советских войск под Москвой июль 1942 – февраль 1943 – Сталинградская битва январь 1943 – прорыв блокады Ленинграда июль-август 1943 – Курская битва

8 мая 1945 – Капитуляция Германии

Во время великой Отечественной войны было убито, умерло от ран, погибло в плену, замучено не менее 27 млн человек.

Итоги Великой Отечественной Войны:

. победа антигитлеровской коалиции;

. СССР отстоял свою государственную независимость;

. фашистская Германия и Япония потерпели военно-политическое поражение;

. фашизм и нацизм были осуждены как идеология агрессии, насилия, расового превосходства;

. вырос престиж СССР, усилилось его международное влияние, в Центральной и Юго-Восточной Европе начала формироваться система социалистических государств, находящихся под его прямым контролем;

К сожалению, к итогам Великой Отечественной войны относят и укрепление тоталитарного режима в СССР, возрождение политики репрессий, несколько ослабленных в военные годы. Война, безусловно, научила человечество презирать фашизм, всеми силами противостоять ему. Урок войны, вероятно, и в том, что военно-политическую безопасность одного государства невозможно обеспечить за счет безопасности других, а насилие не может быть способом решения сложных, запутанных международных проблем.
Билет 27

Система, созданная Сталиным в 20-х — начале 50-х гг., предполагала абсолютное лидерство правящей Коммунистической партии, подчинение государства партии, господство коммунистической идеологии, командную экономику, культ вождя, подавление политических и гражданских свобод, террор и репрессии. После смерти Сталина первыми с предложениями о частичной реабилитации заключенных, пересмотре основ внешней политики, корректировке аграрной политики, расширении полномочий государственных органов выступили Г. М. Маленков, ставший Председателем Совета Министров
СССР, и Л. П. Берия, с конца 30-х гг. руководивший карательной системой.

Набиравший силу Первый секретарь ЦК КПСС Н. С. Хрущев сумел к 1955 г. добиться победы над главным конкурентом — Маленковым. К этому времени из тюрем и лагерей были освобождены десятки тысяч человек.

Преобразования были обещаны сельскому хозяйству: подняты закупочные цены, списаны долги, увеличены капиталовложения в колхозную экономику, снижены налоги на личное подсобное хозяйство и разрешено увеличить его размеры в пять раз. Началось освоение целинных и залежных земель в Казахстане и
Западной Сибири (1954).

В феврале 1956 г. на закрытом заседании XX съезда КПСС Хрущев выступил с докладом о культе личности Сталина. Хрущев привел факты прямой ответственности Сталина за террор и репрессии, осудил их как нарушение социалистической законности, призвал к преодолению их последствий.
Десталинизация в его представлении ограничивалась осуждением злоупотреблений времен культа личности, обузданием карательных органов, установлением жесткого партийного контроля над ними. Но и такая десталинизация встретила мощное сопротивление консерваторов.

В 1956—1957 гг. были реабилитированы некоторые подвергшиеся депортации народы, расширены права союзных республик в хозяйственном и культурном развитии, предприняты меры по активизации советских органов, комсомола, профсоюзов. В 1959 г. был принят новый устав КПСС, в котором впервые говорилось о возможности внутрипартийных дискуссий, обновлении кадров и пр.

В 1962 г. Хрущев предложил приступить к разработке проекта новой
Конституции. В известном противоречии со сталинской моделью находилась и социальная политика, проводимая Хрущевым: на колхозников была распространена паспортная система, упорядочено пенсионное обеспечение, развернуто массовое жилищное строительство, началось расселение коммунальных квартир.

В промышленной политике Хрущев придерживался курса на приоритетное развитие тяжелой и оборонной промышленности, командных методов управления.
Знаменитая кампания по насильственному внедрению кукурузы, реорганизация машинно-тракторных станций, борьба против личных подсобных хозяйств были проявлениями директивного стиля руководства. Негативные последствия не замедлили сказаться — трудности со снабжением городов продовольствием, начало закупок зерна за рубежом (1963), повышение розничных цен. Особенно непоследовательно, с постоянными колебаниями и отступлениями курс на десталинизацию проводился в сфере культуры, идеологии, духовной жизни.
«Оттепель» воспринималась с опаской, в ней видели нежелательное «брожение умов», «подрыв основ».

Хрущев был освобожден от должности Первого секретаря ЦК КПСС и
Председателя Совета Министров СССР на Пленуме ЦК в октябре 1964 г.
Тоталитарная система, которую он унаследовал от Сталина, претерпела некоторые изменения, но по существу не изменилась.
Билет 28

В 1965 г. была начата новая экономическая реформа, замысел которой состоял в том, чтобы обновить хозяйственный механизм, расширить самостоятельность предприятий, ввести в действие материальные стимулы, административное регулирование дополнить экономическим.

С одной стороны, предлагалось опереться на товарно-денежные отношения и экономические методы управления. Предприятия самостоятельно планировали темпы роста производительности труда, среднюю заработную плату, снижение себестоимости.

С другой стороны, базовые конструкции командной системы реформа не демонтировала. Восстанавливался отраслевой принцип управления экономикой через министерства.

Реформа дала неплохие результаты. Приостановилось снижение темпов роста экономики, повысилась заработная плата рабочих и служащих. Но уже к концу
60-х гг. реформирование промышленности фактически прекратилось.

В 70—80-е гг. экономика развивалась экстенсивно: строились новые предприятия (но лишь немногие технически и технологически соответствовали мировому уровню — ВАЗ, КамАЗ), росла добыча невосполнимых природных ресурсов, увеличивалось число лиц, занятых ручным и малоквалифицированным трудом. Несмотря на все усилия, экономика отвергала новейшие технические разработки.

Между тем возможности такой модели роста неуклонно сокращались: добыча топливно-сырьевых ресурсов, перемещаясь в труднодоступные районы Сибири и
Крайнего Севера, дорожала; темпы роста населения снижались, возникла проблема трудовых ресурсов; оборудование изнашивалось и морально устаревало. Тяжким бременем для экономики были огромные затраты на военно- промышленный комплекс, которые позволяли поддерживать военно-стратегический паритет (равенство) с США.

Положение в сельском хозяйстве также не внушало оптимизма. Затраты государственных средств непрерывно росли (в 70-е гг. они достигли более 30% всех бюджетных расходов), но отдача была крайне мала. Заработная плата, доходы населения постоянно росли, и это было бесспорным достижением.
Дефицит, очереди, «блат» были непременным явлением повседневной жизни в эти годы. В конце 70-х гг. в отдельных регионах страны вновь появилось нормированное распределение некоторых продуктов по карточкам. Возникновение и рост так называемой «теневой экономики» (подпольные мастерские,
«спекуляция» и пр.) в этих условиях было естественным и даже неизбежным явлением.
Билет 29

Характер перестройки (1985—1991) определялся стремлением реформировать советское общество, к началу 80-х гг. вступившее в затяжной социально- экономический и духовно-нравственный кризис.

В истории перестройки выделяют три этапа:

1. 1985—1986,

2. 1987—1988,

3. 1989—1991 гг. 1985—1986 гг.: период ускорения.

Была выдвинута концепция ускорения социально-экономического развития.
Ставилась цель уже к 2000 г. удвоить промышленный потенциал СССР. Методы реализации этой стратегии оказались вполне традиционными:

. активизация «человеческого фактора» (соцсоревнование, укрепление трудовой дисциплины, борьба с пьянством — знаменитая антиалкогольная кампания);

. использование скрытых резервов (полная загрузка производственных мощностей, организация многосменной работы);

. резкое увеличение расходов на техническое обновление предприятий; ужесточение административных мер (государственная приемка продукции).

Итоги политики ускорения малоутешительны. Добиться существенного повышения темпов роста не удалось, антиалкогольная кампания привела к гигантским потерям бюджета, увеличение затрат на техническое переоснащение промышленности обострило ситуацию в социальной сфере.

1987—1988 гг.: «гласность» и перестройка. Закон «О государственном предприятии» (лето 1987) значительно расширял самостоятельность предприятий. Министерства готовили контрольные показатели экономического развития на год и на их основе устанавливали государственный заказ предприятию. Это была попытка изменить хозяйственный механизм, ослабить административное давление, ввести конкуренцию. Но крупных результатов она не имела: госзаказ устанавливался на пределе возможностей предприятий.

В 1988 г. был сделан следующий шаг: разрешено мелкое частное предпринимательство (в рамках так называемого кооперативного сектора).
Существенных сдвигов в экономике не происходило. Сопротивление при этом росло. В январе 1987 г. акцент был сделан на политике «гласности».
Случилось невероятное: тираж популярных литературно-художественных журналов перевалил за миллион экземпляров. Страна бросилась наверстывать упущенное, читать то, что было у нее отнято в прежние годы: произведения 20—30-х гг., сочинения старых и новых эмигрантов, публицистические статьи.

В 1987 г. была сформулирована концепция нового политического мышления во внешней политике: мир признавался целостным и неделимым, общечеловеческие ценности ставились выше классовых и партийных, универсальным способом решения международных проблем признавался баланс интересов (в противоположность балансу сил). На этой основе успешно развивались отношения со странами Запада, был разблокирован ряд региональных конфликтов
(вывод советских войск из Афганистана, 1988). 1989—1991 гг.: поздняя перестройка. В 1989 г. состоялись выборы Съезда народных депутатов. Впервые они прошли на альтернативной основе, впервые заседания парламента транслировались по телевидению.

Между тем внутри КПСС наметился раскол на консервативное и реформаторское крыло. Ценой невероятных усилий раскола удалось избежать, но начался массовый отток из рядов КПСС.

В 1990—1991 гг. состоялся так называемый «парад суверенитетов», когда все союзные республики объявили себя суверенными государствами. Горбачев пытался действовать силой. В 1991 г. состоялись выборы Президента России.
Им стал Б. Н. Ельцин. Проведенный в марте 1991 г. всенародный референдум показал, что большинство граждан выступают за сохранение СССР. Летом 1991 г. был подготовлен договор о реформе федеративного государства, расширении полномочий республик. В 1989—1990 гг. фактически рухнула мировая система социализма. Революции в странах Центральной и Юго-Восточной Европы привели к победе демократических сил, ориентировавшихся на страны Запада. Резко ухудшалось положение в экономике. Реформы приводили не к росту, а к снижению производства. Программа «500 дней», подготовленная либеральными экономистами и поддержанная руководством РСФСР, летом 1990 г. по существу была отвергнута.
Билет 30

С распадом СССР (декабрь 1991 г.) статус Российской Федерации как независимого суверенного государства стал юридической и фактической реальностью.

С 1 января 1992 г. правительство, фактическим руководителем которого был
Е. Т. Гайдар, приступило к осуществлению программы так называемой шоковой терапии. Были отпущены цены, решение о том, по какой цене продавать тот или иной товар, отныне устанавливал производитель и продавец. Началась ваучерная приватизация государственной собственности: каждый гражданин
России получил приватизационный чек (ваучер), который мог быть вложен в акции предприятий.

Первые итоги состояли в том, что удалось насытить рынок минимальным набором необходимых товаров, но при этом цены к середине года выросли в сотни раз, тогда как доходы населения— в 10—15 раз. Денежные накопления граждан фактически обесценились. Спад промышленного производства остановлен не был.

В декабре 1992 г. Верховный Совет добился отставки Е. Т. Гайдара, председателем правительства стал В. С. Черномырдин. Возросли финансовые вливания в убыточные предприятия, топливно-энергетический комплекс, однако общий курс на создание основ рыночной экономики (приватизация, свободное ценообразование, свобода внешней торговли) остался прежним.

К весне 1992 г. Ельцину удалось добиться подписания почти всеми субъектами Федерации (за исключением Чечни и Татарстана) Федеративного договора. Всенародный референдум в апреле 1993 г. показал, что общество поддерживает президента, проводимые социально-экономические преобразования и президентский вариант конституционной реформы.

21 сентября 1993 г. президент издал указ о роспуске Верховного Совета и
Съезда народных депутатов и назначил на декабрь выборы в новый парламент.
Парламент объявил этот указ неконституционным, а президента низложенным. К присяге был приведен вице-президент А. В. Руцкой. Началось двухнедельное противостояние. 2—3 октября в Москве вспыхнули массовые беспорядки.

4 октября после артиллерийского обстрела здание Верховного Совета было занято войсками, руководители беспорядков арестованы. С обеих сторон были человеческие жертвы. Общество восприняло произошедшее как трагедию. 12 декабря 1993 г. на референдуме был одобрен президентский вариант
Конституции России. Согласно Конституции Россия является демократическим федеративным правовым социальным государством с республиканской формой правления. Президент получил весьма широкие пол- номочия.

С принятием Конституции 1993 г. советский период истории нашего Отечества завершился. На выборах в Государственную Думу неожиданную победу одержала
Либерально-демократическая партия В. В. Жириновского. Итоги выборов отразили общественное недовольство ходом реформ, растерянность, шок от произошедших в октябре событий.

Россия в 1994 —1996 гг. Социально-экономическая ситуация в эти годы продолжала оставаться напряженной. Спад производства не был остановлен, инфляция оставалась высокой, динамика доходов свидетельствовала об углублении пропасти, разделявшей немногочисленный слой «новых русских» и основной массы населения. Падение доходов населения к 1995 г. замедлилось, а в 1996 г.— прекратилось. Потребительский рынок демонстрировал уверенные тенденции к росту. В ноябре 1994 г. Президент РФ издал указ о вводе войск в
Чечню с целью восстановления там конституционного порядка.

Летом 1996 г. на президентских выборах в напряженной борьбе с лидером
КПРФ Г. А. Зюгановым победил Б. Н. Ельцин. Второй срок президентского правления Ельцина в целом надежд россиян не оправдал. С 1997 по 1999 г. четырежды менялся глава правительства (В. С. Черномырдин — С. В. Кириенко —
Е. М. Примаков — С. В. Степашин — В. В. Путин).

В августе 1998 г. произошел тяжелейший экономический кризис, перечеркнувший достижения предыдущих лет по финансовой стабилизации, укреплению курса рубля, росту доходов населения. Росла преступность. Вместе с тем с конца 1998 г. появились признаки экономического роста, который в
1999 г. принял устойчивый характер.

Президент Ельцин объявил о досрочном уходе в отставку. В марте 2000 г. на всенародных выборах убедительную победу одержал В. В. Путин, с августа 1999 г. занимавший пост главы правительства. С его именем население связывает твердую позицию в чеченском вопросе. Одним из первых шагов стали его указы об учреждении в России 7 федеральных округов и назначении в них полномочных представителей президента, о реформе Совета Федерации, о приведении законодательства субъектов Федерации в соответствие с федеральным.

В 2000—2001 гг. в социально-экономическом и политическом развитии страны произошли серьезные позитивные перемены. Продолжился экономический рост.
Отношения исполнительной и законодательной властей приобрели конструктивный характер, что позволило приступить к проведению налоговой, судебной, земельной, , банковской реформ, принять закон о государственной символике
РФ и др. Одобрен Земельный кодекс. К важнейшим достижениям следует отнести стабилизацию социально-экономической ситуации в России.

ТИПЫ ГЕНЕЗИСА ФЕОДАЛИЗМА В ЗАПАДНОЙ ЕВРОПЕ

ТИПОЛОГИЯ ГЕНЕЗИСА ФЕОДАЛИЗМА:

1, уравновешенный синтез;

2, синтез в приволированием общинных институтов;

3, синтез с приволированием римских институтов.

Осада Севастополя в воспоминаниях очевидцев

Днепропетровский историко-географический лицей №13

Днепропетровск, 2005 г.

 «Настоящее мужество и отвага людей проявляется лишь в стенах осаждённого города!»

Джахал III

Это высказывание дошло до нас из средневековья, но и сейчас оно не утратило актуальности, ведь осада города – не является пережитком средневековой военной тактики. Хотя уже давно никто не возводит вокруг городов огромных стен, и, кажется, нет ничего сложного в том чтобы просто войти на улицы с оружием, но настоящим барьером для завоевателей становится героизм оборонцев и жителей этого города!

Одним из истинных проявлений героизма в период Великой Отечественной войны стала оборона Севастополя, продолжавшаяся с 30 октября 1941 до 4 июля 1942. За этот героический факт своей истории Севастополь был удостоен звания города-героя и был награждён орденом Ленина и медалью «Золотая Звезда»

УКАЗ

Президиума Верховного Совета СССР о вручении городу-герою Севастополю ордена Ленина и медали «Золотая Звезда»

За выдающиеся заслуги перед Родиной, мужество и героизм, проявленные трудящимися города Севастополя в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, и в ознаменование 20-летия победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг. вручить городу-герою Севастополю орден Ленина и медаль «Золотая Звезда».

Председатель Президиума Верховного Совета СССР

А. Микоян.

Секретарь Президиума Верховного Совета СССР

М. Георгадзе.

Москва, Кремль. 8 мая 1965 года.

Первой, и самой важной ланкой обороны всегда считались военные. Вот воспоминания маршала СССР Н.И. Крылова о первой атаке немецко-фашисткими захватчиками Севастополя.

КРЫЛОВ Николай Иванович (1903-72), Маршал Советского Союза (1962), дважды Герой Советского Союза (1945). В Великую Отечественную войну начальник штаба и командующий рядом армий. С 1947 командующий войсками ряда ВО. С 1963 главнокомандующий Ракетными войсками стратегического назначения — заместитель министра обороны СССР.

Кажется, совсем невелик Крым! Треугольник Симферополь — Алушта — Севастополь, вмещающий всю южную часть полуострова, можно объехать на машине за несколько часов. Но обманчивы короткие крымские расстояния, если надо пересекать этот треугольник через горные хребты и их отроги. А тем более — если приходится прокладывать себе путь с боем.

Противник проявил больше мобильности, чем мы от него ожидали, когда в ночь на 2 ноября намечали в Шумхае маршрут движения главных сил армии на Севастополь по долине Качи, через Бия-Сала, Шуры (теперь Верхоречье, Кудрине). Как стало потом известно, Манштейн, бросив свой 54-й корпус прямо на Севастополь, поставил частям 30-го корпуса задачу не выпустить из гор Приморскую армию. Быстро реагируя на маневр наших войск, немцы сумели занять Шуры раньше, чем туда подошли приморцы.

Попытка чапаевцев и 95-й дивизии сбить вражеский заслон днем 3 ноября кончилась тем, что южнее захваченного противником селения прорвался лишь один стрелковый полк — 31-й Пугачевский.

Спешно подтянув из Бахчисарая подкрепления, немцы заткнули пробитую пугачевцами брешь, и остальным нашим частям пройти здесь уже не удалось. Занял противник и селение Мангуш (Партизанское). Приморцы оказались в полуокружении, под угрозой вражеских атак с трех направлений.

Таково было положение к вечеру 3-го, когда из Балаклавы, куда мы только что прибыли, командарм связался по радио с «Василием» и «Трофимом» (кодовые псевдонимы генералов В. Ф. Воробьева и Т. К. Коломийца). Положение это требовало от войск самых решительных действий, притом без всякого промедления.

Учитывая личные качества командиров, командарм приказал возглавить дальнейший марш комдиву Чапаевской генерал-майору Коломийцу, указав кратчайший маршрут на Керменчик, Ай-Тодор, Шули. Допускалось, конечно, что обстановка может заставить отклониться от этого маршрута. К утру поступили донесения о ночном бое у селения Улу-Сала (Зеленое). Там приморцы нанесли с ходу удар вставшим на их пути частям 72-й немецкой пехотной дивизии. Были захвачены 18 орудий и другие трофеи. А главное — обеспечена возможность продолжать движение к Севастополю. Замысел врага — блокировать и уничтожить наши войска в горах — срывался.

Но наши тревоги на этом не кончились. И пройти оставшуюся часть пути кратчайшим или хотя бы относительно коротким маршрутом основной колонне (95-я дивизия, два стрелковых и артиллерийские полки Чапаевской и некоторые подразделения 172-й) опять не удалось.

После того как эта колонна миновала Биюк-Узенбаш (Счастливое), откуда уже совсем близко до выхода в равнинную часть долины Бельбека, противник еще раз преградил ей путь в районе Гавро (Отрадное), успев завладеть господствующими над горным проходом высотами. Однако наши войска пробились и здесь, хорошо использовав гаубицы и минометы и нанеся врагу значительный урон.

5 ноября, у селений Гавро и Коккозы (Соколиное), колонна с боем вышла на шоссейную дорогу, ведущую через Аи-Петри на Южный берег Крыма.

Еще недавно казалось, что дорога эта войскам не понадобится, они ее только пересекут. До севастопольских рубежей оставалось по прямой меньше двадцати километров… Но район Ай-Тодора (Гористое) находился уже в руках противника, и успешный прорыв через него представлялся сомнительным. Тем более, что у артиллеристов подходили к концу боеприпасы.

А перехватить айпетринскую дорогу враг уже не мог. В сложившейся обстановке этот кружный путь сделался единственно надежным.

«Отходите быстрее на Алупку», — радировал командарм генералу Коломийцу. Навстречу колонне из Ялты высылались горючее для машин, продовольствие, фураж. Пограничники, которые еще несли дозорную службу на Аи-Петри, и партизаны, уже начавшие сосредоточиваться в горах, помогли организовать прикрытие марша.

Сроки выхода к Севастополю основных сил армии, все время отодвигавшиеся возникавшими перед войсками новыми и новыми препятствиями (многократные вынужденные обходы увеличили весь их путь в конечном счете почти до 250 километров), 6 ноября наконец стали довольно ясными.

— Максимум послезавтра все должны быть тут!— с облегчением говорил Иван Ефимович Петров, вглядываясь в последние мои отметки на карте.

Затянувшийся отрыв полевого управления от наших дивизий все мы переживали тяжело.

Как ни ждали войска под Севастополем, частям, спустившимся в ночь на 7-е с Аи-Петри, был разрешен короткий отдых в Ливадии. Этого требовало состояние людей, измотанных неделей труднейшего горного марша.

Чтобы дать хотя бы некоторое представление о том, чего стоило протащить через горы артиллерию и другую технику, я обращаюсь здесь — поскольку сам в этом марше не участвовал — к воспоминаниям, переданным мне начартом 95-й дивизии полковником Д. И. Пискуновым.

«Злоключения начались, — рассказывает Дмитрий Иванович, — на переходе между реками Альма и Бод-рак. Узкая горная дорога, пролегающая среди густых зарослей дубняка, имела крутые подъемы и спуски, была размыта дождями. Чтобы пропустить по ней артиллерию, автомашины, повозки, приходилось засыпать промоины, вырубать дубняк. Машины и орудия преодолевали подъемы только с помощью толкавших их людей. У тракторов много раз слетали гусеницы. Еще труднее давался спуск техники под уклон — на лямках, на канатах…»

Это было еще самое начало пути, войска только-только втянулись в горы. По мере углубления в них трудности возрастали. Однако накапливался и опыт передвижения по горам, которого наши части прежде совсем не имели. Вот как описывает далее Д. И. Пискунов спуск с высоты 655,0 уже после соприкосновения с противником в долине Качи:

«Пехотинцы шли под гору зигзагами на широком фронте, собираясь на нижней террасе в отделения и взводы и немедленно укрываясь в зарослях. А полковые и противотанковые орудия спускали таким способом: между спицами колес просовывался кол так, чтобы серединой он упирался в лобовую часть станины, к проушине станины привязывался конец каната, обмотанного вокруг толстого дерева, и орудие спокойно скользило вниз на заторможенных колесах. Потом, спуская пушки и гаубицы дивизионной артиллерии, попробовали для экономии времени отказаться от торможения колес и придерживать пушки канатом только до середины склона, а дальше они катились свободно, тормозясь лишь сошниками. Одно или два орудия опрокинулись, но все были спущены без повреждений».

Единственное, что пришлось оставить в горах, — это несколько легковых автомашин, которые, конечно, не следовало с собой брать. Всю остальную технику люди самоотверженно провели, пронесли через горные кручи, хотя в ряде случаев путь, обозначенный на карте как дорога, на поверку оказывался едва проторенной тропой.

А ведь за эти дороги и тропы, за то, чтобы иметь возможность ими воспользоваться, нужно было еще вести бои!

Тщетные попытки запереть армию в горах обошлись врагу недешево. Я не привожу фигурировавшие в тогдашних сводках данные о потерях, которые приморцы наносили противнику, сбивая его заслоны: те цифры могли быть и недостаточно точными. Упомяну лишь, что в бою за выход к Коккозам наши передовые подразделения уничтожили, в частности, штаб 301-го пехотного полка 72-й немецкой дивизии, причем среди убитых был обнаружен и его командир. Само присутствие наших войск в горном районе к югу от Бахчисарая отвлекало и сковывало значительную часть армии Манштейна — почти половину ее боевого состава. Тем самым ослаблялся ее первый натиск на Севастополь.

Севастопольский гарнизон и Приморская армия, шедшая защищать город, соединились позже, чем мы рассчитывали. Но действия приморцев в горах, завершившиеся выходом наших дивизий на Южный берег Крыма, не позволили немцам собрать в кулак и одновременно сосредоточить против Севастополя их ударные силы. Ни та неприятельская группировка, которая должна была овладеть городом с ходу, ни та, которой ставилась задача не подпустить к нему наши дивизии, успеха не достигли. Таким образом, приморцы, пробиваясь к Севастополю, уже существенно влияли на начавшуюся борьбу за город.

Отдых войск в Ливадии пришлось ограничить несколькими часами. Около полудня 7 ноября они были подняты по тревоге, чтобы продолжать марш.

К этому времени два полка нашей 421-й дивизии, которые трое суток вместе с пограничниками сдерживали противника у Алушты и понесли там тяжелые потери, заняли оборону уже под самой Ялтой, а немцы были в Гурзуфе.

Тревожным стало и положение в Байдарской долине, куда гитлеровцы начали проникать небольшими группами с севера, угрожая Ялтинскому шоссе. Его прикрывала здесь немногочисленная конница — только что прибывшие остатки 40-й и 42-й кавдивизий. Словом, надо было форсировать движение войск, пока шоссе в наших руках, пока на него не вырвались фашистские танки.

Через горы перевалили с севера тучи, шел дождь, и вражеская авиация появлялась над дорогой лишь изредка, когда ненадолго светлело. Во второй половине дня 8 ноября все части 95-й и 25-й Чапаевской дивизий миновали Байдарские ворота. Полки 172-й дивизии, обогнавшие основную колонну еще в горах, прошли этот рубеж раньше. Утром 9-го, пропустив последние обозы, достигли Байдар подразделения, прикрывавшие марш.

В этот день на позициях под Севастополем стало несколько спокойнее. Противник, как видно поняв, что овладеть городом не так-то просто, накапливал силы. Атаки, продолжавшиеся на отдельных участках, успешно отбивались. И если двое суток назад части, выходившие из гор, сразу же выводились на передовую, то теперь мы смогли дать дивизии генерала Воробьева отдых — конечно, недолгий — в казармах зенитного училища, отправить людей в баню.

С нетерпением ожидая подхода войск, в штабе армии беспокоились, конечно, не только о том, когда они придут, но и о том, в каком придут составе.

Тревожиться было о чем. Особенно после того, как вслед за разведбатом чапаевцев до Севастополя добрался — еще 4 ноября — первый стрелковый полк -514-й из дивизии Ласкина. Его командир подполковник И. Ф. Устинов, явившись к нам на КП, смущенно доложил, что с ним прибыло 60 красноармейцев, 13 младших командиров, а всего, считая штаб и санчасть, 103 человека… Смущался он не потому, что чувствовал себя в чем-то виноватым, просто ему было неловко называть все это полком. Тем не менее решено было считать, что 514-й стрелковый продолжает существовать, и через день он, немного пополненный, занял оборону у селения Камары.

К счастью, состояние других прибывших частей и соединений оказалось более отрадным. В дивизии Воробьева насчитывалось до четырех тысяч бойцов и командиров, почти столько же — в Чапаевской. Все части нуждались в основательном доукомплектовании, но даже в наиболее поредевших сохранились в значительной мере командные кадры, работоспособные штабы. Артиллерийские полки, участвовавшие в горном марше, сберегли, как ни трудно это было, свою боевую технику.

Итак, СОР имел теперь четыре сектора. Комендантом каждого являлся командир одной из дивизий Приморской армии. Штадивы становились одновременно штабами секторов.

Первый — правофланговый — сектор, оборонявший балаклавское направление, как уже говорилось, возглавил П. Г. Новиков. Мы продолжали числить Петра Георгиевича полковником, не зная, что еще 12 октября ему присвоено звание генерал-майора. Этот сектор имел самый узкий из всех фронт — всего 6 километров, но и войск — пока один стрелковый полк, притом еще только формирующийся. Восстановление дивизии Новикова было делом будущего. Правда, это направление прикрывали еще конники Кудюрова, развернутые в качестве подвижного заслона на подступах к передовому рубежу, в районе селения Варнутка. Пока в наших руках оставались Байдары, да и шоссе за ними, первый сектор находился как бы в тылу и в боях не участвовал. Но сейчас положение тут должно было резко измениться.

Комендантом второго сектора, 10-километровый фронт которого пересекал долину реки Черная и Ялтинское шоссе, стал полковник И. А. Ласкин. Здесь, опираясь на укрепления Чоргуньского опорного пункта, заняли оборону его 172-я дивизия в составе двух полков, пополненная флотскими формированиями, и 31-й полк Мухомедьярова, временно отделенный от Чапаевской дивизии.

Дальше влево шло боевое мекензийское направление — третий сектор с генерал-майором Т. К. Коломийцем во главе. Здесь на 12-километровом фронте оборонялись два полка чапаевцев, бригада Е. И. Жидилова и 3-й морской полк подполковника С. Р. Гусарова.

Левый фланг обороны относился к четвертому сектору. Его фронт проходил широкой 18-километровой дугой от приметной высоты 209,9, южнее занятого уже противником Дуванкоя, до берега моря. Приморский участок этой дуги с Аранчийским опорным пунктом в устье Качи был самым далеким от города (около 20 километров) и пока довольно спокойным. Комендантом четвертого сектора стал генерал-майор В. Ф. Воробьев, силы сектора состояли из 95-й стрелковой дивизии и 8-й бригады морской пехоты.

Одновременно с расстановкой войск по секторам происходило доукомплектование наших дивизий. В них влились все отдельные батальоны, сформированные в Учебном отряде флота, береговой обороне и тыловых службах главной базы, подразделения севастопольских ополченцев, истребительные отряды. Перевели в строй также значительную часть личного состава армейских тылов, сократили до предела полк связи, взяли на учет каждый комендантский взвод.

Пополненным дивизиям было далеко до штатного состава, многие полки оставались двухбатальонными. Но все же каждый сектор имел и небольшой резерв. Скромный резерв командарма составляли остатки 1330-го стрелкового (осиповского) полка, батальон школы связи и бронепоезд «Железняков».

Чем мы были относительно богаты, так это артиллерией. Во всяком случае по сравнению с Одессой. Как-никак армия располагала восемью артполками, сохранившими в среднем до 70 процентов штатной материальной части. Всего — около двухсот пушек и гаубиц. К этому прибавлялись мощные береговые батареи, орудия дотов, двести с лишним минометов. Наконец, можно было рассчитывать и на артиллерию кораблей.

Начарт армии полковник Н. К. Рыжи и его начштаба майор Н. А. Васильев тщательно продумали, как распределить наличные огневые средства по фронту обороны. Предусматривался и широкий маневр огнем. Задача ставилась такая: иметь возможность в случае надобности сосредоточить на любом участке фронта огонь по крайней мере половины всех находящихся на плацдарме батарей. Это могла обеспечить лишь централизованная система управления всеми видами артиллерии в масштабе оборонительного района. Она существовала у нас в Одессе, и этот опыт сразу же был применен в Севастополе.

Артиллерия была не только главной, но почти единственной ударной силой, способной в любой момент поддержать нашу пехоту. Танки существовали скорее символически: на 10 ноября армия имела девять вывезенных из Одессы старых Т-26, восстановленных после тяжелых повреждений, и еще один танк, прибывший с 172-й дивизией, — все, что осталось от приданного ей танкового полка, геройски сражавшегося у Перекопа.

Что касается авиации, то держать под Севастополем сколько-нибудь значительные воздушные силы было негде. Ближайшие хорошо оборудованные аэродромы, где могли базироваться любые самолеты, были потеряны. Оставались две посадочные площадки — на мысе Херсонес и Куликовом поле, предназначавшиеся раньше в основном для самолетов связи. На них с трудом разместились 40 истребителей и 10 штурмовиков из состава ВВС флота. Еще 30 легких лодочных самолетов МБР-2 (морские ближние разведчики) базировались в Северной бухте. Бомбардировщики могли помогать севастопольцам лишь вылетами с Большой земли.

Вечером 9 ноября коменданты секторов докладывали о вступлении в командование подчиненными им частями и о первых организационных мероприятиях по выполнению приказа: батареи, орудия дотов, двести с лишним минометов. Наконец, можно было рассчитывать и на артиллерию кораблей.

Начарт армии полковник Н. К. Рыжи и его начштаба майор Н. А. Васильев тщательно продумали, как распределить наличные огневые средства по фронту обороны. Предусматривался и широкий маневр огнем. Задача ставилась такая: иметь возможность в случае надобности сосредоточить на любом участке фронта огонь по крайней мере половины всех находящихся на плацдарме батарей. Это могла обеспечить лишь централизованная система управления всеми видами артиллерии в масштабе оборонительного района. Она существовала у нас в Одессе, и этот опыт сразу же был применен в Севастополе.

Артиллерия была не только главной, но почти единственной ударной силой, способной в любой момент поддержать нашу пехоту. Танки существовали скорее символически: на 10 ноября армия имела девять вывезенных из Одессы старых Т-26, восстановленных после тяжелых повреждений, и еще один танк, прибывший с 172-й дивизией, — все, что осталось от приданного ей танкового полка, геройски сражавшегося у Перекопа.

Что касается авиации, то держать под Севастополем сколько-нибудь значительные воздушные силы было негде. Ближайшие хорошо оборудованные аэродромы, где могли базироваться любые самолеты, были потеряны. Оставались две посадочные площадки — на мысе Херсонес и Куликовом поле, предназначавшиеся раньше в основном для самолетов связи. На них с трудом разместились 40 истребителей и 10 штурмовиков из состава ВВС флота. Еще 30 легких лодочных самолетов МБР-2 (морские ближние разведчики) базировались в Северной бухте. Бомбардировщики могли помогать севастопольцам лишь вылетами с Большой земли.

Вечером 9 ноября коменданты секторов докладывали о вступлении в командование подчиненными им частями и о первых организационных мероприятиях по выполнению приказа.

Н. И. КРЫЛОВ, дважды Герой Советского Союза, Маршал Советского Союза, бывший начальник штаба Приморской армии

Как известно гитлеровцы за время осады города много раз пытались захватить его и вот рассказ Октябрьского Ф.С. об одной из атак 17.12.1941г.

ОКТЯБРЬСКИЙ (Иванов) Филипп Сергеевич (1899-1969), адмирал (1944), Герой Советского Союза (1958). Командующий Черноморским флотом (1939-1943 и 1944-48), один из руководителей обороны Одессы и Севастополя. В 1943-44 командовал Амурской военной флотилией. В 1948-53 1-й заместитель главнокомандующего ВМС.

Второе большое наступление фашистов на Севастополь, начатое 17 декабря 1941 года, для нас оказалось внезапным. Мой заместитель в Севастополе контр-адмирал Г. В. Жуков и член Военного совета контр-адмирал Н. М. Кулаков 19 декабря дали телеграмму И. В. Сталину, в которой доложили, что Севастополь находится под угрозой падения, нужна немедленная помощь. Противник занял станцию Мекензиевы Горы и находился на подступах к Северной бухте.

Решение Ставки по данному докладу тотчас поступило в Новороссийск. В этом решении мне предлагалось немедленно отбыть в Севастополь и возглавить оборону. Для усиления сухопутных сил СОР Военному совету Закавказского фронта приказывалось: 79-ю бригаду морской пехоты направить в Севастополь, передать нам 345-ю стрелковую дивизию, подать для СОР 10 маршевых рот, оружие и боезапас.

Было отдано приказание немедленно готовить к походу корабли, оказавшиеся в то время в Новороссийске, которые могли принять участие в. этой ответственной операции по прорыву в Севастополь.

20 декабря в 15 часов 45 минут поступил доклад начальника походного штаба, что погрузка 79-й бригады закончена, отряд кораблей в составе пяти вымпелов: крейсеров «Красный Кавказ», «Красный Крым», лидера «Харьков» и эсминцев «Бодрый» и «Незаможник», к походу готов. В 16.00 отряд под флагом командующего вышел из Новороссийска, взяв курс на Севастополь.

По плану мы должны были ворваться на Северный рейд Севастополя до рассвета 21 декабря 1941 года. В противном случае немецкое командование предприняло бы все меры, чтобы не допустить корабли до гавани, утопить их на подходе к базе. Противник имел для этого все возможности. Гитлеровцы полностью господствовали в воздухе, располагали мощной артиллерией, установленной в районах Мамашай, Бельбек, Мекензиевы горы, откуда почти в упор могли бить по нашему основному фарватеру, которым должны были следовать корабли.

И тут свалилось несчастье на нашу голову, а может, наоборот, счастье? Подойдя утром 21 декабря к минным полям главной базы, мы оказались в густом тумане. Он не давал нам возможности найти подходную точку, чтобы войти в фарватер. Возникла явная опасность оказаться на своем минном поле. Что делать?

Расчеты показывали, что туман нас задержит и скрытно нам не пробиться к Севастополю. Или прорываться днем, или уходить к турецким берегам проболтаться там сутки, а 22 декабря утром снова прорываться в главную базу! Но мало ли что может произойти за эти сутки в судьбе Севастополя! А вдруг враг сумеет выйти к Северной бухте? Тогда он захватит всю Северную сторону. Если так, то мы, безусловно, не сможем войти на Северный рейд. Корабли попадут под огонь прямой наводки мощной артиллерии противника.

Какое же принять решение? Обстановка сложная. Надо идти на риск. Риск, основанный на точном расчете, что враг не поверит, что отряд кораблей, да еще с войсками и грузами, вдруг появится днем, открыто в Севастополе.

Прорвавшись в базу, мы будем прикрыты зенитным огнем ПВО СОР, огнем нашей мощной артиллерии береговой обороны, истребительной авиацией, хотя и небольшой, но героической. Наконец, дымзавесы, своя корабельная артиллерия. И главное, мы сможем сразу же, с ходу бросить в контратаку морских пехотинцев 79-й бригады, поддержав ее огнем корабельной артиллерии.

Итак, решение принято. Как только туман немного рассеялся, я отдал приказание лидеру «Харьков» стать головным и следовать в Севастополь. Все корабли легли в кильватер. Они благополучно прошли опасный минный район и, выйдя на береговой фарватер в районе Балаклавы — мыс Фиолент, легли курсом на Херсонесский маяк, не обнаруженные противником.

Но вот туман начал исчезать. День. Обогнув Херсонесский маяк, ложимся на Инкерманский створ. И… видим первые всплески от артснарядов. Мы обнаружены. Наступил решающий, опасный час, когда должна решиться судьба всей операции, судьба нашего отряда.

Развернулась борьба за жизнь всего отряда кораблей. Командование охраны водного района (Г. В. Фадеев), береговой обороны (П. А. Моргунов), ПВО (Н. К. Тарасов), ВВС (Н. А. Остряков) все сделало, чтобы обеспечить наш прорыв. Артиллерийскому удару по кораблям и действиям авиации противника были противопоставлены отсекающие дымзавесы, мощные контрбатарейные артудары нашей тяжелой артиллерии береговой обороны, поднята в воздух вся авиация, имевшаяся в Севастополе. Скорость движения кораблей увеличивалась, накал обстановки нарастал.

Гитлеровцы не ожидали такого дерзкого шага с нашей стороны. Их стрельба была беспорядочной, неорганизованной. Они не успели подготовить и поднять всю свою авиацию для уничтожения идущих кораблей. Готовых к немедленному вылету самолетов было, видимо, мало. Действовали отдельные группы. Количество вражеских машин в воздухе начало увеличиваться, когда мы уже были под прикрытием базовой зенитной артиллерии и истребительной авиации.

Мы в Севастополе! Но на этом последнем решающем курсе, на Инкерманском створе, пришлось пережить тяжелые минуты.

Стоя на ходовом мостике крейсера «Красный Кавказ», откуда я командовал прорывом, мы наблюдали всю картину боя, всю обстановку. События менялись, как кадры на киноленте. Неоднократно повторялись моменты, когда идущие в кильватере корабли оказывались в центре разрывов авиабомб, артснарядов. Фонтаны воды образовывали огромные «свечи», десятками стоявшие в воздухе.

Не раз у меня сжималось сердце при виде кораблей, идущих в этом каскаде взрывов. Особенно доставалось концевому эсминцу «Незаможник». Вот перед глазами взметнулись огромные столбы воды, совсем рядом У борта эсминца. Его не видно, наверное, корабль погиб, а с ним и все, что на его борту… Но проходит какой-то момент, и «Незаможник» вновь перед глазами, и вновь на гребне взрывной волны. Идет, идет! Жив! Так повторялось несколько раз.

Так прорывался отряд. Нас атаковывали, а мы отбивались, пока не проскочили Константиновский равелин. Шум, грохот, свист стояли страшнейшие.

Особенно запомнился эпизод, который произошел на траверзе Карантинной бухты. Он навсегда остался в моей памяти. Крейсер «Красный Кавказ» оказался на волоске от гибели. Все как-то промелькнуло в несколько секунд, отозвалось ударом, фонтанами воды…

Что же произошло? Откуда-то из-за дыма и облаков в образовавшийся просвет-окно вынырнула группа немецких бомбардировщиков. Летчики не увидели сверху в дыму корабли, но заметили мачты (так часто бывает при дымзавесах) и на предельно малой высоте, вмиг оказавшись над судами, сбросили бомбовый груз. Я увидел, как на высоте не более 20—30 метров от воды появились четыре черных продолговатых предмета. Что это? Откуда они появились? Это не сразу дошло до моего сознания. И только когда крейсер вздрогнул, как бы подпрыгнул, а по его корпусу кто-то словно ударил, и по правому и по левому борту взметнулись водяные столбы-свечи, только тогда я понял, что это была серия тяжелых авиабомб, сброшенных с самолета.

Две врезались в воду на траверзе правого борта крейсера в 15—20 метрах, другие две перелетели через корабль и упали в воду на таком же примерно расстоянии от левого борта корабля, но ближе к корме. Крейсер проскочил в вилке серии тяжелых авиабомб.

Войдя в гавань и ошвартовавшись к Сухарной балке, мы высадили 79-ю бригаду морской пехоты. Она контратаковала противника при поддержке корабельной артиллерии.

Положение стало резко меняться в лучшую сторону. На главном направлении, где противник имел большой успех, ему нанесли такой контрудар, что во многих местах он был отброшен на исходные позиции. Угроза, нависшая над Севастополем, была снята.

Можно без преувеличения сказать, что усилиями нашего отряда кораблей, 79-й бригады морской пехоты и 345-й стрелковой дивизии, которая прибыла из Туапсе в Севастополь 22—23 декабря, положение было спасено. А когда в конце декабря состоялась высадка десанта, который занял города Феодосию и Керчь, второе наступление немцев на Севастополь совсем захлебнулось. Второй раз немцы потерпели поражение под Севастополем.

В заключение хочется сказать о том воодушевлении, с которым встретили приход кораблей защитники Севастополя. При подходе к Сухарной балке, когда над нами еще стоял сплошной грохот, вой и наши истребители атаковали фашистских стервятников, я увидел катер, направляющийся к крейсеру «Красный Кавказ», а на катере контр-адмирала Жукова, генерал-майора Петрова и генерал-майора Моргунова. Какие у них были сияющие, воодушевленные лица! Как они были рады, возбуждены всем происшедшим. Какое чувствовалось удовлетворение, облегчение, что так удачно закончились все события, связанные с прорывом…

Так мы заканчивали боевой 1941 год, так готовились к новому, 1942 году.

Ф. С. ОКТЯБРЬСКИЙ, адмирал, бывший командующий Черноморским флотом, командующий Севастопольским оборонительным районом, Герой Советского Союза

В сердцах людей, сражающихся за свою Родину, всегда найдётся место для подвига! Каждый из оборонцев Севастополя будь то генерал или рядовой был готов отдать свою жизнь не ради славы, а ради победы! Вот повествование о бессмертном подвиге советских солдат, отдавших свою жизнь во имя долга перед Родиной

ПОДВИГ ПЯТИ ЧЕРНОМОРЦЕВ

Об этом беспримерном подвиге пяти черноморцев защитники Севастополя передавали из уст в уста. Но никто не знал имен бойцов, которые в тяжелые для города дни своей грудью преградили фашистским танкам путь к Севастополю. На днях нам пришлось встретиться с одним моряком, который и рассказал всю историю этого подвига.

Дело было в дни яростного наступления немцев на Севастополь. Фашисты ценою больших потерь заняли господствующую высоту севернее Д. Отсюда враг простреливал прилегающие к нашим позициям дороги, окопы.

Гитлеровцы спускались по скатам высоты и через трупы своих солдат рвались к городу.

Моряки под руководством старшего политрука Мельникова3 огнем пулеметов и винтовок сдерживали натиск врага.

Надо было не только остановить противника, но и во что бы то ни стало, любой ценой, выбить его с высоты, открывающей путь к Севастополю.

Зимним вечером комиссар собрал политсостав, проинформировал о сложившейся обстановке и поставил задачу — выбить врага, а к рассвету закрепиться на высоте.

В два часа ночи двумя ротами моряки перешли в наступление. Враг оказывал упорное сопротивление. Он обрушил на наступающих смельчаков ливень огня. Над головами непрерывно свистели пули, снаряды, мины. Казалось, непреодолимая стена огня стояла на пути моряков. Но ничто не могло остановить их наступательного порыва.

Вперед! Только вперед! И краснофлотцы, ломая сопротивление, теснили врага. Раненые не уходили с поля боя. Стиснув зубы, они с еще большей ненавистью громили фашистов. Многие погибли в этом бою смертью храбрых. Приказ был выполнен. Высота взята. Моряки к утру окопались, заняли новую позицию.

Взбешенный неудачей, противник подтянул силы, вновь повел наступление, желая любой ценой овладеть высотой. В наш тыл забрались автоматчики. Они беспорядочно строчили из автоматов со всех сторон, создавая видимость окружения. Немцы пустились на хитрость: впереди солдат погнали овец и, прикрываясь ими, повели наступление. Комиссар быстро разгадал уловку врага.

— Бить по овцам! — приказал комиссар.

Затрещали наши пулеметы. Краснофлотцы Щербаков и Лавров меткими очередями уничтожили неудачно пустившегося на хитрость врага.

На следующий день немцы опять предприняли наступление, пустив вперед семь танков. Прикрываясь броней, фашисты думали сломить сопротивление моряков, овладеть высотой. Комиссар решил во что бы то ни стало преградить путь танкам, а затем уничтожать пехоту. Пять моряков вызвались выполнить опасную, но почетную задачу.

Вся наша страна, армия, флот должны знать гордые имена бессмертных героев, приумноживших традиции русских моряков. Вот они: политрук Фильченков Николай Дмитриевич, краснофлотцы Цибулько Василий Григорьевич, Паршин Юрий Константинович, Красносельский Иван Михайлович и Одинцов Даниил Сидорович.

Комиссар пожал им руки и пожелал успеха.

Смельчаки обвязались гранатами, набрали, сколько смогли, бутылок с горючей жидкостью, патронов и простились с боевыми друзьями.

Пятеро героев незаметно пробрались вперед и укрылись за невысокой насыпью. Из-за поворота показались вражеские танки. Один, второй, третий… Семь чудовищ ползли по советской земле, прикрывая трясущихся от страха фашистских солдат. Подпустив танки поближе, моряки приготовились к схватке. Политрук дал сигнал. Застрочил пулемет. Краснофлотец Цибулько в упор стрелял по танкам. Пули, выпущенные им, летели в смотровые щели. Один танк остановился. Меткой пулей Цибулько сразил водителя. Остановились и другие танки, вступив в перестрелку с пятеркой храбрых. Неравный бой длился около двух часов. Моряки самоотверженно и беспощадно вели бой.

Бронированный кулак фашистов не мог прорваться через рубеж, обороняемый пятеркой. Гранатами и бутылками с жидкостью моряки подбивали вражеские танки, зажигали их. Немецкой броне они противопоставили богатырскую смелость и мужество. На поле боя бездействовали, охваченные пламенем, еще два фашистских танка. Остальные четыре бежали, не выдержав сопротивления горстки краснофлотцев.

Прошло несколько часов. Вновь показались танки. Теперь их было пятнадцать. На каждого краснофлотца ползло по три бронированных чудовища. Предстоял невиданный поединок моряков с танками. Черноморцы отчетливо понимали грозящую опасность… Никто не дрогнул, не колебался. Все знали, что недолго осталось жить, что придется умереть. И моряки смело смотрели смерти в лицо. По зову Родины они пошли на подвиг во имя ее счастья и свободы.

Танки двигались к нашим окопам. Они все ближе и ближе. Моряки еще раз переглянулись, обняли друг друга, расцеловались. Вот уже совсем близко вражеские машины. Опять застрочил пулемет. Вновь меткой очередью уничтожен водитель головного танка. Чудовище остановилось. Краснофлотец Цибулько приподнялся, швырнул связку гранат под другой танк. Сильный взрыв оглушил моряков». Танк остановился. Пулеметчик схватился за руку. Ранен. Рука окровавлена. Ничего! Не время сейчас заниматься собой. Превозмогая боль, моряк продолжал в упор вести огонь по машинам. Кончалась последняя лента, нет больше патронов. Выскочив из-за бугорка, раненый краснофлотец со связкой гранат бросился к танку. Связка угодила под гусеницу. Танк взорван. Вражеской пулей тяжело ранен Василий Цибулько, силы оставили его, без сознания он упал на землю.

Погиб геройской смертью Иван Красносельский. Он успел бутылками с жидкостью поджечь два вражеских танка. Пуля врага сразила героя. Навсегда перестало биться его горячее моряцкое сердце. Осталось теперь трое черноморцев. Патроны все израсходованы. Пущены в ход все бутылки с жидкостью. Остались только гранаты.

Но советские моряки не убегают с поля брани, не отступают и не сдаются в плен. Геройскую смерть они предпочитают бегству с поля боя.

Молча переглянулись три отважных моряка. Молча политрук Фильченков поднял гранаты, подвязал их к поясу. Ни слова не сказал он своим боевым друзьям. Но они поняли. Так же, как и он, Паршин и Одинцов быстро обвязались связками гранат; Эта мысль в один и тот же миг родилась у бойцов, хотя они и не сговаривались между собой. Другого выхода не было. Первым бросился под танк политрук Фильченков. Одинцов и Паршин увидели, как их боевой товарищ взорвал танк. Перед глазами мелькнуло раздавленное гусеницами тело моряка.

Подвиг Фильченкова призывал их к тому же. Они не дрогнули, нет, они не изменили своего твердого решения. Молча пожали друг другу руки. Юрий Паршин и Даниил Одинцов помчались навстречу ползущим танкам, бросились под них. Оглушающей силы взрыв раздался над степью. Танки взорваны, и под ними погибли еще два бессмертных черноморских героя.

В этом бою моряки уничтожили до десятка танков, остальные повернули обратно. Ошалевшая от страха вражеская пехота разбежалась в разные стороны. Наше подразделение морской пехоты ринулось на фашистов, пулей, штыком громило охваченных паникой гитлеровцев. Наступление врага было сорвано. Моряки отбросили немцев далеко назад, истребив их в большом количестве.

Когда окончился бой, недалеко от взорванных вражеских танков моряки нашли тяжело раненного краснофлотца Цибулько. Боец истекал кровью. Напрягая последние силы, он рассказал подоспевшему комиссару и секретарю партбюро Шипаеву, как геройски погибли четыре его боевых товарища. Моряки подняли краснофлотца Цибулько. На их руках умер герой — пятый участник бессмертного подвига.

Пятерка героических богатырей-черноморцев принесла свою жизнь на алтарь отечества. Моряки знали, во имя чего шли на смерть. Они выполнили свой воинский долг, они преградили путь врагу к любимому городу.

Запомним, товарищи, гордые имена бессмертных героев: Николая Фильченкова, Василия Цибулько, Юрия Паршина, Ивана Красносельского, Даниила Одинцова. Они пали смертью храбрых, и об их легендарном подвиге никогда не забудут народы нашей Родины. Имена пяти героев-черноморцев будут вечно жить в сердцах миллионов.

Пусть подвиг пяти черноморских богатырей, их славные имена, их светлые образы будут вечно стоять перед глазами наших воинов. Их подвиг зовет нас на смертный бой с врагом, на окончательный разгром немецких захватчиков.

М. КОГУТ.

«Маяк коммуны», 1942, 19 мая.

Однако не только военные подвиги имели место среди событий Великой Отечественной войны. Люди, обеспечивающие фронт тоже внесли огромный вклад в то, что город смог продержаться 250 дней под осадой фашистов.

подвиг оружейников

В конце января 1942 года на 30-ю батарею приехали рабочие и мастера-артиллеристы. Их прибыло две бригады: одна от артиллерийской мастерской флота во главе со старшим мастером Семеном Ивановичем Прокудой, а вторая—от ленинградского завода «Большевик» во главе со старшим мастером Иваном Осиповичем Сечко. Оба мастера были пожилые, молчаливые, имеющие огромный опыт в монтажных артиллерийских работах.

Среди рабочих я узнаю знакомых и ставших для меня незабываемыми фронтовыми товарищами слесарей-артиллеристов Штанько, Высоцкого, Карпова, Цветкова, Шевченко, такелажника Чекина и многих других.

Призыв городского комитета обороны не отставать от пятисотников Спецкомбината № I был воспринят каждым трудовым человеком Севастополя как особо близкое, родное дело.

Вот почему между бригадами рабочих, между мастерами Прокудой и Сечко сразу возникло социалистическое соревнование.

Генерал Моргунов, прибывший на батарею, осведомляется о нашем плане смены стволов орудий и остается вполне удовлетворенным.

— Теперь дело за практическим выполнением работ, а это вы должны сделать в тесном взаимодействии с личным составом батареи, — говорит мне генерал.

— Так точно! Организация, — докладываю, — будет такой: в первой башне руководят работами мастер Прокуда и командир башни Теличко. Работают рабочие-артиллеристы и личный состав башни. Во второй башне руководят работами мастер Сечко и командир башни Федоров. Работают рабочие завода «Большевик» и личный состав башни. Я и командир батареи возглавляем весь этот своеобразный завод.

Генерал Моргунов одобрительно кивает головой:

— Разумно, разумно, ничего не скажешь. Видно, что вы все четко продумали.

Сыграна боевая тревога. Личный состав спешит на свои боевые посты, но уже не для стрельбы, а для разборки механизмов. Мастера и рабочие тоже спешат по своим башням.

Комиссар батареи Соловьев и политруки башен не пожалели времени и энергии, чтобы довести задачу до сознания каждого краснофлотца.

Так в конце января началась эта трудовая битва за восстановление батареи.

Башни наполнились стоголосым металлическим звоном. Среди этой ударяющей в уши «стальной симфонии» слышатся короткие и четкие указания мастеров Прокуды и Сечко. То с одним, то с другим встречаемся в боевом отделении башен, кратко обсуждаем технические вопросы и принимаем решения.

Перед нами два грозных орудия, которые недавно извергали тонны металла, сокрушая ненавистного врага. Теперь они мертвы. Предстоит заменить их. Для этого надо прежде всего снять ответственную деталь— орудийные замки весом более полутоны каждый. Над операцией по разборке механизма замка начали трудиться комендоры и замочные; в первой башне — под руководством рабочего Высоцкого, во второй — рабочего Цветкова. Работа идет четко, организованно, без лишних движений, хотя и не очень быстро. Да и как здесь можно спешить, когда работать приходится над глубокой шестиметровой шахтой, идущей к основанию башни.

А вот еще бригада рабочих: она поставлена на выемку шпонок в переднем броневом листе. Никогда еще не случалось этим бригадам и даже видавшим виды рабочим старейшего ленинградского завода «Большевик» иметь дело с такими работами. Недаром для выполнения их каждый мастер выделил настойчивых, сильных душой и телом людей, таких, как Штанько в первой башне и коммунист Разгоняев во второй. Нужно втиснуться в узкое пространство между орудием и холодной, заиндевевшей вертикальной броней, приспособиться и вытянуть забитые на вечные времена метровые шпонки. От выполнения этой работы зависела судьба нового метода смены орудий. Я протискиваюсь в узкую щель и внимательно наблюдаю за Штанько и краснофлотцами, устанавливающими приспособление для сверловки отверстия в шпонке.

Слабый свет лампы-летучки озаряет их сосредоточенные лица.

._ Ну как дела, товарищ Штанько?

За него отвечает старший краснофлотец, закручивающий стальной тросик на орудии:

— В Уставе Военно-Морского Флота записано, что бой является самым высшим испытанием моральных и физических качеств бойцов… Политрук нам говорил, что ремонт наших башен нужно рассматривать как бой… Так что оконфузиться здесь будет более чем обидно!

— Верно говоришь, Иван, — крикнул в ответ Штанько.

Я возвращаюсь в боевое отделение. Слышатся близкие периодические взрывы снарядов. Иногда осколки выбивают барабанную дробь, ударяясь о мощную броню башни. Противник ведет методический артиллерийский обстрел 30-й батареи и подъездных путей. Но вот обстрел, который, казалось, никогда не кончится, прекратился как по команде. Наступила тишина.

Я решаю пойти посмотреть, как работают саперы. Выхожу из потерны.

День постепенно уступал место ночи. В лицо ударил холодный северо-восточный ветер. Снегом и льдом покрыт весь бруствер батареи, где работают до тридцати саперов и краснофлотцев. Они кладут деревянные шпалы и к ним крепят железными костылями рельсы, — идет сборка железнодорожного пути.

Подхожу к командиру и спрашиваю, когда будет готова железнодорожная ветка.

— Через два дня можно будет пускать пробные поезда, — весело заявляет он.

— Неужели вы все сделаете?

— Таков приказ, можете не беспокоиться.

Я иду вдоль стальных нитей крепостной ветки, ведущей к станции Мекензиевы Горы. Всюду, насколько можно различить в вечернем сумраке, виднеются фигуры путеукладчиков и тележки, на которых лежат рельсы и шпалы.

«Молодцы саперы,— подумал я.— Завтра надо действовать, чтобы подготовить новые орудия для перевозки на батарею».

Иду в батарейное подземелье и информирую мастеров Прокуду и Сечко о заявлении командира саперного подразделения.

— Это значит, — говорю я мастерам, — что башни через три дня должны быть готовы к приемке новых орудий.

— В очень трудное положение мы себя ставим, — заявляет Сечко. — Шпонки не выходят, забиты на совесть. — Но мы принимаем все меры.

— Ну хорошо, вы здесь принимайте все меры к выполнению и перевыполнению намеченного плана, а я должен завтра поехать в Севастополь на подготовку и погрузку новых орудий…

Вернувшись на батарею, сразу направляюсь по башням. Встречаю мастера Прокуду. У него воспаленные глаза, лицо почернело.

— Ну как дела, Семен Иванович?

— Хорошо! Одну шпонку вытащили, вторая сама пойдет. Идемте, посмотрите.

Мы еле протискиваемся в узкую щель за амбразурный броневой щит. Действительно, первая шпонка длиной около метра, имеющая двойной ласточкин хвост, вся заржавевшая, лежала у ног победителя Штанько. Вторая на три-пять сантиметров вышла из гнезда. Но перекос броневого листа тормозил дело. Краснофлотцы, работающие вместе со Штанько, приспосабливают паровозный домкрат, чтобы приподнять броню.

— Вот это да! Молодцы! — похвалил я рабочих и краснофлотцев.

Мы вылезаем из этого темного и холодного отсека башни.

— Хотя люди работают день и ночь, а все же надо еще быстрей, — говорю Семену Ивановичу.

— Мы и так стараемся,— отвечает Прокуда. Прихожу во вторую башню. Эхом разносятся по

всей башне металлический стук да голоса рабочих, краснофлотцев, мастера Сечко и командира башни.

Мы стоим в перегрузочном отделении. Это огромное металлическое помещение, где вращается желоб для автоматической перегрузки снарядов. Этот сложный механизм разобрали и теперь устраняют дефекты. Здесь трудятся рабочие завода «Большевик» и краснофлотцы, которые будут обслуживать эту автоматическую линию во время стрельбы. В процессе разборки обнаружилась поломка зубьев шестерни. Надо заменить, а запасной нет. Мне показывают шестерню, на которой два зуба надломлены.

— Что же будем делать? — спрашиваю Сечко.

— Придется восстанавливать.

— Путем наплавки автогеном?

— Совершенно верно, с последующей ручной обработкой по шаблону. Через день-два все будет в порядке. Главная заминка у нас в другом. Третий день мучаемся со шпонками, и ни одна не сдвинулась даже на миллиметр.

Мы поднимаемся через узкие люки в боевое отделение башни. Осматриваем место стыков боевой брони и приспособления, с помощью которых делается попытка вытащить шпонки. Все сделано по образцу первой башни, а шпонки не выходят.

— В чем дело, товарищ Разгоняев? — спрашиваю лучшего рабочего.

— Сам удивляюсь, работали все как черти, а вот пойми, все равно, как приварены. Тут уже приходили Прокуда, Чекин, давали советы, но, как видите, все стоит на месте.

— А может, нам вырезать отверстия в платформе и через отверстия начать их выбивать снизу? — советую Сечко.

— Мысль интересная, но сделать это будет очень трудно. Однако у нас другого выбора нет. Времени осталось до подвоза новых орудий всего двое суток, а у нас даже башня еще закрыта.

Не откладывая дела в долгий ящик, Сечко и Разгоняев делают отметку мелом, где надо резать металл.

В три часа пополудни на батарею прибыл полковник Донец. А немного позже два генерала — Моргунов и Петров. «Все тревожатся и беспокоятся за судьбу тридцатой батареи», — подумал я.

После короткого моего доклада полковник Донец решил обойти башни, чтобы поближе ознакомиться с состоянием работ. Командир батареи Александр и я сопровождаем по всем помещениям. Входим в боевое отделение второй башни.

— Ого, да у нас тут все уже разобрано! — восклицает Донец.

— Нет, еще не совсем готово, — отвечает Сечко.

— А что же еще осталось?

— Выбиваем проклятые шпонки.

— За два часа вышла на два миллиметра, — говорит Разгоняев. — Видно, ласточкин хвост шпонки защемило в пазу брони.

Донец смотрит на меня. Его лицо задумчиво. Видно, что неожиданная задержка обеспокоила его.

Выходим в первую башню. Мастер Прокуда и командир, башни лейтенант Теличко встречают нас с радостными лицами. Появление Донца и Александра всех настораживает. Теличко отдает рапорт, что в башне производятся работы по ремонту механизмов.

В передней части боевого отделения башни зияла большая квадратная дыра, прикрытая брезентом.

— Так-так… Вы уже завалили бронь? Какие же теперь дальнейшие планы? — спрашивает Донец.

— Можем теперь вытаскивать орудия, — отвечает Прокуда.

— Чем?

— Лебедкой, которой когда-то чистили стволы.

— А потом? — не успокаивается Донец.

— А потом просим подавать новые орудия. План мой таков: с вечера вы подаете на батарею платформу, мы ее разгружаем и за ночь перекатываем орудия к амбразурам башни. Днем потихоньку талями будем втягивать их в башню. Одним словом, пойдет беспрерывка.

Неожиданно раздавшийся взрыв оглушает нас. Брезент, закрывавший проем в башне, с легкостью флага ворвался в башню. Минута тишины.

— Стреляют, гады, — нарушил тишину голос Александра.

За броневыми сводами башни послышалась частая пулеметная стрельба. Александр подходит к телефону и запрашивает боевую рубку об обстановке.

— Попросите Матушенко дать несколько залпов по орудиям и пулеметным точкам… Ничего, замолчат, — успокаивающе сказал Александр.

Откуда-то с Северной стороны слышатся выстрелы. Застучали тяжелые пулеметы. Так могут стучать только крупнокалиберные пулеметы. Затем все смолкло.

— Ну вот и все, товарищ полковник, — проговорил Александр, когда стрельба с той и с другой стороны стихла.

Кругом кипит слаженная работа, каждый делает свое дело.

— Учтите, Семен Иванович, — говорит Донец, — новые орудия начнем подавать для вашей башни завтра ночью.

Вечером начали в первой башне приспособляться вытаскивать первое орудие. Фактически это была половина орудия. В период второго наступления гитлеровцев оно было разорвано на куски и теперь напоминало огромную, изломанную пополам сигару.

К полуночи все тяжелые подготовительные работы были закончены без помех. По команде мастера Прокуды дружно начали работать на лебедке. Стальной трос натянулся как струна. Мы стоим возле башни и внимательно наблюдаем за орудием. Все замерли.

— Что-то не идет, — говорю Прокуде.

— Пойдет, важно сдвинуть с места.

Но орудие с места не двигалось. К нам подходит такелажник Чекин, пожилой, худощавый, в телогрейке и шапке-ушанке.

— Лебедка не берет, надо что-то придумать другое, — говорит он.

— А что? — спрашиваю я.

— Трактором, что ли, зацепить? — предлагает Прокуда.

После минутного раздумья я даю указание помочь людям, работающим на лебедке, и при помощи домкратов оторвать орудие от обоймы. Прокуда хранит молчание. Но зато Чекин тут же схватил бутылочный домкрат и начал ставить его под орудие. Хотя эта внезапная дополнительная операция заняла час-полтора, зато при очередном опробовании лебедкой орудие медленно поползло из башни.

Внимательно осмотрев направление движения орудия, даю команду мастеру Прокуде:

— Продолжайте!

Заскрипели и снова натянулись тросы. Все застыли в ожидании. Орудие снова медленно, рывками поползло по рельсам, смазанным тавотом.

— Хорошо пошло, — слышу за спиной чье-то замечание

— Стоп выбирать! — кричит Прокуда, присматриваясь к кромке башни. Я спешу к нему. Очень удачно остановилось орудие. Еще один-два сантиметра, и казенная часть орудия могла зацепить за броневой лист крыши и стянуть его со своего места.

— Надо поднять броневой лист крыши на три-пять сантиметров, — командует Прокуда.

Бригада Штанько с помощью домкратов взялась поднимать тридцатитонный броневой лист.

— Ну, еще немного, еще, — шептали сухие губы Чекина.

— Хватит поднимать, — говорит Прокуда. — Давай теперь команду на лебедку.

Чекин обернулся, махнул рукой:

— Давай помаленьку!

Снова от усилий людей холодный тяжелый металл пришел в движение. На этот раз орудие окончательно вышло из башни и поползло все дальше и дальше…

— Ура-а! — нестройно и вполголоса раздалось на бруствере.

Своеобразным салютом прозвучали крепкие рабочие и краснофлотские аплодисменты, когда орудие покатилось в огромную воронку, как будто специально вырытую для этих целей. Подошедшие незадолго до этого Александр и Соловьев пожали нам руки и приказали командиру башни тщательно замаскировать мертвое тело орудия. Посмотреть и перенять опыт пришел и старший мастер второй башни И. О. Сечко. Он одобрительно отозвался о первой удаче и тут же в заключение говорит:

— Обогнал ты меня, Семен Иванович, в нашем соревновании победа на твоей стороне. Но на этом не конец.

— Все победили, — почти не задумываясь, отвечает Прокуда.

Итак, первый этап мы закончили благополучно, без помех, меньше чем за семь часов. Если учесть встретившиеся затруднения, то это не так плохо. Во всяком случае мы уже опережаем наши наметки не менее чем на трое суток.

-— Что будем делать дальше? — спрашивает меня Прокуда.

Я смотрю на часы. Половина четвертого. До рассвета еще остается минимум три часа. Ко мне подходят

144

Александр, Соловьев, инженер Андриенко. Они интересуются тем же вопросом, что и Прокуда.

— А не сделать ли перерыв на отдых? — предлагает командир башни Теличко.

— Сегодня будет очень тяжелый вечер. По всем данным, из Севастополя поступят орудия. Нам надо не только подготовиться к их приемке, но и вытащить вот эту «дуру» — второе расстрелянное орудие.

— А нельзя ли сегодня вытащить «дуру» из башни и таким образом вечером заняться только подготовкой к разгрузке нового орудия? — предлагает Александр.

— Разумно. Но я боюсь, люди устали, до рассвета мы не справимся с этой задачей, — отвечаю я.

Александр задумался. Комиссар Соловьев смотрит на меня в упор.

— Вы понимаете обстановку? — говорит он. — Да.

— Тогда после перерыва мы будем продолжать работать до первой мины или снаряда. Мы объявим всем: кто устал, пусть идет в кубрик отдыхать…

После небольшого перерыва я даю указание готовить «постель» и все приспособления для вытягивания второго орудия. Люди пришли в движение. Кто приносил шпалы, кто перетягивал рельсы, кто тянул тяжелый маслянистый стальной трос.

Впечатление такое, будто мы работаем не под носом у гитлеровцев, а далеко от фронта.

На стороне противника тихо. Все реже и реже взлетали осветительные ракеты. Значит, противник ничего не знает и не замечает наших работ. Перед утром ветер усилился. Мороз стал крепчать и чувствительно хватает за руки. Поднимается пыль, летит песок. Вскоре у многих были потрескавшиеся губы, воспаленные красные глаза.

Зато какой успех! Под орудием уложены шпалы, проложены и закреплены два рельса, орудие приподнято домкратами. Осталось завести под него трос, и можно вытягивать орудие из башни.

У всех одна мысль, одно желание: под покровом февральской ночи и холодного света луны вытащить второе орудие. Но время, неумолимое время уже истекло.

Со стороны Бельбекской долины доносится хлопок, второй. Снаряды свистят над головой и рвутся поблизости на дороге.

— Ишь ты! Проснулись гитлеровцы, — сказал один из рабочих, смазывающий рельсы тавотом.

Послышались новые разрывы снарядов, тарахтение пулеметов. Гитлеровцы явно начали проявлять активность. Башня скрывала нас от противника, но не дальше, чем на два метра. Покажись человек дальше — настигнет мина. Наши начали отвечать. Экстренно советуюсь с Александром. Как быть? Продолжать работы или дать отдых? Решаем сделать трехчасовой перерыв.

— Работы прекратить, всем в башню! — скомандовал Александр.

Уютная, чистая и теплая кают-компания располагала к отдыху. Сажусь на мягкий кожаный диван, закуриваю папиросу. Хочу продумать план работы на сегодня, на вечер, когда прибудут новые орудия, но, против своей воли, погружаюсь в глубокий непреодолимый сон. Просыпаюсь от резкого толчка.

— Вас вызывает к телефону полковник Донец,— говорит краснофлотец. — Третий раз будим, приказано разбудить!

Преодолевая сон, иду к телефону.

— Слушаю.

— У телефона Донец. Можно сегодня подавать трубы? — условным шифром спрашивает полковник.

— Можно, но одна старая труба еще на месте, -отвечаю я.

— Вечером вытянете?

— Надеюсь, до наступления темноты.

— Итак, ожидай, отправляю две поодиночке, желаю успеха.

— Ясно, до свидания.

Сон ушел, мозг лихорадочно заработал… Смотрю на часы. Ого! Прошло три с половиной часа. Прошу дежурного разбудить людей и через полчаса приступить к работам.

Сегодня уже пятые сутки, как начали работать. Фронт работ все раздвигается…

Я захожу во вторую башню к мастеру Сечко.

— Ну как у вас, Иван Осипович, дела? Идут?

— Идут, Андрей Андреевич, — с улыбкой отвечает Сечко. Он берет меня за рукав: — Пошли!

— Куда?

.— Посмотрите, как мы приспособились вынимать шпонки. Если поручите еще такую работу, я обгоню любую бригаду, — говорит Сечко.

Мы залезаем в отделение, где производилась работа по выемке шпонок. Шпонки не выходили, и из-за этого все тормозилось. Много было передумано. И выход был найден. По предложению коммуниста рабочего Разгоняев шпонки решили выдавливать домкратом. Просто и быстро… Правда, на приспособление времени уходило много. Но зато шпонки выдавливались, как поршень под действием газа или жидкости.

— Отменно придумали, молодцы!

— Сейчас мы завалим броню и можем вытаскивать вечером старые орудия. Вы согласны?

— Броню заваливайте теперь, а вот насчет вытягивания посмотрим. Возможно, ваши люди потребуются при разгрузке новых орудий для первой башни.

— Опять для первой башни, — говорит Сечко. — А вы подавайте орудия для нашей башни, и мы опередим первую, посмотрите!

По лицу Сечко видно, с каким нетерпением ожидает он моего ответа. Я тем временем думаю: «Вот она ленинградская хватка, выкованная годами пятилеток». Действительно, в работе бригады чувствовалась атмосфера приподнятости, стремление стать передовыми в развернувшемся соревновании.

— Нет, Иван Осипович, не могу тебе подавать орудия в первую очередь. У тебя еще много работы, тебе еще целых две ночи придется возиться, чтобы вытащить старые орудия.

В башне наступила тишина… Все прислушивались к нашему разговору.

— Когда мы наблюдали за вытягиванием орудий в первой башне, — говорит Сечко, — у нас появилась идея. Мы хотим вытягивать орудия не лебедкой, не талями, а трактором. Какое ваше мнение? Можно ли достать трактор?

Я сразу понял мысль старого ленинградского мастера. Нечего и говорить, это был смелый замысел, основанный на технических возможностях.

— Ладно, Иван Осипович, действуйте! — соглашаюсь на новый эксперимент, ускоряющий процесс нашей работы. — Только перед тем, как вытаскивать орудия, продумайте все как следует, предусмотрите страховку на случай сползания орудия с рельсов. Что касается тракторов — они к вечеру будут.

В три часа пополудни я и Андриенко выходим на бруствер осмотреть железнодорожную колею. Ветер гонит по бетонному брустверу тучи снега; проложенную железнодорожную колею, особенно в затишье, тоже замело снегом. Шесть краснофлотцев вышли на расчистку пути. От противника они скрыты возвышенностью, их не видно. Мы обходим пути. Все в порядке.

У батареи десятка полтора краснофлотцев во главе с командиром второй башни Федоровым и мастером Сечко укладывают постель из шпал, скрепляют их железными скобами. Работа идет хорошо.

Возле первой башни хлопочет отдохнувший после ночной работы такелажник Чекин. Под его руководством заводится трос в оставшееся орудие и производится окончательная подготовка к вытягиванию орудия из башни.

Ранние сумерки уже окутали бруствер батареи. В небе появились первые ракеты, раздаются короткие очереди тяжелых пулеметов.

— Все готово для вытягивания орудия! — весело докладывает мне Чекин.

— Разрешите начинать? — спрашивает Прокуда. Я осматриваю крепление и приложенные защитные

брусья.

— Молодцы! — подбадриваю товарищей. — Даю вам зеленую улицу, пока нам не мешают гитлеровцы.

Снова заскрипела ручная лебедка, натягивая стальную нить троса.

— Пошла, пошла!.. — раздалось сразу несколько голосов.

Медленно, сантиметр за сантиметром выплывает из башни дуло орудия. Прокофий Чекин, всю свою жизнь отдавший такелажному делу, не раз смотревший в лицо опасности, подстерегающей такелажников, каждым мускулом, каждой жилкой чувствовал это движение тяжелого орудийного ствола. Работали напряженно, с подъемом. Наконец Чекин поднимает руку, — в темноте это больше по привычке, — и зычным голосом дает команду застопорить лебедку. — Вышло!.. Смотрите, полностью вышло! — послышались голоса.

По указанию Чекина краснофлотцы отцепили тросы и с помощью ломиков, домкрата и просто деревянных рычагов начали сваливать вынутое из башни орудие в воронку, где лежал замаскированный первый ствол.

Тарахтя гусеницами, на бруствер батареи приползли два трактора. Трактористы наломали веток и так искусно замаскировали свои машины, что со стороны казалось, что это медленно передвигающиеся кусты. Ветер утих. Снег перестал идти. Используя время перерыва до прихода платформы, иду ко второй башне, разыскиваю Сечко. Он занимается последними приготовлениями к выемке орудий.

— Ну как, Иван Осипович, все готово? — спрашиваю.

— Да, готово. Прошу дать указание трактористу прибыть в мое распоряжение.

Появился тракторист — молодой краснофлотец.

— Какие будут распоряжения? — спрашивает он.

— Будем вытягивать из башни вот эти «трубки».

— Это мы разом, — не смущаясь, отвечает тракторист, как будто бы он их всю жизнь таскал.

— Давай сюда свой трактор, — командует Сечко. Вдруг по батарее с быстротой молнии разнеслась

весть о прибытии к батарейному городку двух платформ с орудиями.

Я спешу к первой башне и разыскиваю Прокуду и Чекина.

На бруствер высыпали матросы. Появляются Александр, Соловьев.

— Зачем такое количество народа? — спрашиваю Александра.

— А вдруг потребуется? Я дал команду, кроме дежурных по боевым постам, всем выйти наверх.

— Повели за собой, вроде как на штурм?

— Да, штурм, о котором мы больше месяца мечтали, — говорит Александр.

Вечер был тихий, морозный. Выпавший за сутки обильный снег покрыл вокруг все горы и долины: он искрился, отражая холодный свет луны, хрустел под ногами. Моментами до нас еле слышно доносятся со стороны моря характерные звуки перекатывания гальки. На горизонте, в стороне Мекензиевых гор и на той стороне Бельбекской долины, сверкали кочующие вспышки выстрелов и разрывы снарядов. Время от времени то тут, то там взметались ракеты, освещая местность.

— Платформа и паровоз едут! — неожиданно докладывает краснофлотец.

Мы всматриваемся в горизонт и видим, как по стальным путям медленно движется черная квадратная тень. Странно, нет ни дыма, ни огонька…

— Здорово железнодорожники замаскировали свой состав, — говорит Александр.

Через несколько минут уже отчетливо видны две платформы, на которых лежит орудие, похожее на толстую трубу. Платформы толкает небольшой паровоз, замаскированный ветками дубняка.

Четверо краснофлотцев и двое рабочих выстроились вдоль железнодорожной колеи. Одни вооружены стальными башмаками, вторые — подкладками в виде коротких шпал.

— Смотрите, будьте внимательны к команде, — предупреждаю людей.

Платформы медленно выползли на нас. Вот уже остались считанные метры. Я поднимаю руку и даю команду Андриенко, стоявшему на подножке паровоза, застопорить ход, а рабочим и краснофлотцам подложить башмаки.

Вдруг паровоз забуксовал и платформы потянули его за собой, ускоряя движение… Подложенные первые башмаки не удержали, платформы вместе с паровозом двигались над пропастью. Прозевай сейчас еще двое краснофлотцев и двое рабочих, и все это улетит в тартарары.

Минуты кажутся вечностью. В голове единственная мысль: остановить там, где нужно.

— Стопори! — кричу во все легкие.

Еще два краснофлотца и двое рабочих бросились вперед, навстречу движущейся платформе. Они погасили ее инерцию и помогли паровозу окончательно остановить движение.

Зашевелились десятки людей, поднося к платформам нужные приспособления: домкраты, перекладины, тросы, шпалы. Группа краснофлотцев оседлала орудие, откручивая вязальную проволоку.

Андриенко не отрывает взора от Бельбекской долины. Он часто подходит то к Александру, то ко мне и просит ускорить разгрузку, так как еще две платформы стояли на перегоне крепостной ветки. Но мы и так делали все возможное, чтобы снять орудие как можно скорее.

Выстрелов по брустверу не последовало, значит, противник не подозревает о наших работах.

Наконец домкраты установлены, под дульную и казенную части орудия подведены балки. Я осматриваю положение домкратов, балок и даю команду:

— Начать подъем!

Заскрипели лебедки четырех домкратов. Медленно, миллиметр за миллиметром плывет вверх гигантская пятидесятитонная труба. Но вот она на весу.

— Теперь можно убрать платформы, — говорю Андриенко.

Он, погладив короткие усы, быстро вскакивает на подножку паровоза, тут же паровоз легко трогается с места и платформы уплывают в темную даль.

Новое орудие бережно опускается на подвешенные поперечные рельсы и вручную перекатывается к башне. Более пятидесяти человек под руководством такелажника Чекина работали напряженно, и орудие к приходу еще двух платформ было установлено на место. Затем повторилась такая же операция со вторым орудием.

Тем временем, когда уходили последние платформы, другая бригада рабочих и краснофлотцев, под руководством мастера Ивана Осиповича Сечко, трудилась чад вытягиванием старых расстрелянных орудий из второй башни. Совсем близко от нас, в каких-нибудь ста метрах, слышны команды, напряженная работа тракторов. Применяя новую технологию, бригада вытащила старые орудия менее чем за три часа. Это был своеобразный рекорд, достигнутый за все время работы на тридцатой батарее.

Александр, Соловьев и я пожимаем руки мастеру Сечко, Цветкову и командиру башни. Победа одержана. По улыбкам было видно, что в сердцах людей гордость. Они окружают нас, прислушиваются к словам одобрения, которые высказывает комиссар Соловьев.

— Замаскируйте их лучше, и можно идти отдыхать, — говорит Александр, указывая на два орудия, вынутых из башни.

Приближается рассвет. Со стороны моря надвигается густая пелена тумана. Нужно спешить, ибо мы можем работать еще максимум час, а затем наступит день и начнется обстрел. Заглядываем в первую башню. Орудия лежат на своих местах, но домкраты и тросы разобраны.

— Товарищ Чекин, уберите с бруствера все, чтобы не изменять прежней картины, — отдаю последнее сегодня указание.

— Есть убрать!— по-военному отвечает Чекин.

Наконец все замаскировано и убрано. Мы спускаемся к массивной железной двери потерны. Александр отдает распоряжение дежурному по батарее накормить людей. Подкрепившись, все отправились отдыхать.

Меня любезно приглашает Андриенко к себе в каюту и предлагает, располагаться на свободной койке. Я пытаюсь записать наши действия и процесс выполнения работ, но усталость одерживает вверх…

Только напряженная нервная система могла разбудить меня вовремя, через три часа. Выхожу из каюты и направляюсь в первую башню. ^

…Против отверстия в башне лежали два новых орудия. Бригада Чекина трудилась, чтобы затащить орудия в башню. Эта сложная трудоемкая работа уже близка была к завершению, как вдруг у дульного среза обрывается трос. Дальше тянуть орудие было нельзя. Нужно было снова привязать трос.

Чекин вылезает из башни и осторожно, ползком, по-пластунски, пробирается к дульному срезу орудия. Пока гитлеровцы его не замечали, мины и снаряды рвались преимущественно на дороге. Но стоило Чекину подняться во весь рост, чтобы окончательно затянуть трос, как серия мин легла на бруствере, недалеко от башни. Чекин, прячась за ствол, успел отползти к башне.

Через несколько минут, отдышавшись, он снова громко на всю башню начал командовать: — Раз, два, взяли!.. Раз… два… Взя.ли!.. Орудие послушно начало ползти внутрь башни. Когда я заметил Чекину, что можно было послать привязывать трос кого-нибудь помоложе, Чекин, посмотрев на меня, удивительно спокойно ответил:

— Я старый, а молодежь еще понадобится для настоящих боев.

Мне хорошо запомнились эти слова старого рабочего…

Тем временем работы в башне оживились. Люди радовались, сознавая, какую победу они одерживают в такое короткое время. Ведь основное, самое трудное, уже позади. Теперь остаются работы внутри башни, которые можно вести круглые сутки.

— Какие же ваши дальнейшие планы, Семен Иванович? — спрашиваю я Прокуду.

Несколько мгновений Прокуда молчит. И вдруг резко встает и говорит:

— За трое суток думаю окончательно собрать, отрегулировать и передать в руки командира башню.

Он погладил свои короткие усы, что являлось признаком полной решимости выполнить задуманное. Мне хотелось обнять и крепко поцеловать этого замечательного мастера.

— А может, не успеем? Подумайте!

— Все продумано, работать будем день и ночь, но сделаем.

Я начинаю сожалеть, что мой фотоаппарат увезен на Большую землю и невозможно сфотографировать эти трудовые будни Отечественной войны…

Пропустив мимо себя краснофлотцев, несших в руках тяжелые детали, выхожу из металлического лабиринта первой башни в теплый и светлый коридор потерны. Пройдя несколько шагов, встречаю жизнерадостного инженера Андриенко, человека неутомимой энергии и молодого задора.

— Наконец-то я вас нашел! — воскликнул Андриенко. — Звонил полковник Донец и спрашивал, можно ли сегодня вечером подавать следующие два орудия. Мы ответили: «Обязательно». Но условились: в случае чего, будем звонить.

Да, эта ночь будет решающей во всей нашей работе.

Вхожу во вторую башню. Та же картина, что и в первой. Гулко разносятся удары. Тесные глухие закоулки башни завалены разными деталями башенных механизмов. И везде люди, одетые в замасленные телогрейки, краснофлотские шинели и бушлаты.

— Сегодня к девяти часам ждем орудия, — говорю мастеру Сечко. — У вас все готово для их приема?

— Все готово, — твердо отвечает он.

После перерыва раздались звонки колокола громкого боя, объявившие боевую тревогу.

Все спешат на бруствер ко второй башне, куда должны с минуты на минуту подойти платформы с новыми орудиями.

Наконец из темноты послышался шорох, перемешанный с редким перестукиванием колес. Вот они, долгожданные! На первой платформе стоит инженер Андриенко. Паровоз с платформами остановился точно в заданном месте. Подложив деревянные подкладки и башмаки под колеса платформы, все свободные краснофлотцы и рабочие приступили к разгрузке. Паровоз тронулся в обратный путь, чтобы скрыться за горкой от гитлеровцев.

Отдавая необходимые указания по разгрузке, я поднимаю голову и вижу, как в двухстах метрах от нас паровоз стоит, накренившись на правый борт. Еще этого не хватало!

Андриенко подбегает к Александру, докладывает, что паровоз сошел с рельсов, и просит в помощь людей. Александр с волнением спрашивает причину случившегося.

— Разошлись рельсы, и тележка тендера сползла на бетон.

— А вы днем проверяли железнодорожную колею? — спрашивает Соловьев.

— Проверяли.

Путь, видимо, был поврежден снарядом при вечернем обстреле. Внезапно воздух дрогнул, просвистели снаряды и хлопнули разрывами в балке совхоза. Отдельные снаряды и мины разрывались правее башни на склоне горы. Наши батареи с Северной стороны начали отвечать. Беспокойство Александра и Соловьева передалось всем окружающим. Это и понятно: если оставить паровоз на виду у гитлеровцев до утра, будет раскрыт главный замысел командования обороной Севастополя — скрытно от врага произвести замену орудий. Александр дает команду всем краснофлотцам идти к паровозу. Черные бушлаты и телогрейки бегом ринулись по железнодорожному полотну. Пока Андриенко бегал, машинист со своим помощником подвели под раму паровоза домкрат, которым можно лишь приподнять паровоз, перенести же и поставить его на рельсы можно было только вручную.

— Внимание! Слушай мою команду! — кричит Андриенко. — Всем подойти и на руках поставить паровоз на рельсы.

Все облепили паровоз.

— Раз… два — взяли! — послышалась снова команда Андриенко.

Тендер паровоза сначала качнулся, потом повис в воздухе… Но вот колеса стукнули о рельсы. Послышался вздох облегчения.

Чувства усталости как не бывало.

— Андрей Андреевич! — обращается ко мне Сечко. — На первой башне вы применяли ручную подкатку орудий к башне, а я хочу с помощью трактора. Какое ваше мнение?

— Согласен, но только будет трудно задержать против амбразуры. Ведь будет катиться масса в пятьдесят тонн. Вы об этом подумали?

— Цветков вместе с Чекиным предлагают установить надежный барьер в виде баррикады вот из этих кусков рельсов и шпал, что гарантирует полностью от скатывания орудий с постели.

— Это хорошо. Делайте! Только вторым трактором страхуйте работу первого.

Не прошло и часу, как все было готово к перекатыванию орудия. Снова заработали тракторы, натягивая заведенные тросы. На всякий случай за железнодорожным полотном стоял второй трактор, который с помощью тросов придерживал орудие. Таким способом орудие за несколько минут было установлено на место.

К нам подходит Прокуда, смотрит с любопытством на приспособление, разглаживает усы и тихо произносит:

— Молодец, Иван Осипович, переплюнул меня.

— На то и соревнование, — отвечает Сечко.

Да, соревнование рождает у всех желание трудиться все лучше и лучше. Прокуда затратил на операцию перекатывания двух орудий всю ночь, а Сечко — всего три часа.

— Здорово! Молодцы! — сказал еще раз Прокуда, повернулся и зашагал в свою башню.

Завтракаем. Иван Осипович Сечко устало вытер платком лицо, встал.

— Еще чайку? — спросил обслуживающий нас краснофлотец.

— Спасибо, сынок, я сыт.

— Идемте отдыхать и снова за работу, — беспокоится командир башни.

И так сутки за сутками шли в непрерывном труде, почти без отдыха, в холод и ветер, под вражеским обстрелом.

Наконец все орудия удалось втащить в башню. Это была наша главная победа.

Прибывший на батарею генерал Моргунов встречает меня в башне.

— Ну как дела?

Я доложил как мог коротко о самом главном.

— Вот что, Андрей Андреевич, надо ускорить окончание работ. Три дня хватит?

— Сегодня десятый день, как мы вкладываем всю нашу энергию в восстановление тридцатой батареи. День и ночь в башнях кипит работа. Она ведется по совмещенному графику…

— Вы прямо отвечайте: хватит три дня? — снова задает вопрос Моргунов.

— Думаю, хватит…

Моргунов, как мне показалось, долго смотрел на меня пристально, испытывающе. Наконец, положив мне руку на плечо, добрым, очень добрым голосом, тихо спросил:

— А не подведете?

…Сегодня двенадцатые сутки, как мы находимся под этим бронированным куполом башни. Все рабочие и личный состав батареи теперь заняты регулировкой механизмов, устранением мелких дефектов. Близок конец всего комплекса работ.

В узком коридоре потерны меня окликнул помощник дежурного по батарее.

— Вас просит к телефону полковник Донец. Поднимаемся в комнату дежурного.

— Как у тебя дела? — спрашивает Донец.

— Дела идут к концу, сегодня думаем закончить.

— Как только закончите, немедленно вы и Прокуда приезжайте ко мне для получения нового срочного задания…

А. А. АЛЕКСЕЕВ, инженер-полковник

Прав ли Джахал Ш в своём высказывании? Я думаю что да. Ведь ничто так не сдруживает людей как общее горе, а какое горе может быть больше войны! Когда человек оказывается в безвыходном положении у него просыпается чувство бескорыстного героизма, готовность отдать свою жизнь во благо других. Готовность к подвигу – это прежде всего психологическое состояние. Человек должен пойти против себя, против инстинкта самосохранения ведь каждый из пяти матросов, упомянутых выше понимал, что вернуться живым у него нет шансов, и всё же никто из них не отступил, ведь они знали, что за ними не только их родной город Севастополь, но и вся их Родина!

Список литературы

Сборник воспоминаний «Огненные дни Севастополя»

Г.М. Баталов «Ратное поле»

Д.Ф. Арницкий «Город-герой Севастополь»

БЭКМ