СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА 1. Анализ возникновения и развития института иска как средства защиты прав и интересов граждан
1.1 История становления и развития института иска в гражданском судопроизводстве
1.2 История развития и современное понимание права на иск
ГЛАВА 2. Реализация права на иск как средство защиты прав граждан в гражданском судопроизводстве
2.1 Субъективные и объективные предпосылки права на предъявление иска
2.2 Условия реализации права на предъявление иска
2.3 Реализация права на удовлетворение иска как механизм защиты прав граждан
ГЛАВА 3. Проблемы, связанные С иском, как способом защиты прав граждан в гражданском судопроизводстве и способы их устранения
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность. Институт защиты гражданских прав и интересов является важнейшим институтом теории гражданского и гражданского процессуального права, без понимания которого сложно разобраться в характере и особенностях гражданско-правовых последствий и других вопросах, возникающим в связи с защитой гражданских прав и интересов.
В связи с тем, что защита прав и законных интересов субъектов правоотношений приобретает все большее значение, возникает необходимость исторического и научного исследования средств и методов, с помощью которых осуществляется защита права, а также источников процессуального права.
Применительно к охране и защите прав граждан и юридических лиц основным средством защиты является судебная защита посредством обращения в суд с иском или заявлением. Основным методом защиты субъективного права – рассмотрение и разрешение гражданских дел в порядке гражданского судопроизводства [18, с.53-61].
Одного факта обращения к суду недостаточно, чтобы занять правовое положение стороны в гражданском процессе. Судья может отказать заявителю в этом качестве. Для того чтобы приобрести правовой статус стороны в процессе, как истцу, так и ответчику необходимо обладать правом требования через суд. Реализация права на обращение в суд за судебной защитой в форме подачи искового заявления возможна в порядке, установленном законом.
Право на предъявление иска является в этом плане формой реализации права на обращение в суд.
Предъявление иска связывается с развитием идеи «права на иск». Суть теории права на иск сводится к определению субъективной направленности права на иск адресован иск противной стороне или государству в лице суда. По своему содержанию право на иск определялось как право требования от государства в лице суда объективно-правильного решения, обладающего установленной законом правовой силой. В теории публичного права на иск возможность предъявления иска связывается с наличием предпосылок, которые получили наименование предпосылок права на предъявление иска [32, с. 220].
К числу общих юридических условий, определяющих возникновение права на обращение в суд, относятся процессуальная правоспособность и подведомственность. Иные предпосылки, фактические условия, относимые к числу правообразующих при обращении в суд, таких функций не выполняют. Они либо носят специальный характер, либо играют роль правопрекращающих юридических фактов.
Таким образом, изучение проблем, связанных с иском, а также правом на иск имеет не только теоретическое и практическое, но и большое историческое значение, поскольку целевое использование этого средства (требования) обуславливает историческое восприятие и истинное осуществление задач гражданского процесса.
Разработанность исследуемой темы. Тема является достаточно разработанной в отечественной правовой науке. Теоретико-методологической основой и эмпирической базой данной дипломной работы послужили научные труды Гурвича М.А., Добровольского А.А., Жилина Г.А., Михайловой Е.В., Осипова Ю.К., Юдельсона К.Н., Яблочкова Т.Н., а также учебные и научные материалы ученых, отражающие проблемы реализации права на иск в гражданском судопроизводстве.
Объект исследования – общественные отношения, возникающие в связи с реализацией права на иск.
Предмет исследования – особенности реализации права на иск в гражданском судопроизводстве.
Настоящая работа имеет целью выявление особенностей реализации права на иск в гражданском судопроизводстве.
К числу основных задач исследования относятся:
— рассмотреть историю возникновения и развития института иска как средства защиты прав и интересов граждан;
— проанализировать существующие в правовой науке теоретические представления о праве на иск;
— исследовать особенности реализации права на иск в гражданском судопроизводстве;
— выявить проблемы реализации права на иск в гражданском судопроизводстве.
Методологической основой служит общенаучный аналитический метод познания и вытекающие из него частно-научные методы: системно-структурный, конкретно-социологический, технико-юридический, сравнительного правоведения и др. Их применение позволило автору проанализировать рассматриваемый предмет во взаимосвязи и взаимозависимости составляющих его элементов, их целостности, всесторонности и объективности.
Научная и практическая значимость, исследуемой проблемы определяется тем, что в исследовании предпринимается попытка рассмотреть эволюцию развития права на иск, его сущность и проблемы реализации.
ГЛАВА 1. Анализ возникновения и развития института иска как средства защиты прав и интересов граждан
1.1 История становления и развития института иска в гражданском судопроизводстве
Право на судебную защиту субъективных прав и охраняемых законом интересов граждан и организаций осуществляется путем обращения в суд. Истоки иска восходят к римскому праву, развитие которого обязано деятельности административной власти, в лице претора. Так, римское частное право развивалось на почве осуществления судебной защиты права. Претор и иные магистраты определяли, в порядке осуществления своей высшей административной власти, какие притязания получают защиту со стороны государства, в каких случаях дается иск, не справляясь с тем, имеется ли норма закона или обычая, обосновывающая данное притязание. «Actionem dabo» («я дам иск») – вот основной метод формулировки претором частно — правовых норм [41, с.298].
По римским воззрениям, только судебная защита наличного права давала иску настоящую ценность и завершение. Однако, только в тех случаях, когда орган государства устанавливал возможность предъявления иска (actio) по делам известной категории, можно было говорить о праве, защищаемом государством. В этом смысле можно сказать, что римское частное право есть система исков [23, с. 186].
Иски вырабатывались в Риме исторически, и их число всегда было ограниченным. Обращаясь к этому периоду исторического развития Рима, можно обнаружить общую дефиницию иска, сформулированную еще в Дигестах: «Nihil aliud est action quam ius, quod sibi debeatur, iudicio persequendi» (D. 44. 7. 51; I. 4. 6. pr.). Из этого определения, становится очевидным, что римские юристы дефинировали иск, как требование, обращенное в судебном порядке. Можно заметить, что преторский эдикт не содержал оснований возникновения или прекращения прав, – он указывал лишь на те предпосылки, при которых предоставлялась правовая защита [22, с. 134].
Можно выделить несколько аспектов искового судопроизводства по римскому праву:
1) Легисакционный процесс (Per legis actiones) был характерен для республиканского периода (вплоть до 120 г. до н.э.). Его характеризовала чрезвычайно сложная обрядовая сторона (когда претензии сторон друг другу должны были выражаться точно словами соответствующего закона, несоблюдение чего влекло проигрыш дела: совершались особенные символические действия и деление процедуры происходило на две стадии: in jure и in judicio.
Стадия in jure протекала в магистратуре. Магистрат решал вопрос о допустимости иска с формальной стороны, разрешал предварительные вопросы и назначал для разрешения спора присяжного судью или судебную коллегию (различали три вида коллегий: Decemviri, Centumviri и Recuperatores).
В стадии in judicio присяжный судья или судебная коллегия проверяли доказательства и выносили решение по делу.
Формулярный процесс (Per formulas), упрощенный по сравнению с легисакционным и пришедший на смену последнему с появлением закона. Эбуция, отбросил формализованно-обрядовые правила, что было необходимым для придания процессу динамизма в условиях все более развивавшихся товарно — денежных отношений. Производство in jure упростилось. Задачей этой стадии стала выработка претором так называемой формулы, адресованной судье и содержащей указания на условия, при которых судья должен был удовлетворить иск или отказать в иске.
Отличие формулярного процесса от легисакционного не исчерпывалось упрощением судебной процедуры. Самое основное заключалось в том, что претор, давая исковою защиту, не был связан старым правилом об изложении иска в точных словах закона пользуясь своим imperium, претор получил возможность признавать новые отношения развивавшейся жизни или, наоборот, оставлять порой без защиты отношения, формально отвечающие закону, но по существу, отмирающие вместе с этим законом, отказывая в подобного рода случаях в выдаче истцу формулы иска [48, с. 144].
Далее, в период домината в гражданском судопроизводстве произошли изменения, заключавшиеся в том, что гражданское дело начиналось и оканчивалось у одного и того же судьи и уже не делилось на две стадии.
Судебные функции осуществлялись административными органами: начальниками городской полиции в Риме и Константинополе, правителями провинции, муниципальными магистратами. Этот порядок назывался экстраординарным (cognitio extraordinaria).
«При экстраординарном процессе магистрат не назначал присяжного судью и не составлял формулы, а сам руководил рассмотрением и разрешением дела с момента предъявления иска и до вынесения решения. Данный процесс был сокращенным производством без соблюдения всех формальностей предыдущей формы процесса».
2) Древним Римским законодательством предусматривалась возможность упрощения процедуры непосредственно в рамках вышеуказанных форм судопроизводства. Выделялись четыре т.н. суррогата судебного решения, которые выносились в результате не обычного судебного разбирательства, а особенного – сокращенного по времени и упрощенного по процедуре. Это признание, присяга, мировое соглашение, третейское разбирательство.
Так, в легисакционном процессе дело заканчивалось в магистрате, на первой стадии, если ответчик молчал или соглашался с требованием истца. Истец уводил или уносил с собой спорную вещь.
Дело до решения суда не доходило: претор взыскивал с должника в исполнительном порядке. В данном случае говорили о confessio in jure – судебном признании [28, с.310].
3) Римское право знало особые средства защиты прав, которые применялись преторами. К ним относились интердикты и restitutio in integrum (восстановление в первоначальное положение). Именно преторские интердикты можно относить к прообразам судебного приказа.
Интердикт – распоряжение претора о немедленном прекращении каких-либо действий, нарушающих порядок и интересы граждан. Первоначально претор давал интердикты после расследования фактов, а потому интердикт был безусловным и категорическим распоряжением. Но по мере увеличения количества дел претор стал давать интердикты без проверки фактов, в виде условного распоряжения. Таким образом, они стали иметь силу только в случаях, когда подтверждались факты, на которые ссылался заявитель.
Особое место среди интердиктов занимали владельческие интердикты.
Владельческая защита по римскому праву носила упрощенный характер. Для того чтобы получить защиту владения, необходимо было лишь установить факт владения имуществом и факт нарушения владения. По этой причине так называемый владельческий процесс был более легким в отношении доказывания претензии (доказать право собственности на вещь нередко представляло большие трудности) [28, с. 316].
Но владельческая защита носила предварительный характер: если в результате спора о владении вещь присуждалась не тому, кто имел на нее право, то последний мог затем предъявить свой собственный иск. Если ему удавалось доказать право собственности (а не только факт владения), он мог истребовать вещь от фактического владельца.
Интердиктное производство, связанное с защитой владения, в модифицированном виде получило развитие в средневековом гражданском судопроизводстве.
По общему германскому судопроизводству владельческие процессы относились к непосредственно — суммарному производству. В данном производстве порядок процессуальных действий был тот же, что и в обыкновенном процессе, но устранялись некоторые формальности, требовавшие много времени и издержек. Позднее Имперский устав гражданского судопроизводства не установил для владельческих исков особого характера производства: особенности прежнего владельческого производства – ускоренность и предварительная исполнимость – должны были осуществляться путем обыкновенного производства.
Постепенно формулы исков в практике претора типизируются, те есть вырабатываются типические формулы для отдельных категорий исков.
Среди многочисленных различных исков необходимо выделить следующие важнейшие виды: actio in rem (вещный иск) и actio in personam (личный иск). Юрист Павел противопоставляет право собственности на вещь, с одной стороны, и право требовать от другого лица что – либо сделать или чего – либо не делать (воздержаться от определенного действия), с другой стороны; право собственности (как и другие права) может быть нарушено любым третьим лицом, причем заранее неизвестно, кто именно является возможным нарушителем права. Поэтому принято говорить, что для защиты такого права иск дается против любого третьего лица, которое будет нарушать право данного лица; иск в этом случае называется actio in rem – вещный иск. Термин actio in rem показывает, что отвечает по иску тот, у кого находится вещь, или вообще тот, кто посягает на данную вещь. По современной терминологии это называется абсолютной защитой [41, с. 86].
В противоположность action in rem иск, именуемый actio in personam, дается для защиты правоотношения личного характера между двумя или несколькими определенными лицами. По современной терминологии это относительная защита.
Другое важное различие исков action stricti iuris — иск строгого права и actio bonae fidei – иск, построенный на принципе добросовестности. Основное значение этого различия заключается в том, что при рассмотрении исков строгого права судья связан буквой договора, из которого вытекает иск, при рассмотрении исков bonae fidei положение судьи свободнее, он имеет право принимать во внимание возражения ответчика, основанное на требованиях справедливости.
Одним из средств осуществления правотворчества без изменения буквы закона служила actio utilis, то есть иск по аналогии. Эту разновидность исков можно пояснить на следующим примере. Если одно лицо неправомерно уничтожает или повреждает чужое имущество, то причинитель вреда отвечает лишь при условии, если вред причинен телесным воздействием на телесную вещь. С помощью иска в форме utilis претор распространил защиту потерпевшего вред и на те случаи, когда вред причинен виновным образом, но без непосредственного телесного воздействия на вещь (например, лицо виновным образом уморило чужое животное голодом) [48, с. 94].
Существовали также иски с фикцией. В тех случаях, когда претор признавал необходимым распространить предусмотренную законом защиту на какое – то новое, не предусмотренное в законе отношение, он иногда предлагал (в формуле) судье допустить существование некоторых фактов, которых в действительности не было, и с помощью такой фикции подвести новое отношение под один из существующих исков. Например, когда назрела потребность допустить передачу требования от одного лица к другому, то для защиты нового лица претор стал давать иск, в котором судье предлагалось предположить (допустить фикцию), что новое лицо является наследником первого лица. Тем самым лицо, которому передано право требования, получало исковую защиту.
Различались иски штрафные и иски об удовлетворении, или о восстановлении нарушенного состояния имущественных прав. Иногда из одного и того же факта вытекали одновременно и штрафной и реиперсекуторный иски.
В отличие от римского права, в котором предоставление судебной защиты порождало право, в современном правосознании субъективное право рассматривается как первичное (prius), в то время как его судебная защита является лишь его последствием (posterius). Указанное различие вызывалось особым, самостоятельным положением римского магистрата, в отличие от современного суда, подчиненного в своей деятельности закону. Римская actio являлась тем самым не средством защиты права, а самостоятельным выражением права. Решающим для римлянина, утверждал Виндшайд, было не право, существующее вне и до его судебного осуществления, а возможность осуществления воли судебным путем, т.е. путем иска, который создавал магистрат. Таким образом, римско — правовое понятие actio сменяется, по мнению Виндшайда, новым, современным понятием, которое Виндшайд назвал «притязанием» (Anspruch) [41, с. 124].
В дальнейшем, критикой понятия притязания было выяснено, что существенной разницы между этим понятием и римской actio, которую находил Виндшайд, в действительности нет. Римско — правовой иск был столь же немыслим вне права, как и право (притязание) без судебной защиты. Так, если претором обещана при известных условиях защита, то это значит, что претор, как представитель государственной функции юстиции, при наличии этих условий обязан ее предоставить; это значит, что на предоставление такой защиты у управомоченного имеется притязание к претору.
История развития аналогов искового производства в России, строго говоря, ведет свое начало с принятия в 1864 г. Устава гражданского судопроизводства. Однако, если говорить об упрощении гражданского процесса по русскому законодательству в более широком смысле, то следует упомянуть о периоде более раннем – 14 и 15 вв., когда стремление по возможности упростить процесс привело к возникновению института так называемых Бессудных грамот [29, с. 59].
Упрощение заключалось в том, что в состязательном процессе, начинавшемся по жалобе истца, в определенных ситуациях дело могло быть разрешено по существу специальным судебным актом без процесса доказывания и судебного разбирательства. Функцию такого акта, по всей видимости, выполняла бессудная грамота. Информация о ней – крайне скудная – встречается в Псковской и Новгородской Судных грамотах, в Судебниках 1497 и 1550 гг. и некоторых других актах той эпохи.
В Судебнике 1497 г. (Судебник Ивана 3) о бессудных грамотах упоминается в статьях 25, 27, 32, 361. Содержащаяся в них информация касается прежде всего вопроса о пошлинах, взыскиваемых за выдачу грамоты; сведения о процедуре выдачи очень бедны. Вероятно, в Судебнике была зафиксирована только часть правил, касавшихся института. При отправлении правосудия, возможно, пользовались нормами обычного права, а также нормами судных грамот.
В литературе признано, что бессудная грамота являлась решением суда, вынесенным без судебного разбирательства в связи с неявкой ответчика в судебное заседание и констатировавшим проигрыш дела ответчиком. За истцом утверждалось право так, как если бы суд состоялся.
В статье 27 Судебника 1479 г. определялось, что на восьмой день после срока, указанного в срочной грамоте, дьяк мог выдать бессудную. Вероятно, в течение семи дней не явившаяся к сроку сторона еще могла подойти и, следовательно, дело еще могло быть разрешено в обычном порядке с вынесением правовой грамоты (обычно решением суда).
В.Н. Татищев, комментировавший текст Судебника 1550 г., отметил, что последствиями выдачи бессудной грамоты являлось то, что истец, получивший такую грамоту на ответчика имел «власть везде оного поймать и пред суд представить для правежа и наказания», а также «вольно его бить и грабить, только самого не убить и дом не разорить». Последняя формулировка представляет собой, по сути, выражение в архаической форме права на принудительное взыскание с должника, предоставляемое государством кредитору в выданной последнему бессудной грамоте.
«Бессудное обвинение» предусматривалось и Соборным Уложением 1649 г., нормы которого более детально определяют условия, при котором могла быть выдана бессудная и – что очень важно – указывают, что бессудная могла быть выдана и ответчику при неявке в судебное заседание истца. Если ответчик, вызываемый приставом, являлся в суд в срок, а истец в течение недели после подачи приставной памяти не подавал на него исковой челобитной, то последний лишался права на иск. Если ответчик, вызываемый на суд зазывной грамотой, являлся в срок, а истец не являлся в этот срок или неделю спустя после этого срока в суд, то также лишался права на иск.
Вскоре после принятия Соборного Уложения бессудное обвинение было законодателем отменено [37, с. 31].
Следующий шаг был сделан во второй половине 19 столетия. До проведения реформ 60-х гг. 19 в., согласно своду законов, в российском гражданском процессе производство дел бесспорных было отделено от производства спорных дел. «Бесспорные обязательства и акты, — писал И.Е. Энгельман – имели равное значение с судебными решениями и должны были быть приводимы в исполнение полициею со скоростью и строгостью. Однако на практике эти отвлеченные правила оказались вполне несостоятельными: признания спорных прав по суду еще можно было добиться, но нескончаемы были волокиты при исполнении судебных решений и при взыскании по бесспорным делам».
В 1890 г. Министерство Юстиции поставило вопрос о распространении понудительного порядка взыскания и на дела о взысканиях по актам, производящихся в общих судах и у мировых судей. Однако Государственный Совет признал более правильным целиком резко не отступать от состязательного начала, закрепленного Уставом, и поручил Министру Юстиции лишь упростить сокращенный порядок производства. 3 июля 1891 г. Устав гражданского судопроизводства был дополнен главой восьмой «Об упрощенном порядке судопроизводства» (ст. ст. 365-1-365-24) [42, с. 64].
Высокий уровень разработки теории упрощения гражданской процессуальной формы в трудах дореволюционных ученых – процессуалистов и действенность понудительного исполнения по актам предопределили закрепление аналогичного института в первом советском ГПК 1923 г. (ГПК РСФСР). В нем впервые появился сам термин «судебный приказ», которым мы пользуемся в настоящее время. Глава 24 ГПК РСФСР называлось «О выдаче судебных приказов по актам» и содержала 10 статей (ст. ст. 210-219).
После принятия основ гражданского судопроизводства Союзов ССР в 1961 г. в развитии гражданского процессуального права наметилась тенденция освобождения суда от рассмотрения исковых дел, в которых фактически отсутствовал спор о праве. Так в 1968 г. Основы законодательства о браке и семьи допустили возможность развода в административном порядке, когда у супругов имелось обоюдное согласие и не было несовершеннолетних детей.
Еще раньше, в 1967 г., законодателем была предусмотрена возможность внесудебного порядка взыскания алиментов по заявлению плательщика.
Ограничение права на судебную защиту прав и институтов не воспринималась как ущемление прав граждан, а считалось прогрессивным явлением, ускоряющим защиту и разгружающим суды. Например, Д.М. Чечот утверждал, что, во-первых, «судебная защита в целом ряде случаев предусмотрена для таких прав и интересов, которые вполне могут быть обеспечены в несудебном порядке» и, во-вторых, «государство и общество в целом совсем не заинтересовано в том, чтобы по каждому случаю гражданского правонарушения заинтересованное лицо привлекало нарушителя к суду. Интерес общества, видимо, должен состоять в том, чтобы нарушитель и без судебного вмешательства восстановил нарушенное право…» [52, с. 59].
Шакарян М.С. полагала, что «бесспорные дела, как, например, дела о взыскании алиментов в случаях, когда ответчик не возражает против их уплаты в установленном законом размере, должны быть изъяты из ведения суда.
Взыскание алиментов в этом случае могло бы осуществляться на основании исполнительной надписи или приказа нотариуса».
Перспективы упорядочения судебной компетенции виделись в освобождении судов «от рассмотрения дел, которые в силу своего бесспорного характера не требуют применения судебной формы защиты».
Таким образом, история искового производства в России, зародившаяся еще в Древнем Риме, получила свое продолжение и в настоящее время.
1.2 История развития и современное понимание права на иск
Институт защиты гражданских прав является важнейшим институтом теории гражданского и гражданского процессуального права, без понимания которого сложно разобраться в характере и особенностях гражданско-правовых последствий и других вопросах, возникающим в связи с защитой гражданских прав и интересов.
В связи с тем, что защита прав и законных интересов субъектов правоотношений приобретает все большее значение, возникает необходимость исторического и научного исследования средств и методов, с помощью которых осуществляется защита права, а также источников процессуального права.
Применительно к охране и защите прав граждан и юридических лиц основным средством защиты является судебная защита посредством обращения в суд с иском или заявлением. Основным методом защиты субъективного права – рассмотрение и разрешение гражданских дел в порядке гражданского судопроизводства [18, с. 53-61].
Обращение с исковым заявлением в суд еще само по себе не влечет возбуждения дела в суде. Предъявление иска связывается с развитием идеи «права на иск». Суть теории права на иск сводится к определению субъективной направленности права на иск адресован иск противной стороне или государству в лице суда. По своему содержанию право на иск определялось как право требования от государства в лице суда объективно-правильного решения, обладающего установленной законом правовой силой. В теории публичного права на иск возможность предъявления иска связывается с наличием предпосылок, которые получили наименование предпосылок права на предъявление иска [32, с. 142-143]. Право на предъявление иска является в этом плане формой реализации права на обращение в суд.
Понятие права на иск неразрывно связано с понятием иска как средства защиты нарушенных или оспоренных прав или охраняемых законом интересов. Так как вопрос о понятии иска является одним из спорных в науке гражданского процессуального права, это обстоятельство предопределяет дискуссионный характер проблемы права на иск.
Истоки понятия права на иск восходят, как в большинстве цивилистических институтов, к римскому праву. Как известно, развитие римского права было обязано деятельности претора, которому принадлежало господство в разрешении вопроса о том, что надлежало считать правом. В римском праве предоставление судебной защиты порождало право, в современном же правосознании субъективное право рассматривается как первичное, в то время как его судебная защита является лишь его последствием. Римская actio являлась тем самым не средством защиты права, а самостоятельным выражением права.
По римскому праву иск включал все право с настоящими и будущими притязаниями. Право на иск не было следствием на-рушенного права, а возникало только тогда, когда существовал предусмотренный законом иск, призванный защитить именно это нарушенное право [48, с. 76].
Несомненно, именно эти взгляды существенно повлияли на возникновение теории так называемого права на иск в материальном смысле. Родоначальником ее был Савиньи, который в понятие права на иск вкладывал содержание правомочия, возникающего с нарушением права и направленного на устранение этого нарушения. Отмечая материально-правовую природу этого правомочия, Савиньи указывал на недопустимость его смешения с самим действием по предъявлению иска. Вместе с тем право на иск до его процессуального осуществления мыслится Савиньи только как некоторая потенция, как зародыш обязательственного отношения, переходящий в действительное обязательство лишь при его процессуальном осуществлении [22, с. 8]. Теория Савиньи послужила началом для целого направления в теории гражданского права, согласно которому принуждение рассматривалось как свойство, присущее самому праву.
Дальнейшее развитие теорий права на иск характеризуется возникновением теории абстрактного права на иск, не зависящего от существования материального субъективного права. В русской дореволюционной процессуальной литературе сторонником теории права на иск в абстрактном смысле считался В.М. Гордон, определявший право на иск как право на объективно правильное судебное решение, которое суд обязан постановить согласно закону. Здесь право на иск рассматривается как публично-правовое притязание к государству на вынесение правосудного судебного решения. Такое право имеется у каждого, кто правоспособен обратиться в суд за разрешением гражданского спора, таким образом, понятие «право на иск» Гордона абстрактно.
Переходя к рассмотрению теории конкретного права на иск (теории права на иск в смысле права на благоприятное решение), следует отметить, что она была исторически подготовлена, с одной стороны, воззрениями на право представителями германской процессуальной теории (например, Виндшайда, Мутера), различавшими гражданское право и публичное право на его защиту и связавшими эти права между собой, а с другой стороны — понятием абстрактной способности всякого, независимо от наличия у него действительного права, обратиться в суд и тем самым возбудить гражданский процесс [47, с. 40-52].
Проще говоря, право на иск в смысле этой теории есть право на благоприятное решение, принадлежащее тому, кто обладает подлежащим судебной защите субъективным гражданским правом. В России эта теория получила своеобразное развитие в работах прогрессивного для своего времени профессора Т.М. Яблочкова, который считал, что «исковое производство есть один из видов притязания на защиту права и потому представляет из себя отличное от субъективного частного права публично-правовое притязание, направленное против государства и имеющее своим содержанием определенное, благоприятное для уполномоченного лица судебное решение».
Но с вышеупомянутым суждением трудно согласиться, так как до окончания процесса не может быть известно, является ли требование истца основательным, а потому до решения суда нельзя говорить о праве на благоприятное решение, предполагающее действительное наличие права у истца. Чтобы решить вопрос об обоснованности иска, необходимо произвести сам процесс, на ведение которого нужно иметь право. Вместе с тем нельзя не заметить, какой важный аспект несла теория конкретного права на иск. Эта теория во главу угла ставила такое понятие права на иск, которое по своему содержанию совпадает с понятием права на удовлетворение иска, правом на положительное для истца судебное решение при условии обоснованности исковых требований.
Профессор М.А. Гурвича рассматривает право на иск в трех плоскостях: право на иск в процессуальном смысле, право на иск в материальном смысле и право на иск в смысле активной легитимации к делу [23, с. 45]. Под активной легитимацией автор понимал право на данный конкретный иск, что соответствует понятию права на удовлетворение иска, на получение судебной защиты. Под правом на иск в процессуальном смысле М.А. Гурвич понимал право на предъявление иска, а под правом на иск в материальном смысле — само субъективное право в состоянии, пригодном для принудительного его осуществления [23, с. 145]. Это понятие права на иск в материальном смысле М.А. Гурвич совершенно не связывает с процессом, а право на предъявление иска (право на иск в процессуальном праве) совершенно не связывает с материальным правом, подлежащим защите в исковом производстве. Автор отмечал, что «право на предъявление иска не зависит от правоты или неправоты обращающегося, т.е. от того, принадлежит ли в действительности лицу, предъявившему иск, утверждаемое им право или его утверждение является неправильным» [23, с. 48].
Возражая против объединения двух самостоятельных правомочий в одно целое понятие, следует отметить другую крайность в трактовке понятия права на иск. Речь идет о позиции К.С. Юдельсона, который, рассматривая иск как обращение, как средство возбуждения деятельности судебных органов по осуществлению правосудия, определяет право на иск как право на обращение с требованием о защите, как обеспеченную законом возможность каждого подать иск и возбудить судебную деятельность в целях защиты принадлежавших им прав и законных интересов [54, с. 159-160].
Приведенные точки зрения односторонне характеризуют сущность права на судебную защиту, потому что игнорируют либо процессуальный элемент (когда право на судебную защиту отождествляется с правом на получение защиты), либо материально-правовой элемент (когда право на судебную защиту отождествляется с правом на обращение за защитой).
В связи с изложенным более правильной представляется позиция тех ученых, которые рассматривают право на иск как единое понятие, которое соответствует единому понятию иска.
Суть концепции в том, что иск, являясь единым понятием, внутреннее содержание которого изложено в исковом заявлении, соединяет в себе два требования: одно — материально-правовое, направленное к ответчику и являющееся одновременно предметом иска, и второе — требование процессуального характера о защите права, направленное к суду. При этом оба требования выступают в неразрывном единстве, и раздельное их существование невозможно. Обращение в суд без указания спорного требования и правоотношения, из которого оно вытекает, является беспредметным, а требование, не подлежащее рассмотрению в процессуальном порядке, не может быть исковым [45, с. 40-52].
Как в понятии иска, так и в понятии права на иск выступают два неразрывно связанных между собой правомочия. Право на иск включает право на предъявление иска и права на удовлетворение иска. Таким образом, две стороны (материально-правовая и процессуально-правовая) иска как единого понятия проявляются в двух сторонах права на иск. Оба правомочия — право на предъявление иска и право на удовлетворение иска — тесно связаны между собой.
Исходя из взаимосвязи двух правомочий в праве на иск, профессор А.Ф. Клейман в понятии права на иск выделял две стороны: а) процессуальную, т.е. право на обращение к суду с просьбой о защите нарушенного или оспоренного права (право на предъявление иска); б) материально-правовую, т.е. право на удовлетворение исковых требований [38, с. 29-38].
Право на иск является самостоятельным субъективным правом истца. Если у истца имеются в наличии оба правомочия, то он, следовательно, обладает правом на иск, и его нарушенное или оспариваемое право получит защиту в суде при вынесении решения по делу и может быть реализовано. Действительно, трудно представить себе самостоятельное существование понятия права на удовлетворение иска без права на предъявление иска. Игнорирование категории права на удовлетворение иска (права на иск в материально-правовом смысле) как бы лишает процесс смысла, иск как средство защиты права — своего назначения, а истца — побудительных стимулов и мотивов. Иск является полноценным средством защиты нарушенного права только тогда, когда в распоряжении истца есть право на предъявление иска и право на его удовлетворение, т.е. право на иск в целом, а не право на одну из его сторон. Следовательно, для истца важна как процессуальная, так и материально-правовая сторона права на иск [30, с. 141-144].
Поскольку обращение к компетентному органу с требованием о защите не всегда совпадает с получением защиты, нельзя не учитывать, что право на предъявление иска и право на его удовлетворение хотя взаимосвязанные, но вместе с тем вполне самостоятельные, различные по содержанию правомочия. Случаи их совпадения составляют идеальный вариант защиты нарушенного или оспоренного права или охраняемого законом интереса, то есть только тогда означают полную и всестороннюю реализацию иска как средства защиты прав и законных интересов.
Игнорирование различия этих понятий часто ведет к тому, что отсутствие материального субъективного права (права на удовлетворение иска) рассматривается как условие, которое исключает возможность реализовать право на обращение в суд.
Право на предъявление иска (право на иск в процессуальном смысле) есть право на обращение за защитой субъективного права или охраняемого законом интереса. По своему содержанию право на предъявление иска означает право на процесс независимо от его исхода, право на деятельность суда по рассмотрению и разрешению требования о защите нарушенного или оспоренного права или законного интереса, то есть право на получение решения независимо от его содержания и характера. Таким образом, право на предъявление иска является процессуальной категорией, поскольку наличие этого права у заинтересованного лица совершенно не зависит от наличия у него того субъективного права или охраняемого законом интереса, которые подлежат защите [24, с. 653-663].
Право на возбуждение гражданского дела возникает, если у лица есть правомочие на обращение за судебной защитой и это правомочие реализовано с соблюдением предусмотренных законом условий.
Во-первых, право на обращение в суд за защитой является правомочием, осуществление которого полностью зависит от его обладателя (в соответствии с принципом диспозитивности). Лицо, имеющее такое правомочие, может и не обращаться в суд за защитой. Но отказ от права на обращение в суд недействителен (ничтожен).
Во-вторых, иск может исполнить роль процессуального средства возбуждения судебной деятельности по защите прав и законных интересов заинтересованного лица лишь в том случае, если он воплощен в определенной для него законом гражданской процессуальной форме — заявлении. Заявление является внешней формой выражения иска. Оно адресуется в суд по правилам подведомственности и подсудности (глава 3 ГПК РФ), и на основании его возникает гражданское дело. Закон устанавливает обязательную письменную форму и реквизиты искового заявления (ст. 131 ГПК РФ). В-третьих, возникновение и реализация права на предъявление иска осуществляется при обязательном соблюдении предпосылок права на предъявление иска (ст. 134 ГПК РФ) и условий его осуществления (ст. 135 ГПК РФ) [4].
В понятии права на иск существуют два неразрывно связанных между собой правомочия. По своей структуре право на иск как право на судебную защиту в исковом производстве состоит из права на предъявление иска и права на удовлетворение иска. При этом, одни авторы рассматривают право на иск как неразрывное, органическое единство двух правомочий: права на предъявление иска и права на его удовлетворение [39, с. 10-11]. Другие предлагают рассматривать право на иск в двух самостоятельных аспектах: в процессуальном и материально-правовом. При этом под правом на иск в процессуальном смысле понимается право на предъявление иска, а под правом на иск в материально-правовом смысле понимается право на удовлетворение иска [22, с. 24].
Наиболее распространенной является вторая точка зрения, согласно которой право на иск рассматривается в двух, относительно самостоятельных аспектах: как право на предъявление иска (процессуальный аспект) и право на удовлетворение иска (материально-правовой аспект).
Дело в том, что конструкция права на иск, как неразрывного единства двух правомочий, не соответствует действующему законодательству и практике его применения. Если исходить из единого понятия права на иск, то условия возникновения и реализации правомочий, входящих в состав этого единства, юридические последствия их наличия или отсутствия тоже должны быть едины. Однако, как справедливо отмечает М.А. Гурвич, право на предъявление иска не зависит от правоты или неправоты обращающегося, т.е. от того, принадлежит ли в действительности лицу, предъявившему иск, утверждаемое им право, или его утверждения являются неправильным. Поэтому право на предъявление иска и право на удовлетворение иска хотя и взаимосвязанные, но вместе с тем вполне самостоятельные, не совпадающие по своему содержанию категории [22, с. 48].
Право на иск — есть обеспеченная законом возможность заинтересованного лица обратиться в суд с требованием о рассмотрении и разрешении материально-правового спора с ответчиком в целях защиты нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса лица. Согласно общепринятой точке зрения, право на иск состоит из двух правомочий — права на предъявление иска и права на удовлетворение иска. Право на предъявление иска, которое часто именуется правом на иск в процессуальном смысле, — это право требовать от суда рассмотрения и разрешения возникшего спора в определенном процессуальном порядке.
На развитие в России права граждан на иск большое влияние оказало римское частное право. По римскому праву иск включал все право с настоящими и будущими притязаниями. Право на иск не было следствием на-рушенного права, а возникало только тогда, когда существовал предусмотренный законом иск, призванный защитить именно это нарушенное право [48, с. 76].
Однако своеобразие этого влияния заключалось в том, что Кодексы и Дигесты Юстиниана проникли в Россию в Х-ХII вв. из Византии вместе с христианством. Традиционно в древней Руси большее внимание уделялось публичному праву. Лишь начиная с XVIII в. можно говорить о рецепции в России римского частного права в западноевропейском понимании этого слова. Это связано со стремлением Петра I и последующих императоров, построить российские законы на принципах европейских гражданских институтов [50, с. 7-18].
Можно говорить о нескольких основных концепциях понятия иска.
Во-первых, выделение права на иск в материально-правовом и процессуально-правовом смысле (М.А. Гурвич и др. ученые).
Иск в процессуальном смысле — обращенное в суд первой инстанции требование о защите своих прав и интересов. В этом аспекте иск есть средство возбуждения гражданского процесса. Иск в материальном смысле — право на удовлетворение своих исковых требований.
Во-вторых, ряд ученых – правоведов (А.А. Добровольский и др.) рассматривали иск в качестве единого понятия, состоящего из двух сторон: материально-правовой и процессуально-правовой. Процессуально-правовая сторона иска — это требование истца к суду о защите его права. Материально-правовая сторона иска — это требование о защите материального права или интереса.
К.С. Юдельсон, В.М. Семенов, К.И. Комиссаров рассматривали иск как категорию гражданского процессуального права. Примерно такого же подхода придерживается и Г.Л. Осокина. Эта точка зрения близка к позиции М.А. Гурвича и представляется более верной. Иск является понятием и институтом гражданского процессуального права, поэтому он не может быть таким двойственным материально-процессуальным институтом.
Иск — процессуальное средство защиты интересов истца, иск возбуждает исковое производство, тем самым передавая спор на рассмотрение суда. Условия предъявления иска и сама возможность возбуждения дела в суде в порядке искового производства обусловлены обстоятельствами только процессуально-правового порядка, в связи с чем иск более точно характеризовать как категорию исключительно гражданского процессуального права [35, с. 215].
Иск — требование о защите нарушенного или оспоренного права или охраняемого законом интереса, поэтому право на удовлетворение иска — это право на иск в материальном смысле, т.е. право на получение защиты, право на положительный исход процесса, право на решение об удовлетворении иска.
Таким образом, правом на предъявление иска называется — право возбудить и поддержать судебное рассмотрение определенного конкретного материально-правового спора в суде первой инстанции с целью его разрешения. Это — право на правосудие по конкретному материально-правовому спору.
ГЛАВА 2. Реализация права на иск как средство защиты прав граждан в гражданском судопроизводстве
2.1 Субъективные и объективные предпосылки права на предъявление иска
Традиционно право на обращение в суд за судебной защитой связывалось с наличием целого ряда предпосылок.
Предпосылки права на предъявление иска — это обстоятельства, с наличием пли отсутствием которых закон связывает возникновение субъективного права определенного лица на предъявление иска по конкретному делу. При наличии таких предпосылок лицо получает право на судебное рассмотрение его гражданско-правового требования. В случае же отсутствия какой-либо из предпосылок не возникает само право на обращение в суд; следовательно, суд не вправе (и не обязан) принять заявление и совершить соответствующий акт правосудия [55, с. 23].
Предложенная впервые в советской литературе профессором М.А. Гурвичем система предпосылок дифференцировалась на общие и специальные в зависимости от характера их действия, а также по иным критериям. Впоследствии она дополнялась и уточнялась в целом ряде других работ. Иной подход был обоснован профессором К.И. Комиссаровым, который писал, исходя из содержания ст. 3 ГПК РФ, что система предпосылок создает впечатление о сложности обращения в суд, однако указанные предпосылки являются исключениями, закрывающими возможность обращения к суду.
Определение правопорождающих условий права на обращение в суд возможно только с учетом всего круга различных фактических обстоятельств. Можно выделить право на обращение в суд, с одной стороны, как возможность обращения за судебной защитой и, с другой стороны, реализуемое в конкретной ситуации, при возбуждении конкретного дела. Право на обращение в суд вначале существует как потенциальная возможность обращения за судебной защитой. Его последующая реализация зависит от усмотрения соответствующего лица в силу действия принципа диспозитивности, так как лицо вправе и не обращаться в суд, а при наличии правил множественной подведомственности избрать иной орган гражданской юрисдикции для разрешения возникшего юридического дела. Обращение в суд переводит потенциальное право на обращение в суд из сферы возможного в область действительного. Реализация права на обращение в суд в конкретном процессе связана с установлением судьей фактического состава, что необходимо для возбуждения дела в суде. Поэтому следует различать взаимодействие юридических условий и фактов при возбуждении дела в суде. Общие юридические условия при обращении в суд приобретают значение конкретных юридических фактов в данном фактическом составе [19, с. 216].
Как отмечает теоретик гражданского процесса, правовед Ференц-Соронский право на предъявление иска связывается законом с наличием определенных минимальных условий, так называемых предпосылок права на предъявление иска.
Предпосылками права на предъявление иска являются юридические факты, с наличием или отсутствием которых закон связывает возникновение судебного права на предъявление иска по конкретному гражданскому делу.
Различаются предпосылки субъективные и объективные, объективные делятся на положительные и отрицательные в зависимости от того, с наличием их или отсутствием связывает закон возникновение права на иск в процессуальном смысле [39, с. 10-11].
В.В. Ярков подвергает критике такую позицию, отмечая, что в период становления судебной власти и последовательной реализации в Конституции России и процессуальном законодательстве доступа к правосудию следует иначе смотреть на теорию предпосылок. Он отмечает, что такая концепция носила по-своему прогрессивный характер, т.к. ограничивала четкими критериями – определенными, пусть и большим количеством предпосылок – свободное усмотрение судей при принятии заявления о возбуждении дела. Теперь же при расширении сферы судебной защиты и признании права на обращение в суд за практически каждым лицом возникает необходимость иной теоретической и практической трактовки права на обращение в суд и самой динамики возбуждения дела в суде [19, с. 126].
К субъективным предпосылкам относится процессуальная правоспособность истца и ответчика.
Гражданская процессуальная правоспособность — это способность иметь гражданские процессуальные права и нести обязанности. Согласно ст. 36 ГПК РФ гражданская процессуальная правоспособность признается в равной мере за всеми гражданами и организациями, обладающими согласно законодательству Российской Федерации правом на судебную защиту прав, свобод и законных интересов [4]. В соответствии с ч.1 ст.17 ГК РФ она тесно связана с гражданской правоспособностью.
Согласно ст. 17 ГК РФ способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью [3]. У юридических лиц правоспособность возникает с момента государственной регистрации, а прекращается при внесении в Государственный реестр юридических лиц сведений о ликвидации или реорганизации юридического лица [6].
Гражданской правоспособностью обладают не только граждане и юридические лица, но также организации без образования юридического лица. Так, в гражданском процессе могут участвовать трудовые коллективы, а также общественные объединения граждан, не обладающие статусом юридического лица. СК РФ (п. 1 ст. 70) предусматривает участие в процессе по делам о лишении родительских прав таких организаций, как комиссии по делам несовершеннолетних. Также возможно участие в гражданском процессе органов управления, которые не всегда обладают статусом юридического лица.
Под правом на предъявление иска по определенному гражданскому делу подразумевается предоставленная законом всякому правоспособному лицу способность, (правомочие) вызвать своим волеизъявлением деятельность государства в лице суда по осуществлению правосудия по конкретному гражданскому делу, т. е. по разрешению конкретного гражданско-правового спора. Наличие процессуальной правоспособности является необходимой предпосылкой указанного права, представляющего собой ее проявление в конкретном случае.
Процессуальную правоспособность было бы неправильно понимать как одно из проявлений гражданской правоспособности, именно отражение ее в процессе. Конечно, тот, кто правоспособен быть субъектом гражданских прав и обязанностей, не может не быть правоспособен и к защите своих прав. Между обоими видами правоспособности (гражданской и процессуальной) существует тесная связь. Однако связь не означает тождества.
Процессуальная правоспособность по своим объективным признакам (по области отношений, в которых она может проявляться) и по субъектам, которым она принадлежит, не совпадает с гражданской правоспособностью.
Как известно, защита гражданских прав осуществляется не только путем гражданского процесса. Ряд гражданских прав, например, в области жилищных, трудовых, земельных и других правоотношений, защищается в административном порядке. И наоборот, возможно проявление процессуальной правоспособности по спорам в области таких правоотношений, которые исключены из сферы гражданско-правовой деятельности данного лица. Как известно, в области гражданского права юридические лица обладают не общей, а специальной правоспособностью, установленной их уставами и положениями в соответствии с задачами их деятельности [55, с. 23].
Однако процессуальная правоспособность означает способность быть стороной в процессе по своему делу. Обращаться к суду с иском можно лишь для защиты права, которое, по мнению истца принадлежит ему. Поэтому статья гражданского процессуального кодекса подчеркивает, что за защитой нарушенного или оспариваемого права или охраняемого законом интереса может обращаться не всякое лицо, а только заинтересованное. Истец в своем заявлении должен указать на свою заинтересованность в деле, сославшись на связь со спорным материальным правоотношением, а также на заинтересованность в деле ответчика.
К объективным предпосылкам предъявления иска относят положительные и отрицательные предпосылки.
Предпосылки, наличие которых необходимо для предъявления иска, называются положительными. К ним относятся:
а) подведомственность дела судебным органам;
б) правовой характер требований истца;
в) обязательное предварительное рассмотрение спора в несудебном порядке в случаях, установленных законом.
Подведомственность.
В теории гражданского процессуального права проблема судебной подведомственности гражданских дел глубоко исследовалась Ю. К. Осиновым, научные разработки которого по данной проблеме стали ценным вкладом и науку гражданского процесса, а их практическая реализация способствует улучшению качества рассмотрения и разрешения судами гражданских дел. Среди теоретических разработок Ю. К. Осипова важное практическое значение имеет вопрос о видах подведомственности. Если ранее в науке гражданского процесса подведомственность рассматривалась как нечто статическое, безусловное (дело, подведомственное пли неподведомственное конкретному органу), то Ю. К.Осипов пришел к выводу, что подобная точка зрения нуждается в коррективах: подведомственность может изменяться в заранее установленных законом пределах, то есть может носить условный характер [43, с. 80].
В этом плане представляет интерес вопрос о классификации Ю. К. Осиповым подведомственности гражданских дел. В частности, он выделяет следующие виды подведомственности: общую и специальную, подразделяя последнюю на единичную и множественную, а множественную, в свою очередь, — на альтернативную, договорную и императивную. Общая подведомственность устанавливает правила, в соответствии с которыми осуществляется распределение дел между юрисдикционными органами. Например, общие правила судебной подведомственности гражданских дел установлены статьей 22 ГКП РФ, согласно суды рассматривают и разрешают исковые дела с участием граждан, организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений [34, с. 49].
Специальная же подведомственность устанавливает некоторые изъятия из общих правил распределении дел между юрисдикционными органами. При том специальными правилами компетенция того или иного органа по разрешению подведомственных ему по общим правилам дел может как сужаться, в связи с изъятием из его ведения тех или иных дел, так и расширяться, в результате отнесения к его компетенции дел, которые, по общим правилам, разрешаются другими юрисдикциониыми органами.
Поскольку специальной подведомственностью дела, изъятые из общих правил подведомственности, могут относиться к исключи- тельной компетенции какого-либо одного органа либо предоставляться на разрешение нескольким органам, Ю. К. Осиной подразделяет специальную подведомственность на единичную и множественную. Единичная означает, что дело подведомственно исключительно одному определенному органу, а множественная — нескольким юрисдикционным органам [43, с. 86-87]. Так, согласно ст. 27 АПК РФ арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности. Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке (далее — индивидуальные предприниматели), а в случаях, предусмотренных АПК РФ, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя (далее — организации и граждане) [2].
Пример из судебной практики. 7 февраля 2003г. А. обратилась в Абаканский городской суд Республики Хакасия с иском о признании ее увольнения из АООТ «Московское научно-производственное объединение «Гамма» незаконным, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула; о признании договора аренды помещений в нежилых зданиях от 15 января 2001 г., заключенного между этим АООТ и ООО «Макром», расторгнутым [10, с. 15-16].
Она сослалась на то, что состояла в трудовых отношениях с названным АООТ. В связи с передачей обществом в аренду ООО «Макром» нежилых зданий в г. Москве были ликвидированы структурные подразделения АООТ, что привело к сокращению штата и, как следствие, к незаконному увольнению ее по п. 2 ст. 81 ТК РФ.
7 февраля 2003 г. исковое заявление принято к производству Абаканского городского суда. Решением Абаканского городского суда от 10 апреля 2003 г. требования А. удовлетворены в полном объеме; решение суда обращено к немедленному исполнению.
В кассационном порядке дело не рассматривалось.
В представлении заместителя Председателя Верховного Суда РФ, внесенном в Президиум Верховного Суда РФ в порядке, предусмотренном ст. 389 ГПК РФ, в целях обеспечения единства судебной практики и законности, поставлен вопрос об отмене судебных постановлений как вынесенных с существенным нарушением норм процессуального права.
Согласно ч. 1 ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. При этом в силу положений ст.ст. 134, 135 ГПК РФ судья возвращает исковое заявление, если дело неподсудно данному суду, и отказывает в принятии заявления, если дело неподведомственно тому же суду общей юрисдикции.
В нарушение положений ст. 28 ГПК РФ о предъявлении исков в суд по месту жительства ответчиков, а исков к организациям — по месту нахождения этих организаций судьей Абаканского городского суда принято к производству и рассмотрено по существу исковое заявление А. к упомянутому акционерному обществу в части ее восстановления на работе и взыскания заработной платы за время вынужденного прогула, несмотря на то, что ответчик по этим требованиям находится и осуществляет свою деятельность в г. Москве.
Исковое заявление А. как неоснованное на факте нарушения ее трудовых прав, свобод и законных интересов, невзаимосвязанное с требованием о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула в соответствии с ч. 4 ст. 22 и п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ не могло было быть принято судом в связи с тем, что дело не подлежит рассмотрению и разрешению в порядке гражданского судопроизводства, оно должно рассматриваться и разрешаться в порядке арбитражного судопроизводства, по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации [10, с. 15-16].
Множественная по своему характеру может быть альтернативной — когда дела определенной категории помимо основного управомоченного на их разрешение органа могут передаваться па рассмотрение других органов, компетентных их рассматривать по выбору заинтересованного лица (истца, заявителя и т. д.); договорной — когда право выбора одного из нескольких указанных в законе органов осуществляется по взаимному соглашению обеих сторон; и императивной — в случаях, когда предполагается рассмотрение дела несколькими юрисдикционными органами в установленной законом императивной форме последовательности, например, как это установлено для отдельных категорий дел, по которым требуется обязательное их досудебное рассмотрение [42, с. 201].
Подведомственность является также необходимым юридическим условием возникновения права на обращение в суд. Подведомственность очерчивает общие рамки, границы существования права на обращение в суд. Правоспособность без подведомственности не может привести к возникновению данного права. В связи с этим интересно обоснованное Г.Л. Осокиной понимание подведомственности как главной предпосылки права на судебную защиту. Однако только с подведомственностью связывать право на обращение в суд за судебной защитой вряд ли возможно.
Подведомственность гражданских дел судам предусматривает распределение различных категорий дел между государственными и другими органами (судами общей юрисдикции, арбитражными судами, третейскими судами, комиссиями по трудовым спорам, административными органами и др.), рассматривающими правовые споры в пределах своей компетенции.
Подведомственность очерчивает общие рамки, границы существования право обращения в суд. Наличие правоспособности без подведомственности не может привести к возникновению данного права.
Подведомственность является также самостоятельной общей предпосылкой реализации права на обращение за судебной защитой [26, с. 149]. Она конкретизирует конституционный принцип права на судебную защиту (ст. 46 Конституции России). Кроме того, подведомственность выступает юридическим фактом в конкретном фактическом составе, определяющем возникновение процесса. Так, при решении судом вопроса о возбуждении дела подведомственность превращается из предпосылки права на судебную защиту в юридический факт.
Пример из судебной практики Ленинского районного суда г. Новосибирска: судом неверно определен субъект спорного правоотношения, что повлекло ошибку при разрешении вопроса о подведомственности спора.
Иваненко обратился в суд с иском к ОАО «Октябрь» о расторжении трудового договора и признания договора купли – продажи автомобиля, заключенным между Иваненко и ОАО недействительным и взыскании пени за время вынужденного прогула. Решением суда исковые требования Иваненко удовлетворены частично. Определением судебной коллегии от 24 апреля 2003 года решение суда отменено, производство по делу прекращено, поскольку дело подлежит рассмотрению в ином порядке, т.к. в акционерном обществе существует Комиссия по трудовым спорам, и она в соответствии Устава данного общества является органом, рассматривающим трудовые споры в досудебном и обязательном порядке. А требование о признании договора недействительным подлежит выделению в отдельное исковое производство.
Как следует из кассационного определения, договор купли-продажи автомобиля был заключен между субъектами предпринимательских отношений – ОАО «Октябрь» и частным предпринимателем Пироговой. Иваненко при покупке автомобиля действовал по доверенности от индивидуального предпринимателя Пироговой. Нет никаких доказательств передачи индивидуальным предпринимателем Пироговой своих прав Иваненко. Кроме того, Иваненко также во время приобретения автомобиля и во время разбирательства дела в суде являлся индивидуальным предпринимателем. Таким образом, выделение одного искового требование должно быть в отдельное производство, а трудовой спор должен быть разрешен в ином порядке [15].
Правовой характер требований истца.
Иск служит процессуальным средством разрешения спора о праве между сторонами материально-правового отношения.
Предъявляя свой иск в суд, заинтересованное лицо тем самым возбуждает гражданское производство по своему материально-правовому требованию, которое будет рассмотрено и разрешено в судебном решении. Об этом требовании истца будет идти речь на протяжении всего процесса и о нем будет вынесено решение, следовательно, обращение в суд — это одна сторона понятия иска, а материально-правовое требование — другая сторона [42, с. 314].
Таким образом, иском следует называть предъявленное в суд или иной юрисдикционный орган для рассмотрения и разрешения в определенном процессуальном порядке материально-правовое требование одного лица к другому, вытекающее из спорного материально-правового отношения и основанное на определенных юридических фактах.
Иск всегда состоит из требования: одного или нескольких где указано, что истец должен указать в исковом заявлении требование и цену иска, если он подлежит оценке, согласно ст. 131 ГПК РФ [34, с. 216].
Таким образом, материально-правовое требование истца к ответчику является составной частью искового заявления, составляющее предмет иска.
Характер искового требования определяется характером спорного материального правоотношения, из которого вытекает требование истца. По существу просьба истца, реализованная в виде этого требования, составляет просительный пункт искового заявления. От того, насколько четко и юридически грамотно сформулировано исковое требование, зависит и уяснение судьей позиции, которую занимает истец. Также для дальнейшего движения искового заявления должно быть действительно наличие нарушенного права или охраняемого законом интереса истца.
Обязательное предварительное рассмотрение спора в несудебном порядке в случаях, установленных законом.
Суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если истцом не соблюден установленный федеральным законом для данной категории дел или предусмотренный договором сторон досудебный порядок урегулирования спора согласно ст. 222 ГПК РФ [4].
Закон установил перечень дел, по которым досудебный порядок рассмотрения обязателен: большинство трудовых споров, заявлений о возмещении вреда здоровью, причиненного увечьем, профессиональным заболеванием, связанные с исполнением трудовых обязанностей; для требований покупателей об устранении недостатков товаров (работ, услуг); для споров о перевозке грузов железнодорожным, морским, воздушным транспортом; для споров между Абонентом и органами телефонной связи и другие. В случае, если индивидуальный трудовой спор не рассмотрен комиссией по трудовым спорам в десятидневный срок, работник вправе перенести его рассмотрение в суд (ст. 390 ТК РФ) [5]. Если работник по уважительной причине пропустил срок обращения в комиссию по трудовым спорам, то комиссия может этот срок восстановить и разрешить дело по существу [51, с. 230-232].
При несоблюдении досудебного порядка урегулирования спора истец должен предпринять необходимые действия, предусмотренные таким порядком, например, направить претензию, обратиться в комиссию по трудовым спорам и т.д. ГПК РФ не ограничивает право на повторное обращение в суд после выполнения действий по урегулированию спора даже в тех случаях, когда такая возможность утрачена.
Если же истец в установленных законом случаях не обращался в надлежащие органы досудебного разрешения спора, то судья отказывая в принятии искового заявления обязан разъяснить ему, в какой орган следует обратиться и не истёк ли срок исковой давности, если да, то возможно ли его восстановить и не утратило ли заинтересованное лицо право на судебную защиту.
Пример из судебной практики: 24.09.2004 Тверской районный суд ЦАО г. Москвы в составе председательствующего судьи Г-вой, при секретаре Дерганевой, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Токарева к ООО «Ассоль», ЗАО «Золушка» о расторжении договора, возмещении убытков, неустойки, компенсации морального вреда. Установил, что гр. Токарев обратился в суд с иском к ООО «Ассоль», ЗАО «Золушка» о расторжении договора на выполнение строительно-монтажных работ от 16.11.2003, возмещении убытков, взыскании неустойки, компенсации морального вреда.
В судебном заседании представитель ответчиков Клепиков А.Ф. заявил ходатайство об оставлении искового заявления без рассмотрения, ссылаясь на то, что истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, установленный законом для данной категории договора. Истец и его представитель не отрицали, что с претензией по договору строительного подряда к ответчиками не обращались, однако возражали против удовлетворения ходатайства, ссылаясь на то, что спорные правоотношения регулируются Законом РФ «О защите прав потребителей» и в силу п.5 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.1994 №7 в редакции от 10.10.2001 №11 на них не распространяется предварительный внесудебный порядок разрешения требований потребителя [9, с. 20-22].
Выслушав мнение лиц, участвующих в деле, суд считает, что ходатайство подлежит удовлетворению, а исковое заявление- оставлению без рассмотрения по следующим основаниям: В соответствии со ст.222 ГПК РФ суд оставляет заявление без рассмотрения в случае, если истцом не соблюден установленный федеральным законом для данной категории дел или предусмотренный договором сторон досудебный порядок урегулирования спора. В соответствии с п.5 постановления Пленума ВС РФ от 29.09.1994 №7 в редакции от 10.10.2001 № 11 Законом РФ «О защите прав потребителей» не установлен предварительный внесудебный порядок разрешения требований потребителя. Однако данный пункт постановления указывает судам на необходимость принимать во внимание, что по некоторым спорам данной категории дел действующим законодательством такой порядок предусмотрен. Судом установлено, что спорные правоотношения вытекают из договоров подряда на строительные и строительно-монтажные работы, т.е. договоров строительного подряда. В соответствии со ст.ст.750, 755,756 и 724 ПС РФ, регулирующими отношения строительного подряда порядок внесудебного урегулирования споров, вытекающих из соответствующих договоров.
Учитывая, что такой порядок истцом не соблюден, его исковое заявление подлежит оставлению без рассмотрения [10, с. 20-22].
Следующий вид объективных предпосылок — отрицательные предпосылки. Отрицательными считаются предпосылки, с отсутствием которых закон связывает возможность обращения в суд с иском, а именно:
а) отсутствие судебного решения, вступившего в законную силу, вынесенного по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям;
б) отсутствие определения суда, вступившего в законную силу, о принятии отказа истца от иска или об утверждении мирового соглашения сторон;
в) отсутствие обязательного для решения третейского суда, за исключением случаев, если суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.
Отсутствие судебного решения, вступившего в законную силу, вынесенного по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям.
Согласно статье 134 ГПК РФ Судья отказывает в принятии искового заявления в случае, если имеется вступившее в законную силу решение суда по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям или определение суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон [33, с. 254].
В теории гражданского процессуального права и судебной практике тождественными признаются иски, в которых совпадают стороны, предмет и основание. Отсюда делается вывод, что изменение хотя бы одного из этих элементов приводит к потере тождества исков и дает право заинтересованным лицам обратиться с иском в суд вторично.
Таким образом, тождественность исков является основанием для отказа в принятии искового заявления.
Внешнее тождество определяется судьей, принимающим исковое заявление, путем сопоставления заявления с состоявшимися ранее и вступившими в законную силу решением или с определением о прекращении производства по делу в связи с отказом истца от иска или заключением между сторонами мирового соглашения. При совпадении сторон, оснований и предмета, вместе взятых, налицо внешнее тождество исков, и должен последовать отказ в принятии искового заявления, ибо тождественный иск уже разрешен вступившим в законную силу решением или находится на рассмотрение суда [42, с. 696].
Правильное установление судом наличия или отсутствия внешнего тождества является одной из важных задач при рассмотрении вопроса о принятии искового заявления. В судебной практике нередко встречаются случаи неправильного определения наличия внешнего тождества исков.
В том случае, если по тождественному иску было принято решение или определение о прекращении производства по делу в связи с отказом от иска или утверждением мирового соглашения, суд отказывает в принятии искового заявления. Если тождественный иск подан не истцом, а прокурором либо лицами, указанными в ст. 46 ГПК РФ, то суд также отказывает в принятии иска.
Иски о расторжении брака, о лишении или ограничении родительских прав могут быть поданы повторно даже в тех случаях, когда ранее было принято решение или вынесено определение по тождественному иску.
Отсутствие определения суда, вступившего в законную силу, о принятии отказа истца от иска или об утверждении мирового соглашения сторон.
Согласно статье 134 ГПК РФ Судья отказывает в принятии искового заявления в том случае если имеется определение суда о прекращении производства по делу в связи с принятием отказа истца от иска или утверждением мирового соглашения сторон [4].
В соответствии с п. 1 ст. 39 ГПК РФ истец вправе изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований либо отказаться от иска, ответчик вправе признать иск, стороны могут окончить дело мировым соглашением.
Отказ истца от иска возможен лишь в тех случаях, когда это не противоречит закону и не нарушает права и законные интересы других лиц. Об отказе истца от иска, заключении сторонами мирового соглашения суд выносит определение, которым прекращает производство по делу (ст. 220, 221 ГПК РФ).Повторное обращение в суд по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается. Признание ответчиком иска влечет принятие решения, в котором указывается, полностью или частично признан иск и в каком объеме подлежат удовлетворению требования истца [30, с. 141-144].
В случае непринятия судом отказа истца от иска, признания иска ответчиком или не утверждения мирового соглашения сторон суд выносит об этом определение и продолжает рассмотрение дела по существу.
Заключить мировое соглашение могут только стороны. Не допускается заключение мирового соглашения по делам особого производства. По некоторым категориям дел искового производства мировое соглашение не может быть заключено (например, дела о лишении родительских прав) [33, с. 256]. Мировое соглашение имеет двойственную природу и представляет собой не только процессуальный акт, но и в некоторых случаях гражданско-правовой договор (может иметь природу отступного). Российское законодательство не использует такое обозначение мирового соглашения, как самостоятельный и специально регулируемый вид гражданско-правового договора (трансакция – от англ. «transaction»).
В ст. 2044 Гражданского кодекса Наполеона 1804 г., действующего до сих пор во Франции, в Бельгии и Люксембурге, под трансакцией понимается договор, с помощью которого стороны прекращают уже имеющий место спор или предотвращают спор, который может возникнуть. Данный договор должен заключатся исключительно в письменной форме [43, с. 156].
Мировое соглашение может быть заключено на любой стадии гражданского процесса до удаления судьи (судей) в совещательную комнату. Согласно п. 5 ч. 1 ст. 150 ГПК РФ на стадии подготовки дела к судебному разбирательству судья принимает меры по заключению сторонами мирового соглашения. При утверждении мирового соглашения сторон суд выносит определение, которым одновременно прекращается производство по делу. В определении суда должны быть указаны условия, утверждаемого судом мирового соглашения сторон. При заключении мирового соглашения стороны должны предусмотреть порядок распределения судебных расходов, в т.ч. расходов на оплату помощи представителей.
Отсутствие обязательного для решения третейского суда, за исключением случаев, если суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда.
Отказ в выдаче исполнительно листа на принудительное исполнение решения третейского суда, возможен по основаниям, предусмотренным ст. 426 ГПК РФ и не является основанием для отказа в принятии искового заявления.
Это основание, отличается от основания, предусмотренного п. 7 ст. 219 ГПК РСФСР. Ранее для прекращения производства по делу достаточно было заключенного между сторонами договора о передаче данного спора на разрешение третейского суда. Однако не учитывались те случаи, когда суд отказывал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда. В ГПК РФ эти обстоятельства учтены, и если суд отказал в выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда, то суд не прекращает производство по делу.
Основания для отказа в принятии искового заявления, предусмотренные п. 2 и 3 ч. 1 , распространяются на решения, вынесенные иностранными судами и третейскими судами (арбитражами) [33, с. 257].
Все эти предпосылки на предъявление иска имеют исключительно процессуальный характер и не затрагивают вопроса о наличии или отсутствии у истца действительного субъективного материального права.
Процессуальные предпосылки, с которыми связано возникновение права на обращение в суд за судебной защитой, должны быть налицо не только на момент подачи заявления, но и па протяжении всего процесса по рассмотрению и разрешению дела. Последующее отпадение какой-либо из предпосылок, на основе которой возникло право на обращение с иском в суд, является помехой для дальнейшего развития процесса. Так, если после возбуждения дела в суде стороны заключили договор о передаче спора на разрешение третейского суда, производство по делу подлежит прекращению [31, с. 51].
Правовые последствия отсутствия предпосылок права на предъявление иска состоят в том, что если их отсутствие обнаружится при возбуждении дела, то судья должен отказать в принятии заявления. В случае обнаружения отсутствия одной из предпосылок в стадии рассмотрения дела, производство по делу должно быть прекращено в силу ст. 220 ГПК РФ [4].
2.2 Условия реализации права на предъявление иска
Для возбуждения гражданского дела судьей необходимо не только обладание правом на предъявление иска, но и соблюдение предусмотренного законом порядка при обращении и суд с заявлением. Такое обращение (подача заявления), как юридический факт, влечет преобразование права на предъявление иска, являющегося односторонним правомочием. Праву на возбуждение дела корреспондирует обязанность судьи принять заявление к производству, вынести определение о возбуждении гражданского дела. С этого момента возникает процесс, имеющий своим предметом требование о защите нарушенного или оспоренного гражданского права или охраняемого законом интереса.
Обращение заинтересованного лица в суд имеет значение юридического факта только тогда, когда соблюдены следующие условия:
1. Заявление подано с соблюдением правил о подсудности;
2. Заинтересованное лицо, обращающееся за защитой, обладает гражданской процессуальной дееспособностью;
3. У лица, обратившегося за судебной защитой права или охраняемого законом интереса другого лица, имеются полномочия на ведение дела;
4. Соблюдены требования, предъявляемые к содержанию и форме искового заявления;
5. Соблюдены требования об оплате искового заявления государственной пошлиной.
Для наилучшего уяснения каждого из условий необходимо раскрыть их более подробно.
Соблюдение правил подсудности.
В ст. 47 Конституции РФ закреплена общая норма подсудности дел судам. В ней говорится, что «никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом» [1]. В соответствии с данной конституционной нормой в настоящее время вышестоящие суды не имеют права при отсутствии ходатайства сторон, их просьб и при наличии возражения какой-либо из сторон (истца, ответчика, соучастников) изымать дела из нижестоящих судов и принимать их к своему производству.
В теории гражданского процессуального права подсудность определяется как совокупность правовых норм, определяющая, какой конкретно суд должен рассматривать подведомственное ему дело как суд первой инстанции. Она, в свою очередь, подразделяется на родовую и территориальную. Когда речь идет о подсудности гражданских дел судам одноименного уровня судебной системы, то говорят о родовой подсудности, если же о распределении гражданских дел между судами одного звена в зависимости от территории, на которой функционирует суд, — о территориальной подсудности [20, с. 147].
Пример судебной практики. Прокурор Калужской области обратился в Калужский областной суд с заявлением о признании недействующим п. 1 постановления Законодательного Собрания Калужской области от 21 ноября 2002 г. № 500 «О назначении представителей общественности в квалификационную коллегию судей Калужской области», которым в квалификационную коллегию судей Калужской области назначена нотариус нотариальной конторы г. Калуги К. По мнению прокурора, этот пункт противоречит п. 8 ст. 11 Федерального закона «Об органах судейского сообщества в Российской Федерации».
Определением судьи областного суда от 14 октября 2003 г. заявление возвращено в связи с неподсудностью дела данному суду. Прокурор Калужской области в представлении просил об отмене определения судьи, считая его неправильным.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 17 декабря 2003 г. в удовлетворении представления отказала по следующим основаниям.
В ст. 26 ГПК РФ определен перечень дел, подсудных в том числе и областному суду. Дела об оспаривании правовых актов индивидуального характера не включены в этот перечень, поэтому судья обоснованно возвратил заявление прокурору, разъяснив, что дело подсудно районному суду.
Согласно ч. 1 п. 2 ст. 135 ГПК РФ судья возвращает исковое заявление в случае, если дело неподсудно данному суду. Названное заявление прокурора ввиду неподсудности дела областному суду обоснованно было возвращено ему [12, с. 20].
В отличие от общей территориальной подсудности для некоторых категорий гражданских дел определена так называемая альтернативная подсудность, т.е. когда дело подсудно одновременно нескольким судам, и истец по своему желанию вправе обратиться в любой из них. Так, в соответствии со ст. 118 ГПК иск к ответчику, место жительства которого неизвестно, несмотря на принятые меры, может быть предъявлен по месту нахождения его имущества или по последнему известному месту его жительства. По месту жительства заинтересованного лица могут быть заявлены иски о взыскании алиментов и об установлении отцовства, о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца, о расторжении брака с лицами, признанными в порядке безвестно отсутствующими, либо недееспособными вследствие душевной болезни или слабоумия, либо осужденными за совершение преступления к лишению свободы на срок не менее трех лет [34, с. 342].
Для рассмотрения определенных дел гражданское процессуальное законодательство установило конкретный суд, в который может обратиться истец. В соответствии со ст. 119 ГПК иски о правах на земельные участки, здания, помещения, сооружения, другие объекты, прочно связанные с землей (недвижимое имущество), об освобождении имущества от ареста предъявляются по месту нахождения этих объектов или арестованного имущества.
Гражданское процессуальное законодательство в целях защиты интересов граждан и юридических лиц, недопущения ограничения их свобод в области материальных и процессуальных прав, предоставило им возможность самим избирать подсудность дела. Такое соглашение получило название договорной подсудности. Суть ее состоит в том, что стороны могут по соглашению между собой изменять территориальную подсудность данного дела. Однако такое изменение не допускается, если речь идет о родовой, а также исключительной подсудности.
Встречаются и такие дела, когда в гражданско-правовом споре участвует один истец и несколько ответчиков и притом все они находятся или проживают в разных местах. При возникновении таких обстоятельств истец по своему выбору имеет право предъявить иск в суд по месту жительства или месту нахождения одного из ответчиков.
Если дело неподсудно данному суду, то судья возвращает исковое заявление в соответствии со ст. 135 ГПК РФ. При этом он обязан разъяснить заинтересованному лицу, в какой суд ему следует обратиться.
Пример из судебной практики Ленинского районного суда г. Новосибирска. При неподсудности хотя бы одного требования мировому судье дело подсудно районному суду. Кушнарева и Сычева обратились в суд с иском к Щетинину об устранении нарушений права собственника и снятии с регистрационного учета. Определением судьи от 20 марта 2004 года исковое заявление возвращено по мотиву неподсудности дела районному суду. По мнению судьи, дело подсудно мировому судье, поскольку имеет место спор о порядке пользования жилым помещением. Кассационным определением от 20 мая 2004 года определение судьи отменено по мотиву того, что иск содержит два требования: об устранении нарушений права собственника и о снятии с регистрационного учета. Одно из данных требований не подсудно мировому судье [15].
Гражданско-процессуальная дееспособность.
По общим правилам гражданского судопроизводства, за судебной защитой могут обращаться лица, обладающие гражданской процессуальной дееспособностью.
Гражданская процессуальная дееспособность определяется, как способность стороны своими личными действиями приобретать процессуальные права и осуществлять процессуальные обязанности, т. е. лично совершать процессуальные действия, порождающие юридические последствия [51, с. 123].
Гражданская процессуальная дееспособность тесно связана с гражданской дееспособностью, что обуславливает тот факт, что теории гражданского права известно понятие частичной (ограниченной) дееспособности. Частичная гражданская процессуальная дееспособность состоит в том, что в случаях предусмотренных законом, несовершеннолетние имеют право лично защищать в суде свои права и охраняемые законом интересы.
Привлечению в таких делах родителей, усыновителей или попечителей несовершеннолетних зависит от усмотрения суда. Что касается граждан, признанных ограниченно дееспособными, а также несовершеннолетних в возрасте от пятнадцати до восемнадцати лет, то их интересы защищаются в суде их родителями, усыновителями, попечителями, однако суд обязан привлекать к участию в таких делах самих несовершеннолетних или граждан признанных ограниченно дееспособными. Остальные лица т. е. не достигшие пятнадцати лет и лица признанные недееспособными вследствие душевной болезни или слабоумия, не обладают гражданской процессуальной дееспособностью. Процесс, возбужденный по заявлению недееспособного лица, не должен порождать для истца никаких процессуальных последствий. Поэтому в случае, когда в суд обращаются лица недееспособные, судья обязан отказать в принятии искового заявления. Если же заявление будет ошибочно принято, суд в соответствии со статьей гражданско-правового кодекса оставляет иск без рассмотрения. Их права защищаются в суде родителями, усыновителями, опекунами.
Гражданская процессуальная дееспособность – это обусловленное законом право субъекта гражданского правоотношения путем личного участия в процессе в качестве стороны реализовать собственные, субъективные правомочия, направленные на защиту личных прав и охраняемых и охраняемых законом, либо указанные правомочия других лиц.
Таким образом, гражданская процессуальная дееспособность – необходимое условие для юридической действительности обращения к суду истца [39, с. 7-10].
Пример судебной практики. Согласно определению Верховного Суда РФ отказ в принятии к производству суда заявления депутата законодательного органа власти субъекта Российской Федерации об оспаривании законности отдельных положений регламента заседаний законодательного органа власти субъекта Российской Федерации признан необоснованным.
Отказывая К. (депутату законодательного органа власти субъекта Российской Федерации) в принятии к производству городского суда заявления об оспаривании отдельных положений регламента заседаний законодательного собрания субъекта Российской Федерации, судья городского суда сослался на то обстоятельство, что «действующим гражданским процессуальным законодательством депутаты законодательных (представительных) органов власти субъектов Российской Федерации не отнесены к кругу лиц, которым предоставляется право на обращение в суд с заявлением об оспаривании нормативных правовых актов по мотиву нарушения их депутатских прав, принятых органом, в состав которого они непосредственно входят, а также на оспаривание таких нормативных правовых актов в связи с нарушением их депутатской компетенции».
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила определение судьи городского суда и направила заявление К. в тот же суд для решения вопроса о возможности принятия его к рассмотрению, указав следующее:
Обладая специальной правоспособностью и дееспособностью в силу своего правового статуса, депутаты законодательных (представительных) органов государственной власти субъектов Российской Федерации в то же время не лишены статуса гражданина Российской Федерации.
Каких-либо ограничений в вопросе принятия к рассмотрению такого заявления депутата ни действующим законодательством субъектов Российской Федерации, ни Конституцией Российской Федерации не предусмотрено [13, с. 22-23].
Ведение дел в суде через представителей.
Граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. В соответствии с п.1 ст.48 ГПК РФ, личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.
Под представительством в гражданском процессе понимается правоотношение, в котором одно лицо (представитель) от имени другого лица (представляемого) в его интересах и по его поручению осуществляет на основании предоставленных ему полномочий процессуальные действия, направленные на защиту прав представляемого и создающие для представляемого определенные права и обязанности.
По основаниям возникновения представительство делится на:
— законное;
— добровольное договорное, по доверенности;
— представительство на основании учредительных документов и др.
Организации не могут выступать в суде лично, они действуют только через представителей. Чаще всего в качестве таковых выступают юридические органы организаций. В соответствии со ст. 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами [34, с. 343-344]. От имени ликвидируемой организации в суде выступает уполномоченный ликвидационной комиссии.
Представителем может быть дееспособное лицо. В соответствии с ч. 1 ст. 37 ГПК РФ способность своими действиями осуществлять процессуальные права, выполнять процессуальные обязанности и поручать ведение дела представителю (гражданская процессуальная дееспособность) принадлежит в полном объеме в суде гражданам, достигшим возраста 18 лет, и организациям.
Судьи, следователи, прокуроры не могут быть представителями в суде, за исключением случаев участия их в процессе в качестве представителей соответствующих органов или законных представителей. Это положение закреплено в ст. 51 ГПК РФ.
Для осуществления представительства, представитель должен иметь соответствующие полномочия, выданные в виде отдельного документа или данные стороной в суде устно с занесением в протокол судебного заседания.
Их отсутствие, какие-либо дефекты формы или содержания документов, подтверждающих полномочия, влекут отказ суда в праве выступать в качестве представителя.
Законные представители имеют полномочия в силу закона, однако они также должны представить документы, подтверждающие их личность, и соответствующий документ, удостоверяющий их статус (например, свидетельство о рождении ребенка).
Требования, предъявляемые к содержанию и форме искового заявления. Ст. 131 ГПК РФ устанавливает обязательные требования к форме и содержанию искового заявления. К ним относятся: указание наименование суда, в который подается заявление; точное наименование истца и ответчика, их место жительства или нахождения, а также наименование представителя, если исковое заявление подается представителем; содержание исковых требований; изложение обстоятельств, которыми истец обосновывает свои требования; указания доказательств, подтверждающих иск; указание цены иска; сведения о соблюдении досудебного порядка обращения к ответчику, если это установлено федеральным законом или предусмотрено договором сторон; перечень прилагаемых к заявлению документов. Иск предъявляется путем подачи в суд искового заявления в письменной форме. Исковое заявление подписывается истцом или его представителем при наличии у него полномочий на подписание заявления и предъявление его в суд [27, с. 3-4].
Каждое исковое заявление должно быть оплачено государственной пошлиной, кроме тех случаев, когда истец освобожден от несения судебных расходов. Исковое заявление подается в суд с копиями по числу ответчиков. При несоблюдении истцом этих требований судья выносит определение об оставлении заявления без движения и назначает истцу срок для исправления недостатков искового заявления или оплаты государственной пошлины, о чем извещает истца. Если истец в установленный срок устраняет недостатки, исковое заявление считается поданным в день первоначального предъявления его в суд. В противном случае заявление считается не поданным и возвращается истцу, о чем судья выносит мотивированное определение [51, с. 124-126].
Оплата искового заявления государственной пошлиной. Государственная пошлина представляет собой обязательный и действующий на всей территории Российской Федерации платеж, взимаемый за совершение юридически значимых действий либо выдачу документов уполномоченными на то органами или должностными лицами. Государственная пошлина взимается за совершение судом действий по рассмотрению и разрешению гражданских дел. Государственной пошлиной оплачивается каждое исковое заявление, первоначальное и встречное, заявление третьего лица, заявляющего самостоятельные требования на предмет спора в уже начатом процессе, заявление (жалоба) по делам особого производства, а также кассационные жалобы [53, с. 83].
Размер государственной пошлины зависит от вида гражданского дела и характера совершаемого процессуального действия. За подачу заявлений по делам искового производства он устанавливается отдельно для имущественных и неимущественных требований. Если в заявлении содержится несколько требований, одни из которых носят имущественный, а другие — неимущественный характер, государственная пошлина взимается совокупно как за требования имущественного характера, так и неимущественного характера [46, с. 109-112]. Согласно ст. 132 и ст. 136. ГПК РФ, при отсутствии документа об уплате государственной пошлины судья выносит определение об оставлении заявления без движения, о чем извещает лицо, подавшее заявление, и предоставляет ему разумный срок для исправления недостатков.
Пример из судебной практики. Сергиенко в интересах недееспособной Родионовой обратилась в суд с иском к Юшиной о признании недействительным договора дарения. Определением судьи от 28 ноября 2004 года исковое заявление оставлено без движения по мотиву неуплаты государственной пошлины. Судебной коллегией определением от 21 января 2004 года определение судьи отменено, исковое заявление направлено для рассмотрения в районный суд. В определении указано, что у судьи не было оснований для оставления иска без движения, поскольку Сергиенко заявил требования в интересах недееспособной, а не в своих интересах, в силу закона данное заявление освобождается от уплаты судебных расходов в доход государства [14].
Таким образом, при несоблюдении вышеуказанных условий не может быть возбуждено гражданское дело и начат гражданский процесс т.е. не может быть реализовано право на предъявление искового заявления.
2.3 Реализация права на удовлетворение иска как механизм защиты прав граждан
В отличие от права на предъявление иска, являющегося правомочием, право на удовлетворение процессуального требования представляет собой субъективное право, так как ему корреспондирует обязанность суда удовлетворить заявленное требование, если оно основано на законе и установлены предусмотренные законом юридические факты [40, с. 29-38].
Большая заслуга в разработке понятия права на удовлетворение иска принадлежит А.А. Добровольскому, который, в частности, показал практическое значение рассматриваемого понятия. Категория права на удовлетворение иска имеет большое практическое значение, так как для заинтересованного лица, обращающегося с требованием о защите, важно иметь не только право на предъявление иска (право на иск в процессуальном смысле), но и право на получение защиты (право на иск в материально-правовом смысле). Более того, для лица, обращающегося в суд за защитой, первостепенное значение имеет цель удовлетворения его исковых требований. А средством достижения этой цели является предъявление иска в суд [25, с. 89].
Материально-правовая сторона права на иск, т.е. право на удовлетворение иска, проверяется и выясняется в ходе судебного разбирательства.
Представляется, что у истца будет право на удовлетворение иска, если право истца обоснованно как с правовой, так и с фактической стороны. При этом под правовой обоснованностью необходимо понимать: законность исковых требований, наличие у заинтересованного лица в действительности нарушенного субъективного права или охраняемого законом интереса, подлежащего защите; наличие материального закона; соблюдение сроков исковой давности.
Фактическая же обоснованность относится к области процессуального права и означает доказанность правовой обоснованности иска. Необоснованность требований истца всегда проявляется как несоответствие его доводов действительным обстоятельствам дела, установленным судом при разбирательстве: истец заблуждается в оценке фактической ситуации, ошибочно предполагает доказанными какие-то факты, имеющие значение для дела, тогда как этого нет; его доказательства недостоверны, недоброкачественны или недопустимы [45, с. 40-52].
Так, статьей 56 ГПК РФ предусмотрена обязанность лица, участвующего в деле, доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Не исполнив данную обязанность, лицо не может рассчитывать на благоприятное для себя решение суда. В соответствии со ст. 57 ГПК РФ лицо, не выполняющее требование суда о представлении доказательства по причинам, признанным судом неуважительными, может быть подвергнуто штрафу [4].
Вместе с тем суд не вправе отказать в иске лишь в связи с тем, что истец не знает какие-то существенные для дела обстоятельства, или из-за того, что представленный им доказательственный материал недостаточен. В таких случаях согласно действующему законодательству (ч. 3 ст. 57 ГПК РФ) в ходе подготовки дела к судебному разбирательству он вправе указать истцу на недоказанность определенных фактов, приняв надлежащие меры к истребованию соответствующих средств доказывания, в противном случае решение будет отменено вышестоящим судом на основании ч. 1 или ч. 2 ст. 362 ГПК РФ [4].
Важно отметить, что соблюдение сроков исковой давности необходимо для того, чтобы сохранить возможность осуществления исковой защиты права, возможность использовать иск как средство защиты права. Поэтому у заинтересованного лица может быть право на предъявление иска и одновременно отсутствовать право на удовлетворение иска. Так, истечение срока исковой давности является основанием для отказа в иске, поскольку у истца нет права на удовлетворение иска (п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 января 2003 г. N 2 «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» [7].
В силу пункта 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, включая право заявить в суде об истечении срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), а заявление, например сделанное третьим лицом, не является основанием для применения судом исковой давности. В этой связи важно отметить, что существенной новеллой нового ГПК РФ 2002 г. является введение обязательной стадии предварительного судебного заседания. Законодатель четко установил не только цели предварительного судебного заседания, одной из которой как раз и является исследование фактов пропуска исковой давности, но и перечислил возможные действия сторон: представлять доказательства, приводить доводы, заявлять ходатайства (ст. 152 ГПК РФ). Очевидно, что решение суда об отказе в иске как акт осуществления правосудия должно быть законным и обоснованным (ст. 195 ГПК РФ).
Право на иск в процессуальном смысле (право на предъявление иска) отличается от права на иск в материально-правовом смысле (право на удовлетворение иска) по основаниям возникновения и реализации указанных правомочий. Возникновение и реализация права на предъявление иска зависит от обстоятельств процессуально – правового характера (например, подведомственность, подсудность и т.п.). Возникновение и реализация на удовлетворение иска обусловлены как материально-правовыми, так и процессуальными фактами. Кроме этого, право на предъявление иска отличается от права на его удовлетворение также по субъекту, правомочному устанавливать наличие или отсутствие соответствующего права [40, с. 29-38].
Наличие или отсутствие права на иск в процессуальном смысле проверяется, по общему правилу, судьей единолично при возбуждении гражданского дела. Наличие или отсутствие права на иск в материально-правовом смысле проверяется только судом в коллегиальном составе путем рассмотрения дела по существу в стадии судебного разбирательства [42, с. 153].
И, наконец, право на предъявление иска и право на удовлетворение его различаются по характеру юридических последствий, которые наступают в случае отсутствия или ненадлежащей реализации того или иного правомочия.
Отсутствие права на предъявление иска или его ненадлежащая реализация в зависимости от времени обнаружения влекут отказ в принятии искового заявления в стадии возбуждения гражданского дела; прекращение производства по делу либо оставление иска без рассмотрения в стадии судебного разбирательства.
Отсутствие же права на удовлетворение иска влечет вынесение решения об отказе в удовлетворении иска. Различия в указанных выше последствиях проявляется в том, что отсутствие права на иск в процессуальном смысле означает отсутствие права на процесс, что оформляется соответствующим определением судьи или суда [53, с. 126].
Отсутствие же у заинтересованного лиц права на иск в материально-правовом смысле означает отсутствие права на получение защиты, что оформляется решением суда как актом правосудия.
Указанные выше различия обуславливают важнейшие практические выводы и рекомендации, заключающиеся в недопустимости отказа в принятии искового заявления, прекращения производства по делу или оставление искового заявления без рассмотрения по соображениям материально-правового характера.
Выводы: к числу общих юридических условий, определяющих возникновение права на обращение в суд, относятся процессуальная правоспособность и подведомственность. Иные предпосылки, фактические условия, относимые к числу правообразующих при обращении в суд, таких функций не выполняют. Они либо носят специальный характер, либо играют роль правопрекращающих юридических фактов.
Процессуальная правоспособность и подведомственность отличаются тем, что носят характер наиболее общих юридических условий для возникновения права на обращение в суд по любому гражданскому делу. Право на обращение в суд может быть только у лица, наделенного процессуальной правоспособностью. Лицо неправоспособное такой возможности лишено, и поэтому говорить о праве на обращение в суд неправоспособных субъектов вряд ли стоит.
Подведомственность является также необходимым юридическим условием возникновения права на обращение в суд. Подведомственность очерчивает общие рамки, границы существования права на обращение в суд. Правоспособность без подведомственности не может привести к возникновению данного права. В связи с этим интересно обоснованное Г.Л. Осокиной понимание подведомственности как главной предпосылки права на судебную защиту. Однако только с подведомственностью связывать право на обращение в суд за судебной защитой вряд ли возможно.
Наличие или отсутствие этих процессуальных фактических обстоятельств выясняется судьей при рассмотрении требования возбудить дело.
Отсутствие предпосылок права на предъявление иска означает отсутствие самого права на предъявление иска, следовательно, отсутствие корреспондирующей этому праву обязанности судьи возбудить гражданское дело, а поэтому влечет отказ в принятии искового заявления или прекращение производства без права повторного обращения заявителя в суд к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям (п. 3 ст. 134, п. 1, 2 ст. 220 ГПК РФ) [4].
Несоблюдение условий реализации права на предъявление иска при наличии у заинтересованного лица права на процесс означает несоблюдение установленного законом порядка его реализации, что обусловливает иной характер последствий.
ГЛАВА 3. Проблемы, связанные С иском, как способом защиты прав граждан в гражданском судопроизводстве и способы их устранения
В настоящее время Гражданский процессуальный кодекс РФ служит довольно практичным и эффективным кодифицированным источником гражданского процессуального права для его правоприменителей – судей.
Существуют проблемы в применении отечественного гражданского процессуального закона, хотя если сравнивать с предыдущим гражданским процессуальным законом страны, то такие проблемы являются довольно не существенными.
Если обратиться к европейскому опыту построения источников гражданского процессуального права, то можно сделать вывод о том, что некоторая процессуальная несовершенство и массивность по содержанию источников европейских государств (Франции, Германии и др.) послужило тому, что схожие по сути нормы процессуального права этих государств, в которых господствует нормы романо-германского права, привело к унификации, а зачастую и к созданию новых норм права в других европейских государствах. В этой части Россия не исключение.
Процедура разрешения споров реализуется в процессуальном законодательстве – гражданском процессуальном или арбитражном процессуальном законодательстве. Процессуальные кодексы и правила судопроизводства европейских стран – главные, но не единственные источники регулирования процессуальных отношений. Как правило, самостоятельными законами регулируются вопросы государственной пошлины, представителей и др. [18, с. 53-61].
В этой связи, в других нормах материального права содержатся процессуальные нормы. Так, немало норм гражданского процессуального права содержится в: Семейном кодексе РФ (ст. ст. 7, п. 1; 8; 11, п. 3; 28; 49; 52, п. 1; 70, п. п. 1, 2; 72; 73; 76; 78; 79; 106; 108; 125 и др.), еще в римском частном праве брачно-семейные отношения регулировались нормами права поскольку, постольку, возникали в связи с заключением брака; Трудовом кодексе РФ (ст. ст. 382, 383, 390 — 394, 397 и др.), а также в иных федеральных законах. И включение норм гражданского процессуального права в иные, кроме ГПК, федеральные законы, очевидно, вызывается объективными причинами, связанными с многообразием дел, рассматриваемых в порядке гражданского судопроизводства, и их особенностями.
Однако это зачастую порождает серьезные недостатки законодательного регулирования гражданских процессуальных правоотношений и проблемы в применении таких законодательных актов, поскольку при включении норм гражданского процессуального права в различные федеральные законы не всегда учитываются принципиальные положения законодательства о гражданском судопроизводстве.
С учетом сложившейся судебной практики можно сделать вполне определенный вывод: аналогия закона или аналогия права в гражданском судопроизводстве возможна и необходима при выработке судом не урегулированных федеральным законом процедур рассмотрения каких-либо категорий дел, не укладывающихся в общую процедуру, при совершении определенных процессуальных действий, при составлении процессуальных документов и т.п.
Однако возможно пойти по другому пути, включить в гражданский процессуальный закон отсылочные диспозиции нормы материального права государства (Семейного кодекса, Гражданского кодекса, Земельного кодекса и др.), для большей унификации и практической эффективности их применения представителями судебной власти.
Что же касается других источников права, например, в силу ч.4 ст. 15 Конституции РФ источниками права могут служить общепризнанные принципы и нормы международного права, то их необходимо применять в конкретных обстоятельствах, не включая в нормы гражданского процессуального законодательства. И при осуществлении судебной защиты, государственный суд наряду с нормами национального права, также вправе применять общепризнанные принципы и нормы международного права [1].
Таким образом, влияние римского частного права на европейское право и право России проявляется, прежде всего, в воздействии обычаев и норм Рима на процессуальные институты – искового производства.
До настоящего времени, как в России, так и других европейских государствах, наиболее важной проблемой гражданского права и гражданского процесса остается процесс дальнейшей унификации норм права и усовершенствования судебной защиты гражданских прав.
Можно говорить о том, что нынешние нормы российского гражданского права и гражданского процесса, а также европейского права, были взяты в ходе рецепции из римской цивилистики, а впоследствии унифицированы, перестроены под конкретные историко-этнические и государственные особенности, с тем, чтобы названные правовые институты могли прижиться, и посредством иска как требования, могли эффективно охранять права и осуществлять защиту гражданских прав и законных интересов.
Среди проблем, существующих в сфере реализации права на иск можно отметить недостатки законодательного регулирования реализации права на иск. Процедура разрешения споров реализуется в процессуальном законодательстве – гражданском процессуальном законодательстве. Процессуальные кодексы и правила судопроизводства европейских стран – главные, но не единственные источники регулирования процессуальных отношений. В этой связи, в других нормах материального права содержатся процессуальные нормы. Так, немало норм гражданского процессуального права содержится в: Семейном кодексе РФ (Трудовом кодексе РФ, а также в иных федеральных законах. Однако это зачастую порождает серьезные недостатки законодательного регулирования гражданских процессуальных правоотношений и проблемы в применении таких законодательных актов, поскольку при включении норм гражданского процессуального права в различные федеральные законы не всегда учитываются принципиальные положения законодательства о гражданском судопроизводстве.
Для решения данного вопроса необходимо включить в гражданский процессуальный закон отсылочные диспозиции нормы материального права государства (Семейного кодекса, Гражданского кодекса, Земельного кодекса и др.), для большей унификации и практической эффективности их применения представителями судебной власти.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Рассмотрев понятие права на иск как средство защиты прав и интересов граждан необходимо повести итоги. Так, на развитие в России права граждан на иск большое влияние оказало римское частное право. По римскому праву иск включал все право с настоящими и будущими притязаниями. Право на иск не было следствием нарушенного права, а возникало только тогда, когда существовал предусмотренный законом иск, призванный защитить именно это нарушенное право.
Можно говорить о нескольких основных концепциях понятия иска.
Во-первых, выделение права на иск в материально-правовом и процессуально-правовом смысле (М.А. Гурвич и др. ученые).
Иск в процессуальном смысле — обращенное в суд первой инстанции требование о защите своих прав и интересов. В этом аспекте иск есть средство возбуждения гражданского процесса. Иск в материальном смысле — право на удовлетворение своих исковых требований.
Во-вторых, ряд ученых – правоведов (А.А. Добровольский и др.) рассматривали иск в качестве единого понятия, состоящего из двух сторон: материально-правовой и процессуально-правовой. Процессуально-правовая сторона иска — это требование истца к суду о защите его права. Материально-правовая сторона иска — это требование о защите материального права или интереса.
К.С. Юдельсон, В.М. Семенов, К.И. Комиссаров рассматривали иск как категорию гражданского процессуального права. Примерно такого же подхода придерживается и Г.Л. Осокина. Эта точка зрения близка к позиции М.А. Гурвича и представляется более верной. Иск является понятием и институтом гражданского процессуального права, поэтому он не может быть таким двойственным материально-процессуальным институтом.
Иск — процессуальное средство защиты интересов истца, иск возбуждает исковое производство, тем самым передавая спор на рассмотрение суда. Условия предъявления иска и сама возможность возбуждения дела в суде в порядке искового производства обусловлены обстоятельствами только процессуально-правового порядка, в связи с чем иск более точно характеризовать как категорию исключительно гражданского процессуального права.
Для того чтобы получить судебную защиту нарушенного пли оспариваемого права или охраняемого законом интереса, а также привести в действие механизм процессуальных средств защиты необходимо обладать в первую очередь правом на обращение в суд за судебной защитой.
Право на обращение в суд за судебной защитой — это право заинтересованного лица на возбуждение в суде первой инстанции гражданского дела в порядке одного из видов гражданского судопроизводства — искового, особого либо в порядке производства дел, возникающих из административно-правовых отношений.
К числу общих юридических условий, определяющих возникновение права на обращение в суд, относятся процессуальная правоспособность и подведомственность. Иные предпосылки, фактические условия, относимые к числу правообразующих при обращении в суд, таких функций не выполняют. Они либо носят специальный характер, либо играют роль правопрекращающих юридических фактов.
Процессуальная правоспособность и подведомственность отличаются тем, что носят характер наиболее общих юридических условий для возникновения права на обращение в суд по любому гражданскому делу. Право на обращение в суд может быть только у лица, наделенного процессуальной правоспособностью. Лицо неправоспособное такой возможности лишено, и поэтому говорить о праве на обращение в суд неправоспособных субъектов вряд ли стоит.
Подведомственность является также необходимым юридическим условием возникновения права на обращение в суд. Подведомственность очерчивает общие рамки, границы существования права на обращение в суд. Правоспособность без подведомственности не может привести к возникновению данного права. В связи с этим интересно обоснованное Г.Л. Осокиной понимание подведомственности как главной предпосылки права на судебную защиту. Однако только с подведомственностью связывать право на обращение в суд за судебной защитой вряд ли возможно.
Наличие или отсутствие этих процессуальных фактических обстоятельств выясняется судьей при рассмотрении требования возбудить дело.
Отсутствие предпосылок права на предъявление иска означает отсутствие самого права на предъявление иска, следовательно, отсутствие корреспондирующей этому праву обязанности судьи возбудить гражданское дело, а поэтому влечет отказ в принятии искового заявления или прекращение производства без права повторного обращения заявителя в суд к тому же ответчику, о том же предмете и по тем же основаниям (п. 3 ст. 134, п. 1, 2 ст. 220 ГПК РФ).
Право на предъявление иска (право на иск в процессуальном смысле) есть право на обращение за защитой субъективного права или охраняемого законом интереса.
Материально-правовая сторона права на иск, т.е. право на удовлетворение иска, проверяется и выясняется в ходе судебного разбирательства.
В исковом порядке при рассмотрении требования истца может быть вынесено три вида судебных постановлений.
Во-первых, предъявленное требование может быть не принято к рассмотрению в исковом порядке. В этом случае у истца отсутствует право на возбуждение и проведение процесса, т.е. право на предъявление иска, а следовательно, вообще отсутствует право на иск, отсутствует процессуальное средство защиты права, что оформляется определением судьи.
Во-вторых, исковое заявление может быть принято к производству суда, но при рассмотрении предъявленного требования в процессуальном порядке по существу будет отклонено, как необоснованное. Значит, у истца было право на предъявление иска, но не было права на его удовлетворение. Другими словами, наличие права на обращение с требованием о защите еще не означает наличия права на удовлетворение такого требования, т.е. права на получение защиты — в иске может быть отказано. Это оформляется решением суда как актом правосудия.
В третьем случае исковое заявление подлежит и рассмотрению, и удовлетворению по существу предъявленного требования. Следовательно, у истца есть право на иск, т.е. право на предъявление иска и право на удовлетворение иска.
Право на обращение с требованием о защите не может само по себе гарантировать получение защиты, если у лица, предъявившего иск, отсутствует субъективное право или охраняемый законом интерес, подлежащий защите, либо пропущены сроки исковой давности и т.п. В свою очередь, право на удовлетворение иска (право на получение защиты) также не может само по себе гарантировать получение защиты, если у заинтересованного лица отсутствует право на предъявление иска. В этом как раз проявляется взаимосвязь и взаимозависимость относительно самостоятельных категорий права на иск в процессуальном смысле и права на иск в материально-правовом смысле.
Среди проблем, существующих в сфере реализации права на иск можно отметить недостатки законодательного регулирования реализации права на иск. Процедура разрешения споров реализуется в процессуальном законодательстве – гражданском процессуальном законодательстве. Процессуальные кодексы и правила судопроизводства европейских стран – главные, но не единственные источники регулирования процессуальных отношений. В этой связи, в других нормах материального права содержатся процессуальные нормы. Так, немало норм гражданского процессуального права содержится в: Семейном кодексе РФ (Трудовом кодексе РФ, а также в иных федеральных законах. Однако это зачастую порождает серьезные недостатки законодательного регулирования гражданских процессуальных правоотношений и проблемы в применении таких законодательных актов, поскольку при включении норм гражданского процессуального права в различные федеральные законы не всегда учитываются принципиальные положения законодательства о гражданском судопроизводстве.
Для решения данного вопроса необходимо включить в гражданский процессуальный закон отсылочные диспозиции нормы материального права государства (Семейного кодекса, Гражданского кодекса, Земельного кодекса и др.), для большей унификации и практической эффективности их применения представителями судебной власти.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ
Конституция Российской Федерации, принята всенародным голосованием 12.12.1993 // Российская газета. — 1993. — 25декабря. — № 237.
Арбитражный процессуальный Кодекс РФ от 24 июля 2002 г. № 95-ФЗ. (ред. от 03.12.2008) // Собрание законодательства РФ. — 2002.- 29 июля. — № 30.- ст. 3012.
Гражданский Кодекс РФ. Часть первая от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ. (ред. от 09.02.2009) // Собрание законодательства РФ. – 1994. — № 32. — ст. 3301.
Гражданский процессуальный Кодекс РФ от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЗ (ред. от 09.02.2009) // Собрание законодательства РФ. – 2002. — № 46. — ст. 4532.
Трудовой Кодекс РФ от 30 декабря 2001 г. № 197-ФЗ (ред. от 22.07.2008) // Собрание законодательства РФ. – 2002. — № 1. — ст. 3.
ФЗ РФ от 8 августа 2001 г. № 129-ФЗ (ред. от 01.12.2007) «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» // Собрание законодательства РФ. — 2001. — № 12. — ст. 216.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.01.2003 № 2 (ред. от 24.06.2008) «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие гражданского процессуального Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2003. — № 3.
Аналитическая справка по результатам изучения причин отмены определений Ленинского районного суда г. Новосибирска судом кассационной инстанции // Архив Ленинского районного суда г. Новосибирска.
Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за 1 квартал 2008 г. (по гражданским делам) (утв. постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 17 января 2008 г.). // Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда РФ. — 2008. — №3.
Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за II квартал 2008 г. (по гражданским делам) (утв. постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 2 апреля 2008 г.). // Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда РФ. – 2008. – №4.
Определение Президиума Верховного Суда РФ от 11 февраля 2004 г. № 68пв03 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2004. — № 8. – С. 15-16.
Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17 декабря 2003 г. N 85-Г03-5 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2004. — № 8. – 20 с.
Определение Верховного Суда РФ № 78-Г07-45 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2008. — № 5. – С. 22-23.
Дело № 112/07 // Архив Ленинского районного суда г. Новосибирска за 2007год.
Дело № 331/08 // Архив Ленинского районного суда г. Новосибирска за 2008 года.
Абознова О.В. Суд в механизме реализации прав на судебную защиту в гражданском и арбитражном процессе: Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. – Екатеринбург, 2006. – 28 с.
Афанасьев С.Ф. Эволюция юридического интереса как предпосылки права на обращение в суд гражданской юрисдикции (теоретико-правовой обзор) // Арбитражный и гражданский процесс. — М., 2007. — №1. — С. 6-11.
Варфоломеев В.В. Исторические аспекты института судебной защиты гражданских прав. — М.: Юрист, 2007.- 94 с.
Гражданский процесс. / Под ред. И.В. Решетникова, В.В. Яркова. — 5-е изд., перераб. и доп. — М.: Норма, 2008. – 336 с.
Гражданское процессуальное право России. / Под ред. М.С. Шакарян. — М.: Проспект, 2006. — 584 с.
Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. — М.: МГУ, 1972. – 347 с.
Гурвич М.А. Право на иск. — М., 1949. – 134 с.
Гурвич М. А. Учение о исках. — М.: Клиф, 1964. – 186 с.
Гурвич М.А. Право на предъявление иска в теории и судебной практике последних лет // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. — 2006. — № 5. — С. 653-663.
Добровольский А.А. Исковая форма защиты права. — М., 1965. – 319 с.
Жилин Г.А. Цели гражданского судопроизводства и их реализация в суде первой инстанции. — М.: ЮрИздат, 2000. – 462 с.
Жудов Н.В. Об отдельном вопросе о порядке оставления искового заявления без движения в гражданском процессе // Мировой судья. – 2008. — № 1. — С. 3-4.
Иванов А.А. Римское право. — М.: ЮНИТИ., 2008. – 415 с.
Исаев И.А. История государства и права России. — М.: Проспект, 2008. – 335 с.
Казанцева Т.А. Право на иск: проблема определения // Норма. Закон. Законодательство. Право. Материалы Всероссийской студенческой научной конференции. — 2007. — С. 141-144.
Кожухарь А.Н. Право на судебную защиту в исковом производстве / Под ред. Е.Г. Мартынчика. — Кишинев: Кишиневский государственный университет им. Ленина, 1989. – 298 с.
Колесов П.П. Процессуальные средства защиты права. — Великий Новгород, 2004. — 220 с.
Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РФ (постатейный) / Под ред. Жилина Г.А. — М.: Проспект, 2009. – 880 с.
Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу РФ. Постатейный / Под ред. А.Б. Борисова. — М.: Книжный мир, 2009. – 640 с.
Коршунов Н.М., Мареев Ю.Л. Гражданский процесс. — М.: НОРМА, 2008. — 912 с.
Марков В.В. Теория иска в гражданском процессуальном праве России и Германии: Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. — М., 2007. – 27 с.
Мельникова. А.А. Т 2. Судопроизводство по гражданским делам. — М.: Наука, 1981. — 361 с.
Мотовиловкер Е.Я. Право на удовлетворение иска // Проблемы защиты субъективных гражданских прав: Сборник научных трудов. Вып. 8. — 2007. — С. 29-38.
Михайлова Е.В. Право на иск и право на предъявление иска как условие реализации конституционного права граждан на судебную защиту // Юридический аналитический журнал.- 2004. — № 2-3. — С. 10-11.
Мотовиловкер Е.Я. Право на удовлетворение иска // Проблемы защиты субъективных гражданских прав: Сборник научных трудов. Вып. 8. — 2007. — С. 29-38.
Новицкий И. Б. Римское право. – М.: Высшее образование, 2009. – 298 с.
Сахнова Т.В. Курс гражданского процесса: теоретические начала и основные институты. – М.: Волтерс Клувер, 2008. — 696 с.
Осипов Ю.К. Подведомственность юридических дел. — М., 1973. — 376 с.
Попов В.В. Право на встречный иск // Юридический мир: Общероссийский научно-практический правовой журнал, 2007. — № 12 (132). — С. 39-50.
Руденко Е. Взаимосвязь двух правомочий: процессуальной стороны и материально-правовой стороны права на иск. // Арбитражный и гражданский процесс, 2007. — № 8 — С. 40-52.
Реут А.В. Правовое регулирование государственной пошлины // Закон., 2008. — № 6. – С. 109-112.
Руденко Е. Взаимосвязь двух правомочий: процессуальной стороны и материально-правовой стороны права на иск. // Арбитражный и гражданский процесс, 2005. — № 8 — С. 40-52.
Сологубова Е.В. Римский гражданский процесс. — М.: Городец, 1997. – 144 с.
Соловьева Т.В. Возвращение искового заявления в гражданском судопроизводстве: Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук. – Саратов, 2007. — 22 с.
Суханов ЕА., Кофанов Л.Л. Влияние римского права на новый гражданский кодекс Российской Федерации. — М.: Древнее право, 1999. – 398 с.
Треушников М.К. Гражданский процесс теория и практика. — М.: Городец, 2008. – 352 с.
Шакарян М.С. Учение о сторонах в гражданском процессе. — М.: Наука, 1983. — 258 с.
Эппель О.П. Иски и заявления в суд. — Выпуск № 2. — М.: Юрайт-Издат, 2007. – 253 с.
Юдельсон К.С. Советский гражданский процесс. — М.: Госюриздат, 1956. – 437 с.
Яровой В.А. Процессуальное право на иск // Ваш правовой консультант.- 2008. — №12. – 23 с.
особенно привлекательно из-за того, что уже по своему определению, данному Лейбницем (1669 год, классическая физика) параметр 
, здесь 
– энергия системы, 
– время. Следовательно, даже в условиях постоянства энергии (это условие выполняемости закона сохранения энергии) действие изменяется в прямой зависимости от текущего времени 
(в условиях 
). Тут противоречие, на него и обращено внимание в аннотации к этой статье. Имманентно включая в себя противоречие, физика существует уже столетия. Не удивительно, что это должно было как-то проявиться, в конце концов. На некоторых серьезных неувязках в законах сохранения сосредоточились участники Международного конгресса – 2004 [1].
(это прямое следствие определения действия) уменьшение действия 
(это постулирует любая разновидность принципа наименьшего действия) должно вызывать непостоянство энергии 
) – это тоже нарушение, на этот раз – закона сохранения момента. Таким образом, в определение Лейбницем физического действия включено комплексное нарушение законов сохранения – двух законов сразу. Но определение действия – начало начал, поскольку отменить “неприятное” понятие действия значило бы выбросить из физики постоянную Планка. Здесь – не отвлеченные сетования: известен целый ряд нетрадиционных энергоисточников (СИЭ), нарушающих закон сохранения кинетического момента (имеются в виду все те же самораскручивающийся диск Серла, “неостановимый” ротатор Година – Рощина, безостановочно вращающийся электрогенератор Баумана, автономно действующая вихревая воздуходувка Потапова [8]). Некоторые из этих СИЭ мы уже называли ранее в качестве примеров странно антигравитирующих устройств. Теперь они оказываются вдвойне интересными. Заметим, что все отмеченные сверхединичные энергосистемы используют вращательно-вихревое механическое движение.
(здесь 
– постоянная Планка, 1900), получаем в фундаменте теории СИЭ (“теория сверхединичности”) следующую систему уравнений (первое приближение):
(*)
) – известное соотношение неопределенностей Гейзенберга – Бора, 
и 
– квантовомеханические неопределенности измерения величин энергии 
– скорость изменения энергии.
получится раскручивающаяся спираль – наглядный образ развития мира. Еще древние представляли себе развитие Вселенной “как бы спиральным”… Следовательно, всеобщий диалектический принцип несотворимости / неуничтожимости материи, взятый за основу моделирования, привел к другому фундаментальному положению диалектики – к образу (и принципу) развития. Теперь можно констатировать соответствие понятий о нарушаемости физических законов сохранения основополагающим философским принципам. Более того, эволюция Вселенной и нарушение Закона сохранения энергии оказались выражаемыми математически одинаково. Это использовано для вывода обобщенного уравнения эволюции энергии-массы расширяющейся Вселенной.
Thus, when studying the verb make, for example: The old man made Henry laugh aloud may be reduced to The man made Henry laugh.
hence
Рис. 1. Дефицит консолидированного бюджета за 1996-2003 годы, в процентах к ВВП.
UТС — средняя потеря напряжения в тяговой сети до токоприемника поезда за время движения его по лимитирующему блок-участку, кВ;
Потерю напряжения в тяговой сети UТС при двустороннем питании участкка с узловым соединением контактных подвесок путей определим по формуле:
UTC = ZTC IP*lKO*(1- lKO )+ 
+ [l12 1- lKO +l22* ]+ lKO(l-lC) ,(2.2)
Потеря напряжения в эквивалентном сопротивление подстанции для плеча, которое питается опережающей фазой (фазой b), определяется по формуле:
ZТП =3*0.69* + , (2.5) 
+ 0.016 ), (2.10)
, (2.11)
=4168 м.
, (2.12)
, (2.13) 
, (2.14) 
, (2.15)
, (2.16)
(2.17)
, (2.18)
, (3.1.)
— дисперсия суммарных расходов энергии по фидеру с номером i,
, (3.2)
, (3.3)
— сумма энергий для n нетяговых фидеров с номерами 1 ,2,…..i…..n;
— дисперсия разности, полученная по счетчикам вводов и счетчикам отходящих фидеров.
, (3.4)
, (3.5)
, то Y стремится к бесконечности, однако в реальных условиях она не превышает 10% от 
.
(3.6)
(3.7)
, (3.8) 