Автор: admin

Новгородское вече: основные проблемы организации и деятельности

Сухоруков А.В., МГУ, Экономический факультет

В основе системы новгородского управления лежал компромисс народа и знати, черни и боярства. Зримым символом и основным властным институтом этого компромисса являлось вече. В результате этой двойственности его природы, мы не можем дать ясно и четко сформулированного определения веча. Это и орган государственной власти и народное собрание, и политический институт – обладатель почти высшей власти, и такое место, где была фактически узаконена высшая форма анархии – потасовка, и выразитель интересов аристократии (боярства) как подлинного руководства города на Волхове, и инструмент подлинного народовластия. Подобная неоднозначность веча, его организации и деятельности, вызвала к жизни множество споров, благодаря которым сейчас мы можем с полным правом сказать: мы не знаем о вече практически ничего определенного.

На вече избирались все высшие магистраты – непосредственное руководство Новгородской республики, в силу чего повышенный интерес к этому институту государственной власти в Новгороде вполне объясним. Однако в новгородских летописях этим термином обозначаются подчас полярно различные институты — и общегородские собрания, решающие важнейшие государственные вопросы, и собрания кончан и уличан, и сходки во время военного похода, и сборища заговорщиков по дворам. Та вольность, с которой летописец наделяет самые различные сходки наименованием “вече”, говорит, скорее всего о том, что вечем в Древнем Новгороде называлось практически любое сколько-нибудь многолюдное собрание, а, наряду с общегородским вечем – центральным органом управления – существовала целая иерархия народных собраний – в соответствии с территориальным делением города.

Остановимся на происхождении термина “вече”. Уже достаточно традиционно считается, что “вече” в переводе со старославянского – “совет”. И, действительно, вече является наследником племенных сходок чифдома. Постепенно племенная сходка как орган власти продолжает сходит почти на нет, а ее функции сводятся к почти чисто совещательным. Именно такое положение, видимо, существовало в момент зарождения вечевого института власти, и сохранялось и позже, несмотря на резкую смену ориентиров, в качестве традиции.

По сути своей, вече – это оформление в волю народа воли боярства, то есть оно изначально являлось базовым элементом веча, причем само оно представляло собой лишь группу клиентел конкурирующих кланов. Так или иначе, изначально участники любой племенной сходки – прообраза веча – группировались вокруг тех людей, которые могли наиболее точно выражать их интересы и которые могли с наибольшей пользой для дела руководить ими. Постепенно эта система оформилась в “интроспективно отраженную в психике систему диктата” (В.М. Кайтуков), когда любой гражданин – участник веча был подчинен диктату – так называемой “воле народа”, в которую он верил, и, вполне реально, воле “имущество предержащих”, от которых напрямую зависело его материальное благосостояние. Таким образом, вече, по своей сути, это наиболее разумный компромисс между элитой и чернью, когда чернь наивно полагает, что она правит, и этим, в принципе, ограничивается ее участие в делах государственных, а элита, опираясь на ясно выраженную (и созданную) волю народа, правит уже, опираясь на нее. Вече, превратившись в “земской орган волостной государственности” (А.Е. Пресняков), в силу своего особого положения являлось результатом синтеза (по крайней мере, чисто внешне) аристократии и демократии, при этом очевидно, что реальной властью пользовалась лишь боярская элита.

Определив сущность веча, перейдем к принципам его организации.

Вече собиралось после ударов специального вечевого колокола, который висел на башне, стоявшей на вечевой площади – перед Никольским собором, на Ярославовом дворе, на Торговой стороне. Обычные сходки собирались, как правило, перед Софийским собором; правда В.Л. Янин и М.Х. Алешковский полагают, что до XV века как раз на площади перед Софийским собором собирались легитимные народные собрания [5]. Вопрос о месте созыва веча вряд ли можно считать окончательно решенным, особенно учитывая такой факт: в 1218г. последовало недельное противостояние двух веч – на Ярославовом дворе и у Св. Софии [2]. Правом созыва веча обладали князь, посадник, тысяцкий, владыка, горожане. Существовали достаточно строгие правила, которые ограничивали необузданность участников веча и способствовали эффективности процесса “законотворческой деятельности”(каждая улица, каждый конец действовали на вече как единое целое). Однако эти правила часто нарушались, и вече превращалось в незаконное народное собрание. Бесспорно, последних было куда больше, чем первых. Расцвет вечевого института власти совпал с годами обострения социальных антагонизмов [3], где драка была самым надёжным инструментом решения любого спора. Итак, вече было полномочно принимать решения именем Великого Новгорода, когда на нём присутствовали:

– посадник и тысяцкие; владыка никогда не присутствовал (И.Д. Беляев), но его согласие (благословение) при решении важнейших вопросов было обязательным;

– представители всех новгородских концов;

– представители всех социальных групп; вече, состоявшее из одних только чёрных людей, не признавалось правомочным [1]. Таковы были факторы, наличие (отсутствие хотя бы одного) которых обусловливало законность (незаконность) веча. Хочется заметить, что раз и навсегда установленного порядка не существовало – многое зависело от конкретных обстоятельств.

Отмечу также ещё одну грань проблемы веча – способ принятия на нём решения. Выборы не только высших государственных должностных лиц, но и кончанских и уличанских органов управления, скорее всего, проводились по своеобразным избирательным бюллетеням, подтверждение чему можно найти в результатах археологических раскопок. Для принятия того или иного решения необходимо было, чтобы оно одобрялось большинством голосов. Иногда, чтобы заставить вече принять то решение, которое диктовала сильнейшая боярская группировка, применялась сила. Так, например, в 1218 году посадник Твердислав, опираясь поначалу на меньшинство – жителей Прусской улицы и Людина конца, – сумел с помощью оружия заставить большинство признать свою власть. В отдельные моменты, когда решались достаточно сложные и важные вопросы, по рекомендации Осподы выбиралась группа лиц (“вечная изба”), которые наблюдали за тем, чтобы было принято действительно нужное решение. Возглавлял эту “коллегию” “вечный дьяк” – должность скорее всего, постоянная – по-видимому, — некий буфер между Осподой и собственно вечем, главный проводник ее решений в жизнь (на практике) [4].

Выводу о наличии достаточного порядка в организации веча противоречат, на первый взгляд, многочисленные сведения о порядке разрешения разногласий на вече дракой. Но даже этот, казалось бы, наиболее анархический элемент веча был подчинён определённым правилам, подобным правилам судебного поединка – поля.

По современным исследованиям вечевая площадь была сравнительно невелика – не более 1500 м2. К тому же участники веча, скорее всего, не стояли, а сидели на скамьях, причём поместиться на площади тогда могли всего 400-500 человек. Такая цифра близка к сообщению немецких источников XIV века о том, что высший орган новгородского управления назывался “300 золотых поясов”. Как раз таким же (400-500) было и количество находившихся в Новгороде боярских усадеб. Из этого можно сделать вывод о том, что в вече принимали участие лишь крупные бояре — усадьбовладельцы (В.Л. Янин, М.Х. Алешковский), к которым в XIII веке добавилось некоторое количество богатейших купцов. Однако в этом вопросе результаты археологических исследований не совпадают с информацией летописей, а потому, скорее всего, вече в Новгороде – это широкое народное собрание, в котором принимают участие все желающие новгородцы. В конце концов, если размеры площади были действительно невелики, то можно предположить, что в прилегающих улицах и проулках толпились люди и принимали участие в вече, к тому же летопись неоднократно свидетельствует о том, что на площади перед Ярославовым двором вече лишь начиналось. Очень часто развитие событий переносилось на более просторные улицы (площади), а иногда и на мост через Волхов… Опять же никак нельзя предположить, что если в вече могло участвовать всё свободное мужское население, то оно в нём участвовало. Очень часто подавляющая часть мужского населения была просто занята. Не зря и грамоты писались “от бояр, от житьих людей, от купцов, от черных людей, от всего Новгорода”. Наконец, даже В.Л. Янин признаёт, что первоначально вече имело более демократичный характер, а превращение его в совет “300 золотых поясов” произошло в результате дробления демоса на улицы, концы и т.п. Но как раз этот тезис вызывает ещё большие сомнения в концепции “300 золотых поясов”. Для бояр не было смысла самим “сидеть” в вече, когда можно было просто приобрести сторонников, которые бы добивались соблюдения интересов своих хозяев, сохраняя при этом демократический дух и легитимность народного собрания. Наконец, вече являлось важнейшим механизмом сглаживания социальных противоречий. Само пребывание там давало демосу какие-то надежды на “лучшую жизнь”.

Положение веча определялось теми функциями, которые оно исполняло:

– заключение и расторжение договора с князем; избрание и смещение посадников, тысяцких, владык, архимандритов; назначение новгородских посадников, воевод и воевод в провинциях; контроль над деятельностью князя, посадников, тысяцких, владыки и других должностных лиц;

– законодательство (Новгородская судная грамота); установление повинностей населения, контроль над их отбыванием;

– внешние сношения, объявление войны и заключение мира;

– распоряжение земельной собственностью Новгорода в хозяйственном и юридическом отношении, пожалование земель; установление торговых правил и льгот;

– контроль над судебными сроками и исполнением решений; в случаях, взволновавших весь город, непосредственное разбирательство дел; предоставление судебных льгот.  

Список литературы

О.В. Мартышин. Вольный Новгород. Общественно – политический строй и право феодальной республики. – М: Русское право, 1992.

Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. – М-Л: Издательство АН СССР, 1950.

А.В. Петров. Внутриобщинные столкновения в Новгороде в середине и второй половине XIV века//Средневековая и новая Россия. Сборник научных статей к 60-летию проф. И.Я. Фроянова. – СПб, 1906.

М.Н. Тихомиров. Древнерусские города. – М: Госполитиздат, 1956.

И.Я. Фроянов, А.Ю. Дворниченко. Города – государства Древней Руси. – Л, 1988.

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://archaeology.kiev.ua

Усиление колониальной эксплуатации и освободительная борьба народов Индии

План

1. Колониальная эксплуатация Индии в последней трети XIX в.

2. Политика британских колониальных властей в 70-80-х годах

3. Революционный подъем 1905-1908 гг. в Индии

4. Индия после революционных событий 1905-1908 гг.

5. Культура Индии

1. Колониальная эксплуатация Индии в последней трети XIX в.

В период перерастания «свободного» капитализма в монополистический завершилось складывание колониальной системы империализма. Новые формы и методы колониальной эксплуатации и связанные с ними новые явления в социально-экономическом и политическом развитии стран Востока проявились в Индии раньше и полнее, чем в других странах. К 70-м годам XIX в. в отличие от большинства других стран Азии и Африки Индия была уже полностью порабощена британскими колонизаторами и являлась бесправной колонией.

Индия становится одним из главных рынков сбыта английской промышленности. Значительно возрастает роль Индии и как важнейшего поставщика сырья и сельскохозяйственных продуктов для метрополии. За десятилетие, с 1873 по 1883 г., торговля Англии с Индией увеличилась на 60%. Индия становится важной сферой приложения капиталов британской буржуазии.

Вначале преобладающей формой вывоза английских капиталов были займы, получаемые британскими колониальными властями Индии у лондонских банкиров. Их сумма возросла с 4 млн. ф. ст. в 1856 г. до 133 млн. в 1900 г. Займы расходовались на содержание британского колониального аппарата и войск в Индии, на финансирование грабительских войн против других стран Востока, а британские банкиры получали высокие проценты. Оплачивало эти займы нищее и голодное индийское крестьянство, изнывавшее под бременем непосильных налогов.

Важным объектом приложения британского капитала стало строительство железных дорог и телеграфных линий. Они были собственностью колониальных властей, создавших исключительно благоприятные условия для обогащения английских фирм и подрядчиков. Первые железнодорожные магистрали были построены в 60-х годах. В последующие десятилетия железнодорожная сеть значительно расширилась. К 1891 г. протяженность железных дорог Индии составляла 27 тыс. км.

Строя дороги, англичане отнюдь не стремились экономически объединить различные районы Индии. Главной целью колонизаторов было обеспечить доставку необходимого им сырья и продвижение промышленных товаров из метрополии. Как правило, дороги расходились веером от нескольких крупных портов. При строительстве железных дорог учитывались и военно-стратегические интересы британского империализма. Железные дороги облегчали переброску войск для агрессивных войн против соседних стран Азии и подавления освободительного движения народов Индии.

Выгодной сферой английских капиталовложений были плантации чая, кофе, каучука.

Часть английских капиталов вкладывалась в промышленность, главным образом в предприятия, перерабатывающие местное сырье. В 1854 г. один из английских капиталистов основал первую джутовую фабрику в Калькутте. С этого времени быстро расширявшаяся джутовая промышленность находилась в руках британского капитала.

Превращение Индии в источник колониального сырья и рынок сбыта капиталистической Англии, начало ее освоения как сферы приложения капитала означали дальнейшее усиление эксплуатации народов Индии, которую теперь осуществляли вкладывавшиеся британские монополии. «То, что англичане отбирают ежегодно у индийцев — в виде ренты, дивидендов от совершенно ненужных для самих индийцев железных дорог, пенсий военным и гражданским чиновникам, издержек на афганские и иные войны я пр. и пр., — то, что они берут у них без всякого эквивалента, — не считая того, что они ежегодно присваивают себе в самой Индии, — то есть говоря только о стоимости товаров, которые индийцы вынуждены даром ежегодно отправлять в Англию, — превышает общую сумму дохода 60 миллионов земледельческих и промышленных работников Индии.

Главным объектом британской колониальной эксплуатации по-прежнему оставалось индийское крестьянство.

Увеличение вывоза сырья и продовольствия вело к росту товарности сельского хозяйства и специализации отдельных районов «а производстве определенных культур. Бенгалия специализировалась на производстве джута, в Бомбейской провинции» Пенджабе и Центральных провинциях расширилось производство хлопка, в Ассаме решающее значение приобрели чайные плантации, в Мадрасской провинции основной статьей экспорта стали масличные культуры. Пенджаб специализировался на производстве экспортной пшеницы.

Рост товарности сельского хозяйства происходил в условиях господства помещичьей собственности на землю и других феодальных пережитков. Продолжалась экспроприация общинных угодий в пользу помещиков и английских колонизаторов. Резка возросла задолженность крестьянства ростовщикам и скупщикам. Попав в сети ростовщиков, миллионы крестьян терял» последние клочки земли и полностью разорялись. Преобладающее большинство крестьян арендовало землю у помещиков на условиях кабальной издольщины, отдавая до 60% урожая » более.

Господство колонизаторов, феодальные пережитки обусловили огромное и постоянно усиливавшееся аграрное перенаселение, обрекали на застой и прозябание производительные силы индийского сельского хозяйства. Почвы истощались, неуклонно снижалась урожайность. Страна, подавляющее большинство на» селения которой было занято в сельскохозяйственном производстве, не могла теперь обеспечить себя продовольствием. Колониальный режим обрекал крестьянство на безземелье, полуголодное существование. Миллионы людей гибли от голода и эпидемии. Так, в 1876—1878 гг. голодной смертью умерло свыше 2,5 млн. индийцев.

В 70-е и 80-е годы в ряде районов Индии происходили крупные крестьянские волнения и восстания.

В Пенджабе антиимпериалистическое и антифеодальное движение сикхского крестьянства развертывалось в форме сектантского движения «намдхари» («воспламененных именем» божества).

В начале 70-х годов секта «намдхари» насчитывала 50— 100 тыс. членов. Ее тогдашний глава Рам Сингх превратил секту в централизованную организацию, имевшую своих представителей по всему Пенджабу. В 1872 г. отряд «намдхари» поднял восстание, атаковав два феодальных замка е целью захвата находившихся там запасов оружия. Однако повстанцы были раз» биты. Англичане, опасавшиеся новых выступлений, расправились с захваченными повстанцами особенно жестоко. Эта расправа? изображена в известной картине В.В. Верещагина «Английская казнь в Индии». Рам Сингх и другие руководители секты были сосланы.

В том же, 1872 г. английские власти жестоко подавили крестьянские выступления против помещиков в двух округах Бенгалии.

В 1873—1875 гг. в Махараштре происходила вооруженная, борьба крестьян против ростовщиков, которую возглавлял Кенглия. Английскими властями было арестовано около 600 участников этого движения.

Новое восстание началось в Махараштре в 1879 г. В феврале 1879 г. патриотически настроенный маратхский интеллигент, мелкий служащий одного из английских учреждений в Пуне Васудёв Балвант Пхадке перебросил в горы небольшие запасы с трудом собранного оружия и вместе с группой единомышленников провозгласил начало восстания против колонизаторов. Вскоре к Пхадке и его сторонникам стали присоединяться группы крестьян. Чтобы получить средства для приобретения, оружия и формирования из еще имевшихся в некоторых княжествах (Воинов-профессионалов отряда наемников, который по замыслу Пхадке стал бы ядром предполагаемого народного ополчения, повстанцы нападали на помещичьи усадьбы, захватывали имущество помещиков и ростовщиков, уничтожая при этом закладные на крестьянские земли и долговые расписки крестьян. Население широко поддерживало повстанцев. По всей Махараштре и в некоторых других районах Индии положение было крайне напряженным. Ходили слухи, что один из вождей восстания 1857—1859 гг., Нана Сахиб, якобы возвращается на родину в сопровождении сильного русского войска, которое по- может изгнать англичан. Характерно, что Пхадке подписывал свои воззвания: «Васудев Балвант Пхадке по поручению Нана Сахиба». В 1879 г., в Ташкент прибыл посол от находившегося в ссылке главы секты «намдхари» Рам Сингха. Он также рассчитывал «а помощь русских в борьбе с англичанами.

В общей напряженной обстановке восстание, возглавленное Пхадке, крайне встревожило английские власти. Против повстанцев были брошены крупные силы войск и полиции. В июле 1879 г. предатель выдал Пхадке. Вскоре восстание было подавлено. Пхадке приговорили к пожизненной каторге.

Почти одновременно с восстанием в Махараштре на юге Индии, в местности Рампа, вспыхнуло стихийное восстание крестьянства народа андхра под руководством Чендрия. Направленное против английских колонизаторов, сборщиков налогов и местных ростовщиков, это восстание приняло характер упорной партизанской войны. Только в 1880 г. войска и полицейские силы, стянутые со всей Южной Индии, сумели подавить вооруженное сопротивление крестьян.

Стихийные выступления крестьянства происходили и в других областях Индии. Эти выступления еще сохраняли средневековые черты. Но они были направлены и против чужеземного колониального гнета. А то, что восстание 1879 г. в Махараштре возглавил представитель демократических слоев формировавшейся буржуазной интеллигенции Пхадке, свидетельствовало о возможности объединения национально-освободительного движения с антифеодальной борьбой крестьянства. Это создало бы смертельную угрозу для английских колонизаторов.

Новые методы колониальной эксплуатации, складывавшиеся в последней трети XIX в., в известной степени способствовали развитию капитализма и появлению в Индии капиталистической фабричной промышленности. В 1877 г. в стране насчитывалась уже 51 текстильная фабрика. Появились и другие промышленные предприятия, принадлежавшие как английскому, так и индийскому капиталу. Наряду с немногими крупными фабриками развивались мелкие промышленные предприятия мануфактурного и полукустарного типа.

Но колониальный гнет препятствовал развитию в Индии национального капитализма. Промышленное развитие страны шло крайне медленными темпами. Упадок кустарной промышленности и ремесла обгонял появление фабричных предприятий. Только немногие из разорившихся ремесленников находили работу на фабриках. При этом по-прежнему в кустарной промышленности было занято во много раз больше рабочих и ремесленников, чем в фабричной.

В условиях колониального господства развивались лишь некоторые отрасли промышленности, почти исключительно легкой. Господствующее положение в экономике страны занимал британский капитал. Капиталисты метрополии различными методами контролировали и подчиняли индийский капитал. Широкое распространение получила система «управляющих агентств».

Эти агентства учреждались английскими банками и фирмами и брали на себя за определенное вознаграждение управление предприятиями. Английские колониальные власти покровительствовали им и всячески затрудняли деятельность индийских предпринимателей, не связанных с «управляющими агентствами». Англичане использовали «управляющие агентства» для создания в Индии таких предприятий, которые способствовали бы эксплуатации страны в качестве аграрно-сырьевого придатка Англии.

Даже замедленное и уродливое развитие капитализма неизбежно имело чрезвычайно важные социальные последствия. В Индии формировались классы капиталистического общества — национальная буржуазия и рабочий класс.

Условия, в которых развивался капитализм в колониальной Индии, определили характер и особенности формирования индийской буржуазии. Представители мелкой и средней буржуазии — мелкие хозяйчики, владельцы мастерских и мануфактур — с трудом могли в колониальных условиях стать фабрикантами. Для этого нужны были крупные капиталы и поддержка английских колониальных властей. Не удивительно, что крупная индийская промышленная буржуазия формировалась главным образом из богатых ростовщиков и связанных с англичанами компрадоров. Ввиду затруднений, которые создавали колонизаторы национальной фабричной промышленности, многие представители индийской буржуазии занимались ростовщичеством, торговлей, вкладывали капиталы в землю. Молодая индийская буржуазия была тесно связана с помещичьим землевладением. Она была слаба и находилась в зависимости от более могущественного английского капитала.

Формирование буржуазии шло неравномерно у различных национальностей Индии. Первоначально крупные капиталисты принадлежали по преимуществу лишь к нескольким национальностям. Большую роль в экономической жизни Индии играла гуджаратская буржуазия, влияние которой распространялось далеко за пределы Гуджарата и соседних районов. Развитие капитализма привело к появлению бенгальской и маратхской буржуазии. На юге Индии заметную роль играла тамильская буржуазия.

В своеобразных условиях Индии некоторые группы буржуазии складывались внутри торгово-ростовщических каст. Так, сильные позиции из экономике многих районов принадлежали марвари — выходцам из ростовщических каст Раджастхана. Марварийская буржуазия была тесно связана с компрадорской торговлей. По мере развития капитализма она принимала все большее участие в промышленной предпринимательской деятельности. Марварийская буржуазия не сливалась с буржуазией тех национальностей, среди которых она действовала, а оставалась замкнутой группой капиталистов, связанных кастовыми узами. С развитием капитализма и формированием буржуазии различных национальностей Индии стали сказываться противоречия между буржуазией этих национальностей и более сильным гуджаратским и марварийским капиталом, внедрявшимся во многие районы Индостана.

Колониальный гнет, господство феодальных пережитков, искусственное рассечение территорий ряда национальностей границами княжеств и провинций затрудняли процесс складывания наций в Индии. Однако развитие капитализма, расширение экономических связей внутри отдельных национальных районов, а также между различными частями страны ускоряли процесс превращения народностей Индии в национальности и нации.

У национальностей, проживавших в районах, где капитализм ‘развивался относительно быстро (гуджаратцы, бенгальцы, маратхи, тамилы), процесс складывания буржуазных наций к концу XIX в. был уже близок к завершению. Заметно продвинулась вперед консолидация других народов Индостана. Одновременно создавались предпосылки для их взаимного сближения. В результате усиления экономических связей между различными районами складывался общеиндийский рынок. Народы Индии, в течение столетий имевшие тесные культурные, политические, экономические связи, объединяли общая ненависть к британским колонизаторам, общие интересы. Поэтому процесс формирования наций в Индии сопровождался укреплением общеиндийского единства. Создавались объективные предпосылки для возникновения общеиндийского буржуазно-национального движения против иноземных колонизаторов.

С появлением национальной буржуазии начинает распространяться и буржуазно-национальная идеология. К 70-м годам в стране уже существовала немногочисленная прослойка индийской интеллигенции, получившей европейское образование на родине или за границей. Из ее среды вышли просветители и реформаторы, в той или иной форме пропагандировавшие буржуазно-национальные идеи. Возникли объективные предпосылки для перехода от «феодального национализма» к буржуазно-национальной идеологии.

Вначале новые идеи выражались в привычной форме религиозно-этических учений, призывавших к религиозной реформации. В 1875 г. гуджаратский брахман Даянанд Сарасвати основал «Арья самадж» («Общество ариев»). Его сторонники призывали вернуться к» религии древних ариев. Они отвергали кастовые барьеры, осуждали детские браки. В Лахоре, где находился центр общества, был учрежден колледж, в котором преподавались не только богословские дисциплины, но и естественные науки. Не призывая своих сторонников к борьбе с колонизаторами, Сарасвати тем не менее утверждал, что «иностранное правительство никогда не сможет обеспечить благосостояние народа». Из его учения вытекало, что религиозные и культурно-бытовые реформы, просвещение создадут предпосылки для национального возрождения родины.

Религиозно-просветительные общества, основанные сикхами, также ратовали за развитие и расширение образования. Они выступали поборниками возрождения языка пенджаби.

Религиозное просветительство получило распространение и среди мусульман. В Калькутте появились «Мусульманское литературное общество» и «Национальная мусульманская ассоциация». Активизировалась деятельность мусульманских просветителей, крупнейшим из которых был Сайид Ахмад-хан (1817—1898).

Вначале Сайид Ахмад поддерживал реформаторские идеи индийских ваххабитов, не разделяя их враждебности к британскому колониальному режиму. После народного восстания 1857—1859 гг. он порвал с ваххабитами. Обязанности судьи на английской службе Сайид Ахмад сочетал с активной деятельностью в «Переводческом обществе», «Мусульманской конфедерации по просвещению» и Алигархском колледже. Он призывал к возрождению и модернизации ислама, критиковал традиционную систему мусульманского религиозного образования, выступал за ознакомление с передовыми идеями Европы и т. д. При этом он стремился к сближению мусульман с английской колониальной администрацией.

Просветительская деятельность Сайид Ахмада имела прогрессивное значение. Но он способствовал противопоставлению мусульманского общественного движения индусскому.

Религиозно-реформаторское просветительство было как бы переходной ступенью от «феодального национализма» к буржуазно-национальному освободительному движению. Одновременно уже появились и организации (просветительные и политические), в полной мере носившие буржуазный характер. В Бомбее представители патриотически настроенной интеллигенции группировались вокруг видного экономиста Дадабхая Наороджи. В Пуне (Возникли маратхские исторические общества и культурно-просветительные организации, которыми руководил экономист и историк Махадёв Говйнд Ранаде. В Бенгалии образовались две влиятельные общественные организации — «Англо-индийская ассоциация» и «Индийская ассоциация». Лидером бенгальских националистов был Сурендранат Баннер-джи. Создавались предпосылки для образования общеиндийской буржуазно-национальной патриотической политической организации.

2. Политика британских колониальных властей в 70—80-х годах

Перед лицом усилившихся стихийных выступлений крестьянства и зарождения буржуазно-национального движения английские колонизаторы еще теснее сближались с реакционными силами Индии — князьями, помещиками, компрадорами — и стремились разжечь вражду между индусами и мусульманами.

В 1877 г. в Дели состоялась торжественная церемония про» возглашения королевы Виктории императрицей Индии. Съехавшиеся со всей Индии князья принесли присягу верности Виктории. Церемония должна была подчеркнуть дальнейшее сближение между английской короной и вассальными князьями.

В 1878 г. глава английской администрации в Индии, который отныне стал именоваться вице-королем, провел закон о печати на национальных языках Индии, ставивший газеты под строгий контроль колониальных властей. Через год последовал акт об огнестрельном оружии, лишавший индийских крестьян права иметь даже охотничьи ружья, необходимые для защиты от тигров и других хищных зверей.

Одновременно колониальные власти маневрировали, пытались создать иллюзию уступок индийской общественности, надеясь привлечь на свою сторону представителей нарождавшейся индийской буржуазии. В начале 80-х годов был издан закон о местном самоуправлении, по которому городские муниципалитеты избирались состоятельными слоями горожан, но реальная власть по-прежнему оставалась в руках градоначальника-англичанина. Тогда же в сельских районах были созданы выборные окружные управления. К участию в выборах допускались только землевладельцы.

Позднее (в 1892 г.) был издан закон об индийских законодательных советах. Начиная с 1861 г. при генерал-губернаторе и губернаторах некоторых провинций в разное время были образованы советы, состоявшие из чиновников — как правило, англичан. По закону 1892 г. в состав советов стали назначаться и индийцы. Часть членов провинциальных советов выделялась муниципалитетами и окружными управлениями. Реальными правами индийские законодательные советы не обладали.

Стремясь ослабить недовольство крестьянства, британские власти в 80-х годах распространили действие «Закона о постоянной аренде» 1859 г. на более широкие слои крестьян-арендаторов. «Восстания и беспорядки в Восточной Бенгалии,— писал Ранаде, — проложили дорогу нынешнему законодательству о защищенной аренде». Эта мера несколько облегчала положение зажиточной части крестьян-арендаторов и поддерживала иллюзии отсталых слоев крестьянства.

Учитывая возникновение буржуазно-национального движения и неизбежность создания общеиндийской национальной организации, английские власти стремились ограничить политическую деятельность имущих классов Индии приемлемыми для британского капитала рамками и по возможности привлечь их на свою сторону. Англичане надеялись использовать в своих интересах тесную связь нарождавшейся национальной буржуазии с помещиками и компрадорами, ее страх перед аграрным движением крестьянства.

Английский вице-король Дафферин, управлявший Индией в 1884—1888 гг., установил контакт с видными общественными деятелями-индийцами и дал им понять, что не будет чинить препятствий к созданию общеиндийской умеренной политической организации.

28 декабря 1885 г. в Бомбее в торжественной обстановке открылся учредительный съезд, основавший Индийский национальный конгресс. Примерно половина делегатов состояла из представителей высших слоев буржуазной интеллигенции. Другую половину составляли промышленники, купцы, помещики. В речах делегатов подчеркивалась лояльность по отношению к британским колониальным властям.

В основу тогдашнего устава Национального конгресса были положены требования национального равноправия англичан и индийцев в Индии и предоставления самоуправления. Эти цели предполагалось достигнуть «конституционными и мирными средствами, постепенно реформируя существующую систему управления, упрочивая национальное единство, поощряя дух общественного долга, развивая и организуя духовные, моральные, экономические и промышленные ресурсы страны».

Одна из резолюций требовала введения протекционистских таможенных тарифов для защиты индийской промышленности.

Национальный конгресс возник как верхушечная, оторванная от масс организация, слабо оформленная в организационном отношении. Роль его рядовых членов сводилась к участию в выборах делегатов на ежегодный съезд. Первые годы деятельность Национального конгресса ограничивалась агитацией в печати, подачей петиций британскому парламенту, кампаниями протеста против наиболее вопиющих проявлений произвола колониальных властей.

Но сам факт создания Индийского национального конгресса свидетельствовал о выходе на арену политической борьбы индийской национальной буржуазии. Он выражал буржуазную оппозицию колониальному режиму. Вместе с тем логика борьбы превращала Конгресс в символ национального единства Индии, в силу, противостоящую иноземным колонизаторам. Выступления Национального конгресса против расовой дискриминации произвола колониальных властей пробуждали национальное самосознание индийцев, находили отклик среди народных масс. Индийский национальный конгресс выражал интересы крупной буржуазии. Но его деятельность неизбежно имела также и патриотическое, общедемократическое содержание.

По мере развития капиталистических отношений в Индии и роста национальной буржуазии неминуемо обострялись ее противоречия с буржуазией метрополии, а это усиливало оппозиционность Национального конгресса по отношению к Англии. Никакие маневры британских колониальных властей не могли смягчить этих противоречий, порождаемых объективными законами общественного развития в эпоху империализма. Расчеты британских колониальных властей на привлечение на свою сторону индийской буржуазии, на превращение Национального конгресса в ручную, марионеточную организацию оказались несостоятельными. Вскоре их благожелательное отношение к Конгрессу сменилось враждебностью, хотя его легальная деятельность и не была запрещена.

Усиление колониального гнета, рост национального самосознания, углубление противоречий между национальной буржуазией и британскими колонизаторами привели к появлению в Индии радикального демократического крыла буржуазно-национального движения. По своему социальному происхождению большинство представителей этого нового направления, оформившегося в 90-х годах, были выходцами из различных слоев мелкой буржуазии или мелкопоместной среды. Владельцы ремесленных мастерских, мануфактур и мелких ‘промышленных предприятий, низшие слои интеллигенции, обреченные на безработицу в условиях колониального режима, наиболее остро и болезненно ощущали последствия колониального порабощения своей родины.

Представители демократического крыла буржуазно-национального движения начали свою деятельность в Бенгалии и Махараштре с 70-х годов, но особенно активизировались в 90-е годы. Они считали недостаточной умеренную, реформаторскую программу и тактику лидеров Индийского национального конгресса.

Общепризнанным вождем демократического крыла национального движения Индии стал Бал Гангадхар Тилак (1856— 1920). Выходец из разорившегося знатного брахманского рода.

Махараштры, Тилак получил высшее филологическое и историческое образование в Пуне, являлся видным ученым-историком. В юности его любимыми героями были Гарибальди и Мадзини. Накануне окончания колледжа он поклялся отдать все свои силы освобождению родины. Вскоре вместе с несколькими друзьями он создал в Пуне независимую среднюю школу, где преподавание было пронизано патриотическим духом, а в 1880 г. основал газету «Кесари» («Лев»). После образования Национального конгресса Тилак принимает активное участие в его деятельности, но уже к началу 90-х годов выявились принципиальные разногласия между сторонниками Тилака и правыми руководителями Конгресса. Постепенно в Конгрессе сложились два течения — правое («умеренные») и левое, демократическое, во главе с Тилаком («крайние»).

Тилак развернул активную деятельность у себя на родине — в Махараштре. Он создавал среди молодежи национальные спортивные организации, в которых велась патриотическая агитация, организовывал народные празднества в память национального героя маратхов Шиваджи, на которых раздавались призывы к решительной борьбе с колонизаторами. «Бог не отдал Индию чужеземцам в дар, увековеченный на таблицах из прочной меди», — говорил Тилак.

Статьи Тилака, его выступления производили огромное впечатление на патриотов и демократов всей Индии. Тилак и его сторонники считали, что Конгресс достигнет своих целей только тогда, когда в борьбу будут втянуты широкие массы народа. Но Тилак отвергал вооруженную борьбу. Вскоре английские власти увидели в лице Тилака опасного ‘противника. В 1897 г. он был арестован и приговорен к шести годам тюремного заключения.

Выражая настроения мелкой буржуазии и связанной с ней интеллигенции, «крайние» выдвинули программу и тактику, отвечавшие интересам класса индийской национальной буржуазии в целом, выступали как его наиболее активные и дальновидные политические представители. Их деятельность, бесспорно, имела прогрессивный характер. Но вместе с тем на ней лежала печать классовой ограниченности буржуазии. Неся идеи национального освобождения в массы, будучи мужественным и самоотверженным патриотом, Тилак, однако, не связывал национально-освободительную борьбу с борьбой против феодальных пережитков, с аграрной революцией. Он предпочитал апеллировать к крестьянству под лозунгами защиты религии, идеализировал феодальную старину, касты и другие средневековые институты.

Возникновение внутри Национального конгресса левого крыла ^лишний раз подтверждало провал планов колониальных властей, рассчитывавших на сотрудничество с буржуазными элементами.

С появлением фабричной промышленности начал формироваться рабочий класс. К концу XIX в. в Индии насчитывалось уже 700—800 тыс. промышленных рабочих (включая железнодорожников и горняков). Пролетариат формировался из обнищавших крестьян и разорившихся ремесленников. Широкое распространение имела вербовка рабочих через посредников, к которым уходила значительная доля мизерного заработка рабочих. Многие рабочие сохраняли связь с деревней. В особенно тяжелом положении находились на предприятиях рабочие, принадлежавшие к низшим кастам.

Рабочие Индии подвергались жесточайшей эксплуатации со стороны английских и своих, индийских капиталистов. Рабочий день продолжался от зари до зари. Когда на предприятиях был введен электрический свет, продолжительность рабочего дня еще более увеличилась. Широко применялся женский и детский труд. На некоторых предприятиях работали дети 4—5 лет. Нищенская заработная плата дополнительно урезывалась многочисленными штрафами и поборами. На предприятиях царил казарменный режим. Индийские экономисты подсчитали, что стоимость содержания в тюрьме одного заключенного втрое превышала средний доход индийского рабочего. Несколько лет работы на фабрике превращали рабочего в инвалида. Не удивительно, что индийские предприятия отличались чрезвычайно большой текучестью рабочей силы.

Темнота и неграмотность, религиозные предрассудки, текучесть рабочей силы, многонациональный состав индийского пролетариата, принадлежность рабочих к различным кастам — все это тормозило рост классового самосознания индийских рабочих. Но вместе с тем невиданно тяжелая эксплуатация порождала у рабочих ненависть к эксплуататорам, решимость бороться за свои права, за лучшую долю. Сплочению индийского пролетариата и пробуждению его классового самосознания способствовала высокая степень концентрации индийских рабочих в нескольких крупных промышленных центрах (Бомбей, Калькутта, Ахмадабад).

Первые стачки индийских рабочих начались в конце 70-х — начале 80-х годов. В 1877 г. произошла стачка на одной из фабрик Нагпура. Между 1882 и 1890 гг. в округах Бомбея и Мадраса было зарегистрировано 25 стачек. В 90-х годах стачечные выступления продолжались. Но эти стачки носили стихийный характер, рабочий класс не имел еще своих классовых Профессиональных и политических организаций. В отдельных случаях от имени рабочих выступали либеральные буржуазные филантропы. Так, в 1884 г. служащий текстильной фабрики Н.М. Локханд представил властям от имени бомбейских рабочих заявление, в котором выдвигались требования ограничить часы работы, установить еженедельный выходной день, обеденный перерыв и обеспечить выплаты пособий за увечья. Локханд называл себя председателем «Ассоциации бомбейских текстильщиков». Но эта организация не имела ни списка членов, ни устава. Каких-либо данных о ее деятельности не сохранилось.

Учитывая начавшееся стачечное движение, английские власти ввели в Индии фабричное законодательство. (Определенную роль в этом сыграла лицемерно поднятая английскими текстильными фабрикантами, боявшимися конкуренции индийской текстильной промышленности, кампания в «защиту» прав индийских рабочих.) Закон 1881 г. запрещал на крупных фабриках труд детей моложе 7 лет. В 1891 г. был введен обязательный день отдыха и запрещен труд детей моложе 9 лет. Фабричное законодательство практически не изменило положения индийских рабочих.

В конце столетия отдельные передовые рабочие начали принимать участие в национально-освободительном движении.

К рубежу XIX—XX вв. завершились серьезные изменения в экономике и политической жизни Индии. Являясь важнейшим источником сырья и рынком сбыта английской промышленности, она стала теперь и важной сферой приложения британского капитала. Усилилась колониальная эксплуатация народов Индии. При этом происходили значительные социально-экономические сдвиги. Хотя и медленно, но развивался капитализм. Появились новые классы — пролетариат и национальная буржуазия. Зародилось национально-освободительное движение, буржуазно-демократическое по своему характеру и объективным задачам. Противоречия между народами Индии и английским капиталом резко обострились, отражая общее обострение всех противоречий капитализма в эпоху империализма.

3. Революционный подъем 1905-1908 гг. в Индии

Наряду с буржуазными революциями в полуколониальных странах — Иране, Турции, Китае — в начале XX в. развернулись мощные антиимпериалистические выступления в Индии, Индонезии и других колониях. Если в полуколониальных странах революции начала XX в. были направлены в первую очередь против феодализма и правящих династий, то в колониях революционное движение периода пробуждения Азии носило открыто антиимпериалистический, антиколонизаторский характер. В колониях национально-освободительному и демократическому движению противостояла военно-бюрократическая государственная машина колонизаторов, опиравшаяся на всю мощь империалистических метрополий. Это обстоятельство затрудняло революционную борьбу. Тем не менее революционный подъем, охвативший в начале XX в. многие колонии, являлся важной составной частью общего процесса пробуждения Азии. Особенно важные внутренние и международные последствия имела освободительная борьба народов крупнейшей из колониальных стран — Индии.

В Индии полнее и раньше, чем в других угнетенных странах Востока, сказались последствия новых форм колониальной эксплуатации, свойственных эпохе империализма.

К началу XX в. Индия была самой развитой в промышленном отношении среди колониальных и зависимых стран Востока. Там быстро росли капиталовложения английских монополий. За 1893—1907 гг. английские инвестиции в железные дороги и оросительные сооружения увеличились на 56%, капиталы частных компаний — на 23, банков — на 95%. В 1905 г. в Индии действовало 165 иностранных акционерных компаний, зарегистрированных за границей, в основном в Англии. Их капитал втрое превышал капитал компаний (как английских, так и индийских), зарегистрированных в самой Индии.

В результате усилившейся колониальной эксплуатации доход на душу населения, и без того мизерный, сократился с 1882 по 1900 г. вдвое — с 1,5 до 0,75 пенса на человека в день (в то время пенс равнялся примерно 4 коп.). Усиление контроля английских монополий над экономикой Индии сопровождалось ростом полуфеодальной эксплуатации индийского крестьянства. Увеличивалась арендная плата. Значительная часть крестьян теряла свои права на землю. По словам одного из лидеров Национального конгресса, почти треть крестьян страны лишилась земли и стала «крепостными ростовщиков». В стране свирепствовали голод и эпидемии. За десятилетие (1896—1906) от голода умерло свыше 10 млн. человек. В 1896 г. вспыхнула эпидемия чумы, продолжавшаяся и в последующие годы. Только в 1904 г. от чумы погиб 1 млн. индийцев. Один из исследователей писал: «Со времени Черной Смерти в XIV в. нигде не было такой смертности от чумы, которая наблюдалась в Индии в 1896—1912 гг.».

Атмосфера в стране становилась все более и более накаленной. В 1894 г. в Ассаме происходили крестьянские выступления против помещиков и ростовщиков. В 1896 г. вспыхнуло восстание крестьян народа малаяли на Малабарском побережье. В 1899—1900 гг. крестьянские волнения охватили Центральные провинции (ныне штат Мадхья-Прадеш). В Северо-Западной пограничной провинции против колонизаторов с оружием в руках боролись пуштунские племена. В городах активизировалась деятельность сторонников Тилака.

Английские власти пытались подавить выступления масс террором и репрессиями. Вице-король Индии Керзон заменял чиновников-индийцев англичанами. Считая носителями «крамолы» индийцев, получивших высшее образование, он издал в 1904 г. закон, повышавший более чем вдвое плату за обучение в университетах. В состав университетских советов вводились британские чиновники, установившие полицейский контроль над высшей школой.

Особую тревогу Керзона вызывало растущее национальное движение в Бенгалии — наиболее развитой и населенной, с компактным бенгальским большинством провинции Британской Индии. Он решил разделить эту провинцию, полагая, что раздел «разрубал надвое политические планы тех экстремистов и агитаторов, которые в своей борьбе за политические уступки искали случая, когда они смогли бы направить против британского правительства общую силу бенгальского народа». В Западной Бенгалии бенгальцы были бы в меньшинстве, ибо в тот период в состав Бенгалии входили Бихар и Орисса и бихари и ория составили бы больше половины населения новой провинции. Подавляющее большинство крестьян Восточной Бенгалии исповедовало ислам, а индуистами здесь были главным образом помещики, ростовщики, крупные купцы. В Западной Бенгалии преобладал индуизм. Проводя раздел Бенгалии, англичане стремились противопоставить бенгальцев-мусульман бенгальцам-индусам. Натравливая мусульман на индусов, англичане внешне демонстрировали благожелательное отношение к мусульманам. Один из видных представителей британских властей заявил тогда: «У Англии есть две жены — индуска и мусульманка, но любимая жена — это мусульманка».

Раздел Бенгалии имел и экономические цели. Англичане предполагали заменить в Восточной Бенгалии постоянное заминдарство временным, что должно было повысить платежи, вносимые заминдарами британским властям. С созданием провинции Восточная Бенгалия намечалось переоборудовать и расширить расположенный на ее территории порт Читтагонг, который должен был конкурировать с Калькуттой, где довольно сильные позиции имел индийский капитал.

Конспектируя одну из работ, посвященных индийским проблемам, В.И. Ленин записал: «»Бенгальцев» = 70 миллионов. Раздел Бенгалии англичанами (чтобы ослабить движение национальное) в 1905 г.».

Весь ход развития Индии подготовил почву для подъема национально-освободительного движения. Не удивительно поэтому, что русская революция 1905 г. оказала огромное влияние на народы Индии.

При господстве британских колонизаторов не могло быть сколько-нибудь значительных постоянных связей между народами России и Индии. Поэтому непосредственные контакты между русским и индийским революционным движением почти отсутствовали или носили случайный характер. Но даже отдельные известия о событиях в России производили сильное впечатление в Индии.

Во время русско-японской войны в русской армии служила довольно многочисленная группа индийских солдат-сикхов. Вернувшись на родину, они рассказывали о событиях в России, и это вызывало большую тревогу у английских властей. Отдельные представители индийской революционной эмиграции в Европе общались с русскими революционерами. Некоторые переписывались с А.М. Горьким. Ряд общественных деятелей Индии находился в переписке с Л.Н. Толстым, проявлявшим большой интерес и симпатию к освободительной борьбе народов Индии.

Народы Индии, передовые представители ее освободительского движения восприняли известие о начале революции в России как призыв к борьбе за свое освобождение. Тилак и другие индийские патриоты не раз ссылались в своих выступлениях на пример русского народа. Под влиянием русской революции наступил революционный подъем в Индии.

В июле 1905 г. было опубликовано постановление английских колониальных властей о разделе Бенгалии. Против него выступали не только различные слои национальной буржуазии, но бенгальские заминдары, опасавшиеся повышения платежей за свою землю. В борьбу включались и широкие массы трудящихся. Против раздела выступали не только индусы, но и мусульмане. В августе в Калькутте начались митинги и демонстрации протеста. Принимались резолюции, призывавшие бойкотировать английские товары. 16 октября 1905 г. — день, когда закон о разделе Бенгалии вступал в силу, по предложению Национального конгресса был объявлен днем национального траура. По шеей Бенгалии не разжигали очагов. Все, кроме детей и больных, соблюдали строгий пост. Закрылись фабрики, магазины, базары. Тысячи людей с пением национального гимна «Привет тебе, родина-мать!» направились к берегам рек совершать религиозные омовения. Патриоты требовали, чтобы индийцы — служащие английских государственных учреждений, которые вынуждены были ходить на работу, в знак траура сняли обувь. «Многие повиновались, — писала одна из газет, — и улицы предоставляли любопытное зрелище, когда сотни бабу {служащих.— Лег.) спешили в конторы со своей обувью в руках».

Бойкот английских товаров приобрел массовый характер. «Он проводился под патриотическим лозунгом, свадеши (букв. «своя земля»), давшим название этому движению. Главной щелью движения свадеши было развитие своего, национального (андийского производства. Участники митингов торжественно заявляли: «Призывая бога всемогущего быть нашим свидетелем перед потомками, мы даем эту торжественную клятву, что, насколько это возможно, мы будем употреблять изделия отечественного производства и воздерживаться от употребления иностранных изделий. Да помоги нам бог».

Инициаторы движения призывали собирать средства для развития национального производства, устраивали выставки индийских товаров. Создавались свадешистские кооперативы. Патриоты пикетировали магазины, торговавшие английскими товарами. Выступая на митинге в Калькутте, Тилак говорил: «Свадеши охватывает все области жизни. Свадеши соответствует тому, что в Англии называют национальным единством и патриотизмом.

Свадешизм включает это понятие и, кроме того, выражает нечто большее: все то, что означает национальное единство и патриотизм, взятые вместе».

Вскоре лозунг свадеши был дополнен лозунгом свараджа (букв, «свое правление»). Во время митингов и демонстраций раздавался призыв «Индия для индийцев!».

Начавшись протесты против раздела Бенгалии, движение становилось общеиндийским. Оно стало массовым в Пенджабе и Бомбейской провинции, охватило другие области страны. Национально-освободительное движение народов Индии впервые приобрело сознательный демократический характер. Против британского империализма выступали либеральная буржуазия (к ней примыкала и часть индийских помещиков, особенно в Бенгалии), мелкая буржуазия города, рабочий класс, крестьянство. Все это свидетельствовало о пробуждении Индии.

В условиях начавшегося революционного подъема возросли авторитет и влияние Индийского национального конгресса — единственной общеиндийской политической организации. В его руководстве преобладали «умеренные», выражавшие интересы либеральной буржуазии и примыкавших к ней групп помещиков. Они старались придать движению мирный, и легальный характер. «Умеренные» трактовали лозунг свараджа как требование весьма ограниченной автономии Индии в рамках Британской империи. Свадеши означало для них стремление к усилению позиций индийского крупного капитала, требование политики таможенного протекционизма и государственной поддержки индийской фабричной промышленности. Они стремились выхолостить политический смысл движения свадеши, использовать его для распространения влияния буржуазии на индийский пролетариат. Один из лидеров «умеренных» заявил: «Движение свадеши — это только прелюдия к нашему стремлению войти в великое братство промышленных наций Запада по возможности без внутренней борьбы между трудом и капиталом».

По мере развертывания революционного движения в массах росла популярность «крайних» и их вождя Тилака. Они рассматривали лозунги свараджа и свадеши как призыв к борьбе за национальную независимость Индии. Сторонники Тилака боролись за превращение Индии в независимое буржуазно-демократическое государство. Тилак и другие индийские демократы способствовали включению в движение широких масс. Они вели агитацию не только среди интеллигенции и мелкобуржуазных слоев города, но и среди рабочих, их агитаторы обращались к крестьянству. Но, вовлекая трудящиеся массы в национально-освободительную борьбу, «крайние» объективно содействовали распространению идейного и политического влияния национальной буржуазии на трудящихся. Индийские буржуазные демократы не выдвинули своей аграрной программы. Обращаясь к крестьянству, эти мелкобуржуазные революционеры апеллировали к религиозным чувствам. Агитация среди рабочих тоже велась главным образом под религиозными и национальными лозунгами.

Следует подчеркнуть, что «крайние» не имели единой политической организации. Под этим именем объединялись разношерстные мелкобуржуазные группы. Более решительные из мелкобуржуазных демократов создавали подпольные организации. Они считали, что их главная задача — подготовка вооруженного восстания. Так, в Бенгалии в 1905 г. была создана подпольная организация «Общество прогресса», в программе которой говорилось: «Политическая независимость Индии невозможна без насильственного изгнания жадных и себялюбивых чужеземцев. Мы можем, однако, избавиться от них не иначе, как свергнув власть установленного правительства посредством вооруженного национального восстания… Наше основное внимание должно быть обращено на организацию восстания». Но эти группы готовили восстание заговорщическими методами. Их участники придерживались тактики индивидуального террора.

Тилак был сторонником решительных форм борьбы против английских колонизаторов, но он считал, что в Индии нет необходимых условий для вооруженной борьбы. Его тактика предусматривала расширение бойкота английских товаров и организацию массовой кампании сопротивления колониальным властям путем демонстративного нарушения английских законов без применения насилия. Он называл это «пассивным сопротивлением». В известном смысле Тилак выступал как предшественник Ганди.

Если внутри Индийского национального конгресса Тилак и его сторонники составляли меньшинство, то для широких масс народа, поднявшихся на борьбу с колонизаторами, Тилак стал общепризнанным вождем.

Состоявшийся в 1906 г. в Калькутте съезд Национального конгресса по предложению Тилака включил в программу Конгресса требование свараджа, «такого же, как в доминионах и в самой Англии». Тилака поддержал тогда председатель съезда, старейший деятель Конгресса Дадабхай Наороджи. В своей вступительной речи он сослался на пример русской революции 1905 г. «Если русские крестьяне, — заявил Наороджи, — не только подготовлены к самоуправлению, но сумели вырвать его у царя, величайшего деспота вселенной, если просыпается Китай на востоке Азии и Персия на западе Азии, если Япония уже проснулась, а Россия героически борется за свое освобождение, то можем ли мы оставаться бесправными подданными деспотизма?».

Движение свадеши продолжало нарастать, приобретая все более массовый и боевой характер. С 1906 г. в Бенгалии стали быстро расти местные патриотические союзы. Их членов называли национальными волонтерами. Волонтеры, среди которых было много учащейся молодежи, пикетировали английские магазины, агитировали за свадеши. В некоторых сельских районах Бенгалии организации волонтеров накладывали штрафы на нарушителей бойкота, следили за порядком в своей местности.

В конце 1905 г. начались экономические забастовки железнодорожных и других рабочих. Сильный отклик по всей стране имела забастовка части рабочих Восточно-Индийской железной дороги в июле 1906 г. Ее участники не ограничились одними только экономическими требованиями, они выступили против расовой дискриминации, требуя замены употребляемого колонизаторами с презрением названия «туземцы» словом «индийцы».

Весной 1907 г. в Восточной Бенгалии происходили массовые выступления крестьян против заминдаров и ростовщиков. Используя то обстоятельство, что большинство помещиков здесь были индусами, колонизаторы пытались направить крестьян на путь религиозной розни. Однако вскоре крестьяне стали выступать и против помещиков-мусульман. Против бенгальских крестьян были посланы английские войска.

Важным очагом революционного движения становился Пенджаб. Сильное недовольство крестьянства в районе Равалпинди и некоторых других округах вызывали объявленное властями в конце 1906 г. повышение ставок поземельного на лога и водного сбора, а также подготовка закона, который Должен был лишить индийцев права на землю в районах, где колониальные власти построили новые оросительные сооружения. Пенджабские националисты, возглавляемые видными представителям» «крайних» Ладжпат Раем и Аджит Сингхом, выдвинули требование снижения поземельного налога и водного сбора и отмены ограничений прав земельных собственников в районах, где были созданы новые оросительные сооружения. В городах Пенджаба происходили многочисленные митинги, в которых наряду с рабочими, ремесленниками, купцами участвовали и крестьяне окрестных деревень.

Выступая на одном из митингов в Равалпинди, Аджит Сингх. говорил: «Братья, нас 290 миллионов, их (англичан) — 150 тыс. Конечно, они имеют пушки, но их можно сдуть дыханием 290 миллионов человек, и мы имеем свои кулаки. Однажды я встретил русского, и он сказал мне: „150 тысяч правят 290 миллионами!» Это нелепо. Правительство — великий обманщик и тиран, не ожидайте от него симпатии».

Когда англичане попытались организовать в Равалпинд» судебную расправу над группой патриотов, в городе начались, открытые выступления против колонизаторов. Рабочие железнодорожных мастерских объявили политическую забастовку протеста. 1 мая 1907 г. многотысячная толпа рабочих и крестьян окрестных деревень окружила здание суда. Демонстранты напали на правительственные учреждения. Дальнейшее распространение восстания было приостановлено вступлением в город крупных военных контингентов.

Волнения происходили также в столице Пенджаба Лахоре и религиозном центре сикхов Амритсаре. Среди англичан царила паника. Семьи английских чиновников и офицеров спешно эвакуировались. Было объявлено военное положение. Власти арестовали и выслали Ладжпат Рая и Аджит Сингха. При помощи террора колонизаторам удалось подавить стихийные выступления трудящихся Пенджаба.

В ноябре 1907 г. вспыхнула крупная экономическая забастовка железнодорожников Восточно-Индийской дороги. В течение десяти дней Калькутта не имела железнодорожной связи с остальной Индией. Активную роль в этой забастовке сыграли рабочие-англичане.

В конце 1905 г. Керзона на посту вице-короля Индии сменил Минто. В декабре в Англии к власти пришли либералы. Министром по делам Индии был назначен Морли. Либеральный кабинет свирепо расправлялся с индийскими патриотами.

Применяя жестокий террор, английские колонизаторы одновременно искусно маневрировали. Для того чтобы привлечь на свою сторону имущие классы Индии, английское правительство в 1906 г. объявило о предстоящем проведении реформ, и в частности о введении выборного начала в провинциальных законодательных советах. Еще в ходе разработки законопроектов стало известно о предполагаемом создании особой избирательной курии для мусульман. С благословения английских колониальных властей в декабре 1906 г. была основана Мусульманская лига — религиозно-общинная политическая организация, стремившаяся противопоставить мусульман индусам. В ней заправляли клерикально-помещичьи элементы.

Почти одновременно с Мусульманской лигой, тоже с благословения англичан, была создана индусская религиозно-шовинистическая организация «Хинду махасабха» («Великий союз индусов»). Разжиганием индусско-мусульманской розни колонизаторы надеялись помешать национальному сплочению народов Индии.

Под влиянием роста активности народных масс и обострения классовой борьбы, с одной стороны, и английских обещаний некоторых уступок индийской буржуазно-помещичьей верхушке — с другой, в лагере национально-освободительного движения происходит размежевание классовых сил. С середины 1907 г. бенгальские заминдары, участвовавшие в движении протеста против раздела их провинции и в кампании свадеши, открыто заявили о своей верности англичанам. Заколебалась и крупная национальная буржуазия. Если и раньше «умеренные» с опаской относились к массовому движению и стремились ограничить свадеши узкоэкономическими целями, но все же участвовали в свадешистской кампании, то теперь они открыто требовали прекращения бойкота и антиправительственных выступлений. Лидеры «умеренных» сотрудничали с англичанами в подготовке законопроекта о реформах.

На состоявшемся в декабре 1907 г. съезде Индийского национального конгресса выявились принципиальные расхождения между «умеренными» и «крайними». Либералы требовали немедленного прекращения бойкота. Они внесли резолюцию, резко осуждавшую насильственные методы борьбы. «Крайние» квалифицировали эти предложения как предательские. Произошел раскол. Тилак и его сторонники были изгнаны из Конгресса.

Раскол Конгресса отражал страх либеральной буржуазии перед активным участием народных масс в освободительном движении. Теперь Национальный конгресс ограничивался лишь развертыванием свадешистского движения, трактуемого «умеренными» весьма ограниченно.

После раскола Конгресса сторонники Тилака пытались создать партию националистов. Однако она сразу была объявлена вне закона. Репрессии колониальных властей и разобщенность отдельных группировок «крайних» помешали им организовать свою партию.

Раскол Конгресса ослабил силы национального движения, но революционный подъем в стране еще продолжался. В первой половине 1908 г. значительно усилилось забастовочное движение. В январе бастовало 8 тыс. рабочих в мастерских Великой Индийской полуостровной железной дороги, в апреле — 10 тыс. текстильщиков на фабриках Бомбея.

Наиболее крупные выступления против колонизаторов развернулись в этот период на юге Индии, в районе городов Тиневелли (Тирунелвели) и Тутикорин (Туттуккуди). В ходе движения свадеши здесь была создана индийская национальная судоходная компания, организовавшая рейсы между Тутикорином и Цейлоном. Конкурентная борьба между этой компанией и английскими судовладельцами приобрела острый политический характер. Свадешистскую судоходную компанию возглавлял один из лидеров «крайних» — Ч. Пиллаи. Местные демократы стремились вовлечь в движение свадеши широкие массы населения, в том числе и рабочих. В ответ на их призыв забастовали рабочие одной из английских фабрик Тутикорина.

Когда в марте 1908 г. английские власти арестовали Ч. Пиллаи и других патриотов, начались массовые выступления протеста. Сначала в Тутикорине, а затем и в соседнем Тиневелли купцы закрыли лавки и магазины, прекратили работу рабочие. На улицах Тиневелли начались многолюдные демонстрации. Демонстранты разгромили правительственные здания и полицейский участок. Они успешно отбивались камнями и палками от открывшей огонь полиции. Волнения были подавлены только после вступления в город войсковых частей. Кровавые столкновения с войсками и полицией произошли и в Тутикорине.

Антиимпериалистические выступления в Тиневелли и Тутикорине имели отклик в соседнем княжестве Траванкур. В его столице Тривандрум (Тируванантапурам) вспыхнуло восстание, подавленное только после прибытия контингента английских войск.

По всей стране усилились репрессии колониальных властей. Арестовывались патриоты, закрывались демократические органы печати. Стремясь обезглавить революционное движение, англичане в июне 1908 г. арестовали Тилака.

4. Индия после революционных событий 1905—1908 гг.

В июле английские власти организовали судебный процесс над Тилаком. Для того чтобы расправиться с вождем индийского освободительного движения, был подобран специальный состав присяжных, главным образом англичан.

Тилак использовал суд для разоблачения колонизаторов. Русский консул в Бомбее писал в одном из своих донесений, что Тилак произнес речь, «в которой совершенно забыл, что защищается, а вместо того направил страстное обвинение против существующего в Индии строя».

Голосами англичан-присяжных Тилак был признан виновным. Его приговорили к шести годам каторги.

Известие об аресте и суде над Тилаком вызвало бурю негодования в стране. Особенно сильное возмущение охватило пролетарский Бомбей. В дни судебного процесса происходили массовые митинги и демонстрации протеста. По призыву «крайних» начались политические забастовки. 13 июля забастовало несколько тысяч рабочих. 17 июля число бастующих увеличилось до 40 тыс., 19 июля оно достигло 60 тыс., 22 июля, в день вынесения приговора, среди бомбейского населения распространился призыв: «Ответить на каждый год заключения, к которому приговорен Тилак, одним днем всеобщей стачки!».

На другой день, 23 июля, стачка бомбейских рабочих стала всеобщей. В ней участвовало более 100 тыс. человек. Когда против рабочих были двинуты полиция и войска, Бомбей покрылся баррикадами. Рабочие пустили в ход палки и камни. Несмотря на террор, стачка, как это предусматривалось с самого начала, продолжалась шесть дней. Лишь 29 июля бомбейские рабочие приступили к работе.

Бомбейские рабочие показали большую стойкость и упорство. Была развернута борьба со штрейкбрехерами. начинает заступаться в Индии улица. Подлый приговор английских шакалов, вынесенный индийскому демократу Тилаку (Tilak), — он осужден на долголетнюю ссылку, причем запрос, сделанный на днях английской палате общин, выяснил, что присяжные-индийцы высказались за оправдание, обвинение же вынесено голосами присяжных-англичан! — эта месть демократу со стороны лакеев денежного мешка вызвала уличные демонстрации и стачку в Бомбее. Пролетариат и в Индии дорос уже до сознательной политической массовой борьбы,— а раз это стало так, песенка английско-русских порядков в Индии спета!»*.

Июльские события 1908 г. в Бомбее были кульминационным пунктом революционного подъема. После этого начался спад антиимпериалистического движения.

Революционный подъем 1905—1908 гг. не привел к освобождению народов Индии от колониального ярма. В тот период силы колонизаторов и внутренней реакции намного превосходили силы индийского освободительного движения. Против него обрушила всю свою мощь крупнейшая империалистическая колониальная держава мира — Англия. Жестоко расправляясь с индийскими патриотами, английские колонизаторы вместе с тем искусно маневрировали, разжигали индусско-мусульманскую рознь, стремились привлечь на свою сторону имущие классы Индии.

Между тем народы Индии делали лишь первые шаги на пути массовой сознательной политической борьбы. Рабочие и крестьяне только начинали включаться в эту борьбу. Политическим руководителем движения была индийская национальная буржуазия. Но ее либеральное крыло проявляло колебания и непоследовательность, в решающие моменты отходило от борьбы, а демократическое крыло национального движения не «сумело консолидироваться и создать собственную партию. Подпольные организации индийских революционеров не были связаны с массами.

Отрицательно сказались также отсутствие национального и религиозного единства населения Индии, неравномерность и разрозненность революционного движения в различных районах страны.

Революционный подъем, охвативший Индию в 1905—1908 гг., не перерос в революцию. В.И. Ленин подчеркивал, что «революция невозможна без революционной ситуации, причем не всякая революционная ситуация приводит к революции». Марксизм-ленинизм различает революционную ситуацию вообще, непосредственно революционную ситуацию и прямую революцию. Весь ход событий 1905—1908 гг. свидетельствовал о том, что в Индии в те годы сложилась непосредственно революционная ситуация. Однако из-за рассмотренных выше причин она не привела к прямой революции.

После 1908 г. наступил период политической реакции. Однако английским колонизаторам приходилось учитывать в своей политике уроки революционных событий 1905—1908 гг. В 1909 г. английским парламентом был принят «Акт об индийских законодательных советах». По новому закону половина членов Всеиндийского законодательного совета и большинство членов провинциальных законодательных советов должны были избираться.

Но это была чисто внешняя уступка, ибо сами советы никаких реальных прав не имели. Хотя они официально и именовались законодательными, но выполняли лишь весьма ограниченные совещательные функции при английском вице-короле и губернаторах провинций. Выборы в них были не прямыми, а двух- и трехстепенными. Избирательные права получили лишь несколько тысяч человек из примерно трехсотмиллионного в то время населения Индии. Создавалась отдельная курия для мусульман. Они получали больше мест в марионеточных советах, чем им полагалось по числу избирателей-мусульман. Такая система выборов способствовала разжиганию религиозной вражды.

В 1911 г. британское правительство пересмотрело закон о разделе Бенгалии. Западная и восточная части Бенгалии воссоединились. Бихар и Орисса были выделены в самостоятельную провинцию. Самостоятельной провинцией стал также Ассам. Одновременно было объявлено о перенесении столицы Индии из Калькутты в Дели. Англичане хотели, чтобы центральный аппарат колониального порабощения народов Индии находился подальше от пролетарской Калькутты.

Несмотря на поражение, революционные выступления народов Индии в начале XX в. свидетельствовали о наступлении новой эпохи в истории этой крупнейшей колониальной страны Азии. Народы Индии пробудились к сознательной борьбе за свободу. Активизировалась индийская политическая эмиграция. Ее представители установили контакты с социалистическим движением европейских стран и II Интернационалом. Весь ход развития страны делал неизбежным наступление нового революционного подъема. Пробуждение Индии имело всемирно-историческое значение. Оно было важнейшей составной частью общего пробуждения угнетенных народов колониального Востока.

5. Культура Индии

колониальный эксплуатация индия революционный

Зарождение национально-освободительного движения, формирование наций, связанное с развитием капиталистических отношений, находили свое отражение в культурной жизни страны. Вопреки политике колонизаторов, направленной на подавление национальной культуры и создание воспитанного на западных идеях, проанглийски настроенного слоя интеллигенции, среди получивших европейское образование выходцев из имущих классов, а затем и разночинцев росло национальное самосознание. Стремление к возрождению национальной литературы, традиции которой на различных языках Индии (бенгали, хинди, урду, маратхи, тёлугу и т. д.) восходили к средним векам, было тесно связано с социально-экономическими процессами в Индии на рубеже XIX—XX вв. Прежде всего это сказалось в Бенгалии.

Литература на бенгальском языке к концу XIX в. заняла ведущее место. Великий бенгальский поэт и писатель Рабиндранат Тагор (1861—1941) приобрел большое влияние у себя на родине и получил всемирное признание. После выхода в свет его первого произведения, напечатанного, когда Тагору было 13 лет, появились его многочисленные стихи, поэмы, рассказы и романы. В рассказах 90-х годов Тагор отражал жизнь Индии, показывал произвол колониальных властей, осуждал средневековые предрассудки и пережитки. В крупных романах Тагора начала XX в. («Крушение», «Гора») нашли свое отражение настроения и конфликты, охватывавшие индийскую интеллигенцию.

Выступивший в начале XX в. бенгальский писатель Шоротчондро Чоттопадхай в своих произведениях ярко и реалистически рисует жизнь Индии, бенгальской деревни. Он, как и Тагор, изобличает произвол угнетателей, борясь с пережитками средневековья.

Все больше сказывается связь с национально-освободительным движением и в литературе хинди, где родоначальником новой литературы справедливо считается Премчанд. Его первый сборник рассказов, «Любовь к родине», отразивший национально-освободительный подъем в Индии 1905—1908 гг., был публично сожжен колониальными властями.

Поэты, писавшие на урду (Мухаммад Икбал и др.), на маратхи (Харинараяна Апте) и других языках Индии, искали новые формы, отражали в своем творчестве национальное пробуждение народов Индии.

В XIX в. отмечается создание целого ряда драматических произведений.

Развитие изобразительного искусства характеризовалось так называемым Бенгальским возрождением, связанным с именем крупного художника Обониндроната Тагора (1871—1951), племянника Рабиндраната Тагора. Обращение к лучшим образцам национальной живописи, фрескам Аджанты, сопровождалось дальнейшим развитием индийской техники акварели к темперы преимущественно в произведениях с религиозно-мифологической и исторической тематикой. В этом сказывались подъем национальных чувств и известный протест против проникновения в Индию — не без влияния колонизаторов — европейской техники живописи маслом. Мастера и последователи бенгальской школы, выступая организаторами и учителями в других центрах Индии, сыграли определенную положительную роль в дальнейшем развитии национального изобразительного искусства.

С ростом национального самосознания и с борьбой за экономическое развитие Индии связано появление ряда исследований по экономике. Их авторы, выдвигая требования экономических и политических реформ с либеральных позиций, разоблачали порядки, созданные в Индии английским господством, и их отрицательное влияние на экономическое развитие страны.

Политика английского империализма сказывалась на всей постановке образования и, естественно, на организации высших учебных заведений, программа которых была рассчитана на идеологическую обработку молодежи в угодном колонизаторам духе. В нескольких существовавших тогда высших учебных заведениях почти отсутствовала подготовка высококвалифицированных специалистов по разным наукам. Высших технических учебных заведений не было совсем. Лаборатории университетов были плохо оборудованы. Однако, несмотря на неблагоприятные условия, и в этот период Индия дала целый ряд крупных физиков, математиков, биологов.

Происхождение и развитие городов древней Руси

Введение.

Вопрос о том, когда славяне появились на территории, где позднее сложилось Древнерусское государство, до сих пор окончательно не решен. Некоторые исследователи считают, что славяне являются исконным населением этой территории, другие полагают, что здесь обитали неславянские племена, а славяне переселились сюда уже значительно позже, лишь в середине I тысячелетия н.э. Во всяком случае славянские поселения VI — VII вв. на территории современной Украины уже хорошо известны. Они расположены в южной части лесостепи, почти на границе степей. По-видимому, обстановка здесь в это время была достаточно спокойной и можно было не опасаться вражеских нападений — славянские поселения строились неукрепленными. Позже обстановка резко изменилась: в степях появились враждебные кочевые племена, и здесь стали сооружать у города .

По всей видимости появление городов стало следствием успехов восточной торговли славян, завязавшейся в VIIIв., и было возникновение древнейших торговых городов на Руси. Повесть о начале Русской земли не помнит, когда возникли эти города: Киев, Переславль. Чернигов, Смоленск, Любеч, Новгород, Ростов, Полоцк. В ту минуту, с которой она начинает свой рассказ о Руси, большинство этих городов, если не все они, по-видимому, были уже значительными поселениями. Довольно беглого взгляда на географическое размещение этих городов, чтобы видеть, что они были созданы успехами внешней торговли Руси. Большинство их вытянулось длинной цепью по главному речному пути «из Варяг в Греки», по линии Днепра — Волхова; только некоторые, Переславль на Трубеже, Чернигов на Десне. Ростов в области Верхней Волги, выдвинулись к востоку с этого, как бы сказать, операционного базиса русской торговли как её восточные форпосты, указывая фланговое её направление к Азовскому и Каспийскому морям. Возникновение этих больших торговых городов было завершением сложного экономического процесса, завязавшегося среди славян на новых местах жительства. Мы видели, что восточные славяне расселялись по Днепру и его притокам одинокими укрепленными дворами. С развитием торговли среди этих однодворок возникли сборные торговые пункты, места промышленного обмена, куда звероловы и бортники сходились для торговли, для гостьбы, как говорили в старину. Такие сборные пункты получили название погостов. Впоследствии, с принятием христианства, на этих местных сельских рынках как привычных людских сборищах прежде всего ставились христианские храмы: тогда погост получал значение места, где стоит сельская приходская церковь. При церквах хоронили покойников: отсюда произошло значение погоста как кладбища. С приходами совпадало или к ним приурочивалось сельское административное деление: это сообщало погосту значение сельской волости. Но все это — позднейшие значения термина: первоначально так назывались сборные торговые, «гостинные» места. Мелкие сельские рынки тянули к более крупным, возникавшим на особенно бойких торговых путях. Из этих крупных рынков, служивших посредниками между туземными промышленниками и иностранными рынками, и выросли Наши древнейшие торговые города по греко- варяжскому торговому пути. Города эти служили торговыми центрами и главными складочными пунктами для образовавшихся вокруг них промышленных округов. Таковы два важных экономических последствия, которыми сопровождалось расселение славян по Днепру и его притокам:

1) развитие внешней южной и восточной, черноморско- каспийской торговли славян и вызванных ею лесных промыслов,

2) возникновение древнейших городов на Руси с тянувшимися к ним торгово-промышленными округами. Оба эти факта можно относить к VIIIв.

Слово город в древнерусском языке означало укрепленное поселениев отличие от веси или села — неукрепленной деревни. Поэтому городом называли всякое укрепленное место, как город в социально-экономическом значении этого слова, так и собственно крепость или феодальный замок, укрепленную боярскую или княжескую усадьбу. Все, что было окружено крепостной стеной, считалось городом. Более того, вплоть до XVIIв. этим словом часто называли сами оборонительные стены.

В древнерусских письменных источниках, особенно в летописях, имеется огромное количество упоминаний об осаде и обороне укрепленных пунктов и о строительстве крепостных сооружений — городов.

Укрепления раннеславянских градов были не очень крепкими; их задачей было лишь задержать врага, не дать ему внезапно ворваться внутрь поселка и, кроме того, предоставить защитникам прикрытие, откуда они могли бы поражать врагов стрелами. Да у славян в VIII— IX, а частично даже и в Х в., еще и не было возможностей строить мощные укрепления — ведь в это время здесь только слагалось раннефеодальное государство. Большинство поселений принадлежало свободным, сравнительно немноголюдным территориальным общинам; они, конечно, не могли своими силами возводить вокруг поселения мощные крепостные стены или рассчитывать на чью-либо помощь в их строительстве. Поэтому укрепления старались строить так, чтобы основную их: часть составляли естественные преграды.

Наиболее подходящими для этой цели были островки посреди реки или среди труднопроходимого болота. По краю площадки строили деревянный забор или частокол и этим ограничивались. Правда, у таких укреплений имелись и очень существенные изъяны. Прежде всего в повседневной жизни очень неудобной была связь такого поселения с окружающей местностью. Кроме того, размер поселения здесь целиком зависел от естественных размеров островка; увеличить его площадь было невозможно. А самое главное, далеко не всегда и не везде можно найти такой остров с площадкой, защищенной естественными преградами со всех сторон. Поэтому укрепления островного типа применялись, как правило, только в болотистых местностях. Характерными примерами такой системы являются некоторые городища Смоленскойи Полоцкойземель.

Там, где болот было мало, но зато в изобилии встречались моренные всхолмления, укрепленные поселения устраивали на холмах-останцах. Этот прием имел широкое распространение в северо-западных районах Руси. Однако и такой тип системы обороны связан с определенными географическими условиями; отдельные холмы с крутыми склонами со всех сторон есть также далеко не везде. Поэтому наиболее распространенным стал мысовой тип укрепленного поселения. Для их устройства выбирали мыс, ограниченный оврагами или при слиянии двух рек. Поселение оказывалось хорошо защищенным водой или крутыми склонами с боковых сторон, но не имело естественной защиты с напольной стороны. Здесь-то и приходилось сооружать искусственные земляные препятствия — отрывать ров. Это увеличивало затраты труда на строительство укреплений, но давало и огромные преимущества: почти в любых географических условиях было очень легко найти удобное место, заранее выбрать нужный размер территории, подлежащей укреплению. Кроме того, землю, полученную при отрывании рва, обычно насыпали вдоль края площадки, создавая таким образом искусственный земляной вал, который еще более затруднял противнику доступ на поселение.

К началу IXв. на Руси насчитывалось около 24 крупных городов. Варяги (норманны), ходившие через эту территорию путями из варяг в греки или из варяг в персы называли Русь Гардарикой — страной Городов. В центре древнерусского города, укреплённого естественным и (или) искусственным образом, находился детинец (кром- кремль), который окружали посады ремесленников, а на окраинах находились слободки (слободы).

Так строили восточные славяне свои укрепления вплоть до второй половины Х в., когда окончательно сложилось древнерусское раннефеодальное государство — Киевская Русь.

Роль городов в экономической политической и духовной жизни Руси

Становление Древнерусского государства было теснейшим образом связано с процессом преобразования, освоения мира непроходимых чащоб, болот и бескрайних степей, окружавшего человека в Восточной Европе. Ядром нового мира стал город — «очеловеченная», «окультуренная», отвоеванная у природы территория. Упорядоченное, урбанизированное пространство превращалось в опору новой социальной организации.

«В городах, — пишет В.П.Даркевич, — исчезает поглощенность личности родом, ее статус не растворяется в статусе группы в той мере, как в варварском обществе. Уже в ранних городах Новгородско-Киевской Руси общество переживает состояние дезинтеграции. Но при разрушении прежних органических коллективов, в которые включался каждый индивид, общество перестраивается на новой основе. В города, под сень княжеской власти стекаются люди, самые разные по общественному положению и по этнической принадлежности. Солидарность и взаимопомощь — непременное условие выживания в экстремальных условиях голодовок, эпидемий и вражеских вторжений. Но социально-психологические интеграционные процессы происходят уже в совершенно иных условиях».

Города, несомненно, были центрами экономической, политической и духовной жизни Древней Руси.

«Именно города предохраняли Русь от гибельного изоляционизма. Они играли ведущую роль в развитии политических, экономических и культурных связей с Византией и дунайской Болгарией, мусульманскими странами Передней Азии, тюркскими кочевниками причерноморских степей и волжскими булгарами, с католическими государствами Западной Европы. В урбанистической среде, особенно в крупнейших центрах, усваивались, сплавлялись, по-своему перерабатывались и осмысливались разнородные культурные элементы, что в сочетании с местными особенностями придавало древнерусской цивилизации неповторимое своеобразие».

В изучении городов домонгольской Руси отечественными историками и археологами достигнуты серьезные успехи.

Что же такое древнерусский город?

В то же время накопилось значительное число проблем, требующих своего разрешения. Первый вопрос, на который необходимо ответить: что такое древнерусский город? При всей своей «очевидности» ответ на него вовсе не так прост, как может показаться на первый взгляд. Если исходить из этимологии слова «город» (родственное «жердь»), то следует признать, что это прежде всего огороженное (укрепленное) поселение. Однако этимологический подход далеко не всегда может удовлетворить историка. Он фиксирует лишь наиболее раннюю стадию истории слова, но ничего не может сказать о том, что же собственно называлось городом в более позднее время. Действительно, «городом» в древнерусских источниках до XVIв. назывались огражденные населенные пункты и крепости, независимо от их экономического значения. В более позднее время так стали называться ремесленно-торговые поселения и крупные населенные пункты (при всей нечеткости определения «крупные»), независимо от того, имели ли они крепостные сооружения или нет. Кроме того, когда речь заходит об историческом исследовании, в нем под термином «город» имеется в виду не совсем то (а иногда и совсем не то), что подразумевалось под этим словом в Древней Руси.

Что же называют древнерусским городом современные исследователи? Приведу некоторые типичные определения:

«Город есть населенный пункт, в котором сосредоточено промышленное и торговое население, в той или иной мере оторванное от земледелия».

«Древнерусским городом можно считать постоянный населенный пункт, в котором с обширной сельской округи- волости концентрировалась, перерабатывалась и перераспределялась большая часть произведенного там прибавочного продукта».

Заметим, насколько такие представления соотносятся с тем, что называли городом в Древней Руси, — точно не известно. Решение этой проблемы, как уже отмечалось, затрудняется неоднозначностью понятия город в Древней Руси.

Термином «город» в Древней Руси обозначалось вообще укрепленное, огражденное поселение, вне зависимости от его экономического характера — был ли это город в собственном смысле слова — значительный ремесленно-торговый центр, или небольшая крепостица с военным гарнизоном, или старое укрепленное поселение дофеодальной поры».

Такое расхождение в определениях серьезно затрудняет использование информации о городах, почерпнутой из древнерусских источников, поскольку требует предварительного доказательства, идет ли речь в данном конкретном случае о городе в «нашем» смысле слова (точнее в том смысле, который вкладывается в этот смысл данным исследователем). Вместе с тем становится под вопрос принципиальная возможность выработки универсального определения древнерусского города.

В советской историографии, опиравшейся на марксистскую теорию, появление городов связывалось с отделением ремесла от земледелия, т.е. с так называемым вторым крупным разделением труда (Ф. Энгельс). Прочие факторы, если и учитывались, ставились в подчиненное положение. Им уделялось гораздо меньше внимания при объяснении формирования такого типа поселений. В качестве примера приведу высказывание М.Н.Тихомирова, весьма характерное именно для такого подхода:

 Настоящей силой, вызвавшей к жизни русские города, было развитие земледелия и ремесла в области экономики, развитие феодализма — в области общественных отношений». Правда, одновременно с этим исследователи часто подчеркивали, что «само возникновение русских городов имело различную историю >>.

В последнее время все больше внимания обращается на то, что происхождение и особенности жизни древнерусского города не могут объясняться сугубо экономическими причинами. В частности В.П.Даркевич считает, что:

 объяснение появления раннесредневековых городов на Руси в итоге общественного разделения труда – пример явной модернизации в понимании экономики того времени, когда господствовало натуральное хозяйство. Продукты труда производятся здесь для удовлетворения потребностей самих производителей. Товарное производство находится в зачаточном состоянии. Внутренние местные рынки в эпоху становления городов на Руси еще не получили развития. Господствует дальняя международная торговля. Затрагивавшая лишь верхи общества>>.

Подвергается сомнению и жесткое противопоставление города и села в Древней Руси. При этом подчеркивается роль агрикультуры в городе, жители которого (как, впрочем, и западноевропейские горожане) «вели полукрестьянское существование и занимались разнообразными промыслами, как свидетельствуют археологические материалы: охотой, рыболовством, бортничеством.

Горожанам не чужды были занятия земледелием и скотоводством (об этом говорят многочисленные находки на территории древнерусских городов сельскохозяйственных орудий труда: лемехов плугов, мотыг, кос, серпов, ручных жерновов, ножниц для стрижки овец, огромного количества костей домашних животных). Кроме того, сельское население занималось производством большинства «ремесленных» продуктов для удовлетворения собственных нужд: ткало ткани и шило одежду, производило гончарные изделия и т.п. Пожалуй, единственным исключением были металлические орудия и украшения, изготовление которых требовало специальной подготовки и сложного оборудования. Добавим к этому, что по свидетельствам археологов, крупные городские поселения подчас возникали раньше окружавших их сельских поселков. К тому же, подобно городам Западной Европы, население городских поселений Древней Руси постоянно пополнялось сельскими жителями.

Все это заставляет согласиться с мнением В.П.Даркевича о высокой степени аграризации древнерусских городов и отсутствии жестких различий между городскими и сельскими поселениями. Он пишет:

 Как на Западе, так и на Востоке Европы город представлял собой сложную модель, своего рода микрокосм с концентрическими кругами вокруг основного ядра. Первый круг — садовые и огородные культуры (огороды вплотную примыкают к городскому пространству и проникают в свободные его промежутки), а также молочное хозяйство; во втором и третьих кругах — зерновые культуры и пастбища. При раскопках на территории городских дворов-усадеб находят огромное количество костей домашних животных. Места для содержания скота обнаружены как в пределах укреплений, так и вне их >>.

Основным отличительным внешним признаком городского поселения, видимо, было лишь наличие укрепления, крепостного сооружения, вокруг которого концентрировалась собственно «городская жизнь». При этом в сознании жителей Древней Руси город отличался от пригорода, также окруженного «городскими» укреплениями. В городах — «пригородах» отсутствовал очень важный, хотя и почти не заметный для нас элемент настоящего города — вече.

Взгляд на происхождение и развитие городов с археологической точки зрения

Археология лесной зоны Восточной Европы второй половины I-начала II тыс. н.э. является археологией исторического периода. Под этим подразумевается, что, исходя из многочисленных письменных источников (византийских, восточных, западноевропейских, древнерусских), топонимики, гидронимии, данных этнографии и лингвистики, мы представляем, с той или иной степенью полноты, тот общий исторический фон, на котором развертывались события в интересующую нас эпоху и кто был их участниками. Мы знаем, что история рассматриваемых территорий — это история четырех народов и их взаимодействия, а именно, финнов, балтов, славян и скандинавов, также знаем, что к рубежу X-XI вв. завершилось формирование древнерусской государственности. Приступая к анализу археологических материалов и стремясь ответить на те или иные вопросы, мы всегда имеем в виду этот общий исторический фон.

В первой половине I тыс. н.э. огромные пространства лесной зоны Восточной Европы были заняты восточнобалтскими и финскими племенами. Редкое разбросанное население, небольшие родовые поселки, укрепленные в областях Верхнего Поднепровья, Поволжья и Подвинья и чаще вообще не укрепленные севернее, комплексное лесное хозяйство со скотоводством на первом месте, подсечно-огневым земледелием — на втором, и большой ролью охоты, рыболовства и лесных промыслов, неспешная, размеренная жизнь — вот характерные черты быта этого населения.

Вторая половина этого тысячелетия резко отличается. Появляются новые археологические культуры, новые типы археологических памятников, первые поселения с центральными функциями, центры ремесла, дальняя торговля, интернациональные формы материальной культуры. Эти тенденции четко улавливаются на материалах археологии.

На протяжении столетий они определялись двумя главными историческими процессами. Основным являлось то, что из более западных и юго-западных районов на Восточноевропейскую равнину началось широкое движение славянских племен. Это движение к середине I тыс. н.э. несомненно охватило Среднее Поднепровье, а в VI, VII, VIII вв. продолжалось к северу. Славяне, как центральноевропейский земледельческий народ, обладали устойчивыми навыками сельскохозяйственного производства, основанного на пашенном земледелии и имели, в сравнении с местными племенами, более развитые формы социальной организации общества. Самая северная славянская группировка достигла оз. Ильмень и р. Волхова и, оказавшись в иноэтничном окружении, стала именоваться общеродовым славянским именем — словене. Кроме того, в последние века I тыс. н.э. территорию Восточной Европы пересекли два крупных торговых и военных пути средневековья — балтийско-волжский путь и путь «из варяг в греки». Первый из них сыграл особо значимую роль в истории региона.

Сложение пути между Балтикой и Востоком оказывало сильное влияние на экономику прилегающих районов. Его центры стали играть определяющую роль как административно-военные, торговые и ремесленные центры территорий. Вдоль пути, вглубь Восточной Европы, ближе к источникам серебра и местным рынкам началось проникновение скандинавов.

Именно сочетание двух исторических процессов: славянского расселения и сложение пути Балтика-Восток определили многие черты становления Древнерусского государства и городов.

Сложение государственной территории на юге и на севере Руси, а также становление городов, как опорных центров новых общественных и экономических отношений и связей, несомненно, с одной стороны, подчинялись общим закономерностям развития восточнославянского общества, но, с другой стороны, имели немало специфических черт. Традиционно считается, что город является порождением его округи и города возникают в районах наибольшей концентрации сельского населения. Так было с большинством городов Южной Руси в Среднем Поднепровье, где появлению первых городов предшествовал определенный период стабильности в развитии славянского общества, последовавший за переселением славянских племен из более западных и юго-западных районов Европы.

В Северной Руси отнюдь не потребности земледельческого населения создали города. Последние росли в ключевых местах обширных речных систем, запиравших коммуникации огромных территорий. Подобное расположение давало городу возможность сбора даней с населения больших районов и контроля за торговыми путями. Это была дальняя торговля, военно-административный контроль речных систем и ремесло, обслуживавшее высшую социальную прослойку самих городов и торговые пути.

Список литературы

1) И.Н. Данилевский

2)Носов Е.Н. Проблемы изучения погребальных памятников Новгородской земли (к вопросу о славянском расселении) // Новгородский исторический сборник. Вып.1 (11). Л., 1982.

3) Носов Е.Н. Новгородское (Рюриково) городище. Л., 1990.

4) Носов Е.Н. Проблема происхождения первых городов Северной Руси // Древности Северо-Запада. СПб., 1993.

5) Носов Е.Н. Первобытно-общинный строй: Возникновение производящего хозяйства // История крестьянства Северо-Запада России. СПб., 1994.

6) Носов Е.Н. Речная сеть Восточной Европы и ее роль в образовании городских центров северной Руси // Великий Новгород в истории средневековой Ea?iiu. M., 1999.

7) Тихомиров М.Н. Древнерусские города. 2-е изд. М., 1956.

8) Толочко П.П. Древнерусский феодальный город. Киев, 1989

План

Ведение

Правление Ост-Индской кампании

Социально-экономическая и политическая ситуация в Индии в первой половине XIX века.

Сипайское восстания и реформа колониальной политики

Введение

Еще в XIV-XV вв., когда мусульманские и иные купцы стали вести активную торговлю индийскими товарами и товарами, шедшими транзитом через Индию, на побережье субконтинента было построено множество удобных морских портов. Расширение морской торговли было одним из факторов, предопределивших быстрые темпы развития Южной Индии. Именно в это время с юга Индии и через морские порты ее, в том числе и транзитом, из стран южных морей, стали проникать в Европу многочисленные редкие экзотические товары и пряности, столь высоко ценившиеся там. Неудивительно, что вслед за этим в Европе сложилось представление о сказочных богатствах Индии, о ее несметных сокровищах, об «Индии чудес». Как следствие, многие европейские купцы и мореплаватели стали организовывать одну за другой экспедиции в Индию с целью открыть эту богатую страну для европейской торговли.

В результате одной из таких экспедиций, как известно, была открыта и Америка. Многие другие достигали Индии. Достигшие Индии европейцы, прежде всего португальцы, стали на рубеже XV-XVI вв. сосредоточивать в своих руках контроль за торговыми путями и торговлей, затем строить многочисленные склады и фактории, создавать новые поселения и порты, даже активно вмешиваться в политическую борьбу местных правителей. Вслед за португальцами в этом районе мира появились голландцы, которые вскоре, однако, сконцентрировали свои усилия на эксплуатации ресурсов богатой пряностями так называемой Голландской Индии, т.е. островов Индонезии. После этого пришла очередь французов и англичан, не считая остальных, занимавших более скромные позиции. Началась эпоха колонизации Индии и прилегающих к ней районов Азии.

Для самой Индии эта эпоха совпала с периодом короткого расцвета и быстрого упадка, а затем и развала империи Великих Моголов, в качестве наследников которых и претендентов на сильную власть выступило сразу несколько государств.

Уже с конца XVII в. и особенно в XVIII в., ознаменовавшемся развалом империи Моголов, англичане явно стали выходить на первое место среди колониальных держав в Индии, оттеснив и всех тех, кто претендовал на наследство Моголов в самой этой стране. Имея значительные позиции в ряде районов Индии и постоянно укрепляя их, действуя традиционным методом «разделяй и властвуй», англичане старались всеми способами упрочить своё положение. Они вмешивались в политические распри, подкупали своих ставленников и помогали им захватить власть, обязывая после этого выплачивать астрономические суммы. Налоговый гнет в Бенгалии, где позиции англичан в XVIII в. были всего прочнее и откуда они, по существу, и начали свое завоевание Индии, был особенно тяжелым, порой невыносимым. По некоторым данным, за период 1757- 1780 гг. Англия вывезла из Индии почти безвозмездно в виде товаров и монеты 38 млн. фунтов стерлингов — немалую по тем временам сумму.

Для успешных военных действий компания должна была иметь собственные боевые силы. И она их имела, причем это были в основном сами же индийцы. Еще французы в свое время первыми наладили практику использования специально обученных индийских войск — сипаев — во главе с французскими офицерами. Этот новый вид войск зарекомендовал себя столь успешно, что англичане приступили к созданию собственных отрядов сипаев. Возглавлявшееся английскими офицерами войско из сипаев было хорошо вооруженной и обученной боевой силой и призвано было играть роль ударного отряда во всех тех столкновениях, где возглавлявшиеся англичанами коалиции войск выступали против их врагов. Более того, англичане со временем стали извлекать из сипайских отрядов даже двойную выгоду, сдавая их внаем. Заинтересованное в получении таких отрядов государство или княжество заключало с компанией субсидиальный договор, согласно которому англичане получали ряд прав и привилегий, в том числе обязательство нанимающей стороны платить за наемников-сипаев налоги с определенных округов. Зацепившись за это право, служащие компании обычно выкачивали из отданных им на время округов такие налоговые сборы, которые разоряли местное население.

Англия, к тому времени уже вставшая на путь капиталистического развития, рассматривала Индию как арену для извлечения богатств, вывозившихся затем в метрополию. И хотя методы британской эксплуатации Индии со временем менялись, становились мягче, эта страна всегда оставалась для колониальных властей придатком метрополии. А начавшийся еще в период завоевания вывоз богатств из Индии стал постоянной «экономической выкачкой» (есоnоmic drain), которая обескровливала Индию и превращала ее в нищую страну. Индия сама по себе никогда не была достаточно экономически развитой страной, а попав в колониальное положение, тем более не могла провести коренного улучшения своего экономического положения. И хотя для Англии тоже было невыгодно обнищание Индии, никаких попыток по улучшению экономики Индии вплоть до конца XIX века не проводились.

1 Правление Ост-Индской кампании

Английская Ост-Индская компания. Возникла ещё в начале XVII в. и сконцентрировала своих руках почти все торговые, военные, дипломатические, политические операции в Индии. Она была, пожалуй, наиболее удачной в тех условиях формой проникновения в Индию и закрепления в ней. Соперничавшие с англичанами португальцы, а затем французы не смогли противостоять им достаточно успешно, а столкновения между различными военачальниками-французами при попытках Франции укрепиться на западном побережье Индии в середине XVIII в. лишь продемонстрировали это весьма наглядно. Нельзя не учитывать итого, что Франция во второй половине XVIII в. была в состоянии кризиса и находилась накануне революции, которая не могла не спутать все ее колониальные карты именно тогда, когда триумф английской Ост-Индской компании в Индии был уже почти полным.

В 70—80-х годах XVIII в. политика Компании заключалась не столько в том, чтобы расширять свои владения в Индии, сколько в том, чтобы прочно утвердить свою власть на уже завоеванной территории и укрепить свое влияние в независимых государствах Индии.

Эта последняя цель достигалась путем предоставления английских сипайских отрядов (т. е. боеспособной военной силы) тому независимому княжеству, которое согласится заключить с Кампанией субсидиарный договор. Заключившее такой договор княжество отказывалось от самостоятельной внешней политики и обязывалось свои внешние сношения вести только через Компанию, а также распустить французские отряды и не принимать на службу французов. Эти два обязательства лишали подписавшее договор княжество возможности освободиться когда-либо от английского влияния. Наконец, по субсидиарному договору Ост-Индская компания посылала в княжество отряд сипаев якобы для защиты от нападений; правитель же княжества обязывался субсидировать эти войска, полностью обеспечивая их содержание в размере, определяемом англичанами. Войска Компании, собиравшие налоги в отведенных им округах, попросту грабили их, и княжеству приходилось или выделять новые округа, или занимать на оплату отрядов деньги у служащих Компании. В обоих случаях стране грозило полное разорение. В конце концов обнищавшее княжество включалось во владения Компании под предлогом ликвидации «дурного управления» им.

Когда английская власть была уже установлена, начался второй этап эксплуатации этой колонии. Основным источником колониального дохода стал земельный налог, взимаемый с крестьянства. Однако все попытки англичан ввести такую земельно-налоговую систему, которая привела бы к развитию сельского хозяйства, провалились. При всех введенных англичанами земельно-налоговых системах: постоянном землеустройстве в Бенгалии, райятвари в Южной Индии, маузаваре в Северной Индии или общинной системе в Пенджабе — колониальное государство все равно изымало максимально возможный земельный налог, и земледелец при полуголодной жизни не имел никаких средств для ведения рационального хозяйства. В феодальной Индии все системы сбора налогов были гибкими, налог снижался при стихийных бедствиях или cильном падении цен: не в интересах феодала было полное разорение его земель. При колониальном правительстве налог твердо фиксировался и его взыскивали, невзирая ни на какие неблагоприятные обстоятельства. Феодальные владетели в случае необходимости предоставляли своим крестьянам помощь (в Могольской Индии именуемую такави), необходимую для продолжения сельскохозяйственного цикла. Колониальные чиновники, естественно, не считали это своей заботой: их делом был сбор налогов. Поэтому в колониальной Индии положение земледельца было еще хуже, чем в феодальные времена.

В конце концов злоупотреблений в сфере налогообложения и льгот было так много, что это впоследствии приняло форму международного скандала. Известно, например, что против первого генерал-губернатора Индии У. Гастингса было возбуждено судебное дело на уровне парламентского расследования. Дело тянулось несколько лет (1788- 1795) и закончилось оправданием обвиняемого. Но сам по себе факт был весьма показательным и побудил Англию принять соответствующие меры.

До начала XIX в. из Индии еще вывозили ткани в Англию, но это делала не Компания как организация, а отдельные ее служащие в качестве частных торговцев. С начала XIX в. вывоз в Англию индийских тканей вообще прекратился и был заменен вывозом пряжи для английских ткацких фабрик. В Бенгалии также в конце XVIII в. сократилось разведение шелковичных червей, производство селитры и соли. На фоне общего упадка ремесла и резкого сокращения числа ремесленников единственной новой отраслью производства, возникшей в Бенгалии при англичанах и дававшей занятие рабочим, было судостроение на Калькуттской верфи. Управление его находилось целиком в руках англичан. Строились там главным образом суда для торговли с Китаем. Захват всех экономических позиций Компанией привел к вытеснению индийцев из крупной торговли и монетно-вексельного дела. Английские хлопчатобумажные ткани с поразительной быстротой уничтожили легкую промышленность Индии, применявшей ручные станки. Население г. Дакки, главного центра индийской текстильной промышленности, уменьшилось между 1815 и 1837 гг. со 150 тыс. до 20 тыс. Уничтожение сельской ручной промышленности заставило крестьян снова заняться исключительно сельским хозяйством. Индия, подобно Ирландии, стала чисто сельскохозяйственной колонией, поставлявшей в Великобританию пищевые продукты и сырье. Разрушение ручной промышленности означало и то, что индийский хлопок и джут начали вывозиться в Англию, а не обрабатывались на местах.

Условия в сельском хозяйстве, ремесле и торговле в Южной Индии несколько отличались от тех, что создались в Бенгалии. На юге Индии уменьшился общий размер посевных площадей, особенно под техническими культурами, в связи с войной, разрухой, а также заброшенностью системы ирригации, построенной еще до англичан. Что касается положения ремесленного населения, то методы угнетения ткачей в Южной Индии были не столь суровы, как в Бенгалии, так как до 1818 г. вокруг Мадрасского президентства были независимые индийские владения, куда ремесленники могли бежать. Англичане в Мадрасе не смогли столь решительно, как в Бенгалии, вытеснить индийцев из крупной торговли и из области кредита и финансирования торговли.

Бомбей вплоть до конца маратхских войн был небольшим английским владением, и выкачку товаров для экспорта англичане могли осуществлять лишь с помощью гуджаратских купцов, утвердившихся в маратхских землях. Они эксплуатировали и закабаляли крестьян, были партнерами английских фирм, доставляли по контрактам сельскохозяйственные и ремесленные товары на экспорт, снабжали население Бомбея и английскую армию. Позднее (в первой трети XIX в.) гуджаратские купцы стали посредниками по продаже английских товаров на местных индийских рынках, экспортировали в Китай опиум, а в Англию — хлопок и строили на своих верфях корабли. У бомбейских компрадоров скапливались весьма крупные капиталы и в результате создавались благоприятные условия для роста новых торговых домов. Вексельное дело вплоть до 40-х годов XIX в. оставалось в руках индийцев.

В 1845 г. англо-индийские власти объявили войну сикхам. Сикхская армия храбро, но ее каждый раз предавали феодалы-военачальники, в решающий момент уводившие свои войска или спасавшиеся бегством. В результате Пенджаб был захвачен, сикхское государство потеряло ряд важных областей. Опасаясь восстания, англичане сделали уступку сикхским крестьянам, земельный налог был несколько снижен. Однако попытка сместить местного правителя и ввести туда английский отряд вызвала в 1848 г. восстание, которое перекинулось на северо-западную окраину Пенджаба. В сражениях при Чилианвале и Гуджрате победили английские войска, хотя и с большими потерями. В первые годы после завоевания Пенджаба англичане не меняли строя сельских общин, признав, однако, за состоятельными арендаторами общинной земли права так называемой защищенной аренды (т. е. права на постоянную обработку участка при условии уплаты прежней арендной платы). По всему Пенджабу натуральный налог был заменен денежным, что заставило землевладельцев продавать свою продукцию на рынке, привело к падению сельскохозяйственных цен, к ухудшению положения крестьянства и к росту влияния ростовщиков. Сикхские феодалы, за которыми были закреплены их владения, оказались опорой английских колонизаторов.

По мере того как Индия становилась колонией, политика Компании стала все более определяться результатами борьбы за участие английской промышленной буржуазии в колониальных прибылях. Это нашло свое выражение в растущей роли парламента в управлении Индией. Хартия Компании возобновлялась примерно каждые 10 лет. Это сопровождалось ожесточенной политической борьбой в Англии.

Впервые вмешательство парламента в дела Компании непосредственно выразилось в 1773 г. в акте об управлении Индией. Согласно этому акту, не Компания, а корона назначала генерал-губернатора, членов Бенгальского Совета и Верховного суда в Калькутте. В 1784 г., при очередном пересмотре хартии, против Компании выступили купцы, которым монополия Компании преграждала доступ в Индию, земельная аристократия, возмущавшаяся политическим влиянием «набобов» (так называли прибывших из Индии с награбленными богатствами и накупавших себе «гнилые местечки» в парламенте), партия вигов, считавшая, что тесная связь Компании и короны угрожает основам английских свобод, а также прогрессивные элементы в Англии, отмечавшие, что Компания держится взяточничеством и насаждает продажность в стране. Выдвинутый вигами билль Фокса был, однако, провален, и сам У. Дж. Фокс на посту премьера был заменен В. Питтом.

Принятый парламентом акт Питта 1784 г. создавал видимость неизменности власти Компании, в действительности же важнейшие проблемы управления Индией перешли в основном к назначаемому кабинетом министров Контрольному совету, который стал постепенно превращаться в своего рода ведомство по делам Индии. Однако право назначения на все гражданские и военные должности (за исключением посылаемой в Индию английской армии) оставалось за директорами Компании.

В дальнейшем вопрос об управлении Индией стал предметом парламентской борьбы при пересмотре хартии Компании в 1813 г. В это время были уже завоеваны Майсур и основные маратхские владения, закончена вторая англо-маратхсокая война и созданы предпосылки для эксплуатации Индии как рынка сбыта. Поэтому вся английская буржуазия в целом выступала против торговой монополии Ост-Индской компании. Акт 1813 г., не затрагивая привилегий Компании в деле управления Индией, отменил торговую монополию Компании, за исключением торговли чаем с Китаем. В то же время была усилена роль Контрольного совета как органа парламентского надзора над политической деятельностью Компании. Таким образом, Индия все более начала превращаться в колонию не Компании, а всей английской буржуазии.

Дальнейшие перемены в положении Компании произошли в 1833 г. Акт 1833 г., принятый по инициативе правящей партии вигов, оставил за Компанией право управления Индией, но поставил ее под дальнейший правительственный контроль, введя в Бенгальский совет назначаемого короной чиновника, специально занимавшегося разработкой законодательства для всей Индии. Первым таким чиновником был либеральный историк Англии Дж. Маколей (1800—1859).

Аппарат колониального угнетения Индии создавался постепенно, без коренной ломки. Когда торговая Компания стала фактически правительством Индии и перед ней возникли совершенно новые задачи, она не создала нового механизма для решения этих задач, а стала приспосабливать старый. Торговый аппарат постепенно превращался в чиновно-бюрократический аппарат управления огромной страной. По своей структуре он был громоздким, неповоротливым, а в ряде случаев просто становился помехой управления. Несмотря на строгое регламентирование всех функций, он давал полный простор произволу колониальной бюрократии и поглощал, кроме того, колоссальные средства. Органы управления Компанией находились как в Индии, так и в Англии. Во главе Компании в Англии стоял Совет директоров, избираемый собранием акционеров, имевших от одного до четырех голосов каждый в зависимости от ценности акций, которыми он владел. Например, в 1832 г. 474 крупных акционера вершили все дела, обладая более чем половиной всех акции Компании. Важным источником доходов, а также влияния директоров Компании было право патронажа. Директора предоставляли должности за деньги, за политическое влияние, за место в парламенте. Совет директоров подразделялся на комиссии, которые пересылали в Индию подробнейшие распоряжения по всем важным вопросам колониальной политики и ответы на послания Совета президентств. Вся эта сложная машина управления Индией была крайне громоздка и медлительна. Письма из Индии приходили в Англию через шесть — восемь месяцев после их отправки, а ответ откладывался на несколько месяцев, а то и лет, пока вопрос проходил все стадии рассмотрения в Совете директоров и в Контрольном совете и улаживались разногласия между этими двумя инстанциями. За это время положение в Индии могло радикально измениться. Поэтому-то фактически все текущие вопросы целиком решались губернаторами президентств Бенгалии, Мадраса и Бомбея и советами при них.

Каждое президентство имело право вести самостоятельную переписку с Советом директоров и издавать свои решения, которые по одобрении их Верховным судом Индии имели силу закона на территории данного президентства. Таким образом, в Бенгалии, Мадрасе и Бомбее действовали разные законы. Это создавало мното неудобств в торговых, промышленных и других гражданских делах. Английская же буржуазия требовала единства законов для всей британской территории в Индии. Конечно, все высокие посты предоставлялись англичанам. Индийцев брали лишь на низовые должности.

Важнейшим элементом колониального аппарата власти была сипайская армия. С помощью этой армии англичане завоевали Индию, с ее же помощью на новом этапе держали страну в узде. Численность армии в 1830 г. составляла 223,5 тыс. человек. После третьей англо-маратхской войны 1817—1819гг. в Индии 30 лет не велось войн; в войнах же за пределами страны принимала участие только небольшая часть индийской армии. Однако англичане не расформировали сипайских полков, которые исполняли фактически полицейские функции. Иногда они использовались колонизаторами при сборе налогов, а чаще для подавления всяких «беспорядков», т. е. выступлений против британской власти в Индии. Большое значение в аппарате угнетения Индии имела также судебная система, пронизанная взяточничеством и коррупцией. Свидетельские показания, игравшие в процессе суда большую роль, в Индии легко покупались и вынуждались.

2 Социально-экономическая и политическая ситуация в Индии

в первой половине XIX века

С завоеванием Индии англичанами изменилось не только политическое, но и экономическое положение страны. В отличие от прежних завоевателей, которые оседали здесь и ассимилировались с местным населением, Англия, вставшая на путь капиталистического развития, рассматривала Индию как арену для извлечения богатств, вывозившихся затем в метрополию. Завоевание Индии англичанами привело к решительной ломке ее традиционной структуры, причем сразу в нескольких весьма важных аспектах. Богатые доходы, прежде оседавшие в хранилищах султанов и князей и тратившиеся на престижное потребление ими самими и их окружением, теперь в основном шли в казну компании и в немалом количестве вывозились метрополию. Сокращение престижного потребления вызвало кризис в работавшем на него ремесленном производстве высшей квалификации. Многие лучшие мастера лишились работы, стали разоряться, что не могло не отразиться на общем постепенном упадке высокого стандарта индийского ремесла.

Наряду с этим, вмешавшись в традиционные формы земельных отношений в Индии, англичане закрепили за индийскими заминдарами статус земельных собственников. Правда, статус этот не был надежным: если заминдар не сдавал в казну строго установленного с его земель налогового сбора, он легко мог лишиться своего владения, продававшегося в этом случае буквально с молотка в руки того, кто брался регулярно вносить в казну компании указанную сумму. Впрочем, заминдары в Индии были не везде. На некоторых недавно присоединенных землях, в частности в Майсуре, право на землю было признано за полноправными общинниками (система райятвари), в Доабе и Пенджабе — за общиной в целом (система маузавар). Но в любом случае приход англичан был силовым вмешательством в традиционно сложившиеся земельные отношения. Вмешавшись со своими европейскими мерками и представлениями, англичане отчасти нарушили стабильный баланс отношений, причем это не могло не сказаться на состоянии традиционной индийской структуры в целом.

Правда, на смену традиционным шли новые формы отношений. Индия активно включалась в мировой рынок, втягивалась в международные торговые связи. Англичане строили здесь железные дороги, налаживали регулярную почтовую связь, возводили промышленные предприятия, создавали колониальную бюрократическую администрацию, весьма отличную от существовавшей там прежде. С одной стороны, это вело к колонизации страны, к превращению ее в аграрно-сырьевой придаток Англии, к налоговому гнету, разорению ремесленников и крестьян, к страданиям многих людей. С другой — этот болезненный процесс активно способствовал развитию страны, знакомил ее с новыми формами связей и отношений, с производством машинного типа, с основами науки и техники. Англичане и особенно английский язык стали служить чем-то вроде интегрирующего начала, помогающего сплачивать говорящую на разных языках страну в нечто единое и цельное. А это, в свою очередь, со второй половины XIX века стало основой для становления национального самосознания в Индии, для развития национальных движений.

После укрепления позиций промышленной буржуазии в Англии экономическое развитие Индии все больше направлялось интересами английской буржуазии. Индия стала постепенно превращаться в рынок сбыта английских товаров и рынок сырья для английской промышленности.

Таможенная политика Англии при помощи низких пошлин поощряла английский экспорт в Индию, а посредством высоких пошлин препятствовала импорту индийских ремесленных товаров в Англию. В то время как при ввозе в Индию с английских тканей бралась пошлина в 2—3,5%, при импорте индийских тканей в Англию пошлина составляла 20—30 %. В результате Индия из страны, экспортирующей ткани, превратилась в страну, импортирующую их. То же происходило и с другими товарами. Например, таможенная политика англичан делала выгодным даже ввоз в Индию стали, получаемой англичанами из Швеции и России, в то время как небольшой литейный завод, основанный в 1833 г. английским инженером в Порто-Ново, несмотря на наличие самых благоприятных условий (открытая разработка, большой лесной массив, близость порта и т. п.), оказался нерентабельным и через несколько лет закрылся.

Используя и усиливая феодальные методы эксплуатации крестьянства, англичане могли выкачивать сырье из мелких крестьянских хозяйств практически без всякого предварительного вложения капитала. Возможно, поэтому в Индии не привилось плантационное хозяйство (если не считать плантаций, возникших в середине XIX в. в малонаселенных горных районах Ассама). При закупке опийного мака и индиго широко применялась система принудительной контрактации, которая по существу превращала крестьян, выращивавших эти культуры в своем хозяйстве, в крепостных. «Индиговые плантаторы» закабаляли крестьян авансами, а потом забирали у них весь урожай по произвольно установленной и столь низкой контрактационной цене, что те так никогда не могли расплатиться со своими кредиторами. Долги родителей переходили к детям. Ответом на эти методы беззакония, грабежа п насилия были непрерывные «индиговые бунты», продолжавшиеся до конца XIX в. и порой оканчивавшиеся победой, пока изобретение химических красителей не сделало возделывание индиго нерентабельным.

Возникновение экономических связей Индии с мировым рынком привело к росту портовых городов и к усилению торговых взаимоотношений между ними и внутренними районами страны. К середине XIX в. в Индии были проложены первые железные дороги и созданы обслуживавшие их ремонтные мастерские, возведены новые портовые сооружения, началось строительство телеграфа, была улучшена почтовая свяль, восстановлены старые и кое-где построены новые оросительные каналы. Тем самым создавались предпосылки для ускоренного освоения Индии промышленным капиталом.

30—50-е годы положили начало зарождению индийской промышленной буржуазии, причем первые мануфактурные предприятия возникали почти одновременно с первыми фабриками — английской джутовой вблизи Калькутты, индийских хлопчатобумажных в Бомбее. Однако зарождение промышленной буржуазии происходило медленно и с трудом. Несмотря на вовлечение Индии в мировую торговлю и рост новых экономических связей, уровень товарно-денежных отношений и товарного производства в сельском хозяйстве в целом был еще низок. К тому же этот уровень был неравномерным: развитие товарно-денежных отношений в Бенгальском президентстве, уже почти сто лет находившемся под властью англичан, и даже в остальной Северной Индии, выделенной в 30-е годы в особую провинцию, именовавшуюся Северо-Западные провинции, происходило быстрее, чем во внутренних районах Бомбейского и особенно Мадрасского президентств.

В целом экономическая политика колониального правительства в Индии отличалась двойственностью: с одной стороны, поощрялось развитие новых экономических районов, новых средств связи, происходил распад сельской общины, с другой — усиливалась по существу феодально-налоговая эксплуатация крестьянства и укреплялась частная собственность землевладельцев, сдающих свою землю в издольную аренду и вводящих по существу кабальные способы закрепощения крестьян. С одной стороны, превращение Индии в аграрно-сырьевой придаток Англии объективно создавало почву для возникновения в стране капиталистического производства, с другой — сохранение разного рода феодальных пережитков и препятствия, воздвигаемые на пути развития национального производства, тормозили развитие индийской экономики.

3 Сипайское восстание и реформа колониальной политики

В течение всей первой половины XIX в. в разных районах Индии не прекращались антиколониальные выступления крестьянства, племен и ущемленных феодалов. Колониальные власти были настолько уверены в прочности английского господства в Индии, что решили постепенно ликвидировать индийские княжества, организовав непосредственное управление всей индийской территорией. Одним из средств достижения этой цели было введение «доктрины выморочных имений», по которой при отсутствии сыновей приемные дети князей не признавались наследниками. В 1848— 1858 гг. таким путем были ликвидированы несколько довольно таки крупных княжеств( Сата-ра, Нагпур, Джханси, Самбалпур). При ликвидации бывшие князья распускали двор. В результате теряли источник дохода представители княжеской администрации, разорялись ремесленники, обслуживавшие знать и отряды княжества, повышался налог и ухудшалось положение крестьян, поскольку английское правительство уже не делало скидок в случае неурожая. И наконец, низведение владетелей до статуса простых британских подданных затрагивало и национальные чувства индийцев. Поэтому недовольство зрело в широких слоях индийского населения, и нередко крестьянские выступления возглавлял бывший феодал.

Возмущение английским колониальным игом, проявлявшееся на протяжении всей первой половины XIX в. в разрозненных, локальных выступлениях отдельных слоев населения, в какой-то мере слилось воедино, когда во главе движения встали привычные к организованности сипаи. Английские сипайские силы были разделены на три армии: бенгальскую, бомбейскую и мадрасскую, причем самая крупная из них, бенгальская армия, насчитывавшая 170 тыс. человек (из них 140 тыс. индийцев), была наиболее однородной по своему социальному составу. Сипаи бенгальской армии рекрутировались почти исключительно в Ауде, Бихаре и Северо-Западных провинциях среди брахманов, раджпутов, джатов, а также мусульман (сайидов и штанов). Представители указанных групп составляли высшую прослойку сельской общины (паттидары) или являлись сыновьями мелких феодалов — деревенских заминдаров. Говорили они вое на одном, хиндустанском языке и поддерживали тесную связь со своими деревнями.

Поскольку сипаи давно не воевали, а лишь исполняли полицейскую службу, они были расквартированы в различных военных городках. Хотя они получали хорошую, по индийским понятиям, оплату, но и среди них зрело (недовольство: индиец не мог продвинуться по службе выше чина сержанта, любой английский новобранец занимал более высокое положение. У англичан в военных городках были свои столовые, они жили в удобных бунгало, в то время как сипаи со своими женами и детьми помещались в бараках.

Ближайшим поводом к восстанию послужило введение англичанами новых патронов к ружьям Энфильда, смазываемым, но слухам, свиным салом и говяжьим жиром. Скусывание их оскверняло и правоверного мусульманина, и индуса Однако английское командование сурово расправлялось с теми, кто отказывался употреблять новые патроны. В Мируте 10 мая 1857 г. был публично приведен в исполнение приговор к разжалованию и многолетней ссылке группы сержантов и солдаа, отказавшихся брать патроны. Это явилось сигналом для начала восстания сипаев, поддержанного городскими низами и крестьянами из близлежащих деревень. Перебив английских офицеров, сипаи направились 11 мая в Дели, где к ним присоединился делийский гарнизон. Захватив Дели и расправившись с английскими офицерами, сипаи явились в Красный форт и заставили престарелого Бахадур-шаха II (1837—1857 гг.), доживавшего свои дни английским пенсионером, лишенного всякой власти, объявить себя правителем Индии и подписать воззвание, продиктованное восставшими. Мусульманские улемы издали фетву, объявляя священную войну против англичан. В Дели было создано правительство, состоявшее из придворной знати. Бахадур шах стал для восставших символом восстановления независимой Индии.

Но в Дели царила неразбериха. Здесь скопились отряды сипаев, пришедших из разных мест. Сипаи подчинялись только своим командирам, не доверяли придворному делийскому правительству. В городе не хватало продовольствия, средств, так как заминдары тянули с отправкой в Дели собранного ими земельного налога. Дисциплина в войсках падала. Сипаи, привыкшие к дисциплине, но не знающие военной науки и не командовавшие воинским подразделением больше отряда, способны были решать только тактические, но отнюдь не стратегические задачи. Овладев такой сильной крепостью, как Красный форт в Дели, они стали готовиться к обороне, вместо того чтобы распространять восстание на еще не охваченные им районы. Это дало англичанам возможность оправиться, подтянуть верные войска и осадить Дели.

По существу восстанием были охвачены лишь и районы Центральной Индии. В Бенгалии генерал-губернатор Каннинг (1856—1862 гг), мобилизовав всех находившихся там европейцев, в том числе английское гражданское население, сумел предупредить выступление сипаев: он разоружил их и подавил отдельные бунты в тех частях, где они вое же произошли В Пенджабе английское военное командование также сумело предотвратить общее выступление сипаев. Действия восставших гарнизонов оказались разрозненными, и лишь немногим отрядам удалось соединиться с синайской армией в Дели. Сикхское население рассматривало хиндустанских сипаев как оккупационные войока и не поддержало их. 1 ноября 1858 г. был обнародован манифест королевы Виктории, объявивший о переходе управления Индией к английской короне и о ликвидации Ост-Индской компании. Королева обещала прощение воем феодалам, примкнувшим к восстанию, исключая тех, кто непосредственно участвовал в убийстве англичан, а также .заявляла, что новая власть будет уважать владельческие права индийских феодалов. Этот манифест привел к тому, что от восстания отошла феодальная верхушка. Продолжали борьбу лишь те феодалы, которые не надеялись на помилование

Народное восстание 1857—1859 гг. потерпело поражение в результате ряда причин. Хотя основной движущей силой восстания было общинное крестьянство и ремесленники, возглавила его феодальная знать. Но вожди оказались неспособными руководить национально-освободительной борьбой. Они не сумели выработать единый план борьбы, создать единое командование. Нередко преследовали личные цели. Все три стихийно возникших центра восстания действовали самостоятельно. К тому же феодалы не приняли никаких мер для облегчения участи крестьянства и тем оттолкнули часть крестьян. Когда же английское правительство пошло на уступки феодалам, они отошли от восстания. Наконец, восставшие не выдвинули ясных целей. Они призывали вернуться к прошлому, к независимой Индии времен Могольской империи. Однако в середине XIX в. возврат к феодальному строю был нереальным.

Несмотря на подавление народного восстания, англичане вынуждены были изменить свою политику в Индии. Ост-Индская компания была ликвидирована, и Индия стала колонией британского правительства, которое теперь само назначало весь состав колониальных властей. Кроме того, англичане, опасаясь недовольства феодалов, проводили более осторожную политику, идя на уступки индийским влиятельным феодальным кругам. В целом после восстания начался новый этап колониальной политики Англии в Индии.

20

Деятельность К. Маркса и Ф. Энгельса в 50—60-е годы XIX в.
Поселившись после поражения революции 1848 г. в Лондоне К. Маркс провел здесь с небольшими перерывами все последующие годы жизни до дня своей кончины 14 марта 1883 г. Ф.’Энгельс, снова став служащим торгового дома в Манчестере, пробыл там до 1870 г., после чего переехал в Лондон, где и жил до самой смерти в 1895 г. На протяжении целой трети века (1849— 1883) лондонского периода жизни Маркса между ним и Энгельсом поддерживалось самое тесное общение. В годы пребывания Энгельса в Манчестере они неоднократно встречались и почти ежедневно переписывались; после переселения Энгельса в Лондон и до самой смерти Маркса они были неразлучны. Все эти годы жизнь Маркса и Энгельса была насыщена напряженной работой, активной политической и теоретической деятельностью.
В первые годы пребывания в Англии Марксом были написаны работы, содержащие глубокий анализ опыта революции 1848— 1849 гг. К их числу относятся: «Классовая борьба во Франции с 1848 по 1850 г.» и «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта». В первой из этих работ дается анализ исторических причин и характера буржуазно-демократической революции 1848 г. во Франции. В этой связи получают дальнейшее развитие идеи о месте революционных переворотов в истории, о революционной роли пролетариата. Хотя идея диктатуры пролетариата присутствовала уже а произведениях конца 40-х годов, именно в этой работе Маркс впервые употребляет термин «диктатура пролетариата». Он показывает, что в результате грядущего победоносного развития революции буржуазной диктатуре должна быть противопоставлена пролетарская диктатура, которая является необходимой переходной ступенью к уничтожению всяких классовых различий и тех производственных отношений, на которых основываются эти различия. Важное значение имеют и содержащиеся в работе мысли о том, что главным союзником пролетариата в революции должно быть крестьянство.
Во второй из названных работ—«Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта», выясняя условия и сущность государственного переворота 2 декабря 1851 г., К. Маркс еще более полно, чем в предыдущей работе, обосновывает возможность и необходимость союза рабочего класса с крестьянством при руководящей роли пролетариата. Говоря об отношении пролетариата к буржуазному государству, Маркс приходит к выводу о необходимости для пролетариата сломать в ходе революции буржуазную государственную машину, являющуюся орудием подавления и угнетения трудящихся. В период создания работы «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта» Марксом было написано 5 марта 1852 г. письмо Вейдемейсру, в котором подчеркивалось огромное значение учения о диктатуре пролетариата. «То, что я сделал нового,—писал К. Маркс,—состояло в доказательстве следующего: 1) что существование классов^ связано лишь с определенными историческими фазами развития производства, 2) что классовая борьба необходимо ведет к диктатуре пролетариата, 3) что эта диктатура сама составляет лишь переход к уничтожению всяких классов и к обществу без классов» .
Важным в литературной деятельности Маркса на протяжении 50-х годов явилось его сотрудничество в прогрессивной газете «Нью-Йоркская трибуна», для которой им было написано большое количество статей по различным вопросам политической жизни и экономического развития европейских стран. Значительное число статей по просьбе К. Маркса было написано Ф. Энгельсом. К их числу относится серия статей «Революция и контрреволюция в Германии», написанная в 1851—1852 гг. В них дается обобщение опыта и глубокий анализ революции 1848—1849 гг. в Германии, выясняются социальные и политические причины, обусловливающие неспособность либеральной буржуазии возглавить революционную борьбу, показывается, что самой последовательной движущей силой революции является пролетариат.
Важное место в политической и теоретической деятельности К. Маркса и Ф. Энгельса в б0-е годы принадлежит их участию в создании Первого Интернационала и в его последующей работе. Маркс был избран в Генеральный Совет Интернационала и являлся членом Постоянного комитета этого Совета. Все основные документы Интернационала, в частности Учредительный Манифест и Устав, были написаны Марксом. Публицистическая деятельность и активное участие в руководстве работой Первого Интернационала отнимали у Маркса много времени и сил. Однако наибольшие свои усилия в 50-е и 60-е годы Маркс направлял на разработку экономической теории пролетариата, которую он считал главным идейным оружием в борьбе против господства буржуазии.
Начало работы над «Капиталом». Интенсивная работа над подготовкой большого политэкономнческого исследования начинается в 1851 г., когда К- Марксом совместно с Ф. Энгельсом был выработан план будущего произведения, включавшего критику буржуазной политической экономии и ее историю, а также критику утопического социализма. Характер исследовательской работы, проводившейся Марксом в начале 50-х годов, и основные теоретические проблемы, привлекавшие наибольшее его внимание, получили яркое отражение в переписке К- Маркса и Ф. Энгельса в этот период, особенно в письмах, относящихся к 1851 г. Они свидетельствуют о том, что в этот период Маркс сделал решительный шаг в создании своего учения о дифференциальной ренте. Критикуя представление Рикардо о том, что создание дифференциальной ренты предполагает обязательный переход к использованию все более худших земельных участков, Маркс показывает, что такой процесс не является обязательным, что образование дифференциальной ренты предопределяется уже самим фактом одновременного существования различных по плодородию участков. Л^аркс решительно отвергает так называемый закон убывающего плодородия почвы, из признания которого исходил Д. Рикардо в его теории дифференциальной ренты. К. Маркс, разрабатывая свою теорию денег, дает глубокую критику количественной теории денег Рикардо, а также показывает несостоятельность и практическую вредность теории рабочих денег Прудона, занимавшей важное место в его реакционно-утопической концепции постепенного реформирования капитализма.

К. Маркс систематически работал над изучением необходимых ему материалов в читальном зале библиотеки Британского музея, являвшейся тогда наиболее богатым книгохранилищем мира. На протяжении 1850—1856 гг. была проделана огромная работа по собиранию и первичной обработке материала. Маркс заполнил выписками несколько десятков тетрадей. Многие из них были затем сгруппированы по отдельным темам, а к некоторым—даны краткие комментарии. Вся эта огромная работа была использована при подготовке рукописи, создание которой началось в 1857 г.
«Критика политической экономии» (Черновой набросок 1857— 1858 гг.). Рукопись К. Маркса, написанная им в период с октября 1857 по май 1858 г., занимает особое место в истории марксизма, в научной разработке проблем политической экономии. Эта рукопись с полным основанием может быть названа первым (черновым) наброском будущего «Капитала». Следует обратить внимание на то, что эта рукопись была названа Марксом «Критика политической экономии», т. е. так же, как впоследствии был назван и сам «Капитал», поскольку и в его подзаголовке стоят эти слова.
Рукопись 1857—1858 гг. в основном охватывает проблемы первого тома «Капитала». Наряду с этим в ней исследуются и некоторые вопросы, позже вошедшие во второй и третий тома «Капитала». Научное значение этой рукописи велико. Именно в ней К. Маркс впервые формулирует теоретические проблемы прибавочной стоимости, характеризует ее сущность и количественную меру (массу и норму), деление капитала на постоянный и переменный, изменения их соотношения, подходя тем самым к идее роста органического строения капитала как важнейшего фактора все большего обострения экономических и социальных противоречий капитализма. Рукопись состоит из двух обширных частей, которые были названы Марксом главами. Одна из этих частей называется «Глава о деньгах», другая—«Глава о капитале». Хотя в рукописях 1857—1858 гг. нет специальной главы, посвященной анализу товара, это не означает, что характеристика столь важной для марксистской политэкономии категории в данной рукописи отсутствует. О товаре и стоимости неоднократно говорится как в «Главе о деньгах», так и в «Главе о капитале». В конце всей рукописи в небольшом разделе «Стоимость» Маркс прямо говорит о товаре как исходной категории капиталистического производства. «Первая категория,— пишет здесь К. Маркс,— в которой выступает буржуазное богатство,—это товар»1.
Рукопись 1857—1858 гг. не предназначалась для опубликования. Главной целью Маркса при ее создании было стремление уяснить некоторые сложные вопросы для самого себя и тем самым создать основу для будущего всеобъемлющего исследования. Первую часть рукописи 1857—1858 гг. — «Главу о деньгах» — ЛЛаркс начал с критики прудоновской теории денег. Если при критике

Прудона, содержащейся в работе «Нищета философии», написан-жж в 1846 г., Маркс еще в значительной мере опирался на экономические взгляды Д. Рикардо, то в данной рукописи он излагает свою собственную теорию стоимости денег, которая обосновывалась им в процессе критики прудоновских воззрений. В этой рукописи Маркс впервые выдвигает кардинальное положение о двойственном характере труда, воплощенного в товаре.
Огромный вклад в науку был осуществлен Марксом в связи с критическим анализом капиталистических производственных отношений в «Главе о капитале», которая составляет четыре пятых всей рукописи 1857—1858 гг. Именно здесь Маркс фактически осуществил глубочайший революционный переворот в политической экономии, сформулировав в первоначальном виде свою теорию прибавочной стоимости, в которой раскрыта сущность капиталистической эксплуатации. Не ограничиваясь выяснением основ создания прибавочной стоимости, связанной с продажей рабочими капиталистам своей способности к труду, или, что то же самое, рабочей силы, Маркс анализирует здесь две формы прибавочной стоимости: абсолютную и относительную,—вводит деление капитала на постоянный и переменный, что, как известно, явилось важным элементом его учения о капитале как стоимости, создающей прибавочную стоимость. Специально рассматривается вопрос о прибыли как превращенной форме прибавочной стоимости. Маркс вплотную подходит здесь к открытию закона средней прибыли и цены производства, развернутое исследование которого было дано несколько позже, в рукописи 1861—3863 гг., и затем вошло в третий том «Капитала».
Наряду с отмеченными выше важнейшими элементами экономической теории Маркса, получившими наиболее полное развитие в «Капитале», в рукописи 1857—1858 гг. содержатся и такие материалы, которые не вошли в «Капитал». К их числу относится исторический очерк «Формы, предшествующие капиталистическому производству», в котором прослеживается развитие форм собственности, начиная с первобытно-общинной. Рукопись 1857—1858гг. содержит также ряд высказываний, относящихся к коммунистическому обществу, в частности о непосредственно общественном характере труда при коммунизме, о законе экономии времени в условиях коммунистического общества, о превращении науки в непосредственную производительную силу и о некоторых других вопросах, относящихся к области научного предвидения будущего.
В ходе работы над рукописью 1857—1858 гг. К. Маркс разработал план экономических исследований, который обычно называют «планом шести книг». К началу 1859 г. этот план принял следующий вид.
Книга I «О капитале» Отдел I «Капитал вообще»
Глава первая «Товар»
Глава вторая «Деньги»

Глава третья «Капитал вообще»
1. Процесс производства капитала
2. Процесс обращения капитала
3. Единство того и другого, или капитал и прибыль (процент) Отдел II ^Конкуренция капиталов» Отдел III «Кредит» Отдел IV «Акционерный капитал» Книга II «О земельной собственности» Книга 1П «О наемном труде» Книга IV «О государстве» Книга V «Внешняя торговля» Книга VI «Мировой рынок»’.
Коренная методологическая идея плана заключалась в членении общей теории капитализма на теорию прибавочной стоимости (производство и обращение прибавочной стоимости, а также ее превращенные формы) и на специальные учения о конкуренции капиталов, кредите и др. В I отделе I книги К. Маркс намечал разработать теорию прибавочной стоимости и тем самым открыть экономический закон движения капитализма. При разработке данной теории под углом зрения прибавочной стоимости должно было быть рассмотрено все многообразие капиталистической экономики, в том числе конкуренция капиталов, кредит, акционерный капитал, земельная собственность, наемный труд, государство, внешняя торговля, мировой рынок. Затем во II—IV отделах I книги, во II—VI книгах намечалось проанализировать относительно независимое от прибавочной стоимости движение этих категооий, т. е- разработать соответствующие специальные учения.
«К критике политической экономии». Опираясь на план 1857— 1859 гг., К. Маркс осуществлял свою работу над книгой «К критике политической экономии» и «Капиталом-».
Вскоре после создания рукописи 1857—1858 гг. Маркс приступил к работе над экономическим произведением, предназначавшимся для печати, в котором предполагалось широко использовать материалы этой рукописи. Публикация должна была осуществляться отдельными выпусками.
Первые две главы I отдела I книги «-Плана шести книг» составили содержание первого выпуска, который вышел в свет в Берлине в июне 1859 г. под названием «К критике политической экономии». Этот выпуск оказался единственным. Публикация последующих выпусков не состоялась. Причиной этого было желание К. Маркса предварительно осуществить дополнительное изучение литературы, а также новых явлений самой экономической жизни. Помимо основного текста, состоящего из двух глав, работа «К критике политической экономии» включает еще Предисловие, значение которого состоит в том, что Маркс формулирует в нем основные положения исторического материализма. Хотя идеи исторического материализма развивались К. Марксом и Ф. Энгельсом еще в работах 40-х годов, никогда прежде не давалась столь четкая их формулировка, как в Предисловии «К критике политической экономии». В нем дается определение производственных
‘ См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 13, с. 5; т. 29, с. 449, 451, 468.

отношений, подчеркивается их обусловленность уровнем развития производительных сил, необходимость соответствия производственных отношений харакюру производительных сил. Возникающее между ними несоответствие разрешается социальной революцией. Важное значение имеет определение экономического базиса и надстройки, а также общественно-экономических формаций. Определяя значение «К критике политической экономии», Ф. Энгельс отмечал, что «это сочинение содержит в себе первое систематическое изложение марксовой теории стоимости, включая учение о деньгах» ‘.
В первой главе, носящей название «Товар», дается теория трудовой стоимости и критическая оценка предшествующих трактовок стоимости, выясняются заслуги и недостатки, имевшиеся у В. Петти, А. Смита, Д. Рикардо в разработке теории трудовой стоимости. Уже здесь товар рассматривается как элементарная клеточка буржуазного общества. Выясняется характер взаимосвязи и существо противоречия между потребительной и меновой стоимостью. Как известно, хотя А. Смит и Д. Рикардо и проводили различие между этими категориями, однако они не выяснили их действительного соотношения. И что особенно важно, они не дошли до понимания того, что а основе двойственной природы товара лежит двойственный характер труда. Учение о двойственном характере труда, заключенного в товаре (труде конкретном, создающем потребительную стоимость, и абстрактном, создающем стоимость), явилось великим открытием К. Маркса, научной основой анализа товара и присущих ему противоречий.
Вторая глава «Деньги, или простое обращение» содержит в себе подробное изложение марксистского учения о деньгах и денежном обращении. В основу главы положен анализ денег, который был дан в рукописи 1857—1858 гг. Однако если в этой рукописи упор делался на критику различных теорий денег и особенно теории «рабочих денег» Пру дона, то в работе «К критике политической экономии» на первом плане находится позитивное изложение вопроса о сущности денег и их функциях. Однако и здесь критике отводится большое место, более значительное, чем в последующем в соответствующей главе первого тома «Капитала».
Если в «Капитале» глава о товаре является более детально разработанной и обширной, чем в рассматриваемой работе, то в отношении главы о деньгах дело обстоит иначе. В «Капитале» материал этой главы не только подвергся значительной переработке, но и был сокращен по объему почти в два раза. Поэтому глава о деньгах в работе «К критике политической экономии» сохраняет большое познавательное значение. Ее изучение не перекрывается полностью соответствующей главой «Капитала».
Однако Маркс здесь еще не характеризует развитие формы меновой стоимости, как это было позже сделано в первой главе пер-

вого тома «Капитала». Но уже в данной работе он показывает происхождение денег из товара, что, как известно, весьма важно для выяснения их сущности. Раскрывая сущность денег, К.Маркс впервые в политической экономии анализирует все присущие им функции.
Помимо предисловия и основного текста «К критике политической экономии», состоящего из рассмотренных выше двух глав, во всех русских изданиях, начиная с 1922 г., в виде приложения публикуется Введение. Оно было написано К. Марксом в августе 1857 г., т. е. незадолго до того, как была создана основная рукопись 1857—1858 гг. «Критика политической экономии». Хотя работа над Введением не была завершена К. Марксом и осталась незаконченным наброском, научное значение его очень велико. Маркс здесь полнее, чем в каком-либо другом произведении, сформулировал важные для всей марксистской теории положения о предмете и методе политической экономии.
К. Маркс показал, что политическая экономия изучает общественно-производственные отношения между людьми в процессе производства материальных благ на различных ступенях исторического развития. Характеризуя роль отдельных моментов общественного производства и их диалектическое взаимодействие, Маркс показал, что определяющее значение имеет не распределение, как это считали буржуазные экономисты, а непосредственное производство. Все другие моменты общественного производства (распределение, обмен, потребление) являются производными от отношений, существующих в непосредственном производстве.
Рассматривая вопросы метода политической экономии, Маркс формулирует такие важные его черты, какими являются научная абстракция, восхождение от абстрактного к конкретному, диалектическое единство исторического и логического.
Второй предварительный вариант «Капитала» (рукопись 1861— 1863 гг.). После некоторого перерыва Маркс возобновил в 1861 г. работу над большим экономическим исследованием. С августа 1861 г. по июль 1863 г. была создана огромная рукопись «К критике политической экономии», состоящая из 23 тетрадей, насчитывающих 1472 страницы. Эту рукопись можно считать вторым (после рукописи 1857—1858 гг.) вариантом «Капитала». Она с большей или меньшей полнотой охватывала почти весь тот круг проблем, которые позже получили отражение во всех четырех томах «Капитала». В рукописи были подробно изложены многие важнейшие вопросы марксистской экономической теории. Детальнее, чем в рукописи 1857—!858 гг., разработаны проблемы создания прибавочной стоимости, в частности такие вопросы, как превращение денег в капитал, абсолютная и относительная прибавочная стоимость. Подробно рассматривался вопрос о разделении труда, машинах и последствиях их капиталистического применения, о накоплении капитала. Эти и некоторые другие вопросы, вошедшие в последующем в первый том «Капитала», были изложены в 1—5 и 19—23 тетрадях. В трех тетрадях (16—18) были подвергнуты рассмотрению вопросы, вошедшие в третий и отчасти во второй тома «Капитала». Впервые ставятся и решаются такие важные вопросы, как воспроизводство, превращение прибыли в среднюю прибыль и стоимости в цену производства, источники абсолютной ренты. Весьма значительное место в рукописи 1861— 1863 гг. занимает критический анализ взглядов многих буржуазных экономистов, и особенно А. Смита и Д. Рикардо. Рассмотрению этих вопросов было отведено десять тетрадей (с б по 15), имеющих общее название «Теории прибавочной стоимости», которое сохранилось при публикации материала в начале XX в.
Третий предварительный вариант «Капитала» (рукопись 1864— 1865 гг.). В отличие от рукописи 1861—!863 гг. рукопись 1864— 1865 гг. предназначалась Марксом для опубликования. Соответственно этому все изложенное в новой рукописи носит более стройный, систематизированный характер. Ее структура значительно приблизилась к той, которая позже воплотилась в трех томах «Капитала». Разделы, относящиеся к проблематике первого тома «Капитала», несколько расширены. Гораздо более широкое освещение, чем в предыдущей рукописи, получили проблемы второго тома. Особенно подробно были рассмотрены вопросы третьего тома «Капитала»: превращение стоимости в цену производства и перераспределение прибавочной стоимости в связи с образованием торговой прибыли, ссудного процента и земельной ренты.
В рукописи 1864—1865 гг. Маркс не обращался к специальному рассмотрению вопросов критической истории буржуазной политической экономии. Это в значительной мере объясняется тем, что историко-критический раздел своей работы Маркс предполагал опубликовать позже, уже после того, как увидит свет основная часть его работы, посвященная теоретическому анализу капиталистического способа производства.
подвергнуты рассмотрению вопросы, вошедшие в третий и отчасти во второй тома «Капитала». Впервые ставятся и решаются такие важные вопросы, как воспроизводство, превращение прибыли в среднюю прибыль и стоимости в цену производства, источники абсолютной ренты. Весьма значительное место в рукописи 1861— 1863 гг. занимает критический анализ взглядов многих буржуазных экономистов, и особенно А. Смита и Д. Рикардо. Рассмотрению этих вопросов было отведено десять тетрадей (с 6 по 15), имеющих общее название «Теории прибавочной стоимости», которое сохранилось при публикации материала в начале XX в.
Третий предварительный вариант «Капитала» (рукопись 1864— 1865 гг.). В отличие от рукописи 1861—1863 гг. рукопись 1864— 1865 гг. предназначалась Марксом для опубликования. Соответственно этому все изложенное в новой рукописи носит более стройный, систематизированный характер. Ее структура значительно приблизилась к той, которая позже воплотилась в трех томах «Капитала». Разделы, относящиеся к проблематике первого тома «Капитала», несколько расширены. Гораздо более широкое освещение, чем в предыдущей рукописи, получили проблемы второго тома. Особенно подробно были рассмотрены вопросы третьего тома «Капитала»: превращение стоимости в цену производства и перераспределение прибавочной стоимости в связи с образованием торговой прибыли, ссудного процента и земельной ренты.
В рукописи 1861—1865 гг. Маркс не обращался к специальному рассмотрению вопросов критической истории буржуазной политической экономии. Это в значительной мере объясняется тем, что историко-критический раздел своей работы Маркс предполагал опубликовать позже, уже после того, как увидит свет основная часть его работы, посвященная теоретическому анализу капиталистического способа производства.

Эволюция восточнославянской государственности в XI-XII вв.

Социально-политическая структура русских земель периода политической раздробленности

Время с начала ХII в. до конца ХV в. называют периодом феодальной раздробленности или удельным периодом. На основе Киевской Руси к середине ХII в. сложилось примерно 15 земель и княжеств, к началу ХIII в. — 50, в ХIV в. — 250. В каждом из княжеств правила своя династия Рюриковичей.

Феодальная раздробленность явилась закономерным итогом предыдущего экономического и политического развития общества.

Различают несколько причин феодальной раздробленности.

Экономическая — в рамках единого государства за три века сложились самостоятельные экономические районы, выросли новые города, зародились крупные вотчинные владения монастырей и церквей. Натуральный характер хозяйства предоставлял каждому региону возможность отделиться от центра и существовать в качестве самостоятельной земли или княжества.

Социальная — усложнилась социальная структура русского общества: появились крупное боярство, духовенство, торговцы, ремесленники, низы города, в том числе холопы. Эта новая Русь уже не нуждалась в прежней структуре; зарождалось дворянство, которое должно было служить господину в обмен на земельное пожалование. В каждом центре за местными князьями стояли бояре со своими вассалами, богатая верхушка городов, церковные иерархи.

Политическая — основную роль в распаде государства сыграло местное боярство; местные князья не хотели делиться своими доходами с великим киевским князем; кроме того, местному боярству нужна была сильная княжеская власть на местах.

Внешнеполитическая — распаду государства способствовало отсутствие в середине ХII в. серьёзной внешней угрозы; позже она появилась в лице монголо-татар, но процесс распада государства зашёл уже слишком далеко.

Период феодальной раздробленности переживали все крупные западноевропейские государства. Она явилась закономерным итогом предыдущего экономического и социально-политического развития и имела как положительные черты, так и отрицательные последствия для всех русских земель.

Положительные черты — вначале в русских землях наблюдался подъём земледелия, расцвет ремесла, рост городов, развитие торговли в отдельных землях.

Отрицательные последствия — с течением времени постоянные усобицы между князьями стали истощать силы русских земель, ослаблять их обороноспособность перед лицом внешней опасности.

Из всех распавшихся русских земель наиболее крупными и значительными были Галицко-Волынское, Владимиро-Суздальское княжества и Новгородская боярская республика. Именно эти княжества стали политическими наследниками Киевской Руси, т.е. являлись центрами притяжения всей общерусской жизни. У каждой из этих земель сложилась собственная оригинальная традиция, была своя политическая судьба. У каждой из этих земель в будущем была возможность стать центром объединения всех русских земель.

История и политическая судьба Галицко-Волынского княжества

На юго-западе от Киева лежали крупные древнерусские города Галич и Волынь. Галицкие земли отличали теплый климат, богатая природа, плодородная почва, близость к Византии и западным государствам. Эти земли были богатейшей областью на Руси. Их называли Червонной (Красной) Русью. Здесь процветали земледелие, торговля, ремёсла, добыча каменной соли. Местное боярство имело обильные источники существования. Нигде боярство не было так сильно, как в Червонной Руси. Рюриковичам всегда здесь было очень трудно править. Положение Рюриковичей осложнялось близостью сильных государств — Венгрии и Польши. Западные католические государства всегда стремились установить здесь своё влияние.

В 1199 г. галицкий князь Роман Мстиславич объединил Галич и Волынь и отделился от Киева. Роман Мстиславич круто подавил оппозицию местного боярства. Организуя военные походы на Литву, половцев, западные страны, он мечом расширял пределы своего княжества. В 1205 г. Роман Мстиславич отправился с походом в Германию, но по пути в Польше был убит. Галицко-Волынское княжество охватили боярские смуты. Вдова князя с малолетними детьми — Даниилом и Васильком — едва успела покинуть пределы княжества.

В 1221 г. выросший сын Романа Мстиславича Даниил Романович — смог вернуться в отцовскую вотчину. В 1240 г. он смог объединить под своей властью галицкие, волынские и киевские земли, и стал самым сильным на Руси князем. Но в том же году на Южную Русь обрушились монголо-татары и разрушили Галицко-Волынское княжество. Самый сильный на Руси князь оказался в зависимости от монгольского хана. Перед Даниилом встала трудная задача — укрепить разрушенное княжество, защитить от посягательства соседей, восстановить внутри княжества покой и порядок. Даниил Романович реорганизовал свои дружины, стал налаживать торговые связи с Византией, Венгрией, Германией, Римом, строил новые города. Так, на западной границе он выстроил новый город и подарил своему сыну Льву в качестве свадебного подарка. С тех пор этот город называется Львовом. В 1255 г. Папа римский предложил Даниилу титул короля и военную помощь в борьбе против монголо-татар. Даниил же должен был способствовать распространению католичества в своём княжестве. Даниил титул короля «Малой Руси» принял, но способствовать распространению католичества не стал и военной помощи не получил.

Укрепление Галицко-Волынского княжества беспокоило монголов. В 1261 г. их огромное войско ворвалось в пределы княжества. Даниилу было приказано уничтожить военные укрепления нескольких городов. Многолетний труд Даниила по укреплению своей вотчины был уничтожен руками самого Даниила. Восстановить разрушенное сил у Даниила уже не было. В 1264 г. Даниил Галицкий умер. Но в памяти народа остались его воинские подвиги, а также то, что в годы суровых испытаний он не потерялся, привёл свою вотчину в цветущее состояние. Но в нём ценили и другую его черту — беспримерную дружбу с братом Васильком. С детских лет они всё делили пополам: и горе, и радости. Такое братское согласие в те времена встречалось не часто.

После смерти Даниила Галицкого раздоры бояр вспыхнули с новой силой. Потомки Даниила не смогли удержать единства Галицко-Волынского княжества. Из — за усобиц князей и боярства княжество постепенно слабело и через 100 лет было поделено между Польшей, Венгрией и Литвой.

Таким образом, одно из богатейших древнерусских княжеств — Галицко — Волынское — в значительной степени из-за постоянных раздоров боярства утратило исторический шанс в будущем возглавить объединительный процесс на Руси.

Новгородская боярская республика

Новгород — особый город в русской истории: отсюда начиналась русская государственность. Новгород — один из древнейших русских городов, второй по значению после Киева. Судьба Новгорода в русской истории необычна. В ХIII в. Новгород стал называться Великим Новгородом, в ХIУ в. это название стало официальным.

Новгородская земля занимала огромную территорию на Северо-Западе Руси. Но особенность этой земли заключалась в том, что она была мало пригодна для занятия земледелием. Население выращивало лён, коноплю. Жители Новгородской земли занимались также солеварением, бортничеством, производством металлов. Особое место в жизни новгородцев занимало ушкуйничество — речной разбой на лодках — ушкуях. Родители охотно отпускали своих детей ушкуйничать и сложили пословицу: «Чужая сторона прибавит ума».

Основным богатством Новгорода были леса. В лесах в большом количестве обитали пушные звери — куницы, горностаи, соболи, мех которых был драгоценным и чрезвычайно ценился на Западе. Поэтому главным занятием населения была охота на морского и пушного зверя. Кроме того, Новгород занимал исключительно выгодное место для занятия торговлей, так как стоял у истоков двух торговых путей — по Днепру и по Волге. Новгород был самым торговым городом того времени. Но всю торговлю держали в своих руках новгородские бояре. Торговля мехом приносила им баснословные прибыли. Среди киевских князей Новгород считался почётным владением. Сюда на княжение посылали своих сыновей киевские князья. Экономическое процветание Новгорода создало предпосылки для его политического обособления. В 1136 г. новгородцы выгнали наместника киевского князя Всеволода, городом стала управлять выборная администрация. Сложилась так называемая Новгородская боярская республика со своей оригинальной политической традицией — республиканским правлением.

На Руси имелся древний обычай — все главные вопросы решать на общем собрании — вече. Но нигде вече не имело такой силы, как в Новгороде. В Новгороде на вече стали избирать высшие должностные лица:

посадник (по современным понятиям — глава правительства Новгорода); посадник руководил вечем, вёл переговоры с соседними областями;

тысяцкий (глава новгородского ополчения);

епископ (архиепископ) — глава новгородской церкви; епископ обладал и светской властью: ведал городской казной, внешними делами; после избрания на вече, епископ должен был ездить в Киев, где архиепископ посвящал его в сан.

По форме новгородская республика была демократичной. Но демократия в Новгороде была элитарной. Все важнейшие вопросы в жизни Новгородской земли решали несколько боярских семей. Мнение народа использовалось для сведения счётов противником. Постоянно согласия на вече не было, соперничающие группировки сходились на мосту через реку Волхов, и начинались кровавые побоища. Поэтому основной характеристикой общественной жизни Новгорода стала постоянная социальная нестабильность, которая сыграет в судьбе Новгорода свою роль.

Новгород стал самым богатым русским городом в период феодальной раздробленности. Но по отношению к другим русским городам Новгород проводил особую политику: новгородцы всегда пытались отгородиться от общерусских проблем, чтобы не делиться своими доходами с другими, более бедными русскими городами. Новгород в хозяйственных связях сближался с южно — балтийским миром, скандинавскими и немецкими землями. В тот период новгородцы могли окончательно оторваться од других русских земель и превратиться в самостоятельный этнос, но были две причины, которые позволили удержать Новгород в составе русских земель. Одной причиной был князь. Должность князя новгородцы сохранили. По сложившейся традиции они продолжали приглашать князя из русских земель. Боярство всячески ограничивало должность князя: князь не имел права селиться в Новгороде, он не имел права приобретать в Новгороде землю, его доходы ограничивались. Но для народа настоящим, истинным вождём был всё-таки не посадник, не тысяцкий, а князь. В трудных ситуация в нём видели и верховного судью, и предводителя войска, и защитника от врагов. Авторитет князя особенно возрастал в военное время. Именно вокруг князя, а не вокруг тысяцкого, сплачивались и дружина, и народное ополчение.

Была ещё одна нить, которая связывала Новгород с другими русскими городами — хлеб. Своего хлеба в Новгороде никогда не хватало. Со временем установилась хлебная зависимость Новгорода от других русских городов. Обычно новгородцы приглашали князя из того княжества, откуда поступал хлеб.

Исторически сложившаяся обособленность Новгорода от других русских земель имела драматическое политическое последствие для самого города. К ХV в. власть окончательно оказалась в руки узкого круга новгородского боярства. Это вызвало недовольство широких кругов населения. В это время Москва начнёт вести борьбу за объединение русских земель. К ХУ в. под её властью окажется значительная часть русских земель, кроме основных противников, в том числе и Новгорода. К концу ХУ века натиск Москвы на независимость Новгорода усилился. Новгородские бояре обратились за помощью к правителям соседних католических государств — Литве и Польше. Узнав об этом, великий московский князь Иван III предпринял самые решительные меры — в 1471 г. собрал общерусский поход против новгородцев — «отступников к латинству». Бояре Новгорода обратились к населению с призывом оказать москвичам сопротивление. Но за 300 лет вольности население Новгорода устало от боярских усобиц. Новгородцы заняли пассивную позицию. Немногочисленные новгородские полки были разбиты. Независимость Новгорода была окончательно ликвидирована в 1478 г. — вечевой колокол — символ независимости Новгорода — был отвезён в Москву. Сотни новгородских боярских семей были переселены в Москву, а московские — в Новгород.

Таким образом, самая большая по территории и самая богатая русская земля периода феодальной раздробленности — Новгородская, из-за стремления отгородиться от общерусских проблем потеряла исторический шанс стать центром объединения всех русских земель.

Возвышение Владимиро-Суздальского княжества

В то время, когда в Галицко-Волынском княжестве шли бесконечные распри между князьями и боярством, в Новгороде — ссоры и усобицы на вечах, на северо-востоке русских земель закладывались основы новой русской государственности.

Между Волгой и Окой располагалась «Земля за великим лесом». Чтобы из Киева попасть в эти места, нужно было преодолеть» Лес», который таил много опасностей, начиная с обилия диких зверей до «лихих» людей. Поэтому первое историческое название междуречья Оки и Волги — «Залесская Русь». Долгое время в Залесской Руси просто текло время.

Но с IХ — Х вв. начинается славянская колонизация этих мест. Учёные полагают, что Залесская Русь стала привлекать переселенцев по следующим причинам:

здесь пролегала старинная торговая дорога из Новгорода на Волгу;

земля здесь была богата в сельскохозяйственном отношении: множество рек, заливных лугов, богатые выходы чернозёма среди лесов; славяне могли здесь заниматься своими исконными занятиями — земледелием и скотоводством;

Северо-Восточная Русь не знала иноземных нашествий;

здесь не было княжеских усобиц.

И в ХI в. здесь уже стояли города — Ростов, Суздаль, Ярослав, Муром, Рязань. В ХII в. эти земли ещё не были самостоятельным владением, и киевских князей не привлекали.

В ХII в. начался очень важный в русской истории процесс — перемещение центра государства с юга — из Киева — на северо-восток — во Владимир.

Залесская Русь при Владимире Мономахе (1113 — 1125 гг.). Незначительной, в политическом отношении, получил эту землю в управление один из младших сыновей Ярослава Мудрого — Всеволод. Но его сын — Владимир Мономах — смог разглядеть уникальность этих мест. К Залесской Руси он стал проявлять повышенный интерес. Несколько раз объехал свои владения, в 1108 г. на берегу реки Клязьмы основал город и назвал его своим именем — Владимир. Ростово-Суздальская земля становится наследственной вотчиной Мономашичей.

При Владимире Мономахе эта земля вошла в орбиту политической, экономической и культурной жизни Киева. В 1113 г. Мономах был приглашен на киевский престол как самый авторитетный на Руси князь.

Ростово-Суздальская земля при Юрии Долгоруком. В Ростово-Суздальскую землю Мономах послал одного из своих младших сыновей — Юрия. Юрий, как младший сын, не мог претендовать на киевское княжение. Но он оказался очень активным человеком и энергично занялся устройством своего княжества: поощрял переселенцев, строил города (Юрьев-Польский, Дмитров, Звенигород, Переяславль-Залесский), крепости, церкви, монастыри. 4 апреля 1147 г. состоялась встреча Юрия с черниговским князем Святославом Ольговичем в небольшом селении Москва. Описание этой встречи попало на страницы летописи. Это было первое упоминание в летописи о Москве. И дата — 4 апреля 1147 г. — считается датой основания Москвы.

Владение Юрия Владимировича ширилось, укреплялось и превратилось в самое сильное на всём Северо-Востоке. Это дало Юрию возможность начать борьбу за общерусское первенство. Юрий стал стремиться к киевскому престолу. За это его и прозвали «Долгоруким».

В 1155 г. он захватил киевский престол. Но Юрий Долгорукий в Киеве не прижился, киевские бояре его не приняли. Через два года после одного из пиров он умер. Предполагают, что он был киевлянами отравлен.

Юрий Долгорукий всю свою жизнь мечтал о Киеве, но прославился другим — как основатель Москвы.

При Юрии Долгоруком Ростово-Суздальская земля стала ведущей среди всех русских земель.

Владимиро-Суздальское княжество при Андрее Боголюбском. Юрий Долгорукий очень хотел передать киевский престол своим детям. Поэтому, став киевским князем, он передал своим сыновьям в управление земли близ Киева. Старшему сыну — Андрею — передал Вышгород — пригород Киева. Андрею Владимировичу было уже 30 лет, все эти годы прожил в родной Ростово-Суздальской земле, которую очень любил и считал своей опорой. Киева и киевлян он не любил. Андрей был сыном половецкой княжны, может быть поэтому был очень упрямым. Однажды ночью, против воли отца, он покинул Вышгород и отправился в родную Ростово-Суздальскую землю.

Уход Андрея из Киева сыграл судьбоносную роль в русской истории. По преданию, Андрей тайком увёз с собой местную религиозную святыню — икону Богоматери. Когда конь, вёзший эту икону, оказался рядом с Владимиром, то вдруг встал и не хотел идти дальше. Андрей посчитал это особым знаком: значит, сама Богородица захотела пребывать здесь. На том самом месте Андрей заложил село, назвал его Боголюбово. Боголюбово сделалось его любимым местом пребывания. Сам же он на века получил прозвище «Андрей Боголюбский».

Напористый, энергичный, Андрей Боголюбский резко отличался среди остальных русских князей. После смерти отца бояре Ростова и Суздаля выбрали Андрея Боголюбского своим князем. Бояре не хотели, чтобы к ним присылали князя из Киева. Так, Ростово-Суздальская земля стала самостоятельным княжеством. Бояре надеялись, что в благодарность, Андрей будет править вместе с ними. Но Андрей сразу же стал укреплять в княжестве свою собственную власть: отдалил от власти старых, влиятельных отцовских бояр, согнал с ростово-суздальских столов всех своих братьев и племянников, и никому, даже своим сыновьям, не давал уделов в Ростово-Суздальской земле. Андрей Боголюбский не хотел дробления своей земли. Он также пытался подчинить своей воле других русских князей. В 1169 г. он со своей дружиной взял Киев, подверг его страшному разгрому, но править в нём не стал, вновь ушёл на север. Столицу своего княжества он перенёс из Ростова и Суздаля в молодой Владимир. После этого княжество стало называться Владимиро-Суздальским.

Андрей Боголюбский стал возвышать свою столицу. Он построил, как в Киеве, парадный въезд в город — Золотые ворота. Он стал показывать всем, что находится под особым покровительством Богородицы: для привезённой иконы Божьей Матери выстроил Успенский собор. В честь Богородицы организовал новый религиозный праздник — Покров Пресвятой Богородицы (14 октября), который со временем стал одним из самых любимых на Руси. Во Владимире началось «житие», прославление иконы из Вышгорода. Она получит название «Владимирская». Икона Владимирской Богоматери сыграет колоссальную роль в становлении русской государственности. В критические моменты русской истории русский народ всегда будет просить её заступничества.

Андрей Боголюбский попытается учредить свою церковную митрополию, независимую от Киева. Но константинопольский патриарх не дал своего согласия на учреждение во Владимире, но уже брат Андрея — Всеволода Большое Гнездо — великим владимирским князем киевский митрополит назвал во Владимире.

Религиозный центр Руси стал перемещаться во Владимир. История Киевской Руси закончилась. Началась история Руси Владимирской.

Во Владимире Андрей пережил страшный удар — кончину своего совсем ещё молодого сына Изяслава после ранений в боях с половцами. Летописец назвал сына Андрея «вишенкой, срубленной в цвету». В память о сыне безутешный отец решил построить храм. И в 1165 г. руки человеческие сотворили чудо — возник самый поэтичный храм русского средневековья — Церковь Покрова на Нерли. Этот храм считается архитектурным совершенством: мастерам удалось передать глубокую печаль, смирение перед Судьбой, простоту, созерцание. В своём княжестве Андрей вёл себя как суровый и властный хозяин. Это вызвало недовольство боярства. Возник заговор, и июньской ночью 1174 г. Андрей был заколот кинжалами.

Значение деятельности Андрея Боголюбского для русской истории:Андрей Боголюбский гениально ощутил исчерпанность роли Киева как центра русских земель. В результате его деятельности центр политической власти окончательно переместился из Киева во Владимир.

Владимиро-Суздальское княжество в правление Всеволода Большое Гнездо. После смерти Андрея Боголюбского после двух лет междоусобиц на владимирском престоле оказался его брат — Всеволод, по прозвищу «Большое Гнездо» (у него было 8 сыновей и четыре дочери, и у всех было большое потомство). Всеволод был сыном византийской принцессы. Он был одним их тех, о ком говорили — «истинный византиец». Тонкий, умный, дипломатичный, он сумел поладить со всеми своими братьями и сесть на владимирский престол. Укрепившись на престоле, Всеволод продолжил политику своего брата Андрея — в княжестве стал укреплять свою собственную власть. Мятежные бояре были казнены, их имения конфискованы.

Укрепив свою власть внутри княжества, Всеволод Большое Гнездо стал оказывать всё большее влияние на дела в других княжествах — вмешивался в дела Новгорода, захватил земли в Киевском княжестве, подчинил своему влиянию Рязанское княжество.

Всеволод Большое Гнездо стал именоваться Великим князем. Великим его признали все русские князья. Его правление — это время расцвета Владимиро-Суздальского княжества.

Итак, князья Северо — Восточной Руси — Юрий Долгорукий, Андрей Боголюбский, Всеволод Большое Гнездо — проводили одну и ту же политику:

укрепляли свою личную власть внутри своего княжества;

укрепляли, возвышали своё княжество;

распространяли свою власть на другие русские земли.

Во Владимиро-Суздальском княжестве стала складываться своя политическая традиция — единовластие.

Владимиро-Суздальское княжество повторило судьбу всех русских земель: после смерти Всеволода Большое Гнездо оно распалось на множество мелких.

Но в памяти народа осталось, как правили, владимиро-суздальские князья и к чему это приводило: правили они единовластно, и это приводил к миру и спокойствию в их землях.

В ХIII в. процесс дробления Руси продолжился. Но в Северо-Восточной Руси уже началась встречная тенденция — борьба владимирских князей за объединение русских земель под властью одного общепризнанного князя.

Список литературы

Рыбаков Б.А. Киевская Русь и русские княжества в XII — XIII вв. — М., 1982.

Лимонов В.А. Владимиро — Суздальская Русь. Очерки социально — политической истории. — Л., 1987.

Кучкин В.А. Формирование государственной территории Северо — Восточной Руси в X — XV вв. — М.,1984.

Мартышин О.В. Вольный Новгород. Общественно — политический строй и право феодальной республики. — М.,1992.

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://websites.pfu.edu.ru/IDO/ffec/

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ РФ

ФИЛИАЛ БЕЛГОРОДСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ТЕХНОЛОГИЧЕСКОГО УНИВЕРСИТЕТА им. В.Г. Шухова в г. Новороссийске

Контрольная работа по

«Отечественной истории»

Русские земли в период феодальной раздробленности

Работу выполнил: студент 1 курса,

5ТГВД – 11У группы,

Бурлак А.В.

Работу проверил:

старший преподаватель Домашек Е.В.

Новороссийск 2006

ПЛАН

Причины феодальной раздробленности и особенности образования самостоятельных княжеств

Усиление роли боярства в государственном управлении

Развитие ремесла и рост городов

Междоусобные войны

Борьба с кочевниками

Особенности развития Владимиро-Суздальского княжества и его культура

Особенности развития Галицко-Волынского княжества и его культура

Особенности развития Новгородской феодальной республики и ее культура

Список используемой литературы

1. Причины феодальной раздробленности и особенности образования самостоятельных княжеств

Со второй трети XII-века на Руси начался длившийся до конца XV-века период феодальной раздробленности, через который прошли все страны Европы и Азии. Феодальная раздробленность как новая форма государственной политической организации, сменившая ране — феодальную Киевскую монархию, соответствовала развитому феодальному обществу.

Феодальные республики не случайно сложились в рамках бывших племенных союзов, этническая и областная устойчивость которых поддерживалась природными рубежами и культурными традициями.

В результате развития производительных сил и общественного разделения труда старые племя. центры и новые города превратились в экономические и политические центры. С «княжением» и «обояриванием» общинных земель в систему феодальной зависимости вовлеклись крестьяне. Старая родоплеменная знать превратилась в земских бояр и образовала вместе с другими категориями феодалов корпорации земельных собственников.

В пределах небольших государств-княжеств феодалы могли эффективно защищать свои интересы, с которыми мало считались в Киеве. Подбирая и закрепляя за своими «столами» подходящих князей, местная знать, заставляла их отказаться от взгляда на «столы» как на временное для них кормление.

После смерти Владимира Святославовича в 1015 началась длительная война между его многочисленными сыновьями, управлявшими отдельными областями Руси. Зачинщиком усобицы был Святополк Окаянный, убивший своих братьев Бориса и Глеба. В междоусобных войнах князья — братья при водили на Русь то печенегов, то поляков, то наемные отряды варягов. В конце концов, победителем оказался Ярослав Мудрый деливший Русь (по Днепр) с братом Мстиславом Тмутараканским с 1024 по 1036 г., а затем после смерти Мстислава ставший «самовластием». После смерти Ярослава Мудрого в 1054 г. на Руси оказалось значительное число сыновей, родных и двоюродных племянников великого князя.

У каждого из них была та или иная «отчина», свой домен, и каждый в меру своих сил стремился увеличить домен или обменять его на более богатый. Это создавало напряженное положение во всех княжеских центрах и в самом Киеве. Исследователи иногда называют время после смерти Ярослава, временем феодальной раздробленности, но это нельзя признать правильным, так как настоящая феодальная раздробленность наступает тогда, когда кристаллизируются отдельные земли, вырастают большие города, возглавляющие эти земли, когда в каждом суверенном княжестве закрепляется своя княжеская династия. Все это появилось на Руси только после 1132 г., а во второй половине XI в. все было переменчиво, прочно и неустойчиво. Княжеские усобицы ли народ и дружину, расшатывали русскую государственность, но не вводили никакой новой политической формы. К внутренним противоречиям добавилось нашествие новых кочевых орд, которые на два столетия стали хозяевами степей. В последней четверти XI в. в сложных условиях внутреннего кризиса и постоянной угрозы опасности со стороны половецких ханов княжеские усобицы приобретали характер всенародного бедствия. Объектом раздоров стал великокняжеский престол: Святослав Ярославич выгнал из Киева своего старшего брата Изяслава, «положив начало изгнанию братьев». Особенно страшны, стали усобицы после того, как сын Святослава Олег вошел в союзные отношения с половцами и неоднократно приводил по — ловецкие орды на Русь для своекорыстного решения междукняжеских свар. Врагом Олега был молодой Владимир Всеволодович Мономах, княживший в пограничном Переяславле.

Мономаху удалось собрать княжеский съезд в Любече в 1097 г., задача которого состояла в том, чтобы закрепить «отчины» за князьями, осудить зачинщика усобиц Олега и по возможности устранить будущие усобицы, чтобы едиными силами противостоять половцам. Однако князья были бессильны установить порядок не только во всей Русской земле, но даже внутри своего княжеского круга родных и двоюродных братьев и племянников. Сразу же после съезда в Любече вспыхнула новая усобица, длившаяся несколько лет. Единственной силой, которая в тех условиях могла реально приостановить коловращение князей и княжеские свары,- это боярство — основной состав молодого и прогрессивного тогда феодального класса. Боярская программа в конце XI и начале XII в. состояла в ограничении княжеского произвола и бесчинств княжеских чиновников, в ликвидации усобиц и в общей обороне Руси от половцев. Совпадая в этих пунктах с устремлениями горожан, эта программа отражала общенародные интересы и была безусловно, прогрессивной. В 1093 г., после смерти Всеволодача, киевляне пригласили на трон незначительно — готуровского князя Святополка, но значительно просчитались, так как он оказался плохим водуем и жадным правителем. Святополк умер в 1113 г.; го смерть послу — жила сигналом к широкому восстанию в Киеве. Народ обрушился на дворы княжеских управителей и ростовщиков. Киевское боярство в обход княжеского старшинства выбрало великим князем Владимира Мономаха, который прокняжил успешно до своей смерти в 1125 г. После него единство Руси еще держалось при его сыне Мстиславе (1125- -1132 гг.), а затем, по выражению летописца, «раздрася вся земля Русская» на отдельные самостоятельные княжения.

2. Усиление роли боярства в государственном управлении

Одной из важнейших обязанностей вассалов было оказание своему сюзерену помощи советом, обязанность думать вместе с ним «о строе земельном и оратех». Этот совещательный орган при князе (боярская «дума») не имел юридически оформленного статуса, созыв его и состав думцев, так же как и круг вопросов, ставившихся на обсуждение, завесили от князя. Рекомендации думцев для князя считались необязательными, но лишь немногие князья решались их игнорировать или поступить вопреки совету своих могущественных вассалов. При слабых князьях власть фактически сосредотачивалась в руках бояр — думцев. Помимо бояр и лиц из дворового управления в княжеской думе принимали участие представители высшего духовенства. С ростом церковного землевладения духовенство превращалось в могущественную, со своей сложной иерархической лестницей, сословную корпорацию феодалов — землевладельцев. Опираясь на свой духовный авторитет, возраставшее экономическое могущество и преимущество, которое ей давало сохранение в условиях раздробленной Руси сословного и организационного единства, церковь начинает претендовать на роль верховного арбитра в между — княжеских отношениях, активно вмешиваться в политическую борьбу и княжеские усобицы.

3. Развитие ремесла и рост городов

После смерти Всеволода -III между его многочисленными сыновьями вспыхнула борьба за власть все это вело к ослаблению княжеской власти и было выражением развития процесса феодальной раздробленности внутри самого княжества. Но до нашествия монголов оно оставалось сильнейшим, сохранившим политическое единство. Во второй половине XI-XII веков образовалась «областная» территория по верхней части течения Днестра. На юго-востоке по Днестру она простиралась до Ушицы. Юго-западном направлении Галицкая территория захватывала верховья Прута. В междуречье Прута и Днестра лежал Кучельмин. Сама территория получила название «Галицкой» земли в начале 40-х годов XII-века. Волости Галицкая и Перемышльская объединились в руках Галицкого князя

Городов в этом княжестве насчитывалось больше чем в других. лавным городом был Владимир, и Галицко-Галич. Часть Галицкой земли по запад-ному Бугу называлась Червенскими городами. Здесь, как и везде происходили междоусобицы.

Крупневшими городами были: Холм, Перемышль, Теребоволь. Значительную часть жителей этих городов составляли ремесленники и торговые люди. Через эту землю проходил торговый путь из Балтийского в Черное море и сухопутные торговые пути из Руси в страны центральной Европы. Зависимость Днестровско-Дунайской низовой земли от Галича позволяло ему контролировать судоходный европейский торговый путь по Дунаю. Природные условия княжества благоприятствовали развитию земледелия в речных долинах. Мягкий климат, многочисленные леса и реки, перемежающиеся со степными пространствами, создавали благоприятные условия для развития скотоводства и различного промысла. Высокого уровня достигло ремесло. Его отделение от земледелия способствовало росту городов. Феодальные отношения сложились рано. Общинные земли были экспроприированы феодальной знатью.

4. Междоусобные войны

После смерти Владимира Святославовича в 1015 г. началась длительная война между его многочисленными сыновьями, управлявшими отдельными частями Руси. Зачинщиком усобицы был Святополк Окаянный, убивший своих братьев Бориса и Глеба. В междоусобных войнах князья — братья приводили на Русь то печенегов, то поляков, то наемные отряды варягов. В конце концов, победителем оказался Ярослав Мудрый деливший Русь (по Днепр) с братом Мстиславом Тмутараканским с 1024 по 1036 г., а затем после смерти Мстислава ставший «самовластием».

В последней четверти XI в. в сложных условиях внутреннего кризиса и постоянной угрозы внешней опасности со стороны половецких ханов княжеские усобицы приобретали характер всенародного бедствия. Объектом раздоров стал великокняжеский престол: Святослав Ярославич выгнал из Киева своего старшего брата, «положив начало изгнанию братьев».

Особенно страшны стали усобицы после того, как сын Святослава Олег вошел в союзные отношения с половцами и неоднократно приводил половецкие орды на Русь для своекорыстного решения между княжеских свар. Врагом Олега был молодой Владимир Всеволодович Мономах, княживший в пограничном Переяславле.

Мономаху удалось собрать княжеский съезд в Любече в 1097 г., задача которого состояла в том, чтобы закрепить «отчины» за князьями, осудить зачинщика усобиц Олега и по возможности устранить будущие усобицы, чтобы едиными силами противостоять половцам. Однако князья были бессильны установить порядок не только во всей Русской земле, но даже внутри своего княжеского круга родных и двоюродных братьев и племянников. Сразу же после съезда в Любече вспыхнула новая усобица, длившаяся несколько лет. Единственной силой, которая в тех условиях могла реально приостановить коловращение князей и княжеские свары,- это боярство — основной состав молодого и прогрессивного тогда феодального класса. Боярская программа в конце XI и начале XII в. состояла в ограничении княжеского произвола и бесчинств княжеских чиновников, в ликвидации усобиц и в общей обороне Руси от половцев. Совпадая в этих пунктах с устремлениями горожан, эта программа отражала общенародные интересы и была, безусловно, прогрессивной. В 1093 г., после смерти Всеволода Ярославича, киевляне пригласили на трон незначительного туровского князя Святополка, но значительно просчитались, так как он оказался плохим полководцем и жадным правителем. Святополк умер в 1113 г.; его смерть послужила сигналом к широкому восстанию в Киеве. Народ обрушился на дворы княжеских управителей и ростовщиков. Киевское боярство в обход княжеского старшинства выбрало великим князем Владимира Мономаха, который прокняжил успешно до своей смерти в 1125 г. После него единство Руси еще держалось при его сыне Мстиславе (1125—1132 гг.), а затем, по выражению летописца, «раздрася вся земля Русская» на отдельные самостоятельные княжения.

5. Борьба с кочевниками

Утрата государственного единства Руси ослабляла и разъединяла её силы перед лицом возраставшей угрозы иноземной агрессии и, прежде всего степных кочевников. Всё это предопределяло постепенный упадок Киевской земли с XIII- века. На некоторое время при Мономахе и Мстиславе Киев снова возвысился. Эти князья смогли дать отпор кочевникам- половцам. После смерти Мстислава вместо единой державы возникло около полутора десятков самостоятельных земель: Галицкая, Черниговская, Смоленская, Новгородская и другие.

6. Особенности развития Владимиро-Суздальского княжества и его культура

До середины XI-века Ростово-Суздальская земля управлялась присылавшимися из Киева посадниками. Ёе «княжение» началось после того, как она досталась Всеволоду Переславльскому и закрепилась за его потомками в качестве родовой «волости». Владимиро-Суздальская земля занимала междуречье Оки и Волги. Формирование её территории происходило несколько позже других областей».

В первой половине XII-века этой земле прирастает обширное пространство на юго-западе, Заселенное вятичями, с центром в Москве. В 40-Х,60-Х годах XII-века Ростово-Суздальская дань проникает в заволочье, конкурируя с Новгородской в Важском крае. К 70-м годам территория расширилась в юго-восточном направлении от Нижней Клязьмы к Заволжью. На берегу Волги вырастает Городец, а впервой половине XIII-века при устье Оки образуется Нижний Новгород. В конце XII-начале XIII-века к Ростово-Суздальской территории присоединяется территория по Верхнему поволжью. Наконец, дань этой земли проникла в богатые соляным промыслом места по Солонице и к Соли Великой и течение второй половины XII-века охватывает Костромской район и места по Галицкому озеру. К началу XIII-века при устье Юга на сухо ни вырастает Устюг как крайний на северо-востоке форпост со стороны Ростовских владений. С следует отметить, что под влияние Суздальских князей подпали Рязань и Муром, тянувшиеся ранее к Чернигову. Почти все основные города этой земли (Владимир, Дмитров, Галич, Стародуб и другие) возникли XII-XIII-веках. Они строились Суздальскими князьями на границах и внутри княжества в качестве опорных крепостных и административных пунктов и обстраивавшиеся торгово-ремесленными пасадами, население которых активно включалось в политическую жизнь. Название «Суздаль»трудно объяснить. Суздаль, или Суждаль-город Сузда, но и в этом случае корень названия остается без объяснения. Своим ростом и значением Суздаль обязан плодородному ополью. Суздальский Кремль расположен на реке Каменки, впадающей в Нерль. Остатки вала и рва сохранились до сих пор. Земляной кремлёвский вал с целым рядом подновлений, сохранившихся до нашего времени, возникли в XI-XII-веках.

Местоположение города напоминает местоположение Киева. Владимир стоит на высоком берегу Кльязмы. Холмы круто обрываются к реке и создают непреступные высоты, на которых был построен первоначально замок. Такие размеры укрепления не удовлетворяли Боголюбского, когда столица была перенесена им во Владимир. Территория в это время замыкалась Золотыми воротами, построенными в 1164 году. Территория края в верховьях Оки и Волги издавна населена славянскими племенами. Кроме них коренное население составляли, а на Волге располагались племена Тюркского происхождения. Эти племена к XII-веку находились в стадии разложения родового строя, у них выделялась зажиточная верхушка. Ростово-суздальские князья захватили эти земли и обложили их данью.

В XII-XIII-веках Ростово-суздальская земля переживала экономический и политический подъем. Киевляне называли этот край Залесским (расположен за непроходимыми лесами). Вдоль реки Клязьмы расположена хлебородная равнина в лесах водилось много зверей, реки изобиловали рыбой. Здесь имелись благоприятные условия для развития различных ремесел, сельских и лесных промыслов, скотоводства, торговли, особенно когда волжский бассейн превращался в главную артерию на Руси. В ускорении хозяйственного и политического возвышения большое значение имел прирост населения края за счет жителей южнорусских земель, спасавшихся от половецких набегов. В XI-XII-веках здесь сложилась и окрепла крупное княжеское и боярское землевладение, поглощавшее общинные земли.

Здесь позже, чем в других частях Руси стали развиваться феодальные отношения. Ко времени распада Древнерусского государства в этом крае ещё не успела сложиться сильное местное боярство, способное противостоять усиливавшейся княжеской власти. Князьям удалось создать такой крупный домен, которому могли завидовать другие русские князья. Свои огромные земельные владения они раздавали дружинникам и слугам. Часть земли раздавал церкви.

До середины XI-века Ростово-Суздальская земля управлялась присылавшимися из Киева посадниками. Её «окняжение» началось, когда она досталась Всеволоду Переславльскому и закрепилась за его потомками в качестве родовой волости.

В XII-XIII- веках Владимиро-Суздальская земля раннефеодальная монархия. В этот период Владимирские князья стали распространять свою власть на восток, на земли Камских болгар и мордвы.

В XIII-XIV-веках отношение между великим князем и удельными князьями регулировались на основе союз еренитета-вассалитета со временем самостоятельность удельных князей усилилась, и они постепенно превратились в глав независимых от великого князя феодальных владений. В начале 30-х годов XII-века в правление Долгорукого, Ростово-Суздальская земля обрела независимость. Он захватил большое количество окружающих земель, изымая вотчины у крупных местных бояр и перенёс столицу из Ростова в Суздаль. При нём появился ряд крупных городов (Москва, Дмитров). Военно-политическая активность Юрия вмешивавшегося в все княжеские усобицы, сделало его одной из центральных фигур в политической жизни Руси в XII-веке. Он успешно воевал с волжско-камскими болгарами, подчинил своей власти Новгород, захватил Киев. Помирившись с Изяславом Давыдовичем, Юрий вошел в Киев. Он разместил своих сыновей около себя: Андрея — в Вышгороде, Бориса — в Переяславле, Василька — в Поросье. Однако вражда и ссоры родичей продолжались, и Юрий в них участвовал, нападал на племянников, вызывая недовольство своим поведением.

Будучи еще ростовским князем, Юрий получил прозвище Долгорукий за постоянное посягательство на чужие земли: он подчинил себе Муром, Рязань, захватил земли по берегам Волги, покорил Волжскую Булгарию. Укрепляя свое княжество, вдоль его границ построил крепости Юрьев — Польский, Дмитров, Звенигород, Переяславль — Залесский. Именно он построил на Волге город Городец, где потом загадочно умерли его сын Михаил, а также правнук Александр Невский, возвращавшийся из Золотой Орды.

Юрий Долгорукий умер 10 мая 1157 г. Его смерти предшествовал пир у Осменника Петрилы, после которого Юрий заболел, а через пять дней скончался. Есть предположение, что его отравили. Похоронили Юрия Долгорукова на территории Киево-Печерского монастыря.

7. Особенности развития Галицко-Волынского княжества и его культура

Во второй половине XI-XII веков образовалась «областная» территория по верхней части течения Днестра. На юго — востоке по Днестру она простиралась до Ушицы. В юго-западном направлении Галицкая территория захватывала верховья Прута.

В междуречье Прута и Днестра лежал Кучельмин. Сама территория получила название «Галицкой» земли в начале 40-х годов XII-века. Волости Галицкая и Перемышльская объединились в руках Галицкого князя Городов в этом княжестве насчитывалось больше чем в других. Главным городом был Владимир, и Галицко-Галич. Часть Галицкой земли по запад-ному Бугу называлась Червенскими городами. Здесь, как и везде происходили между усобицы. Крупнейшими городами были: Холм, Перемышль, Теребоволь.

Значительную часть жителей этих городов составляли ремесленники и торговые люди. Через эту землю проходил торговый путь из Балтийского в Черное море и сухопутные торговые пути из Руси в страны центральной Европы. Зависимость Днестровско-Дунайской низовой земли от Галича позволяло ему контролировать европейский судоходный торговый путь по Дунаю. Природные условия княжества благоприятствовали развитию земледелия в речных долинах. Мягкий климат, многочисленные леса и реки, перемежающиеся со степными пространствами, создавали благоприятные — условия для развития скотоводства и различного промысла. Высокого уровня достигло ремесло. Его отделение от земледелия способствовало росту городов. Феодальные отношения сложились рано. Общинные земли были экспроприированы феодальной знатью.

Одной из характерных особенностей развития феодальных отношений было выделение среди феодалов влиятельной верхушки. Крупные бояре сосредотачивали в своих руках обширные земли. Боярское землевладение по хозяйственной мощине уступало княжескому домену. До середины XII-века Галицкая земля была раз-делена на несколько мелких княжеств, которые в 1141 году были объединены Перемышльским князем Владимиром Володаревичем, перенесшим столицу в Галич.

Возвышение Галицкого княжества началось в XII-веке при Осмомысле. Он высоко поднял престиж своего княжества и успешно защищал общерусские интересы во взаимоотношениях с Византией. Военному могуществу Ярослава автор («Слово о полку Игореве») посвятил патетические строки. Ярослав Осмомысл родился в 30-е гг. XII в., он сын князя Владимира Володаревича. В 1150 г. женился на дочери Юрия Долгорукого Ольге. Вел борьбу с мятежным галицким боярством, с киевскими князьями Изяславом Мстиславичем, в 1158 — 1161 — с Изяслав Давыдовичем. Ярослав укрепил дружественные отношения с венгерски королем, польскими князьями и др. Прозвище «Осмомысл» означает мудрый, имеющий восемь смыслов, умов. В середине XII-века эта земля обособилась от Киева, закрепившись в качестве родовой отчиныза потомками Киевского князя Изяслава Мстиславовича. На Волыне рано сложился большой княжеский домен. Фактически передача княжеского домена по наследству сопровождалось особым юридическим оформлением, выражавшимся в написании»ряда».Волынские бояре, бывшие княжеские дружинники, оседали на земле. Князья жалуют им села и волости, которые они превращают в вотчины. Волынское княжество было центром земель западной Руси. Галицкие бояре решили объединиться с ним. Это делано, чтобы избавиться от нежелательного им князя Владимира. Князь Роман поло-жил начало объединению всех земель западной Руси в одно княжество. Объединение удалось в-1199 году. Его правление отмечено упрочением положения Галицко-Волынской земли, успехами в борьбе с половцами. Всё правление он вел борьбу с самовластием бояр. После занятия им в 1203 году Киева, под его властью оказалась вся южная Русь. При Романе княжество окрепло в военном отношении.

Князь новгородский — с 1168 по 1169 Князь владимиро-волынский — с 1170 по 1205 с 1199 — галицкий. Был сыном великого князя киевского Мстислава Изяславича. Вел успешную борьбу с боярством и церковной знатью за укрепление княжеской власти. Владея объединенным Галицко – Волынским княжеством и распространив свою власть на Киевщину, Р.М. стал одним из сильнейших князей на Руси. С ним считались Византия, Венгрия, Польша, а римский папа Иннокентий III предложил Р.М.королевскую корону при условии принятия католичества, но получил отказ. Чтобы укрепить свое влияние на польские дела и продвинуться в Саксонию Р.М. вмешался в борьбу польских князей, но в 1205 г. попал в засаду, организованную поляками у Завихоста на Висле, и был убит.

8. Особенности развития Новгородской феодальной республики и ее культура

Рубежи Новгородской области на юге стали определяться во II-ой половине XI-века. Новгородская «область» охватывает верхнее течение реки Великой и верховье реки Ловати. Если к I-ой половине VII-века Новгороду удалось довольно далеко распространить свою дань на юго-восток, на территорию, населённую частью не новгородцами, то эти успехи объяснились тем, что представители новгородской публичной власти пришли сюда раньше ростово-суздальской. На юге предел распространения был положен смоленской и полоцкой данью; успехи на юго-западе обусловлены захватом верхней Ловати. Территориальное нарастание в восточном направлении шло не прямо на восток от Новгорода и Ладоги, а через Заонежье. Земли между Ильменем и Чудским озером и по берегам рек Волхова, Мологи, Ловати и Мсты в территориально-географическом отношении делились на пятины: на северо-запад от Новгорода простиралась по направлению к Финскому заливу пятина Вотьская; на северо-восток, справа о Волхова, шла к Белому морю Обонежская пятина; к юго-востоку, между реками Мстою и Ловатью, простиралась Деревская пятина; к юго-западу по р. Шелони — Шелонская; за Обонежской и Деревской пятинами шла Бежецкая. Особенностью пятинного деления было то, что все пятины, кроме Бежецкой, начинались вплоть у самого Новгорода ив виде расширяющихся радикальных полос бежали вовсе стороны. Земли Новгородской земли в административном плане делились на сотни и погосты. Административное устройство города определяло структуру вечевых органов. Новгород как бы поглощал все городское население в округе радиусом 200 км. Другие города, за исключением Пскова, никогда не могли достигнуть самом то деятельности. Ладога стояла недалеко от впадины реки Волховав Ладожское озеро. Её большое значение объясняет участие ладожан в решение важных политических вопросов. В торговом отношении Ладога имела значение перевалочного пункта. Другой пригород-Торжок, или Новый Торг. Этот город занимал центральное и выгодное положение. По всей видимости, то был пункт, где новгородские купцы встречались с купцами из Владимиро-Суздальско Руси. В Торожке имелся укреплённый замок, способный выдержать длительную осаду. Старая Руса представляла довольно значительное поселение, сосредоточенное около крепости. С самого начала своего существования этот город имел не столько торговое значение, сколько промышленное, так как в этом районе находились богатые соляные варницы, разрабатывемых с давнего времени. Самым южным пригородом были Великие Луки. Из всех новгородских пригородов Псков имел наибольшее значение. Географическое положение способствовало его развитию как крупного торгового и ремесленного центра. О населении Пскова говорит сообщение о гибели 600 мужей в неудачной битве Изборском. Значительность Пскова подчёркивают попытки псковичей отделиться от Новгорода в 1136-37 годах, когда в него бежал князь новгородский Всеволод Мстиславович. В результате развития вечевой жизни в-XIV-XV — веках. Общественный строй здесь получил законченное развитие в сторону образования боярской республики, власть которой распространилась на всю прилегающую к Пскову землю. Несмотря на размеры, Новгородскую землю отличал невысокий уровень плотности населения. Рыбаков указывает на то, что основу экономики здесь составляли сельское хозяйство и промыслы, хотя в Новгороде преобладало торгово-ремесленное население. Новгородская земля ввиду неблагоприятных почвенных и климатических условий была мало плодородна, поэтому земледелие не могло удовлетворять потребности населения. Хлеб вынуждены были Новгородцы ввозить из других княжеств. Зато географическое положение благоприятствовало развитию промысла, ремесла, торговли. Новгород являлся одним из крупнейших торговых центров Восточной Европы. Бояре фактически монополизировали торговлю пушниной, которую получали из. В ряде районов крестьяне занимались добычей железной руды и соли. Все это объясняет особенность общественно-экономического развития Новгорода: значительно более высокое по сравнению с другими княжествами развитие ремесла и торговли. Вечевой строй в Новгороде был своеобразной феодальной «демократии»Вече имело несравненно большую силу. Причина этого заключалась в важной роли, которую играло торгово-ремесленное население и в стремлением осуществленного боярства не допустить княжеской власти. Вече, будучи верховным органом власти, осуществляло самые разнообразные функции. Ему принадлежала вся власть в области законодательства, оно решало все принципиальные вопросы внешней и внутренней политики: избирало или изгоняло князя, выносило решения по вопросам о войне, ведало чеканкой монет и т.д. По делам о государственных и должностных преступлениях вече выступало и в качестве высшей судебной инстанции. Участвовать в вечевых собраниях могли все взрослые жители, исключая женщин и холопов. Вече созывалось по звону колокола на Ярославском дворе или Софийской площади. Вече имело свою канцелярию и архив, а вечевая печать считалась государственной. Первое место среди выборных должностных лиц занимал епископ, получивший в 1165 году сан архиепископа. К его голосу всегда прислушивалась руководящая верхушка. В распоряжении же посадника и тысяцкого находился целый штат подчинённых, с помощью которых они осуществляли управление и суд. Они объявляли решение веча, извещали суд о совершении преступления, вызывали в суд, производили обыск и т.д. Рыбаков в своей книге отмечает, что низшей ступенью организации и управления в Новгороде было объединение соседей-«уличан» с выборными старостами во главе. Пять городских районов — «концов» образовывали самоуправляющиеся территориално-административные и политические единицы, имевшие также в коллективной феодальной собственности особые кончанские земли. В концах собирались свои вече, избиравшие кончанских старост. Боярство было элитарной прослойкой. Доходы бояр складывались от земельных вотчин, особенно крупных на новгородском севере. Особенности землевладения заключали неразвитости вассалитета, и боярство выступало как безусловный собственник земель. Бояре могли определять юридическую судьбу своих земель /дарить, менять, продавать/ в условиях высокой товарности экономики, отсюда следует ещё одна особенность: отношения боярства с собственным зависимым населением строились на отношениях экономической зависимости. Церковное землевладение сложилось несколько позже боярского. Значительная часть земли принадлежала церкви. В результате чего здесь отсутствовали княжеские Землевладения. Княжеский домен здесь не сложился. Специфика положения князей, присылаемых из Киева в качестве князей-наместников, исключила возможность превращения Новгорода в княжество. С конца XI-века, когда, по мнению Тихомирова, начинается борьба за городские вольности, политические верхи стали активно бороться за» угодных князей». Иногда даже устанавливались своеобразное «двоевластие»: «князь-посадник».

Роль князей заметно ограничивается в XIII-веке. С князьями заключались договора, в которых предусматривались их обязанности и права, окончательно кандидатуру утверждало вече. Предварительно она обсуждалась на заседании боярского совета. Три древнейшие договорные грамоты с великим князем Ярославом относят к 1264-1270 Развитие торговли и ремесла требует во времена феодальной раздробленности объединения. Древним купеческим объединением было Иванское сто, возникшим при церкви Ивана Предтечи на Опоках в Новгороде. Во главе стояли выборные старосты. Иванское сто носило характер замкнутой купеческой корпорации. Устав этого объединения являлся одним из древнейших уставов Средневековой Гильдии. Иванское сто с начала своего возникновения было типичной купеческой гильдией в том ё определении, а кое дает Дорен: «Купеческие гильдии это все те прочные товарные организации, в которых купцы объединяются, прежде всего, для охраны своих целей; в них цель объединения заключается в товарищеском регулировании и поощрении торговли,… единичное лицо остаётся самостоятельным купцом и ведёт, как раньше, дела на собственный счёт»..Мастера одной специальности жили и работали в определенных местах. Кое-какие выгоды относительно концентрации ремесленников позволили сделать наблюдения над поклонными крестами. В Новгороде. Здесь были распространены каменные и деревянные поклонные кресты с изображениями. Двойное указание на людгощан ведёт нас к тому месту, где делали кресты. В уставе Ярослава упоминаются сотни, как определенные организации. Но они в отличие от концов улиц не приурочены к определённой территории. Естественно предполагать, что сотни устава — это какие-то организации, связанные с торговлей или ремеслом.

Но кроме сотни в XV-веке упоминаются «ряды». Существует мнение, что рядовича приравнивали к купцу. Средневековая торговля обычно соединялась с ремеслом, поэтому организация рядовичей была одновременно и организацией ремесленников. Сразу хочу заметить, то не следует отождествлять процесс распространения государственной власти на севере и процесс колонизации, хотя в отдельных случаях оба процесса могли совпадать. Совершенно неясным остается о неславянских элементах населения Южного и Западного Подвинья. Это наиболее сложный вопрос, чем заселение Поморья и Академик Платонов не отрицает приоритета крестьянской колонизации Подвинья. прочной сетью крестьянских миров покрылось Северное Подвинье. Они дали много ценного материала для исследователей общественных форм народной жизни. Ключевский же выдвинул мысль о связи крестьянской и монастырской колонизации. Боярин шёл уже в места, расчищенные топором земледельца. Захват боярами и монастырями земель Обонежья, Беломорья, Подвинья сопровождались острой борьбой между прежними землевладельцами и новыми хозяевами. Столкновения чаще всего происходили из-за рыбных ловищ.

Уже с конца XI века новгородская власть предопределяла кандидатуры князей, присылаемых из Киева. Основная задача присылаемых князей состояла в вооружённой защите и организации обороны. Так, в 1102 году бояре отказались принять сына князя Святополка.

С 1015 года, когда Новгород отказался от уплаты дани Киеву, началась борьба Новгорода за политическую независимость от Киевского княжества. В XII-веке, когда возросло значение Великого Новгорода как крупного торгово-ремеслянного центра, сильное местное боярство, используя в своих интересах выступления торгово-ремесленного населения, добились сперва права выбора на вече ближайшего помощника князя-посадника из Новгородского боярства(1126-год), а затем, после крупного восстания смердов и низов городского населения против княжеской власти в 1136 году – права выбора князя. После этого князь Всеволод были изгнан из города, а княжеская администрация была заменена выборной. Так Великий Новгород стал феодальной республикой.

В.О. Ключевский отмечает несколько противоречий политического быта Новгорода. Первое из них состояло в несогласии политического строя с социальным. Другое заключалось в отношении Новгорода с князьями. Город нуждался в князе для внешней обороны и поддержания внутреннего порядка, иногда готов был силою удержать его у себя, нов то же время относился к нему с крайним недоверием, гнал его от себя, когда был им недоволен. Эти противоречия вызывали необыкновенное движение в политической жизни города. По мере того как политический строй здесь приобретал все более выраженный боярско-олигархический характер, права князя сокращались. Князь не мог творить единолично суд, не мог без контроля посадника раздавать новгородские земли и государственные» грамоты». Запрещалось приобретать земли в республике князю и его вассалам. Законодательная и дипломатическая деятельность не могла проводиться единолично, но князья получали определенную часть финансовых доходов Республики. В новгородском управлении важное значение имел, полагал русский митрополит с собором епископов Киеве, следовательно, под влиянием великого князя. Но со второй половины XII-века новгородцы начали выбирать из местного духовенства и своего владыку, собираясь «всем городом» на вече и посылая избранного в Киев к Митрополиту для рукоположения. Первым таким выборным епископом был игумен одного из местных монастырей Аркадий избранный новгородцами в 1156году. С тех пор за киевским митрополитом осталось лишь право рукополагать присланного из Новгорода кандидата. Политическая история Новгорода в XII-XIII веке отличалась сложным переплетением борьбы за независимость с антифеодальными выступлениями народных масс и борьбы за власть между боярскими группировками (представлявшими боярские роды Торговой и Софийской сторон города, его концов и улиц). Антифеодальные выступления городской бедноты бояре нередко использовали для устранения от власти своих соперников, притупляя антифеодальный характер этих выступлений расправой с отдельными боярами или должностными лицами. Крупнейшим антифеодальным движением было восстание 1207году против посадника Дмитра Мирошкиничаи его родственников обременявших городской люд и крестьян произвольными поборами и ростовщическими кабалами. Восставшие разгромили городские усадьбы, и села Мирошкини, чей изъяли у них долговые кабалы. Бояре, враждебные Мирошкиничам, воспользовались восстанием, чтобы устранить их от власти.

Эволюция республиканской государственности сопровождалась угасанием роли городского веча. Одновременно значение городского боярского совета росло. Не раз в истории реальное значение денег и власти над народом уничтожало так называемый демократизм. Республиканская государственность претерпела изменения от относительного демократизма до откровенной олигархической системы правления к XV веку. B XIII веке образовался совет из представителей пяти концов Новгорода из состава, которого выбирались посадники. Этот совет весьма целенаправленно играл интересами народа на вече. В начале XV века решения веча почти целиком подготавливались советом. Новгородское боярство вразрез с интересами горожан препятствовало присоединению к Москве. Но массовые избиения и насилия не помогли. В 1478 году Новгород подчинился Москве.

Список используемой литературы

Бернадский В.Н.»Новгород и новгородская земля в XV веке».

Ключевский В.О. Курс русской истории. том 2.

.Козлов Ю.А. «От князя Рюрика до императора Николая II: станицы управления государством».

Насонов А.Н. «Русская земля и образование территории древнерусского государства».

Рыбаков Б.А. «История СССР с древнейших времен до XVIII— столетия».

Сафроненко К.А. «Общественно-политический строй Галицко-Волынской Руси».

Тихомиров М.Н. «Древнерусские города».

Хрестоматия по истории России,1994 год, том I.

Янин В.Л. «Новгородская феодальная вотчина».

Проект конституции Никиты Муравьева Воспроизведено по выпуску N4 «Библиотеки декабристов», напечатанному в 1907 г. в Московской типографии «Русского товарищества» Тексту Муравьева предпослана приводима здесь краткая вступительная статья. Все примечания и разночтения в нашей публикации опущены равно как дополнения и критика на муравьевский проект — V.V.

Вместо введения.

Печатаемый ниже текст конституции принадлежит Никите Михайловичу Муравьеву, виднейшему члену тайных обществ. Конституция его, хотя и не была совершенно окончена и отделана, представляет, однако, собой один из наиболее законченных конституционных проектов, составлявшихся декабристами.

Таких проектов было несколько, но первостепенное значение среди них имееет, конечно, известный теперь всем (в издании «Культура» под ред. Щемлева. Спб. 1906) обширный, хотя неконченный, проект П. Пестеля, названный им «Русской Правдой» — это фундаментальный труд выдающагос ума и политического деятеля, является в то же время отражением политического направления Южного Тайного Общества (не был известен членам Спб. О-ва), в противовес этому направлению является проект Никиты Муравьева, как выражение взглядов Севернаго Тайного Общества.

По собственным показаниям Муравьева свой проект он начал писать осенью 1821 года, но вскоре сжег его; позже он опять принялс за составление проекта, копии с которого, по словам Муравьева, находились «некоторое время у каждого из главных членов». Это показание подтверждается наличностью двух редакций проекта, из которых одна найдена при обыске в бумагах кн. С. Трубецкого и была приобщена к делу, а друга сохранилась в бумагах И. И. Пущина (следственной. комиссии не удалось ее заполучить}, который отдал на сохранение своему приятелю до ареста, вечером 14-го декабря.

Первая редакция заключает 93 статьи и краткия положени статей о Народном Вече, палате представителей, Верховной Думе, Императоре и др. Кроме того, в этой редакции находится «вступление», котораго нет в другой; вот оно:

«Опыт всех народов и всех времен доказал, что власть самодержавная равно гибельна для правителей и для обществ; что она не согласна ни с правилами святой веры нашей, ни с началами здравого разсудка. Нельзя допустить основанием правительства произвол одного человека- невозможно согласиться, чтобы все права находились на одной стороне, а все обязанности на другой. Слепое повиновение может быть основано только на страхе и не достойно ни разумного повелителя, ни разумных исполнителей. Ставя себя выше законов, государя забыли, что они в таком случае вне законов, вне человечества! Что невозможно им ссылаться на законы, когда дело идет о других, и не признавать их бытие, когда дело идет о них самих. Одно из двух: или они справедливы, — тогда к чему же не хотят и сами подчинятьс оным, или они не справедливы — тогда зачем хотят они подчинять им других.

Все народы Европейские достигают законов и свобод. Более всех их народ Русской заслуживает и то и другое. Но какой образ правления ему приличен? Народы малочисленные бывают обыкновенно добычею соседей и не пользуются независимостью. Народы многочисленные пользуютс внешнею независимостью, но обыкновенно страдают от внутренняго утеснени и бывают в руках деспота орудием притеснения и гибели соседних народов. Обширность земель, многочисленное войско препятствуют одним быть свободным; те, которые не имеют сих неудобств, страждут от своего безсилия. Федеральное или союзное правление одно бы разрешило сию задачу, удовлетворило всем условиям и согласило величие народа и свободу граждан.

Под надзором Государя одно Законодательное Собрание находится в столице и делает все распоряжения общия, для всего государства; частныя распоряжения, касающияся до областей, предоставлены областным законодательным собраниям, образованным на подобие столичного, и таким образом доставляется благосостояние целаго и частей».

Проект этот носит следующее заглавие: «Предположение для начертания устава положительного образования, когда Е.И.В. благоугодно будет с помощью Всевышняго учредить Славяно-Русскую Империю». В настоящее время он напечатан Довнар-Запольским (Мемуары декабристов, Киев, 1906.}.

Текст второй редакции, написанный, повидимому, рукою Рылеева, заключая в себе 134 статьи, является более полным и представляет собой весьма ценный документ, непосредственно передающий нам конституционные стремления членов Севериаго Общества. Этот текст, переданный В. Е. Якушкиным Румянцевскому музею, положен в основу печатаемого ниже проекта; он уже был раз напечатан в приложении к книге В. Е. Якушкина «Государственна власть и проекты государственной реформы» в России», Спб.,1906. Чтобы сохранить место для других работ и не перепечатывать во многом. тождественные редакции, мы сочли возможным. разночтения помещать в самом тексте, в прямых скобках, где же такие разночтения существенны, мы в примечании повторяем частью или даже целиком весь параграф.

Что проект конституции обсуждался декабристами, говорят нам и те замечания и заметки, которые в большом числе мы находим на обеих рукописях проекта. Эти замечания помещаются нами в примечаниях, причем замечания к редакции проекта, найденнаго в бумагах Трубецкого, мы отмечаем так: {Р.Т.}, — а замечания, находящиеся на рукописи Румянцевскаго музея, отмечаем: {Р.П.}. В последнем случае замечания делались несколькими лицами — одни карандашом, другия чернилами; зто внешнее отличие так же отличается у нас.

Кроме всех этих примечаний к двум редакциям проекта, мы еще имеем краткий конспект его в собственных показаниях Н. Муравьева, данных им по требованию следственной комиссии и писанных в казематах Петропавловской крепости. В самом начале своих показаний Муравьев писал: «В донесении моем на 16-ый пункт запроса, сделаннаго мне генваря 5-го дня, я изъяснился уже, что, не будучи в состоянии представить писанного мною проекта конституции совершенно в том виде, в каком оный был написан, сохраню дух онаго и содержание».

Сличение сохранившихся редакций с написанным Муравьевым в каземате убеждает нас в правдивости этих слов, почему мы не находим необходимым приводить полностью этой части показаний Муравьева, а лишь отмечаем встречающиес существенныя разночтения. Но, приводя конспективно свой проект, Муравьев подробно остановился на устройстве «судной власти» и на условиях изменения устава, т.е. конституции, на отделах, которых не существует в сохранившихся редакциях; поэтому после текста мы приводим эти статьи.

В связи с проектом Муравьева мы имеем еще любопытный документ — это замечания неизвестного автора на конституцию Муравьева, представляющия ценную, более или менее связную статью, сохранившуюся в бумагах Пущина. (Передана В.Е. Якушкиным Румянцевскому музею; не была напечатана). Ее также помещаем, в целом виде, в конце текста конституции.

Содержание
 

I. О народе Русском и правлении II. О гражданах III. О состоянии, личных правах и обязанностях Русских IV. О России V. О внутреннем устройстве волостном и уездном или поветовом VI. О народном Вече VII. О Палате Представителей, о числе и выборе Представителей VIII. О Думе верховной IX. О власти, преимуществах Народнаго Веча и составлении законов X. О верховной исполнительной власти XI. О внутренних властях и о правительствах Держав XII. О правительствующей власти Держав XIII. О исполнительной власти Держав

Глава I
О народе Русском и правлении

1. Русской народ, свободный и независимый, не есть и не может быть принадлежностью никакого лица и никакого семейства.

2. Источник Верховной власти есть народ, которому принадлежит исключительное право делать основныя постановления для самого себя.

Глава II.
О гражданах

3. Гражданство есть право, в определенном в сем Уставе порядке участвовать в общественном управлении: посредственно, т.е. выбором чиновников или избирателей, непосредственно, т.е. быть самому избираемым в какое-либо общественное звание по законодательной, исполнительной или судебной части.

4. Граждане суть те жители Российской Империи, которые пользуются правами выше определенными.

5. Чтобы быть гражданином, необходимы следующия условия: 1. не менее 21 года возраста, 2. Известное и постоянное жительство, 3. 3дравие ума. 4. Личная независимость. 5. Исправность платежа общественных повинностей. 6. Непорочность перед лицом закона. 7. Собственность отдельная на свое имя, а оной: 1-е — недвижимой на 500 руб. сер., или 2-е — движимой (вещей или капитала) на 1000 р. сер. Всякий природный житель Государства Россиискаго, который не был гражданином, но достиг своими трудами до того, что составил себе требуемое состояние, если он в других отношениях ответствует вышеозначенным условиям, поступает немедленно в граждане.
Иностранец, не родившийся в Россия, но жительствующий 7 лет сряду в оной [и приобретший в оной недвижимую собственность по крайней мере в 500 руб. сер.] имеет право просить себе гражданства Российскаго у судебной власти, отказавшись наперед клятвенно от правительства, под властью которого прежде находился.
Иностранец, не получивши гражданства, не может исполнять никакой общественной или военной должности в России, не имеет права служить рядовым в войске Российском и не может приобрести земель. 8. Через 20 лет по приведении в исполнение сего Устава Российской Империи никто, не обучившийся русской грамоте не может быть признан гражданином. 9. Права гражданства теряются — на время: 1. Судебным объявлением о разслаблении ума. 2. Нахождением под судом. 3. Судебным определением о временном лишении прав. 4. Объявленным банкротством. 5. Общественною недоимкою. 6. Нахождением в услужении при ком-либо, 7. Неизвестностью местопребывания, занятий и средств к пропитанию. Навсегда: 1. Вступлением в подданство иностраннаго государства, 2. Принятием службы или должности в чужой земле без согласия своего правительства, 3. Приговором суда к безчестному наказанию, влекущему за собой лишение гражданских прав, 4. Если гражданин без согласия Веча примет подарок, пенсию, знак отличия, титло или звание почетное, или приносящее прибыль от иностраннаго правления, Государя или народа. Черное и белое духовенство пользуется правами гражданскими; члены оных смотря по тому, каким они условиям ответствуют, — могут быть избирателями или избранными. Глава III.
О состоянии, личннх правах и обязанностях Русских.

10. Все Русские равны перед законом.

11. Русскими почитаются все коренные жители России и дети иностранцев, родившихся в России, достигшия совершеннолетия, доколе они не объявят, что не хотят пользоваться сим преимуществом.

12. Каждый Русский обязан носить общественныя повинности, повиноваться законам и властям Отечества и явиться на защиту Родииы, когда востребует того закон.

13. Крепостное состояние и рабство отменяются. Раб, прикоснувшийся земли Русской, становится свободным. Разделение между благородными и простолюдинами не принимается поелику противно Вере, по которой все люди братья, все рождены на благо по воле Божьей, все рождены для блага и все просто люди: ибо все слабы и несовершенны.

14. Всякий имеет право излагать свои мысли и чувства невозбранно и сообщать оныя посредством печати своим соотечественникам. Вредныя книги, подобно всем прочим действиям [другим преступлениям], подвержены обвинению граждан и преследуются перед судом и подлежат присяжным.

15. Существующие ныне гильдии и цехи в купечестве, ремеслах уничтожаются.

16. Всякий имеет право заниматься тем промыслом, который ему покажется выгоднейшим: земледелием, скотоводством, охотою), рыбною ловлею, рукоделиями, заводами, торговлею и так далее.
Всякий русский в праве ехать, оставаться, словом делать все, что не ограничено и не воспрещается законом и частными постановлениями, лишь бы он не вредил другому и не касался чужой собственности.

17. Всякая тяжба, в которой дело идет о ценности, превышающей фунт чистаго серебра 25 р. с., поступает на суд присяжных.

18. Всякое уголовное дело производится с присяжными.

19. Подозреваемый в злоумышлении может быть взят под стражу постановленными Уставом властями и учрежденным порядком, но в 24 часа под ответственностью тех, которые его задержали, должно ему объявить письменно о причине его задержания, в противном случае он немедленно освобождается. Никто не может быть обвинен, задержан, или заключен в темницу, кроме в случаях, определенных законом и в образе оным учрежденным. Каждый кто испрашивает, причиняет или исполняет произвольное веление должен быть наказан. Но каждый человек, котораго призывают или берут в силу существуютаго закона, обязан повиноваться немедленно и становится виновным, если воспротивится.

20. Заключенный, если он не обвинен по уголовному делу, немедленно освобождается, если найдется за него порука.

21. Никто не может быть наказан, как в силу закона, обнародованнаго до преступления и правильно законным образом приведеннаго в исполнение.

[Всякая строгость, оказанная человеку, как заключение сделалось необходимым, сверх той, которая потребна для задержания его, должна быть отвращена законом.]

22. Устав сей определит, каким чиновникам и в каких обстоятельствах предоставляется право давать письменныя приказания задержать кого-либо из граждан, сделать домовой обыск, забрать его бумаги и распечатать письма его. Равным образом определит оный ответственность за таковые поступки.

23. Право собственности, заключающее в себе одне вещи, священно и неприкосновенно.

24. Земли помещиков остаются за ними. Дома поселян с огородами оных признаются их собственностью со всеми земледельческими орудиями и скотом, им принадлежащим.

[Земли помещиков остаются за ними, особый закон определит вознаграждение, которые обязаны им сделать поселяне, которые вздумают остановить свое селение и переселится в другое место, за временное прервание в порядке получения доходов с возделаемой сими поселянами земли.]

[Крестьяне так называемых ныне экономических и удельных волостей вносят также своему обществу единовременное вознаграждение в подобном случае, за плату земских повинностей вместо их.]

25. Крестьяне экономическое и удельные будут называться общими владельцами равно как и ныне называющиеся вольными хлебопашцами, поелику земля, на которой они живут, представляется им в общественное владение и признается их собственностью. Удельное Правление крестьян уничтожается.

26. Последующие законы определят, каким образом сии земли поступят из общественнаго в частное владение каждаго из поселян, и на каких правилах будет основан сей раздел общественной земли между ними.

27. Поселяне, живущие в арендных имениях (владениях) равно делаются вольными, но земли остаются за теми кому они были даны, и по то время, по которое были даны.

[Поселяне, которые вздумали бы оставить селение, должны будут внести арендатору вознаграждение, которое определит закон по окончании сроков, на которые розданы аренды. Закон определяет, какое употребление сделает из оных].

28. Военныя поселения немедленно уничтожаются. Поселенные батальоны и эскадроны с родственниками рядовых вступают в званье общих владельцев.

29. Разделение людей на 14 классов отменяется. Гражданские чины, заимствованные у Немцев и ничем не отличающиеся между собою, уничтожаются сходственно с древними постановлениями народа Рускаго. Названия и сословия однодворцев, мещан, дворян, именитых граждан заменяются все названием гражданина же Рускаго.

30. Жалование священнослужителям будет производиться и впредь. Равным образом они освобождаются от постоя и подвод.

31. Кочующия племена не имеют прав гражданских. Право участвовать в выборе волостного старшины предоставляется однако-ж и оным.

[Право подавать свой голос при выборе некоторых местных властей (напр. волостнаго старейшины) представляется каждому русскому негражданину.].

32. Граждане имеют право составить всякаго рода общества и товарищества, не испрашивая о том ни у кого позволения ни утверждения: лишь только бы действия оных не были противузаконными.

(здесь пометка читателя-декабриста: общества, но не тайныя — тайное все вредно — V.V.)

33. Каждое такое общество имеет право делать себе постановления, лишь-бы оныя не были противны сему Уставу и законам общественным.

34. Никакое иностранное общество не может иметь в России подведомственных себе обществ или сотовариществ,

35. Никакое нарушение закона не может быть оправдано повелением начальства. Сперва наказывается нарушитель закона, потом подписавшие противузаконное повеление.

36. Граждане имеют право обращаться со своими жалобами и желаньями к народному Вечу, к Императору и к правительствующим сословиям Держав.

37. Подземелья и казематы крепостные, вообще все так называемыя Государственныя темницы уничтожаются; никто не может быть заключен иначе, как в назначенных на сей предмет общественных темницах.

38. Обвиняемые не должны быть заключены в однех местах с осужденными, заключенные за долги или за легкие проступки — с преступниками и злодеями.

39. Тюремное начальство должно быть избираемо гражданами из людей добросовестных, и которые были бы в состоянии ответствовать за всякий противузаконный и безчеловечный поступок с заключенными.

40. Нынешние полицейские чиновники отрешаются и заменяются по выборам жителей.

41. ВсякиЙ гражданин, который бы насилием или подкупами нарушил свободный выбор народных представителей, предается суду.

42. Никто не может быть, безпокоиваем в отправлении своего Богослужения по совести и чувствам своим, лишь бы только не нарушил законов природы и нравственности.

Глава IV.
О России.

43. В законодательном и исполнительном отношениях все России делятся на 13 Держав, 2 области и 368 Уездов или Поветов.

Все население полагается в 22,630,000 жителей мужского пола, и по сему предположению разочтено представительство оной:
 

Жители	М.П.	Державы	Столицы
450000	I	Ботничевская	Гельсингфорс
1685000	II	Волховская	Г. Св. Петра
750000	III	Балтийская	Рига
2125000	IV	Западная	Вильно
2600000	V	Днепровская	Смоленск
3465000	VI	Черноморская	Киев
750000	VII	Кавказская	Тифлис
3500000	VIII	Украинская	Харьков
2450000	IX	Заволжская	Ярославль
2000000	X	Камская	Казань
1425000	XI	Низовская	Саратов
490000	XII	Обийская	Тобольск
250000	XIII	Ленская	Иркутск
		Московская область	Москва
		Донская область	Черкаск

Державы делятся на уезды, уезды на волости от 360 до 1500 жителей мужского пола. В судебном отношении державы делятся на округи равные нынешним губерниям.

Глава V.
О внутреннем устройстве волостном и уездном или поветовом.

47. В каждом уезде граждане, имеющие недвижимой собственности на 500 рублей серебром или движимой на 1000 рублей серебром, собираются в уездном городе и выбирают тысяцкаго на один год. Те, которые пользуются землями в общественном владении, не суть владельцы и следовательно, сюда не принадлежат.

45. Общие владельцы не имеют права каждый лично участвовать в выборе тысяцкаго, народных представителей и других чиновников, но все общество на сходке имеет право назначить одного избирателя с каждых 500 сожителей мужского пола, и сии избиратели, назначенные общими владельцами, подают голоса, наравне с прочими гражданами как уполномоченные целым обществом, лишь только они предъявят поверительныя грамоты своего общества, засвидетельствованныя волостными старейшинами. Впрочем, каждый из общих владельцев, имеющий капитал, означенный выше, участвует в выборах непосредственно и не лишается прав избирательства качеством общаго владельца. За то он не участвует в избрании уполномочивающаго общества.

46. Чтобы быть тысяцким, должно иметь, по крайней мере, 21 год от рождения, непорочнаго поведения и недвижимаго имения в собственном своем владении ценою не менее 1500 фунтов чистаго серебра (30000 рублей серебром ) или движимаго не менее 3000 фунтов чистаго серебра (60,000). Если избранный в сие звание не владеет таковым имением, то он не должен принимать сего звания. В противном случай он лишается места и вносит пеню 100 фунтов чистаго серебра (2000 руб.).

47. Должность тысяцкаго состоит в следующем: 1) Он созывает граждан для выборов представителей выборных, членов дум, Держав и пр. и председательствует в их собраниях 2) Исполняет определения судей, посылает вызовы к суду, объявляет определения правителей Держав, составляет список присяжных, 3)Собирает доходы общественные, 4) Наблюдает за общественными темницами и исполнением уголовных наказаний. 5) Охраняет судей во время отправления ими их должности, представляет требования Уезда, говорит всегда от его имени, берет под стражу нарушителей порядка: в сем случае каждый обязан ему повиноваться и вспомоществовать при востребовании, 6) Составляет два списка тех из граждан уезда, кои владеют недвижимым имением ценою не менее 1500 фунтов чистаго серебра или движимым ценою не менее 3000 фунтов чистаго серебра; 2-й тем, кои владеют недвижимым имением не менее 250 фунтов или движимым не менее 500 фунтов чистаго серебра. Граждане перваго списка могут быть избраны в члены Верховной Думы, Правители Держав, Наместники Державных Правителей, тысяцкие и члены Державных Дум и члены Державных судов. Граждане второго списка могуть быть присяжными и избирателями. Граждане перваго списка пользуются правами и второго списка. Граждане, коих имена не внесены в сии списки, не лишены тем прав остальных граждан. 48. Все списки должны быть напечатаны и обнародованы.

49. В Уездах, в которых вовсе не находилось людей, владеющих имением в 1500 фунтов чистаго серебра, или в которых находилось бы менее 20, должно выбирать на те места, в которыя требуется сие условие, из определеннаго большинством голосов избирателей числа владельцев и капиталистов, которые приближаются своим имуществом к требуемому состоянию, включая в число сие и тех немногих или того, кто бы пользовался означенным имуществом. Сей дополнительный список печатается вместе с первым списком.

50. Тысяцкий, приняв сие званье, должен непременно объявить обстоятельно, сколь велико его имение. Сие записывается вь особую книгу, хранящуюся у него, и каждый имеет право требовать себе копию с его показания, дабы удостовериться в том, что он пользуется, требуемым имением. Если кто потребует от тысяцкаго на то доказательства, то он обязан представить своему противнику в суде требуемые доказательства и документы. После сего обвинитель может отказаться от своего иска, заплатив пеню в 150 рублей серебром. В случае же тяжебнаго опровержения его иска, он подвергается пени в 500 рублей серебром.

51. Тысяцкий должен иметь жительство в уезде. Он может быть выбран несколько раз сряду.

52. Тысяцкий избирает себе двух или трех помощников, смотря по величине уезда, и назначает себе писарей и ездовых.

53. Он наблюдает за их поведением, может отрешить и заменить другими.

54. Каждый тысяцкий, помощник и старейшина получают вознаграждение по окончаниии года: тысяцкий в 1500 р. серебром, помощник 500, старшина в 100 р. сер.

55. Когда уезд слишком обширен, чтобы все те, которые пользуются правом гражданства, могли бы удобно собираться в одно место, то тысяцкий назначает два, три или четыре собранья в разных местах в одно и то же время. В одном присутствует он сам, в другом его помощники.

[Тысяцкий же получает от суда сообщение приговора, присуждающаго кого-либо позорному наказанию, или узнав о банкрутстве, или общественной недоимке — объявляет о том в уезде и исключает то лицо из гражданских списков].

56. В выборе волостном участвуют все граждане без изъятия и различия.

57. Обыватели каждой волости избирают на год или более Волостного Старейшину. Обязанности его есть, кроме управления волостного, отбирать показания обывателей, имеющих недвижимую или движимую собственность, разделить их на вышеозначенныя статьи [под разными статьями, поелику различныя имения доставляют жителям различные права] и представить тысяцкому.

58. Волостные старейшины находятся под особенным начальством тысяцкаго, который поверяет доставленныя ими сведения, принимает обвинение жителей и показания их.
Убедясь гласною расправою, тысяцкий имеет право внести пропущенных в списки или вычеркнуть имена тех, которые не должны в них находиться. Тысяцкий, получая сообщение приговора к позорному наказанию или уведомясь о банкротстве или общественной недоимке, объявляет о том в Уезде или Повете, исключает те лица из списков.

Глава VI.
О народном Вече

59. Народное Вече, состоящее из верховной Думы и Палаты народных представителей, облечено всей законодательной властью.

Глава VII.
О Палате Представителей, о числе и выборе Представителей.

60. Палата представителей составлена из Членов, выбранных на два года гражданами Держав.

61. Во время своего избрания представитель должен жительствовать в избравшей его Державе.

62. Лица, принявшия на себя подряды и поставки на общественныя требы, не могут до совершеннаго окончания оных быть представителями.

63. Кроме означенных условий, чтобы быть представителем, требуется только Доверие большаго числа избирателей уезда или Повета с следующими, однако, ограничениями: иностранец, получивши права Русскаго Гражданства, может быть избран в представители только через 7 лет после его Гражданствования.

64. Число представителей определяется соразмерно населению следующим образом: каждые 50000 обывателей мужескаго пола посылают в палату представителей одного представителя. В числе сих 50000 должно только полагать жителей, имеющих оседлость, постоянное жилище, не принимая в счет кочующих племен.

65. Подробное исчисление всех жителей должно быть сделано три года после приведения сего Устава в исполнение, а потом через каждыя 10 лет должна происходить новая перепись таким образом, как определит особый на то закон.

66. До тех пор назначается число представителей 450. Каждые 2 года последний вторник сентября месяца имеют быть сходки для выбора народных представителей под председательством уездных или поветовых и тысяцких и их помощников. Первые выборы должны воспоследовать немедленно по обнародования сего Устава.

67. Писарь, назначенный тысяцким, записывает имена всех присутствующих избирателей и сколько кто получил голосов. Четыре дня полагаются окончательным сроком для выбора.

68. Список сей утверждается подписью всех присутствующих чиновников и писарей, запечатывается и немедленно отправляется к Державному Дьяку, к которому оный должен быть доставлен в продолжение двух недель непременно.

69. Державы дают представителей:
 

Ботничевская	9	Украинская	70
Волховская	33	Заволжская	40
Балтийская	14	Камская	40
Западная	42	Низовская	28
Днепровская	52	Обийская	10
Черноморская	69	Ленская.	5
Кавказская	15	Московская обл.	10
Донская обл.	15	ВСЕГО	450

70. Правительственной власти каждой Державы предоставляется распределить число представителей на уезды или поветы и означить, сколько представителей избирает один уезд или повет, или в малочисленных краях, сколько уездов или поветов участвует в выборе одного представителя.

71. Ежели в представительстве какой-либо Державы откроются места, то исполнительная власть той Державы немедленно созывает избирателей, чтобы оное наполнить.

72. Палата представителей сама избирает своего председателя, она одна пользуется правом предавать суду Сановников Империи.

Глава VIII.
О Думе верховной.

73. Верховная Дума состоит из трех граждан каждой Державы, двух граждан Московской области и одного гражданина Донской области. Всего — 42 члена. Члены Верховной Думы избираются правительственными сословиями Держав и областей, т.е. обеими соединенными в одно место палатами выборных и Державными Думами.

74. Немедленно по прибытии в столицу членов Верховной Думы они разделяются на три разряда, по возможности, равных. Члены перваго разряда выходят из Думы по истечении 2-х лет. Члены второго разряда — по истечении 4, члены третьяго разряда — по истечении 6 лет, так что треть всей Думы возобновляется каждые два года новым избранием. Если же в продолжение двух годов между выходами откроются места, смертью членов, или увольнением оных, то исполнительная власть сих Держав сделает временное назначение (если это случилось в такое время, когда правительное собранье Держав распущено), пока правительное собранье не заменит онаго.

75. Условия, необходимыя, чтобы быть Членом Верховной Думы, суть: 30 лет возраста, 9 лет гражданства в России для иностранца и жительство во время избрания в той Державе, которая его избирает, недвижимаго имения ценою на 1500 фунтов чистаго серебра или движимаго на 3000 фунтов чистаго серебра. 76. Дума избирает сама своего председателя, наместника председателя и прочих своих чиновников. Председатель наблюдает за порядком разсуждений, но не имеет права голоса. Наместник занимает его место, когда он в отсутствии.

77. Верховной Думе принадлежит суд над министрами, верховными судьями и всеми прочими сановниками Империи, обвиненными народными представителями. Никто не может быть объявлен виновным, как только 2/3-ми голосов всех присутствующих членов. Дума не имеет права назначить другого наказания, как только объявить подсудимаго виновным и лишить его занимаемаго им места и звания. Дальнейшее суждение над виновным продолжается в присутственных местах обыкновенным порядком судебным с присяжными, по письменному обвинению Верховнаго Блюстителя. Изобличенный судом Государственный Сановник подвергается казни, определенной законами.

Дума участвует вместе с Императором в заключении Мира, в назначении судей верховных судебных мест, Главнокомандующих сухопутных и морских сил, корпусных командиров, начальников эскадр и Верховнаго Блюстителя. Для сего потребно большинство 2/3-членов Думы.

Глава IX.
О власти, преимуществах Народнаго Веча и составлении законов.

78. Народное Вече собирается, по крайней мере, раз в год. Открытие его заседаний назначается в первый вторник декабря месяца, доколе законом не будет определено другого срока.

79. Каждая Палата сама судит о правах и выборе своих членов. В обеих большинство достаточно, чтобы судить о делах, но четвертая часть оных имеет право отсрочивать заседания от дня на день, до съезда остальных членов и уполномочена принудить отсутствующих членов прибыть к заседаниям таковыми пенями, каковы будут по сему предмету установлены обеими Палатами.

80. Каждая Палата имеет право сделать свое постановление наказывать членов своих за непристойное поведение и в случае преступления, но отнюдь не мнений, исключить члена определением 2/3 голосов.

81. Заседания обеих Палат публичныя. Обе Палаты однако же по предложению Императора разсуждают с замкнутыми дверями, выслав наперед всех посторонних. Сие происходит равным образом в Палате представителей, когда 50 членов оной востребуют тайнаго совещания, и в Верховной Думе по востребованию 5 членов. Женщины и несовершеннолетние до 17-летняго возраста не допускаются на заседания обеих Палат.

82. Каждая Палата ведет дневныя записки своих разсуждений и печатает оныя от времени до времени, кроме того, что они определят оставить тайным. Мнения членов каждой Палаты в пользу или против какого либо предложения должны быть записаны в журнал по востребованию 1/5 числа присутствующих членов.

83. Члены Верховной Думы и представители получают из общественной казны вознаграждение за свое служение, за каждый день, в котором они присутствовали на заседаниях, равное 21 золотнику чистаго серебра (5 руб. серебром).

За каждыя сто верст, которыя им нужно проезжать от своего местопребывания до столицы и обратно к себе, получают они также вознаграждения, равныя сорока трем (43) золотникам чистаго серебра (10 руб. серебром). Ни в каком случае кроме измены, преступления и нарушения общественнаго порядка, нельзя брать под стражу членов Народнаго Веча ни во время заседаний, ни на пути их в столицу, ни во время возвращения их.

84. Нигде нельзя их тревожить за то, что они говорили каждый в своей Палате, и никто не в праве требовать от них объяснений речей их, там произнесенных. Член Палаты, уличенный в преступлении, до приговора судебнаго исключается Палатою своею.

85. Никакой должностной человек, в службе общественной находящийся, не может быть членом ни той, ни другой Палаты, пока он будет сохранять свою должность.

86. Никакой член Думы, ни представитель в продолжение всего того времени, на которое он избран в сие звание не может быть назначен ни в какую гражданскую должность, которая была бы учреждена, или которой бы выгоды были в то время увеличены или умножены.

87. О всяком предложении налогов или набора ратников должно быть наперед разсуждаемо в Палате Представителей, но Дума может делать оным изменения, как и во всяком предложении. Изменения сии в предложении о налогах тогда только становятся действительными, когда Палата Представителей оныя допустит.

88. Всякий проект закона прочитается три раза в каждой палате. Между всяким чтением должно пройти 3 дня, по крайней мере; после каждаго чтения происходят разсуждения. После перваго чтения проект закона печатается и раздается всем присутствующим Членам.

89. Всякое чредложение, получившее согласие Думы и Палаты представителей должно еще быть представлено Императору, чтобы получить силу закона. Если Император одобряет предложение, то подписывает оное, ежели не одобряет, то отсылает с своими замечаниями в ту Палату в которую оно сначала поступило. Палата записывает в свой журнал все замечания Императора против сего предложения и вновь открываетт, об этом разсуждения. Если после сего вторичнаго суждения о предложении 2/3 членов остаются в пользу предложения, то оное поступает со всеми замечаниями Императора в другую Палату, которая начнет также разбирать оное вновь, и там, если таковых большинство одобряет оное, оно становится уже от того законом. В подобных сему случаях Члены Палаты должны подавать свои голоса через одно выражение «да» или «нет». и в журнале каждой Палаты записываются имена всех членов, подававших голоса в пользу или против сего предложения.

90. Ежели Император по прошествии 10 дней (исключая воскреснаго) не возвратит представленнаго ему проекта, то оный получает силу закона. Если же Народное Вече отсрочит между тем свои заседания, то предложение не становится законом. Всякое приказание, решение, или прокламация и манифест, требующие содействия обеих Палат (исключая разсуждения об отсрочке заседании), должно быть представлено Императору и утверждено им, чтобы быть приведенным в исполнение. Если же он отвергнет оное, то оно должно быть снова принято 2/3 обеих Палат, сходно с правилами выше означенными.

91. Проект, отвергнутый одной из Палат, может быть вновь представлен только в следующий съезд Народнаго Веча.

92. Народное Вече имеет власть постановлять и отменять законы судные и исполнительные, то есть: 1) Издать для России Уложение Гражданское, Уголовное, Торговое и Военное, уставить Учреждения по благочинию и правила судопроизводства и внутренняго управления присутственных мест. 2) Объявлять законом в случае нашествия или возмущения, что такая область находится на военном положении и под военными законами. 3) Обнародовать закон о Всепрощении. 4) Распускать правительственныя собрания Держав в случае, если бы оныя преступали пределы своей власти, и повелеть избирателям приступить к новым выборам. 5) Объявлять войну. 6) Устройство, содержание, управление, расположение и движение войск сухопутных и морских, система укрепления пределов, берегов, пристаней, набор, пополнение войск и внутренняя стража зависят от узаконении Народнаго Веча. 7) Налоги, займы, поверки расходов, пенсии, жалованья, все сборы и издержки, одним словом, все финансовыя меры. Но оно не может утвердить никакой бюджет более, нежели на два года. 8) Все меры Правительства о промышленности, о богатстве народном, учреждения ямов, почт, содержание сообщений сухопутных и водяных, заведение новых, учреждение банков. 9)Покровительствует Наукам и полезным Искусствам, дает сочинителям и изобретателям исключительное право пользоваться определенное число лет их сочинениями и изобрениениями. Имеет право предлагать Держ. Прав. собраниям повсеместное преподавание Закона Божия, языка Российскаго, Общественнаго Устава и Военных Наук, но отнюдь не может ограничивать в сем смысле свободы оных и частнаго преподавания. 10) Постановления правил награждения для гражданских чиновников, устройство порядка службы во всех отраслях управления и статистические отчеты всех частей правительства. 11) Получа донесение Министра, в случае болезни телесной или нравственной Императора, кончины или отреченья объявляет регентство или провозглашает Наследника Императором. 12) Избирает Правителей Держав. 93. Народное Вече не имеет власти учреждать новых конституционных законов, ни отменять существующих, одним словом, не имеет права издавать постановлении ни о каком предмете, не помещенном в сем исчислении прав его.

94. Народное Вече, составленное из мужей избранных народа Русскаго и представляя Его собою, приемлет наименование Его Величества.

95. Народное Вече определяет общие налоги и издержки, предоставляя частныя распоряжениям правительственных собраний Держав. Существующие долги признаются Народным вечем, которое ручается в платеже оных.

96. До будущих установлений Народнаго Веча подати остаются те же, за исключением только того, 1) Что люди, известные ныне под названием мещан, освобождаются от платежа излишней против экономических и других пошлин подушной подати и сравниваются в платеже с ними. 2) Что невзрослые до 17 лет и достигшие 60-ти летняго возраста равно освобождаются от подушнаго оклада. 3) Что подать сия распространяется на всех остальных граждан, поелику все равны перед законом и обязаны нести одни и те же повинности. 97. Народное Вече от времени до времени издает в общенародное сведение подробный отчет всякаго общественнаго прихода и расхода. Казначейство Российское не отпускает никакой суммы, как вследствии утвержденнаго Народным Вечем закона.

Право изменить Устав или избрать другое поколение на царство принадлежит Народному и Державным соборам, а не Народному Вечу.

98. Народное Вече не имеет власти ни постановлять, ни запрещать какое-либо Вероисповедание, или Раскол. Вера, совесть и мнения граждан, пока оныя не обнаруживаются противузаконными действиями, не подлежат власти Народнаго Веча. Но Раскол, основанный на разврате или на действиях противуестественных, преследуется присутственными местами на основании общих постановлений. Народное Вече не имеет власти нарушать свободы речей и книгопечатания.

99. Народное Вече не разсуждает во присутствии Императора и в то же время не собирают голосов. На речь Императора Председатели обеих Палат должны отвечать, что Народное Вече займется предлагаемыми ему предметами.

100. Народное Вече имеет право взять частную собственность в общественное употребление за справедливое вознаграждение, но для сего должен быть предварительно выдан закон обыкновенным порядком, т.е. оный должен пройти через обе Палаты и быть утвержден Императороме. В сем законе должны быть изъяснены подробно: 1) Количество и настоящая цена имения (частнаго лица или частных лиц), котораго приобретение необходимо для общественнаго употребления. 2) Условия или суммы, предлагаемыя частным лицам в вознаграждение за принужденную продажу. К тому же должны быть приложены достоверныя свидетельства, что показанная цена имения есть настоящая. 3) Власти, которыя Устав сей не поручает никакому из означенных в оном собраний или сановников, предоставляется всему Народу Русскому. Глава X.
О верховной исполнительной власти.
 

I раздел……….о императоре. II раздел………. временный правитель. III раздел………. главы приказов.

101. Император есть: Верховный Чиновник Российскаго Правительства. Его права и преимущества суть: 1) Власть его наследственная по прямой линии от отца к сыну, но от тестя она не переходит к зятю. 2) Он соединяет в особе своей всю исполнительную власть. 3) Он имеет право останавливать действие законодательной власти и принуждать ее ко вторичному разсмотрению закона. 4) Он Верховный Начальник сухопутной и морской силы. 5) Он Верховный Начальник всякаго отделения Земских Войск, поступающаго в действительную службу Империи. 6) Он может требовать письменнаго мнения главнаго чиновника каждаго исполнительнаго департамента о всяком предмете, с его обязанностью сопряженном. 7) Ведет переговоры с иностранными державами и заключает мирные трактаты с совета и с согласия Верховной Думы, лишь только две трети присутствующих Думы на то согласились. Трактат, таковым образом заключенный, поступает в число Верховных законов. 8) Он назначает посланников, министров и консулов и представляет Россию во всех ея отношениях с иностранными Державами. Он назначает всех чиновников, о которых не говорено в сем Уставе. 9) Не может однако же помещать в трактатах статей, нарушающих права и состояние Граждан внутри отечества. Равным образом не может включать в оные без согласия Веча Народнаго условия напасть на какую-либо землю, не может уступить никакого участка земель, принадлежащих России. 10) Назначает судей верховных судебных мест с совета и согласия Верховной Думы. 11) Он наполняет все места, сделавшияся свободными, когда Народное Вече распущено, и дает от себя постановленным временным чиновникам Грамоты на сии места, которыя имеют силу до окончания перваго съезда Думы. 12 Он означает и постановляет по каждой отрасли дел или в каждом Приказе Главу, как-то: 1) Главу казначейскаго Приказа (Мин. Фин.). 2) Главу Приказа сухопутных сил [Мин. Воен.). 3) Главу Приказа морских сил (Морск. М.). 4) Главу Приказа внешних сношений. 13) Он обязан при каждом съезде обеих Палат доставлять Народному Вечу сведения о состоянии России и представлять его суждению принятие мер, которыя ему покажутся необходимыми или приличными. 14) Он имеет право созывать обе Палаты и Верховную Думу в случае переговоров или суда. 15) Не может употреблять войска во внутренности России в случае возмущения, не сделав о том предложения Народному Вечу. которое немедленно обязано удостовериться посредством следствия в необходимости Военнаго положения. 16) По востребованию его обе Палаты разбирают его предложение в тайном совещании, ежели сие покажется ему нужным. 17) Если бы Палаты не согласились между собой на время отсрочки их заседаний, то он может отрочить оныя, но не более, как на три месяца. 18) Он принимает послов и уполномоченных иностранных Правительств. 19) Наблюдает за строгим исполнением общественных законов. 20) Дает Грамоты назначения всем Чиновникам Империи. 21) Ему дается титул Его Императорскаго Величества,никакой другой не допускается. Выражения: Имянное повеление, Высочайшее соизволение, соизволение быть по сему и т. п. уничтожаются, яко неприличныя и не имеющия никакого значения в земле благоустроенной. 22) Народное Вече определяет, с каким обрядом новый Император принимает сие званье. 23) Император при вступлении своем в правление произносить следующую присягу посреди Народнаго Веча: Я клянусь торжественно, что буду верно исполнять обязанности Императора Российскаго и употреблю все мои силы на сохранение и защиту сего конституционнаго Устава России. 102. Кабинет уничтожается, ясак Сибирских Народов и все так называемыя регалии поступают в общественное Казначейство, но Император получает на содержание свое и своего семейства ежегодно из общественнаго Казначейства сумму, равную цене 102000 фунтов чистаго серебра (2,000,000 рублям серебряным), в которых он никому не обязан давать отчета.

103. Особы, составляющия Семейство Императора, не отличаются от частных лиц, подчинены тем же учреждениям и тому же влиянию Правительства, как и все прочие, и не пользуются никакими особыми правами и преимуществами.

104. Так называемый Двор не может иметь существования, признаннаго законами в земле благоустроенной, и для того Император властен иметь Обер-Камергеров, Камергеров, Обер-Гофмаршалов, Обер-Церемониймейстеров, Обер-Гофмейстеров, Обер-Шенков, Шталмейстеров, Камер-Юнкеров, Камер-Пажей, Пажей, Штатс-дам, Гоффрейлин и прочее.

Но все сии звания иностранныя не дают особам, носящим оныя, права почитаться в общественной службе, когда они себя посвятили служению одного лица, и потому они не получают ни жалования, ни каких либо вознаграждений из общественнаго Казначейства, но Император имеет право давать им жалование из отпускаемых ему 8,000,000 мил. (2 мил.? — пометка в исходном тексте- V.V.) Сверх того, они лишаются на то время прав гражданства, т.е. права избирать и преимущества быть избранным в общественныя должности, поелику оне находятся в частном служении.

105. Правитель Империи не может удалиться из оной без важных неудобств: 1) Ход дел в Правлении замедляется. 2) Равновесие властей разстраивается. 3) Неприлично, чтобы первослужитель Народа находился не среди онаго. 4) Народ может претерпеть важныя оскорбления в лице его от Иностранцев. 5) Такое путешествие повлечет за собой издержки возбраненныя сим Уставом 6) Сверх того, в отделении от отечества Император может скорее следовать внушениям иностранных завистников и сделаться орудием их злоумышлений, а потому Император ни в каком случае не имеет права выехать из пределов Отечества, даже в заморския владения отечества.

106. Выезд Императора из России не иначе представляется, как оставлением оной и отречением от звания Императорскаго; в таком случае Народное Вече немедленно провозглашает наследника его Императором.

107. Совершеннолетие Императора полагается 18 лет; в случае объявленной Министрами неспособности телесной или нравственной Императора и признанной Народным Вечем наследник его заступает место временнаго Правителя (Регента), буде это временный недуг, или место Императора, буде нет надежды на поправление его здоровья.

108. В случае, если бы Наследник Императора еще не достиг 18-ти летняго возраста, тогда место Правителя России занимает Председатель Думы Верховной, председательство же Думы Верховной переходит его Наместнику. Через каждые 4 года избирается новый Правитель поочередно — в первый раз Думою из всей Палаты Представителей, во второй Палатою представителей из среды Верховной Думы и так далее до совершеннолетия Наследника.

109. Член Думы или народный представитель, занимающий место Правителя России, во все время получает вознаграждение, ежегодно, равное ценности 2000 фунтов чистаго серебра (40000 рублей серебрянных ). Временный Правитель пользуется всеми правами, предоставленными сим Уставом Императору.

110. Если бы болезненный припадок или кончина Императора случились в такое время, когда распущено Народное Вече, то члены Приказов обязаны под своею ответственностью созвать немедленно обе Палаты иди, по крайней мере, Верховную Думу.

111. Женщины не наследуют Императорской власти и не доставляют никому на оную права посредством брака: общество людей свободных не есть отчина и не может служить… (sic!) Императорское званье учреждено наследственным для удобства, а не потому, чтобы оно было в самом деле семейственным достоянием. Итак, по пресечеши мужского поколения, народ учредит вид правления или приступит к избранию другого семейства.

N.B. Право Сие было превозглашаемо и признано даже теми Императорами Российскими, которые почитали себя источниками всякой власти и, следовательно, не предполагали никакой власти в народе.

112. Кроме мирных трактатов, отчетов, представляемых Народному Вечу, о состоянии России, предложения мер или издания законов, грамот Посланникам, Чиновникам Империи и законов, утвержденных Народным Вечем, Император не подписывает ни одной бумаги. Все остальныя бумаги, отчеты, предписания и донесения подписывают Главы Приказов, каждый по своей части, а иногда все вместе, когда дело идет о постановлении для всех общем, или когда они подают свое мнение Вечу.

113. Все гражданское Чиновники, Главы Приказов, Правитель временный и пр. могут быть лишены своих должностей, если вследствие обвинения Палатою Представителей уличены будут Думою в измене, расхищении общественной казны или сделали еще какия-либо преступления и, наконец, ежели окажутся неспособными.

114. Всякой Чиновник исполнительной власти отвечает за каждое свое действие; никто не может оправдаться полученным приказанием, ибо в гражданском быту слепое повиновение не может быть допущено, и всякий исполнитель противузаконнаго веления будет наказан так, как и подписавший веление. Император не подлежит суждению, если же сам Император лично учинит какое-либо преступление, за которое никто другой не подлежит ответственности, то сие приписывается нравственному недугу Народным Вечем, которым, в таком случае, учреждается Регентство, посредством особаго закона.

Глава XI.
О внутренних властях и о правительствах Держав.

115. Правительство каждой Державы состоит из трех отдельных независимых друг от друга властей, но содействующих к одной цели, а именно: правительствующей, исполнительной и судной.

Глава XII.
О правительствующей власти Держав.

116. Правительствующая власть каждой Державы поручается правительствующему собранию, состоящему из Палат Выборных и из Думы. Правительственное собрание созывается в столичном городе каждой Державы.

117. Раздел первый. — О Палате Выборных.

1) Палата выборных составлена из членов, избранных гражданами на один год. Они вступают в должность в последний вторник ноября и остаются до последняго понедельника ноября м-ца следующаго года, в который они заключают свои заседания и расходятся дабы уступить свое место новым выборным, которые вступают на другой день, т.е. в последуюпцй вторник ноября.

2) Чтобы быть выборным, должно ответствовать условиям: жительство в державе, для иностраннаго уроженца — семилетнее исправление Российскаго гражданскаго звания, не должно находиться в подрядах общественных на то время.

3) Число выборных определяется следующим образом: каждые 10000 жителей мужского пола посылают одного выборнаго в Правительствующее собранье своей Державы, и так число оных выборных будет следующее:
 

в Ботническом — 45 В Волховском — 181 В Балтийском — 75 В Западном — 212 В Днепровском — 260 В Черноморском — 345 В Кавказском — 75 В Украинском — 350

В Заволожском — 245 В Камском — 201 В Низовском — 142 В Обийском — 49 В Ленском — 25 В Московском — 50 В Донском — 15

4) Каждый год в последний вторник Сентября месяца имеют быть сходки граждан для избрания выборных и четвертой части членов Державной Думы (кроме перваго раза, в который избираются все члены Державных Дум) под председательством тысяцкаго и его помощников. 4 дня полагаются сроком окончательным для выборов.

5) При приведении в действо сего Устава тысяцкий утверждает список назначенных выборных, обнародывает оный, в продолжении двух недель доставляет каждому выборному от своего имени позыв ехать в Державную столицу. По приведении же сего Устава в действо тысяцкий обязан доставить сей подписанный им и засвидетельствованный список в продолжении двух недель на раэсмотрение и разсуждение Правительствующаго собрания, которое от своего уже имени посылает новым избранным правительственныя грамоты. Правитель и его совет участвуют в семь разборе и суждении вместе с обеими Палатами.

118. Раздел второй. — О Державной Думе.

1) Дума составлена из членов, избранных на 4 года теми же избирателями, как и выборные, и на тех же сходках в последний вторник Сентября месяца: на первый раз по введении сего Устава все члены Державных Дум изберутся на одной сходке. Впоследствии на ежегодных сходках будет избираться только 1/4 Думы для замены выбывающей ежегодно 1/4 части членов.

2) Члены Думы должны отвечать следующим условиям: иметь, по крайней мере, 30 лет возраста, иметь жительство в Державе, которая их избирает на то время, и пользоваться уже 9-ти летним Гражданством в России, если они не родились русскими, быть непорочными в поведении, иметь недвижимаго имения, коего цена равнялась 750 фунтам чистаго серебра или движимаго на 1500 фунтов чистаго серебра (от 15000 до 30000 сереб. рублей).

3) Число Членов Державных Дум полагается около трети числа выборных, а именно:
 

в Ботнической — 15 В Волховской — 60 В Балтийской — 24 В Западной — 70 В Днепровской — 86 В Черноморской — 115 В Кавказской — 25 В Украинской — 115

В Заволожской — 80 В Камской — 67 В Низовской — 47 В Обийской — 16 В Ленской — 8 В Московской — 16 В Донской — 5

4) Дума по собрании своем немедленно разделяется на четыре части, по возможности равныя, из коих одна ежегодно по жребию выходит и заменяется новыми выборными. так что в продолжение 4-х лет вся Дума возобновляется.

119. Раздел третий. — О внутреннем устройстве и власти правительствующих собраний.

1) Каждый год правительствующее собрание съезжается в столичном городе Державы в последний вторник Ноября месяца. Второй съезд оного в Сентябре следующаго года. Продолжение съезда зависит от большаго или меньшаго занятия Правительствующаго собрания.

2) Каждая палата избирает сама своего председателя и делает постановления для внутренняго своего управления. [Председатель наблюдает за порядком заседании, но не имеет голоса. Каждая Палата, получив от тысяцкаго списки выборных пересуживает их правильность, посылает пригласительныя грамоты тем, кои правильно избраны, уничтожает неправильные выборы и повелевает приступить к новым выборам на сии места. За каждый день заседания члены палаты получают вознагражденле равное 8 золотникам чистаго серебри (два рубля серебром ).

3) В обеих Палатах выбывшие члены могут быть снова избраны. Если бы вдруг по необычайной смертности или иным каким-либо причинам выбыло много членов, то Палаты имеют право повелеть приступить в Уездах или Поветах к дополнительным выборам.

4) Никакой должностной человек не может, пока он будет сохранять свою должность, быть членом ни той, ни другой Палаты. Право делать предложение о постановлениях принадлежит обеим Палатам и исполнительной власти Державы (Правителю) с следующими отличиями. Всякое предложенье о налогах поступает сперва в Палату выбориых. Дума может делать в оном изменения, как и во всяком другом предложении. Право обвинять общественных чиновников принадлежит Палате выборных, право судить их — Думе. Осужденные Думою лишаются своего места и судятся потом в присутственных местах обыкновенным порядком по обвинению письменному Державнаго Блюстителя.

5) Заседания обеих Палат происходят при открытых дверях, по предложению Правителя Палаты должны совещаться тайно, равным образом, когда в Палате выборных или в Думе 1/3 наличных членов того востребует. Каждая Палата ведет дневныя записки своих разсуждешй и печатает оныя от времени до времени, кроме того, что оне предложат оставить в тайне. Ни которая из Палат не может без согласия другой отсрочить своих заседания более, нежели на 3 дня, ни перенести оных в другое место, кроме того, в котором заседают обе Палаты.

6) Ни в каком случае, кроме измены, преступления или нарушения общественнаго порядка, нельзя брать под стражу членов Правительствующаго собранья ни во время заседаний, ни на путь их в державный город, ни во время возвращения из онаго. Члены не отвечают за обнаруженное ими мнение в Палате.

[Никто нигде не вправе тревожить их и требовать от них объяснений сказаннаго ими во время их законодательнаго служения].

7) Каждая Палата имеет право отринуть предложение другой Палаты или правителя Державы. Дума однако же обязана судить чиновников, обвиненных выборными. Предложение, получившее согласие обеих Палат, идет на Утверждение Правителя Державы. Подпись Правителя Державы дает оному силу закона. Державный Правитель обязан возвратить предложение в ту Палату, в которой оно начало восприяло, в продолжение 10 дней с своими возражениями. В противном случае по прошествии сего срока предложение становится законом.

8) Если Правитель сделал возражение против предложения, то происходит в Палатах вторичное об оном разсуждение; как в Народном Вече 2/3 голосов решат. Всякое приказание, решение и проч., требующее содействия обеих Палат (исключая разсуждения об отсрочке заседаний), должно быть представлено Правителю и им утверждено. Вообще, правительственныя собранья руководствуются правилами, изложенными для Народнаго Веча.

9) Правительственное собрание каждой Державы имеет право: 1. Делать постановления, касающияся до внутренняго управления Держав. 2. Делать новое разделение края, более сообразное с нуждами и средствами жителей. 3. Установлять, в каких городах или местечках будет происходить выбор народных представителей, и каким образом сей выбор должен происходить. 4. Делать всякия постановления, сообразныя с сим Уставом и с постановлениями, оным не отмененными. 5. Учреждать налоги для собственнаго управления Держав и составлять казну.

Прим. 1. Частные налоги для собственнаго управления каждой Державы и потребностей оной, как-то: дорог, каналов, строений, издержек на правительственное собранье, оплату чиновников исполнительной власти, на судебную часть и прочее, зависят от власти Правительственнаго собранья каждой Державы.

Прим. II. Общие налоги для содержания войска сухопутнаго и морского, крепостей, почт, связей с иностранными государствами, вознаграждение членов Народнаго Веча, платы Верховных Чиновников, проложение сообщений, превозмогающих местныя средства, одним словом, для всех нужд и потребностей всей общины Российской, назначаются Народным Вечем.
  6. Делать всякаго рода общественныя заведения, учебныя учреждения, школы и прочее. 7. Содержать и приводить в порядок сообщения. 8. Правительствующее собрание имеет право просить Народное Вече о созыве Народнаго собрания для изменения конституционнаго Устава.

10. (так в оригинале — V.V.) Правительственныя собранья не могут иметь места в городах, занятых неприятелем или возмутившихся. Если Правительственное собрание останется в таковом месте, то действия оного противозаконны и теряют свою силу. Равным образом всякий сановник Империи, без исключения, находящийся во власти неприятеля, теряет во время своей неволи и пока не возвратится всю власть и права, коими он облечен. Никакая конституционная, законодательная, судебная, ни исполнительная власть не может существовать в краю, занятом неприятелем.

[78. Никакая Держава не имеет права 1) Заключить какой-либо союз, договор или трактаты не только с иностранными Государствами, но даже и с другою Державою Росс. союза. 2) Заключать мир или объявлять войну, 3) Чеканить монету. 4) Раздавать титла дворянства и учреждать знаки отличия. 5) Налагать подати на ввоз товаров без согласия и позволения Народнаго Веча. 6) Содержать в мирное время войско или вооруженных кораблей без позволения Верховнаго Народнаго Веча. 7) Начинать войну и неприязненныя действии, разве в случай неприятельскаго нашествия и когда опасность так близка, что медление не может быть допущено. 8) Отправлять послов и депутации с иностранными государствами, под каким бы то предлогом ни было и входить в какие бы то ни было сношении с иностранными правителями. 79. Каждая Держава должна оказывать совершенное доверие и уважение к общим постановлениям и определениям другой Державы. Пользующийся званием Гражданина в одной Державе, должен быть признан Гражданином и во всех прочих. Евреи могут пользоваться правами граждан, в местах, ныне ими заселенных, но свобода им селиться в других местах будет зависить от особых постановлений Верховнаго Народ. Веча.

80. Каждая Держава обязана по требованию суда выдать исполнительной власти другой Державы тех, которые скрываются от судей своих, или от следующаго его наказания.]

Глава XIII.
О исполнительной власти Держав.

120. Исполнительная власть каждой Державы поручена Державному Правителю, его Наместнику и Совету. Условия, чтобы быть Правителем, суть следующия: 30 лет возраста, для Иностранца, получившаго право гражданства, девяти-летнее пользование оным, жительство в той Державе, недвижимое имение, равное цене 1500 фунтов чистаго серебра, или движимое, равное цене 3000 фунтов чистаго серебра (30000 или 60000 серебр. рублей.

121. Через каждые 3 года Народное Вече избирает Правителей из списков кандидатов, на сие звание, доставленных в оное Правительствующими собраньями. Сей выбор производится общими соединенными вместе Палатами Народнаго Веча и утверждается Императором.

122. Права и занятия Правителя суть следующия: Правители Держав имеют надзор за находящимися в Державе чиновниками министерств. 1) Подтверждать законы, предполагаемые Правительствующим собранием, или принуждать оное ко вторичному разсужденпо об оных, имеет право предлагать законы на раэсмотрение обеих Палат. 2) Отсрочивать заседание обеих Палат на то время, на которое оне того желают; в случае же, если бы оне не были в том между собой согласны, он имеет право, чтобы согласить их, отсрочить заседания до того времени, которое ему покажется приличным. 3) Не может однако же, хотя бы и в нисколько приемов, отсрочить заседания Правительствующаго собранья более, нежели на 90 дней сряду. 4) Закрывает ежегодно заседания Палаты выборных и распускает членов оной накануне последняго вторника ноября месяца. 5) В случае заразительной болезни или какой-нибудь другой опасности, угрожающей жизни Членов Правительствующаго собрания, он может созвать оное в другом каком-либо городе или месте той Державы. 6) Он начальствует над земским войском своей Державы, не может однако же без согласия Правительствующаго собрания высылать оное из пределов Державы. Не может однако же, даже в случае возмущения, велеть земскому войску действовать против жителей, пока Правительствующее собрание не издаст закона о военном положении Державы. 7) Назначает по представлению своего совета Державнаго Блюстителя законов, Судей Державных и других чиновников из числа особ, нанесенных на 1-ом списке. 8) Получает ежегодное вознаграждение, равное цене 500 фунтов чистаго серебра (10000 рублей серебром ). 123. Правитель по окончании своего служения может быть назначен на то же место вторично только по прошествии четырех лет. Сие правило относится также до Наместника его и Советников.

124. В последний вторник ноября месяца каждые три года обе Палаты собираются в комнату и приступают вместе к выбору посредством баллотировки Наместника и Советников. Выбор производится 2/3 голосов всех присутствующих членов.

125. Чтобы быть Наместником Державным и Советником те же условия нужны, что и для Правителя.

126. Число Советников для каждой Державы следующее: Для Держав: Волховской, Западной, Днепровской, Черноморской, Украинской, Заволжской, Камской — по девяти; Для Держав: Балтийской Кавказской Низовской — по семи Для Держав: Ботнической, 0бийской, Ленской — по пяти; Для областей: Московской, Донской — по пяти. 128. Постановления и мнения Совета вписываются в особую книгу и подписываются присутствующими Членами. Обе Палаты имеют право требовать к себе книгу сию для разсмотрения, когда только сие покажется оным полезно.

129. Если Член Совета не согласен с мнением большинства, то имеет право требовать, чтобы мнение его было записано и сполна. Совет участвует во всех мерах и постановлениях Правителя.

130. В случае равенства голосов мнение Правителя решит. Советники за каждое заседание во все время съездов Правительствующаго Собрания получают то же вознаграждение, что выборные и члены Думы.

131. Члены Совета выбывают по третям ежегодно и замещаются, как и выбывшие по другим причинам, как сказано в №118.

132. Наместник Правителя имеет следующия права: 1) В продолжение временнаго отсутствия Правителя председательствует в Совете, но не имеет голоса, и так Совет имеет всю исполнительную власть в отсутствии Правителя. 2) Если же место Правителя сделалось праздным его смертью, болезнью или по другой какой-либо причине, то Наместник занимает его место совершенно и вступает в его права. 3) Получает вознаграждение ежегодное, равное цене 150 фунтов чистаго серебра (5,000 рублей серебром). 133. 1) Державный Дьяк. 2) Державный Казначей. 3) Державный Собиратель пошлин. Все три избираются каждые три года обеими соединенными в одну комнату Палатами.

134. Правитель, Наместник, Блюститель, Дьяк, Казначей и все гражданские чиновники могут быть лишены своих званий. если в следствии обвинения Палатою выборных будут уличены Думою и осуждены за измену, расхищение общественных денег, другия какия-либо преступления или порочное поведение.

Судебник 1550 года, его историческое значение

С развитием процесса централизации государства возникла необходимость создания нового свода законодательства, каковым и стал Судебник 1550 года (царский). Данный документ базируется на нормах Русской Правды, обычном праве, судебной практике и Судебнике 1497 года (так как называемый «великокняжеский»).

С изданием Судебника расширяется круг полномочий центральной власти: контроль за наместниками, взимание единой государственной пошлины, право сбора торговой пошлины (таньги) переходит к царской администрации.

Проводится определенно выраженная социальная направленность наказания, усиливаются черты розыскного процесса. Регламентация охватывает сферы уголовно-правовых и имущественных отношений. Закрепляется сословный принцип наказаний и одновременно расширяется круг субъектов преступления- в него включаются и холопы. Новым кодексом законов запрещался перевод в холопы детей боярских (мелкопоместных дворян на службе князей и бояр) и ограничивается приток посадских людей во владения монастырей. Последняя мера указывала на стремление государства не допустить убыли налогоплательщиков, поскольку духовенство было освобождено от государевых налогов. Податное население должно нести тягло -совокупность натуральных и денежных повинностей.

Судебник 1550 года сохранил Юрьев день, но включал в себя более упорядоченные статьи о правилах перехода крестьян и разрешал обращать холопов в крестьян, ограничил права наместников, ужесточил наказания за разбой, вводил статьи о наказании за взяточничество.

Значительно определеннее устанавливаются в законе субъективные признаки преступления, разрабатываются формы вины.

Преступление по Судебнику 1550 года не только нанесение материального или морального вреда (обиды). На первый план теперь выдвигается защита существующего социального и правового порядка. Преступление — нарушение установленных норм, предписаний и вместе с тем воли государя, которая неразрывно связывалась с интересами государства.

Появилось понятие государственного преступления, которое было неизвестно Русской Правде. К таковым относится: крамола (антигосударственное деяние), заговор, мятеж.

Усиление центральной власти обусловило развитие форм внесудебной, внеправовой расправы. Практика выработала такую своеобразную форму судебного процесса, как «облихование» (ст.52 Судебника 1550 года): если подозреваемого обвиняли в том, что он «ведомо лихой человек», этого было достаточно для применения к нему пытки. Обвинение предъявляли 15-20 человек «лучших людей», детей боярских, дворян, представителей верхушки посада или крестьянской общины. «Облихование» порождало особого субъекта -«лихого человека». К «лихим» (особо опасным) делам относились -разбой, грабеж, поджог, убийство («душегубство»), особые виды татьбы.

Группа должностных преступлений и преступлений против порядка управления и суда: взятка («посул»), казнокрадство.

Развитие денежной системы породило такой состав преступления как фальшивомонетничество ( чеканка, подделка, фальсификация денег).

Преступления против личности подразделялись на :

— квалифицированные виды убийства («государский убийца», разбойный убийца)

— оскорбление действием и словом.

Группа имущественный преступлений. Большое внимание уделено татьбе, в которой выделялись неотграниченные юридически друг от друга грабеж и разбой (открытое хищение имущества) и квалифицированные виды:

— церковная,

— «головная» (похищение людей).

Усложняется и система наказаний, формируются новые цели наказания: устрашение и изоляция преступника. Телесные наказания — основной вид наказания. Наиболее распрастраненная форма — «торговая казнь», т.е. битье кнутом на торговой площади.

Членовредительные наказания появились в период судебников и выполняли важную символическую функцию — выделение преступника из общей массы (урезание ушей, языка, клеймение). Дополнительные наказания часто применялись в виде штрафов и денежных взысканий.

В судебном процессе различаются две формы. Состязательный процесс- при ведении гражданских и менее тяжких уголовных дел. Использовались свидетельские показания, присяга, ордалий (в форме судебного поединка), широкий набор процессуальных документов: вызов в суд осуществлялся посредством «челобитной», «приставной» или «срочной» грамоты. В судебном заседании стороны подавали «ставочные челобитные», заявляя о своем присутствии. По решенному делу суд выдавал «правовую грамоту», с выдачей которой иск прекращался. Розыскной процесс применялся в наиболее серьезных уголовных делах

— государственный преступления, убийсва, разбой и др. Сущность розыскного («инквизиционного») процесса заключалась в следующем:

дело начиналось по инициативе государственного органа или должностного лица, в ходе разбирательства особую роль играли такие доказательства, как поимка с поличным или собственное признание. Для получения последнего применялась пытка. В качестве другой новой процессуальной меры использовался «повальный обыск»

— массированный допрос местного населения с целью выявления очевидцев преступления и проведения процедуры «облихования». В розыскном процессе дело начиналось с издания «зазывной грамоты» или «погонной грамоты», в которых содержалось предписание властям задержать и доставить в суд обвиняемого. Судоговорение свернуто, основные формы розыска: допросы, очная ставка, пытки. По приговору суда «облихованный», но не признавший своей вины преступник, мог быть подвергнут тюремному заключению на неопределенный срок.

Решенное дело не могло быть рассмотрено вторично в том же суде. В высшую инстанцию дело переходило «по докладу» или «по жалобе», допускался только аппеляционный характер пересмотра (т.е. дело рассматривалось заново). Судебная система состояла из ряда инстанций: суд наместников (волостей, воевод), приказной суд, суд Боярской думы или великого князя. Параллельно действовали церковные и вотчинные суды, сохранялась практика «смешанных»судов.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www. bolshe.ru/

КОЛОНИАЛЬНАЯ ЭКСПЛУАТАЦИЯ НАРОДОВ АЗИИ И АФРИКИ В ПЕРИОД ДОМОНОПОЛИСТИЧЕСКОГО КАПИТАЛИЗМА

План

Создание мирового капиталистического рынка. Колониальная система домонополистического капитализма

2. Народные восстания середины XIX в.

3. Средневековые формы борьбы. «Феодальный национализм»

4. Историческая роль народов Востока в период домонополистического капитализма

1. Создание мирового капиталистического рынка. Колониальная система домонополистического капитализма

Образование мирового капиталистического рынка явилось следствием свойственного капитализму стремления к экономическому сближению различных частей земного шара. Как никогда раньше, развитие человечества приобретало всемирный характер. Но в силу законов капиталистического способа производства экономическая взаимозависимость между народами и хозяйственное объединение различных территорий устанавливались не путем равноправного и взаимовыгодного сотрудничества, а на основе подчинения и порабощения народов.

Особенно ярко и обнажено эта особенность капитализма выявилась во взаимоотношениях капиталистических держав Запада с народами Азии и Африки. Страны Азии и Африки были включены в систему мирового капиталистического рынка в результате кровавой колониальной агрессии. Процесс складывания всемирного капиталистического рынка был неотделим от процесса образования колониальной системы домонополистического капитализма.

Сложившаяся в период утверждения в передовых странах Европы и Северной Америки промышленного капитализма колониальная система охватывала уже многие страны мира.

К концу этого периода (1870) Индия, Индонезия, Цейлон, часть Бирмы, некоторые другие страны Азии и ряд районов Африки были уже полностью лишены какой бы то ни было политической самостоятельности и управлялись колониальной администрацией, созданной соответствующими метрополиями. Но кроме этих стран колониальная система домонополистического капитализма охватывала уже в той или иной степени и ряд стран Востока, еще не полностью утративших независимость. Хотя в рассматриваемый период процесс колониального порабощения таких стран, как Китай, Иран, Османская империя, был еще далек от завершения, колонизаторы и здесь приобрели сильные позиции, позволявшие капиталистам Запада эксплуатировать народы этих стран.

В результате захватнических войн или других методов нажима колониальные державы располагали важными рычагами воздействия на страны, еще не ставшие колониями. Отношения между сохранившими политическую независимость странами Востока и капиталистическими державами Запада постепенно начали приобретать неравноправный характер. Возникший в Османской империи режим капитуляций в той или иной форме был распространен на Иран и некоторые другие страны. Ряд государств Востока был опутан системой неравноправных договоров, которые, как правило, содержали пункты, предоставлявшие колонизаторам право экстерриториальности и консульской юрисдикции, и серьезно ограничивали таможенную независимость соответствующих стран. Содержащиеся в большинстве договоров статьи о принципе наибольшего благоприятствования распространяли привилегии, полученные той или иной колониальной державой, на ее партнеров по колониальной агрессии. Таким образом, отличительной чертой неравноправных договоров являлось приобретение более сильными и агрессивными державами односторонних привилегий, серьезно ограничивавших национальный суверенитет тех стран Востока, которым эти договоры были навязаны силой.

Великие европейские державы использовали как орудие подчинения слабых стран Азии разного рода соглашения о военных союзах, предоставлении своим «союзникам» субсидий на случаи военных действий и т. п. Примерами таких соглашений, способствовавших подчинению стран Востока влиянию западных держав, могут служить англо-иранские и франко-иранские договоры и соглашения начала XIX в., военные союзы Османской империи с европейскими державами. Дипломаты великих держав стали заключать соглашения о совместном вмешательстве в дела восточных государств, по сути дела узаконили коллективную «опеку» держав над Османской империей, превратив «восточный вопрос» в постоянно действующий фактор международной политики.

Все это создавало возможности и предпосылки для колониальной эксплуатации и тех стран Востока, которые юридически оставались суверенными государствами.

Иными словами, в эпоху домонополистического капитализма колонии — это рынки сбыта и источники сырья капиталистических метрополий.

Если на заре капиталистической эры, в период первоначального накопления капитала, ограбление колоний осуществлялось главным образом монопольными торговыми компаниями (Ост-Индские компании Англии, Голландии, Франции и других стран), то с победой промышленного капитализма пришел конец господству старых торговых монополий. Буржуазия стала эксплуатировать свои колонии под лозунгами свободной торговли. Резко увеличился ввоз европейских и американских промышленных товаров в страны Востока. Одновременно быстрыми темпами возрастал вывоз сырья и сельскохозяйственных продуктов.

Превращение колоний в аграрно-сырьевые придатки капиталистических метрополий сопровождалось трагическими изменениями в жизни крестьянства. Там, где это представлялось колонизаторам целесообразным, они силой захватывали земли коренных жителей. В ряде стран это сопровождалось почти поголовным истреблением местного населения. Так, в Австралии почти полумиллионное коренное население было загнано колонизаторами в безводные пустыни и обречено на вымирание. Коренное население Тасмании было полностью истреблено. Аналогичные процессы происходили в Новой Зеландии и Южной Африке. В этих странах белые колонисты создавали свое капиталистическое хозяйство на земле, «очищенной» от ее исконных обитателей.

Насильственные захваты лучших земель происходили и в странах, имевших густое население и развитое сельское хозяйство. Так, лучшие земли Алжира перешли в собственность французских банкиров, чиновников, спекулянтов.

В Индии и ряде других стран на захваченных колонизаторами землях создавалось плантационное хозяйство, где работали законтрактованные рабочие. Для работы на плантациях в разных странах по кабальным контрактам на многие годы вывозились из Китая обездоленные бедняки-кули. Крестьяне Явы обязаны были в принудительном порядке выращивать сахарный тростник, кофе, табак, индиго.

В большинстве стран Азии и Африки различными темпами, в неодинаковом объеме, в различных формах шло приспособление сельскохозяйственного производства к потребностям иностранного капитала. При этом втягивание сельского хозяйства стран Востока в орбиту мирового капиталистического рынка не вело к замене феодальных производственных отношений капиталистическими. Как правило, политика колониальной администрации приводила лишь к видоизменению некоторых форм старых, феодальных отношений. Например, в Индии она привела к уничтожению феодально-государственной собственности на землю и подрыву общины, сопровождавшемуся экспроприацией земли у крестьян-общинников. Но частная собственность помещиков, эксплуатировавших крестьян феодальными методами, была упрочена и закреплена.

Превращение стран Востока в рынки сбыта и источники сырья капиталистического Запада сопровождалось многократным усилением эксплуатации их народов.

Многомиллионному крестьянству Востока это несло дальнейшее усиление феодального гнета. Рост производства экспортных культур в условиях колониального режима отнюдь не означал общего подъема сельского хозяйства. Специализация целых районов на производстве одной культуры, необходимой колонизаторам (система монокультур), приводила к истощению почвы, к сокращению посевов продовольственных культур, необходимых для пропитания местного населения. Господство феодальных пережитков, хищническая политика колонизаторов, диктовавших низкие цены на сырье, определили деградацию сельского хозяйства в странах Азии и Африки, разорение десятков миллионов крестьян, систематические голодовки.

Быстрый рост ввоза иностранных фабричных товаров приводил к разорению ремесленников, подрывал ремесленное и мануфактурное производство.

Втягивание Востока в орбиту мирового капиталистического рынка разрушало традиционные устои экономики, основанной на соединении земледелия и ремесла.

Если накануне прихода колонизаторов наиболее развитые государства Востока переживали кризис феодальных отношений, то вторжение иностранных захватчиков и образование капиталистической колониальной системы обострили и углубили этот кризис. При этом установление колониального господства привело к развитию лишь определенных, специфически колониальных форм капиталистических отношений.

домонополистический капитализм колониальный восстание

2. Народные восстания середины XIX в.

Не удивительно, что народы Востока решительно сопротивлялись установлению колониальных режимов. Это сопротивление, как уже отмечалось, проявлялось еще в ходе первых завоевательных войн европейских колонизаторов против народов Востока (Индонезия, Индия). Позднее, уже в XIX в., мужественно противостояли наступлению бурских и английских колонизаторов зулусы во главе с Дингааном и басуто, возглавленные Мошешем. Героически сопротивлялись французским колонизаторам народы Алжира и Сенегала.

Следующим этапом антиколониальной борьбы были восстания народов уже порабощенных колонизаторами стран и областей. Их породили бедствия, которые принесла народам колониальная эксплуатация, свойственная периоду первоначального накопления капитала. В Индии такое восстание вспыхнуло в Бенгалии вскоре после ее захвата англичанами. В начале XIX в. имели место антианглийские выступления сипаев на юге страны, различные районы охватило движение ваххабитов.

Яванское восстание (1825—1830), возглавленное Дипонегоро, хотя и происходило в то время, когда колониальная политика Англии и Франции уже осуществлялась методами, присущими периоду промышленного капитализма, относится к восстаниям эпохи первоначального накопления, так как в колониальной политике Голландии еще преобладали методы этой эпохи, правда несколько модернизированные.

Антиколониальные восстания XVIII — начала XIX в. несли на себе печать незрелости и слабости тогдашнего этапа борьбы за независимость. Они имели стихийный и локальный характер.

Гораздо больший размах и глубину приобрела антиколониальная борьба народов Востока в середине XIX в., когда завершилось формирование колониальной системы домонополистического капитализма и достаточно отчетливо проявились последствия превращения крупнейших стран Востока в рынки сбыта и источники сырья капиталистического Запада.

В отличие от событий начального периода антиколониальной борьбы крестьянская война тайпинов в Китае, восстание 1857—1859 гг. в Индии, бабидские восстания об Иране имели важное значение для судеб каждой из этих стран в целом. Иными словами, они имели соответственно общекитайское, общеиндийское, общеиранское значение. В Японии после ее насильственного «открытия» развердулись крупные народные движения, ставшие важным элементом сложившейся там револю» ционной ситуации и способствовавшие свержению в конце 60-х годов сегуната.

При исключительно большом своеобразии народных движений в каждой из стран все они были ответом на вторжение и утверждение иностранных колонизаторов. Независимо от субъективных устремлений вождей и участников этих движений все они объективно были направлены против колонизаторов и феодальных порядков. Но в зависимости от степени и формы колониального подчинения, уровня экономического развития, соотношения классовых сил, а также от других специфических особенностей каждой страны соотношение между антиколониальным и антифеодальным потоками освободительной борьбы складывалось по-разному.

В Индии, где в условиях колониального режима управления особенно сильно и обнажено проявлялся гнет чужеземных поработителей, восстание 1857—1859 гг. было прежде всего антиколониальным восстанием, революционной войной за национальную независимость. Антифеодальная направленность этого восстания была скорее только потенциальной, но она, несомненно, была ему присуща. Об этом свидетельствовали, например, выступления крестьянства против феодалов новой формации, получивших земли и привилегии из рук англичан, некоторые моменты внутренней борьбы в повстанческом лагере в Дели и т. п.

В Китае, где навязанные колонизаторами неравноправные договоры и начавшееся в связи с этим проникновение иностранного капитала привели в первую очередь к обострению и без того очень глубоких противоречий между крестьянством и феодалами, народное движение приняло форму революционной антифеодальной крестьянской войны. Объективно присущая ей антиколониальная направленность в начале восстания тайпинов не проявилась еще достаточно отчетливо. Но по мере развертывания революционной войны, особенно когда началась открытая интервенция иностранных колонизаторов против тайпинского государства, полностью определилась; неразрывная связь антифеодальной и антиколонизаторской борьбы китайского народа.

В Иране размах и глубина народных восстаний были слабее, чем в Китае и Индии. Так как Иран переживал лишь начальную стадию проникновения иностранных колонизаторов, антиколонизаторская направленность народного движения проявилась здесь менее отчетливо.

3. Средневековые формы борьбы. «Феодальный национализм»

Хотя индийское восстание 1857—1859 гг., крестьянская война тайпинов, бабидские восстания происходили в середине XIX в. и являлись ответом народов на колониальную политику капиталистических государств Европы и США, по своему характеру, методам борьбы и идеологии это были движения средневекового типа, с чертами, присущими феодальной эпохе. Подобного рода народные движения в Китае В. И. Ленин назвал «старыми китайскими бунтами» *. В них проявлялись и классовые противоречия, свойственные феодальной эпохе. Складывавшийся уже в то время союз между силами внутренней феодальной реакции и иноземными поработителями способствовал тому, что антиколониальные народные движения зачастую носили отчетливо выраженный антифеодальный характер. Главной движущей силой всех этих движений было крестьянство, в них участвовали также ремесленники и городская беднота. В то время в Индии, Китае, Иране не было еще сколько-нибудь сложившегося капиталистического уклада, не существовало рабочего класса и буржуазии. Не удивительно, что народным движениям середины XIX в. в этих странах были присущи черты и особенности крестьянских войн средневековья. Все они имели ярко выраженную религиозную окраску. Индийское восстание 1857—1859 гг. развертывалось под лозунгами защиты ислама и индуизма от колонизаторов-иноверцев. Религиозное учение бабидов определило многие черты народных выступлений в Иране. Тайпины обосновывали свою программу своеобразной интерпретацией христианства.

Таким образом, в целом это были народные движения, типичные для эпохи феодализма, и притом движения народных масс, заинтересованных в ликвидации феодальной эксплуатации.

Но наряду с антифеодальной направленностью в движениях против иностранных колонизаторов немалую роль играли идеология и лозунги «феодального национализма». Хотя повсеместно по мере развертывания колониальной агрессии укреплялся союз колонизаторов с феодальными элементами, колониализм посягал на власть и некоторые привилегии местной феодальной знати. Султаны, махараджи, феодалы различных рангов не хотели терять былое могущество, уступать главную роль в эксплуатации своего народа чужеземным пришельцам. Не удивительно, что определенные группы феодальных элементов, особенно те, которые были сильно ущемлены колонизаторами, готовы были участвовать в антиколониальной борьбе. Они выступали за изгнание колонизаторов и восстановление независимых феодальных государств и княжеств.

Выступления против колонизаторов под знаменем «феодального национализма» имели место почти во всех странах Востока. Под этим знаменем развертывалось яванское восстание 1825—1830 гг. Феодальные элементы возглавили восстание 1857—1859 гг. в Индии. Антиколониальные движения, проходившие под лозунгами «феодального национализма», выдвинули немало выдающихся вождей и национальных героев, таких, как Дипонегоро, Нана Сахиб, Лакшми Бай и др. Вместе с тем опыт антиколониальной борьбы народов Востока показал несостоятельность «феодального национализма». Ставя превыше всего свои классовые и династические интересы, феодальные элементы боялись антифеодальных выступлений крестьян и ремесленников больше, чем иностранных поработителей. Опасаясь роста активности народных масс, они, как травило, шли на сговор с колонизаторами.

Средневековый характер всех народных движений на Востоке в середине XIX в. определил главные причины их поражения.

Поражение этих движений свидетельствовало о том, что тогда, в период домонополистического капитализма, на Востоке еще не сложились достаточно могучие общественные силы, которые смогли бы сбросить господство иноземных колонизаторов и феодальный гнет.

Вместе с тем народные движения середины XIX в. на Востоке имели огромное прогрессивное значение. Их объективной целью было уничтожение феодальных порядков и колониального гнета. Эти движения расшатали феодальные устои. Они явились одним из важных факторов развития национального самосознания народов Востока.

В несколько иных условиях, чем в остальных странах Востока, развертывались народные движения в Японии. Насильственное «открытие» страны имело здесь последствия, аналогичные тем, которые наблюдались в других странах Востока, но вторжение колонизаторов в Японию произошло позднее, чем в большинство других стран Азии. Антифеодальные выступления крестьянства и антиколониальная борьба развертывались там уже в условиях существования капиталистического уклада. Это сделало возможным свержение сегуната и осуществление некоторых буржуазных реформ, благодаря чему Япония смогла сравнительно быстро выбиться на путь независимого капиталистического развития.

С идеологией «феодального национализма» были связаны и предпринимавшиеся некоторыми представителями господствующего феодального класса стран, попадавших в полуколониальную зависимость, попытки воспрепятствовать этому путем проведения верхушечных реформ, не затрагивающих основ феодальных порядков. Такой характер носили реформаторские попытки Селима III и Мустафы Байрактара (Османская империя), Амир Низама (Иран), целью которых было усилить власть турецкого султана и иранского шаха. Не удивительно, что они окончились неудачей.

Предпринятая в Турции несколько позднее новая, более серьезная попытка реформ (танзимат) наряду со стремлением укрепить феодальное османское государство отражала уже и стремление формировавшейся торговой буржуазии к созданию более благоприятных условий для своей деятельности. Но и эта попытка не могла увенчаться успехом. Политика танзимата в конечном счете привела лишь к тому, что феодальные порядки Османской империи были в известной мере приспособлены к потребностям мирового рынка, а это облегчило проникновение иностранных колонизаторов.

4. Историческая роль народов Востока в период домонополистического капитализма

Известно, что народы Востока внесли большой вклад в развитие материальной и духовной культуры человечества. При этом в период домонополистического капитализма их роль в мировой истории стала во многом определяться тем местом в мировом капиталистическом хозяйстве и всемирном рынке, которое было за ними закреплено в результате колониальной агрессии держав Запада. В создании в передовых странах Запада фабричной промышленности, в техническом прогрессе немалую роль играл труд сотен миллионов угнетенных тружеников Востока. Но антигуманистическая сущность капитализма обрекла народы Востока на колониальное рабство. Колониальный Восток стал важнейшим резервом мирового капитализма.

В период, когда капитализм развивался по восходящей линии, мировой революционный процесс ограничивался главным образом революционными событиями в Европе и США. Азия и Африка находились тогда в стороне от главных, магистральных направлений мирового революционного процесса. В. И. Ленин отмечал, что народы Востока составляли большинство населения земли, которое «стояло совершенно вне исторического прогресса, потому что самостоятельной революционной силы представлять не могло…» *.

Однако в странах Востока уже тогда формировались могучие революционные силы, которым принадлежало будущее. О больших революционных возможностях народов Востока свидетельствовали народные движения середины XIX в.

Основоположники научного коммунизма К. Маркс и Ф. Энгельс внимательно следили за событиями, происходившими на Востоке. Они приветствовали первые революционные выступления народов Азии. Одной из особенностей народного восстания а Индии К. Маркс считал то, что оно «совпало с проявлением всеобщего недовольства великих азиатских народов английским владычеством…» *.

Поражение народных движений середины XIX в. облегчило колонизаторам дальнейшее закабаление стран Востока. Подавив восстание 1857—1859 гг., английская буржуазия закрепила колониальный режим в Индии. Поражение крестьянской войны тайпинов в Китае и бабидских восстаний в Иране облегчило внедрение капиталистических держав в экономику и политическую жизнь этих стран. Но колониальная система капитализма таила в себе глубочайшие противоречия, которые резко обострились с переходом капитализма в монополистическую стадию и в начале XX в. привели к революционному пробуждению народов Востока.

Конституционная монархия в Англии 1689 г и ее правовое закрепление 1. Предшествующая ситуация возникновения конституционной монархии. Усиление реакции при Якове 2

В 1685 г., в феврале, Карл II скончался. На престол вступил его брат герцог Йоркский под именем Якова II.

Необходимо отметить, что вступление нового короля на престол вначале не встретило какого-либо противодействия, хотя его в обществе хорошо знали как ярого реакционера.

Парламент, созванный Яковом II, оказался весьма умеренным. Большинство депутатов состояло из тори. Они были готовы в любую минуту оказать королю полную поддержку в борьбе с вигами. Виги теперь представляли собой плохо организованную и малоактивную оппозицию. Было их 30-40 человек.

Но, несмотря на то, что враждебное отношение к новому королю не нашло отражения в парламенте, в обществе оно было довольно ощутимо. Спустя всего несколько месяцев в различных уголках страны началось движение оппозиционных элементов, направленное против короля-паписта. К этому движению частью подключались и демократические элементы — ремесленники и крестьяне.

Первым выступлением против Якова II было движение шотландских пресвитериан , во главе с графом Аргайлем. Началось оно в мае 1685 г. Предполагалось поднять всю Южную (долинную) и Северную (горную) Шотландию. Однако восстание оказалось неудачным. К этому привели узость лозунгов, провозглашенных Аргайлем и направленных только против английских чиновников и короля-католика, враждебное отношение горожан и дворян Южной Шотландии к горцам Северной Шотландии, вражда между отдельными кланами, недостаточная организационная подготовка движения. Заговорщики, в том числе и Аргайль, были схвачены и казнены. Шотландию заполонили королевские солдаты.

В июне того же 1685 г. на противоположном конце Англии, в юго-западных графствах — Девоншире, Сомерсетшире и Дорсетшире произошло другое восстание, которое также оказалось неудачным. Возглавили его герцог Монмаут — внебрачный сын Карла II. В свое время он был близок к Шефтсбери и даже входил в Клуб зеленой ленты. Любопытно, что еще при Карле II многие виги прочили Монмаута в английские короли. На его сторону, кроме вигов, в большом количестве перешли местные крестьяне и ремесленники этого довольно развитого в то время в промышленном отношении края Англии.

Вполне возможно, что при более четкой организации и провозглашении конкретных социальных требований движение на Юго-Западе могло бы принять большие масштабы и создать серьезную угрозу для Якова II. Однако ни виги, ни сам Монмаут не очень рассчитывали на низы. Они не раз признавались, что для них было полной неожиданностью присоединение такого большого количества «простонародья».

В качестве своей опоры виги хотели видеть зажиточную верхушку горожан и местных джентри. Монмаут проявил крайнюю нерешительность, упустил время похода на Лондон и дал возможность Якову II собрать большие военные силы. Это привело к тому, что 6 июля близ города Бриджуотера в графстве Сомерсет Монмаут потерпел поражение, попал в плен и вскоре был казнен.

После этого Яков II приступил к террору. Несколько сот участников восстания было повешено, свыше 800 человек сослано на остров Барбадос, где они были обращены в рабство.

Подавление обоих восстаний прибавило немало новых сил королю. Опираясь на верхи, которые были немало напуганы мятежниками, Яков II открыто начал проводить абсолютистскую политику. Под предлогом борьбы с мятежниками он создал постоянную армию сначала в 30 тыс., а впоследствии и в 40 тыс. человек. Служили в ней не только англичане, но также и ирландские, шотландские, французские, немецкие и итальянские наемники.

В ноябре 1685 г. был распущен парламент, и Яков II принялся править без представительного органа.

Король больше не доверял англиканским епископам, часть которых оказалась связанной с вигами. Он тут же решил использовать благоприятную ситуа цию для официального восстановления в стране католической церкви. Первым шагом к восстановлению католицизма была новая «Декларация веротерпимости от 2 апреля 1687 г. С формальной точки зрения она лишь отменяла репрессивные законы, которые ранее были изданы в Англии как против диссентеров-протестантов, так и против католиков. Однако на деле «Декларация веротерпимости» открывала путь к превращению католицизма в государственную религию.

Вместе с тем необходимо отметить, что восстановление католицизма противоречило интересам английской буржуазии и дворянства. Возвращение католицизма угрожало дворянскому землевладению, одним из источников которого была секуляризация земель католических монастырей, произведенная еще в XVI в. при Генрихе VIII. В католицизме видела своего врага многочисленная пуританская буржуазия, которая в течение десятков лет боролась с его пережитками в англиканской церкви. Кроме того, католицизм для английской буржуазии был чужеземной, «антинациональной религией» — религией французов и испанцев, с которыми по разным мотивам в течение столетий англичане находились в ожесточенной вражде.

Католическая опасность на некоторое время привела к сплочению в стране самых различных религиозных течений, начиная от епископов государственной англиканской церкви и кончая диссентерами-протестантами, просвитерианами, индепендентами, даже некоторыми квакерами.

Вместе с тем общий язык нашли виги и тори. Последние, будучи связаны с провинциальными сквайрами, особенно ревниво стояли за дворянскую умеренно протестантскую англиканскую церковь и также желали как можно быстрее избавиться от короля-паписта.

Вскоре главари обеих партий — виггов и тори — сговорились, и 30 июня 1688 г. зятю Якова II принцу Вильгельму III Оранскому, штатгальтеру Голландской республики, было послано приглашение прибыть в Англию с войском и вместе с женой Марией — дочерью Якова II, чтобы занять королевский престол.

Это было не что иное как план государственного переворота, который предполагалось произвести путем чисто «семейной перестановки» царствующих лиц, а также, по возможности, с соблюдением легитимных форм, хотя и с применением вооруженной силы.

Вильгельм Оранский не устоял перед соблазном принять сделанное ему предложение. Кроме того, принца поддерживала голландская буржуазия, которая была заинтересована в том, чтобы отвлечь Англию от союза с Людовиком XIV, являвшегося угрозой самому существованию Голландии.

В течение лета 1688 г. Вильгельм набрал 12-тысячное войско, которое состояло из наемников различных национальностей-голландцев, итальянцев, немцев, французов-гугенотов. Согласились принять участие в походе и виги-эмигранты. В начале ноября принц со своим войском высадился в Торбее — одной из гаваней Юго-Западной Англии. 8 ноября он вступил в город Экзетер и оттуда направился на Лондон.

2. Государственный переворот 1688 г.

Военные силы Якова II значительно превышали силы Вильгельма Оранского, но, несмотря на это, последнему удалось сравнительно легко произвести государственный переворот. Не было никаких сражений с королевскими войсками. На сторону Вильгельма перешли городская буржуазия и джентри — вначале в Юго-Западной, а затем в Центральной, Северной и Восточной Англии.

Верхушка горожан Лондона, представленная в городском общинном совете, с нетерпением ожидала прихода принца Оранского, который объявил себя защитником собственности, порядка и протестантской религии. Им, конечно же, было на руку, что принц всячески изолировал свои войска от соприкосновения с низшими слоями населения страны, а в своих прокламациях постоянно подчеркивал, что его движение на Лондон не носит революционного характера, а является чисто военной мерой и имеет целью не допустить в столице развития анархии.

На стороне Вильгельма оказались министры, члены королевской семьи, сам главнокомандующий королевской армией Джон Черчилль (впоследствии герцог Мальборо). Брошенному почти всеми своими бывшими приверженцами, Якову II не оставалось ничего другого, кроме как бежать из Англии. Кстати, против этого ничего не имели и организаторы переворота.

Вскоре, никем не задерживаемый, король прибыл в один из пунктов графства Кент, находящегося на юго-восточном побережье страны, а оттуда на корабле отправился во Францию под крыло Людовика XIV.

Старый король еще не успел взойти на корабль, а в Лондон уже вступил Вильгельм Оранский. Случилось это 18 декабря 1688 г.

Первое время принц Оранский был объявлен регентом королевства. И только в конце января 1689 г. был специально созван парламент-конвент, который наконец избрал Вильгельма III (1689- 1702) вместе с его женой Марией II на опустевший королевский престол.

13 февраля 1689 г. учредительным парламентом-конвентом была принята особая «Декларация прав», осенью того же года превращенная в «Билль о правах». В «Билле о правах» 1689 г. содержались важнейшие конституционные гарантии, которые были призваны предохранить Англию от каких-либо новых попыток реставрации абсолютизма.

Так, например, у короля не было права приостанавливать или отменять действие законов (так называемое суспенсивное и абсолютное вето), назначать и собирать налоги без согласия парламента, а также иметь постоянное войско без специального на то разрешения парламента. Некоторые параграфы этого закона касались условий парламентской деятельности (свобода парламентских выборов, свобода слова для депутатов, регулярный созыв парламента).

«Билль о правах» в значительной степени расширял права суда присяжных, а также устанавливал гарантии против произвольной смены присяжных заседателей правительством.

3 июня 1689 г. был введен в действие отдельный акт о религиозной терпимости, который предоставлял фактический доступ к государственным должностям протестантам-диссентерам. Правда, с определенными ограничениями для наиболее радикальных сект.

Так произошла в Англии «Славная революция», которую многие историки противопоставляют «кровавому мятежу» 40-х годов XVII в. как «мирную» и «бескровную революцию».

Вместе с тем, многие исследователи склоняются к тому, что события 1688-1689 гг. по форме были дворцовым переворотом, а по существу — компромиссом между земельной и денежной аристократией, т. е. верхами дворянства и верхами буржуазии, которые делили между собой власть.

Однако нельзя не отметить, что эти события имели важное значение для дальнейшего развития капитализма в Англии. Установление конституционной монархии означало реальный доступ крупной буржуазии и обуржуазившегося дворянства к власти. Теперь они через парламент с успехом могли использовать государственную надстройку в интересах капиталистической экономики. Последовательно применяемая государством система протекционизма, система государственного долга, прямое расхищение землевладельцами государственных имуществ, экспроприация при помощи государства лордами и джентльменами земель английского и ирландского крестьянства (так называемые парламентские огораживания), захватническая, колониальная политика в Азии, Африке и Америке — вот наиболее яркие черты, которые характеризуют экономическое развитие Англии первой половины XVIII в. незадолго до начала промышленного переворота.

Английскому конституционному устройству в этот период принадлежит большая и последовательная роль в экономическом развитии страны.

3. Государственное и правовое устройство Англии в период конституционной монархии

В 1688 году, через три года после воцарения Якова II , тори и виги, объединившись ненадолго, совершают так называемую славную революцию. Яков был устранен (и бежал из страны), а на его место был возведен штатгальтер Голландии Вильгельм Оранский.

Причины смещения Якова II-в его политике. Только что сделавшись королем, он стал изгонять вигов-судей, лишать города их старинного самоуправления, готовил реставрацию католицизма.

Кандидатура Вильгельма была приемлема как ввиду того, что он был протестантом. политическим деятелем, воспитанным в духе конституционного правления, близок интересам и землевладения, и промышленности, так и потому, что он был в родстве с английским домом (муж Марии, дочери Якова).

Коронация Вильгельма произошла в 1689 году. И тогда же им был подписан акт, который сделался юридической основой английской конституционной монархии. Этот акт был одновременно с тем договором между королем и английскими правящими классами. Известен он под названием «Билля о правах». Его основные положения состоят в следующем:

а) всякий закон и всякий налог исходят только от парламента;

б) никто, кроме парламента, не может освобождать из-под действия закона, отменять закон или приостанавливать его;

в) узаконяется свобода прений в парламенте, свобода петиций, гарантируется частый и регулярный созыв палат;

г) парламент определяет состав и численность армии на каждый данный год и выделяет для этого средства.

Английская историография всячески восхваляет переворот 1688 года, произведенный «без пролития крови». При этом нередко доходят до утверждений, что английская революция была вообще не нужна: Англия и без нее, хотя и несколько по-другому (гуманнее!) пришла бы к тому же, к чему она пришла в 1688 году. Вопрос спорный. Мы полагаем, однако, что без 1649 года, без действительно «великого бунта» эпизод 1689 года и весь тот строй, который стал его результатом, не могли бы иметь места.

Свержение Якова и приглашение Вильгельма было делом обеих партий: как ториев, так и вигов. Сговор этот имел далеко идущие последствия. Компромисс между феодальным дворянством и буржуазией, несмотря на все разногласия между ними, сохраняется в течение XVIII и XIX столетий, следы его с оччвидностью обнаруживаются и в политической истории Англии XX столетия.

В основе этого компромисса лежало следующее: а) буржуазия соглашается на то, чтобы дворянству были оставлены все основные доходные места («теплые местечки») в государственном аппарате; б) дворяне-землевладельцы обязуются, что в своей политике они будут руководствоваться не только собственными интересами, но и интересами буржуазии. И она действительно заставляет своих противников издавать законы почти только в ее интересах и в соответствии с ее потребностями.

В этом союзе, справедливо подчеркивает Маркс, — прочность английской монархии после 1688 года.

Но раз дворянство сохранило господствующее положение в государственном аппарате и значительную часть своих прежних земель, значит, английская буржуазная революция не была доведена до конца.

Причину этого следует видеть в специфических особенностях самой революции. Во Франции буржуазия в своей борьбе с королем, дворянством и господствующей церковью объединилась с народом. Французская революция приобрела от этого радикальный характер. В английской же революции буржуазия соединилась не с народом, а с новым дворянством. И в этом все дело.

Что же касается народа, то есть главным образом крестьян, бывших основной опорой Кромвеля, вынесших на себе всю тяжесть гражданской войны, сыгравших решающую роль в победе революции, то этот народ как раз менее всех выиграл от революции. Грабеж общинных земель в результате парламентских огораживаний 20-30-х годов ХУШ века привел к исчезновению последних остатков общинного землевладения в Англии. Невиданному расхищению подверглись государственные земли. И те и другие оказались в руках крупных земельных собственников.

Разоряемое всем ходом экономического развития крестьянство как класс, объединяемый общим отношением к средствам производства, исчезает в Англии. Его место занимают арендаторы, с одной стороны, и сельскохозяйственные рабочие (батраки) — с другой.

Таким образом, скажем мы, следуя за К. Марксом, английский государственный строй после буржуазной революции являлся не чем иным, как компромиссом между неофициально, но фактически господствующей во всех решающих сферах буржуазного общества буржуазией и официально правящей земельной аристократией. Первоначально после «славной» революции 1688 г. в компромисс была включена только одна фракция буржуазии — финансовая аристократия. Избирательная реформа 1832 года в Англии, которой мы будем касаться ниже, включила в указанный классовый компромисс и другую фракцию английской буржуазии — промышленную буржуазию. Соответственно с тем законодательство Англии уже с 1832 года представляет собой, как мы увидим, серию уступок промышленной буржуазии.

Восемнадцатое столетие было временем дальнейшего формирования английской конституционной монархии.

Процесс этот подталкивается многими важными переменами. Происходила промышленная революция, выдвинувшая Англию в число первых промышленных стран мира.

Неслыханным образом развилась мануфактура, чтобы затем уступить место крупной промышленности, паровой машине и гигантским фабрикам. Исчезают в связи с этим целые классы населения, вместо них появляются новые классы с новыми условиями существования, с новыми потребностями. Это и более могущественная буржуазия, появившаяся на свет с промышленным переворотом, и, конечно, пролетариат, это и английское крестьянство, о постепенном исчезновении которого мы уже говорили.

Дополнением к огораживанию явилась покупка земли у пролетаризирующегося земледельца, у эмигрирующих в Америку крестьян и т.п. Типичной формой сельскохозяйственного предприятия становится ферма, принадлежащая кулаку — арендатору господской земли. Ее обрабатывает сельскохозяйственный рабочий — батрак.

К концу XIX века половина всех земель в собственно Англии принадлежала 150 фамилиям, 4/5 земель -7000 семей; в Шотландии половина всей земли принадлежала 75 фамилиям, в Ирландии — 35.

Принципы Билля о правах были очень важны, но они требовали дальнейшего развития. В специфически английских традициях это развитие совершалось двояким путем: законами и прецедентами. Под последними понимаются в данном случае неписаные, но общепринятые соглашения, поступки и поведение, которым придали значение обычая, а также старинные правила разного рода, возникшие на парламентской или правительственной почве.

Среди законов, дополнивших Билль о правах 1689 года, отметим:

а) «Трехгодичный акт» 1694 года, установивший трехлетний срок полномочий парламента;

б) «Акт об устроении» 1701 года, установивший сразу два важных правила: контрассигнатуры и несменяемости судей.

Периодичность (регулярность) созыва парламента определилась тем, что согласно Биллю о правах бюджет должен был утверхедаться ежегодно.

Под контрассигнатурой понималось правило, согласно которому всякий акт короля требовал для своей действительности второй подписи. Она должна была принадлежать либо первому министру правительства, либо тому министру, к ведению которого данный акт относился.

В 1711 году правило контрассигнатуры было дополнено. Устанавливался принцип неответственности монарха, выраженный формулой «король не может делать зла».

Практическая цель, достигаемая контрассигнатурой, состоит в ограничении короны: король неответствен, но министр может быть предан суду.

Ответственность министров перед парламентом оказалась бы фикцией, если бы за королем оставалось его традиционное право помилования. Поэтому тем же актом 1701 года помилование министров, осушенных нижней палатой, было запрещено.

Первый пример министерской ответственности был подан еще в правление Карла II. Палата общин обвинила лорда Денби, королевского фаворита, в продаже г. Калэ Франции, в потворствовании папизму, в растрате денег, а также в том, что он давал вредные советы королю. Денби должен был уйти в отставку.

Не имея возможности обойти своих министров, а тем более парламент, король сохранял за собой право veto на законы последнего. Он мог не согласиться с действиями своих министров. Но и это сделалось такой же «важной жизненной фикцией», как и неответственность короны. В последний раз право вето было использовано королевой Анной в 1707 году для отклонения билля о шотландской милиции. С тех пор право вето больше не применяется. Правительства стремятся предварительно согласовывать с королями (королевами) всякий важный законопроект.

Наследовавший после бездетной королевы Анны, Георг 1, приехав из небольшого германского княжества, так и не научился говорить по-английски. Изъяснение на плохой латыни мало помогало, и потому он счел за лучшее не являться на заседания министров.

Возникающие из этого удобства были тотчас оценены: прецедент, сохраняющий силу до настоящего дня, рекомендует королю воздерживаться от посещения заседаний кабинета министров.

По словам известного английского политического деятеля прошлого столетия Гладстона, английский министр почтительно докладывает королю о своих планах, выслушивает критику, но может «не придавать королевскому совету решающего влияния».

Важные следствия имел принцип несменяемости судей. Его первоначальной целью было ограничение королевского произвола. Устанавливалось, что смещение судьи может иметь место не иначе как по постановлению обеих палат парламента.

До того судьи держали свои места, пока «будет угодно его величеству королю». Это правило открывало неограниченные возможности для злоупотреблений. Яков 1 и его сын настаивали на том, что принцип целесообразности, выраженный в воле короля, должен быть признан стоящим выше закона. С этим не соглашались судьи общего права, во всяком случае наиболее честные из них. Главный судья Королевской скамьи знаменитый Кок был смещен именно за то, что отстаивал противоположный принцип, то есть что закон выше короля.

Назначая на должность судей, корона заботилась главным образом о том, чтобы подбирать послушных людей, от которых можно было ожидать требуемых приговоров.

За королем, конечно, сохранились все внешние знаки «величия». При всякой новой коронации парламент устанавливал размеры цивильного листа, то есть, проще говоря, жалованья, шедшего на содержание двора. В XIX веке цивильный лист предусматривал выплату 385 тыс. фунтов ежегодно (из них 60 тыс. на личные расходы короля).

В течение того же XVIII века получает свое развитие принцип «ответственного правительства».

Английский кабинет министров выделился из Тайного совета, состав которого подбирался королем. Время от времени тому или иному члену совета поручалось руководство определенным ведомством. Совокупность такого рода министров составляла кабинет, не признаваемый, однако, ни законом, ни теорией.

Но жизнь всегда выше доктрин. Юридически кабинета министров не существовало, а на деле он не только действовал, но и укреплялся.

Происхождение его все же сказывалось. Кабинет существовал, но невидимо. Его заседания были строго секретными. Долгое время он не имел даже определенного помещения для своих заседаний, и только в последние годы XIX века им сделался дом на Даунингстрит. Считалось даже. что это не заседания, а «случайные совещания между некоторыми членами Тайного совета».

Премьеры пользовались всем этим для того, чтобы не связывать себя мнением «младших» министров или тех, кто не разделял данной политики. В таких случаях на заседания приглашались не все министры, а только некоторые.

С помощью парламента кабинету министров удалось довольно быстро оттеснить короля. Но почти тотчас обнаружились противоречия между кабинетом и парламентом. Выяснилось, что ни одно правительство не может стоять у власти (ни провести закон, ни утвердить бюджет, ни набрать солдат, ни объявить войну, ни заключить мир), если оно не имеет за собой поддержки большинства депутатов палаты общин.

Первый пример подал всесильный глава вигского кабинета Уолпол — «финансовый гений», как о нем говорит историк Мортон, — когда в 1742 г., потеряв доверие палаты общин, Уолпол подал в отставку.

Парламент уже не ограничивается законодательством. Он берет на себя контроль за исполнительной властью, вторгаясь в прерогативы короны.

Таким образом возникает «ответственное правительство» — правительство, ответственное перед парламентом (в данном случае — перед его нижней палатой).

В своей борьбе с палатой общин правительство было не вполне беззащитно. Требованиям отставки оно могло противопоставить указ (короля) о роспуске парламента и назначении новых выборов. Победив на выборах, правительство оставалось у власти; в противном случае оно уступало место своим соперникам.

Описанная система утвердилась далеко не сразу. Правивший в конце XVIII и начале XIX вв. Георг III пытался с ней не считаться, но без особенного успеха.

В 1782 году, впервые в истории, ушел в отставку не отдельный министр, а весь кабинет (Норта): палата сочла его виновным в проигрыше войны с американскими колониями.

Первый роспуск палаты, совершенный в интересах кабинета (которому угрожали отставкой), имел место в 1784 году при известном Питте Младшем. Питт правильно оценил положение и выиграл выборы.

После этого еще два раза (в 1807 и 1831 гг.) правительство прибегало к роспуску парламента и каждый раз побеждало.

Отрезвление наступило в 1834 году, когда правительство потерпело поражение на выборах. Этот результат повторился в 1847 году. С тех пор обе стороны — и правительство и парламент — научились осторожности.

Но досрочные выборы не всегда желательны и всегда рискованны. Их далеко не всегда добивается даже та партия, которая в данный момент находится в оппозиции. Более же всего их, конечно, не хочет правящая партия.

Принуждая к голосованию в пользу той или иной партийной политики — независимо от того, нравится это члену партии или нет, — лидеры последней не уставали напоминать, что «выборы — вещь очень дорогая и, если они неудачны, вещь очень обидная».

Таким образом держат в узде депутатов; парламент в целом «сдерживает правительство», правительство «сдерживает» палату.

Соперничеством ториев и вигов определяется действие английской двухпартийной системы в течение всего XIX века: победившая на выборах партия приходит к власти, то есть формирует правительство; побежденная — переходит в оппозицию.

С течением времени оппозиция становится частью английской государственной системы. Ей присваивают странный титул «оппозиции его (ее) величества».

Правительство составляется, как правило, из наиболее ответственных руководителей данной партии.

Это правило выдерживается, впрочем, относительно важных постов. Английские премьеры не раз жаловались на то, что при составлении кабинета они вынуждены считаться не столько со способностями министров, сколько со всякого рода личными обязательствами, соображениями политики и пр. Одного надо сделать министром из-за его связей при дворе, другого невозможно обойти (свой человек), третьему надо заткнуть рот (чтобы воздерживался от критики) и пр.

Мы сознательно умалчивали до сих пор об английском избирательном праве, средневековом по своему происхождению, отмененном при Кромвеле и вновь восстановленном при реставрации Стюартов.

Напрасно представлять себе старую Англию разбитой на избирательные округа, периодически призывающиеся к голосованию. Ничего подобного не было.

Основную массу депутатов нижней палаты (467 из 658) «выбирали» мелкие города и деревеньки — местечки, в разное время и по разным причинам получившие соответствующую привилегию. Одни из этих местечек числились «гнилыми» — это были старые, давно оставленные деревни; в других едва насчитывалось несколько десятков жителей, от силы — несколько сотен. Множество местечек относилось к разряду «карманных»: собственниками их были крупные землевладельцы. Пользуясь тем, что голосование было открытым, они заранее указывали избирателям, за кого те должны голосовать, и наказывали выселением за непослушание.

Считалось, пишет французский историк Сеньобос, что из 658 депутатов 424 были заранее назначены.

«В графстве Бьюте, — пишет Сеньобос, — (14 тыс. душ — 21 избиратель) рассказывали историю выборов, на которые явился всего один избиратель; он образовал собрание, вызывал, отвечал от своего имени и выбрал себя председателем. говорил в пользу своего избрания депутатом, поставил свою кандидатуру на голосование и объявил себя избранным единогласно».

Узким и замкнутым был круг избирателей. В некоторых местечках избирателей было не более 3-4 человек. В других избирательное право принадлежало мэру и его советникам.

В среднем, писал дореволюционный русский государствовед Градовский, на одно местечко приходилось 12 избирателей и по 2 депутата. Город Лондон со своим полумиллионным населением (конец XVIII в.) посылал четырех депутатов; в то же время графство Корнуэлле, на территории которого проживает 165 тыс. жителей, посылало 44 депутата.

В «карманных» местечках, по подсчетам, приводимым Градовским, 87 пэров назначали 218 депутатов.

Легко понять, кого устраивала эта система. Чтобы сохранить ее в неприкосновенности, право короля раздавать хартии на право представительства в парламенте было приостановлено. Круг замкнулся.

А между тем в Англии выросли новые города. Их породила промышленная революция ХУШ века. Города эти сделались средоточием буржуазии. Здесь именно она, а не земельная аристократия, могла бы командовать выборами и формировать угодный парламент. Но именно города либо вовсе не избирали, либо избирали такое число депутатов, которое никак не соответствовало численности населения. Компромисс 1689 года, приведший на трон Вильгельма Оранского, не соответствовал уже соотношению сил его участников. Изменился и характер самих этих участников: английская буржуазия 1830-х годов сильно отличалась от буржуазии предыдущего столетия: финансовая аристократия стала оттесняться на задний план промышленной буржуазией. «Сохранение политической власти все еще в руках аристократии… стало несовместимым с новыми экономическими интересами».

Естественным следствием этого противоречия было требование избирательной реформы. Буржуазия не покушалась на палату лордов. Но нижнюю палату она хотела видеть буржуазной.

В борьбе за реформу буржуазия обратилась к помощи рабочих. Она обещала им законы, которые дадут дешевый хлеб, и рабочие примкнули к борьбе.

Имелось в виду отменить пресловутые хлебные законы, запрещавшие ввоз дешевого хлеба из-за границы, чтобы лендлорды имели возможность продавать свой хлеб по достаточно высокой цене.

Хлебные законы углубляли нищету рабочих, но в то же время они раздражали буржуазию, вынужденную, как ей представлялось, «переплачивать» на заработной плате, чтобы рабочий не умер с голода раньше срока.

В 1816 году близ Лондона состоялась массовая манифестация в пользу реформы. Изданная в связи с этим прокламация гласила: «4 миллиона людей в нужде, 4 миллиона в нищете, полмиллиона в полунищете, полмиллиона в блестящей роскоши».

Правительство всеми средствами сопротивлялось реформе, не останавливаясь перед кавалерийскими атаками против демонстраций. Палата лордов отклоняла билли, уже принятые палатой общин.

Следуя извечной тактике правящих классов, регент Англии характеризовал английскую избирательную систему как самую совершенную из всех возможных. Глава правительства герцог Веллингтон возражал против реформы с помощью пошлых аргументов насчет «человеческой природы, не способной достигнуть совершенства», и т.п.

Борьба за реформу создавала благоприятные условия для возникновения разного рода рабочих союзов, и они действительно возникали. Они требовали реформы, но всякий разумный наблюдатель мог заметить, что на этом дело не кончится.

Желая покончить с сопротивлением лордов, буржуазные организации обратились с призывом изымать вклады из банков.

Перед двойной угрозой — рабочих союзов и финансового банкротства — лорды сдались. Билль о реформе, предложенный правительством вигов, стал законом. Это событие, которому отводят так много места в политической истории Англии, произошло в 1832 году.

Реформа 1832 года, как и все английские реформы, не может быть названа радикальной, о чем свидетельствуют ее главные установления:

а) более 50 местечек — из тех, что «гнилые», — были вовсе лишены представительства в парламенте;

б) еще 30 местечек должны были удовольствоваться сокращением числа депутатов;

в) освободившиеся 143 места были отданы: 66 — новым городам, 65 — графствам, остальные — Шотландии, Ирландии, Уэллсу;

г) старинный избирательный ценз — 40 шиллингов — был отменен.

В средние века, когда он был установлен, исходили из того, что именно такая сумма требовалась на содержание и экипировку солдата. В XIX веке все это выглядело по-другому.

Городским избирателем делался тот, кто имел в собственности дом, приносящий не менее 10 фунтов стерлингов в год. Наниматель дома делался избирателем в том случае, если арендная плата достигала 10 фунтов стерлингов в год, то есть равнялась годовому доходу арендатора средней руки;

д) избирательным правом наделялись земельные собственники и долгосрочные арендаторы с доходом 10 фунтов стерлингов в год и краткосрочные — с доходом в 50 фунтов стерлингов.

Таким образом, править Англией уполномочивался собственник. Число избирателей составило 376 тыс. человек (вместо прежних 247 тыс.). Правом голоса была наделена 1/32 часть населения (376 тыс. на 12 миллионов!).

Реформа сделала необходимой борьбу за голоса избирателей, чем раньше пренебрегала. Обе партии — и тори и виги — быстро это поняли. Они поспешили отбросить свои прежние клички и обзавестись «приличными» названиями. Тори сделались «консерваторами», виги — «либералами». Названия и на этот раз пришли из-за границы. Они возникли в Испании.

Назвав себя столь необыкновенно (по нашим нынешним понятиям), тори как бы говорили: «Мы не зарекаемся против реформ, но в принципе за то, чтобы все оставалось как прежде». Виги, наоборот, заявили претензию стать руководителями прогресса.

Современник событий и внимательный наблюдатель, Генрих Гейне писал: «Привычное представление сводится к тому, что партия тори склоняется целиком на сторону трона… партия же вигов… склоняется более в сторону народа. Однако такого рода определения расплывчаты и ими пользуются главным образом в книгах. На эти наименования следует смотреть как на названия группировок. Они обозначают людей, которые в известных спорных вопросах держатся вместе…

О принципах нет вовсе речи; единодушие существует не по поводу определенных идей, но по поводу определенных мероприятий в области государственного управления».

Зачем же в таком случае две партии, а не одна? Ответ на этот вопрос дает сама история. Бессодержательные дуэли двух партий склоняют избирателей то на одну, то на другую сторону, но не позволяют им избрать что-нибудь третье. Кто бы ни победил, господство крупного землевладения и капитала обеспечено.

4. Заключение

Во всемирной истории Английская буржуазная революция XVII в. занимает особое место. Она относится к числу классических буржуазных революций, следствием которых было утверждение буржуазного строя во всей Европе. Крупнейшей из них является Французская революция конца XVIII в.

Английская революция XVII в. явилась ее прообразом, она первая со всей отчетливостью выявила как характерные черты буржуазной революции, так и своеобразие буржуазного строя.

Необходимо также отметить, что она была революцией, в которой против господствовавшего феодального меньшинства поднялась подавляющая по численности масса английской нации.

Буржуазия не только принимала участие в революции, но и стала ее гегемоном, она выдвинула буржуазно-демократические задачи революции, направленные против феодалов и короля как их главы.

Яркой особенностью Английской революции было то, что в ней приняла участие обуржуазившаяся прослойка нового дворянства, которая из своей среды выделила энергичных руководителей революции (Кромвель и др.).

Немалая роль в свершении революции принадлежит и низшим слоям населения, которые выступали против феодалов и феодального правительства в многочисленных восстаниях, происходивших накануне и во время революции во многих уголках страны, в том числе и в Лондоне.

Многие экономические требования низов, выдвинутые ими во время революции, не остались не услышанными.

Так, например, требование наделения крестьян землей нашло отражение в ходе революции как в многочисленных документах революционной армии, так и в публицистической литературе левеллеров и особенно диггеров.

Но, конечно же, народные низы и буржуазия во время революции имели цели, которые не только во многом совпадали, но также и во многом отличались, поскольку каждый в первую очередь заботился о себе и своем благополучии.

То же касается и нового дворянства, которое особенное своекорыстие проявило в аграрном вопросе. Новое дворянство стремилось заполучить в свои руки всю землю и свободно хозяйничать на ней без каких-либо феодальных стеснений.

Некоторые расхождения в конечных целях революции у буржуазии, нового дворянства и низших слоев населения имели своим следствием вначале переход буржуазной республики к протекторату, а затем реставрацию Стюартов.

В последующей борьбе со Стюартами буржуазия и связанные с ней землевладельцы стремились обходиться уже без низов.

Необходимо также отметить и большое международное значение Английской революции. Не вызывает сомнения, что она оказала влияние на последующую историю континентов.

Английская революция в немалой степени повлияла на судьбы соседних стран — Ирландии, Шотландии, в это время окончательно включенных в систему Английского государства и английского капитализма.

Кроме того, она также распространила буржуазные отношения, победившие в Англии, на ее североамериканские колонии, хотя последним впоследствии и пришлось совершить новую буржуазную революцию против своей метрополии — буржуазно-аристократической Англии.

Сильные отклики Английская революция вызвала и в других странах — в годы «парламентской Фронды» во Франции, восстания в Каталонии, временной победы республиканцев в Голландии и т. д.

Вместе с тем, Английская революция XVII не привела к таким же событиям в других страна) на континенте Европы. Так, в Голландии буржуазная революция прошла гораздо раньше, и возникновение буржуазного строя в Англии породило лишь весьма сложные англоголландские отношения, в которых отразились со всей силой как соперничество двух буржуазных наций, так и политическое сотрудничество английских и голландских республиканцев — с одной стороны, английских и голландских монархистов — с другой.

В то же время, в XVII в. ни Франция, ни Швеция не были готовы к буржуазной революции. Что же касается других стран Западной Европы — Германии, Италии, Испании, то здесь происходил экономический упадок или замедленное экономическое развитие.

Ввиду общей неподготовленности даже Западной Европы (о Восточной Европе вообще говорить не приходится) к буржуазной революции, Английская революция не могла непосредственно вызвать широкое революционное движение.

Впрочем, главная ее роль была в другом. Англия как бы вырвалась далеко вперед по сравнению с другими странами — за исключением Голландии. И только позднее, когда начали складываться предпосылки буржуазной революции в странах континента, английский опыт пришелся как нельзя кстати.

Английский конституционный режим, философия и политические идеи времени Английской революции и послереволюционной буржуазной Англии стали тем отправным пунктом, с которого начала развиваться предреволюционная идеология в странах континентальной Европы. В первую очередь это относится к Франции XVIII в. Французское Просвещение XVIII в., выработавшее фактически программу для последующей революции во Франции, убедительно демонстрирует идейную преемственность и близость с английской революционной мыслью XVII в.

Первая победа буржуазного строя в широком масштабе, роль Английской революции, в частности, как прямой предшественницы Французской революции 1789 г., с которой тесно связано установление буржуазного строя на европейском континенте,- все это дает повод рассматривать Английскую революцию середины XVII в. как очень важную страницу не только европейской, но и всемирной истории.

Список литературы

1. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч. Т. 22.

2. Р.Ю.Виппер. История Возрождения и Нового времени. М., 1996 г.

3. Богданов В.К. Западноевропейские войны. М. 1989 г.

4. Сеньобос Ш. Политическая история современной Европы. Спб. 1993 г.

5. Мальков В.П. История Англии. М.,Прогресс. 1988 г.

Санкт-Петербургский Государственный Медицинский Университет им. Акад. И.П.
Павлова

Кафедра Истории

РЕФЕРАТ

НОВГОРОД

В XII – XV ВЕКАХ

Студент: Дранишников Николай 109гр.

Преподаватель: Зимин Игорь Викторович

2002 год

ПЛАН

1. Уровень развития сельского хозяйства
2. Ремесло
3. Торговля

1. Внутренняя торговля

2. Внешняя торговля

3. Основные статьи новгородского экспорта
4. Деньги
5. Особенности государственного устройства
6. Социальное положение в Новгороде
7. Военная слава Новгорода
8. Заключение

1. УРОВЕНЬ РАЗВИТИЯ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА

В ХII — ХIII вв. Новгородская феодальная республика владела обширной территорией от Финского залива на западе до Урала на востоке, от Северного
Ледовитого океана на севере до верховьев Волги и Западной Двины на юге. Ей принадлежали Водская, Ижорская и Карельская земли, южное и западное побережье Кольского полуострова (Терский берег), Обонежье, Заонежье и
Заволочье. Щгорские племена, жившие в верховьях. Печоры, Вычеглы и Камы, платили Новгороду дань. Территория собственно Новгородской земли была меньше, она охватывала бассейн озера Ильмень и течения рек Волхова, Мсты,
Ловати, Шелони, Верхней и Средней пологи. В ХII — ХIII вв. в состав
Новгородской республики входила Псковская земля.

Первостепенную роль в экономике Новгородской феодальной республики, как и во всей Древней Руси, играло земледелие и связанное с ним скотоводство. Об этом свидетельствуют письменные и археологические источники. Но если летописные сведения носят отрывочный и порой случайный характер, то данные археологии позволяют выяснить, какие сельскохозяйственные культуры возделывались в древности, какими орудиями пользовались древнерусские земледельцы, каков был уровень развития сельского хозяйства в Новгородской земле.

Уровень развития земледелия в Новгородской земле был весьма высок уже в ХI — ХII вв.

Из возделывавшихся культур первое место принадлежало озимой ржи, на что указывает преобладание семян озимых сорняков. Пшеница занимала второе место в новгородском земледелии.

Сельскохозяйственная техника, применявшаяся древненовгородскими земледельцами, отвечала уровню развития земледелия в ХI — ХIII вв.

Земля обрабатывалась многозубыми, чаще трехзубыми, сохами. Появление таких сох, очевидно, было связано с переходом к пашенному земледелию с использованием упряжной силы. Убирался хлеб с помощью серпов.

Как известно, Новгородская летопись неоднократно сообщает о неурожаях в Новгороде. На основании этих сообщений у многих сложилось мнение, что
Новгороду не хватало своего хлеба и он постоянно нуждался в привозном. Это мнение, однако, справедливо лишь отчасти.

Основная масса хлеба, потреблявшегося населением Новгорода, производилась в пределах Новгородской земли. В голодные годы, разумеется, огромное значение приобретал ввоз хлеба с юга и, естественно, возрастала роль связей с южными соседями. Иногда неурожай охватывал не только
Новгородскую землю, но и всю Русь. В таких случаях приходилось прибегать даже к помощи иностранцев и ввозить хлеб из-за границы. Позже, в 14 — 15 вв., широкое освоение пахотных земель позволило Новгороду стать независимым от ввоза хлеба извне.

С земледелием было тесно связано скотоводство, которое также играло важную роль в хозяйстве новгородцев. Если земледелие являлось основным занятием сельского населения Новгородской республики, то скотоводством могли заниматься и горожане. Об этом свидетельствуют археологические данные. Новгородцы разводили прежде всего крупный и мелкий рогатый скот, свиней, лошадей.

Помимо скотоводства как сельское, так и городское население
Новгородской земли занималось овощеводством и плодоводством. Сады и огороды были, вероятно, принадлежностью многих городских усадеб. Во всяком случае семена овощей и плодов — не редкая находка при раскопках.

Из плодовых деревьев наиболее распространена была вишня. Кроме вишни в
Новгороде выращивали яблоню. Из ягодных кустарников разводили черную смородину и малину.

Итак, в 12 — 13 вв. новгородцы занимались всеми видами сельского хозяйства (земледелием, скотоводством, овощеводством, плодоводством), уровень развития которых был весьма высок. В целом он соответствовал той общей ступени развития, которой в то время достигло сельское хозяйство на
Руси и в зарубежных странах с аналогичным сельскохозяйственным профилем.

2. РЕМЕСЛО

Упоминания о ремесленниках можно найти в Новгородской первой летописи.
Это, как правило, записи об убитых во время войн новгородцах-ремесленниках.
Под 1200 г., например, говоря о победе над Литвой, в числе погибших летописец называет «Страшка серебрьнвка весця». В Липицкой битве 1216 г.
«убиша… Онтона котелника, Иванка Прибышиниця опоньника». Летописные упоминания имен ремесленников в 13 в. дают основание говорить об определенной дифференциации новгородского ремесла. Летописи называют следующие ремесленные специальности: щитник, кожевник, серебреник, котельник, опонник, гвоздочник, кузнец. Серебрениками называли ремесленников-ювелиров. Щитники, гвоздичники и котельники являлись мастерами разных специальностей в кузнечном деле. Опонниками называли ремесленников, занимавшихся определенным видом ткачества. Названия этих профессий попали в летопись до известной степени случайно ведь летописец называет имена ремесленников в числе погибших в боях новгородцев.

В Новгородской первой летописи есть упоминание еще одной ремесленной специальности — плотников. Уже в начале ХI в. новгородцы были известны как искусные плотники.

В конце Краткой редакции Русской Правды помещен так называемый «урок мостникам». Мостниками, видимо, назывались строители мостовых или мостов. В условиях сырого новгородского климата улицы города без мостовых были бы непроходимыми и непроезжими, особенно весной и осенью. Мостовые перестилались примерно через каждые 15 — 20 лет, иногда их ремонтировали и благодаря этому они служили дольше. Таким образом, недостатка в работе мостники не испытывали, и эта специальность, как и плотницкое дело, появилась рано (древнейшие новгородские мостовые относятся к середине Х в.).

Высокий уровень железообрабатывающего производства способствовал прогрессу многих других ремесел, которые не могли бы успешно развиваться без соответствующего инструментария. На основании изучения различных инструментов можно утверждать, что в Новгороде, помимо мастеров всевозможных кузнечных специальностей, работали слесари, токари, столяры, плотники, деревообделочники, резчики по дереву, костерезы, кожевники, сапожники, портные, ювелиры. Изучение огромного количества предметов быта и другой готовой продукции, а также полуфабрикатов и бракованных изделий помогает дополнить список специальностей новгородских ремесленников.
Обращает на себя внимание большое разнообразие как готовых изделий, так и инструментария.

Очевидно, ремесленники в Новгороде специализировались по производству определенных типов продукции. На это прямо указывает и летопись, в которой упоминаются щитники, котельники. Причем иногда один и тот же мастер занимался различными видами ремесла. Сапожник, например, долгое время был и кожевником, что подтверждается совместными находками остатков того и другого производства, Лишь в ХII — ХIII вв, сапожное ремесла отделилось от кожевенного. Щитник, помимо знания кузнечного дела, должен был обладать навыками обработки меди, дерева и кожи, так как щиты изготовлялись из всех этих материалов. Но в то же время в кузнечном ремесле развивалась узкая специализация (гвоздочники, замочники и т.п.).

Разнообразные металлические украшения: браслеты, перстни, фибулы, подвески, колты, бусы — изготовлялись высококвалифицированными ювелирами.
Мастера-ювелиры владели рядом сложных технических приемов: литья, свободной ковки, волочения, прокатки, тиснения, чеканки, гравировки, паяния, золочения, выемчатой эмали, термической обработки меди и бронзы и др.

Огромное количество остатков кожаной обуви и обрезков кожи является свидетельством широкого распространения в Новгороде сапожного ремесла.

Местным было и гончарное производство. Самыми частыми находками при раскопках бывают многочисленные обломки гончарной посуды.

Значительное развитие получило в древнем Новгороде ткачество. При раскопках во всех слоях обнаружено множество обрывков различных тканей.
Основным орудием производства служил вертикальный ткацкий станок, но и более производительный горизонтальный ткацкий стан также был известен в
Новгороде, о чем свидетельствуют находки его деталей (челноков, подножек, собачек, юрков). Ткачи изготовляли ткани из уже готовой пряжи, льняной и шерстяной.

Ремесленники, занимавшиеся обработкой дерева, также составляли весьма многочисленную группу новгородских мастеров. Огромное разнообразие деревянных изделий, обнаруженных при раскопках (ложки, половники, чаши, резные сосуды, диски, блюда), говорит о высоком уровне развития деревообделочного ремесла. Помимо токарных инструментов, найдены детали токарного станка. Часто встречаются заготовки ложек, недоделанные и испорченные деревянные ковши, чаши, волчки.

Из кости изготовлялись чаще всего гребни, рукоятки ножей, различные украшения, проколки, шашки, шахматные фигурки, пуговицы и т.п. Обработанные куски кости, опиленные куски рога заготовки, полуфабрикаты гребней обнаружены во всех новгородских слоях. Техника обработки кости была высокой, о чем свидетельствуют находки как самих высококачественных костяных изделий, так и орудий, с помощью которых они изготовлялись.

Большую группу находок в Новгороде составляют стеклянные изделия, и в первую очередь обломки стеклянных браслетов. До недавнего времени считалось что подавляющее большинство браслетов изготовлялось в мастерских древнего
Киева, откуда они распространялись по всей Руси. Существование же местного производства браслетов в Новгороде, Смоленске, Полоцке и других городах лишь предполагалось.

Очевидно, местное производство изделий из стекла в домонгольское время было незначительным, и продукция новгородских мастеров не выделялась из общей массы привозных, собственно русских, бус в основном киевского происхождения.

О некоторых ремесленных профессиях приходится судить лишь по незначительным вещественным находкам. Швейные иглы и портновские ножницы были орудиями производства портных. Ряд специальностей вообще не оставляли после себя археологических следов. Сюда относятся хлебники, калачники, различные специальности портных, о которых мы можем узнать в писцовых книгах 16 в. и которые существовали, очевидно, и в более раннее время, так как потребность в их продукции существовала и раньше.

Итак, Новгород в 12 — 13 вв., был крупным центром ремесленного производства. Уровень развития ремесла в Новгороде был высок, ремесленники владели весьма совершенными техническими приемами во многих отраслях производства и прежде всего в металлообработке. Ремесло было многоотраслевым, значительной была дифференциация производства, приводившая к появлению разных более узких специальностей в рамках отдельных ремесленных отраслей. В целом по техническому уровню ремесленного производства и по масштабам его распространения Новгород не уступал средневековым городам Западной Европы.

3. ТОРГОВЛЯ

Торговля играла важную роль в экономике древнерусских городов. Русские купцы торговали с Прибалтикой и Арабским Востоком, с Византией и странами
Западной Европы. Еще в домонгольское время на Руси образовался ряд крупных ремесленных и торговых центров, из которых на севере выделялся Новгород.
Изделия ремесленников должны были находить рынки сбыта, и не только в самом городе, но и в близлежащих округах и в более отдаленных местах. Если поначалу ремесленник был одновременно и торговцем, то в дальнейшем выделился особый класс торговцев.

3.1 ВНУТРЕННЯЯ ТОРГОВЛЯ

Торговые связи в пределах Новгородской земли, несомненно, существовали издавна, и возникли они раньше, чем внешнеторговые связи, но проследить их довольно трудно ввиду крайней скудности сообщений Новгородской летописи.

В новгородской, как и вообще в древнерусской деревне господствовало натуральное хозяйство. Основные потребности сельского населения удовлетворялись в пределах собственного хозяйства, а необходимые в хозяйстве и быту вещи оно получало как правило, от сельских ремесленников.
Лишь высококачественные стальные орудия труда, оружие, некоторые виды украшений, ювелирные изделия приходилось приобретать в городе.

Из деревни на продажу в город поступали сельскохозяйственные продукты, которые продавались за деньги.

Купля-продажа происходила «на торгу», городском рынке, который был обязателен в каждом городе. Здесь обычно и устанавливались цены на товары, колебавшиеся в зависимости от различных обстоятельств, преимущественно в зависимости от урожаев и неурожаев. Летопись неоднократно указывает на рост цен, главным образом на хлеб, в голодные годы.

Иногда заморозки или дожди, вызывавшие очередной неурожай, охватывали не всю территорию Новгородской земли. В таких случаях Новгород получал хлеб из Торжка или из других районов Новгородской республики. На снабжение хлебом нередко влияла политическая обстановка.

Жители Новгорода разводили скот, который также был предметом торговли.
Из текста некоторых берестяных грамот мы узнаем о приобретении новгородцами скота.

На торгу продавались и многочисленные изделия высококвалифицированных городских кузнецов. Ножи, ключи, замки, топоры пользовались постоянным спросом у населения. Таким образом, деятельность новгородских ремесленников в первую очередь была направлена на удовлетворение нужд жителей самого
Новгорода и близлежаших областей.

3.2 ВНЕШНЯЯ ТОРГОВЛЯ

Внешнеторговые связи Новгорода были обширными. До наших дней сохранилось несколько документов, характеризующих торговые отношения
Новгорода с Западом. Один из таких документов — договорная грамота
Новгорода с Готским берегом, Любеком и немецкими городами (1139 — 1199).

Главными партнерами Новгорода в западной торговле в ХII — ХIII вв. были Готланд, Дания и Любек. Уже в первой половине ХII в. новгородцы совершали морские экспедиции «за море», но вероятно, новгородские торговые суда плавали в те края и раньше.

В середине ХII в. в Новгороде уже существовал торговый двор готландских купцов с церковью св. Олафа. Русские купцы на Готланде также имели свои дворы и церковь, которая была построена, очевидно, новгородцами.
Об этом свидетельствуют фрески готландской церкви, которые почти полностью сходны с фресками одной из новгородских церквей.

В конце 80-х годов ХII в. Новгород установил торговые связи с Любеком.
Появившись в Новгороде, немецкие купцы также создали свой двор и построили церковь св. Петра. Торговля с Любеком и немецкими городами развивалась весьма интенсивно и в конце ХIII в. приобрела первостепенное значение, датчане и готы были оттеснены на второй план.

К числу предметов импорта с Запада относятся украшения (впрочем, весьма немногочисленные).

В Новгород ввозились и некоторые сорта тканей, прежде всего сукно. В новгородском импорте преобладали английские ткани высокого качества типа
«worsted». Однако в ХIII в. появляются и фламандские ткани, которые в дальнейшем всецело захватывают местный рынок. Помимо сукон, в Новгород ввозились и дорогие византийские ткани — паволока.

В ХII — ХIII вв. высокого уровня достигло ювелирное ремесло в
Новгороде. В ряде мастерских найдено большое количество меди в виде готовых изделий, полуфабрикатов, отходов производства, слитков и просто кусочков мели. Известно, что на территории Новгородской земли медь не добывалась, поэтому приходилось ввозить ее из-за границы. Металл в виде сырья поставляли в Новгород готские и немецкие (любекские) купцы.

В первой половине ХIII в. на севере Европы, в районе Балтики, стала развиваться соляная торговля. Постоянный характер ввоза соли в Ригу и сходство новгородско-ревельской торговли с рижской позволили ученым предположить существование ввоза соли в это время и в Новгород. Из всех импортных товаров соль была предметом наиболее массового потребления. Она была не только необходимым пищевым продуктом, но и в большом количестве использовалась в кожевенном деле.

Внешняя торговля Новгородской республики не ограничивалась западным направлением, она велась и с южными странами. Новгород был связан торговыми отношениями с Северным Кавказом, Средней Азией, Ираном и может быть с
Византией.

Привозными являются изделия из самшита. В Новгород самшит ввозили, очевидно, с Северного Кавказа, ближайшего района его произрастания, волжским или днепровским путем. В Новгород древесина самшита привозилась в необработанном виде, а изделия изготовлялись местными ремесленниками.

Вообще же из дальних стран на Русь чаще всего ввозились именно предметы роскоши. В домонгольских слоях древнего Новгорода обнаружены обломки дорогой по тому времени привозной поливной посуды. Она была в употреблении лишь у зажиточных кругов новгородского общества.

В конце 12 — начале 13 в. в Новгород привозилась белоглиняная фаянсовая посуда с белой непрозрачной поливой и росписью кобальтом (синей) и марганцем (сиренево-фиолетовой). Это были, как правило, чаши и блюда, украшенные сюжетным орнаментом в сочетании с геометрическим.

Центром производства фаянсовой поливной керамики с росписью люстром и кобальтом был Иран. Новгородские экземпляры также несомненно иранского происхождения. Со времени татаро-монгольского нашествия ввоз иранской посуды на Русь прекратился, так как образовавшееся на Волге государство татаро-монголов — Золатая Орда — стало контролировать волжский торговый путь, значение которого упало.

Одной из статей русского импорта издавна были различные пряности, которые пользовались широким спросом ввиду однообразия русской пищи. С
Запада и с Востока ввозилось также вино. О связях со Средиземноморьем свидетельствуют находки греческих губок.

3.3 ОСНОВНЫЕ СТАТЬИ НОВГОРОДСКОГО ЭКСПОРТА

Русь экспортировала в различные страны и свои товары. Что это были за товары? Прежде всего, пушнина. Новгородская земля издавна славилась своими охотничьими угодьями. Меха очень ценились за границей как на Востоке, так и в Европе, и были важнейшей статьей русского экспорта.

Пушнина поступала в Новгород в виде дани, которую новгородцы брали с подвластных им северных племен (югры, печоры и др.), и в виде натурального оброка, выплачивавшегося крестьянами феодалам еще во времена Киевского государства.

К числу товаров, экспортировавшихся из Новгорода за границу, относится воск. Из него изготовлялись свечи, спрос на которые в христианских странах был велик. Кроме того, воск широко применялся в ремесле, в частности в ювелирном деле (литье по восковой модели).

Изучение торговли древнего Новгорода позволяет прийти к выводу, что торговый обмен играл существенную роль в хозяйственной жизни новгородского общества. Преобладала внутренняя торговля прежде всего ремесленными изделиями. Именно она приобрела в первую очередь регулярный характер, в отличие от торговых связей с другими русскими землями и с заграницей. Между
Новгородом и его сельской периферией существовал обмен в тех пределах, который допускало феодальное натуральное хозяйство. Такой характер новгородской торговли показывает зависимость ее главным образом от ремесла, уровень развития которого определял интенсивность внутриторговых отношений.
Развитие разделения труда и специализации ремесленного производства вызывало усиление торгового обмена, Общий хозяйственный, политический и культурный подъем Новгородского государства, рост его могушества, его выгодное географическое положение на водных путях способствовало превращению Новгорода в один из крупнейших центров внешней торговли Древней
Руси.

4. ДЕНЬГИ

В большинстве письменных источников постоянно упоминаются различные денежные суммы. Чтобы понять, как велики были размеры оброков и штрафов, как высоки были цены на сельскохозяйственные продукты, изделия ремесленников, предметы роскоши, необходимо прежде всего знать соотношение денежных единиц друг к другу.

Как известно, 12, 13 и 14 вв. были в Новгороде безмонетным периодом. В течение этих трех столетий в обращении находились крупные серебряные слитки
— гривны серебра и рубли. В рассматриваемый период основной денежной единицей была гривна серебра, которая представляла собой продолговатый брусок из высокопробного серебра весом около 200 г (196 — 197 г).
Разумеется, обращение таких крупных слитков находило применение лишь в очень крупных платежах. Роль мелких денежных единиц выполняли случайные товары от беличьих шкурок до украшений.

Гривна серебра делилась на 4 гривны кун, каждая из которых, в свою очередь, делилась на 20 ногат, или на 50 резан, или на 150 вевериц.
Веверица часто фигурирует в документах под названием «векша». Термин «куны» употреблялся не только для обозначения мелких денежных единиц, но и для обозначения денег вообще. Как свидетельствует Русская Правда, эта система была распространена в 11 — 12 вв. во всей Древней Руси.

Введение новой счетной системы и явилось основной реформой новгородской денежной системы.

Ученые установили, что перестройка новгородской денежной системы осуществилась не позднее рубежа ХII и ХIII вв., к которому относятся древнейшие упоминания «гривны из ногат». Гривна серебра в 15 в. делилась на
15 гривен из ногат, или на 105 ногат. В конце 13 в. появился рубль.

5. ОСОБЕННОСТИ ГОСУДАРСТВЕННОГО УСТРОЙСТВА

Как правило, Новгородом владел тот из князей, кто держал киевский престол. Это позволяло старшему среди Рюриковичей князю контролировать великий путь «из варяг в греки» и доминировать на Руси. Используя недовольство новгородцев (восстание 1136 г.), боярство, обладавшее значительной экономической мощью, сумело окончательно победить князя в борьбе за власть. Новгород стал боярской республикой. Высшим органом республики было вече, на котором избиралось новгородское управление, рассматривались важнейшие вопросы из экономической, политической, военной, судебной, административных сфер. Наряду с общегородским вечем существовали
«кончанские» (город делился на пять районов — концов, а вся Новгородская земля — на пять областей — пятин) и «уличанские» (объединявшие жителей улиц) вечевые сходы. Фактическими хозяевами на вече были 300 «золотых поясов» — крупнейшие бояре Новгорода. Вече избирало князя. К собраниям подготавливалась повестка дня, кандидатуры избираемых на вече должностных лиц. Решения на собраниях должны были приниматься единогласно. Имелись канцелярия и архив вечевого собрания, делопроизводство осуществлялось вечевыми дьяками. Организационным и подготовительным органом (подготовка законопроектов, вечевых решений, контрольная деятельность, созыв веча) являлся боярский совет (“Оспода”), включавший наиболее влиятельных лиц
(представителей городской администрации, знатных бояр) и работавший под председательством архиепископа.

Территория Новгородской земли делилась на волости и пятины, управляющиеся на началах местной автономии. Каждая пятина была приписана к одному из пяти концов Новгорода. Центром самоуправления пятины был пригород.

Главным должностным лицом в новгородском управлении был посадник (от слова «посадить»; обычно великий киевский князь «сажал» своего старшего сына наместником Новгорода). Посадник был главой правительства, в его руках были управление и суд, командовал войском, руководил вечевым собранием и боярским советом, председательствовал во внешних отношениях.

Фактически в посадники избирались бояре из четырех крупнейших новгородских родов. Вече выбирало главу новгородской церкви — епископа
(впоследствии архиепископа). Владыка распоряжался казной, контролировал внешние отношения Великого Новгорода, торговые меры и т.д. (основная его роль – духовное главенство в церковной иерархии). Третьим важным лицом городского управления был тысяцкий, ведавший городским ополчением, судом по торговым делам, а также сбором налогов.

Вече приглашало князя, который управлял армией во время военных походов; его дружина поддерживала порядок в городе. Он как бы символизировал единство Новгорода с остальной Русью. Князя предупреждали:
«Без посадника тебе, князь, суда не судить, волостей не держать, грамот не давать. Даже резиденция князя находилась вне кремля на ярославовом дворище
— Торговой стороне, а позднее — в нескольких километрах от кремля на
Городище. По договору с городом (известно около 80 договоров 13-15 вв.) князю запрещалось приобретать землю в Новгороде, раздавать землю новгородских волостей своим приближенным, управлять новгородскими волостями, вершить суд за пределами города, издавать законы, объявлять войну и заключать мир. Ему запрещалось заключать договоры с иноземцами без посредничества новгородцев, судить холопов, принимать закладников, из купцов и смердов, охотиться и рыбачить за пределами отведенных ему угодий.
В случае нарушения договоров князь мог быть изгнан.

6. СОЦИАЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ В НОВГОРОДЕ

В составе новгородского общества надо различать классы городские и сельские. Население Новгорода Великого состояло из бояр, житых людей, купцов и черных людей.

Во главе новгородского общества стояло боярство. Оно составлялось из богатых и влиятельных новгородских фамилий, членов которых правившие
Новгородом князья назначали на высшие должности по местному управлению.
Занимая по назначению князя должности, которые в других областях давались княжеским боярам, и новгородская знать усвоила себе значение и звание бояр и удержала это звание и после, когда стала получать свои правительственные полномочия не от князя, а от местного веча.

Не так ясно выступает в новгородских памятниках второй класс — житых, или житьих, людей. Можно заметить, что этот класс стоял ближе к местному боярству, чем к низшим слоям населения. Житые люди были, по-видимому, капиталисты средней руки, не принадлежавшие к первостепенной правительственной знати.

Класс торговцев называли купцами. Они уже стояли ближе к городскому простонародью, слабо отделялись от массы городских черных людей. Они работали с помощью боярских капиталов: либо кредитовались у бояр, либо вели их торговые дела в качестве приказчиков. Черные люди были мелкие ремесленники и рабочие, которые брали работу или деньги для работы у высших классов — бояр и житых людей. Таков состав общества в главном городе. Те же самые классы встречаем и в пригородах, по крайней мере важнейших.

В глубине сельского общества, как и городского, видим холопов. Этот класс был очень многочисленен в Новгородской земле, но незаметен в Пскове.
Свободное крестьянское население в Новгородской земле состояло из двух разрядов: из смердов, обрабатывавших государственные земли Новгорода
Великого, и половников, арендовавших земли частных владельцев. Название свое половники получили от обычного в Древней Руси условия поземельной аренды — обрабатывать землю исполу, из половины урожая. Впрочем, в
Новгородской землеудельного времени половники снимали земли у частных владельцев и на более льготных условиях — из третьего или четвертого снопа.
Половники находились в Новгородской земле в более приниженном состоянии сравнительно с вольными крестьянами в княжеской Руси, стояли в положении, близком к холопам. Эта приниженность выражалась в двух условиях, которые новгородцы вносили в договоры с князьями: 1) холопа и половника без господина не судить и 2) новгородских холопов и половников, бежавших в удел князя, выдавать обратно. В этом отношении Псковская земля резко отличалась от Новгородской. В первой изорники, как называли там крестьян, арендовавших частные земли, обыкновенно со ссудой, покрутой, были вольными хлебопашцами, которые пользовались правом перехода от одного владельца к другому. Там даже долговое обязательство не прикрепляло изорника к землевладельцу. По
«Русской Правде» закуп, бежавший от хозяина без расплаты, становился полным его холопом. По «Псковской Правде», памятнику, получившему окончательный вид во второй половине 15 в., изорник, убежавший от хозяина без расплаты, не наказывался лишением свободы, когда возвращался из бегов; хозяин мог только при участии местной власти продать покинутое беглецом имущество и таким образом вознаградить себя за невозвращенную ссуду. Если имущества беглеца недоставало на это, господин мог искать доплаты на изорнике, когда он возвращался. В подобных же отношениях к господам находились крестьяне и в княжеской Руси удельных веков. Значит, в вольной Новгородской земле сельское население, работавшее на господских землях, было поставлено в большую зависимость от землевладельцев, чем где-либо в тогдашней Руси.

Другою особенностью новгородского, равно как и псковского, землевладения был класс крестьян-собственников, которого не встречаем в княжеской Руси, где все крестьяне работали либо на государственных, либо на частных, господских землях. Этот класс назывался земцами, или своеземцами.
Это были вообще мелкие землевладельцы. Своеземцы или сами обрабатывали свои земли, или сдавали их в аренду крестьянам-половникам. По роду занятий и размерам хозяйства своеземцы ничем не отличались от крестьян; но они владели своими землями на правах собственности. Этот сельский класс своеземцев образовался преимущественно из горожан. В Новгородской и
Псковской земле право земельной собственности не было привилегией высшего служилого класса. Городские обыватели приобретали мелкие сельские участки в собственность не только для хлебопашества, но и с целью промышленной их эксплуатации, разводя лен, хмель и лесные борти, ловя рыбу и зверя. Таков был состав общества в Новгородской земле.

7. ВОЕННАЯ СЛАВА НОВГОРОДА

В течение многих столетий Новгород вёл вполне самостоятельную внешнюю политику. Вначале основной её целью было расширение государственной территории. В 13 — 15 веках главной задачей стало сохранение в неприкосновенности границ новгородской державы и защита государственной самостоятельности новгородской республики. Для того чтобы добиться выполнения указанных задач Новгороду приходилось вести войны, отправлять посольства, заключать договора, вступать в союз и расторгать союзнические отношения. В целом, несмотря на отдельные неудачи сила новгородского войска и искусство новгородских дипломатов обеспечивали выполнения обеих задач.

Особенно тяжёлые испытания выдержал Новгород в 13 веке. Выдающейся была роль новгородцев в отражении крестоносной агрессии с Запада. Не прекращались попытки немецких и шведских рыцарей овладеть русскими землями и в дальнейшем.

Во второй половине 12 века — первой четверти 13 века новгородцы сталкивались с Владимиро-Суздальскими князьями, стремившимися подчинить
Новгород своему влиянию.

Основу новгородского войска составляло ополчение: бояре, житьи люди, ремесленники, крестьяне. В него не входили только не свободные жители и священнослужители. Люди посостоятельнее отправлялись воевать на конях .
Бедные бились в пешем строю . Впереди войска располагались лучники, осыпавшие врага градом стрел. Вместе с ополчением в походы выступал и князь. Наличие в новгородском войске нескольких сотен княжеских дружинников, хорошо вооружённых и обученных укрепляло его боеспособность. Общая численность войска, которое могла выставить новгородская земля было 30 — 40 тысяч человек. Но это было только в последний период новгородской независимости, и причём в критические моменты. Обычная же численность войска при походе составляла — 10 тысяч человек. Из защитного вооружения особенно распространены были кольчуга и щит, много образцов которых нашла археологи. В 13 веке кольчугу стал вытеснять «доспех» — рубашка с надежно закреплёнными на ней, заходящими друг на друга металлическими пластинками наподобие чешуи. Судя по летописям, «доспех» имел каждый свободный новгородец и при случае пользовался им. Для защиты головы использовались разнообразные шлемы.

С середины 12 века феодальный сосед Новгорода — Шведское государство начало проводить завоевательную политику в восточном направлении. В 1164 году шведы нанесли удар по новгородским землям. Флотилия из шведских кораблей, пройдя Финский залив, Неву и Ладожское озеро, оказались у стен новгородской крепости Ладоги в устье Волхова. Жители города сожгли посад и заняли оборону крепости, послав при этом гонцов в Новгород. Шведы попытались штурмовать крепость, но понесли тяжёлые потери. Через 5 дней пришедшее войско князя Святослава Ростиславича наголову разгромило шведов.
Остатки их на 12 оставшихся кораблях бежали. После этого шведы не предпринимали более попыток взять Новгород до 1313 года. Однако всё время между 11-15 веками шла ожесточённая борьба новгородцев и шведов за территории, с которых собиралась дань — карельский перешеек и современная территория с северо-запада России до Новгорода. При этом обе стороны совершали походы, но новгородцы даже добирались до глубокой территории шведов, производя там многочисленные погромы. Новгородское войско могло бы и с успехом разгромить шведов как государство, но, состоящее из свободных новгородцев, было вынуждено возвращаться к родным землям, не воюя долго на чужой территории. В конце 12 — начале 13 века немецкие крестоносцы завоевали Литву и укрепились там, построив несколько крупных крепостей. Продвигаясь дальше на восток, они столкнулись с интересами новгородцев — жители юго-восточной части Эстонии, куда пошли немцы, платила дань Новгороду. Новгородцы совершили несколько походов в
Литву. Несмотря на успех некоторых таких экспедиций, остановить движение крестоносцев новгородцы тогда были не в силах: немецкие рыцари основывали укреплённые замки, у Новгорода же после потери 1224 году меченосцами
Юрьева опорных пунктов не было. В 1234 году князь Ярослав Всеволодович с новгородскими и переяславскими войсками вторгся на территорию Ливонии и под Юрьевом нанёс тяжёлое поражение немецкому войску.
Согласно заключённому договору Юрьев остался у Немцев, которые обязались выплачивать дань. Через три года началось Татаро-Монгольское нашествие и Новгороду пришлось мириться с утратой Прибалтики. По-видимому, согласно предварительной договорённости ливонские немцы напали на Русь в 1240х годах одновременно со шведами. Обстановка тому благоприятствовала — Русь была сильно ослаблена монголами. Им ( немцам и шведам ) удалось захватить
Изборск , а затем и Псков . Над северо-западной Русью нависла опасность — немцы стремились захватить Новгород и другие русские города. Передовые рыцарские отряды стали появляться уже в 30 верстах от Новгорода. В критическом положении ликвидировать опасность ужалось исключительно благодаря героизму новгородских воинов и полководческому дарованию
Александра Невского. Несколькими сильными ударами Невский выбил немцев из
Пскова и Копорья. Но основное сражение произошло на льду Чудского озера апреля 122 года. Это и было легендарное ледовое побоище, принесшее славу Александру Невскому. Не меньшее значение имела Раковорская битва, но в отличие от Ледового, эта известна гораздо меньше. Битва произошла 18 февраля 1269 года около города Раковор (Нынешний Эстонский Раквере)
Против новгородцев выступили немецкие и датские рыцари, но новгородцы одержали победу и уничтожили большую часть войска. И хотя позднее
Ливонский орден не раз угрожал северо-западным русским землям, его самый сильный натиск был остановлен. Русь не стала добычей немецкого рыцарства.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Подводя итоги, нужно сказать о нескольких основных вещах. Во первых, вплоть до 15 века Новгородская земля являлась практически независимым государством с самостоятельной культурой, правда не очень отличной от всего остального русского государства. При этом она была очень сильным государством, со многими своими землями и очень огромными зависимыми территориями, которые были для Новгорода практически «дойными коровами «.
При этом в Новгороде был совершенно определённый строй — республика, который предполагал «Вольность в князьях», которая выражалась в независимости от княжеской власти. Князья жили вне города и могли быть в любой момент «поставлены на место». Новгород имел достаточно развитые ремесла, торговлю, земледелие. Однако основу новгородской экономики определял её аграрный характер. Новгород имел достаточно развитую культуру и высокий уровень духовности. Особым достижением можно считать широкое распространение грамотности среди народа. И наконец, Новгород имел достаточно сильное войско, которое могло противостоять практически любой угрозе, в рамках того времени.
ЛИТЕРАТУРА

1. Социально-экономическое положение в Новгороде 12-15 вв., Под ред.
Потапова В.В., М.:1983.
2. Исаев И.А. История государства и права России. М.: Юрист, 1994. 448с.
3.Карамзин Н.М. Древняя Русь. М.:Наука,1993

Каково происхождение терминов «Русь» и «Россия»?

Выдающийся русский историк В. Ключевский около ста лет назад писал относительно понятия «Русь»: «До сих пор не объяснено удовлетворительно ни историческое происхождение, ни этимологическое значение этого загадочного слова», до конца не прояснен вопрос о происхождении термина «Русь» и сегодня.

Долгое время в историографии существовали две точки зрения по данному вопросу, связанные с ориентацией либо на внешнее (норманнское), либо автохтонное (славянское) его происхождение. В частности, в настоящее время зарубежные историки Р. Пайпс и Х. Дэвидсон придерживаются мнения, что легендарный Рюрик был из скандинавского племени «Русь», и это обусловило название его новых владений. Хотя надо отметить, что в Скандинавии пока такого племени не обнаружили.

Историки «антинормалисты» обращают внимание на то, что термин появился в византийских источниках задолго до появления варягов на Руси: наряду с термином «склавены», «анты», «венеды» встречается и понятие «росы». Император Византии Константин Багрянородный писал о «росах» и даже именовал их страну «Россией». Этот термин был обнаружен также и в арабо-персидских источниках.

Существует мнение, что термин Русь южного происхождения, его связывают с названием реки Рось, притока Днепра, в бассейне которой жили поляне, племенной центр русского этноса. Однако некоторые лингвисты отвергают версию происхождения «Руси» и «Росси», поскольку, как они доказывают, в историческом развитии русского языка не могло произойти инверсии буквы «О» на «У». Но археологические данные подтверждают существование в районе реки Рось славянской общности.

в исторической литературе часто можно встретить и версию, которой, в частности, придерживается академик Б. Рыбаков, о том, что Русь – это название одного из славянских племен.

Интересную гипотезу выдвинул писатель В. Чивилихин который в романе-эссе «Память» отмечал, что праславянском языке река обозначалась понятием «руса». Все поселение древних восточных славян располагались вдоль рек, с которыми был связан весь образ их жизни, что, естественно, отразилось в фольклоре, пантеоне божеств, топонимике. По мнению писателя, обобщенный этноним «русы» в этом контексте может пониматься как «живущие на реках» или «речной народ».

В то же время не выдерживает ни филологической, ни исторической проверки гипотезе выдвинутая в прошлом веке Д. Иловайским, о том, что Русью в давние времена называлась река Волга.

Однако часть языковедов считают, что термин «Русь» пришел на Юг с Севера. Они предполагают, что этимологически этот термин финского или шведского происхождения, хотя разыскания в этом направлении не дали еще сколь-нибудь убедительных данных. Черты внешнего правдоподобия носит гипотеза о происхождении термина Русь от финского слова «Ruotsi» возникшего в свою очередь от шведского «Roods» («гребцы»). Это косвенно подтверждается тем фактом, что византийцы часто называли «Русь» дромитами, потому что они пользовались легкими и быстрыми судами-дромонами.

Бесплодные споры «норманистов» и «антинорманистов» наложили свою печать на изучение вопроса о происхождении термина «Русь», введя при этом в него соображения отнюдь не научного характера. Стремление видеть в этом понятии чистый славянизм вполне объяснимо в ученой среде XVIII – XIX вв., но мало приемлемо в современную эпоху предположение о том, что этнический термин «Русь» является будто бы с самого начала исконно славянским, оно носит априорный характер, ибо нет ни одного источника, который его держал бы необходимый материал для подтверждения этой гипотезы.

Это было бы равноценно допущено не кельтского, а исконно немецкого происхождения названия «германцы», не германского, а коренного галльского происхождения имени «французы», не тюркского, а славянского источника возникновения имени «болгары».

Подобных примеров, когда народ получает свое имя со стороны, множество, и в этом нет ничего оскорбительного для национальной гордости.

Вопрос о происхождении термина «Русь» не имеет прямого отношения к спросам «норманистов» и «антинорманистов», полемина между которыми в наше время потеряла всякую остроту, особенно после того как были раскрыты внутренние и внешние причины возникновения древнерусского государства, которое создавалось в основном на восточнославянской основе со значительным участием чудских племен и скандинавских наемных дружин, явившихся сюда гораздо позже, после того как социально-экономические, политические и духовные предпосылки уже вполне сложились. Поэтому вопрос о языковом происхождении термина «Русь» не имеет непосредственного отношения к проблеме происхождения Русского государства, подобно тому как определение языковой принадлежности племенных названий «бритты» и «саксы» совершенно не повлияло на решение вопроса о возникновении Великобритании (Англии) как государства.

Новейшие исследования свидетельствуют о том, что в докиевский период термин «Русь» топонимически был связан с северными землями, откуда он пришел затем на юг. В киевский период термин «Русь» было первоначально династическим именем затем значение этого термина распространялось повидимому, на весь социально-верхушечный слой, состоявший из объединения славянских, чудских и варяжских элементов. к XII в. варяжская династия Рюриковичей в течение нескольких поколений совершенно «ославянилась», а «Русь» стала именем этническим. Параллельно термин «Русь» стал употребляться в качестве названия территориальной единицы. В IX в. Русь представляла собой небольшой участок днепровского Правопобережья, с центром в Киеве и южной границей по реке Рось. В XII в. понятие «Русь» в территориальном смысле уже употреблялось в более широком объединяющем значении как название всех южнорусских земель. В это же время стало складываться представление о Руси как стране.

На Руси происходило примерно то же самое что было, например во Франции. Там вначале от этнического имени «франки» получила наименование небольшая территориальная область Иль-де-Франс («Французский остров»), явившаяся затем центральным ядром растущей Франции.

После распада раннефеодальной монархии «Киевская Русь» на ряд обособленных княжеств термин «Русь» сохранялся в основном за западными княжествами, вошедшими в состав Великого княжества Литовского, жемайтиского и Русского. Северо-западные земли стали называться «Великим Новгородом», а северо-восточные «Московией». Когда московский великий князь Иван III ликвидировал независимость Новгородской боярской республики, он стал именовать себя государем «всея Руси», а государство – «Русией».

Таким образом, книжное грено-византийское «Рос» по своему коренному происхождению ничего общего не имеет с термином «Русь», известным только с IX в. Однако надо отметить, что именно византийское культурное влияние способствовало окончательному укреплению на русской почве наименования Россия вместо первоначального Русь, которое было у нас в ходу до XV – XVI вв.

РУССКИЕ – крупнейший по численности народ восточной Европы. По своему происхождению русские связаны с древним славянским населением, которое к середине 1-го тысячелетия до нашей эры занимало обширное пространство в среднем и верхнем Подднепровье, а так же в бассейнах Вислы и Одры. Расселяясь в Восточной и Центральной Европе, древнеславянские племена разделились на 3 ветви: восточные, западные и южно-восточные славяне, часть которых между Днепром и Днестром была известна в IV-VI вв. под именем антов, заселяли во 2-ой половине 1-го тысячелетия нашей эры территории между Карпатами, Черным морем, западными районами донского и волжского бассейнов, Приладожьем, верховьями Западной Двины и Немала. Основой хозяйства восточных славян – непосредственных предков русских, украинцев и белорусов – было в то время пашенное земледелие; важную экономическую роль играли также животноводство, рыболовство, бортничество, многие отрасли домашнего производства и ремесла (кузнечество, ткачество, металлообработка, гончарство и др.) возникавшие на древнем торгующем пути «из варяг в греки» союзы восточнославянских племне (словене,полочане, кривичи), во главе которых иногда стояли дружины скандинавов-русов, постепенно втягивали в орбиту своего хозяйства и культурное влияние близкородственные им восточнославянские и соседние с ними племенные группы Восточной Европы. Постепенно славянизируясь, русская дружина образовала среди славян высший военно-торгующий слой первого русского дворянства и, утратив свой язык, обычаи и культуру, оставила вновь формирующиеся народности свое имя – Русские.

Министерство образования и науки Республики Казахстан

СЕВЕРО-КАЗАХСТАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

УНИВЕРСИТЕТ ИМЕНИ АКАДЕМИКА МАНАША КОЗЫБАЕВА

Исторический факультет

кафедра всемирной истории и политологии

Дипломная работа

Индия второй половины Х1Х в. — первой половины ХХ в. Движение за независимость

Петропавловск 2006 г.

Аннотация

Темой данной дипломной работы Акжигитовой Айгерим Хамитовна является – «Индия второй половины Х1Х в. – первая половина ХХ в. Движение за независимость». Работа состоит из Введения, трех глав, Заключения, списка литературы и Приложения. Главная цель работы — изложение истории Индии на заключительных стадиях ее колониального периода и борьба за независимость индийского народа.

Первые разделы работы посвящены характеристике индийского общества после восстания сипаев 1857 – 1859 гг. Глава вторая посвящена освободительному движению конца Х1Х – начала ХХ вв. Здесь говориться о появление Индийского Национального Конгресса, его различных течениях и роли М. Ганди. Последняя глава освещает борьбу индийского народа за независимость на последних этапах ее колониального статуса.

Введение

Дипломная работа посвящена изучению и анализу истории Индии второй половины 19 века началу 20 века. Цель дипломной работы – исследовать период активного завоевания Индии Англией, развитие колониального режима, эволюцию и формы управления и эксплуатации богатств Индии, рассмотреть характер восстаний в изучаемый мною период, разобрать причины и формы движения за независимость, а также показать конечный результат – обретение Индией независимости.

Актуальность данной темы является отслеживание исторических фактов борьбы за независимость Индии.

Задачей данной дипломной работы является изучение истории Индии в данный период, выявить предпосылки начала освободительных восстаний в Индии, а также выявить роль их в становлении Индии как независимого государства.

Научное изучение истории и культуры началось в конце 18 в., когда Европа вновь «открыла» Индию. В индологии сложилось несколько различных школ и направлений. Для многих трудов по Индии, написанных западно-европейскими учеными, характерен европоцентризм, оценка разнообразных фактов индийской истории с позиции европейский культуры, с позиции более знакомой Европе и античной цивилизации.

В самой Индии глубокий интерес к изучению ее истории и культуре стал особенно заметен в конце 19в. начало 20в. в связи с развитием национально-освободительного движения. Индийские ученые добивались огромных успехов в исследовании истории своей страны, ввели в научный оборот многие интереснейшие памятники словесности, исторические источники и т.д. Впервые история Индии нового времени предстала как историческая борьба за независимость.

Большой вклад в мировую индологию внесла русская школа индоведения. Особенно велики заслуги в исследовании Индии И.П. Минаева, Ф.И. Щербаковского, С.Ф. Ольденбурга, труды которых занимают почетное место в мировой науке. Для отечественной индологической школы характерна глубокое уважение культурному наследию народов Индии и объективной, строго научный подход к изучению истории и культуры страны.

После Великой Октябрьской социалистической революции создавалась марксистская школа историков-индоведов, создателями которой стали И.М. Рейснер, В.В. Балабушевич, А.М. Дьяков, Н.О. Осипов, Н.М. Гольдберг.

Интерес к Индии в СССР возрастает с каждым годом. Он объясняется как той ролью, которую играла и продолжает играть это великая страна во всемирно-историческом процессе, так и установившееся между СССР и Индией широкими политическими, экономическими и культурными связями.

Чувство глубокой симпатии к народам Индии, интернациональная солидарность побуждают советских людей к глубокому познанию и исторического прошлого и настоящего. Только за последние десятилетия в России появилась значительное число научных, научно-популярных трудов по истории и культуре Индии, переведены на русский язык многие произведения индийских писателей.

Советские историки-индологи подготовили и издали 4-х томную «Историю Индии», вышедшую в 1959-1969гг. Эта работа была с удовлетворением встречена Индией. 4-х томный труд лег в основу «Краткой истории Индии». В работе над книгой были использованы все новейшие советские, а также многие зарубежные исследования по Индии.

Достигая Индии европейцы, прежде всего португальцы, стали на рубеже 15-16 вв. сосредотачивать в своих руках контроль за торговыми путями и торговлей, затем строить многочисленные склады и фактории, создавать новые поселения и порты, и даже активно вмешиваться в политическую борьбу местных правителей. Вслед за португальцами в этом районе появились голландцы, которые вскоре, однако, сконцентрировали свои усилия на эксплуатации ресурсов богатой пряностями так называемой Голландской Индии, т.е. островов Индонезии. После этого пришла очередь французов и англичан, не считая остальных, занимавших более скромные позиции. Началась эпоха колонизации Индии и прилегающих к ней районов Азии.

Для самой Индии эта эпоха совпала с периодом короткого расцвета и быстрого упадка, а затем и развала империи Великих Моголов, в качестве наследников и претендентов на сильную власть выступило сразу несколько государств. Одной из них была держава маратхов.

Вторым из крупных государств, выступивших на политическую арену после развала империи, была Бенгалия.

Английская Ост-Индская компания, возникшая еще в 1600 г. и сконцентрировавшая в своих руках торговые, военные, дипломатические, политические и т.д. операции, была пожалуй, наиболее удачной в тех условиях формой проникновения в Индию и закрепления в ней.

Словом, уже с конца XII в. и особенно в XVIII в., ознаменовавшимся развалом империи Моголов, англичане явно стали выходить на первое место среди колониальных держав в Индии, оттеснив и всех тех, кто претендовал на наследство Моголов в самой этой стране. Имея значительные позиции в ряде районов Индии, и постоянно укрепляя их, действуя традиционным методом – «разделяй и властвуй», англичане не очень-то церемонились в средствах. (Ерофеев Н.. Английский колониализм в сер. XIX в.-М., 1977, стр.111). Вопреки распространенному мнению, Британская империя возникла сравнительно недавно: большая часть ее оказалась в руках Англии только в самом конце XVIII и начале XIX вв. До конца XVIII в. владения Англии ограничивались почти исключительно западным полушарием, а в них важнейшее место занимали континентальные владения.

Англичане начали создавать вторую империю еще до потери Америки, но особенно энергично – в конце XVIII в. Зоной захватов явился и азиатский континент. Это была, прежде всего, Индия, которую англичане начали завоевывать с середины XVIII в.

Глава первая. Индия во второй половине Х1Х в

1.1 Экономическое и политическое развитие страны после восстания сипаев

Необходимо отметить, что при изучении истории Индии конца 19 в. мы наблюдаем, что в это время проходит ряд восстаний и одно из них восстание сипаев (1857-1859). Это восстание было выдающимся событием в истории Индии, героическим подвигом его народа.

При всем отчаянном героизме рядовых участников и многих руководителей восстания его поражение было предопределено. В первоначальных очагах восстания верховная власть с самого начала была передана тем феодальным кругам, которые были враждебны или, по крайней мере, чужды населению, прежде всего общинному крестьянству.

Вне восстания или даже враждебными ему оказались те слои, которые через два-три десятилетия возглавят Индийский национальный конгресс. Компрадорские и предбуржуазные элементы городов, прежде всего Бомбея, привилегированные землевладельцы, прежде всего Бенгалии, а также связанные с теми и другими круги нарождающейся англизированной интеллигенции выразили полную лояльность колониальному режиму. Их страшила перспектива восстановления восточной деспотии с присущей ей необеспеченностью личности и имущества. Такие же опасения побудили торговцев и ростовщиков, охваченных восстанием округов создавать на собственные средства отряды для борьбы с повстанцами.

Великое восстание выдвинуло немало способных и даже талантливых военачальников. Однако сипайские полки, потенциально наиболее боеспособная часть вооруженных сил восстания, с самого его начала оказались обезглавленными из-за устранения офицеров-англичан, которые занимали все командные должности, начиная по крайней мере с командира роты и выше. С устранением офицерского корпуса сипайские войска утратили боевые качества регулярной армии: «…как бы храбро в большинстве случаев ни сражался каждый солдат и каждая рота сипаев, почти все их батальоны — не говоря уже о бригадах и дивизиях;— оставались без всякого руководства; что поэтому согласованность в их действиях не шла дальше роты; что у них отсутствовал какой бы то ни было элемент военной науки, без которой в настоящее время любая армия является беспомощной, а оборона любого города — совершенно безнадежной». Восставшие сипаи не могли выдвинуть из своих рядов новый командный состав, как это произошло в войсках европейских и американской буржуазных революций или освободительных войн Латинской Америки.

Еще в августе 1857 г. К. Маркс предупреждал, что было бы курьезным недоразумением «ожидать, что индийское восстание приобретет характерные черты европейской революции». Весь ход восстания, состав его участников и руководителей, их поведение, консервативность мотивов и целей подтвердили этот прогноз — восстание продемонстрировало возможности сопротивления восточно-феодального общества колониальному закабалению, но не породило исторически передовых видов идеологии, организации и приемов борьбы. Тем не менее, поколебав колониальный режим, оно принудило его изыскивать новые методы управления и эксплуатации, что приоткрывало путь для качественно новых социально-экономических и политических процессов.

Пробуждение политического самосознания. Середина 19 в. стала поворотным пунктом в истории Индии. Уже через 5–6 лет после восстания сипаев в Калькутте и Бомбее возникли организации, требовавшие предоставить индийцам важные посты в государственном аппарате. В 1861 индийцы были включены в состав Законодательного совета при генерал-губернаторе Индии и аналогичных провинциальных советов.

В 1870-х годах была предпринята попытка создания на местах комитетов из индийцев с тем, чтобы эти органы отвечали за положение дел в здравоохранении, просвещении и на транспорте. Несколько позднее либерально мысливший лорд Рипон, генерал-губернатор Индии в 1880–1884, сформировал, преимущественно по английскому образцу, местные институты самоуправления на уровне округов, муниципалитетов и т.п.

Политическое развитие не могло охватить в равной степени все общины страны. Для индуистов появление англичан означало смену «хозяина». Прежде они подчинялись могольским императорам, теперь смогли адаптироваться к новой власти. В ходе этого процесса были восприняты принципы английской системы образования и западный образ мышления. Напротив, мусульмане встретили изменения враждебно. Приверженцы ислама противились инновациям в системе образования, не стремились осваивать английский язык и овладевать научными знаниями. Лидер исламской общины Саид Ахмад-хан (1817–1898) заявил, что если представительный принцип в управлении колонией восторжествует, то мусульмане окажутся в невыгодном положении по отношению к индуистам. Это высказывание приобретало все большую актуальность по мере того, как в 19 в. усугублялись трения между конфессиями. Саид Ахмад-хан советовал единоверцам держаться в стороне от Индийского национального конгресса, но приобщаться к английской системе образования.

В середине XVIII в. из всех европейцев наиболее сильные позиции имели в Индии французская и английская Ост-Индийская компании.

Колонии служили интересам господствующих классов и как источники личного обогащения, и как ускорители экономического развития страны. Характерным методом эксплуатации было насильственное ограбление колониальных народов. Всевластие в колониях упрощало для англичан эту задачу. Не зная над собой контроля, они взимали здесь произвольные налоги и сборы, вымогали взятки и подношения, налоговые чиновники были наделены судебной и полицейской властью.

Внеэкономическое принуждение оставалось важным методом извлечения колониальной прибыли на всех этапах истории колониализма. Однако его роль не являлась неизменной: с развитием капитализма на первый план выдвигается подчинение колоний нуждам и интересам буржуазии в целом.

Колониальная торговля обеспечивала перевес вывоза над ввозом. Вплоть до конца XVIII в. богатство страны отождествлялось с деньгами в форме драгоценных металлов и правительство проводило политику протекционизма: оно ограничивало и даже воспрещало ввоз иностранных товаров и продуктов, без которых страна могла обойтись, и всемерно поощряло свой собственный вывоз.

К концу XVIII в. в системе наметились изменения. Значение обычных колониальных товаров, отходит на второй план, возрастает доля продовольственного сырья.

Превращение Индии в рынок сбыта английских товаров, которое сопровождалось прекращением вывоза продукции индийского производства, приводило к массовому разорению и гибели индийских ремесленников.

Английская таможенная политика в колониях была направлена на то, чтобы искусственно задержать развитие здесь национальной промышленности и принудить население все необходимое покупать в Англии. Начиная со второй четверти XIX в. колониальные владения начинают выступать в качестве объектов вывоза. Ряд завоевательный войн, которые английская Ост-Индийская компания вела в Индии целью захвата и колониального порабощения ряда индийских территорий, а также с целью сокрушения своего главного колониального соперника – французской Ост-Индийской компании. Между обеими компаниями шла вооруженная борьба. В январе 1761 г. английская Ост-Индийская компания одержала полную победу – изгнала французов из их главного владения – Пондишери. Ее результаты были закреплены в Парижском договоре 1763 г., завершившем семилетнюю войну в Европе.

В результате превращения Индии в колониальное государство Англии, а также прекращения Ост-Индской компании, английское правительство стало проводить ряд экономических и политических реформ.

Индийская медицинская служба была образована еще в ХУШ в. для обслуживания армии. Однако в мирное время многие военные врачи переключились на лечение гражданского населения. За полвека, предшествовавшие Первой мировой войне, такая практика стала регулярной, и члены Индийской медицинской службы приняли на себя ответственность за общее состояние здравоохранения в стране /там же, с. 63/.

В середине 19 в. дороги в стране были в очень плохом состоянии, а во многих районах просто отсутствовали. Штат Департамента общественных работ комплектовался за счет кадров из Корпуса королевских инженеров до 1871, когда был основан колледж Куперс-Хилл, готовивший гражданских инженеров. Однако вскоре выяснилось, что высоквалифицированные специалисты использовались для выполнения достаточно рутинной работы. Поэтому была организована самостоятельная инженерная служба, куда набирали лиц, окончивших местные колледжи. Это помогло развернуть прокладку дорог и строительство мостов. Еще более широкие масштабы приобрело сооружение ирригационных каналов и плотин.

Современные английские экономисты считают развитие рыночного хозяйства делом частных предпринимателей, а не государства. Британские деловые круги были готовы идти на риск, ибо низкие ставки налогообложения в Индии позволяли рассчитывать на хорошую прибыль. Чайные плантации закладывались столь стремительными темпами, что к концу 19 в. в чаеводстве было занято 0,5 млн. человек; равным образом британские предприниматели активно развивали производство джута в Бенгалии. Рост спроса на топливо предопределил расширение добычи угля. Выдающийся индийский заводчик Джамшеджи Тата создал целую отрасль – черную металлургию.

Еще ранее индийцы начали финансировать зародившееся в стране фабричное хлопчатобумажное производство, но именно Тата направил Индию на путь подлинно промышленного развития. Этому курсу способствовала одобренная сверху система управляющих агентств, состоявшая в том, что британские фирмы вкладывали капитал в новое предприятие и затем продавали часть пакета акций, сохраняя за собой технический контроль и административное руководство. Полученные от продажи денежные средства инвестировались в очередные объекты.

С начала 16 века происходило постепенное завоевание Индии европейскими колонизаторами (португальцами, голландцами, французами). Индия (в 19 веке) была превращена в объект прямого грабежа, жестокой налоговой эксплуатации, в источник сырья и рынок сбыта для английских фабричных товаров.

В середине XVIII в. из всех европейцев наиболее сильные позиции имели в Индии французская и английская Ост-Индийская компании.

Ряд завоевательный войн, которые английская Ост-Индийская компания вела в Индии целью захвата и колониального порабощения ряда индийских территорий, а также с целью сокрушения своего главного колониального соперника – французской Ост-Индийской компании. Между обеими компаниями шла вооруженная борьба. В январе 1761 г. английская Ост-Индийская компания одержала полную победу – изгнала французов из их главного владения – Пондишери. Ее результаты были закреплены в Парижском договоре 1763 г., завершившем семилетнюю войну в Европе.

Несмотря на упадок в экономике и политическую раздробленность конфедерации маратхских княжеств они представляли серьезное препятствие для упрочения английской власти в Индии. В начале XIX в. захватническая политика Ост-Индской компании резко активизировалась. Одним из орудий подчинения феодальных княжеств явилась так называемая субсидиарная система. Компания принудила феодальных князей заключить ряд договоров. По ним создавали на территории княжеств и за их счет военные отряды под командованием английских офицеров. Феодальные княжества лишились права внешних соглашений и превращались в вассалов Ост-Индской компании. Такой характер носили договоры с Хайдарабадом (1800 г.), Аудом (1801 г.) и рядом других княжеств.

Началась полоса долгих войн с маратхами. Во второй англо-маратхской войне 1802-1805 гг. английским войскам удалось разгромить маратхских князей по одиночке. Для придания видимой законности политическому господству компании англичане фиктивно сохранили династию Великих Моголов и объявили, что компания правит страной от ее имени.

До середины 19 века Индия — феодальная страна с замедленным развитием социально-экономических отношений. Спецификой Индии явилось господство освященной индуизмом общинно кастовой социальной структуры. В конце 19 века усилилось развитие капитализма, возникли национальные монополии. Обострились противоречия между индийской буржуазией и английским империализмом.

Глава вторая. Освободительные движения Индии последней трети Х1Х века – начала ХХ века

2.1 Индийский Национальный конгресс и его течения

Индийский национальный конгресс (ИНК), крупнейшая политическая партия Индии. Основана в декабре 1885. В конце 19 в. ИНК не выходил за рамки лояльной оппозиции колониальному режиму; выражал главным образом интересы верхних слоев индийской буржуазии, националистически настроенных князей, помещиков и наиболее зажиточных слоев местной интеллигенции; руководители — Д. Наороджи, Г. К. Гокхале, М. Г. Ранаде и др. В начале 20 в. внутри ИНК сформировалось мелкобуржуазное демократическое направление так называемых крайних (экстремистов) во главе с Б. Тилаком. В 1907 произошёл раскол между «крайними» и «умеренными». «Крайние», вышедшие из ИНК, считали, что целью Конгресса должно быть достижение «свараджа» («самоуправления»), а средством — организация национально-освободительного движения народных масс. «Умеренные» утверждали, что самоуправление может быть достигнуто лишь постепенно, в сотрудничестве с английскими властями. В 1916 «крайние», не сумевшие создать своей сплочённой организации, вернулись в ИНК.

По мере нарастания революционной борьбы все больше усиливались расхождения между умеренными и крайними. Умеренные, представлявшие крупную индийскую буржуазию, верхушку буржуазной интеллигенции и поддерживавших национальное движение помещиков, не шли дальше требований проведения протекционистской политики, известного ограничения иностранного капитала, расширения самоуправления путем более полного представительства имущих классов Индии в законодательных советах при вице-короле и губернаторах. Они требовали, чтобы эти советы были наделены правами известного контроля над деятельностью колониальной администрации.

Крайние, хотя большая часть их и не призывала к вооруженному восстанию, выступали за полную независимость Индии, достижение которой, по их мнению, было невозможно без активного вовлечения в национально-освободительное движение народных масс. Они предполагали создание в будущем в Индии федеративной республики при ликвидации княжеств. У крайних не было четкой программы решения внутренних социальных вопросов, однако их апелляция к массам объективно способствовала развязыванию классовой борьбы рабочих и крестьян. Слабость крайних заключалась в том, что они не имели общеиндийской организации, работая лишь внутри провинциальных организаций Национального конгресса.

Развязывание революционной инициативы масс, подъем забастовочного движения напугали крупную индийскую буржуазию и умеренных. В выступлениях крупных бомбейских фабрикантов, а также лидеров умеренных Гокхале и Банерджп все более определенно звучали призывы к компромиссу с колониальными властями. Чтобы ускорить отступление правого крыла националистов, вице-король Минто (1905—1910) объявил о подготовке административной реформы. Колониальные власти заверили бенгальских заминдаров, что их права останутся неприкосновенными.

Весной 1907 г. делегация умеренных Бенгалии во главе с Банерджи посетила вице-короля. Она просила помощи в обуздании «разбушевавшихся в Бенгалии страстей». С выражениями лояльности стали выступать умеренные и в других провинциях. Летом того же года бенгальские заминдары выпустили специальный манифест, направленный против развертывания массовой борьбы

В то же время Тилак с целью укрепления позиций крайних совершил ряд поездок по стране. Его выступления широко освещались всей индийской печатью. Выражение Тилака, что «индийская конституция — это уголовный кодекс», стало крылатым.

Острая борьба развернулась по вопросу о кандидатуре председателя предстоявшей сессии Национального конгресса, однако крайним снова не удалось провести Тилака.

Большинство делегатов на сессии Конгресса, проходившей в бомбейском городе Сурате, принадлежало к правому крылу. На первом же заседании Тилак обвинил умеренных в том, что они отошли от программы борьбы за сварадж, принятой на Предыдущей сессии. Заседание окончилось потасовкой и вмешательством полиции, вызванной умеренными. На следующий день обе фракции провели отдельные заседания. В речах и принятых резолюциях умеренные продемонстрировали свою капитуляцию перед империализмом. Крайние сделали попытку, правда, неудачную, создать свою собственную организацию, после чего призвали к дальнейшему развертыванию массовой борьбы.

Широкое недовольство в Конгрессе поздней руководства привело к появлению левого течения, отражавшего в первую очередь интересы мелкобуржуазных кругов, поддерживавших Конгресс. Именно эти социально-классовые группы в наибольшей степени страдали от экономического и политического наступления империализма и поэтому выступали за более активную борьбу с колониальным режимом.

Это течение было представлено в Конгрессе в основном молодежью, главными лидерами и идеологами которой стали Джавахарлал Неру (1889—1964) и Субхас Чандра Бос (1897—1946). Оба выходцы из семей, принадлежавших к верхушке индийского общества, получив образование в лучших английских университетах, Неру и Бос вступили в начале 20-х годов на путь активного участия в национальном движении как ревностные последователи Ганди.

Возникновение левого крыла в Конгрессе и включение в руководство партии его представителей усилило влияние Конгресса в массах и тем самым объективно способствовало сохранению во главе национального движения национальной буржуазии. В то же время эти изменения внутри Национального конгресса отразили глубокие сдвиги в политической жизни Индии, которые произошли в 1922—1927 гг. и которые характеризовались усилением левых сил в стране, несмотря на временный спад массовой борьбы.

С течением времени, чутко воспринимая новые революционные идеи и учитывая изменения в социально-политической обстановке в самой Индии, левые пришли к выводу о необходимости радикализации программы Конгресса и активизации работы конгрессистов в массах. На формирование их взглядов оказало влияние учение Ленина и опыт Октябрьской революции социалистического строительства в СССР. Большое впечатление на молодого Джавахарлала Неру произвела его поездка в СССР в 1927 г., которую он совершил имеете со своим отцом Мотилалом Неру //Неру, 1960, 235/.

В практической деятельности двух молодых лидеров были определенные различия. Бос в конце 20-х—начале 30-х годов основные усилия направлял на создание молодежных, прежде всего студенческих, организаций и закрепление своего влияния в бенгальской организации Конгресса. Джавахарлал Неру в эти годы стремился установить и расширить связи индийского национального движения с прогрессивными организациями и революционными течениями за рубежом. В 1927 г. он представлял Индию на Брюссельском конгрессе колониальных народов, на котором была создана Антиимпериалистическая лига. Возвратившись в Индию, Неру провел большую работу по созданию отделений лиги в самой Индии.

К концу 1927 г. левое крыло внутри Национального конгресса значительно усилилось. Мадрасский съезд Конгресса принял предложенную Джавахарлалом Неру резолюцию о главной цели индийского национально-освободительного движения — достижении пурна свараджа (полной независимости). Съезд подтвердил установление связей с Антиимпериалистической лигой. Неру и Бос были избраны на 1928 г. генеральными секретарями Конгресса.

Период спада массового движения, последовавший за отступлением национальных сил в 1922г., был временем освоения политического опыта, накопленного участниками борьбы в годы революционного подъема. Внутри Конгресса развернулась острая дискуссия по вопросу о (выборе тактики в изменившихся внутриполитических условиях.

Национальный конгресс как организация переживал глубокий кризис: в 1921 — 1923 гг. его численность сократилась с 10 млн. до нескольких сот тысяч человек. Отход масс от Конгресса был вызван временным поражением освободительного движения. Престиж Конгресса как руководителя борьбы значительно снизился после принятия его руководством Бардолийской резолюции.

Разногласия внутри Национального конгресса за изменение методов борьбы, за достижение свараджа и руководства массовым движением привели к формированию в партии двух основных фракций. Первая — так называемые противники перемен — состояла из сторонников Ганди. В изменившихся условиях национальный лидер временно отказался от испытанной тактики массовой сатьяграхи, выдвинув так называемую конструктивную программу.

Основными формами деятельности Ганди и его последователей стали: поощрение ручных ремесел, в первую очередь ручного прядения; борьба с «неприкасаемостью», т. е. против социально-бытовой дискриминации лиц, принадлежавших к самым низшим кастам — «неприкасаемым»; пропаганда индусад-мусульманского единства. Осуществляя «конструктивную программу», Ганди объективно преследовал две основные цели: сорвать усилия англичан, натравленные на раскол напиовального движения, сохранить массовую базу Конгресса, в цервую очередь за счет городских средних слоев, ремесленников и торговцев /Мартышин, 1970, с. 119/.

В 1924 и 1925 гг. Ганди провел две весьма ограниченные по числу участников сатьяграхи в местечке Вайком, расположенном в южноиндийском княжестве Траванкур. Они были направлены на отмену некоторых религиозных и бытовых ограничений для лиц из каст «неприкасаемых». В 1925 г. он основал Всеиндийскую ассоциацию ручного прядения, которая не только пропагандировала чарку (ручную прялку), но и снабжала прядильщиков-кустарей сырьем, а также занималась сбытом их продукции.

Вторую фракцию внутри Национального конгресса составляли так называемые сторонники перемен, видными представителями которых были один из лидеров буржуазных националистов в Соединенных провинциях, Мотилал Неру, и лидер бенгальской организации Конгресса Ч. Р. Дас. Эта группа выступала против вовлечения масс в политическую борьбу и считала, что сварадж должен быть «завоеван изнутри», путем овладения конгрессистами центральной и провинциальными легислатурами. Поэтому они выступали за участие Конгресса в намеченных выборах в законодательные собрания. В программных установках «сторонников перемен» явно сквозил страх перед массовой борьбой трудящихся Индии, становившейся самостоятельным и важным фактором политического развития страны.

В марте 1923 г. в Аллахабаде состоялся съезд этой фракции, образовавшей свараджистскую партию внутри Национального конгресса. Свараджисты приняли решение участвовать в выборах в законодательные собрания, с тем чтобы, войдя в них, с помощью методов парламентской обструкции заставить колониальную администрацию пойти на удовлетворение требований национального движения.

Если съезд Национального конгресса, происходивший в конце 1922г. в городе Гайя (Бихар), подтвердил позиции сторонников Ганди, то уже на чрезвычайном съезде в Дели (1923 г.) была принята резолюция, разрешавшая свараджистам выставить кандидатуры на выборах.

В результате острой внутрипартийной борьбы Ганди был вынужден пойти на серьезные уступки свараджистам и в специальном документе (пакте Ганди — Ч. Р. Дас) отменить гражданское несотрудничество как основную форму деятельности Конгресса. Это соглашение было подтверждено решениями съезда Конгресса, состоявшегося в 1924 г. в городе Белгауме (Бомбейское президентство), а в следующем году съездам партии в Канпуре деятельность свараджистов была признана основной формой конгрессистской работы. Однако свараджистам не удалось, используя по существу законосовещательные органы, вырвать хотя бы одну существенную уступку от английской колониальной администрации. Неудачи свараджистов/вызвали падение их влияния в буржуазно-помещичьих кругах, и на выборах 1926 г. они потерпели поражение /Полонская, 1960, с. 89/.

В широких кругах национальной буржуазии (в особенности мелкой и средней) и в группах внутри Национального конгресса, отражавших их интересы, распространялось недовольство пассивной тактикой свараджистского руководства Конгресса. Ослабление свараджистов в этих условиях привело к перегруппировке внутрипартийных сил, известной консолидации партийного руководства, в которое к концу этого периода (1923—1927 гг.) вошли: группа свараджистов во главе с Ч. Р. Дасом и Мотилалом Неру и группировка гандистов (Раджендра Прасад, братья Виталабхай и Валлабхай Патель и др.) во главе с самим Ганди.

Раскол Конгресса стал свершившимся фактом.

2.2 М. К. Ганди во главе освободительного движения

Возвращение в Индийский национальный конгресс крайних во главе с Тилаком, деятельность лиг гомруля — все это способствовало постепенному формированию оппозиции умеренно либеральному руководству партии. Открытый раскол Конгресса произошел в августе 1918 г. на чрезвычайном съезде в Бомбее, на котором рассматривался вопрос об отношении к реформе Монтегю — Челмсфорда. Большинством голосов английские предложения были отвергнуты как «недостаточные, неудовлетворительные и разочаровывающие». Национальный конгресс стал все более активно выражать распространявшиеся в буржуазной и мелкобуржуазной среде настроения оппозиции.

Правые во главе с Сурендранатхом Банерджи и некоторыми другими лидерами умеренных вышли из Конгресса и образовали новую партию — Либеральную федерацию. Эта верхушечная буржуазно-помещичья политическая организация, представлявшая в значительной степени индийскую компрадорскую буржуазию, в последующие годы неизменно занимала позиции полной поддержки колониального режима и не играла значительной роли в общественно-политической жизни страны.

С этого же времени внутри Конгресса значительно возросло влияние М. К. Ганди. Успешное проведение им в Индии двух сатьяграх, активное участие в организации рабочего профсоюза в Ахмадабаде, частые выступления B прессе и на митингах оделяли Ганди к началу 20-х годов одной из наиболее популярных фигур B среде индийских националистов. Он сотрудничал с Конгрессом, но на первых порах действовал вне его.

Первой важной акцией Ганди по развертыванию массового движения в общеиндийском масштабе была организация кампании протеста против «закона Роулетта». В 1918 г. Ганди была составлена и подписана совместно с группой его сотрудников и последователей «Клятва сатьяграхи», в которой давалось торжественное обязательство отказаться от повиновения в гражданском порядке этому и другим аналогичным законам, направленным на подавление национального движения в Индии. В Бомбее Ганди организовал «Сатьяграха сабху» («Союз сатьяграхи»), который стал собирать подписи под «Клятвой сатьяграхи». Успех этой кампании позволил Ганди пойти на следующий шаг и от имени сабхи в знак протеста против «закона Роулетта» в марте 1919 г. призвать страну к проведению хартала (буквально «закрытие лавок») — (повсеместного прекращения всякой деловой активности. Он призывал как индусов, так и мусульман провести день в посте и молитвах. Хартал был назначен на 6 апреля 1919 г. Широкий отклик, который получил призыв Ганди, поддержка его инициативы Конгрессом свидетельствовали, что Ганди становится общепризнанным лидером национального движения.

Быстрое выдвижение М. К. Ганди на роль общенационального лидера объяснялось тем, что его общественно-политические и философские взгляды, в своих основных чертах сформировавшиеся уже в 20-х годах, его программа и тактика в освободительной борьбе получили поддержку самых различных классов индийского общества.

В критике Ганди современной буржуазной цивилизации, крупной машинной индустрии, капиталистической урбанизации, в его программе возрождения и развития ремесленного и кустарного производства, децентрализации экономической жизни страны, базирующейся на хозяйственно замкнутых сельских общинах, воплотился идеал мелкобуржуазного утопического социализма индийского крестьянина, ремесленника, кустаря, мелкого торговца. В условиях неразвитости общественного самосознания, сильнейших пережитков феодализма в экономической, социальной и культурной жизни Индии форма религиозно-моральной проповеди, с которой Ганди обращался к народу, делала его идеи доступными широким массам неграмотных индийцев. Этому способствовали его философские взгляды, основанные на религии индуизма в сочетании с эклектическими заимствованиями из ислама, христианства и других религиозных систем.

Популярности Ганди способствовала аскетическая простота его частной жизни, широкое общение с народом (он ездил, например, только третьим классом, говорил на многих индийских языках), тонкое знание психологии, улавливание изменений в умонастроениях простых людей Индии.

Генеральная стратегическая цель, которую ставил перед собой Ганди, это поэтапное и постепенное продвижение к независимости. Главная политическая задача для достижения этой цели заключалась в объединении всех классов и политических сил индийского общества под единым буржуазно-национальным руководством. Поэтому он был противником борьбы между классами индийского общества, последовательно выступал за компромиссное урегулирование экономических и социальных конфликтов в городе и деревне на основе установления классового мира. В условиях глубокой религиозной и кастовой разобщенности индийского общества важное место в идеологии и политике Ганди занимало единство индусов и мусульман, национальных и кастовых групп. Вместе с тем Ганди ясно представлял себе, что объединение всех сил индийского национализма и успешная борьба за осуществление выдвинутой им программы возможны лишь при широком участии в освободительном движении народных масс.

В сатьяграхе, сочетавшей активную оппозицию колониальному режиму с ненасилием, Ганди видел универсальную форму втягивания в национально-освободительное движение широких слоев народа при сохранении руководства движением в руках буржуазно-национальных сил.

Эта политическая программа и тактика Ганди, активно поддерживавшего развитие национального капиталистического предпринимательства, получили широкую поддержку основной части индийской национальной буржуазии и националистически настроенных помещиков. Уже в начале 20-х годов он становится политическим лидером индийской национальной буржуазии. Исторически в фигуре Ганди как бы воплотилось объединение на новом этапе антиколониальной борьбы основных направлений индийского буржуазного и мелкобуржуазного национализма.

Отныне Ганди стал высшим духовным лидером ИНК, официально признанным вождем индийского народа и начал свою ненасильственную революцию во имя освобождения страны от британского колониального господства. Как уже говорилось, сам Ганди понимал сатьяграху значительно шире, нежели несотрудничество. Но те конкретные политические сатьяграхи, которые Ганди проводил в Индии, были прежде всего кампаниями гражданского несотрудничества: сам Ганди считал его главным методом борьбы индийцев за свои права. По его словам, «несотрудничество — это наиболее эффективный метод формирования общественного мнения», несотрудничество — это и дисциплинарная мера, и жертва, и требование уважения собственных позитивных взглядов», «несотрудничество — это движение, направленное на то, чтобы побудить англичан сотрудничать с нами на почетных условиях или уйти из Индии».

Если в начале своего пути как духовного лидера и фактического руководителя организованного национально-освободительного движения Ганди считал возможным защитить жизнь, достоинство и права индийцев и добиться самоуправления в рамках Британской империи, то в ходе борьбы он пришел к убеждению, что только уход англичан из Индии, ее полная независимость могут обеспечить стране свободное развитие и решение всех общественных проблем.

Встав на путь политической борьбы, Ганди призывал проявлять упорство в истине прежде всего в борьбе против колониального господства, против империалистической эксплуатации, империалистической системы в целом, поскольку эта система в соответствии с его представлениями была глубоко аморальна. Именно в этом общем контексте следует понимать антиимпериализм /Степанянц, 1990, с. 89/.

Ганди поднял на борьбу всю Индию. Когда же в разных частях страны начались массовые выступления с применением силы, а англичане, поняв, какую грозную опасность представляет для их господства в Индии Ганди, пошли на переговоры с ним, он вновь приостановил кампанию и согласился принять участие в конференции «Круглого стола» в Лондоне (1931 г.).

Вскоре после того, как Ганди, не добившись успеха, вернулся в Индию, кампания неповиновения возобновилась. Однако английское правительство не проявляло желания идти на какие бы то ни было уступки. Свыше 100 тыс. членов Конгресса были арестованы в январе 1932 г., был посажен в тюрьму и Ганди. Там он несколько раз объявлял голодовку (против принятия правительством общинного решения, против неприкасаемости). Когда по Индии распространилась весть о том, что жизнь Ганди находится в опасности, кампания была прекращена. Ганди выпустили из тюрьмы. Чувствуя, что теряет контроль над массовым движением, Ганди решил в мае 1933 г. приостановить всеобщую сатьяграху, а с 1 августа 1933 г. начать индивидуальную сатьяграху. Он опять был арестован. Сотни конгрессистов последовали за ним в тюрьму.

Ганди выпустили из тюрьмы в 1934 г., когда в ожидании опубликования нового акта об управлении Индией он принял решение прекратить сатьяграху. Он вышел из ИНК и призвал своих последователей отдать все силы выполнению конструктивной программы: домашнему ткачеству, движению за индусско-мусульманское единство, отмене института неприкасаемых.

В период подготовки к провозглашению независимости Индии, когда борьба между Конгрессом и сторонниками Пакистана достигла апогея, Ганди отдавал все силы для прекращения братоубийственной индусско-мусульманской резни. В августе 1946 г. он находился в Калькутте, где четыре дня длилось кровавое побоище /Девяткина, 1970, с. 214/.

На сессии Всеиндийского комитета Конгресса он присоединился к его большинству, проголосовавшему за план Маунтбэттена о передаче власти двум независимым государствам — Индии и Пакистану.

Первое правительство Индии при прямой поддержке Ганди возглавил Джавахарлал Неру. Ачариа Крипалани, бывший в то время председателем ИНК, назвал Ганди «Отцом нашей нации», а Джавахарлал Неру в «Послании к нации».

Таким образом, подводя итог второй главы необходимо отметить, что образование Индийского национального конгресса играет значительную роль в государственном управлении Индии как один из важнейших политических институтов страны.

Глава третья. Внутренняя политика колониальных властей и освободительное движение в начала ХХ в

3.1 Революционный подъем 1905-1906гг

После выхода в 1898 г. из тюрьмы Тилак снова стал редактором «Кесари». В Махараштре оживилась деятельность левого крыла националистов. Полиции не удалось полностью разгромить полулегальные спортивные и молодежные организации, в которых националистически настроенная молодежь готовилась к будущей активной борьбе с колониальными угнетателями. Влияние Тилака, который стал общепризнанным лидером левого крыла национального движения, выходило далеко за пределы Бомбейской провинции. Особенно тесными были связи маратхшшх патриотов с бенгальскими националистами.

В Бенгалии, как и в Махараштре, в конце 90-х — начале 900-х годов возникли полулегальные организации и кружки левых националистов, члены которых резко критиковали умеренную оппозицию лидеров Национального конгресса и вели агитацию за свержение английского колониального режима в Индии. Продолжавшиеся в Бенгалии массовые празднества в честь Ганеши (по примеру Махараштры) выливались в мощные патриотические манифестации и символизировали общеиндийскую солидарность в национально-освободительном движении. В 1902 г. в Калькутте было созвано тайное общество, ставившее своей целью подготовку вооруженного восстания.

Активизировалась деятельность и местных организаций Национального конгресса — провинциальных конференций, на которых все более уверенно слышались го теса левых мелкобуржуазных националистов. Наряду с Тилаком все большую известность стали приобретать лидеры левых националистов: Бенин Чандра Пал и Ауробиндо Гхош в Бенгалии и Лала Ладжпат Рай в Пенджабе. Левых националистов в отличие от умеренного крыла национального движения стали называть крайними или «экстремистами» /Райков, 1979, с. 87/.

Усиленное ограбление Индии Англией во время первой мировой войны, когда Англия в значительной степени перекладывала военные расходы на свою главную колонию, тяжело сказалось на положении трудящихся города и деревни.

Сокращение экспорта важнейших видов сельскохозяйственного сырья (джута, хлопка, маслосемян и др.), вызванное нарушением во время войны мирохозяйственных связей, тяжело ударило по интересам сельских товаропроизводителей. Помещики и торговцы пытались возместить потери за счет усиления эксплуатации крестьян — непосредственных производителей. Ростовщическая задолженность крестьянства в 1911 — 1925 гг. удвоилась, достигнув, по примерным оценкам, общей суммы 6 млрд. рупий.

Наряду с крестьянством в наиболее тяжелом положении оказались ремесленники и их семьи. Происшедшее накануне и во время мировой войны сокращение производства в ряде отраслей ремесла и кустарной промышленности (в особенности в хлопкоткачестве) вызвало значительное снижение доходов миллионов ремесленников, кустарей и связанных с ними мелких торговцев.

Появление на рынке труда сотен тысяч разорившихся ремесленников отрицательно сказалось на положении фабрично-заводского пролетариата, реальная заработная плата которого в условиях возраставшей дороговизны снижалась.

Английские колониальные власти, стремясь предотвратить возможный революционный взрыв, решили заранее нанести решительный удар по национально-патриотическим силам. С этой целью вице-король Керзон предпринял в 1905 т. раздел Бенгалии.

В начале XX в. Бенгалия по-прежнему оставалась главным центром национально-освободительного движения. Бенгальцы были наиболее сформировавшейся нацией в Индии, и их национальное единство составляло важный элемент в развитии национально-освободительного движения в этой части страны. Раздел Бенгалии на Западную (включавшую Бихар и Ориссу) и Восточную (включавшую Ассам) способствовал еще большему разжиганию религиозной и национальной розни. Действительно, в Западной Бенгалии большинство населения составляли бихарцы и ория, а в Восточной, несмотря на преобладание бенгальцев, сановная часть населения исповедовала мусульманскую религию. Представителям помещиков-мусульман и крупной мусульманской торговой буржуазии Восточной Бенгалии прямо намекали, что в колониальном аппарате вновь созданной провинции мусульманская интеллигенция займет преимущественное положение с индусской.

Однако вопреки планам колонизаторов раздел Бенгалии оказал прямо противоположное воздействие. Против раздела выступили все слои бенгальского общества. Национальная промышленная и торговая буржуазия опасалась, что раздел провинций нарушит сложившиеся хозяйственные связи, ослабит ее основной орган — Торгово-промышленную палату. Помещики-заминдары боялись, что вслед за разделом будет ликвидирована система постоянного землеустройства и повышены ставки земельного налога. Интеллигенция считала, что в результате раздела последует сокращение административного аппарата и судопроизводства в Калькутте, что приведет в дальнейшем к обострению безработицы среди лиц с высшим образованием. Как писал С. Банерджи, лидер умеренных бенгальских националистов, «мы чувствовали, что нас оскорбили, унизили и провели, что все наше будущее поставлено на карту; это был рассчитанный удар по растущей солидарности и самосознанию населения, говорившего на бенгальском языке».

В поддержку раздела Бенгалии выступили лишь незначительные группы помещиков, компрадорская буржуазия, часть феодальной мусульманской интеллигенции. О разделе Бенгалии колониальные власти официально объявили в июле 1905 г., а в начале августа в Калькутте уже состоялись грандиозные массовые митинги, на одном из которых было принято решение начать бойкот английских товаров. В националистической прессе, на массовых митингах и собраниях национальных общественно-политических организаций в Бенгалип наряду с бойкотом иностранных товаров развертывалась агитация за поощрение отечественного — свадеши производства.

Движение свадеши, хотя и имело экономическую окраску, стало массовым общеиндийским национальным движением. Осенью 1905 г. оно вышло за пределы Бенгалии и охватило некоторые другие районы страны, в особенности Махараштру и Пенджаб. Это движение было активно поддержано Тилаком и его сторонниками. Повсюду открывались лавки и промышленные предприятия свадеши, участники движения бойкотировали и пикетировали магазины, торговавшие иностранными товарами.

16 октября 1905 г., когда закон о разделе Бенгалии вступил в силу, было объявлено днем национального траура в Бенгалии. В Калькутте огромная демонстрация с пением национального гимна «Банде матарам» («Привет тебе, Родина-мать!») направилась к священному для индусов берегу Ганга, чтобы принести клятву борьбы за воссоединение родины. В городе приостановилась деловая жизнь, не топили очагов, не готовили пищу. В знак клятвы бенгальцы повязывали вокруг запястья полоску материи — символ единства бенгальского народа.

Движение свадеши оказало влияние и на руководство Национального конгресса. В конце 1905 г. на очередной сессии Конгресса виднейший лидер умеренного крыла индийских националистов председатель партии Гокхале поддержал бойкот английских товаров в Бенгалии как форму протеста против ее раздела. Вместе с тем умеренные не поддержали предложение Тилака и крайних о распространении движения свадеши на все провинции Индии и бойкота — на все стороны общественной жизни страны.

Сессия показала, что умеренные лидеры Конгресса не могут больше не считаться с массовым движением, однако их стремление всячески сузить рамки борьбы свидетельствовало о наличии серьезных расхождений между ними и крайними. Эти расхождения в национальном движении еще более усилились в ходе дальнейшего нарастания революционной борьбы.

С начала 1906 г. движение свадеши продолжало охватывать все новые города и сельские местности Бегнгалии и других районов страны, повсюду принимая форму массовых антиимпериалистических выступлений.

Экстремисты в Бенгалии, Махараштре, Пенджабе, а также в других провинциях усилили свою деятельность. В Бенгалии была создана (с центром в Дакке) нелегальная революционная организация «Анушилон шомити» («Общество прогресса»), объединявшая усилия революционеров-подпольщиков. Подобные же организации были созданы в Бомбейской провинции и Пенджабе. Тайные общества активизировали агитацию среди мелкобуржуазных прослоек города, в особенности учащейся молодежи и студенчества.

В качестве легального прикрытия подпольной деятельности крайние использовали повсюду возникавшие спортивные и молодежные общества и клубы, свадешистские лавки и торговые организации. Индийские мелкобуржуазные националисты стремились с помощью движения свадеши вовлечь широкие массы в активное антиимпериалистическое движение. Они не ограничивались работой среди городской мелкой буржуазии, а стали вести агитацию среди рабочих и даже сельских жителей.

Массовые митинги и демонстрации, в которых в основном принимали участие мелкобуржуазные слои городского населения, были поддержаны рабочим классом. Еще осенью 1905 г. несколько мощных стачек произошло на хлопчатобумажных фабриках Бомбея, в результате которых рабочие добились некоторого ограничения рабочего дня. В 1906 г. центр стачечной борьбы переместился в Бенгалию.

Летом вспыхнули две крупные забастовки железнодорожников Восточно-Индийской железной дороги. Бастовали рабочие и служащие государственной типографии, муниципальные рабочие Калькутты; в середине и конце 1906 г. здесь же вспыхнуло несколько крупных забастовок на принадлежавших англичанам текстильных фабриках /там же, с. 237/.

Одновременно крайние, в особенности в Бенгалии и Пенджабе, стали проводить агитацию среди крестьян. В деревнях участились митинги и выступления в поддержку бойкота английских товаров. Агитаторы-крайние распространяли среди крестьян листовки революционного содержания.

Этот призыв к единству индусов и мусульман был не случайным. Английские колониальные власти наряду с прямым подавлением народных выступлений — разгоном и запрещением митингов и демонстраций, запрещением пения гимна «Банде матарам» и т. д.— делали основную ставку на раскол движения и широко использовали для этого разжигание индусско-мусульманской религиозно-общинной розни. Однако в 1905-1906 гг. им не удалось спровоцировать индусско-мусульманские столкновения. Тогда в обстановке нараставшей революционной борьбы были спешно мобилизованы проанглийские мусульманские деятели из верхушки феодальных помещиков и компрадорской буржуазии.

Осенью 1906 г. было инспирировано посещение нового вице-короля Индии Минто (1906—1910 гг.) делегацией «ведущих мусульман». В переданном меморандуме делегация просила, в частности, введения для мусульман специальной курии на выборах в муниципалитеты и законодательные собрания. Претензии мусульманской феодальной верхушки встретили благосклонное отношение со стороны английской колониальной бюрократии. Было объявлено, что мусульмане в Восточной Бенгалии при заполнении вакансий в административном аппарате пользуются привилегиями.

В декабре того же года в Дакке была создана реакционная проанглийская организация Мусульманская лига, которая ставила своей целью «содействовать развитию у мусульман Индии чувства лояльности к английской власти».

В там же году индусская реакция при поддержке властей создала свою религиозно-общинную организацию «Шри Бхарат дхарма мандал» («Общество славной религии Индии»).

Однако на первом этапе движения англичанам не удалось использовать (разногласия внутри индийских националистов. Умеренные, хотя и с оговорками, продолжали поддерживать движение свадеши, которое дало импульс развитию национального капиталистического предпринимательства. Именно на этой волне в кратчайший срок были распространены акции металлургического комбината Тата среди 7 тыс. акционеров. Крупная индийская буржуазия пожинала плоды бойкота английских промышленных изделий. Характерно, что в 1905 — 1907 гг. цены на индийские ткани поднялись на 8%, а на английские — снизились на 25%.

Крайние также еще не шли на открытый разрыв с умеренными. Осенью 1906 г. на пост председателя очередной сессии Национального конгресса в Калькутте крайние выдвинули Тилака. Но умеренные, чтобы не допустить его избрания, провели на пост председателя Конгресса пользовавшегося всеобщим уважением в кругах индийских националистов престарелого Дадабхая Наороджи. На Калькуттской сессии Конгресса под давлением крайних впервые в истории национально-освободительного движения Индии было выдвинуто требование свараджа (самоуправления), которое трактовалось как самоуправление в рамках Британской империи по типу самоуправляющихся английских колоний.

Сессия Конгресса показала, какое глубокое воздействие на национально-освободительное движение Индии оказала первая русская революция. В своем выступлении председатель Конгресса Дадабхай Наороджи заявил: «Если русские крестьяне не только подготовлены к самоуправлению, но и сумели вырвать его из рук величайшего самодержавия на земле, если Китай на востоке Азии и Персия на западе просыпаются, если Япония уже проснулась, если Россия героически борется за свое освобождение, то как можем мы, якобы свободные граждане Индо-Британской империи, оставаться бесправными подданными деспотизма».

Революционный подъем 1905—1908 гг. завершился бомбейской стачкой. В политически осознанную борьбу с английским колониализмом были втянуты широкие слои городской мелкой буржуазии, средних слоев и рабочего класса, а также некоторые группы крестьянства в Бенгалии и Пенджабе. Активное участие крайних в революционных событиях, их руководство массовыми выступлениями в различных областях Индии способствовало оформлению мелкобуржуазного, демократического крыла внутри национально-освободительного движения. Становление идеологии мелкобуржуазной революционной демократии проявлялось в росте национального самосознания индийцев, поднимало его на новую ступень. Особенно ярко это видно из печатных и устных выступлений Б. Г. Тилака, Б. Ч. Пала, А. Гхоша и других лидеров крайних.

3.2 Национально-освободительное движение 20-30гг

К началу 20-х годов в Индии произошло обострение двух групп противоречий: между эксплуататорскими и эксплуатируемыми классами внутри страны; между основными классами и социальными слоями индийского общества и английским империализмом, который продолжал опираться на феодально-помещичий класс, князей, компрадорскую буржуазию и связанный с этими группами торгово-ростовщический капитал.

Подъём национально-освободительного движения в Индии в 1918 — 22 ознаменовал начало нового этапа в деятельности ИНК, который стал превращаться в массовую партию. Руководителем и идеологом Конгресса выступил М. К. Ганди. Под его руководством ИНК начал проводить массовые кампании «ненасильственного несотрудничества» с англо-индийскими властями и кампании «гражданского неповиновения» (см. Сатьяграха). Устав ИНК, принятый в 1920, провозгласил целью ИНК «достижение свараджа мирными и законными средствами». В начале 20-х гг. в Конгрессе выделилась группа свараджистов, стремившаяся использовать возможности парламентской борьбы. В период нового подъёма национально-освободительного движения в 1928—1933 в ИНК всё большую роль стало играть левонационалистическое течение во главе с Ч. Босом и Дж. Неру. Ещё в 1927 ИНК выдвинул лозунг полной независимости Индии; в 1931 он принял программу буржуазно-демократических реформ. Под руководством ИНК были проведены массовые кампании «гражданского неповиновения» и развернулась борьба против разжигаемой колонизаторами религиозной розни. В 1934 внутри ИНК возникла Конгресс-социалистическая партия, разработавшая программу радикальных преобразований, которая включала некоторые положения социалистического характера. Борьба ИНК против реакционной конституции 1935 и другие антиимпериалистические действия Конгресса поддерживались коммунистами, боровшимися за единый антиимпериалистический фронт.

Нарастанию революционных настроений в стране способствовали сведения о революции в России, которые стали постепенно проникать в Индию.

Мировой экономический кризис 1929 г. тяжело поразил народное хозяйство Индии Аграрный кризис — кризис сбыта сельскохозяйственной продукции — начался еще ранее, в 1927 — 1928 гг. В результате реальные доходы земледельцев значительно сократились. Чтобы уменьшить потери, явившиеся следствием неблагоприятной рыночной конъюнктуры, помещики в массовом порядке стали переводить арендаторов с натуральной ренты на денежную. Росло число разорившихся хозяйств арендаторов и мелких собственников. Усилился процесс мобилизации крестьянской собственности и переход ее в руки помещиков, ростовщиков и крестьянской верхушки. Резко возросло бремя ростовщической задолженности — до 9 млрд. рупий.

Вслед за деревней кризис поразил и город. Закрывались фабрики и мелкие промышленные предприятия. Массовые увольнения рабочих под предлогом проведения рационализации производства на фоне роста дороговизны вели к ухудшению положения рабочего класса и мелких служащих. Английская буржуазия стремилась выйти из экономического кризиса за счет своих колоний, в первую очередь Индии. В эти годы значительно увеличили разрыв между ценами на экспортные индийские и импортные, в первую очередь английские, товары.

Кризис сказался на положении не только трудящихся. Происходили массовые банкротства мелких и средних промышленных и торговых фирм. Лишь крупная индийская буржуазия наряду с действовавшими в стране иностранными монополиями укрепила свои позиции в экономике страны. Однако расширение позиций верхушки индийской национальной буржуазии в сфере предпринимательства в условиях сохранившегося колониального режима также вело к углублению ее противоречий с империализмом.

Экономический кризис, таким образом, явился фактором, вызвавшим резкое усиление классовых и национальных противоречий и тем самым усиление классовой и национально-освободительной борьбы в стране.

В борьбу стали втягиваться наиболее отсталые отряды рабочего класса Индии — плантационные кули. В мае 1921 г. на чайных плантациях Ассама произошла грандиозная стачка 12 тыс. рабочих, которые покинули плантации.

В ходе стачечной борьбы, в которой рабочие, как правило, добивались удовлетворения основных требований о повышении заработной платы и улучшении условий труда, возникали новые профсоюзы. Создались объективные условия для организации общеиндийского профцентра. Поводом для этого послужил массовый митинг протеста против назначения колониальными властями делегата от индийских рабочих на Международную конференцию труда в Женеву. На этом митинге, состоявшемся в Бомбее в мае 1920 г., было принято решение об основании Всеиндийского конгресса профсоюзов (ВИКП).

Руководство ВИКП находилось в руках буржуазных реформистов. Первым председателем был избран один из лидеров Национального конгресса — Лала Ладжпат Рай.

Создание ВИКП привело к расширению фронта стачечной борьбы: если в 1919 г. произошло 19 забастовок, то в 1920 г. — 200, а в 1921 г. — 400. Правда, как и в предыдущие годы, стачки часто начинались стихийно, были плохо организованы. Эти стихийные выступления, продолжавшиеся в течение всей первой половины 1921 г., были жестоко подавлены военно-полицейскими силами. В ходе репрессий было арестовало несколько тысяч человек.

Подобный же характер имело крестьянское движение в округе Султанпур Соединенных провинций в середине—второй половине 1921 г.

Более высокого уровня борьба крестьян Соединенных провинций достигла в области Ауд, где в 1921 — 1922 гг. действовали вооруженные отряды крестьян-арендаторов, носившие название «Эка» («Единство»). Повстанцы захватывали земли и имущество помещиков-талукдаров и долгое время оказывали упорное сопротивление посланным против них карательным отрядам. Наиболее известными руководителями повстанческих отрядов были Паси Мадари и Сахреб, оба выходцы из низших каст.

В ходе крестьянской борьбы в отдельных местах возникли зачатки крестьянской организации в форме первых крестьянских союзов (кисан сабха). В их создании приняли участие пришедшие в деревню конгрессисты, в том числе и молодой Джавахарлал Неру, который за свое участие в крестьянском движении подвергся первому аресту.

Хотя влияние Конгресса и халифатистов в те годы практически не распространялось на деревню, тем не менее начали устанавливаться связи между организованным национальным и стихийным крестьянским движением. Известны случаи, когда бунтовавшие крестьяне в Соединенных провинциях направляли петиции на имя Ганди, в отдельных местах они действовали совместно с отрядами волонтеров Конгресса.

Если крестьянское движение в Соединенных провинциях носило довольно четко выраженный классовый характер и возвещало наступление новой исторической эпохи, то на других крупнейших выступлениях крестьян (в Пенджабе и Малабаре) ещё лежала печать уходящего времени: борьба крестьянства здесь, как и раньше, была облечена в религиозную форму.

В Пенджабе в 1921 —1922 гг. произошло несколько выступлений сикхского крестьянства против феодальной верхушки сикхской религиозной общины, которая захватила управление храмовым имуществом и доходы от принадлежавших храму земель. По своему содержанию это была борьба крестьян — мелких земельных собственников и арендаторов с крупными землевладельцами-феодалами, по форме — движение за возрождение демократических традиций в жизни сикхской общины. Внутри общины возникла секта акали (бессмертных), которые мирным путем занимали помещения сикхских храмов и других святынь /там же, с. 70/.

После подавления движения в 1923 г. произошел раскол секты, из которой выделилось левое крыло — бабар-акалл (львы-акали), вошедшее затем в организацию пенджабских подпольщиков-террористов. Ненасильственный характер борьбы акали вызвал горячее сочувствие Ганди и поддержку Национального конгресса.

Иным было отношение Конгресса и Ганди к движению «Эка», а также к другому крупнейшему выступлению крестьянства в начале 20-х годов — в Малабарском округе Мадрасской провинции.

В результате этой борьбы возникли революционные профсоюзы, сочетавшие в своей работе экономическую и политическую борьбу и последовательно защищавшие классовые интересы рабочих.

Первый профсоюз такого типа возник в Бомбее в процессе подготовки к всеобщей стачке текстильщиков. Это был ставший впоследствии основой левого профсоюзного движения в стране «Гирни камгар лал бавта» («Фабричный рабочий красного флага»), руководимый Ш. А. Данге и работавшим в Индии английским коммунистом Б. Брэдли. Стойкость бастовавших рабочих оказала значительное влияние на все рабочее движение страны. В поддержку своих товарищей по классу выступили рабочие Шолапура и других промышленных центров, железнодорожники. В Индии, а также в Англии и Советском Союзе был проведен сбор средств в фонд забастовщиков.

Всеобщая забастовка бомбейских текстильщиков вошла славной страницей в историю рабочего движения Индии. Она дала своего рода революционный заряд последующим выступлениям индийского рабочего класса. Создание профсоюза «Гирни камгар» и его первые успехи ускорили образование левого крыла во Всеиндийском конгрессе профсоюзов, где в эти годы все более заметную роль стали играть коммунисты.

На съезде ВИКП в Джхарии (Бенгалия) в 1928 г. были приняты решения о создании в независимой Индии социалистической республики, в которой будут национализированы земля и промышленность. Это свидетельствовало о значительной радикализации политической программы профдвижения.

Реакция пришедших к власти в Англии в 1929 г. лейбористов на укрепление левых сил в профсоюзных организациях Индии была двоякой: с одной стороны, они сделали некоторые демонстративные жесты в сторону рабочего класса Индии, назначив, в частности, королевскую комиссию по обследованию положения рабочего класса (Комиссию Уитли), с другой — продолжали прежнюю политику жестокого подавления организованного рабочего движения. Были приняты законы, запрещавшие создание политических организаций рабочего класса и ограничивавшие деятельность профсоюзов чисто экономическими вопросами, а также усиливавшие преследование за коммунистическую деятельность.

В декабре 1928 г. прошла первая конференция Рабоче-крестьянской партии Индии, объединившей одноименные организации отдельных провинций. В принятых резолюциях ставилась задача достижения Индией полной независимости, что предполагало завоевание рабочим классом гегемонии в национально-освободительном движении. Конференция подчеркнула значение усиления классовой борьбы рабочих и крестьян.

Наибольшим влиянием коммунисты пользовались среди рабочих и учащейся молодежи Бенгалии, Пенджаба и Бомбея. Были созданы молодежные организации, в частности «Науд-жаван бхарат сабха» («Союз молодой Индии»).

Стремясь помешать расширению влияния коммунистов в массовых организациях, колониальная администрация в марте 1929 г. нанесла удар по руководству левыми силами. По обвинению в заговоре против английской короны было арестовано 33 левых лидера, в том числе 14 коммунистов, включая руководителей компартии. Среди арестованных было 18 профсоюзных руководителей. Продолжавшийся в течение четырех лет Мирутский процесс (по названию города, где происходил суд) был умело использован коммунистами как трибуна для разоблачения английской колониальной политики в Индии, а также для пропаганды идей научного социализма. В поддержку мирутских узников выступили широкие общественные круги страны, включая руководство Национального конгресса. Как в Индии, так и за рубежом были созданы специальные комитеты защиты обвиняемых.

Разгром революционного ядра профсоюзов, их раскол, левосектантские позиции коммунистов — все это сказалось на борьбе рабочего класса. Стачечное движение, несмотря на дальнейший подъем революционной волны, не достигло уровня 1927-1929 гг. Мощные выступления рабочего класса в 1928 и 1929 гг. дали импульс оживлению всей политической жизни страны.

Таким образом, мы рассмотрели основные движения 20-30-х годов и выявили, что они были неоднородны по своему составу, носили спонтанный неорганизованный характер, а также жестоко подавлялись английскими колонизаторами.

3.3 Национально-освободительные движения 30-40-х годов

Крупнейшей стачкой в период 1930—1933 гг. была забастовка рабочих и служащих Великой полуостровной железной дороги. В ней участвовало более 80 тыс. человек. Борьба железнодорожников, которые наряду с текстильщиками составляли в колониальной Индии боевой авангард рабочего класса, отличалась необычайным упорством. Несмотря на соглашательские позиции руководства (профсоюза, массовые локауты, использование войск, забастовка длилась около года и была поддержана рабочими и служащими других железных дорог.

Ошибки индийских коммунистов были исправлены с помощью Коминтерна и братских компартий. В июне 1932 г. в органах Коминтерна было опубликовано «Открытое письмо индийским коммунистам» Коммунистических партий Германии, Великобритании и Китая, в котором говорилось об ошибочности левосектантских установок Компартии Индии и содержалась рекомендация участвовать в общенародном движении, руководимом Конгрессом, добиваясь при этом создания единого антиимпериалистического фронта.

В декабре 1933 г. в Калькутте состоялась Всеиндийская партийная конференция, которая избрала новый состав Центрального Комитета во главе с Генеральным секретарем Г. Ад-хикаря. Компартия Индии стала одной из секций Коминтерна. Коммунисты взяли курс на активное участие в общенациональном движении. Однако это произошло уже после спада революционной волны.

Экономическое и социальное развитие Индии 30-х годов вело (хотя на разной основе и в разной степени для отдельных классов индийского общества) к обострению национальных и классовых противоречий.

Одновременно английский колониализм снова сделал ставку на разжигание индусско-мусульманской розни, широко используя выборы по куриальной системе. Оживилась деятельность религиозно-общинных партий Мусульманской лиги и Хинду маха сабха, созданных в начале 900-х годов. Важной вехой в распространении идеологии индусского шовинизма был съезд Хинду маха сабха в 1925 г., на котором раздавались призывы о насильственном обращении в индуизм индийских мусульман. Ответной реакцией мусульманских религиознообщинных организаций и духовенства была фанатическая антииндусская пропаганда. В этой обстановке англичанам с помощью религиознообщинных организаций удалось в 1923— 1927 гг. спровоцировать серию индусско-мусульманских столкновеиий и погромов. Сотрудничество между двумя религиозными общинами, установившееся в годы халифатского движения, оказалось основательно подорванным.

Англичане стремились противопоставить националистической оппозиции фронт реакционных партий и организаций. Движение несотрудничества успешно развертывалось по всей Индии, и колонизаторы решили нанести контрудар.

Английские власти, запретив проведение кампании несотрудничества, объявили Конгресс и некоторые другие национальные организации вне закона и начали массовые аресты. В мае был арестован и Ганди. К концу 1930 г. тюремному заключению подверглось около 60 тыс. человек.

Однако репрессии не могли остановить освободительной борьбы, которая весной этого года достигла своей кульминации, приняв форму вооруженных восстаний.

Крупнейшие вооруженные выступления произошли в трех городах — Пешаваре, Читтагонге и Шолапуре. Такая география вооруженной борьбы не была случайной. Три этих города расположены соответственно в трех областях, где национально-освободительное движение в первой трети XX в. достигло наиболее высокого уровня, — Северо-Западной Индии, Бенгалии и Махараштре.

Арест в апреле в Пешаваре руководителей кампании гражданского несотрудничества вызвал массовые волнения в городе, переросшие в баррикадные бои. На помощь городу — центру Северо-Западной пограничной провинции двинулись крестьяне из окрестных патанских деревень. Деловая жизнь в городе замерла. Англичане были вынуждены укрыться в городской цитадели.

Пешаварское восстание послужило сигналом к массовым антианглийским выступлениям патанского крестьянства. Здесь действовала организация «Пуштун джирга» («Афганский совет»), которой подчинялись боевые отряды краснорубашечников. Во главе патанских повстанцев стоял последователь Ганди — Абдул Гаффар-хан.

К концу 1930 г. вся пограничная провинция была охвачена восстанием. Краснорубашечники, поддержавшие выступления афридиев и момандов, искусно вели партизанскую войну со стянутыми в этот район основными силами англо-индийской армии. Борьба продолжалась и в следующем году, численность краснорубашечников выросла за год с 80 тыс. до 300 тыс. человек.

Несмотря на то что восстания потерпели поражение (в силу их локального и во многом стихийного характера, неравенства сил противников), они оказали значительное революционизирующее влияние на всю внутриполитическую обстановку в стране. В течение 1930—1931 гг. во многих крупнейших центрах страны, в том числе в Бомбее, Калькутте, Мадрасе, Дели, Карачи, прошли политические забастовки.

Движение стало охватывать деревню, а также княжества.

В течение всего периода 1931 — 1933 п. организованное крестьянское движение в Соединенных провинциях, Пенджабе, Бихаре, Бешгалии, Карнатаке и Андхре проходило главным образом в форме агитационно-пропагандистской деятельности кисан сабха по неуплате государственных налогов. Наиболее острой борьба крестьянства была в Соединенных провинциях, где кампания гражданского несотруднпчеетва в сельских местностях, в частности в округе Аллахабад, переросла в вооруженные выступления крестьянских отрядов.

В отличие от первоначального периода крестьянское движение в 1929 1933 гг. имело более организованный характер. В большинстве провинций были созданы местные крестьянские союзы, в основном объединявшие зажиточное и среднее крестьянство. В ряде районов страны, особенно в Соединенных провинциях и Бихаре, серьезное влияние на крестьянские союзы оказывали коммунисты и мелкобуржуазные революционные демократы, которые начали борьбу с Конгрессом за руководство крестьянским движением.

Развитие национально-освободительною движения в Британской Индии оказало воздействие на внутреннее положение в княжествах. В некоторых из них в 1931 — 1933 гг. началась освободительная борьба, переросшая в вооруженные восстания /Райков, 1979, с. 81/.

Наибольшего размаха события достигли в княжестве Кашмир. В княжестве, где большинство населения мусульмане, власть была сосредоточена в руках князя и его окружения — дохров по национальности, раджпутов по касте, индусов по религии. Феодальный гнет в Кашмире усугублялся религиозной, национальной и кастовой дискриминацией кашмирцев. Абсолютная власть князя, феодальный произвол догрской верхушки поддерживались английским колониализмом, представленным здесь резидентом. Против правящей феодальной клики выступали и широкие слои крестьян и ремесленников, и кашмирская буржуазия, и буржуазная интеллигенция.

Англичане ввели в Кашмир войска и сумели спровоцировать индусско-мусульманские столкновения. Религиозно-общинный аспект событий в Кашмире отрицательно сказался на индусско-мусульманских отношениях в остальной Индии.

Однако полностью подавить выступления крестьянства не удалось. Англичанам пришлось назначить специальную комиссию для обследования положения, которая рекомендовала администрации княжества принять основные требования Партии читальни. Развитие экономической и политической борьбы рабочего класса в 1934—1939 гг. характеризуется усилением влияния в организованном рабочем движении коммунистов, которые выступили инициаторами восстановления единого профцентра.

Этот процесс прошел два последовательных этапа. Первый этап борьбы за единство профдвижения, 1934—1935 гг., характеризуется тем, что оно развивалось снизу, в процессе забастовок, путем преодоления сопротивления национал-реформистских и правореформистских раскольников.

На втором этапе борьбы за единство профдвижения, в 1936— 1939 гг., рабочий класс постепенно перешел от оборонительных боев, которые он вел в первой половине 30-х годов, к наступлению под лозунгами повышения заработной платы и признания профсоюзов предпринимателями и властями. Возросли и число стачек, и численность их участников (в среднем за год).

Годы	Число стачек	Количество забастовщиков, тыс.
1934-1935	150	200
1936-1939	400	500

Воссоединение двух центров, принятие руководством объединенного ВИКП некоторых принципиальных положений, предложенных коммунистами, привели к усилению политической активности рабочего класса, что проявилось, в частности, в дни празднования 1 Мая в 1935 и 1936 тт. Под антиимпериалистическими лозунгами в 1936 г. была проведена «рабочая неделя». В этом году XV съезд ВИКП рассмотрел вопрос о широком участии рабочего класса в антиимпериалистическом движении, о методах освободительной борьбы и объявил важнейшей формой этой борьбы политическую стачку рабочего класса.

Большинство местных кисан сабха находились под влиянием коммунистов и крестьянских демократов. Попытки конгрессистов овладеть организованным крестьянским движением потерпели неудачу. В этих условиях Н. Г. Ранга, В. В. Гири и группа других национал-реформистов начали подготовку к созданию под эгидой Национального конгресса общеиндийской крестьянской организации. На подготовительной конференции, проведенной в 1935 г., политический перевес был на стороне группы Ранга. Однако руководство провинциальных кисан сабха, давших согласие на объединение, находилось в руках левых сил, что оказалось на первом же съезде новой организации.

На сессии Совета в августе того же года была принята Хартия крестьянских прав — программный документ Союза, предусматривавший ликвидацию помещичьего землевладения типа заминдари, реформу системы налогообложения в районах райятвари, снижение арендной платы и т. д. Хартия, таким образом, нацеливала индийское крестьянство на борьбу с империализмом и феодализмом на основе возможно широкого фронта национальных сил, включая сельскую буржуазию и даже группы помещичьего класса в районах райятвари.

Создание Всеиндийского крестьянского союза составило важный рубеж в истории крестьянского движения Индии. Самый многочисленный класс индийского общества становился «классом для себя», начинал играть самостоятельную роль в национально-освободительной борьбе.

Борьба за руководство массовыми организациями рабочих и крестьян протекала в разных формах, что во многом зависело как от изменения внутриполитической обстановки в стране, так и от внутренней эволюции самого Национального конгресса.

Во второй половине 1945 г. стачки и демонстрации стали перерастать в вооруженные столкновения с войсками и полицией. Первая крупная стычка с полицией произошла в августе в Бенаресе. За ней последовали волнения в Бомбее, которые были искусно направлены агентами колониальной администрации в русло индусско-мусульманских погромов, продолжавшихся в течение нескольких дней. Это было первое серьезное столкновение между двумя религиозными общинами после окончания войны, спровоцировав которое английские колонизаторы пытались сорвать крепнувшее единство индусов и мусульман в антиимпериалистической борьбе.

В ноябре в Дели начался процесс над группой офицеров «Индийской национальной армии», созданной во время войны С. Ч. Босом из числа плененных в Бирме военнослужащих англо-индийской армии. Осуждение английским военным судом бывшего начальника штаба ИНА Наваз Шаха и двух других офицеров на длительные сроки тюремного заключения вызвало бурную реакцию патриотически настроенных индийцев в Калькутте. Здесь массовые демонстрации переросли во всеобщую политическую стачку, в которой участвовали рабочие, студенты, торговцы и ремесленники. В городе строились баррикады. В результате забастовки работников транспорта и коммунального хозяйства город остался без воды и света. Схватки с полицией и войсками продолжались с 22 по 25 ноября, десятки демонстрантов были убиты, сотни ранены. Только вмешательство руководителей Конгресса, в том числе Сарат Ч. Боса — брата «нетаджи», прервало забастовку. Из Калькутты движение протеста перекинулось в Бомбей и некоторые другие города Индии.

Выступления в защиту ИНА поддерживались на этот раз не только Национальным конгрессом, но и Мусульманской лигой. Несмотря на все попытки англичан, им не удавалось спровоцировать индусско-мусульманские столкновения.

Ухудшение экономического положения в стране в начале 1946 г. вызвало новый прилив волны забастовок. В борьбу стали втягиваться рабочие в княжествах: например в Майсуре (на золотых приисках) и в Гвалиоре (текстильщики).

Подъём стачечной борьбы характеризуется следующими показателями.

Годы	Число забастовок	Количество участников, тыс.	Число потерянных рабочих дней, млн.
1945	850	800	3,8
1946 (I квартал)	426	580	3,0

Брожение проникало и в деревню. Еще осенью 1945 г. массовые выступления против колониального режима в отдельных случаях достигали высшего уровня — вооруженной борьбы. Кульминация событий наступила в феврале 1946 г., когда в движение стали втягиваться вооруженные силы.

3.4 Провозглашение независимости Индии

Партия Индийский национальный конгресс отвергла право властей на проведение силовых акций, которое закреплялось в тех разделах Закона, которые касались провинциальных правительств.

Последние годы, предшествовавшие Второй мировой войне, оказались относительно спокойными, но курс на провинциальную автономию вызвал естественную озабоченность национальных меньшинств. Лидер мусульман Мухаммед Али Джинна потребовал создать комиссию для изучения жалоб, которые, по его мнению, свидетельствовали о притеснении членов исламской конфессии в областях, где индуистское население составляло большинство.
Вторая мировая война. В соответствии с Конституцией Индия автоматически стала воюющей стороной после обращения вице-короля к населению с заявлением, что «началась война между Великобританией и Германией». Вскоре лидеры Индийского национального конгресса выразили недовольство тем обстоятельством, что при принятии решения по вопросам войны и мира не было предусмотрено участие индийцев.

От английского правительства потребовали отчета о его намерениях в отношении Индии по окончании войны. Конгресс отказался поддерживать военные усилия английской администрации, отозвав своих министров из провинциальных правительств. Положение изменилось 10 января 1940, когда вице-король объявил, что британские власти планируют после войны предоставить Индии статус доминиона. В марте 1940 Мусульманская лига жестко сформулировала предложения о разделе страны.

В августе 1940 правительство выдвинуло новое предложение. Все партии приглашались принять участие в работе расширенного Совета при генерал-губернаторе и Совещательного военного совета. Ни Конгресс, ни Мусульманская лига не откликнулись на это предложение, а в октябре 1940 Конгресс начал кампанию гражданского неповиновения.

Миссия Криппса. Следующую попытку преодолеть тупик в переговорном процессе предпринял в марте 1942 прибывший в Индию член английского военного кабинета Ричард Стаффорд Криппс. Английское правительство предлагало разработать конституцию страны с помощью специального выборного органа, сформированного в Индии непосредственно после окончания войны; давало согласие на выход Индии из Британского Содружества, если она того пожелает; предоставляло провинциям право отказаться от вступления в новый Индийский Союз.

Высказывалась готовность передать индийским политическим кругам рычаги управления страной во всех сферах, кроме обороны. Предложения были отвергнуты. Начались волнения, которые были вскоре подавлены. Ганди и другие ведущие деятели Индийского национального конгресса были арестованы и заключены в тюрьму /Дьяков, 1952, с. 221/.

Развитие событий после войны. Вице-король Индии Арчибалд Персивал Уэйвелл провел встречу с представителями всех партий в июне 1945 в Шимле, но не смог договориться с Индийским национальным конгрессом и Мусульманской лигой. Вскоре состоялись всеобщие выборы, и стало ясно, что подавляющее большинство мусульман настаивает на разделе Индии. Миссия британского правительства, направленная в марте 1946, потерпела неудачу в главном вопросе, однако способствовала принятию двух важных решений: о выборах учредительного собрания, которому поручалось выработать проект конституции Индии, и о переговорах о формировании временного правительства с участием членов Конгресса и Мусульманской лиги.

Это правительство должно было передать власть в индийские руки, не дожидаясь завершения мероприятий, связанных с принятием конституции. Лидер Индийского национального конгресса Джавахарлал Неру возглавил временное правительство, сформированное 24 августа 1946, а лидер Мусульманской лиги Лиакат Али Хан занял пост министра финансов. Однако межобщинные споры зашли слишком далеко.

В Калькутте непосредственно перед утверждением временного правительства произошла кровавая резня, а несколькими месяцами позднее аналогичные трагические события случились в Пенджабе.

В феврале 1947 английский премьер-министр Клемент Ричард Эттли заявил в парламенте Великобритании, что власть в Индии будет передана центральному или областным правительствам не позднее июня 1948. При этом Великобритания оставила за собой право решать, кто конкретно получит власть. Высказывания Эттли наэлектризовали обстановку: индусы поняли, что возможно расчленение Индии, а мусульмане уяснили, что для них не исключена вероятность жить при правительстве большинства в новом государстве. В марте 1947 в Индию прибыл новый вице-король Луис Маунтбеттен для исполнения принятых решений.

В июне 1947 была достигнута окончательная договоренность, позволившая британскому парламенту принять Закон о независимости Индии, который вступил в силу 15 августа 1947. В этом документе излагались принципы раздела, согласно которым ряду областей предоставлялась возможность определиться – вступать в Индийский Союз или Пакистан и декларировалось право каждого из этих доминионов на самоуправление с правом выхода из Содружества. Прекращался также сюзеренитет английской монархии над индийскими княжествами, а также действие заключенных с ними договоров. Произошел также раздел двух провинций – Бенгалии и Пенджаба. Население Восточной Бенгалии и Западного Пенджаба сделало выбор в пользу Пакистана, а жители Западной Бенгалии и Восточного Пенджаба высказались за вхождение в состав Индийского Союза.

1. В Индии образуются два доминиона: Индийский Союз и Пакистан.

2. Вопрос о разделе Бенгалии и Пенджаба по религиозному признаку решается раздельным голосованием депутатов от частей провинций с преобладанием индусского и мусульманского населения.

3. В Северо-Западной пограничной провинции и округе Силхет (Ассам), населенном в основном мусульманами, проводится референдум.

4. Вопрос о судьбе Синда решается голосованием в провинциальном законодательном собрании.

5. Вхождение княжеств в один из доминионов составляет юрисдикцию их правителей.

6. Учредительное собрание делится на учредительные собрания двух доминионов; они определят будущий статус обоих государств.

Национальный конгресс понимал, что англичане — при поддержке Лиги — любыми средствами добьются раздела страны, и, чтобы предотвратить новое кровопролитие, согласился на принятие «плана Маунтбэттена».

Сессия Всеиндийского комитета конгресса, собравшаяся в июне 1947 г., 157 голосами против 61 приняла английские предложения.

В то же время Совет Мусульманской лиги выступил с дополнительным требованием о включении в Пакистан всей Бенгалии и всего Пенджаба.

Во время голосования в Пенджабе и Бенгалии депутаты от «индусских» округов, следуя решению Конгресса, проголосовали за раздел провинций, депутаты же от «мусульманских» округов голосовали за сохранение неразделенных Бенгалии и Пенджаба.

Исход голосования в Синде и референдумов в Силхете и Северо Западной пограничной провинции предопределил их включение в Пакистан. При этом вице-король отклонил требование лидера краснорубашечников Абдулл Гаффар-хана о включении в референдум вопроса об образовании самостоятельного Пуштунистана. За него выступало подавляющее большинство из числа 15% населения провинпиш, обладавших правом голоса.

В августе 1947 г. английский парламент утвердил «план Маунтбэттена» в качестве Закона о независимости Индии, который вошел в силу 15 августа того же года.

В этот день Джавахарлал Неру впервые поднял национальный флаг Индии над историческим Красным фортом в Дели. Героическая борьба нескольких поколений индийских борцов за свободу успешно завершилась. С победой национальной революции в истории Индии начался новый период независимого развития.

Заключение

Потеряв свои колонии в Северной Америке, Англия обратила свой взор на Индию, и, в период от 1838 по 1849 гг. в войнах с сикхами и афганцами британское владычество было окончательно установлено в пределах этнографических, политических и военных границ всего ост-индского континента в результате присоединения Синда и Пенджаба.

Сокровища, поступаемые из Индии в Англию приобретались путем прямой эксплуатации страны и захвата огромных богатств.

Общим результатом колониального ограбления Индии во второй половине XVIII в. – начале XIX в. было огромное разрушение производительных сил. Происходило уменьшение численности населения и сокращение обрабатываемых площадей.

В течение двухсот лет Индия была владением Великобритании. В течение всего этого времени индийский народ вел упорную борьбу за свое освобождение, которая увенчалась успехом уже после второй мировой войны. В августе 1947 года она добилась получения статуса доминиона, а 26 января 1950 года была провозглашена Республикой. В этот день над Красным Фортом — бывшей резиденцией Великих Монголов — в Дели был поднят новый флаг независимой Индии. Но Индия осталась членом Содружества, возглавляемого Великобританией.

В соответствии с конституцией страны, принятой в том же году, состоящий из двух палат: верхней — Совета штатов («Раджья сабха») и нижней — Народной палаты («Лок сабха»). Главой государства считается президент, избираемый на пять лет. Однако в своих действиях он обязан руководствоваться рекомендациями правительства, возглавляемого премьер-министром. Поэтому практически исполнительная власть от имени президента осуществляется Советом министров, а роль премьер-министра в политической жизни общества особенно велика. Премьер-министром назначается лидер той партии, которая на выборах получает большинство в Народной палате. Со времени достижения Индией независимости у власти в стране (с небольшими перерывами) находится партия «Индийский национальный конгресс».

История становления административно — территориального устройства Индии довольно сложна и к тому же уходит своими корнями в далекое прошлое. Едва ли не главная черта этого устройства в эпоху феодальной Индии заключалась в чрезвычайной территориальной раздробленности.

В эпоху британского владычества территория современной Индии состояла как бы из двух административно-территориальных частей. Первую из них представляли восемь провинций, составлявших так называемую «Британскую Индию». Это были крупные территориальные образования, занимавшие основные пространства в приморских частях Индии и в долине Ганга, — Бомбей, Западная Бенгалия, Мадрас, Бихар, Ассам и др. И в военно-стратегическом, экономическом отношении они играли главную роль. Здесь же находились основные опорные пункты англичан в этой стране — Бомбей, Калькутта и Мадрас. Вторую часть образовывали 554 княжества, которые находились в вассальной зависимости от британской короны и именовались «Туземной Индией». Среди них было только крупных княжеств — Раджпутана, Хайдерабад, Кашмир, Майсур. Но в большинстве своем они представляли собой мелкие и мельчайшие владения, зачастую напоминавшие мелкопоместные помещичьи усадьбы. В совокупности «туземные» княжества занимали 1/3 территории Индии и концентрировали примерно 1/4 ее населения. Как правило, и провинции и княжества имели разноязыкий состав населения, что препятствовало национальной консолидации народов Индии.

Поэтому еще с конца Х1Х в. одним из требований нараставшего национально-освободительного движения стала ликвидация княжеств и образование провинций по лингвистическому (национальному) признаку. Наиболее последовательно они поддерживались партией «Индийский национальный конгресс», но, придя к власти, эта партия не могла не считаться с очень сложными межнациональными отношениями в стране. Поэтому административно-территориальные реформы осуществлялись в Индии постепенно, от этапа к этапу.

После завоевания Индией независимости здесь получили распространение социальные и политические движения под сформулированными Ганди лозунгами всеобщего благоденствия — сарводайя и ненасилия

Сегодня к разработке идей ненасильственной революции, ненасилия в политике, межнациональных, межгосударственных и социальных отношениях обращается все большее число политических деятелей, публицистов и ученых, что сыграет не последнюю роль в дальнейшем развитии Индии.

В процессе написания данной дипломной работы можно прийти к выводу о том, что колонизация Индии имеет как отрицательные, так и положительные последствия. Одна из важнейших положительных черт, на мой взгляд, является то, что за счет колонизации происходил ввоз капитала, и тем самым происходил подъем экономики Индии. Отрицательной же чертой был захват и угнетение английскими колонизаторами индийского народа, а также попытка уничтожения культурных ценностей народа.

Список использованной литературы

Антонова К.А. и др. История Индии. Краткий очерк. М., Мысль. 1973.

Бэшем А. Чудо которым была Индия. М., Наука, 1977.

Васильев А.В. История востока. 3-е издание. М., Высшая школа. Т.2. – 2003.

Пробуждение Азии 1905г. и революции на Востоке: сборник статей // Под ред. М.С.Годеса. 1935

История стран Азии и Африки в новейшее время. В 2-х частях. М.Я. Юрьев, Л.М. Гатауллина. Изд. МГУ, 1976.

Новейшая история стран Азии и Африки МГУ. 1965.

Новейшая история Азии и Африки. 3 Т., 2003.

Новейшая история Индии. М., 1959.

Володин М. Индия: становление институтов буржуазной демократии. М., 1959.

Павлов В.И. Формирование индийской буржуазии. М., 1958.

Синхап Л. Революционное движение в Индии в 1905-1914гг.//Народы Азии и Африки, № 2, 1972.

Райков А. Национально-революционные организации Индии в борьбе за свободу 1905-1930г. М., 1979.

Комаров Э.Н. Критика буржуазного общества и эгалитарные концепции в Индии // Народы Азии и Африки, № 6, 1967.

Намбудирирад Е. Махатма Ганди и гандизм. М., 1960.

Джавахарлал Неру. Открытие Индии. М., 1960.

Мартышин О.В. Политические взгляды Мохандаса Карамчанда Ганди. М., 1970.

Жуков Е. Об исторической роли Махатмы Ганди// Новое время, № 6, 1956.

Дьяков А.М., Рейснер И.М. Роль Ганди в национально-освободительной борьбе народов Индии //Советское востоковедение. № 5, 1956.

Комаров Э.Н., Литман А.Д. Мировоззрение Мохандаса Карамчанда Ганди. М., 1969.

Регинин А.И. Индийский национальный конгресс: очерки идеологии и политики (60-е — первая половина 70-х годов). М., 1977.

Ульяновский Р.А. Мохандас Карамчанд Ганди. М. 1986.

Горев А. Махатма Ганди. М., 1989.

Степанянц М.Т. Философия ненасилия. Размышления о Ганди и его экспериментах.//Коммунист., № 13, 1990.

Полонская Л.Р. Махатма Ганди: смысл жизни.// Новая и новейшая история., № 4, 1960.

Ганди М.К. Моя жизнь. М., 1959.

Дьяков А. М. Индия во время и после второй мировой войны (1939—1949). М., 1952.

Девяткина Т. Ф., Индийский национальный конгресс (1947—1964). М., 1970.

Осипов А.М. Великое восстание в Индии 1857 — 1859. М., 1957.

Ерофеев Н. Английский колониализм в сер. XIX в. М., 1977.

Шигалина О.И. Великобритания на Среднем Востоке. М., 1990.

Новая история Индии. М., 1961.

Новая история стран зарубежной Азии и Африки. Л., 1971.

Проблема истории Индии и стран Среднего Востока. М., 1972.

Синха Н.К., Банерджи А.Г. История Индии. М., 1954

ВВЕДЕНИЕ
Военное зодчество с древнейших времен играло видную роль в развитии русского военного искусства. Совершенно естественно, что история древнерусского военного зодчества и военно-инженерного искусства в целом давно уже привлекала к себе внимание исследователей.
Уже в 1858 г., издавая свой труд “Материалы для истории инженерного искусства в России”, Ф. Ласковский начал книгу фразой: “Инженерное искусство в России достигло такого обширного развития, что для него настало время иметь свою историю”1. Между тем, несмотря на очень большое количество материала, накопленного за время, прошедшее после выхода работы Ф. .Ласковского, обобщающих, сводных работ по истории древнерусского военно-инженерного искусства так и не появилось. Кроме того, оставались неизученными и многие оборонительные сооружения, в том числе иногда и такие памятники, которые являлись определяющими для различных периодов развития военного зодчества древней Руси.
Некоторые типы древнерусских оборонительных сооружении известны и большом количестве образцов, причем часть из них подверглась достаточно серьезному исследованию и конструкция их поэтому более или менее ясна. Другие типы оборонительных сооружений, наоборот, очень плохо изучены, и устройство их может быть, пока определено в значительной степени ориентировочно. Наконец, некоторые группы памятников военного зодчества по существу вообще еще никак не изучались и, относительно этих сооружений, не имеется почти никаких сведений. К тому же далеко не всегда еще известно, даже приблизительно, время возведения многих важнейших древнерусских оборонительных сооружений.
Эта отрывочность, неполнота и неравномерность материала не дает возможности, в настоящее время, написать такую историю древнерусского военного зодчества, в которой развитие типов и форм оборонительных сооружений, а также объяснение их назначения, причин их появления и исчезновения было бы изложено хотя бы с минимальной полнотой, позволяющей представить это историческое явление на всей русской территории и во все периоды.
Развитие военно-инженерного искусства как составной части военного искусства также зависит от уровня развития производительных сил, от экономики и от особенностей общественного строя. Однако тактика осады и обороны укрепленных пунктов и ее обусловленность развитием техники и социальных отношений в целом специально в данной работе не рассматривается. Вопросы тактики осады и обороны затрагиваются лишь настолько, насколько это необходимо для понимания сущности и назначения оборонительных сооружений.
Созванное в 1945г., Всесоюзное археологическое совещание поставило перед советскими археологами задачу учесть утерянные сокровища, а затем широким развитием новых исследований воссоздать коллекции музеев, которые являются базой для разработки проблемы происхождения и развития русского города, вопросов истории древнерусской культуры. Эта работа протекала в условиях первой послевоенной пятилетки и явилась немаловажной частью восстановительных работ, развернувшихся в нашей стране.2
Всесоюзное археологическое совещание, подведя итоги сделанному, наметило также конкретную программу развития исследований в области древней истории русского города, которая включала изучение памятников военно-инженерного искусства древней Руси.
В нескольких, крайне редких случаях письменные источники говорят о наличии в древнерусских городах XI—XII вв. каменных стен. В 1114 г. “заложена бысть Ладога каменном на приспе”.
По-видимому, каменными были стены Новгорода, построенные в 1044 г. — “на весну же Володимир заложи Новгород и сдела его”. В Новгородской 3 летописи эта запись дополнена словами “и сдела на Софийской стороне каменной город”.
К сожалению, сведения Новгородской 3 летописи гораздо менее бесспорны, чем данные Новгородской 1, Ипатьевской и других летописей, в которых помещена краткая редакция этого известия. В 1114 г. в летописи вновь указывается: “В се же лето Мьстислав заложи Новъгород болии перваго”.
В. А. Богусевич в работе, специально посвященной новгородским оборонительным сооружениям, считает, что эти стены, построенные в 1044 г. и расширенные в 1114 г., были деревянными, а каменные стены в Новгороде появились только в XIV в. Противоположного мнения придерживаются М. К. Каргер и Н. Г. Порфиридов, считающие, что уже с 1044 г. Новгород имел каменные стены вокруг детинца. Основным аргументом в пользу этого предположения является не столько свидетельство Новгородской 3 летописи, сколько употребление во всех списках летописи термина заложить при упоминании постройки новгородских стен. Действительно, термин этот применялся главным образом к постройке каменных сооружений, употребление же его по отношению к деревянным сооружениям встречается большей частью в поздних летописях. Поэтому наличие термина заложить в “Повести временных лет” действительно является доводом, хотя и далеко не бесспорным, в пользу того, что в Новгороде уже в XI в. были построены каменные стены вокруг детинца.
Кроме памятников, упомянутых в летописи, археологическими раскопками были вскрыты каменные стены в таких местах, где на основании письменных источников не было никаких оснований предполагать наличие этих стен. Так, в Пскове, в слое, относящемся, по-видимому, в Х в., были найдены следы каменной стены детинца, сложенной насухо из плитняка.
Собственно военными каменными городскими стенами на Руси до XIII и. оказываются, таким образом, только стены Пскова и Ладоги, а также стены Новгорода, хотя в отношении этого последнего города еще существуют сомнения, были ли его стены действительно каменными. Следует отметить, что все эти каменные стены, имевшие военное значение, расположены в Новгородской земле….
Приведенные факты и предположительные данные показывают, что сложнейший вид материальной культуры — каменное строительство — не претерпел ущерба от феодального дробления Руси. Напротив, можно видеть, как успешно и широко оно распространилось по лицу Русской земли. При этом процесс его освоения в новых городах породил оригинальные художественные и технические варианты — архитектурные школы феодальных областей. Следовательно, распространение киевского наследия вызвало к жизни новые силы русских строителей, имена которых дает в XII в. и летопись. Таким образом, феодальное дробление привело к дальнейшему обогащению культуры, приблизив ее к более широким слоям русского народа.
Предварительное исследование крепостей Старой Ладоги и Изборска приводит к выводу о коренной реконструкции этих крепостей в связи с появлением артиллерии, что произошло не в конце XIV в., как предполагалось ранее, а в конце XV — начале XVI в. Изучение Порховской крепости и уничтоженной фашистскими захватчиками крепости в Острове показывает, что оба памятника в силу ряда причин не были реконструированы в более позднее время и сохранили формы первой половины XV в., а в Порхове частично и конца XIV в. Этот вывод вносит существенные изменения в наши представления о развитии русского крепостного зодчества, так как названные крепости считались древнейшими памятниками XII—XIV вв.
Глава 1. Оборонительные сооружения Новгорода
Археологическое и историко-архитектурное исследование оборонительных сооружений Великого Новгорода позволило заново пересмотреть историю их возникновения, дать целостную картину развития и реконструкции системы городской обороны от XII до XVI—XVII в. Наиболее интересной, является характеристика впервые открытых монументальных каменных стен и башен Окольного города, сооруженных в XIV столетии.
Освещены три линии оборонительных сооружений Новгорода: детинец (кремль), острог (“окольный город”, или, как он назывался в XVII в., “Большой земляной город”) и “Малый земляной город”. Во избежание терминологической путаницы необходимо учесть следующее: “окольный город” означает внешний, вокруг лежащий, окружающий. Окольный город летописи упоминают в Пскове, в Москве. Однако такое название не совсем точно для Новгорода, так как Новгородские летописи внешнюю оборонительную линию Новгорода всегда называют “острогом” и никогда “окольным городом”. Точно так же надо помнить, что новгородский кремль назывался детинцем, и что мы употребляем слово “кремль” по отношению к новгородской крепости как установившееся общерусское название, а не как наименование данного памятника.3
Изучение укреплений Новгорода Великого проводилось в период работы в Новгороде археологической экспедиции ИИМК в 1947—1948 гг. При этом детально обследован был лишь внешний оборонительный пояс. Что же касается детинца, то был исследован небольшой участок между двумя круглыми башнями, в остальном же пользовались материалами реставрационных работ, проведенных в детинце Специальными проектно-реставрационными мастерскими в 1945—1947 гг. Материалы эти не полны, так как целью этих работ было восстановление памятника, а не его специальное научное исследование. Работы охватили лишь отдельные объекты и участки, не дав возможности ответить на ряд вопросов, касающихся памятника в целом. Полное археологическое, и историко-архитектурное изучение детинца является еще задачей будущего. Однако собранные материалы позволяют уже сейчас по-новому взглянуть на новгородские укрепления и сделать ряд выводов, которые, вероятно, будут подтверждены дальнейшими исследованиями.
Под 1044 годом в летописи помещено первое достоверное известие о строительстве новгородских укреплений. “Ходи Ярослав на Литву, а на весну заложи Новгород, и сделати”. Речь идет, очевидно, о постройке кремля. Раньше других так понял это известие составитель III Новгородской летописи, который передал его в следующих словах: “…а на весну заложи Новгород, и сдела на Софийской стороне каменной город”. Недостоверность III Новгородской летописи в древнейших частях делает ее ненадежным источником. Позже некоторые историки усомнились в том, что в 1044 г. был построен каменный кремль. Одним из аргументов для этого служила ссылка на частые известия новгородских летописей о пожарах детинца. Однако выражение летописи “детинец сгоре город” может относиться не к стенам, а к внутренним деревянным постройкам. Да и пожар самих стен, если они были каменные, не так уж невероятен: каменные стены всегда дополнялись деревянными частями, например навесами над ходовыми частями стен, которые и могли сгореть во время пожара. В пользу того, что в1044 г. был сооружен каменный кремль, говорит выражение летописи “заложи”, а не “сруби” или “постави”, как обычно говорится о деревянных постройках. В самом факте постройки каменных стен нет ничего противоречащего исторической обстановке. В это время строились укрепления с каменными башнями в Киеве; сооружались в Киеве, Чернигове, Новгороде грандиозные каменные храмы, по сравнению с которыми строительство каменных стен не представляется слишком сложной строительно-технической задачей. Эпоха расцвета Киевского государства была временем больших успехов русского каменного зодчества, и постройка в одном из важнейших городов каменных укреплений весьма вероятна.
Каков был этот кремль, каковы его размеры, каково его соотношение с позднейшим кремлем — сейчас решить невозможно. Никаких следов постройки XI в. не сохранилось.
При постройке стен и башен избегали прямых или острых углов, являющихся выгодными пунктами атаки и более чувствительных к ударам осаждавших. Расположение, близкое к кругу, облегчало и наблюдение за операциями противника. Поэтому естественно сложившаяся округлая форма поселения была сохранена и при постройке укреплений. Так новгородский кремль в его современном виде представляет неправильный овал, вытянутый с севера на юг и вогнутый со стороны реки. Внешний же оборонительный пояс приближается к правильному кругу.
На протяжении веков создавались и перестраивались части укреплений, причем сам детинец на протяжении всей истории Новгорода ни разу не подвергался осаде. Поэтому улучшения и перестройки детинца вызывались общим развитием военно-инженерного искусства, а не практикой использования его для обороны.
Еще в 1936 г. Б. К. Мантейфель произвел обследование новгородского вала и обмеры обнаженных частей каменной кладки в насыпи вала, которые он считал основаниями башен. За годы Великой Отечественной войны вал на многих участках был разрушен, и в разных местах обнаружилась незамеченная раньше каменная кладка. В связи с этим было произведено новое обследование вала. Важным результатом обследования явилось установление того факта, что каменная кладка в насыпи вала представляет собой не только фундаменты башен, но и отдельные части большой каменной стены.
В 1116 г. детинец был несколько расширен и перестроен: “В то же лето Мьстислав заложи Новъгород болии пьрваго”. Это сообщение дает основание предполагать, что в данном случае значительно расширилась площадь кремля. Возможно, что встречающееся в XIV—XV вв. обозначение южной части кремля — “околоток” передает более древнюю традицию.
В 1116 г. речь, несомненно, шла о каменном городе. В этом году строилась уже каменная крепость новгородского пригорода—Ладоги. В 1195 г. на городских воротах, выходивших к Волхову, была заложена каменная церковь: “Заложи [архиепископ Мартирий] церковь камяну на городьных воротех… в имя святые богородиця положение ризы и пояса”. По этой церкви позже ворота и башня назывались Богородицкими, или Пречистенскими. Дальнейшие сведения о новгородском детинце так же отрывочны. Мы узнаем лишь о каменных церквах, сооружаемых над воротами. В записях на протяжении десятков лет нет ни строчки о перестройке укреплений, которая, конечно, производилась. Но зато: в 1233 г. “заложена бысть церковь, на воротех от Неревьскаго конця, святыи Феодор”; в 1296 г. архиепископ Климент “постави… церковь камену святого Въскресениа на воротех” ; в 1297 г. “архимандрит Кирилл… постави церковь камену святого Преображение на воротех от Людина конца”; в 1305 г. “постави Семеон Климович церковь камену на градных воротех от Пруськой улици” ; в 1311 г. архиепископ Давыд “постави церковь камену на воротех от Неревьского конца, во имя святого благоверного князя Владимира”.
На конец XIII и на XIV в. приходится развитие торговли Новгорода с Западом и с “Низовской землей” (северо-восточными княжествами). Это эпоха расцвета Новгорода, особенно ярко выделяющегося на фоне общего разгрома Русской земли Батыем. Новгород, который избег непосредственного разгрома, был хранителем завоеваний русской культуры и продолжал ее развивать даже в тягчайшие годы татарского ига. Новгородское зодчество XIV в. отражало успехи в развитии культуры. К сожалению, мы не знаем кремля этой эпохи: детинец в его современном виде — это сооружение московского времени. Благодаря археологическим исследованиям найдены каменные стены окольного города XIV в., но не найдены еще башни и стены кремля этого времени, кроме участка стены у звонницы, в позднейшее время облицованного кирпичом. Поэтому реконструировать облик укреплений XIV в. в настоящее время невозможно. Нужны специальные архитектурно-археологические исследования, вскрытие отдельных частей памятника, которые дадут точные данные об этой отдаленной эпохе его строительства. Во всяком случае, хотя основное внимание в XIV в. было уделено сооружению валов и стен окольного города, кремль также подвергся значительным перестройкам.
Лишь под 1331 годом записаны конкретные сведения о перестройке кремля: “заложи владыка Василий город камен от святого Володимера до святой богородици, а от богородици до Бориса и Глеба”. Таким образом, была возобновлена каменная стена вдоль Волхова. Как выше было сказано, на отдельных участках эта стена сохранилась до наших дней и может служить своеобразным эталоном для определения строительства при архиепископе Василии. Постройка продолжалась два года, а в 1334 г. “владыка и каменный город покрыл”. За этим следует постройка каменной стены окольного города и многочисленные постройки каменных городов — Орешка, Луги, Порхова.
Как сказано выше, архитектурно-археологический анализ новгородского кремля в целом затруднен тем, что мы не имеем, исчерпывающих данных о памятнике. Обмеры кремля — неполные. Нет обмеров круглых башен, Княжой башни, многих прясел стены. Что еще важнее — это отсутствие общего сводного плана кремля, его точной топографической съемки. Нет данных о характере кладки и перестройках отдельных частей кремля.
Как памятник московского зодчества XV— XVII вв. новгородский кремль является исключительно целостным в военном отношении сооружением. Каждое прясло стены образует с прилегающими башнями военно-оборонительный комплекс. Башни новгородского кремля расположены таким образом, что участки стен между ними простреливаются их фланговым огнем из пушек и пищалей. Для этого они выступают за периметр стен. Однако башни рассматриваются и как узлы обороны, способные оказывать сопротивление в случае прорыва врага внутрь крепости. Поэтому часть бойниц, хотя и меньшая, расположена и с внутренней стороны. Самостоятельно и военно-архитектурное решение каждой башни. В зависимости от назначения и положения ее в системе обороны каждая башня имеет свой особый облик и свои технические детали. К слабым сторонам новгородского кремля следует отнести указанную выше недостаточность обороны проезжих башен, а также несовершенное устройство бойниц в некоторых башнях, дававшее возможность обстрела только по прямой, без достаточного радиуса поворота пищалей. Впрочем, этот последний недостаток компенсировался наличием большого числа боевых отверстий. В остальном новгородский кремль находится на уровне самых совершенных современных ему сооружений, таких, как московский и нижегородский кремли.
В связи с участием итальянских зодчих в строительстве многих русских кремлей, создалась легенда о том, что эти постройки якобы копируют итальянские образцы. Пытались видеть руку итальянского мастера (хотя для этого нет никаких исторических данных) и в строительстве отдельных участков новгородского кремля, в частности Покровской башни. Между тем простое сравнение облика русских и итальянских крепостей, даже без глубокого анализа, покажет их резкие отличия. Изучение укреплений Новгорода показывает, что основная городская территория его уже в XII в. достигала пределов, которые служили границей города в позднейшее время. Сохранившаяся доныне линия валов окружала Новгород уже в XII в.
Изучая укрепления, нельзя отрывать их от социальной и политической истории городов. Расцвет новгородского фортификационного зодчества связан с его особой ролью как центра обороны против шведско-немецкой агрессии, со временем наивысшего экономического и политического расцвета Новгородской республики. Второй период успехов в этой области связан с включением Новгорода в Московское государство и с мероприятиями общерусского правительства по созданию опорных крепостей в пограничных районах.
Средневековая стратегия, рассчитанная не на штурм, а на длительную осаду городов, давала преимущества обороняющимся за такими укреплениями, как новгородские. Они рассчитаны на длительную оборону. Кольцо монастырей вокруг Новгорода вследствие особых местных условий не могло служить целям обороны и чаще создавало лишь опору осаждающим.
Новгородский кремль был каменным уже в XI в. Его древние части не сохранились: дошедшие до нас стены и башни являются памятниками московского зодчества. Анализ конструкции и планировки новгородского кремля показывает, что он принадлежит к выдающимся памятникам расцвета русского градостроительства.
Белая башня.

Белая башня — круглая, ее окружность по наружной стороне (у основания) равна 53,6 м, диаметр 15,45 м. В нижних частях толщина стен достигает 2,2 м. Бойницы имеют сложное устройство: внутри находится довольно большая перекрытая коробовым сводом печура, в которой устанавливалось орудие, она тремя уступами сужается внутрь стены и выходит наружу узким боевым отверстием. Башня имела три яруса. Ход на III ярус сделан в виде кирпичной лестницы в толще стены. Остальные ярусы сообщались между собой при помощи деревянных лестниц, ведших на деревянные же помосты. Изучение кладки Белой башни (из булыги на известковом растворе, с облицовкой кирпичом) и устройства бойниц и ниш приводит к заключению, что она построена одновременно с участком кремлевской стены между Федоровской и Митрополичьей башнями и одновременно с этими башнями, т. е. в конце XV в. Постройка Белой башни на валу и круглых башен в кремле относится к реконструкции новгородских укреплений, предпринятой московским правительством в конце XV в.

Глава 2. Ладожские оборонительные сооружения.

Ладога входит в число десяти древнейших упомянутых летописью русских городов. Ладожская археология полна непреходящего интереса, так как фокусирует ряд узловых моментов первых веков русской истории, в том числе и тех, о которых молчат письменные источники.
Ладога относится к средневековым поселениям веерного типа. Ее территория привязана к речным магистралям и формировалась в километровой полосе левого берега р. Волхова, в месте впадения р. Ладожки, служившей естественной гаванью. На мысу, образованном упомянутыми реками, ныне высится крепость 1490-х гг., с юга к ней примыкает еще один укрепленный в 1585—1586 гг. район — так называемое земляное городище, точнее — “земляной город”.
В 1974 г. на месте крепости московского времени у Климентовской башни на глубине 2.7—3.3 м был обнаружен массив из плит, уложенных насухо. Сооружение сохранилось на высоту 0.6 м и уходило под основание стен более поздней поры (в подбое высота кладки равнялась 1 м). Его прослеженная длина 3 м, ширина 1.5 м, следовательно, не были предельными.
Историческая ценность обнаруженного сооружения заключается в том, что оно относится к древнейшим из до сих пор известных русских военно-оборонительных каменных сооружении. Речь, возможно, идет об одном из первых каменных детинцев средневековой Руси. Тем самым на 100—200 лет удревняется начало каменного, в том числе военного, строительства Киевской державы. Техника сухой кладки, разумеется, не равноценна соединению конструкций с помощью известкового раствора, однако сам факт ее применения свидетельствует об использовании принципиально новых строительных приемов, связанных с добычей, обработкой и укладкой известнякового камня.
Ладожское открытие обогащает историю отечественной строительной культуры и меняет прежние представления о возможностях древнерусского градоделия. Новонайденное укрепление предвосхитило строительство цельнокаменных крепостей, начавшееся на Руси в конце XI в. Показательно, что расположение древнейшей ладожской твердыни предопределило планировку каменных крепостных сооружений, возведенных на этом месте в начале XII и в конце XV в.4
Ладожская находка является археологической неожиданностью. Ни в Восточной Европе, ни на побережье Балтийского моря для конца IX в. не находим похожих архитектурных сооружений.
В поисках аналогий можно было бы назвать некоторые оборонительные сооружения Великой Моравии, однако стены этих поселений имели несколько иную, чем в Ладоге, конструкцию — они состояли, как правило, из брустверной каменной стены и присыпанной к ней с тыла земляной насыпи. Наиболее близкие по устройству сооружения сухой кладки строились на территории Каролингской империи. Речь идет о небольших поселениях, подчиненных рельефу местности, оконтуренных периметральными каменными стенами с несколькими входами, и в дополнение к этому еще валами и рвами. Первоначальная высота стен (увенчанных деревянным бруствером) иногда доходила до 5—7 м. Что касается башен, то редкие в меровингскую эпоху они распространяются на западе Европы лишь в каролингское время (около 750—900-х гг.). Эти башни (в ФРГ подобных сооружений времени Каролингов насчитывается около 10) глухие; они нерегулярно возводились изнутри стен и служили отнюдь не для фланкирующей, а для фронтальной высотной стрельбы. Описанная выше ладожская башня — древнейшая на Руси. По своему прямоугольному плану она напоминает такие же каролингские и оттоновские постройки (датированные из них относятся к 900—950 гг.)
В связи с беспрецедентными по их новизне оборонными работами в Ладоге коснемся событий ее летописной истории, не сопоставлявшихся до сих пор с фактами археологических наблюдений. Разумеется, в такого рода сопоставлениях следует быть осторожным. В данном случае речь пойдет о предположениях, к которым автора подтолкнула описанная выше находка. В 1118 г. (или 1119 г.) в состав “Повести временных лет”, как установлено по инициативе князя Мстислава Владимировича, было включено “Сказание о призвании варягов”, содержавшее ладожские предания. Согласно сказанию, скандинавский выходец Рюрик в 862 г. “придоша к словеном первое и срубиша город Ладогу и седе в Ладозе”. Существует и иная, новгородская, версия, по которой Рюрик вокняжился не в Ладоге, а в Новгороде.
Воссоединив Северную и Южную Русь, новый глава государства в 882г. “нача городы ставити” и обязал Новгород платить дань варягам “мира деля”, что подразумевает постоянные до той поры столкновения со скандинавскими находниками. По справедливому замечанию Б. А. Рыбакова, Новгород откупается от варягов, оберегая себя от неожиданных нападений. С учетом всех этих обстоятельств ладожская каменная крепость и могла быть построена после 882 г., но в пределах княжения Олега Вещего (882—912 или 922 гг.), как общегосударственный форпост против возможных разбойничьих набегов со стороны заморских варягов и в целях охранения моста сбора дали, а также и усиления контроля за волховским торговым путем. Не исключено, что норманы, вероятно, находившиеся в ту пору в составе гарнизона, призваны были выступать против своих же соплеменников, если последние являлись с пиратскими целями. Характерно, что по времени постройки ладожская твердыня соответствует укреплениям, которые в 870—890-х гг. под влиянием походов викингов в массовом порядке сооружались в странах Западной Европы.
Отмеченная выше примерная летописная дата Ладожской крепости совпадает с археологической. В таком случае новооткрытое архитектурное произведение относится к первой отмеченной в летописи общерусской волне строительства государственных укреплений.
В 1114 г. ладожский посадник Павел, как сообщает “Повесть временных лет”, заложил в Ладоге крепость “камением на приспе”, т.е. на насыпи. Это известие (киевское по месту первоначальной записи) современно событию и достоверно, так как принадлежит составителю третьей редакции “Повести временных лет”. Летописец сообщил о начале работ, окончание их осталось неотмеченным, но вряд ли они растянулись более чем на несколько лет. Важность приведенного известия заключается в том, что оно является единственно надежным свидетельством о строительстве на севере Руси в начале XII в. каменной крепости. Недаром на закладке стен присутствовал новгородский князь Мстислав впоследствии последний монарх раннефеодальной Руси, сын Владимира Мономаха. В передаче В. Н. Татищева именно новгородский князь был инициатором строительства крепости и делал распоряжения посаднику Павлу об ее новом местоположении. Чрезвычайность укрепления Ладоги подчеркивалась тем, что Новгородский детинец, сооруженный с ней одновременно тем же князем Мстиславом Владимировичем, был деревянным. Деревянными, а точнее деревоземляными, были в тот период и сотни других крепостей не только в русских землях, но и за их ближайшими пределами.
В военно-инженерном деле Руси вплоть до XIII в., как полагают, каменные оборонительные сооружения не могли обладать никакими военными преимуществами перед деревянными. Было бы, однако, неверным считать, что и в домонгольский период не велись поиски различных способов долговременной защиты городов, особенно пограничных. Строительство каменной Ладоги, места по своему значению вовсе не второстепенного, это подтверждает.
В осуществлении строительства была определенная необходимость, раз его развернули в городе, где до той поры, видимо, не имелось своей постоянной артели каменщиков и ломщиков плит. В укреплении города на Волхове сказалась государственная инициатива, проявленная по отношению к одному из опорных пунктов, основанному на иноплеменной территории.
В усилении Ладоги следует видеть попытку укрепить окраинную область Руси и защитить от возможных нападений клин выдвинутых на север земель. Помимо оборонительных функций новая крепость на берегах Волхова, вероятно, рассматривалась как главный опорный узел и база для ширящегося освоения финно-язычных земель. Насколько можно судить, военное строительство в низовьях Волхова явилось звеном в осуществлении общерусского военного плана, предложить который могли лишь последние единовластцы Киевской державы. Как бы дополняя дело отца Владимира Мономаха, организовавшего в 1103— 1111 гг. сокрушительные походы на половцев, его сын Мстислав, по В. Н. Татищеву, “в воинстве храбр и доброразпорядочен”, предпринял на севере не менее пяти походов на чудь. Исходным пунктом для первого из них в 1105 г. послужила Ладога. Эти походы имели “веерное” направление, они затронули огромное пространство от Восточного Приладожья до Эстонии и, очевидно, явились самыми крупными после операций Ярослава Мудрого против чуди и еми в 1030 и 1042 гг.
Начиная с момента постройки и вплоть до конца XV в. Мстиславова крепость была практически неуязвимой для всех нападавших, что свидетельствует о таких инженерных решениях, которые, будучи примененными в начале XII в., намного опередили свое время. Только единственный раз отмечен ремонт самих стен. В 1445 г. новгородский архиепископ Евфимий II “в Ладоге стену камену понови”. Судя по контексту, совершенно очевидно, что здесь идет речь лишь о починке или определенном усилении крепости, но не о капитальной перестройке. Одновременно с укреплениями Евфимием была “поновлена” и крепостная церковь св. Георгия, возведенная в XII в., что соответствовало программе новгородского владыки по восстановлению старых новгородских святынь — “и бысть хрестьяном прибежище”. Когда же Евфимию II приходилось осуществлять новую постройку, то летописец, как в случае с Ямгородом, писал не “понови”, а “заложиша городок нов”.
Поиски летописной каменной крепости 1114 г. привлекали исследователей нескольких поколений. Однако найти эту постройку оказалось не просто, так как па ее месте—на мысу (размером 175Х85 м; образованном рр. Ладожской и Волховом), в 1490-х гг. было сооружено новое укрепление с пятью мощными башнями, рассчитанными на артиллерийскую стрельбу.
Первый исследователь ладожского мыса — горный инженер Д. Саба-неев. В 1884 г. он провел небольшие раскопки и представил реконструкцию крепости до и после 1500 г. Основным различием построек этих двух периодов Д. Сабанеев считал деревянные увенчания стен, действительно возведенные в поврежденных местах в XVII в. При всей непритязательности подхода автора к воссозданию архитектурного сооружения его отдельные рисунки и предложенная дата постройки крепости—1500 г.— не так далеки от истины.
Глубокие и обширные изыскания были проведены на ладожском мысу в 1884—1885 и 1893 гг. Н. Е. Бранденбургом и академиком архитектуры В. В. Сусловым. Оба исследователя отнесли раскопанные, описанные и зачерченные ими остатки Ладожской крепости к постройке XII в., сохранившейся, по их суждению, “почти в первоначальном виде”. Монография Н. Е. Бранденбурга по обилию сведений, безупречной документации и поныне не утратила своего значения. Автор, в частности, объективно воспроизвел в ней то, что сам никак не истолковал, а именно — разностильные и, видимо, разновременные кладки. Только в наши дни удалось придать новый смысл этим тщательно зафиксированным данным, привлеченным в ходе нового цикла археологических раскопок на мысу.
Раскопки Н. Е. Бранденбурга обнажили значительные части сооружения, что ускорило их разрушение. Не помогли и деревянные подпорки, сделанные для поддержки сводов и арок, впрочем, вскоре выломанные на дрова. В предреволюционные годы велось много разговоров о защите “гибнущего памятника военной старины” на Волхове. В этих выступлениях принял участие археолог Н. И. Репников. Он первым, между прочим, обратил внимание на артиллерийские приспособления Ладожской крепости и в противоположность Н. Е. Бранденбургу заявил, что “перед нами не сооружение посадника Павла, а лишь более позднее по времени видоизменение постройки XII в.”.
Защищавший ладожский мыс первоначальный вал был создан, по-видимому, около 1000 г., а в начале XII в. его надстроили песчано-каменистой насыпкой (возможно, она и есть летописная “приспа”, если только это слово не относится ко всему валу) и увенчивающей ее стеной, которая представляла, в сущности, брустверное завершение гребня вала. Напольные укрепления усилили, судя по керамике XI в., оказавшейся в нижних частях подсыпки под стену, скорее всего в начале XII в., а поводом тому послужил пожар деревянных стен, находившихся наверху первоначального вала.
Следовательно, датировка обнаруженной на ладожском валу стены началом XII в. обосновывается всей совокупностью технических (система кладки с грубым отколом камня), планировочных (криволинейность изгиба с коленчатым уступом примерно на середине прясла), стратиграфических (последовательное строительство напольного вала, начиная с конца Х в.), летописных описательных (“камением на приспе”) и сравнительных (Боголюбово) данных. Такие приемы постройки ладожской стопы, как значительная откосность наружной части, наличие рыхлой забутовки, плавный изгиб по контуру вала, уступ на его перегибе, расположение на гребне вала, наконец, косая верхняя подрезка швов кладки, явно не применялись в XIV—XV вв. и должны быть отнесены к более раннему времени. Предложенная выше датировка сооружения подтвердилась всеми последующими работами, во время которых не было обнаружено никаких других остатков, претендующих называться Мстиславовой крепостью, кроме как описанных выше.
Возвышавшаяся на мощном (20-метровом в основании) валу “брустверная” стена оказалась настолько практичной и долговечной, что без изменений была включена в систему укреплений огнестрельного периода. При этом совершенно совпали и уровни боевого хода стен XII и конца XV в.
Глава 3. Крепость Орешек.
Остров на истоке Невы, кажется, впервые упомянут летописью под 1228г., когда новгородцы во время похода на финское племя емлян “отступиша в островълець”. На островке размером 200 * 300 м (современные измерения), отстоящем от обоих берегов Невы примерно на 400 м, действительно можно было укрыться, особенно ввиду вражеского войска. Этот кусочек суши, вероятно, издревле использовался для стоянки торговых караванов, остановки и ночевки ратей и был, так сказать, ничейной землей.
В течение всего XIIIв., на острове не было постоянного населения. При первом упоминании он еще не имеет названия. Остров использовали как наблюдательный пункт, естественное убежище, безопасную станцию и уходили с него “без боя” так же легко, как и приходили. Несомненно, что во время летучих посещений были оценены географические преимущества острова. Так, в 1284 г., по-видимому, в этом месте новгородцы и ладожане, “сташа на усть Невы”, разбили шведов, намеревавшихся “на кореле дань взяти”.
В 1323 г. “ходиша новгородци с князем Юрьем и поставиша город на усть Невы, на Ореховом острове, туто же приихавше послы великы от свейского короля и доконцаша мир вечный с князем и с Новымъгородом по старой пошлине”. Из этого сообщения видно, что заложение внуком Александра Невского великим московским князем Юрием Даниловичем повой крепости мыслилось как важная политическая акция, связанная с заключением Ореховского мира. Так, в эпоху могущества Великого Новгорода на берегах Невы появился порубежный форпост. Возникновение повой крепости было вызвано рядом причин, причем основными были военно-стратегические и торговые. Новгородцы, равно как и их противники, понимали, что “крепость проход из Ладоги в Неву и из Невы в Ладогу содержит в своей власти”. В 1323 г. послы шведского короля впервые увидели новую крепость, которая отныне стала центром большой пограничной округи, начинавшейся на р. Сестре и включавшей устье Невы.5
Что представлял собой ново созданный новгородский форпост? Его площадь, как показали археологические исследования, составляла 8500м2 и была тесно застроена однокамерными деревянными жилищами (раскопками В. И. Кильдюшевского вскрыто 17 срубов). Исходя из того, что площадь каждого из таких домов (включая проходы и пристройки) составляла 50—55 м2, а в острожке были две взаимно перпендикулярные улицы шириной 4 м и, очевидно, какие-то общественные здания, число одновременно построенных жилищ приближалось к 130, а численность их обитателей—к 400. Взрослые 100—130 хозяев жилищ и образовывали гарнизон острова. Таким образом, речь идет о новооснованном по единому плану новгородскими колонистами (видимо, из свободных людей) военном поселении.
И вот в 1352 г. “новгородцы заложиша город Орехов камен”. Новое строительство было вызвано общенародным наказом п. видимо, быстро осуществилось. “Добиша челом новгородьци, бояре и черные люди архиепископу новгородьскому, владыце Василию, чтобы “еси, господине, ехал, нарядил костры во Орехове, — и он, ехав, костры нарядил”.
Оборонительные постройки Орехова.
Крепость 1352 г. на поверхности земли не сохранилась. Представлялось, что ее остатки надо искать в основании более поздних оборонительных построек. Молва, записанная в формуляре Шлиссельбургской крепости (рукопись 1874 г.), утверждала, что эти стены и башни были сложены из булыжного камня, одетого с обеих сторон плитой. Найти исчезнувшую крепость казалось маловероятным. И вдруг у стен церкви XIX в., в центре крепостного двора, почти непосредственно под современной мостовой (на глубине 0.3—0.5 м), во время раскопок 1969 г. показался ряд валунов. Их расчистили, и стало ясно, что это не отдельные камни, а необычная для данных мост кладка, состоящая из крупных (в поперечнике до 0.5—0.7 м) и мелких валунов на известковом растворе, с лицевыми выравнивающими прокладками серого, коричневатого и зеленоватого плитняка
Напрашивалось предположение о дворце, тереме, церкви, отдельно стоящей башне. Из земли между тем открылась внушительная стена толщиной 2.7—3.3 м. Верх ее оказался срезанным примерно на один уровень. Кладка связана известковым раствором кремового оттенка с примесью кварцевого песка и глинистых включений (обычная ширина швов 2—4 см). Камни, пролитые раствором, возвышались на высоту 1.3 м: ниже видны пустоты от торцов сгнивших бревен-лежней, располагавшихся перпендикулярно к наружной плоскости стены: на расстоянии 1.5—2 м друг от друга. Еще ниже ряда лежней (на глубине от 1—1.3 до 2.3—2.6 м от верхнего среза стены) начиналась кладка из трех-четырех рядов крупных валунов (без плиты), уложенных не па растворе, а на глине. Сухая кладка являлась “подземной” фундаментной частью стены и, судя по примыканию тонкого культурного слоя с черепками XIV—XV вв., в древности большей частью прикрывалась землей. Подошва стены заложена прямо на материковую глину.
Обнаруженный в 1969 г. 35-метровый по длине участок оказался лучшим по сохранности северным пряслом стены четырехугольного укрепления, в ходе работ последующего года вскрытого почти по всему доступному периметру.
Части западного прясла стены были открыты на глубине 0.1—1.5 м. Кладку частично перекрывал слой с черепками XVI в. Крупные и мелкие валуны лежали в один-два ряда без раствора, достигая по высоте (от подошвы) 1 м. Ширина стены, сохранившейся здесь в основном только в фундаментальной части, — 3.1—3.5 м. 17-метровый по протяженности массив кладки восточного прясла был обнаружен в районе стены крепости московского периода у ворот, выходящих к Ладожскому озеру. Его конструкция не отличалась от описанных выше. Этот участок кладки был использован в качестве устоя лестницы крепости конца XV—начала XVI в.
Южное прясло стены не сохранилось, так как попало в трассу более поздних стен крепости московского периода и было уничтожено. Местоположение этой преграды, однако, угадывается по завороту западного прясла. Поисковые шурфы в данном районе обнаружили сплошную каменную вымостку внутри описанных стен. Речь, очевидно, идет о замощении части двора в пределах ограждения 1352 г.
Все выявленные в 1969—1970 гг. участки стен общей протяженностью около 200 м (стена в ряде мест разрушена постройками XVIII— XX вв.) позволили достоверно воссоздать три прясла сооружения, охватывавших самую высокую, юго-восточную часть острова площадью 90Х100 м. Восстанавливается длина северной, восточной и западной стен этого ограждения (соответственно 90, 83, 83 м) и предположительно южной (около 95 м); следовательно, по своему плану укрепление приближалось к прямоугольнику (или трапеции) и общая длина его стен достигала 351 м.
Прясла стен имеют местами некоторый выгиб и свидетельствуют, что разбивка плана была осуществлена без идеальной угломерной точности. Имел отношение к этому и рельеф местности: так, например, изгиб участка восточной стены следует изгибу береговой линии. При этом почти соблюден бросающийся в глаза регулярный принцип размещения стен — все прясла относительно прямолинейны, что, несомненно, связано с желанием создать замкнутое ограждение с приблизительно равномерной протяженностью всех четырех фронтов.
Примерно на середине длины вскрытой северной стены укрепления был обнаружен проездной проем, снабженный парными боковыми пилонами. Ширина прохода 1.6—2.3 м; сохранилась и его вымостка. Ворота (это видно на пилонах) уцелели (на высоту 1.45 м от вымостки прохода) до пяты арочного свода. Наружные части ворот усилены двумя боковыми выступами, и в их толще открыты гнезда двух вертикальных бревен, приспособленных, очевидно, в качестве пазов для движения опускной решетки — герсы. Воротное полотнище находилось за герсой. Его местоположение определяется двумя пазами для пропуска воротного засова. Этот засов мог полностью утапливаться в западной половине ворот, где глубина паза составляла 3 м.
Стены и башни, раскопанные в 1969—1970 гг., судя по всему, были не разрушены во время какой-либо осады, а преднамеренно сломаны примерно на один уровень при строительстве в начале XVI в. фортификации, приспособленной к пушечному бою, и местами перекрыты слоем с находками XVI—XVII вв. При расчистке кладки оказалось, что развал ее разрушенной части тянется в напольную сторону на 30—40 м. Камень снесенных частой постройки, видимо, не предназначался для дальнейшего использования — его просто рассыпали по поверхности.
Полное выявление стен, башен и границ сооружения, а также воссоздание его плана явилось одним из главнейших достижений работы экспедиции по изучению древнего Орешка. Сразу возник вопрос об интерпретации найденного бесспорно военно-инженерного сооружения. Идентичность техники кладки, отсутствие всюду каких-либо разъединяющих швов, единство в размерах, одинаковость строительного материала и раствора на исследованных участках убеждали, что это одновременно построенное укрепление. Причем характер и приемы кладки, детали устройства, стратиграфия, находки — все указывало на XIV в. как время его создания.
Ореховская Воротная башня своим устройством несколько напоминает такие же сооружения Новгородского острога конца XIV в.; правда, она меньше последних.
При всех сравнениях крепость 1352 г. во многих деталях явилась объектом новым и редким. Речь идет о памятнике архитектуры общерусского класса, сооружении, новаторском для своего времени. Из всех дошедших построек доогнестрельного периода ореховская стена — одна из лучших по сохранности и обилию деталей, а Воротная башня — ныне древнейшая из всех дошедших на северо-западе Руси средневековых башен. Древнейшей является и ее герса (появление герс относили к XV в.). Вынос Воротной башни, равный 2 м. предполагает некоторую возможность фланкирования с верхнего яруса боя. Такой же или даже большей возможностью обладали, очевидно, и другие башни. Думаю, что расстановка башен была в данном случае подчинена принципу сплошного околостенного фланкирующего прострела. Обращают, далее, внимание прямоугольное построение плана и заданная длина прясел (83—95 м), сопоставимая с обычным средним перестрелом из лука или арбалета.
Трапециевидные и прямоугольные по плану крепости спорадически строились на Руси в Х—начале XVI в. Постоянство, с которым возводились сооружения этого типа в разных районах и в разное время, наводит на мысль, что их использование не было таким эпизодическим и разрозненным, как может показаться с первого взгляда. До сих пор, в частности, считали, что крепости подобных очертаний (с прямолинейными пряслами стен) появились на северорусской территории лишь с середины XV в. прежде всего в Псковской земле (Володимерец, Кобыла, Красный Городок и др.).6 На примере Орехова (возможно, уже четырехугольного в 1323 г.), а также Орлеца, построенного в 1342 г. видно, что военные объекты упомянутой формы сооружались на севере веком раньше и в свою очередь могли отражать еще более глубинные традиции древнерусского градоделия. Общая особенность таких крепостей Х—XV вв. в том, что их длинная сторона обычно обращена к наиболее безопасной зоне (обрыву, реке, озеру, болотистой низине), а короткая (одна или две) расположена с приступа.
Орешек являлся не только центром мирного судоходства по Неве и защитником земледельческой округи, но и базой военного флота. Об этом судят по одному косвенному воспоминанию. Во времена новгородско-ливонской войны 1443—1448 гг. шведский наместник в Выборге послал на Неву лазутчика, и тот, побывав в Орешке, разведал, что русские собирались отправить под Нарву на ладьях 2500 человек. “Но ему никак не удалось расспросить, сколько ладей их туда повезут.
И эти самые ладьи должны отвезти туда весь их провиант и снаряжение”.7
Итак, к середине XV в. Орешек представлял островную крепость, состоящую из двух линий крепостных сооружений: кремля 1352 г. и посада 1410 г., разделенных рвом, переоборудованным в канал и, очевидно, приспособленным для стоянки кораблей. Заложенный в качестве порубежного опорного пункта Орешек в новгородский период своей жизни превращается в торговый город и порт.

Заключение
К сожалению, объем данной курсовой работы не позволяет уместить полные данные по каменным оборонительным сооружениям Новгородской земли. Поэтому мне пришлось ограничиться рассмотрением только трех объектов. Но, я надеюсь, что в дальнейшем я смогу изучить эту тему глубже, не только теоретически, но и практически.
Эта тема очень интересна по своему содержанию, так как каменное строительство концентрировало наивысшие достижения инженерной мысли народа, выработался свободный, чуждый консерватизму взгляд на произведения военной архитектуры, которые по формам и деталям могли быть совершенно необычными. Неудивительно, что в такой обстановке возникали опережающие свою эпоху инженерные феномены, к тому же не имевшие географически близких оригиналов. Здесь можно прогнозировать находки, не укладывающиеся в привычные рамки эволюционного развития. В этом отношении средневековая фортификация сближается с боевой техникой.
Каменные укрепления возводились в расчете на тяжеловооруженного западного противника, оснащенного “градобойными хитростями” и способного на длительные осады. Напротив, деревоземляные сооружения с успехом оказывали сопротивление летучим конным дружинам, обходившимся луком и стрелами как главным дальнобойным средством. Различие способов ведения боя и фронтов борьбы сказывалось и на крепостном строительстве. Как каменные, так и деревоземляные сооружения строились в Новгородской земле в течение всего зрелого средневековья. Однако постепенно каменные укрепления, более надежные и прочные в защитном отношении, по сравнению с деревоземляными, обнаружили свои прогрессирующие преимущества: они были лучше приспособлены к противостоянию штурмам, их трудное было разрушить или поджечь. Для возведения каменных стен потребовались мастера особой квалификации. Градодельцы, имевшие дело с землей и деревом. Здесь, очевидно, не подходили. Возникла нужда в военных инженерах и артелях каменщиков (последние, конечно, в Новгороде были, но обслуживали преимущественно нужды культового и боярского строительства).
Развитие каменных укреплений было обусловлено изменениями тактики осады и обороны и главным образом прогрессом в осадной технике. Здесь следует выделить несколько этапных периодов: середина XIII в. — выдвижение камнеметов: вторая половина XIII в.—арбалетов; вторая половина XIV в. — массированное применение дальнобойных и других осадных средств; вторая четверть XIV в. — прогрессирующее использование огнестрельного оружия. Если основание северных крепостей объясняется преимущественно военно-политическими причинами, то их последующее усовершенствование все более зависело от развития военной техники, особенно артиллерийской. Влияние последней, с течением времени оказалось настолько ощутимым, что изменило весь характер защитных сооружений. Однако вплоть до конца периода новгородской самостоятельности оборона крепостей, как правило, была непреодолимой для штурмующих, возможно, потому, что инженерные усовершенствования преимущественно во второй половине XIV и второй четверти XV в. опережали эволюцию осадных средств.
Совершенные для своего времени творения новой русской “огнестрельной” фортификации означили конечный рубеж развития прежних новгородских крепостей. Но опыт новгородцев по приспособлению укреплений во второй и третьей четвертях XV в. к пороховому оружию не прошел бесследно, он был использован в постройках пушечной эры. Наступившая эпоха “огнестрельных” крепостей контрастно оттенила свершения предшествующего времени. Каменные стражи Новгородской земли, как бы фрагментарно они не сохранились, предстают незаурядным свидетельством векового умения и мужества народа, отстоявшего свою землю в героическую эпоху борьбы за выживание и независимость.

Использованная литература:
1. Кирпичников А. Н. Каменные крепости Новгородской земли. Л., “Наука”, 1984.
2. Воронин Н. Н. К итогам и задачам археологического изучения древнерусского города. КСИИМК, вып. XLI, 1951.
3. Монгайт А. Л. Оборонительные сооружения Новгорода Великого. Материалы и исследования по археологии СССР. №31.
4. Раппопорт П. А. Военное зодчество Западнорусских земель X – XIV вв. – МИА, 1967, №140.
5. Клейненберг И. Э. Военно-морские действия новгородцев при отражении орденской агрессии 1443-1448гг. – Ист. СССР, 1958, №4.
6. Арциховский А. В. К истории Новгорода. “Исторические записки”, т. Х, 1941.
7. Кирпичников А. Н. Древний Орешек. – Ист. СССР, 1970, №3.
8. Кирпичников А. Н. Отчет о раскопках Лавдожской крепости в 1974г. – ИА АН СССР.