Автор: admin

Договор ренты

Введение
Договор ренты известен со средних веков. В литературе упоминаются две основные причины возникновения договора ренты в европейском законодательстве. По мнению известного французского цивилиста Л.Ж.
Морандьера, одной из них являлся недостаток наличных денег — обстоятельство, приведшее к появлению ренты недвижимости (рентной аренды).
Ученый писал, что «собственник, желавший продать свое недвижимое имущество, легче находил приобретателя, желавшего выплатить ему вечную ренту, чем такого, который бы согласился бы уплатить капитальную сумму, ибо изобилия наличных денег не было». Другую причину появления ренты Л.Ж. Морандьер видел в том, что «церковь, так же как и светское законодательство, запрещала процентные займы, которые клеймились как ростовщические». По его мнению, «это был стеснительный запрет, и люди изощрялись в его обходах. В частности, для этого пользовались договором об установлении ренты. Заемщик, который получал капитальную сумму, принимал на себя не обязанность уплачивать проценты на эту сумму и возвратить ее, а неопределенную обязанность выплачивать кредитору ежегодную ренту»(.

Договорный институт ренты, закрепленный нормами гл. 33 ГК РФ, является новым для российского гражданского законодательства. Этот институт отсутствовал в дореволюционном гражданском законодательстве, хотя был известен российской науке гражданского права. Известный российский цивилист
К. Победоносцев писал, что «наше законодательство не имеет особого разряда для договора ренты и не упоминает о нем. Однако, по общему правилу 1528 и
1530 ст. Зак. Гр., возможно и у нас заключение подобного договора…»(.
Незадолго до Октябрьской революции имела место попытка закрепления института договора ренты в Гражданском уложении(, гл. ХIX которого именовалась «Пожизненный доход (рента) и пожизненное содержание».
Интересно, что в проекте Гражданского уложения давались определения договора о пожизненном доходе (ренте) (ст.1100) и его разновидности — о пожизненном содержании (ст.1101), а понятие постоянной ренты, известное современному российскому законодательству, отсутствовало.

В ГК РСФСР 1922 г., как и в других актах гражданского законодательства того времени, договорные модели, подобные договору ренты, отсутствовали в силу причин идеологического порядка: никакое ростовщичество не допускалось вообще. Вместе с тем, уже в годы нэпа участились случаи заключения договоров продажи жилых строений под условием предоставления продавцу пожизненного содержания. Такие договоры неоднократно рассматривались судами. Ориентация судов при этом легко угадывается из разъяснения отдела
НКЮ N1103 от 12 октября 1923 г., в котором относительно передачи жилых строений под предоставление иждивения продавцу покупателем сказано, что
«либо эта сделка притворна, прикрывая фактическое дарение, либо она явно не выгодна для одной из сторон и заставляет подозревать ростовщический элемент»(.

14 сентября 1925 г. Пленум Верховного Суда РСФСР, ссылаясь на ст. 130, 180
ГК РСФСР 1922 г., признал, что договоры продажи строений под условием предоставления продавцу пожизненного содержания недействительны как договоры без установления платежа и покупной цены. Вместе с тем Верховный
Суд РСФСР констатировал, что, «исходя из бытовых экономических условий переживаемого периода, судам приходится в отдельных случаях признавать такие сделки, в частности, в деревне, действительными, поскольку их расторжение нанесло бы вред слабейшей стороне, являющейся продавцом»(.

В годы Великой Отечественной войны и после нее в условиях обнищания значительной части населения судебная практика вновь столкнулась с необходимостью решения споров, возникших из договоров отчуждения жилых строений под условием предоставления продавцу пожизненного содержания.
Иная, отличная от существовавшей во времена нэпа социально-экономическая ситуация побуждала многих ученых-юристов искать теоретическое обоснование для признания указанных договоров действительными. Их аргументы можно кратко сформулировать следующим образом: а) в гражданском законодательстве
РСФСР нет исчерпывающего перечня всех видов договоров, и отсутствие в ГК
РСФСР упоминания о том или ином договоре не означает его недействительности; б) договор продажи жилого строения под условием бесплатного пожизненного содержания — это тип безымянного возмездного договора: в нем есть цена в виде натурального эквивалента.( Усилия ученых не пропали даром. С учетом их мнения, а также объективно сложившихся общественных потребностей при принятии ГК РСФСР 1964 г. была допущена возможность рентных отношений, правда, в весьма ограниченной сфере.
Закрепляя в ст.253-254 данного Кодекса нормы о договоре купли-продажи жилого дома с условием пожизненного содержания продавца, советский законодатель не поступился идеологическими принципами и разрешил такие отношения только для случаев отчуждения индивидуальных жилых домов нетрудоспособными гражданами другим гражданам, берущим на себя обязанности по пожизненному содержанию нетрудоспособных.

Переход России к рыночным отношениям, ниспровергшим принцип недопустимости ростовщичества, предопределил появление в новейшем гражданском законодательстве института договора ренты. Данный институт нашел свое закрепление в гл. 33 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК
РФ).

Легальное определение договора ренты дано в п. 1 ст. 583 ГК РФ. По договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.

Стороны договора ренты.
Таковыми являются: получатель ренты (рентный кредитор) — лицо, передающее свое имущество в собственность другому лицу с целью получения от последнего в течение длительного периода времени дохода (ренты), и плательщик ренты
(рентный должник) — лицо, обязанное в обмен на полученное в собственность имущество выплачивать передавшему его лицу в течение длительного периода времени доход (ренту). На вопрос о том, кто может быть получателем и кто — плательщиком ренты, в законе нет прямого ответа. Поэтому круг лиц, которые вправе стать сторонами такого договора, следует определять исходя из системного анализа норм общей части гражданского законодательства и непосредственно норм гл. 33 ГК РФ.

Получатель ренты
Круг возможных получателей ренты (рентных кредиторов) определяется законодателем двумя способами. Называя ренту пожизненной или установленной на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением, законодатель определенно говорит, что получателями ренты в договоре пожизненной ренты и его разновидности — договоре пожизненного содержания с иждивением — в силу самой сущности этих договоров могут быть только граждане. Иной способ — это прямое предписание нормы права. В п.1 ст. 589 ГК РФ указано, что получателями постоянной ренты могут быть только граждане, а также некоммерческие организации, если это не противоречит закону и соответствует целям их деятельности.

Получатель ренты может не совпадать с лицом, передающим имущество под выплату ренты. Так, пожизненная рента может быть установлена одним гражданином в пользу другого гражданина или группы граждан (п.1, 2 ст. 596
ГК РФ).

Плательщик ренты
Плательщиками ренты (рентными должниками) могут быть любые граждане, юридические лица, причем как коммерческие, так и некоммерческие, заинтересованные в приобретении имущества, предлагаемого получателем ренты, и способные выполнить императивные требования, предъявляемые законом к содержанию договора ренты и обеспечению ее выплаты.( Но следует иметь в виду, что сама способность субъекта выполнить императивные требования, предъявляемые законом к содержанию договора ренты и обеспечению ее выплаты, является свойством фактического порядка и определяется в период заключения договора и служит для получателя ренты основанием для решения вопроса о целесообразности заключения договора с конкретным субъектом. Вместе с тем, эта способность может определяться и юридическими критериями (например, в случаях, когда уставом юридического лица запрещена возможность заключения договоров ренты).

Предмет договора ренты.
Предмет договора ренты определен законодателем весьма обобщенно: указано, что получатель ренты передает в собственность плательщику ренты имущество
(п.1 ст.583 ГК РФ). Точно назван лишь предмет договора ренты с условием пожизненного содержания с иждивением — предметом такого договора является недвижимое имущество (п. 1 ст.601 ГК РФ). Конкретный состав и виды имущества, которое может служить предметом договоров постоянной и пожизненной ренты, могут быть определены только путем доктринального толкования действующих норм гражданского законодательства с учетом тенденций правоприменительной практики.

В силу ст.128 ГК РФ под понятие «имущество» подпадают вещи, включая деньги, ценные бумаги и имущественные права. В соответствии со смыслом п. 1 ст.583
ГК РФ получатель ренты передает плательщику ренты имущество в собственность. Следует учитывать, что, согласно господствующей в науке континентального гражданского права доктрине, объектом права собственности могут быть только индивидуально-определенные вещи. Вследствие сказанного предметом договора ренты, бесспорно, могут быть вещи (как движимые, так и недвижимые), наличные деньги и документарные ценные бумаги. Безналичные же деньги, являющиеся по своей природе не вещами, а правами требования,
«бездокументарные ценные бумаги», представляющие собой особый способ фиксации прав(, равно как и иные имущественные права не могут быть объектами права собственности, а соответственно предметом договора ренты.
По этой же причине не могут быть предметом договора ренты работы, услуги, информация, результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них, нематериальные блага.(

Различия правового режима имущества, которое может быть предметом договора аренды, предопределяют особенности порядка передачи (отчуждения) такого имущества под выплату ренты. Так, возмездное отчуждение под выплату ренты недвижимого имущества потребует соблюдения предусмотренного в ст. 556 ГК РФ порядка передачи недвижимого имущества во исполнение договора продажи недвижимости; отчуждение под выплату ренты ценных бумаг потребует соблюдения предписаний ст. 146 ГК РФ о порядке передачи прав по ценной бумаге и т. д.

При передаче получателем ренты плательщику ренты денежных средств под выплату ренты заключается договор, сходный с договором займа. Но он имеет существенное отличие от последнего: на плательщика ренты не может быть возложена обязанность по возврату получателю ренты полученных от него в собственность денежных средств.

Денежные средства могут быть переданы под выплату ренты в различных формах.
Очень интересный пример приводит К. Победоносцев. Описывая доходные государственные четырехпроцентные билеты, он показывает, что «частное лицо отдает правительству свой капитал на бессрочное время, так что правительство предоставляет себе платить или не платить капитал, а производить только ежегодный непрерывный доход, в виде процентов. Эти капиталы вносятся в государственную долговую книгу и не подлежат секвестру за долги владельца билета. И кредитор-вкладчик в общем порядке не может быть принужден к обратному получению капитала»10.

Форма договора ренты.
В соответствии со ст.584 ГК РФ договор ренты подлежит нотариальному удостоверению, а договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит также государственной регистрации11.
Из приведенной нормы следует, что если стороны нарушат требования о нотариальном удостоверении договора ренты, то такой договор будет считаться недействительной сделкой в силу п.1 ст.165 ГК РФ. Если же договор о передаче под ренту недвижимого имущества будет нотариально удостоверен, но не подвергнут государственной регистрации, он будет считаться в силу п.3 ст.433 ГК РФ незаключенной сделкой, так как ст.584 ГК РФ не содержат указания на его недействительность12. Повышенные требования законодателя к оформлению договора ренты призваны максимально гарантировать интересы получателя ренты13.

Признаки договора ренты и его содержание.
Договор ренты относится к группе договоров, предусматривающих отчуждение имущества, и по этому признаку сходен с договорами купли-продажи, мены, дарения14. Однако он является самостоятельным видом договора. От договора дарения договор ренты отличается тем, что лицо, произведшее отчуждение имущества в собственность другого, вправе требовать предоставления встречного удовлетворения — рентного дохода. От договоров купли-продажи и мены договор ренты отличается характером встречного удовлетворения, предоставляемого получателю ренты за отчуждаемое им имущество. По договору купли-продажи покупатель выплачивает за товар (в том числе проданный с рассрочкой платежа) определенную цену. Аналогично по договору мены взаимное отчуждение товара сторонами осуществляется за определенное, заранее оцененное возмещение. По договору же ренты объем причитающихся получателю рентных платежей является неопределенным, ибо обязательство по выплате ренты действует либо бессрочно (постоянная рента), либо на срок жизни получателя (пожизненная рента). Поэтому договор ренты относится к группе алеаторных (рисковых) договоров. Элемент риска, принимаемого на себя каждой из сторон, заключается в вероятности того, что «либо один, либо другой контрагент фактически получит встречное удовлетворение меньшего объема, чем им самим представленное»15.

Договор ренты является самостоятельным договором, но по отношению к нему возможно применение в субсидиарном порядке норм о договорах купли-продажи и дарения. Это объясняется тем, что теоретически и практически отчуждение имущества под выплату ренты может быть осуществлено двумя способами. В п.1 ст.585 ГК РФ указывается, что имущество, которое отчуждается под выплату ренты, может быть передано получателем ренты в собственность плательщика ренты за плату или бесплатно. В силу предписаний п.2 ст.585 ГК РФ в случае, когда договором ренты предусматривается передача имущества за плату, к отношениям сторон по передаче и оплате применяются правила о купле-продаже
(гл. 30 ГК РФ), а если такое имущество передается бесплатно, действуют правила о договоре дарения (гл. 32 ГК РФ), поскольку иное не установлено правилами гл. 33 ГК РФ и это не противоречит существу договора ренты.
Предписания п.2 ст.585 ГК РФ необходимо иметь в виду при решении вопроса о реальности или консенсуальности договора ренты.

Договор ренты, несомненно, является реальным при передаче (отчуждении) движимого имущества под выплату ренты в собственность плательщика ренты бесплатно, так как в этих случаях к отношениям по передаче применяются нормы гл. 32 ГК РФ о договоре дарения.

Договор ренты является консенсуальным, когда передача движимого имущества в собственность плательщика ренты осуществляется за плату. В этих случаях к отношениям по передаче применяются нормы гл. 30 ГК РФ о договоре купли- продажи. Именно поэтому плательщик ренты, на основании ст. 456 и п.1 ст.556
ГК РФ, в случае отказа получателя ренты передать в собственность под выплату ренты оговоренное в договоре движимое имущество вправе требовать от получателя ренты исполнения обязанности по передаче этого имущества, а при передаче под выплату ренты имущества ненадлежащего качества — требовать применения последствий, предусмотренных в ст.475 ГК РФ, и т.п. Здесь мы сталкиваемся с давно известной в Европе доктринальной аксиомой, сформулированной Л.Ж.Морандьером следующим образом:

«Установление ренты на возмездных началах предполагает одно из следующих положений:

либо отчуждение индивидуально-определенной вещи; в таком случае перед нами довольно распространенный вид договора продажи. Договор заключается путем простого волеизъявления сторон; доказательством служит составленный в двух экземплярах документ. Если отчуждается недвижимая вещь, то подлежат соблюдению правила об оглашении сделок с недвижимостями. Отчуждатель несет ответственность по гарантии и, в противовес этому, пользуется привилегией, установленной для требования продавца об уплате ему покупной цены;

либо внесение денежной суммы; договор приближается к займу, он является реальным и односторонним договором. Но ввиду его рискового характера ограничение размера процентов к нему не применяется»16.

Таким образом, договоры ренты, заключенные под отчуждение движимого имущества, могут обладать реальным и консенсуальным характером в зависимости от того, за плату или бесплатно отчуждено движимое имущество под выплату ренты17. Соответственно договоры ренты могут иметь односторонний или взаимный характер. Реальные договоры ренты, по которым передача движимого имущества в собственность плательщика ренты осуществляется по модели договора дарения, являются односторонними, а консенсуальные договоры ренты, по которым передача движимого имущества в собственность плательщика ренты осуществляется по модели договора купли- продажи, являются взаимными.

Если под выплату ренты передается недвижимое имущество, следует учитывать фактор необходимости государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом и прав на него.

В соответствии со ст.584 ГК РФ договор, предусматривающий отчуждение недвижимого имущества под выплату ренты, подлежит государственной регистрации и будет считаться заключенным с момента ее окончания (п.3 ст.433 ГК РФ). Следовательно, права и обязанности и получателя, и плательщика ренты возникнут только после государственной регистрации. В этом случае о консенсуальности или реальности договора говорить не приходится18, так как правообразующая сила договора ренты возникает только во взаимосвязи с другим юридическим фактом — актом государственной регистрации. Права и обязанности сторон по договору ренты, заключенному под отчуждение недвижимого имущества (независимо от того, за плату или бесплатно оно отчуждено) под выплату ренты, возникают только после государственной регистрации такого договора. Поэтому даже если недвижимое имущество было отчуждено под выплату ренты безвозмездно, плательщик ренты вправе требовать его передачи, как и при возмездной передаче19.

Договор ренты является возмездным. Это проявляется в необходимости предоставления плательщиком ренты ее получателю рентных платежей (ренты, рентного дохода) взамен имущества, полученного в собственность. Право получения рентных платежей (ренты, рентного дохода) возникает у получателя ренты только после передачи имущества под выплату ренты. Соответственно с этого же момента возникает обязанность по выплате рентных платежей у плательщика ренты. Рентные платежи могут осуществляться в форме денежных выплат (п.1 ст.590, п.1 ст.597 ГК РФ), а также в форме предоставления иждивения, включающего в себя обеспечение потребностей в жилье, питании, одежде и т.п. (п.1 ст.602 ГК РФ). В законе может устанавливаться минимальный размер пожизненной ренты (п.2 ст.597 ГК РФ) и минимальной стоимости общего объема содержания с иждивением (п.2 ст.602 ГК РФ). Целью подобных предписаний закона является защита интересов рентного кредитора и установление объективных критериев отграничения притворных сделок ренты, прикрывающих иные сделки20. Независимо от формы все рентные платежи должны иметь эквивалентную денежную оценку.

Обязательство по выплате рентных платежей является длящимся долгое время и подлежит систематическому исполнению. В связи с этим законодательство устанавливает ряд правил о форме и способах обеспечения исполнения обязательства по выплате ренты.

В соответствии с п.2 ст.587 ГК РФ существенным условием договора, предусматривающего передачу под выплату ренты денежной суммы или иного движимого имущества, является условие, устанавливающее обязанность плательщика ренты:

а) либо предоставить обеспечение исполнения его обязательств по выплате ренты (имеются в виду любые предусмотренные законом или договором способы обеспечения исполнения обязательств — залог, удержание имущества должника, поручительство, банковская гарантия, задаток и др., допускаемые ст. 329 ГК
РФ);

б) либо застраховать по правилам ст.932 ГК РФ в пользу получателя ренты риск ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение плательщиком ренты обязательств по ее выплате. При невыполнении плательщиком ренты указанных обязанностей, а также в случае утраты обеспечения или ухудшения его условий по обстоятельствам, за которые получатель ренты не отвечает, получатель ренты вправе расторгнуть договор ренты и потребовать возмещения убытков, вызванных расторжением договора
(п.2 ст.587 ГК РФ).

Со случаями передачи под выплату ренты земельного участка или другого недвижимого имущества закон связывает иные важные формы и способы обеспечения исполнения обязательств по выплате рентных платежей.

В п.1 ст.587 ГК РФ указано, что при передаче под выплату ренты земельного участка или другого недвижимого имущества получатель ренты в обеспечение обязательств плательщика ренты приобретает право залога на это имущество.
Отсюда следует, что отчуждение обремененного рентой недвижимого имущества новому приобретателю возможно только с согласия получателя рентных платежей как залогодержателя21. Здесь мы сталкиваемся с правом залога, возникшим в силу указания закона22, которое по праву следования сохраняется при отчуждении плательщиком ренты недвижимого имущества, переданного под выплату ренты.

В соответствии с п.1 ст.586 ГК РФ рента обременяет земельный участок, предприятие, здание, сооружение или другое недвижимое имущество, переданное под ее выплату. В случае отчуждения такого имущества плательщиком ренты его обязательства по договору ренты переходят к приобретателю имущества. Из этого вытекает, что право получателя на получение рентных платежей следует за недвижимым имуществом. В большинстве правовых систем закон в защиту интересов рентного кредитора ограничивается установлением только права следования рентного обременения за недвижимым имуществом, от которого плательщик ренты может освободиться посредством отчуждения недвижимого имущества, приобретенного им под выплату ренты.

Российский законодатель, защищая интересы получателей ренты, этим не ограничился. Он сформулировал норму, согласно которой рентное обременение связывает не только недвижимое имущество, но и всех лиц, в собственности которых побывало это имущество, будучи обремененным рентой. В соответствии с п.2 ст.586 ГК РФ лицо, передавшее обремененное рентой недвижимое имущество в собственность другого лица, несет субсидиарную с ним ответственность по требованиям получателя ренты, возникшим в связи с нарушением договора ренты, если законом или договором не предусмотрена солидарная ответственность по этому обязательству. Следует иметь в виду, что закон, говоря о лице, передавшем обремененное рентой недвижимое имущество в собственность другого лица, имеет в виду лицо, которое было обязано до передачи этого имущества выплачивать связанные с ним рентные платежи.

В качестве особой меры, защищающей интересы получателя ренты, закон предусмотрел в ст. 588 ГК РФ ответственность плательщика ренты за просрочку выплаты ренты. Она установлена в виде обязанности плательщика ренты уплачивать получателю ренты за просрочку выплаты ренты проценты, предусмотренные ст.395 ГК РФ, если иной размер процентов не установлен договором ренты.

Виды договоров ренты.
Классификация договоров ренты дана в п.2 ст.583 ГК РФ: по договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно
(постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента).
Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

Договор постоянной ренты.
Главным признаком постоянной ренты является бессрочный характер обязательства по выплате ренты, возложенного договором на плательщика ренты. Бессрочность обязательства по выплате постоянной ренты означает, что его существование не ограничивается каким-либо периодом времени, в том числе сроком жизни или существования получателя. Получателями постоянной ренты могут быть граждане, а также некоммерческие организации, если это не противоречит закону и соответствует целям их деятельности (п.1 ст. 589 ГК
РФ).

Относительно отдельных некоммерческих организаций необходимо сделать пояснения. Некоммерческие организации, созданные на определенный срок или существующие до момента достижения определенных целей, закрепленных в учредительных документах, не могут быть получателями постоянной ренты, так как они не могут вступать в бессрочные отношения, а бессрочность, как было нами показано, является одним из главных признаков постоянной ренты. Такие некоммерческие организации как учреждения, по общему правилу, не могут быть получателями постоянной ренты, потому что закон (п.1 cт.289 ГК РФ) запрещает им отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ними имуществом и имуществом, приобретенным за счет средств, выделенных им по смете. Но те же учреждения могут быть получателями постоянной ренты в случаях, когда они будут отчуждать под выплату ренты то имущество, которое они приобрели за счет разрешенной им приносящей доход деятельности и которым они вправе самостоятельно распоряжаться (п.2 ст.298 ГК РФ).

Получателями постоянной ренты не могут быть коммерческие юридические лица.
Этот запрет объясняется тем, что их деятельность — предпринимательская, неразрывно связанная с оборотом имущества — несовместима с положением рантье, «живущего на доход, в создание которого он не вовлечен»23. Данное ограничение объясняется и экономической сущностью ренты: рента как экономическое явление всегда представляет собой доход, не связанный с предпринимательской деятельностью24.

Другим признаком договора постоянной ренты является возможность передачи прав получателя ренты в результате уступки требования и возможность их перехода по наследству или в порядке правопреемства при реорганизации юридических лиц. Права получателя постоянной ренты могут быть переданы гражданам, а также некоммерческим организациям, имеющим право быть получателями постоянной ренты.

Возможность передачи прав получателя ренты в результате уступки требования и возможность их перехода по наследству или в порядке правопреемства при реорганизации юридических лиц может быть запрещена законом или договором
(п.2 ст.589 ГК РФ). Здесь следует иметь в виду, что при любых обстоятельствах запреты на передачу прав или на их переход, введенные в договор соглашением сторон или предусмотренные в законе, не должны лишать договор постоянной ренты бессрочного характера. Поэтому невозможно одновременно включить в договор о постоянной ренте условия о запрете гражданину передавать права получателя постоянной ренты и о том, что эти права не могут перейти к другим лицам в порядке наследования. Если подобное допустить, постоянная рента трансформируется в пожизненную, а плательщик ренты окажется связанным лишь на период жизни гражданина — получателя постоянной ренты.

Форма и размер постоянной ренты
Форма и размер постоянной ренты определяется правилами ст.590 ГК РФ. Размер рентных платежей является существенным условием договора постоянной ренты, что объясняется рисковым характером такого соглашения, и должен быть определен сторонами в договоре.

В целях защиты интересов получателя постоянной ренты законом установлено, что, если иное не предусмотрено договором постоянной ренты, размер выплачиваемой ренты увеличивается пропорционально увеличению установленного законом минимального размера оплаты труда (п.2 ст.590 ГК РФ).

Основной формой рентных платежей при постоянной ренте является денежная.
Вместе с тем, договором постоянной ренты может быть предусмотрена выплата ренты путем предоставления вещей, выполнения работ или оказания услуг, соответствующих по стоимости денежной сумме ренты (п.1 ст.590 ГК РФ).

Сроки выплаты постоянной ренты
Сроки выплаты постоянной ренты указаны в ст.591 ГК РФ, согласно которой, если иное не предусмотрено договором постоянной ренты, постоянная рента выплачивается по окончании каждого календарного квартала.

В длящихся обязательствах, возникающих на основе договора постоянной ренты, особое значение приобретает вопрос о распределении между сторонами риска случайной гибели имущества, переданного под выплату постоянной ренты. В законе (cт.595 ГК РФ) он решен следующим образом. Если случайно гибнет или случайно повреждается имущество, переданное бесплатно под выплату постоянной ренты, то риск несет плательщик ренты как лицо, получившее это имущество в собственность безвозмездно. Поэтому он обязан независимо от гибели или порчи имущества продолжать исполнять обязательства по выплате ренты. Если случайно гибнет или случайно повреждается имущество, переданное за плату под выплату постоянной ренты, то плательщик как лицо, понесшее расходы по приобретению этого имущества в собственность, вправе требовать соответственно прекращения обязательства по выплате ренты либо изменения условий ее выплаты.

Обязательства, порожденные договором постоянной ренты, могут быть прекращены как по общим основаниям, предусмотренным в гл.26 ГК РФ, так и по специальным основаниям, указанным в нормах, касающихся договора постоянной ренты. Однако следует иметь в виду, что прекращение рентного обязательства, возникшего на базе передачи в ренту недвижимого имущества, по таким основаниям, как смерть гражданина (ст.418 ГК РФ) и ликвидация юридического лица, невозможно, потому что рента в порядке следования обременяет не только недвижимое имущество, переданное в ренту.

Специальным основанием прекращения обязательств, вытекающих из договора постоянной ренты, является ее выкуп. В соответствии с п.1 ст.592 ГК РФ плательщик постоянной ренты вправе отказаться от дальнейшей выплаты ренты путем ее выкупа. Данное право безусловно, поэтому любое положение договора постоянной ренты, закрепляющее отказ плательщика постоянной ренты от права на ее выкуп, ничтожно. В договоре стороны могут предусмотреть лишь одно ограничение на выкуп ренты, а именно то, что право на выкуп постоянной ренты не может быть осуществлено при жизни получателя ренты либо в течение иного срока, не превышающего 30 лет с момента заключения договора (п.3 ст.592 ГК РФ).

Выкуп ренты означает выплату плательщиком постоянной ренты ее получателю вместо рентных платежей выкупной цены постоянной ренты, определенной сторонами в договоре постоянной ренты. При отсутствии условия о выкупной цене в договоре постоянной ренты, по которому имущество передано за плату под выплату постоянной ренты, выкуп осуществляется по цене, соответствующей годовой сумме подлежащей выплате ренты (п.2 ст.594 ГК РФ). В таких случаях невключение в состав выкупной цены, подлежащей выплате получателю ренты, стоимости имущества, переданного под выплату ренты, объясняется тем, что получатель ренты произвел его отчуждение как продавец, получив при этом за него плату, эквивалентную продажной цене. При отсутствии условия о выкупной цене в договоре постоянной ренты, по которому имущество передано под выплату ренты бесплатно, в выкупную цену наряду с годовой суммой рентных платежей включается цена переданного имущества, определяемая по правилам, предусмотренным п.3 ст.424 ГК РФ.

Порядок осуществления плательщиком своего права на выкуп постоянной ренты определен в п.2, 3 ст.592 ГК РФ. Данный порядок формализован. О выкупе ренты ее плательщик обязан заявить в письменной форме не позднее, чем за три месяца до прекращения выплаты ренты или ранее — в срок, предусмотренный договором постоянной ренты. При этом обязательство по выплате ренты будет считаться прекращенным только с момента получения всей суммы выкупа получателем ренты, если иной порядок выкупа не предусмотрен договором.

Обязательства из договора постоянной ренты могут быть прекращены путем выкупа постоянной ренты плательщиком по требованию получателя ренты.

Получатель постоянной ренты вправе требовать выкупа ренты плательщиком в следующих случаях:

а) плательщик ренты просрочил ее выплату более чем на один год, если иное не предусмотрено договором постоянной ренты;

б) плательщик ренты нарушил свои обязательства по обеспечению выплаты ренты
(ст.587 ГК РФ);

в) плательщик ренты признан неплатежеспособным либо возникли иные обстоятельства, очевидно свидетельствующие о том, что рента не будет выплачиваться им в размере и в сроки, которые установлены договором;

г) недвижимое имущество, переданное под выплату ренты, поступило в общую собственность или разделено между несколькими лицами;

д) в других случаях, предусмотренных договором (cт.593 ГК РФ).

Договор пожизненной ренты.
Этот вид договора ренты порождает срочные обязательства по выплате, которые устанавливаются на период жизни получателя ренты. Иначе говоря, смерть получателя ренты является юридическим фактом, с которым связывается прекращение обязательства по выплате пожизненной ренты. Права получателя пожизненной ренты непередаваемы, так как неразрывно связаны с его личностью.

Пожизненная рента может быть установлена на период жизни гражданина, передающего имущество под выплату ренты, либо на период жизни другого указанного им гражданина. Пожизненная рента может быть установлена в пользу нескольких граждан, доли которых в праве на получение ренты считаются равными, если иное не предусмотрено договором пожизненной ренты. При этом в случае смерти одного из получателей ренты его доля в праве на получение ренты переходит к пережившим его получателям ренты, если договором пожизненной ренты не предусмотрю иное, а в случае смерти последнего получателя ренты обязательство выплаты ренты прекращается (п.2 ст.596 ГК
РФ).

Пожизненная рента может быть установлена на период жизни другого гражданина, указанного лицом, передавшим имущество под выплату ренты, следовательно, возможна ситуация, когда договор на таких условиях был заключен, а гражданин, в пользу которого он заключен, к этому времени скончался. Такой договор ничтожен как устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, умершего к моменту его заключения25.

Форма, размер и сроки выплаты пожизненной ренты.

Пожизненная рента может иметь лишь форму денежной суммы, периодически выплачиваемой получателю ренты в течение всей его жизни. Если иное не предусмотрено договором, пожизненная рента выплачивается по окончании каждого календарного месяца. В качестве иного в договоре пожизненной ренты может быть указано, что рентные платежи вносятся авансом за определенный период времени.

Размер пожизненной ренты определяется сторонами в договоре. При этом в расчете на месяц он не может быть меньше установленного законом минимального размера оплаты труда. При увеличении этой суммы размер пожизненной ренты подлежит пропорциональному увеличению (ст.597, 598 ГК
РФ).

Договор пожизненной ренты — это срочная сделка. Обязательства, порожденные ею, могут быть прекращены плательщиком ренты только на общих основаниях. В силу этого даже случайная гибель или случайное повреждение имущества, переданного под выплату пожизненной ренты, не освобождают плательщика ренты от обязательства выплачивать ее на условиях, предусмотренных договором пожизненной ренты (cт.600 ГК РФ).

В отличие от плательщика ренты получатель пожизненной ренты наделяется правом своими инициативными действиями прекратить обязательства из договора пожизненной ренты. Так, в случае существенного нарушения договора пожизненной ренты плательщиком ренты получатель ренты вправе требовать от плательщика ренты ее выкупа на условиях, предусмотренных ст.594 ГК РФ, либо расторжения договора и возмещения убытков. Более того, если под выплату пожизненной ренты квартира, жилой дом или иное имущество отчуждены бесплатно, получатель ренты вправе при существенном нарушении договора плательщиком ренты потребовать возврата этого имущества с зачетом его стоимости в счет выкупной цены ренты (ст.599 ГК РФ).

Договор пожизненного содержания с иждивением.
Его легальное определение дано в ст. 601 ГК РФ. По договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты — гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщику ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица
(лиц).

В многочисленных комментариях к норме ст.601 ГК РФ авторы, разграничивая пожизненную ренту и пожизненное содержание с иждивением, указывают, как правило, на два существенных отличия. От договора пожизненной ренты договор пожизненного содержания с иждивением отличается, в первую очередь, тем, что предметом договора пожизненного содержания с иждивением может быть лишь недвижимое имущество, причем как жилое, так и нежилое. Второе существенное отличие заключается в форме и объеме рентных платежей. В договоре пожизненной ренты, по общему правилу, допускается только денежная форма рентных платежей. В договоре пожизненной ренты с иждивением форма ренты — это обеспечение потребностей получателя ренты в жилище, питании, одежде, а также уход за ним, если это необходимо в силу состояния здоровья получателя ренты. Договором может быть также предусмотрена оплата плательщиком ренты и ритуальных услуг. Закон допускает, что договором пожизненного содержания с иждивением может быть предусмотрена возможность замены предоставления содержания с иждивением в натуре выплатой в течение жизни гражданина периодических денежных платежей. Но при этом, в отличие от договора пожизненной ренты, в договоре пожизненного содержания с иждивением общий объем месячного содержания должен быть не менее удвоенного минимального размера оплаты труда, установленного законом.

Не оспаривая справедливости сказанного, хотелось бы отметить: главное, что отличает обязательства из договора пожизненной ренты от обязательств из договора пожизненного содержания с иждивением, — это особый характер отношений между получателем ренты и лицом, предоставляющим пожизненное содержание и иждивение. Указанный характер отношений обусловлен социальной сущностью и назначением пожизненного содержания с иждивением. Так, необходимость в уходе может возникнуть уже после заключения договора. Но сразу после появления она становится обязанностью плательщика ренты и должна быть исполнена им с учетом сложившихся обстоятельств. Поэтому при разрешении спора между сторонами об объеме содержания, которое предоставляется или должно предоставляться гражданину, суд должен руководствоваться принципами добросовестности и разумности. Нахождение гражданина на пожизненном содержании с иждивением с условием предоставления ему плательщиком ренты жилища и ухода предполагает наличие между ними лично- доверительных отношений. Поэтому в таких случаях существенным нарушением плательщиком ренты своих обязательств, дающим получателю ренты право потребовать возврата недвижимого имущества, переданного в обеспечение пожизненного содержания, либо выплаты ему выкупной цены на условиях, установленных ст.594 ГК РФ, будет считаться, например, моральное насилие, скверное, оскорбительное отношение плательщика ренты к гражданину — получателю ренты.

Реальность прав гражданина — получателя ренты гарантируется, во-первых, тем, что плательщик ренты — собственник недвижимого имущества, приобретенного им по договору содержания с иждивением, вправе отчуждать, сдавать в залог или иным способом обременять это имущество только с предварительного согласия получателя ренты26, а во-вторых, тем, что плательщик ренты обязан принимать необходимые меры для того, чтобы в период предоставления пожизненного содержания с иждивением использование указанного имущества не привело к снижению стоимости этого имущества.

( Морандьер Л.Ж. Гражданское право Франции: Книга 1. М., 1961. С.253, 254.
( Победоносцев К. Курс гражданского права: Часть 3: Договоры и обязательства. СПб., 1890. С.353.
( Доказательство этому можно найти в проекте Книги V Гражданского Уложения, внесенном 14 октября 1913 г. в Государственную Думу (см.: Герценберг В.Э.,
Перетерский И.С. Обязательственное право: Книга V Гражданского Уложения:
Проект, внесенный 14 октября 1913 г. в Государственную Думу. СПб., 1914.
С.199-201).
( Цит. по: Вавин Н.Г. Сделки со строениями. М., 1926. С.112-113.
( Цит. по: Брауде И.Л. Право на строение и сделки по строениям. М., 1954.
С.137.
( См., напр.: Рясенцев В.А. Договор об отчуждении строения на условии пожизненного пользования // Социалистическая законность. 1945. N 1-2. С.23-
26.
Однако следует отметить, что многие ученые вплоть до принятия ГК РСФСР 1964 г. последовательно продолжали считать указанные договоры недействительными
(см., напр.: Брауде И.Л. Указ. соч. С.137-139).
( См.: Хохлов С.А. Рента и пожизненное содержание с иждивением //
Гражданский кодекс РФ. Часть вторая: Текст, комментарии, алфавитно- предметный указатель / Под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова.
М., 1996. С.320.
( См. об этом: Гражданское право: Учебник / Под ред. проф. Е.А.Суханова.
М., 1998. Т.1. С.313, 322.
Безусловно, вопрос о возможности передачи под выплату ренты безналичных денег и бездокументарных ценных бумаг требует дальнейшего обсуждения, так как в настоящее время теоретические проблемы, касающиеся объектов права собственности, природы и сущности безналичных денег и бездокументарных ценных бумаг, не решены и являются предметом многочисленных жестких дискуссий.
( Вместе с тем следует иметь в виду, что при условии отсутствия в законодательстве императивных предписаний о том, что получатель ренты отчуждает плательщику ренты имущество в собственность, нет теоретических препятствий для закрепления в законодательстве возможности передачи под выплату ренты имущественных прав, информации, результатов интеллектуальной деятельности, в том числе исключительных прав на них, выполнения работ и оказания услуг с этой же целью. В качестве примера можно привести норму из гражданского законодательства Японии, которое предусматривает возможность выплаты ренты в форме пожизненного содержания гражданину, проработавшему длительное время в пользу плательщика (см.: Вагацума С., Ариидзуми Т.
Гражданское право Японии: Книга вторая. М., 1983. С.122).
10 Победоносцев К. Указ. соч. С.353-354.
11 В Федеральном законе от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ «О регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» нет прямых предписаний о порядке регистрации договора ренты недвижимости или рентных обременений. Поэтому данное обременение должно регистрироваться в соответствии п.6 ст.12 данного
Федерального закона как обременение права собственности в листе записи о прочих ограничениях в соответствии с п. 59 Правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним (СЗ
РФ. 1998. N 8. Ст. 963).
12 Сказанное свидетельствует о наличии существенного противоречия в формулировке ст. 584 ГК РФ. Ведь получается, что если стороны нотариально удостоверят договор на отчуждение под выплату ренты недвижимого имущества, но не подвергнут его государственной регистрации, то они как участники незаключенного договора не могут требовать применения норм о недействительности сделки, хотя они могли бы требовать этого при игнорировании правил о нотариальном удостоверении договора ренты.
13 Брагинский М.И., Витрянский В.В., Суханов Е.А., Ярошенко К.Б.
Комментарий части второй ГК РФ. М., 1996. С. 54 (автор комментария к гл. 33
— М.И. Брагинский).
14 Здесь уместно сказать о том, что рента может быть основана на договоре аренды. Так, в соответствии с доктриной голландского гражданского права аренда признается вещным правом, и поэтому на арендатора может быть возложена обязанность выплачивать собственнику через регулярные и нерегулярные интервалы времени денежную сумму — ренту (ст.85 Гражданского кодекса Нидерландов) (см.: Гражданский кодекс Нидерландов / Пер. на русск. яз. М. Ферштмана. Лейден, 1996).
15 См.: Иоффе О.С. Обязательственное право. М., 1975. С.295.
Алеаторный характер договора ренты обоснован во французской юридической литературе (см., напр.: Годеме Е. Общая теория обязательств. М., 1948.
С.32; Морандьер Л.Ж. Гражданское право Франции: Книга 3. С.333-338; Саватье
Р. Теория обязательств: Юридический и экономический очерк. М., 1972. С.223-
225) и законодательно закреплен в ст.1964 Гражданского кодекса Франции
(см.: Французский гражданский кодекс 1804 года / Пер. с фр. И.С.
Перетерского. М., 1941). Справедливости ради необходимо отметить, что в литературе высказывались сомнения в алеаторном характере постоянной ренты
(см., напр.: К. Победоносцев. Указ. соч. С.352-353). Гражданский кодекс
Франции в ст.1964 относит к рисковым договорам только договор пожизненной ренты.
16 Морандьер Л. Ж. Гражданское право Франции. Книга 3. М. 1961. С. 333-334.
17 Игнорирование положений п.2 ст.585 ГК РФ о субсидиарном применении к договору ренты норм о договоре купли продажи и договоре дарения служит основанием для выводов, не совсем точно отражающих нормативную конструкцию договора ренты в российском гражданском законодательстве. М.И. Брагинский пишет: «Прежде всего, как и заем, рента — реальный договор. Этот договор начинает действовать с момента, когда получатель ренты передает плательщику ренты в собственность соответствующее имущество. Само соглашение о ренте до передачи имущества никаких правовых последствий не влечет» (см.:
Комментарий части второй ГК РФ для предпринимателей. М., 1996. С. 53).
18 Отметим, что еще в 1956 г. проф. В.П. Грибанов, анализируя соотношение договора купли-продажи строений и акта его государственной регистрации, пришел к выводу о том, что такие договоры нельзя отнести «к договорам консенсуальным, и традиционная римская классификация договоров оказывается в данном случае непригодной» (см.: Грибанов В.П. Договор купли-продажи по советскому гражданскому праву. М., 1956. С.13).
19 Не случайно выдающийся российский цивилист советского периода О.С.
Иоффе, относивший государственную регистрацию сделки к ее форме, считал, что договор дарения жилого строения, подлежащий государственной регистрации, как и договор пожизненного содержания, заключенный под отчуждение жилого дома, является консенсуальным договором (см.: Иоффе О.С.
Указ. соч. С. 293, 397).
20 В этой связи один из авторов проекта гл. 33 ГК РФ С.А. Хохлов писал:
«Предполагается, что меньший объем содержания не обеспечивает целей договора, превращает его либо в притворный, прикрывающий другую сделку
(например, дарение), либо в кабальный для получателя» (см.: Хохлов С.А.
Указ. соч. С.328).
21 С учетом сказанного явно небесспорным представляется мнение В.Н.
Литовкина. Комментируя ст. 586 ГК РФ, он утверждает, что для отчуждения обремененного рентой недвижимого имущества новому приобретателю имущества согласия получателя рентных платежей не требуется (см.: Комментарий к
Гражданскому кодексу РФ, части второй (постатейный). М., 1996. С.162).
22 Следует учитывать, что действующие федеральные законы от 16 июля 1998 г.
N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» и от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ
«О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» не определили порядок регистрации права залога на недвижимое имущество, возникающее не из договора, а непосредственно в силу указания закона.
Поэтому в настоящее время можно говорить о том, что подобное право залога возникает между получателем рентных платежей и собственником недвижимого имущества, переданного под выплату ренты, но нельзя утверждать, что оно возникло и для третьих лиц. В связи с этим правило п.1 ст.587 ГК должно быть тщательно отработано в договоре.
23 Хохлов С.А. Указ. соч. С.320.
24 См., напр.: Советский энциклопедический словарь. М., 1986. С.1119.
25 Наряду с указанным Французский гражданский кодекс признает ничтожным договор пожизненной ренты, заключенный «в пользу лица, пораженного болезнью, от которой это лицо скончалось не позднее 20 дней со дня заключения договора» (см.: Морандьер Л. Ж. Указ. соч. С.334). Такое положение целесообразно ввести и в российское законодательство. Оно стало бы средством борьбы со злоупотреблениями при использовании рентных договоров в неблаговидных целях.

ВВЕДЕНИЕ

На протяжении множества веков, тысячелетий, начиная с самого момента зарождения общества, деления его на классы, люди пытались создать идеальное государство, которое удовлетворяло бы всех.

Попытки создания такого государства известны уже в трудах Платона и
Аристотеля.

Платон и Аристотель являются одними из самых известных философов древности. Труды Платона, например, оказали наибольшее влияние на последующие эпохи.

Самыми важными проблемами его философии являются:
— утопия, которая была самой ранней из утопий;
— теория идей, представлявшая собой первую попытку взяться за еще не разрешенную проблему универсалий;
— аргументы в пользу бессмертия;
— космогония;
— концепция познания.

Вероятно от Сократа Платон унаследовал интерес к занятиям этическими проблемами и тенденцию к поиску, скорее, теологического, чем механического обоснования мира.

Как это связано с авторитаризмом в политике?

Во-первых, “… так как благо и реальность вне времени, то самым лучшим будет такое государство, которое ближе всего к божественному образу и обладает минимум изменений и максимум статического совершенства, и его правителями должны быть такие люди, которые лучше всех понимают вечное благо. Во-вторых, Платон, подобно всем мистикам, обладает твердой уверенностью в правильности своих убеждений. В-третьих, необходимо серьезное образование, чтобы воспитать правителя по принципам Платона. В- четвертых, Платон придерживается убеждения, что досуг необходим для достижения мудрости.”[1]

УТОПИЯ ПЛАТОНА

Самый важный диалог Платона — “Государство”, формальная цель которого определить “справедливость”. Но уже на ранней стадии было решено, что поскольку легче увидеть вещь в большом, чем в малом, то лучше расследовать то, что составляет справедливое государство, чем то, что составляет справедливого индивида.

И поскольку справедливость должна иметь место среди атрибутов самого лучшего воображаемого государства, надо сначала обрисовать такое государство, а затем решать, какое из совершенств надо назвать
“справедливостью”.

Платон начинает с того, что решает разделить граждан на три класса: простых людей, вассалов, стражей. Только стражи должны обладать политической властью. Стражей должно быть значительно меньше, чем людей, принадлежащих к первым двум классам. По-видимому, в первый раз они должны избираться законодателями; после этого их звание переходит по наследникам, но в исключительных случаях подающий надежды ребенок может выдвигаться из низших классов, тогда как детей стражей, не отвечающих требованиям, могут исключить из класса стражей.

Основной проблемой, по мнению Платона, является обеспечение того, чтобы стражи осуществляли намерения законодателя. С этой целью он вносит различные предложения, касающиеся образования, экономики, биологии и религии. Не всегда ясно, насколько эти предложения относятся к другим классам кроме стражей, ясно, что некоторые из них относятся к воинам. Но
Платон интересуется в основном лишь стражами, которые должны являться обособленным классом, подобно иезуитам в старом Парагвае, и духовенству в церковных государствах до 1870 года.

Воспитание должно, по-видимому, развивать у детей такие качества, как наблюдательность, серьезность, соблюдение внешних приличий и мужество.

Должна существовать строгая цензура на литературу, которую можно было бы читать с раннего детства, и на музыку, которую позволялось слушать.
Матери и няни должны рассказывать только разрешенные рассказы.

Тренировка тела должна быть очень суровой. Никто не должен есть мясо или рыбу иначе, как в жареном виде, и не должно быть соусов и кондитерских изделий. Люди, воспитанные таким образом, говорит Платон, не будут нуждаться во врачах.

До определенного возраста молодежь не должна видеть неприятных вещей или порока, но в соответствующий момент их следует подвергнуть
“обольщениям”, как в виде ужасов, так и в виде дурных удовольствий, которые не должны соблазнять. Когда же они выдержат такие испытания, их будут считать годными стать стражами.

Друзья в таком государстве должны иметь все общее, включая женщин и детей. Платон полагает, что это представляется трудным, но не считает эти трудности непреодолимыми. Девушки в таком государстве должны получить точно такое же образование, как и мужчины, изучая музыку, гимнастику и военное искусство.

Одинаковое воспитание, которое сделает мужчин хорошими стражами, сделает хорошими стражами также и девушек. “В отношении к охранению государства природа мужчин и женщин такая же самая.”[2]

Несомненно, различия между мужчиной и женщиной существуют, но, как говорил Платон, они никакого отношения не имеют к политике. Некоторые женщины склонны к философии и могли бы быть хорошими стражами, а некоторые женщины воинственны и годятся в качестве воинов.

Законодатель, избрав в качестве стражей несколько женщин, прикажет им жить в общих домах и питаться за одним столом. Брак будет радикально преобразован: “Все эти женщины должны быть общими всем этим мужчинам, ни одна не должна жить часто ни с одним.”[3]

На некоторых праздниках женихов и невест будут соединять, как им внушат, по жребию, в таком количестве, которое необходимо для сохранения постоянной численности населения. Но на самом деле правители будут производить манипуляции со жребиями, исходя из евгенических интересов. Все дети будут отбираться у своих родителей, и будут приняты серьезные меры предосторожности, чтобы родители не знали, которые дети являются их детьми, а дети не должны знать, кто является их родителями.

Детей с физическими недостатками и детей худших родителей “станут скрывать в неизвестном месте”.[4]

Поскольку ребенок не знает, кто его отец, то он должен называть ”отцом” каждого мужчину, который по возрасту мог бы быть его отцом. Это также отностится к “матери”, “брату” и так далее.

Предполагается, что чувства, связываемые в настоящее время со словами
“брат”, “сестра”, “мать” и так далее. будут все еще связываться с ними и при новых порядках, установленных Платоном.

Например, молодой человек не будет бить старика, потому что этот старик может оказаться его отцом.

Мотивы подобного поведения были бы сходны с теми, что привели в свое время к безбрачию духовенства.

Слово “справедливость”, как оно употребляется до сих пор в праве, более подходит к концепции Платона, чем слово “справедливость”, используемое в политической спекуляции. Под влиянием демократической теории мы стали ассоциировать справедливость с равенством, тогда как для Платона она не имела такого значения.

Первое определение справедливости, предложенное в начале “Государства”, гласит, что она состоит в уплате налогов. Это определение вскоре остается, как несоотсетствующее, но кое-что от него остается и в конце.

Следующее соображение состоит в том, что определение “справедливости” у
Платона предполагает государство, образованное либо согласно традиции, либо согласно теории, и осуществляющее в целом какой-то эпический идеал.
Справедливость, по Платону, состоит в том, что каждый человек выполняет свою собственную работу. Работа в государстве Платона должна определяться или в зависимости от собственных вкусов человека, или на основании суждения о его способностях государства.

Государство Платона, в противоположность всем нынешним утопиям, было задумано, вероятно, для воплощения в реальной жизни, так же как и многие его утопии, практически реализованные в Спарте.

Еще будучи молодым, Платон сам дает формулировку, которая в точности определила его будущую деятельность, как философскую, так и политическую.

“Я был неотвратимо приведен к убеждению, что беды государства не прекратятся до тех пор, пока раса чистых, подлинных философов не придет к власти.” [5]

Та же альтернатива спасения поставлена и в “Государстве”: “Пока в городах не будут или нынешние философы царствовать, или нынешние цари и властители искренне и удовлетворительно философствовать, пока государственная сила и философия не совпадут в одно… дотоле, думаю, ни города, ни даже человеческий род, не жди конца злу…”[6]

Платон все-таки не отошел от своего врожденного призвания- политической деятельности.

Философия, которую он разрабатывает, метафизика, которую он поднимает, только прелюдия к его основному делу — политики города- государства. Не Афин, а государства завтрашнего дня, в котором философы будут правителями.

Но что же это за политика, которой Платон намерен заниматься?

Уже в “Горгии”, в котором как бы заложена мудрость, предложенная Афинам, это сказано, и сказано предельно ясно. Истинная политика заключается в том, чтобы просто улучшать граждан в государстве путем воспитания.

Платоновское государство явило людям 1V века до н.э. обманчивый образ государства полного равновесия, в котором ничто не нарушит порядок, установленный раз и навсегда. Именно в этом одна из наибольших странностей государства, которое он нам предлагал. Ничто и никогда здесь не движется. Это государство, в котором прогресс практически исключается. Такое государство, как совершенное, предназначено вечности.
Прогресс, по мнению Платона, в этом равновесии абсолютной справедливости, или скорее движение, мог бы стать только синонимом упадка.
Действительно, в стране, где лишь философы обладают полнотой знаний и при этом никогда не ошибаются, — в таком государстве ничего не происходит. Это как бы упразднение самой истории, что как будто и имел в виду Платон.

Но человек не создан для такого недвижимого рая. История увлекает его. История делает человека, а человек — историю. Статичные века не более, чем видимость. Спустя много веков, после того, как Платон, создав
“Государство”, думал, что подписал смертный приговор демократии, стремление к ней вновь “… вспыхнет в самом сердце незыблемого христианского средневековья, вместе с борьбой за коммуны в Италии и во
Франции. Затем придет 1789 год.., за ним 1848… А потом эти “Десять дней, которые потрясли мир”…История человечества еще лишь начинается…” [7]

“ ПОЛИТИКА “ АРИСТОТЕЛЯ

Читая какого-либо выдающегося философа, особенно Аристотеля, необходимо изучать его в двух аспектах: в связи с его предшественниками, и в связи с его приемниками.

В первом аспекте заслуги Аристотеля огромны, во втором — в равной степени огромны и его недостатки. Однако, за его недостатки более ответственны его приемники, чем он сам.

Аристотель жил в конце творческого периода в “ греческой мысли”, и после его смерти прошло две тысячи лет, прежде чем мир произвел на свет нового философа, приблизительно равного Аристотелю. К концу этого периода авторитет Аристотеля стал таким же бесспорным, как и авторитет церкви.

“Политика” Аристотеля интересна и в то же время важна. Интересна она тем, что показывает предрассудки, присущие грекам того времени, а важна как источник многих принципов, влияние которых сохранилось до конца средних веков.

Книга начинается с указания на важнейшее значение государства: это высшего рода сообщество и направлено оно к величайшему благу. Сначала шла семья, она строилась на двух взаимоотношениях: мужчины и женщины, господина и раба. Причем оба эти вида отношений естественны.

Несколько объединенных семей образуют селение, несколько селений — государство, при условии, что количество селений достаточно велико, чтобы удовлетворять собственным потребностям. Государство, по своей природе, хотя и появилось позже семьи, стоит выше нее и даже выше индивида, ибо
“…то, чем становится вещь в полном своем развитии и есть ее натура”[8], а человеческое общество в полном своем развитии и есть государство, а целое выше части. Изложенная здесь концепция есть концепция “организма”.
Рука, когда тело уничтожено не является более рукою, говорит Аристотель.
Здесь говориться о том, что “рука” должна определяться своей функцией
— схватывать, которую она не может осуществить тогда, когда не присоединена к живому телу. Подобным же образом индивид не может выполнять свои функции, не являясь частью государства.

“Тот, кто основал государство, был величайшим из благодетелей, ибо без закона человек худшее из животных, а закон своим существованием обязан государству.” [9]

Государство не только общество для товарного обмена и предотвращения преступлений. “…Целью государства служит благая жизнь… само же государство представляет собой общение родов и поселений, ради достижения совершенного, самовладеющего существования, которое состоит в счастливой и прекрасной жизни.”[10]

“Государственное общение имеет в виду проявление прекрасной деятельности, а не просто совместное жительство.” [11]

Аристотель критикует утопию Платона. Особенно интересны его комментарии, в которых и согласно которым, “утопия” приписывает слишком много единства государству и превращает его в индивид.

“Платоновский коммунизм” раздражает Аристотеля. Собственность должна быть частной, но у людей следует воспитывать благотворительность, так, чтобы использование этой собственности было, в основном, общим.
Благотворительность и щедрость — добродетели, а без частной собственности они невозможны. В вопросе с рабством Аристотель не верит в равенство. Он, хотя и допускает подчинение рабов и женщин, но все еще остается вопрос: должны ли быть все граждане политически равными?

Правительство тогда хорошо, когда его целью является благо всего общества, и плохо, когда оно заботится только о себе.

Есть три рода хороших правительств: монархия, аристократия, конституционное правление (полития).

Есть три плохих: тирания, олигархия, демократия.

Существует также множество промежуточных форм. Надо отметить, что плохие и хорошие правительства определяются этническими качествами тех, кто находится у власти, а не формой конституции. Это, однако, верно лишь отчасти. Аристократия — есть правление людей добродетельных, олигархия — правление богатых. Аристотель не считает богатство и добродетель понятиями тождественными. В соответствии с доктриной золотой середины он утверждает, что умеренный достаток скорее всего ассоциируется с добродетелью: “…не добродетели приобретаются и охраняются внешними благами, но наоборот, внешние блага приобретаются и охраняются добродетелями.., счастье в жизни, будет ли оно выражаться в наслаждении или в добродетели, или в том и в другом, соответствует тем людям, которые в переизбытке украшены чистым сердцем и тонким разумом , и которые обнаруживают умеренные требования в приобретении внешних благ в гораздо большей степени, чем те, которые обладают внешними благами в большей степени, чем это нужно, тогда как в благах внутренних у них ощущается недостаток.”[12]
Поэтому есть разница между правлением лучших (аристократия) и правлением богатейших (олигархия), ибо лучшие обладают , по-видимому, умеренным состоянием. Есть разница также между демократией и политией (кроме этнической разницы в правлении), ибо то, что Аристотель называет политией сохраняет некоторые элементы олигархии. Но между монархией и тиранией разница лишь этническая.

Аристотель видит различие между олигархией и демократией в экономическом статусе правящей партии: “… олигархия есть то, годе богатые управляют, не принимая в расчет бедных( демократия — то, где бедные управляют, и они пренебрегают интересами богатых.”[13]
Монархия лучше, чем аристократия, аристократия лучше, чем полития, но хуже всего коррупция, поэтому тирания хуже, чем олигархия, а олигархия хуже, чем демократия. Таким путем Аристотель приходит к ограниченной защите демократии: “… поскольку большинство правлений плохо, демократию можно считать лучшей.” [14]
Греческая концепция демократии была более крайней, чем наша во всех отношениях. Например, Аристотель говорит, что избирать правителей — олигархично, а назначать — демократично.

“Государство должно быть достаточно большим, чтобы в той или иной степени удовлетворять собственным потребностям, но оно не должно быть слишком велико для конституционного правления. Оно должно быть достаточно мало, чтобы граждане знали друг друга по репутации, иначе выборы или судебные процессы не могли бы вестись более или менее правильно. Территория должна быть настолько мала, чтобы всю ее можно было обозреть с вершины холма.”[15]
Государство должно само удовлетворять свои потребности и иметь экспорт и импорт, т.е. внутреннюю и внешнюю торговлю.

“Цель государства воспитывать культурных людей, у которых ум аристократа соединяется с любовью к наукам и искусству.”[16] Такое соединение в своем высшем совершенстве существовало в Афинах времен Перикла, не в широких массах населения, но среди зажиточных людей. Оно начало распадаться в последние годы жизни Перикла…

“ЛЕВИАФАН” ГОББСА

Гоббс (1588-1679 гг.) является таким философом, которого трудно причислить к какому-либо направлению. Он был импириком, как Локк, Берк и
Юм, но в отличие от них , был приверженцем математического метода не только в математике, но и в других отраслях знаний. На его общее воззрение
Галилей оказал большее влияние, чем Бэкон. Но у Гоббса очень много недостатков наряду с его достоинствами. Он нетерпелив к тонкостям и слишком склонен разрубать “гордиевы узлы”. Его решения проблем логичны, но сопровождаются пренебрежением к грубым фактам. Он энергичен, но груб. Он лучше владеет алебардой, чем рапирой. Несмотря на это, его теория государства заслуживает тщательного рассмотрения, тем паче, что она более современна, чем любая предыдущая теория, даже теория Маккиавелли.

Договор происходит между гражданами и правящей властью, как это было впоследствии у Локка, Руссо( этот договор заключается гражданами между собой в том, чтобы повиноваться той власти, которую избирает большинство.
Избранием этой власти политические полномочия заканчиваются граждан заканчиваются. Меньшинство связано повиновением государству также, как и большинство, так как договор обязует повиноваться правительству, избранному большинством. Когда правительство избрано, граждане теряют свои права, за исключением тех, которые сочтет целесообразным предоставить им правительство. Отрицается право восстания, так как правительство не связано ни какими обязательствами, ни какими договорами, тогда как подданные его связаны. Объединенное таким образом множество людей , называется государством.

Гоббс предпочитает монархию другим формам правления, в которых есть одна верховная власть, не ограниченная юридическими правами других органов власти. Он может примириться только с парламентом, но не с системой, в которой правительственная власть разделена между королем и парламентом. Это прямой антитезис на взгляды Локка и Монтескье.

Верховная власть, будь то один человек или собрание лиц, называется сувереном.

Власть суверена, в системе Гоббса, неограничена. Он имеет право цензуры над всяким проявлением общественного мнения. Законы собственности должны быть полностью подчинены власти суверена, так как в естественном состоянии нет собственности, и, поэтому, собственность создана правительством, которое может контролировать свое творение как угодно.

Допускается, что суверен может быть деспотичным, но даже худший деспотизм лучше, чем анархия. Кроме того, интересы суверена во многих отношениях совпадают с интересами его подданных. Он богаче, если богаче они, он в большей безопасности, если они послушны законам.

Во всем “Левиофане” Гоббс нигде не рассматривает возможность влиять периодическими выборами на стремления собрания пожертвовать общими интересами ради личных интересов своих членов.

Участие народа, согласно системе Гоббса, исчерпывается первым избранием монарха .Престолонаследование должно определяться монархом.

Свобода, по мнению Гоббса, это отсутствие внешних препятствий к движению.
В этом смысле свобода совпадает с необходимостью. Что касается граждан, то они свободны там, где не распространяется действие законов. Это не является ограничением верховной власти, так как действие законов могло бы быть распространено, если бы этого захотел суверен. Подданные не имеют прав в отношении монарха, за исключением тех, которые суверен уступит добровольно.

Гоббс, однако, в одном ограничивает обязанность подчиняться суверенам. Он рассматривает право самосохранения, как абсолютное. Подданные имеют право защиты даже против монархов. Это логично, так как сохранение является лейтмотивом в учреждении права. На этой основе, Гоббс считает, что человек может отказаться сражаться, когда к этому призывает правительство. Это то право, которое ни одно современное правительство не признает. Гоббс оправдывает, правда, сопротивление правительству только в случае самозащиты, сопротивление же с целью защиты другого всегда преступно.

Еще одно логическое исключение: человек не имеет обязанностей перед правительством, у которого нет сил для его защиты.

Право собственности имеет силу только в отношении других подданных, в отношении суверена оно не имеет силы. Суверен имеет право регулировать внешнюю торговлю. Он не подчиняется гражданскому праву.

По мнению Гоббса, причинами, вызывающими распад государства, кроме его завоевания, являются:
— предоставление суверену малой власти;
— разрешение личных суждений подданным;
— теория о том, что все, что против совести, является грехом;
— признание абсолютного права частной собственности;
— разделение верховной власти; — подражание грекам и римлянам;
— отделение светской власти от духовной;
— отказ суверену в налогообложении;
— популярность могущественных подданных и свобода спора с сувереном.

В политике “… имеется два различных вопроса: один о лучшей форме государства, другой — о его власти. Лучшей формой государства является монархия, но не это представляет важнейшую часть его доктрины. Важнейшая часть доктрины заключается в том, что власть государства должна быть абсолютной. Эта доктрина возникла в Западной Европе в период Возрождения и
Реформации.”[17]

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ ЛОККА

Локк является наиболее удачливым из всех философов: он закончил свою работу по теоретической философии как раз в тот момент, когда правление в стране попало в руки людей, которые разделяли его политические взгляды. В последующие годы многие наиболее влиятельные и энергичные политики и философы поддерживали на практике и в теории взгляды, которые он проповедовал. Его политические теории, развитые Монтескье, находят применение повсюду, где существует спор между президентом и конгрессом; они отражены и в американской конституции. На его теории еще около пятидесяти лет назад основывалась британская конституция. Так же обстояло дело и с французской конституцией, принятой в 1871 году.

Во Франции XVIII века Локк своим влиянием, а оно было огромным, обязан сначала Вольтеру, который “… будучи молодым человеком провел некоторое время во Франции и Англии, и в “Философских письмах” проповедовал своим соотечественникам английские идеи. За ним пошли философы и умеренные реформаторы; крайние же революционеры пошли за Руссо. Его французские последователи, правы они были или нет, верили в тесную связь между теорией познания Локка и его взглядами на политику.”[18]

“Для того, чтобы принять право политической власти и установить ее происхождение, мы должны рассмотреть, какое состояние для людей естественно, т.е. состояние абсолютной свободы, чтобы направлять свои действия и распоряжаться своей собственностью и личностью по своему усмотрению в рамках естественного закона, не спрашивая разрешения и не завися от чьей-либо воли.”[19]

“Это было, конечно, состояние равенства, при котором вся власть и юрисдикция являлись взаимными: ни один человек не имел больше, чем другой.
Нет ничего более очевидного, что творение одних и тех же классов, беспорядочно родившихся с одними и теми же природными задатками и с использованием одинаковых способностей должны быть равны между собой без субординации и подчинения. Если только повелитель, вышедший из их сферы не декларирован каким-либо манифестом, что его воля подчиняет себе волю других, и не было даровано ему очевидным и ясным определением несомненного права владения и суверенитета.”[20]

“Но, хотя это естественное состояние и является состоянием свободы, оно не есть состояние своеволия: хотя человек в этом состоянии обладает бесконтрольной свободой, чтобы располагать собой или своим имуществом, все- таки у него нет свободы убить себя или, даже, любое живое существо, которым он владеет, за исключением тех случаев, когда другая, более благородная цель , чем простое самосохранение призовет его к этому. У естественного состояния есть естественный закон, который управляет им, который связывает его и каждого; и разум, являющийся таким законом, учит все человечество, кто бы не советовался с ним, что все живые существа равны и независимы, никто не имеет права причинить вред жизни, здоровью или имуществу или имуществу другого, и все мы собственность Бога.”[21]

“Самое большое возражение естественному состоянию заключается в том, что пока оно существует, каждый человек — судья в своем собственном деле, так как он может полагаться только на себя в защите своих собственных прав. Для этого зла правительство служит лекарством, но не является естественным лекарством. Естественного состояния избегли посредством договора, создавшего государство.”[22]

Никакой договор не прекращает естественного состояния, исключая лишь то, что создается государство. Различные правительства независимых государств сейчас находятся в естественном состоянии по отношению друг к другу.

Естественное состояние, как сообщается в отрывке, направлено против
Гоббса, и тождественно состоянию войны, а, пожалуй, ближе к его противоположности.

“Главной и основной целью людей, объединявшихся в государство и подчиняющих себя власти правительства, являлось сохранение собственности, чему в естественном состоянии не достает многого.”[23]

Юридические права можно определить так: “… вообще говоря, человек имеет юридическое право обратиться к закону, чтобы тот защитил его против оскорбления. Человек, вообще, имеет право на свою собственность, но, если, скажем, у него есть незаконный запас кокаина, то он не имеет юридического права против того, кто его похитит. Но законодатель должен решить, какие юридические права создавать, и, неизбежно возвращаясь к концепции прав, как таких должен охранять закон.”[24]

В политической мысли XVII века существовало два типа теорий о происхождении государства. Пример первого можно найти у Роберта Филмера.
Теории этого направления утверждают, что Бог даровал власть определенным людям и, что эти люди и их наследники составляют законное правительство, выступление против которого является не только нарушением закона, но и богоотступничеством. Эта точка зрения опиралась на традиции классической античности, так как почти во всех других государствах личность монарха была священна. Естественно, что короли относились к этим теориям одобрительно.

Теории второго основного типа утверждают, что государственная власть — это результат договора, и является делом чисто земным, а не чем-то установленным свыше. Одни писатели этого направления рассматривали общественный договор, как исторический факт, другие — как правовую абстракцию, но всех их объединяло стремление обосновать земное происхождение государственной власти.

Гражданское общество подчиняется власти большинства, если только не достигнуто соглашение о том, что “… некое другое большинство превышает простое большинство.”[25]

Это звучит вполне демократично, но надо учесть, что Локк предполагает, что женщины и бедняки лишены права гражданства.

“Возникновение политического общества зависит от согласия индивидуумов объединиться и образовать общество. До некоторой степени сомнительно, что когда-нибудь можно было бы объединиться и создать такое общество, такого согласия. Хотя можно допустить, что создание государства предшествовало самой истории.”[26]

Гражданский договор, которым учреждается правительство, связывал только тех, кто его заключил. Сын должен заново выразить согласие с договором, заключенным его отцом.

“Верховная власть ни у кого не может отнять ни частицы его имущества без его согласия.”[27]

Еще более поразительно его утверждение, что хотя верховное командование и обладает властью над своими солдатами, оно не имеет право распоряжаться их деньгами.

Расходы по содержанию правительства должны нести все граждане, по мнению
Локка, но только с их согласия, т.е. с согласия большинства.

Теория, что законодательная, исполнительная и судебная функции были разделены, представляет собой характерную черту либерализма; она возникла в
Англии во времена борьбы со Стюартами и наиболее четко формулируется
Локком, по крайней мере в отношении законодательной и исполнительной властей. Законодательная и исполнительная власти должны быть разделены, говорил он, чтобы избежать произвола и злоупотребления властью.

Конечно, нужно понимать, что когда он говорил о законодательной власти, то подразумевал парламент, а когда об исполнительной — короля.

Соответственно, ”… он считает законодательную власть добродетельной, а исполнительную — безнравственной.”[28]

Значит, подобно английской палате общин, представителей законодательной власти необходимо время от времени избирать путем народного голосования.

В хорошо организованном правлении, говорит Локк, законодательная и исполнительная власти отделены друг от друга.

В споре между законодательной и исполнительной властью, считает Локк, в некоторых вопросах нет судьи на земле и так как небеса не высказывают ясного мнения, то это фактически означает, что решение может быть достигнуто только в борьбе, так как принято считать, что небеса дают победу равному. Подобная точка зрения присуща любой доктрине, исходящей из разделения властей.

“Политическая философия Локка была правильной и полезной до промышленной революции. С того времени все больше росла ее неспособность дать ответ на важнейшие проблемы. Власть собственности, сосредоточенная в руках огромных корпораций, превзошла все, что когда-либо воображал Локк. Необходимые функции государства, например, в области образования, увеличились чрезвычайно. Национализм породил союзы, а иногда приводил к слиянию экономической и политической власти, делая войну составной частью конкуренции. У каждого отдельного гражданина нет больше власти и независимости, которыми он должен обладать по теории Локка.”[29]

КАНТ О ГОСУДАРСТВЕ

В философии XVIII века преобладал английский эмпиризм, в качестве представителей которого можно назвать Локка, Юма и Беркли. “У этих людей существовал конфликт, которого они сами, по-видимому, не осознавали, между складом их ума и тенденцией их теоретических учений. По складу ума, они были социально мыслящими гражданами, ни коим образом не притязательными и не мыслящими напрасно о власти и настроенными в пользу терпимого мира, где в пределах закона каждый мыслящий человек может поступать так, как ему удобно. Они были добродушными людьми, вежливыми и добрыми. Но в то время, как их характер был общественным, их теория вела к субъективизму.
Субъективизм не был новым направлением, он существовал в поздней античности… Он был возобновлен в новое время декартовским cogito и достиг кратковременной кульминации в монадах без окон Лейбница. Лейбниц полагал, что все в его опыте было бы неизменным, если бы остальной мир был бы уничтожен. Тем не менее он посвятил себя воссоединению католической и протестантской церкви. Подобная непоследовательность проявляется также у
Локка, Беркли и Юма.”[30]

“Государство есть соединение некого множества людей под господством права.”[31] Каждый из этого некого множества руководствуется тем, что он не должен быть средством достижения цели, напротив, человек — есть цель.

На вопрос, как обеспечить взаимную ответственность граждан и государства, государственной власти, Кант отвечает: “Лучшая форма правления из всех испытанных — республиканская, но и она не гарантирует от произвола и перерождения властей, если нет разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную.”[32]

Из ветвей власти законодательной отводится первое место, судебной — особенное, ибо только здесь гражданин может и должен находить эффективную защиту от произвола. Независимость судебной власти диктуется опытом: никогда еще не было такого властвующего, который не хотел бы использовать власть себе на пользу. Здесь заключена идея конституционного суда. Кант полагает естественным, что каждый человек, независимо от его социального статуса, обладает совокупностью прав: вечных и неизменяемых независимо от чужой воли, свобода самоопределения настолько широкая, насколько она совмещается со свободой других. Никого нельзя обязывать к чему-либо большему, чем это требует совокупность выгод. Все другие права, включая избирательное, Кант относит к разряду приобретаемых. К приобретаемым относятся права такие, как: имущественные, семейные, обязательственные и так далее.

ФИЛОСОФИЯ ГЕГЕЛЯ

Философия Гегеля была кульминационным моментом развития немецкой философии, которое начиналось с Канта. Хотя Гегель часто критиковал Канта, его система никогда не смогла бы возникнуть без системы последнего. Его влияние, хотя и уменьшившееся, было сильно не только в Германии. В конце
XIX века большинство философов в Америке и Великобритании были гегельянцами. Подчеркивание Гегелем роли нации вместе с его специфическим понятием “свободы”, объясняет его прославление государства — очень важную сторону его философии. Он развивает свою философию государства и в
“Философии истории”, и в “Философии права”. Она в основном совместима с его общей метафизикой, но не обусловлена ею с необходимостью. В некоторых отношениях, например, в рассмотрении отношений между государствами, его восхищение национальным государством заходит так далеко, что несовместимо с его предпочтением целого частям.

Гегель требует для государства такого же положения, как св. Августин и его католические предшественники требовали для церкви. Привычка говорить о государстве, как если бы было только одно государство, ведет к заблуждению, так как не существует мирового государства.

Так как долг Гегеля является отношением индивидуума к своему государству, то не остается никакого другого принципа, с помощью которого можно было бы придать моральный характер между государствами. Это Гегель признает. Во всех отношениях, говорит он, государство является индивидом, и каждое государство независимо от других. Цель государства не только сохранение жизни и собственности граждан, и это дает моральное оправдание войне, которая не должна рассматриваться как абсолютное зло или случайность, или как имеющая причину в чем-то, чего не должно быть.

Гегель под этим подразумевает, что в определенных ситуациях нация не имеет права избегать войны. Он выступает против создания таких учреждений, как мировое правительство, которые предупреждали бы возникновение подобных ситуаций.

Так как государства выступают друг по отношению к другу как находящиеся в естественном состоянии, то отношения между ними не являются ни правовыми, ни нравственными. Их права имеют свою реальность в их частных волях, и интерес каждого государства наиважнейший его закон.

Государство, очевидно, ценно, как средство: оно защищает нас от воров и убийц, оно строит дороги, школы и так далее. Оно может быть также плохим, как средство, например, ведя несправедливую войну. Гегель утверждает, что
“… граждане существуют ради государства.”[33]

ОСНОВНЫЕ ПРИНЦИПЫ ФОРМИРОВАНИЯ

ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА

В представлении большинства, государство является каким-то безжалостным деспотом, которое довит и губит людей. Государство — это чудовище, тот зверь Левиафан, как называл его Гоббс, которое поглощает людей целиком, без остатка. Для нас, русских, государство — это несправедливые войны, ведущие к подчинению, порабощению слабых и небольших национальностей великими и могучими нациями. Наконец, государство — это организация экономически сильных для подавления и эксплуатации экономически слабых.

Возникает вопрос, в действительности государство создано для того, чтобы угнетать, подавлять и мучать слабую личность?

Культурный человек и государство — это два понятия, взаимно дополняющие друг друга. Поэтому культурный человек даже немыслим без государства.

И, конечно, люди создают, сохраняют, защищают свои государства не для взаимного мучительства, угнетения и истребления. Иначе государства давно распались бы и прекратили свое существование. Из истории мы знаем, что государства, которые только угнетали своих подданных, давно прекратили свое существование. Их место занимали государства, более удовлетворяющие требованиям своих граждан. Никогда государство не могло продолжить свое существование только насилием и угнетением. У жизнеспособных государств такие периоды были всегда только временны. Наступала новая эпоха и государство всегда выходило на широкий путь осуществления своих настоящих целей и истинных задач.

В чем же, однако, истинные цели и задачи государства?

Они заключаются в осуществлении солидарных интересов людей. Государство и есть само по себе самая всеобъемлющая форма солидарности между людьми.
Общее благо — вот формула, по которой определяются настоящие цели и задачи государства.

То, что сущность государства в солидарных отстаиваниях интересов людей, это сказывается даже в отклонениях от истинных целей государства. Даже наиболее жестокие формы государственного угнетения обыкновенно оправдывались соображениями об общем благе.

Способствуя росту солидарности между людьми, государство возвышает и облагораживает человека. В облагораживающей и возвышающей роли и заключается истинная сущность государства и его идеальная природа.

Фихте считал, что “… государство дает наиболее полно осуществить свое
“я”; государство — это самое могучее проявление личности.”

Гегель видел в государстве наиболее полное воплощение саморазвивающейся идеи. Поэтому он называл государство “земным Богом”.

Возвращаясь к двум противоположным взглядам на государство, как на олицетворение насилия в виде зверя Левиафана и на государство, как на воплощение идеи, высшее проявление земного Бога, мы должны указать, что эти два различных взгляда соответствовали двум различным видам государств.

Гоббс, рисуя свой образ государства-зверя, имел в виду абсолютное монархическое или деспотическое государство. Неограниченность полномочий государственной власти и всецелое поглощение и придают абсолютно- монархическому государству звериный вид. В противоположность Гоббсу, Фихте и Гегель подразумевали под государством исключительно правовое государство.

“Притом они представляли государство таким, каким оно было в передовых странах той эпохи, как совокупность принципов, которые должны были осуществляться в правовом государстве.”[34]

“Правовое государство — это высшая форма государственного быта, которую выработало человечество, как реальный факт.”[35]

В идеале есть более высокие формы государственности, например, социалистическое государство. Но социалистическое государство нигде не было осуществлено как реальных факт, факт действительности.

Все цивилизованные народы всех частей света организованы в настоящее время в правовые или конституционные государства.

В основу правового государства заложено равенство власти, гражданина, общества и права, их правовое равенство перед законом. Исторически принцип образования правового государства состоял и состоит в распространении принципа суверенности на право. Этот процесс происходил в три этапа.

Первый, наиболее ранний, это признание суверенности власти. После длительного сражения за права народа, тираноборческих мятежей, восстаний, социальных революций, был завоеван суверенитет народа.

Следующим шагом стала борьба за суверенитет права, точнее, за приоритет права над властью, обществом, волей гражданина, большинства или меньшинства.

Паритет или приоритет означает установление зафиксированных законом отношений между всеми сторонами, особенно между властью и правом, не только в силу суверенитета власти (государства) и традиции попрания закона, но и потому, что само право создается властью, обладающей преимущественным правом законотворчества.

Большинство современных европейских и американских государств принадлежат по своему государственному устройству к правовым или конституционным государствам. Как формы, так и виды правовых и конституционных государств в
Европе и других странах весьма разнообразны. Различия эти весьма существенны, и из-за устранения или сохранения их ведется жестокая борьба.
Но, по сравнению с основными принципами правового или конституционного государства, все эти различия оказываются мелкими деталями. Основные принципы, на которых построено или должно быть построено правовое государство, должны быть везде одинаковы.

Основной принцип правового государства состоит в том, что государственная власть ограничена. Ограниченность власти в правовом государстве создается признанием за личностью неотъемлемых прав, которые должны быть нерушимыми и неприкосновенными. Впервые в правовом государстве признается, что “… есть известная сфера самоопределения и самопроявления личности, в которую нельзя вторгаться.”[36]

Неотъемлемые права личности не создаются государством, они, наоборот, по своему существу присвоены личности. Среди них, этих неотъемлемых, всегда присущих человеку прав, на первом месте стоит свобода совести. Вся сфера мнений, убеждений и верований должна быть, безусловно, неприкосновенной для государства. Непосредственным следствием свободы совести является свобода слова: устного и печатного. Человек имеет право не только думать то, что ему угодно, но и верить в то, что ему угодно.

Для высказывания своего мнения, убеждений и проповеди, человек должен иметь свободу общения. Среди неотъемлемых прав личности, и признаваемых в правовом государстве как одно из существенных прав, является свобода союзов и собраний.

Для устранения столкновений во всяком правовом государстве все вышеупомянутые свободы должны быть регламентированы, то есть для осуществления их должны установлены правила, которые “… исключали бы возможность столкновений с осуществлением других потребностей”.[37]

Нарушение этих правил, как и всех других законов, должно быть наказуемо.
Органы государственной власти в правовом государстве должны быть наделены полномочиями пресекать нарушение законов, в случае необходимости даже арестовывать нарушителей. Но в правовом государстве полномочия органов государственной власти по предотвращению и предупреждению нарушений законодательства поставлены в строгие рамки закона. Эти законные рамки и создают так называемую неприкосновенность личности.

“Для гражданина политическая свобода есть душевное спокойствие, основанное на убеждении в своей безопасности. Чтобы обладать этой свободой необходимо такое правление, при котором один гражданин может не бояться другого гражданина.”[38]

Прямым дополнением принципа неприкосновенности личности является неприкосновенность жилища и тайна переписки. По отношению к жилищу и переписке устанавливаются правила, на основании которых они могут подвергаться осмотру только с постановления соответствующих государственных органов. Права личности вместе с неприкосновенностью составляют значительную часть и являются существенным содержанием политической свободы, без которой не может обходиться ни одно культурное государство.

Благодаря неотъемлемым правам и свободе личности власть в правовом, конституционном государстве не только ограничена, но и подзаконна. Власть должна ограничивать свои права и свободы ею же созданными законами. Такая ситуация самоограничения представлялась (да и теперь представляется) противоестественной, что и отражалось в традициях, обозначенных такими понятиями, как: своевластие, всеволие, самоуправство, беззаконие и так далее. Негативное отношение власти к праву, стремление к привилегиям, желание стать выше закона, привели к тому, что противоправная практика власти оказалась еще труднее преодолимой, чем аналогичная практика граждан, пытающихся действовать вне закона.

Осуществление законности при общем бесправии — чистейшая иллюзия.
Законность предполагает строгий контроль и полную свободу критики всех действий власти, а для этого нужно признание за личностью и обществом неотъемлемости прав. Последовательное осуществление законности требует, как своего дополнения, свобод и прав личности и, в свою очередь, естественно вытекает из них, как необходимое следствие.

Основной принцип правового или конституционного государства, наряду с подзаконностью государственной власти заключается в ограниченности ее так называемыми правами человека и гражданина. Принцип ограниченности часто понимается ложно. Так как среди правовых государств имеются конституционные монархии, то данный принцип трактуется как принцип ограниченности монархической власти. Конституционным монархиям противопоставляют демократические республики, в которых “… желают присвоить полноту и неограниченность власти”.[39]

Всякая власть, полагал Монтескье, стремится стать неограниченной, иначе говоря, ничем не контролируемой, когда безопасность личности ничем не гарантируется. В отличие от других просветителей, которые подарили миру идею просвещенного, гуманного государя, бордосский юрист не поддался этим иллюзиям: “Если законодательная и исполнительная власти будут соединены в одном лице или учреждении, то свободы не будет, так как можно опасаться, что этот монарх или сенат станет для того, чтобы также тиранически принимать их.”[40]

Итак, непременное условие правового государства — разделение властей на исполнительную, законодательную и судебную.

Монтескье утверждал, что в основу закона должны быть положены законность, здравый смысл и естественные потребности человека, политически закрепляемые на практике.

“Закон, вообще говоря, есть человеческий разум, поскольку он управляет всеми народами земли; политические законы и гражданские законы должны быть не более, чем частными случаями происхождения разума.”[41]

Маккиавелли высказывает другую точку зрения на государственную власть:
“Только с помощью преступления можно создать, укрепить и сохранить государственную власть: с того момента, когда преступление начинает служить государству, оно становится добродетелью”.[42]

Очень часто у нас переводят термины “суверенный” и “суверенитет” неправильно. Их переводят словами “самодержавие” и “самодержавный”, вместо того, чтобы переводить их значение вполне соответствующими словами
“верховный” и “верховенство”. Поэтому, вместо того, чтобы выставлять требования суверенитета или верховенства народа, у нас выставляют требование “самодержавие народа”. Так как слово самодержавие переводится на другие языки словом “автократия”, то есть в обратном переводе требование
“самодержавия” равносильно требованиям самовластия или автократии народа.
Как известно, такого требования не выставляет ни одна демократическая или республиканская партия самых передовых стран. Можно ли признать тот порядок, при котором государственная власть хотя и всецело сосредоточена в руках народа, могла бы по желанию отменять свободу печати, собрания и союзов?

Свободы эти настолько неотъемлющее право каждого гражданина, что тот государственный строй, в котором они нарушаются не может быть признан нормальным, независимо от того, в чьих руках находится власть. Там, где этих свобод нет, или во всякий удобный момент они могут быть упразднены, там нет даже элементарной политической свободы, там государственная власть имеет характер насильственной, а не правовой. Деспотизм народа может быть даже ужаснее деспотизма одного лица, как это показывают примеры некоторых античных республик или господство конвентов и якобинцев во времена Великой
Французской революции.

Принцип народного суверенитета не требует вовсе неограниченности народной власти. Он предполагает лишь верховенство народа. Народный суверенитет не требует такой громадной человеческой жертвы, как жертва человеческой личностью во имя всемогущей власти народа. Напротив, в атмосфере бесправия, насилия и несвободы может погибнуть и само народное верховенство.

Политическая свобода — это такое громадное и драгоценное благо, от которого нельзя отказываться ни на одно мгновение и ни за какие временные выгоды.

Права человека составляют лишь предпосылку или основу всего строя правового государства. Как и всякое государство, правовое государство нуждается в организованной власти и в учреждениях, выполняющих различные функции власти. В правовом государстве власть должна быть организована так, чтобы она не подавляла личность, а чтобы как отдельная личность, так и совокупность личностей — народ, были бы не только объектом власти, но одновременно являлись бы и субъектом ее. Этот характерный признак государственной власти хорошо выясняется из противопоставления государственной организации в абсолютно-монархическом и правовом государстве.

“В абсолютно-монархическом государстве власть характеризуется тем, что она безусловно противопоставляется населению и народу. Абсолютно- монархическая власть — это нечто совершенно чуждое народу, только господствующее, распоряжающееся и управляющее им. Престиж абсолютно- монархической власти заключается в том, что она является непререкаемой, требует слепого, беспрекословного подчинения ее приказам и распоряжениям, и запрещает критику в свой адрес. Совсем другими чертами обладает правовое государство и государственная власть в таком государстве. Государственная власть в нем связана с народом, так как сам народ принимает участие в организации и создании государственных органов. Самым важным органом государственной власти правового государства является народное правительство, являющееся соучастником государственной власти, непосредственно создавая одни акты и влияя на другие. В правовом государстве государство и народ не могут противопоставляться как нечто чуждое и враждебное друг другу. Тем не менее это не значит, что они нечто нераздельно существующее. Напротив, в конституционном государстве государственная власть остается властью и сохраняет свое собственное и самостоятельное значение.”[43]

Еще 250 лет назад Монтескье писал: “Не будет свободы, если судебная власть не отделена от власти законодательной и исполнительной. Если она соединена с исполнительной, то судья получает возможность стать угнетателем, а, если судебная власть соединена с законодательной, то жизнь и свобода граждан окажутся в руках произвола”.[44]

“Таким образом, в то время как абсолютно-монархическое государство обладает неким дуализмом, двойственностью, так как состоит из двух чуждых, разнородных и часто враждебных элементов: правительства и народа, — в конституционном государстве хотя бы в принципе или идее создается некое единство между народом и правительством.

Правовое государство часто характеризуют, как государство, в котором всегда есть господствующие и подчиненные классы. Согласуется ли установленный нами принцип правового государства с теорией и принципами классовой борьбы? На первый взгляд кажется, что они друг другу противоречат, ведь классовая борьба заключается в противоречии, в разъединении, розни, разобщении, а потому там, где ведется классовая борьба, не может быть, по-видимому, единения, общности, солидарности. Но классовая борьба есть борьба классовых сил; это явление по преимуществу социальное, относящееся к социальной основе государства. Следовательно, элемент разобщения, разъединения и розни, создаваемый классовой борьбой, составляет лишь основу правового государства, а не само правовое государство как таковое.

Соотношение между государственной организацией и классовой борьбой имеют ввиду, когда говорят, что государственный строй, тот или иной характер государственных учреждений или просто конституция, являются выражением соотношения общественных сил.”[45]

Классовая борьба вплетена в организацию современного правового государства. Отдельные классы при посредстве своих правителей (партий) являются, благодаря народному представительству двигателями правового государства во всех его проявлениях. Всякий акт государственной власти представляет собой нечто единое и целое. При этом акты власти в современном правовом государстве не являются простым выражением мнения и желаний господствующего класса. Далеко не всегда побеждает тот, кто был и остался победителем в решающий момент, когда складывалось и организовывалось современное государство. В современных правовых государствах и “… социально угнетенные элементы всегда имеют возможность влиять на ход государственной жизни, так как они имеют своих представителей в общем народном правительстве”.[46]

Господствующие партии часто принуждены уступить даже в принципиальных вопросах, несмотря на то, что физическая сила или, вернее, численное превосходство на их стороне.

Вследствие всех этих причин, отчужденность от государства даже наиболее социально угнетенных и наиболее крайних по своим политическим требованиям элементов, то есть рабочего класса, в конституционном государстве не так велика, как отчужденность всего народа от правительства в абсолютно- монархическом государстве.

Единство государственного целого в современном конституционном государстве имеет значение, скорее, девиза, принципа и идеальной цели, чем реально существующего факта.

Современное конституционное государство провозглашает определенный принцип и девиз, как свою цель. К осуществлению его оно стремится, но осуществить полностью его оно не в силах.

Самая важная функция в государстве — законодательная — в правовом государстве подчинена всецело народному представительству. Законодательство нормирует не только отношения отдельных лиц, но и целых групп между собой: отношение частных лиц к государству, а также, в особенности, деятельность всех государственных учреждений.

Потребовалось глубокое преобразование общества и его правосознания, чтобы коренным образом изменить отношение к праву в государстве, а также “… большая конструктивная работа для преобразования политической системы в политико-правовом сознании и отношении. Ее центральным моментом стала разработка документов и борьба за введение конституционного правления, занявшая более трех столетий, которые протекали со времен первых философов
(Локка, Гумбольдта) и первых конституционных документов в Европе и Америке
(конец XVIII века) до первой конституции в России XX века и современных конституционных актов стран, вступивших на путь демократического развития.
Основой реально значимых правовых отношений оказываются не сами по себе правовые нормы, предписания и санкции, как бы идеально они не были сформулированы. Их первоосновой служат элементарные свойства порядочности, нравственности, чувства долга, сознание ответственности, способности человека и общества к критическому самоотчету и самопознанию, привычка к дисциплине и умение дисциплинировать себя, подлинная гражданственность. С гражданственностью, в ее полном смысле слова, несовместимы такие пороки, как: коррупция, взятка, кумовство, подмена общественных связей кровнородственными, клановыми, а также экономическое, политическое, социальное подполье и так далее.

…Не только суверенитет права и всеобщее подчинение ему отличает подлинно правовые отношения, но и демократическое содержание самого права.
Член правового общества пользуется уважением, доверием и свободой, развитым правосознанием, что исключает мысль о его исключительности, его особом, неподвластном законом статусе, связанным с его положением в обществе, с привилегией стоять выше закона.

Правовое государство и гражданское общество формируются совместно и процесс их создания занимает длительное историческое время. Он совершается вместе с развитием общества и требует целенаправленных усилий.”[47]

В правовом государстве некоторые лица принимают участие в выработке правовых норм путем представительства. Чтобы гарантировать согласованность законодательства с мнениями и убеждениями отдельных лиц, либо с народным сознанием, и создается народное представительство.

В создании народного представительства путем выборов должен участвовать весь народ. Никакие выделения и разделения народа по отношению к праву недопустимы. Избирательное право должно быть всеобщим и равным.

Для того, чтобы “… повысить чувство правосознания у народа, повысить в нем чувство ответственности, внушить ему уважение к своим и чужим правам, к законности, усилить в нем сознание общественной и национальной солидарности и заставить его признать важность интересов как общегосударственных, так и общенародных, — для всего этого нужно, чтобы весь народ в лице своих представителей участвовал в создании и выработке законов и оказывал влияние на деятельность правительства и общую политику страны”.[48]

Благодаря народному представительству, которое гарантирует политическую самостоятельность и общественных групп, и отдельных лиц, вся организация правового государства имеет чисто общественный характер. Правильное и нормальное выполнение функций в правовом государстве зависит от самодеятельности народных масс и общества.

В правовом государстве ответственность за нормальное функционирование правового порядка и государственных учреждений лежит на самом народе.

В отличии от полицейского государства, в правовом сам народ выносит на плечах всю правовую и государственную организацию. В правовом государстве нет места анархическим проявлениям, так как оно опирается на народное правосознание и приспосабливается к нему постоянно. Оно изменяется вместе с изменением правосознания. Притом, государство предполагает широкие общественные и правовые организации, которые должны постоянно расти и увеличиваться.

ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА В РОССИИ

Фактор времени в процессе создания правового государства имеет важное политическое и нравственное значение. Поэтому формирование правового государства должно быть планомерным, глубоко и всесторонне осознанным, учитывающим особенности, место и роль в нем политических, экономических, социально-культурных, нравственных и иных предпосылок. Ведь, правовое государство — явление надстроечное, порождение культуры общества, форма функционирования политических, экономических и др. общественных отношений.
Политические предпосылки формирования правового государства охватывают политико-правовую систему общества: учреждения и организации, структуру связей и взаимоотношений, принципы и нормы государственной и общественной жизни.

Сегодня мы живем в редкое время — время обновления как самой истории, так и ее понимания. Современный крах социализма во всех странах, которые были социалистическими, обозначил начало нового большого поворота в ходе всемирной истории. В такие эпохи появляется возможность “… мысленно заглянуть за предстоящий политический поворот и с позиций новых представлений о будущем по-новому оценить прошлое и настоящее”.[49]

Бывший Советский Союз опирался на партию, подменявшую собой государство, и, поэтому, потерпел крах. Но сегодня мы знаем, что в ХХ веке крах претерпела не только советская модель социализма, но и все модели, вплоть до шведской. Отсюда становится понятно, почему так остро дискутируется социально-экономическая проблематика… Без обретения экономически эффективных структур Россия может погрузиться на неопределенный период в хаос и анархию, на основании которой нельзя исключить возникновение новой, еще более страшной диктатуры.”[50]

Правовое государство в сегодняшней России, по нашему мнению, — это государственно-правовая форма организации и функционирования политической власти, осуществления государственного суверенитета народа, в основе которой лежит верховенство закона, незыблемость и неотъемность прав и свобод личности.

Формирование правового государства в России требует последовательного претворения в жизнь ряда основополагающих принципов: господство закона во всех сферах жизни общества; связанность правом государства и его органов; незыблемости свободы личности, ее прав и интересов, чести и достоинства; взаимной ответственности государства и личности; эффективного контроля и надзора за состоянием законности.

Путь, выбранный Россией, труден и тернист, на нем неизбежно возникновение различного рода ошибок и противоречий. Проводимые в стране реформы привели к столь быстрому изменению и обновлению общественных отношений, что законодательство, призванное регулировать деятельность субъектов права, не справляется со своими функциями. Отношения эти регулируются в настоящее время, во-первых, законодательством Российской Федерации, а во-вторых, неотмененным законодательством Союза ССР, действующим в части, не противоречащей нормативным актам России. Необходимость применения актов
СССР вызвана временным отсутствием важнейших норм российского права, регулирующего конкретные отношения.

Мало констатировать, что состояние российской правовой системы в настоящее время, наряду с множеством несовершенных и противоречивых актов, характеризуется наличием правового вакуума. Его надо продуманно, систематически заполнять. Ликвидировать “пустоту”, то есть совокупность еще не принятых законов, которые должны будут регламентировать неурегулированные ранее общественные отношения, можно только методом законотворчества. Законотворчества реального, позитивного, не признающего никаких политических амбиций, служащего высшей цели — процветанию России и ее народа.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Артамонов С.Д. “Правовое государство: от Монтескье до наших дней”,

Вестник АН СССР, 1990, ( 4.

1. Бакунин М.А. “О Маккиавели”, журнал “Вопросы философии”, 1990, ( 12.

1. Бонар Андре “Греческая циаилизация”, пер. с французского О.В. Волкова, т. 2, “От Антигоны до Сократа”, изд. “Искусство”, Москва, 1992.

1. Кистяковский Б.А. “Государство правовое и социалистическое”, журнал

“Вопросы философии”, 1990, ( 6.

1. Нерсесянц В.С. “Продолжение истории: от социализма к цивилизму”, журнал “Вопросы философии”, 1993, ( 4.

1. Нерсесянц В.С. “Правовое государство: история и современность”, журнал

Вопросы философии”, 1989, ( 2.

1. Политология. Энциклопедический словарь. Изд. Московского Коммерческого университета, 1993.

1. Рассел Б. “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, тт.

1-2.

1. Рормозер Г. “К вопросу о будущем России”, журнал “Вопросы философии”,

1993, 4.

1. Философский словарь. “Советская энциклопедия”, Москва, 1993.

1. Черниловский З.Н. “Правовое государство: исторический опыт”, журнал

“Советское государство и право”, 1989, ( 2.

СОДЕРЖАНИЕ

Введение…………………………………………………………..
………………..1

Утопия
Платона……………………………………………………………
……..1

“Политика”
Аристотеля………………………………………………………5

“Левиафан”
Гоббса…………………………………………………………….
8

Политическая философия Локка………………………………………10

Кант о государстве………………………………………………………..
….13

Философия
Гегеля……………………………………………………………1
4

Основные принципы формирования

правового государства……………………………………………………..15

Проблемы развития правового

государства в
России………………………………………………………..24

Список использованной литературы………………………………..26

КАЛИНИНГРАДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

УНИВЕРСИТЕТ

Юридический факультет

КОНЦЕПЦИЯ

ПРАВОВОГО ГОСУДАРСТВА

Курсовая работа

студентки 1 курса

заочного отделения

___________________

Научный руководитель:

____________________

Калининград

1998

————————
[1] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, стр.
125, т. 1.

[2] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, стр.
131, т. 1.

[3] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, стр.
131, т. 1.

[4] там же, стр.132.

[5] А. Бонар “Греческая цивилизация”, изд. “Искусство”, Москва, 1992, т.
2, стр. 109.

[6] там же.

[7] А.Бонар “Греческая цивилизация”, изд. “Искусство”, Москва, 1992,т. 2
, стр. 109-110.

[8] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т.
1, стр. 206.

[9] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т.
1, стр. 206.

[10] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т.
1, стр. 206.

[11] там же.

[12] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т.
1, стр. 210.

[13] там же.

[14] там же, стр. 211.

[15] там же, стр. 212.

[16] там же, стр. 212.

[17] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993 , т.
2, стр. 71.

[18] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т.
2, стр. 123.

[19] там же, стр. 141.

[20] там же, стр. 141.

[21] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т. 2, стр. 141.

[22] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т.
2, стр. 142.

[23] там же, стр. 143.

[24] там же, стр. 143.

[25] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т.
2, стр. 143.

[26] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т.
2, стр. 147.

[27] там же, стр. 148.

[28] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т.
2, стр. 148.

[29] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т.
2, стр. 157.

[30] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, т.
2, стр. 157.

[31] Черняловский З.Н. “Правовое государство: исторический опыт”,
“Советское гос. и право”, 1989, ( 2, стр. 48.

[32] там же.

[33] Б.Рассел “История западной философии”, изд. “МИФ”, Москва, 1993, стр.
258, т. 2.

[34] Кистяковский Б.А. “Государство правовое и социалистическое”, журнал
“Вопросы философии” 1990, ( 6, стр. 141.

[35] там же.

[36] Кистяковский Б.А. “Государство правовое и социалистическое”, журнал
“Вопросы философии”, 1990, ( 6, стр. 143.

[37] Кистяковский Б.А. “Государство правовое и социалистическое”, журнал
“Вопросы философии”, 1990, ( 6, стр. 143.

[38] Артамонов С.Д. “От Монтескье до наших дней”, журнал “Вестник АН
СССР”, 1990, ( 4.

[39] Кистяковский Б.А. “Государство правовое и социалистическое”, журнал
“Вопросы философии”, 1990, ( 6, стр. 146.

[40] Артамонов С.Д. “От Монтескье до наших дней”, журнал “Вестник АН СССР”
1990, ( 4.

[41] там же.

[42] Бакунин М.А. “О Маккиавелли”, журнал “Вопросы философии”, 1990, (
12, стр. 64.

[43] Кистяковский Б.А. “Государство правовое и социалистическое”, журнал
“Вопросы философии”, 1990, ( 6, стр. 147-148.

[44] Артамонов С.Д. “От Монтескье до наших дней”, Вестник АН СССР, 1990, (
4.

[45] Кистяковский Б.А. “Государство правовое и социалистическое”, журнал
“Вопросы философии”, 1990, ( 6, стр. 148.

[46] Кистяковский Б.А. “Государство правовое и социалистическое”, журнал
“Вопросы философии”, 1990, ( 6, стр. 148-149.

[47] Политология. Энциклопедический словарь. Изд. Московского
Коммерческого университета, 1993, стр. 314-315.

[48] Кистяковский Б.А. “Государство правовое и социалистическое”, журнал
“Вопросы философии”, 1990, ( 6, стр. 151.

[49] Нерсесянц В.С. “Продолжение истории: от социализма к цивилизму”, журнал “Вопросы философии”, 1993, ( 4, стр. 3.

[50] Рормозер Г. “К вопросу о будущем России” журнал “Вопросы философии”,
1993, ( 4, стр. 15.

эта работа была сделана на заказ!

список оригинальных работ( больше 100) в режиме off-line вы можете посмотреть по адресу:

http://www.sinor.ru/~ranger/Ref

также вы найдете много учебной литературы и статей по всем предметам в моей библиотеке on-line

http://www.sinor.ru/~ranger

Контрольная работа

По Истории отечественного государства и права

Общая характеристика Русской правды, её значение в истории русского права

Новосибирск 1999г.

Содержание

|Введение |Стр. 3 |
|1. Источники кодификации «Русской правды» |Стр. 4 |
|1.1. Правовое положение отдельных групп населения |Стр. 4 |
|2. «Русская правда» — кодекс частного права |Стр. 7 |
|3. Формы наказания по «Русской правде» |Стр. 9 |
|3.1. Цели наказаний по «Русской правде» |Стр. 11 |
|4. Гражданско-правовые нормы в «Русской правде» |Стр. 12 |
|5. Уголовное право |Стр. 14 |
|5.1. Система доказательств по «Русской правде» |Стр. 15 |
|Заключение |Стр. 17 |
|Литература |Стр. 18 |

Введение

Наиболее крупным памятником древнерусского права является «Русская правда», сохранившая свое значение и в более поздние периоды истории и не только для русского права. До наших дней дошло более ста списков Русской правды. Все они распадаются на три основных редакции: Краткая, Пространная и
Сокращенная. Древнейшей редакцией (подготовлена не позднее 1054 г.) является краткая Правда, состоящая из правды Ярослава (ст1-18), Правды
Ярославовичей (ст. 19-41), Покона вирного (ст. 42), Урока мостников (ст.
43). Пространная редакция, возникшая не ранее 1113 г. и связанная с именем
Владимира Мономаха, разделяется на Суд Ярослава (ст. 1 — 52) и Устав
Владимира Мономаха (ст. 53— 121). Сокращенная редакция появилась в середине
XV в. из переработанной Пространной редакции.
Сравнение сохранившихся редакций убеждает в том, что «Права» – отнюдь не официальный сборник.
Внешняя форма памятника (от лица князя нигде не говорится, и князья упоминаются в третьем лице), переработка отдельных статей в смысле постепенного обобщения содержащихся в них правил, разнообразие статей в разных списках позднейшей редакции, характерные комментарии к некоторым статьям – все это не оставляет сомнения в том, что «Правда» – это разновременный труд многих частных лиц. Кроме обычаев, в нее вошли записи отдельных судебных решений (первоначально во всей конкретной обстановке), княжеские уставы, или уроки, и заимствованные из Византии правовые нормы.

1. Источники кодификации «Русской правды»

Источниками кодификации явились нормы обычного права и княжеская судебная практика. К числу норм обычного права относятся прежде всего положения о кровной мести (ст. 1) и круговой поруке (ст. 19 КП).
Законодатель проявляет различное отношение к этим обычаям: кровную месть он стремится ограничить (сужая круг мстителей) или вовсе отменить, заменив денежным штрафом (вирой). Круговая порука, напротив, сохраняется им как политическая мера, связывающая всех членов общины ответственностью за своего члена, совершившего преступление («дикая вира» налагалась на всю общину). Нормы, выработанные княжеской судебной практикой, многочисленны в
Русской Правде и связываются иногда с именами князей, принимавших их
(Ярослава, сыновей Ярослава, Владимира Мономаха).
Определенное влияние на Русскую Правду оказало византийское каноническое право.

1.1. Правовое положение отдельных групп населения

В Русской Правде содержится ряд норм, определяющих правовое положение отдельных групп населения. По ее тексту достаточно трудно провести грань, разделяющую правовой статус правящего слоя и остальной массы населения. Мы находим лишь два юридических критерия, особо выделяющих эти группы в составе общества: нормы о повышенной (двойной) уголовной ответственности за убийство представителя привилегированного слоя (ст. 1 ПП) и нормы об особом порядке наследования недвижимости (земли) для представителей этого слоя
(ст.91 ПП). Эти юридические привилегии распространялись на субъектов, поименованных в Русской Правде следующим образом: князья, бояре, княжьи мужи, княжеские тиуны, огнищане. В этом перечне не все лица могут быть названы «феодалами», можно говорить лишь об их привилегиях, связанных с особым социальным статусом, приближенностью к княжескому двору и имущественным положением.
Основная масса населения разделялась на свободных и зависимых людей, существовали также промежуточные и переходные категории. Юридически и экономически независимыми группами были посадские люди и смерды-общинники
(они уплачивали налоги и выполняли повинности только в пользу государства).
Городское население делилось на ряд социальных групп: боярство, духовенство, купечество, «низы» (ремесленники, мелкие торговцы, рабочие и пр.). Кроме свободных смердов существовали и другие их категории, о которых
Русская Правда упоминает как о зависимых людях. В литературе существует несколько точек зрения на правовое положение этой группы населения, однако, следует помнить, что она не была однородной: наряду со свободными были и зависимые («крепостные») смерды, находившиеся в кабале и услужении у феодалов. Свободный смерд-общинник обладал определенным имуществом, которое он мог завещать детям (землю — только сыновьям). При отсутствии наследников его имущество переходило общине. Закон защищал личность и имущество смерда.
За совершенные проступки и преступления, а также по обязательствам и договорам он нес личную и имущественную ответственность. В судебном процессе смерд выступал полноправным участником.
Более сложной юридической фигурой является закуп. Краткая редакция
Русской Правда не упоминает закупа, зато в Пространной редакции помещен специальный Устав о закупах. Закуп — человек, работающий в хозяйстве феодала за «купу» — заем, в который могли включаться разные ценности: земля, скот, зерно, деньги и пр. Этот долг следовало отработать, причем установленных нормативов и эквивалентов не существовало. Объем работы определялся кредитором. Поэтому с нарастанием процентов на заем, кабальная зависимость усиливалась и могла продолжаться долгое время.
Первое юридическое урегулирование долговых отношений закупов с кредиторами было произведено в Уставе Владимира Мономаха после восстания закупов в 1113 г. Были установлены предельные размеры процентов на долг.
Закон охранял личность и имущество закупа, запрещая господину беспричинно наказывать его и отнимать имущество. Если сам закуп совершал правонарушение, ответственность была двоякой: господин уплачивал за него штраф потерпевшему, но сам закуп мог быть «выдан головой», т.е. превращен в полного холопа. Его правовой статус резко менялся. За попытку уйти от господина, не расплатившись, закуп также обращался в холопа. В качестве свидетеля в судебном процессе закуп мог выступать только в особых случаях: по малозначительным делам («в малых исках) или в случае отсутствия других свидетелей («по нужде»). Закуп был той юридической фигурой, в которой больше всего отразился процесс «феодализации», закабаления, закрепощения бывших свободных общинников.
Холоп — наиболее бесправный субъект права. Его имущественное положение особое: все, чем он обладал, являлось собственностью господина. Все последствия, вытекающие из договоров и обязательств, которые заключал холоп
(с ведома хозяина), также ложились на господина. Личность холопа как субъекта права фактически не защищалась законом. За его убийство взимался штраф как за уничтожение имущества либо господину передавался в качестве компенсации другой холоп. Самого холопа, совершившего преступление, следовало выдать потерпевшему (в более ранний период его можно было просто убить на месте преступления). Штрафную ответственность за холопа всегда нес господин. В судебном процессе холоп не мог выступать в качестве стороны
(истца, ответчика, свидетеля). Ссылаясь на его показания в суде, свободный человек должен был оговориться, что ссылается на «слова холопа».
Закон регламентировал различные источники холопства. Русская Правда предусматривала следующие случаи: самопродажа в рабство (одного человека либо всей семьи), рождение от раба, женитьба на рабе, «ключничество» — поступление в услужение к господину, но без оговорки о сохранении статуса свободного человека. Источниками холопства были также совершение преступления (такое наказание, как «поток и разграбление», предусматривало выдачу преступника «головой», превращение в холопа), бегство закупа от господина, злостное банкротство (купец проигрывает или транжирит чужое имущество). Наиболее распространенным источником холопства, не упомянутым, однако, в Русской Правде, был плен.

2. «Русская правда» — кодекс частного права
Русскую Правду можно определить как кодекс частного права — все ее субъекты являются физическими лицами, понятия юридического лица закон еще не знает.
С этим связаны некоторые особенности кодификации. Среди видов преступлений, предусмотренных Русской Правдой, нет преступлений против государства.
Однако это не означает, что выступления против княжеской власти проходили безнаказанно. Просто в таких случаях применялась непосредственная расправа без суда и следствия. Личность самого князя как объекта преступного посягательства рассматривалась в качестве физического лица, отличавшегося от других только более высоким положением и привилегиями. С конкретными субъектами связывалось содержание права собственности; оно могло быть раз личным в зависимости и от объекта собственности. Русская Правда еще не знает абстрактных понятий: «собственность», «владение», «преступление».
Кодекс строился по казуальной системе, законодатель стремился предусмотреть все возможные жизненные ситуации.
Эти юридические особенности обусловлены источниковой базой Русской
Правды. Включенные в нее нормы и принципы обычного права несовместимы с абстрактным понятие юридического лица. Для обычая все субъекты равны, и все они могут быть только физическими лицами.
Другой источник — княжеская судебная практика — вносит субъективный элемент в определение круга лиц и в оценку юридических действий. Для княжеской судебной практики наиболее значительными субъектами являются такие, которые всего ближе стоят к княжескому двору. Поэтому правовые привилегии распространяются прежде всего на приближенных лиц.
Частный характер древнего права проявился в сфере уголовного права.
Преступление по Русской Правде определялось не как нарушение закона или княжеской воли, а как «обида», т.е. причинение морального или материального ущерба лицу или группе лиц. Уголовное правонарушение не отграничивалось в законе от гражданско-правового. Объектами преступления были личность и имущество. Объективная сторона преступления распадалась на две стадии: покушение на преступление (например, наказывался человек, обнаживший меч, но не ударивший) и оконченное преступление. Закон намечал понятие соучастия
(упомянут случай разбойного нападения «скопом»). ноете не разделял ролей соучастников (подстрекатель, укрыватель и т.д.). В Русской Правде уже существует представление о превышении пределов необходимой обороны (если вора убьют после его задержания, спустя некоторое время, когда непосредственная опасность в его действиях уже отпала). К смягчающим обстоятельствам закон относил состояние опьянения преступника, к отягчающим
— корыстный умысел. Законодатель знал понятие рецидива, повторности преступления (в случае конокрадства).
Субъектами преступления были все физические лица, включая рабов. О возрастном цензе для субъектов преступления закон ничего не говорил.
Субъективная сторона преступления включала умысел или неосторожность.
Четкого разграничения мотивов преступления и понятия виновности еще не существовало, но они уже намечались в законе. Ст.6 ПП упоминает случай убийства «на пиру явлено», а ст.7 ПП— убийство «на разбое без всякой свады». В первом случае подразумевается неумышленное, открыто совершенное убийство (а «на пиру» — значит еще и в состоянии опьянения). Во втором случае — разбойное, корыстное, предумышленное убийство (хотя на практике умышленно можно убить и на пиру, а неумышленно — в разбое). Тяжелым преступление против личности было нанесение увечий (усечение руки, ноги) и других телесных повреждений. От них следует отличать оскорбление действием
(удар чашей, рогом, мечом в ножнах), которое наказывалось еще строже, чем легкие телесные повреждения, побои.
Имущественные преступления по Русской Правде включали: разбой
(неотличимый еще от грабежа), кражу («татьбу»), уничтожение чужого имущества, угон, повреждение межевых знаков, поджог, конокрадство (как особый вид кражи), злостную неуплату долга и пр. Наиболее подробно регламентировалось понятие «татьба». Известны такие ее виды, как кража из закрытых помещений, конокрадство, кража холопа, сельскохозяйственных продуктов и пр. Закон допускал безнаказанное убийство вора, что толковалось как необходимая оборона.

3. Формы наказания по «Русской правде»

Первичная форма наказания в Древней Руси — месть, осуществляемая потерпевшим и его ближними. Сначала она был, крайне неравномерна, так как определялась степенью разгневанного чувства и силами пострадавших. Позднее месть начинает подвергаться различным ограничениям, благодаря которым приобретает публичный характер, потому что подлежит контролю общественной власти. Ограничения мести сводятся: к сокращению числа преступлений, за которые допускается месть, установлению срока, в течение которого можно мстить, сужению круга мстителей.

«Русская Правда» знает месть за убийство, увечья, кровавые» синие раны, даже за удар рукой или каким-либо не воинским оружием, а также за кражу. За увечья мстят дети, за раны и побои может мстить лишь сам потерпевший и притом только вслед за нанесением удара.

«Русская Правда» Пространной редакции упоминает только о мести за убийство и кражу и не облагает наказанием того, кто ткнет мечом за причиненный удар. Все случаи правонарушений из мести могли подлежать судебной оценке. Суд проверял соблюдение правил мести. При этом сам суд мог присудить месть. Намек на послесудную месть содержится в Краткой редакции
«Правды» и в летописном рассказе о суде над суздальскими кудесниками.
Помимо указанных ограничений, важную роль в смягчении мести играло право убежища. Местами убежищ прежде всего являлись церкви, о чем сохранилось несколько летописных указаний. «Русская Правда» в одном случае упоминает об убежище 8 частном доме: холоп, ударивший свободного, мог укрыться в хоромах, и господин мог его не выдать.

Постепенно ограничиваемая месть все более и более вытесняется системой выкупов.

Выкуп — это денежное вознаграждение, уплачиваемое правонарушителем и его родственниками потерпевшему и его ближним при условии отказа их от мести.
Такая замена одного обычая другим. по существу противоположным, могла произойти лишь постепенно. Отказ от мести сопровождался при этом обрядами, устранявшими всякое подозрение в трусости перед противником.

Упрочившись, выкупы слагаются в довольно сложную систему правил. Размеры выкупа, определяемые сначала соглашением сторон, постепенно фиксируются соответственно причиненным ущербам. Вмешательство общественной власти в систему выкупа влечет за собой установление штрафов и в пользу власти, и в пользу пострадавших. Так возникают: вира — штраф за убийство, поступающий в пользу князя; плата за голову, головщизна или головничество, поступающая в пользу родственников убитого; продажа — штраф за другие правонарушения, кроме убийства и увечья (за увечье взымалось полувирье), также взимаемый в пользу князя.
В пользу потерпевших от других преступлений, помимо убийств, уплачивался урок, протор, пагуба и т.п. Система выкупов — господствующая форма наказания по «Русской Правде» и современным ей памятникам, но не единственная.

В «Русской Правде», кроме мести, упоминается наказание, назначаемое за убийство в разбое, поджог и казнокрадство,— это разграбление и поток.
Разграбление означало насильственное изъятие имущества. Поток же предусматривал различные формы личных наказаний: изгнание, обращение в рабство и даже убийство. Отсюда могли развиться такие формы наказания, как смертная казнь, телесные наказания и лишение свободы, известные у нас по византийским образцам после принятия христианства. Уже Владимиру епископы советовали казнить разбойников, хотя потом они же предложили восстановить старый порядок взымания вир. В летописях, однако, можно найти и указания, что осужденные на смерть могли от нее откупиться.

В законодательных сборниках смертная казнь впервые упоминается в
Псковской грамоте.

Из других наказаний, применявшихся в Древней Руси, стоит назвать также наказание кнутом и даже применение в особых случаях членовредительских наказаний.
Однако, несмотря на все большее распространение в Киевской Руси перечисленных выше видов наказаний, первое место в общественных отношениях того периода занимали саморасправа или примирение потерпевших с нарушителями. В связи с этим стоит обратить внимание на специфику понимания в Древней Руси преступления. Это — не нарушение юридических норм, грозящее безопасности государства или общества, а ущемление и попрание частных интересов. Сам термин «преступление» не известен древности. Вместо него употребляются такие слова, как обида, сором, пагуба, протор. Обида вовсе не означала оскорбления чести. Так называли и убийство, и неплатеж долга. Во всех этих словах на первом плане стоит понятие вреда, причиненного частному лицу или группе лиц. Материальная сторона преступления имела, таким образом, преобладающее значение. Главное внимание обращалось на материальный ущерб, причиненный преступлением, а не на грозящую от злой воли опасность.

Впрочем, уже в эпоху «Русской Правды» можно отметить целый ряд уточнений в мерах наказания: в ряде статей обращается внимание на степень проявления злой воли. Так, убийство на пиру, совершенное явно, влечет более мягкие последствия, чем убийство во время разбоя. Ответственность купца за утрату чужих денег или товара видоизменяется в зависимости от того, случилась ли такая пагуба от Бога или по вине самого купца и т.д. Но оценка мотивов преступного деяния носила поверхностный характер. Так, все соучастники преступления наказывались одинаково, хотя виновность их могла быть весьма различной.

В связи с постепенным усилением роли государства и государственной власти, все активнее включающейся в процесс как оценки преступных деяний, так и определения наказания за них, существенно изменились и основные воззрения на наказание и преступление. Государство начинает стремиться к тому, чтобы страх перед властью поддерживался страхом наказаний. Еще в XI в. один канонический летописный источник рекомендовал «яро казнити на возобранение злу». Цели, намечаемые наказанием, стали определяться исключительно государственными и общественными интересами, в угоду которым преступник приносился в жертву.

3.1. Цели наказаний по «Русской правде»

Целями наказаний, предусмотренных «Русской Правдой», были: ограждение общества от преступников путем полного их истребления («чтобы лихих люден извести») или изувечения, чтобы предупредить возможность совершения ими новых преступлений (на’ пример, виновным в подделках подьячим отсекали пальцы, «чтoбы впредь к письму были непотребны»), или, наконец, изъятием преступников из среды общество в тюрьму или в ссылку; устрашение преступников и всех граждан тяжестью и жестокостью наказании за совершаемые преступные деяния; «да и прочие строх примут таковое не творити,.. чтобы на то смотря другим неповадно было так чинить»; извлечение материальных выгод из имущества и личных сил преступника — конфискация, денежные пени ч эксплуатация труда преступников со времени введения каторжных работ при Петре.

Первые две цели требовали самых жестких наказаний, которые и начали активно вводиться в законодательство в период формирования централизованного государства, что будет рассмотрено позднее, в других темах. Что же касается Киевской Руси, то ее законы и правовые обычаи в совокупности создали основу довольно развитой системы древнерусского права.
Как всякое феодальное право, оно было правом-привилегией, т.е. закон прямо предусматривал неравноправие людей, принадлежащих к разным социальным группам. Так, холоп не имел почти никаких прав. Весьма ограничена была правоспособность смерда, закупа, тогда как права и привилегии верхушки общества усиленно охранялись.

4. Гражданско-правовые нормы в «Русской правде»

Древнерусское законодательство знало довольно развитую систему гражданско- правовых норм. В законе отражаются отношения собственности. Предусмотрена правовая защита как недвижимого, так и движимого имущества.

Согласно закону, феодал обладал полной собственностью на средства производства и неполной собственностью на работника. При этом зависимый от феодала крестьянин также был наделен определенными средствами производства.

Обязательства в Древней Руси возникали из складывающихся норм возмещения за причиненный вред и из договоров. Например, человек, нанесший ранение другому, кроме уголовного штрафа, должен был оплатить убытки потерпевшего, в том числе услуги врача.

Для древнерусского обязательного права характерно не только обращение к изъятию имущества провинившегося, но и наложение взыскания непосредственно на должника, а порой лаже на его жену и детей. Так, злостного банкрота можно было продать в холопы.

«Русская Правда» знает определенную систему договоров. наиболее полно регламентирован договор займа. Это явилось следствием восстания киевских низов в 1113 г. против ростовщиков. Владимир Мономах, призванный боярами, чтобы спасти положение, принял меры по упорядочению процентов по долгам несколько ограничив аппетиты ростовщиков. Закон в виде объекта -займа предусматривал не только деньги, но и хлеб, и мед. Существовало три вида займа: обычный, бытовой заем; заем, совершаемый между купцами с упрощенными формальностями, и заем с самозакладом — закупничество. Предусматривались различные проценты в зависимости от срока займа. Краткосрочный заем влек за собой наиболее высокую ставку процента (до 50).

В «Русской Правде» упоминается о договоре купли-продажи. Наиболее подробно в ней рассматриваются случаи купли-продажи холопов, а также краденого-имущества. Упоминается также о договоре хранения (поклажи).
Поклажа рассматривалась как дружеская услуга, была безвозмездной и не требовала формальностей при заключении договора. Что касается личного найма, то «Русская Правда» упоминает лишь о найме в тиуны (слуги) или ключники. Если человек поступал на такую работу без специального договора, он автоматически становился холопом. В законе упоминается также о наймите, однако некоторые исследователи отождествляют его с закупом.

Существовали в Древнерусском государстве и договоры перевозки и комиссии.

Порядок заключения договоров был простым. Обычно применялась устная форма с совершением некоторых символических действий: рукобития, связывания рук и т.п. В некоторых случаях требовались свидетели. Есть сведения о существовании и письменной формы заключения договоров о недвижимости.

В наследовании существовали существенные различия в зависимости от принадлежности человека к той или иной ступени иерархической лестницы. Так, у бояр и дружинников наследовать могли и дочери, у смердов же при отсутствии сыновей имущество считалось выморочным и поступало в пользу князя. При наследовании по закону, т.е. без завещания, преимущества имели сыновья умершего. При их наличии дочери не получали ничего. На наследников возлагалась лишь обязанность выдать сестер замуж. Наследство делилось поровну, но младший сын имел преимущество — он получал двор отца.
Незаконные дети наследственных прав не имели, но если их матерью была раба- наложница, то они вместе с ней получали свободу.

Семейное право развивалось в Древней Руси в соответствии с каноническими правилами. Первоначально здесь действовали обычаи, связанные с языческим культом. Существовало похищение невест, многоженство. Так, великий князь
Владимир Святославич до крещения имел пять жен и несколько сот наложниц. С введением христианства устанавливаются новые принципы семейного права — моногамия, затрудненность развода, бесправие внебрачных детей, жестокие наказания за внебрачные связи, пришедшие к нам из Византии.

По византийскому праву существовал довольно низкий брачный возраст: 12-13 лет для невесты и 14-15 лет для жениха. Заключению брака предшествовало обручение. Брак совершали и регистрировали в церкви. Церковь взяла на себя регистрацию и других важнейших актов гражданского состояния — рождения, смерти, что давало ей немалый доход и господство над человеческими душами.

Древнерусское право большое внимание уделяло уголовным делам. Им посвящено много статей «Русской Правды», уголовно-правовые нормы содержатся и в княжеских уставах.

5. Уголовное право

В уголовном праве Киевской Руси зафиксировано правовое неравенство представителей различных социальных слоев. Это отчетливо видно при рассмотрении отдельных элементов состава преступления. Так, субъектом преступления может быть любой человек, кроме холопа. За действия холопа отвечает его господин. В некоторых случаях потерпевший мог сам расправиться с холопом-обидчиком, не обращаясь к государственным органам, вплоть до убийства холопа, посягнувшего на свободного человека.

«Русская Правда» еще не предусматривала возрастного ограничения уголовной ответственности, не знала понятия вменяемости, но ей уже было известно понятие соучастия.

«Русская Правда» различала также ответственность в зависимости от субъективных обстоятельств преступления. В ней нет различия между умыслом и неосторожностью, но выделяются два вида умысла — прямой и косвенный. Это отмечается при ответственности за убийство: убийство в разбое наказывается высшей мерой наказания — потоком и разграблением, убийство же «в сваде»
(драке) — только вирой. По субъективным обстоятельствам преступления различалась и ответственность за банкротство: преступным считалось только умышленное банкротство.

Что касается объективной стороны состава правонарушения, то «Русская
Правда» еще не знала преступлений, совершаемых путем бездействия.

Среди имущественных преступлений наибольшее внимание «Русская Правда» уделяла краже (татьбе). Наиболее тяжким видом татьбы считалось конокрадство, ибо конь был важнейшим средством производства, а также боевым имуществом. Известно и преступное уничтожение чужого имущества путем поджога, наказуемое потоком и разграблением. Такая высокая мера наказания определялась тремя причинами. Во-первых, поджог — наиболее опасный способ уничтожения чужого имущества. Во-вторых, он нередко применялся как средство мести, особенно часто, когда крестьяне хотели отомстить своему господину.
Наконец, поджог имел повышенную социальную опасность, поскольку в деревянной Руси от одного дома или сарая могло сгореть целое село или даже город.

Система наказаний «Русской Правды» довольно проста. Высшей мерой наказаний, как уже говорилось, был поток и разграбление. Следующей по тяжести мерой наказания была вира.

За основную массу преступлений назначалась так называемая продажа — уголовный штраф. За преступления, отнесенные к компетенции церковного суда, применялись эпитимьи. Легкой эпитимьей считалось 500 поклонов в день.
Эпитимья часто соединялась с государственной карой.

Древнерусское право еще не знало достаточно четкого разграничения между уголовным и гражданским процессом, хотя некоторые процессуальные действия
(например, гонение следа, свод) могли применяться только по уголовным делам. В целом и по уголовным, и по гражданским делам применялся состязательный процесс, при котором стороны равноправны и сами являются двигателем всех процессуальных действий. Даже в судебном процессе обе стороны назывались истцами.

Древнерусское право знало две специфические процессуальные формы досудебной подготовки дела — гонение следа и свод.

Гонение следа — это отыскивание преступника по его следам Закон предусматривал специальные формы и порядок проведены этого процессуального действия. Если след привел к дому конкретного человека, считалось, что он и есть преступник. Если след привел просто в село, ответственность несла вервь, т.е. территориальная община. Если след терялся на большой дороге, то на этом поиск прекращался.

Если ни утраченная вещь, ни похититель не найдены, потерпевшему ничего не оставалось, как прибегнуть к закличу, т.е. объявлению на торговой площади о пропаже, в надежде, что кто-то опознает украденное или потерянное имущество у другого лица. Человек, у которого обнаруживалось утраченное имущество, мог, однако, заявить, что он приобрел его правомерным способом, например, купил. Тогда начинался процесс свода. Владелец вещи должен доказать добросовестность приобретения, т.е. указать лицо, у которого он ее приобрел. При этом требуются показания двух свидетелей или мытника — сборщика торговых пошлин.

5.1. Система доказательств по «Русской правде»

Закон предусматривал определенную систему доказательств. Среди них важное место занимали показания свидетелей. Древнерусское право различало две категории свидетелей — видоков и послухов. Видоки — это свидетели в современном смысле слова, очевидцы факта. Послухи — более сложная категория свидетелей: это лица, слышавшие о случившемся от кого-либо, имеющие сведения из вторых рук. Иногда под послухами понимали и свидетелей доброй славы стороны. Они должны были показать, что ответчик (или истец) — человек, заслуживающий доверия. Не зная даже ничего о спорном факте, они просто как бы давали характеристику той или иной стороне в процессе.
Впрочем, уже «Русская Правда» не всегда выдерживает четкое различие между послухами и видоками. Характерно, что и в применении свидетельских показаний появляется элемент формализма. Так, по некоторым гражданским и уголовным делам требовалось определенное число свидетелей (например, два свидетеля заключения договора купли-продажи, два видока оскорбления действием и т.д.).

В Древнерусском государстве появляется целая система формальных доказательств — ордалии. Среди них следует назвать судебный поединок —
«поле». Победивший в поединке выигрывал Дело, поскольку считалось, что Бог помогает правому. В «Русской Правде» и иных законах о «поле» не упоминается.

Другим видом суда Божьего были испытания железом и водой. Испытание железом применялось тогда, когда не хватало доказательств,— в более серьезных случаях, чем испытание водой. «Русская Правда», посвящающая этим ордалиям три статьи, не раскрывает их содержания, порядка проведения.

Особым видом доказательств была присяга — «рота», применявшаяся по небольшим делам при отсутствии дополнительных доказательств. «Ротой» можно было подтвердить наличие какого-нибудь события или, наоборот, его отсутствие.

В некоторых случаях определяющее значение имели внешние признаки и вещественные доказательства. Так, наличия синяков и кровоподтеков на теле было достаточно для доказательства избиения. При краже существенное значение имело нахождение краденого.

В церковном суде, как полагают многие исследователи, применялся инквизиционный (розыскной) метод со всеми его атрибутами, в том числе и пыткой.

Древнерусское Киевское государство явилось важной вехой в истории страны.
Его правовая система заложила основу для развития русского права на многие века вперед. Она повлияла и на право некоторых соседних с Русью народов.

Заключение

Бесспорно, Русская Правда является уникальнейшим памятником древнерусского права. Являясь первым писаным сводом законов, она, тем не менее, достаточно полно охватывает весьма обширную сферу тогдашних отношений. Она представляет собой свод развитого феодального права, в котором нашли отражение нормы уголовного и гражданского права и процесса.

Русская Правда является официальным актом. В самом её тексте содержатся указания на князей, принимавших или изменявших закон (Ярослав
Мудрый, Ярославичи, Владимир Мономах).

Русская Правда — памятник феодального права. Она всесторонне защищает интересы господствующего класса и откровенно провозглашает бесправие несвободных тружеников — холопов, челяди.

Русская Правда настолько хорошо удовлетворяла потребности княжеских судов, что её включали в юридические сборники вплоть до XV в. Списки ПП активно распространялись ещё в XV — XVI вв. И только в 1497 году был издан
Судебник Ивана III Васильевича, заменивший ПП в качестве основного источника права на территориях, объединённых в составе централизованного
Русского государства.

Литература

1. Исаев И. А. История государства и права России: Полный курс лекций. –

М.: Юристъ, 1996.- 448 с.
2. Краснов Ю.К. История государства и права России. Учебное пособие. Ч. 1.

– М.: Российское педагогическое агентство, 1997. – 288 с.
3. «Российское законодательство X — XX веков. В девяти томах. Т.1.

Законодательство Древней Руси» Москва, изд. «Юридическая литература»,

1984