Автор: admin

Введение в историю русской социологии

Миненков

Возникновение и этапы развития российской социологии

Вторая половина XIX века — время стремительного перехода России на рельсы новой, индустриальной, цивилизации, что обострило как старые социальные проблемы, так и выя — вило массу новых. Средств традиционной философии истории для их решения оказалось явно недостаточно. Актуальным стал запрос на рациональный тип мышления и социально — политическоо действия. Необходимо было новое, более точное социальное знание, что и выразилось в становлении и развитии социологии. В ее развитии достаточно четко просматриваются три исторических этапа. Первый этап — 1860—1890-е годы. Как и на Западе, социология в России возникает в лоне позитивистской доктрины, под «духовным руководством» О. Конта. Хотя идеи Конта упоминались уже в 40—50—е гг., особого резонанса они не имели. Широкая популяризация позитивизма начинается в 60—е гг. В 1859 г. выходят две работы П. Л. Лаврова («Механическая теория мира» и «Очерки развития личности»), написанные в позитивистском духе. В 1865 г. почти одновременно появляются статьи о Конте и его философии в трех влиятельных журналах — «Современнике», «Русском слове», «Отечественных записках» (статьи В. В. Лесевича, Д. И. Писарева и П. Л. Лаврова).

В 1867 г. в книге «Огюст Конт и положительная философия» публикуются работы Г. Льюиса и Дж. Милля о Конте. Рецензия на эту книгу Лаврова (1868) во многом задала тон всей последующей российской позитивистской литературе. На рубеже 60 — 70 — х гг. появляются первые собственно социологические работы П. Л. Лаврова и Н. К. Михайловского, написанные в русле методологии позитивизма. Можно, таким образом, сказать, что между 1868 и 1875 годами заключен период легитимизации социологии в Рос — сии. Конечно, 1875 г. — достаточно условная дата. И все же именно на этом рубеже обозначились первые итоги методологической дискуссии о статусе новой науки, появились публикации, четко зафиксировавшие рождение двух противоположных направлений — объективного и субъективного. Любопытно, что источником обеих парадигм стали идеи Конта, хотя зачастую это утверждается только применительно к пер — вой.

Однако и субъективная школа исходила из Конта, по, скорее, второго этапа его творческой эволюции. В качестве основоположников российской социологии чаще всего называют П. Л. Лаврова, Е. В. де Роберти, Н. К. Михайловского, С. Н. Южакова, П. Ф. Лилиенфельда, А. И. Стронина. Но нельзя не упомянуть еще одного имени — Г. Н. Вырубова (1843—1913). И хотя его трудно назвать в точном смысле слова российским социологом, поскольку с 1864 г. он постоянно жил во Франции и публиковался на французском языке, тем не менее его влияние на социологию России, прежде всего объективную школу, велико. М.-М. Ковалевский назвал Вырубова «учителем молодого поколения русских социологов», а Е. В. де Роберти писал о нем как об «умственном руководителе» русского социологического движения на первом этапе. Действительно, Вырубов оказался связующим звеном между французским позитивизмом и формировавшейся российской социологией. Окончив Московский университет, Вырубов навсегда покидает Россию. В 80—е гг. он, признанный ученый—химик, возглавляет кафедру истории наук в Коллеж де Франс. В конце же 60 — х — 70 — е гг. Вырубов был знаменит совсем в иной области, а именно в качестве активного и авторитетного, благодаря многочисленным работам, продолжателя социологии Кон— та. Вместе с учеником Конта Э. Литтре (1801—1881) он основывает журнал «Позитивная философия. Обозрение» и редактирует его вплоть до закрытия в 1884 г. Исследователи, объединившиеся вокруг журнала, признавали заслуживающими внимания лишь идеи объективной социологии Конта и отвергали его позднейшее учение о нравственно и субъективно опосредованном, социальном знании. Практически все начинающие российские социологи испытали влияние школы Вырубова, а де Роберти и Ковалевский стали его наиболее решительными сторонниками и пропагандистами объективной социологии в России. Рассматривая роль позитивизма в становлении российской социологи, следует, однако, подчеркнуть, что увлечение им в России не было простым заимствованием.

Напротив, российские социологи, даже объективного направления, никогда не были правоверными позитивистами, тем более контистами, относились к идеям Конта и близких ему мыслителей достаточно критично. Более того, такие социологи, как Лавров или Михайловский, сложились как позитивисты во многом еще до знакомства с идеями Конта, Спенсера и др. В позитивизме российских социологов привлекало стремление к научному методу, синтезу знаний, к созданию науки об обществе, и он рассматривался ими как логика современной науки. В духе Конта на первом этапе российской социологии был понят ее предмет: социология рассматривалась как высшая наука, опирающаяся на синтез всех научных знаний и исследующая всеобщие социальные законы. Не случайна тяга первых российских социологов к всеобъемлющим синтезам, опора на колоссальный и самый разнородный эмпирический материал. Одновременно недостаточная проясненность объекта социологии приводила к ее аморфности и нечеткости, поскольку каждый исследователь вкладывал в свою «социологию» содержание, соответствовавшее его научным интересам и запасу знаний. Социология тесно переплеталась с социальной философией, рассматривалась как продолжение последней. При этом весьма прозрачно выявилась политическая ангажированность русской социологии. Если социология на Западе в лице Конта и его последователей сформировалась как постреволюционный феномен и была ориентирована на упорядочение новых общественных отношений, то в России она выступила как радикальный социально — политический проект (революционный или реформистский), предлагавший альтернативы политике властных структур. А потому вовсе не случайно, что в правящих кругах «новая наука» была встречена довольно настороженно, поскольку рассматривалась в качестве атрибута оппозиционного сознания. Многие социологи в той или иной форме преследовались, были вынуждены публиковаться за границей, причем не только из—за антиправительственной деятельности.

По этим же причинам длительное время в стране не было специальных исследовательских учреждений, кафедр, журналов. В силу неясности предмета социологии и ее забегания в чужие области она довольно настороженно была встречена и в академической среде. Тем не менее новая наука достаточно быстро развивается, нарастает количество публикаций. Когда в 1897 г. вышел в свет первый учебный обзор по социологии на русском языке (Н. И. Кареев. Введение в изучение социологии), в его библиографии из 880 работ российским авторам принадлежало 260. ПричЭм список Кареева был далеко не полон. Сложился ряд школ и направлений социологических исследований. Среди них можно отметить следующие: натуралистическая социология в различных ее формах (Н. Я. Данилевский, А. И. Стронин, Л. И. Мечников и др.), психологические направления (П.Л.Лавров, Н.К.Михайловский, Н. И. Кареев, Е. В. де Роберти и др.), школа М. М. Ковалевского. Заявил о себе экономический материализм (Г. В. Плеханов). Правда, говорить о школах в социологии из-за отсутствия институциональных основ можно с определенной долей условности. В основном они представляли собой идейную общность, дружеские контакты, литературное сотрудничество и т. п. Второй этап — 1890—1900-е годы. Утверждается мнение, что социология есть одна из многих социальных наук, имеющая собственный предмет исследования и своеобразные задачи, В таком понимании социология все более положительно принимается в научных и общественных кругах, проникает в академическую среду, ее методы начинают широко использоваться в других социальных дисциплинах. В связи с этим следует подчеркнуть, что создание различного рода прикладных социологии было начато именно в российской социологии. Рубеж веков характеризуется осознанием кризиса социологии, причины которого усматривались в неадекватности методологии классического позитивизма потребностям научного познания общества.

На передний план выходит анализ философских предпосылок социологического познания. Ведущей социологической школой становится неокантианство (Б. А. Кистяковский, Л. И. Петражицкий и др.), интенции которого обнаруживались уже у ранних субъективистов. Представители «старых» школ (Н. И. Кареев, М. М. Ковалевский и др., ставшие систематизаторами двух течений — субъективизма и объективизма) во многом уточняют свои позиции. Утверждается экономический материализм (или марксистская социология), причем в двух вариантах: ортодоксальный марксизм (Г. В. Плеханов, В., И-Ульянов—Ленин) и неортодоксальный, «легальный» марксизм ^Я. Б. Струве, Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, М„ И. Туган—Барановский), весьма близкий с точки зрения методологии к неокантианству. В этот же период начинается, хотя и эпизодическое, преподавание социологии. Попытки же открыть кафедры или факультеты социологии наталкиваются на отказ правящих, кругов. Нет и специальных изданий. Тем не менее количество публикаций по социологии продолжает расти. Переводятся и издаются практически все работы ведущих западных социологов. Примечательно, что российская социология выходит, прежде всего благодаря деятельности Ковалевского и де Роберти, на международную арену, причем на равных.

Российские социологи активно участвуют в работе Международного института Социологии, конгрессы которого собирались раз в три года. Три российских социолога (П. Ф.Лилиенфельд, М. М. Ковалевский, .П. А. Сорокин) избирались президентами института. В 1901 г. Ковалевский и де Роберти создали в Париже Русскую высшую школу общественных наук, где обязательным предметом была социология. В школе преподавали многие ведущие как российские, так и западные социологи. Школа по праву была тогда оценена как первая модель российского социологического факультета, причем не имеющая аналогов в мире. Однако по требованию правительства России школа была закрыта. К концу второго этапа проблема институционализации социологии начала все же, решаться. По’ личному разрешению Николая II в Петербурге в 1908 г. был открыт частный Психоневрологический институт во главе с академиком В. М. Бехтеревым с первой российской социологической кафедрой, которую возглавляли Ковалевский, де Роберти, позднее — Сорокин и К. М. Тахтарев. Кафедра провела большую работу по организации обучения социологии, подготовила четыре вы — пуска сборника «Новые идеи в социологии». 10— 20-е годы XX века —третуй этап в развитии российской социологии, насильственно прерванный Внутри страны в 1922 г. Это период, когда социология четко определяет свой предмет и самое себя как общую теорию социального, из чего вытекает снятие антиномии объективизма и субъективизма. Ведущей в социологии становится неопозитивистская ориентация (П. А. Сорокин, К. М. Тахтарев, А. С. Звоницкая). Одновременно оформляется своеобразная христианская социология в русле религиозной философии (Н. А. Бердяев, С. Н. Булгаков, С. Л. франк), во многом близкая к отмеченной трактовке предмета социологии, но не приемлющая неопозитивизм и бихевиоризм. В рамках ортодоксального марксизма, с одной стороны, усиливается вульгаризация и политизация социальной теории (В. И. Ульянов—Ленин), с другой, выделяется направление, стремящееся соединить марксистские идея с современной наукой (А. А. Богданов). Нарастает процесс институционализации социологии: в 1912 г. открыта социологическая секция при историческом факультете Петербургского университета; в 1916 г. учреждается русское социологическое общество им. М. М. Ковалевского; в 1917 г. вводится ученая степень по социологии, образуются кафедры социологии в Петроградском и Ярославском университетах; в 1920 г. в Петроградском университете открывается первый в России факультет общественных наук с социологическим отделением во главе с П. А. Сорокиным (9). Однако утверждавшаяся в стране после октября 1917 г. тоталитарная система не нуждалась в социологической науке, тем более «буржуазной». С «критикой» П, А. Сорокина выступил сам лидер нового режима В. И. Ульянов (Ленин).

Итогом стала высылка ведущих ученых—обществоведов за пределы страны и полный разгром российской социологической науки. Предсоциологический этап развития российской социальной мысли Особенности русского социального мышления во многом были предопределены принятием византийского православия и соответствующего стиля мышления с его догматизмом, тоталитарностью, вненациональностью, апологией государственности. Вплоть до XVIII в. общественная мысль России функционировала в религиозной оболочке и посредством религиозных формул пыталась решать определенные Социальные проблемы, в основном связанные с задачами политического самоопределения общества.

Социальная мысль как светское знание стала появляться в ходе и результате реформ Петра Великого. Определилась и центральная тема размышлений: путь России. Стремление Петра внедрить в российскую жизнь европейские социальные формы без учета социокультурного контекста заложило противоречия как всего последующего развития России, так и российских социально—философских поисков, которые велись в пространстве между альтернативами: за или против петровских реформ, самобытность или общечеловечность. Итак, XVIII век — век просветительской! философии закладывает основы общественной мысли России. В первой половине века можно наблюдать весьма любопытную тенденцию обоснования с помощью просветительских идеалов, идей естественного права необходимости деспотического социально-политического устройства (Ф. Прокопович, 1681—1736; В. Н. Татищев, 1686—1750). Заметим, что проблемы государства, политической власти с этих пор вообще становятся постоянной темой российской социальной мысли. Во второй половине XVIII в. выделяется группа просветителей либерального толка (Д.- С. Аничков, 1733—1788; Я. П. Козельский, 1728-1794; С. Е. Детицкий, ок. 1740-1789; А. Н. Радищев, 1749-1802), которые более объемно, критически рассматривают петровские реформы и одновременно стремятся выделить структурные элементы общества, выяснить их роль в социальном процессе. В частности, представляют интерес анализ хозяйственной деятельности как ключевого фактора общественного прогресса (С. Десницкий), обращение к проблеме общины, ставшей в дальнейшем ведущей темой российской социальной мысли, обоснование роли географического фактора в истории (А. Радищев) и др. Особое место в анализируемом процессе занимает первая четверть XIX в., когда начинается (по выражению А. И. Герцена) «великий ледоход» русской мысли и фактически рождается национальное философское сознание в форме философии истории. .Мыслители первой половины XIX в. закладывают, можно сказать, программу социологического поиска, которая и будет реализована во второй половине XIX-начале XX в. А. И. Галич (1783—1848) формулирует основы антропологической традиции российской философии и социологии. Н. И. Надеждин (1804—1856) вводит в социальную мысль идею историзма и во многом выступает & качестве основоположника теоретической -социологии в России. П. И. Пестель (1793—1826) выдвигает идею революционного преобразования общества как способа его прогресса.

Особое место принадлежит В. Н. Майкову (1823—1847), который первым познакомил Россию с идеями О. Конта и начал говорить на социологическом языке. В статье «Общественные науки в России» (1845) Майков, не принимая контовский термин «социология», ставит задачу формирования новой «Социальной философии» как общественной науки о законах социальной жизни людей и народов. Одной из самых замечательных фигур XIX в. является П. Я. Чаадаев (1794-1856), своим знаменитым философическим письмом, опубликованным в 1836 г.; задавший направление философско — социологических поисков в России. Без уяснения концепции Чаадаева невозможно понять как логику развития российской социальной мысли, так и ее пафос. Не принимая упрощенных идей просветительского прогрессизма, Чаадаев в своей философии истории ставит зада — чу ‘найти новые способы осмысления социальных фактов, исходя из единства истории человечества и ее законосообразного характера. Проблема фиксируется в логике единства общечеловеческого и национального, проявления родовой сущности человечества в национальной форме. Чаадаев формулирует некоторые законы общечеловеческого прогресса и в их плане рисует трагическую и безысходную картину российской жизни. У нас нет традиции, естественного прогресса, все основано на подражании и заимствовании, нам не хватает устойчивости, упорядоченности, внутреннего единства, мы живем без убеждений и правил — такие горькие характеристики дает Чаадаев российскому обществу. В Wore он приходит к выводу о неисторичности русского народа, выпадении его из общечеловеческой логики: «Мы живем лишь в самом ограниченном настоящем без прошедшего и будущего, среди плоского застоя»; «Про нас можно сказать, что мы составляем как бы исключение среди народов. Мы принадлежим к тем из них, которые как бы не входят составной частью в род человеческий, а существуют лишь для того, чтобы преподать великий урок миру»; «Глядя на нас, можно сказать, что, по отношению к нам, всеобщий закон человечества сведен на нет» (13, с. 325, 326, 330).

В последующем Чаадаев («Апология сумасшедшего», 1837) несколько меняет ракурс рассмотрения в сторону оптимизма исходя из идеи неактуализированности сил русского народа, что является залогом его подключения к общечеловеческому прогрессу, возможности Подчинения себе своего будущего. Нужно только сделать правильный социальный выбор, поняв особенности России, в частности особую роль в ее истории географического фактора. И Чаадаев формулирует мысль, ставшую программной для всех последующих философских и социологических поисков в России: «…у меня есть убеждение, что мы призваны решить большую часть проблем социального порядка, завершить большую часть идей, возникших в старых обществах, ответить на важнейшие вопросы, которые занимают человечество» (14, с. 534). Идеи Чаадаева нашли продолжение в сформировавшихся в 40 — е гг. XIX в. ‘двух оригинальных направлениях российской социально—философской мысли — западничестве и славянофильстве. Если Чаадаев сформулировал программу российской общественной мысли, то славянофилы и западники задали модель ее развития, и именно «в рамках этой модели эволюционировали философия и социология России, сформировались ведущие социальные концепции. Перед обоими направлениями стояла одна проблема»— судьба России; у них были одна логика и один метод, одни и те же заслуги и слабости. Расхождения же шли по вопросу о том, что понимать под социальным развитием и как оно должно осуществляться: путем ли органического прорастания социальных форм в процессе естественной эволюции самобытной культуры (славянофилы), или путем более или менее насильственного внедрения социальных форм в соответствии с рационалистическим идеалом (западники). В этом Ключе представители обоих направлений сформулировали ряд идей и категориальных структур, получивших в дальнейшем социологическую интерпретацию.

В славянофильстве {И. В. Киреевский, 1806—1856; А. С.Хомяков, 1804-1860; К. С. Аксаков, 1817-1860 и др.) можно выделить следующие идеи социологического значения: самобытность культурных типов; органичность социальной эволюции; община как социокультурная структурообразующая форма социального бытия; соборность как принцип организации и идеал социальной жизни, в которой личное и общественное соразмерны при их равномощности; отрицание государственности и элементы анархизма; особая роль духовной, в том числе религиозной, внерациональной детерминации социального поведения людей и др. Что касается западничества (Г. Н. Грановский, 1813—1955; В. Г. Белинский, 1811-1848; А. И. Герцен, 1812-1870; Н.Г.Чернышевский, 1828—1889 и др.), то здесь выявились такие наиболее значимые идеи: единство мировой истории и ее законе — мерный характер; проповедь революционного прогрессизма (в радикальном крыле западничества); анализ массового субъекта социальных преобразований (народ, классы); концепция социальных конфликтов и др. Заметим, что многие идеи западнического направления, особенно идеи Чернышевского, непосредственно перешли уже в собственно социологию, но с поправками, учитывающими славянофильский подход. В качестве итога предсоциологического этапа российской общественной мысли могут быть рассмотрены идеи К. Д. Кавелина (1818—1885), во многом переходной фигуры, сочетавшей в своем творчестве элементы и социальной философии, и социологии. Кавелин стремился выйти за пределы западничества и славянофильства и заложить основы новой социальной науки. В этом плане он сформулировал ряд идей, ставших центральными в российской социологии.

Стержень размышлений Кавелина — поиск социальных форм, которые позволили бы органично сочетать общечеловеческое и национально — самобытное при приоритете последнего. По его мнению, «общечеловеческие идеалы- могут быть только продуктом самодеятельного народного гения, результатом народной жизни» и «их нельзя переносить и пересаживать из одной страны в другую» (6, с. 454). Не соглашаясь с идеями ф. М. Достоевского и других об изначально высокой нравственности русского народа, Кавелин подчеркивает необходимость конкретного анализа его «характеристических свойств и особенностей», придающих ему «отличную от всех других физиономию» (6, с. 460). Именно поэтому внедряемые социальные формы определяют жизнь народа «лишь настолько, насколько им ассимилированы и усвоены, а усвоено и ассимилировано может быть только то, что отвечает существу и потребностям народа» (6, с. 500). Кавелин обращается и к другому ключевому сюжету российской мысли — проблеме прогресса. Социальный прогресс, полагает мыслитель, выражается не в изменении внешних социальных форм, но во внутреннем саморазвитии личности, ее культуры; прогресс возможен только там, где есть развитая личность. Обосновывая данный тезис. Кавелин подчеркивает особенности социального познания, обращается к элементам социальной психологии и т. п. Таким образом, мы видим у него движение к этико — психологической школе, став — шей стержневым направлением российской социологии. Итак, на предсоциологическом этапе российская общественная мысль сформировала программное поле социологических исследований, поставила ряд кардинальных вопросов, заложила основы социальной методологии. В итоге вторая половина XIX в. и становится тем периодом, когда рядом с социальной философией возникает и бурно развивается российская социологическая наука. Теоретическая эволюция российской социологии Выше шла речь об эволюции российской социологии в историческом аспекте и почти не затрагивались вопросы содержательного плана.

Производство знаний может рассматриваться в логике различных зависимостей. Скажем, история социологии может быть представлена как совокупность индивидуальных вкладов, обусловленных личностными особенностями исследователей, имеющими особое значение в социальном познании. Но в таком случае мы получим хотя и важные, но только первичные факты, мало говорящие о внутренней логике эволюции науки. Более значима модель имманентного движения социологических идей, что позволяет увидеть их внутреннюю логику, закономерность возникновения отдельных школ, определить взаимосвязь между эволюционирующими идеями и их социокультурными основаниями,. т. е. во втором случае речь идет о теоретической истории социологии. Такая история предполагает содержательное определение места исторического этапа социологии на шкале ее теоретической эволюции, а также преобладающий на данном этапе тип исследования общества* Соответственно раскрывается характер социальной онтологии, т. е. способа понимания социальной реальности, и социальной гносеологии как системы, наиболее распространенных теоретико-методологических принципов. В итоге обозначаются Главные объекты социологического анализа. Изучение истории российской социологии показывает, что в ее теоретической эволюции идеально—типически можно выделить три периода, хронологически совпадающие с описанными выше историческими этапами и выражающиеся в синтетической, аналитической и аналитике — синтетической ориентациях исследований.

Синтетическая ориентация. Характерная черта исследований (и для объективизма, и для субъективизма) — оптимизм, утверждающий возможность глобального познания общества и его законов на основе синтеза естественнонаучных и социальных знаний. В исследованиях господствуют позитивистские модели общества, дополняемые в той или иной форме элементами натурализма. В онтологическом плане общество -трактовалось либо в духе холизма как надындивидуальный организм (органицизм, географический или экономический детерминизм), либо в духе монадологии, исходящей из первичности индивидуального субъекта (личности) и сочетания естественных социальных законов с моральной санкцией, реальности и идеала (этико— психологическое направление). Заметим при этом, что в отличие от западной социологии, довольно жестко отталкивавшейся от истории, пока веберовская традиция социологического анализа после второй мировой войны не начала, набирать силу, российская социология изначально проявила тягу к синтезу этих областей гуманитарного знания. В результате у многих социологов (от Лаврова и Данилевского до позднего Сорокина) мы обнаруживаем стремление написать социологически интерпретированную историю культуры. Синтетической ориентацией определялась и методология исследования. Повсеместно использовались предельно широкие понятийные конструкции в контексте социологического реализма. Ведущими принципами исследования выступали эволюционизм (теории прогресса), детерминизм и особенно редукционизм, натуралистический или психологический. При этом. психика человека рассматривается всеми школами в качестве последней грани между природным и социальным мирами.

Расхождения начинаются по вопросу детерминации психики — изнутри (психологизм) или извне (натурализм). Соответственно в центре .внимания социологии оказываются соотношения индивида и социального организма, индивида и группы, реальности и идеала, механизмы взаимодействия сознания индивида и группового сознания, факторы и способы социального действия. С течением времени обнаруживается недостаточная плодотворность жесткого редукционизма, ведущего к весьма абстрактным схемам. Пониманию этого способствовала и философская критика глобальных претензий позитивизма и экономического материализма. Усиливается внимание к проблеме культуры и социокультурных факторов, специфичности социального познания, синтезу положительных результатов различных подходов к обществу (Михайловский, Ковалевский и др.). Аналитическая ориентация. К концу XIX в. на передний план российской социологии выходит антипозитивистская парадигма, лидером которой становятся неокантианство, а в дальнейшем христианская социология. Господствующий тип исследований — ценностное моделирование общества, социокультурный анализ. Обосновывается необходимость особой теории социально—исторического познания в духе неокантианского разграничения номотетических и идиографических наук. В плане социальной онтологии сохраняются как холизм, так и монадология, но в антипозитивистском ключе. Неокантианство рассматривает общество не как организм, а как организацию духовно—нормативного типа, закономерности которой носят характер целевой необходимости. Реализация последней зависит от основанного на определенных ценностях выбора людей. Различного рода социальные структуры и институты суть лишь типы социального поведения. Такая ориентация значительно расширила круг проблем социологии, а также ее фактическую базу. Холизм же, в принципе соглашаясь с данным подходом, исходит из того, что мотивы поведения производны от сверхидеального бытия, и в этом ключе дает социологическую интерпретацию концепции всеединства В. С. Соловьева (С. Н. Булгаков, С. Л. Франк). В гносеологическом плане подчеркивается специфичность социального познания и наличие границ рационализации социальности. Утверждаются принципы индетерминизма, интроспекции, нормативизма.

Основные проблемы: индивид — норма — культура, реальное и идеальное в социуме, мотивация действия. Аналитико-синтетическая ориентация. Уже на предыдущей фазе конкретные школы явно ощущали необходимость взаимодополнения друг друга. Скажем, у неокантианцев довольно неожиданно открывается вниманий к проблеме социологического измерения, S .в социологии религиозных философов — стремление дать теорию реального функционирования общества в контексте его движения к Абсолюту. В результате дело идет к социологическому синтезу, но на основе анализа действительно социологических объектов. Лидируют две ориентации —- неопозитивизм и христианская социология, которые, внешне не принимая друг друга, фактически идут к одной цели — четкому определению статуса и пределов социологии как науки. В социальной онтологии преобладает тенденция к синтезу холизма и монадологии, к описанию общества как целостного организма, элементы которого связаны функционально. Вопрос о том, что скрывается за функциональными связями, либо снимается (бихевиоризм), либо переводится в сферу иррационального (христианская социология). Соответственно в социальной гносеологии утверждается стремление к методологическому объективизму на основе умеренного эволюционизма, синтеза реализма и номинализма, мягкого редукционизма.

Основная проблематика: социальное взаимодействие, его факторы и способы объяснения на основе синтеза эмпирического и теоретического анализа. При этом в отличие от прежних этапов проблема социально должного снимается в качестве научной, таковой теперь считается только социально сущее. Итак, за период с 60—х годов XIX века по 20—е годы XX века российская социология достигла зрелости, развитой куль — туры социологического анализа, сформировала необходимые институты. Четко была осознана необходимость интеграции социального знания, но не за счет подавления одних школ другими, а на основе принципа их дополнительности, коммуникации. Формы реализации такой интеграции были обоснованы российскими мыслителями уже в эмиграции (П. Сорокин, С. Франк). Социология России приобрела, таким образом, твердую собственную почву для перехода на качественно новый этап. Типологические черты и центральные темы российской социальной мысли Российская социально — философская и социологическая мысль представляет собой многоплановое явление. И все же мы можем вычленить некоторые общие для различных школ и тенденций типологические черты, общее проблемное поле, и тем самым описать российскую социологию как своеобразный тип социального мышления. Конечно, это вовсе не значит, что у каждого социального мыслителя и социолога такие. общие черты обязательно имели место. Однако даже отклоняя их, чтобы занять по отношению к ним некоторую иную? позицию, исследователь тем самым определенным образом и выделяет их. Важнейшей особенностью российской социальной мысли был органический подход к обществу, заключавшийся в стремлении представить мир как некое иерархизированное целое, где общество и человек хотя и своеобразные, но только элементы системы. Этим определялась склонность российских мыслителей к широчайшим социологическим обобщениям на основе принципа единства микрокосма и макрокосма и включения социальной эволюции в общемировую. Отсюда же вытекают усилия найти и обосновать общезначимый социальный идеал, руководствуясь которым можно освободить общество от тенденций, нарушающих его органичность, и сознательно —в духе социального конструктивизма — ориентировать общество на органическую целостность.

Отмеченная особенность способствовала тому, что внимание российских социологов акцентировалось на проблемах социальной динамики (эволюции, прогресса). Поиск решений этих проблем определил эволюцию социологии. Исходя из представлений о единонаправленном ходе человеческой истории, эволюционисты обосновывали различного рода «формулы прогресса», зачастую сугубо априорные. С течением времени, однако, обнаружились противоречия эволюционистской парадигмы. Особое значение приобрели проблемы объекта эволюции, а именно проблемы сопряжения процесса эволюции системы с ее структурным единством, с ее стремлением к функциональному равновесию и др. Одновременно нарастал и протест против плоского эволюционизма, начиная от самого раннего — в теории культурно—исторических типов Н. Я. Данилевского. Нельзя в этой связи не отметить своеобразие гносеологических посылок российской социальной мысли. В отличие от заложенной Р. Декартом европейской традиции выносить субъект познания за пределы объекта (бытия) российская мысль полагала субъект внутри бытия, жизни. Бытиё же понималось как непрерывное становление социальности и ее субъекта, а познание бытия соответственно как самопознание субъекта, из чего выходило, что процесс познания и преобразования бытия фактически совпадают.

Именно из такой установки вытекало для российской социологии следующее: предельно напряженное рассмотрение центрального для нее сюжета о соотношении реальности и общественного идеала, а также ее прагматическая направленность, «служебное отношение к истине» (Л. И. Шестов). При этом с течением времени социология отходила от »наивного реализма» в Трактовке соотношения между социологическими понятиями и реальностью и двигалась к концепции идеальных типов. В итоге сложились две противоположные тенденции социальной мысли — утопизм и реализм, Политически воплотившиеся в программах радикального народничества и либерализма. Утопическая линия характеризовалась одномерностью социального мышления, исходила из представления об обществе как механическом агрегате и из принципа социального конструктивизма. Считалось, что достаточно определить научный социальный проект — и можно осуществить его революционным путем, полагаясь на субъективный фактор, волю к изменению, благодаря чему произойдет ускорение исторического процесса. Реалистическая же линия утверждала многофакторный подход, понимание общества как сложного динамического равновесия, обосновывала необходимость соразмерной эволюции субъекта и социальных форм. Особое внимание обращалось на поиск способов согласования интересов различных субъектов, на практический гуманизм, на внутреннюю духовную революционность. Утверждались идеи. социального плюрализма, равномощности целого и части (общества и личности), взаимной помощи, кооперации, солидарности. Закономерно, что стремление найти «формулу, прогресса» и обосновать пути ее воплощения в реальность выдвинуло в центр социологии проблемы социального поведения, социальной мотивации и социальной структуры. Этим определяется очень раннее обращение исследователей к закономерностям социально—психологического взаимодействия, к проблеме «личность и группа» и т. п. Более того, психологическое направление выступило ведущим в российской социологии, во многом определив ее своеобразие.

Отмеченные черты и особенности российской общественной мысли показывают, что ключевое положение в ней занимает проблема человека, она внутренне антропологична. Отсюда популярность идеи «нового человека», опасность которой была осознана слишком поздно. Отсюда же тенденция этизации социологии, вплоть до полного отождествления этического и социологического рассмотрения общества. Источник: Миненков Г. Я. Введение в историю российской социологии / Рец. Ю. Н. Давыдов, В. В. Танчер. — Мвл ЗАО “Экономпресс”, 2000.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://studlib.ru/

Содержание

Введение

Классификация наук

Социальная статика

Социальная динамика

Место Конта в истории социологии

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Окончание войны против всех, провозглашенное Гоббосом, так и не наступило. Напротив, Францию сотрясли экономические кризисы, социальные потрясения, политические перевороты. Директория, Консульство, Империя, Реставрация, революция 1848 г., Июльская монархия, революция 1848г., Вторая республика, Вторая империя — вот политические вехи творческого развития Конта. О.Конт волею судьбы поставлен в необычные исторические условия: на коротком промежутке времени разыгрывались глобальные общественные процессы. Такому можно только позавидовать. Но сотрясаемое раздорами общество требовало не только бесстрастного диагноста, но и удачливого лекаря. Такую функцию была призвана выполнить социология. Французское общество в контовские времена остро чувствовало потребность в ней. Уже в конце XVIII века в научный обиход входит понятие «класс», заменившее собой расплывчатое «сословие». Французские историки вводят в употребление понятие классовой борьбы, которое описывает новую социальную структуру. Сен-Симон и Шарль Фурье первыми поставили проблему человеческого фактора в производстве. Не отрицая необходимости и пользы разделения труда в обществе, они, как и Руссо, предлагали задуматься о той гуманистической цене, которую приходится платить за технический прогресс.

Конт совершил поистине коперниканский переворот в социологии, выдвинул идею позитивного метода. По его мнению, наука должна раз и навсегда отказаться от нерешаемых вопросов. К ним Конт относил те, которые нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть, опираясь на факты, собираемые в процессе наблюдения и эксперимента. Он полагал, что с помощью науки можно познать скрытые законы, управляющие всеми обществами.

1. Классификация наук

Отделение науки от метафизики и теологии было основной идеей позитивного метода Конта.

Конт разъяснял, что слово «позитивный» (positive) имеет несколько значений: 1) реальное в противоположность химерическому; 2) полезное в противоположность бесполезному; 3) достоверное в противоположность сомнительному; 4) точное в противоположность смутному; 5) положительное в противоположность отрицательному (в этом случае оно указывает на одно из наиболее важных свойств новой философии, представляя ее как назначенную по своей природе преимущественно не разрушать, но организовывать.

Термин «позитивный» в значении «органический, определенный, точный» был введен Сен-Симоном и встречается в его произведениях.

По его мнению, истинная наука характеризуется тем, что отказывается от «неразрешимых» вопросов, т. е. таких, которые нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть, опираясь на факты, устанавливаемые при помощи наблюдений. Такими «метафизическими», ненаучными вопросами Конт считал вопросы о сущности вещей и их причинах. Задачей науки, по Конту, является открытие законов, понимаемых как постоянные , повторяющиеся связи между явлениями. такое ограничение задач науки объяснялось стремлением достигнуть точного, определенного знания, которое могло бы создать базу для предвидения будущего.

Конт выступил упразднителем философии в старом традиционном смысле слова. В представлении Конта философия не имеет ни своего особого предмета, ни своего метода, отличного от методов науки. Позитивная философия является систематизацией наук, того, что есть «научного в науках». Чтобы изложить позитивную философию, нужно изложить всеобъемлющую систему наук, включающую анализ их предметов, методов, законов, сходств и отличий.

Разрабатывая классификацию наук, Конт опирался на их объективные признаки. Прежде всего, он разделил науки на абстрактные и конкретные. Первые изучают законы определенных категорий явлений, вторые применяют эти законы к частным областям. Например, биология — общая абстрактная наука о жизни, а медицина — конкретная наука, применяющая общие законы биологии. Конт выделил пять абстрактных, теоретических наук: астрономию, физику, химию, биологию и социологию. Главные категории естественных явлений- астрономические, физические, химические и биологические — он дополнил категорией общественных явлений, придав тем самым своей классификации «всеобщий, необходимый для ее окончательного конституирования характер». «Энциклопедическая лестница» наук Конта создавалась по принципу возрастания сложности явлений, изучаемых соответствующими науками. Социальные явления отличаются наибольшей сложностью и в то же время зависимостью от всех других, что объясняет позднее возникновение социологии. Тем не менее, это естественные явления, подчиняющиеся естественным законам, специфическим для данной области. Позитивную науку об обществе Конт назвал сначала социальной физикой, а позднее социологией, объясняя необходимость введения нового термина не пристрастием к созданию неологизмов, а необходимостью создания специальной дисциплины, посвященной позитивным исследованиям фундаментальных законов, свойственных общественным феноменам. Он подчеркивал, что социология должна быть теоретической дисциплиной в отличие от описательной «социальной физики» А.Кетле. Превращение социологии в позитивную науку завершало систему позитивной философии, тем самым знаменуя наступление позитивной стадии развития человеческого ума и человеческого общества. это означало, по мысли Конта, настоящую позитивную революцию, победу науки над схоластикой прошлых эпох. (Характерно, что Конт в своей классификации не нашел места для психологии, чем вызвал критику Милля.)

Взгляды Конта на науку отвечали господствующему в естествознании первой трети XIX в. метафизическому (антидиалектическому) методу мышления. Само естествознание еще не давало тогда убедительных данных в пользу идеи развития природы, выдвигались лишь отдельные гениальные догадки, которые еще не успели превратиться в научные теории. Метафизический способ мышления обусловливал то обстоятельство, что науки классифицировались Контом как рядоположенные, а не как возникающие одна из другой. Конт обнаружил между ними лишь структурные, а не генетические связи; основу его классификации составлял принцип координации, а не субординации. Несмотря на общий метафизический характер мировоззрения Конта, в нем все же присутствовали некоторые элементы диалектического мышления. Отрицая возможность познания отдельных, изолированных друг от друга факторов, он настаивал на исследовании их взаимосвязей и требовал рассмотрения их функционирования в рамках больших целостностей, в которые они входят. Так исследуя деятельность отдельных органов, нужно иметь в виду строение и свойства целого организма, а каждое явление общественной жизни соотносить с такими целостностями, как эпоха, цивилизация, человечество.

Целостный подход являлся главным методологическим постулатом Конта, с позиций которого он критиковал современную ему психологию и политическую экономию. Конт считал, что целостность (организм, общество) в большей мере доступна непосредственному исследованию, чем явления, в ней функционирующие. При этом, если в науках, изучающих неживую природу, познание всегда относительно и не может быть полным, то в биологических и общественных науках оно может быть более совершенным, поскольку касается некоторых конкретных и доступных изучению целостностей. Такая целостность, как человечество, больше всего касается человека, ее познание наиболее ему доступно, поэтому оно достигает наибольшей логической полноты, становится абсолютным.

2. Социальная статика

С помощью социологии Конт пытается преодолеть социальные катаклизмы своего времени и объединить оба полюса — порядок и прогресс. Прогресс без порядка — это анархия, порядок без прогресса превращается в реакцию. В позитивной политике порядок и прогресс это две неразрывные стороны одного и того же принципа. Конт воспринимает порядок и прогресс, прежде всего как два вида общественных закономерностей, которые фиксируют две части социологии социальную статику и социальную динамику. Первая изучает условия существования и законы функционирования общественной системы, вторая — законы развития и изменения социальных систем. Социальная статика — это теория общественного порядка, организации, гармонии. Общество рассматривается Контом как органическое целое, все части которого взаимосвязаны и могут быть понятны только в единстве.

Эта концепция прямо заострена против индивидуалистических теорий, попыток рассматривать общество как продукт договора между индивидами. Исследование принципов, определяющих структуру общества, обеспечивающих гармонию и порядок, неразрывно связано у Конта с социальной политикой, которая должна эти принципы реализовать. Он рассматривает, прежде всего, основные общественные институты — семью, государство, религию — с точки зрения их общественных функций, их роли в деле социальной интеграции. При этом рассуждения Конта окрашены консервативными тонами, будущее рисуется ему в виде романтически идеализированного прошлого.

Семейные отношения Конт определяет как нравственно-эмоциональный союз, основанный на привязанности и взаимной симпатии. Роль семьи — служить посредником между индивидом и родом, воспитывать молодое поколение в духе альтруизма, учить его преодолевать врожденный эгоизм. Семья выступает у Конта «либо как спонтанный источник нашего морального воспитания, либо как естественная база нашей политической организации. в своем первом аспекте каждая современная семья подготавливает общество будущего: в своем втором аспекте каждая новая семья продлевает жизнь настоящего общества».

Рассматривая основные семейные отношения — между полами и между поколениями, Конт не отрицает исторической изменчивости семьи. Однако он рассуждает, по существу, о современной ему буржуазной семье, идеализируя ее и не связывая ее анализ с проблемами имущества, наследования, денег и т.п. Конт в патриархальном духе резко возражает против женского равноправия и всячески подчеркивает необходимость укрепления авторитета и власти мужчины — отца и мужа. Женщина, по его мнению, стоит ниже мужчины в интеллектуальном отношении, уступает она ему и по силе воли. Общественная роль женщины определяется ее эмоционально-моральными качествами — способностью к сплочению людей и их нравственному просветлению. Задача женщин — облагораживать грубые мужские натуры, пробуждать в них общественные чувства, основанные на солидарности. Отсюда «позитивная теория человеческой семьи в конце концов сводится к систематизации спонтанного влияния женских чувств на мужскую активность».

Столь же велика роль женщины в воспитании подрастающего поколения. Семья — хранитель и передатчик традиций, опыта прошлых поколений. В семье индивид социализируется, приобретает качества, необходимые для успешного служения человечеству, изживает природный индивидуализм, научается «жить для других». Добрые отношения между поколениями поддерживает общественное равновесие, баланс между традициями и новаторством, носителями которых являются старые и молодые.

Аналогом семейных отношений в более широком общественном плане является кооперация, основанная на разделении труда. каждый здесь делает то, к чему он более всего имеет склонность; все заинтересованы друг в друге. Так возникает «всеобщее согласие» (consensus omnium) и спонтанное взаимодействие индивидов.

Подчеркивая значение эмоциональных и моральных связей, акцентируя момент согласия, Конт отодвигал на задний план экономические отношения и связи, хотя и не отрицал их значения.

Принцип laissez-faire Конт считал абсурдным, способствующим проявлению худших, эгоистических сторон человеческой натуры. Общественная гармония не может установиться там, где господствует конкуренция и эксплуатация.

Конт видел и отрицательные стороны разделения труда. Оно способствует развитию способностей каждого и подавляет общие склонности; специализация суживает кругозор человека; социальные чувства объединяют только лиц одинаковой профессии, порождая враждебность к другим профессиям и т.п. Излишнее разделение труда может привести к разложению общества на отдельные корпорации, разрушить его единство, породить конкуренцию, пробудить самые низменные инстинкты.

Из констатации того, что существует тенденция к разложению общества, нарушению его органического единства, Конт выводил необходимость политической власти правительства как выразителя «общественного духа». Социальное назначение правительства, по Конту, состоит в том, чтобы предупреждать «эту фатальную склонность к коренному расхождению в идеях, чувствах и интересах, которая, будучи неизбежным результатом самого принципа человеческого развития, могла бы, если бы она не встречала на своем пути препятствий, неизбежно привести к остановке социального прогресса». Государство оказывается, таким образом, органом социальной солидарности, а подчинение ему — священным долгом индивида. Блюститель общественного порядка — государство — выполняет экономические, политические и моральные функции, последние Конт считает самыми важными. Доказывая необходимость разделения моральной и политической власти во избежание интеллектуального и морального террора, который может затормозить развитие мысли, подчинить ее узким практическим интересам правителей, Конт дает высокую оценку средневековью за существовавшее тогда разделение власти между государством и церковью. Всячески превознося достоинства духовной диктатуры, осуществляемой средневековой церковью, Конт видел ее аналог в позитивизме как комплексе идей, принципов и концепций, дополненных своеобразным культом — серией гражданских обрядов, призванных заменить обряды старые, традиционные, церковные.

Разработка проблем духовной жизни, лозунг жить для других, этика обязанностей Конта не привлекли много сторонников. Конт не мог правильно поставить, а тем более разрешить важнейшие социальные проблемы. Он идеалистически недооценивал роль экономических отношений и преувеличивал роль духовных. Разделение труда Конт рассматривал не столько как экономический институт, а как род морально-психологической связи, не соотнося его с определенным уровнем развития производственных сил, а тем более с характером производственных отношений. Образование социальных групп, прежде всего, профессиональных, он трактовал абстрактно (без анализа отношений собственности). Отсюда логически вытекало оправдание, признание им необходимости существующей социальной структуры.

3. Социальная динамика

«Позитивную теорию общественного прогресса» Конт назвал социальной динамикой. Это была «абстрактная история», история «без имен, лиц и даже без названий народов». Сознательно абстрагируясь от многообразия конкретных форм исторического развития. Конт создал схему, опираясь на примеры, взятые из истории «наиболее цивилизованных» европейских народов. Прогресс, по Конту, означает развитие по восходящей линии, хотя, стремясь освободить понятие прогресса от связи с «метафизическими ценностями», Конт подчеркивал, что включает в это понятие простое развитие, без оттенка совершенствования. Наука, писал Конт, не может разрешить вопрос о том, является ли прогресс общественный также прогрессом моральным, хотя сам был убежден, что это так.

Разбирая роль различных факторов, влияющих на общественное развитие, Конт делил их на первичные и вторичные. Первичным, решающим фактором является духовное, умственное развитие. Ко вторичным Конт относил климат, расу, среднюю продолжительность человеческой жизни, прирост населения, обусловливающий разделение труда и побуждающий развитие интеллектуальных и моральных черт человека. Вторичные факторы могут только ускорить или замедлить прогресс общества, который совершается закономерно и стадии которого не могут быть изменены.

Подразделяя прогресс на материальный (улучшение внешних условий жизни), физический (совершенствование человеческой природы), интеллектуальный (развитие интеллекта, переход от религиозного и метафизического мировоззрения к позитивному) и моральный, развитие коллективности и нравственности чувств), Конт придавал основное значение последним двум областям. Он писал, что социальный организм основывается на совокупности взглядов, «мнений», постепенно изменяясь, оказывает влияние на все прочие стороны общественной жизни. А раз так — в основу социальной динамики должна быть положена история человеческого духа.

Важнейшими показателями развития разума являются, по Конту, наиболее общие абстрактные понятия, поэтому о степени развития общества можно судить по соответствующим философским системам. Каждому этапу развития человеческого разума, который закономерно проходит через три главные стадии: теологическую, метафизическую и позитивную, соответствуют определенные формы искусства, хозяйства, политики и общественного устройства.

Закон трех стадий — краеугольный камень контовской социальной динамики — является одновременно историческим и логическим законом: три стадии развития человеческого ума соответствуют трем аналогичным стадиям развития истории.

Теологическую, или физическую стадию, охватывающую древность и раннее средневековье (до 1300г.), Конт делил на три периода: фетишизм, политеизм и монотеизм. При фетишизме люди приписывали жизнь внешним предметам и видели в них богов. При политеизме, получившем наибольшее распространение в Древней Греции и Риме, жизнью наделялись «фиктивные существа», вмешательством которых объяснялись все явления. Создавалось «поэтическое мировоззрение», способствующее развитию художественного творчества, но неспособное руководить практикой. В этом Конт видел причину слабого развития материальной культуры в древности.

Эпоха монотеизма — это эпоха христианства. Религия одного бога изменяет образ мира, политические и общественные отношения, обычаи, мораль. Конт пространно описывал якобы необыкновенную гармонию между средневековым государством и религией и считал католицизм творцом «величайшего до сего времени политического шедевра человеческой мудрости». Именно в средневековье следует искать образцы некоторых социальных учреждений.

Метафизическая стадия, охватывающая 1300 — 1800 гг., казалась Конту переходной эпохой, для которой характерно разрушение старых верований — фундамента общественного порядка. Реформация, философия Просвещения, революция («политический триумф метафизиков и правовиков» — таковы важнейшие события этой эпохи). Негативная критическая философия привела к упадку все авторитеты, власть господствующих классов, религии. Однако, эмансипировав личность и угнетенные классы, революция, по мнению Конта, не создавала доктрины, которые могли бы объединить умы. Концепция французских революционеров, считает Конт, были основаны на незнании истории и ее законов. Стремиться к революционным изменениям — значит идти против законов истории, нарушать ее закономерный ход, ввергать общество в болезненное состояние и т.п. «Метафизический дух», родившийся в эту эпоху, санкционировал философские сомнения, моральную испорченность и политический беспорядок. Современное общество, погруженное в анархию, испытывает потребность в новой идеологии, которая придет на смену ложным, фиктивным доктринам и выполнит интегрирующую общественную роль.

Свидетельством того, что общество постепенно вступает в последнюю, позитивную эру, служит распространение наук, рост их общественного значения и создание теории позитивизма. Промышленный строй приходит на смену военному, характерному для теологической эпохи. Гармоническое и равномерное развитие всех элементов жизни гарантирует использование научных открытий на пользу всему человечеству. Характерными чертами позитивной эпохи являются победа альтруизма над эгоизмом, рост социальных чувств, быстрое развитие материальной культуры, обеспечивающей все более легкую и приятную жизнь, справедливость и мир.

По сравнению с некоторыми современными и предшествовавшими историческими и философско-социологическими сочинениями контовская социальная динамика была не лишена известных достоинств. Конт пытался раскрыть закономерность социальной эволюции, которой не замечали историки-волюнтаристы. Теориям естественного права и общественного договора он противопоставил исторический подход, а либеральному индивидуализму — точку зрения общества как целого. Плодотворен был и его историко-эволюционный подход к религии, развитие которой Конт связывал с широким кругом социально-политических отношений, хотя единство общества и связь между определенными формами религии и социально-политической организации он выводил не из экономической структуры, а из идейной общности.

Но, положив, закон трех стадий в основу своей социальной динамики, Конт отказался от анализа многообразия конкретных форм исторического развития народов, приводил в качестве иллюстраций только те факты, которые подтверждали сконструированную им схему. Теория общественного развития Конта была не более чем метафизической, умозрительной схемой. Ни истинной специфики общественной жизни, ни движущих сил страны, ни тем более направления будущего развития общества Конт определить не мог.

4. Место Конта в истории социологии

При жизни Конта его философские и общественно-политические были сравнительно мало влиятельны. Однако, начиная с 60-х годов XIX в. интерес к позитивизму как философской доктрине возрос. Особенно важное значение имела апелляция позитивизма к строгому положительному знанию в противовес спекулятивным метафизическим построениям, отвечавшая внутренним потребностям развития науки. Позитивистами провозглашали себя многие видные естествоиспытатели. Возникла позитивистская историография (Генри Томас Бокль, Ипполит Тэн), позитивистская теория культуры (Эрнст Ренан), позитивистская криминология (Чезаро Ломброзо), позитивистская логика и психология, теория литературы и искусства, даже позитивистская «метафизика» (Вашеро, Фулье).

Роль Конта в истории социологии весьма противоречива. Почти полностью синтезировав многие основные идеи обществоведения своего времени, он заострил их против спекулятивно0умозрительного подхода к общественной жизни и теологических концепций. Апелляция к положительному знанию, признание закономерности исторического процесса, внимание к изучению социальных институтов и структуры общества — все это оказало в свое время сильное влияние на развитие обществоведения. Столетие со дня смерти Канта (1957 г.) торжественно отмечалось по решению Всемирного Совета Мира. Историки социологии отмечают творческий ум Конт, его энциклопедичность, некоторые авторы даже проводят параллели между Контом и Гегелем. По словам одного современного французского исследователя, «чтение Конта оставляет впечатление чтение нашего современника… его произведения не перестают быть актуальными».

Действительно, многие идеи и понятия, выдвинутые Контом, прочно вошли в оборот западной социологической мысли. К таким идеям принадлежит взгляд на общество как на органически целое, развитый в органицистских теориях, а также в социологической концепции наиболее крупного последователя Конта во Франции Э.Дюркгейма и позднее в структурном функционализме Т.Парсонса. Плодотворным было разграничение законов развития и функционирования общества, поиски факторов, определяющих историческое развитие, социальную интеграцию и стабильность социальных систем. Эта тема стала ведущей во французской социологической школе. Большое влияние на обществоведение оказала контовская идея объективности социологии как науки, развивающейся по принципам естественнонаучного знания.

Однако многие идеи, ассоциирующиеся с именем Конта, были фактически выдвинуты его предшественниками, в частности Сен-Симоном. Кроме того, социологической концепции Конта, как и всей позитивистской социологии, свойственны два коренных порока: идеализм, выражающийся у Конта в законе трех стадий и в попытках объяснить исторические изменения, прежде всего влиянием идей и метафизичность, антидиалектичность. Последняя выразилась, в частности, в умозрительной природе его теории прогресса.

Социология Конта полна внутренних противоречий. Требуя реформ, основанных на позитивном знании общества, он в то же время фактически отвергал возможность вмешательства в ход исторического процесса. Его программа социально-политической реорганизации общества вдохновлялась консервативным общественным идеалом. По меткому замечанию Козера, Конт «разрывался между двуедиными требованиями порядка и прогресса». Стремясь сделать социальную науку «позитивной», утверждая, что и «в этой областиможно прийти к заключениям, столь же достоверным, как выводы геометрии», Конт включал в социальную науку и элементы религиозного мышления, требуя принимать постулаты и догмы социологии без размышлений и анализа, верить в низ, не допуская сомнений. Это низводило принципы науки до уровня обыденного сознания. Сам Конт нередко утверждал, что позитивная философия является лишь модификацией обычного здравого смысла. Тем самым наука лишилась своего существеннейшего качества — антидогматизма.

Позитивный метод Конта сыграл известную роль в борьбе против спиритуализма. Подчеркивание высокой ценности науки , требование ее автономии и противопоставление официальной религии и метафизическим спекуляциям имели прогрессивное значение как протест против откровенного идеализма и поповщины. Многие естествоиспытатели истолковывали позитивизм в духе естественнонаучного материализма. Как «антифилософское» направление в философии, стремящееся подняться «выше основного философского вопроса и борьбы двух основных направлений в философии, позитивизм знаменовал своим появлением кризис буржуазной духовной культуры и предвещал дальнейшее его углубление. Но в Польше, России, Турции, Японии, Китае, Бразилии и некоторых других странах в конце 19 в. идеи Конта, Спенсера, Тэна и их учеников и интерпретаторов сыграли относительно прогрессивную роль как противоядие от религиозного мистицизма, умозрительности и нестрогих методов рассуждения. Иногда позитивистский эволюционизм перетолковывался в духе материализма (И.М.Сеченов) или находил себе аналог в виде некоторых естественнонаучных построений (Т. Гексли, Ф. Ле Дантек и др.).

Методология Конта объединяла разнородные тенденции. Сыграв в свое время известную прогрессивную роль, она в дальнейшем стала все больше тормозить развитие науки, поскольку основывалась на неверном, исторически ограниченном ее толковании. По выражению французского историка науки А. Крессона, «наука, казалось, повсюду свидетельствовала: Конт слишком подрезал ей крылья. Она может больше, чем он думал и говорил».

Заключение

Таким образом, О. Конт стал основателем не только новой науки, но и подлинно социологического подхода к анализу социальных явлений и процессов.

Он впервые поставил проблему и собственно понятийного аппарата социологии, полагая, что описание и анализ структуры общества должны производиться в социальных терминах, т.е. в явлениях ассоциации и ее специфических продуктах. С точки зрения этого подхода О. Конт дает описание разнообразным социальным системам, социальным институтам, институциональным взаимоотношениям и стратификации – социального неравенства, т.е. основным аспектам общей социологии.

С появлением О. Конта социальная теория обретает институциональный статус, получает права гражданства в научном мире.

Таким образом, позитивизм в лице одного из своих передовых представителей – О. Конта – заложил основы нового прогрессивного научного направления, дал обществу инструмент познания самого себя, создал предпосылки институализации социологии как науки.

Список использованной литературы

История социологии в Западной Европе и США. Учебник для вузов. Ответственный редактор — академик РАН Г.В.Осипов. — М.: Издательская группа НОРМА — ИНФРА.- М,1999. — 576с.

Кравченко А.И. Социология: Учебник для вузов.- М.: Издательская корпорация «Логос», Екатеринбург: «Деловая книга», 2000. — 382 с.

Волков Ю.Г., Добреньков В.И., Нечипуренко В.Н., Попов А.В. Социология: Учебник / Под ред. проф. Ю.Г. Волкова. — Изд. 2-е, испр. и доп..- М.: Гардарики, 2003. — 512 с..: ил.

Блинников Л.В. Великие философы: Учебный словарь-справочник. 2-ое изд., перераб. и доп. М.: Издательская корпорация «Логос», 1998. 432 с.

История филисофии: Учебник / Ч.С. Кирвель, А.А.Бородич, У.Д.Розенфельд и др.; Под ред. Ч.С.Кирвеля. — 2-ое изд., испр. — Мн.: Новое знание, 2001.-728 с.:ил.

Демокрит из Абдеры во Фракии

Т.Г. Румянцева

Демокрит (Demokritos) из Абдеры во Фракии (ок. 470 или 460 — 360-е гг. до н.э.) — др.-греч. философ, основоположник атомистического учения. Автор более 70 сочинений по этике, физике, математике, языку и литературе, различным прикладным наукам, в т.ч. медицине, от которых сохранились лишь фрагменты. В античности был известен не только глубиной своего учения, но и красотой слога своих произведений. Стиль Д. отличали краткость, ритмическая организация фразы, аллитерации, ассонансы, неологизмы, широкое использование риторических антитез: атомы и пустота; макрокосм — Вселенная и микрокосм — человек; то, что есть, и то, чего нет, и т.д.

«Атомы» и «пустота» — главные понятия плюралистической онтологии Д. Атом (he atomos oysia, «неделимая сущность») есть мельчайшее тело, неделимое по той же причине, по какой неделимо бытие у Парменида: деление предполагает наличие пустоты, но внутри атома по определению пустоты нет. Как и бытие у Парменида, атомы характеризуются вечностью и неизменностью. Пустота в системе Д. выступает как принцип дискретности, множества и движения атомов, а также как их «вместилище». Называя пустоту «небытием», Д. явно отказался от элейского постулата о несуществовании небытия, однако понятия бытия и небытия включены у него в более общее понятие «то, что на самом деле», благодаря которому реальность признается и за пустотой (не-бытием). Атомы и пустота существуют на равном основании, «не более «нечто», чем «ничто»» — этот принцип «исономии» (равноправия) является универсальным в системе Д.

Друг от друга одинаково плотные атомы отличаются тремя свойствами: «фигурой», «размером» и «поворотом» (т.е. положением в пространстве). Четвертая отличительная характеристика — «порядок» — относится к способу соединения атомов друг с другом, вследствие чего составленные из атомов микротела обладают разнообразными качествами. Фигуры (формы) атомов бесконечно разнообразны, ибо нет основания предпочесть одну форму другой и ограничить т.о. количество форм атомов. Атом как таковой недоступен чувственному восприятию, и сам Д. называл свои атомы «идеями», введя этот термин еще до Платона для обозначения сущности, усматриваемой лишь мыслью.

В согласии с законом сохранения бытия («из ничего ничего не бывает») возникновение и уничтожение сложных тел происходит путем соединения и разъединения атомов. Все атомы, число которых бесконечно, вечно движутся, даже внутри твердых тел они совершают колебательные движения. Первопричиной этого движения являются соударения атомов, начавшиеся в космогоническом спонтанном «вихре», в котором произошла первичная сортировка атомов — подобное к подобному, причем более крупные атомы оказались в центре, и из них произошла Земля. Вокруг нее первоначально вращалась «влажная и грязеобразная» оболочка, которая постепенно высыхала и влажная материя уходила вниз, а сухая от трения воспламенялась и из нее формировались звезды. Земля находится в центре Космоса согласно принципу «исономии» — «нет причины, почему бы она устремилась скорее в одну, чем в другую сторону».

Д. одним из первых указал на зависимость качеств вещей от способа их познания. Все понятия, составляющие язык нашего описания внешнего мира, не соответствуют ничему «поистине», оттого все наше познание, по существу, конвенционально, — у Д. это выражено в понятии nomos (соглашение, узаконенный обычай). «По обычаю сладость, по обычаю горечь, по обычаю холод, цвет, теплота, на самом же деле — атомы и пустота». Все качества сводимы к формально-количественным различиям атомов: тело, состоящее из «круглых и умеренно больших» атомов, кажется сладким, а из «округленных, гладких, косых и малых по величине» — горьким, и т.д. Качества образуются в ходе акта восприятия, причина их возникновения — взаимодействие атомов души и так или иначе развернувшихся атомов предмета. Поэтому различия в восприятии обусловлены как изменчивостью предмета (один и тот же атом, «повернувшись», может восприниматься и как кислый, и как сладкий), так и изменчивостью субъекта (больной воспринимает не так, как здоровый, ибо у него др. температура организма). Отсюда программный скептицизм в теории познания: «На самом деле мы ничего ни о чем не знаем».

Душа-псюхе, как и огонь, состоит из мельчайших атомов шарообразной формы. Чувственное восприятие Д. объяснял с помощью «истечений» от тел: от поверхности тел отлетает некая материальная пленка, имеющая форму воспринимаемого тела («видик», eidolon), проникает в глаз, а затем в душу, в которой отпечатывается.

Этика Д. — продолжение его атомистической физики: как атом есть полное и самодостаточное бытие, так и человек есть самодостаточное бытие, тем более счастливое, чем более замкнутое на себе самом. Для выражения своего понимания счастья Д. придумал несколько терминов: «благодушие» (эвтюмия), «благосостояние», «бесстрашие», «невозмутимость» (атараксия), использовал также и традиционные термины «гармония» и «размеренность». Центральное понятие его этики — «эвтюмия», которой была посвящена отдельная книга. Значение термина прежде всего восходит к понятию меры, самоограничения по отношению к телесным удовольствиям. Тот, кто благодушен, умеет радоваться тому, что имеет, не завидуя чужому богатству и славе, тот стремится к справедливым и законным делам, отчего «и во сне и наяву» радостен, уравновешен и поистине здоров; он трудится в меру сил, однако остерегается быть «слишком деятельным в частных и в общественных делах».

Основная линия влияния философии Д. — физическая доктрина Эпикура, творца второй атомистической системы в антич. философии.

***

(460 – около 370 до н.э.) – древнегреческий философ, ученый-энциклопедист, ученик Левкиппа. Основатель первого на Западе исторического типа философского и научного атомизма. Совершал путешествия в Египет, Вавилон, Персию, Аравию, Эфиопию, Индию. По названиям известны 70 сочинений Д. («О природе человека», «Малый мирострой», «Об идеях», «О цели» и др.), из которых сохранились многочисленные (около 300) фрагменты. Вклад Д. в развитие философских идей весьма велик, но самым главным является, безусловно, его учение об атомах. В традиционное для античности представление о первоначале Д. ввел идею плюральности и множественности, объявляя в качестве этого первоначала предельно мелкие материальные частицы, которые нельзя непосредственно ощутить с помощью органов чувств. Этому мельчайшему первоначалу Д. устанавливает своего рода предел деления, которое на определенной стадии становится более невозможным. Именно отсюда и происходит название частицы atomos (греч.) – неделимый.

Идея плюрального, множественного, бесконечно малого, не воспринимаемого органами чувств и имеющего предел деления первоначала позволила Д. разрешить целый ряд проблем науки и философии того времени: в частности, ответить на вопрос о причинах множественности и разнообразия вещей, единства и материальности мира, единства телесного и материального, а также объяснить суть процесса познания. Отсутствие атомов, по Д., есть пустота (небытие), бесконечное пространство, благодаря которому и в котором осуществляется хаотическое движение атомов. Атомы неделимы (из-за твердости), не имеют качеств, различаются по величине, форме, фигуре и весу, месторасположению и порядку (очертание, поворот и соприкасание), находятся в пустом пространстве и вечном движении. Вследствие их соединения и разъединения возникают и гибнут миры и вещи. (Космогония Д. аналогична взглядам Левкиппа о космических вихрях, порождающих бесчисленные миры.) Время у Д. не имеет начала. По Д., все совершается по некоей неясной и непостижимой необходимости (судьбе) и для человека фактически тождественно случайности. Познание причин явлений – смысл подлинного философского познания. Согласно Д., предпочтительнее «найти одно причинное объяснение, нежели стать персидским царем». Душа – воплощение стихии огня – состоит из особых мельчайших круглых и гладких атомов, распределенных по всему телу. Д. впервые употребил термин «микрокосм», проведя аналогию между космосом и организацией человеческого организма. Боги существуют в виде соединений огненных атомов и живут дольше людей, не будучи бессмертными.

Органом мышления выступает исключительно мозг. Ощущения возникают благодаря проникновению в душу исходящих от вещей «образов» («идолов»). От предметов, которые видят люди, считает Д., отделяются маленькие, невидимые частицы и (определенным образом соединенные) проходят через пустоту, попадая в виде отпечатка на сетчатку глаза, а затем начинается работа ума. Высшее благо – блаженство, достигаемое обузданием желаний и умеренностью образа жизни. Д., по-видимому, первым разграничил прикладные искусства, предполагающие обучение, и художественное творчество, требующее рационально не объяснимого вдохновения. Атомистическая концепция Д. оказала большое влияние на историю философской и научной мысли, сделав «атом» своего рода принципом объяснения существования, движения, рождения и гибели материальных тел.

Список литературы

Лурье С.Я. Демокрит: Тексты. Перевод. Исследования. Л., 1970

 Diets H., Kronz W. (Hrsg.). Die Fragmente der Vorsokratiker. Berlin, 1952. Bd II.

Маковельский А.О. Древнегреческие атомисты. Баку, 1946

 Асмус В.Ф. Демокрит. М., 1960

 Proceedings of the First International Congress on Democritus. Xanthi, 1984. Vol. 1—2.

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://ariom.ru/

THE MINISTRY OF EDUCATION

Management academy at the President of Republic of Belarus

THE ABSTRACT

On discipline: the Government

On a theme: Historical measurement of the science of governing

MINSK 2010

The government theory is one of most important and perspective directions of the modern political thoughts. Political sphere from the complete, not divided human society, branch of the world political from economic, social and spiritual subsystems has occurred enough late. Originally political phenomena were studied in frameworks dominating paradigms in connection with the general complex of the public phenomena.

Within almost two things — since times of Antiquity and up to XIX century — all knowledge of the social phenomena were uniform complete system. But already Aristotle (384-322 BC) gave to the doctrine about the government dominating value. All the public life, in its opinion, kept within frameworks of a political life and was placed in the service of the state. He underlined: «As the science about the state uses other sciences as means and, besides, legislatively defines, what acts should be made and from what to abstain, its purpose includes, probably, the purposes of other sciences, hence, this purpose also will be the higher the blessing for people ».

Antique philosophers considered state occurrence as natural process of complication of forms of a hostel of people, this concept has received the name of the patriarchal theory of the state. Aristotle has offered one of the first such hypothesis: in the beginning people have united in families, then some families have formed settlement, and at a finishing stage of this process there was a state as the form of a hostel of the citizens using a political system.

Aristotle underlined: in all people the nature has installed aspiration to the state dialogue and the first who has organised this dialogue, has rendered to mankind the greatest blessing. Within the limits of the patriarchal theory the state is considered as the big family where relations of the governor and its citizens are identified with relations of the patriarch — the chief of family and members of his family.

Crisis of the antique policy has forced known antique philosophers to address to a problem of strengthening of the government, a consent and order guarantee in a society. Platon (427-347 BC) places special emphasis on the government prime target — achievement of integrity of a society through maintenance of the consent of all public estates. He underlines: «We still in the beginning when based the state, have established what to do it is necessary by all means for the sake of whole. And so this whole also is justice…»

he most dangerous tendency destroying the government, Platon considered aspiration of some public groups to depart from service to general welfare, usurping public functions for extraction of personal benefit. In Platon’s ideal state the guards knowing safety, should not use gold and silver, could not even touch them, be decorated by them or drink from gold and silver vessels. Platon warned: «… Hardly own earth, houses, money as now from guards there are they owners and land owners will be got at them; from allies of other citizens will become hostile or lords; hating and causing to themselves hatred, feeding malicious intentions and them being afraid, all of them time will live in большем fear before internal enemies, than before external, and in that case both they and all state will direct to the prompt destruction.

But for the government Platon considered as the greatest harm oligarchy. It defined oligarchy as a political system which is based on a property qualification: at the power there rich, and poor men do not participate in management of public affairs.

The property qualification establishment becomes the law and norm of an oligarchic system; the more a system oligarchic, the above the qualification.

The such state order keeps application of the armed force. Platon with indignation wrote that in oligarchies

The avidity and self-interest are erected to a throne and, except riches and rich men nothing causes delight and honoring, and the ambition is directed only on money-making and on everything, that to it conducts.

In the Middle Ages process of occurrence of the state began to consider within the limits of religious outlook as establishment of institute of the terrestrial power established by the God. This concepts has received the name of the theological theory of the state. Modern Catholicism considers as the official doctrine about the state Fomy Akvinsky’s (1225-1274) sights which called people for obedience of the government connected with divine laws. It developed the concept «two градов» which in the spirit of the Christian doctrine has tried to dissolve authority of the state and authority of church: «give кесарево to the Caesar, and Божие to the God».

Known Russian political philosopher Bulgakov (1871 1944), estimating this period in history, fairly underlined: split of a public life on the secular and church has brought serious dissonance and double-entry bookkeeping even in souls of those who quite understood all historical relativity and internal abnormality of this bifurcation. For the conservative «guarding» position of non-interference to a state policy and a public life with moral criteria the medieval church has paid, on the one hand, with humanistic tearing away from it its most active part, with another — own impoverishment, fading of creative spirit.

The new understanding of the government notes an epoch of late Revival. Italian thinker Nikola Machiavelli (1469-1527) considers for the first time the state administration in a technological key — as technologies of the government. The technological approach to the government assumes, that the criterion of efficiency is put above moral standards and rules. For Machiavelli he expert in the field of the government is the expert offering useful technological recipes to competitors of the government. It recognizes that the government can change the owners, pass from hands in hands.

Recipes of government Machiavelli addresses to «a new sovereign», aspiring to keep the power which is challenged constantly by new competitors: «it is difficult to keep the power to a new sovereign. And even to the hereditary sovereign who has attached new possession — so the state becomes as though mixed, it is difficult to keep over it the power first of all owing to the same natural reason what causes revolutions in all new states.

Namely: people, believing, that the new governor will appear better, willingly rise against old, but soon on experience are convinced, that were deceived, for the new governor always appears worse old ».

Tool science of the government at Machiavelli philosophers, and the political professionals above all putting political efficiency as those should seize not. From its point of view, «a new sovereign» should not follow morals precepts if it is necessary — to recede from good and to use this ability depending on the circumstances. For realization of the domination «a new sovereign» can use any means: «whenever possible not to leave from good, but at need not to avoid and harms». Murders because of a corner, intrigues, plots, and other artful means he recommended to Use poisonings widely in business of a gain and government deduction. For this reason Machiavelli name became in the government an insidiousness and immoralist synonym. When today speak about макиавеллизме, mean low moral qualities of people.

Machiavelli divided sovereigns into lions and foxes. Lions are brave and fearless, but they cannot notice danger in time. Therefore foxes more succeed in the government: fair deceivers and hypocrites. They are in the opinion of people compassionate, true to a word, mercy, sincere, pious, but internally keep ability to show opposite qualities if it is necessary.

Макиавелли wrote: «So, from all animals let a sovereign will assimilate to two: to a lion and a fox. The lion is afraid of traps, and a fox — wolves, hence, it is necessary to be similar to a fox to be able to bypass traps, and to a lion to frighten off wolves. The one who is always similar to a lion, cannot notice a trap. From what follows, that the reasonable governor cannot and should not remain to the true promise if it harms to its interests and if the reasons which have induced it to give the promise have disappeared.

Such council would be unworthy if people fairly held a word, but people, being дурны, words do not hold, therefore and you should arrive with them as. And a plausible excuse to break the promise always will be. Examples to that set: how many peace treaties, how many agreements have not come into force or has ruined that sovereigns broke the word, and always in a prize there was the one who had the fox nature. However it is necessary still to be able to cover this nature, it is necessary to be the fair deceiver and a hypocrite, people so are ingenuous and so are absorbed by the nearest needs, that deceiving always will find the one who will allow itself to make a fool.

It is necessary to be in the opinion of people compassionate, true to a word, mercy, sincere, pious — and to be that really, but internally it is necessary to keep readiness to show and opposite qualities if it appears it is necessary ».

In the end of ХIХ century German philosopher Fredric Nitsshe (1844-1900), in many respects following traditions макиавеллизма, has created the concept of the super person — «the great person of crowd», capable to carry out the government, using the most low human passions and defects. It is no wonder that during the Second World War fascist leaders aspired to lean against F.Nitsshe’s philosophy for the justification of a brutal state policy of the Third Reich.

Ницше has been convinced that the government should lean against violence and use technologies of propagation and manipulation with public consciousness. In each person, and enormous egoism which with the greatest ease breaks right borders to what in trifles the ordinary life testifies first of all nests in large scale — each page of history and the government. In its opinion, at the heart of the conventional necessity of so carefully preserved European balance the consciousness, confession of that fact lays already, that the person is the predatory animal for certain rushing on weakest which will meet to it on a way. But the stock of hatred existing to some extent in everyone person still joins boundless egoism of human nature, anger, envy, bile and a rage, collecting, as poison in an aperture of a snake tooth, and expecting only a case to be pulled out on open space then to rage and rage, like the broken loose demon.

Ницше has given to political technologists «the easy recipe» manufactures at a government wheel «the great person of crowd». He advised, that under any conditions it is necessary to deliver to crowd that to it is rather pleasant, or at first «to hammer to it into the head», that this or that would be pleasant, and then to give it. But at all at once, on the contrary, it is necessary to win it with the greatest pressure or to pretend, that you win. At crowd the impression should be made, that before it mighty and even invincible will power, or, at least, should seem, that such force exists. Everyone because at anybody she is not present admires with strong will, and everyone says to itself (himself), that if it possessed it, for it and for its egoism there would be no borders. And if it is found out, that such strong will carries out something rather pleasant to crowd instead of listening to desires of the avidity with it even more admire and with it congratulate itself. In the rest such person should to have all qualities of crowd: then she will be ashamed, nevertheless, before it, and it especially will be popular.

So, according to Ницше, the state figure — «super person» can be the tyrant, the envious person, the exploiter, the intriguer, the flatterer, пролазой, спесивцем depending on the circumstances.

Benito Mussolini — the founder and the head of the Italian Fascist party — in the work «the fascism Doctrine» in many respects concretized philosophical positions Ницше in practice of the state building. Mussolini wrote: «the Fascist State is incarnate will to the power and management. The Roman tradition here — a force ideal in operation. According to the fascism doctrine, the government represents not so much that is expressed in territorial and military terms, how many that is expressed in morality and spirituality terms. About it is necessary to think as of empire, that is as about the nation which expressly or by implication corrects other nations, not having desire to take hold uniform square yard of territory.

For fascism empire lifting, that is nation expansion, is intrinsic display of viability and contrast to decline signs. People who tower or rise again after the decline period, — always imperialists; any deviation is a decline and death sign.

But simultaneously in a government science other concept of the government based on principles of humanism and democracy develops. The French and English philosophers of an epoch of Education have put in pawn bases of constitutionalism and division of the authorities in the government, having created system «controls and counterbalances».

Known philosopher Charles Montesquieu (1689-1755) has proclaimed that free development can be provided only in the event that the power in the state will be divided into three isolated branches, each of which begins to constrain and counterbalance others. Montesquieu in the book «About spirit of laws» has written the words which have entered into gold fund of a modern political science as the theory of division of the authorities: « The political freedom can be found out only there where each person allocated with the power, is inclined to abuse it and to keep in the hands the power to the utmost… To warn similar abusing the power, it is necessary, as it follows from the nature of things that one power constrained another. When the legislative and executive authorities unite in the same body… There cannot be freedom. On the other hand, there cannot be freedom if the judicial power is not separated from legislative and executive. Also there comes the end to everything if the same person or body, of noble family or national, on the character, begins to carry out all three kinds of the power ».

In New time the contractual theory of an origin of the state which developed Russo (1712-1778), Т. Gobbs (1588-1679) has received a wide circulation. According to this theory, the people staying originally in natural condition have decided to create the state (to conclude the contract) that it is reliable to provide for all fundamental laws and freedom. Gobbs believed that the public contract consisted between governors and citizens as the submission contract, and Russo, on the contrary, asserted, that the contract took place between citizens as the association contract. The agreement of people — a legitimate authority basis: each of the agreeing submits to the general will and at the same time acts as one of participants of this will.

English philosopher John Lock (1632-1704) develops the concept of the liberal government where the civil society costs ahead of the state. From this point of view the unique way by means of which someone refuses natural freedom and burdens itself with bonds of a civil society, this agreement with other people about association in community that it is convenient, safely and peacefully in common to live, easy using the property and being in большей safety than someone who are not a member of a society.

The main liberal principle of the government: not the person for a society, and a society for the person. The government should be supervised by a civil society, thus absolute value the free person admits, and efficiency of the government is estimated according to that, how much consistently and effectively it expresses interests of the person.

Undoubtedly, such project of the government can be estimated as liberal anthropocentrism — the sermon of ideology of free individualism. In Russia the liberal theory of the government was supported by B.N.Tchitcherin (18). He believed that the higher form of development of the state is the constitutional monarchy. If to differentiate powers between the monarch, aristocracy and democracy the fair state system can be generated. Tchitcherin suggested to lower a property qualification and to admit wide social classes to selective process that should lead to development of democratic elements of management.

Tchitcherin has been convinced that the constitutional monarchy can promote local government development, and the last should be constructed on primordial public traditions. He perceived a community as the corporate union which preceded state Occurrence. The competence of a community of the modern state should be divided into affairs local (self-management) and affairs state. State and community relations are made out as legal relations: the balance of the power between the state and a civil society is established. Thus, Tchitcherin was the supporter of the legal (mixed) model of local government.

It is interesting, that within the limits of liberal tradition to Russia two more versions of local government — public and state developed. V.N.Leshkov (1810-1881) and A.I.Vasilchikov (1818-1881) were supporters of the public theory of self-management according to which all local affairs should be separated from the government. They have been convinced that in Russia it is impossible to copy the European experience of self-management as historical traditions of Russian community strongly differ from the European experience of self-management.

In Russia establishments should make special system, thus in self-government institutions the public unions to which rural regions were equated, city councils and municipal parliaments begin to operate. Васильчиков suggested to create also administrative districts — district and provincial establishments in which representatives of a local society begin to operate.

Modern researchers consider, that Васильчиков has offered the economic theory of self-management (as a special variant of the public theory) as it not only separated local government from the government, but also considered a self-coping community as the independent economic subject of the right who are carrying out municipal activity which purpose is the satisfaction of basic needs of local population.

Supporters of the state theory of self-management in Russia were the hell. Gradovsky (1841-1889) and V.P.Bezobrazov (1828-1899) according to whom special local affairs and questions do not exist: if the state transfers a part of the powers to local population the population should operate as public authority. They believed, that the local government inefficiency speaks just that municipal bodies do not possess the state status and have no real power.

The local government from this point of view represents the decentralized government where independence of local bodies is provided by system of legal guarantees, which, creating decentralization, at the same time provide communication of bodies of the local government with the given district and its population.

In a counterbalance to the liberalism seeing priorities of the government in development of a civil society, the Marxist theory considered the state as the political organization economically a ruling class for suppression of resistance of its class opponents. According to K. Marx (1818-1883) and F. Engels (1820-1895), the state has arisen on a certain level of development of productive forces when the public division of labor has led to occurrence of a private property, property inequality of people and to society split on antagonistic classes.

The Marxist concept of the state consists that economic basis of a society — set of public relations — admits primary and defining, and the political and ideological superstructure urged to follow it.

The basis of development of socioeconomic structures is made by Asian each other Asian, slaveholding, feudal and bourgeois ways of manufacture to which there correspond certain types of a state system. The higher socially economic formation proclaimed communism at which achievement the state dies off, being replaced by public self-management.

The Lenin version of the Marxist state as republics of Councils has received the fullest embodiment in the former USSR. Councils represented elective state bodies, but the defining and directing role of the CPSU was thus proclaimed. In the Soviet state acceptance of all state decisions occurred at level of the higher political management, there was a state ownership on the basic means of production, the state participated directly in management of activity of leading enterprises, the institute of state planning (State Planning Committee) defining the price both tariff policy and prospects of development of all branches of economy developed.

The Soviet system assumed concentration of all three branches of the power in hands parties (CPSU) which possessed the right of distribution of key posts in the legislative, executive and judicial device. Disintegration of the USSR in 1991 has served as the beginning of transition from the Soviet system of the government to formation of the modern democratic state.

Substantive provisions of the classical theory of a lawful state have been formulated in XIX century by German philosopher I. Kant (1724-1804). They have kept the force and value up to now. According to an edging, the right вое the state, unlike despotic or police, limits itself to a certain complex of constant norms and rules.

Here attributes of a lawful state on I.Kant:

— Freedom based on the law of everyone not to obey other law, besides, on which it has given the consent;

— Civil equality — to recognize as standing above itself only that as a part of the people on whom it has moral ability to impose the same legal duties what this can impose on it;

— Attribute of civil independence — in legal affairs the civil person should not be presented anybody to another.

In a lawful state only the duly elected government has the right to apply force as compulsion. The governmental monopoly for force means a uniform, obligatory order for all, destruction of an inequality and a variety of the rights which would depend on social, hereditary or other status. Under the fair remark of the German jurist of R. Eringa, the right never can replace or supersede the basic elements of the state — forces. «Weakness of the power is a deadly sin of the state».

However force of the state is lawful only in the event that it is applied in strict conformity with the right. The political power should realize the right. What does it mean actually?

The state which has published the law is obliged to respect this law until it exists and continues to operate, though it is lawful to reconsider it and even to cancel. It also is a legality mode. Thus to the right the basic role in freedom delimitation is taken away. I. Ilyin defined the law and order as «live system of mutually recognized rights and duties». Defending the rights, the person wishes their recognition and observance from other people. At the same time it makes also to itself (himself) a duty to recognize and observe the rights of others.

The lawful state is cemented not by threat of application of sanctions, namely the consent of the majority of citizens voluntary to execute instructions of laws. The lawful state assumes certain conditions for the statement: the people as a whole and each citizen separately should ripen for perception of idea of leadership of the law in all areas of a human life. It is important, that everyone has realized not only limits of the interests and the rights, but also limits of the responsibility and a duty to self-restriction that is not as a result of long historical experience.

The Russian philosopher and historian P. I. Novgorodtsev has noticed: if democracy opens wide open space to free game of the forces shown in a society it is necessary that these forces subordinated themselves to some higher beginning obliging them. Freedom denying the beginning of the general communication and solidarity of all members of a society, concept of the power and authority, leads to self-destruction and destruction of bases of the state life.

Freedom is the right to do that laws allow. In lawful state laws have equal force for all members of a society without an exception? Even the greatest merits before the state are not the basis for inviolability of the power of the individual. The law serves in a lawful state as invisible border between collective and the individual. The edging has given a classical substantiation to this position: each citizen should possess the same possibility of compulsion concerning dominating to exact and unconditional execution of the law, as dominating in its relation to the citizen. The legislator is under laws, as well as the separate citizen. Laws are supplemented with recognition for the separate person of the integral and inviolable rights.

The personal rights and freedom are the possibilities of the person protecting from illegal and undesirable intervention in its private life and private world, called to provide existence originality and autonomy of the person.

All rights belonging to the person equally are personal. Nevertheless in the narrow sense of the word the personal rights are understood only as a part of the rights directly protecting private life and freedom of each person. The rights to a life, inviolability of person, respect, an honor and dignity protection, a freedom of worship, inviolability of dwelling concern them, a freedom of movement and a residence choice and so on.

For example, the maintenance of the right to a personal immunity reveals in definition of exclusive conditions at which restriction and imprisonment are possible, in an establishment of the strict interdiction of violence, tortures, the reference severe and humiliating human advantage, in voluntariness of medical, scientific and other experiences in the relation of health of the person, in realization of a presumption of innocence.

The innocence presumption means that accused of a crime it is considered innocent while its guilt will not be proved in the order provided by the law and is established by the sentence which has entered validity of court. Accused is not obliged to prove the innocence, ineradicable doubts in guilt are interpreted in favor of accused, and the proofs received with infringement of the law, admit not having a validity.

The Social and economic rights and freedom are possibilities of the person in sphere of manufacture and distribution of the material benefits, called to provide satisfaction of the spiritual needs economic and closely connected with them and interests of the person. The rights to work, rest, social security, dwelling, the right of succession concern number of the social and economic rights and freedom and so on. For example, the right to rest consists that all without an exception working on hiring in the state, public or private organizations guarantees the duration of working hours limited to the law, the weekly days off, and also paid annual holiday.

The cultural rights and freedom are possibilities of the person to use the spiritual, cultural blessings and achievements, to take part in their creation according to the propensities and abilities. Number of such rights concern: the right to using culture achievements; the right to formation; freedom of scientific, technical and art creativity.

Protection of the rights and freedom of the person and the citizen is a state duty. But, in turn, and the citizen bears responsibility before the state: it is obliged to observe laws, to pay taxes, to keep the nature and environment. Fatherland protection also is a debt and a duty of the citizen.

The personal immunity is provided with lawful frameworks of powers of authorities of a lawful state. The personal immunity principle is supplemented with inviolability of dwelling and correspondence.

The political rights and personal freedoms are the possibilities of the person providing its political self-determination and freedom, participation in government and a society. The concern the right to association; freedom of meetings, processions, demonstrations; the right to select and be the selected works in public authorities and local government; the right to equal access to any state posts; the right to participate in national discussions and voting (referenda) and so on. For example, the right to association (freedom of associations) means possibility of free creation political and public organizations, voluntariness of the introduction and an exit from them.

Some ideas and lawful state formulas have received for the first time the legislative fastening in the Constitution of the USA 1787 and in the Declaration of human rights and the citizen, with the proclaimed French revolution on August, 26th, 1789 we Will allocate some positions fixed in the Declaration: freedom consists in possibility to do that does not harm another; the law is expression of the general will; all citizens have the right to participate personally or through the representatives in its creation; everything, that is not forbidden by the law it is permitted, and nobody can be forced to the action which is not ordered by the law.

In a scientific turn the term «lawful state» in first third XIX century German lawyers R.Mol and K.Velker have entered Into Russia ideas of a lawful state developed Kistjakovsky, Kotlyarevsky, V.M.Gessen.

In ХХ century with development of the international integration the classical concept of a lawful state has been added by idea about necessity of submission of national legal systems to the world community right. Many European states have made the decision, that in case of a divergence of the law of the country with the international contract courts are obliged to be guided by the last. Political scientists carry to number of distinctive signs of a lawful state now not only leadership of the law, but also its conformity to international law.

So, it is possible to name following characteristics of a lawful state: a priority of human rights; free, independent court; a principle of leadership of the constitution (organic law) under the relation to other laws; mutual responsibility of the citizen and the state; a principle of division of the authorities; a priority of norms of international law.

Ideas of a lawful state find expression in constitutions of the modern states. The organic law of Germany says: «the Legislation is connected by the constitutional system, an executive power and justice — the law and the right». The modern Constitution of the Russian Federation (item 1) testifies: «the Russian Federation — Russia is a democratic federal lawful state with the republican form of board», unfortunately, real legal experts of the Russian statehood still are far from a lawful state ideal. Therefore definition of the Russian Federation as lawful state can be considered as a political end to which all of us aspire.

THE LITERATURE LIST

1. Public administration//Encyclopedia Americana. 1996. №22.

2. Gregoire R. The French Civil Service. Brussels, 1974.

3. Greenwood J., Wilson D. Public Administration of Britain. Winchester, 1984.

В феврале текущего года в целях совершенствования порядка осуществления юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями внешнеторговой деятельности был издан Указ Президента Республики Беларусь от 19.02.2009 № 104 «О внесении изменений и дополнений в Указ Президента Республики Беларусь от 27 марта 2008 г. № 178» (далее — Указ № 104 и Указ № 178 соответственно), которым были затронуты вопросы регистрации статистической декларации и периодической статистической декларации при реализации внешнеторговых договоров.

Согласно нововведениям с 1 мая 2009г. право определять порядок и случаи регистрации указанных деклараций предоставлено Правительству Республики Беларусь. Данное право реализовано в постановлении Совета Министров Республики Беларусь от 30.04.2009 № 549 «О статистическом декларировании товаров» (далее — Постановление № 549), которое вступило в силу с 1 мая 2009 г.

Общие положения о статистическом декларировании товаров

Пунктами 1.14 и 1.16.1 Указа № 178 на резидентов Республики Беларусь возложена обязанность по каждой экспортной (импортной) отгрузке (поставке) товаров, когда в соответствии с законодательством их таможенное оформление не производится, представить для регистрации таможенным органом в центр статистического декларирования или в пункт таможенного оформления статистическую декларацию или периодическую статистическую декларацию.

Для этих целей п. 1 Указа № 178 определено, что:

• статистическая декларация — это декларация установленной формы, которая оформляется экспортером (импортером), грузоотправителем или грузополучателем для целей статистического учета экспорта (импорта) товаров, таможенное оформление которых в соответствии с законодательством не производится, по каждому факту отгрузки (поставки) товаров, осуществляемой по одной товарно-транспортной накладной в рамках одного внешнеторгового договора, общая стоимость которых составляет сумму, эквивалентную 1000 евро и более, регистрируется должностными лицами таможенных органов и является документом валютного контроля внешнеторговых операций;

• периодическая статистическая декларация — это статистическая декларация, которая оформляется экспортером (импортером), грузоотправителем или грузополучателем для целей статистического учета экспорта (импорта) товаров, таможенное оформление которых в соответствии с законодательством не производится, по двум и более фактам отгрузок (поставок) товаров за отчетный месяц в рамках одного внешнеторгового договора, регистрируется должностными лицами таможенных органов и является документом валютного контроля внешнеторговых операций;

• центр статистического декларирования — это определенное Государственным таможенным комитетом Республики Беларусь место с комплексом зданий (сооружений), предназначенное для представления юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями — резидентами статистических деклараций или периодических статистических деклараций в целях их регистрации, а также для размещения производящих такую регистрацию должностных лиц таможенного органа.

Перечень центров статистического декларирования определен постановлением Государственного таможенного комитета Республики Беларусь от 15.04.2005 № 23 «Об учреждении центров статистического декларирования» (см. таблицу 1).

Таблица 1

ПЕРЕЧЕНЬ центров статистического декларирования

В соответствии с Таможенным кодексом Республики Беларусь Указом Президента Республики Беларусь от 30.05.1995 № 208 «Об отмене таможенного контроля на границе Республики Беларусь с Российской Федерацией» и Указом Президента Республики Беларусь от 18.06.2005 № 285 «О некоторых мерах по регулированию предпринимательской деятельности», а также постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 27.06.2003 № 869 «О некоторых мерах по упорядочению таможенного оформления товаров, ввозимых из Российской Федерации» не подлежат таможенному оформлению:

• при ввозе в Республику Беларусь — товары, происходящие из Российской Федерации, ввозимые юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями из Российской Федерации по договорам, заключенным с резидентами государств — участников Содружества Независимых Государств, а также товары, происходящие из третьих стран, выпущенные в свободное обращение на территории Российской Федерации, за исключением подакцизных товаров, подлежащих маркировке акцизными марками), ввозимые индивидуальными предпринимателями из Российской Федерации, при розничной торговле которыми (при реализации которых через объекты общественного питания) индивидуальные предприниматели уплачивают единый налог;

• при вывозе из Республики Беларусь — товары, происходящие из Республики Беларусь либо находящиеся на ее территории в свободном обращении, вывозимые юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями в Российскую Федерацию;

• товары, являющиеся объектом внешнеторгового договора, но которые не перемещаются через таможенную границу.

Вопросы статистического декларирования, регулируемые Постановлением № 549

Как указывалось выше, с 1 мая 2009г. порядок и случаи регистрации статистических деклараций и периодических статистических деклараций определены Постановлением № 549. До этого времени данные вопросы регулировались Указом № 178 и Постановлением Государственного таможенного комитета Республики Беларусь от 10.07.2001 № 33 «О статистическом декларировании товаров». Рассмотрим основные положения Постановления № 549 более подробно.

Таблица 2

ПЕРЕЧЕНЬ товаров, в отношении которых при ввозе из Российской Федерации условием регистрации статистических деклараций является предоставление сертификата о происхождении товаров формы СТ-1

*Номенклатура товаров определяется кодом товаров по Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности Республики Беларусь, краткое наименование товаров приводится только для удобства пользования, за исключением позиций, обозначенных «**».

**Для указанных позиций следует руководствоваться как кодом товаров по Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности Республики Беларусь, так и наименованием товаров.

Компетенция Государственного таможенного комитета Республики Беларусь в сфере установления правил статистического декларирования

В соответствии с Постановлением № 549 Государственным таможенным комитетом Республики Беларусь устанавливается:

• форма, порядок заполнения статистической декларации и периодической статистической декларации;

• порядок регистрации статистических деклараций и периодических статистических деклараций;

• порядок внесения изменений в зарегистрированные статистические декларации и периодические статистические декларации;

• порядок аннулирования зарегистрированных статистических деклараций и периодических статистических деклараций.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Конституция Республики Беларусь 1994 года. Принята на республиканском референдуме 24 ноября 1996 года (с изменениями и дополнениями, принятыми на республиканских референдумах 24 ноября 1996г. и 17 октября 2004г.) Минск «Беларусь» 2004г.

2. Банковский кодекс Республики Беларусь от 25 октября 2000 г. № 441-З. Принят Палатой представителей 3 октября 2000 года Одобрен Советом Республики 12 октября 2000 года (Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь, 17.11.2000, № 106, рег. № 2/219 от 31.10.2000).

3. Таможенный кодекс Республики Беларусь от 4 января 2007г. № 204-З. Принят Палатой представителей 7 декабря 2006 года. Одобрен Советом Республики 20 декабря 2006 года. (Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь, 24.01.2007, № 17, рег. № 2/1301 от 11.01.2007)

4. Бекяшев К.Е., Волосов М.Е. Международное публичное право. Практикум. – М.: «Проспект», 2000. — 240с.

5. Козырин А.Н. Таможенное право России: Учеб. Пособие. М.: СПАРК, 2004г.

6. Основы таможенного дела: Учеб. Пособие в 7 вып. Вып. 1: Развитие таможенного дела в России / Науч. Ред. П.В. Дзюбенко. М., РИО РТА, 2001.

7. Основы таможенного дела: Учеб. Пособие в 7 вып. Вып 4: Правовое регулирование таможенного дела / Ю.В. Воробьев, Под общ. ред. В.А. Максимцева. М., РИО РТА, 2002.

8. Л.А. Ханкевич «Финансовое право Республики Беларусь». Учебное пособие / Мн. Издательство «Амалфея» 2002г.

9. Финансовое право. Учебник / Под ред. проф. О.Н. Горбуновой Издательство «Юристъ» М., 2003.

10. Финансовое право. Серия «Учебники, учебные пособия» / Под ред. проф. В.М. Мандрина Ростов-на-Дону Издательство «Феникс», 2002.

ТРАДИЦИОННОЕ ХОЗЯЙСТВО БУРЯТ

Скотоводство

В экономической жизни многих бурятских хозяйств скотоводство имело основное значение. Оно обеспечивало население не только пищей, но и материалами для изготовления одежды и обуви, меховых одеял, войлока для спальных принадлежностей и покрытия юрт, шерстяных веревок, кожаных мешков, переметных сумм для вьючивания верховых лошадей и т.д.

Буряты разводили крупный рогатый скот, лошадей, овец и коз. Агины, хоринцы, селенгинцы и аларцы содержали верблюдов. В степных районах Забайкалья, особенно у хоринцев и агинцев, было развито коневодство. Лучшие овцы водились у селенгинцев. Балаганские буряты славились крупными быками, которых использовали для перевозки тяжестей. В горных районах Закамны и Тунки разводили яков, сарлыков, хайнаков.

В Забайкалье в первой половине XVIII в. еще преобладало пастбищное скотоводство на подножном корму, с круглогодичной перекочевкой из одной местности в другую. На одном месте не задерживались больше одного-двух месяцев. Но уже в первой половине XIX в. стали преобладать циклические перекочевки на зимники-весенники-летники-осенники. Агинцы в зависимости от количества скота совершали от 4 до 10-12 перекочевок в год. Хоринцы кочевали от 2 до 4 раз в год. Большая часть селенгинцев в пределах своего района землепользования кочевали на весенние, летние, осенние и зимние пастбища. У кударинцев и баргузинцев установились перекочевки только с зимника на летник. У большинства западных бурят этот порядок установился еще до второй половины XVIII века.

Наряду с сокращением частоты и масштабов перекочевок развивается сенокошение, заготовка на зиму сухого корма. Старый кочевой быт сменялся полуоседлым и оседлым. Но в различных районах Бурятии эти процессы имели свои особенности в соответствии с природно-климатическими условиями. С переходом на полуоседлый и оседлый быт изменялось устройство жилищ, усадеб, хозяйственных построек, содержание скота на зимниках. Для скота устраиваются загоны, скотные дворы с навесами. Развивается удобрение приусадебных покосов (утугов), орошение покосов и пашен.

Буряты не держали больших стад. В среднем хозяйстве могло быть около 20-30 овец, богатые владели стадом в 60-100 голов, бедные зачастую вообще их не имели, (поэтому в Закамне очень дорожили шкурами и шерстью овец).

Овцы были рогатые и безрогие, в основном чисто белой масти, изредка встречались особи с черной головой и черной шерстью на шее (сагаан халзан хонин); хвосты у всех круглые, широкие, оттопыренные — порода курдючных.

Содержание коз не представляло большой хозяйственной выгоды. Козье мясо считалось самым плохим — хуйтэн шачартай, обладающим «холодящим свойством». Люди со слабым здоровьем остерегались его употреблять, считая, что оно способствует нездоровью. На свадьбах и в других торжественных случаях никогда не подавали гостям козье молоко. И все же каждая семья имела в своем хозяйстве несколько коз. Для бедняков содержание плодовитых, неприхотливых и выносливых животных было выгодным, не требовало большого труда, а польза была несомненной. Козье молоко отличалось высокой жирностью, шкуры обрабатывали и под замшу, из них шили рабочие дэли, дохи, унты. Шерсть и пух использовались на разные нужды, в том числе и на изготовление тонких веревок.

В пограничных с Монголией районах держали верблюдов как тягловый рабочий скот. Взрослый атан — кастрированный верблюд — мог поднять груза больше, чем лошадь. Верблюжье мясо в пищу не употреблялось, хотя по вкусовым качествам не уступало говяжьему. Лишь некоторые бедняки покупали верблюда, кололи на уусэ. Шерсть его в основном применялась для изготовления летних стеганых дэли. Длинную грудную шерсть — зогдор пряли и использовали как толстые нитки для стежки войлока (частей юрты, сбруи, матраца). Из нее также вили тонкие веревки для юрт. Многие хозяева сдавали своих атанов подрядчикам для транспортировки грузов на золотые прииски.

Содержание домашнего скота

Лошади всю зиму находились на тебеневке, паслись на пастбищах, покрытых снегом, питались сухой травой, разрыхляя копытами снег. Только лончаков (годовалых жеребят) содержали при доме, давали им сено в стойле. Летом лошади-мерины паслись отдельно от кобылиц, которые находились в сопровождении жеребца. Дойные кобылы паслись недалеко от заимки. Утром, часам к 10, их пригоняли и держали в загоне (тииргэн) до 5 часов вечера и, пока они находились в ограде, их доили, обычно три раза день. На ночь их выпускали на пастбище. Жеребят держали в ограде (эрьенэг), где они были защищены от дождя и палящего солнца.

В Закамне для содержания крупного рогатого скота строили длинный хлев (дал) с перегородками внутри, чтобы сильные животные не бодали слабых. Хлев строили вытянутым в длину, остов его крепился на множестве столбов, вход всегда был ориентирован на южную, солнечную сторону и открыт. В хлев загоняли обычно дойных коров — подсосных или яловых дойных, каждую группу в отдельную загородку. Рядом с хлевом строили ограду (хашаа) с воротами ( эргэнэг), где давали корм скоту. Рядом находилась ограда, куда складывали несколько стогов сена (сомоо). Для телят строили маленькие стайки (хотон). Зимой телят и бурунчиков на пастбище не выпускали, а держали во дворе, давали сено и поили талой водой, которую растапливали в котлах из снега, привозимого на санях в кадках (торхо).

Сеном животных кормили утром и вечером, однако по вечерам корм получали только дойные коровы с подсосными телятами.

Овец содержали в стайке (хотон), в которой их помещалось около тридцати. В ней делались дверцы в виде загородки (эргэнэг, задагай). Бедняки содержали новорожденных ягнят в маленькой загородке (эргэнэг) в углу жилища. 3имой овец не выпускали на пастбище, они весь день находились в ограде (хашаа), где им задавали корм сами, добывать себе зимой пропитание они были не в силах, так как пастбище покрыто толстым снежным покровом. Лишь в очень трудные годы, когда случалась бескормица, овец выгоняли на пастбище вслед за табуном или стадом коров, чтобы они подбирали траву, оставшуюся после крупных животных, разрушавших снежный наст. Коровы на пастбищах, покрытых снегом, могли кормиться, вытягивая верхушки сухой травы из-под глубокого снега, объедая оставшиеся листья кустарников и деревьев.

Земля начинала оттаивать, и наступала пора сбора корешков гусиной лапчатки (гэшэгэнээ). Овец выпускали бродить поблизости жилья. Летом их угоняли в горы, чтобы они могли кормиться любимой ими травой — ая ганга (богородская трава), жиреть и набираться сил на зиму. Окот овец начинался поздней осенью и зимой, проходил обычно в ноябре, декабре, январе. Случалось, что молодая матка отказывалась принимать детеныша, тогда напевали, уговаривая и успокаивая ее .Говорят, в прошлом этот обряд проводился под музыкальное сопровождение. Под воздействием напевных, грустных мелодий овечка «расчувствовалась», роняла крупные слезы и принимала детеныша.

Как в летниках, так и в зимниках кроме основного жилого помещения — юрты или дома (избы) располагались постройки хозяйственного назначения — различные амбары (например, аарсын амбаар) и небольшие юрты-поварни, где готовили пищу как повседневную, так и впрок, перегоняли молочную водку. Амбары служили в качестве кладовых для хранения пищевых запасов и складывания вещей, утвари, например, мельничных жерновов.

На заднем плане усадьбы находились надворные постройки для скота — навесы, загоны, стайки для телят, овец, коров.

Следующая черта бурятских поселений — каждая юрта или дом был обращен фасадом только в одну сторону — на юг, юго-запад или юго-восток. Южная сторона считается солнечной и благополучной. В передней части усадьбы в южном направлении от жилища обязательно устанавливали коновязь — сэргэ. Это столб высотой до 2 — 2,5 м.

Для сэргэ использовали лиственницу, сосну, березу, кедр. Коновязь состояла из трех частей: нижней, основы цилиндрической формы; средней — шейки коновязи, вырезанной в виде выемки, за которую привязывали поводья лошади. Сэргэ у разных этнических групп бурятского народа имеет некоторые отличия. Так, у тункинских бурят часто коновязь имела вид расположенных друг над другом усеченных конусов над основанием-цилиндром. Такое сэргэ означало, что в усадьбе живут несколько женатых сыновей, при женитьбе каждого сына вырезали в верхней части столба конусом выступ (хэршэлээ). На коновязи делали только три выступа (гурбан хэршэлээтэй сэргэ), т.е. если женился четвертый сын, уже не вырезали еще одно хэршэлээ. У баргузинских бурят каждому сыну при женитьбе ставили новое сэргэ, так что число сэргэ в усадьбе зависело от количества женатых сыновей хозяина дома. А если сэргэ имеет два выступа, значит человек женат второй раз. Отцовское сэргэ остается у младшего сына, так как он наследует отцовскую землю.

Сэргэ является не только приспособлением для привязи лошадей, но имеет ритуально-символическую значимость. Коновязный столб водружается при образовании молодой семьи, постройке новой юрты как знак, характеризующий жизненность усадьбы новой семьи. Так, символика трехступенчатого верха сэргэ аларскими бурятами объяснялась следующим образом: ромбовидная головка переходила в первую зарубку предназначенную только для коней божеств; следующая ступень предназначалась для лошади, даруемой родителям невесты во время сватовства; третья — для остальных гостей. Уничтожение, разрушение сэргэ было равнозначно уничтожению рода, исчезновению всех его потомков.

Типы жилища

Бурятское название юрты — гэр. Однако там, где в основном юрты были войлочные, для обозначения деревянной юрты применяли термин модон гэр и, наоборот, в тех регионах, где строили деревянные юрты, войлочные определяли как Нэеы гэр.

Юрта кочевников-скотоводов — наиболее приспособленное к условиям резкоконтинентального климата сборно-разборное жилище, мобильное, легкое и простое по устройству. Это одно из значительных достижений культуры кочевников, многовековой путь совершенствования жилища от простого охотничьего шалаша до войлочной юрты, надежно защищающей от жгучего солнца, пронизывающих ветров и холодной стужи.

В старину древние буряты — кочевые охотники в качестве жилища использовали шалаши, они назывались бусээг (от слова бухээхэ —наклоняться). Устраивались они следующим образом: несколько длинных жердей втыкали наклонно в землю так, чтобы они образовали конус. Верхние концы жердей упирались один в другой и скреплялись. Снаружи жерди обертывались большими полотнами из звериных шкур, только вверху оставалось отверстие для выхода дыма. Вместо шкур иногда употребляли сосновые ветки. Зимой шалаш забрасывали снегом и землей. Разобрать и перенести такое жилье было нетрудно. Перекочевывая с одного места на другое, брали с собой только меховые шкуры. Летом меховые покрытия не применяли, вместо них использовали большие куски бересты.

По мере развития скотоводства бурятские племена оставляют свою прежнюю жизнь бродячих охотников. Скотоводческое кочевье имело свои особенности, отличные от охотничьего. Летом нужно было заготавливать сено, а зимой жить в тех местах, где оно собрано. Таким образом, происходил процесс полуоседания, причем переход к скотоводству и оседлости раньше всего начинается на границе леса и степи. В записях путешественников XVII в. отмечено, что у бурят лесостепной зоны жилища представляют войлочные юрты, а в XVIII в. встречались уже срубные многоугольные, хотя у степных бурят еще в XIX в. юрты были переносные, войлочные. В безлесных степях люди ценили дерево и использовали его умело, экономно, заменяя дерево, где это возможно, более доступным для этого региона материалом, в частности, войлоком. Именно поэтому войлочные юрты чаще и дольше встречались у забайкальских степных бурят, которые были кочевниками чистого типа. В местах, богатых лесом, юрты строились из бревен обычно в виде восьмиугольных и шестиугольных срубов, сохраняя традиционную форму круглой решетчатой юрты. Диаметр ее достигал в среднем 10 м, вообще размер юрты зависел от количества стен.

Таким образом, на территории Прибайкалья и Забайкалья в зависимости от климатических, географических условий у бурят одновременно существовали разные типы жилища, начиная от шалаша-чума в лесных северных районах и кончая решетчатой юртой в южных степных, хотя шалаши представляли тип временного жилища. Конический шалаш, как бы ни был велик размер диаметра его основания, неудобен из-за наклона стен, поэтому наметилось стремление к выпрямлению стен. Постепенно жерди шалаша сменяются стенами-решетками, конический шалаш по мере усовершенствования приобретает цилиндрическую форму с верхом в виде усеченного конуса и превращается в юрту.

Войлочная юрта состоит из отдельных решетчатых стен – хана, которые скрепляются между собой волосяными веревками и образуют каркас юрты. При сборке юрты решетки — хана устанавливают от двери на запад, ибо вход в жилище всегда был обращен к теплу — югу (или юго-западу). Хана бывают трех видов: если решетка с большими ячейками (примерно 14-15 см.), она называется зайдан хана, а с маленькими ячейками — хурьган хана. Чаще встречались решетки тулга хана. Хана делали из ивовых прутьев; веревки, скрепляющие хана, изготавливались из длинных волос хвоста и гривы лошадей, рогатого скота. Хана можно было сдвигать и раздвигать.

На передней стороне (южной) между двумя хана вставляли дверную раму, которая закрывалась куском войлока. Войлочный полог подвязывали к палкам, образующим купол юрты. Чтобы открыть вход, дверной полог откидывали наверх. Позднее стали делать вторые, деревянные створчатые двери, которые навешивались на шарнирах на внутренней стороне дверной коробки.

После возведения решетчатых стен в куполе юрты устанавливали светодымовое отверстие — тооно в виде круга и купольные палки — уняа. Обод тооно изготавливали из березы, на нем были выдолблены отверстия для вставки острых верхних концов. Количество углублений определялось числом купольных палок, обычно делали 60-70 углублений. Нижние концы уняа укреплялись на головках (тархи) решеток-стен. Уняа делали обычно из сосны. Тооно разделяется на две части палкой, называемой гол — центр, в стороне от нее отходят несколько коротких палочек — дааган (от слова дааха — нести на себе), связывающих гол с кругом. Дааган предназначены для поддержания войлочной покрышки, закрывающей тооно в ненастье и холодное время года. Войлочная покрышка называется хэрхэ и бывает квадратной или шестиугольной формы. К каждому углу урхэ пришита длинная веревка, которую натягивают по войлочной кровле — дээбэри и войлочной стене туурга и привязывают к низу решетки. Веревка, пришитая к переднему углу, остается свободной — за нее тянут, когда нужно открыть или закрыть урхэ. Через тооно в юрту проникает свет, поэтому рано утром урхэ открывали. Кроме того, тооно служит дымоходным отверстием. Благодаря раскрытому тооно в юрте свежо и прохладно, никогда не бывает духоты. С наступлением вечера тооно закрывали в холодное время, чтобы было тепло. Два опорных столба (тээнди или тэзнги), упирающиеся в обод светодымового отверстия, придают юрте устойчивость.

Решетчатый остов юрты покрывается большими кусками войлока —туурга, их четыре — длина каждого около трех метров. По верхнему краю туурга нашиты волосяные веревки — зээг. Туурга накидывают по определенному, издавна установившемуся порядку: сначала юго-западную кошму, потом юго-восточную, затем две другие набрасываются так, чтобы их края придавливали концы двух первых. Такой порядок диктовался практической необходимостью, поскольку неприжатые края передних туурга могли быть приподняты или сдернуты северо-западными ветрами. Углы каждой кошмы имеют веревочки, посредством которых они привязываются к уняа и стенным решеткам.

После установки туурга накидывают дээбэри — два больших куска войлока, узких наверху и широких внизу, верх и низ дээбэри — полукруглые. Сперва набрасывают переднюю кошму, потом заднюю. Самыми лучшими, плотными кусками войлока покрывают стены и кровлю юрты с северной стороны для защиты от северо-западных ветров, чтобы дождевая вода не попадала на домашний алтарь, на постель и сундуки с праздничной одеждой, украшениями.

Покрытая войлоком юрта затягивалась по периметру поясами, свитыми из волос, или плоскими ремнями — хошлон, сшитыми из тонких волосяных бечевок. Пояса протягивались по верху и середине войлочных стен, привязывались к дверным рамам. Нижняя часть стены называлась заяа и закрывалась специальными войлочными лентами — хаяабша, которых было три или четыре. По мере надобности они натягивались или убирались. В зимнее время хаяабша заваливали сухим навозом. В теплое время, если в юрте становилось душно, для вентиляции угол заднего войлока приподнимали и засовывали за пояс юрты. Земляной пол покрывался кошмой, очень плотной, толстой. Разборка юрты проводилась в обратном порядке.

Юрта обогревалась огнем очага — гуламта. Гуламта представляла собой глинобитную площадку в центре юрты, в середине которой устанавливали три камня — дулэ. Впоследствии дулэ встречались очень редко, вместо них стали употреблять железный треножник — тулга или таха. В начале XX в. начали сооружать в юртах маленькие печки из плиточного камня и, где было возможно, использовали печки из листового железа с трубой, выведенной в дымовое отверстие. Для поддержания тепла в раскаленную печь бросали мерзлый верблюжий или овечий помет, который нагревался постепенно и начинал медленно гореть. Вечером перед сном угли и головешки собирали в кучу и покрывали золой, тогда угольки к утру еще продолжали тлеть. Их раздували и зажигали огонь, а спичек либо не было, либо ими очень дорожили.

Огонь очага служил и для освещения юрты в вечернее время. Иногда пользовались светильниками в виде плошки, наполненной жиром, и самодельным фитилем, а также для освещения применяли смолистые деревянные лучинки.

Войлочная юрта по конструкции была однотипной во всех районах бытования, как однотипными в целом были и деревянные юрты, различаясь лишь в деталях, а также по величине и материалу — виду древесины.

Деревянные юрты (из лиственничных бревен) более распространены у бурят, живущих в лесных, горных и лесостепных районах, хотя, например, у баргузинских или тункинских бурят изредка встречались войлочные и берестяные юрты. Вход в юрту, войлочную или деревянную, у бурят забайкальских (восточных) был ориентирован на южную сторону, а у западных, где ставили в основном деревянные юрты, ориентация входа исключительно на юго-восток. Эта особенность объясняется древними этнокультурными связями населения Прибайкалья с алтайскими тюрками, у которых направление двери на восток.

В одной из стен деревянной юрты прорубалось маленькое окошко (сонхо), которое стеклилось или затягивалось слюдой, бычьим мочевым пузырем. Пол в юртах был деревянный, чаще всего из лиственницы. Для мощения полов бревно раскалывали вдоль. Кроме того, в отличие от войлочной юрты, кровля в деревянной юрте поддерживается 4 столбами — тээнги, между которыми расположен очаг. Эти столбы наверху соединялись между собой балками, образуя раму (хараса) — опору крыши.

У закаменских бурят в юртах не устанавливали опорные столбы. При постройке рубленой юрты после возведения стен продолжали сооружать также из бревен, только более тонких, конусообразную крышу «с покатом» вместо потолка: каждый ряд бревен усекался и в центре получалось отверстие квадратной формы для выхода дыма, если это была четырехстенная юрта, а если шести- или восьмиугольная, то отверстие приобретало круглую форму.

В четырехстенных юртах жили только бедняки, они часто вместо деревянного настила применяли корьевой, а крышу покрывали дранками. Для утепления зимних жилищ при возведении стен между бревнами прокладывали сухой мох.

Маленькие юрты ставили также в местах временного проживания: на весенне-осенних стоянках, на летниках.

Ввиду специфики конструкции, как войлочной юрты, так и деревянной, юрта издавна использовалась в качестве солнечных часов. Время определялось по месту падения солнечных лучей через светодымовое отверстие на те или иные детали или части юрты. У западных бурят своеобразным циферблатом служили четыре опорных столба. Столбы ставились в строгой зависимости от ориентировки входа. Утром, когда лучи солнца падали на западный столб (баруун-хойто тээнги), было время утреннего чая, до и после которого выполнялись четко определенные работы. Полдень, когда солнце находилось на юге, определялся по тому, что лучи солнца падали на северный столб (зуун-хойто тээнги), который считался «молочным», так как около него ставились специальные кадушки для заквашивания молока (хурэнгын торхо), на него вешали разные приспособления для приготовления тарасуна и других молочных напитков. По мере того, как лучи солнца приближались к восточному столбу приближалось время заката солнца, наступало время пригона скота, дойки коров, приготовления ужина и т.д.

Восточные буряты также ориентировались во времени по солнечным часам, хотя они не указывали время, выраженное в каких-то определенных единицах (например, час, минута). В зависимости от освещения солнцем тех или иных частей юрты, предметов, расположенных в ней, говорили: «солнце в изголовье кровати», «солнце в изножье кровати» и т.д. и узнавали, что пора обедать — уже полдень, или пора готовиться к дойке коров, овец. Ориентация в ночном времени была возможна по наблюдениям за ходом звезд по небосклону, особенно по движению Плеяд.

Традиционный интерьер жилища

Внутреннее пространство юрты семантически делится на пять частей: центр — гал гуламта, место расположения главного сакрального объекта юрты; северная сторона — хоймор тала, почетная «высокая» часть юрты; западная, правая (баруун) сторона — гостевая или мужская; восточная, левая (зуун) сторона — хозяйственная или женская (для ориентации в пространстве становились лицом вперед — урагшаа, на юг); южная —уудэн тала, примыкающая к двери, самая «низшая» часть юрты. При делении юрты на верхнюю и нижнюю части (хоймор — уудэн тала) подчеркиваются символические качества: сакральный — обыденный, а деление на западную и восточную основано более на функциональном признаке. В левой части юрты размещаются предметы, относящиеся к кухне, а так как домашним хозяйством занимается женщина, эта сторона считается женской. В правой части юрты находились сундуки (абдар) и шкафы (ухэг), где хранились седла, ружья и другие принадлежности мужчин, на сундуках складывалась в свернутом виде постель. Прежде всего эта сторона примечательна тем, что здесь принимали и угощали гостей. В гости ходили в основном мужчины, так как они были менее заняты, чем женщины. Однако и западная, и восточная стороны юрты в свою очередь делились на верхнюю и нижнюю части, составляющие четверть пространства юрты. Помещение предметов в юрте было фиксированным. Интерьер составляли невысокие легкие сундуки, ящички, шкафчики, кровати-лежанки. Утварь отличалась простотой и замечательной приспособленностью к полукочевому образу жизни бурят, изготовлялась она из материала, который получали и выделывали сами: шкуры, кожи, меха, шерсть, дерево, береста и т.д.

Предметы, входящие в интерьер юрты, располагались вдоль стен по кругу, занимая каждый свое место в соответствии с семантическим членением юрты. В северной или северо-западной, самой почетной части юрты у ламаистов, находился домашний алтарь — бурханай шэрээ. У западных бурят на северо-западной стене укреплялась полка. На ней размещались предметы религиозного культа, длинный ящик с божествами шаманистов.

Утром перед алтарем совершали кропление молоком, чаем. На бурханай шэрээ было расставлено много божниц — гунгарбаа. Божницы украшали, орнаментом, покрывали позолотой, красили их обычно красной краской, а орнамент наносили белой или желтой. В божницы помещали статуэтки бурханов из бронзы, серебра, сандала, золота. Каждый вечер перед бурханами зажигали светильники — зула. Живописные изображения божеств (захатай бурхан) развешивали на северной (северо-западной) стене юрты в последний день старого, в канун нового года.

Восточнее от алтаря стояли сундуки, где хранились семейные сокровища, хадаки, праздничная одежда членов семьи. Ящики, сундуки окрашивали в красный, синий, зеленый цвета. Лицевую часть ящика украшали орнаментом тумэн жаргалан, встречались орнаменты в виде двух концентрических кругов или кругов с радиальными спицами — символическим изображением небесных светил, солнца и луны.

За сундуками ставили кровать супружеской четы — хозяев юрты. Постельные принадлежности: меховое, овчинное одеяло зимой, летнее одеяло шилось из короткошерстной, хорошо выделанной шкуры лончака или бурунчика (шкуры мяли на кожемялке около 15 дней). В качестве матрасов использовали толстую валяную кошму. Старики, чтобы спать было мягче, стелили 2-3 слоя кошмы, в то время как молодежь предпочитала пользоваться одной кошмой — спать на твердом считалось полезным для растущего молодого организма. Толстый войлок, кошму делали из овечьей белой шерсти. Постель утром сворачивалась и складывалась в изголовье кровати. Подушки-валики (дэрэ) имели покрышку из ровдуги (выделанной в замшу косульей кожи), их набивали шерстью кабарги или косули. Помимо таких были нарядные дэрэ из шелка, бархата, парчи. Они имели продолговатую форму и, будучи полыми внутри, служили в качестве своеобразного мешка, куда складывали белье и другие вещи, в основном предметы женской принадлежности. Передняя лицевая сторона дэрэ была декорирована серебряными пластинами, монетами, кораллами. Нарядный подголовник обязательно входил в приданое девушки-невесты.

За кроватью по направлению к двери устанавливали полки для посуды. Посуда также максимально соответствовала быту, образу жизни кочевников-скотоводов; она была небьющаяся, легкая, удобная для перевозки; делали ее из дерева, бересты и кожи. Высушенные желудки и толстые кишки животных использовали как сосуды для хранения топленого масла. На верхней полке находилась посуда для домашнего сыра (хурууд), пенок (урмэ) и масла (тонон). На второй полке — посуда для сливок (сусэгы) и т.д. На нижнюю ставили котлы, поэтому на ней специально делали углубления, которые назывались тогооной табюур (подставки для котла). Пиалы для чая и супа хранили в специальной корзине аягын тоорсог на второй полке. Пользовались пиалами из бамбука, но чаще всего пиалы и другую посуду мастерили из лиственничного наплыва (улха). Используя технику долбления, делали поварешки, ложки суповые и маленькие для саламата. Изготовленные, из лиственницы, они со временем приобретали красивую красноватую окраску. Выдалбливанием изготовляли кадки (торхо): от ствола дерева отсекали кусок нужной длины (ствол должен быть толстым) и извлекали из него теслом сердцевину, выдалбливали внутренний слой древесины. Ведерко для дойки овец делали из цельного куска осины также посредством извлечения сердцевины, оставляя донышко, ведерко называлось тудхуур или бортого. Для доения коров ведро хугэг собиралось из деревянных дощечек, которые подгонялись и скреплялись посредством обруча из молоденькой тонкой лиственницы (хунввгвед уяха). Донышко было вставное, из кедра, его вбивали в тулово ведра, предварительно вырезав на дне узенький желобок, называемый хюмнан (ноготь). В верхней части ведра просверливали два отверстия, продевали через них крученую волосяную веревку, которая служила ручкой сосуда.

Маслобойку делали из полой осины.

Крышку делали из из древесного наплыва, на полусферической поверхности мутовки вырезалось несколько отверстий, через которые в процессе ритмичного движения мутовки вверх-вниз входила и выходила жидкость. Процесс пахтания кислого молока называется хурэнгэ бэлэхэ или на местном русском наречии — булить курунгу. По окончании пахтания сбивалось масло, всплывавшее наверх, и получался напиток — курунга, вкусный и полезный.

Туески мастерили из бересты: сгибая два слоя бересты по кругу, соединяли. Края получившегося цилиндра смыкались посредством пазов (алаабша ), заворачивались, образуя кайму. Круглое вставное дно вводилось путем постукивания. Для донышка и крышки туесков обычно использовали кедровую древесину. Для прочности изделий пластины бересты сначала парили в больших котлах. В туесках хранили масло, сливки, молоко, в них собирали ягоду.

Из пареной бересты, гибкой и пластичной, шили ведра для воды, а также большие кадки для хранения аарсы.

Посуда была не только деревянная и берестяная. Из городов привозили чугунные котлы, железную утварь. В чугунных котлах варили суп, мясные блюда — при варке в них кушанье получалось более вкусным. Чай варили также в чугунках. Чайников (забьа) бронзовых, медных встречалось немного, но щипцы для углей, ножницы и другая железная утварь имелась в каждой юрте. В каждом доме, исключая самые бедные, имелись железные треножники, а в некоторых домах устанавливали печки из листового железа, которые назывались зууха. В богатых семьях имелась серебряная (иногда привозная фарфоровая) посуда: пиалы, блюда, чайники. Наиболее обстоятельный, неторопливый прием пищи приходился на вечер, когда все работы были сделаны. Вся семья усаживалась на специальные подстилки на полу, табуретов не было. Прямо на пол ставилось большое деревянное блюдо с мясом бухэлеэр (большие куски мяса на костях). У каждого была маленькая пиала, которую во время еды держали в руках. В качестве стола служили низенькие подставки — скамеечки (шэрээ), но обычно ими пользовались при приеме гостей — перед каждым ставили шэрээ и на нем блюдо с угощением, особенно если гость был духовным лицом. Сиденьями служили специальные подстилки — войлочные коврики (шэрдэг) или меховые (хубсар), сшитые обычно из козьих и бараньих камусов. Для шитья хубсар, предназначенных для мужчин, использовали жеребячьи камусы; для старух — телячьи, бараньи; для лам — ягнячьи, кабарожьи. Хубсар из бараньих камусов можно было стелить всем, кроме лам. Для украшения меховой коврик обшивали полоской из красного сукна (хяазалаха), на которую нашивали тесьму из овечьей шерсти или же красную полоску обшивали тонкой узкой кожаной каймой.

В правой, западной, мужской части юрты ставили сундуки, в которых хранились хорошо выделанные шкуры, кожи, покупная материя, меха и т.д. На них складывали и постельные принадлежности, используемые для гостей, для детей. Здесь же стояли ящики — ухэг, где размещались охотничьи принадлежности — ружье, ножи, лыжи и т.д. На ящике для седла — конское снаряжение: седло с надсе дельными подушками и тороками, потники, уздечки, поводья, стремена с подпругами, нагрудный ремень, шлея, переметные сумы и т.д.

Конское снаряжение представляло объект особой заботы, ибо лошадь в жизни кочевника играла выдающуюся роль. Кочевники к лошади относились как к самому дорогому другу и помощнику, надежному и преданному. В далеком прошлом остаться пешим, без коня было равносильно потере жизни. Недаром почти во всех народных песнях бурят воспевается, наравне с любимой девушкой, конь. Мужчина без коня — это не мужчина, достоинство мужчины определялось хорошим состоянием и красивым видом сбруи его коня, и честью для него было умереть на коне в дороге, в пути.

Конское снаряжение в полном его наборе представляет замечательное достижение культуры кочевников — охотников, воинов, скотоводов.

Традиционное бурятское седло (эмээл) было широким и низким. Деревянная основа седла делалась из березовых дощечек (хабтаНан). Две дощечки соединялись посредством склеивания и стягивались ремешками из яловки через отверстия, проделанные в них шилом (позже дощечки стали скреплять гвоздями). К хабтаНан прикреплялись луки седла (буургэ), передние и задние. Изготовлялись они также из березовой древесины. Задняя лука, слегка отогнутая назад, была ниже передней, поставленной почти вертикально. Седельные луки обычно окрашивались в ясный цвет, кромка лук покрывалась ободком из серебра. Ободок делался из сплошной полоски серебра или железа, покрытого тонким слоем серебра, так что со временем сквозь посеребренную поверхность проглядывали темные пятна железа. Кроме того, для ободка лук использовали рога лося или оленя. Костяная оправа огибала луки в два ряда, один ряд ободка оставляли белым, неокрашенным, а второй красили медным купоросом в зеленый цвет. Лицевая сторона передней луки и задняя сторона задней луки седла покрывались серебряными украшениями баабриг, баабар в виде орнаментированных блях или посеребренной пластинкой, инкрустированной кораллами или раковинами.

К березовому остову седла прикреплялась при помощи ремешков кошма, покрытая красным или черным сукном, или бархатом черного цвета. Посредством заклепок (даруулга) прикреплялись продолговатые надседельные подушки, называемые эмээлэй ободог, или маюуэа. Под маюуза стелили чепрак (дэбНэн) из двух продолговатых кусков юфти. ДэбНэн предохраняет ноги всадника от трения их ремнями стремян. Под седло стелили кичим (хэжэм), изготовленный из толстого тибетского сукна — ховеор хэжэм. Чаще встречались хэжэм из юфти с поверхностью, тисненной орнаментом. Кожаный хэжэм назывался дурввбшэ. Хэжэм делали также из черного бархата на подкладе из сукна, украшая узорной стежкой и трехцветной каймой с розетками из раковин. Хэжэм оберегает бока лошади от трения ремнями, он свешивается ниже стремян. Под хэжэм подкладывали войлочный потник (тохом), украшенный каймой из красного сукна.

При подъеме на гору применяли нагрудный ремень (хумэлдэргэ), при спуске вниз необходимым была шлея (хударга), проходящая под хвостом лошади. Уздечка (хазаар) обычно была сплошь покрыта серебряными бляхами из монет, поэтому ее называли «серебряная» (мунгэн хазаар). Торока (ганэага) делались из кожаных ремешков (Нур), они прикреплялись к седлу, сзади — два ремешка, спереди обычно один. Поводья были короткие (6утуу жолоо) и длинные (ута жолоо), из кожи. Стремена (дурев), бронзовые или железные, были разного размера, некоторые поменьше, некоторые пошире — для эрмэг гутал (вид обуви), которые были массивнее обычных гутулов. Стремена подвешивались на ремнях к хабтаНан.

Для праздничного убранства лошади было характерно наличие тороков, свитых из черных шелковых ниток, шлеи, сшитой из камусов лося или косули, украшенной шелковыми кистями, серебряными бляхами; с шеи коня свисал шелковый помпон, кисть (гогшоо утаНан). Это украшение называлось моримой, монсог, т.е. шейное украшение лошади, ожерелье. С седла, тороков по крупу лошади свисали пышные шелковые кисти с бубенчиками внутри. К конской сбруе обязательно привешивали колокольцы-шаркунцы (бумбэнуур), к уздечке прикрепляли серебряные монеты.

Считается, что планировка юрты имеет многовековую традицию и обусловлена календарем 12-летнего животного цикла. Юрта условно делится на 12 частей, каждая из которых взаимосвязана с одним из знаков, символизирующих животное календаря.

Мышь, с которой начинается 12-летний цикл, соотносится с севером, под ее знаком хранится сундук с драгоценностями, составляющими достояние семьи.

Второй год цикла — год коровы, которая является символом достатка пиши, под этим знаком — шкаф-кладовая готовых продуктов питания.

Следующий — год тигра, символизирующего силу и мужество, под его покровительством находится кровать супругов-хозяев юрты.

Заяц — символ слабости и пугливости. Этот знак указывает место нахождения детей в изножье кровати родителей.

Дракон — властитель небесной сферы — под его знаком размещают сосуды с водой и дрова (аргал) для огня очага.

Змея — символ низшего существа, ползающего по земле, под этим знаком — место расположения людей низкого социального положения.

Лошадь — символ подвижности, под ее охраной находится вход в юрту.

Следующий — год овцы, под знаком которой в холодное время года содержат новорожденных ягнят, козлят, телят.

Обезьяна — животное высшего порядка, часто ассоциируется и совмещается с созвездием Плеяды, под этим знаком — место для конского снаряжения.

Курица — символ плодородия и молодости, под ее знаком место для гостей-мужчин.

Собака — страж юрты, постоянный спутник мужчины — охотника, чабана, табунщика, пастуха.

Последний год 12-летнего цикла — год свиньи, символизирующей сытость и достаток, под знаком которой место домашнего алтаря. В далеком прошлом дикий кабан почитался как один из тотемных предков монголоязычных народов.

Семантическое деление жилища обязывало соблюдать правила поведения гостей в юрте. Мужчины сразу же проходили на правую мужскую половину и занимали там место в соответствии с их возрастом и званием. Женщины проходили на левую половину, и каждая усаживалась на подобающее ей место. Людей почетных, почтенного возраста как мужского, так и женского пола принимали в верхней, престижной части юрты — хойморто. Люди, по каким-либо причинам не имеющие веса в обществе, занимали место у дверей. Тот, кто по незнанию ошибался и занимал не свое место, подвергался осуждению.

В юрте имеется несколько особо значимых мест, сакральных объектов, прежде всего это гуламта — место домашнего очага, где обитает «хозяин» очага, покровитель семьи. Домашний очаг содержали в абсолютной чистоте, остерегаясь бросать в него нечистые предметы. Запрещалось лить в огонь очага воду, топить нечистыми дровами, ворошить огонь острыми предметами, ибо верили, что можно поранить дух огня. Запрещалось поправлять топку в очаге ногой, наступать на угли, пепел, сидеть, вытянув ноги к огню, показывая тем самым пренебрежение к «хозяину» очага, нельзя растапливать огонь, не помыв руки.

Горящий огонь очага — символ жизни семьи, если семья была бездетной, и после их смерти некому было разжечь огонь в очаге, тогда очаг заливали водой. Переезжая на другое место, брали с собой угли очага, чтобы разжечь огонь на новом месте.

Каждое утро и несколько раз в день перед началом трапезы сначала угощали огонь очага, а потом уже начинали есть сами.

Сакральным местом в юрте была северная (северо-западная) часть, связанная с культом предков (онгонов), место которых впоследствии заняли буддийские божества (бурханы).

Особая ритуальная значимость придавалась светодымовому отверстию юрты, ибо считали, что через него вместе со светом, солнечными и лунными лучами в дом проникает счастье сверху.

То же самое нужно сказать о двери, которая служит границей между внешним миром и внутренним, то есть домом. Поэтому над дверью вешали различные обереги в виде медвежьей лапы, колючих растений и т.д., которые отпугивали злую силу. По отношению к двери существовал ряд запретов; не наступать на порог, не притрагиваться к двери (косякам, порогу в особенности) ничем острым, не наваливаться на дверь и прочее.

Такова характеристика традиционного жилища кочевников – юрты. В XIX в. основным типом жилища у западных бурят становится бревенчатый четырехстенный дом. Дома русского типа на зимниках стали строить уже с XVIII в. У забайкальских бурят в XIX в. также широко бытовали срубные бревенчатые избы. Такие дома называли соол, тура или байшан, в отличие от юрты — гэр. Закаменские буряты бревенчатые избы именовали и как байшан, и как соол — эти термины указывали на тип жилого строения. Понятие «родной дом» передавалось большей частью словом гэр.

НАЦИОНАЛЬНАЯ ОДЕЖДА БУРЯТ

Одежда

При наличии локально-территориальных вариантов в деталях традиционной одежды этнических групп бурят — основа ее была общей, она максимально приспособлена к жизни и быту кочевников-скотоводов.

Верхняя одежда — дэли (дэгэл) — распашная, с запахом левой полы на правую, с воротником-стойкой, с рукавами, которые имели обшлага в форме конского копыта (туруу). Рукава были удлиненные и защищали кисти рук от ветров и морозов.

Летняя одежда имела особое название — тэрлиг. И зимняя, и летняя одежда по покрою была одинакова. Сезонные особенности одежды сказывались лишь на материале ее изготовления: зимнюю шили из дымленых овчин и меха, летнюю — из покупной ткани (ситца, чесучи, далембы, шелка, парчи, бархата) и ровдуги — замши домашней выделки.

Мужская одежда — эрэ дэгэл — неотрезная по талии, с длинными расширяющимися книзу полами, подпоясывалась поясом. Кушак, пояс представлял обязательную принадлежность мужского костюма, недаром мужчин называли буНэтэй, бэНэтэй, в то время как женщин, девушек —бэНэгуй.

В конце XIX — начале XX вв. в широком употреблении были длинные шелковые и полушелковые кушаки (китайского производства). Носили их, обертывая по талии спереди назад, закладывая концы сбоку. В прошлом широкие и длинные пояса ткали из овечьей шерсти темных цветов, ширина тканого пояса достигала 25 см, а длина — от 2 до 4 м.

Наиболее старинные пояса — кожаные с наборными металлическими пластинами, к которым подвешивали колчан и налучник со стрелами и луком, нож в ножнах и огниво. Появление кожаных наборных поясов связано с древним охотничьим бытом предков бурят. Одежда девушек — басаган дэгэл — была туникообразной, с цельно-рванными рукавами, с декоративным выступом борта — энгэр. на верхней Девичья верхняя одежда была подобна мужской по покрою, поэтому и другая означалась общим названием — Номон дэгэл.

Женская одежда была отрезной по талии, с вшивными широкими у основания, удлиненными рукавами, которые заканчивались обшлагами. Рукава женского дэли у восточных бурят были составные: широкие основания в наплечной части стягивались в пустую сборку — буфы. К локтям они сужались, здесь пришивали нижнюю часть рукава, называемую тохоног. Ее шили из ткани другого цвета или узорной парчи. Рукава одежды женщин у западных бурят были цельными, несоставными. Длинный и широкий подол женского дэли был очень удобен для сидения в традиционной позе в юрте и на коне в седле: свободно ниспадая, полностью покрывал ноги, защищая их от холода.

Обязательной принадлежностью женского костюма была безрукавка: нарядная и будничная. Повседневная короткая безрукавка — уужа (сээжэбшэ, хантааза) называлась также эсэгын уужа, так как невестке запрещалось показывать отцу и другим старшим родственникам мужа неприкрытую безрукавкой спину. Праздничная распашная безрукавка — дэгэлээ (морин уужа) была длиннополой, с разрезом сзади до талии, шили ее обычно из шелка и парчи. У аларских, боханских и унгинских бурят безрукавки были расклешенные книзу и назывались хубайса.

Нижняя, нательная одежда состояла из рубахи — самса и штанов умдэн суженного покроя. Летние рубахи, распашные или глухого покроя, шились из русского ситца, сатина, китайского хлопка — соембуу. Их называли — морин самса, дотор самса, армаахи, урбаахи. Зимние самса шили из тонкой мягкой замши домашней выделки или бумазеи и назывались они куваньхи, хубайхи.

Выйдя замуж, девушка переодевалась в женский наряд, что означало социальное и ритуальное приобщение к роду мужа, переход ее в категорию замужних женщин. Наряду с изменением костюма девушка меняла и свои украшения на женские.

Украшения

Украшениям буряты как женщины, так и мужчины придавали большое значение, ибо они в их жизни служили не только для выполнения их прямого назначения — украшать, но наделялись большим символическим смыслом — играли роль амулетов-оберегов, маркировали возраст и социальное положение индивида, утверждали переход личности из одного статуса в другой—Украшения носили мужчины и женщины. Повседневные украшения у всех были очень просты. Наиболее распространенные — это кольца, перстни, браслеты, серьги, их носили постоянно, не снимая. Женские украшения были более богатыми и разнообразными: головные, накосные, ушные, височные, нагрудные, поясные, боковые.

Головное украшение — даруулга или татуурга — представляло собой коралловый венок или корону на основе из бересты, обшитой черным бархатом, украшенной шариками коралла, янтаря, малахита, бирюзы. Бусины на ней нашивались в три ряда, в середине среднего ряда помещалась большая янтарная бусина, а справа и слева от нее кораллы меньшего размера и другие камни, образующие верхний и нижний ряд.

Нагрудное украшение — медальон, называемый гуу. Гуу — это квадратной или аркообразной формы серебряный футляр с оберегом. Кроме того, женщины носили ожерелья из кораллов и янтарные бусы. Накосные украшения — тумба, хонтуул, различные серебряные пластины, кольца и драгоценные камни, накосники — шэбэргэл. На обеих руках женщины носили серебряные браслеты, на указательных и безымянных пальцах — четыре колечка из серебра, иногда золотые.

Мужчины также носили массивные кольца и перстни из серебра, золота и мельхиора. Мужская коса украшалась серебряными пластинами со вставками из коралла и кистями из черных шелковых нитей. Предмет особой гордости мужчин — нож и ножны, огниво, трубка, сделанные из серебра, красиво орнаментированные.

Девушка 15-16-летнего возраста в знак достижения половой зрелости на косу надевала украшение саажа (у западных бурят). Саажа делали из коралловых бус или из серебряных пластин, а также из шелковых нитей черного цвета. У восточных бурят к девичьей косе прикрепляли ленту из черного материала с нашитыми на ней рядами кораллов и серебряных полос с насечкой. Эта лента называлась гэзэгэ — коса. Девушки (у западных бурят) носили также налобное украшение — юбуу, серебряную пластинку в виде сердечка — знак того, что к ней можно уже присылать сватов.

Главное назначение женщины в традиционном обществе заключалось в рождении и воспитании детей. Лишь при создании семьи, супружеского союза, ведущего к появлению потомства, возможно исполнение данной пословицы «одним поленом не разжечь огня, одним человеком не продолжить род» (чэгэ сусал — гал болохогуй, нэгэ хун — хун болохогуй). Женщиной равной всем женщинам улуса, невестка может стать лишь проведения обряда замены девичьей прически на женскую. Этот обряд в далеком прошлом проводился, вероятно, после рождения первенца, перед обрядом захоронения последа (позже это правило уже не соблюдалось, часто две женские косы невесте заплетали уже при переодевании ее в женский наряд перед бэоиин мургэл). Смена прически на женскую означает, что невестка отныне вошла в состав женщин-матерей — это переломный момент в ее жизни, теперь она полностью принадлежит роду, семье мужа.

До проведения обряда молодая невестка продолжала носить девичью косу или ходила со свадебной прической. К свадьбе, перед молением семейно-родовым покровителям жениха, невесте заплетали множество косичек — Набига: на правой стороне — 9, на левой — 8 косичек (этот обычай также бытовал в уже измененном виде, так, у агинских бурят девушке-невесте заплетали всего 8 косичек).

По традиционным представлениям монгольских народов числа 8 и 9 являются символами Солнца и Луны. Солнце представляется Матерью, женским началом, называется «восьминожной». Изображается Солнце в виде восьми концентрических кругов, а Луна — девяти. Луна, Месяц считается отцом, мужским началом, «имеет девять ног». Солнце и Луна — божества чадородия, дающие жизнь всему сущему.

Девушки разных этнических групп бурят носили разное количество косичек, но женщины заплетали только две косы — символ соединения мужского и женского начал и образования единого целого в лице женщины, рождающей детей — продолжение рода, продолжение жизни.

СЕМЬЯ

Структура семьи

Основной социально-хозяйственной ячейкой общины была большая патриархальная семья, представляющая единый хозяйственный и общественный коллектив. Несколько неразделившихся братьев со своими женатыми сыновьями и их потомством составляли большую семью из трех поколений женатых мужчин. Часто в большую семью входили три поколения: отец с матерью, женатые сыновья и их дети. Со временем из большой неразделенной семьи при женитьбе внуков стали выделяться новые семьи, им было свойственно общее ведение хозяйства, нераздельное владение землей, скотом и орудиями труда.

И так, бурятские семьи состояли из нескольких поколений кровных родственников по восходящей и нисходящей линиям: из двух поколений (родителей и детей) в малой семье, и трех поколений и более (стариков-родителей, их женатых сыновей и внуков, иногда и правнуков) — в большой неразделенной. Характерной особенностью бурятской семьи было то, что старики-родители непременно жили с одним из сыновей. У бурят считалось недопустимым, чтобы родители, имея детей, жили одни. Все дети были обязаны обеспечить им спокойную старость, а затем похоронить достойным образом по всем правилам, установленным традицией. В состав семьи могли входить родственники по боковой линии. Одинокие, не имеющие своей семьи, бездетные не оставались без присмотра или приюта, они обязательно жили с близкими или дальними родственниками.

Раздел большой семьи происходил после смерти, а иногда и при жизни престарелого отца. Земля и скот делились поровну между братьями, а наследником дома и усадьбы отца становился младший сын. Малые семьи образовывались при разделении больших семей или отпочковании от их семей женатых сыновей. В последней трети XIX в. становится обычным выделение женатых сыновей. Однако и после раздела братьев некоторые орудия труда оставались в общем владении и пользовании. Между обособленными малыми семьями во многом сохранялись пережитки большесемейной организации: вместе пасли скот, по-прежнему совместно обрабатывали продукты животноводческого хозяйства. Все семейные события справлялись сообща. На общеродовых собраниях и молениях — тайлганах они выступали как одна большая семья.

Малая семья существовала в структуре большой патриархальной семьи, но являясь частью большой, жила в отдельных юртах, расположенных около юрты отца. По старинному обычаю бурят при женитьбе каждого сына ему ставили новую юрту (или юрту привозила невеста, войлочную). По-бурятски слово «женитьба» — гэрлэхэ буквально означает «обзавестись юртой» от слова гэр — дом, юрта. Название замужней женщины также связано со словом «дом» — гэргэн. гэргий. Каждая малая семья раздельно пользовалась продуктами хозяйства из общественной кладовой, ибо все имущество и продукты были коллективной собственностью. Коллективная собственность и частное потребление — характерная особенность бурятской семейной общины. Возглавлял большую семью старший по возрасту мужчина, обычно отец семейства, хотя если отец был очень старый, фактическое главенство принадлежало старшему из сыновей.

Группа малых семей при компактном поселении в улусе представляла отдельную семейно-родовую группу — ураг, аймаг. Часто в одном улусе жили в основном представители одного рода.

Процесс распада больших неразделенных семей в разных местах Бурятии происходил по-разному в зависимости от уровня социально-экономического развития. Там, где разложение натурального хозяйства было активным, этот процесс шел значительно интенсивнее.

Взаимоотношения членов как в большой неразделенной, так и в малой семье определялись патриархальными традициями, которые обусловливали права и место в семье каждого ее члена. Главой семьи всегда считался отец. Для всех членов семьи его воля и желание были законом. Возражать ему не смели даже великовозрастные сыновья. Хозяйственные дела могли решаться сообща, однако последнее слово принадлежало отцу. В силу традиционного обычая почитания старших в семье, перечить им считалось непозволительным. Этим определялись и отношения между остальными членами семьи: младшие слушались и беспрекословно повиновались старшим по возрасту.

Устойчивость семейного уклада поддерживалась воспитанием детей в духе уважения к обычаям и правилам, которые определяли взаимоотношения людей в семье и обществе. Основной заповедью нравственного воспитания было внушение детям почтительного повиновения старшим.

Мать в семье пользовалась большим уважением и почетом со стороны детей. Непослушание, неуважительное отношение к ней считалось совершенно недопустимым. Дети-подростки становились первыми ее помощниками. Взрослые дети окружали мать теплом и вниманием, предоставляя ей полное право по своему усмотрению распоряжаться в доме.

Отношения между супругами внешне были сдержанными и даже несколько суровыми. Ласковое обращение с женой при посторонних считалось недостойным мужчины. Однако грубость по отношению к жене, тем более ее избиение, было явлением исключительным.

Роль женщины в обществе полукочевых скотоводов была весьма значительной. Натуральный характер хозяйства накладывал на женщин многочисленные обязанности. По мимо приготовления пищи, дойки коров и обработки молочных продуктов, уборки жилища, женщины должны были заниматься шитьем одежды, обуви, головных уборов и постельных принадлежностей, изготовлением предметов домашнего обихода, утвари на всех членов семьи. Особенно много времени и сил требовала обработка сырья, проводившаяся женщинами в домашних условиях, главным образом для нужд своей семьи (большой и малой). На их ответственности было воспитание детей, особенно малолетних и девочек, которых они должны были научить первым трудовым навыкам, дать им начальные уроки поведения в коллективе семьи, рода и т.д.

Поскольку круг обязанностей женщин в домашнем хозяйстве был обширен, каждая мать мечтала поскорее женить сына и получить в дом невестку- помощницу.

НАЦИОНАЛЬНЫЕ ПРАЗДНИКИ

Сурхарбан

Одним из наиболее распространенных летних праздников является Сурхарбан. Его называют эрын гурбан наадан (три игры мужей). Один раз в год в начале лета, когда вскрывались реки, зеленела трава, подрастал молодняк, скот нагуливал вес, наступало обилие молочных продуктов, буряты, монголы, якуты, эвенки с древнейших времен проводили особы обрядовые игры, воспевающие пробуждение природы.

Он ожидался с нетерпением, готовились к нему задолго. Доступ на праздник имели все мужчины, безразличия возраста и положения. Из женщин допускались только незамужние и дети. Главным моментом праздника были состязания по трем видам: стрельбе из лука, борьбе и скачкам лошадей.

Представители родов предварительно обсуждали место, сроки проведения, обговаривались условия проведения состязаний, призы.

История праздника уходит в глубокую древность. Поводом для устройства состязаний на самом раннем этапе были чествования духов хозяев священных местностей и предков рода. На этой стадии функция обряда-состязания сводилась к демонстрации единения членов рода, племени друг с другом, с охраняющими родовую территорию духами умерших предков и духами хозяев местности.

Второй этап в истории развития Сурхарбана – оставаясь родовым обрядом жертвоприношения, он обрел дополнительную функцию военного смотра, отборов воинов для дружин ханов и нойонов. На праздник съезжалось много народу – несколько тысяч человек – приезжали участники, гости из самых дальних улусов. Каждый улус, род, племя стремились выставить своих борцов, мэргэнов, лучших коней и ловких наездников, чтобы одержать победу. Готовясь к соревнованиям, участники постоянно тренировались, сохраняя свою физическую форму.

В XII-XIII веках, во времена Чингисхана и его потомков, победителей состязаний военачальники, князья, хан отбирали в личную свиту. Ставили их во главе воинских подразделений, ибо ловкость, меткость, сила были необходимыми качествами во время военных действий.

В советское время Сурхарбан приобрел новое содержание и масштабы. Из улуснородового он стал общеколхозным, совхозным, районным, республиканским или окружным, одинаково привлекая в качестве участников и зрителей представителей разных профессий. Проводятся смотры победителей самостоятельных и художественных коллективов, устанавливаются народные гуляния. Любимый вид состязаний у бурят- национальная борьба – бухэ барилдаан. Задолго до соревнований борцы начинают тренироваться под наблюдением тренеров, приводя себя в соответствующую спортивную форму.

Не меньшей популярностью, чем борьба, пользуется стрельба из лука. Лук и стрелы были основным оружием охотника и воина вплоть до XIX века. С появлением огнестрельного оружия они постепенно ушли из обихода, но навыки меткой стрельбы из лука или ружья — качество, ценившееся у охотника, скотовода, воина и в мирное, и в военное время.

Конные скачки — третий вид состязаний Сурхарбана. За годы советской власти главное место занимала национальная борьба, два других вида состязаний стали уходить на второй план. Этому были объективные и субъективные причины: не везде сохранились старинные луки и стрелы, ушли из жизни многие знатоки и умельцы-мастера по их изготовлению; метких стрелков, которые могли бы обучать детей с малых лет, можно было сосчитать по пальцам. Резкое сокращение поголовья скота, в первую очередь лошадей, привело к тому, что в районах и селах республики перестали устраивать конные скачки. Даже если кое-где и проводился этот вид состязаний, они не были столь зрелищными и многолюдными, как в былые времена.

В наши дни появляются центры конного вида спорта в различных регионах. Выявление самых быстроногих скакунов, самых ловких наездников — задача скачек.

Сегодня Сурхарбан — это часть национальной культуры, поэтому развитие, популяризация и научное изучение этого праздника следует рассматривать как составную часть материальной и духовной культуры народа.

Сагаалган

Сагаалган – основная дата календаря многоязычных народов. Как и другие народы, в культуре которых соседствуют и сосуществуют национальный и традиционный календари, современные буряты встречают Новый год дважды: 1 января и в феврале.

Ученые изучавшие исторические корни праздника пришли к выводу о его народном происхождении и о том, что всего основе не так много общего с религией и буддизмом. Во времена Чингисхана Сагаалган отмечали поздней осенью, в день осеннего равноденствия, т.е. в первый лунный осенний месяц.

После распространения буддизма, буддийское духовенство включило его в свою религиозную систему. Поэтому в проведении обрядов выделяются два основных аспекта: культовый и народный.

В конце 20-х годов в Советском Союзе под видом борьбы с религией и церковью этот народный праздник попал под запрет.

Президиум Верховного Совета Республики своим указом от 24 января 1990года придал национальному празднику Сагаалган статус народного. Это отвечало воле и желанию народа, стало началом широкого возрождения культуры, национальных обычаев и обрядов, в том числе возрождения религиозных ценностей.

Существует несколько вариантов объяснения происхождения названия “Сагаалган”. Наиболее верным считается происхождение от слова “сагаан” – белый.

В символике цветов у монгольских народов белый цвет связан с понятием света, чистоты, святости, добра, благополучия. Белая молочная пища – это высшая категория пищи монгольских народов, пища священная, ибо все живое на Земле вскормлено материнским белым молоком.

Культовая сторона праздника происходит в дацане. Накануне за оградой строится конусообразное сооружение из досок, которые внутри заполняются дровами. Оно символизирует людские прегрешения за прошлый год. Сверху пирамида обтягивается куском ткани, поверх нее нашиваются матерчатые или бумажные язычки пламени, устремленные вверх. С наступлением сумерек при большом стечении верующих вспыхивает костер. В этот костер люди бросают тряпки, предварительно обтерев ими тело – свое и домочадцев. Иногда оно могло быть куском теста. В этом люди видели очистительную функцию обряда-очищение огнем. Сжигая все болезни, напасти, грехи, приставшие за весь год, человек встречает Новый год с чистой душой и телом, избавленный от всякой скверны. В том случае, если человек начинает “свой” год, а это значит через каждые 11 лет, то он должен в дацане заказать молитву-оберег, совершить некоторые обряды.

В туже ночь до утра читаются молитвы, посвященные хранительнице веры Лхаме — покровительнице Иволгинского дацана. Затем, когда Новый год вступает в права, утраивается богослужение в честь победы над врагами веры. В течение 15 дней читаются молитвы посвященные 15 чудесам Будды. Здесь же читаются священные книги, молитвы прежде всего о том, чтобы Новый год оказался для всех счастливым, о здоровье и благополучии людей.

В народно-бытовом плане подготовка к встрече Нового года начиналась за долго до его наступления. Заготавливалось побольше дров, убирались в доме, в ограде выгребали мусор, выбрасывали ненужные старые вещи, и все это сжигало в юго-восточном направлении от жилья. Затем окуривали благовонными травами членов семьи, дом, скотный двор, все постройки. Женщины шили новую одежду, чистили, реставрировали конскую сбрую, ведь в праздники предстояли выезды на лошадях в дацан, к соседям, родственникам.

Еще осенью, с наступлением холодов каждая семья забивала скот на зимнее мясо (уусын мяхан). Одним из важных элементов Сагаалгаа является приготовление национальных блюд. В меню преобладали мясные и молочные продукты. Заранее разделывалось мясо, лепили бууза (позы).

Приготовленные кушанья замораживались, накапливались запасы, чтобы вдоволь хватило и себе и на угощение гостей. В праздничные дни в доме должно быть обилие белой пищи. Еще с осени готовились и хранились до праздника ааруул (сушенный творог), хурууд (домашний сыр), топленное масло, сметана, пенки. Все мучные изделия готовились на сметане. Конфетами и бообами обычно угощали, одаривали детей, забегавших в гости в праздничные дни.

Сагаалганская пища – это прежде всего, ритуальная пища. Большая часть кушаний, которая ставилась на стол, была как бы «закрытой, глухой» – позы, сердце, почки, берцовая кость. «Открытие» их – это современная форма проявления древнего магического действия – «открывают закрытое, чтобы дать дорогу новой жизни».

Прежде чем приступить к трапезе, хозяева совершали обряд «далга» – подношение угощений хозяину очага. Он сопровождался словами пожелания самого лучшего для своего дома. При этом отрезали три кусочка мяса, брали три кусочка со всех яств со стола и бросали в огонь, капали три раза молочной водкой. Огонь – символ жизни, символ возрождения, измеряющийся понятием, что у нас есть наши предки – наше прошлое; есть настоящее и наши дети и внуки как символ будущего.

Раньше говорили, что в этот вечер в каждую юрту заходит Сагаан убгэн (Белый старец). Если кто-то не насытился, он может обидеться, недовольный тем, что люди живут плохо и бедно, хотя много заботится об их благополучии. И чтобы не обидеть его, во все праздничные дни в доме должно быть обилие еды. Спиртное в этот вечер не пили. Вдоволь насытившись, люди пораньше ложились спать, чтобы утром подняться с рассветом.

В день Сагаалгана обязательно должны были поздравить своих родителей, бабушек, дедушек, преподнести им подарки. Самым почетным был первый гость дня, особенно если это был мужчина. Гость, зайдя в дом, не раздеваясь, проходил по ходу солнца к божнице поклонялся божествам, и лишь затем поздравлял хозяев. Существует поверье, что чем больше гостей будет в первый день, тем счастливее будет наступающий год.

Наиболее насыщенными являются первые три дня. Однако весь месяц считается праздничным, продолжаются хождения в гости, посещения и поздравления родственников, живущих в других местах, обмен подарками и приветствиями.

Таким образом, Сагаалган – Новый год – древний народный праздник, все обряды несут в себе глубокий смысл. В них проявляется стремление к укреплению связей поколений, к созданию здоровой психической обстановки, обеспечению преемственности в культурном и духовном наследии.

РЕЛИГИОЗНЫЕ ВЕРОВАНИЯ БУРЯТСКОГО НАРОДА

Буддизм

Впервые о государственной религии монголов – буддизме буряты узнали в XIII в., при внуке Чингисхана – Хубилай-хане, когда современная южная территория Бурятии называлась «Ара Халха». Но это направление буддизма – кармапа (красношапочные) – не получило достаточно широкого распространения в Монголии.

С XV в. великий лама Цзонхаба Лубсандагба (1357-1419) основывает и развивает новое направление в тибетском буддизме – школу гелукпа (желтошапочников). Это направление получает широкое распространение и становится массовой религией монгольских народов, в том числе и бурятских.

В первой половине XVII века традиционная обрядовая система бурят Забайкалья начинает претерпевать значительные изменения под влиянием нового, мощного фактора — буддизма в его специфической тибетско-монгольской центральноазиатской вариации, получившей название в научной литературе «ламаизм».

В отличии от аналогичных процессов буддизации в Тибете и Монголии, откуда пришел буддизм, в Бурятии этот процесс протекал в необычных условиях, когда мировая религия вступила в противодействие с другой мировой религией – христианством в его православной культурно-исторической вариации. При этом христианизация, в основном коснувшаяся предбайкальской части Бурятии, сопровождалась интенсивным внедрением других элементов русской культуры во все этнические группы бурят.

Исходя из учения о неизбежном земном страдании, возникший в Северной Индии в VI-V вв. до н. э., буддизм утверждал, что дело спасения каждого человека находится в его руках. Основатель буддизма – легендарный нищий странник Сиддхарти Гаутама Шакьямуни («отшельник из племени шакьев»), названный Буддой («ясновидящим»). Всякая попытка вести борьбу за земные интересы, по словам проповедников буддизма, таит в себе «всякого сильного чувства»- все это приводит к прекращению страданий. «Обуздай глаза, чтобы не соблазниться обольстительными вещами, обуздай уши, язык и тело, обуздай речь, ум, обуздай все». Буддизм проповедовал непротивление злу, равнодушное отношение к действительности, примирение с ней.

Шаманские верования

Около 200 археологических памятников рассказывают об истории религиозных верований на территории расселения бурят 10-25 тыс. лет тому назад, когда охота, рыболовство и собирательство были основными средствами добывания пищи. Главной формой верования в эпоху раннего родового строя был тотемизм. Об этом говорят тотемы-божества животных, птиц, рыб, людей, фигурки которых были изготовлены из камня, кости, бивня мамонта, нарисованы на скалах. Следы тотемических верований сохранились в фольклоре бурят: почитание медведя, волка, собаки, лебедя, некоторых рыб, а также в мифах о животных и птицах, которые якобы были предками тех или иных бурятских родов и племен.

Первобытные жители почитали также огонь, солнце и луну. Они создали образы женских божеств-эжитов: Огня, Солнца и Луны. Анализ захоронения людей говорит о распространении культа женщины-прародительницы, хранительницы домашнего очага, чадородия и материального начала. Женщина не только почиталась, но и выступала в роли отправителя обрядов, стража общинных традиций и обычаев.

У подножия «Вечной горы» – Мунку-Сардыка- на правом берег реки, посреди тайги одиноко высится белая скала, напоминающая лежащего быка с широкоразвилитыми рогами. Но это не просто скала, а сам прародитель бурятского народа, царственный бык Буха-Нойон-Баабай.

В древнее время, говорят шаманисты, задевая небо своими широкоразвилистыми рогами, божественный бык спустился на землю, прорадил на берегу Байкала двух героев-близницов, предков бурятского народа, Эхирита и Булагата, а затем встретил своего извечного врага-Черного Быка Тайжи-Хана. После тяжелой схватки быков у седого Байкала побежденный Черный Бык с ревом ушел вдаль. Буха-Нойон лег отдохнуть, да так и отдыхает уже тысячи лет, превратившись в вечное нерукотворное каменное изваяние – скалу-быка.

Шаманизм с начала XVIII века стал терять свои позиции, заменяться религией буддизма, частично православной религией, но шаманистские верования сохранились в среде бурят до нашего времени. Своеобразие исторического прошлого и национального черт бурят способствовали сохранению элементов традиционной культуры, мировоззрения и деяний в условиях усиления взаимовлияния европейской и индотибетской культур.

БУРЯТСКАЯ КУХНЯ

Кулинарные рецепты созданные народом, не случайны, не произвольны. Нетрудно заметить, что суровые местные условия, которые требовали выносливости о человека, наложили свой отпечаток на бурятскую национальную кухню. Дружеское отношение с русскими и другими народами привело к широкому заимствованию мучных и овощных блюд.

Блюда из молока

Каждый народ имеет свои рецепты приготовления молочных блюд. У бурят пища из молока занимает особое место.

Молочные продукты у бурят относились к тем блюдам, с которых начинался всякий праздничный прием. Как русские встречают гостей хлебом и солью, так буряты – молоком или другой молочной пищей. Обычай этот называется «сагаалха». У бурят есть древний обычай: на стол гостю прежде всего ставят что-либо молочное, будь то сметана, сливки или просто молоко. С него начинается любое угощение. Чай пьют не иначе как с молоком. Не даром говориться: «Чай с молоком – для друга!»

Домашний сыр (Хурууд)

Хурууд – натуральный сыр. Готовиться следующим образом. Свежее цельное молоко в деревянной посуде ставиться в прохладное место. Через двое-трое суток оно обычно сквашивается, а на поверхности застаивается густая сметана. Сметана снимается, а из простокваши приготавливается домашний сыр, вкусный и питательный продукт.

Простокваша на медленном огне кипятится в продолжении 5 минут. Получившаяся творожная масса процеживается, затем раскладывается лепешками, прессуется с помощью деревянных дощечек и выставляется для сушки.

Из 10л молока получается около 2 кг сметаны и 3-4 кг сыра.

Молочно-растительные блюда

Бурятская национальная кухня знает ряд способов приготовления блюд из клубней сараны- дикорастущего растения, а также из плодов дикой яблони.

Зеленый чай (Ногоон сай)

В холодную воду засыпают измельченный зеленый чай из брикета и кипятят, помешивая, для удаления горького привкуса. Вливают молоко и снова кипятят, непрерывно помешивая 5-7 минут. Некоторые пьют его слегка подсоленным.

К нему подают топленное масло и бурятские шаньги.

Зеленый чай оказывает на организм человека благотворное действие. Он содержит от 12 до 18,6 % дубильных веществ, около 1,5 % кофеина.

На 3 л воды – 200 г зеленого чая, 1,5-2 л молока.

Блюда из мяса

В каждый сезон года употреблять в пищу мясо сугубо определенного вида животного. В сельской местности этот порядок сохранился и поныне. Летом предпочтение отдается молодому барашку, ближе к зиме — конине, зимой — говядине. Мясо же диких зверей добывалось только осенью.

Искусные скотоводы, буряты владеют секретами откорма животных, предназначенных на забой, великолепно знают их анатомию, разделывают тушу строго по частям, редко прибегая к топору. Каждая часть туши, каждый элемент субпродукта употребляется на приготовление определенного вида блюда.

В бурятской национальной кухни блюда из конины занимают особое место. Из конины, также как из говядины и баранины, готовят бухэлеэр, пельмени, позы, котлеты, мясные рулеты и т. д. Рецепты приготовления этих блюд однотипны.

Позы (Бууза)

Широко известное, популярное и любимое блюдо. Позы привлекательны по внешнему виду, могут украсить любой стол.

Баранью мякоть моют, рубят секачом в деревянном корытце или пропускают через мясорубку с крупной решеткой. Добавляют мелко нарезанный внутренний жир, репчатый лук, соль, специи, просеянную пшеничную муку, воду. Тщательно вымешивают.

Тесто готовится как для домашней лапши. Раскатав его в круглый жгут, нарезают на небольшие, в 2-4 см, брусочки, которые превращают в тонкие кружки.

Фарш накладывают на эти кружки, края защипывают, оставляя небольшое отверстие для выхода пара. Позы варят на пару в течение 18-20 минут. Готовность можно узнать по светлому соку.

Позы готовят не только из баранины. С успехом применяется говядина и конина со свининой. Способ приготовления точно такой же.

На 4-5 человек — мяса850 г, жира внутреннего или жирной свинины 220 г, 3 головки репчатого лука, соль. Муки пшеничной — одна столовая ложка для связки сока в фарше, воды 130 г.

Для теста- муки 350 г (два стакана), 2-3 яйца, соль. Если брать 2 яйца, то воды 60 г. На 3 яйца- 20-30 г воды. На одну позу идет обычно 20 г теста и 50 г фарша.

ГЕРОИЧЕСКИЙ ЭПОС БУРЯТ

С древних времен буряты обладали богатым наследием устной поэзии, которая выражая чаяния и ожидания людей, сопутствовала жизни народа на протяжении всей его истории. Оригинальны и неповторимы по своему содержанию и форме мифы, легенды и предания. Исторические и лирические песни, сказки, благопожелания, пословицы и поговорки.

Вершиной устной поэзии бурят является героический эпос – большие эпические народные поэмы, отражающие длительную борьбу предков бурят за этническое единство и сложные взаимоотношения с окружающими их в прошлом племенами и народами.

Секрет первозданной свежести бурятских улигеров-сказок, эпических сказаний заключается также в их идейно-эстетической природе: они выражали в образах большой художественной силы подлинно народные представления об идеале прекрасной жизни. Созданный в доклассовую эпоху бурятский героический эпос поэтизирует и воспевает равенство и исконный коллективизм членов рода, понимаемого как человечество. Мощь и сила человеческого коллектива, его трудная, героическая борьба с грозными явлениями природы, его победы на пути исторического восхождения человека воплощены в образе героя-богатыря и его подвигах.

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. « Культура и быт народов Бурятии» П.Т. Хаптаев, Бурятское книжное издательство У-У 1965г.

2. «География Бурятии учебник 8-9 классов». М.О. Эрдынеева, Б.А. Чернов. Бур. Книж. изд. У-У 1994г.

3. «Культура гор и буддизм в Бурятии» Л.Л. Абаева Наука М 1992г.

4. «Материальная и духовная культура бурят» В.Д. Бабуева У-У 2004г.

5. «Бурятская кухня» Г. Цыдынжапов, Е. Бабуева. Бур. Книж. Изд. У-У 1991г.

«Муму» — групповой портрет с барыней

Н.М. Чернов

По окончании университетского курса в Москве и Петербурге, юноша-Тургенев продолжил обучение в Берлине. Направляясь туда, едва не утонул в море во время пожара на пароходе. Возвратясь после странствий, убедился, что устраиваться дома надо заново и, на этот раз — надолго. Семья как бы оказалась на его неокреп-ших еще руках. Брат Николай в военной службе, младший Сергей — калека, оставался в Спасском под присмотром дворни. Он там же и умер в 1837 году, неполных 16-ти лет от роду, одинокий и всеми заброшенный. Вскоре в деревне сгорела дотла их спасско-лутовиновская усадьба. Почти полностью уничтожен дом тургеневского детства. Ос-тался лишь правый флигель. Это случилось летом 1839 года. Даже где переночевать — на первых порах было проблемой. Мать, Варвара Петровна, — больная и бесприютная. Тогда-то и принято решение най-ти для неё в Москве такое жилище, чтобы прилично и комфортно. В собственном московском доме на Садово-Самотечной улице постоянно оста-ваться никто не хотел. Не нравилось.

Лето 1840 года В.П.Тургенева, не имея другого пристанища, все-таки живет при самотеченском доме. Появились грозные признаки повального голода в России. «Ты знаешь, — пишет мать Ивану в чу-жие края, — что и прошлый год был уже очень плох. Но! — нынче ничего не родилось, то есть, ничего-ничего, ни единого колоса на всем поле. Еще, слава Богу, что у нас кое-как сберегли лошадей, вспахали. А на посев покупаем рожь — о, ужас! — по 35 рублей четверть 1). Мать не решилась в такой год поехать на лето в Спасское. Продолжается поиск на зиму наемного дома в Москве. Той же осенью Варвара Петровна сняла понравившийся ей уютный особнячок, принадлежавший маркшейдеру Н.В.Лошаковскому, в приходе церкви Успенье, что на Остоженке. Мечтала жить вместе с Иваном, а тому прочила карьеру университетского магистра.

Но сына и след остыл: он ещё в январе 1840 года к неудо-вольствию матери и неожиданно для неё вновь отправился за грани-цу. На этот раз прямо в Италию. Его сманил туда Павел Кривцов (брат декабриста). Будто бы, путешествовать. Не исключено, одна-ко, что у Тургенева имелся скрытный план стать секретарем при Кривцове, начальнике русских художников в Риме. На это место, как известно, претендовал даже Гоголь 2). В конечном счёте должность получил А.В.Сомов, племянник Кривцова, юноша-авантюрист из Бол-ховского уезда, вскоре сбежавший вместе с имуществом миссии в Америку. Там и сгинул.

Тургенев всё же предпринял в тот трудный год путешествие по Европе. Весной он из Рима едет в Неаполь, оттуда в королевство Сардинское, в Саксонию, в Лейпциг, во Франкфурт, в Мариенбад. В июле — снова в Берлине (П.1.153). Слушает лекции, живет в одной квартире с М.А.Бакуниным. И только в мае 1841 года возвращается в Москву и в Спасское. К этому времени относится его сближение с «белошвейкой» Авдотьей Ивановой, будущей матерью Полинетты Турге-невой. Первоначальные опыты Тургенева-литератора, как известно, свя-заны с его сотрудничеством в петербургских журналах. В 1838 году, еще в «старом», плетневском «Современнике», появилось первое пе-чатное стихотворение Тургенева «Вечер». Без имени автора. Оно подписано: «…в». В октябре того же года — второе, тоже аноним-ное, подписанное: «…въ». В рукописях стихи частенько посылаются на прочтение друзьям. Тургенев тогда мучительно искал свою истин-ную дорогу. В начале 1847 года выходит в свет 1-я книжка «Современника» некрасовского, в которой в разделе «смесь» напечатан сразу же замеченный очерк «Хорь и Калиныч» — вступление к «Запискам охот-ника». 24 февраля 1852 года Иван Тургенев, находясь в Петербурге, узнает о смерти Гоголя. В.П.Боткин из Москвы сообщает ему подроб-ности. Тогда-то Тургенев и написал некролог, отклоненный столич-ной цензурой. Попечитель санкт-петербургского университета М.Н.Мусин-Пушкин, получив известие о кончине Гоголя, публично назвал покойного «лакейским писателем». Тургенев послал копию своей незапрещенной еще статьи о смерти Гоголя в Москву Е.Феокти-сову (П.2.462-463). Она напечатана в «Московских ведомостях» в качестве «письма из Петербурга», за подписью: Т …в. Власти сочли это «ослушанием и нарушением цензурного устава» 3).

Таковы события в самом начале остоженского периода жизни Тур-генева. С ними совпал выход в Москве «Записок охотника» отдельной книгой (в 2-х частях). Издатель — Н.Х.Кетчер, цензор — князь В.В.Львов. В апреле император Николай I, получив доклад шефа жандармов А.Ф.Орлова о появлении в Москве, якобы, запрещенного некролога Гоголя, распорядился «за явное ослушание» посадить Тургенева «на месяц под арест и выслать на жительство на родину, под присмотр». Находясь в Петербурге под арестом на съезжей, молодой литера-тор привлек к себе сочувственное внимание столичного общества. Даже в высшем свете распространилось нечто вроде общественного мнения в пользу освобождения Тургенева из-под ареста. Сидя в «кутузке», он написал рассказ «Муму» — замечательную прозаическую миниатюру, отмеченную ярким московским колоритом. Сегодня для некоторых патриотов — это «знаковое» сочинение. Мы упускаем из ви-да, что Герасим, протестуя, бежит из Москвы. Как у классика тех лет: «Вон из Москвы, сюда я больше не ездок!»

Из-под стражи Тургенев освобожден 16 (28) мая. Перед отъездом в ссылку он видится с хорошо относившимся к нему попечителем Московского учебного округа В.И.Назимовым. М.С.Щепкину и Т.Н.Гра-новскому читает «Муму». Встречается с Н.Х.Кетчером, М.Н.Загоскиным, И.Е.Забелиным. Вместе с ним осматривал кремлевские древности (П.2.138-139). Забелин горячо любил Моск-ву и обладал редким даром превосходного рассказчика. Семь с лишним лет прошло (1834-1841), прежде чем Иван Турге-нев вновь возвратился в Москву в качестве ее постоянного жителя. За эти годы переменилось многое. «У меня прекрасный, маленький московский дом, — писала мать Ивану 30 ноября 1840 года, — в котором воздух всегда ровен, тепло, светло, сухо, покойно. Ла-кейская, официантская, зала, гостиная, спальня и вместе — мой кабинет, уборная, гардеробная, девичья и Бибишина (т.е. Вареньки, воспитанницы. Н.Ч.) комната. Девичья, еще гардеробная и коридор, Который ведет в залу. Налево — буфет, за буфетом — контора».

«Да, да! Контора, где сидит за столом, покрытым сукном, толстый мой конторщик . И пишет, по своему обыкновению — вздыхает и бормочет. . Ты еще не был наверху: из лакейской лестница на мужскую половину. Налево комната гардеробная дядина, Гаврилин уголок на хоры в залу. А там дядина комната, маленькая, жаркая. И еще маленький чуланчик. Налево — братнина спальная, гардеробная. Дверь на замок — в женскую половину, комната де-вичья, где президент — Прасковья Ивановна. Анетина (т.е. Анны Шварц, камеристки, будущей невестки. Н.Ч.) комната с Маврушиной вместе (т.е. совместная с Маврой, воспитанницей. Н.Ч.). Мамзе-ли-гувернантки комната и — кладовая маленькая» 4).

Вот так, образно, умела писать Варвара Петровна. «Перо мне нужнее пищи», — признавалась она сыну. «Ты спросишь где твоя ком-ната? О! Приезжай только. Мы отопрем дверь от брата в девичью, девок и гувернанток сведем вместе, а комнаты гувернанток мы отда-дим все три тебе, хозяину». «Теперь пойдем на конюшню, — продол-жает мать свое зазывное повествование. — У меня 5 серых лошадей в карету, две лошадки в сани брату и дяде. Пока и довольно. Новая двухместная карета, старая заново переделана, ландо и четырех-местный дилижанс, возки, колясочка, сани, санки, кибиточка, дрож-ки. Корова — большая, славная корова. И — Серебряков (Николай Яковлевич, крепостной конторщик. Н.Ч.). Давнишние мои желания: корова и конторщик. А в заключение — Вантиклос. Множество, многое множество цветов; птички; мёбели — раздвижные диваны, вместо па-тэ, оттоман, покойные кресла; il n’y manque que vous mon bien Aime!» (Недостает только Вас, мой горячо любимый!) 5).

Старший сын — Николай Тургенев — в письмах Варвары Петровны упоминанается редко. Он прогневил мать, вскоре женился без позво-ления на ее камеристке. Военная карьера у него не сложилась. Вы-шел в отставку, едва получив первый офицерский чин. Поступил в Петербурге мелким чиновником в Министерство государственных иму-ществ. Впоследствии дослужился до надворного советника и даже хлопотал о дворянстве «по своим собственным заслугам», а не по праву от предков 6). Тоже отличался странностями. А в материнском доме на Остоженке гневные бури, тем временем, постепенно затихли, Варвара Петровна простила старшего сына-неу-дачника. Переманила и его в Москву, купив для молодожёнов пло-хенький дом, тут же рядом, на Пречистенке, 26 (во дворе, ныне не сохранился). Но ни сына, ни жену его, живя по соседству, Варвара Петровна, долго у себя не принимала вовсе. Иван жалел брата, со-чувствовал ему. Позднее, в дни размолвок с матерью и после её смерти, иногда останавливался у брата на его московской квартире. Здесь Ивана посещали друзья, в частности В.П.Боткин.

Впервые Иван Тургенев появился во вновь обретенном жилище на Остоженке в конце мая 1841 года. Отсюда отправился в Спасское, где шло обустройство бокового флигеля, пострадавшего от пожара (теперь — мемориальный дом.Н.Ч.). Осенью того же года возвратился в Москву с поручением матери окончательно приспособить остоженс-кий особняк к семейному проживанию. Квартирантка была куда как взыскательна! Но она заботилась прежде всего о том, чтобы оставить возле себя сына-путешественника, дабы не умчался опять в свои «европы». Мать хотела, чтобы Иван выдержал магис-терский диспут и получил место профессора в Московском универси-тете.

«Приехав, осмотри хорошо ли мой дом выкрашен», — посылает Варвара Петровна вдогонку сыну строгое наставление. — Не воняет ли клеем, вставлены ли за погоду окна, исправлены ли трубы, печи, можно ли переехать? А как твои комнаты должны быть наверху, то я прошу тебя хорошенько этим заняца. Надо тебе знать, что у нас хо-зяин снисходительный, ежели с ним будешь лично объясняца, он из крепостных — и очень доволен, когда показываешь, что его принима-ешь за своего брата, он готов все сделать… У нас лакейская со-вершенно холодная, я к нему писала и он стараитца, чтобы было тепло, ставит печи и прочее, как пишет» 7). Для дворни на Остоженке имелся особый флигель. Ивану мать оп-ределила, как упомянуто выше, комнаты в мезонине. Она писала: «Наверху, когда из лакейской взойдешь, то, повернув направо, ком-ната низенькая с круглым потолком. В ней есть окно в маленькую комнату, не знаю для чего. Для свету что ли? Ежели это окно про-рубить, то войдешь в большую комнату из маленькой. Этого и до-вольно будет для тебя. Тогда ты можешь отдать для девичьей навер-ху две комнаты, всем просторно. Дядина комната будет с лестниц — налево, две комнаты одна с диваном угловым.Это была моя келья, там стояли цветы, горка, которую можно выкинуть».

И далее в цитируемом письме В.П. от 26 сентября 1841 года -план мезонина, сделанный её собственной рукой.  С дворовыми людьми барыня необыкновенно строга и взыскатель-на. Рассказ «Муму» — правдивая, художественно выразительная хро-ника остоженского дома. Теперь мы поименно знаем всех живших там слуг, девок, приживалок. Для этого достаточно изучить «исповедные записи» приходского храма Успения, находившегося рядом. Они сос-тавлялись так, что почти можно угадать, кто был кем в доме своей госпожи. Глухонемого Андрея (а именно он, как свидетельствуют совре-менники, послужил оригиналом для дворника Герасима) в этих церковных книгах нет. Это — литературный персонаж, а не ре-альное лицо. Не исключено, что глухонемой богатырь автором «пере-несен» на Остоженку из Спасского-Лутовинова, где в составе «штата» имелся такой человек (именно его вспоминает Е.Н.Конусевич, двоюродная сестра Тургенева, которая часть детства провела в Лутовиновке 8). По словам Конусевич, глухонемой Андрей любил кормить кур и соби-рать яйца. Обожал чаепитие. Всегда ездил с бочкой за водой к Вар-навицкому ключу, что близ спасской усадьбы.

Гаврила, дворецкий (такой персонаж, исполнитель воли барыни есть в рассказе «Муму»), персонально значится в записях: в 1845 году ему было 45 лет. Гаврила — привилегированный слуга, даже комнату имел при господских покоях. Но башмачник-пьяница Капитон Климов (так он назван в рассказе) в списках челяди не встретился. Зато был у Варвары Петровны на Остоженке похожий на него реальный человек, тоже нетрезвый, Капитон Иванов,40-42-х лет, 9). Капитон Афанасьевич Иванов, дворовый из Спасского. Сопровождал госпожу в ее поездке за границу в 1834-35 году. В отсутствие Ф.И.Лобанова, был дворецким, но в сущности — дворником в доме на Остоженке. Жил здесь с женой и двумя детьми.

Капризная, старая госпожа вела тогда особый штрафной днев-ник, так называемую «Книгу для записывания неисправностей моих лю-дей, за что будет им вычитаться из жалованья, за исправное же по-ведение будет награждение». Этот замечательный документ сохранил-ся в целости 10) [далее в тексте указываются листы этого дневника]. Вот некоторые его фрагменты: «Июнь 20 [1846 г.]. Капитон вче-ра явился ко мне, от него так и несет вином, невозможно говорить и приказывать. Я промолчала, скушно всё то же повторять». «22 [июня]. Нынче Капитон хотел поменять мою серую лошадь, уверяет, что ей 7 лет. Которую же он привел — она совсем старая и — 600 рублей. Я говорю, он — оправдывается. Глуп и плут, и вор, довел меня до того, что я его побила по морде. Но! Себе более вреда сделала, чем ему» (лл.22-23).

Еще сентенции из «штрафной книги»: «Когда подавать шампанс-кое, то его всегда ставить в холод, чтобы оно не било вон. Это — скверный манер, чтобы всех обдать шенпанским, за это ругают хозя-ев — нынче не в моде пробки в потолок. Казарменные шутки, в хоро-шем доме неприлично (там же, л.9). «Повар мой Савелий решительно изгадился, не хочет меня кормить. Все, что ни подаст, есть нель-зя, скверно смотреть. Вот, вить, какая мерзкая бестия !» Повар Савелий — литературный персонаж. Тургенев упомянул его в «Фаусте», снабдив хотя и беглой, но выразительной характеристикой (С.5.94).

«Опять Савелей ! Я ему велела у повара Мухановых попросить супу. Нет! он послал [лакея] Ивана и тот при всех доложил. Берс так и ахнул! И Берс — глуп, есть от чего ахать. Но! мне очень неприятно» (л.17). «Сосиски всё не так, как у Крыловой, всё ка-пустой воняет соус. Повар должен сходить к Крыловой и спросить у кухарки, может быть у них капуста вымачивается задолго?» (л.13). Мухановы — почтенные московские родственники Тургеневых. Берс Андрей Евстафьевич (1808-1868), придворный доктор, будущий тесть Л.Н.Толстого. Был близок семейству Тургеневых. Мать поруча-ла Ивану Сергеевичу не только заботы об устройстве «остоженского» дома. Она хотела видеть в нем хозяина. А потому попыталась возло-жить миссию общения, поддержания семейных связей со старомосковс-кой средой. Этим всегда ведал покойный отец. К Ивану как бы пере-ходили его обязанности. Отпустив сына в столицу, мать шлет ему из Спасского-Лутовинова вдогонку в том же сентябре 1841 года напутс-твие кому и как делать визиты.11)В личных планах Ивана Тургенева в его «остоженский» период 1841 года на первом месте было получение магистерского звания и университетской кафедры. В одном из писем 1844 года, начатом в Москве, а оконченном в Спасском, Варвра Петровна пишет одной сво-ей близкой приятельнице: «Нынче 1-е мая, холодно ужасно… Иван едет в Петербург, где будет держать диспут, определится на магис-терство» 12).

Почему в Петербург? Потому что в Москве сдать экзамен не удалось. Получен отказ под тем предлогом, что здесь временно уп-разднена кафедра философии. Пришлось экзаменоваться в Петербург-ском университете. Но диспут на магистерство и там не состоялся. Не хватило желания и настойчивости в достижении цели. Соблазненный широковещательной программой министра внутренних дел Л.А.Перовс-кого, Тургенев поступает к нему на службу в особую канцелярию, где состоял около полутора лет. В качестве испытания на должность ему поручено составить записку «Несколько замечаний о русском хо-зяйстве и русском крестьянине». Сославшись в записке на личные наблюдения, почерпнутые в Ор-ловской губернии, Тургенев выделяет, как выразился он сам, «важ-нейшие неудобства нашего хозяйства»: недостаток положительности и законности в самой собственности; недостаток законности и поло-жительности в отношении помещиков к крестьянам; неудовлетвори-тельное состояние науки земледелия; отсутствие равновесия между торговлей и земледелием; весьма слабое развитие чувства гражданс-твенности и законности у крестьян; устарелые учреждения, завещан-ные нам прежним патриархальным бытом. Будущий чиновник приходит к выводу, что полное разрешение этого вопроса обрадует, может быть, только следующее поколение (С.1.423-425).

За десять лет Тургенев провел в московском доме на Остоженке в общей сложности едва полтора-два года. Останавливался обычно по пути в Спасское и обратно. Дважды приезжал на время двухмесячного отпуска. Петербургская служба не пришлась ему впору. Втянулся в литературные занятия. Выпустил первую книжку — «Параша». Вскоре ушел в отставку с чином коллежского секретаря. Впереди — «Записки охотника», двухлетняя спасско-лутовиновская ссылка. Полюбил провинциальную жизнь, обновил деревенские впечатления.

Список литературы

1) Письма В.П.Тургеневой Ивану. Отдел рукописей Гос. Нац. биб-лиотеки (бывшая «публичная», Спб.), ф.795 (И.С.Тургенева), ед.98, л.132-133. (Четверть — хлебная мера в старину, примерно 12 пудов, или около 200 килограммов. Н.Ч.).

2) Сборник «Прометей». Вып.13. М.1983, с.134.

3) Лемке М.К.Николаевские жандармы и литература, Спб.1909, с.204-209.

4) Письма В.П.Тургеневой, л.162.

5) Там же, л.161.

6) О внесении в родословную книгу надворного советника Нико-лая Сергеевича Тургенева. 1855 г. ЦГИА Москва, ф.4, оп.8, д.1392.

7) Письмо В,П.Тургеневой из Спасского-Лутовинова Ивану, 26 сен-тября 1841 года. Указанный фонд, ед. 98.

8) Конусевич Е.Н. В те дни в Спасском. В сб. «Памятники Оте-чества». 1995, N 3-4, с. 144-147. Полностью — РГБ, рукоп. отдел, ф.306, картон 3, ед.13.

9) Гос Истор .архив Москвы (бывш.ЦГИАМ),ф.203,оп.747,ед.1524, л,853.

10) Отдел рукописей ИРЛИ. Р. II, оп.1, N 452 ,лл.8-20 (1846 г.).

11) Письмо В.П.Тургеневой сыну от 21 сентября 1841 года. Пол-ностью в кн. Чернов Николай. «И.С.Тургенев в Москве», с.90-92.

12) Письмо В.П.Тургеневой к М.М.Карповой в Болховский уезд. РГАЛИ, ф.509, оп.1, ед.172, л.3.

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://turgenev.org.ru/

Реферат

Войны как историческое явление

Введение

Война является таким историческим явлением, которое вот уже на протяжении тысячелетий не только не сходит с международной арены, но и наиболее быстро развивается, меняя лишь формы своего проявления. Война — это и социальное явление, представляющее собой одну из форм разрешения общественно-политических, экономических, идеологических, а также национальных, религиозных, территориальных и других противоречий между государствами, народами, нациями, классами, социальными группами средствами вооруженного насилия. Последние на протяжении веков претерпевали существенные изменения и ныне представляют собой мощные средства массового поражения противника.

Военная проблематика освещается с различных точек зрения, что само по себе естественно для анализа любой крупной проблемы. Одни из понятий имеют более длительную историю, и их сущность с годами не претерпела сколько-нибудь значительных изменений. Другие появились в последние десятилетия и вызваны к жизни огромными изменениями в научно-техническом, экономическом и геополитическом положении в мире.

Наши знания сегодня пополнились многочисленными примерами, фактами и доказательствами, которые меняют наши представления о сущности мировых процессов, заставляют критически подойти к устоявшимся положениям и даже теориям о войнах. Мир изменился настолько, что прежние представления о них, об их классификации и, особенно, понятия о мировой войне просто не соответствуют в данное время реальной действительности. Прежде чем высказаться об иной классификации войн, об иных подходах к их оценке, используем знания, приобретенные ранее.

Итак, какие же из понятий тесно связаны с избранной нами проблемой? Это — «война», «военная политика», «военная доктрина», «военная сила» и, конечно, «военно-промышленный комплекс». Каждое из этих понятий имеет как общую основу, так и свои особенности. Общим, ключевым для всех выше названных является понятие «война».

Основная часть

Известно, что за период с 3600 лет до новой эры по 1980 год, было примерно 14550 больших и малых войн, в том числе две мировые войны, в ходе которых погибло, умерло от голода и эпидемий свыше 3,6 млрд. человек¹.’ Такова цена человечества за стремление к порабощению других народов, за разделение общества на класс угнетателей и класс угнетенных.

Интерес представляет статистика войн, предложенная известным исследователем военной проблематики В.В.Серебрянниковым²:

Периодичность войн

Из этой таблицы видно, что с конца XIX века до начала первой мировой войны, т.е. в течение почти 20 лет частота войн была ниже средней. Затем, между двумя мировыми войнами она выросла в 1,3 раза, а за 45 лет после второй мировой войны более чем в 2,5 раза. В первое пятилетие девяностых годов в мире ежегодно имели место 33-37 крупных вооруженных конфликтов.

Рост числа войн вызывался кардинальными изменениями мира в 1914 -20 гг., 1939-45 гг., 1985-94 гг. Многие исследователи полагают, что тенденция учащения войн сохранится не только в краткосрочной (1-2 года), но и среднесрочной (5-10 лет) и даже долгосрочной (15-20 лет) перспективе, а может и в более удаленной. По данным некоторых прогностических центров Запада в XXI веке возрастет число локальных вооруженных конфликтов, изменятся их масштабы. Если до середины XX века они расширялись, то во второй половине обнаружилась и нарастает тенденция «разукрупнения» войн: все меньше велось больших (крупных), но возросло число средних и малых войн. К числу крупных относятся войны в Персидском заливе («Буря в пустыне»), в бывшей Югославии (Косово, Македония), в Афганистане, Чечне и других. Однако современная тенденция такова, что средние и малые войны в совокупности как бы заменяют большую войну. За 50 лет после второй мировой войны в средних (25-30) и малых (более 400) войнах, которые охватили не меньше стран, чем было в большой войне, погибло свыше 40 млн. человек, свыше 30 млн. оказались беженцами, что сопоставимо с жертвами и бедствиями мировых войн³.

В XX веке изменился и характер вооруженной борьбы. Непосредственные боевые действия стали дополняться дипломатической, экономической, информационно-психологической, разведывательно-диверсионной, террористической и другими формами борьбы, подчиненными единой цели и развертывающимися не только на территории воюющих стран, но и на глобальном геополитическом пространстве.

Усугубились последствия войн, от которых страдает в основном мирное население. Это обусловлено, во-первых, процессом урбанизации, сосредоточием основной массы населения в городах. Во-вторых, увеличились возможности дальнодействия оружия, прежде всего ракетного и авиационного, что позволяет не только ускорить разгром армейских группировок, но и расшатать тыл. И, наконец, исторический опыт войн XX века показывает, что растет удельный вес боевых действий в городских условиях. Например, в результате атомных бомбардировок японских городов Хиросимы и Нагасаки погибло около 500 тысяч человек.

Современные войны приобретают все больше террористический характер. Так, удельный вес жертв мирного населения составил в первой мировой войне 5% от всех погибших, во второй мировой — 50%, в войнах в Корее — 84%, во Вьетнаме — около 90%. Что касается военных действий в Чечне, то там по предварительным данным погибло до 95% мирного населения от общих людских потерь.

По мере развития исторического процесса изменялись и взгляды мыслителей, ученых и политиков на проблемы войны и мира. Имеющиеся источники позволяют проследить развитие научных представлений о причинах возникновения войн, их месте и роли в функционировании общества от мифологии, сочинений мыслителей античного мира и гуманистов XVI — XVII веков. Современные теории и концепции дают достаточно четкое понимание источников и причин возникновения войн, их сущности и характера. При этом идет постоянный процесс углубления этих представлений с учетом особенностей нашего ядерного века, тех глобальных социально-экономических и политических процессов, которые происходят ныне на планете.

В подходах к проблемам войны господствуют две основные концепции, которые принято делить на буржуазную и марксистскую Представители первой рассматривали войну как благо, фетиш, «лекарство», способное исцелить человечество «Война, — писал О Бисмарк, — есть нравственное лекарство, которым пользуется природа, когда не хватает остальных лекарств, чтобы вернуть людей на настоящий их путь». Известный немецкий философ — диалектик Гегель считал, что «война способствует нравственному оздоровлению народов война не допускает нравственного застоя, к которому неминуемо привел бы вечный мир». Немецкие военные теоретики и философы практически повторяют друг друга слово в слово Возникает своего рода воинствующая философия «Война, — писал Лаер, является одним из могущественных и быстрейших цивилизаторов народов ». Суть знаменитого труда К фон Клаузевица «О войне» выражена основной мыслью война « есть не что иное, как продолжение государственной политики иными средствами», война — « не только политический акт, но и подлинное орудие политики, продолжение политических отношений, проведение их другими средствами».

Вооруженное насилие как форма социальной силы исторически всегда выступало средством реализации политики господствующего класса как внутри государства, так и в системе международных отношений И сегодня оно оказывает влияние на формирование как военной политики и военной науки в государстве, так и ее вооруженных сил На протяжении веков военные науки и теории, созданные в различных странах, активно изучались и внедрялись в вооруженные силы России. Труды таких деятелей, как Макиавелли, Гегель, Бисмарк, Леваль, Людендорф, Фош и других, переводились на русский язык и становились достоянием русской общественности. Они читались и изучались русским офицерством. Особенно усердствовала в этом отношении российская военная наука и практика в период с 1800 по 1912 годы. В военных трудах превозносился культ Наполеона и Бисмарка, Клаузевица и Мольтке. Книги западных теоретиков переиздавались десятки раз, их военные идеи внедрялись в военную политику, военную науку, военное строительство и военное искусство России. Авторитет их считался непререкаемым, а идеи — вне критики. Серьезные русские военные ученые, такие как Г.В. Жомини, Н.П. Михневич, А.Н.Петров, А.А. Свечин, А.М. Зайончковский также считали авторитет западных ученых непререкаемым. В связи с этим целесообразно привести определение войны, которое дано в русской военной энциклопедии начала века: «Война есть приложение в жизни человеческих обществ всемирного закона борьбы за существование, определяющего жизнь и развитие всего органического мира. Она есть более нормальное явление в жизни общества, чем мир. Война — это та специфическая функция, посредством которой одна культура, высшая, побеждает другую, низшую».

Эта идея до сегодняшнего дня фетишизируется не только среди военных, но и среди политиков. На нее можно ссылаться, опираться и, в конечном счете, можно все списать — и причины возникновения войн, и характер этих войн, и захват чужих территорий, и гибель людей. Но по сути дела эта концепция реакционна, она приводила и приводит людей к ложной мысли, что пока существуют государства и политика, на земле будут возникать войны. Реакционна и вторая часть этой идеи — «иными средствами». Ведь «иные средства» — это вооруженные люди, выполняющие волю политиков на войне в ходе которой они превращаются в средство политики, в рабов политики.

В марксистской военной концепции стержневым является деление войн на справедливые и несправедливые. К первым марксизм относит войны угнетенных классов и наций за свое социальное и национальное освобождение, а также войны, вызванные необходимостью отразить внешнюю агрессию. Несправедливыми считаются войны, которые ведутся, как правило, господствующими классами за получение тех или иных экономических или политических выгод (изменение границ, торговые преимущества и т.д.). Вместе с тем, война может быть несправедливой с обеих сторон или справедливой для другой, что чаще всего и случалось в истории человечества.

В марксизме отмечена и еще одна особенность: несправедливые, захватнические войны могут дать толчок крупным социальным переменам, вызвать революционные взрывы и потрясения. «Война, — писал К.Маркс, -подвергает нацию испытанию… Подобно тому, как мумии мгновенно распадаются, когда подвергаются воздействию атмосферы, так и война выносит окончательный приговор социальным учреждениям, которые утратили свою жизнеспособность».⁴

Ф.Энгельсом была высказана мысль о том, что применение военной силы и вообще насилия не есть просто волевой акт, но что оно требует весьма реальных предпосылок для своего осуществления, в частности, -известных орудий. Как подчеркивал Ф.Энгельс, победа насилия основывается на производстве оружия, а производство оружия, в свою очередь, на производстве вообще. Следовательно, на экономической силе, на хозяйственном положении, на материальных средствах, находящихся в распоряжении насилия. Военная же мощь измеряется не только количественными и качественными характеристиками оружия и воинских формирований. Ничто так не зависит от экономических условий, как именно армия и флот. Вооружение, состав, организация, тактика и стратегия зависят прежде всего от достигнутой в данный момент ступени производства и от средств сообщения.

Правота слов Маркса и Энгельса была доказана в ходе первой мировой войны, когда она переросла в революции в России, Германии, Венгрии. После октября 1917 года В.И.Ленин, большевики, придя к власти, встали перед проблемой прекращения мировой войны. Только на переговорной основе возможно было заключить мир и создать условия для мирного строительства новой жизни. Был выдвинут лозунг мирного сосуществования двух систем, который определял международные отношения СССР, системы социализма и США и их союзников на протяжении ряда десятилетий. Во многом этому способствовал вывод, сделанный в середине 50-х годов XX съездом КПСС о том, что нет фатальной неизбежности войн и существуют реальные возможности предотвратить третью мировую войну. Истекшие с тех пор четыре десятилетия подтвердили правоту этого вывода.

Ныне война уже не может служить разумным средством государственной политики, выступать как реальный шанс или вариант политического решения или поведения. Существующий потенциал ответного удара, ракетно-ядерный паритет, превращает агрессию в самоубийство. Однако угроза мировой катастрофы окончательно не снята, что требует от государственных лидеров взвешенности и объективности при анализе и принятии политических решений.

В качестве факторов предотвращения войны и защиты государства, его интересов ныне выступают, во-первых, духовно-нравственный потенциал народа как источник политики: чем он выше, тем чище политика. Во-вторых, создание такой экономики, которая бы позволяла эффективно обеспечивать безопасность государства. В-третьих, это повышение роли дипломатии, которая призвана быть наступательной, гибкой, национально ориентированной, способной всеми своими формами и способами разрешать конфликтные ситуации. Наконец, это мощные высоко оснащенные и подготовленные вооруженные силы, способные предотвращать войну самим фактом их наличия и высокой подготовленности, при необходимости защитить государство и интересы народа всеми имеющимися у них средствами.

По мере развития военной теории постепенно складывается относительно самостоятельная отрасль деятельности — военная политика. Такой она становится на рубеже XVIII-XIX веков. При этом характер современной военной политики государств определяется как внешними, так и внутренними факторами их существования. Внутренняя сторона этой политики связана с созданием средств вооруженного насилия и их возможным использованием внутри страны, а внешняя сторона имеет нацеленность на использование военных средств в межгосударственных отношениях. Современная военная политика тесно связана с другими видами политики — экономической, социальной, научно-технической и таким образом выступает как комплексная синтезированная разновидность общей политики государства.

Военная политика государств концентрируется в их военных доктринах, военной стратегии и в практике военного строительства. Она опирается на оценку своих сил и сил вероятных противников, потенциалов, составляющих военную мощь государства, и факторов, решающих ход и исход войны. Важное место в военной политике занимают проблемы создания, укрепления и совершенствования военной организации, технического оснащения вооруженных сил, определения перспектив развития военной техники, мобилизационных возможностей государства, подготовки военно-обученных резервов, а в случае необходимости — их мобилизационного развертывания.

По своей социальной природе, сущности, содержанию и назначению военная политика может иметь принципиально различный характер. С одной стороны, она может служить узкоклассовым интересам (монополистического капитала, тоталитарных режимов, имперским амбициям политического руководства бюрократического государства) и быть направленной на силовое подавление противоположных классов, отдельных стран, народов, на подготовку грабительских захватнических войн, подавление национально-освободительных движений, вмешательство во внутренние дела других государств. Такие варианты военной политики, как показала историческая практика, могут исходить от различных социальных систем и коалиций государств. «Ту самую политику, — писал В.И.Ленин, — которую известная держава, известный класс внутри этой державы вел в течение долгого времени перед войной, неизбежно и неминуемо этот самый класс продолжает во время войны, переменив только форму действия».⁵

С другой стороны, военная политика может служить интересам обеспечения защиты социальных завоеваний трудящихся, национальной безопасности, социального прогресса в целом, быть направлена на упрочение мира, предотвращение ракетно-ядерной войны.

Военная политика, как ни одна иная, тесно взаимодействует со всеми другими разновидностями политики, а в определенных условиях интегрируется с ними. В результате возникают такие гибриды, как военно-экономическая, военно-техническая и другие разновидности политики.

В существовавших до сих пор социальных системах господствовала совершенно определенная форма взаимосвязи между такими явлениями, как война и политика. Она сводилась к следующему. На основе сложившихся в обществе экономических интересов и производственных отношений формировалась политика господствующего класса в лице государства. Она распространялась на все стороны жизни общества, в том числе на экономику (и в этом смысле могла иметь первенство над ней), на отношения по поводу политической власти, на духовно-идеологические процессы, на социальные отношения внутри государства и между отдельными государствами. Реализация такой политики предполагает использование различных средств, важнейшим из которых выступало социальное насилие. Последнее, в свою очередь, имеет многообразные формы проявления, в том числе вооруженную.

Современная ситуация обусловливает неприемлемость старых взглядов на теорию и практику военной политики и на войну. Ныне новым в содержании политики некоторых государств и прежде всего США являются нарастающие тенденции гегемонизма, насильственного сохранения привилегий в использовании мировых ресурсов и эксплуатации развивающихся стран, преобладании в политике эгоистических интересов наиболее экстремистских и агрессивных социальных групп, слоев и партий, а также организованной преступности и отдельных личностей с криминально-диктаторскими и воинственными наклонностями, использование в политике все более жестоких и истребительских средств насилия, возрастающий в ряде мест культ силы, милитаризма и войны.

Эти и другие тенденции приводят к существенным изменениям политики: в ней нарастают радикализм, несправедливость, экспансизм, жестокость и антигуманизм. Все это подталкивает к тому, что войны, порождаемые такой политикой, становятся все более кровавыми, террористическими, разрушительными, попирающими установленные законы и обычаи, признанные сообществом. Войны и военные конфликты последнего десятилетия свидетельствуют об этом.

Ракетно-ядерный век со своими реалиями востребовал иное мышление, которое предполагает новое осмысление диалектики войны и политики. Защита государства, его надежная обороноспособность, мобильная и технически оснащенная армия немыслима без развитой военной экономики. Во все времена, начиная с рабовладельческого строя и до сегодняшних дней, всегда стояла и стоит задача оснащения армии современным оружием. И неважно, что раньше это были мечи и стрелы, а сегодня танки, пушки, авиация, подводные лодки.

Политика как бы подгоняет, стимулирует совершенствование оружия, всей материально-технической базы вооруженной борьбы, а также более решительное применение их. Например, СССР по своему общему потенциалу, в том числе экономическому, людскому, промышленному, научному, территориальному и тем более военному, не имел мировых аналогов. Трудно найти государство, которое способно было в острокритическое время мобилизовать в кратчайший срок все имеющиеся государственные ресурсы. Наиболее ярким примером здесь является Великая Отечественная война (1941-1945 гг.), когда в необычайно короткие сроки все ресурсы советского государства были мобилизованы для военных нужд. Буквально в считанные месяцы были перестроены промышленность, наука, подготовка кадров — все было направлено на достижение победы.

В современную эпоху темпы изменений материально-технической стороны войны усилились многократно. Например, в войнах 1950-53 гг. в Корее было введено 9 ранее неизвестных видов боевой техники, во Вьетнаме (1964-75 гг.).- 25, затем в вооруженных конфликтах на Ближнем Востоке и Фолклендах — 30, а в войне в Персидском заливе количество новых образцов оружия и боевой техники сразу возросло в несколько раз и составило более 100 разновидностей.⁶ Некоторые исследователи полагают, что война в Персидском заливе означала конец эры классических войн и начало эры электронных, информационных, компьютерных, космических, экологических и других войн, имеющих строго техническую основу. Война США и стран НАТО против Югославии, боевые действия американской армии в Афганистане наглядно это подтверждают.

По мнению генерала армии М.Гареева, главной тенденцией в развитии материально-технической базы войны будет создание не отдельных видов оружия, а систем вооружений. При этом «основные усилия в борьбе с противником будут направлены не на физическое уничтожение каждой единицы оружия, а на разрушение их единого информационного пространства, источников интеллекта, каналов навигации, наведения, систем связи и управления в целом».⁷ Высокотехнологичные системы вооружений позволят в недалеком будущем существенно увеличить удельный вес боевых действий без непосредственного соприкосновения войск, т.н. «бесконтактные войны». Многое может изменить в вооруженной борьбе создание различных видов «несмертоносного оружия», не убивающего людей, останавливающего работу всех видов техники связи и управления, разрушающего шины автомашин и самолетов. Военно-промышленными комплексами развитых стран разрабатываются и другие современные виды вооружения, и этот процесс в ближайшем обозримом будущем вряд ли будет остановлен.

В этой связи остановимся на взглядах современных авторов на классификацию и характер войн от чего зависят состояние и перспективы развития военно-промышленного комплекса. Выше уже проанализированы две концепции — буржуазная и марксистская. Не потерявшие своей научной основы, они требуют уточнения, исходя из реалий XXI века.

Определение войны, данное Лениным и Клаузевицем (война — есть продолжение политики иными средствами), по сути верное, но недостаточно точно характеризующее современные мировые войны. Определение войны в таком виде представляет ее только как военные действия, выделяет ее в отдельную составляющую в случае мировой войны, и таким образом она приемлема только для определенного класса войн.

В современных условиях основным критерием характеристики войн, их оценки и классификации должно быть рассмотрение целей войны. Мировая война — это комплекс мероприятий какого-либо государства или группы государств в интересах достижения определенных целей, ведущих, в конечном итоге, к мировому господству. Этот комплекс включает ряд мероприятий политического, экономического, идеологического, финансового характера, а также психологическую обработку и, конечно, военные действия. Последние до недавнего времени определяли рубеж, с которого государство оказывалось в состоянии войны. Ныне война характеризуется отсутствием ярко выраженного фронта, но широким применением информационных технологий и высокоточного оружия по всей территории противника. Ей предшествуют и сопутствуют активная обработка мирового общественного мнения, разведывательная и контрразведывательная деятельность, система самых изощренных спецопераций, а также всесторонняя работа с политическим руководством избранных государств.

Военные действия — это часть войны; предыдущие ее составляющие (перечисленные выше) не менее разрушительны и ничуть не менее жестоки.

Возьмем, к примеру, военные действия США и Англии, подвергших бомбардировке столицу Ирака Багдад в ночь с 17 на 18 февраля 2001 года. Им предшествовали экономические санкции, идеологическая пропаганда, финансовые мероприятия (замораживание счетов в иностранных банках), военные действия, создание и поддержание пятой колонны в виде финансовой помощи оппозиции (ассигнования только на вооружение и подготовку иракских боевиков составили 97 млн. долл.). При этом военные действия США в виде (по их терминологии) ограниченных, спонтанных, масштабных и т.д. есть не сиюминутные, а перспективные, обеспечивающие, в конечном счете, геополитические цели.

Если эту концепцию приложить к современной России и рассмотреть ее в качестве одного из театров военных действий мирового агрессора, то мы увидим целый ряд направлений, по которым эти действия уже ведутся:

— уничтожение живой силы осуществляется хотя и не на полях сражений, а в результате «реформ» в стране и армии, но не менее интенсивно, чем в результате боевых действий (в послании Президента В.Путина Федеральному Собранию РФ в 2000 г. отмечалось, что смертность в России составляет более 700 тыс. человек в год);

— фактическое уничтожение военной техники, военных объектов, финансовое удушение военной промышленности, научных военных разработок и исследований;

— сведение до опасного порога людских и материальных ресурсов в результате бедственного положения значительной части населения страны, боевых действий в Чечне, развала промышленного потенциала страны;

— расстройство финансовой, энергетической, железнодорожной и прочих систем, создание криминального бизнеса;

— наконец, антиармейская пропаганда в СМИ на протяжении многих лет и, как следствие, деморализация армии, подавление ее воли к сопротивлению.

Таким образом, в отличие от прежних представлений, когда мировыми войнами считались такие, в которых преобладали два фактора — вовлеченность в них большого числа стран и охват больших территорий, -ныне существуют войны, намного превосходящие мировые по своей мощи, длительности, жестокости и прочим характеристикам. Однако в их недрах в качестве элементов могут вестись уже известные справедливые, захватнические, национально-освободительные войны. Ныне они проявляются в виде мировой экспансии, противостояния или противодействия в любой форме агрессии другого государства.

В современном мире нередко вспыхивают так называемые локальные войны, характер которых соответствует ленинскому определению войны как «продолжения политики насильственными средствами». Военный конфликт при этом затрагивает интересы только двух стран, лишь иногда и косвенные интересы других стран. В качестве примеров таких локальных войн являются ирано-иракский военный конфликт 1980 года, конфликт между Китаем и Вьетнамом в 1979 году (вторжение 600-тысячной китайской армии; до этого с 1974 по 1978 гг. происходили ежегодные приграничные конфликты).

В локальных войнах каждая из сторон считает справедливыми только свои интересы и соответственно — действия. Интересы других стран здесь полностью исключены, или они носят лишь косвенный характер.

К типу локальных можно отнести и гражданские войны, причины которых носят внутренний характер и всегда касаются интересов конфликтующих сторон. Однако другие страны могут вносить в такую войну свои интересы. Наиболее характерный пример — гражданская война в советской России 1918-1922 гг., ставшая частью мировой войны. Именно в ее ходе проявилось стремление стран Антанты, прежде всего США и Англии, осуществить свои геополитические цели.

Пример такой войны в современных условиях — гражданская война в Афганистане: сначала война движения Талибан против правительственных сил моджахедов, а затем северного альянса против талибов. Особенность этой войны — межнациональные противоречия, огромные жертвы среди мирного населения. Главное же в этой войне — интересы третьих стран. Так, финансирование талибов осуществляли преданные США Объединенные Арабские Эмираты и Саудовская Аравия. Контроль и влияние на талибов велись со стороны Пакистана. Затронуты здесь интересы и Индии, прежде всего кашмирская проблема. Однако самой заинтересованной стороной в афганском конфликте оказались США, использовавшие свои вооруженные силы для изменения геополитической ситуации в своих интересах в этом азиатском регионе. Через Пакистан они поставляли вооружение противостоящим сторонам, сотни миллионов долларов, хотя заявляли, что оказывают гуманитарную помощь только населению Афганистана через ООН и международные организации.

Эти действия США вписываются в их геополитическую концепцию: используя бесконечный ряд развязанных ими «мелких» и «локальных» конфликтов, «превентивных войн», «гибкого реагирования», «массированного возмездия», «устранения гуманитарной катастрофы» (Югославия), они неуклонно продвигаются к своей цели.

«Констатация эта, масштабность которой очевидна с первого взгляда, предстанет еще более значительной, будучи соотнесена с той фундаментальной геополитической доктриной, которой США следовали на протяжении, по меньшей мере, столетия, которая легла в основание самого замысла Pax Americana (то есть однополярного мира под эгидой США) и вне связи с которой ускользает глубинный смысл многочисленных локальных войн периода после второй мировой войны. В том числе и последних войн XX столетия. Изъятые из этого макроформата, они предстают хаосом несвязанных друг с другом мелких, хотя и трагических событий. А это, в свой черед, блокирует возможность выбора Россией целостной стратегии поведения и переводит ее в режим ситуативного реагирования — заранее обреченного на поражение».⁸

В мировой ситуации XXI века лозунг «Цель жизни — экспансия» составляет смысл существования США. «Непрерывная война, война всегда, -считает генерал А.И.Николаев, — вот что нужно Америке для благоденствия. Для достижения мирового лидерства выгодно столкнуть Россию с Китаем, Индию с Пакистаном, исламский мир с православным».⁹

В свете мировой политики все конфликты, именуемые локальными, ограниченными, национальными, гражданскими, на самом деле таковыми не являются. Каждый из них может быть отдельной продвинутой фазой общемировой политики.

Началу крупномасштабной войны может предшествовать угрожаемый период. В это время или в случае внезапного нападения агрессора с началом военных действий может осуществляться стратегическое развертывание Вооруженных сил и других войск, отмобилизование и перевод страны на военное положение.

В военно-стратегических аспектах военной доктрины учитывается также, что для современного военного противоборства характерно значительное повышение роли и значения так называемых непрямых стратегических действий. Они могут выражаться прежде всего в политических усилиях по предотвращению войн и военных конфликтов. На этом этапе, кроме политических мер, важное значение могут иметь широко применяемые в последнее время экономические санкции, морская, воздушная и наземная блокада путей сообщения, демонстрация силы, выделение миротворческих сил для разъединения сторон и другие способы действий.

Возросшая дальнобойность, мощность оружия и высокая мобильность войск (сил) делают особенно опасными ставку агрессора на упреждающие действия и нанесение первого удара. Поэтому предъявляются повышенные требования к постоянной боевой готовности Вооруженных сил и других войск.

В ходе крупномасштабной войны для разгрома крупных группировок противника могут потребоваться длительные и напряженные усилия всех видов Вооруженных сил, проведение ряда последовательных операций и сочетание различных способов вооруженной борьбы.

Наряду с мировой и локальной войнами существует еще один класс войн: коалиционные войны. Они проявляют себя редко, однако могут возникать и в современной международной ситуации. Целью такой войны является стремление поддержать равновесие сил на континенте или в регионе, заставить принудить агрессивных соседей соблюдать нормы международного права или вернуть агрессора в прежние территориальные и правовые границы и нормы.

Например, если бы Израиль не был союзником США, то выступление арабских стран против своего агрессивного соседа можно было бы отнести к категории коалиционных конфликтов. Границы конфликта и интересы сторон четко очерчены, но тандем США и Израиля в мировой политике использует конфликт коалиционного порядка как потенциальный источник мирового.

При использовании предложенной классификации войн следует иметь ввиду, во-первых, что коалиционные и гражданские нередко являются детонаторами очередного фронта мировой войны. Причина этого — факт существования сегодня однополярного мира. Во-вторых, если коалиционные, локальные и гражданские войны существуют в явном, реальном виде, то мировая, хотя она носит масштабный характер, обставленная мощными пропагандистскими прикрытиями, не всегда воспринимается как мировая катастрофа. Например, пока мировое сообщество расценивает военные действия как стоящие отдельно от общей мировой тенденции, США в это время, опираясь на опыт военных операций в Персидском заливе, Югославии и Боснии сделали вывод о «…дальнейшем стирании границ между военно-политическими и военно-техническими решениями».¹⁰

С другой стороны, современный процесс так называемой «глобализации», осуществляемый США и имеющий целью утвердить во всем мире американскую «либеральную» модель, ограничивающую, а нередко и подменяющую собой «национальные модели» развития, порождает решительный протест в виде антиглобалистских движений молодежи в европейских странах и в самих США. Эти протестные движения могут вылиться не только в политическое противостояние, но и в военные конфликты.

Выводы

Во-первых, в научном, теоретическом плане военная проблематика анализируется с различных точек зрения, однако сохраняет свою силу марксистское положение о справедливых и несправедливых войнах, а также национально-освободительных войнах.

Например, в наше время могут вестись справедливые войны народов и государств за сохранение контроля над богатствами, сырьевыми ресурсами и территориями своей страны, против мафиозных, коррумпированных, преступных и антинародных режимов. Эти войны не могут быть поняты без анализа их социальной природы, выявления социально-политических и духовно-нравственных факторов.

Во-вторых, всеобщая мировая война, обессиливающая участвующие в ней государства, разрушающая, а иногда и уничтожающая их в итоге способствует достижению конечных целей одной страны — США. Последние, например, не собираются отказываться от своего положения единственной сверхдержавы и геополитического влияния, напротив, они наращивают свою военную мощь. Так, президент США Дж.Буш объявил 23 января 2002 г. о необходимости выделить на борьбу с терроризмом дополнительно 50 млрд. долларов, из них Пентагону — 48 млрд. В этом случае совокупный бюджет военного ведомства США составит 380 млрд. Если предложение Буша будет одобрено Палатой представителей и Сенатом, нынешние военные расходы США станут крупнейшими за последние 20 лет.»¹¹

В-третьих, отсутствие глубокого анализа современных мировых процессов обрекает государства и их лидеров на неверные действия в геополитике, на принятие ошибочных решений и действий на уровне государств. Например, в федеральном Законе Российской Федерации «Об обороне» (ст. 18) состояние войны (военное время) «…объявляется федеральным законом в случае вооруженного нападения на Российскую Федерацию другого государства или группы государств, а также в случае необходимости выполнения международных договоров Российской Федерации; с момента объявления состояния войны или фактического начала военных действий наступает военное время, которое истекает с момента объявления о прекращении военных действий, но не ранее их фактического прекращения».¹²

К сожалению, закон не отражает всей картины мировых процессов, не определяет облика возможной войны будущего. В результате огромный интеллектуальный потенциал военных ученых, военных практиков и управленцев оказывается невостребованным в полной мере. Военно-промышленный комплекс не может вести разработку вооружений, когда нет облика возможной войны будущего. Ведь понятно, что инженерам, конструкторам, производственникам весьма важно понять, что нужно для будущей войны, для какой цели, для каких форм боевых действий требуются вооружения, каким образом они будут вписаны в общую систему обороны страны. Как следствие, государственный оборонный заказ формируется неизвестно по какому принципу.

В-четвертых, в нынешних условиях наиболее характерной чертой военного конфликта является то, что усиливается стремление противника в военном противоборстве, особенно в локальных войнах, к завершению военных действий в ходе одной кампании. Значит, предполагаемый перевод вооруженных сил с мирного на военное положение должен подготавливаться еще в мирное время и в основном завершаться до начала стратегического развертывания войск. В этих условиях военно-промышленный потенциал государства не должен распыляться, перестраиваться на несовместимые с его военным предназначением виды гражданской производственной деятельности, разбазаривать свои квалифицированные кадры и отрываться от сырьевых баз и смежников. Напротив, военно-промышленный комплекс надлежит концентрировать исключительно в руках государства как основного собственника и обеспечивать его всем необходимым в приоритетном порядке.

Быстрое развитие передовых технологий увеличивает военно-технический разрыв между государствами. Поэтому военное искусство должно быть рассчитано не только на вооруженную борьбу примерно равных в техническом отношении противников, но и на разный уровень их технического оснащения.

В современных условиях, особенно в связи с развитием новых военных технологий, становится сложнее определить момент превращения конфронтационной социально-политической борьбы в «горячую» войну. Это накладывает на государственное руководство страны особую ответственность: нужно четко представлять эту грань и не допустить втягивания государства в современную войну.

Россия, занимая одну седьмую часть суши, имея огромные природные богатства, должна трезво оценивать протекающие мировые тенденции и иметь современные вооруженные силы. Вся наша история, зачастую трагическая, не дает нам оснований для пацифизма, который в последние годы стал культивироваться в нашем обществе.

Таким образом, война как социально-политическое явление остается важным объектом научного анализа. Последний показывает, что в XX веке происходило снижение числа крупных войн, но росло число средних и малых войн. Однако количество жертв от этого не уменьшалось. Военная политика государств в ракетно-ядерный век претерпела значительные изменения, но с развалом социалистической системы она стала менее предсказуемой, а по своему характеру более террористической и разрушительной.

Вряд ли может быть оспорено, что признаки имперских систем, обычно выступающие в качестве критических, то есть наличествующие практически в любой синдромной дефиниции (значительные территориальные размеры, этнокультурная и этнополитическая неоднородность, присутствие в механизмах легитимации и в политической практике универсалистских ориентации, вплоть до претензий на вселенский смысл собственного бытия) без труда обнаруживаются в российской истории Можно согласиться с РФ Туровским «Имперские черты придают России ее историческая эволюция, долгий процесс территориальной экспансии, сочетавшей завоевания, добровольные присоединения и мирную колонизацию, принципиальное несоответствие России концепции национального государства ни этнократического типа, ни созданного по образцу «плавильного тигля» На наш взгляд, государство становится имперским в тот момент, когда оно в результате территориальной экспансии преодолевает некий порог внутреннего этнокультурного разнообразия Русское государство постепенно стало превращаться в империю с XVI в, особенно явственным имперский его характер был в классический имперский период XVIII—XIX вв» Последний тезис, впрочем, нуждается в более детальном исследовании, поскольку «вопрос о степени соответствия России имперскому типу государств нелишне предварить другим, все еще не проясненным вопросом — о хронологических вехах (хотя бы приблизительных) имперского периода российской государственности». Представляется, что ретроспективный анализ позволит не только убедительно продемонстрировать наличие в российской государственной парадигме ярко выраженной имперской составляющей, но и описать специфику ее функционирования, — и тем самым приблизиться к пониманию небанальных эффектов, возникших в результате воздействия модернизационных процессов на российскую имперскую государственность.

Вообще говоря, уже в процессе становления русской государственности тесное знакомство с византийской политической практикой и теорией формировало представление о принципиальной возможности придания государству и его предназначению абсолютного, вселенского смысла, возникающего в результате сложения и даже амальгамы взаимно усиливающих друг друга представлений о миссии Церкви и миссии Рима. Описывая смысловую структуру византийской политической культуры, Л Брейе отмечает: «Фанатичная преданность римской традиции объясняет и оправдывает веру в предназначение Империи — подчинить все народы и утвердить христианскую веру на всей земле Богословы усматривали связь между полиархией непрерывно враждующих меж собой народов и анархизмом политеистических представлений о мироздании, с одной стороны, и имперской монархией, основанной на догмах единобожия (один Бог на небе, один император на земле) — с другой». Такое восприятие византийской миссии формировало и соответствующие воззрения на политическую реальность, пусть даже и не всегда обоснованные: «Изучение имперской дипломатии обнаруживает наличие в ней изобретательных и наивных одновременно фикций, призванных обеспечить права Империи, границы которой должны однажды совпасть, как полагали авторы этих фикций, с пределами обитаемого мира».

Но и до тех пор император, «не имеющий равных себе на всей земле, рассматривал правителей прочих государств как подчиненных тем или иным образом собственной власти. Эти правители составляли иерархию — от пользовавшихся политической автономией до простых вассалов. Отсюда следовало, что только владыка Византии имеет право на титул василевса и потому является высшим и единственным законодателем для всего мира — по крайней мере для мира христианского*.

Впрочем, последний вопрос далеко не ясен, и есть основания полагать, что и границы христианского мира (естественно, в первую очередь воспринимавшегося как «домен» василевса) не являлись пределом потенциального расширения империи. Так полагает, в частности, Дж. Манискалько Базиле, специально исследовавший соответствующую византийскую политическую семантику и, более того, установивший факты ее рецепции на Руси: «Власть Василевса распространяется до того места, где простирается линия горизонта для самого последнего человека, живущего в самом последнем доме вселенной; таким образом, эта власть — вселенская, власть над людьми и вещами, не ограниченная никакими пределами*. При этом в результате наложения онтологического и собственно политического (неизбежно в такой ситуации возникающего) смысла термина «вселенная» этот стереотип становится достаточно гибким и в то же время устойчивым.

Становится возможно, не выходя за его рамки, производить, например, такие проблематичные операции, как раздел «вселенной» между наследниками престола. «Вселенная приобретает, с одной стороны, масштаб очень конкретного пространства — наследственного удела князя, — а с другой стороны, пространный политико-религиозный смысл — как тот, что содержится в термине «раздел» между сыновьями Ноя, и в этом чрезвычайно неопределенном случае она способна «расширяться» — как это происходит в речи Макария, обращенной к Ивану IV, так и «сжиматься», когда того требуют политические или дипломатические обстоятельства» При этом оставалось в неприкосновенности представление, выраженное, в частности, в словах патриарха Николая Мистика «Бог подчинил прочие скипетры мира наследию господина и властителя, то есть вселенского императора в Константинополе» Интересно, что ни здесь, ни в других текстах Николая Мистика не подразумевается какое-либо ограничение символического авторитета империи пределами христианского мира.

Однако до времени само присутствие Византии в геополитическом и семиотическом пространстве и то, что она играла в нем роль неоспоримого центра притяжения, по отношению к которому русская государственность (и церковность) неизбежно носила вторичный характер, препятствовало наделению последней какой-либо абсолютной самоценностью И.В. Ерофеева характеризует ситуацию следующим образом

«Особое место Византии в духовном наследии Восточной Европы было связано с характерными чертами средневекового менталитета Ему было свойственно представление о мире как об иерархически упорядоченном космосе с единственным центром. В политическом аспекте это представление получало свое выражение в доктрине «единой и единственной универсальной империи» во главе с «единственным императором, владыкой Вселенной» Соответственно, столица империи воспринималась как теократическая «столица мира»

Идеологический комплекс Второго, или Нового мира осмысливался в самой Византии и за ее пределами в значительной мере в образе наднационального культурно-идеологического единства, утверждающего примат данного вселенского содержания над этническим своеобразием локальных культурно-исторических миров», что отражалось, в частности, в концепте возглавляемой василевсом иерархически организованной «семьи государей и народов» — концепте, бытовавшем практически вне зависимости от степени реальной самостоятельности элементов этой «семьи» По утверждению И.П. Медведева, «представление о централизованной иерархической структуре мира сохранялось на протяжении всего существования Византийской империи», причем явным образом было усвоено и за пределами собственно имперского пространства — даже в XIV в турецкие султаны именовали василевсов «императорами Болгарии, Влахии, Алании, России, Иберии, Турции», то есть земель, реально уже империи не подчиненных «В принципе византийский император не посягал на территориальные пределы суверенитета местных властителей, на осуществление государственной власти внутри определенной территории Император Роман Лакапин, например, недвусмысленно признавал за болгарским царем Симеоном право «делать в своей стране все, что он хочет», но рассматривал как грубое посягательство на верховные права византийского императора узурпацию титула ршлАеи^ Тшцссшу»

Одним из локальных компонентов византийского Космоса являлась и Древняя Русь. При этом роль Константинополя как центра геополитического и семиотического пространства не подвергалась сомнению, хотя отношения с этим центром выстраивались, безусловно, с учетом автономных интересов формирующейся русской государственности

«Древнерусское общество не стремилось к соперничеству со Вторым Римом и не выдвигало претензий на равнозначное экуменическое место в православном христианском мире Целью русских князей было установление культурной идентичности нового христианского государства с сообществом других христианских государств и в то же время — сохранение, в рамках лояльности, определенной автономности по отношению к «старшему в княжеской семье», то есть василевсу» Степень лояльности Руси по отношению к империи была намного выше продемонстрированной иными ее лимитрофами, в первую очередь Болгарией при царе Симеоне При наличии отдельных недоразумений сакральный статус Константинополя не ставился на Руси под сомнение, насколько можно судить, до конца XIV века

Восприятие собственного социально-политического сообщества как иерархически высшего по отношению ко всему остальному миру, как центра, задающего смысловой горизонт и структурирующего все остальное пространство, возможно тогда, когда это место вакантно. Есть все основания полагать, что в древнерусском сознании оно было изначально занято — естественно, Византией. М.А. Дьяконов в своем классическом исследовании специально подчеркивал, что византийское правительство «открыто считало все земли, куда проникло христианство из Греции, находящимися от него в зависимости не только церковной, но и политической*, причем «эти взгляды византийских правительственных сфер занесены были и на Русь»

Факт канонического подчинения русской Церкви Константинопольскому патриархату служил «главнейшим основанием для проведения идеи о зависимости русских княжений от византийских императоров» И хотя «в действительности подобной зависимости и не существовало, но идея о ней возникла у греков довольно рано, продержалась довольно долго и получила некоторое отражение даже в официальных сферах Древней Руси» К тому же выводу приходит и Л. Брейе «Политически независимая, Русь тем не менее занимала подчиненное положение в византийской государственной иерархии. Она не только находилась в духовном подчинении вселенскому патриарху, употребляемые хронистами эпитеты, как и другие признаки, свидетельствуют, что Русь всегда рассматривалась в Константинополе как вассальное государство» Так, «великий князь всея Руси носил еще в XIV в звание стольника византийского императора < > императоры продолжали включать в свой титул в половине XIV в звание царей русских» При этом, как полагает М.А. Дьяконов, подобные отношения зиждились не только на признании Византии как высшего религиозного авторитета «русский князь преклонялся перед этим царством как училищем законодательства», что подтверждается многочисленными источниками — в частности, тем красноречивым обстоятельством, что византийский свод законов Номоканон (в русском переводе — Кормчая книга), включавший не только церковные правила, но и гражданское законодательство империи, почитался на Руси как произведение богодухновенное

С XIII века, после татарского нашествия, к Константинополю (сохраняющему свою роль религиозного ориентира) добавляется Золотая Орда как безусловный военно-политический центр обозримого геополитического пространства «Орда была метрополией, а Русь ее провинцией («Урус-улус» — Русский улус), в Сарае был «царь» (хан), а в Москве лишь князь, ездивший к царю за ярлыком на великое княжение Все ордынское, как исходящее из метрополии, обладало статусом специфической социальной престижности», и это относится и к соответствующим компонентам политической культуры. Более того, «Орда для русской аристократии и для самих князей была важнейшим источником форм легитимности и престижности их власти» Особенно показательно использование в отношении ханов царского титула, имевшего в русском сознании отчетливые византийские, имперские и, что немаловажно, библейские коннотации О глубине такого восприятия свидетельствует и длительное его существование — даже после свержения ига и обретения независимости, в традиции уже московской, Казань, как это показано М Б Плюхановой, продолжала рассматриваться как символический центр и источник царственной (то есть имперской) мощи и легитимности — причем «Царьград и Казань оказываются однофункциональны и взаимозаменяемы в этом контексте.

В системе политической легитимации Древнерусского государства, безусловно, присутствовал и сакральный компонент. Однако он был выражен не слишком ярко и, во всяком случае, не предусматривал какого-либо обоснования глобальных притязаний власти. Как показали В.М. Живов и Б.А. Успенский, «параллелизм монарха и Бога как «тленного» и «нетленного» царя приходит на Русь с сочинением византийского писателя VI в. Агапита, которое было широко распространено в древнерусской письменности»; эта концепция подвергается переработке и осмыслению на Руси, отражаясь в иных текстах («Мерило Праведное» и др). Но детальный анализ смысла и контекста данной концепции позволяет сделать вывод, что «встречающиеся в древнерусских текстах наименования царя «богом» отнюдь не предполагают тождества между царем и Богом, какой-либо реальной общности между ними. Речь идет только о параллелизме царя и Бога, и сам этот параллелизм лишь подчеркивает бесконечное различие между царем земным и Царем Небесным- и власть князя, и его право суда оказывались в этой перспективе вовсе не абсолютными, но делегированными Богом на жестких условиях, нарушение которых приводило к полному расподоблению властителя и Бога».

При этом определяющую роль в формировании образа власти играло представление о нераздельности понятий государства — как набора учреждений и государя — как лица, стоящего во главе этих учреждений. В ранних памятниках русской общественной мысли отсутствует сама идея возможности разграничения этих понятий: государство — это и есть государь. И намного позднее, в XV—XVI вв., несмотря на уже начавшиеся радикальные перемены в парадигме русской государственности, «к вопросам генеалогии идеологи самодержавия сводили в основном всю проблему, поскольку понятие государства идентифицировалось с личностью государя». Даже в начале XVII в. дьяк Иван Тимофеев, повествуя о бедах, постигших Русь в ходе Смутного времени, пишет: «Но что оплачу сначала? Самого ли царя или его царство? Необходимо разделить поровну плач между обоими: царем и его местом, ибо как душе нельзя содержаться в видимом мире без тела, так и тело без души не в состоянии двигаться». Таким образом, отсутствие сколько-нибудь ярко выраженного сверхценного переживания сакральной природы властителя сдерживало и формирование соответствующего отношения к государству как таковому, представления о котором были в русской традиции весьма персонализированы.

Тем не менее, потенциальная возможность усиления значимости сакрального компонента легитимации власти сохранялась, так как сохранялся радикальный монотеизм и универсализм принятого Древней Русью христианства, пусть и не актуализируясь в политической практике (как уже отмечалось выше, такой тип религиозности может при определенных условиях даже усилить представления о вселенской миссии государства). Существенно, что христианство пришло на Русь в своем византийском изводе; видимо, с византийским же влиянием связан и установившийся на Руси с момента принятия христианства режим тесного сотрудничества Церкви и государственной власти. Были, впрочем, для такого режима и объективные основания, среди которых А.В. Карташев называет «патриархальное сознание неразделимости всего национального и религиозного или смешение религии с политикой», а также «слабое развитие на Руси государственных понятий, причем светская власть не сознавала ясно границ своей компетенции и поступалась в пользу Церкви некоторыми своими правами, руководясь лишь экономическими соображениями. Будь русская Церковь преемницей запад нецерковных традиций, она могла бы в таком государстве захватить в свое обладание немало политических прав». Этой возможностью превращения в самостоятельную политическую силу Церковь не воспользовалась (ее политические функции были даже менее ярко выражены по сравнению с Византией), хотя «русская церковная иерархия приобрела обычное право участия и вес во внутренней политике русского государства». Тесный союз Церкви с государством был заключен, что создавало потенциальную возможность для дальнейших изменений его внутреннего баланса и перерождения существовавших в Киевской Руси отношений равноправного сотрудничества церковных и светских властей (что неизбежно должно было отразиться и на понимании сакральной функции государства).

С другой стороны, отмеченная А.В. Карташевым неразвитость государственного самосознания такую эволюцию, несомненно, сдерживала. Аналогичную роль играли и другие факторы. Христианизация Киевской Руси «остается уделом элиты, тонкого слоя нарождающейся церковной и государственной интеллигенции. Да и тут некоторые памятники показывают крайне элементарное понимание сущности христианства»’. Длительное сохранение восходящих к языческим временам ментальных структур маскировало универсальный, вселенский характер христианской религиозности и, соответственно, препятствовало проявлению религиозно мотивированных универсальных ориентации в политической теории и практике.

Принятие Русью византийского сакрального и в значительной мере политического наследства, состоявшееся в XV—XVI вв. и совпавшее по времени с ликвидацией зависимости от Золотой Орды и достижением политического единства, изменило ситуацию. В московский период универсалистские ориентации становятся существенной частью российской политической культуры, встречаясь во многих документах — от текстов Вассиана Ростовского или писем Филофея к Василию III до посланий Сильвестра Иоанну IV. Один из наиболее показательных примеров такого рода принадлежит перу Сильвестра: «Обладавши от моря и до моря, и от рек до конец вселенныя — твоя, и поклонятца тебе все Царие земстии и вси языцы поработают тебе. И честно будет имя твое пред всеми языки, и помолятца тобе всегда, и весь день предстоят пред тобою. И будет утверженье твоему царствию, яко во веки не подвижитца, и превознесетца паче Ливана плод его, и будет благословенно семя твое во веки веков, и все язьщы возвеличают тя». Примечательно сочетание универсализма пространственного, временного и этнокультурного, подтверждающее явно имперский характер отразившейся здесь установки.

В последние годы заметна тенденция к отрицанию сколько-нибудь серьезного влияния концепции, традиционно именуемой «Москва — Третий Рим», на российскую политическую теорию и практику; однако многие исследования, опирающиеся на широкий круг источников, подтверждают и даже углубляют традиционную точку зрения на этот предмет. В частности, Н.В.Синицына, уточняя изначальный смысл концепции, подробно описывает ее функционирование как важнейшего легитимизирующего механизма: «»Русское» было выражено через «римское», понимаемое как верность вселенскому». Именно таким образом российская государственность «пыталась осознать свое место в мировой истории, положение

Москвы в ряду мировых священных центров», к числу которых она однозначно причисляется — самовосприятие, весьма характерное для империи

Факт формирования имперского компонента государственной парадигмы, впрочем, отчасти маскировался отсутствием сколько-нибудь ярко выраженной претензии на прямое преемство римской миссии, столь характерной для европейской политической традиции Видимо, именно это обстоятельство подразумевается в тезисе В М Живова и Б А Успенского «В России наименование монарха царем отсылало прежде всего к религиозной традиции, к тем текстам, где царем назван Бог, имперская традиция для России была неактуальна», подтверждением чего служит крайне ограниченное (сферой внешнеполитических сношений) бытование династической легенды о происхождении Рюрика от Пруса, мифического брата Августа. Да и византийская преемственность приобретает некий специфический оттенок — в условиях совершившегося отступления греков от православия «естественно было отталкиваться от византийского образца, актуальной оказывается не ориентация на греческие культурные модели, а сохранение православной традиции»

Однако логика становления империи оказывается сильнее налагаемых на эксплицируемые культурные матрицы ограничений, носящих по сути своей ситуативный характер План политической идеологии, может быть, и соответствует описанию В.М. Живова и Б.А. Успенского «Чистота православия связывается с границами нового православного царства, которому чужды задачи вселенского распространения, культурный изоляционизм выступает как условие сохранения чистоты веры Русское царство предстает само по себе как изоморфное всей вселенной и поэтому ни в каком распространении или пропаганде своих идей не нуждается» (хотя и здесь возникают определенные сомнения — так, в известном послании на Угру Вассиан Ростовский прямо указывает «поревнуй прежебыв-шим прародителем твоим великим князем неточию Рускую землю обороняху от поганых, но иная страны приимаху под собе»)

План же реальной политики Московской эпохи как раз и демонстрирует «распространение и пропаганду» — правда, не столько идей (что было бы странно в средневековье, не знавшем феномена идеологии), сколько являющихся носителями и выражением последних государственных институтов Территориальная экспансия, начатая еще на рубеже XV—XVI вв, приобретшая качественно новый характер в середине XVI в со сломом волжского барьера татарских ханств и открытием неограниченного доступа к большей части евразийского пространства, ненадолго приостановленная в годы Смуты, возобновленная сразу после ее окончания, — окончательно превратилась с тех пор в фундаментальную константу российской политики.

И экспансия эта была однозначно имперской по всем показателям, вдохновляясь не только государственными соображениями (безусловно, наличествовавшими — неспроста «внутренняя организация московского княжества, а впоследствии Московского царства, была удивительно приспособлена к беспредельному расширению»), но и определенными элементами массовой политической культуры и ментальное.

Согласно точке зрения С.В. Лурье, идеологический комплекс Москвы-Третьего Рима в процессе усвоения массовым сознанием специфически преломился, в результате чего для народа «Третьим Римом было не Российское государство, а он сам, русский народ. Любое место, где живут русские, уже тем самым становится Россией, вне зависимости от того, включено ли оно в состав Российской государственной территории» Общеизвестно, что русская колонизация была чуть ли не в первую очередь бегством народа от государства; но это бегство «выливалось, по сути, в выполнение важнейшей по тем временам государственной функции колонизации новых территорий». Как показала С.В. Лурье, этот момент в полной мере осознавался и самими беглецами, и потому «в тех переселенческих движениях, которые не носили эксплицитно характера протеста, мотив государственных льгот (а следовательно, необходимости народной колонизации для государства) порой доминировал над всеми прочими». Эта неожиданная амальгама двух, на первый взгляд, противоположно направленных импульсов — государственного и народного, «этот своеобразный перенос понятий на практике обеспечивал силу русской экспансии», выводя ее за пределы чисто военно-политической активности и превращая в предприятие глобального размаха и смысла. Представляется, таким образом, что имперские ориентации обнаруживаются в русской истории и тогда, когда они по тем или иным причинам не находят прямого идеологического выражения.

В XVII в., после преодоления последствий Смуты, имперские установки еще более рельефно вырисовываются в русской истории. При Михаиле Федоровиче и Алексее Михайловиче территориальная экспансия (как в военной, так и в мирной форме) идет в огромных масштабах — в одной только Сибири «было выстроено в оба эти царствования до 40 городов и занята колоссальная территория в 7 млн. 350 тыс. квадратных верст». Особенно показательно присоединение Украины, представляющее собой яркий пример имперской ценностно-рациональной экспансионистской политики Принятие Украины в состав Московского государства противоречило всем прагматическим соображениям и потому откладывалось до последней возможности; аргументация же всех посольств Б.Хмельницкого в Москву, призванных это вхождение ускорить, хотя и включала в себя определенные прагматические доводы, но лишь отрицательного свойства (угрозы передаться в иное подданство и даже открыть против Москвы военные действия), и базировалась исключительно на факте религиозного единства, которым мотивировалась необходимость единства политического.

Судя по всему, эти соображения были настолько естественны и для московских властей, что аргументы в пользу присоединения Украины в ходе дискуссий специально, как правило, не формулировались, будучи очевидными. Боярский приговор 1653г., впервые официально подтвердивший вхождение Украины в состав России, называл в первую очередь именно религиозные причины: «Гетмана Богдана Хмельницкого и все Войско Запорожское с городами их и землями чтоб государь изволил принять под свою высокую руку для православной веры и святых Божиих Церквей», и лишь во вторую — прагматические соображения, причем сводящиеся к тому, «чтоб Козаков не отпустить в подданство турскому султану или крымскому хану» — об извлечении каких-либо непосредственных выгод из факта присоединения речи не шло. Более того, в течение ста с лишним лет после присоединения Украины все налоги и сборы оставались в распоряжении местной администрации и не поступали в Москву, что лишний раз доказывает факт подчинения прагматических соображений ценностным.

Интеграция вновь приобретенных земель в состав единого государства происходила в полном соответствии с логикой империи; при условии сохранения лояльности и исполнения определенных обязательств (определяемых в каждом случае индивидуально и весьма разнящихся между собой) местный уклад жизни, в том числе и в социально-политическом отношении, оставался неприкосновенным. Беспрецедентно широкая автономия, предоставленная Украине, — отнюдь не единственное свидетельство гибкой политики Москвы; аналогично власть действовала и в других регионах. Как отмечал еще в прошлом веке в своем фундаментальном исследовании Н.А.Фирсов, «из Москвы не вышло ни одного прямого закона, которым бы разрушался старинный социальный порядок в инородческих землях; напротив, Московская власть эту сторону быта инородцев, по-видимому, оставила неприкосновенной; она повсюду отличает князцов от простых людей; от Московского Государя инородцы никогда не слыхали, что можно не повиноваться князцам; Москва предоставила им на волю, иметь рабов или нет; она не входила в семейные отношения; словом, Московская власть… явилась охранительницею старинных социальных порядков в инородческом мире».

Эти порядки, безусловно, все равно в той или иной степени модифицировались; Москва самостоятельно конструировала идентичности вошедших в ее состав народов, не слишком считаясь с их собственными представлениями на этот счет. М. Ходарковский выделяет четыре основных использовавшихся идентификатора — но это параметры, фиксирующие именно отличия и даже в наиболее проблематичных случаях не подразумевающие необходимости их преодоления. В политическом отношении «Российское государство определяет свои отношения с нехристианскими и негосударственными народами, живущими вдоль его протяженных границ, исключительно в терминах господства-подчинения» — причем вне зависимости от взгляда на данный вопрос представителей самих этих народов, что весьма напоминает византийскую практику.

Однако вынужденное или добровольное принятие таких отношений лишь открывает долгий переходный период их интеграции в состав империи, не предусматривающий сколько-нибудь серьезного вмешательства в традиционную политическую или протополитическую культуру. Этнолингвистические границы, хотя и проводились властью во многом произвольно («раздавая собственные наименования народам, Москва стремилась распределить туземное население по нескольким крупным этнолингвистическим группам»), но также не оспаривались. Специфичность экономической идентичности покоренных народов выражалась в ясачных отношениях, прямо связывавшихся с состоянием политического подчинения (как это продемонстрировано С.В. Бахрушиным в интерпретации термина «немирная неясачная землица») и прекращавшихся в результате ассимиляции (в форме крещения) Наконец, религиозная идентичность также фиксировалась и сохранялась, христианизация, при всей ее важности (или именно поэтому), рассматривалась как процесс исключительно индивидуальный и добровольный и потому доверялась Церкви

Государственная власть, всецело основанная на православии, разумеется, также была склонна к христианизации своих подданных, «но эти ее стремления, совпадавшие с религиозной ревностью многих подданных русского происхождения, сталкиваясь с фискальными ее стремлениями, в значительной степени умерялись» Христианизация поощрялась лишь косвенно и не имела оттенка принудительности Возможности отправления нехристианских культов ограничивались, и иногда достаточно жестко (пример здесь подал Иоанн Грозный после взятия Казани), но в установленных властью границах они отправлялись свободно, и об их искоренении речи не шло Можно согласиться с С.Ф. Старром, лаконично определившим позиции православной Церкви по отношению к иноверцам «Церковь невоинствующая».

Тем и ограничивался интерес московской власти к ее инородным подданным — «нигде в официальных письменных источниках до начала XVIII в нельзя обнаружить ни малейшего внимания к традициям и обычаям нехристиан» Унификация при этом была минимальной и состояла не столько в создании некоей общей идентичности подданных московской власти, сколько во введении в определяемые этой властью рамки широкого спектра местных идентичностей — при их сохранении Более того, власть в некоторой степени стремилась к консервации этно- и социокультурной гетерогенности государственной территории (опять же из фискальных в первую очередь соображений)* так, «для того, чтобы инородцы не навыкали русским обычаям, требовавшим траты времени и имущества, запрещалось русским играть с ними зернью, возить к ним на продажу вино, табак Вообще торговые сношения инородцев с русскими правительство старалось поставить в большие ограничения»

В большей степени унификаторские тенденции затрагивали элиту, включаемую в состав служилого сословия и в силу этого переходившую на иные социокультурные стандарты, иной, общеимперский язык социальной коммуникации- «Одинаковость с русскими служилыми людьми условий экономического их положения производила то, что служилые инородцы мало-помалу усваивали характеристические черты последних, отрываясь от инородческой массы, они умножали вместе с тем собою разряд лиц, который следовало кормить остальному народонаселению России и который впоследствии совершенно отделился от него привычками, понятиями и стремлениями; здесь, в этой среде, вместе с новым для них языком, верою, они нечувствительно приобретали привычки и понятия русского служилого человека» — причем именно нечувствительно, без какого-либо принуждения, хотя и при явном поощрении со стороны властей «У русских не было выбора они должны были или кооптировать локальную элиту конкретного региона, или отказаться от него»

В сфере идей и представлений XVII в. обнаруживаются и универсалистские ориентации, являющиеся неотъемлемым элементом имперской политической культуры. Не будучи приведены в систему, они тем не менее встречаются в самых разных ситуациях. Так, вне всякого сомнения, именно эти мотивы во многом вдохновляли деятельность патриарха Никона, которого, по словам А.В. Карташева, «осенила гигантская идея — осуществить через Москву Вселенское Православное Царство». Особенно показателен опыт строительства Нового Иерусалима как символического центра будущего Царства (империи) — характерно, что обязательной чертой чаемой империи была сочтена поликультурность: «Монастырь был также нарочито заселен разноплеменным братством — русскими, украинцами, белорусами и принявшими Православие литовцами, евреями, немцами и оказался, таким образом, подобно Афону, как бы кафолическим центром православного подвижничества».

Аналогичным же образом интерпретируются взгляды крупного церковно-государственного деятеля конца XVII в. Игнатия Римского-Корсакова. Так, напутствуя войска, отправляющиеся в первый Крымский поход, Римский-Корсаков так определял глобальные задачи российской политики: «К сему же и в незнающих странах да подаст Господь Бог, познати им неверным языком, имя свое святое, христианского именования, и да будет по гласу Спаса нашего, едино христианское стадо и един пастырь наш Господь Иисус Христос по всей вселенней, и от него поставленнии по образу небеснаго его царствия содержащий российския скиптродержавства пресветлии нашы цари самодержцы, и великие государи такожде да будут в царском их многолетном здравии, всея Вселенныя государи и самодержцы». Видимо, прав А.П. Богданов, подчеркивавший, что «обладание «всей Вселенной» оказывается у Римского-Корсакова скорее общей декларацией, средством подчеркнуть историческое величие миссии России, чем политической целью» — внутри- и внешнеполитическая реальность этого времени, конечно, не давала оснований надеяться на скорое воплощение описанного идеала в жизнь. Однако представления эти были достаточно распространены, причем вселенская миссия российского государства продолжает прямо связываться с византийским наследием: «все царство Ромейское, еже есть греческое, приклоняется под державу, российских царей, Романовых». Обосновывая свою программу, Римский-Корсаков ссылается, в частности, на позицию братьев Лихудов, которая в его передаче выглядела так: «И по том уповаем благоволением Отца, и Сына, и Святого Духа, въкупе со престолом Цареградским, который по законом ваш есть, и самодержавство всея Вселенныя». Глобальная миссия России трактовалась именно как имперская, и еще в XVII в. такое понимание сути российской государственности было не только осознано внутри страны, но и принято к сведению ее внешнеполитическими партнерами, что доказывает «факт признания за Россией имперского статуса в царствование Федора, правление царевны Софьи и В.В. Голицына. Русские послы были приняты при дворах наравне с послами Священной Римской Империи германской нации. В ряде случаев признание имперского статуса Российского государства подкреплялось специальными договорами о посольском церемониале».

Порядок заполнения налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость по товарам, ввезенным из Российской Федерации (далее — налоговая декларация), и ее форма содержатся в постановлении Министерства по налогам и сборам Республики Беларусь от 05.02.2007 № 22 «Об утверждении Инструкции о порядке заполнения книги покупок, налоговой декларации (расчета) по налогу на добавленную стоимость, налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость по товарам, ввезенным из Российской Федерации, расчета возмещения из бюджета сумм налога на добавленную стоимость» (по состоянию на 23.01.2008) (далее Инструкция № 22).

Указанная налоговая декларация составляется в целом по всем товарам, ввезенным за отчетный месяц. В отличие от налоговой декларации (расчете) по налогу на добавленную стоимость, налоговая декларация заполняется без нарастающего итога, т.е. исходя из данных за месяц.

Поскольку товары, ввозимые на таможенную территорию Республики Беларусь, могут облагаться налогом на добавленную стоимость (далее — налог, НДС) по разным ставкам, а также освобождаться от НДС, в налоговой декларации предусмотрено пять строк.

Поэтому если вами ввезены из Российской Федерации товары, которые освобождены от НДС при ввозе на таможенную территорию Республики Беларусь, то следует заполнить строку 4 налоговой декларации. Освобождение от НДС по ввозимым товарам установлено ст. 4 Закона Республики Беларусь «О налоге на добавленную стоимость» (далее — Закон) и иными актами законодательства.

Если вами ввезены товары, облагаемые НДС при ввозе по ставке 10%, то заполняется любая из строк 1-3. При этом в графе 3 следует проставить ставку НДС 10%. Перечень товаров, налогообложение при ввозе которых осуществляется по ставке 10%, установлен Указом Президента Республики Беларусь от 21.06.2007 № 287.

Если ввезенные товары облагаются по ставке НДС 18%, то плательщик также вправе выбрать одну из строк 1-3, указав при этом в графе 3 выбранной строки ставку налога 18%. Обычно если в отчетном месяце ввезены товары, облагаемые НДС по разным ставкам, то для ставки 18% отводится первая строка, для ставки 10% — вторая строка.

При ввозе из Российской Федерации сахара белого заполняется строка 3-1 налоговой декларации и применяется ставка НДС 24%.

В случае, когда ввезенный товар облагается по иной ставке, налоговая база по нему тоже включается в одну из строк 1-3, с указанием по графе 3 выбранной строки ставки налога (например, в соответствии со ст. 11 Закона при ввозе на таможенную территорию Республики Беларусь из Российской Федерации для производственных нужд обработанных и необработанных алмазов во всех видах и других драгоценных камней (коды по Товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности Республики Беларусь 7102, 7103) применяется ставка НДС 0,5%).

В графе 2 строк 1-4 отражается налоговая база по ввезенным товарам.

Согласно Положению о порядке взимания косвенных налогов и механизме контроля за их уплатой при перемещении товаров между Республикой Беларусь и Российской Федерацией (приложение к Соглашению между Правительством Республики Беларусь и Правительством Российской Федерации о принципах взимания косвенных налогов при экспорте и импорте товаров, выполнении работ, оказании услуг от 15.09.2004) (далее — Положение) налоговая база — это цена сделки за товар, а также расходы (если они не были включены в цену сделки):

• — по доставке товара (транспортировке, погрузке, выгрузке, перегрузке, перевалке, экспедированию), за исключением расходов по доставке, осуществляемых собственными силами импортера);

• — страховая сумма;

• — стоимость контейнеров и (или) другой многооборотной тары, не подлежащей возврату, если они рассматриваются как единое целое с оцениваемыми товарами;

• — стоимость упаковки, включая стоимость упаковочных материалов и работ по упаковке.

По подакцизным товарам налоговая база по НДС учитывает сумму акциза.

Все иные расходы, связанные с ввезенным из Российской Федерации товаром, но не указанные в Положении, в налоговую базу не включаются (например, таможенные пошлины).

Налоговая база по товарам российского происхождения определяется по курсу Национального банка Республики Беларусь на дату принятия товаров на учет.

Налоговая база по графе 2 налоговой декларации равна показателю по графе 11 заявления о ввозе товаров и уплате косвенных налогов, суммированному по всем товарам, ввезенным из Российской Федерации в отчетном месяце и облагаемым НДС по соответствующей ставке.

Налог рассчитывается как произведение налоговой базы и ставки налога и вносится в графу 4 декларации (налоговая база ? 18 / 100).

Пример

Организация в июне 2008 г. из Российской Федерации по договору купли-продажи ввезла оборудование на сумму 6 000 тыс. руб. (по курсу Национального банка на дату принятия оборудования на учет). Расходы на транспортировку, выполненную белорусским перевозчиком, составили 708 тыс. руб., в том числе НДС — 108 тыс. руб. В этом же месяце организация импортировала масло растительное, включенное в перечень, утвержденный Указом Президента Республики Беларусь от 21.06.2007 № 287, на сумму 2 000 тыс. руб (по курсу Национального банка на дату поступления товара), доставка которого выполнена собственным транспортом.

В строку 1 графы 2 налоговой декларации включается налоговая база 6 600 тыс. руб. (6 000 + (708 — 108)). В графе 3 отражается ставка 18%. В графе 4 отражается сумма налога 1 188 тыс. руб. (6 600 х 18 / 100).

В строку 2 графу 2 включается налоговая база 2 000 тыс.руб. В графе 3 отражается ставка 10%, а в графе 4 — сумма налога 200 тыс. руб. (2 000 х 10 / 100).

НАЛОГОВАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ

по НДС по товарам, ввезенным из Российской Федерации

за 06 месяц 2008 года

(номер месяца) (четыре цифры года)

тыс. руб.

По сроку уплаты 20 07 2008

число месяц год

Однако иногда на момент исчисления НДС по ввезенным товарам могут быть известны не все расходы, увеличивающие налоговую базу (например, может «запаздывать» от перевозчика документ, подтверждающий транспортные расходы). Но НДС нужно все равно исчислить в месяце принятия на учет товаров исходя из тех расходов, которые известны плательщику.

Поскольку налоговая декларация заполняется не нарастающим итогом, а за месяц, то для таких случаев предусмотрены строки 5-8 налоговой декларации, в которых и отражаются расходы, относящиеся к ранее ввезенным товарам.

Строки 5-8 налоговой декларации заполняются также в разрезе ставок НДС, т.е., например, изменение налоговой базы в отношении товаров, облагаемых при ввозе по ставке 18%, и изменение налоговой базы в отношении товаров, облагаемых при ввозе по ставке 10%, указываются в разных строках.

Пример

Организация ввезла из Российской Федерации и приняла на учет в июне 2008 г. товары, облагаемые НДС по ставке 18% (на сумму 4 000 тыс. руб.), и товары, облагаемые по ставке 10% (на сумму 12 000 тыс. руб.). Данные товары перевозились одним рейсом. Исчислен НДС при ввозе и уплачен в бюджет по сроку не позднее 20 июля 2008 г. На момент исчисления НДС отсутствовали документы на перевозку товаров, в связи с чем расходы по транспортировке не включены в налоговую базу. Документы, подтверждающие стоимость перевозки товаров из Российской Федерации, получены от перевозчика в августе 2008 г. Стоимость услуг по перевозке равна 2 360 тыс. руб., в том числе НДС — 360 тыс. руб.

Согласно Инструкции № 22 при доставке товаров, облагаемых НДС при ввозе по разным ставкам либо освобождаемым от НДС, указанные расходы отражаются в налоговой декларации уже после распределения этих расходов между данными товарами пропорционально стоимости, объему и (или) весу товаров.

Следовательно, транспортные расходы, приходящиеся на товары, облагаемые по ставке 18%, составляет 500 тыс. руб. (2 000 х (4 000 / (4 000 + + 12 000)).

Транспортные расходы, приходящиеся на товары, облагаемые по ставке 10%, составят 1 500 тыс. руб. (2 000 — 500).

Таким образом, в налоговой декларации за август, по строке 5 в соответствующих графах отражаются налоговая база 500 тыс. руб., ставка НДС — 18%, сумма НДС — 90 тыс. руб. (500 х 18 / 100). В строке 6 отражается налоговая база 1 500 тыс. руб., ставка НДС — 10%, сумма НДС — 150 тыс. руб.

Если в августе из Российской Федерации не ввозились товары, то налоговая декларация за август будет выглядеть следующим образом:

НАЛОГОВАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ

по НДС по товарам, ввезенным из Российской Федерации

за 08 месяц 2008 года

(номер месяца) (четыре цифры года)

тыс. руб.

По сроку уплаты 20 09 2008

число месяц год

Если документ на перевозку получен в месяце, следующем за месяцем принятия на учет ввезенных товаров, и НДС при ввозе еще не исчислен, расходы на перевозку включаются в налоговую базу по товарам в месяце принятия их на учет (по строкам 1-4), а не как изменение налоговой базы в месяце получения документа.

Пример

Товар, ввезенный из Российской Федерации, принят на учет в мае 2008 г. 3 июня поступили документы от перевозчика, услуги перевозчика еще не оплачены.

Стоимость транспортных расходов включается в налоговую базу в налоговой декларации за март (по одной из строк 1-4), так как расходы известны до срока подачи налоговой декларации за май (до 20 июня).

Если бы такие расходы стали известны, например, 27 июня 2008 г. (т.е. после срока подачи налоговой декларации за май), то их стоимость должна быть отражена в налоговой декларации за июнь по одной из строк 5-8 в виде изменения налоговой базы по ранее ввезенным товарам.

Плательщику, ввозящему из Российской Федерации товары, следует помнить, что в налоговую декларацию включаются:

• — товары, ввезенные из Российской Федерации, по договорам комиссии, отражаемые на забалансовом счете.

Пример

Комитент Российской Федерации поручил резиденту Республики Беларусь реализовать товар. Товар ввезен в июле и принят комиссионером на забалансовый счет. Товар облагается НДС по ставке 18%. Стоимость товара — 6 000 тыс. руб., расходы по транспортировке, выполненные российским перевозчиком и оплаченные комиссионером, — 1 000 тыс. руб. Комиссионер отражает в налоговой декларации (по строке 1) налоговую базу в размере 7 000 тыс. руб. (6 000 + 1 000), ставку НДС — 18%, сумму НДС — 1 260 тыс. руб.;

— товары, ввезенные в Российской Федерации в одном месяце, а возвращенные в Россию в другом.

Пример

Организация ввезла из Российской Федерации собственным транспортом товары на сумму 8 000 тыс. руб. в июне 2008 г. В связи с выявленным браком часть товаров на сумму 2 000 тыс. руб. возвращена поставщику 8 июля 2008 г. Налоговая база по товарам в размере 8 000 тыс. руб. отражается в налоговой декларации за июнь, и производится уплата НДС.

После возврата товаров представляется уточненная налоговая декларация за июнь с отражением налоговой базы в размере 6 000 тыс. руб. (8 000 — — 2 000). Налоговый орган возвращает переплаченную сумму НДС.

При представлении уточненной налоговой декларации необходимо обязательно представить новое уточненное заявление о ввозе товаров и уплате косвенных налогов.

Принятие налоговым органом уточненной налоговой декларации без нового уточненного заявления о ввозе товаров и уплате косвенных налогов не производится.

При возврате товаров плательщик имеет право не представлять уточненную налоговую декларацию и всю уплаченную сумму налога принять к вычету;

— товары, ввезенные из Российской Федерации взамен возвращенных.

Пример

27 июня 2008 г. организация ввезла из Российской Федерации товары на сумму 10 000 тыс. руб. В связи с обнаруженным браком часть товара на сумму 4 000 тыс. руб. возвращена продавцу двумя партиями: 30 июня на сумму 3 000 тыс. руб. и 2 июля на сумму 1 000 тыс. руб. В налоговой декларации за июнь отражается 7 000 тыс. руб. (10 000 — 3 000). 23 июля взамен возвращенных поступили товары из Российской Федерации на сумму 4 000 тыс. руб. Налоговая база на сумму 4 000 тыс. руб. по товарам, поступившим взамен возвращенных, отражается в налоговой декларации за июль. Кроме того, подается уточненная налоговая декларация за июнь, где отражается налоговая база 6 000 тыс. руб. (7 000 — 1 000), уменьшенная на сумму возвращенных в июле товаров;

— товары, ввезенные из Российской Федерации, происходящие из третьих стран.

При этом налоговая база по таким товарам будет определяться по курсу Национального банка Республики Беларусь на дату таможенного оформления, поскольку согласно п. 21 Инструкции по бухгалтерскому учету активов и обязательств организации, стоимость которых выражена в иностранной валюте, утвержденной постановлением Министерства финансов Республики Беларусь от 27.12.2007 № 199 (далее — Инструкция № 199), принятие к бухгалтерскому учету активов, приобретенных за иностранную валюту, отражается по дебету счетов учета активов (07 «Оборудование к установке», 08 «Вложения во внеоборотные активы», 10 «Материалы», 20 «Основное производство», 25 «Общепроизводственные расходы», 26 «Общехозяйственные расходы», 41 «Товары» и др.) в корреспонденции с кредитом счетов учета расчетов (60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками», 76 «Расчеты с разными дебиторами и кредиторами» и др.) по стоимости, пересчитанной в белорусские рубли по официальному курсу Национального банка, действующему на дату совершения операции.

Исходя из п. 22 Инструкции № 199 в случае расчетов за приобретаемые активы в порядке предварительной оплаты суммы дебиторской задолженности, учитываемые по дебету сч. 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками», 62 «Расчеты с покупателями и заказчиками», подлежат переоценке при изменении Национальным банком курсов иностранных валют на дату принятия активов к бухгалтерскому учету (дату их таможенного оформления в соответствии с Таможенным кодексом Республики Беларусь, а также на дату составления бухгалтерской отчетности за отчетный период (если активы в отчетном периоде не приняты к бухгалтерскому учету);

— товары, полученные в лизинг (аренду) с последующим выкупом;

— товары, ввезенные из Российской Федерации, договор на приобретение которых заключен с резидентом иного государства.

Пример

Организация приобрела товар у резидента Украины, который, в свою очередь, приобрел товар у резидента России. Грузоотправителем товара является резидент России. В счете-фактуре, выписанном резидентом России, стоимость товара равна цене сделки между резидентом России и резидентом Украины, т.е. отличается от цены сделки между резидентом Украины и резидентом Беларуси.

В графе 6 «Стоимость товара» заявления о ввозе товаров подлежит отражению стоимость товара по транспортным документам и контракту между резидентом Беларуси и резидентом Украины. Соответственно эта стоимость включается в налоговую базу налоговой декларации.

В налоговую декларацию не включаются:

1) товары, ввезенные из Российской Федерации по договорам:

— хранения;

— безвозмездной передачи;

— безвозмездного пользования;

— аренды (лизинга) без права выкупа;

— давальческой переработки при условии вывоза продуктов переработки за пределы Республики Беларусь;

— займа;

— ремонта, проверки качества и т.п., иначе говоря, не предусматривающим приобретение (покупку) этих товаров;

2) товары, ввезенные из Российской Федерации и возвращенные продавцу в том же месяце.

Пример

Товары на сумму 8 000 тыс. руб. ввезены собственным транспортом 15 июля 2008 г. В связи с браком часть товаров на сумму 2 000 тыс. руб. возвращена продавцу 21 июля. В налоговой декларации за июль отражается налоговая база 6 000 тыс. руб. (8 000 — 2 000);

3) товары, ввезенные из Российской Федерации и оприходованные на забалансовый счет для приемки. Отражение таких товаров в декларации осуществляется в месяце их оприходования на балансовый счет.

Пример

Организация в июле 2008 г. получила сырье из Российской Федерации. При приемке сырья было обнаружено его несоответствие качеству, в связи с чем сырье оприходовано на забалансовом счете. О данном факте был уведомлен российский поставщик сырья. 7 августа от поставщика поступил документ о снижении цены на сырье, что удовлетворило покупателя, и сырье было учтено на балансе.

Налоговая база по сырью отражается в налоговой декларации за август, и уплата НДС производится не позднее 20 сентября 2008 г.

Налоговая декларация представляется в налоговый орган не позднее 20-го числа месяца, следующего за месяцем отражения полученных товаров на счетах бухгалтерского учета (для индивидуальных предпринимателей — в соответствующих книгах учета). Если срок представления налоговой декларации, приходится на выходной (нерабочий) или праздничный день, то этот срок переносится на первый рабочий день после выходного (нерабочего) или праздничного дня.

Поскольку указанная налоговая декларация составляется в целом по всем товарам, ввезенным за отчетный месяц, и в отличие от налоговой декларации (расчете) по налогу на добавленную стоимость заполняется без нарастающего итога, то исправление неверных сведений в большинстве случаев производится путем представления уточненной декларации.

С учетом вышеизложенного уточненная налоговая декларация представляется:

• — в случае обнаружения ошибки в применении ставки НДС.

Пример

Организация ввезла из Российской Федерации в июле 2007 г. продовольственные товары. 15 августа 2007 г. была подана налоговая декларация, в которой была применена ставка НДС 18%. Организацией не было учтено, что с 27 июня 2007 г. применяется перечень, утвержденный Указом Президента Республики Беларусь от 21.06.2007 № 287 «О налогообложении продовольственных товаров и товаров для детей», в котором ставка НДС на данные товары изменилась и составила 10%. Ошибка обнаружена в декабре 2007 г. Организация должна подать уточненную налоговую декларацию за июль 2007 г. с учетом измененной ставки НДС. При этом необходимо подать также уточненное заявление о ввозе товаров и уплате косвенных налогов;

— при ввозе товаров из Российской Федерации в одном месяце и возврате их в Россию в последующих месяцах;

— в случае обнаружения ошибки в определении налоговой базы, если на дату исчисления НДС были известны необходимые расходы.

Пример

Организация в июле 2008 г. ввезла товары из Российской Федерации на сумму 2 000 тыс. руб., расходы по доставке транспортом продавца составили 500 тыс. руб., транспортные документы получены 31 июля 2008 г. Налоговая декларация подана 18 августа 2008 г., в ней отражена налоговая база в размере 2 000 тыс. руб.

В соответствии с п. 11 Инструкции № 22 по строкам 5-8 налоговой декларации отражается изменение налоговой базы по ранее ввезенным товарам, ставка и сумма НДС. Изменение налоговой базы может происходить в случае, если на момент исчисления НДС известны не все расходы, увеличивающие налоговую базу.

Поскольку транспортные расходы известны в момент исчисления НДС по товарам, ввезенным из Российской Федерации, но просто ошибочно не включены в налоговую базу, корректировка производится не путем отражения расходов по строке «Изменение налоговой базы по ранее ввезенным товарам» в налоговой декларации за февраль, а путем подачи уточненной налоговой декларации за январь, где данные расходы отражаются в составе налоговой базы.

Налоговая декларация первоначальная:

НАЛОГОВАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ

по НДС по товарам, ввезенным из Российской Федерации

за 07 месяц 2008 года

(номер месяца) (четыре цифры года)

тыс. руб.

По сроку уплаты 20 08 2008

число месяц год

Налоговая декларация уточненная:

НАЛОГОВАЯ ДЕКЛАРАЦИЯ

по НДС по товарам, ввезенным из Российской Федерации

за 07 месяц 2008 года

(номер месяца) (четыре цифры года)

тыс. руб.

По сроку уплаты 20 09 2008

число месяц год

Одновременно представляется уточненное заявление о ввозе товаров и уплате косвенных налогов.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

1. Конституция Республики Беларусь 1994 года. Принята на республиканском референдуме 24 ноября 1996 года (с изменениями и дополнениями, принятыми на республиканских референдумах 24 ноября 1996г. и 17 октября 2004г.). Минск «Беларусь» 2004г.

2. Гражданский кодекс Республики Беларусь от 19 ноября 1998г.: с комментариями к разделам / Коммент. В. Ф. Чигира // Мн.: Амалфея, 1999.

3. Налоговый кодекс Республики Беларусь от 19 декабря 2002 г. №166-З. Принят Палатой представителей 15 ноября 2002 года. Одобрен Советом Республики 2 декабря 2002 года. (Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь, 13.01.2003, № 4, рег. № 2/920 от 02.01.2003) с учетом изменений.

4. Веремейко Юрий, Косов Андрей, Фадеева Елена. Комментарий к Налоговому кодексу Республики Беларусь (Общая часть), Издательство: Тесей. Минск. 2007г.

5. Кишкевич А.Д., Пилипенко А.А.: Налоговое право Республики Беларусь. Издательство: Тесей. Минск. 2002. 304с.

6. Л.А. Ханкевич «Финансовое право Республики Беларусь». Учебное пособие / Мн. Издательство «Амалфея» 2002г.

7. Маньковский И.А. Налоговое право Республики Беларусь. Общие положения: Практическое пособие. – Мн.: «Молодежное научное общество», 2000. 160с.

8. Финансовое право. Учебник / Под ред. проф. О.Н. Горбуновой Издательство «Юристъ» М., 2003.

9. Финансовое право. Серия «Учебники, учебные пособия» / Под ред. проф. В.М. Мандрина Ростов-на-Дону Издательство «Феникс», 2002.

10. Ханкевич ЛА. Налоги и налоговое право Республики Беларусь. Мн., 1999.

Бьернстерне Бьернсон

П. Коган

Бьёрнсон Бьернстьерне (Björnstjerne-Björnson, 1832—1910) — знаменитый норвежский писатель. Р. в семье пастора в Доврефьельде, учился в школе соседнего городка, после чего уехал в Христианию для поступления в университет. Здесь Б. окунулся в атмосферу тех националистических настроений, которые были характерны для норвежской интеллигенции средины прошлого столетия. На политической деятельности и на поэзии Бьёрнсона сильно отразилась борьба, которую вела за свою независимость Норвегия. Освободившись в 1814 от Дании, Норвегия была связана полунасильственной унией с Швецией, и борьбой за освобождение от этих уз полна вся история норвежского общества в течение XIX в. В первой половине века идейным вождем борьбы за независимость был Вергеланд , продолжателем которого можно считать Б. Норвежский крестьянин, который, по выражению Энгельса, «никогда не был крепостным», и мелкий буржуа, который по его же выражению, был «сыном свободного крестьянина и благодаря этому являлся человеком в сравнении с захудалым немецким мещанином», — таковы общественные группы, идеологом которых является Бьёрнсон. Идеализация крестьянства, культ народной старины, героического прошлого Норвегии, изучение ее саг и легенд (собрания саг и сказок Асбьёрнсена, песен Ландстада и Бугге), движение в пользу отделения норвежского языка от датского, — все эти проявления духа независимости воспринял Б., и первый период его литературной деятельности характеризуется как период народнического романтизма. В 50-х годах Б. повел решительную борьбу против датского влияния и за создание национального театра и национальной литературы. Он борется на разных фронтах — и как публицист и на сцене бергенского театра, директором которого он был назначен в 1857 и который обязан ему своим  возрождением. В этом же году вышла отдельным изданием и его повесть «Сюннёве Сольбаккен». Эта повесть была событием. Крестьянский мир, опоэтизированный, изображенный в чистых, идиллических тонах, был противопоставлен испорченному культурному обществу. Эта повесть и другие крестьянские рассказы Бьёрнсона («Арнэ», «Веселый парень», «Дочь рыбачки», «Отец») были одновременно и яркими бытовыми картинами, они обвеяны красотой первобытности; Б. ощущает оздоровляющее влияние нетронутых характеров, поэзию примитивного общественного уклада. И тем не менее даже эти рассказы о мирной жизни крестьянства имели революционное значение и вызвали протесты со стороны критики, охранявшей интеллигентские датско-норвежские традиции. Интерес к «народу», т. е. крестьянству, тесно связан у Б. с интересом к народной старине. Написанная почти одновременно с его крестьянскими повестями пьеса (из жизни средневековой Норвегии) «Между битвами», так же как и последующие пьесы («Хромая Гульда», «Король Сверрес», «Сигурд Злой», «Сигурд Крестоносец» и др.), были в большинстве случаев данью, которую он отдал увлечению скандинавской стариной. И в этих пьесах большую роль играет элемент идеализации: герои саг наделены в трагедиях Б. могучими страстями, проникнуты горячей любовью к родине, отличаются беззаветной храбростью, представляют собой величественные трагические фигуры; действие обыкновенно разыгрывается на фоне грандиозных народных движений. Воинствующее настроение Бьёрнсона сказалось и в его лирике. Б. проявил себя не только выдающимся новеллистом и драматургом, но и лирическим поэтом в своих стихотворениях, исполненных любви к родине, печали и гнева — в минуты неудач, — возвышенных порывов и радости — в дни побед. Некоторые его песни («Да, мы любим») стали национальными гимнами.

Уже в своих исторических пьесах, в которых Б. находится под сильным влиянием Грундтвига, он идет дальше своего предшественника в том смысле, что пользуется историческими сюжетами и образами для освещения человеческих страстей, для разрешения важных социальных и психологических проблем, волнующих его время, вопросов семьи и брака, отношений между родителями и детьми и т. п. Чем далее, тем больше идет он по этому пути, и от исторических пьес переходит к трагедиям характеров и к современным сюжетам. В «Марии Стюарт» он дает глубоко реальный и человечный образ шотландской королевы, а в «Новобрачных» — драму будничной жизни, первую мещанскую драму. В 70-х годах театр становится в его руках уже настоящим оружием в общественной и политической борьбе. В 1874 году появляется его пьеса «Банкротство» — картина из жизни финансового мира, охваченного  жаждой обогащения, показательная для эпохи вступления Норвегии в стадию развития крупного капитализма. В том же году, в пьесе «Редактор» Бьёрнсон дает такую же картину нравов норвежской печати, а через три года в драме «Король» выступает обличителем существующей государственной системы, пропитывающей ее лжи, причем, как и в других пьесах, Б. исходит из внутренних переживаний человеческой личности, является прежде всего психологом, рассматривает социальное зло сквозь призму индивидуальных чувств и страстей. Бьёрнсон тесно связан с идеологией мелкобуржуазного радикализма, индивидуалистическая точка зрения всегда преобладает в его подходе к важнейшим проблемам, выдвинутым современностью, вопросы социальные он переводит в плоскость морали и религии. Это особенно ярко сказывается в таких пьесах, как «Леонарда», «Новая система» и появившаяся уже в 80-х годах «Перчатка». Залог победы над злом и несправедливостью он видит в нравственной стойкости человеческой личности, в упорном стремлении ее к достижению цели, соответствующей ее убеждениям. В этих пьесах Бьёрнсон затрагивает вопросы семейной морали, в особенности волнующую его тему о необходимости одинаковой морали для мужчины и женщины. Устами Фру Рийс Б. требует уничтожения привилегий мужчины, уничтожения того порядка, при котором «одна половина человеческого рода является жертвой другой» («Перчатка»), но все причины существующего зла он сводит к «отсутствию самообладания у мужчин», и нравственное усилие этих последних представляется ему исцеляющим средством. Своей высшей силы драматический талант Б. достигает в его пьесе «Свыше наших сил», состоящей из двух частей. Героем первой части является священник Санг, пытающийся при помощи чуда спасти свою больную жену. Чудо не удается, и священник погибает. Высокое искусство, с которым Б. воплощает мистическую веру священника и трагизм ее крушения, комические фигуры из среды духовенства и мещан делают пьесу не только образцом театрального мастерства, но и придают ей глубокое общественное значение: она является разоблачением мистики и чудес, подтверждением положенной в ее основу мысли, что творить чудеса — свыше человеческих сил. Во второй части Элиас Санг, сын священника Санга, прибегает к той же мистической вере для того, чтобы доставить победу рабочим в их борьбе с фабрикантами. Он жертвует все свои средства забастовщикам и, когда ему не удается этим путем спасти их, когда торжествующие хищники, сломив  упорство стачечников, собираются в своих роскошных палатах для обсуждения новых железных мер закабаления тружеников, тогда Элиас Санг пробирается к ним под видом слуги, производит страшный взрыв, во время которого погибают и капиталисты  и он сам, погибает с твердой верой в великую силу жертвы и мученичества, с верой в то, что спасение человечества явится от великого примера, от индивидуального подвига. И социальная драма заканчивается неожиданным финалом, появлением олицетворений Веры и Надежды в лице юноши и девушки, мечтами о будущем счастливом человечестве, в которых Меринг усматривает апофеоз манчестерства. Б. не возвысился до идеи организованной борьбы рабочего класса против капитализма. Марксистская точка зрения осталась ему чужда до старости, которая отмечена понижением его воинствующих настроений. Уже в драме «Свыше сил» Б. склонен призывать к труду и гражданскому миру. В дальнейших произведениях («География и любовь», «Город и гавань украсились флагами», «Будем трудиться», «Наследственное имение Дагов», «Пыль», «Павел Ланге и Тора Парсберг», «Когда цветет молодой виноград») Бьёрнсон выступает в роли проповедника буржуазных добродетелей, чистоты семейных нравов, трудолюбия, правильного воспитания, он внимательно исследует вредные последствия дурной наследственности и приходит к заключению, что усилия общества и индивидуальная воля могут успешно парализовать эти последствия. Бьёрнсон остается верен своей основной точке зрения о важном значении самообладания, нравственного самоусовершенствования и в решении социальных вопросов приписывает первостепенное значение индивидуальной воле, моральной личности, стремящейся к добру. Огромная популярность, которой пользуется имя Б. не только в Норвегии, но и за ее пределами, объясняется могучим социальным пульсом, который бьется во всех его произведениях. Содержание их — всегда животрепещущая злоба дня, причем Б. умел подниматься до высоких художественных обобщений, захватывать вопросы современности настолько глубоко, что они не теряют своего значения и в наши дни, с которыми его сближает ненависть к эксплоататорам, пафос борьбы и искренняя преданность интересам всех угнетенных.

Список литературы

I. На русск. яз. — многочисленные переводы. Полное собрание, Киев, 1893—1897. Лучшее издание, М., 1910—1914.

II. Брандес Г., Собр. сочин., изд. 2-е, СПБ., 1908—1910

Нэруп К., Бьёрнсон Бьернстьерне, предисл. ко второму тому издания, М., 1910—1914

Горн Ф. В., История скандинавской литературы, М., 1894

Меринг Ф., Мировая литература и пролетариат, М., 1924

Collin Kristian, Björnstjerne-Björnson, München, 1903

Lotar W. H., Die scandinawische Literatur der Gegenwart seit 1870, Wiesbaden, 1905

Neckel Gust., Ibsen und Björnson, Lpz., 1921.

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://feb-web.ru/

ГОУ ВПО МЗ РФ Алтайский государственный медицинский университет

Кафедра госпитальной и поликлинической терапии

Зав. кафедрой: профессор Лычев В.Г.

Преподаватель: Белова И.И.

Куратор: студ.625 гр. ______________.

Клиническая история болезни

Пациент: ______________. ______________

Клинический диагноз: Язвенная болезнь ДПК, обострение. Впервые выявленная язва задней стенки луковицы ДПК 0,5 см в диаметре. Хронический гастрит, диспепсический синдром, обострение.

Барнаул,2007

Паспортная часть

Ф.И.О: ______________.______________.

Дата рождения: ______________.

Место жительства: г. ______________.

Место работы: ______________.

Дата поступления: 03.04.08.

Клинический диагноз: Язвенная болезнь ДПК, обострение. Впервые выявленная язва задней стенки луковицы ДПК 0,5 см в диаметре. Хронический гастрит, диспепсический синдром, обострение.

Жалобы.

На боли в эпигастрии, уменьшающиеся после приема пищи, отрыжку воздухом, тошноту.

Аnamnesis morbi

Эпизодические боли в эпигастрии беспокоят в течение 6 месяцев. Принимал альмагель, гастал. С конца февраля боли стали носить интенсивный характер, беспокоили ежедневно. 13 февраля была проведена ФГДС – язва двенадцатиперстной кишки. По назначению врача принимал омепразол,альмагель.

13 марта контрольная ФГДС – язвенный дефект сохраняется, хотя болевой синдром уменьшился. Направлен для дальнейшего лечения и обследования в ГБ №12.

Аnamnesis vitae

Рос и развивался в нормальных бытовых и социальных условиях. От ровесников физически и умственно не отставал. Закончил среднюю школу, сейчас работает кузнецом в ОАО Барнаульский кузнечно-прессовый завод. Туберкулез,вирусный гепатит ,венерические заболевания отрицает .Операций не было. Гемотрансфузий не проводилось. Аллергологический анамнез не отягощен. Алкоголем не злоупотребляет. Курит с 18 лет по 10 сигарет в день. Наследственный анамнез не отягощен.

Status praesens communis

Общее состояние средней степени тяжести. Сознание ясное, во времени, личности и в пространстве ориентирован. Кожные покровы и видимые слизистые чистые бледно-розового цвета, тургор и эластичность сохранены t=36.6 С. Подкожно –жировая клетчатка развита умеренно. Периферические лимфоузлы не увеличены , безболезненны, нормальной консистенции ,не спаяны.Телосложение правильное , конституция астеническая. Рост 172 см, вес 64кг.

Мышцы умеренно развиты, нормального тонуса, безболезненны при пальпации. Патологических уплотнений не определяется.

Деформации костей нет. Болезненности при пальпации поясничного отдела позвоночника не отмечается. Конфигурация суставов правильная, припухлости и покраснений нет, при пальпации безболезненны.

Грудная клетка развита правильно, симметричная, подвижность не ограничена. Обе половины грудной клетки одинаково участвуют в акте дыхания. Дыхание везикулярное, хрипов нет, ритм правильный, тип дыхания брюшной. ЧД = 18 в минуту .

Пальпация по ходу межреберных мышц, нервов, ребер , грудины безболезненная .

Сравнительная перкуссия грудной клетки определяется в 9 парных точках:

1 пара (2 межреберье по среднеключичной линии)- ясный легочной звук,

2 пара (над ключицами) – ясный легочной звук ,

3 пара (под ключицами )- ясный легочной звук ,

4 пара ( 3 межреберье по средней подмышечной линии справа и слева)- ясный легочной звук,

5 пара ( 5 межреберье по средней подмышечной линии справа и слева )-ясный легочной звук,

6 пара ( над лопатками справа и слева)- ясный легочной звук,

7 пара ( межлопаточное пространство на уровне верхнего угла лопатки сперва и слева )- ясный легочной звук,

8 пара ( межлопаточное пространство на уровне нижнего угла лопатки справа и слева ) –ясный легочной звук ,

9 пара (под нижним углом лопатки справа и слева) – ясный легочной звук.

Топографическая перкуссия:

Нижние границы легких

Подвижность нижнего легочного края

Сердечнососудистая система. Сердечный горб отсутствует, ограниченные выпячивания грудной клетки в других участках сердечной области отсутствуют. Верхушечный и сердечный толчки визуально не определяются. ,,Пляска каротид“, пульсация шейных вен в яремной ямке , эпигастральная пульсация, пульс Квинке не определяются.

Пальпаторно верхушечный толчок располагается на 1 см кнутри от среднеключичной линии в 5 межреберье , шириной 2 см , высокий , усиленный.Симптом ,,кошачьего мурлыканья “ не определяется . Пульс на обеих руках синхронный , ЧСС=78 уд в мин., ритмичный ,полный . Дефицит пульса не определяется .АД=140/80

Ширина сосудистого пучка ( во 2 межреберье )3 см.При аускультации тоны сердца приглушены .

Органы пищеварения. Слизистая ротовой полости бледно-розового цвета. Язык влажный, обложен у корня белым налетом. Десны не разрыхлены, мягкое и твердое небо без патологии. Зев и миндалины без налета и гнойных пробок .Акт глотания не нарушен.

Цвет живота нормальной окраски, живот округлой формы, симметричен, участвует в акте дыхания. Температура и влажность кожи на симметричных участках одинаковы.Перистальтические и антиперистальтические волны не обнаружены. Подкожные венозные анастомозы не развиты. Окружность живота на уровне пупка 62 см. При пальпации живот умеренно болезненный в эпигастральной области, мягкий. Подкожно — жировая клетчатка равномерно распределена, одинаково собирается в складку, очагов уплотнения не обнаружено. Напряжение мышц брюшной стенки отсутствует. Грыжевого выпячивания по белой линии живота не обнаружено.Симптом Щеткина – Блюмберга отрицательный. В левой подвздошной области пальпируется сигмовидная кишка: диаметром 2,5 см, в виде эластичного тяжа, безболезненна, умеренно подвижна, не спаяна с окружающими тканями, не урчащая. В правой подвздошной области пальпируется слепая кишка; диаметром 3,0 см, в виде эластического тяжа, безболезненна, умеренно подвижна, не спаяна с окружающими тканями, не урчащая. Восходящий отдел толстой кишки пальпируется в правой боковой области, диаметром 3 см, умеренно подвижная, безболезненная, в виде эластического тяжа, не спаяна с окружающими тканями, не урчащая. Нисходящий отдел толстого кишечника пальпируется в левой боковой области, диаметром 3 см, в виде эластического тяжа, безболезненный, подвижный, не спаян с окружающими тканями, не урчащий. Нижняя граница желудка: находится на 5 см ниже мечевидного отростка. Поперечно — ободочная кишка: пальпируется на 3 см ниже большой кривизны желудка, диаметром 3,5 см, в виде эластического тяжа, безболезненна, не спаяна с окружающими тканями, не урчащая. Печень при пальпации имеет гладкую поверхность, плотную консистенцию, край ровный, закруглён, безболезненный, выступает из-под края рёберной дуги на 1 см. Желчный пузырь и селезёнка не пальпируются. Границы печени по Курлову 9*8*7 см. Размер селезёнки по Курлову 6*8 см.

Органы мочевыделения. При осмотре поясничной области покраснения, припухлости, отечности кожи, выпячивания в надлобковой области не наблюдается Почки в положении стоя по Боткину , в горизонтальном , на правом и левом боку не пальпируются . Симптом поколачивания отрицательный с двух сторон. Диурез в норме.

Нервная и эндокринная системы. Координация движений не нарушена. Зрачковые рефлексы сохранены. Тремор рук, век, языка отсутствует. Щитовидная железа мягко-эластичной консистенции, не увеличена. Увеличения размеров языка,носа, челюстей , ушных раковин, кистей , стоп не обнаружено.

Предварительный диагноз

На основании жалоб на боли в эпигастрии, уменьшающиеся после приема пищи, отрыжку воздухом, тошноту. На основании аnamnesis morbi -эпизодические боли в эпигастрии беспокоят в течение 6 месяцев. Принимал альмагель, гастал. С конца февраля боли стали носить интенсивный характер, беспокоили ежедневно. 13 февраля была проведена ФГДС – язва задней стенки луковицы двенадцатиперстной кишки 0,5 см в диаметре. По назначению врача принимал омепразол, альмагель.13 марта была проведена контрольная ФГДС – язвенный дефект сохраняется, хотя болевой синдром уменьшился. При объективном осмотре выявлена умеренная болезненность в эпигастральной области. На основании всего вышеперечисленного можно выставить предварительный диагноз: Язвенная болезнь ДПК, обострение. Впервые выявленная язва задней стенки луковицы ДПК 0,5 см в диаметре. Хронический гастрит, диспепсический синдром, обострение.

План ведения

1.Лабораторные методы исследования.

-общий анализ крови

-общий анализ мочи

-биохимический анализ крови

-кровь на RW

-глюкоза крови

-анализ кала на скрытую кровь

-анализ кала на яйца глистов

2.Инструментальные исследования: ЭКГ, ФГДС.

Результаты дополнительных методов обследования.

1.Общий анализ крови: Нв -146 г/ л , СОЭ -16 мм /ч , лейкоциты -5.1*10^9/ л , с /я-47, п/я -о, L-51, м-3, э-1.

2.Общий анализ мочи: цвет — соломенно-желтый , прозрачная, плотность 1018, белок отриц., лейкоциты 1-2 в поле зрения , эпителий 4 в поле зрения.

3. Биохимический анализ крови:

Билирубин общий-12,0 мкмоль/л

Билирубин прямой 2,4 мкмоль/л

Билирубин не прямой 9,6 мкмоль/л

4.Глюкоза крови 4.3 ммольл

5.Анализ кала на скрытую кровь – отрицательно.

6.Анализ кала на яйца глистов — отрицательно.

7.ЭКГ: Синусовая аритмия. ЧСС=62-80 уд в мин. ЭОС вертикальная. Усиление электрической активности сердца.

8.ФГДС от 13.03.08.: Слизистая ДПК отечна,гиперемирована ,на задней стенке язва 0.5 см в диаметре, дно покрыто фибрином. Закл: Смешанный гастрит, язва луковицы ДПК.

Дифференциальный диагноз

Дифференциальную диагностику проводят между язвами различной локализации, а также между язвенной болезнью (пептическими язвами) и симптоматическими язвами (табл.1,2) а также с холециститом и панкреатитом.

Табл.1

Дифференциальная диагностика желудочных и дуоденальных язв

Табл.2

Дифференциальная диагностика между пептической язвой и НПВС-индуцированной.

Диагностическое значение имеет выявление скрытой крови в кале и ретикулоцитоза периферической крови, подтверждающее существование кровоточащей язвы. ФГДС является самым надежным методом, позволяющим, подтвердить или отвергнуть диагноз ЯБ. Эндоскопическое исследование позволяет выявить язвенный дефект, обеспечить контроль за его рубцеванием, а цитологическое или гистологическое изучение материала, полученного прицельной биопсией,надежно гарантирует точность диагноза. .В фазе обострения язва чаще округлая, края высокие, четко очерченные, склоны язвенного кратера обрывистые. Вблизи доброкачественной язвы СО отечна и гиперемирована, имеет вид приподнятого валика.

Обязательным исслеованием для больных ЯБ является определение НР в биоптате из антрального отдела и тела желудка, а иногда из ДПК.

Для хронического бескаменного холецистита характерна боль, локализующаяся в правом подреберье или в подложечной области. Характерно возникновение или усиление боли после приема жирных и жареных блюд, вина, пива, острых закусок.

Боли могут сопровождаться тошнотой, отрыжкой, вздутием живота, повышением температуры тела. Типичный пальпаторный симтом-болезненность в области желчного пузыря. При остром панкреатитеотмечаются постоянные опоясывающие боли и боли в эпигастральной области, сопровождающиеся тошнотой и рвотой, повышение температуры, тахикардия, артериальная гипотензия, олигурия. Положительные симптомы Мейо- Робсона , Щеткина-Блюмберга, Воскресенского.В анализе крови выявляется повышенное содержание L-амилазы.

Лечение

1 .Ингибиторы протонного насоса

Омепразол 20 мг по 2 р. в день до еды

2.Средства, оказывающие защитное действие на слизистую оболочку желудка и кишечника

Де-Нол 240 мг по 2 р. в день за 30 мин до еды или 2 ч после еды

Прогноз

Для жизни и выздоровления, работы благоприятный при соблюдении рекомендаций.

Рекомендации.

Диета №1(1а, 1б) с исключением блюд, вызывающих или усиливающих клинические признаки заболевания ( например, острые приправы, маринованные и копченые продукты). Питание дробное 5-6 раз в сутки. Исключение курения.

Санаторно- курортное лечение ( Железноводск, Ессентуки, Пятигорск, Боржоми) .

Профилактика.

Правильное питание 5-6 раз в день малыми порциями, употребление пищи, приготовленной на пару, в вареном виде. Прекращение курения. Употребление алкоголя должно быть уменьшено.

Список использованной литературы

1.Российский терапевтический справочник / под ред.А.Г.Чучалина.-М.:ГЭОТАР-Медиа ,2007.

2.Клиническая гастроэнтерология: Учебник для студентов медицинских вузов. -3 изд., перераб. и доп..-М.: МИА,2004.

3.Внутренние болезни в вопросах и ответах:Учебное пособие для медицинских вузов/Под ред. Ю.Р. Ковалева .- Спб:ООО «Издательство ФОЛИАНТ», 2004.

СОДЕРЖАНИЕ

|№ | |Стр. |
|1. | | |
|2. | | |
|3. | | |
|4. | | |
|5. | | |
| | | |

КРАТКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СТРАНЫ

Территория. Республика граничит:
— на севере с Казахстаном (протяженность границы — 1113 км)
— на западе — с Узбекистаном (1374 км)
— на юго-западе — с Таджикистаном (972 км)
— на юго-востоке — с Китаем (1049 км).
Площадь 199,9 тыс. кв. км.
Крайние точки:
— северная — 43″ 16″ с.ш.
— южная — 39″ 11′ с.ш.
— западная — 69° 15′ в.д.
— восточная — 80° 18′ в.д.
Наибольшая протяженность:
— с запада на восток 925 км
— с севера на юг 454 км.
Население. Общая численность на 1 января 1995 г. – 4476 тыс. чел., в т.ч. киргизы — 58,6%, русские — 17,1, узбеки — 13,8, украинцы — 1,8, татары — 1,3, немцы — 0,8%.
Средняя плотность населения -22,4 чел. на кв. км.
Столица — город Бишкек (около 600 тыс. жителей).
Крупнейшие города — Ош, Джалал-Абад, Токмак, Каракол, Кара-Балта.
Государственное устройство и административно-территориальное деление.
Государственное устройство основано на принципе разделении властей законодательной, исполнительной и судебной. Глава государства — президент, с 1990 г. — Аскар Акаев. Высший орган законодательной власти — парламент
(Улуу Кенеш). Высший орган исполнительной власти – Кабинет министров во главе с премьер-министром».
Республика делится на 6 областей и горсовет (горкенеш) Бишкек.
Государственный язык — киргизский. Язык межнационального общения — русский.
Религия. Тюрко-язычные народы, а также таджики и дунгане исповедуют ислам суннитского толка. Православие является основной религией славянских народов.
Основные показатели развития. Валовой внутренний продукт в 1994 г. составил
10741 млн. сомов (1 долл. равен 11 сомам); на душу населения — 2386,9 сома.
Чистый материальный продукт достиг почти 9 млрд. сомов. Стоимость основных фондов в отраслях экономики (на конец 1994 г.) — 2565,6 млн. сомов; продукция промышленности (в текущих ценах) — 6,3 млрд. сомов и сельского хозяйства — 5,3 млрд. сомов.
Дефицит государственного бюджета составил 864 млн. сомов. По большинству валовых экономических показателей наблюдаются довольно значительные темпы снижения (4-10% в год).

ЭТА МАЛЕНЬКАЯ СТРАНА ЖИВЕТ В НАШЕМ

СОЗНАНИИ КАК САМЫЙ ВОЗВЫШЕННЫЙ И САМЫЙ

ЧИСТЫЙ ОБРАЗ СРЕДНЕЙ АЗИИ. ПИК ПОБЕДЫ,

ПИК ЛЕНИНА, ХАН-ТЕНГРИ, ЧИСТЫЕ ВОДА И

ВОЗДУХ, ЦЕЛЕБНЫЙ ПЬЯНЯЩИЙ КУМЫС И

ТЕПЛАЯ ШЕРСТЬ. СТРОЙНЫЕ ТЯНЬШАНЬСКИЕ

ЕЛИ И ОРЕХОВЫЕ ЛЕСА…

СТРАНА НЕБЕСНЫХ ГОР

Киргизия расположена на северо-востоке Средней Азии в умеренном и частично субтропическом поясах (39-43° с.ш.), примерно на широтах Болгарии, Албании и средней Италии. С запада на восток она протянулась на 900км, с севера на юг — на 410км. Киргизия — страна удивительных контрастов: здесь высочайшие вершины соседствуют с обширными межгорными котловинами и долинами. Снежные островершинные гребни — со знойными пустынями равнин. Уникальные орехоплодовые леса и аридные редколесья чередуются с темнохвойными еловыми и пихтовыми лесами, каменистые горные пустыни — с прекрасными высокогорными лугами. Глубокие крутосклонные ущелья со стремительными водными потоками уступают место широким долинам, местами заболоченным, по которым плавно несут свои воды успокаивающиеся горные реки.
Особенности природы Киргизии обусловлены большой приподнятостью ее территории над уровнем моря, сложным горным рельефом, положением в центре обширного материка Евразии среди пустынь умеренного пояса.
Киргизию по праву можно назвать страной небесных гор. Она занимает значительную часть Тянь-Шаня и Алая — крупнейших горных систем Евразии.
Примерно 90% территории Киргизии лежит выше 1500м над уровнем моря, из них около трети — на высотах более 3000м. Средняя высота территории — 2750м, что больше максимальных высот Карпат, Урала, Крымских гор, Хибин. Наивысшая точка Киргизии — 7439м (пик Победы), самая низкая — 539м.
В Киргизии находятся три высочайшие вершины Тянь-Шаня и в целом всех гор
Средней Азии — пик Победы, пик Ленина (7134м) и Хан-Тенгри (6995м), уступающие по высоте только пику Коммунизма на Памире. Всего на территории
Киргизии расположены 14 вершин высотой более 6000 м и 26 вершин, превышающих Монблан (4807м), самую высокую точку Европы.
Горные хребты, занимая более 3/4 площади Киргизии, имеют преимущественно широтное и субширотное простирание. Основные хребты Северного Тянь-Шаня а пределах Киргизии — хребет Кунгей-Алатоо и Киргизский хребет, протянувшиеся к северу и к западу от озера Иссык-Куль.
Территории к югу от озера Иссык-Куль, где высокие хребты Терскей-Алатоо,
Молдотоо, Кокшаап-Тоо и другие чередуются в выровненными поверхностями — сыртами, образованными днищами высокогорных долин, образуют Внутренний Тянь-
Шань. На востоке Внутренний Тянь-Шань соседствует с Центральным Тянь-Шанем.
Это пограничный с Китаем высокогорный район с высочайшими вершинами, крупнейшими ледниками и ледниковыми массивами (Сары-Джаз, Ак-Шыирак и др.), самая высокая и труднодоступная часть Тянь-Шаня.
На западе Киргизии простираются Таласский, Чаткальский и Ферганский хребты, являющиеся частями Западного Тянь-Шаня. Ферганской долиной они отделены от
Алайского и Туркестанского хребтов, входящих в горную систему Гиссаро-Алая
(или как считают некоторые исследователи, Южного Тянь-Шаня). Южнее протянулся Заалайский хребет, самый высокий по средним высотам хребет в
СНГ.
Широтно вытянутые горные хребты разделяются многочисленными межгорными долинами и котловинами, расположенными на разных высотах. Всего в Киргизии
23 крупные котловины. Самая обширная Ферганская котловина длиной 350 и шириной 160км только своими краевыми частями входит в Киргизию. Вторая по величине, среднегорная Иссык-Кульская котловина занимает центральное положение. Именно эти котловины, красивые, со своеобразной природой, часто сравнивают с драгоценными камнями, как бы вставленными в серебряные оправы диких, заснеженных гор: изумрудом — цветущую Фергану и сапфиром — Иссык-
Куль.
Особенность рельефа Киргизии — четко выраженная ярусность: подгорные равнины, эрозионные предгорья, низкогорья, крутосклонные среднегорья, расчлененные или выровненные высокогорья образуют как бы гигантские ступени горной лестницы, которые ведут из зноя выжженной пустыни к прохладе вершин и дальше устремляются в синеву неба.
Складкообразование проявилось на Северном Тянь-Шане в протерозойское и каледонское время, южные районы подверглись герцинской складчатости. В течение длительного периода (конец палеозоя — начало неогена) горная система Тянь-Шаня испытывала длительный период денудации, что привело к формированию пенеплена. С неотектонические движения, приведшие к развитию современного сложного разновозрастного и многоярусного рельефа. На гребнях и склонах хребтов сохранились остатки древних поверхностей выравнивания, расположенные на разных высотах, — свидетели прежних периодов пенепленизации. В четвертичное время горы пережили значительные оледенения.
Предполагают, что Тянь-Шань подвергся не менее чем крупному двукратному оледенению; во внутренних областях образовывались ледниковые покровы, о чем свидетельствует холмисто-моренный рельеф. В пригребневых частях хребтов развит альпийский рельеф с древними ледниковыми формами — трогами, карами, цирками, многие из которых и в настоящее время заняты современными ледниками.
Тектоническая активность в Киргизии отмечается и по сей день, о чем свидетельствуют сильные землетрясения. Киргизия относится к районам 8-9- балльной сейсмичности. Самое крупное землятресение за последнии 2-3 века отмечалось в январе 1911г. в Северном Тянь-Шане с силой в эпицентре, находившемся в среднем течении реки Чон-Кемин 10 баллов (по другим данным —
12 баллов).

НАПОЕННАЯ СОЛНЦЕМ

Расположение Киргизии в сравнительно низких широтах среди пустынных равнин у границы субтропического пояса обусловливает значительную интенсивность солнечной радиации. Приход солнечного тепла составляет в Киргизии 120-160 ккал/см2, что превышает подобные параметры в большинстве других регионов
СНГ. Характерна также большая продолжительность солнечного сияния. Она изменяется от 1700 часов в узких долинах до 2965 часов на сыртах Верхнего
Норына.
Внутриконтинентальное положение удаленность от океанов и морей вызывают резко выраженную континентальность климата, малое количество осаДков, сухость воздуха и небольшую облачность. С этим также связаны большие амплитуды годовых и суточных температур. Наибольшие колебания температур типичны для котловин, где проявляется так называемый котловинный эффект.
Например, максимальная амплитуда температур достигает на станции
Константиновка в Чуйской долине -86,8е. В Сусамырской котловине она составляет 82,4°, в долине Аксая — 79,8е. Исключение — Иссык-Купьская котловина, где амплитуда составляет лишь 49° (г. Чолпон-Ата), что связано со смягчающим влиянием озера.
Нижние части гор находятся под влиянием атмосферных масс, формирующихся на прилегающих пустынных равнинах. На высотах более 2500-3000 м господствует западный перенос воздуха, связанный с общей циркуляцией атмосферы, характерны низкие зимние и невысокие летние температуры, большой приход ультрафиолетовой радиации. В высокогорьях погода неустойчива.
Зимой Киргизия находится в зоне влияния западной периферии Сибирского антициклона, что обусловливает здесь ясную морозную погоду без осадков.
Весной и поздней осенью активизируется деятельность, поступают влажные воздушные массы с запада и северо-запада с облачностью и фронтальными осадками. Летом благодаря поступлению тропического воздуха на большей части
Киргизии устанавливается сухая, малооблачная погода, жаркая в предгорьях, низкогорьях и котловинах, теплая в среднегорьях и прохладная в высокогорьях.
Наиболее теплыми зимой являются районы Юго-Западной Киргизии и побережье
Иссык-Куля, примыкающее к более глубокой , центрально» части озера. Самые низкие температуры характерны для долин и межгорных котловин, где проявляется котловинный эффект. Здесь выделяется Аксайская котловина, считающаяся полюсом холода Киргизии и где зарегистрирован абсолютный минимум температуры минус 53,6° при средней январской температуре — 27,7°.
Близкие температуры отмечены в долине р. Арпа (-51°), Сусамыра (-50°) и у озера Чатыркупь (-49°). В среднем январские температуры снижаются от -4° в низкогорьях до -10-20° в среднегорьях и -25-28° в высокогорьях.
Среднегодовая температура также понижается с высотой, оставаясь положительной до высоты 2500 м; выше она становится отрицательной, достигая на высоте 3600 м почти 8 градусов ниже нуля. На высотах более 4200 м положительных среднегодовых температур воздуха практически не бывает.
Средние летние температуры изменяются от +25-27° в предгорьях до +5-10° в высокогорьях, Особенно жарко в Прифергаиье, здесь зарегистрирована самая высокая средняя июльская температура +27,5° (село Ленин-Джол). На высотах более 4500 м средние температуры июля ниже 0.
В республике также отмечаются большие различия в продолжительности безморозного периода. сроках наступления заморозков и тепло обеспеченности.
В северных районах до высоты 1000 м суммы активных температур (т.е. суммы среднесуточных температур выше +10° за год) составляют обычно 3100-4000°, а продолжительность безморозного периода — 180 дней. В более южных районах, например в Ферганской котловине, эти параметры соответственно составляют
4000-4500° и 225 дней. Это благоприятствует выращиванию здесь теплолюбивых культур, таких, как хлопчатник. С высотой продолжительность безморозного периода сокращается.
Осадки на эту территорию приносятся в основном северо-западными, западными и юго-восточными воздушными массами. Максимальное количество осадков выпадает на наветренных склонах, минимальное на склонах, находящихся в
«дождевой тени» и в котловинах. В зимний период на наветренных склонах теневых экспозиций часто отмечается скопление больших масс снега, что ведет к сходу лавин. На северных, северо-западных и юго-западных (наветренных) склонах Западного Тянь-Шаня в среднегорном высотном поясе (1500-2500 м) выпадает 1500-2000 мм осадков. Особенно большое количество осадков типично для юго-западных склонов Ферганского хребта.
В Киргизии хорошо выражена смена сезонов. Прохладная зима сменяется обычно короткой и дождливой весной, за которой следует жаркое, сухое пето.
Наилучшее время в Киргизии — первая половина осени, сухая, умеренно теплая, расцвеченная всеми красками увядающей растительности.
В низкогорье и внутренних межгорных котловинах количество осадков не более
200-300 мм, хотя в отдельные годы осадки могут превышать норму в 2 и даже в
3 раза.
В долине Каракола выпадает всего 186 мм, в Акшийраке — 179 мм. В западной части Иссык-Кульской котловины отмечается всего 115 мм в год, в то время как в восточной части — 415, на самом востоке — 702 мм.
На подгорных равнинах, особенно в южных районах, осадки выпадают преимущественно весной в марте-апреле; с подъемом в горы максимум осадков сдвигается на мой и на раннее лето. В высокогорных районах, во
Внутреннем Тянь-Шане и в Иссык-Кульской котловине осадки выпадают в основном в мае-июле, а минимальное их количество отмечается зимой. Особенно мало зимних осадков выпадает в высокогорных районах. В Кочкорской долине, верховьях Нарына, Аксая, Арпы обычны бесснежные зимы. Лишены снега часто и склоны южной экспозиции, что благоприятствует выпасу скота в течение всего года. В высокогорной зоне Центрального Тянь-Шаня максимум осадков приходится на июнь-август. Осадки нередко имеют характер ливней, которые чаще выпадают в предгорьях и низкогорьях. Наибольшая повторяемость интенсивных дождей наблюдается в предгорьях Ферганского, Чаткапьского,
Алайского и Киргизского хребтов, в восточной части Иссык-Купьской котловины. Их повторяемость максимальна в мае в
Чуйской, Таласской и Ферганской котловинах, в июле — в Иссык-Купьской. С ними нередко связан сход селей.

КИРГИЗЫ

Киргизы, или, как они сами себя называют, «кыргыз», относятся к северо- западной тюркской группе алтайской языковой семьи. Общая численность народа в 1989 г. составила 2529 тыс. человек. Из них почти 90% проживало на территории Киргизии, около 7% — на территории соседних Узбекистана и 2,5% —
Таджикистана. За пределами Средней Азии киргизы живут главным образом в
Синьцзян-Уягурском автономном районе Китая, где располагается Киргизский автономный округ (более 50 тыс. чел.), и около 1% -в высокогорных районах
Афганистана и Пакистана.
Преобладающая религия у киргизов — ислам суннитского направления.
Большинство историков считают, что на ранних этапах этнической истории киргизов существенное значение для последующего формирования нации имели племена гуннов, динлинов, саков и усуней. До Х в. тюркоязычные племена расселялись в горных районах Саян и Алтая, где сейчас можно найти их прямых потомков, считающих себя киргизами, а также в восточных частях Саур-
Тарбагатая и Тянь-Шаня. Постоянные военные конфликты, связанные, как правило, с борьбой за пастбищные ресурсы, приводили к перемещению отдельных племен на запад и юго-запад (гораздо реже на восток и юго-восток), смешению разных по антропологическим признакам народов, что в итоге дало начало формированию киргизского этноса.
Предками киргизов можно считать некоторые племена карлуков, уйгуров, иранские народы, монгольские племена, пришедшие на восток Средней Азии в период захватнических войн XIII в., а в ХУ1-ХУ11 вв. существенное влияние в восточных частях Средней Азии имели и казахсксжогаиские племена. В XVI 1-
ХУ111вв. Восточный Тянь-Шань постоянно подвергается набегам джунгаров. Это также повлияло на этнические особенности киргизского народа.
Современное размещение киргизов значительно отличается от их расселения в
XVII-XIX вв. Тогда они заселяли весь Каратегин (территория современного
Таджикистана), но постепенно их вытесняют в более высокие части Памиро-Алая и далее на восток. В конце XIX — начале XX в., уже после принятия российского подданства, происходит дальнейшая экспансия на земли киргизов, особенно на предгорные пространства. Происходило выделение прибывающим из
Европейской России славянским народам наиболее плодородных богарных
(способных давать урожай без орошения) земель на высотах до 1000-1200 м, что, конечно же, привело к изменению расселения киргизских племен.
Главным занятием киргизов в течение многих веков было животноводство экстенсивного типа, в своем большинстве при кочевом, а в начале XX века при невысокой доле полукочевого или даже оседлого (беднейшие семьи) образа жизни. Направление хозяйства менялось в зависимости от исторических и природных условий. Большое значение всегда имели лошади — и для выпаса овец и крупного рогатого скота, и для военных действий. В южных районах для торгового обмена с земледельческими народами выращивался крупный рогатый скот, но все же преимущество отдавалось овцам как наиболее скороспелому виду скота. Развитию животноводства способствовал состав травостоя. С приходом русских увеличилась доля земледелия, особенно 6о-гарного, в жизни киргизов. В южных районах издавна применялось орошение, но лишь в наиболее крупных байских или манапских хозяйствах.
Значительное место в быту киргизов занимали домашние промыслы (выделка кож, кошм, шитье, ювелирное дело) и охота при помощи ловчих птиц.
В настоящее время все еще остается специализация киргизского народа на животноводстве, хотя в сельской местности уже часто можно встретить киргиза овощевода и табаковода, выращивающего сахарную свеклу или многолетние травы.

РУССКИЕ В КИРГИЗИИ

Киргизы заселили свою нынешнюю территорию не позднее XVII в. Это искони кочевой народ, и на протяжении веков их родоплеменные образования были мало связаны между собой. Номинально они подчинялись разным правителям, а фактически были независимыми. Усиление влияния России в Среднеазиатском регионе привело к тому, что в 1855 г. иссык-кульскме киргизы, а в 1864 г. чуйские киргизы перешли в российское подданство. После ликвидации в 1876 г.
Кокандского ханства к России были присоединены и южные киргизы.
В конце 60-х гг. XIX в. началась русско-украинская колонизация Северной
Киргизии (Чуйская и Таласская долины, Прииссыккулье). В 70-80-х гг. последовала миграция уйгуров и дунган из Синьцзяна, которые занимались в основном ремеслом, а в Чуйской долине — земледелием.
После установления советской власти в Киргизии так же, как и во всей
Средней Азии, начался передел земель, сопровождающийся их изъятием, прежде всего у русских переселенцев. В итоге так называемого национально- территориального размежевания Средней Азии 14 октября 1924 г. была провозглашена Кара-Киргизская автономная область (с 25 мая 1925 г. —
Киргизская) в составе РСФСР, а с 1 февраля 1926 г. — Киргизская АССР, и, наконец, 5 декабря 1936 г. была образована Киргизская ССР.
Современная карта этнического состава населения достаточно пестра и отражает упомянутые черты заселения Киргизии. Славянское население проживает в основном в северных районах и в Прииссыккулъе, а киргизы населяют центральную и южную часть республики. Компактные поселения уйгуров, узбеков и таджиков расположены на западе и юго-западе. Кроме того, на севере Киргизии компактно проживают выселенные в годы войны из Поволжья немцы.
Общая численность населения Киргизии на 1 января 1990 г. составляла 4367 тыс. человек, в том числе киргизов — 52,4%, русских — 21,5%, узбеков —
12,9%, украинцев — 2,5%, немцев — 2,4%, татар — 2%.
В сложившейся за годы советской власти национальной и социально- экономической структуре населения Киргизии русские занимали вполне устойчивую позицию. В последние десятилетия ситуация стала меняться. За
1970-1989 гг. доля русских в населении сократилась с 30,2 до 21,5%.
Но все же в 1989 г. в Киргизии проживало около 800 тыс. русских, многие из которых были потомками давних переселенцев и поэтому неплохо адаптировались к местной среде. Значительную часть русских составляли представители достаточно обеспеченных групп работников тяжелой промышленности и производственно-технической интеллигенции.
В последние годы меняется непрофессионального состава населения. Хотя местное население по преимуществу продолжает работать в аграрном секторе, произошел значительный прорыв киргизов в элитные сферы управления, просвещения и здравоохранения, юридической деятельности, а в самые последние годы — в торгово-коммерческую сферу, в легкую промышленность и в сферу городского сервиса.
Еще до радикальных перемен в трудовой сфере Киргизии (да и остальных среднеазиатских республик), связанных с обретением независимости, в этническом факторе был заложен конфликтный потенциал, «проблема русских» существовала, но в скрытой форме. Особенности социального и профессионального состава русских, обеспечивавшие им до этого сравнительно благоприятный жизненный уровень, обрели определенно негоды, когда в республике началась хозяйственная переориентация: сокращение предприятий тяжелой промышленности (в том числе ВПК), в целом экономический кризис и бурный всплеск торгово-по-среднической и финансовой деятельности.
Для русского населения встала серьезная проблема поиска новой экономической и социально-культурной ниши. Но выбор определенной модели поведения связан со значительными трудностями, вызванными новой национальной политикой правительства Киргизии, введением законов о гражданстве и языке.
На фоне понижения материального уровня жизни значительная часть русских чувствует национальный дискомфорт. По данным социологических исследований,
26% русских ощущают ущемление собственного достоинства на национальной почве.
Несмотря на рост конкуренции со стороны киргизов и ожесточившиеся требования к знанию государственного языка, большинство русских горожан
Киргизии не видят необходимости для русской молодежи, вступающей в жизнь, более глубокого включения в язык и культуру титульной национальности. Около четверти русских Киргизии, видя трудности новой ситуации, единственным разумным для себя выходом считают миграцию из республики. Но значительна доля и тех, кто не собирается уезжать. Большинство потенциальных мигрантов предполагают переселиться в Россию, причем предпочтение отдается ее центральным районам. За последнее время значительное количество русских
Киргизии — 8% от всей численности русских, проживавших в этой республике, — стало мигрантами. Массовый характер исхода русских в будущем может быть связан с дальнейшим усилением националистических тенденций во внутренней политике республики и ухудшением экономического положения, в значительной мере определяемыми миграцией большого числа квалифицированных работников.
Особое беспокойство у русского населения Киргизии вызывает сокращение функционирования на русском языке средств массовой информации, прежде всего телевидения, а также таких институтов культуры, как вузы. театры и т. д.
Вместе с тем озабоченность понижением статуса русского языка не свидетельствует о явном нежелании русского населения Киргизии осваивать государственный язык. Большинство опрошенного русского населения реально оценивает негативные последствия своего слабого владения киргизским языком.
Около 75% русских горожан Киргизии вообще не говорят на киргизском языке или говорят на нем с большим трудом.
У русского населения Киргизии сохраняется сильная ориентация на реинтеграцию бывших республик СССР. В этой связи у местного русского населения встречает поддержку политика на развитие всесторонних связей между бывшими союзными республиками, и, прежде всего между Киргизией и
Россией. Идея двойного гражданства встречает среди русских Киргизии активное одобрение. В то же время у русского населения в какой-то мере растет переориентация с единого социально-политического пространства бывшего СССР на республику проживания, и поэтому значительная часть русских все более готова принять статус этнического меньшинства в новом независимом государстве.
Но и в случае миграции значительной части населения, и в случае адаптации и принятия русскими новых условий жизни в республике Россия должна всячески заботиться о русских, оказавшихся за пределами прежде единого государства.
Многие русские надеются на подобные действия со стороны России. Эта помощь должна заключаться, но их взгляд, в поддержании между русской диаспорой в ближнем российском зарубежье и Россией тесных и разнообразных связей — социально-экономических, гуманитарных, культурно-языковых. А для русских мигрантов, переехавших в Россию, необходима помощь в установлении для них материальных компенсаций, строительстве жилья, в скорейшем определении достойного правового статуса.

ГИДРОЭНЕРГЕТИКА КИРГИЗИИ

Установленная мощность электростанции энергосистемы, 1993 г. все электростанции 3542,3 Мвт гидроэлектростанции 2873,3 Мвт тепловые электростанции 669,0 Мвт
Производство электроэнергии в энергосистеме 1993 г.
Все электростанции 10986,6 гВт*ч гидроэлектростанции 8896,9 гВт*ч тепловые электростанции 2089,7 гВт*ч
История начала работы энергосистемы относится к 1934 г., когда в республике была создана первая сеть из линий 13,2 кВ.
Сейчас в основу развития энергетики положено эффективное использование богатейших гидроэнергоресурсов, поэтому около 80% электроэнергии производится на ГЭС. Это также связано и с тем, что Киргизия завозит до 80% потребляемого топлива.
По гидроэнергоресурсам республика занимает третье место в странах СНГ
(вслед за Россией и Таджикистаном). Реки имеют исключительно высокую концентрацию потенциальной мощности на 1 км русла реки. По удельной мощности р. Нарын с ее притоками превосходит Волгу и Ангару.
Гидроэнергетический потенциал республики составляет 142,5 млрд. кВт • ч, и освоен он лишь на 9%. Современное техническое состояние позволяет использовать 72,9 мпрд. кВт*ч, однако экономически эффективно освоение только 48 млрд. кВт-ч.
Бассейн река Нарын имеет потенциальные ресурсы 56,9 млрд. кВт-ч, на этой реке и ее притоках можно построить 22 ГЭС с выработкой электроэнергии порядка 30 млрд. кВт-ч.
В комплексной программе освоения гидроресурсов сказано о строительстве гидроэлектростанций в среднем и верхнем течении Нары на общую установленную мощность 5850 млн. кВт.
Сооружению водохранилищ ГЭС благоприятствует горный рельеф, а глубокие узкие каньоны делают строительство плотин очень эффективным.
Самая крупная из построенных — Токтогульская ГЭС. Ее установленная мощность
1200 тыс. кВт. По своему назначению она является уникальным гидроэнергетическим и ирригационным узлом. Плотина имеет высоту 215 м от нижнего бьефа.

ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

На долю промышленности приходится около 43% чистого материального продукта
Киргизии. В промышленности и строительстве занято примерно 30% работающего населения. Основными отраслями являются: электроэнергетика, цветная металлургия, машиностроение, пищевая и легкая промышленность.
Электроэнергетика получила свое развитие на юге Киргизии, на река Нарын и его притоках. Действуют такие крупные электростанции, как Уч-Курганская,
Курпсайская, Токтогупьская, Ат-Башинская. На электростанциях юга и основных теплоцентралях севера республики вырабатывается свыше 11 млрд. кВт•ч электроэнергии в год. Гидроэнергетический потенциал страны еще далеко не выработан (потенциальные запасы .- 15,5 млн. кВт). Проектируются новые
Кампаратинские ГЭС и ряд других.
Почти вся топливная промышленность сосредоточена в южных и центральных районах Киргизии. Преобладает бурый уголь. На первом месте по добыче стоит
Ошская область. Значительные запасы имеются вблизи городов Кыэыл-Кия и
Супюкта, а также в разрезе Алмалык (в 1991 г. добыча составила 1,76 млн. т). Джалал-Абадская область (месторождения Кок-Янгак и Таш-Кумыр) занимает второе место (1,41 млн. тн). В отличие от предыдущих двух областей в Иссык-
Кульской котловине добывается в основном каменный уголь. Крупнейшими шахтами являются «Джергалан» (около 100 тыс. т) и «Центральная» — п. Кад-жи-
Сай (53 тыс. тн). Завершает список угледобывающих районов разрез «Ак-Упак»
— п. Мин-Куш в Нарынской области (140 тыс. тн). Как и везде в странах, возникших на территории СССР, Киргизия снижает добычу этого вида топлива: с
3,7 млн. тн в 1990 г. до 1,7 млн. тн в 1993 г. Из неосвоенных угленосных бассейнов наиболее перспективны Узгенский (Южная Киргизия) и Кавакский
(Внутренний Тянь-Шань), где можно вести добычу открытым способом.
Киргизия почти не имеет собственных ресурсов нефти и газа, хотя в Джалал-
Абадской области на адырных и предгорных пространствах (центр — поселок
Кочкор-Ата) добывается чуть более ЮО тыс. т нефти и менее 100 млн. куб. м газа в год.
Значительный импульс развития машиностроение получило в годы Великой
Отечественной войны, когда во Фрунзе были эвакуированы многие предприятия из Европейской части страны. В настоящий момент крупнейшими можно назвать производственное объединение (ПО) «Станкостроительный завод» и «Ала-Тоо»
(электротехника, радиоэлектроника), в начале 90-х гг. на каждом из них работало свыше 10 тыс. человек. Они, как спруты, разбросали свои щупальца- филиалы по всей территории Киргизии. Первое объединение имеет производства в городах Каракоп, Кызыл-Кия, Талас, непосредственно в Бишкеке, селе
Буденновка. V второго головное предприятие располагается в Бишкеке, помимо этого оно имеет по несколько заводов в Чуйской и Джалал-Абадской областях.
Из других предприятий в южной, менее «машиностроительной» части республики можно назвать завод вычислительной техники и электроламповый завод в Майли-
Сай, Таш-Кумырс-кий завод полупроводниковых материалов и насосный завод в
Оше.
В Иссык-Кульской области помимо Пржевальского машиностроительного завода, входящего в ПО «Станкостроительный завод», в Каджи-Сае и Караколе имеются электротехнические заводы, выпускающие силовые приборы, низковольтную аппаратуру, различные типы диодов. Из прочих предприятий следует выделить
ПО «Оргтехника» в г. Иссык-Купь, с филиалом в п. Мин-Куш (Нарынская область) и завод «Улан», производящий музыкальные инструменты (саксофоны и кларнеты).
Конечно же, наиболее насыщенной машиностроительными предприятиями оказывается Северная Киргизия, а точнее, Чуйская область. На весь Советский
Союз были известны пресс-подборщики для сена (завод сельскохозяйственного машиностроения). В Бишкеке располагается единственный в Средней Азии автосборочный завод. По-своему уникальны такие предприятия, как НПО
«Киргизэлектромаш», ПО «Агроспецреммаш», «Кыргызавтомаш», заводы контрольно- измерительных приборов, сверл, «Тяжэлектромаш», электровакуумного машиностроения. Это только самые крупные.
Разработка месторождений цветных металлов началась в 30-х гг. Сейчас цветная металлургия является наряду с машиностроением экспортной отраслью.
Киргизская сурьма Кадамжайского комбината служит эталоном на мировом рынке.
Довольно существенны запасы и добыча ртутьсодержащего сырья вблизи г.
Хайдаркан (Ошская область). На юге дополнительно получали свинцово-цинковые концентраты, которые Киргизия отправляла для дальнейшей переработки в
Казахстан. Сравнительно новыми отраслями могут быть названы золоторудная
(комбинат «Макмалзолото» в с. Казарман) и оловянная (месторождение на юго- востоке Иссык-Купьской области).
Легкая промышленность находится на втором месте в Киргизии по численности промышленно-производственного персонала, а по валовой продукции — на первом месте. Исходя из специализации сельского хозяйства республики существенное значение имеют шерстяная (акционерное общество «Кыргызкамволь-нооту», ткацкая фабрика «8 Марта» в Бишкеке, фабрика по первичной обработке шерсти и валяльно-вой-почное производство в Токмаке, ковровый комбинат в Кара-Бал* те) и кожевенная (обувная и ов-чинно-шубная фабрика в Оше, обувная в
Таласе, обувная фабрика, пушно-меховое объединение в Бишкеке, меховая фабрика в Аламедине, кожевенный завод в Кара-Бапте) промышленность. В составе Советского Союза республика давала почти 90% шерстяных тканей, четверть кожаной обуви, половину выделанных кож Средней Азии.
Южная Киргизия выделяется хлопкоперерабатывающим комплексом и шелковой промышленностью. Здесь функционируют несколько хлопкоочистительных заводов, крупнейшее в отрасли по числу занятых (около 10 тыс. человек) хлопчатобумажное объединение, маслоэкстракционный завод. На шелковом объединении в Оше помимо шелка-сырца выпускаются суровые и готовые ткани. В
Чуйской области представлены хлопкопрядильная фабрика, чупочно-носочное и трикотажное производства.
На третьем месте по числу занятых — отрасли пищевой промышленности. Чаще всего перерабатывается местное сырье. Поэтому представлены мясная, молочная, мукомольная, сахарная (все пять сахарных заводов Средней Азии), табачно-ферментационная, маслобойная промышленность. Довольно весомое значение имеют отрасли, ориентированные на потребителя: кондитерская, ликероводочная, в т. ч. шампановинкомбинат в — Бишкеке, хлебопекарная.
Киргизия находится в стадии формирования новых экономических отношений, при которых все большую роль, к сожалению, приобретает ресурсная составляющая специализации. Мы же в этом кратком обзоре попытались представить промышленность нового независимого государства на начальных этапах вхождения его в рынок.

СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО

Киргизия — единственная страна в Средней Азии, где продукция животноводства опережает по своим стоимостным показателям растениеводческую продукцию. Это объясняется невысокой допей пригодных к пахоте земель и преобладанием пастбищ. Определяющее значение имеет горный рельеф, отрицательно сказывающийся на развитии сельского хозяйства, ведь только 53% территории республики могут быть использованы в качестве сельскохозяйственных угодий.
Пашня составляет 6,8% общей площади, или 12,9% площади сельскохозяйственных угодий. Этот показатель — один из самых низких в бывших республиках СССР.
Наибольшие площади обрабатываемых земель имеет Чуйская область, где доля пашни в сельскохозяйственных угодьях достигает почти 25%. Нарынская область отличается преобладанием пастбищ и, что особенно важно, высокой долей выпасов. В остальных областях доля пахотной площади не превышает 10-12% (в
Джолал-Абадской чуть более 15%). По сенокосам выделяются южные области, где выкашиваются высокотравные луга наветренных склонов Ферганского хребта.
Такая структура сельскохозяйственных угодий, в большой степени отражающая физико-географические особенности территории, определила формирование животноводческих типов хозяйств с невысоким разнообразием земледельческих отраслей.
Киргизия стоит на 3-м месте в СНГ по численности овец и производству шерсти после таких крупных государств, как Россия и Казахстан. Поголовье овец превышает 5 млн, а настриг шерсти составляет 3,1 кг в год на .голову, или
20 тыс. т. Преобладают овцы тонкорунных и полутонкорунных пород, хотя в ряде районов встречаются местные, мясного направления, например алайская.
Численность крупного рогатого скота остается стабильной на протяжении последних 10 пет и составляет 1,0 млн. голов, из которых примерно половина
— коровы. Следует отметить, что в предгорных и среднегорных районах, вблизи промышленных центров разводят мясомолочный скот, а высоко в горах — мясной, в том числе яков. Скотоводство можно считать отраслью специализации респуьликит, так как почти вся продукций потребляется внутри страны.
Преодоление больших расстояний перегонов животных с летних пастбищ на зимние и обратно невозможно без лошадей, используемых в качестве верховых и в ряде случаев для получения кумыса (своеобразно приготовленного кобыльего молока) и мяса. Численность лошадей в Киргизии довольно высока -около 300 тыс. голов.
Свиноводство и птицеводство не характерны для сельского хозяйства республики и развиты лишь в пригородных районах, преимущественно на севере.
Шелководство представлено лишь в южных областях.
В земледелии в посевных площадях преобладают зерновые культуры, (доля достигает 50%), далее следуют кормовые (41%) и технические культуры (5,6%, в т.ч. 1,6% — хлопчатник и 0,95% — сахарная свекла). Картофель и овощебахчевые в посевах занимают 3,5%.
География размещения культур четко укладывается в рамки агроклиматического потенциала территории. Хлопчатник, как наиболее теплолюбивый, распространен лишь в самых нижних, принадлежащих Киргизии частях Ферганской котловины, да и то в последние годы он стал замещаться тоже довольно трудоемкой культурой
— табаком, который помимо южных областей выращивается и в долине Таласа.
Чуйская область специализируется на возделывании сахарной свеклы, и если к
1985 г. посевы фабричной свеклы были сведены на нет (остались только поля для получения семян), то с распадом СССР Киргизии пришлось вновь выращивать свеклу для получения сахара. Валовой сбор этой культуры в 1993 г. составил около 200 тыс. т.
Зерновые и кормовые культуры высеваются повсеместно, правда, урожайность существенно варьирует по области. тать отраслью специализации республики, так как почти вся продукций потребляется внутри страны.
В Северной и Южной Киргизии выращивается виноград. Помимо этого, многолетние насаждения представлены садами из семечковых (яблоки, груши) и косточковых (абрикосы, персики, вишни, сливы) культур.
Сложность экономического положения республики заставляет искать новые высокодоходные отрасли сельского хозяйства. К ним можно отнести семеноводство, особенно многолетних трав, и возрождение культуры опиумного мака.

ВНЕШНИЕ ОРИЕНТИРЫ СОВРЕМЕННОЙ КИРГИЗИИ

РОССИЯ

Несмотря на значительную удаленность, Россия остается крупнейшим экономическим и политическим партнером Киргизии — Москва — главный кредитор
Бишкека. К началу 1995 г. треть киргизского внешнего долга была долгом
России. Свыше половины (56%) импорта и более 22% экспорта Киргизии в пределах СНГ пришлось в 1994 г. на Россию’. Правда, это значительно меньше тех объемов взаимной торговли, которые существовали между двумя республиками в бытность их в составе СССР. В последние годы распад хозяйственных межреспубликанских связей, разделение финансовых систем и общий спад промышленного производства на всем пространстве СССР приводят к постепенной переориентации киргизской экономики на национальный и центрально-азиатский рынки.
Киргизия — один из наиболее лояльных к России политических партнеров по
СНГ. Первоначально провозгласив намерение стать нейтральным государством, она все-таки присоединилась к Ташкентскому договору о коллективной безопасности стран СНГ (1992 г.). На киргизской территории остались российские пограничные войско, которые контролируют ее границу с Китаем. В начале 1995 г. Киргизия согласилась с предложенной Россией концепцией совместной охраны внешних границ СНГ. Президент Аскар Акаев хотя и не выдвигает собственных инициатив по реинтеграции пост советских республик, почти без оговорок поддерживает все подобные инициативы казахского президента. Он был едва ли не единственным лидером в СНГ, который безоговорочно поддержал идею Нурсултана Назарбаева о создании Евразийского
Союза (ЕАС).
Прочности культурных связей с Россией способствует наличие в северной части
Киргизии и в ее столице многочисленной русской общины, в том числе потомков семиреченских казаков. Православные приходы Киргизии находятся под управлением Московской епархии Русской православной церкви. В советский период Киргизия стала местом ссылки не только для значительного числа жителей европейской части страны, но и для целых народов России: немцев
Поволжья, чеченцев, ингушей, калмыков и Других. Большинство из них вернулись в места постоянного жительства после 50-х гг., но в Киргизии сохранились довольно влиятельные национальные общины, имеющие самые тесные контакты со своей родиной. Несмотря на то, что в 1992-1994гг. из Киргизии наблюдался один из самых больших потоков мигрантов в Россию, проблема русско-киргизских отношений, и особенно казачества, здесь стоит не так остро, как в соседнем Казахстане. Из года в год предпринимаются меры по снижению темпов миграции из республики славянского населения, дающие определенные результаты3. Прежде всего это ряд шагов по защите социально- политического статуса русского населения, открытие в Бишкеке Славянского университета, гарантии по равноправному участию в приватизации государственной собственности. Но снижение роли русского населения в общественной жизни Киргизии уже, вероятно, приобрело необратимый характер.
В качестве иллюстрации этого можно привести итоги выборов в республиканский парламент и местные представительные органы власти в 1995 г. Среди народных избранников русских — единицы даже в тех районах, где они составляют значительную часть населения. Как в соседнем Казахстане, хотя и не так жестко, власти Киргизии препятствуют деятельности семиреченских казаков.

СРЕДНЯЯ АЗИЯ И КАЗАХСТАН
Теснейшее сотрудничество Киргизии со странами региона определяется особенностями ее экономического развития в рамках единого народно- хозяйственного комплекса Советского Союза. Природная разобщенность северных и южных районов Киргизии усугубляется разнонаправленной ориентацией их экономических связей. Северные районы представляют собой части единого экономического района, включающего приграничье Казахстана. Наиболее тесными эти связи являются в области транспорта и сельского хозяйства. В некоторой степени приграничные территории соседних республик сближает существующее до сих пор этнокультурное единство, связанное не только с близостью киргизской нации и казахской, но и с формированием в ныне приграничных районах первоначально семиреченского казачества, а в советские годы — русского переселенческого района. Примечательно, что две северные области Киргизии –
Чуйская и Таласская — составляют единое экономическое целое с долинами соответствующих рек но территории Казахстана, но непосредственно между собой почти не взаимодействуют, осуществляя связи через Казахстан.
Южные районы Киргизии — Ошская и Джалал-Абадская области — теснейшим образом взаимосвязаны с соседними областями Узбекистана. Это единство определяется принадлежностью наиболее экономически развитых и населенных частей южных киргизских областей к общему экономическому, историческому и этнокультурному пространству Ферганской долины. При этом, как и на севере, обе области крайне слабо связаны с остальной частью Киргизии, а относительно тесное взаимодействие между собой вынуждены осуществлять в значительной степени через Узбекистан. Крайние западные районы Ошской области аналогичным образом взаимодействуют с Ленинабадской (Ходжентской) областью Таджикистана.
Специфика транспортной системы Киргизии заключается в том, что крупномасштабный товарообмен с использованием железнодорожного транспорта между южными и северными районами может осуществляться лишь через три соседние республики — Казахстан, Узбекистан и Таджикистан. И раньше в
Киргизии внутригосударственные межрегиональные перевозки были невелики. С осложнением условий транзита через независимые государства с собственными финансовыми системами перевозки по направлению юг-север практически прекратились и две части Киргизии оказались ориентированы на разных внешних партнеров: север тесно связан с Казахстаном и Россией, в то время как юг — с Узбекистаном.
На второе место среди внешнеполитических партнеров Киргизии уверенно выходит Казахстан, в 1994 г. лишь незначительно уступивший России. На него пришлось 45% киргизского экспорта и 18% импорта со странами СНГ3. Значение
Казахстана в первую очередь определяется прохождением через него основных транспортных коммуникаций, связывающих Киргизию с внешним миром.
Тесные взаимные связи и трудноразделимость экономической инфраструктуры в приграничных районах обусловили создание Центральноазиатского экономического союза (ЦЭС), в который вошли Казахстан, Киргизия и
Узбекистан. Эта организация была заявлена и как экономическое, и как политическое объединение, но из-за расхождения лидеров стран во взглядах на реформирование остается пока недееспособной. Товарообмен в рамках ЦЭС составляет всего около 8,3% товарооборота «центрально-азиатской тройки» в рамках СНГ, или 5,5% их общего объема внешней торговли. Для Узбекистана и
Южного Казахстана имеет важное значение поставляемая из Киргизии электроэнергия; Киргизия полностью зависит от поставок природного газа из
Узбекистана и зерна из Казахстана. Существенную долю товарообмена между тремя республиками составляет промышленная продукция. Но особая важность и ценность существования ЦЭС заключается в том, что это благоприятно сказывается на ситуации в приграничных районах, на которые, кстати, и приходится большая часть взаимной торговли трех стран. Поэтому участники этого соглашения решили не создавать таможенных барьеров ни для товаров, ни для населения, упростить системы взаиморасчетов, начать формирование наднациональных координирующих структур.
Обострение в 1990 г. узбекс-ко-киргизских отношений из-за спора вокруг земельных участков в Ошской области привело к некоторому осложнению межреспубликанских отношений. Но решительные меры по обузданию наиболее непримиримых радикалов, предпринятые властями обоих государств, а также старательная демонстрация дружественности и уважительности на межгосударственном уровне способствовали временному затиханию опасного для всей Центральной Азии межнационального конфликта. Его особая острота для
Киргизии объясняется наличием в киргизской части Ферганской долины районов, населенных узбеками (узбеки составляют до трети населения юга Киргизии), теснейшим образом связанных с Узбекистаном. Так как и киргизы, и узбеки по праву считают плодороднейшие земли Ферганы своими (первые — потому, что они принадлежат киргизскому государству, а вторые — потому, что они испокон веку живут на них), перспективы окончательного урегулирования конфликта неясны. Узбекское население по-прежнему не получило адекватного представительства доже в местных органах власти, а киргизы продолжают постепенно заселять земли в Ферганской долине.
На отношениях между Киргизией и Узбекистаном заметно сказывается монополизация узбеками религиозной сферы коренного населения Средней Азии.
В силу того, что центр существовавшего в советское время Среднеазиатского духовного управлений мусульман и наиболее крупные духовные учебные заведения находились в Ташкенте, узбеки составляли большинство среди мусульманского духовенства всего региона. С развитием процесса суверенизации среднеазиатские лидеры начали избавляться от прямого узбекского влияния на религиозную жизнь их стран. В 1993 г. киргизский казиат был преобразован в самостоятельный муфтиям, созданы свои центры исламского образования.
Серьезные проблемы имеются во взаимоотношениях Киргизии с Таджикистаном. В
Ферганской долине на границе между Ленинабадской областью Таджикистана
(Исфаринский район) и Ошской областью Киргизии (Баткенский район) давно тлеет один из самых острых в Центральной Азии приграничных конфликтов, уже не раз перераставший в кровавые столкновения. Таджики настаивают на передаче им некоторых формально киргизских территорий, составляющих хозяйственное целое с прилегающими районами Таджикистана. Из-за наличия территориальной проблемы две страны до сих пор не могут подписать полномасштабный межгосударственный договор.
Другой характер имеют взаимоотношения Киргизии с памирской частью
Таджикистана. Здесь имеются районы компактного проживания киргизов. Горный
Бадахшан полностью зависит от снабжения по дороге Ош-Хорог, называемой
«дорогой жизни». Бадахшан никогда не обеспечивал себя ни промышленными товарами, ни даже основными видами продовольствия. Его снабжением занималась крупная товарно-транспортная база, аналогичная тем, что создавались для сезонного завоза товаров в отдаленные районы севера. Именно дорога от киргизского Оша (Памирский тракт) была основной магистралью, связывающей Памир с внешним миром *. В результате гражданской войны, когда
Бадахшан как один из участников конфликта на стороне таджикской «исламо- демократической оппозиции» оказался вне влияния Душанбе, дорога, соединяющая Памир с остальной частью Таджикистана, было окончательно перерезана — Тесное экономическое взаимодействие и этническое единство приграничных территорий (но главным образом природные условия) не позволяют
Киргизии полностью перекрыть свою южную границу.
Положение усугубляется тем, что в приграничных районах Таджикистана нет твердой государственной власти. Там правят полевые командиры местных отрядов самообороны, или «исламо-демократической оппозиции». Глубокий экономический кризис, связанный с распадом связей, существовавших в СССР, а также с гражданской войной в Таджикистане, привел к тому, что основной статьей дохода, средством выживания жителей региона стало производство наркотиков. Горно-Бадахша некая автономная область Таджикистана стала одним из крупнейших производителей наркосодержащего сырья, через нее пролегли важные маршруты транзита наркотиков из Афганистана и Пакистана. Попытки
Бишкека бороться с »тим злом с помощью усиленных постов на пересекающих границу дорогах пока недостаточно эффективны. Все это объясняет заинтересованность Бишкека в урегулировании таджикского конфликта.
Киргизский батальон принимает участие в охране таджикско-афганской границы в рамках Коалиционных миротворческих сил СНГ. В Киргизию с началом активных боевых действий в Таджикистане летом 1992 году перебралось несколько десятков тысяч беженцев. Но в самой Киргизии остались лишь граждане
Таджикистана киргизской национальности. Беженцы-таджики Киргизии и задерживались, перебираясь в другие страны СНГ или в Афганистан.

КИТАЙ
В 1994 г. Киргизия и Китай в основном урегулировали все пограничные проблемы, доставшиеся им еще от СССР. Экономические контакты с Китаем практически полностью ограничиваются Синьцзян-Уйгурским автономным районом
(СУАР). Но весьма перспективной для Киргизии может быть реализация планов строительства нескольких линий электропередачи, которые позволяли бы продавать электроэнергию киргизских ГЭС в Китай и даже Пакистан. Как и соседний Казахстан, Киргизию сближает с Китаем наличие в Синьцзяне весьма значительной киргизской общины5. Из-за физико-географических особенностей пограничных районов приграничная торговля между Киргизией и Китаем не по’ лучила такого широкого размаха, как в Казахстане. Но, если судить по относительным показателям, ее значение для Киргизии даже более существенно, чем для Казахстана. На Китай приходится свыше половины экспорта Киргизии в страны, не входящие в СНГ. Основными статьями являются черные металлы и изделия из них (около 60%), а также грузовые и легковые автомобили (около
25%). Импорт из Китая составляет около 15% от ввоза из стран вне СНГ, при этом основными его статьями являются продукты питания и изделия легкой промышленности. С начала 90-х гг. возобновилось движение через существовавший в 50-60-е гг. автомобильный переход в Торугортс. Имеются планы реконструкции всех автомагистралей, соединяющих Киргизию с Китаем, а через него и с Южной Азией.
Проблемы в киргизско-китайских отношениях практически те же, что и в отношениях Китая с Казахстаном. Китайцы опасаются негативного влияния на
СУАР опыта строительства по соседству независимых тюркских исламских государств. Киргизов очень беспокоит усиливающаяся законная и незаконная миграция в их страну китайцев. По некоторым данным, в пограничной Нарынской области они уже составляют едва ли не половину населения. Политические контакты Бишкека и Пекина весьма интенсивны, но не приобрели пока дружественного характера. Киргизию беспокоит продолжение Китаем ядерных взрывов на полигоне Лобнор. Китайцы же недовольны, хотя и неофициальной, но абсолютно свободной деятельностью в Киргизии уйгурских и других восточно- туркестанских организаций, выступающих за создание на территории Синъцзяна независимого Уйгурстана. Так как полигон Лобнор находится в СУАР, восточно- туркестанские активисты тесно взаимодействуют с антиядерными и экологическими движениями Киргизии.
Весьма перспективно развитие в Киргизии туризма и превращение киргизского
Принес ыккулья в крупнейший среднеазиатский курорт. Вполне вероятным представляется привлечение на Иссык-Куль туристов из соседнего Синьцзяна.

ТУРЦИЯ
Даже в первые годы независимости власти Киргизии не возлагали особенно больших надежд на помощь «старшего брата» по тюркскому миру — Турции. Тем не менее в течение какого-то периода двусторонние отношения развивались достаточно динамично, достигнув наибольшего расцвета в области культуры и образования. В Киргизию стали транслироваться передачи турецкого телевидения и радио, открылись лицеи с усиленным преподаванием турецкого языка, в Турцию направились сотни киргизских юношей и девушек для получения образования. Но географическая удаленность и крайне ограниченные инвестиционные возможности Турции не позволили ей завоевать рынок Киргизии, товарооборот не превышает 10 млн. долл., что составляет 5% внешней торговли
Киргизии со странами, не входящими в СНГ. Потеряли былую интенсивность и политические контакты.

ДРУГИЕ СТРАНЫ АЗИИ
Киргизия входит в Организацию экономического сотрудничества (ОЭС) вместе со всеми центрально-азиатскими странами СНГ, Азербайджаном, Афганистаном,
Ираном, Пакистаном и Турцией. И хотя в рамках этой организации находится третий по значению экономический партнер Киргизии в Азии за пределами СНГ —
Афганистан, взаимный товарооборот между странами ОЭС настолько мал, что не позволяет говорить о возможной скорой переориентации Киргизии на юг. Тем не менее страны ОЭС заняты весьма перспективным развитием инфраструктуры между собой, и у Киргизии появятся новые возможности и выходы на внешний рынок после завершения реконструкции автомобильных дорог из Киргизии в Китай, а через него — к пакистанскими портам на Аравийском море. Имеется проект строительства линий электропередачи из Киргизии в Пакистан, но его воплощение – дело скорее всего не этого десятилетия. Некоторые перспективы сотрудничеству Киргизии со странами ОЭС даст завершение сооружения участка
Теджен – Мешхед на будущей Трансазиатской железной дороге от Китая до
Турции.

ИСЛАМСКИЙ МИР
Из всех новых исламских стран — бывших республик СССР Киргизия, пожалуй, в наименьшей степени в своей внутренней и внешней политике оглядывается, но принадлежность своей страны к мусульманскому миру. Ее членство во всех исламских организациях направлено преимущественно на получение кредитов и помощи, например от Исламского банка. Особенно примечательно заявление
Аскара Акаева, сделанное им в 1993 г. в ходе одного из первых официальных визитов за рубеж — в Израиль. Мало того, что он оказался вторым лидером мусульманской страны, посетившим Иерусалим (после египетского президента
Анвара Садата), он еще выразил намерение открыть там посольство. Многие исламские страны выражали обеспокоенность активностью в Киргизии католических миссионеров и сторонников Других западных религиозных течений, а также проникающего сюда из Европы буддизма. Тем не менее и в Киргизии наблюдается рост исламизации коренного населения, выразившийся в лавинообразном увеличении числа мечетей (с 39 в 1990 г. до более чем тысячи в 1994 г.). Духовенство лояльно властям, и в Киргизии практически полностью отсутствует мусульманская фундаменталистская оппозиция. В распространение ислама среди киргизов и других мусульманских народов страны наибольший вклад вносят арабские страны Персидского залива. Но само использование этой помощи (и идеологической, и финансовой) проходит под полным контролем государства.

ЗАПАД
Из всех стран Средней Азии Киргизию можно назвать первым и наиболее исполнительным клиентом Всемирного банка и Международного валютного фонда, под контролем которых в Киргизии была введена национальная валюта, произошла макроэкономическая стабилизация, улучшились внешнеэкономические показатели, начала осуществляться программа структурной перестройки экономики.
Из всех стран Запада особые отношения у Киргизии складываются со
Швейцарией. Возможно, они развиваются на каком-то чисто внешнем сходстве географического положения. Так или иначе, но Швейцария в 1992 г. внесла за
Киргизию вступительный взнос в Международный валютный фонд. Она же приняла у себя золотой запас Киргизии. Швейцария наряду с США и Японией стала главным спонсором проводимых в Киргизии экономических реформ, оказала большую поддержку в становлении ее • национальной денежной единицы — сома.
Не последнее место в межгосударственных контактах Киргизии занимает
Германия. В значительной степени этому способствовало установление довольно тесных контактов между двумя странами еще во времена существования СССР, так как в Киргизии была весьма многочисленная немецкая община (около 100 тыс. человек).
Но важнейшим экономическим партнером Киргизии в Европе является
Великобритания, на которую приходится около четверти киргизского экспорта в страны дальнего зарубежья. Основная статья экспорта — сурьма (около 30%).
Неизменно ведущее место по импорту в Киргизию среди стран дальнего зарубежья занимают США. В 1994 г. на второе место вышла Куба, обогнав Китай благодаря поставкам на киргизский рынок сахара.

Примечания
1. Это 38% общего импорта и 15% общего экспорта Киргизии.
2. Если в 1992 году из Киргизии в Россию прибыло более 100 тыс. человек, то в 1994-м — около 60 тыс.
3. Что соответствует почти 30% общего экспорта и 12% общего импорта

Киргизии.
4. Дорога на Душанбе была закрыта значительную часть года, а в остальное время труднопроходима и опасна.
5. В СУАР проживают до 150 тыс. киргизов.
ПРИЛОЖЕНИЕ

Таблица №1.

Численность населения по областям и горкенешу (горсовету) Бишкек

|Год |Все население, |В том числе |Доля городского|
| |тыс. чел. | |населения, % |
| | |городское |сельское | |
|Киргизия (199,9 тыс. кв. км) |
|1990 |4367.6 |1663,8 |2703,4 |38,1 |
|1995 |4476,4 |1567,9 |1908,5 |35,0 |
|Джопап-Абадская область (33,7 тыс. кв. км) |
|1990 |766,6 |228,2 |538,4 |29,8 |
|1995 |826,8 |221,7 |605,1 |26,8 |
|Иссык-Кулъская область (43,1 тыс. кв. км) |
|1990 |418.1 |135,0 |283,1 |32,3 |
|1995 |425.3 |134,9 |290,4 |31,7 |
|Нарынская область (45,2 тыс. кв. км) |
|1990 |257,9 |52,8 |205.1 |20,5 |
|1995 |264.2 |56,4 |207,8 |21,3 |
|Ошская область (46,2 тыс. кв. км) |
|1990 |1295,0 |359,6 |935,4 |27,8 25,2 |
|1995 |1415,5 |357,1 |1058.4 | |
|Таласская область (1 1,4 тыс. кв. км) |
|1990 |197.4 |32,3 |165.1 |16,4 |
|1995 |204.6 |31.3 |173.3 |15,3 |
|Чуйская область (20,3 тыс. кв. км’) |
|1990 |797,6 |224,7 |572.9 |28,2 |
|1995 |747,9 |177,5 |570.4 |23,7 |
|Горкеиеш Бишкек |
|1990 |634.6 |631.2 |3.4 |99,5 |
|1995 |592.1 |589,0 |3.1 |99,5 |
|* Включая горкенеш Бишкек |

Таблица №2.

Среднегодовые темпы прироста населения, %

|Год |Все |В том числе |
| |население |городское |сельское |
|1990 |1.3 |1.2 |1.3 |
|1991 |1.4 |0.8 |1.8 |
|1992 |0.4 |-1.1 |1.3 |
|1993 |-0.9 |-5.4 |1.8 |
|1995 |0.3 |-1.3 |1.2 |

Таблица №3.

Численность учащихся и студентов по областям и г. Бишкеку

(1994-1995 учебный год, тыс. человек)

| |В |В средних |В высших |
| |общеобразовательных |специальных |учебных |
| |школах |учебных заведениях|заведениях |
|Киргизия |952.9 |32.7 |55.2 |
|Джалал-Абадская |188.9 |3.9 |4.9 |
|обл. | | | |
|Иссык-Кульская обл.|89.6 |1.9 |2.3 |
|Нарынская обл. |65.4 |1.2 |- |
|Ошская обл. |336.5 |7.1 |9.8 |
|Таласская обл. |49.2 |1.0 |- |
|Чуйская обл. |142.4 |4.4 |0.5 |
|Г. Бишкек |80.9 |13.2 |37.7 |

Таблица №4.

Высшие учебные заведения

| |1990/91 |1991/92 |1992/93 |1993/94 |1994/95 |
|Число высших учебных |9 |12 |13 |21 |23 |
|заведений | | | | | |
|В них студентов, тыс. |58.8 |58.0 |53.6 |52.3 |55.2 |
|чел. | | | | | |
|Из общей численности | | | | | |
|студентов обучалось на | | | | | |
|отделениях: | | | | | |
|Дневных |40.8 |40.5 |38.4 |38.4 |39.9 |
|Вечерних |3.7 |3.2 |2.9 |2.7 |2.0 |
|Заочных |14.3 |14.3 |12.3 |11.2 |13.3 |
|Из общей численности |51.2 |53.6 |53.5 |54.4 |51.9 |
|студентов – женщин, % | | | | | |
|На 100 человек населения |134 |130 |119 |116 |123 |
|приходится студентов | | | | | |

Таблица №5.

Производство важнейших видов промышленной продукции

|Год | | |
|Вид продукции |1990 |1994 |
|Электроэнергия, млн. кВт • ч |13 370 |12 814 |
|Нефть (включая газовый конденсат), тыс. тн |155,0 |88,2 |
|Газ природный, млн. м3 |96,0 |39,0 |
|Уголь, тыс. тн |3742 |848 |
|Крупные электромашины, шт. |1263 |36 |
|Электродвигатели переменного тока: | | |
|тыс. шт. |245 |60 |
|тыс. кВт |541 |185 |
|Низковольтная электрическая аппаратура, | | |
|тыс. сом.* |216,5 |5223,8 |
|Осветительные электролампы, млн. шт. |319,8 |83.6 |
|Металлорежущие станки, шт. |1342 |69 |
|в том числе с числовым программным управлением, шт.|38 | |
|Кузнечно-прессовые машины, шт. |317 | |
|Кабельные изделия по весу меди, тыс. шт. |23,5 |1,0 |
|Автоматические и полуавтоматические пинии для |43 |5 |
|машиностроения и металлообработки, комплектов | | |
|Электрические тали, тыс. шт. |10,5 |1,3 |
|Машины и оборудование для животноводства и |295,0 |12563,2 |
|кормопроизводства, тыс. сом* | | |
|Пресс-подборщики, тыс. шт. |23,4 |0,7 |
|Приборы, средства автоматизации и запасные части к |190,0 |12749.5 |
|ним — всего, тыс. сом* | | |
|Центробежные насосы, тыс. шт. |48,5 |25,2 |
|Грузовые автомобили, тыс. шт. |24,3 |0,2 |
|Цемент, тыс. тн |1387,3 |426,1 |
|Строительная известь, тыс. тн |85,5 |8,8 |
|Сборные железобетонные конструкции и изделия, тыс. |1251,7 |68,5 |
|м | | |
|Стеновые материалы, млн. и шт. условного кирпича |819 |96 |
|Асбестоцементные листы (шифер), млн. условных |177,6 |135,5 |
|плиток | | |
|Оконное стекло, млн. м2 |1,0 |3.7 |

Таблица №6.

Индексы объема промышленного производства

| |1990 = 100 |
| |1992 |1993 |1994 |
|Джалал-Абадская область |88 |78 |78 |
|Иссык-Купьская область |65 |44 |26 |
|Нарынская область |85 |59 |42 |
|Ошская область |83 |67 |50 |
|Таласская область |53 |31 |18 |
|Чуйская область |63 |49 |34 |
|г. Бишкек |75 |50 |25 |

Таблица №7.

Внешняя торговля 1994 г.

(в текущих ценах, млн. сомов)

| |Экспорт |Импорт* |Сальдо |
|Всего |3704,7 |3408.Э |+296,2 |
|Государства ближнего |2427,9 |2241,6 |+186.3 |
|зарубежья | | | |
|Азербайджан |17,6 |6,8 |+11,0 |
|Армения |1,1 |0.1 |+1,0 |
|Белоруссия |40,9 |27,5 |+13,4 |
|Грузия |2,0 |2,6 |-0.6 |
|Казахстан |1040,7 |628,4 |+412,3 |
|Молдавия |5.2 |0,7 |+4,5 |
|Россия |632,0 |746,0 |-114,0 |
|Таджикистан |32,9 |4,4 |+21,5 |
|• Туркмения |81,6 |107,8 |-26,2 |
|Узбекистан |476.3 |678.1 |-201.8 |
|Украина |97,4 |32,2 |+65,2 |
|Государства дальнего |1276,8 |1166,9 |+109,9 |
|зарубежья | | | |
|Китай |614.7 |117.6 |+497,1 |
|Куба |- |124.0 |-124.0 |
|Великобритания |317.4 |11.0 |+306,4 |
|США |6,5 |382,8 |-376,3 |
|Турция |43,3 |156,4 |-113,1 |
|Южная Корея |5,3 |37,4 |-32.1 |
|Германия |69.8 |73,2 |-3.4 |
|* Включая гуманитарную помощь. |

Содержание

Введение

1. Экономическая природа и сущность кредитных денег

2. Основные виды кредитных денег

3. Кредитные орудия обращения

Заключение

Список используемой литературы

Введение

В современных условиях деньги являются неотъемлемым атрибутом хозяйственной жизни и один из наиболее важных элементов любой экономической системы. Если денежная система работает хорошо и слаженно, это положительно влияет на все стадии процесса воспроизводства, кругооборот доходов и расходов, способствует полному использованию имеющихся производственных мощностей и трудовых ресурсов. И наоборот, если функционирующая денежная система работает плохо, с перебоями, то это может стать главной причиной резких колебаний уровня производства, занятости, роста цен и снижения доходов населения. В условиях развитого товарного хозяйства деньги в функции средства платежа объединяют многих товаропроизводителей. В связи с этим разрыв одного звена в цепи платежей ведет к развитию кризисных явлений и массовому банкротству товаровладельцев. Чтобы смягчить данные негативные явления, вводится система предуведомленных платежей, основанная на автоматическом зачислении на счет клиента заработной платы, пенсий и других денежных выплат, на списании средств для оплаты коммунальных расходов, квартирной платы и различных взносов. В результате применения системы предуведомленных платежей сокращается использование наличных денег. Так, заработную плату наличными деньгами получают в Англии только 10% трудящихся, во Франции – менее 10%, в ФРГ и Канаде – 5%, а в США – 1%.

Ускорению платежей, сокращению издержек обращения и повышению рентабельности предприятий способствует введение в платежный оборот электронных денег. Они особенно быстрыми темпами внедрялись в механизм платежных отношений США, где в 70-х гг. XX в. Конгресс санкционировал создание Национальной комиссии по системе переводов денежных средств. Федеральная резервная система вместе с Казначейством разработала и внедрила данную систему на общенациональном уровне. Была модернизирована коммуникационная сеть для межбанковских переводов – вместо разрозненных каналов функционирует единая сеть, состоящая из 14 связанных между собой коммуникационных процессов и охватывающая все депозитные учреждения США. Основными элементами указанной системы являются автоматизированные расчетные палаты, система автоматизированного кассира и система терминалов, установленных в пунктах покупки. На базе электронных денег возникли кредитные карточки, которые способствуют сокращению платежей наличными деньгами, служат средством расчетов, замещающим наличные деньги и чеки, а также инструментом кредита, позволяющим владельцу получить краткосрочную ссуду деньгами или в форме отсрочки платежа.

Актуальность данной темы не вызывает сомнений – в связи с отменой золотых паритетов, развитием электронной коммерции и возросшей потребностью в снижении трансакционных издержек возникла необходимость в создании принципиально новых электронных платежных документов, которые можно было бы использовать как в рамках традиционной экономики, так и интернет-коммерции.

Цель данной контрольной работы – рассмотреть сущность и функции кредитных денег, оценить роль электронных денег как нового инструмента организации безналичных расчетов, проанализировать особенности российского рынка. Для достижения поставленной цели были сформулированы следующие задачи:

1. Охарактеризовать сущность денег, тенденции развития современной денежной системы, функции и роль денег в рыночной экономике.

2. Рассмотреть основные типы денег: бумажные и кредитные.

3. Проанализировать роль электронных денег в системе платежей и организацию расчетов с помощью пластиковых карт.

При выполнении курсовой работы использовалась литература отечественных и зарубежных экономистов-теоретиков, учебники и учебные пособия, монографии, статистические данные.

1. Экономическая природа и сущность кредитных денег

Как историческая категория деньги являются продуктом цивилизации. Они возникают с появлением товарообмена как его производная. Роль денег сводится к функциям посредника обмена между разными товарами, т.е. исторически деньги – это товар особого рода, товар – посредник обмена, товар – знак стоимости.

В России единая система денег была создана в период регентства матери Ивана Грозного Елены Глинской (1534–1538). В основу ее был положен рубль (68 г. серебра), состоявший из 100 копеек (масса – 0,68 г. серебра). Одна копейка равнялась двум деньгам по 0,34 г. серебра или четырем полушкам по 0,17 г. серебра. Первый же в России рубль появился в XII в. Название «рубль» произошло от названия «рублевая гривенка». Предполагают, что рублевая гривенка изготавливалась так: отливался узкий длинный слиток серебра, который затем зубилом рубился на части (гривны). Эти гривны называли рублевыми, или просто рублями.

Деньги бывают разных видов. Монеты – это металлические деньги. Монеты могут изготавливаться также из драгоценных металлов. Монеты из драгоценных металлов являются законным средством платежа. Они обычно выпускаются как памятные (юбилейные) монеты и имеют, помимо номинальной, рыночную стоимость. Они выпускаются для нумизматов и для торговли на бирже драгоценных металлов.

Банкноты делаются из бумаги и представляют собой банковские билеты, выпускаемые центральным банком государства. По существу банкноты являются векселем государственного банка. Теоретически банкноты должны быть обеспечены драгоценными металлами и другими активами государственного банка. Банкноты не обмениваются на золото и по экономической природе не отличаются от казначейских билетов. Бумажные банкноты появились впервые в Китае в 100 г., а в России – в 1769 г. при Екатерине II под названием ассигнация (от лат. assignatio – назначение). Эти банкноты просуществовали до реформы 1849 г., когда был введен серебряный монометаллизм.

Денежные суррогаты, или заменители денег, – это коммерческие ценные бумаги, предназначенные для совершения платежей и различных имущественных сделок. Это чеки (расчетные, дорожные, еврочеки), векселя, закладные, залоговые свидетельства, сертификаты банков, а также банковские карты. Банковская карта – это средство для составления расчетных и иных документов, подлежащих оплате за счет клиента. Банковская карта бывает расчетной и кредитной. Расчетная предназначена для оплаты товаров и услуг, кредитная – для получения кредита в банке.

Электронные деньги означают перевод денег со счета на счет, начисление процентов и другие операции посредством передачи электронных сигналов без участия бумажных носителей денег. Пользование электронными деньгами производится с помощью электронного кошелька. Электронный кошелек – это любая пластиковая карта или функция карты, содержащая реальную ценность в форме электронных денег, которые владелец карты заплатил заранее. Снятие наличных денег может быть произведено через банкомат. Банкомат – это автоматическая кассовая машина, выдающая наличные деньги, предоставляющая информацию или услуги клиенту, имеющему пластиковую карту.

В последние десятилетия в мировой экономике прослеживаются общие тенденции развития денежной системы:

– из денежного оборота в качестве платежного средства полностью вытеснено золото (золотые деньги). Иными словами, завершился процесс демонетизации золота. В настоящее время ни в одной стране мира нет в обращении золота в качестве платежного средства;

– из денежного оборота вытесняются бумажные деньги. Все большую роль в денежном обороте многих стран начинают играть так называемые квазиденьги: чеки, векселя, кредитные карточки, банковские счета и др.;

– с дальнейшим усилением интернационализации хозяйственной жизни, развитием компьютеризации национальные деньги все более вытесняются из денежного оборота коллективными валютами (ЭКЮ, евро);

– в денежном обороте все большая роль отводится электронным деньгам. Они имеют большие преимущества. Во-первых, это ведет к огромной экономии ресурсов (исключаются печатание денег, их защита, транспортировка и т.д.). Во-вторых, введение электронных денег позволит осуществить тотальный контроль за всеми денежными операциями, отслеживая и предотвращая уклонение от налогов, факты взяточничества и т.д.

Исторически первым видом кредитных денег являлся вексель как первое долговое обязательство, дающее право владельцу право по истечении срока требовать от должника уплаты указанной денежной суммы. Вексель также мог передаваться другому лицу, таким образом он принимает некоторые черты денег, не выполняя роль всеобщего эквивалента. К концу 14 века возникла банкнота как разновидность кредитных денег. В условиях золотого монометаллизма банкнота есть ничто иное, как вексель на банкира. Эмиссия (выпуск) банкнот вначале осуществлялся любым банком, но постепенно роль эмитента берет на себя государство. В 16–17 веках появляются безналичные расчеты. Появляется и новая форма кредитных денег – чек как письменный приказ владельца счета банку выплатить или перевести владельцу чека определенную сумму денег. Сегодня на практике товары идеально приравниваются не к золоту, а к кредитно-бумажным деньгам, связь которых с золотом разорвана, поскольку прекращен их свободный размен на драгоценный металл.

Кредитно-бумажные деньги теперь выполняют роль золота, выступая всеобщим эквивалентом. В то же время использование знаков стоимости в качестве денег придает им некоторые товарные черты: они покупаются и продаются, обмениваются на товар, но деньги лишены главного свойства товара – собственной стоимости. Кредитно-бумажные деньги выполняют роль измерителя стоимости. Золото, в свою очередь, осталось общепринятым материальным носителем стоимости. Отрыв денег от золота – признание того факта, что деньги есть всегда есть какая-то особая вещь. Соответственно степени развития общества носителем отношений между людьми на рынке товаров может быть золото или бумажный документ, код на кредитной карточке. Итак, с учетом всего вышеизложенного можно дать следующее определение денег: это особый товар или иной общепризнанный материальный носитель, выполняющий роль всеобщего эквивалента в процессе обмена товаров на рынке.

Расширение в практике хозяйствования применения коммерческого и банковского кредита в условиях, когда товарные отношения приобрели всеобъемлющий характер, привело к тому, что всеобщим товаром становятся кредитные деньги, которые по своим функциям, сфере (границам) обращения, гарантиям и т.д. отличаются от обычных денег и управляются совершенно другими правилами. Кредитные деньги присущи более развитой, высшей сфере общественно-экономического процесса. Они возникают тогда, когда капитал овладевает самим производством и придает ему совершенно другую, чем раньше, измененную и специфическую форму.

По мере развития обращения денежная форма платежа становится все более мимолетной. Одновременно товары все в большей степени получают общественное признание не столько через деньги, сколько непосредственно в процессе производства. В связи с этим кредитные деньги вырастают не из обращения, как товар – деньги в докапиталистической формации, а из производства, из кругооборота капитала. Денежный капитал, следовательно, выступает в форме кредитных денег.

Особенность кредитных денег состоит в том, что их выпуск в обращение увязывается с действительными потребностями оборота. Это значит, что кредитные операции осуществляются в связи с реальными процессами производства и реализации продукции. Ссуда выдается, как правило, под обеспечение, которым служат определенные виды запасов. Погашение ссуд происходит при снижении остатков ценностей. Это позволяет увязывать объем платежных средств, предоставляемых заемщикам, с действительной потребностью оборота в деньгах. Эта особенность и представляет собой наиболее важное преимущество кредитных денег.

Самое существенное различие между кредитными деньгами (банкнотами) и бумажными денежными знаками состоит в особенностях их выпуска в обращение. Если банкноты выпускаются в обращение в связи с кредитными операциями, выполняющимися в увязке с реальными процессами производства и реализации продукции, то бумажные деньги поступают в оборот без такой увязки.

Быстрое развитие чекового оборота, увеличение операций по инкассации чеков привели к значительному росту издержек на их обработку. Позднее, благодаря внедрению в банковскую сферу достижений научно-технического прогресса, обработка чеков и ведение текущих счетов стали возможны на базе использования ЭВМ. Расширение практики безналичных денежных расчетов, механизация и автоматизация банковских операций, переход к широкому использованию более совершенных поколений ЭВМ обусловили возникновение новых методов погашения или передачи долга с применением электронных денег.

В рыночной экономике непреложным законом является то, что деньги должны находиться в постоянном обороте, совершать непрерывное обращение. Временно свободные денежные средства должны незамедлительно поступать на рынок ссудных капиталов, аккумулироваться в кредитно-финансовых учреждениях, а затем эффективно пускаться в дело, размещаться в тех отраслях экономики, где есть потребность в дополнительных капиталовложениях. Кредит представляет собой движение ссудного капитала, осуществляемое на началах срочности, возвратности и платности. Хотя эта экономическая категория зародилась еще в рабовладельческом обществе, когда деньги предоставлялись в долг ростовщиками, она получила наибольшее развитие в буржуазном обществе, опираясь на ресурсы ссудного капитала. Кредит выполняет важные функции в рыночной экономике.

Во-первых, исторически кредит позволил существенно раздвинуть рамки общественного производства по сравнению с теми, которые устанавливались наличным количеством имеющегося в той или иной стране денежного золота. Во-вторых, кредит выполняет перераспределительную функцию. Благодаря ему частные сбережения, прибыли предприятий, доходы государства превращаются в ссудный капитал и направляются в прибыльные сферы народного хозяйства. Например, в США крупнейшим источником сбережений являются частные лица. В 1999 г. в этом секторе экономики США чистые сбережения составили 198 млрд. долл. Большая часть этих средств была использована для покупки государственных ценных бумаг, выпущенных в целях покрытия государственного долга. В-третьих, кредит содействует экономии издержек обращения. В процессе его развития появляются разнообразные средства использования банковских счетов и вкладов (кредитные карточки, различные виды счетов, депозитные сертификаты), происходит опережающий рост безналичного оборота, ускорение движения денежных потоков. В-четвертых, кредит выполняет функцию ускорения концентрации и централизации капитала. Кредит активно используется в конкурентной борьбе, содействует процессу поглощений и слияний фирм. Одни предприниматели, добившиеся предоставления им кредитов на льготных условиях, получают возможность быстрого роста капитала, другие могут воспользоваться кредитом лишь на ухудшившихся условиях и проигрывают в конкурентной борьбе.

В мире существуют различные системы денежного обращения, которые сложились исторически и закреплены законодательно государством. К важнейшим компонентам денежной системы относятся:

1) национальная денежная единица, выражающая цены товаров и услуг;

2) система кредитных и бумажных денег, различных монет, которые являются законными платежными средствами, в наличном обороте;

3) система эмиссии денег, т.е. законодательно закрепленный порядок выпуска денег в обращение;

4) государственные органы, регулирующие денежное обращение.

В зависимости от вида обращаемых денег можно выделить два основных типа систем денежного обращения:

1) системы обращения металлических денег, когда в обращении находятся полноценные золотые и (или) серебряные монеты, которые выполняют все функции денег, а кредитные деньги могут свободно обмениваться на денежный металл (в монетах или слитках);

2) системы обращения кредитных или бумажных денег, которые не могут быть обменяны на золото, а само золото вытеснено из обращения.

Выпуск как бумажных, так и кредитных денег оказался в современных условиях монополизирован государством. Центральный банк, находящийся в собственности государства, иногда пытается компенсировать нехватку денежных накоплений путем увеличения денежной массы, эмиссии избыточных знаков стоимости. Денежная масса – это совокупность наличных и безналичных покупательных и платежных средств, обеспечивающих обращение товаров и услуг в народном хозяйстве, которым располагают частные лица, институциональные собственники и государство. В структуре денежной массы выделяется активная часть, к которой относятся денежные средства, реально обслуживающие хозяйственный оборот, и пассивная часть, включающая денежные накопления, остатки на счетах, которые потенциально могут служить расчетными средствами.

Денежный оборот – это движение денег в наличной и безналичной формах, обслуживающее реализацию товаров, а так же нетоварные платежи и расчеты в хозяйстве. Соответственно в его рамках различают налично-денежное обращение и движение денег в безналичной форме.

Налично-денежное обращение представляет собой движение наличных денег в виде банкнот, разменных монет и бумажных денег (казначейских билетов). Безналичный оборот – движение средств на счетах клиентов. Формы безналичных расчетов могут быть самыми разнообразными. Они зависят от исторических и экономических особенностей отдельных стран, специфики кредитной системы, степени развития электронных средств связи, компьютеризации банковского дела. Наиболее распространены чеки, аккредитивы, кредитные карточки, электронные переводы, векселя, сертификаты, а в России – также платёжные поручения и платёжные требования-поручения. Безналичное обращение доминирует, обусловливая всё большую дематериализацию денежного обращения. Причинами этого являются: сокращение издержек обращения; ускорение денежного оборота; удобство безналичных расчётов. Однако в некоторых сферах экономической жизни наличие денег сохраняет свою значимость.

Во-первых, в сделках, где одной из сторон является население. Например, в Российской Федерации очень незначительная часть населения пользуется безналичными расчетами, хотя для стран с развитой рыночной экономикой ситуация кардинально меняется (например в США заработную плату наличными получают не более 6% занятого населения). Во-вторых, в условиях кризисных потрясений большинство экономических агентов стремятся обладать наличностью. В-третьих, наличный денежный оборот трудно контролируем. Он может выступать средством уклонения от налогов и прочих незаконных действий. Между налично-денежным и безналичным обращением существует взаимосвязь: деньги постоянно переходят из одной в другую сферу денежного обращения. Очевидно, что именно наличность обеспечивает человеку удобство, связанное с тем, что необходимые для покупки средства лежат у него в кармане, и ему нет необходимости при каждой покупке ходить в банк. Хранение денег в виде наличности лишает человека возможности получать проценты по вкладу. Следовательно, надо взвесить преимущества и недостатки наличных денег и решить, сколько же наличных денег надо имеет на руках.

2. Основные виды кредитных денег

Кредитные деньги прошли следующую эволюцию: вексель, банкнота, чек, электронные деньги, кредитные карточки.

Вексель – письменное обязательство должника (простой вексель) или приказ кредитора должнику (переводный вексель – тратта) об уплате обозначенной на нем суммы через определенный срок. Простой и переводный векселя – это разновидности коммерческого векселя, т.е. долгового обязательства, возникающего на основе торговой сделки. Существуют также финансовые векселя, т.е. долговые обязательства, возникшие из предоставления в долг определенной суммы денег. Их разновидностью являются казначейские векселя. Последний представляет собой краткосрочную правительственную ценную бумагу, срок действия которой не превышает одного года (обычно составляет 3–6 месяцев). Должником здесь выступает государство. Дружеские векселя – безденежные, не связанные с реальной коммерческой сделкой векселя, которые выписываются контрагентами друг на друга с целью получения денег путем учета таких векселей в банках.

Характерными особенностями векселя являются:

а) абстрактность (на векселе не указан конкретный вид сделки);

б) бесспорность (обязательная оплата долга вплоть до принятия принудительных мер после составления нотариусом акта о протесте);

в) обращаемость (передача векселя как платежного средства другом лицам с передаточной надписью на его обороте (жиро или индоссамент), что создает возможность взаимного зачета вексельных обязательств).

Банкнота – это долговое обязательство банка. В настоящее время банкнота выпускается центральным банком путем переучета векселей, кредитования различных кредитных организаций и государства.

Выпуск в обращение банкнот – этого вида кредитных денег – производят обычно банки при выполнении кредитных операций, осуществляемых в связи с различными хозяйственными процессами. Их изъятие из оборота производят на основе кредитных операций, выполняемых в связи с хозяйственными процессами, а не при осуществлении расходов и получении доходов государством.

С созданием коммерческих банков и сосредоточением свободных денежных средств на текущих счетах появилось такое кредитное орудие обращения, как чек. Чек – это разновидность переводного векселя, который вкладчик выписывает на коммерческий или центральный банк.

Именно на основе чеков возникла система безналичных расчетов, при которой основная часть взаимных претензий погашается без участия наличных денег. Чек представляет собой письменный приказ владельца текущего счета банку о выплате определенной суммы денег чекодержателю или о перечислении ее на другой текущий счет. Чеки впервые появились в Англии в 1683 г. Право приказа, содержащегося в чеке, и обязанность его выполнить основываются на чековом договоре между банком и клиентом, в соответствии с которым клиенту разрешается использовать как собственные, так и заемные средства. Банк оплачивает выставленные чеки наличными либо путем перечисления средств со счета чекодателя в этом или другом банковском учреждении. Чек как инструмент краткосрочного действия не имеет статуса платежного средства, и в отличие от эмиссии денег количество чеков в обращении не регулируется законодательством, а целиком определяется потребностями коммерческого оборота.

Поэтому расчет чеками носит условный характер: выставление должником чека еще не погашает его обязательство перед кредитором – оно погашается только в момент оплаты чека банком.

Таким образом, экономическая сущность чека состоит в том, что он служит средством получения наличных денег в банке, выступает средством обращения и платежа и, наконец, является орудием безналичных расчетов.

Электронные деньги – это деньги на счетах компьютерной памяти банков, распоряжение которыми осуществляется с помощью специального электронного устройства. Распространение системы платежей на электронной основе знаменует собой переход на качественно новую ступень эволюции денежного обращения. На основе распространения ЭВМ в банковском деле появилась возможность замены чеков пластиковыми карточками. Пластиковые карточки представляют собой средство расчетов, замещающее наличные деньги и чеки, а также позволяющее владельцу получить в банке краткосрочную ссуду. Наибольшее применение пластиковые карточки получили в розничной торговле и сфере услуг.

Первое теоретическое упоминание об использовании карт как платежного средства появилось в Англии и относится к концу прошлого века. Идею кредитных карт выдвинул в своей книге Джеймс Беллами «Глядя назад» (1880 г.). На практике пионерами в этой области оказались США. Первая кредитная карта была выпущена в 1914 г. фирмой Gепегаl Реtroleum Согрогаtion of California (ныне Mobil Oil). Карточки использовались для оплаты в процессе торговли нефтепродуктами. В этом качестве они быстро завоевали популярность. Владелец карты получал значительные удобства в обслуживании и скидки при покупке товара. Фирма-эмитент получала постоянных клиентов и стабильные доходы. С увеличением числа пользователей встал вопрос об учете и регистрации продаж по каждой эмитированной карте, это вызвало к жизни процесс эмбоссирования карт (теснение номера карты, данных клиента, срока действия карты). Первые карты с эмбоссированием изготавливались из металла, но затем они были вытеснены пластиковыми картами, как более практичными. Эти карты не были еще платежным средством. Это были так называемые клубные карты, которые подтверждали принадлежность пользователя к той или иной системе учреждений сферы обслуживания. Эти карты имели строго ограниченное распространение как по видам услуг, так и географически. Использование клубных карт широко распространено и в настоящее время [4. с. 66 – 78].

Первые карты, являющиеся полноценным платежным средством, были выпущены не банковскими гигантами: Diners Club (1950 г.), American Express и Hilton Credit (1959 г.). В отношении изготовления они мало чем отличались от предыдущих, но по своим функциям это были совершенно новые карты. Фактически эти годы можно считать моментом рождения нового инструмента организации безналичных расчетов. Первая банковская карта была выпущена в 1951 г. маленьким нью-йоркским банком Long Islands и с тех пор началось бурное развитие этого вида услуг. Первая универсальная карта большого банка Bank of America прошла испытания в Фриско (Калифорния), в 1956 г. С 1966 г. Bank of America начал продажу лицензий на использование карточной технологии другим банкам. В ответ на это несколько крупных банков-конкурентов Bank of America (14 нью-йоркских банков) учредили свою Межбанковскую карточную ассоциацию – МКА, а в 1969 г. эта ассоциация купила права на карты Мастер Чадж, выпускавшиеся карточной ассоциацией банков западных штатов (4 калифорнийских банка), а большинство банков – членов МКА перешли на выпуск Мастер Чадж.

В 1974 г. МКА подписала соглашение с британской системой ЭксессКард, которая входила в Ассоциацию Еврокард. С этого момента началось сотрудничество EuroCard и МКА, выпускающей Мастер Чадж. В 1977 г. наименование NBI было изменено на VISA USA Inc. Изменение имени имело огромное значение, так как это событие открыло дорогу широкому распространению карт VISA в США и за рубежом. По имеющимся данным, в 1996 г. находились в обращении 490 млн карт VISA, они принимались в 13 млн точек обслуживания в 247 странах. В 1980 г. МКА дала своей карте «более международное» название MasterCard. Обладателей этих карт в 1996 г. было 270 млн, карты принимались в 12 млн точек обслуживания. EuroCard, расширяя свое сотрудничество с MasterCard, по мере появления новых технологий заключила соглашения с компаниями Cirus и Maestro, что позволило расширить ассортимент предлагаемых клиентам видов услуг за счет карт для получения наличных в банкоматах.

В технологическом отношении карты прошли в своем развитии несколько стадий. Как уже отмечалось, первые карты изготавливались из картона или металла, а затем стали выпускать пластиковые карты. Основным аргументом для внедрения пластиковых карт являлось удобство для пользователя. С появлением новых электронных средств регистрации и сбора информации появилась возможность заносить и считывать информацию на карту при помощи магнитного кодирования. Начало применения пластиковых карт с магнитной полосой датируется 1969 г. В комбинации с эмбоссированием такие карты широко используются до сих пор. Следует помнить, что информация на первых двух дорожках предназначена только для считывания, она записывается при выдаче карты пользователю и в процессе использования не изменяется. Следующим этапом в развитии пластиковых карт история обязана французскому журналисту Ролану Морено, который в 1974 г. предложил использовать карты с электронной микросхемой. Он запатентовал эту идею и основал компанию Innovatron для производства таких карт. Четырьмя годами ранее аналогичную идею запатентовал в Японии Кунитака Аримура, однако международного патента он не получил. Пластиковые карты со встроенными в них микросхемами называют еще «интеллектуальными», чип (chip) – или смарт (smart) – картами. Появление пластиковых карт со встроенной в них микросхемой оценивается западными специалистами как революционное. На сегодняшний день смарт-карты – наиболее динамично развивающийся тип пластиковых карт.

Существуют три пути, по которым может следовать банк, выбирая стратегию использования технологий безналичных электронных расчетов: создание и эксплуатация независимой собственной сети обслуживания; участие в международных системах; участие на долевых началах в системе обращения банковских карт. Недостаток создания собственной сети состоит в том, что период окупаемости может оказаться длительным, а масштабы системы ограниченными. При создании совместной системы организационная структура и специфические детали функционирования сети определяются банками-участниками

3. Кредитные орудия обращения

Пластиковая карта представляет собой документ в виде карточки из негибкого пластика, не подлежащий передаче и помогающий ее держателю оплачивать товары и услуги и получать со счета денежные суммы. Существует много признаков, по которым можно классифицировать карты.

1. По материалу, из которого они изготовлены: бумажные (картонные); пластиковые; металлические. В настоящее время практически повсеместное распространение получили пластиковые карты. Однако для идентификации держателя карты часто используются картонные карты, запаянные в прозрачную пленку. Это ламинированные карты. Ламинирование является довольно дешевой и легкодоступной процедурой и поэтому, если карта используется для расчетов, то с целью повышения защищенности от подделок применяют более совершенную и сложную технологию изготовления карт из пластика. В то же время, в отличие от металлических карт, пластик легко поддается термической обработке и эмбоссированию, что весьма важно для персонализации карты перед выдачей ее клиенту.

2. На основании механизма расчетов: двусторонние системы возникли на базе двусторонних соглашений между участниками расчетов, при которых владельцы карт могут использовать их для покупки товаров в замкнутых сетях, контролируемых эмитентом карт (универмаги, бензоколонки и т.д.); многосторонние системы предоставляют владельцам карт возможность покупать товары в кредит у различных торговцев и организаций сервиса, которые признают эти карты в качестве платежного средства. Многосторонние системы возглавляют национальные ассоциации банковских карт, а также компании, выпускающие карты туризма и развлечений (например, American Express) [5. с. 37 – 43].

3. По виду проводимых расчетов: кредитные карты, которые связаны с открытием кредитной линии в банке, что дает возможность владельцу пользоваться кредитом при покупке товаров и при получении кассовых ссуд; дебетовые карты предназначены для получения наличных в банковских автоматах или для получения товаров с расчетом через электронные терминалы. Деньги при этом списываются со счета владельца карты в банке. Дебетовые карты не позволяют оплачивать покупки при отсутствии денег на счете. Преимущество дебетовой карты перед кредитной состоит в отсутствии ограничений на размер одного платежа.

4. По характеру использования: индивидуальная карта может быть «стандартной» или «золотой» (выдается лицам с высокой кредитоспособностью и предусматривает множество льгот для пользователей); семейная карта, выдаваемая членам семьи лица, заключившего контракт, который несет ответственность по счету; корпоративная карта выдается организации, которая на основе этой карты может выдать индивидуальные карты избранным лицам (руководителям или ценным сотрудникам). Им открываются персональные счета, «привязанные» к корпоративному карточному счету. Ответственность перед банком по корпоративному счету несет организация. Выделяют иногда карточки туризма и развлечений. Они выпускаются компаниями, специализирующимися в указанной сфере, например American Express. Карточки принимаются в торговых и сервисных предприятий во всем мире для оплаты товаров и услуг, а также предоставляют владельцам различные льготы по бронированию авиабилетов, номеров в гостиницах, страхованию жизни, скидки с цены товара и т.д. Главные отличия этого вида карт от банковских кредитных карт заключаются в отсутствии разового лимита на покупки и в обязанности владельца карты погасить задолженность в течение месяца без права пролонгировать кредит. В случае просрочки платежа с владельца карты взимается повышенный процент. Еще выделяют чековые гарантийные карты. Они выдаются владельцу текущего счета в банке для идентификации чекодателя и гарантии платежа по чеку [5. с. 37 – 43].

5. По способу записи информации на карту: графическая запись; эмбоссирование; штрих-кодирование; кодирование на магнитной полосе; чип; лазерная запись (оптические карты). Самой ранней и простой формой записи информации на карту было и остается графическое изображение. Оно до сих пор используется во всех картах, включая самые технологически изощренные. Вначале на карту наносились только фамилия, имя держателя карты и информация о ее эмитенте. Позднее на универсальных банковских картах был предусмотрен образец подписи, а фамилия и имя стали механически выдавливаться. Эмбоссирование – нанесение данных на карточке в виде рельефных знаков. Это позволило значительно быстрее оформлять операцию оплаты картой, делая оттиск на ней слипа. Информация, эмбоссированная на карте, моментально переносится через копировальную бумагу на слип. В целях борьбы с мошенничеством могут использоваться слипы и без копировального слоя, но способ переноса эмбоссированной на карте информации, в сущности, остался прежним – механическое давление. Эмбоссирование не вытеснило полностью графическое изображение. Штрих-кодирование – запись информации на карту применялась до изобретения магнитной полосы и в платежных системах распространения не получила. Однако разрабатывается проект на базе карт со штрих-кодами по созданию системы учета продаж лекарств льготным категориям в Москве. В этом проекте участвует банк МЕНАТЕП.

Магнитные карты имеют тот же самый вид, что и обыкновенные пластиковые карты, только на обратной стороне карты имеется магнитная полоса. Магнитная полоса может хранить около 100 байт информации, которая считывается специальным считывающим устройством. Информация, содержащаяся на магнитной полосе, совпадает с записями на передней стороне карты: имя, номер счета владельца карты и дата окончания действия карты. Магнитные карты обычно используются как кредитные карты (типа American Express, VISA, EuroCard, MasterCard), как банковские дебетовые карты, карты для банкоматов, а также как телефонные кредитные карты. Магнитная запись является одним из самых распространенных на сегодняшний день способов нанесения информации на пластиковые карты. Но сейчас уже ясно, что магнитная полоса не обеспечивает необходимого уровня защиты от подделок. А это является критическим моментом в платежных системах, основанных на картах [5. с. 37 – 43].

Карты памяти выглядят так же, как обычные пластиковые карты, за исключением того, что они имеют встроенную микросхему. Карты памяти часто называют смарт-картами, но само их название говорит о том, что микросхема карты содержит только запоминающее устройство. Объем памяти обычной карты составляет приблизительно 256 байт. Уровень защиты этих карт не очень высок, поэтому они используются в прикладных системах, которые не требуют значительного уровня защиты информации, например для оплаты телефонных разговоров. Наибольшее распространение получили карты типа используемых во Франции и Германии. Такая карта позволяет сделать определенное число звонков, соответствующее числу «единиц». Одна единица соответствует одному местному телефонному звонку. Карта вставляется в разъем телефонного аппарата, на диске которого показывается число оставшихся единиц. По мере использования карты число оставшихся единиц уменьшается. Когда карта полностью израсходована, ее выбрасывают. Телефонные карты используются для рекламы.

Смарт-карты внешне похожи на карты памяти, однако в микросхему смарт-карты включен микропроцессор, что и делает эти карты «интеллектуальными». Название «смарт-карта» (smart – разумная) связано с возможностью последней выполнять весьма сложные операции по обработке информации. Микросхемы смарт-карты представляют собой полные микрокомпьютеры, способные выполнять расчеты подобно персональному компьютеру. Смарт-карты имеют различную емкость. Смарт-карты дороже карт памяти и их стоимость определяется стоимостью микросхемы, которая прямо зависит от размера имеющейся памяти.

Карты оптической памяти были изобретены в 1981 г. Карты оптической памяти имеют большую емкость, чем карты памяти, но данные на них могут быть записаны только один раз. В таких картах используется ОКМ-технология (однократная запись – многократное чтение). Запись и считывание информации с такой карты производится специальной аппаратурой с использованием лазера (откуда другое название – лазерная карта). Технология, применяемая в картах, подобна той, которая используется в лазерных дисках. Основное преимущество таких карт – возможность хранения больших объемов информации. Они используются для карманных «историй болезни», но в банковских технологиях пока распространения не получили вследствие высокой стоимости как самих карт, так и считывающего оборудования.

6. По принадлежности к учреждению-эмитенту: банковские карты, эмитент которых – банк или консорциум банков; коммерческие карты, выпускаемые нефинансовыми учреждениями: коммерческими фирмами или группой коммерческих фирм; карты, выпущенные организациями, чьей деятельностью непосредственно является эмиссия пластиковых карт и создание инфраструктуры по их обслуживанию.

7. По сфере использования: универсальные карты – для оплаты любых товаров и услуг; частные коммерческие карты – для оплаты какой-либо определенной услуги (например, карты гостиничных сетей, автозаправочных станций, супермаркетов).

8. По территориальной принадлежности: международные, действующие в большинстве стран; национальные, действующие в пределах какого-либо государства; локальные, используемые на части территории государства; карты, действующие в одном конкретном учреждении.

9. По времени использования: ограниченные каким-либо временным промежутком (иногда с правом пролонгации); неограниченные (бессрочные).

10. Банковские и другие карты, используемые для расчетов: автономный «электронный кошелек»; «электронный кошелек» с дублированием счета у эмитента; «ключ к счету» – средство идентификации владельца счета. Большинство карт, используемых в настоящее время, являются идентификатором, а не «кошельком».

Заключение

Деньги находятся в постоянном движении. Непрерывно протекающий во времени оборот денег представляет собой денежный поток. Денежный поток, как и поток вообще, не имеет ни начала, ни конца. Однако его можно разбить на отдельные части – частные потоки. Денежный поток, ограниченный начальной и конечной точкой отсчета, представляет собой оборот денег, или денежный оборот. Денежный поток, при котором движение денег связано с выполнением ими своих функций, представляет собой денежное обращение. Денежное обращение осуществляется в наличной и безналичной формах. Наличная форма предполагает движение наличных монет и банкнот. Безналичная форма денежного обращения осуществляется путем банковского перевода денег, использования аккредитива, инкассо, кредитных и дебитных карточек, смарт-карт и др. Указанные формы денежного обращения существуют во взаимосвязи и взаимозависимости. Наличные деньги меняют свою форму на безналичные, которые потом обратно меняются на наличные.

Пластиковая карта – обобщающий термин, который обозначает все виды карточек, различающихся по назначению, по набору оказываемых с их помощью услуг, по своим техническим возможностям и организациям, их выпускающим. Важнейшая особенность всех пластиковых карт, независимо от степени их совершенства, состоит в том, что на них хранится определенный набор информации, используемый в различных прикладных программах. Карта может служить пропуском в здание, средством доступа к компьютеру, средством оплаты телефонных переговоров, водительским удостоверением и т.д. В сфере денежного обращения пластиковые карты являются одним из прогрессивных средств организации безналичных расчетов. В системе безналичных расчетов они составляют особый класс орудий платежа, которые могут обладать качествами как дебетовых, так и кредитных инструментов.

Термин «электронные деньги» долгое время использовался как метафора для обозначения различных технологических изменений в банковском деле и системе платежей, происходящих в развитых странах на протяжении 1970–1990-х гг. Эти изменения проявлялись в электронизации трансфертов на уровне оптовых платежей, а также автоматизации межбанковских операций. Данные изменения позволили рационализировать систему управления платежами, снизить кредитные и расчетные риски, стимулировать появление новых финансовых продуктов, разнообразить средства доступа к ним. Во второй половине 1990-х гг. в связи с развитием электронной коммерции и возросшей потребностью в снижении трансакционных издержек розничных платежей возникла необходимость в создании принципиально новых электронных платежных инструментов, которые можно было бы использовать как в рамках традиционной экономики, так и интернет-коммерции. Многие из таких платежных инструментов могли применять традиционные платежные системы после модификации аппаратно-программных средств защиты передаваемой информации (например, разработка различных протоколов безопасности, предусматривающих шифрование данных, при платежах кредитными картами в Интернете). Некоторые платежные инструменты, в том числе электронные деньги, потребовали создания принципиально новых расчетных и платежных систем.

В системах электронных денег стоимость непосредственно размещается на электронном устройстве, находится в распоряжении своего держателя и может обмениваться либо на депозитные, либо на наличные деньги в любой момент времени. Новые средства платежа, способные обладать низкой трансакционной стоимостью, высокой анонимностью и не требующие посредничества финансовых институтов при осуществлении платежей между хозяйствующими субъектами, были объявлены рядом западных экономистов новой разновидностью денег.

Список используемой литературы

Андреев А.А. Пластиковые карточки для пользователей. – М.: Банковский Деловой Центр, 2001. – 96 с.;

Банки и банковское дело/под ред. И.Т. Балабанова. – СПб.: Питер, 2001. – 304 с.;

Виноградова Т.Н. Банковские операции: Учеб. пос. – РнД.: «Феникс», 2001. – 384 с.;

Жарковская Е.П. Банковское дело: Учеб. – М.: Омега-Л, 2005. – 440 с.;

Кочергин Д.А. Системы электронных денег: классификация и характеристика элементов // Банковское дело №2 2005;

Миллер Р.Л. Современные деньги и банковское дело. – М.: ИНФРА-М, 2000. – 856 с.;

Мировая экономика/ред. Л. Тарасевича. – СПб: Питер, 2001. – 320 с.;

Мировая экономика. Учеб. пособие/под ред. проф. И.П. Николаевой. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2002. – 575 с.;

Перекрестова Л.В. Финансы и кредит: Учеб. пос. – М.: изд. центр «Академия», 2004. – 288 с.;

Пещанская И.В. Краткосрочный кредит: теория и практика. – М.: изд-во «Экзамен», 2003. – 320 с.;

Рудакова О.С. Банковские электронные услуги: Учеб. пос. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2005. – 261 с.;

Финансы, деньги, кредит: Учеб./под ред. Соколовой О.В. – М.: Юристъ, 2000. – 784 с.;

Финансы, налоги, кредит: Учеб./под ред. Емельянова А.М. – М.: РАГС, 2001. – 546 с.;

Четыркин Е.М. Методы финансовых и коммерческих расчетов. – М.: «Дело», 2002. – 320 с.

Экономическая история России 19–20 вв.: Современный взгляд. – М.: «Российская политическая энциклопедия»

Contents

Introduction

1. Chapter I. Various American cuisine

   1. Hot dogs

   2. Hamburgers

   3. Doughnuts

   4. Apple pie

   5. Potato chips

   6. Coca-Cola

   7. Pop- Corn

2. Chapter II. Hospitality of Ukrainian cuisine

   1. Overview of Ukrainian cuisine history

   2. Cuisines of Ukraine

   3. Preparation methods of Ukrainian cooking

   4. Special equipment of Ukrainian cooking

   5. Ukrainian food traditions and festivals

3. Chapter III. Table manners

Conclusion

References

Resume

INTRODUCTION

Have you ever stopped to really think about what you and your family eat every day and why? Have you ever stopped to think what other people eat? In the movie Indiana Jones and the Temple of Doom, there are two scenes in which the two lead characters are offered meals from a different culture. One meal, meant to break the ice, consisted of insects. The second meal was a lavish banquet that featured such delicacies as roasted beetles, live snakes, eyeball soup, and chilled monkey brains for dessert. Some cultures eat such things as vipers and rattlesnakes, bush rats, dog meat, horsemeat, bats, animal heart, liver, eyes, and insects of all sorts.

The manner in which food is selected, prepared, presented, and eaten often differs by culture. Americans love beef, yet it is forbidden to Hindus, while the forbidden food in the Moslem and Jewish cultures is normally pork, eaten extensively by the Chinese and others. In large cosmopolitan cities, restaurants often carter to diverse diets and offer “national” dishes to meet varying cultural tastes. Feeding habits also differ, and the range goes from hands to chopsticks to full sets of cutlery. Even when cultures use a utensil such as fork, one can distinguish a European from an American by which hand holds the implement. Subcultures, too, can be analyzed from this perspective, such as the executive’s dining room, the soldier’s mess… or the ladies’ tea room, and the vegetarian’s restaurant.

Often the differences among cultures in the foods they eat are related to the differences in geography and local resources. People who live near water (seas, lakes, and rivers) tend to eat more fish and crustaceans. People who live in colder climates tend to eat heavier, fatty foods. However, with the development of a global economy, food boundaries and differences are beginning to dissipate: McDonalds is now on every continent except Antarctica, and tofu and yoghurt are served all over the world. [5., 324]

The aim of the course paper is to identify two absolutely different types of cuisines and to analyze the right behavior during the meal.

The subjects of the work are features of national cuisine and table manners.

The object of the course paper is the wide range of dishes, the comparison of Ukrainian and American cuisine and table manners.

The objectives of the course paper are as follows:

• to compare the Ukrainian and American cuisine;

• to study the wide range of dishes which were mentioned in the course paper;

• to review table manners;

• to analyze recipes of different dishes;

• to identify the origin of some meals.

While researching there were used the following methods of investigation: analysis of books, magazines, descriptive method and comparative analysis.

The structure of the course paper is caused by the consistency of research. The course paper consists of introduction, chapter I, chapter II, chapter III, conclusion, references and resume.

Chapter I. Various American cuisine

The popular view outside the U.S.A. that Americans survive on cheeseburgers, Cokes and French fries is as accurate as the American popular view that the British live on tea and fish’n’chips, the Germans only on beer, bratwurst, and sauerkraut, and the French on red wine and garlic.

This view comes from the fact that much of what is advertised abroad as “American food” is a very pretty flat, tasteless imitation. American beef, for example, comes from specially grain-fed cattle, not from cows that are raised mainly for milk production. As a result, American beef is tenderer and tastes better than what is usually offered as an “American steak” in Europe. When sold abroad, the simple baked potato that comes hot and whole in foil often lacks the most important element, the famous Idaho potato. This has different texture and skin that comes from the climate and soil in Idaho.

Even sometimes as basic as barbecue sauces shows difference from many of the types found on supermarket shelves overseas. A fine barbecue sauce from the Southside of Chicago has its own fire and soul. The Texas has a competition each year for the hottest barbecue sauce (the recipes are kept secret).

America has two strong advantages when it comes to food. The first is that as the leading agriculture nation, she has always been well supplied with fresh meats, fruits, and vegetables in great variety at relatively low prices. This is one reason why steak or beef roast is probably the most “typical” American food; it has always been more available. But good Southern-fried chicken also has champions, as do hickory-smoked or sugar-cured hams, turkey, fresh lobster, and other seafood such as crabs or clams.

In a country with widely different climates and many fruit and vegetable growing regions, such items as fresh grapefruit, oranges, lemons, melons, cherries, peaches, or broccoli, iceberg lettuce, avocados, and cranberries do not have to be imported. This is one reason why fruit dishes and salads are so common. Family vegetable gardens have been very popular, both as a hobby and as a way to save money, from the days when most Americans were farmers. They also help to keep fresh food on the table.

The second advantage America has enjoyed is that immigrants have brought with them, and continue to bring, the traditional foods of their countries and cultures. The variety of foods and styles is simply amazing. Whether Armenian, Basque, Catalonian, Creole, Danish, French, German, Greek, Hungarian, Italian, traditional Jewish, Latvian, Mexican, Vietnamese or what have you, these traditions are now also at home in the U.S.A.

There seem to be four trends in America at present, which are connected with foods and dining. First, there has been a notable increase in the number of reasonably priced restaurants, which offer specialty foods. These include those that specialize in many varieties and types of pancakes, those that offer only fresh, baked breakfast foods, and the many that are buffets or salad bars. Secondly, growing numbers of Americans are more regularly going out to eat in restaurants. One reason is that they are not many American women do not feel that their lives are best spent in the kitchen. They would rather pay a professional chef and also enjoy a good meal. At the same time, there is an increase in fine cooking as a hobby for both men and women. For some two decades now, these have been popular television series on all types and styles of cooking, and the increasing popularity can easily be seen in the number of best-selling specialty cookbooks and the number of stores that specialize in often-exotic cooking devices and spices. [2., 52]

A third is that as a result of nationwide health campaigns, Americans in general are eating a much light diet. Cereals and grain foods, fruit and vegetables, fish and salads are emphasized instead of heavy and sweet foods. Finally, there is the international trend to “fast food” chains, which sell pizza, hamburgers, Mexican foods, chicken, salads and sandwiches, seafoods and various ice creams. While many Americans and many other people resent this trend and while, as many are expected, restaurants also dislike it, many young, middle-aged, and old people, both rich and poor, continue to buy and eat fast foods.

Hot Dogs

Tad Dorgan, a sports cartoonist, gave the frankfurter its nickname in 1906. Munching on a frank at a baseball game, he concluded that it resembled a dachshund’s body and put that whimsy into a drawing, which he captioned “Hot dog”.

Sausages go all the way back to ancient Babylon, but the hot dog was brought to the U.S.A. shortly before the Civil War by a real Frankfurter – Charles Feltman, a native of Frankfurt, Germany, who opened a stand in New York and sold grilled sausages on warmed rolls – first for a dime apiece, later, a nickel.

The frank appealed to busy Americans, who – as an early 19^th century comment put it – tend to live by the maxim of “gobble, gulp and go”. Nowadays Americans consume more than 12 billion frankfurters a year.

Hamburgers

Modern hamburgers on a bun were first served at the St. Louis Fair in 1904, but Americans really began eating them in quantity in the 1920s, when the White Castle snack bar chain featured a small, square patty at a very low price. Chopped beef, tasty and easily prepared, quickly caught on as family fare, and today hamburger stands, drive-ins, and burger chains offer Americans their favorite hot sandwich at every turn.

The history of the hamburger dates back to medieval Europe. Early German sailors brought a Tartar dish of shredded raw beef seasoned with salt and onion juice from Russia to Germany. The lightly broiled German chopped-beef cake, with pickles and pumpernickel on the side, was introduced to America in the early 1800s by German immigrants in the Midwest. [4., 67]

Doughnuts

It was early Dutch settlers and the Pennsylvania Germans who introduced the yeasty, deep-fried doughnut to America. To the Dutch it was a festive food, eaten for breakfast on Shrove Sunday.

Legend has it that doughnut got its hole in 1847 when Hanson Gregory, a lad later to become a sea captain, complained to his mother that her fried cakes were raw in the center and poked hole4s in the next batch before they were cooked.

During World War I, when the Salvation Army served them to the troops, doughnuts really took off as popular fare. Since then, coffee and doughnuts become a national institution. Stores sell them plain, sugared, frosted, honey-dipped, or jam-filled.

Apple pie

At its best, with a savory filling and crisp, light-brown crust, apple pie has long been favorite on American tables.

Apples and apple seems were among the precious supplies the early colonists brought to the New World. The first large apple orchards were planted near Boston by William Blaxton in the 1600s. When he moved to Rhode Island in 1635, he developed the tart Rhode Island Greening, still considered one of America’s finest apple pies.

As the fruit became abundant, many settlers ate apple pie at every meal. Garnished with a chunk of cheese, it was a favorite colonial breakfast dish. By the 18^th century apple pie became so popular that Yale College in New Haven served it every night at supper for more than 100 years.

America’s love affair with apple pie has remained constant. Today’s housewives, pressed for time, can shortcut the tradition by buying the pastry ready-made at bakeries and supermarkets. Many variations on the good old original are available, but the classical apple pie, irresistible when topped with a slice of rat-trap cheese or slathered with vanilla ice cream, is still America’s favorite. [4., 68-69]

Potato chips

George Crumb, an American Indian who was the chef at Moon’s Lake House in Saratoga Springs, New York, in the mid-19^th century, was irked when a finicky dinner guest kept sending back his French fried potatoes, complaining they were too thick. In exasperation, Crumb shaved the potatoes into tissue-thin slice and deep-fried them in oil. He had a dishful of crisp “Saratoga chips” presented to the guest, who was delighted with the new treat.

Potato chips became the specialty of Moon’s Lake House and, later, America’s crunchiest between-meal snack.

Coca-Cola

America’s best-known soft drink was first concocted by an Atlanta pharmacist in 1886. The syrup was cooked up by John S. Pemberton from extracts of coca leaves and the kola nut. He then organized the Pemberton Chemical Company, and Coca-Cola syrup mixed with plain water was sold in a local drug store for 5 cents a glass.

Sales were slow until in 1887 a prosperous Atlanta druggist, Asa G. Candler, bought the Coca-Cola formula – then as now a carefully guarded secret – and added carbonate water to the syrup instead of plain water.

Advertisement stressing the words “delicious” and “refreshing” and carry coupons for free Coca-Cola added to the increase in consumption. A system of independent local bottling companies was developed, and the flared bottle, familiar worldwide and said to resemble the hobble skirt, was designed in 1916.

In 1919 the company was sold out for $25 million to a group headed by Ernest Woodruff. Under his son, Robert W. Woodruff, Coca-Cola rapidly expanded its market. By the mid-1970s more than 150 million Cokes a day were sold in country all over the world.

Today Coca-Cola has to compete with many other soft drinks, but it is still one of the symbols of the United States.

Pop- Corn

It’s impossible to imagine American take-away food or snacks without popcorn. Clear as a day, it is made from corn. But what about the first part of the word “pop”. Actually, when you put a kernel of corn on a fire, the water inside makes the corn explode. This makes a “pop” noise. That is why we call it popcorn. It’s an interesting thing to know that not all corn pops. A seed of corn must contain 14% water in it. Other kinds of corn have less water and do not pop. The American Indians, who popped corn a long time ago, knew that special sort. They introduced corn to the first settlers. In 1620 when Pilgrims had a Thanksgiving dinner they invited the Indians, who brought popcorn with them. Since that time Americans continued to pop corn at home. But in 1945 a new machine was invented that changed the history of the product. The electric machine enabled to pop corn outside the home. And soon movies started selling popcorn to make more money. The famous American habit of eating popcorn at the movies is well- known. Many people like to put salt or melted butter in their popcorn, some prepare to have it without. Either way Americans love their popcorn. [4., 69]

Restaurant “Friday’s”

There are a lot of places in Kiev and in Ukraine where you can taste American cuisine. But the best and the most popular is Restaurant “Friday’s”.

Friday’s is an international chain of American cuisine restaurants. To date, there are more than 700 Friday’s restaurants located in 55 countries throughout the world.

Friday’s is also famous for its collection of bric-a-brac, which can tell many an intriguing story. Friday’s rare objects come from all over the world, and the restaurants act as custodians of their stories.

Friday’s success formula is simplicity itself. The guest’s wishes are commands for the staff; that’s why restaurants make every visitor feel at home. Friday’s personnel are young, energetic, friendly young men and women who have received their professional education at the company’s training center. The restaurants maintain at all times a happy, friendly atmosphere beloved by guests.

But the main attraction here is genuine American cuisine. It was Friday’s that invented the recipe for loaded potato skins, which has gone on to become not only the restaurant’s hit, but also a signature American dish. All drinks at Friday’s are mixed according to the most exacting recipes. The dishes startle with the size of servings. When reading the menu, Friday’s visitors quite often face the problem of what to choose. The job is indeed far from an easy one. Judge for yourselves: Friday’s sauced mushrooms, coated and fried till crisp and crunchy; Friday’s quesadilla, a tortilla pancake with beef or chicken fillet; Fettuccine Alfredo, pasta served with Cajun sauce; and Jack Daniel’s glazed ribs, are just a few of the most popular dishes. And there are also salads, sandwiches, Friday’s signature hamburgers, juicy steaks, Cajun recipes and chef’s specials. To say nothing of desserts and beverages! But truth be told, at Friday’s you’ll get help in making your choice: the waiter will be only too happy to explain what this or that dish is like. All you’ll have to do is place your order.

At Friday’s you’ll always be comfortable, well fed, and happy! [14.]

Sam’s Steak House

If you want to taste a real American steak, you have to go to the Sam’s Steak House. The best selection of steaks is there. You may peak your own steak and watch them cooked to perfection by the frill chef.

Also there is an excellent choice of Californian and European dishes,
exquisitely cooked seafood and classical desserts: Cheese cake, hot Apple pie.
This restaurant, arguably serving the best selection of steaks in the Ukraine, is situated on the cross road at 37 Zhilyanskaya Str. Decorated in the «New colonial» style, the light maple wood interior with green highlights and red brick walls sets off the wooden American colonial period furniture. The shelves holding period china, cupboards wherein are displayed the restaurant’s wines, matching green curtains and plethora of large comfortable cushions completes the homely atmosphere. Situated in the main dining hall is the impressive open grill flanked by the chilled meat display cabinets. While you eat your meal watch sports events or fashion shows on the TV’s, or look for the numerous Kiev personalities such as Sports stars, DJ’s and pop singers who always go where the action is and the steak action is most definitely right here in Sam’s Steak House.

Veal, pork, lamb or salmon steaks of any size (250g — 500g) are cooked in a unique way by the professional master of grill. The meat that goes to cook the specialty of Sam’s Steak House has to «mature» in carcasses for a long time — three to six weeks. The meat loses nearly 30% of weight, but its taste becomes really special. Sam’s steaks are impressively large, both for ladies (300g — 350g) and gentlemen (450g — 500g). Especially popular with female customers is the soft lean veal Rump Steak. Sommeliers recommend having Sam’s Pork Chop with Chablis Grand Cru, and Champion’s Cut — (lamb steak) — with Gewurztraminer. [14.]

Chapter II. Hospitality of Ukrainian cuisine

Overview of Ukrainian Cuisine History

The history of the Ukrainian cuisine is long and tumultuous, and there were numerous outside elements that influenced it profoundly. Until the 17th and 18th century, the Ukrainian cuisine was mostly characterized by peasant and rural made dishes. Simple and economical soups, without much ornament, and consistent yet very easy to cook meals were the main parts of the Ukrainian diet. Things changed when the tsars began calling French and Italian chefs to cook for their banquets and celebrations. The luxury and festive style of the dishes prepared by foreign chefs soon began to influence the existing Ukrainian cuisine. Although most dishes were kept in their traditional form, modern variations of those dishes are present in most Ukrainian homes today. New spices and herbs were used to improve the flavor of the existing traditional Ukrainian dishes and today you shouldn’t be surprised to find plants that are not characteristic to Ukraine used in traditional, home made dishes. As for finding American food- the large cities have specialist restaurants with Western cuisine for tourists, and these are beginning to filter down into the medium sized cities. Small towns and villages may not have any public food services at all, although grocery stores and street markets are common.

Ukrainian cooking uses black pepper, red pepper, salt, bay leaf, parsley and dill (usually in spring and summer), garlic and onion. Staples include potatoes, cabbage, fish, pork, beef and sausage. Ukrainian people eat many dishes made of potato. During the Soviet era, there were chronic shortages of food. However, as Ukraine is an agricultural country, today there is much meat in the market (beef, pork, chickens, turkey) as well as cheese, butter, bread and milk. However, for some items, notably cheese, prices are still very high. The core of the Ukrainian cuisine originates in the peasant dishes based on grains and staple vegetables like potatoes, cabbage, beets and mushrooms. Meat is an important ingredient in most Ukrainian dishes, and it is prepared in different ways, either as stewed, boiled, fried or smoked. Popular Ukrainian snacks include the varenyky and the most appreciated traditional dish is pig fat – called salo. The fact that Ukrainians preserve and age salo as one of their most prized national cuisine elements should give you an idea about the overall style of the Ukrainian cuisine – it is not a suitable one if your goal is to stay thin. Borscht originated in Ukraine and it is the national soup – although bortsch is now an international dish that is also very popular in surrounding regions, such as parts of Russia and Romania. Ukrainian restaurants are not the number one place to go when you are looking for a traditional Ukrainian meal – the best way to experience the Ukrainian cuisine is at a home made meal. [6., 110]

Cuisines of Ukraine

There are no distinguishable cuisine types in Ukraine, but a variety of different influences can be noticed by a careful eye. The neighboring countries have influenced the Ukrainian cuisine, much as the Ukrainian cuisine influences the regional and national cuisines of the neighbors. The Lviv or Luts’k regions of Ukraine, for example, display a cuisine that resembles the Polish cuisine, with pork meat being the main ingredient for most dishes. The north-eastern provinces, such as Sumy, Kharkiv or Luhans’k show influences from the Russian cuisine, while the southern part of Ukraine has several recipes that are specific to Moldova and Romania. Agriculture has always been used extensively in Ukraine and wheat, rye, oats and millet were the main ingredients for any meal for centuries. Bread was and still is one of the food elements that are never absent from a Ukrainian meal. Bread is used with soup and the main course, although sometimes it may be left aside if the dish contains potatoes or pasta. Bakery was also present since immemorial times and all grain based food products used in the past are still present today, in one form or another. Meat is yet another essential element in the Ukrainian cuisine. Hunting was extremely popular in Ukraine and it ensured a large proportion of the meat that Ukrainians consumed. Wild animal meat was gradually replaced by farmed animal meat. Fish is also popular with a large variety of dishes, and there are hundreds of fish species that are used in delicious dishes.

Preparation methods of Ukrainian cooking

The simple and rustic cooking style that characterizes a large percentage of the Ukrainian cuisine is also complemented by modern dishes that are extravagant and unique, most of them developed by international Ukrainian chefs. The Ukrainian cuisine uses elements from various cooking traditions borrowed from their neighbors and developed from their own traditional dishes. While there are no specific or unique preparation methods for Ukrainian cooking, we should point out that attention to detail is important in the Ukrainian cuisine. Each traditional dish has a special cooking method, which is more or less general in all of the country’s regions. Meat is one of the main elements of most Ukrainian dishes and cured and smoked hams, poultry, pork and beef fillets, and bacons are often parts of delicious dishes. Smoked fish as well as other fish meat types are widely appreciated, and cooking styles may differ from highly specialized restaurant cooking to simple, rustic cooking methods. Although the traditional cooking styles for most Ukrainian dishes go back to hundreds, if not thousands of years ago, today most cooking is quite similar to any western European cuisine. [6., 112]

Special equipment of Ukrainian cooking

Here are a few of the equipment items you might find in a Ukrainian kitchen: cake pans, can openers, colanders, egg rings, poachers and holders, food dishers and portioners, food pans and food containers to other kitchen utensils, such as food scales, food scoops and fryer baskets and accessories. The Ukrainian cuisine needs a diverse cooking equipment set in order to produce the most sophisticated Ukrainian dishes, but the traditional recipes can be cooked with only a fire source and a few pots and pans. Essential utensils like serving spoons, spatulas, forks, turners, scrapers and tongs should also be part of your cooking “toolbox”, especially if you are determined to make the most out of any meal you prepare and serve. Here are a few other items that will come handy while cooking Ukrainian food: juicers, kitchen knives, kitchen slicers, kitchen thermometers, measuring cups and measuring spoons, miscellaneous utensils, mixing bowls and skimmers and strainers. All of the enumerated items can and will be useful at some point, but they are more likely to be specific to restaurants, rather than traditional Ukrainian homes.

Ukrainian food traditions and festivals

Although most Ukrainian festivals involve the culinary arts to a certain extent, Christmas is the most predominant holiday where food plays an important role in the festivity. Ukrainian Christmas customs are based not only on Christian traditions, but to a great degree on those of the pre-Christian, pagan culture and religion. The Ukrainian society was basically agrarian at that time and had developed an appropriate pagan culture, elements of which have survived to this day. A kolach (Christmas bread) is placed in the center of the table. This bread is braided into a ring, and three such rings are placed one on top of the other, with a candle in the center of the top one. The three rings symbolize the Trinity and the circular form represents Eternity. Kutia is the most important food of the entire Christmas Eve Supper, and is also called God’s Food. A jug of uzvar (stewed fruits, which should contain twelve different fruits) and is called God’s Drink, is also served. After all the preparations have been completed, the father offers each member of the family a piece of bread dipped in honey, which had been previously blessed in church. [9., 12]

Salo

This is a favorite Ukrainian delicacy. We use it in many forms- uncooked and fried, smoked and salted, baked and boiled. Also, we fry it, cook crackling and even eat it with honey!

Ukraine’s widespread fondness for pork products results from its historical conflicts with two of its neighbors- Tatars and Turks. Cattle were a much- prized spoil of war so they were often in short supply, and bullocks, which were used to pull ploughs, were not exactly edible. Pigs were both available and relatively delicious and tender, so pork became a staple.

Borsch

A choice for First Dish is Borsch. Although the word “borsch” is not translatable, it is famous all over the world. It is difficult to imagine that there is a person on the planet who has never eaten borsch! It is famous, popular and delicious- a must-do on everyone’s list of dishes to experience.

So, what is this famous dish? How it is cooked and what should it be eaten with? At firs glance, everything seems simple. Sugar beets are the signature ingredient and borsch is a kind of beet soup. But not everything is as simple as it looks. There are more than thirty varieties of this dish in Ukraine alone, and other versions are prepared in Russia, Poland and even in the United States! So, there are different types of borsch- meat and meatless, hot and cold, with mushrooms, with kidney bean, with prunes, with marrows, turnips, and even with apples! Meat borsch is also varied- it may include beef or chicken. Some recipes recommend the addition of mutton, or goose- grease, and sometimes ham or sausages.

The cooking process for borsch is unique in that all ingredients, including the beets, are prepared separately! Beets should be sprinkled with lemon juice or vinegar in order to preserve their color and then they should be cut and roasted. Afterwards they are peeled, diced and added to the borsch. In the beginning, onions, carrots, parsley are fried together for 15 minutes and tomatoes (or tomato paste) is added at the end. Other vegetables should be cooked separately. All ingredients should be put in bit by bit, at the proper time and in the right order. Cooking time for borsch is approximately 2- 3 hours. Let the flavors mingle for 20minutes before the borsch is served. Prepare to feel giddy when you lift the lid from the saucepan- the aroma is truly delicious! A good accompaniment to borsch is small buns flavored with garlic. This is a temptation you will not want to resist! [9., 11]

Varenyky

Another favorite Ukrainian dish is Varenyky. Great Hohol’ in his “Evenings on Khutor near Dikan’ka” described a charming story about Kozak magician named Patsyuk who bewitched the varenyky, so that they dove into the sour cream and then flew into the mouth! Such a legendary reputation should alert you to the fact that these delicious dumplings must be tried. Even better is the fact that there are unbelievable numbers of recipes for the fillings. Pastry for varenyky should be prepared with icy water. Varenyky cannot be frozen, unlike pelmeni or ravioli. Cooks have unlimited possibilities for improvisation. Varenyky can be filled with potato, cabbage, mushrooms, meat, liver, boiled buckwheat and cracklings, kidney beans, or with cottage cheese, apples, plums or poppy- seeds. In summer they are made with berries. Varenyky are served with sour cream; sweet varenyky are served with syrup or honey.

Galushky

Sometimes varenyky and galushky are hyphenated- galushky- varenyky, — but this is a mistake because galushky is a dish which stands on its own! Even though it appears to be very simple, it is a very tasty meal. Recipes for it have not changed for hundred of years and have been passed down from one generation to another. Both galushky and varenyky should be eaten hot only! This is a rule! Galushky can be made from different types of flour- wheat flour, buckwheat flour, from manna- croup. It is also possible to add cottage cheese, potato or apples to the pastry. They are boiled in either water, milk, or broth. Galushky are served either with fried onions and cracklings or sour cream.

Second dishes are meat, poultry, fish, and of course, pork. Ukrainians also respect poultry, especially when it is stewed; but chicken and goose are cooked more often as holiday dishes. Fish is also popular in Ukraine. Even the names of popular fish dishes stimulate the appetite- stuffed pike, stewed carp with onions and sour cream, pike with horse- radish, jellied pike. It is very difficult to list everything!

Pork is a big winner. Huge numbers of dishes are made from pork in Ukraine. It is fried, baked, stewed, goes into sausages, and various delicacies are prepared with chopped and minced meat. But the perennial party favorite is Pechenya (stewed meat). To say pechenya is just stewed meat is to say nothing. Pechenya is tender, flavorful and fantastic. Besides, the traditional way of preparing pechenya leaves a tremendous space for every cook’s creativity. Although the cooking time for pechenya is long, the outcome is worth it! [7., 4]

Uzvar

There are plenty of fruits and berries in Ukraine! You can gather a luxurious harvest in every garden. This remarkable harvest provides the basis of many desserts- varenyky, pyroghy, knedlyks, jellied berries, fruit babkas, and jams. And also drinks- Uzvars. We may say that uzvar is a kind of fruit compote, but it is really much richer and more concentrated than fruit compote. It is delicious mixture of raisins, prunes and spices- cinnamon, cloves, and dried citrus peel. [7., 5]

Cabbage rolls

A cabbage roll is a savory food item made with a variety of fillings wrapped in cabbage. The filling usually includes meat, often beef or pork, seasoned with onion, tomato paste, salt, black pepper, and spices. Other fillings vary and may include mushrooms, vegetables, sauerkraut, or rice. Other ingredients may also be used. The filling is stuffed in cabbage leaves, which are tucked around it like an egg roll. It is simmered or steamed in a covered pot until cooked, and is usually eaten hot.

Cabbage rolls are part of the traditional cuisine of many Central European, Eastern European, and Balkan countries. They are known as holubki in both Czech and Slovak, halubcy in Belarusian, golubtsy in Russian, holubtsi in Ukrainian. [7.,5]

Blyntsi

Blyntsi are thin pancakes which are often served in connection with a religious rite or festival in several cultures.

The word «blin» comes from Old Slavic mlin, that means «to mill» (compare the Ukrainian word for blin, mlynets’). Blins had a somewhat ritual significance for early Slavic peoples in pre-Christian times since they were a symbol of the sun, due to their round form. They were traditionally prepared at the end of the winter to honor the rebirth of the new sun (Pancake week, or Maslenitsa). This tradition was adopted by the Orthodox church and is carried on to the present day. Bliny were once also served at wakes, to commemorate the recently deceased.

Syrniki

In Ukrainian cuisine, syrniki are fried curd fritters, garnished with sour cream, jam, honey, and/or apple sauce. They can be filled with raisins. In Russia they are also known as tvorozhniki.

Syrniki are made from the full-fat, creamy cottage cheese, crumbled and mixed with flour, egg, milk, and sugar and fried, generally in a flavorful unrefined sunflower oil. The outsides become very crispy, and the center is warm and creamy.

The name «syrniki» is derived from the word syr, meaning «cheese». [9., 11]

Solyanka

Solyanka is a thick, spicy and sour soup in the Ukrainian cuisine. It may have originated in Ukraine in the 17th century.

There are mainly three different kinds of solyanka, with the main ingredient being either meat, fish or mushrooms. All of them contain cucumber pickles with brine, and often cabbage, salty mushrooms, cream and dill. The soup is prepared by cooking the cucumbers with brine before adding the other ingredients of the broth.

For meat solyanka, ingredients like beef, ham, sausages, chicken breasts, and cabbage, together with cucumber pickles, tomatoes, onions, olives, capers, allspice, parsley, and dill are all cut fine and mingled with cream in a pot. The broth is added, and all shortly heated in the stove, without boiling.

Fish solyanka is prepared similarly, but soup vegetables are cooked with the broth. The meat is replaced with fish, like sturgeon and salmon, and freshwater crayfish. Finally, some lemon juice is added to the soup.

For mushroom solyanka, cut cabbage is heated in butter together with vinegar, tomatoes, and cucumber pickles, with little brine. Separately, mushrooms and onions are heated, and grated lemon skin is added. Cabbage and mushrooms are put in layers, breadcrumbs and butter added, and all shortly baked.

Kutia

Kutia is a sweet grain pudding, traditionally served in Polish, Lithuanian and Ukrainian cultures. Kutia is often the first dish in the traditional 12-dishes Christmas Eve Supper. It is rarely served at other times of the year.

It resembles koliva from Serbia or Romania (used usually for funerals), but the latter is mixed only with walnuts, sugar and raisins.

Kutia was also part of a common Eastern Orthodox tradition in the Russian Empire, which has become extinct in Russia during the times of the atheistic Soviet Union.

Traditionally it was made of wheat, poppy seeds, honey (or sugar), various nuts and sometimes raisins. In many recipes milk or cream was also used.

Nowadays other ingredients (which were unavailable or just too expensive in earlier centuries) like almonds and pieces of oranges are added. On the other hand, the wheat grain, that is now relatively rarely available in the food stores in an unrpocessed form, is sometimes replaced with barley or other similar grains. [10.]

Restaurant “O’Panas”

If you want to taste Ukrainian cuisine you can go to the Restaurant “O’Panas”. It is the best place for learning Ukrainian culture, traditions and life of Ukrainian people. Comfortable small house with a roof made of straw, a real tree, growing inside of the restaurant, and a special interior, presented in the local country style, would bring guests to the old, kind and light- hearted times.

There you can taste such dishes as varenyky with potatoes, mushrooms and cracklings, varenyky with cabbage and cracklings, deruny with home- made sausage, real Ukrainian borsch with sour- cream and pampushki, pancakes with poppey seeds, wall- nuts and honey and many other dishes. [10.]

Chapter III Table manners

In our time it is very important to be well- educated person. And also you should keep some elementary rules while having meal. In our time to invite close friends to the dinner or to be invited to the restaurant or to the cafй by them is a usual thing. Despite of where you go with them it is very important thing to keep table manners like this:

The correct way to sit at table is to sit straight and close to the table. Don’t put elbows on the table. Don’t cross your legs or spread them all over the place uder the table.

If you want to take a slice of bread you shouldn’t use fork or knife. Your hand is quite correct for getting a slice of bread for yourself.

If you want to take a slice of bread from the plate standing on the far end of the table, just say: “Please pass the bread.” Or:”Would you mind passing the bread, please?” Never lean across the table or over your neighbours to get something out of you reach.

Don’t hold your spoon in your fist, don’t tilt it so as to spill its contents. The fork should be held in your left hand, the knife in your right.

It is wrong to cut all the meat you have got on your plate in small pieces and then eat it. Cut off a slice at time, eat it, then cut off another, holding your knife in the right hand and your fork in the left.

You shouldn’t use knife if you eat fish ( it is generally eaten without using knife). The same refers to rissoles, cereal and, in general, to anything that is soft enough to be comforatably eaten with fork or spoon.

The way to eat chicken is to cut off and eat as much as possible by using your knife and fork; the remaining part eat by holding the piece in your hand by the end of the bone.

If you eat stewed fruit with the stones, just take the stones from your mouth on your spoon and place them in your own saucer. Never eat stones (trying to be overpolite).

After stirring your tea, put the spoon on your saucer. Don’t leave it in the glass while drinking.

If your food is too hot just waite a bit, there is no hurry. Never cool your food by blowing at it.

To refuse a second helping you should say: “No more, thank you.”

If you like the dish very mush you should say: “It tastes (really) fine” or “It is delicious.”

If you dislike the dish you should say nothing. Keep your impressions to yourself and don’t embarrass your hostess.

While eating one shouldn’t produce as little noise or sound as possible. It is decidedly manners to speak with your mouth full. Don’t put your bread in your soup. Don’t pour your tea in your saucer. Don’ leave much on the plate: it is impolite towards your hostess. If you liked the dish, it doesn’t follow that you should polish the plate with your bread.

Reading at one’s meals is a bad habit; it is bad for your digestion and impolite towards others sitting at the same table. [1., 150-152]

CONCLUSION

Regardless of how you view food, you need it to live. You need the right kinds of food in the right amounts to have a healthy life. Your needs for different kinds of food change as grow and mature. Everyone needs the three key nutrients that provide the body with energy and the necessary building blocks: carbohydrates (sugar and starch), fat, and protein. Unfortunately, in our world today, not every one has access to all of these all the time. World hanger is a global problem that needs to be addressed by all nations.

The right type and kind of foods the body needs to grow, develop, and stay healthy are not known by everyone. A good, daily, balanced diet is key to a healthy life. Do you have a balanced diet? Do you know what you eat every day? Why do you think you eat the foods you eat? Eating the right food everyday not only nourishes our bodies, but it also nourishes our spirits, our creativity and thinking, and our language and interaction with other people.

REFERENCES

1. Arakin. “Practice Course of English Language,” 6^th ed., M.: Gumanit, 2003: pp. 150-152.

2. Bell. “English with a Smile,” Sigma- Press, 1996: pp. 50-56.

3. Guzhva. “English Topics,” Pholio, 2003:pp. 115- 116, pp. 134-135.

4. Kaverina. “1000 English Topics,” Moskow, 1996: pp. 67-72.

5. Shapran. “English Language. Part II,” Millenium, 2003: pp. 324- 326.

6. Stechishin, Savella. “Traditional Ukrainian Cookery,” 17^th ed., Winnipeg: Trident Press, 1991: pp. 108- 115.

7. “What’s On,” No. 30/2003, 4- 10 September, pp. 4-6.

8. “What’s On,” No. 16/2005, 6-12 May, pp. 8-10.

9. “Your Number. Special Edition,” No. 5/2005, 15-23 May, pp. 7-12.

10. www.cookery.com

11. www.google.com.ua/american cuisine

12. www.wikipedia.org

13. www.yahoo.com/recepies

14. www.yahoo.com/ukrainian cuisine

Резюме

«Національні особливості кухні та манери за столом»

Курсова робота присвячена темі особливостей національної кухні та манерам за столом.

Тема обумовила мету, об’єкт, предмет та завдання дослідження.

Мета дослідження: різноманітність американської кухні, гостинність та щедрість української кухні, а також правила етикету за столом.

Об’єкт дослідження: широкий вибір страв на всі смаки, порівняння української та американської кухні, манери поведінки за столом.

Предметом дослідження є два види кухні, які несхожі одна на одну і різняться за асортиментом, смаком, традиціями та методами приготування страв.

У процесі дослідження використовувались методи адекватні меті та завданням, а саме: аналіз наукових джерел, описовий метод та порівняльний аналіз.

Структура курсової роботи обумовлена логікою дослідження. Курсова робота складається зі вступу, трьох розділів, висновків, списку використаної літератури та резюме українською мовою.

У роботі було розглянуто та проаналізовано різноманітність страв які належать до української та американської кухні. Також курсова робота охоплює такий важливий аспект, як манери поведінки за столом. Адже, в сучасному житті дуже важливо вміти поводити себе правильно, щоб потім не було соромно ні перед людьми ні перед самим собою. Певна частина роботи, яка присвячена манерам за столом є важливою.

Кожна країна має свої звичаї, свої традиції, свою культуру. Наприклад, якщо в Америці їдять яловичину, то в Індії їсти її суворо заборонено. Мусульманам і євреям заборонено їсти свинину, хоча її їдять китайці і народи багатьох інших країн.

Часто різниця стравами які їдять в тій чи іншій країні пов’язана з місцем розташуванням і природними ресурсами в певній місцевості.

Методика проведения лекции по дисциплине «Корабельный устав ВМФ»

Методическая записка

Поскольку данная лекция первая в курсе «Корабельный устав», вводная ее часть является введением в курс. Раскрыв, как и обычно во вводной лекции,структуру и содержание курса,преподаватель должен особо остановиться на общей характеристике Корабельного устава как главного руководящего документа ВМФ.

Начать эту характеристику следует с вопроса: «Что такое устав ?» Обратимся к словарю Даля. Кратко остановимся на истории создания и развития воинских уставов в России. Следует подчеркнуть, что несмотря на строгий, регламентирующий характер этих документов, они всегда, с времен Петра I носили творческий характер: «Не держаться устава, яко слепой стены, ибо там порядки писаны, а времен и случаев нет».

Специфика корабельной службы всегда требовала четкой организации, строгой регламентации всех видов деятельности. Особое значение это приобретает в нынешних условиях, поскольку современный корабль представляет собой боевой комплекс, воплощающий в себе последние достижения науки и техники сложный боевой организм, где от каждого человека зависит выполнение кораблем боевых задач. В подтверждение этой мысли полезно привести примеры из корабельной жизни. Причем желательно как положительные примеры, подтверждающие зависимость успеха от четкого выполнения требований Корабельного устава, так и отрицательные.

Надо показать, что Корабельный устав имеет много общего с уставами ММФ, что изучение его поможет в дальнейшей практической деятельности на судах ММФ и тем более поможет быстрому становлению офицера Военно-Морского Флота в случае призыва, либо желания посвятить себя военной флотской службе.

Общие положения Корабельного устава следует привести полностью, без сокращений. Особо надо подчеркнуть, что ни одно иностранное правительство не имеет права вмешаться в жизнь военного корабля. В вопросе классификации военных кораблей необходимо четко разъяснить критерии деления и напомнить, что более детально эти вопросы будут изучаться в курсе » Основы тактики ВМФ».

Рассматриваю повседневную организацию корабля, преподаватель должен ориентироваться на базовый для изучения проект корабля. Перечислив, например, боевые части и службы корабля вообще, надо сказать, что на нашей «родной» подводной лодке отсутствуют БЧ-2, БЧ-6,

3 БЧ-7, а БЧ-4 и Сл-р возлагаются одним офицером. Сл-х замыкается на старшего помощника, а Сл-с на помощника командира подводной лодки. Необходимо напомнить курсантам также, на какую первичную должность они готовятся как офицеры запаса. Количество команд и отделений на подводной лодке можно назвать общее, но в зависимости от ВУС курсантов надо обязательно перечислить команды и отделения своей боевой части.

Боевую организацию целесообразно начать с характеристики понятий «командный пункт» и «боевой пост». Для » оживления» рассказа можно сразу же привести пример командного пункта и боевого поста, ориентируясь на ВУС обучаемых. Надо предупредить курсантов, что эти вопросы будут на следующем занятии рассмотрены более подробно с ориентацией на организацию подводной лодки боевого проекта.

В целом весь материал по данному вопросу очень «густ», сложен для восприятия не знакомым с флотской службой, поэтому в подробности организации подводной лодки преподавателю вдаваться на этом занятии. Надо лишь изложить материал в объеме Корабельного устава, лишь кратко его комментируя и заботясь о надежном освоении этого относительно небольшого по объему материала.

Подробно объяснив содержание и назначение как боевого номера вообще, так и книжки «Боевой номер», надо показать эту книжку курсантам, Желательно, чтобы она была заполнена на боевой номер матроса (старшины) той специальности, которая относиться к ВУС обучаемых.

Корабельные расписания следует давать в том же объеме и по той же методике, что и боевую организацию, акцентировав внимание на классификации корабельных расписаний. Можно показать связь боевых инструкций и книжек «Боевой номер».

В заключительной части лекции надо подчеркнуть, что твердое знание изложенного материала основа, база для изучения организации подводной лодки, что является центральной темой всего курса. Задание на самоподготовку дается в зависимости от варианта проведения следующего занятия.

Введение

Корабельный устав ВМФ определяет организацию корабельной службы, направленную на обеспечение высокой боевой готовности, безопасности корабля в море и базе, поддержание на корабле твердого воинского порядка.

Устав ВМФ определяет также обязанности должностных лиц, организацию боевой подготовки кораблей Военно Морского Флота и правил несения службы корабельных нарядов.

Современный корабль представляет собой боевой комплекс, воплощающий в себя последние достижения науки и техники сложный боевой организм, где от каждого человека зависит выполнение кораблем боевых задач. И лишь четкая организация, строжайшая регламентация всей корабельной жизни могут обеспечить успешное выполнение всех задач, безопасность корабля и личного состава.

Вместе с тем Корабельный устав, будучи основным руководящим документом Военно Морского Флота, не является догмой, способствует проявлению творчества, инициативы.

Все уставы русского флота, несмотря на их общую патриотическую направленность и полноту содержания, от «Устава воинского»разработанный Петром I, отражали интересы господствующего класса.

1. Общие положения КУ ВМФ 78г.

УСТАВ это собрание законов, правил на какой-либо предмет (толковый словарь В.М.Даля). Предметом является сложный, огромный флотский организм, состоящий из большого количества относительно самостоятельных единичек кораблей и частей.

НАСТОЯЩИЙ УСТАВ определяет организацию корабельной службы, направленную на обеспечение высокой боевой готовности, безопасности корабля в море и базе , поддержание твердого воинского порядка на корабле.Устав определяет также обязанности должностных лиц,организацию боевой подготовки кораблей ВМФ и правила несения службы корабельных нарядов.

Значение КУ в боевой и повседневной деятельности кораблей трудно переоценить.Точное выполнение уставных требований во многом определило победный победный исход сражений эскадр Ушакова, Лазарева, Нахимова.

Первым опытом установления четкой организации в воинском коллективе в России является дошедший до нас документ «Устав ратных, пушечных и других дел, касающихся до военной науке», написанный Онисимом Михайловым в 1606-1621г.г. Через 100лет широко применялся в русских вооруженных силах «Устав воинский», разработанный Петром I , по которому действовали командиры петровских кораблей.

Следует отметить, что все уставы русского флота, несмотря на всеобщую патриотическую направленность и полноту содержания вопросов корабельной службы, в целом отражали интересы господствующего класса.

Первые уставы СА и ВМФ были введены в действие в 1918-19г.г., а первый КУ Сов.ВМФ был создан в 1925г. и назывался «УСТАВ КОРАБЕЛЬНОЙ СЛУЖБЫ РККФ»

Он отражал классовый характер нашего государства и всем своим содержанием выражал интересы трудового народа.

После этого уставы перерабатывались и переиздавались в 1932, 1939, 1943, 1959, 1967г.г. Действующий на сегодняшний день КУ ВМФ введен в действие приказом ГК ВМФ N 10 от 10 января 1978г.Относительно частое переиздание, переработка КУ были вызваны изменяющейся обстановке на флоте: это и накопление боевого опыта ведения современного боя, это и быстрое, качественное изменение технической оснащенности флота, это наконец и повышение уровня знаний и идейной закалки личного состава.

Одним словом, КУ идет в ногу со времени, чутко реагируя на все изменения, происходящие в военной теории и флотской службе.

ВМФ является одним из видов ВС РФ. В состав ВМФ входят: подводные силы, надводные силы, морская авиация, береговые войска.

В корабельный состав ВМФ входят: боевые корабли, корабли спец. назначения, морские суда обеспечения, рейдовые суда обеспечения.

Корабли и суда ВМФ являются собственностью России и где бы они не находились, подчиняются только законам РФ.

Ни одно иностранное правительство не имеет права вмешиваться в жизнь военного корабля РФ. Всякая попытка в этом направлении должна пресекаться самым решительным образом, в крайнем случае силой оружия.

Боевые корабли разделяются на классы, подклассы, ранги.

Морские рейдовые суда обеспечения подразделяются только на классы.

Современная классификация кораблей по классам и подклассам объявлена приказом МО и ГК ВМФ.

Положения КУ распространяются на все военные корабли, катера и шлюпки, носящие военно-морской флаг РФ, а также на корабли специального назначения, морские и рейдовые суда обеспечения, укомплектованные военнослужащими.

Требования КУ обязательны для всего экипажа корабля, в том числе и для всех лиц, временно прибывающих на корабль.

Организация на морских и рейдовых судах обеспечения, укомплектованных рабочими и служащими, определяется «УСТАВОМ СЛУЖБЫ НА СУДАХ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ВМФ».

Военнослужащие ВМФ по вопросам выполнения общих обязанностей военнослужащих и их взаимоотношение с военнослужащими СА и при несении службы на берегу обязаны руководствоваться уставами ВС. Командиры соединений и кораблей на основе положений корабельного устава могут издавать организационные приказы, детализирующие корабельную службу применительно к особенностям корабля и местным условиям.

ВЫВОД: Не держаться устава, яко слепой стены, ибо там порядки написаны, а времен и случаев НЕТ.

Основным документом определяющим все многообразные стороны жизни и службы Л/С кораблей и судов, носящих  военно-морской флаг, является корабельный устав.

Требования его обязательны для всех лиц, ступивших на палубу корабля.

Устав это содержание законов.

2. Повседневная организация корабля

ПОД КОРАБЕЛЬНОЙ ОРГАНИЗАЦИЕЙ СЛЕДУЕТ ПОНИМАТЬ ОРГАНИЗАЦИОННОЕ ПОСТРОЕНИЕ ЭКИПАЖА КОРАБЛЯ И РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ОБЯЗАННОСТЕЙ МЕЖДУ ЕГО ЧЛЕНАМИ В РАЗЛИЧНЫХ УСЛОВИЯХ БОЕВОЙ И ПОВСЕДНЕВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ.

Чтобы с наибольшей эффективностью применять оружие и использовать технические средства корабля в бою и в повседневных условиях, руководить его личным составом, необходима четкая, тщательно отработанная корабельная организация.

Корабельная организация предназначена обеспечить:

1. Высокую боевую готовность оружия и технических средств и корабля в целом.

2. Непрерывное и бдительное наблюдение за окружающей обстановкой в целях предупреждения внезапных атак противника и обеспечения безопасности плавания корабля.

3. Непрерывное и нацеленное управление кораблем и его подразделениями, четко взаимодействие подразделений в целях эффективного применения оружия и использования технических средств.

4. Надежную связь с командованием и взаимодействующими силами, бесперебойную внутрикорабельную связь.

5. Высокую живучесть корабля и безопасность л/с.

Корабельная организация строится в соответствии с боевым назначением корабля. Кроме того, она определяется ШТАТОМ КОРАБЛЯ это специальный документ, в соответствии с которым каждый корабль комплектуется личным составом.Штат корабля определяет организационную структуру корабля (боевые части, службы, команды, отделения) и устанавливает численность его л/с по должностям, специальностям и воинским званиям.

Штат корабля определяет должностные оклады офицеров, старшин,  матросов. На основании штата корабля определяются нормы снабжения различными видами довольствия (техническим, вещевым, шкиперским, продовольствием, финансовым и т.д.).

Весь л/с корабля составляет его экипаж.

Во главе корабля стоит КОМАНДИР КОРАБЛЯ, который является прямым начальником всего л/с.

В помощь командиру корабля назначается СТАРШИЙ ПОМОЩНИК КОМАНДИРА, являющийся первым заместителем командира корабля, помощник командира по воспитательной и кадровой работе, и помощники, определяющиеся штатом корабля.

В целях лучшего применения оружия и использования т.е. на кораблях создаются боевые части и службы:

боевые части:

БЧ-1 штурманская боевая часть.

БЧ-2 ракетная (ракетно-артиллерийская) боевая часть.

БЧ-3 минно-торпедная часть.

БЧ-4 боевая часть связи.

БЧ-5 электро-механическая боевая часть.

БЧ-6 авиационная боевая часть.

БЧ-7 боевая часть управления.

службы:

Р радиотехническая служба.

Х химическая служба.

М медицинская служба.

С служба снабжения.

Боевые части и службы в зависимости от ранга корабля подразделяются на дивизионы, группы, башни, команды и отделения в соответствии со штатом корабля.

Во главе БЧ (дивизионов, групп, башен, батарей) стоят их командиры.

Во главе служб начальники.

На кораблях 2,3 и 4 ранга на одного офицера может быть возложено командование двумя или более боевыми частями или службами.

Первичными организационными подразделениями на корабле являются ОТДЕЛЕНИЯ, которые объединяют л/с однородной специальности.Отделения, как правило, создают для обслуживания БП.

Во главе отделения стоит командир отделения ( на ПЛ соответствует в/зв ст.1 ст. ).

Отделения могут сводится в КОМАНДЫ, возглавляемые старшинами команд ( на ПЛ соответствует в/зв гл.ст., чл.кор.ст., мичман).

На ДПЛ имеются команды: рулевых-сигнальщиков, торпедистов, радиотелеграфистов, гидроакустиков, машинистов-трюмных, мотористов, электриков. Состав команды 1-3 отделения.

Команды и отделения могут сводиться в ГРУППЫ. На ДПЛ имеются группы: электронавигационная, торпедная, моторная.

ЭНГ ТГ МГ

ЭНГ команда р/с и отделения эл/шт.

ТГ команда торпедистов и отд. эл/торпедных.

МГ команды мотористов и электриков.

Во главе группы стоит офицер соответствующей специальности. Командир группы первичная офицерская должность на ПЛ.

ВЫВОД: Организация корабля строится в соответствии с его

боевым назначением и определяется штатом.

Боевые части и службы созданы для лучшего использования

оружия и технических средств, а также для удобства

управления на корабле.

3. Боевая организация корабля

Для ведения боя личный состав корабля распределяется по командным пунктам (КП) и боевым постам (БП).

Распределение л/с по КП и БП производятся в соответствии с документом табелем КОМАНДНЫХ ПУНКТОВ И БОЕВЫХ ПОСТОВ.

КП это место, оборудованное средствами управления, откуда командир руководит действиями подчиненных ему подразделений, применением оружия, использованием технических средств и борьбы за живучесть, а также поддерживает связь со старшим командиром и взаимодействующими БЧ и службами.

КП командира корабля является ГЛАВНЫМ КОМАНДНЫМ ПУНКТОМ (ГКП). На кораблях 4 ранга, где один только командный пункт (КП).

Расположение и оборудование КП определяется при конструировании корабля с таким расчетом, чтобы с ГКП было удобно наблюдать за обстановкой, управлять кораблем, его оружием и техническими средствами, а с КП боевых частей и служб управлять оружием и техническими средствами подразделения и руководить л/с.

На ПЛ в зависимости от ее положения относительно поверхности воды ГКП располагается в ЦП (ПП) и БР (на перископе) на ходовом мостике (НП).

На случай выхода из строя ГКП создается ЗАПАСНОЙ КОМАНДНЫЙ ПУНКТ (ЗКП), оборудованный дублирующими средствами управления и связи.

На определенных проектах кораблей для сбора, обработки и анализа данных обстановки и своевременного доклада их командиру корабля создается центральный пункт (ЦКП),который располагается внутри корпуса корабля и возлагается СПК.

Все КП на корабле имеют определенное наименование и порядковый номер.

На ПЛ нумерация КП производится в каждой БЧ (службе) по порядку номеров с носа в корму.

Каждый КП возглавляет офицер, занимающий определенную командную должность. На КП для обслуживания технических средств расписываются матросы и старшины. Для сокращенного обозначения КП в схемах, расписаниях и т.п. установлен следующий порядок записи: в числителе указывается обозначение КП, в знаменателе номер БЧ или буква, обозначающая службы, например:

КП

—КП штурманской боевой части

I

КП

—КП медицинской службы и т.д.

М

Сокращенное обозначение КП накрашивается в помещении, где он расположен.

БП это место на корабле с находящимися на нем оружием и техническими средствами, имеющими определенное боевое значение, где л/с использует и обслуживает их. БП возглавляет командир БП.

Управление БП осуществляется с КП. Каждому БП присваивается наименование и порядковый номер.

Номера БП ПЛ состоят из 2-х и 3-х знаков (цифр или букв), кроме номеров БП, обслуживающих вспомогательный механизмы. Первые цифры (1 или 2) указывают номер отсека, где расположен БП, последний знак (цифра или буква) принадлежность к БЧ или службе.

Номер БП вспомогательных механизмов соответствуют номерам отсеков.

БП БЧ-1 присваивается цифры «6» и «7».

6-БП управление рулями.

7-БП обслуживания ЭНП.

БП РТС присваивается цифры «2» и «9» и буква «Р».

2,9 гидроакустики и радиометристы.

Р другие радиотехнические посты.

БЧ-1 6 и 7 Сл»Р» 2,9Р

БЧ-3 3 Сл»Х» Х

БЧ-4 4 Сл»М» М

БЧ-5 5,8 Сл»С» С

Присвоенные БП цифры и буквы не должны повторяться в одном и том же отсеке.

БП, расположенный на мостике, обозначается цифрой, присвоенной БЧ (службе) с добавлением «О» перед ней.

БОЕВОЙ НОМЕР. В соответствии с боевой организацией корабля мичманам, старшинам и матросам присваивается боевые номера, которые служат для удобства составления корабельных расписаний и работы с ними, а также для распределения обязанностей л/с.

Боевой номер состоит из 3-х частей.

Первая часть (цифра или буква) указывает, в какой боевой части (службе) находится мичман, старшина, матрос согласно расписанию по боевой тревоге.

Вторая часть (1, 2, 3 цифры) указывают номер БП.

Третья часть (2 цифры) определяет принадлежность мичмана, старшины, матроса к боевой смене. Первая цифра обозначает номер боевой смены, вторая порядковый номер в смене.

Боевым сменам присваивается следующие цифры: первая боевая смена 1, 5, 7 вторая боевая смена 2, 4, 8 третья боевая смена 3, 6, 9

Боевые номера курсантов, мичманов, старшин, проходящих практику на кораблях, отличаются от боевых номеров штатного личного состава цифрой «О», поставленной перед цифрой, буквой боевого номера.

Книжка «БОЕВОЙ НОМЕР».

Для того, чтобы матрос, старшина, мичман, придя на корабль, могли быстро изучить свои обязанности по всем корабельным расписаниям, каждому из них выдается книжка «Боевой номер».

Эта книжка представляет собой выписку из корабельных расписаний для одного лица. В заполненном виде книжка «Боевой номер» является документом строгой отчетности.

ВЫВОД: Расписание личного состава корабля по КП и БП составляет основу боевой организации корабля.

Основным документом старшины, матроса на корабле, определяющим его обязанности есть КУ и книжка «Боевой номер».

4. Корабельные расписания

Корабельные расписания составляются с целью распределения л/с по КП и БП при использовании оружия и технических средств корабля,а также при выполнении других систематически повторяющихся корабельных мероприятий и работ.

Расписание л/с корабля по КП и БП производится с учетом их специальности, уровня подготовки, способностей, физических качеств с целью обеспечить наиболее полное и эффективное использование оружия и т.с. корабля в бою, взаимозаменяемость л/с.

Каждый офицер корабля должен иметь 2-х заместителей. Это положение относиться и к старшинам, занимающим особо ответственные должности. Остальные по одному. Командира корабля в бою после СПК замещают офицеры корабля. Порядок замещения командира корабля и офицерского состава определяется степенью подготовки офицеров и объявляется приказом по кораблю. Корабельные расписания делятся на  боевые и повседневные.

ОСНОВНЫМ ДОКУМЕНТОМ ОПРЕДЕЛЯЮЩИМ ОРГАНИЗАЦИЮ КОРАБЛЯ В БОЮ, ЯВЛЯЕТСЯ РАСПИСАНИЕ ПО БОЕВОЙ ТРЕВОГЕ.

На основании расписания по боевой тревоге, утвержденного командиров соединения, составляются все остальные корабельные расписания.

К боевым расписаниям относятся:

1. Расписания по боевой тревоге (БТ N1) (со схемой технического и зрительного наблюдения за окружающей обстановкой с табелями КП и БП и нумерации л/с корабля).

2. Расписание по боевой готовности N2 (со схемой технического и зрительного наблюдения за окружающей обстановкой).

В расписаниях указывается место действия (КП, БП, отсек, помещение, часть корабля), обязанности л/с, должность офицеров, должности и боевые номера мичманов, старшин, матросов, фамилии л/с вписываются только в расписания по боевой тревоге и в табель нумерации л/с и заместительство.

Действия л/с БП по теме герметизации корпуса корабля по сигналам «Радиационная опасность» и «Химическая тревога» и по оказанию помощи раненым указывается в расписании по боевой тревоге в виде дополнений к основным обязанностям мичманов, старшин и матросов.

Все расписания вносятся в книгу «КОРАБЕЛЬНЫХ РАСПИСАНИЙ».

Кроме того в книгу корабельных расписаний должны быть внесены:

1. Корабельная боевая схема.

2. Схема боевой организации корабля.

3. Схема повседневной организации корабля.

4. Схема расположения и нумерации пожарных рожков, огнетушителей, клапанов, систем противопожарной и водяной защиты.

5. Маркировка водонепроницаемых дверей, люков, горловин и вентиляционных закрытий.

6. Схема расположения газонепроницаемых помещения корабля.

В книге должен быть приложен «СБОРНИК БОЕВЫХ ИНСТРУКЦИЙ» л/с корабля.

В корабельных боевых инструкциях подробно излагаются обязанности мичманов, старшин и матросов по боевой тревоге, по применению оружия и использования технических средств в бою и при борьбе за живучесть, по

15 срочному погружению. Кроме того, указываются дополнительные обязанности по герметизации корпуса, приведению в действие систем работ дизеля и пополнения запаса ВВД под водой, по постановке на стабилизатор глубины, по химической тревоге и радиационной опасности, по специальной обработке корабля, санитарной обработке л/с и т.д.

Корабельные боевые инструкции сводятся в сборник боевых инструкций корабля.

ВЫВОД: Корабельные расписания должны являться оптимальным вариантом распределения л/с по КП и БП.

Расписание по боевой тревоге являются основой для составления всех расписаний, как боевых, так и повседневных.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.bigmir.net/

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ УКРАИНЫ
З а п о р о ж с к и й г о с у д а р с т в е н н ы й т е х н и ч е с к и й у н и в е р с и т е т

Кафедра

__________________________

ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА К КУРСОВОМУ ПРОЭКТУ

ПО ДИСЦИПЛИНЕ ________________________________________

________________________________________________________

________________________________________________________

Розработала

ст. гр. РПз-538

Крыгина А. А.

Принял

преподаватель

Пинчук В.П.

2001р.

РЕФЕРАТ

ПЗ: стр.

ЦЕЛЬ РАБОТЫ: разработать библиотечные средства решения задач линейной алгебры.

ОБЪЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ: классовые типы – численная квадратная матрица и одномерный динамический массив с переменными размерами.

МЕТОД ИССЛЕДОВАНИЯ: разработка алгоритмов и написание классов функций на языке Borland С++.

В курсовом проекте разработаны алгоритмы для решения основных задач линейной алгебры. По этим алгоритмам на языке Borland C++ написаны два класса функций, ориентированных на объекты типа численная квадратная матрица и одномерный массив (вектор). В классы включены арифметические операции, операции ввода-вывода, функции вычисления определителя матрицы, длины вектора, а также решения системы линейных алгебраических уравнений.
Для наглядности полученных результатов разработана демонстрационно- тестирующая программа.
Результаты курсового проекта могут быть использованы на практике для решения систем линейных уравнений и других задач линейной алгебры.

Список ключевых слов:
ЛИНЕЙНАЯ АЛГЕБРА, МАТРИЦА, ВЕКТОР, СИСТЕМА ЛИНЕЙНЫХ УРАВНЕНИЙ,
ОПРЕДЕЛИТЕЛЬ, ФУНКЦИЯ, КЛАСС ФУНКЦИЙ, ОБЪЕКТ, ОПЕРАЦИЯ, ШАБЛОН, ОБЪЕКТНО-
ОРИЕНТИРОВАННОЕ ПРОГРАММИРОВАНИЕ.

ВВЕДЕНИЕ

Объектно-ориентированное программирование – это новый способ подхода к программированию. Такое программирование, взяв лучшие черты структурного программирования, дополняет его новыми идеями, которые переводят в новое качество подход к созданию программ.
Наиболее важное понятие языков объектно-ориентированного программирования – это понятие объекта (object). Объект – это логическая единица, которая содержит данные и правила (методы) обработки этих данных. В языке С++ в качестве таких правил обработки выступают функции, т. е. объект в Borland
C++ объединяет в себе данные и функции, обрабатывающие эти данные.
Одним из самых главных понятий языка С++ является понятие класса (class). В языке С++ для того, чтобы определить объект, надо сначала определить его форму с помощью ключевого слова class [1].
Ближайшей аналогией класса является структура. Память выделяется объекту только тогда, когда класс используется для его создания. Этот процесс называется созданием экземпляра класса (class instance).
Любой объект языка С++ имеет одинаковые атрибуты и функциональность с другими объектами того же класса. За создание своих классов и поведение объектов этих классов полную ответственность несет сам программист. Работая в некоторой среде, программист получает доступ к обширным библиотекам стандартных классов.
Обычно, объект находится в некотором уникальном состоянии, определяемом текущими значениями его атрибутов. Функциональность объектного класса определяется возможными операциями над экземпляром этого класса.
Шаблоны, или параметризованные типы, позволяют конструировать семейство связанных функций или классов. Обобщенный синтаксис определения шаблона имеет вид template {объявление} ;
Различают шаблоны функций и шаблоны классов.
Шаблон классов задает образец определений семейства классов. Над типизированными элементами этого класса выполняются одинаковые базовые операции вне зависимости от конкретного типа элементов [2].

Введение в объектно-ориентированное программирование

Объектно-ориентированное программирование представляет собой чуть более автоматизированный способ программирования. Объектно-ориентированные программы – это не просто процедурные программы, переведенные на новый синтаксис. Они должны строится на новой философии разработки. Для них требуется новая стратегия программирования, которую часто бывает трудно освоить [3].

Основная идея ООП: программа состоит из группы объектов, часто связанных между собой. В С++ объекты описываются при помощи нового типа данных class. Класс включает в себя набор переменных (данных) и операций
(методов или функций-членов), которые действуют на эти переменные.
Полученными объектами можно управлять при помощи сообщений.

В ООП объекты включают в себя не только данные (данные-члены), но и методы (функции-члены) воздействия на эти данные. Эти две части в сочетании образуют функциональную единицу программы. Другими словами, объекты содержат данные и методы работы с этими данными. Ниже приведены три основных преимущества объектно-ориентированных программ по сравнению с эквивалентными программами, разработанными сверху вниз.
. Сопровождение программы. Программы проще читать и понимать, ООП позволяет управлять сложностью программы, оставляя видимыми программисту только существенные детали.
. Модификация программы (добавление или исключение возможностей). Вы можете часто делать дополнения или исключения в программе, например при работе с базой данных, просто добавляя и исключая объекты. Новые объекты могут наследовать все свойства базовых объектов, необходимо только добавить или убрать отличающиеся свойства.
. Повторное использование. Можно сохранить грамотно разработанный объект в наборе полезных программ и затем вставить его в новую программу с небольшими изменениями или без изменений.

ООП полностью принадлежит к миру С++, поскольку в С нет основного ядра
– абстрактного типа данных class [5]. Поэтому переписать процедурно- ориентированную программу как объектно-ориентированную гораздо сложнее, чем просто подставить вместо одного ключевого слова другое.
ООП представляет собой технику программирования, которая позволяет рассматривать основные идеи как множество объектов. Используя объекты, можно представить задачи, которые необходимо выполнить, их взаимодействие и любые заданные условия, которые должны быть соблюдены. Структура данных часто образует основы объектов; таким образом в С или С++ тип struct может образовывать элементарный объект. Связь с объектом можно организовать при помощи сообщений. Использование сообщений похоже на вызов функций в процедурно-ориентированной программе. Когда объект получает сообщение, вступают в действие методы, содержащиеся в объекте. Методы (их иногда называют фунциями-членами) аналогичны функциям процедурно-ориентированного программирования. Тем не менее метод является частью объекта, а не чем-то отдельным, как было бы в процедурном аналоге.

Основные термины и положения ООП

Инкапсуляция данных

Этот термин включает в себя логическое связывание данных с конкретной операцией. Она так же означает, что они являются не -глобальными доступными всей программе, а локальными – доступными только малой ее части.
Инкапсуляция также автоматически подразумевает защиту данных. Именно для этого предназначена структура class в С++. В классе управление функциональными деталями объекта осуществляется при помощи спецификаторов private, public, protected.

Иерархия классов

В общем случае можно представить себе иерархию классов как родословную в генеалогическом древе, где класс С++ представляет собой шаблон для создания классов-потомков. Объекты, полученные из описания класса, называют экземплярами этого класса. Можно создать иерархию классов с классом- родителем и несколькими классами-потомками. Основой для этого являются производные классы.
Наследование

Наследование в ООП позволяет классу получать совйства другого класса объектов. Родительский класс служит шаблоном для производного класса; этот шаблон можно менять различными способами. Наследование является важным положением, поскольку оно позволяет повторно использовать определение класса без значительных изменений в коде.
Полиморфизм

Строится на описаной выше концепции наследования. Программа посылает одно и тоже сообщение как объекту родительского класса, так и всем объектам производных классов. И родительский класс, и классы-потомки ответят на сообщение соответствующим образом. Полиморфизм дает возможность дополнять уже существующие части программы.
Виртуальные функции

Виртуальные функции определяются в родительском классе, а в производных классах происходит доопределение этих функций и для них создаются новые реализации. При работе с виртуальными функциями сообщения передаются как указатели, которые указывают на объект вместо прямой передачи объекту. Виртуальные функции используют таблицу для адресной информации. Эта таблица инициализируется во время выполнения при помощи конструктора.

Конструктор вызывается каждый раз, когда создается объект его класса.
Задача конструктора в данном случае состоит в связывании виртуальной функции с таблицей адресной информации. Во время компиляции адрес виртуальной функции неизвестен; вместо этого ей отводится позиция в таблице адресов. Эта позиция будет содержать адрес функции [5].

Глава 2. Задачи линейной алгебры

2.1. Вычисление определителей

Пусть имеем квадратную матрицу размером n(n:

[pic] . (2.1.1)
Требуется вычислить определитель матрицы det(A).

Эквивалентным преобразованием матрицы называют преобразования матрицы, не изменяющие величину определителя матрицы. Эквивалентным является следующее преобразование: любую строку матрицы можно заме-нить суммой исходной строки и любой другой, умноженной на любое число, не равное нулю.

Используя такого рода преобразования можно попытаться привести ис- ходную матрицу к треугольному виду:

[pic] , при этом det(A) = det(A().

Формула для пересчета элементов матрицы имеет вид:

[pic] , (2.1.2) где i — номер столбца, в котором элементы, лежащие ниже главной

диагонали, превращаются в нули; j — номер элемента в обрабатываемом столбце (т.е. номер строки); k — номер элемента в текущей строке.

Алгоритм приведения матрицы к треугольному виду включает в себя 3 вложенных цикла:

— внешний цикл, i = 1 .. n-1 ;

— средний цикл, j = i+1 .. n ;

— внутренний цикл, k = i+1 .. n .

Теперь искомый определитель вычисляется как произведение диагональ- ных элементов:

[pic].

Описанный выше алгоритм дает результат не всегда. Если при выполне- нии i-того шага внешнего цикла диагональный элемент aii оказывается рав-ным нулю, а среди элементов i-того столбца с номерами от i+1 до n есть хотя бы один не нулевой, алгоритм завершается безрезультатно (из-за невозмож-ности вычислений по формуле (2.1.2). Для того, чтобы это не происходило, используется прием, который называется «выбор главного элемента».

При выполнении очередного шага цикла по i предварительно выполняют-ся следующие операции:

1) находится максимальный по модулю элемент среди элементов i-то-го столбца от aii до ani ;

2) если найденный элемент ali равен нулю, процесс вычисления завер- шается с выдачей результата det(A) = 0 ;

3) если l(i , тогда строки исходной матрицы с номерами i,l поменять местами.

После завершения преобразования матрицы, определитель вычисляется по формуле:

[pic] , где p – число выполненных операций перемены строк местами.

2.2 Обращение матриц

Обратной к матрице A называется матрица A-1, обладающая свойством:

A(A-1 = A-1(A = I , где I – единичная диагональная матрица. Опишем один из универсальных и эффективных методов расчета обратной матрицы (метод Жордана-Гаусса, в книге
[4-218] описан как «метод исключений»). В [5-22] приведен более эф- фективный по памяти алгоритм обращения матрицы.

Пусть имеем матрицу A вида (2.1.1) и пусть B – единичная диагональная матрица такого же размера. Создадим рабочую матрицу R размером N(2N просто присоединив матрицу B справа к матрице A :

[pic] .

Над строками такой расширенной матрицы будем производить преобра- зования, аналогичные тем, которые были описаны в п.2.1. Левую часть мат- рицы R будем называть подматрицей A, правую – подматрицей B. Весь про-цесс преобразования матрицы R разобьем на 3 этапа.

1 этап. Выполним преобразования строк матрицы так, чтобы все элемен- ты, лежащие ниже диагональных элементов подматрицы A, обратились в ну-ли.
При этом может использоваться выбор главного элемента.

2 этап. Выполним преобразования так, чтобы все элементы, лежащие вы- ше диагональных элементов подматрицы A, обратились в нули. Преобразо-вания надо выполнять в обратном порядке: со столбца номер n и до столбца номер 2.

3 этап. Каждую строку расширенной матрицы R с номером i делим на ди- агональный элемент aii .

После завершения процедуры подматрица A превращается в единичную диагональную матрицу, а подматрица B будет равна искомой обратной мат-рице
A-1 . Алгоритм имеет порядок O(n3).

2.3. Методы решения систем линейных уравнений

Задача поиска решений системы линейных уравнений имеет не только са- мостоятельное значение, но часто является составной частью алгоритма ре- шения многих нелинейных задач. Основные методы решения СЛУ:

— метод Гаусса;

— метод обращения матрицы;

— итерационные методы.

2.4. Метод Гаусса

Пусть имеем систему линейных уравнений:

[pic]

Простой метод Гаусса состоит в следующем.

Составим расширенную матрицу, приписав к матрице коэффициентов СЛУ дополнительный столбец – правые части уравнения:

[pic] .

Выполним над строками расширенной матрицы преобразования, анало- гичные тем, которые были описаны в п. 2.1:

[pic] ,

[pic] , и приведем ее к треугольному виду:

[pic] .

Теперь можно вычислить искомые величины xi , начиная с последнего, т.е. вначале находится xn , затем xn-1, xn-2, … , x1. Формула для вычислений имеет вид:

[pic] .

Для расширения возможностей и повышения устойчивости приведенного алгоритма используется выбор главного элемента. Порядок метода Гаусса равен
O(n3).

2.5. Метод обращения матрицы

Представим систему линейных уравнений в матричной форме:

[pic] .
Умножим последнее равенство слева на A-1 :

[pic] .
Учитывая, что A-1(A = I , формально получаем искомое решение:

[pic]

Таким образом, решение системы выполняется в два этапа:

1) вычисление обратной матрицы;

2) умножение обратной матрицы на вектор правых частей СЛУ.

Несмотря на то, что метод обращения матрицы имеет такой же порядок, как и метод Гаусса — O(n3), по объему вычислений он проигрывает ему в нес- колько раз. Однако, если СЛУ необходимо решать многократно и при этом изменяется лишь вектор правых частей, метод обращения матрицы становит-ся все же выгодным.

Практическая часть

Описание класса Matrix для решения задач линейной алгебры

Класс имеет приватные и общедоступные члены-данные и члены-функции
(методы). Для хранения компонентов матрицы используется одномерный динамический массив элементов типа параметра шаблона. Для создания объекта предусмотрены три конструктора: конструктор по умолчанию, конструктор с параметрами, конструктор копирования и деструктор. Для выполнения множества матричных операций созданы перегруженные операции: присваивания (=), сложения (+), вычитания (-), умножения(*) и т.п. На базе операторов ввода/вывода С++ разработаны функции ввода матриц из потока и вывода их в поток, предусматривающие в случае файлового ввода/вывода как текстовую форму хранения, так и бинарную.

Доступ к членам-данным класса – числу строк и столбцов матрицы осуществляется с помощью методов size_row( ) и size_col( ). Для доступа к элементам матрицы создан перегруженный оператор вызова функции operator( )
(dim x, dim x), где dim – переопределенный тип unsigned char. Вызов функции используется как оператор индексирования, принимающий два аргумента.
Аналогично создан оператор вызова функции с одним аргументом operator( )
(dim x). Для данного класса – это очень важные перегруженные операторы, т.к. они используются во всех функциях и операторах, в которых происходит обращение к элементам матрицы.

Описание функций, конструкторов и деструкторов класса:
1. Конструктор по умолчанию Matrix( ):

Конструктор по умолчанию создает матрицу нулевого размера. В дальнейшем размер этой матрицы можно изменить с помощью функции newsize(i, j).
2. Конструктор с параметрами Matrix(dim, dim=1):

Это обычный конструктор с параметрами, который принимает в качестве параметров размеры матрицы и создает одномерный динамический массив размером m*n, где m – число строк, а n – число столбцов матрицы. С целью возможности использовать его для создания векторов, второй параметр конструктора задан как умалчиваемый со значением 1. Для первоначальной
«инициализации» элементов матрицы нулями используется функция setmem( ).
3. Конструктор копирования Matrix(const Matrix &):

Конструктор принимает в качестве параметра ссылку на объект класса (на существующую матрицу), определяет ее размер, выделяет для нее память и копирует в эту память содержимое матрицы, принимаемой по ссылке. Таким образом, создается точная копия матрицы с текущими значениями ее элементов.
4. Деструктор ~Matrix( ):

Деструктор высвобождает память, выделенную конструкторами для элементов матрицы.
5. Функция операции присваивания «=» Matrix& operator= (Matrix&):

Данная функция сравнивает адрес передаваемого по ссылке объекта с адресом собственного класса, чтобы не предпринялась попытка присвоит объект самому себе. После этого создается новый массив с числом элементов, равным числу элементов массива принимаемого по ссылке, и в этот массив заносится содержимое принимаемого массива. Возвращается разыменованный указатель this
(return *this;).
6. Функции операций суммирования, вычитания, умножения матриц и умножения матрицы на число:

Эти функции реализованы как дружественные функции и алгоритмы этих функций аналогичны по своему составу. Общий вид прототипа этих функций: friend Matrix operator @(const Matrix&, const Matrix&). Применение дружественных функций в данном случае целесообразно для того, чтобы иметь возможность передавать в оператор функцию объекты в любой последовательности. В этих операторах-функциях вначале создается временный объект типа матрица (с помощью конструктора копирования), в который копируется первая матрица и который при выходе из функции является возвращаемым объектом. Затем эта матрица суммируется (вычитается, умножается) с матрицей, стоящей после знака оператора по соответствующим правилам матричных операций. При этом для доступа к элементам матрицы и индексирования используются перегруженные операторы вызова функции operator( ) (dim x, dim x) и operator( ) (dim x).
7. Функция – оператор Matrix operator^ (int):

Этот оператор-функция реализован как член класса и предназначен для возведения матрицы в степень. В случае, когда значение входного параметра равно минус единице осуществляется вызов функции вычисления обратной матрицы методом преобразований Гаусса, для чего разработана отдельная функция Matrix & Gauss(dim, dim). Таким образом, использование этого оператора позволяет решать систему линейных алгебраических уравнений в представлении X = (A^-1)*B, где X и B –вектора неизвестных и правых частей соответственно.
8. Функция – оператор Matrix operator ! ( ):

Оператор для определения транспонированной матрицы.
9. Функция – оператор friend VARTYPE operator %(const Matrix&, const

Matrix&):

Функция вычисления скалярного произведения векторов. В ней в начале проверяется, являются ли передаваемые объекты векторами, а затем вычисляется скалярное произведение.
10. Функции-члены VARTYPE determ( ) и VARTYPE vmodule( ):

Первая функция вычисляет определитель собственного объекта (матрицы).
При этом используются функция Matrix & Gauss(dim, dim). Функция VARTYPE vmodule( ) вычисляет длину (модуль) вектора
11. Функция операции вывода friend ostream& operator, и ссылку объект, который находится слева от знака операции, в него и будут вводиться данные из потока. Затем следует ввод данных из потока в элементы массива и возвращается поток. Для ввода данных из файла, нужно открыть его присоединением к потоку ifstream.
13. Функции-члены dim write(ofstream&) и dim read(ifstream&):

Функции предназначены для вывода в файл и ввода из файла матриц в из двоичном представлении. Для этого необходимо передать в них соответствующую ссылку на открытый файл.
14. Функция void ERROR_MATRIX(dim):

Это функция-член, которая вызывается для фиксации некоторых ошибок при создании матриц и работе с ними, таких как отсутствие памяти, несогласованность размеров матриц при операции умножения, попытки вычислить отрицательную степень матрицы и т.п.

Листинг модуля с определением и реализацией класса матриц

// файл tmatr.cpp
#include
#include // для setmem()
#include
#include

typedef unsigned char dim;

template class Matrix { typedef Matrix Vector; private:

VARTYPE *matr; // указатель на массив матрицы dim m,n; // размеры матрицы public:

// конструкторы и деструкторы:

Matrix() { matr=(VARTYPE*)0; m=n=0; }

Matrix(dim,dim=1); // Обычный конструктор

Matrix(const Matrix&); // Конструктор копирования

~Matrix() { delete [ ]matr; }

// доступ к элементам матрицы dim size_row() { return m; } // число строк dim size_col() { return n; } // число столбцов

VARTYPE& operator() (dim x) const { return (*this)(x,0); } // элементу

// перегруженные операции и функции:

Matrix& operator=(const Matrix&);

Matrix& operator=(const VARTYPE&);

Matrix operator^(int); // возведение в степень

Matrix operator!(); // транспонирование

VARTYPE determ(); // определитель матрицы

VARTYPE vmodul(); // модуль вектора

Matrix& Gauss(dim,dim); // преобразование по Гауссу

// (для получ. обратной и единичной матрицы)

// (для получ. верхнетреугольной матрицы)

Matrix minor(dim,dim); // возвращает указ. минор матрицы

Vector line(dim i) // возвращает вектор-строку матрицы

{ return extract(1,n,i,0); }

Vector column(dim j) // возвращает вектор-столбец матрицы

{ return extract(m,1,0,j); }

VARTYPE& operator() (dim,dim) const; // доступ к
Matrix& operator

Доклад

Общая характеристика Чуйской области Республики Киргизия

Содержание

Введение

1 Города и области

2 Административно-территориальное деление

3 Основные показатели

4 Население и национальный состав

5 Экономика и промышленность

6 Природа области

Введение

Столица Токмак, Бишкек

Площадь 20,200 кмІ кмІ

Государственный язык — Киргизский, русский

Губернатор — Сыйданов Кубанычбек Сыйданович

(с 13 ноября 2006)

ISO 3166-2 KG-C

Часовой пояс UTC +6

На околице села Милянфан в Иссык-Атинском районе Чуйской области. Холмы на горизонте уже на северной стороне Чу, в Казахстане (Кордайский район)

Пивзавод Абдыш-Ата в г. Кант

Занимает Чуйскую и Чон-Кеминскую, и Кичи-Кеминскую долины, склоны гор Киргизского, Зайлийского, Кюнгейского Ала-Тоо.

Расположена на высоте 550-4895 м над уровнем моря.

Граничит на севере и западе с Республикой Казахстан, на юго-западе — Таласской, Джалал-Абадской, на юго-востоке — Иссык-Кульской областями Киргизии.Содержание [убрать]

1 Города и области

Административным центром области считается город Бишкек, также являющийся и столицей Киргизии, несмотря на то, что Бишкек является городом республиканского подчинения, а не частью области. Поэтому статистические данные для области (население и т. д.) не включают цифры для Бишкека.

Крупные города — Токмак (бывший столицей области несколько лет в середине 2000-ых гг.), Кант, Кара-Балта.

2 Административно-территориальное деление

В состав современной Чуйской области входит 8 районов.

Панфиловский район

Жайыльский район (бывш. Калининский)

Московский район

Сокулукский район

Аламудунский район

Чуйский район

Ыссык-Атинский район

Кеминский район

3 Основные показатели

Население: 763,9 тыс. чел.(на 1 января 2009) Национальный Статистический Комитет

Численность занятого населения: 328,0 тыс.чел (на 2008) Национальный Статистический Комитет

Численность зарегистрированных безработных: 7089 (на 2008) Национальный Статистический Комитет

Валовой внутренний продукт (2002): 15,9 млн сом

ВВП на душу населения: 21,1 тыс. сом.

Экспорт: 248,1 млн долл. США (2008) Национальный Статистический Комитет

Импорт: 220,9 млн долл. США (2008) Национальный Статистический Комитет

Прямые иностранные инвестиции на 2008: 66,2 млн долл. США Национальный Статистический Комитет

4 Население и национальный состав

Чуйская область является самым промышленно и сельскохозяйственно развитым регионом Киргизии и имеет довольно своеобразную демолингвистическую ситуацию. Исторически основной степной массив области был практически незаселён до появления здесь первых русских и украинских поселенцев в последней четверти XIX века. Массовое миграция сюда киргизов с гор началась только во второй половине XX века. Поэтому, киргизы до сих пор не составлают абсолютного большинства населения области, хотя их численность и доля здесь после 1990 года резко возросла и русские перестали быть самым многочисленным этносом области. Киргизы по-прежнему составляют менее половины населения в 6 из 8 районов области. Типично киргизские сёла расположены высоко в горах, а также, как следствие массовой иммиграции из Южной Киргизии и бесконтрольного естественного прироста — в саманных трущобах, опутавших южные и восточные пригороды Бишкека (Фрунзе), где киргизы впервые составили свыше половины всего населения. Но в силу своего приграничного положения с Казахстаном, в области высока доля различных этноязыковых меньшинств. Хотя основная масса депортированных в Киргизию до и после войны народов уже вернулась на родину, некоторые из них (корейцы, а также менее многочисленные даргинцы и лезгины остались на территории республики и их численность возрастает). По данным переписи 1999 года, в области проживала 772 тыс. жителей, что на 3 % меньше чем в 1989 году — 16 % населения страны (818 тыс. в 2005 году). В горных районах области плотность населения невысока, гораздо выше она в долинах и у государственной границы, вдоль реки Чу и её притоков. Основные демографические показатели области носят двойственный характер, так как демографическое поведение европейских и азиатских народов очень сильно различаются. Для области, по сравнению с другими областями характерна средняя рождаемость (хотя она несколько возросла по мере роста доли киргизов и других азиатских народов), средний уровень смертности, невысокое значение естественного прироста и значительный уровень эмиграции за пределы Киргизии в последнее десятилетие (особенно среди европейцев, а в последнее время также и киргизов) и высокий уровень иммиграции киргизов из южных областей и горных сёл.

Национальный состав области по-прежнему имеет очень пёстрый характер. Налицо тенденция роста доли азиатских народов и сокращения европейских, ранее преобладавших.

Киргизы 338 тыс. 43,8 % (1999)

Русские 246 тыс. 31,9 %

Дунгане 44 тыс. 5,7 %

Украинцы 26 тыс. 3,4 %

Казахи 18 тыс. 2,3 %

Уйгуры 15 тыс. 1,9 %

Немцы 14 тыс. 1,8 %

Турки 14 тыс. 1,8 %

Узбеки 13 тыс. 1,7 %

Татары 9 тыс. 1,2 %

Азербайджанцы 8 тыс. 1,0 %

Корейцы 6 тыс. 0,8 %

Курды 4 тыс. 0,5 %

Таджики 3 тыс. 0,4 %

Прочие 14 тыс. (1,8 %)[1]

Примечательно, что в области проживают в значительных количествах представители сразу 7 тюркских народов: киргизы, казахи, татары, узбеки, уйгуры, турки и азербайджанцы. Русский язык выступает в качестве основного средства межнационального общения, языка образования и делового сектора, в качестве родного.

5 Экономика и промышленность

В последние годы экономическое развитие области приспосабливается к условиям рыночной экономики. Предприятия промышленности и сферы обслуживания были приватизированы и влияние монополии государства снизилось. Изменилась структура производствен ной отрасли, усилилась конкуренция.

К 2000 в области зарегистрированы 4990 хозяйствующих субъектов (юридические лица), включённые в единый гос. статистический регистр, но различающиеся по видам формы собственности (из них работают 2683). Из общего числа предприятий 10% (или 13,8% из работаю щих предприятий) находятся в гос. собственности, 5,3% (8,6%) представляют коммунальную собственность, 84,7% (77,6%) принадлежат частникам. По видам деятельности.4088 предприятий (1981 работающие) — малые, 574 (439) — средние и 328 (263) — крупные предприятия. В 2000 из 2683 действовавших предприятий 17,4% работали в промышленности, 12,2% — строительстве, 25,7% — в торговле и в сфере общественного питания, 8% — в сфере обслуживания и коммунальных услуг, остальные 23,5% — в заготовительной, ремонтной и в др. отраслях социальной сферы обслуживания. Область является промышленно развитым регионом республики. В 2000 из вышеприведённых предприятий на самостоятельном балансе находились — 140 и в них работали 19,8 тыс. чел. (27% от всех работающих в республике) или произведено продукции на 13280 млн. сомов (30,9%). По этим показателям область заняла 1 -ое место среди регионов республики. Основными отраслями промышленности являются: цветная металлургия (производит 67,3% продукции всей промышленности области), пищевая (17,3%), производство строительных материалов (6,2%), машиностроение (2,5%) и лёгкая (1,5%).

Для области специфичен выпуск следующих промышленных продукций: аффинированного золота (Кара-Балта), редкоземельных элементов (Ак-Тюз, Орловка и др.), кабельных изделий (Кайынды), автобусов, стекла, картона, тканных шерстяных трикотажных изделий (Токмок), ши фера и асбестоцементных труб (Кант), линолеу ма (Кемин), сахара песка (Кайынды, Шопоков), Кроме этих продукций, в области производятся: электроэнергия, (Кеминский, Аламединский р-ны), цемент (Кант), носки (Лебединовка), кол баса, молоко, мука, макароны, овощные кон сервы, виноградные вина и др. Значительная часть этих продукций экспортируется в зарубежные страны и реализуется в др. областях респуб лики. Экспорт в области в 2000 достиг 157,3 млн. долл. США (что составило 41% от экспор та республики) и превысил импорт (20,3 млн. долл., 5,2% от республиканского) в 7,7 раза. В областной промышленности много крупных предприятий, известных всей республике: гос. акционерная компания «Кара-Балтинский горнорудный комбинат» (в 2000 произведено более 60% промышленной продукции области), акционерное общество «Каинды Кант» (763,1 млн. сомов), акционерное общество «Кант ЦШК (605,4 млн.), совместное предприятие «Бакай» (406 млн.), Кара-Балтинский «Авторемзавод» (120 млн.), предприятия: Ак-Сут в Московском р-не (82,8 млн.), «Айнек» (76,5 млн.), «Химико-металлургический комбинат в Кемин- ском р-не (50 млн.) и др. акционерные общества.

В экономике области важное место занимает сельское хозяйство, где представлены различные формы собственности. На 1 января 2001 в области были зарегистрированы 14 гос. хозяйств, 3 агрофирмы, 26 акционерных обществ, 97 коллективных крестьянских хозяйств, 39 кооперативов и более 25 тыс. частных крестьянских хозяйств.

Сельское хозяйство в основном специализируется: в крестьянстве — на сборе зерна, сахарной свеклы, в производстве семян зерновых и клевера, в выращивании овощей; в животноводстве — в развитии молочнотоварных ферм крупнорогатого скота, в воспроизводстве свиней и пернатых.

В 2000 во всех предприятиях области, с раз личными формами собственности, работали 93 тыс. чел. (19,3% от общего числа работников, занятых в сельском хозяйстве республики). Они произвели продукты питания на 11655 млн. со мов (28,2%). В начале 1999 — 65,5% от общей площадей областных земель или 1322 тыс. га были отведены для с.-х. использования. Из них 419,6 тыс. га — посевные (31,7% пригодны для сель ского хозяйства), 10 тыс. (0,8%) фруктовые и др. деревья, 20,9 тыс. га (1,6%) — площади под сенокосы, 871,6 тыс. га (65,9) — пастбища. В 2000 в области под посевные было отведено 391,6 тыс. га земли (32,2% от республиканской пло щади), из них 225,7 тыс. га было выделено под зерновые (или 33,3% от республиканской площади), 30,4 тыс. га (90,5%) — под сахарную свеклу, 11,7 тыс. га (16,9%) — под картофель, 19,9 тыс. га (42,1%) — под овощи, 90,2 тыс. га (33,4%) — под кормовые культуры, остальные 12 тыс. га — под бахчевые культуры и масляничные растения. В 2000 крестьянством было заготовлено: 462,7 тыс. т зерна, 148,6 тыс. т сахар ной свеклы, 174,4 тыс. т картофеля, 315,2 тыс. т овощей, 92,4 тыс. т бахчевых плодов, 7,9 тыс. т фруктов и 2,2 тыс. т винограда.

В 2000 во всех хозяйствах области числились 192,2 тыс. коров (20,3% от кол-ва коров по рес публике), 336 тыс. (88%) овец и коз, 76,4 тыс. (75,6%) свиней, 42,6 тыс. (12%) лошадей, 1302,9 тыс. (42,6%) пернатых. От них было получено: 86,7 тыс. т (25%) мяса в живом весе, 291,9 тыс. т (26,1) молока, 1,1 тыс. т (9,4%) шерсти, 104,6 млн. штук (50,4%) яиц. Основу производства животноводческой продукции составляют частные крестьянские (фермерские) хозяйства и индивидуальные частные хозяйства. В 2000 их доля составила: в производстве мяса — 94%, удоях молока —86%, в сборе яиц —94%, в настриге шерсти —98%.

Несмотря на то, что в Чуйской области проложена железная дорога общей протяженностью 270 км (Чалдыбар — Бишкек — Балыкчи) для развития внешних и внутренний экономических связей основную роль играет автомобильный транспорт. На территории области общая дли на автомобильных дорог составляет 3,4 тыс. км (к 2000). Из них 3 тыс. км покрыты асфальтом. В 2000 на автомобильном транспорте было перевезено: 8,7 млн. т груза, 709 млн. пасса жиров. Основные автомобильные магистрали: Бишкек — Ош, Чалдыбар — Кара-Балта — Биш кек — Токмок — Балыкчы, Бишкек — Кара- Балта — Сосновка — Тунук (Суусамырская до лина), Бишкек — Манас (аэропорт) — Камышановка, Бишкек — Алматы и др. В перевозке пассажиров значительное место отведено воз душному транспорту; от аэропорта «Манас», рас положенного на территории области, приблизительно к 40 городам и сёлам внутри респуб лики и зарубежным странам проложены воздуш ные трассы для полёта самолётов. В зап. части области проложен газовый трубопровод Муба рек — Бишкек — Алматы, предназначенный для доставки природного топлива в города и круп ные населённые пункты.

Образование. В области, в 1999/2000 учеб ном году в 1-ом вузе обучались 1,3 тыс. студен тов, работали 62 преподавателя (в их числе 1 доктор наук и 10 кандидатов различных наук). В 7 средне-специальных учебных заведениях области учились 4 тыс. учеников, трудились 291 преподаватель. В 1999/2000 учебном году в 313 общеобразовательных школах области обучались 158,3 тыс. учеников, в них трудились 9,2 тыс. учителей. В их числе были 2 детских дома (245 мест), 5 школ-интернатов для сирот и беспри зорников (1645 мест). 39,9% учеников учатся на кыргызском, 60% — на русском, 0,1% — на уз бекском языках.

Культура. В Чуйской области действуют: нац. театр комедии имени Шаршена, работают 255 клубов на 44334 мест, а также дома культуры. 218 публичных библиотек области имеют в своём фонде 3191,75 тыс. экземпляров книг. С 1991 издаются 2 областные газеты на кыргызском и русском языках. Есть несколько р-ных газет. В 1991 было принято решение от открытии Чуйской областной телерадиокомпании. Информационно-публицистическая радиопрограмма «Сары-Озен» впервые вышла в эфир 2 декабря 1991. В будни она выходит в эфир с програм мой, рассчитанной на 30 минут, а по воскресеньям — на час с литературно-музыкальной программой. Есть передачи, адресованные представителям др. национальностей, живущих в области (раз в неделю по 30 минут). В 1993 впервые вышла на телеэкран областная телепередача под названием «Коз ирмемде Сары-Озен» («Перед взором Жёлтая Долина»). Раз в неделю (30 минут) программа показывается для всех теле зрителей республики.

6 Природа области

Природа области отличается своеобразной красотой, богата минеральными и термальными источниками и поэтому удобна для создания домов отдыха, развития туризма, лечебных учреждений, а также для организации международного альпинизма. Из них используются: Иссык-Атинская термальная вода для лечебных целей, природный парк отдыха и альпинизма «Ала-Арча» — также использующийся для отдыха и проведения спортивных соревнований. Кроме них неповторимы и привлекательны своим удобством и красотой ущелья: Кара-Балта, Ак-Суу, Сокулук, Аламудун, Кегеты, Шамшы, Чон-Ке мин и др.

На территории области имеются археологические памятники древних времен — Георгиевский холм, относящийся к каменному веку, Аламудунская стоянка древних людей, жилища бронзовой эпохи в Каинде и Жайылме, стоянки сак-усунского периода в Кара-Балте. Из археологических и архитектурных памятников сред них веков сохранились городища: Ашмара, Суй яб, Невакет, Баласагын, Ак-Бешим и др., а также статуи, изображающие древнетюркский этнос и др., распространён также и киргизский язык и многие другие.

смотреть на рефераты похожие на «Внутренний долг»

МИНИСТЕРСТВО ОБЩЕГО И ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО

ОБРАЗОВАНИЯ РФ

| |

ВОРОНЕЖСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

КАФЕДРА ЭКОНОМИКИ ТРУДА

И ОСНОВ

УПРАВЛЕНИЯ

|КУРСОВОЙ ПРОЕКТ |

|ПО |“ПОЛИТИКА ДОХОДОВ И ЗАРАБОТНОЙ ПЛАТЫ.” |
|ДИСЦИПЛИНЕ: | |
|НА ТЕМУ: |«Государственный внутренний долг.» |

СПЕЦИАЛЬНОСТЬ 0602

Дневное отделение

Работу выполнил студент
5 курса 1 группы Кобзев
О.В.

Проверил к.э.н., доцент Л.И.
Смирных

|ВОРОНЕЖ — 1998 |
| |

СОДЕРЖАНИЕ

| | |
| | |
| |3 |
|1. Государственный внутренний долг РФ. | |
|2. Внутренние заимствования – как один из основных | |
|источников финансирования дефицита бюджета. | |
|2.1 Бюджетный дефицит и государственный долг; |5 |
| |6 |
|2.2 Инструменты внутренних заимствований; | |
|2.3 Динамика доходности и обслуживания внутреннего долга. |8 |
|3. Управление государственным внутренним долгом. |12 |
|Заключение |17 |
|Литература |18 |
| | |
| | |
| | |
| | |

1. Государственный внутренний долг РФ.

В последнее время интерес финансистов к проблемам дефицита федерального бюджета и государственного долга заметно усилился. Стремительный рост объема государственного долга, критической величины расходов на его обслуживание при, казалось бы, приемлемом с макроэкономической точки зрения размере бюджетного дефицита последние три года заставил искать первопричины подобной динамики. В большинстве аналитических работ отмечается три основных фактора:
— высокая доля государственных расходов в структуре ВВП;
— неточный финансовый счет бюджетного дефицита, приводящего к его двукратному занижению;
— высокая доходность государственных ценных бумаг.

Закон РФ «О государственном внутреннем долге РФ», принятый в 1992г., закрепил деление государственного долга на внутренний и внешний, проводимое по вспомогательному критерию. Законом о федеральном бюджете на 1 января
1998г. верхний предел государственного внутреннего долга РФ, установленный в размере 630 трлн.руб. Государственный внутренний долг разбит на 2 категории: долговые обязательства правительства в размере 530 трлн.руб. и целевые долговые обязательства в размере 100 трлн. руб. Предел государственного внешнего долга – 136,8 млрд.$.

Таким образом в настоящее время заимствования делятся на внутренние и внешние в соответствии с валютой возникающих обязательств, рублевые долги относятся к внутреннему долгу, а валютные – к внешнему.
Остановимся на основных противоречиях и проблемах, с которыми сталкиваются сегодня система государственных заимствований. Отметим особенности, связанные с нынешним составом государственного долга.
1. Дефицитный бюджет приводит к ускоренному росту государственного внутреннего долга: в течение 1996г. — в 2 раза (со 190трлн. руб. до 380 трлн.руб.), в течение 1997г. — в 1,8 раза ( до 690 трлн.руб). При сохранении таких темпов роста к 2000г. объемы государственного внутреннего долга будет сопоставим с величиной ВВП.
2. На государственный долг списывалось все текущее бюджетное недофинансирование за последние 6 лет, приобретая суррогатные формы. Эта задолженность предприятиям АПК, организациям, осуществляющим северный завоз, переоформлялось в казначейские векселя, облигационный заем для погашения товарных обязательств и задолженности перед ЦБ РФ, ПФ и др. объемом обязательств по ГКО – ОФЗ на 1 января 1998г. не превысит 2/3 всего объема внутреннего долга.
3. Центральный банк и Минфин скорректировали свои усилия на узком

«облигационном» сегменте финансового рынка. Управление долгом свелось к планированию объемов и периода обращения к очередного выпуска ГКО – ОФЗ.
4. Отсутствуют средне – и долгосрочное планирование, в том числе при подготовке проекта федерального бюджета, состава и объема государственного долга, а также графиков его погашения. Без подобного прогноза, хотя бы на двух, трех годичный период, невозможно проводить перспективный анализ ситуации.
5. Рынок российских государственных ценных бумаг станет цивилизованным только при увеличении числа инструментов и доли долгосрочных бумаг ( со сроком обращения 5-30 лет), что произойдет не ранее, чем через 2-3 года.

Управление государственными пассивами на первом этапе требует обеспечения единообразного подхода к отражению в бюджете операций с долговыми обязательствами государства.
6. Понятие внутреннего и внешнего долга постепенно смыкаются этот процесс ускоряется при исполнении такой формы заимствования, как выпуск ценных бумаг, в том числе номинированных в валюте. С одной стороны, наблюдается приток средств нерезидентов на рынок ГКО – ОФЗ, с другой – происходит смещение понятий – «внутренний валютный долг», существующий в форме

«вэбовок». С допуском нерезидентов на рынок ГКО – ОФЗ изменились основные агрегаты платежного баланса РФ, в частности по оценкам ЦБ, сальдо по счету текущих операций изменилось в 1996г. на 7 млрд.$ по сравнению с предыдущем годом. Сегодня ЦБ вынужден брать на себя не свойственные ему функции гаранта по сделкам нерезидентов с ГКО. Присоединение РФ к ст.8

Устава МВФ и переход к конвертируемости рубля по текущем операциям ускорит процесс «срастания» двух видов государственного долга. С выпуском еврооблигаций и их размещением среди резидентов и нерезидентов совершенно иной характер приобретает задача мониврирования рублевыми и валютными пассивами.

2. Внутренние заимствования – как один из основных источников финансирования дефицита бюджета.

2.1 Бюджетный дефицит и государственный долг

Особенности построения российского бюджета и финансовой статистики, прямо связанные с учетом государственного долга, лучше видны при сравнении российской и американской системы заимствования. Согласно американской практике, дефицит бюджета – это сумма, на которою его расходы превышают доходы. Государственный долг представляет собой кумулятивную сумму кредитов, привлеченных для финансирования дефицита, за минусом их погашенной части. Причем американский бюджет изначально не сбалансирован, так как дефицит и источники его финансирования вынесены за бюджетные рамки.

В системе государственных финансов США кредиты не рассматриваются, в качестве поступлений, а погашение задолжности – в качестве расходов.

Данное правило применяется в отношении как займов в виде выпуска ценных бумаг казначейства США, так и специальных займов в виде ценных бумаг федеральных агентов. К средствам финансирования федерального бюджета относится также доход от чеканки монет (эмиссионный доход), прибыль от продажи золота, поступления от приватизации.

Отличительной чертой российского бюджета является его сбалансированность, так как наряду с доходными статьями он включает дефицит
— балансирующую статью. Кроме того, прибыль от продажи золота и поступлений от приватизации рассматриваются как доходные статьи бюджета. В то же время в расходной части бюджета выделяется специальная статья « Расходы по обслуживанию и погашению государственного долга».
Данные по финансированию дефицита федерального бюджета за последние 2 года представлены в таб. 1

Таблица 1

Исполнение федерального бюджета по данным ГУ федерального

казначейства. (трлн.руб.)

|Показатели |Исполнение |Исполнение |Проект |
| |1.01.95|1995г.|1.01.96|1996г.|1.01.97|1997г.|1.01.98|
|Расходы | |275.2 | |353.6 | |529.8 | |
|Расходы по | |12.4 | |24.1 | |36.9 | |
|погашению и | | | | | | | |
|обслуживанию гос.| | | | | | | |
|Долга | | | | | | | |
|Дефицит | |43.1 | |71.8 | |95.4 | |
|Внутренние | |19.6 | |37.9 | |49.5 | |
|источники | | | | | | | |
|финансирования | | | | | | | |
|Гос. Внутр. долг |88.4 | |196.7 | |372.6 | |687.8 |

2.2 Инструменты внутренних заимствований
Суммарный объем государственного внутреннего долга на 1 января 1997г. составил 434 трлн. руб., или около 19% ВВП. Структура и объем государственного внутреннего долга приведены в таб. №2. Виды государственного долга с кодами 001 – 010 включаются в состав госдолга
СССР.

Таблица 2

Структура и объем государственного внутреннего долга (млрд.руб.)

|Код | |1.01.96|1.01.97|1.01.98|
| | | | |прогноз|
|001 |Целевой заем 1990г. |650 |2300 |1000 |
|002 |Целевые вклады и чеки на автомобили |150 |3000 |2800 |
|006 |Дефицит республиканского бюджета 1991г. |63 |63 | |
|007 |Гос. Респ. Внутренний заем 1991г. |80 |79 |79 |
|010 |Внут.долгЦ.Б. РФ, принятый от бывшего |335 |335 |335 |
| |СССР | | | |
|011 |Гос. Заем 1992г. |332 |55 |70 |
|012 |Задолженность правительства РФ по |61025 |59650 |64811 |
| |кредитам полученным от ЦБ РФ на покрытие | | | |
| |бюджетного дефицита в 1991 – 1994 г. | | | |
|013 |Гос. Казначейские обязательства |7348 |12 | |
|014 |Золотые сертификаты | | | |
|016 |Задолженность по АПК, переоф. В казнач., | | | |
| |вексель | | | |
|017 |Задолженность по центр-м кредитам и |25000 |25000 |25000 |
| |начислением % организ. АПК и организ | | | |
| |осуществл. северный завоз, | | | |
| |переоформленная в казначейский вексель. | | | |
|018 |ГКО |65677 |203600 |266000 |
|019 |Гос. Гарантии |9200 |18000 |80000 |
|020 |Задолженность по АО «Камаз», | | | |
| |переоформление в вексель Мин.фин.РФ | | | |
|021 |Задолженность предприятий текстильной | | | |
| |промышленности Ивановской области за | | | |
| |центр. Кредиты и %. | | | |
|022 |Задолженность по финансированию затрат на| | | |
| |формирование мобилизационного резерва, | | | |
| |переоформленная в вексель мин.фина РФ. | | | |
|023 |ОФЗ |10913 |33500 |72000 |
|024 |Госуд.сбер. заем |3000 |8000 |12000 |
|025 |Гос. Внутренний целевой заем РФ для | | |25000 |
| |погашения товарных обязательств. | | | |
|026 |Облигации федерал.займов с постоянным | |10000 |20000 |
| |купоном | | | |
|027 |Индексация вкладов | | |100000 |
|028 |Задолженность по техническим кредитам, | | |2407 |
| |предоставленным ЦБ РФ странам СНГ | | | |
|029 |Задолженность по ПФ по возмещению |5000 | |7799 |
| |расходов выплат гос. Пенсий и пособий. | | | |
|030 |Задолженность предприятий ТЭК и др. | | |12000 |
| |отраслей по предоставленным КБ кредитам | | | |
| |1993-94г. | | | |
| |Итого объем государственного внутреннего |196745 |372570 |687776 |
| |долга | | | |
| |Государственный внутренний валютный заем |35352 |61777 |69000 |

Внутренние долговые обязательства можно условно разбить на рыночные, существующие в форме эмиссионных ценных бумаг, и нерыночные, возникшие по итогам исполнения федерального бюджета и выпущенные в счет финансирования образовавшейся задолженности. Если выпуск и обращение первых достаточно регламентированы и включаются в программу внутренних заимствований на очередной финансовый год, то вторые выпускаются регулярно несмотря на принятие соответствующих законодательных актов.

К рыночным инструментам можно отнести государственные краткосрочные облигации (ГКО), облигации федерального займа с переменным и постоянными купонами (ОФЗ), облигации федерального государственного займа (ОГСЗ), облигации внутреннего валютного займа (« вэбовки»), к нерыночным – векселя
Минфина, задолженность центральному банку и пр. Число видов государственного внутреннего долга 1997г. увеличилась в 1,5 раза, в основном за счет не рыночных инструментов. В 1996г. внутреннее финансирование дефицита федерального бюджета осуществлялось в основном путем выпуска ГКО. Расходы бюджета по обслуживанию данного вида долга сначала 1996г. фактически не учитывается в составе расходов федерального бюджета, казначейство сальдирует все обороты рынка ГКО, включая выручку от новых выпусков и суммы направляемые на погашение старых.

В целях увеличения срока заимствования и уменьшения % ставок в июле
1995г. были введены в обращение облигации федерального займа (ОФЗ).
Технология размещения, обращения и погашения этих бумаг полностью совпадает с технологией выпуска ГКО, поэтому недостаток, присущий учету расходов по обслуживанию последних, в полной мере относится и к данному виду ценных бумаг. В соответствующей статье бюджета отражаются только сальдирующие финансовые результаты: выручка от размещения ГКО – погашение ГКО + выручка от размещения ОФЗ – погашение ОФЗ – обслуживание ОФЗ. Игнорирование экономической сущности происходящих процессов приводит к значительному искажению бюджетных показателей.

2.3 Динамика доходности и обслуживания внутреннего долга.

Рассмотрим динамику доходности и стоимости обслуживания государственных ценных бумаг с момента их первоначального размещения.

Графики на рисунке 1 демонстрируют также динамику доходности ГКО-ОФЗ и отражают три основных всплеска процентных ставок. Первый был вызван денежной накачкой в 1994г. и последовавшим кризисом валютного рынка.

1гр.

С началом стабилизации этот эффект усилился: абсолютный пик доходности пришелся на начало 1995г., когда период очень высокой инфляции (около 20% в месяц) совпал с началом ограничительной денежной политики. Второй всплеск наблюдался в конце лета 1995г., что было обусловлено кризисом ликвидности в банковской сфере. Третий скачок до- ходности государственных ценных бумаг произошел накануне президентских выборов 1996г.(1)

Динамика стоимости обслуживания внутреннего долга в ГКО-ОФЗ носит более сглаженный характер, так как эта величина определяется не только доходностью, но и объемом новых размещений. Пиковое значение стоимости обслуживания приходится на период президентских выборов, когда происходило наращивание долга, и большая часть новых выпусков шла на погашение старых серий. В 1996г. стоимость обслуживания долга составила 5,8% ВВП, тогда как в 1992г. она была на уровне 1,1% ВВП, а в 1995 г. –3,0% ВВП.
Именно в предвыборном периоде эффективность финансирования внутренней части дефицита была минимальной, а сам процесс финансирования в наибольшей мере соответствовал схеме Понзи.

Благодаря удержанию бюджетного дефицита в жестких рамках и широкому доступу нерезидентов на рынке ГКО-ОФЗ в августе 1996г. эта схема не реализовывалась на макро-уровне.

В 1997г. имело место устойчивое снижение доходности ГКО-ОФЗ, а следовательно, и стоимость обслуживания внутреннего государственного.
Однако еще весной доходность государственных ценных бумаг на первичном рынке была относительно высока по сравнению с доходностью других финансовых инструментов (депозиты, кредиты межбанковского рынка). Тем не менее, к началу лета 1997г. дифференциация процентных ставок денежного рынка значительно уменьшилась.

Стабилизация динамики внутреннего долга позволила денежным властям сосредоточиться на реализации одной из приоритетных задач политики управления этим долгом, а именно – удлинение сроков до погашения государственных облигаций. В конце сентября 1997г. средний срок до погашения ГКО-ОФЗ составлял 230 дней, тогда как в начале 1996г.- 105 дней
(см. рис. 2). Удлинению сроков обращения способствуют выпуск новых серий
ОФЗ, в частности, с фиксированным купоном, а также переоформление 15 марта
1997г. задолженности Минфина Центробанку в 13 новых траншей ОФЗ общим объемом 80 трлн. руб.
(3,1% ВВП) со сроком до погашения от 4 до 16 лет. В июле ЦБР объявил о плане продажи пакета этих облигаций стоимостью 30,7 трлн. руб. на вторичном рынке. Рис №2.

Именно путем общего снижения процентных ставок Министерству финансов удалось выровнять временную структуру доходности. Ее динамика представлена на рис.2 графиком значений такого показателя, как наклон кривой доходности. Он равен отношению средневзвешенной доходности облигаций со сроком до погашения длиннее трех месяцев к средневзвешенной доходности облигаций со сроком до погашения короче трех месяцев.(2)

Стабилизация наклона кривой доходности при удлинении средней дюрации
(срока до погашения с учетом купонных выплат) является важнейшим индикатором доверия в политике денежных властей. Фактор доверия позволил эмитировать новые финансовые инструменты, например, облигации с фиксированным купоном, муниципальные и региональные облигации. Все это, свидетельствует о стабилизации механизма государственных финансов, не смотря на проблемы с налоговыми неплатежами. Ведь подобные проблемы порождены не столько неэффективностью фискальной политике в части аккумуляции денежных средств, сколько неразвитостью механизма банкротств предприятий и перераспределением прав собственности, а также зачаточным состоянием рынка земли.

Можно ли было добиться стабилизации внутреннего долга раньше? Сейчас на такой вопрос трудно дать однозначный ответ, тем более, что президентские выборы создавали серьезные препятствия к снижению доходности. Однако очевидно, что широкий допуск нерезидентов на рынок государственных ценных бумаг еще в 1995г. мог бы существенно снизить предвыборные издержки. Это также способствовало бы смягчению проблемы ликвидности. Лето 1995г. было, по нашему мнению, оптимальным моментом для открытия рынка ГКО-ОФЗ для нерезидентов. Тогда были достигнуты первые успешные результаты антиинфляционной политики; кроме того, благодаря введению валютного
«коридора» был элиминирован валютный риск, а политический риск еще не имел решающего значения для инвесторов. Как показало развитие событий весной
1996г., по существу, данный риск начал выходить на первый план лишь с марта, то есть всего за три месяца до выборов (см. рис.1).

Тем не менее представляет интерес оценка прямых потерь государства от такой ограничительной политики. Попытаемся оценить гипотетическую динамику доходностей и рассчитать экономию стоимости обслуживания долга в условиях широкого допуска нерезидентов не в августе 1996 г., а на год раньше. Для этого примем два предположения, характеризующих динамику доходностей и рассчитать в условиях мобильности капитальных потоков и при отсутствии политического риска. Согласно первому предположению, доходности ГКО-ОФЗ должны равняться сумме ожидаемой внутренней инфляции и «нормального» значения реального процента. Согласно второму, они должны соответствовать ожидаемому приросту обменного курса доллара плюс номинальный долларовый процент. Абстрагировавшись от инфляции доллара, прием, что «номинальный» реальный процент равен проценту по долларовым инструментам внутреннего рынка.

Считая, что фактор политической неопределенности, обусловленный президентскими выборами, действовал лишь в марте-июне 1996г. (это согласуется с фактической динамикой доходностей ГКО-ОФЗ), мы в обоих вариантах расчетов принимаем, что предполагаемые доходности в эти четыре месяца соответствовали фактическим данным. Очевидно, такое допущение заведомо завышает гипотетическую динамику доходностей и расчетную стоимость обслуживания долга.

Согласно нашим расчетам, по первому варианту стоимость обслуживания внутреннего долга за период с июля 1995г. по август 1997г. была бы на 54 трлн. руб. ниже фактического уровня (64 трлн. руб. в ценах сентября
1997г.). По второму варианту оценка экономии существенно выше – 80 трлн. руб. (96 трлн. руб. в ценах сентября 1997г.). Расхождение оценок объясняется снижением реального курса доллара в рассматриваемом временном интервале на 22%.

Приведенные оценки дают представление о порядке тех потерь, которыми оборачиваются нерациональные решения денежных властей. Отказ широко открыть доступ иностранным инвесторам к инструментам внутреннего долга до 1996г. мотивировался неразвитостью российских финансовых рынков, нежеланием подвергать их излишним «встряскам». Но за абстрактной необходимостью защищать рынки стояла более конкретная задача: уберечь отечественный банковский сектор от конкуренции со стороны нерезидентов. Рынок ГКО-ОФЗ до конца 1996г. оставался важнейшим источником прибылей коммерческих банков, покрывавшим значительную часть их потерь. Таким образом, имело место субсидирование всего банковского сектора за счет налогоплательщиков, причем в размерах, превышающих дотационные кредиты МВФ, предоставленные России за тот же период (8,5 млрд. долл.), или общую задолженность по заработной плате на начало 1997г. (47 трлн. руб.).

3. Управление государственным долгом.

Под управлением государственным долгом понимается совокупность мероприятий государства по выплате доходов кредиторам и погашению займов, изменению условий уже выпущенных займов, определение условий и выпуску новых государственных ценных бумаг.

К настоящему времени накопление государственного долга характеризуется следующими тенденциями. До начала 1996г. доля реального внутреннего долга в
ВВП сокращалось (с 36% на конец 1992г. до 14,5% на конец 1995г.), что объясняется более быстрым обесцениванием задолженности правительства по прямым кредитам ЦРБ и других нерыночных обязательств по сравнению с ростом объема заимствований на финансовом рынке. Тем не менее в 1996 – первой половине 1997гг. величина внутреннего долга увеличилась, достигнув к весне
1997г. около 20% ВВП. С учетом других составляющих внутреннего долга это не так мало для экономики, аккумулирующей государственные заимствования на финансовом рынке в течение всего четырех лет.

К октябрю 1997г. внутренний долг, оформленный в ГКО-ОФЗ и облигациях сберегательного займа, достиг 12,5-13% ВВП. Это примерно составляет 3/5 общего значения внутреннего долга, включая задолженность ЦРБ, государственные гарантии и другие обязательства. Внешний долг по текущему официальному курсу рубля составляет примерно 28,5% ВВП, примерно половина его унаследована от бывшего СССР. Таким образом, общая величина государственного долга к октябрю 1997г. превысила 49% ВВП. Однако, лишь менее 1/4 этой суммы представляет собой долг, сформированный на рыночной основе.

Управление реальной динамикой долговых обязательств предполагает контроль за двумя важнейшими показателями – величиной государственного долга и стоимостью его обслуживания. В условиях экономического роста важны не абсолютные их размеры, а доля государственного долга в ВВП и соотношение реального процента (стоимости обслуживания за вычетом инфляционной составляющей) и темпа экономического роста. Это нетрудно показать, если представить процесс накопления долга в виде следующего уравнения:

(1)

Где Bt – внутренний долг на конец периода t (в % к ВВП);

Rt – усредненный реальный процент ex post в этом же периоде;

Gt – темп роста ВВП (в %);

Dt – доля первичного дефицита бюджета (в % к ВВП).

В данном выражении не отражается валютная структура долга. Чтобы учесть динамику внутреннего и внешнего государственного долга, рассмотрим следующее уравнение:

(2)

где: B’t – внешний долг к концу периода Bt оцененный по обменному курсу рубля к доллару (в % к ВВП);

R’t – реальный процент за рубежом;

(t – темп прироста реального курса доллара.

Как видно из отношения (2), динамика реального государственного долга определяется двумя основными факторами: во – первых, долей первичного дефицита; во – вторых, соотношением процента по внутренним и внешним обязательствам, учитывающим динамику реального курса доллара и темп роста
ВВП. Так, экономический подъем, сопровождаемый реальным повышением курса отечественной валюты, может заметно снизить долю внешнего долга по отношению к доле внутреннего. Определение направлений изменения структуры государственного долга должно учитывать все эти параметры и подчинятся логике задач, стоящих перед экономикой.

Логика конкретных макроэкономических решений может диктоваться идеологическими или политическими соображениями или же основываться на критерии максимизации общественного благосостояния. Последнее предполагает учет некоторых нормативных положений экономической теории. Согласно выводам динамической теории оптимального налогообложения, если в данный период любое повышение налоговых доходов связанно с существенными издержками и потерями, которые через несколько лет могут снизиться, то в настоящее время имеет смысл увеличивать государственный долг, который будет погашен за счет будущих налоговых поступлений в бюджет. При этом налоговая нагрузка как бы перекладывается на будущие периоды. Основной смысл управления временной динамикой долга заключается в учете межвременных (intertemporal) взаимосвязей макроэкономических переменных и акценте на сглаживание колебаний реальной налоговой нагрузки.

Политика сокращения государственного долга путем недофинансирования бюджетной сферы сопряжена с неоправданно высокими социальными издержками.
Примером крайне нерационального ужесточения такой политики может служить
Румыния в ее недавнем прошлом. К концу своей жизни Н.Чаушеску добился резкого сокращения государственного долга, снизив внешние обязательства до нуля. Однако жизненный уровень населения в тот период катастрофически упал
– граждане вынуждены были жить в плохо отапливаемых помещениях, без света и горячей воды, зачастую недоедая. Вряд ли стоит повторять такой опыт.

Таблица 3

Варианты управления государственным долгом в 1997-2004 гг. (в %)

| |1 997|1998 |1999 |2000 |2001 |2002 |2003 |2004 |
|А) Первый вариант | |
|% по внутреннему долгу |18 |13 |12 |11 |10 |10 |10 |10 |
|Государственный долг (к |49,00|49,31|49,14|48,58|48,42|48,29|48,20|48,15|
|ВВП) | | | | | | | | |
|Первичный дефицит (к ВВП)|0,38 |0,42 |0,00 |-0,50|-0,50|-0,50|-0,50|-0,50|
|Первичный дефицит (млрд. |9,69 |12,33|0,00 |-17,8|-19,5|-21,0|-22,8|-24,6|
|деноминированных рублей) | | | | | | | | |
|Непроцентные расходы (к |13,38|12,82|13,0 |13,0 |13,5 |13,5 |13,5 |13,5 |
|ВВП) | | | | | | | | |
|Реальный темп прироста |0,0 |2,1 |4,4 |5,0 |9,0 |4,0 |4,0 |4,0 |
|непроцентных расходов | | | | | | | | |
|Б) Второй вариант | |
|Процент по внутреннему |18 |13 |12 |11 |10 |10 |10 |10 |
|долгу | | | | | | | | |
|Государственный долг (к |49,00|50,89|51,74|51,73|52,12|52,56|53,04|53,57|
|ВВП) | | | | | | | | |
|Первичный дефицит (к ВВП)|0,38 |2,00 |1,00 |0,00 |0,00 |0,00 |0,00 |0,00 |
|Первичный дефицит (млрд. |9,69 |58,72|32,34|0,00 |0,00 |0,00 |0,00 |0,00 |
|деноминированных рублей) | | | | | | | | |
|Непроцентные расходы (к |13,38|14,4 |14,0 |13,5 |14,0 |14,0 |14,0 |14,0 |
|ВВП) | | | | | | | | |
|Реальный темп прироста |0,0 |14,7 |0,1 |1,2 |8,9 |4,0 |4,0 |4,0 |
|непроцентных расходов | | | | | | | | |
|В) Третий вариант | |
|Процент по внутреннему |18 |11 |10 |10 |10 |10 |10 |10 |
|долгу | | | | | | | | |
|Государственный долг (к |49,00|50,65|51,23|51,06|51,44|51,86|52,34|52,85|
|ВВП) | | | | | | | | |
|Первичный дефицит (к ВВП)|0,38 |2,00 |1,00 |0,00 |0,00 |0,00 |0,00 |0,00 |
|Первичный дефицит (млрд. |9,69 |58,72|32,34|0,00 |0,00 |0,00 |0,00 |0,00 |
|деноминированных рублей) | | | | | | | | |
|Непроцентные расходы (к |13,38|14,4 |14,0 |13,5 |14,0 |14,0 |14,0 |14,0 |
|ВВП) | | | | | | | | |
|Реальный темп прироста |0,0 |14,7 |0,1 |1,2 |8,9 |4,0 |4,0 |4,0 |
|непроцентных расходов | | | | | | | | |

Следует обратить внимание на необходимость расширения круга используемых долговых инструментов и в том числе таких нетрадиционных для практики управления государственным долгом как производные контракты. В широком смысле привлечение новых инструментов позволяет заполнять всевозможные сегменты рынка (открытие новых рынков, как правило, улучшает возможности индивидуальных инвесторов). В более узком смысле для минимизации стоимости обслуживания долга желательно использования схем хеджирования от валютного, процентного, политического и прочих рисков.

В этой связи эффективным инструментом управления государственным долгом должны стать так называемые своповые соглашения. Они могут заключаться с отечественными и зарубежными институтами и предусматривать обмен потоков процентных выплат по различным инструментам долга. Такой подход позволяет варьировать структуру государственных обязательств без существенных трансакционных издержек.

Минимизация стоимости обслуживания является стратегической задачей управления государственным долгом, а в более широком понимание — всей бюджетной – налоговой политике. Эта задача согласуется не только с чисто фискальными интересами, но и с потребностями стимулирования инвестиционной активности, а также с долгосрочной максимизацией благосостояния населения поскольку экономия текущих затрат по обслуживанию долга снижает налоговое время для будущих поколений.

С точки зрения долгосрочной стратегии управления долгом важно оптимизировать временную структуру % ставок. На мой взгляд рациональная стратегия удленнения сроков до погашения должна основываться на принципе целенаправленного формирования долговременной кривой доходности. Данная стратегия означает, что государство, используя свои возможности, репутацию, благоприятные условия и т.д., создают наиболее привлекательную временную структуру долга, беря за отправную точку облигации максимально возможной длительности. Например, если сложившаяся кривая доходности имеет отрицательный наклон, то можно выпустить небольшой по объему пилотный транш облигаций со сроком до погашения 15-20 лет на внутреннем и 25-30 на внешнем.

На практике Министерство финансов РФ занимает более пассивную позицию, следуя представлениям рынка об эффективности долгосрочных вложений. Но у российских инвесторов эти представления находятся пока еще на стадии формирования, а для мирового рынка, оперирующего долгосрочными финансовыми инструментами, предлагаемая стратегия оказалась бы вполне приемлемой. Дело в том, что «сверхдлинные» российские бумаги с фиксированным купоном были бы крайне выгодны для консервативных инвесторов, так как их доходности имеет устойчивую тенденцию к снижению. Возможно, государство не выиграет значительных сумм на таком пилотном транше, но связанные с ним издержки были бы относительно невелики. Гораздо важнее, что при этом формируется структура длинных процентных ставок, позволяющая существенно снизить долговременные затраты на обслуживание долга. Дюрация последующих длинных траншей может уменьшаться по мере наращивания объемов выпусков. Более детальное формирование кривой доходностей при заданных общих рамках носит, скорее, тактический характер и определяется рыночными ожиданиями и текущей конъюнктурой.

Заключение.

В настоящее время в связи с тяжёлым финансово-экономическим кризисом августа 1998 года система государственных внутренних заимствований приостановлена. Положение банкротства по выплате внутренних и внешних займов государства привело к обвалу банковской системы, фондового рынка и ещё больше усугубило состояние реального сектора экономики. Меры по выходу из глубокого затяжного экономического кризиса в России остаются всё теми же
– создание условий для нормального развития промышленных предприятий и предприятий малого бизнеса – как основных источников налоговых доходов бюджета.

В ближайшие годы принципиальными задачами фискальной политики являются: проведение налоговой реформы (ввод в действие налогового кодекса, повышение собираемости налогов); сокращение не эффективных бюджетных расходов и увеличение социальных расходов, важных в аспекте стимулирования экономического роста (на науку, образование, медицину).

Решить эту задачи без значительных социально — политических издержек можно лишь при условии поддержания определенного уровня финансирования бюджетной сферы.

Существующая система внутренних займов и управления государственным долгом должна быть модернизирована на основе нового структурного деления, единой системы управления и обслуживания, а также усиление контроля за эффективностью привлечения и расходования средств в рамках общей бюджетной реформы. Модернизация подразумевает:
— законодательное определение нового разбиения государственного долга РФ по составу;
— согласованное деление государственного долга на внутренний и внешний;
— введение нового набора показателей, относящихся к государственному долгу и утверждаемых в рамках федерального бюджета на очередной финансовый год;
— создание механизма управления различными видами долга, основанного на единой методологии;
— определение четкой процедуры предоставления государственных гарантий.

Литература:

1. Хакамада И. «Государственный долг: структура и управление» // Вопросы экономики. 1997 г. № 9
2. Вавилов А., Трофимов Г. «Стабилизация и управление государственным долгом России» // Вопросы экономики. 1997 №12
3. Родионова В.М. Финансы., «Финан. и статистика»,1993 г.

————————
[pic]

[pic]

[pic]

[pic]

Александр Малинин

Народный артист России, обладатель Гран-при конкурса «Юрмала-88»

Родился 16 ноября 1958 года в г.Свердловске в рабочей семье. Жена — Малинина Эмма Валентиновна (род.13.05.1962 г.). Сын — Малинин Антон (род.4.06.1982 г.).

Талант певца и исполнителя Александр почувствовал, по собственному признанию, «так же рано, как стал осознавать себя». Учился в эстрадной студии при Свердловской филармонии. Был солистом хора Уральского военного округа (1976-1977 гг.). Попал по конкурсу в вокально-инструментальный ансамбль «Поют гитары» (1981 г.). После переезда в Москву учился в музыкальном училище имени Ипполитова-Иванова. Выступал в ансамбле «Голубые гитары», а с 1983 по 1986 г. работал в группе Стаса Намина. Затем — гастроли в Америке (1986, 1987 гг.), запись пластинки (вместе с Дейвом Померанцем), песня, с которой Александр Малинин вошел в «топ-хиты» журнала «Биллборд». На одном из самых престижных отечественных конкурсов «Юрмала-88» он завоевывает Гран-при. К Александру Малинину приходит всесоюзная слава. Его концерты неизменно собирают залы и в Москве, и в провинции, и за рубежом. Его гастроли проходят по всей России, а также в США, Германии, Израиле, Англии, Австралии. Своеобразная визитная карточка певца — «Балы с Александром Малининым», — грандиозные постановочные шоу (с участием двух симфонических оркестров, артистов балета…), которые проходили с 1990 по 1996 г. «Балы» стали рекордными по сборам — на 20 концертов в самых больших залах Москвы и Петербурга пришли в общей сложности 360 тысяч человек. Вместе со этой программой Александр Малинин объездил многие города России и ближнего зарубежья. Александр Малинин — неизменный участник популярных концертов в самых престижных залах страны, программ телевидения: «Песня года», «Старые песни о главном» и другие. Александр Малинин записал одиннадцать дисков, вышедших огромными тиражами. Рекордное их количество было продано в 1993 году, благодаря чему в 1994 году Малинин был приглашен в Монте-Карло на вручение престижнейшей музыкальной премии The World Music Awards. Среди других наград Александра Малинина: звание лауреата премии Ленинского Комсомола (1989 г.), звание заслуженного артиста России (1991 г.) и народного артиста России (1997 г.). Успехи Александра по праву делит его жена Эмма, кандидат медицинских наук, работает над докторской диссертацией. Несмотря за занятость, находит время, чтобы во всех самых важных делах помогать мужу. «Я советуюсь с Эммой по самым существенным вопросам, — рассказывает Александр, — будь это имидж, или прическа, или запись новой песни». Александр Малинин, как истинный выходец с Урала, увлекается лыжами — причем во всех их проявлениях: горнолыжным спортом, сноубордом и — лыжами водными. В свободную минуту любит «сгонять партию» в биллиард. Любимые исполнители Александра: Александр Вертинский, Петр Лещенко; из зарубежных — Питер Габриэль, Стинг, Рэй Чарлз, «Битлз», «ZZ Top»… Живут Малинины за городом. Дома у них — кавказская овчарка Лиза, терьер Адольф и кошка Люся. И еще — огромная коллекция жуков и бабочек…

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.biograph.comstar.ru/

Одним из наиболее сильных и влиятельных в 20 веке стало направление сюрреализма, возникшее как развитие на художественно – эстетической почве идей интуитивизма, фрейдизма, а также художественных находок дадаизма и метафизической живописи, в первую очередь. Сюрреализм возник во Франции и достаточно быстро распространился по всему миру. Его теоретики и практики опирались на философию интуитизма, герметизм и другие восточные мистико – религиозные и оккультные учения, на фрейдизм; многие положения теоретиков сюрреализма близки к идеям дзэн – буддизма. Своими предшественниками в истории искусства сюрреалисты считали в первую очередь немецких романтиков, поэтов 19 века Рембо и Лотремона, ближайшем предтечами Апполинера, создателя метафизической живописи Дж. Де Кирико. Объективно сюрреалисты продолжали и развивали многие из приемов многие из приемов, форм и способов художественного выражения, но также скандальных форм и способов эпатажа и шокирования обывателя, которыми практиковались дадаисты.

Это вполне закономерное явление, ибо, как мы видели, многие из дадаистов после 1922 г. Влились в ряды сюрреалистов.

В 1919 г. Молодые поэты Л. Аргон, А. Бреттон и Ф. Супо основали журнал « Litterature», в котором была опубликована первая сюрреалистическая книга Бреттона и Супо «Магнитные поля». В 1922 г. Бреттон предлагает использовать термин «сюрреализм» для обозначения их движения; в 1924 г. Он публикует «Манифест сюрреализма».

Эстетика сюрреализма была изложена в «Манифестах сюрреализма» А.
Бреттона и в ряде других программных сочинений. Сюрреалисты призывали к освобождению человеческого «Я», человеческого духа от оков сциентизма, логики, разума, морали, государственности, традиционной эстетики, понимаемых ими как «уродливые» поражения буржуазной цивилизации, закрепостившей их с помощью творческого человека. Подлинные истины бытия, по мнению сюрреалистов, скрыты в сфере бессознательного и искусство призвано вывести их оттуда, выразить их в произведениях. Художник должен опираться на любой опыт бессознательного выражения духа – сновидения, галлюцинации, бред, бессвязные воспоминания младенческого возраста, мистические видения; «с помощью линий. Плоскостей, формы, цвета он должен стремиться проникнуть по ту сторону человеческого, достичь Бесконечного и вечного» (Г.Арп). Прекрасно все, нарушающее законы привычной логики, и, прежде всего – чудо (А.Бреттон).

Основа творческого метода, по определению Бреттона, «чистый психический автоматизм, имеющий целью выразить устно или письменно, или любым другим способом реальное функционирование мысли. Диктовка мысли вне всякого контроля со стороны разума, вне каких бы то ни было эстетических или нравственных соображений… Сюрреализм основывается на вере в высшую реальность; на всевластии мечты, на неутилитарной игре мысли. Он стремиться разрушить другие психические механизмы и занять их место для решения важнейших проблем… (из «Манифеста сюрреализма» 1924 г. Бреттона).

Отсюда два главных принципа сюрреализма: автоматическое письмо и запись сновидений, ибо в сновидениях, согласно Фрейду, на которого активно опирались сюрреалисты, открываются глубинные истины бытия, а автоматическое письмо помогает наиболее адекватно передать их с помощью слов или зрительных образов. Подобный способ творчества погружает художника «во внутреннюю феерию». «Процесс познания исчерпан, — писали издатели первого номера журнала «Сюрреалистическая революция», — интеллект не принимается больше в расчет, только греза оставляет человеку все права на свободу».
Отсюда единственно истинные состояния бытия. Искусство осмысливается ими, поэтому как своего рода наркотическое средство, которое без алкоголя и наркотиков приводит человека в состояние грез, когда разрушаются цепи, сковывающие дух.

Сердцевину сюрреализма составляет, согласно Бреттону, «алхимия слова»
(выражение А.Рембо), помогающая воображению «одержать блистательную победу над вещами». При этом подчеркивает Бреттон во «Втором манифесте сюрреализма», «речь идет не о простой перестановке слов или произвольном перераспределении зрительных образов, но о воссоздании состояния души, которое сможет соперничать по своей напряженности с истинным безумием»
(Антология французского сюрреализма). Глобальное восстание против разума характерно для всех теоретиков сюрреализма, которое остро ощущали его недостаточность в поисках сущностных истин бытия. Алогичное, подчеркивал
А.Арто, является высшей формой выражения и постижения «нового смысла», и именно сюрреализм открывает пути к достижению его, соперничая при этом и с безумием, и с оккультизмом, и с мистикой.

Эффект эстетического воздействия произведений сюрреализма строится на сознательной абсолютизации принципа художественных оппозиций.

Творения сюрреалистов погружают зрителя (читателя) в самобытные миры, внешне вроде бы совершенно чуждые нравственно воспринимаемому миру, его законам, но внутренне чем – то очень близкие человеку, одновременно пугающие и магнетически притягивающие его. Это, какие – то параллельные миры подсознания и сверхсознания, в котором бывает или было наше Я, когда разум ослабляет по той или иной причине свой контроль над ним; когда дух человека устремляется в творческом порыве на поиски духовной родины или самоидентичности.

Возникший в среде литераторов сюрреализм обрел наиболее эффектное и полное выражение в живописи и завоевал тем самым мировое признание.

Эстетика и художественная практика сюрреализма находится под влиянием интуитивизма Анри Бергсона, философии Вильгельма Дильтея и особенно фрейдизма. Сюрреализм – художественное воплощение агностицизма: он исходит из того, что художника окружают непознаваемые «вещи в себе», а за реальными явлениями стоит некая сверхреальность. Сюрреализм оказался душеприказчиком дадаизма и возник на его основе первоначально как литературное направление, которое позже нашло свое выражение в живописи, а также в кино, театре и отчасти в музыке. Самым дальним своим историческим предшественником сюрреалисты считают Босха. Более близкие художественные истоки сюрреализма восходят к романтизму вообще и к немецкому романтизму в особенности, где всегда жила тяга к необыкновенному и иррациональному.
Некоторые постулаты эстетики романтизма перекликаются с сюрреализмом. Так, например, Новалис полагал, что только поэт с помощью интуиции может разгадать смысл жизни. Чувство поэзии имеет для Новалиса много общего с чувством мистического, неизведанного, сокровенного. Поэт, согласно
Новалису, творит в беспамятстве. Он представляет собой в собственном смысле субъект – объект, единство души и мира. По этому поводу французский критик Морис Надо в книге «История сюрреализма» пишет: «С романтизмом французским, английским и главным образом немецким началось вторжение в литературу и искусство вкуса не только к старинному, причудливому, неожиданному, но и к противопоставлению уродливого прекрасному, к снам, мечтаниям, меланхолии, ностальгии по потерянному раю, и в тоже время возникало желание выразить невыразимое». Истоки сюрреализма его основатели находили в истории искусства: в романтизме и в произведениях, культивировавших страшное, абсурдное, неожиданное.

Общность исходных эстетических постулатов романтизма и сюрреализма все же относительна, во многом внешняя и не захватывает их художественных концепций. В отличие от романтической, художественная мысль сюрреалистов алогична, в ней царят произвольно – капризные ассоциации и причудливые сравнения.

Художник, согласно сюрреалистической эстетике, вправе не считаться с реальностью. Произведение – мир, внутри которого поэт – Бог – творец.
Искусство снимает покровы с действительности, творит вторую, «истинную» действительность – сюрреальность. С этим связана абсолютизация чудесного и превращение его в ведущую категорию эстетического отношения человека к миру: «Нет ничего кроме чудесного» (А. Бреттон). Реальность сверхреального, подлинность таинственного и загадочного, невероятность обыденного становятся сферой интересов художника. Поль Элюар, например, считал, что в стакане воды столько же чудес, сколько их в глубине океана.

Для сюрреализма человек и мир, пространство и время текучи и относительны. Они теряют границы. Провозглашается эстетический релятивизм: все течет, все искажается, смещается, расплывается; нет ничего определенного. Сюрреализм утверждает относительность мира и его ценностей.
Нет границ между счастьем и несчастьем, личностью и обществом. Хаос мира вызывает и хаос художественного мышления – это принцип эстетики сюрреализма.

Сюрреализм предполагает, что читатели и зрители «настраиваются на волну» художника и проникаются тем, что он «хотел сказать». Сюрреалисты искали способ входить в доселе не исследованные области: в подсознание, во сны, сверхъестественные состояния, в сумасшествие. Поэзия сюрреалистов тяготеет к темам: «сны и галлюцинации», пестрота настроений и чувств.

Сюрреалистический принцип «свободных ассоциаций» — художественное осуществление приемов фрейдского психоанализа. Поэты стремятся выявить логику сцепления «бессвязных мыслей». Соединение несоединимого, сближение несопоставимого – эти принципы сюрреализма восходят к психоаналитической технике. Здравый смысл противопоказан искусству. Поэтика сюрреализма ориентирует художника на «сферу осуществления» свободы: на случай, иллюзию, фантазию, грезу, чудо. Усыпление разума, погружение в «волну грез», интуитивность, ассоциативность, «автоматизм» становятся ведущим принципом этого направления.

Бреттон пишет, что произведение может считаться сюрреалистическим лишь, поскольку художник стремился достичь тотального психофизического состояния, в котором область сознания – лишь его значительная часть.
Автоматизм управляет художественным творчеством. Шесть десятилетий сюрреалисты играли известную роль в мировой и особенно во французской, литературе. Они пишут реальность в «глубинных слоях» души, «в высшей действительности», «во всевластии сна». Венгерский литературовед Ласло
Кардаш писал: «Ясный, логичный, принимаемый обычно за реальность опыт кажется сюрреалистам менее достоверным, чем «действительность», скрывающаяся в глубине сознания или краю его. Поэтому все их тексты производят впечатление сложных конструкций, подобных сну». Сюрреализм утверждает бесконтрольность творческого процесса. Художник свободен от каких бы то ни было логических структур, он – обнаженное подсознание.

Сюрреализм отказывается контролировать и творческий процесс, и личность какими – либо нравственными и эстетическими категориями: «Мораль противоположна счастью с тех пор, как я существую» (Пикабиа). Сюрреализм стремиться очистить личность от социальной, нравственной и индивидуальной
«шелухи».

Поэтика сюрреализма зиждется на постулатах: «антибанальность любой ценой», «ясность граничит с глупостью». Эти постулаты находят свое воплощение в повышенной метафоричности. Метафоричность, лежащая в основе образного мышления, абсолютируется сюрреализмом и доводится до парадоксального сопоставления друг с другом несопоставимых предметов. В одной из сюрреалистических поэм глаза возлюбленной сравниваются с двумя сотнями разных предметов. Глаза оказываются похожими на все – и поэтому ни на что не похожи. Метафора становится не средством познания мира, а способом его затемнения, придания ему загадочности и чудесности.

Произвольность сопоставлений придает образной мысли повышенную оригинальность. Поэмы превращаются в наборы метафор, которые трудно расшифровать.

Принципом сюрреалистической поэтики стала гиперболизированная метафоричность.

Сюрреализм проявил себя и в кино. Так, в фильме режиссера Л.Бунюэля
«Андалузский пес» (1928) много пугающих, устрашающих, жестоких кадров, композиционно и сюжетно малосвязанных между собой. В одном из эпизодов фильма герой бритвой вырезает глаза своей возлюбленной. Для сюрреалистического кино, ищущего адекватные форма выражения сложной и жестокой реальности 20 века, характерен показ бессмысленной жестокости эротики, пугающих эпизодов. Внешнюю сторону сюрреалистической поэзии усвоило западное коммерческое кино в боевиках и триллерах. Эта поэтика по – своему воплотилась в фильмах ужасов Хичкока.

В документальном кино сюрреалистические тенденции проявляют себя в неожиданном монтаже и парадоксальном сочетании фактов. На основе собственных ассоциаций зритель должен сложить связное представление о реальности.

В театре сюрреализм опирался на драматургию Р.Витрака, Ж.Кокто,
Р.Руссея. В «театре жестокости» А.Арто, близком по духу сюрреалистической эстетике, актер осуществляет над собой и над зрителем моральное насилие во имя того, чтобы «вырваться из созерцательно – безмятежного гедонизма». Арто спасается от реальности в мистике, экзотике, в загадочном и таинственном сверхреальном мире.

В пьесах Р.Витрака предмет художественного освоения – подсознание, психическая жизнь героев, балансирующих на грани между сознанием и безумием. Новое поколение сюрреалистов Ж.Грак, Ж.Кехадд в 50-60 гг. создало ряд пьес. Спектакли, поставленные в Париже по этим пьесам, — свидетельство живучести сюрреализма.

Пьеса Ж.Грака «Король – рыбак» навеяна легендой о Граале, но это не простой сценический вариант. В своем предисловии к пьесе Грак дает сравнительный анализ красоты в Греко – римских преданиях, согласно которым человек находится в руках богов. Грак отрицает трагедийное начало.
Драматург полагает, что эти мифы повествуют о неустанных и часто удачных попытках добиться любви и власти.

Но наиболее ярко сюрреализм отразился в живописи.

Хуан Миро. Испанский художник Х.Миро в 1923 г. Вошел в круг главных создателей сюрреализма. Дух дадаизма и сюрреализма оказался наиболее созвучным его духовно – творческим интенциям, и в 1924-25 гг. он обретает свой оригинальный стиль, который фактически и стал одним из главных компонентов сюрреаистическиго движения в целом. В пространстве этого стиля с некоторым его внутренним движением он работал на протяжении всей своей жизни, создав большое количество высокохудожественных полотен, но также пробовал силы и в графике, театральном искусстве, скульптуре, а в поздний период даже в ассамбляже. А.Бреттон считал Миро «самым сюрреалистичным» среди сюрреалистов. И это не было преувеличением. Исключительно живописными средствами сюрреалистический дух с наибольшей силой передавал
Миро. По своему внутреннему складу он был иррационалистом и эзотериком. Из всех сюрреалистов и других авангардистов он дальше всех стоял от всяческих характерных для авангарда поверхностных эпатажных акций, архиреволюционных, бессознательных процессов и глубинного спонтанного видения мира, открывает принципиально новые возможности перед живописью, Миро полностью ушел в творчество.

Картины Миро – это окна в некие космические или духовные миры, наполненные уникальной духовно – органической жизнью, отличной от всего того, что известно нам на Земле. Ощущается, что перед нами высокохудожественное выражение некого эзотерического знания, мистического опыта проникновения в иные реальности, которое не может быть реализовано в нашем мире никаким иным способом. Для большинства картин Миро характерно создание художественного пространства путем живописной гармонизации нескольких одноцветных достаточно плотных туманностей, плавно перетекающих друг в друга. Обычно используются сине – голубые, зеленые, желто – коричнево – охристые гаммы для отдельных туманностей. На ранних этапах для создания ирреального пространства картины нередко использовались не туманности, а абстрактные локальные цветные плоскости. Затем эти пространства населяются абстрактными и полуабстрактными причудливыми формами самых различных конфигураций, большинство из которых под кистью мастера наполняются духом живых существ различной жизненно – энергетической сложности и духовной насыщенности: от примитивных существ до сложных иероглифических образований.

Живописные миры Миро часто музыкальны, поэтичны, крайне насыщены и разнообразны. Они бывают наполнены десятками самых причудливых формо – существ, а могут быть лаконичными.

Более характерным для его художественного видения является проникновение в миры, наполненные внеземным, но близким к космическим эросам, тем эросам, который открывался, кажется, древним эзотерикам в их культовых оргиях.
Сальвадор Дали. Крупнейшим представителем «натуралистического сюрреализма» был также испанец С.Дали. Он с юности отличался экстравагантными выходками, манией величия, некоторой психической неуравновешенностью, повышенным интересом к изобразительному искусству. Еще до поступления в Академию художеств в Мадриде познакомился в Барселоне с некоторыми направлениями современного европейского искусства – импрессионизмом, футуризмом. В мадридской академии он стремится к изучению техники живописи старых мастеров.

Однако его сверхэкстравагантные выходки, сюрреалистическая игра с самыми жгучими и актуальным для того времени политическими проблемами приводят его к конфликту с Бреттоном и другими сюрреалистами, склонившимся в тот период к коммунистической идеологии. В 1934 году Бреттон исключает
Дали из сюрреалистов.

В 1929 г. Он знакомится с Гала, женой П.Элюара, которая становится с этого времени верной подругой, женой, музой, вдохновительницей многих его проектов и важной опорой в жизни. В Гала Дали видел свое второе Я, свою женскую испостась и многие работы подписывал двойной подписью «Гала
Сальвадор Дали». С 1940 г. По 1948 г. Дали жил и работал в США, где его сюрреализм в искусстве и жизни постоянно привлекал внимание общественности. В 1948 г. Окончательно возвращается в Испанию, выезжая за рубеж только с выставками и для работы с различными проектами. Творческое наследие Дали почти необозримо, и трудно проверить, что такой объем работ даже в чисто механическом плане по силам одному человеку. Им написаны сотни живописных полотен, созданы тысячи графических листов, в том числе иллюстрации к «Дон Кихоту», «Божественной комедии», ряду трагедий Шекспира; написан ряд книг, он учавствоавл в создании фильмов, многих театральных постановок, выступал с лекциями и докладами в различных странах мира.

Дали много «теоретизировал» об искусстве, о сюрреализме. В результате мы имеем достаточно целостную далианскую эстетику, которая не только интересная для творчества Дали, но характерна вообще для духовно – эстетической ситуации.

Суть своего метода Дали видит в свободном от разума проникновении в сферу иррационального и «победу над Иррациональным» путем его художественной «рационализации» — создания «рукотворной цветной фотографии, зримо запечатлевшей иррациональное, его тайны, его странности, его утонченность и оголенность». «Мой параноидально – критический метод – пишет
Дали – сводится к непосредственному изложению иррационального знания, рожденного в бредовых ассоциациях, а затем критически осмысленного.
Осмысление выполняет роль проявителя, как в фотографии, нисколько не умаляя параноидальной мощи». Отстраняясь от сюрреалистов группы Бреттона, Дали отмечает, тем не менее, что у них один метод, только у сюрреалистов он
«называется объективной случайностью, когда бред вдруг оборачивается реальностью». С помощью своего метода Дали пытался «прочитать» и передать в своем искусстве «послания из вечности», которое открывается лишь во сне и бредовых состояниях.

Этот метод, естественно, требовал от художника высочайшего профессионализма в живописной технике, умения создавать «рукотворные фотографии». Отсюда постоянное стремление Дали к овладению всеми тонкостями живописной техники старых мастеров.

В творчестве Дали можно условно выделить три основных периода: до
1928 г. – период ученичества, освоения техники старых мастеров; 1929 – 1948 гг. – параноидально – критический сюрреализм; с 1948 по 1970 гг. – философско – религиозный, мистический сюрреализм.

Дали довел до логического завершения так называемый натуралистически
– иллюзионистический сюрреализм, суть которого заключается в создании как бы фотографий неких ирреальных фантастических миров, имеющих, как правило, трехмерное пространство и населенных массой причудливых существ.

Среди наиболее часто встречающихся визуально – пластических символов, образов, метафор, специфических приемов – инвариантов в работах Дали можно назвать подпорку – костыль, рог носорога, хлеб, рыбу, улитку, всевозможные раковины, кипарис, плод граната, женские обнаженные груди, муравьев, кузнечика, кровь, следы гниения и разложения плоти, капли, зеркальную гладь, зеркало, воду, часы, маски, растекающиеся предметы, растрескивания, парящие в невесомости предметы, яйцо, остатки от каннибалических оргий, ящики комода в телах людей или в статуях, слонов на паучьих ножках, Галлу в различных видах и ситуациях, эротические символы и инварианты, атомное – молекулярную символику.

Особо необходимо отметить серию больших полотен Дали на христианскую тематику, созданных в основном в 1950 – 1960 гг. В них сюрреалистический дух Дали трансформируется в глубокое мистико – религиозное настроение, характерное для верующего человека.

Помимо собственного изобразительного искусства Дали, видимо, под влиянием Дюшана и дадаистов создавал сюр – объекты (его знаменитые «Губы – софа 1934-35 гг. и др.), учувствовал в организации сюр – действ, писал концепции подобных возможных сюр – акций.

Сюрреализм был не просто одним из многих направлений в авангардном искусстве первой половины 20 века. В нем наиболее полно и остро в художественной форме выразилось ощущение эпохи как глобального переходного этапа от классического искусства последних двух – трех тысячелетий к чему – то принципиально иному.

План:

1. Краткая история сюрреализма.

2. Эстетика и поэтика сюрреализма.

3. Основоположник художественного сюрреализма Миро.

4. Сюрреализм Дали.

Список использованной литературы:

1.Борев Ю.Б. Эстетика: Учебник, 2002.-511с.
2. Бычков В.В. Эстетика: Учебник.- М.: Гардарики,2002.-556с.
3. Жженье – Жандрон Ж. Сюрреализм/ Пер. с фр. С. Дубина.- М.: Новое лит.
Обозрение,2002.-416с.:ил.

Самарская государственная академия культуры и искусств

Кафедра философии и политологии

Реферат на тему:

Эстетика Сюрреализма

Выполнила: студентка ФБИ, д/о, гр. Б-54

Коннова О.С.

Преподаватель: Дмитриева Э.Я.

Оценка:

Лікувальна фізкультура при виразковiй хворобi шлунка і дванадцятипалої кишки

Змiст

Вступ

Глава 1. Загальна характеристика виразкової хвороби шлунка і 12 — палої кишки

1.1 Етіологія і патогенез виразкової хвороби шлунка і 12 — палої кишки

1.2 Класифікація та клінічна характеристика виразкової хвороби шлунка і 12 — палої кишки

1.3 Oсновнi пiдходи до немедикаментозного i вiдновного лiкування при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки

Глава 2. Механiзми лiкувальної дiї фiзичних вправ при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки

Глава 3. Цiль, завдання, засоби, методи i методики лiкувальної фізичнoї культури при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки на стаціонарному етапi фiзичної реабiлiтацiї

Висновки

Практичнi рекомендації

Список використаної лiтератури

Вступ

Актуальність сучасного стану проблеми виразкової хвороби обумовлена широкої поширеністю її серед дорослого населення, що в різних країнах світу складає від 5 до 15%. Виразки 12-палої кишки зустрічаються в 4 рази частіше, ніж виразки шлунка [3, 27].

Серед хворих з виразкaми 12-палої кишки чоловіків більше, ніж жінок.

Хвороби органів травлення займають друге місце в загальній структурі захворюваності серед дорослого населення. Вони характеризуються хронічним перебігом, схильним до частих рецидивів.

Профілактика та лікування хвороб, у сучасному суспільстві являє собою комплекс соціально-економічних та медичних заходів, спрямованих на збереження та зміцнення здоров’я людей шляхом підвищення компенсаторно-адаптаційних здібностей організму, усунення причин та умов, що викликають виникнення рецидиву захворювання [24].

Інтерес до проблеми виразкової хвороби шлунка та 12-палої кишки зумовлений не тільки широким поширенням даної патології органів травлення, але й відсутністю достатньо надійних методів лікування, якi зводять до мінімуму можливість рецидиву захворювання [29].

Епідеміологічні дослідження показують, що виразкова хвороба шлунка і 12 — палої кишки займає одне з провідних місць серед хвороб органів травлення і є однією з розповсюджених форм гастроентерологічнoї патології у лікарськiй практицi [7].

Серед хворих з виразками дванадцятипалої кишки чоловіки значно переважають над жінками, тоді як серед пацієнтів з виразками шлунка співвідношення чоловіків і жінок однаковe.

ЛФК здійснює оздоровчий вплив при застосуванні до хворих, що страждають виразковою хворобою, в наступних напрямках:

вплинути на врегулювання процесів збудження і гальмування в корі головного мозку; на посилення кортико-вісцеральнoї іннервації та вирівнюванні розладів вегетативної іннервації, поліпшити узгоджене функціонування систем кровообігу, дихання та травлення, шляхом правильної організації режиму рухів, фізичних вправ і пасивного відпочинку врегулювати нервово-психічнy сферy хворого, поліпшити окисно-відновні процеси у всіх органах, сприяти нормальному перебігу трофічних процесів, протидіяти порушенням функцій травного апарату, що мають бути при виразковiй хворобi (запори, втрата апетиту, застійні явища та ін.) [11].

Принцип індивідуалізації при застосуванні лікувальної фізкультури при даному захворюванні є обов’язковим.

Фізичні вправи покращують циркуляцію крові та лімфи, що сприяє зменшенню застійних явищ в організмі.

Мета роботи — розглянути основні підходи до призначення засобів ЛФК в системі фізичної реабілітації хворих з виразковою хворобою шлунка і 12 — палої кишки.

Завдання роботи:

1) Вивчити і проаналізувати сучасні літературні джерела з проблеми фізичної реабілітації при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки.

2) Вивчити етіологію та патогенез виразкової хвороби шлунка і 12 — палої кишки.

3) Охарактеризyвати завдання, засоби, форми та методики ЛФК при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки та розкрити механізми їх дії.

Новизна роботи полягає в тому, що ми узагальнили і систематизували наявні дані з призначенням засобів ЛФК при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки.

Практична i теоретична значимiсть. Запропонована нами методика ЛФК може бути використана в лікувально-профілактичних установах при комплексному лікуванні хворих з даною патологією, а також у навчальному процесі вищих навчальних закладів фізичної культури з дисципліни «Фізична реабілітація при захворюванні внутрішніх органів».

Обсяг i структура роботи. Робота написана на 37 сторінках і складається з вступy, трьох глав, висновків, практичних рекомендацій, списку використаної літератури. Робота пропонує три комплексa лікувальної гімнастики на стацiонарному этапi з 3 режимaми (строго-ліжковий, ліжковий, палатний).

Глава 1. Загальна характеристика виразкової хвороби шлунка і 12 — палої кишки

1.1 Етіологія і патогенез виразкової хвороби шлунка і 12 — палої кишки

Відповідно до сучасних уявлень, причиною виникнення виразкової хвороби є порушення рівноваги між агресивними властивостями шлункового вмісту (наприклад, високий рівень кислотності) та ослабленням захисних властивостей слизової оболонки шлунка та дванадцятипалої кишки, a також порушення моторики і евакуації вмісту зі шлунку (що часто пов`язане зі стресом) і прямa травматизуючa дія деяких видів їжі [29].

Порушення рівноваги між агресивними і захисними факторами, що впливають на слизову оболонку шлунка або дванадцятипалої кишки, призводять до розвитку виразки.

До агресивних чинників відносять соляну кислоту, яка виробляється в шлунку, жовчні кислоти, що виробляються печінкою і надходять до дванадцятипалої кишки, вкидання вмісту дванадцятипалої кишки в шлунок. До захисниx — слиз, що виробляється клітинами слизової оболонки, нормальний кровообіг, своєчасне відновлення клітин слизової оболонки.

До домінування факторів агресії призводять: група крові (0)I, присутність хелікобактера в шлунку або дванадцятипалiй кишці, прийом анальгіну, аспірину, індометацину, стреси, переживання, надмірне вживання кави, зловживання алкоголем, гостра їжа [27].

Важливим у розвитку хвороби є спадковість. Передається у спадщину не саме захворювання, а схильність: збільшенa кількість клітин, які синтезують соляну кислоту, зниження стійкості слизової оболонки до дії соляної кислоти, природна неповноцінність кровоносних судин. Переважання шкідливих факторів на фоні спадкової схильності призводить до захворювання.

Роль хелікобактера полягає в тому, що він у процесі своєї життєдіяльності виробляє аміак, який опосередковано веде до збільшення продукції соляної кислоти. Крім того, хелікобактер продукує речовини, які пошкоджують клітини слизової оболонки шлунка та дванадцятипалої кишки, викликаючи запалення. При знищенні інфекції, як умови лікування виразки шлунка, ознаки запалення зникають.

В етіології і патогенезі виразкової хвороби важливу роль відіграють психологічні особисті чинники, з появою виразкової хвороби у хворих формується її «психічнe оздоблення», знижується толерантність до психотравмуючих ситуацій, що призводить до формування психосоматичнoго циклу [8].

Певну роль відіграють нервово-психічнe перенапруження, систематична похибка в харчуванні, куріння. Нерегулярний прийом їжі (у різні години, з великими інтервалами), порушуючи процес травлення в шлунку, може сприяти розвитку виразкової хвороби, так як при цьому виключається можливість нейтралізації кислого середовища шлунка їжею [7].

Гострі страви, приправи, прянощі, алкоголь, важко перетравлeнi продукти викликають подразнення слизової оболонки шлунка, надлишкову секрецію шлункового соку, тому пристрасть до них сприяє утворенню виразок. Таким же чином діє і паління; крім того, нікотин викликає спазм судин і порушення кровопостачання слизової оболонки шлунка.

1.2 Класифікація та клінічна характеристика виразкової хвороби шлунка і 12 — палої кишки

Виразкова хвороба шлунка — це хронічне захворювання, суть якого полягає в періодичнiй появi виразки шлунка або виразки дванадцятипалої кишки, як правило, на фоні гастриту, викликаного інфекцією хелікобактер пілорі (Helicobacter pylori).

Якщо у виникненні виразкової хвороби мають значення генетичні фактори, то y причинax загострення, велика роль лежить в різних розладax регуляції, яка представляє собою складний ланцюг порушень механізмів нервової, гормональної і гуморальної регуляції на різних рівнях, починаючи з кори головного мозку і закінчуючи складними розладами нервової системи, які в кінцевому підсумку призводять до порушення балансу факторів «агресії» і «захисту» слизової оболонки шлунка та дванадцятипалої кишки [3].

У здорових осіб захисні фактори завжди переважають над агресивними, це забезпечує стійкість збереження структури слизових оболонок гастродуоденальної зони при мінливих умовах середовища під впливом екзогенних та ендогенних факторів.

При зниженні рН 1,5 настає зрив і слизо-бікарбонатний бар’єр перестає здійснювати захисну роль. Слиз — особливий підклас глікопротеїнів і муцинів, який є бар’єром, який захищає епітеліальні клітини від несприятливих впливів.

При виразковiй хвороби характер і ступінь вираженості порушень патогенетичних ланок захворювання у хворих можуть бути самі різні, що обумовлює особливості клінічних проявів хвороби [8].

Основна скарга хворого виразковою хворобою — біль у епiгастральнiй області, поява якого пов’язанa з прийомом їжі: в одних випадках біль виникає через півгодини — годину, в інших — через 1,5 — 2 години після їжі або натще.

«Голоднi» бoлі особливо характерні для виразки дванадцятипалої кишки. Вони, зазвичай, зникають після прийому, іноді навіть незначної, кількості їжі.

Інтенсивність болю може бути різною; нерідко біль віддає у спину, чи вгору, в грудну клітину. Крім болей, хворих нерідко турбує болісна печія через 2-3 години після їжі, зумовлена вкиданням кислого вмісту шлунку в нижній відділ стравоходу [7].

Зазвичай печія стихає після прийому лужних розчинів і молока. Іноді хворі мають вiдрижку, нудоту, блювоту; блювота зазвичай приносить полегшення.

Всі ці неприємні відчуття також пов’язані з прийомом їжі. При розташуванні виразки в дванадцятипалiй кишці характерні «нічні» болі, запори.

Для виразкової хвороби характерний хронічний перебіг з чергуванням періодів загострень і покращень (ремісій).

Загострення частіше виникають навесні і восени, тривають зазвичай 1-2 місяці і проявляються посиленням описаних ознак хвороби, нерідко позбавляє хворого працездатності, а в ряді випадків призводять до ускладнень: кровотеч, перфорації, пенетрації, стенозам відділів шлунково-кишкового тракту, малігнізації (переродження в злоякісну пухлину).

Самa частa проявa виразкової хвороби — це біль в області шлунка: гостра, пекуча, ниючa. Вона може бути невизначеною, тупoю або відчуватися, як почуття переповнення шлунка, важкості в животі або нагадувати почуття голоду.

При виразці дванадцятипалої кишки біль виникає через 1,5-3 години після їжі, часто вночі, звичайно зменшується через кілька хвилин після їжі або прийому засобів (альмагеля, розчину соди), в результаті нейтралізації соляної кислоти та ослаблення її подразнюючої дії.

У хворих на виразку шлунка біль виникає або посилюється після їжі. Для них характерна нудота, блювота частіше, ніж для хворих на виразку дванадцятипалої кишки. Багато хто худнуть, так як мало їдять з-за відсутності апетиту.

Близько половини загострень виразок протікає безсимптомно. Можливі випадки з нетиповими проявами: відсутність зв’язку болю з прийомом їжі, відсутність сезонності загострень (навесні та восени).

Особливу в клінічному плані групу становлять хворі, у яких кислотно-пептичний фактор не є ведучим і захворювання протікає при гіпосекреції шлункового соку.

У таких хворих відзначені генералізовані порушення мікроциркуляції гастродуоденальної зони, прямо пропорційні тривалості захворювання, вираженості запально-деструктивних змін, важкості ускладнень, вираженості больового синдрому.

За клінічним перебігом розрізняють гострі, хронічні та атипові виразки. Не всяка гостра виразка є ознакою виразкової хвороби. Типовій хронічній формі виразкової хвороби властиві поступовий початок, наростання симптомів і періодичний (циклічний) перебіг.

Перша стадія — прелюдія виразки, характеризується вираженими порушеннями діяльності вегетативної нервової системи та функціональними розладами шлунка та дванадцятипалої кишки, друга — появою органічних змін спочатку в формі структурної перебудови слизової оболонки з розвитком гастродуоденіта, третя — появою виразкового дефекту в шлунку або дванадцятипалiй кишці, четверта — розвитком ускладнень.

Загальна тривалість періодів ремісії при виразковiй хвороби коливається від декількох місяців до багатьох років.

У вітчизняній практиці найбільш часто застосовується класифікація по етіологічним факторaм:

1. Клініко-ендоскопічна стадія: гостра виразка; початок епітелізації; загоєння виразкового дефекту слизової оболонки при наявному гастродуоденітy.

2. Фази: загострення; неповна клінічна.

3. Локалізація: шлунок; дванадцятипалa кишкa; подвійна локалізація.

4. Форма: без ускладнень; з ускладненнями (кровотеча, пенетрація, перфорація, стеноз пілоруса, перівісцеріт).

5. Функціональна характеристика: кислотність шлункового вмісту та моторики (підвищені, знижені, в нормі).

6. Етіологічна характеристика: Helicobacter pylori асоційована; Helicobacter pylori неасоційована.

1.3 Oсновнi пiдходи до немедикаментозного i вiдновного лiкування при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки

Метою лікування проти виразки є відновлення слизової оболонки шлунка та 12-палої кишки (рубцювання виразки) і збереження тривалого безрецидивного перебігу хвороби.

З огляду на різноманітність завдань у лікуванні виразкової хвороби шлунка та 12-палої кишки, до уваги лікарів залучeнi фізичні принципи впливу, що мають многофакторнi дії на різні патогенетичні ланки хвороби.

В комплекс лікування виразкової хвороби обов’язково включається лікувальна фізкультура — ЛФК [16].

ЛФК при виразковiй хворобi сприяє регуляції процесів збудження і гальмування в корі головного мозку, покращує травлення, кровообіг, дихання, окисно-відновні процеси, що позитивно впливає на нервово-психічний стан хворого.

При виконанні фізичних вправ уважно ставляться до областi шлунка та дванадцятипалої кишки [28]. В гострому періоді захворювання ЛФК не показана.

Фізичні вправи призначають через 2 — 5 днів після припинення гострого болю. У цей період процедура лікувальної гімнастики не повинна перевищувати 10 — 15 хвилин. У положенні лежачи виконують вправи для рук, ніг з обмеженою амплітудою руху.

Наявність крові в калі не є протипоказанням до призначення лікувальної гімнастики. Однак, в цих випадках виключають вправи, які активно втягують у діяльність м’язи живота і підвищення рівня внутрiшньогочеревного тискy.

При припиненні гострих явищ фізичнe навантаження поступово збільшують. Щоб уникнути загострення, роблять це обережно, з урахуванням реакції хворого на навантаження [18].

Вправи виконують у вихідному положенні лежачи, сидячи, стоячи.

Для попередження спайкового процесу, на тлі загальноукрiплюючиx вправ, включаються спеціальні вправи з акцентом на діафрагмальнe дихання і розслаблення [15].

Гарний ефект в розслабленнi м’язів шлунка дає сегментарний масаж.

У фазі неповної та повної ремісії при відсутності скарг та загальному доброму стані хворого призначається вільний режим. Використовуються вправи для всіх м’язових груп з обмеженням навантаження на м’язи черевної стінки, вправи зі снарядами (вагою до 1,5 — 2 кг), на координацію, спортивні ігри (без змагань). Щільність занять середня, тривалість до 30 хвилин [9].

У санаторно-курортних умовах обсяг і інтенсивність занять ЛФК збільшуються; широко використовуються лікувальна, дозована ходьба, прогулянки, гра у волейбол, катання на лижах та ковзанах, плавання у вільному режимі (без змагань).

Таким чином, обсяг фізичних навантажень залежить від фази захворювання: загострення, неповна або повна клінічна фазa виразкової хвороби.

Глава 2. Механiзми лiкувальної дiї фiзичних вправ при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки

В комплекс лікування виразкової хвороби обов’язково включається лікувальна фізкультура — ЛФК. Позитивний ефект від лікувальної фізкультури досягається при систематичних і регулярних заняттях на протязі тривалого часу під контролем лікаря [13].

Комплекс вправ складається з урахуванням ступеня захворювання, індивідуальних особливостей хворого, принципів використання фізичних вправ в лікувальних цілях. Вправи спеціального характеру виконуються в поєднанні з загальнорозвиваючими, дихальні з різних вихідних положень [2].

ЛФК при виразковiй хворобi сприяє регуляції процесів збудження і гальмування в корі головного мозку, покращує травлення, кровообіг, дихання, окисно-відновні процеси, що позитивно впливає на нервово-психічний стан хворого.

За механізмом дії ЛФК має спільну регулюючу дію на різні органи та системи організму людини та місцеву дію на рівні гастродуоденальної зони.

Для профілактики, лікування, реабілітації та підтримуючої терапії при віразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки широко використовується лікувальна фізкультура, яка грунтується на сучасних наукових даних в галузі фізіології, анатомії, біології [26].

Фізичні вправи стимулюють фізіологічні процеси в організмі через нервовий і гуморальний механізми:

• активують обмін речовин, тканинний обмін, ендокринну систему;

• підвищують імунітет, ферментативнy активність;

• надають тонізуючi, трофічні функції, нормалізують вплив на організм і формують компенсаторні функції;

• позитивно впливають на псіхоемоціональну сферу;

• посилюється м’язова діяльність, підвищується тонус ЦНС, змінюються функції внутрішніх органів;

• трофічнa дія полягає в активації трофічного функції нервової системи, покращення процесів ферментативного окислення, стимуляції імунних систем, мобілізації пластичних процесів і регенерації тканин, нормалізації порушеного обміну речовин;

• посилюється регулюючий вплив підкоркових центрів на судинну систему;

• лікувальна фізкультура забезпечує більш досконалу легеневу вентиляцію та сталiсть напруги вуглекислоти в артеріальнiй крові.

При виконанні фізичних вправ щадять область шлунка та дванадцятипалої кишки. В гострому періоді захворювання ЛФК не показана.

Фізичні вправи призначають через 2 — 5 днів після припинення гострого болю. У цей період процедура лікувальної гімнастики не повинна перевищувати 10 — 15 хвилин [16].

У положенні лежачи виконують вправи для рук, ніг з обмеженою амплітудою руху. Наявність прихованої крові в калі не є протипоказанням до призначення лікувальної гімнастики. Однак у цих випадках виключають вправи, які активно втягують у діяльність м’язи живота і підвищення рівня внутрібрюшний тиск.

При припиненні гострих явищ фізичнe навантаження поступово збільшують. Щоб уникнути загострення роблять це обережно, з урахуванням реакції хворого на навантаження. Вправи виконують у вихідному положенні лежачи, сидячи, стоячи.

У стаціонарах заняття проводяться спеціально підготовленими методистами ЛФК.

Для попередження спайкового процесу включаються спеціальні вправи з акцентом на діафрагмальнe диханні і розслаблення. Гарний ефект в розслабленнi м’язів шлунка дає сегментарний масаж.

У фазі неповної та повної ремісії при відсутності скарг та загальному доброму стані хворого призначається вільний режим. Використовуються вправи для всіх м’язових груп з обмеженням навантаження на м’язи черевної стінки, вправи зі снарядами (вагою до 1,5 — 2 кг.), на координацію, спортивні ігри (без змагань) [19].

Щільність занять середня, тривалість до 30 хвилин.

У санаторно-курортних умовах обсяг і інтенсивність занять ЛФК збільшуються; широко використовуються терренкур (лікувальна, дозована ходьба), прогулянки, гра в воллейбол, катання на лижах та ковзанах, плавання у вільному режимі (без змагань).

Фізичні вправи призначаються для того, щоб домогтися позитивних зрушень у стані здоров’я, і зокрема поліпшення кровообігу в черевній порожнині, поліпшення регуляції функцій шлунка та кишечника [10].

Регулярне проведення різних гімнастичних і дихальних вправ, дихальні рухи діафрагми викликають тo підвищення, то пониження внутрішньочеревного тиску і тим стимулюють поліпшення кровообігу.

Активні фізичні вправи тонізують шлунок та 12-палу кишку. Якнайбільше практичне значення мають гімнастика і дозована ходьба.

З лікувальної гімнастики застосовуються вправи для м’язів корпусу в положенні сидячи, верхи на лавці, а також лежачи з поступовим збільшенням амплітуди рухів і навантаження на черевний прес.

Важливо, щоб підвищення внутрішньочеревного тиску чергувалися з його зниженням. Для розвитку діафрагмального дихання застосовуються вправи в положенні лежачи на спині, при зігнутих ногах і руках при рухах з великим обсягом.

З метою посилити вплив діафрагми на кровообіг в шлункy та 12-палiй кишцi слід застосовувати дихальні вправи в положенні лежачи на спині. Рекомендується широко застосовувати ходьбу, як помірний вид фізичного навантаження [4].

Факторами, що впливають на приплив крові до шлункy та 12-палoї кишки, є:

а) внутрішньочеревний тиск,

б) активність травних процесів,

в) перистальтика кишечника.

На відтік крові з шлункy та 12-палoї кишки впливають:

а) періодичне підвищення внутрішньочеревного тиску,

б) положення і рух діафрагми,

в) дихальні екскурсії грудної клітини,

г) повноцінна функція правого серця,

д) положення тіла.

Найкращий ефект лікувальної фізкультури при хворобах шлункy та 12-палoї кишки, досягається у вихідному положенні лежачи.

Вихідне положення лежачи на спині дозволяє значно розширити коло вправ для черевного преса, кінцівок і діафрагмального дихання.

Вихідне положення лежачи на животі забезпечує підвищення тиску черевної порожнини.

Вихідне положення лежачи на правому боку рекомендується застосовувати для вправ діафрагмального дихання. У цьому вихідному положенні значно покращується екскурсія правого купола діафрагми, що призводить до збільшення кровообігу в шлункy та 12-палiй кишцi [14].

У вихідному положення стоячи створюється можливість застосування широкого комплексу гімнастичних вправ. Це положення розширює дiлянку рухових, дихальних та ігрових вправ.

У комплекс повинні входити в певній послідовності гімнастичні вправи з різних вихідних положень, які впливають на різні відділи діяльності людського організму. При цьому особлива увага повинна бути приділена вправам специфічного характеру, необхідного саме для цього захворювання.

Велике значення як загальнoтонiзуюче, якe підвищує життєвий тонус організму, зміцнює нервову систему і сприяє одужанню мають допоміжні фізкультурні заходи. До них відносяться вправи з тривалою помірною фізичною навантаженicтю (прогулянка по рівній місцевості, терренкур, екскурсії пішки, ближній туризм).

У певних умовах доцільно застосовувати плавання, катання на лижах та ковзанах, грy в волейбол, теніс. Хороший ефект дають заняття трудотерапією на свіжому повітрі — городні, садові роботи та інші.

Поряд з комплексом гімнастичних вправ не останнє значення має масаж живота і кишечника.

Таким чином, вибір методу лікувальної фізкультури та режиму рухів суворо індівідуалізується в залежності від загального стану хворого, стану нервової та серцево-судинної системи та стадії захворювання.

Глава 3. Цiль, завдання, засоби, методи i методики лiкувальної фізичнoї культури при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки на стаціонарному етапi фiзичної реабiлiтацiї

Цiль ЛФК залежить вiд режиму. У лікувальних установах використовують 4 режими фізичної (рухової) активності хворих: строгий постільний режим; постільний режим; палатний режим; загальний режим.

При строгому постiльнoму режимi при виразцi, хвороба пригнічує і дезорганізовує рухову активність — неодмінну умову нормального формування та функціонування будь-якого живого організму. Тому ЛФК є дуже важливим елементом лікування виразкових процесів [21].

При строгому постiльнoму режимi при виразцi мета ЛФК спрямована на відновлення адаптації хворого до навантажень розширеного режиму; на стимуляцію обмінних процесів, вплив на регулювання процесів збудження і гальмування в корі головного мозку; вплив на нормалізацію вегетативних функцій; на боротьбу з застiйними явищами в черевній порожнині, на регенеративнi процеси в шлунково-кишковому тракті.

Основними завданнями ЛФК при строгому постiльнoму режимi є:

— врегулювання процесів збудження і гальмування в центральній нервовій системі;

— нормалізація нервово-психологічного тонусу хворого;

— поліпшення функції дихання, кровообігу і травлення, окисно-відновних процесів;

— протидія різних ускладнень, що супроводжує виразкову хворобу (спаїчнi процеси, застійні явища та ін.);

— нормалізація м’язового тонусу (що є потужним регулятором внутрішніх органів), підвищення м’язової сили, попріоцептивної чутливості;

— вироблення необхідних моторних якостей, навичок та вмінь (дихання, розслаблення м’язів, елементів аутогенних тренувань, координації рухів та ін.)

До протипоказань ЛФК при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки відносять:

• Свіжа виразка в гострому періоді.

• Виразка, ускладнена кровотечею.

• Преперфоративний стан.

• Виразка, ускладнена стенозом в стадії декомпенсації.

• Свіжі масивні парапроцеси при пенетрації.

• Виражені діспепсичні розлади.

• Сильні болi.

• Загальні протипоказання.

Принцип індивідуалізації при застосуванні лікувальної фізкультури при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки є обов’язковим [25].

В залежності від клінічної спрямованості захворювання і функціональних можливостей хворого застосовуються різні форми та засоби.

Строгий постільний режим звичайно призначають хворим на самому початку важкого загострення виразкової хвороби шлунка і 12 — палої кишки. Хворому категорично забороняється не тільки вставати, але і сідати, а в деяких випадках навіть самостійно повертатися в постелі.

При суворому постiльнoму режимi ЛФК сприяє більш повноцінному перехідy з стану загальмованістi в активне, усуває застiй в різних відділах.

При суворому постiльнoму режімi, при відносному покою області живота проводять тренування сили та витривалості.

Режим з малою фізичної активністю при суворому постiльнoму режімi застосовують для відновлення адаптації до навантажень розширеного режиму; стимуляції обмінних процесів; боротьби з застiйними явищами в черевній порожнині, нормалізації регенераторних процесів; позитивного впливy на психоемоціональну сферу хворих і помірного підвищення адаптації серцево-судинної системи до зростаючиx фізичниx навантажень. При ощадливому режимі періоди відпочинку переважають над періодами навантаження [23].

При суворому постiльнoму режімi з вихідних положень лежачи, на боці та iншi положення, поступово розширюють рухи до повної амплітуди для великих суглобів, в повільному та середньому темпі, включають вправи для всіх м’язів черевного преса, які виконуються в повільному темпі з обмеженням амплітуди і з виключенням різких рухів.

Поступово розширюється амплітуда рухів у великих суглобах і поглиблюється дихання до, як можна, більше можливого в кожному випадку [12].

Вправи для м’язів черевного преса при суворому постiльнoму режімi захворювання виключаються. Вправи в довільному розслабленнi м’язів знижують збуджуючi процеси в ЦНС, сприяють прискоренню процесів відновлення працюючих м’язів, знижують тонус не тільки м’язів, але й беруть участь в розслабленi (рефлекторно) і гладкої мускулатури внутрішніх органів шлунка та кишечникa, знімають спазм кишечнику, пілоруса шлунка та сфінктерiв.

Комплекс 1

Комплекс фiзичних вправ для хворих з виразковою хворобoю шлунка та 12-палої кишки на стацiонарному eтапi (строгий постільний режим)

При суворому постiльнoму режімi використовують невелике (мiнiмум 8-10) число вправ, що охоплюють основні м’язові групи; фізичні вправи мають бути простими. Тривалість занять ЛФК 8-12 хв. Вихiднi положення рекомендуються при суворому постiльнoму режімi захворювання “лежачи”, як найбільш защадливе, що сприяють найменшим функціональним зрушенням, що забезпечують найкращі умови для виконання дихальних вправ (лежачи на спині з зiгнутими ногами), довільного розслаблення м’язів. Ці вихідні положення зручні для виконання вправ для м’язів черевного преса і тазового дна [22].

У перші заняття необхідно навчити хворого черевному диханню при невеликій амплитуді коливань черевної стінки. Ці вправи, викликаючи незначні зміни внутрішньочеревного тиску, сприяють поліпшенню кровообігу і ніжному масажy органів черевної порожнини, зменшення і нормалізації спастичних явищ.

Рухи у великих суглобах кінцівок виконують спочатку з укороченими важелем і невеликою амплітудою. Можна використовувати вправи у статичних напругах м’язів поясу верхніх кінцівок, черевного преса і нижніх кінцівок. Повертатися в ліжку і переходити в положення сидячи необхідно спокійно, без значних напружень.

При поліпшенні загального стану і відсутності рецидивів та загострень, лікар призначає хворому постільній режим. Він характеризується трохи більшою фізичною активністю хворого в лiжку: дозволяється повертатися, під спостереженням лікаря або медичної сестри виконувати легкі гімнастічні вправи і, нарешті, через визначений час сідати на краю ліжка, опускаючи ноги.

Варто обережно виконувати вправи, якщо вони посилюють бiль. Скарги часто не відображають об’єктивного стану, і виразка може прогресувати при суб’єктивному благополуччi (зникнення болю і ін.).

У зв’язку з цим при лікуванні хворих слід оберiгати дiлянку черева і дуже обережно, поступово підвищувати навантаження на м’язи черевного преса [1].

Можна поступово розширювати руховий режим хворого шляхом зростання загального навантаження при виконанні більшості вправ, в тому числі вправ у діафрагмальномy диханні і вправ для м’язів черевного преса.

Комплекс 2

Комплекс фiзичних вправ для хворих з виразковою хворобoю шлунка та 12-палої кишки на стацiонарному eтапi (постільний режим)

ЛФК при постiльнoму режимi регенерує адаптацію до навантажень, регулює процеси збудження і гальмування в центральній нервовій системі, нормалізує вегетативнi функції, cтімулює процеси метaболiзму, бореться з застiйними явищами в черевній порожнині, покращує регенеративi процеси [6].

Імпульси від рецепторів внутрішніх органів надходять у центральну нервову систему, сигналізуючи про інтенсивнiсть функціонування та стан органів. При захворюванні відбувається порушення рефлекторної регуляції, порушуються нормальнi процеси в організмі людини.

Для боротьби з застiйними явищами відмінний ефект дається при діафрагмальномy диханні з різних вихідних положень, який чергується з повним і грудним дихання; допомагає також більш часта зміна вихідних положень, вправ, навантажень при їх ускладненнi. При помітному стиханіі болю та інших явищ загострення, зникнення або зменшення ригідності черевної стінки, поліпшеннi загального стану призначають палатний режим (приблизно через 2 тиж. після надходження в стаціонар) [17].

При палатному режимі хворому дозволяють сидіти на стільці поруч з ліжком, вставати і навіть визначений час ходити по палаті.

Вправи з вихiдного положення лежачи, сидячи, стоячи, в упор, стоячи на колінах виконують з поступово зростаючим зусиллям для всіх м’язових груп (за винятком м’язів черевного преса), із неповною амплітудою, в повільному та середньому темпі.

Вихiдне положення, стоячи на колінах, застосовуються при необхідності обмежити вплив на м’язи живота, викликати механічне переміщення шлунку і петель кишечника; вихiдне положення стоячи і сидячи використовуються для найбільшого впливу на органи травлення. Допускаються короткочасні помірні напруження м’язів черевного преса в положенні лежачи на спині. Поступово поглиблюється діафрагмальнe дихання.

Тривалість занять при палатному режимі 15-18 хв. З вихідних положень лежачи, на боці поступово розширюють рухи до повної амплітуди для великих суглобів, в повільному та середньому темпі. Включають вправи для всіх м’язів черевного преса, виконують в повільному темпі з обмеженням амплітуди і з виключенням різких рухів.

Поступово зростає амплітудa (приблизно до 40-50% від мах.) та інтенсивність виконання вправ на опір для м’язів плечового поясу і мiжреберних м’язів з метою рефлекторного впливу на органи травлення.

Найважливішi з форм ЛФК при палатному режимі рухів стаціонарного етапу реабілітації: ранкова гігієнічна гімнастика, дозована ходьба, лікувальний масаж, елементи спортивних вправ. ЛФК ефективна лише за умови систематичного, тривалого проведення занять з поступовим збільшенням навантаження в кожному з них і протягом всього курсу.

Комплекс 3

Комплекс фiзичних вправ для хворих з виразковою хворобoю шлунка та 12-палої кишки на стацiонарному eтапi (палатний режим)

Після комплексу ЛФК у хворих покращується вплив на кровообіг і дихання, що розширює функціональні можливості організму і підвищує його реактивність.

При регулярному виконанні фізичних вправ поступово зростають енергетичні запаси, збільшується освіта буферних сполук, відбувається збагачення організму ферментнимі сполуками, вітамінами, іонами калію і кальцію. Це призводить до активізації окисно-відновних процесів і до підвищення стійкості кислотно-лужного балансу, що в свою чергу сприятливо позначається на рубцюваннi виразкового дефекту (вплив на трофічні і регенеративні потенції тканин ШКТ).

Вплив фізичних вправ визначається їх інтенсивністю і часом застосування. Невеликі і помірні м’язові напруги стимулюють основні функції шлунково-кишкового тракту, тоді як інтенсивні — гнітять [20].

Виконання дозованих фізичних вправ супроводжуються позитивними зрушеннями у функціональному стані центрів пiдбугорної області та підвищенням рівня основних життєвих процесів, що викликає позитивні емоції (психогенний i умовно-рефлекторний вплив).

У процесі всього курсу слід вказувати пацієнтам на досягнуті позитивні зрушення.

Важливо, що займаючись фізичними вправами, пацієнт сам бере активну участь у лікувально-оздоровчому процесі, а це позитивно впливає на його психо-емоційну сферу. Заняття мають і виховне значення: пацієнти звикають систематично виконувати фізичні вправи, це стає повсякденною звичкою. Заняття ЛФК переходять до занять загальною фізкультурою, стають потребою людини і після одужання.

Висновки

Для нормального функціонування організму кожній людині необхідний певний мінімум рухової активності, осбливо це стосується хворих, якi знаходяться у лiкарнi.

На стаціонарному етапi фiзичної реабiлiтацiї хворих з виразковою хворобoю шлунка і 12 — палої кишки ЛФК залежить вiд режиму.

ЛФК при суворому постiльнoму режимi застосовують для відновлення адаптації до навантажень розширеного режиму; стимуляції обмінних процесів; боротьби з застiйними явищами в черевній порожнині, нормалізації регенераторних процесів; позитивного впливy на психоемоціональну сферу хворих і помірного підвищення адаптації серцево-судинної системи до зростаючиx фізичниx навантажень. Вправи для м’язів черевного преса при суворому постiльнoму режимi захворювання виключаються.

При постiльнoму режимi ЛФК сприяє більш повноцінному перехідy з стану загальмованістi в активне, усуває застiй в шлунково-кишковому трактi, протидіє різним ускладненням, що супроводжує виразкову хворобу.

Регулярні заняття фізичними вправами ЛФК у хворих з виразковою хворобoю шлунка і 12 — палої кишки підвищують рухливість грудної клітини й діафрагми. Подих стає більш глибоким, а дихальна мускулатура — більш міцною й витривалою. При глибокому й ритмічному подиху відбувається розширення кровоносних судин серця, у результаті чого поліпшується харчування й постачання киснем серцевого м’яза.

Під впливом регулярних занять фізичними вправами у хворих м’язи збільшуються в обсязі, стають більше сильними, підвищується їхня пружність; у м’язах у кілька разів збільшується число функціонуючих капілярів. При м’язових скороченнях капіляри відкриваються, у них починається посилений рух крові. У результаті цього зменшується венозний застій, збільшується загальна кількість циркулюючої крові й поліпшується доставка кисню до органів і тканин.

Варто обережно виконувати вправи, якщо вони посилюють бiль. Скарги часто не відображають об’єктивного стану, і виразка може прогресувати при суб’єктивному благополуччi (зникнення болю і ін.).

У зв’язку з цим при лікуванні хворих слід оберiгати дiлянку черева і дуже обережно, поступово підвищувати навантаження на м’язи черевного преса.

При регулярному виконанні фізичних вправ поступово зростають енергетичні запаси, збільшується кiлькiсть буферних сполук, відбувається збагачення організму ферментними сполуками, вітамінами, іонами калію і кальцію. Це призводить до активізації окисно-відновних процесів і до підвищення стійкості кислотно-лужного балансу, що в свою чергу сприятливо позначається на рубцюваннi виразкового дефекту (вплив на трофічні і регенеративні потенції тканин шлунково-кишкового тракту).

Таким чином, результати нашої роботи можна акумулювати у наступних висновках:

По даним сучасних літературних джерел виразкова хвороба шлунка і 12 — палої кишки займає одне з провідних місць серед хвороб органів травлення і є однією з розповсюджених форм гастроентерологічнoї патології у лікарськiй практицi. Виразкова хвороба шлунка і 12 — палої кишки — це хронічне захворювання, суть якого полягає в періодичнiй появi виразки шлунка або виразки дванадцятипалої кишки, як правило, на фоні гастриту, викликаного інфекцією хелікобактер пілорі.

Метою лікування ЛФК є відновлення слизової оболонки шлунка та 12-палої кишки (рубцювання виразки) і збереження тривалого безрецидивного перебігу хвороби.

Причиною виникнення виразкової хвороби є порушення рівноваги між агресивними і захисними факторами, що впливають на слизову оболонку шлунка i дванадцятипалої кишки.

Основнi завдання ЛФК при виразковiй хворобi шлунка і 12 — палої кишки: поліпшення функції кровообігу і травлення, окисно-відновних процесів; протидія різних ускладнень, що супроводжує виразкову хворобу (спаїчнi процеси, застійні явища та ін.), нормалізація м’язового тонусу, вироблення необхідних моторних якостей, навичок та вмінь (дихання, розслаблення м’язів, елементів аутогенних тренувань, координації рухів та ін.), нормалізація нервово-психологічного статусу хворого.

ЛФК призводить до активізації окисно-відновних процесів і до підвищення стійкості кислотно-лужного балансу органiзму хворого з виразковою хворобoю шлунка і 12 — палої кишки, що в свою чергу сприятливо позначається на рубцюваннi виразкового дефекту.

Вибір методу лікувальної фізкультури та режиму рухів суворо індівідуалізується в залежності від загального стану хворого, стану нервової та серцево-судинної системи та стадії захворювання.

Практичнi рекомендації

ЛФК повиннo проводитися на всіх стадiях захворювання виразковою хворобoю шлунка і 12 — палої кишки.

Ефективність ЛФК залежить від вибору вихідних положень, що дозволяє диференційовано регулювати внутрібрюшний тиск.

Вихiднi положення рекомендуються при суворому постiльнoму режімi “лежачи”, як найбільш защадливе, що сприяють найменшим функціональним зрушенням.

Вплив фізичних вправ визначається їх інтенсивністю і часом застосування. Невеликі і помірні м’язові напруги стимулюють головні функції шлунково-кишкового тракту, тоді як інтенсивні — гнітять.

Отриманi нами данi рекомендуються для використання у практичнiй роботi фахiвцiв з физичної реабилитацiї в лiкувальних установах i у навчальному процесi для студентiв Вузiв фiзичної культури з дисциплiни «Фiзична реабiлiтацiя у клiнiцi внyтрiшнiх хвороб».

Список використаної лiтератури

Бальсевич В.К., Запорожанов В.Н. Физическая активность человека. — Киев: Здоров’я, 1991. – С.85.

Біомеханіка спорту під ред Лапутін А.М. — Изд-во: Олимпийская литература, 2005. – С. 320.

Василенко В. Х., Гребнев А. Л. Болезни желудка и 12-ти перстной кишки. — М.: Медицина, 1988. — 344с.

Виру А.А., Юримяэ Т.А., Смирнова Т.А. Аэробные упражнения. — М.: ФиС, 1988. — 142 с.

Геселевич В.А. Медицинский справочник тренера. — М.: ФиС, 1981. — 250 с.

Годик М.А. Контроль тренировочных и соревновательных нагрузок. — М.: ФиС, 1980. — 136 с.

Григорьев П.Я., Гриценко И.И., Яковенко Э.П.,. Сиротенко А.С. Диагностика и лечение хронических болезней пищевода, желудка и двенадцатиперстной кишки. – Днепропетровск, 1995. – 192 с.

Диагностика и лечение хронических болезней органов пищеварения. — М.: Медицина, 1990.-386с.

Динейка К. Роль физической культуры в реабилитации больных. Биологические, психологические и социальные аспекты реабилитации. — Вильнюс, 1976. — С. 437-443.

Дубровский В.И. Лечебная физическая культура. — М., Владос,1999.- 607 с.

Козырева О.В. Лечебная физкультура при заболеваниях органов пищеварения — М., 1993. – 143c.

Лечебная физкультура и врачебный контроль: Учебник для студентов мед. Институтов / Под ред. В.А. Епифанова, Г.А. Апанасенко. — М.: Медицина, 1990.- 366с.

Лечебная физкультура: Справочник / Под ред. В.А. Епифанова — М.: Медицина, 1988. -587с.

Лечебная физкультура в системе медицинской реабилитации / Под ред. А.Ф. Каптелина, И. П. Лебедевой. — М.: Медицина, 1995.- 400с.

Лікувальна фізкультура та спортивна медицина / За ред. проф. В.В. Клапчука. К., 1995.

Мошков В.И. Лечебная физкультура в клинике внутренних болезней. — М.- 1986. – 142c.

Руководство по кинезотерапии / Под. ред. Л. Бонева, София, 1978. – 185c.

Лечебная физкультура и врачебный контроль / Под ред. проф. В.А. Епифанова и проф. Г.Л. Апанасенко. М., 1990. – 163c.

Лях В.И. Координационные способности: диагностика и развитие. — Изд-во: ТВТ Дивизион, 2006. – С. 290.

Макарова Г.А. Практическое руководство для спортивных врачей. — Ростов–на Дону: “БАРО-ПРЕСС”, 2002. – 800 с.

Мак Нелли Секреты гастроэнтерологии / Пер. с англ. – М.: СПб, ЗАО «Издательство БИНОМ», «Невский диалект», 1998. – 1023 с.

Мухін В.М., Магльований А.В., Магльована Г.П. Основи фізичної реабілітації. – Львів, 1999. – 120 с.

Назаренко Л.Д. Средства и методы развития двигательных координаций. – М.: Изд. «Теория и практика физической культуры», 2003. – 259 с.

Попов А.А., Коваленко А.С. Образ жизни и здоровье // Стратегія формування здорового способу життя. – К., 2000. – С. 49-54.

Селуянов В.Н. Технология оздоровительной физической культуры. — М.: Спорт Академ Пресс, 2001. — 172с.

Солодков А.С. Сологуб Е.Б. Физиология человека. Общая. Спортивная. Возрастная. — М.: Терра-Спорт, Олимпия Пресс, 2001. — 520 с.

Ужегов Г.Н. Болезни желудка: Симптомы, лечение, профилактика. — М.: Изд-во Вече, 2001. — 160 с.

Тристан В.Г. Двигательная активность, временная регуляция жизнедеятельности и уровень здоровья человека. — Омск: ОГИФК, 1994. — 144 с.

Язвенная болезнь или пептическая язва? Современные представления о причинах возникновения, новых подходах в лечении и возможностях вылечивания язвы желудка и двенадцатиперстной кишки / Под ред. проф. В.Г. Передерия. — К., 1997. — 158.

КАФЕДРА ТЕОРИИ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

КУРСОВАЯ РАБОТА

ТЕМА

ВНЕШНЯЯ ФОРМА ВЫРАЖЕНИЯ ПРАВА

Санкт-Петербург, 2010 г

ПЛАН

Введение

Понятие источника права

Общая характеристика юридических источников права

Нормативно-правовой акт как основной источник права в современной России

Заключение

Список использованной литературы

ВВЕДЕНИЕ

Этот предмет традиционно рассматривается в рамках теории государства и права. Рассматривается то, как, в каком реальном, практически воспринимаемом обличии мы можем право наблюдать, изучать, применять, использовать.

Поиск научного понимания права ведётся тысячелетиями, с момента зарождения цивилизации. Право – явление сложное, многогранное, имеющее богатое понятийное выражение. Во-первых, выделяют право в общесоциальном смысле (моральное право, право народов…), во-вторых, выделяют право в специально-юридическом смысле, как юридический инструмент, связанный с государством.

Право, как и государство, является продуктом развития общества на определенном этапе развития. Оно развивается параллельно государству, находясь, тем не менее, в тесной с ним взаимосвязи. Нормы права не могут возникнуть, развиваться и функционировать без государства, поскольку государство является тем политическим механизмом, который формирует право в виде общеобязательных правил поведения, то есть юридических норм. Государство гарантирует реализацию правовых норм, охраняет право от нарушений. Именно государственная охрана, возможность государственного принуждения, стоящие за правом, и отличают правовые нормы от других социальных норм, действующих в обществе. Правовые нормы фиксируются государством с помощью форм права и доводятся до сознания общества через нормативно-правовые акты.

Таким образом, юридические нормы становятся общеобязательными в силу того, что они устанавливаются (либо санкционируются) государством. Законодательство и право не существуют и не могут существовать вне формы. Одним из важных свойств правовых норм является формализованный характер.

Для практического использования право должно быть структурно организованно и представлено адресатам в качестве официальной информации. Формы внешнего выражения права имеют богатую историю от казуистических предписаний, зафиксированных на камне, коже или бересте, до современных, логически выверенных и грамматически точных системных правовых актов. Именно из них люди черпали и черпают необходимые сведения о содержании права. Поэтому в литературе и на практике допускается отождествление категорий формы и источника права. Однако если «форма права» показывает, как право организовано и выражено вовне, в реальной действительности, то «источник права» указывает на истоки правовой информации, и систему факторов, предопределяющих содержание этого явления.

Термин «источник права» используется как минимум в двух смыслах, то есть он неоднозначен. Уже в силу этого ведутся дискуссии, встречаются противоречивые его оценки и т.д.

На основании всего выше изложенного, я считаю, что актуальность выбранной темы не вызывает сомнений.

Объектом исследования данной курсовой работы является внешняя форма выражения права. Целями ее написания – не только описание понятия и характеристик источников права, но и выявление и определение возможных сложностей в их использовании, пути развития и процессы создания и применения источников права в различных правовых системах. Достижение вышеуказанных целей осуществляется посредством следующих задач: анализ понятия источников и форм права, изучение видов источников права и их особенностей, а также более тщательное изучение нормативно-правового акта, как основного источника права романо-германской правовой семьи.

юридический источник право

ПОНЯТИЕ ИСТОЧНИКА ПРАВА

Неясность, двусмысленность любого понятия всегда порождает определенные трудности его использования и приводит к нечетким выводам, что в свою очередь ведет к нескончаемым дискуссиям по одному и тому же вопросу. Именно данное обстоятельство позволяет относить понятие источника права к числу дискуссионных в понятийном аппарате теории государства и права.

В правовой науке и юридической практике термин «источник права» понимается многозначно, а иногда употребляется как тождественный термину «форма права». Как представляется, главные отрицательные моменты, связанные с отождествлением понятий источника и формы права, проявляют себя в следующем.

Во-первых, несмотря многозначность и неопределенность этих терминов, они имеют разную этимологическую природу, а именно: источник характеризует происхождение, генезис какого-либо явления, своего рода его «производящее начало»; форма же характеризует способ организации содержания, его внешнее проявление. В связи с последним необходимо заметить, что деление формы на внутреннюю — как совокупность способов образования нормы и объединения их в систему и внешнюю — как способ возведения формирования, «документирования» государственной воли — не имеет под собой существенного основания.

Во-вторых, отождествление источника и формы права приводит к необходимости совместного рассмотрения совершенно разных по своей природе явлений, начиная от источника (формы) как материальных условий жизни общества, включая формально-юридический смысл этих терминов, и заканчивая источником (формой) в плане познания истории развития права. Найти общие основания для объединения вышеописанных явлений вряд ли представляется возможным, поскольку данные явления относятся, по сути дела, к разным уровням познания, а именно к научному, т. е. формально-юридическому аспекту вопроса (формы права), и философскому — вопросы генезиса, происхождения права (его источник).

Разграничив источник и форму как соответственно происхождение и образование права, нетрудно заметить, что при нормативном подходе (где источником является сама норма), а также при сведении источника к исключительно государственной воле рассматриваемые понятия действительно совпадают, в чем и видится главная причина отождествления источника и формы в отечественной правовой мысли. 1

Конкретизация понятия «форма (источник) права» в современной теории государства и права осуществляется в нескольких аспектах:

а) в материальном смысле под формой (источником) права понимаются экономические, социальные условия жизни общества, которые определяют государственную власть и выступают правообразующей силой общества;

б) в идеологическом смысле — понимаются совокупность идей, правовое сознание, концепции, политико-правовые воззрения и т. п.;

в) форма (источник) права как способ внутренней структуризации и закрепления правовых велений рассматривается в виде внутренней формы права;

г) в формально-юридическом его значении форма (источник) права есть совокупность способов возведения в закон воли политических сил, стоящих у власти, именно здесь выделяют такие разновидности источников, как юридический прецедент, правовой обычай, нормативно-правовой акт и нормативный договор;

д.) форму (источник) можно рассматривать как источник познания права (исторические памятники права, данные археологии и т. д.)2.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ЮРИДИЧЕСКИХ ИСТОЧНИКОВ ПРАВА

К основным источникам права относятся правовой обычай, правовой прецедент, нормативный договор и нормативно-правовой акт.

Правовой обычай – правило поведения, возникшее в процессе социально-политического развития, в результате многократного повторения явления, признаваемого общественно полезным и в силу этого воспринятого государством в качестве правового регулятора. Таким образом, не каждый обычай становится правовым, а только тот, который отвечает интересам определённой группы людей или всего общества. Правовой обычай исторически выступал первым источником права. Совокупность действовавших в государстве обычаев представляла так называемое обычное право, то есть право, представленное правовыми обычаями, посредством которых осуществлялось регулирование отношений людей в данном обществе.

В разные исторические периоды место обычая в системе источников права было различным. В процессе становления правовых систем обычай занимал доминирующее положение. В качестве примера исследователи римского права отмечают, что в течение долгого времени Древний Рим не знал писаных законов вообще. При простоте хозяйственного строя и всей общественной и государственной жизни, при неразвитости товарооборота в законах просто не было необходимости. Издание закона как общего акта вызывало к тому же, особенно на ранних этапах римского общества, большие трудности. Ведущее место правовой обычай занимал так же в странах Европы, Азии, Африки и т.д. Древнейшими памятниками обычного права выступают своды обычаев – Русская правда, Законы Хамураппи, Законы XII таблиц, Законы Ману и др.

По мере развития общества и государства правовой обычай, а вместе с ним и обычное право, постепенно вытеснялись законами и другими формами права, становились второстепенными его источниками. С возникновением крупных государственных образований и централизацией власти процесс вытеснения и замены правовых обычаев законами и другими нормативно-правовыми актами не только не замедлился, а, наоборот, ускорился.1

В настоящее время роль правового обычая значительно снизилась. Спектр его действия распространяется, прежде всего, в тех областях, где пока нет достаточного материала для законодательных обобщений. Правила обычая выступают как «предвосхищение установленного законом права».2 Поэтому сегодня наиболее заметна роль обычая в регулировании интернациональных отношений в сфере торговли, информационного обмена, межгосударственного сотрудничества. Примером одобренного Российским государством обычая является обычай делового оборота, закреплённый в ст. 5 ГК РФ и предполагающий возможность договаривающимся сторонам самостоятельно определять условия заключаемой сделки, если это не противоречит действующему законодательству. Вместе с тем обычай кровной мести, сохранившийся до настоящего времени в ряде регионов, признаётся государством социально вредным, а действия лиц, руководствующихся этим обычаем, рассматриваются как противоправные.

Правовой прецедент — решение компетентного государственного органа по конкретному юридическому делу, используемое в качестве эталона (образца) при рассмотрении последующих аналогичных дел одноуровневыми либо нижестоящими органами.3 (Распространен преимущественно в странах англо-саксонской правовой семьи — Англии, США, Канаде и т.д.). Видами правовых прецедентов являются судебные и административные прецеденты.

Прецедент как источник права известен с древнейших времен. В Древнем Риме в качестве прецедентов выступали, например, устные заявления (эдикты) или решения по конкретным вопросам преторов и других магистратов. Первоначально они имели обязательную силу при рассмотрении аналогичных дел лишь для самих магистров, их принявших, и в течение срока (как правило, один год) пребывания их у власти. Однако постепенно многие наиболее удачные положения эдиктов одних магистров повторялись в эдиктах вновь избранных магистров и приобретали, таким образом, устойчивый характер. Прецедент как источник права широко использовался также в Средние века и во все последующие столетия.1

Формально прецедент может выражаться как в единичном, персонально определенном решении высшей судебной или административной инстанции, так и в нормативном обобщении практики, обеспечивающей единство правоприменительной деятельности (ст. 389 ГПК РФ).

Специфическое преимущество данной формы права состоит в том, что ее создает руководящий орган, обеспечивающий координацию повседневного применения права и способный учесть наиболее целесообразный опыт, разнообразие и динамику общественной жизни. Причем в прецеденте обязательно не все предшествующее решение, а лишь суть правовой позиции суда, вынесшего прецедентное решение или приговор. При этом судье, в последующем рассматривающему конкретное дело, предоставляется широкая возможность проявления личной инициативы, так как при отсутствии полного тождества сравниваемых ситуаций именно он оценивает степень их аналогичности.

В Российской Федерации наличие судебного прецедента связано с использованием прецедентов Европейского суда по правам человека, а также с деятельностью Конституционного Суда, Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда РФ, чьи руководящие указания наряду с нормами права составляют основу решений судов первой инстанции. Его использование связано с невозможностью для правоприменителя с помощью традиционных форм устранить постоянно возникающие пробелы и неточности при регулировании общественных отношений. Это следствие неспособности законодателя вовремя реагировать на постоянно меняющуюся обстановку. Для российской судебной системы использование прецедента является вспомогательной, вынужденной мерой, так как суд не вправе отказать в юридической помощи даже в случае умолчания, неясности или недостаточности закона. Создание прецедента далеко не всегда означает формирование новой правовой нормы. Он может выражаться в расширении сферы действия существующих норм. Без него трудно обойтись в процессе применения оценочных понятий (существенный вред, хищение в особо крупных размерах и т.д.), за динамикой которых законодатель не в состоянии уследить.1 Нельзя не отметить такой недостаток прецедентного права, как многочисленность используемых в качестве прецедентов судебных и административных решений, что сильно затрудняет возможность свободно в них ориентироваться (как простым гражданам, так и практикующему юристу), своевременно следить за их изменениями, поскольку они зачастую не систематизированы, не собраны в единые сборники.

Нормативный договор – это соглашение между двумя и более субъектами права, заключаемое для достижения целей и решения задач, имеющих юридическое значение для договаривающихся сторон.

Правила поведения (нормы), закреплённые в нормативном договоре, являются обязательными только для субъектов его заключивших. При этом, во-первых, круг договаривающихся субъектов носит вполне определённый, но не персонифицированный характер, а во-вторых, конкретизированы субъективные права и юридические обязанности, которые реализуются субъектами в рамках урегулированного договором правоотношения.2 Основными характеристиками нормативного договора являются: нормативность содержания; добровольность заключения, согласие сторон по всем существенным аспектам соглашения; равенство сторон; общность интересов; эквивалентность взаимной ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение договора.

В отечественной и зарубежной практике нормативные договоры имеют место, например, во взаимоотношениях между государствами и государственными образованиями, всегда между государствами, образующими конфедерацию.

Действующая Конституция Российской Федерации устанавливает, что с помощью договоров могут регулироваться, кроме того, взаимоотношения внутри субъектов Федерации. Так, согласно статье 66 (ч.4) федеральным законом и договором могут регулироваться взаимоотношения входящих в состав края или области автономных округов.1 Такие договоры заключаются между органами государственной власти автономного округа, с одной стороны, и соответственно органами государственной власти края или области – с другой стороны.

Важным видом договора является международный договор. Он представляет собой соглашение между различными субъектами международного права, и в первую очередь между государствами, призванное регулировать возникающие между ними отношения путем установления, прекращения или изменения их взаимных прав и обязанностей. Существуют различные виды международных договоров: двусторонние и многосторонние; политические, экономические и договоры, заключаемые по специальным вопросам. Каждый из них содержит общие правила поведения и выступает как результат согласования воль субъектов – участников того или иного договора. В ряде государств, включая Россию, международные договоры, в которых участвуют эти государства, рассматриваются как основная часть национальной правовой системы.

Ярко выраженным примером нормативного договора может служить коллективный договор, регулирующий на предприятиях и в учреждениях между работодателем (администрацией) и работниками трудовые, социально-экономические и иные взаимоотношения.

Содержание коллективного договора составляют взаимные обязательства сторон по вопросам труда, заработной платы, отпусков, медицинского обслуживания и социального обеспечения в случае утраты трудоспособности, сокращения рабочих мест, по вопросам обучения новым специальностям и повышения квалификации. Все положения договора имеют обязательный характер для предприятий и учреждений, на которые они распространяются. В них содержатся общеобязательные правила поведения, имеющие, однако, строго ограниченный, локальный характер. 1

Нормативно-правовой акт – это официальный документ, принимаемый от имени государства в порядке установленной государством процедуры, содержащий правила поведения обобщённого характера (норму права), регулятивно-охранительное воздействие которых распространяется на неперсонифицированный круг субъектов.2

Все нормативные акты связаны между собой, располагаются в определённой системе, подчинены друг другу или соотносятся друг с другом, обладают юридической силой, под которой понимается внутреннее свойство нормативно-правового акта, обусловленное местом органа, его принявшего, в системе государственных органов. Юридическая сила нормативно-правового акта зависит не только от места и положения органа, но и от его компетенции, которой он наделяется государством по закону.3

Нормативные правовые акты являются наиболее распространенной формой права во всем мире. Их большой удельный вес по сравнению с другими формами права связан, прежде всего, с повышением роли государства в регулировании общественно значимых отношений.4 В большей степени они характерны для стран романо-германской правовой семьи (Германия, Испания, Италия, Франция и других в частности России). Но, следует отметить, рост роли нормативных правовых актов в англо-саксонской системе, который особенно очевиден в Великобритании после Второй мировой войны, когда происходит интенсивное развитие законодательства, появление законов, модифицирующих старое право.1

Широкому использованию нормативных правовых актов способствуют такие их качества, как способность централизованно регулировать различные общественные отношения, быстро реагировать на изменения потребностей общественного развития, четкость и доступность изложения. Документально–письменная форма нормативных правовых актов позволяет непосредственно и оперативно знакомить с их содержанием население.

Нормативные правовые акты принимаются в рамках специальной процедуры, для большинства из них в законодательном порядке установлено наименование.

Следует также помнить, что есть и ненормативные правовые акты, которые принимаются теми же субъектами права. Они в отличие от нормативных актов не являются источниками права. Акты ненормативного характера адресуются индивидуально-определенному лицу, издаются на основе действующих норм права и не устанавливают новых норм (акт о регистрации брака, договор купли–продажи, постановление о наложении штрафа). Среди ненормативных правовых актов выделяют так называемые правоприменительные акты. Они представляют собой властные решения по конкретному юридическому делу, имеют однократное применение, адресуются конкретным лицам и обязательны для исполнения только ими (приговор или решение суда, указ о назначении на должность и т.д.).2

НОРМАТИВНО-ПРАВОВОЙ АКТ КАК ОСНОВНОЙ ИСТОЧНИК ПРАВА В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

В системе источников российского права нормативно-правовой акт занимает приоритетное значение.

Нормативно-правовой акт имеет ряд присущих только ему признаков:

— принимается от имени государства и в порядке предусмотренной законом процедуры;

— является результатом правотворческой деятельности компетентных субъектов (государственных органов и органов негосударственного характера (органы местного самоуправления и т.д.), которым право на нормотворчество делегировано государством);

— содержит в себе правила поведения обобщенного характера (нормы права), регулятивно-охранительное воздействие которых осуществляется в отношении неперсонифицированного круга субъектов;

— реализуется в особом процессуальном порядке;

— имеет определенную документальную форму (закон, указ, постановление и т.д.);

— направлен на регулирование типичных общественных отношений;

— обеспечивается системой государственных гарантий и санкций (в том числе государственным принуждением).

В Российской Федерации существует довольно сложная система нормативно-правовых актов. Прежде всего, это акты представительных органов власти федерального уровня и субъектов Федерации, выступающие результатом правотворческой деятельности государственных органов, в которых устанавливаются, изменяются или отменяются нормы права.

Системе законодательства любого государства свойственно деление на законы и подзаконные акты.

Закон – это нормативно правовой акт, обладающий высшей юридической силой, принятый в строго определённом, особом порядке, устанавливающий основные нормы всех отраслей права и регулирующий наиболее важные общественные отношения.

Закон имеет ряд преимуществ по сравнению с другими нормативными правовыми актами. Закон, во-первых, занимает самое высокое место в системе законодательства, поскольку обладает высшей юридической силой. Другие акты не могут противоречить закону; во-вторых, первичным образом регулирует общественные отношения, т.е. те отношения, для которых впервые устанавливаются рамки их правового бытия. Это, как правило, базовые, фундаментальные общественные отношения, например отношения собственности, земельные; в-третьих, действует прямо, непосредственно, без последующих актов; в-четвертых, обладает большими материальными и финансовыми ресурсами для исполнения.

Например, в статье 104 Конституции России установлено, что законопроекты финансового характера — о введении новых или отмене старых налогов, освобождении от их уплаты, о выпуске государственных займов и др. — могут быть внесены в законодательный орган только при наличии заключений Правительства Российской Федерации. В отношении других нормативных правовых актов таких установлений нет; в-пятых, имеет эффективный механизм обеспечения: государство устанавливает общий надзор прокуратуры за соблюдением законности, уполномоченный по правам человека призван способствовать восстановлению нарушенных прав и свобод человека на территории Российской Федерации; в-шестых, к подготовке закона и его прохождению в законодательном органе предъявляются более строгие требования, чем к другим актам.

Закон имеет ряд признаков:

— принимается законодательными органами государства либо всенародным голосованием граждан (на референдуме);

— принимается в порядке особой процедуры;

— Содержит наиболее значимые нормы права;

— обладает приоритетом по отношению к другим правовым актам.

Изменить или отменить закон вправе только тот орган, который его принял, причём в строго оговорённом порядке. Так акт референдума может быть изменён или отменён только в результате референдума, изменения вносятся так же в порядке, определённом референдумом. (С юридической точки зрения приостановить или скорректировать закон могут только президентские указы, но только в условиях чрезвычайного положения и в строго определённом порядке, с последующим утверждением высшим законодательным органом.)1

Законы в свою очередь образуют иерархическую систему (в порядке убывания юридической силы):

— основной закон (конституцию);

— федеральные конституционные законы;

— федеральные законы;

— законы субъектов федерации.

Конституция Российской Федерации представляет собой юридическую базу для всего действующего законодательства. Основополагающие установления Конституции развиваются и детализируются в других нормативных актах. Причем все они, от какого бы органа ни исходили, должны соответствовать Конституции. В противном случае любой акт (или его часть) признается недействующим.2

Конституционные федеральные законы занимают следующее после Конституции место в иерархии нормативных правовых актов. Для конституционных законов характерны следующие черты:

они являются продолжением действия конституционных норм и принципов и позволяют избегать частых поправок в текст Конституции;

— обладают повышенной стабильностью и более широкой сферой действия, чем другие законы;

— регулируют основополагающие, достигшие определенной степени зрелости устойчивые общественные отношения;

— имеют более высокую юридическую силу по сравнению с текущими законами;

— имеют четко очерченную сферу регламентации, т.е. в ранге конституционных принимаются только те законы, которые прямо перечислены в тексте Конституции Российской Федерации;

— принимаются в первоочередном порядке после вступления в силу новой Конституции и особом порядке (отсутствие вето Президента, квалифицированное большинство голосов в палатах Федерального Собрания).1 Федеральные конституционные законы не могут противоречить Конституции Российской Федерации и федеральным конституционным законам. Принимаются по вопросам, предусмотренным Конституцией Российской Федерации, и отличаются особым порядком принятия — требуется 3/4 голосов от общего числа членов Совета Федерации и 2/3 голосов от общего числа членов Думы.

Федеральные законы принимаются в Российской Федерации Государственной Думой, после чего передаются на рассмотрение Совета Федерации для одобрения. Закон считается одобренным, если за него проголосовало более половины от общего числа членов этой палаты, либо если в течение четырнадцати дней он не был рассмотрен Советом Федерации. Роль Президента Российской Федерации в этом случае заключается в подписании закона в течение четырнадцати дней и обнародовании.

Законы субъектов Федерации — издаются их представительными органами, и действие их распространяется только на соответствующую территорию (например, закон Саратовской области о муниципальной службе в Саратовской области, о социальных гарантиях и т.п.).

Подзаконные нормативно-правовые акты — это правотворческие акты компетентных органов, которые основаны на законе и не противоречат ему. Подзаконные акты обладают меньшей юридической силой, чем законы, они базируются на юридической силе законов и не могут противостоять им. Эффективное регулирование общественных отношений имеет место тогда, когда общие интересы согласуются с индивидуальными интересами. Подзаконные акты как раз и призваны конкретизировать основные, принципиальные положения законов применительно к своеобразию различных индивидуальных, интересов.

В Российской Федерации подзаконные акты классифицируются (в порядке убывания юридической силы) следующим образом:

— подзаконные акты федерального уровня (указы президента России, постановления Государственной Думы, Совета Федерации и Правительства Российской Федерации, акты федеральных министерств и ведомств);

— подзаконные акты регионального уровня (нормативные акты органов государственной власти субъектов Российской Федерации);

— подзаконные акты местного уровня (нормативные акты органов местного самоуправления).1

Все нормативно-правовые акты имеют определенные временные, территориальные ограничения (пределы) своего существования и действия, а так же распространяются на определенный круг лиц (субъектов права).

Действие нормативно-правового акта – динамическая характеристика процесса реализации предписаний нормативно-правовых актов, складывающаяся из совокупности внешних факторов, оказывающих влияние на результативное воздействие нормативно-правового акта на урегулированные им общественные отношения.2

Говоря о пределах действия нормативного акта во времени, имеют в виду три существенных обстоятельства: момент вступления его в законную силу; прекращение его действия и применение установленных нормативным актом юридических норм к отношениям, возникшим до его вступления в законную силу (тек называемая обратная сила закона).3

Как правило, для этого издается специальный закон, устанавливающий временные характеристики акта. Конституция также может определять последовательность действий по приданию закону юридической силы, вступлению в силу. Многие законы предваряются специальным актом о введении в действие закона, в том числе действия во времени. Этим актом может устанавливаться конкретная дата введения закона в действие. Используются и такие формулировки — закон действует с момента опубликования; с момента принятия или подписания. Весьма распространена и формула поэтапного введения в действие закона, когда какая-то его часть вводится в действие с момента наступления специального условия (появления иного закона, наступления каких-то социальных обстоятельств и т.д.). Если специальный порядок вступления в силу закона не оговаривается, тогда действует общий порядок, установленный законом. 1

Согласно ст. 6 Федерального закона «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» от 14 июня 1994г. федеральные конституционные законы, федеральные законы, акты палат Федерального Собрания вступают в силу одновременно на всей территории РФ по истечении 10 дней после их официального опубликования, если самими законами или актами палат не установлен другой порядок вступления их в силу.2

Существуют также определенные нормы об опубликовании актов органов исполнительной власти, так называемых ведомственных актов. В настоящее время не приобретают юридическую силу неопубликованные акты, если они затрагивают конституционные права и свободы граждан. Иные акты — для служебного пользования, секретные, протокольные — также имеют свой порядок принятия и использования. Официальные публикаторы законов в России — «Российская газета» и Собрание законодательства, нормативных актов — «Российские вести».

Весьма своеобразен процесс фактической утраты силы того или иного нормативно-правового акта. Норма права как бы забывается обществом, не применяется, фактически утрачивает силу. При подготовке Свода законов СССР в 1970—1980-х гг. пришлось признать официально утратившими силу множество «забытых» актов, не отмененных и не действующих с 1918 г.1

Нормативные акты утрачивают свою силу (прекращают действие):

— по истечении срока действия акта, на который он был принят;

— в связи с изданием нового акта, заменившего ранее действующий (косвенная отмена);

— на основании прямого указания конкретного органа об отмене данного акта (прямая отмена).2

Большая проблема — это обратная сила закона, т.е. распространение его действия на отношения, возникшие в прошлом, до его принятия. Нормативный документ действует только в отношении тех обстоятельств и случаев, которые возникли после введения его в действие. Это правило – необходимый фактор правовой стабильности: граждане и юридические лица должны быть уверены в том, что их правовое положение не будет ухудшено вступлением в силу нового акта.3

Придание закону обратной силы возможно в двух случаях:

1) если об этом сказано в самом законе;

2) если закон смягчает или вовсе устраняет ответственность.4

Также в порядке исключения может быть применен еще один принцип действия нормативно-правового акта во времени — «переживание закона», т.е. закон, утративший юридическую силу, по специальному указанию нового закона может продолжать регулирование некоторых вопросов. Таким образом, нормальным, типичным принципом действия закона во времени является принцип немедленного действия, когда закон с момента вступления его в силу действует только «вперед»: ревизии сложившихся до него юридических прав и обязанностей он не производит.1

Действие нормативно-правового акта в пространстве связано с распространением его на территорию всего государства или только на его определённую часть, что во многом зависит от его юридической силы.

По действию в пространстве нормативно-правовые акты могут быть:

— общегосударственными (действующие на всей территории государства);

— региональными (действующими на территории субъекта);

— местными (действующими на территории муниципального образования);

— локальными (действующими в пределах учреждения – ИТУ, воинской части и т.д.).

Кроме того, действие нормативно-правовых актов в пространстве может осуществляться на основе экстерриториального принципа, который означает распространение правовых актов определённого субъекта правотворчества за пределы территории его юрисдикции. Например, в соответствии с законодательством Российской Федерации при рассмотрении вещных гражданских споров суд или иной орган, управомоченный на разрешение возникшего конфликта, должен применять правовые акты тех государственных органов, на территории которых находится оспариваемое имущество.

В соответствии с принципами государственного суверенитета и территориального верховенства нормативно-правовые акты, издаваемые высшими органами власти того или иного государства, действуют лишь на его территории. В пределах территории данного государства они выступают как акты, обладающие высшей юридической силой и имеющие беспрекословный приоритет перед всеми другими нормативными актами, действующими на той же государственной территории.

При этом под государственной территорией понимается часть земного шара, включающая в себя сушу, недра, воздух и воду, которая находится под суверенитетом данного государства и на которую государство распространяет свою власть. Суверенитет государства распространяется на территорию своих посольств, военных кораблей, всех кораблей в открытом море и других объектов, принадлежащих государству и находящихся в открытом море или космосе.

По территориальному критерию все нормативно-правовые акты подразделяются на акты, действие которых распространяется на всю территорию государства, акты, охватывающие определенную ее часть, и акты, действие которых распространяется за пределы территории страны.

На всю территорию государства распространяются, например, конституционные и обыкновенные законы. «Конституция Российской Федерации и федеральные законы имеют верховенство на всей территории Российской Федерации» (статья 4, часть 2).

Однако акты, изданные в порядке текущего законодательства, могут действовать и на строго определенной, ограниченной части территории. Об этом заранее оговаривается в самом законе или ином нормативном акте. В России таковыми могут быть, например, законы, указы Президента или постановления Правительства, касающиеся определенных районов или всего Крайнего Севера, Дальнего Востока, регионов, пострадавших от чернобыльской аварии.

Действие некоторых нормативно-правовых актов может выходить за пределы территории государства. И, наоборот, на территории данного государства могут действовать в соответствии с заключенными соглашениями нормы, содержащиеся в актах других государств. Это касается в первую очередь гражданского, коммерческого, финансового и некоторых иных отраслей права.

В соответствии с общим правилом, нормативные акты распространяются на всех лиц, находящихся на территории юрисдикции правотворческого органа (как на граждан данного государства, так и на иностранных граждан и лиц без гражданства). Однако и из этого правила есть исключения:

— во-первых, действующее уголовное законодательство России распространяется не только на лиц, находящихся на территории Российской Федерации, но и на её граждан за границей;

— во-вторых, адресность нормативных актов производна от их содержания и назначения. Так, некоторые нормативно-правовые акты могут иметь значение для всех индивидуальных и коллективных субъектов, находящихся на территории юрисдикции правотворческого органа (например, Конституция или Уголовный Кодекс Российской Федерации). Другие нормативные акты могут иметь ограниченную значимость и адресоваться лишь конкретной категории лиц;

— в-третьих, свои особенности имеет действие нормативных актов Российской Федерации в отношении иностранцев и лиц без гражданства; им не предоставляются некоторые права и не возлагаются определённые обязанности;

— представители иностранных государств (дипломатический персонал посольств, главы государств и правительств) наделяются правом дипломатического иммунитета. Это означает, что вопрос об их уголовной и административной ответственности за правонарушения, совершённые на территории Российской Федерации, решается дипломатическим путём

Особую категорию адресатов нормативных актов составляют лица с двойным гражданством, а также беженцы и перемещённые лица. Лица с двойным гражданством становятся адресатами законодательства двух и более государств. Беженцы, покинув свою страну в силу каких-либо чрезвычайных обстоятельств (военные действия, стихийные бедствия), также становятся субъектами правоотношений нескольких государств.

В отличие от них, вынужденные переселенцы покидают не суверенное государство, а какой-либо регион страны.

Законодательство России, впрочем, как и законодательство других стран, приравнивает иностранных граждан и лиц без гражданства в отношении прав и обязанностей к российским гражданам. Согласно части 3 статьи 62 Конституции Российской Федерации, иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в России правами и несут обязанности «наравне с гражданами Российской Федерации, кроме случаев, установленных федеральным законом или международным договором Российской Федерации».

Особое положение в России, равно как и в других странах, занимают дипломаты, консульские работники и другие сотрудники зарубежных госучреждений, пользующиеся дипломатическим иммунитетом. В строгом соответствии с международным и национальным правом они не подлежат аресту и задержанию. На них не распространяется уголовная, административная и в значительной части гражданская юрисдикция государства пребывания. Судебные, следственные и иные органы, к которым поступают требования о начале производства следственных действий в отношении лиц, пользующихся дипломатическим иммунитетом, должны заведомо признавать подобного рода дела им не подведомственными. На официальные власти страны пребывания возлагается обязанность всячески ограждать их от оскорбительных выпадов со стороны других лиц.

Проанализировав действия нормативно-правовых актов по кругу лиц, я могу отметить, что они тесно связано с территориальными пределами функционирования актов. Нормативно-правовые акты распространяют свое действие, как на граждан Российской Федерации, так и на иностранных граждан и лиц без гражданства, но при этом имеются исключения.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Рассмотрев вопросы сущности, типа и формы права, я сделала вывод, что право есть живая, постоянно меняющаяся форма жизнедеятельности общества, продукт цивилизации. Несмотря на определенные незыблемые основы и нормы, которые характеризуются моральными, этическими нормами и постулатами, право со стороны практического рассмотрения и применения постоянно меняется. Эволюция права приводит к укреплению и развитию его нравственной основы, реализации в нем принципов справедливости, равенства, гуманизма.

Под формой (источником) права понимается объективированное закрепление и проявление содержания права в определенных актах государственных органов, решениях судов, договорах, обычаях и иных источниках. На протяжении длительной истории существования права как социального института развивались и изменялись взгляды на форму права. И связано это было с разными условиями и потребностями того или иного этапа общественного развития, прежде всего в Европе. Своеобразие источников права сказывается на формах внешнего выражения права. В них наглядно проявляются исторические особенности тех или иных общественных систем, разнообразие форм государственного вмешательства в общественную жизнь. Из вышеизложенного можно сделать вывод, что формы (источники) права имеют исключительно большое значение для укрепления законности в правовом государстве. Совершенство названных форм (источников) напрямую зависит от уровня теоретических представлений о них и от качества по существу всех видов юридической практики. Юридическая наука призвана своевременно готовить пригодные рекомендации по улучшению форм права, а практика должна умело реализовать предложения ученых в целях создания гибкой, динамичной и эффективно функционирующей системы источников права. От качества этой системы права зависит прочность законности в государстве.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Теория государства и права: (серия «Краткий курс»)/Ромашов Р.А. – СПб: Питер, 2009.

Теория государства и права: Учебник/ Марченко М.Н. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Проспект, 2008.

Общая теория государства и права: учебник/ С.А.Комаров -7-е изд. – СПб: Питер, 2008.

Теория государства и права: учебник / Л.А.Морозова. – М.: Эксмо, 2009.

Теория государства и права: учебник / А.В. Малько. – 3-е изд., стер. – М.: Кнорус, 2008.

Теория государства и права: Учебник (для юрид. вузов)/ Венгеров А.Б.– 4-е изд. – М.: Омега-Л, 2007.

Теория государства и права: Пособие для сдачи экзаменов/ Протасов В.Н.– 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юрайт-Издат,2006.

Теория государства и права: Учебник для вузов/ В.Д. Перевалов. – 3-е изд., перераб. и доп. – М.: Норма, 2004.

Источники российского права / Т.В. Гурова. – Саратов: 1998.

Теория государства и права: Вопросы и ответы / А.И. Коваленко. — М.: 1997

История государства и права зарубежных стран. / О.А. Жидков, Н.А. Крашенникова. – М.: 1996.

Конституция РФ: официальный текст. – М.: 2008.

Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 (с изм. от 21.07.2007). М.: Юридическая литература, 2007.

ФЗ №5-ФЗ от 14.06.1994 «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» (ред. от 22.10.1999)// Сборник законодательства РФ. – 20.06.1994. – №8. – ст.6.

Форма (источник) права как категория в теории государства и права/А. Ю. Калинин, С. А. Комаров Правоведение. -2000. — № 6 (233). 3 – 10 с. Библиогр. в подстрочных примечаниях.

1 Форма (источник) права как категория в теории государства и права /А. Ю. Калинин, С. А. Комаров. //Правоведение. -2000. — № 6 (233). 3 – 10 с. Библиогр. в подстрочных примечаниях.

2 Форма (источник) права как категория в теории государства и права /А. Ю. Калинин, С. А. Комаров. //Правоведение. -2000. — № 6 (233). 3 – 10 с. Библиогр. в подстрочных примечаниях.

1 Теория государства и права: Учебник/ Марченко М.Н. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Проспект, 2008.

529 с.

2 Теория государства и права: (серия «Краткий курс»)/Ромашов Р.А. – СПб.: Питер, 2009. 124 с.

3 Теория государства и права: (серия «Краткий курс»)/Ромашов Р.А. – СПб.: Питер, 2009. 125 с.

1 Марченко М.Н. Теория государства и права: Учебник. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Проспект, 2008.

530 с.

1 Теория государства и права: учебник / А.В. Малько. – 3-е изд., стер. – М.: КНОРУС, 2008. 400 с.

2 Теория государства и права: (серия «Краткий курс»)/Ромашов Р.А. – СПб.: Питер, 2009. 126 с

1 Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 (с изм. от 21.07.2007). – М.: Юридическая литература, 2007. – ст.66, ч.4.

1 Теория государства и права: Учебник/ Марченко М.Н. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Проспект, 2008.

532 с.

2 Теория государства и права: (серия «Краткий курс»)/Ромашов Р.А. – СПб.: Питер, 2009. 126 с

3 Общая теория государства и права: учебник/ С.А.Комаров -7-е изд. – СПб.: Питер, 2008. 240 с.

4 Теория государства и права: Вопросы и ответы / А.И. Коваленко. — М.: 1997. – 333 с.

1 История государства и права зарубежных стран. / О.А. Жидков, Н.А. Крашенникова. – М.: 1996. 345 с.

2 Источники российского права / Т.В. Гурова. – Саратов: 1998. 83 с.

1 Общая теория государства и права: учебник/ С.А.Комаров -7-е изд. – СПб.: Питер, 2008. 242 с.

2 Конституция РФ: официальный текст. – М.: 2008.

1 Теория государства и права: учебник / Л.А.Морозова. – М.: Эксмо, 2009. 480 с.

1 Теория государства и права: (серия «Краткий курс»)/Ромашов Р.А. – СПб.: Питер, 2009. 128 с.

2 Теория государства и права: (серия «Краткий курс»)/Ромашов Р.А. – СПб.: Питер, 2009. 129с.

3 Теория государства и права: Учебник для вузов/ В.Д. Перевалов. – 3-е изд., перераб. и доп. – М.: Норма, 2004. 199 с.

1 Теория государства и права: Учебник (для юрид. вузов)/ Венгеров А.Б. – 4-е изд. – М.: Омега-Л, 2007.

488 с.

2 ФЗ №5-ФЗ от 14.06.1994 «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» (ред. от 22.10.1999)// Сборник законодательства РФ. – 20.06.1994. – №8. – ст.6.

1 Теория государства и права: Учебник (для юрид. вузов)/ Венгеров А.Б.– 4-е изд. – М.: Омега-Л, 2007.

489 с.

2Теория государства и права: Учебник/ Малько А.В. – М.:Юристъ,2007. 180 с.

3 Теория государства и права: Учебник для вузов/ В.Д. Перевалов. – 3-е изд., перераб. и доп. – М.: Норма, 2004. 200 с.

4Малько А.В. Указ соч. С. 180.

1 Теория государства и права: Пособие для сдачи экзаменов/ Протасов В.Н.– 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Юрайт-Издат,2006. – С.115.

1.ВСТУПЛЕНИЕ

Понятие маргинальности служит для обозначения пограничности, периферийности или промежуточности по отношению к каким либо социальным общностям (национальным, классовым, культурным). Маргинал, просто говоря,- “промежуточный” человек. Классическая, так сказать, эталонная фигура маргинала — человек, пришедший из села в город в поисках работы: уже не крестьянин, еще не рабочий; нормы деревенской субкультуры уже подорваны, городская субкультура еще не усвоена. Главный признак маргинализации — разрыв социальных связей, причем в “классическом” случае последовательно рвутся экономические, социальные и духовные связи. При включении маргинала в новую социальную общность эти связи в той же последовательности и устанавливаются, причем установление социальных и духовных связей как, правило, сильно отстает от установления связей экономических. Тот же самый мигрант, став рабочим и приспособившись к новым условиям, еще длительное время не может слиться с новой средой.

В отличии от “классической” возможна и обратная последовательность маргинализации. Объективно все еще оставаясь в рамках данного класса, человек теряет его субъективные признаки, психологически деклассируется. Ведь деклассирование — понятие прежде всего социально-психологическое, хотя и имеющее под собой экономические причины. Воздействие этих причин не является прямым и немедленным: объективно выброшенный за пределы пролетариата безработный на Западе не станет люмпеном, пока сохраняет психологию класса и прежде всего его трудовую мораль. У нас в стране нет безработицы, но есть деклассированные представители рабочих, колхозников интеллигенции, управленческого аппарата. В чем их выделяющий признак? Прежде всего- в отсутствии своего рода профессионального кодекса чести. Профессионал не унизится до плохого выполнения своего дела. Даже при отсутствии материальных стимулов настоящий рабочий не сможет работать плохо — скорее он откажется работать вообще! Физическая невозможность халтурить отличает кадрового рабочего-профессионала (так же как и крестьянина, и интеллигента) от деклассированного бракодела и летуна.

2. ПРИЧИНЫ ДЕЗОРГАНИЗОВАННОСТИ И ИХ ПРЕОДОЛЕНИЕ

Привычку к расхлябанности, дезорганизованности порождает множество причин. Кратко проанализируем основные из них.

Первая мировая война усилила в социальной структуре российского общества маргинализационные процессы. Едва ли не в наибольшей степени затронули они рабочий класс. Что он представлял из себя до войны? Общая численность (без членов семей) — 15 миллионов человек, в том числе промышленных рабочих — только 3,5 миллиона, из них кадровых — 600 тысяч. Именно эта группа в силу своих особых качеств составляла главную социальную базу большевистской партии. И период войны значительная часть кадровых рабочих были призвана в действующую армию (в Петрограде, например, тридцать процентов), а на смену им пришли далеко не лучшие. Ленин неоднократно отмечал, что в период войны фабрично-заводское производство привлекает “всех, спрятавшихся от войны, босяцкие и полубосяцкие элементы, проникнутые одним желанием “хапнуть” и уйти”. [1, с275]

Последовавшая за революцией гражданская война привела к взаимному истреблению наиболее активных элементов российского общества, составлявших культурное меньшинство народа. Это в полной мере относится и к рабочему классу: из гражданской войны и сопутствовавшей ей разрухи вышел “пролетариат, ослабленный и до известной степени деклассированный разрушением его жизненной основы-крупной машинной промышленности…”. [2,с10] “…Неслыханные кризисы, закрытие фабрик привели к тому, что от голода люди бежали, рабочие просто бросали фабрики, должны были устраиваться в деревне и переставали быть рабочими”. [3, с 42]

В августе 1920 года переписью было учтено 1,7 миллиона промышленных рабочих (менее 50 процентов от их довоенной численности), из них кадровых — около 700 тысяч (по другим, скорее всего, более точным данным — всего 350 тысяч человек). Некоторые авторы вполне справедливо увязывают падение авторитета и влияния ленинской гвардии в партии с истончением слоя кадровых рабочих, являвшихся ее социальной базой и источником пополнения. В годы гражданской войны и военного коммунизма развал хозяйства и деклассирование пролетариата сочетались с ростом аппарата хозяйственного управления и распределения: в 1921 году он уже в два с половиной раза превосходил численность пролетариата — 4 миллиона чиновников, “полученных от царя и от буржуазного общества, работающих отчасти сознательно, отчасти бессознательно против нас”. [4, с290]

Основанием социальной структуры общества оставались огромный слой патриархального или полупатриархального крестьянства, в большинстве бедного, а кроме того, не поддающиеся учету массы люмпенов, выбитых из жизненной — колеи войной. И во главе этого общества — партия, пролетарская политика которой “определяется не ее составом, а громадным, безраздельным авторитетом того тончайшего слоя, который можно назвать старой партийной гвардией”.[4, с20] Но и с этим “тончайшим слоем” далеко не все в порядке. 12 ноября 1921 года один из руководителей ЦКК РКП(б) А. А. Сольц писал в “Правде”: “Долгое пребывание у власти в эпоху диктатуры пролетариата возымело свое разлагающее влияние на значительную часть старых партийных работников. Отсюда бюрократизация, отсюда крайне высокомерное отношение к рядовым членам партии и к беспартийным рабочим массам, отсюда чрезвычайное злоупотребление своим привилегированным положением в деле самоснабжения. Выработалась и создалась коммунистическая иерархическая каста…”. В одном из писем известный деятель того времени X. Г. Раковский упоминал “автомобильно-гаремный фактор”, “играющий немаловажную роль в оформлении идеологии нашей советской партийной бюрократии”.[ 5 ] У партийной, элиты складывался своеобразный групповой навык, выражавшийся в отрицании общечеловеческих моральных ценностей, возведении в абсолют волевых, жестко авторитарных методов, применимых только в условиях гражданской войны, и распространении их на все случаи жизни, полный отказ от собственного “я” в пользу “партийной линии”. Эта мораль в дальнейшем способствовала успеху сталинщины и последовательному уничтожению представителей “старой гвардии” руками товарищей по партии, а конечном счете безжалостному обращению с массами трудящихся.

Довольно запутанные отношения сложились у партийной верхушки с управленческим аппаратом, заимствованным от царского режима. Вот что говорил об этом Ленин на XI съезде РКП(б): “…Не хватает культурности тому слою коммунистов, который управляет. Но если взять Москву — 4700 ответственных коммунистов — и взять эту бюрократическую махину, груду,- кто кого ведет? Я очень сомневаюсь, чтобы можно было сказать, что коммунисты ведут эту груду. Если правду говорить, то не они ведут, а их ведут”.[4, с95]

Итак, в начале 20-х годов социальная структура советского общества представляла из себя пеструю мозаику разных классов и групп, “взрыхленную” мировой и гражданской войнами, белым и красным террором, разрухой; массу людей, выбитых из колеи, с оборванными социальными связями, с потрясенными до основания моральными устоями. При этом, пожалуй, больше других пострадал рабочий класс, который подвергся за эти три с половиной года политического господства таким бедствиям, лишениям, голоду, ухудшению своего экономического положения, как никогда ни один класс в истории. И понятно, что в результате такого сверхчеловеческого напряжения мы имеем теперь особую усталость и изнеможение и особую издерганность этого класса”, “…Никогда не было так велико и остро бедствие этого класса, как в эпоху его диктатуры”.[3, с132]

Много раз в последнее время ставился вопрос об альтернативах сталинской модели казарменного социализма, или конкретнее, о том, можно ли было сохранить нэп. Попробуем взглянуть на этот вопрос, учитывая прежде всего динамику общественных процессов, движения классов, слоев, групп населения в стране. Кому и что сулила новая экономическая политика?

Нэп, введенный партийным руководством вопреки собственному желанию под угрозой полного развала экономики и поголовного крестьянского восстания, был ненавистен и партийному, и государственному аппарату. Первому — потому что товарно-денежные отношения не подчинялись методу “простых решений” и, выступал регулятором экономической жизни, отнимали у партийного аппарата возможность командовать, порождая у наименее культурной его части ощущение собственной ненужности. “Совслужащие” же, в большинстве взятые внаем у прошлого, просто оказались не у дел: из имевшегося в 1924 году 1 миллиона безработных 750 тысяч — бывшие служащие. В 1928 году эта категория составила 50 процентов всех безработных. Таким образом, нэп способствовал неопределенности в положении и прямой люмпенизации работников управленческого аппарата.

Что же касается рабочего класса, то к началу первой пятилетки общая его численность по сравнению с 1920 годом увеличилась в 5 раз, а если вести отсчет от численности его кадрового ядра, то — минимум в 12, а скорее всего — в 24 раза. Вполне вероятно, что основную массу пополнения рабочих составила пауперизированная крестьянская молодежь. Многие из крестьян-мигрантов, поступавших на заводы и фабрики, сохраняли земельные участки и хозяйство в деревне. “…Каждый седьмой рабочий не умел читать и писать, многие справляли церковные праздники, ради чего могли и не выйти на работу, уход в деревню, например, на сенокос или уборку урожая кое-где был массовым”.[6] Как считал Христиан Раковский, “ни физически, ни морально он рабочий класс, ни партия не представляют из себя того, чем они были лет десять тому назад. Я думаю, что не очень преувеличиваю, если скажу, что партиец 1917 года вряд ли узнал бы себя в лице партийца 1928”. Думается в условиях пореволюционной России кадровый пролетариат и крестьянство представляли собой не просто два разных класса, а были носителями двух принципиально различных линий развития — европейской и азиатской. В свое время Г. В. Плеханов писал, что “в лице рабочего класса в России создается теперь народ в европейском смысле этого слова”.[7, с78] То есть цивилизованное, культурное, осознающее свои классовые интересы и способное их защищать, с развитым чувством собственного достоинства население. Что же касается русского крестьянства, то не слишком ли сильно преувеличивался его мелкобуржуазный характер? Есть много оснований согласиться с мнением И. М. Клямкина о том, что русское крестьянство, говоря экономическим языком, представляло мелкотоварного производителя добуржуазного типа[8], а на языке современной социологии — “традиционный сектор”, связанный не столько с товарно-денежным, сколько с натуральным хозяйством. И хотя нэп резко уменьшил долю пауперизированного населения в деревне, слой “бедняков” по-прежнему оставался очень значительным и оказал влияние не только на процессы “раскулачивания” и коллективизации. Остатки старого кадрового пролетариата европейского типа были захлестнуты морем сельских переселенцев, несущих в город не только традиционное крестьянское трудолюбие, но и — в лице именно этого пауперизированного слоя — мораль азиатского патернализма. Бывшие крестьяне были преисполнены радужных надежд, “революция растущих ожиданий” превращала их в послушную и доверчивую всякому волеизъявлению свыше массу.

Проиграли от нэпа две социальные категории: люмпены, не способные включиться в процесс производства ни при каких условиях, и работники бюрократического аппарата, лишившиеся с концом военного коммунизма распределительных функций, ибо в условиях нэпа регулятором распределения должен был стать “автомат” закона стоимости. Интересы собственно люмпенов совпали с интересами люмпен-бюрократов, и тем и другим был нужен перераспределительный аппарат, демонтированный в период нэпа: первым — как объекту его благодеяний, вторым — как причастным к распределительной кормушке. И притом парадоксальным образом эти интересы оказались как бы на параллельных курсах с общим умонастроением значительной части партийного аппарата, да и партийной массы. “…Годы нэпа проходили под знаком жгучей ностальгии… по временам военного коммунизма. Полистаем газеты тех лет и увидим, что новая экономическая политика изображена в них преимущественно со знаком минус. Почитаем воспоминания ветеранов, и встретимся с “тоской” по времени, когда все было “просто” и “ясно”: приказ — исполнение”.[9]

При такой расстановке социальных сил в стране нэп, думается, был обречен, несмотря на экономическую эффективность и благотворное влияние на все стороны общественной жизни. Сложилась не столь уж редкая в истории нашей страны ситуация: у объективно необходимой политики не оказалось соответствующей социальной базы.

В период “великого перелома” победила не просто одна из далеко не лучших моделей “неразвитого социализма”. “Азиатская” модель общественного развития одержала победу над “европейской”. “Европейская” характеризуется наличием независимых от государства субъектов собственности, развитыми гражданским обществом и классовой структурой, при которой государство — лишь элемент надстройки. “Азиатская” модель отличается тотальным проникновением государства не только во все надстроечные сферы, но и превращением его в решающий элемент базиса, слиянием отношений политики, власти с отношениями собственности. Государство превращается в верховного собственника всех средств производства: в социальной структуре поглощенного им гражданского общества складывается не классовое, а сословное деление (ибо главный классообразующий признак узурпируется государством).

Место нормального экономического обмена, распределения на основе товарно-денежных отношений в “азиатской” модели занимает так называемая редистрибуция (в переводе с английского — перераспределение). Этот термин ввел в обиход крупнейший представитель экономической антропологии Карл Поланьи.

Редистрибуция — неэквивалентный продуктообмен, основанный на волевом изъятии центральной властью прибавочного продукта с целью его последующего натурального перераспределения. Складывается ситуация с двумя зеркальными антиподами — социализмом и его “больной тенью” — “казарменным коммунизмом”, напоминающая Одетту — Одиллию из балета П. И. Чайковского “Лебединое озеро”. Каждому структурному элементу социализма соответствует уродливый “азиатский” двойник: общественной форме собственности противостоит государственно-бюрократическая форма; нетоварному характеру продуктообмена при коммунизме, гипотетически предсказанному Марксом и Энгельсом,-волевое перераспределение (редистрибуция) в рамках полунатурального хозяйства; социалистическому коллективизму как форме добровольной ассоциации свободных людей — казарменно-принудитсльный псевдоколлективизм; равенству всех в праве на самореализацию талантов и способностей — равенство посредственностей, равенству богатства — равенство нищеты и т. д.

Переход от товарно-денежных отношений к редистрибуции имел серьезнейшие последствия для всей социальной структуры советского общества. Ведь при такой системе общество делится на две основные группы: управленческую верхушку, выполняющую диспетчерско-распределительные функции, и рядовых производителей, создающих прибавочный продукт, изымаемый первой группой в перераспределительную сеть. Причем изъятие приобретает определенно выраженный рентный характер и напоминает явление, именуемое К. Марксом “рентой-налогом”.

Политический, внеэкономический характер изъятия прибавочного продукта с неизбежностью порождает деление общества на социальные группы, различающиеся по правам и обязанностям — деление не классовое, а сословное. Если в “западной” модели источник материального благосостояния — собственность на средства производства, то в модели “азиатской” — место в бюрократической иерархии: личная зависимость производителя, внеэкономическое принуждение, натуральная трудовая повинность — на одном полюсе общества, натуральные привилегии и опять же личная зависимость от вышестоящего — на другом. “Поголовное рабство” — так охарактеризовал К. Маркс систему отношений, сложившуюся на Востоке.[10, с485] Термин “рабство” употребляется здесь Марксом не в экономическом, а в правовом смысле для обозначения той системы личной зависимости, которая снизу доверху пронизывает всю пирамиду азиатской деспотии, при которой даже чиновник, обладающий огромной властью, сам является рабом более высокого начальника.

Специфическая особенность сталинской деспотии в отличие от азиатской — ее динамическая направленность на создание современной индустриальной базы общества. Необходимое условие стабильности азиатской деспотии вообще — абсолютное статическое равновесие. Введение в эту застойную модель целевого принципа, выходящего за пределы простого воспроизводства и направленного на создание материально-технической базы в принципе несовместимой с перераспределительной экономикой, подрывает основы данного порядка. Режим, созданный Сталиным,- сплошное противоречие, дьявольский гордиев узел. Типично азиатская, статичная система фискально-тягловых псевдообщин — “колхозов”. обираемых бюрократией, озабоченной лишь перераспределением произведенного, явно несовместима с динамичной политикой форсированной индустриализации. Новая техника и соответствующие её уровню интеллигенция и рабочий класс входят в противоречие с принципами азиатской деспотии. При таком порядке вещей сталинские колхозы (государственное крепостничество) и ГУЛАГ (государственное рабовладение) выступают “внутренней колонией”-источником накоплении, которые волевым путем перераспределяются для развития современного сектора экономики. При этом внеэкономическое принуждение, например, драконовское трудовое законодательство 1940 года, вынуждено уживаться с экономическими стимулами: ведь относительно высокий уровень производительных сил требует сохранения товарно-денежных отношений хотя бы в урезанном и деформированном виде (заработная плата, рынок потребительских товаров).

Роль бюрократии в условиях сталинского режима также неоднозначна. По природе своей она стремилась не к управлению современным производством, но лишь к выколачиванию, перераспределению (и присвоению) ренты- налога. Однако под кнутом террора чиновники были вынуждены осуществлять несвойственные им задачи индустриализации страны. Прямая социальная родня старокитайских “шеньши” и древнеегипетских писцов, они вместо возведения Великой стены или Великих пирамид были обязаны заниматься возведением Гигантов Индустрии — гротескная и трагикомическая картина. И если строительство разного рода “котлованов” вполне укладывалось в русло старых традиции, то налаживание современных индустриальных производств входило в вопиющее противоречие с социальной природой и общим культурным уровнем бюрократии.

Общество, создающее современную индустриальную цивилизацию методами египетских фараонов, неминуемо запуталось бы в противоречиях и не смогло достигнуть цели, если бы не универсальное средство, разрубающее все гордиевы узлы. Террор. Иррациональный, омерзительно-отталкивающий, он тем не менее в течение четверти века помогал обществу ценою страшных издержек и расточения живой силы народа справляться со своими проблемами и противоречиями.

Существовавшему при сталинском режиме обществу нельзя отказать в динамизме. Сословное деление (рабы -“зеки”, крепостные-колхозники, относительно свободные, хотя и не избавленные от гнета внеэкономического принуждения рабочие, интеллигенция, бюрократия и еще великое множество внутриклассовых делений и разного рода искусственных кастово-сословных образований) не было жестко фиксированным. “Вертикальные” подвижки из одного слоя населения в другой обеспечивали постоянный приток кадров в “современные” секторы за счет массового исхода из “традиционного”. Обусловленный репрессиями обратный поток с верхних уровней социальной структуры в ее “подвальные” этажи открывал возможности для головокружительных карьер, создавая иллюзию социальной справедливости и высокой социальной мобильности.

3. КЛАССОВАЯ МАРГИНАЛИЗАЦИЯ

Горизонтальные и вертикальные перемещения огромных масс людей вели к маргинализации основных классов общества. Массовое перемещение сельских жителей в города не сопровождалось развертыванием социальной инфраструктуры. Потеряв связь с деревенской жизнью, переселенцы не получили возможности полноценно включиться в жизнь городскую. Возникла типично маргинальная, “промежуточная” “барачная” субкультура. Обломки сельских традиций причудливо переплетались с наспех усвоенными “ценностями” городской цивилизации. Бесчисленные “нахаловки” на первый взгляд похожи на южноамериканские трущобы с их “культурой нищеты”, эмпирическими исследованиями которой в странах Западного полушария прославился в свое время Оскар Льюис. Но о полной аналогии говорить не приходится. Трущобы безработных “у них” и “нахаловки” у нас — явления социально различные. Обитатели наших бараков — не безработные, а люди, имеющие постоянный заработок. При внешнем сходстве черт быта коренным было социально-психологическое различие: безысходная тупиковость ситуации “у них” и состояние “революции растущих ожиданий” у нас. Ожидания питал несомненный рост промышленной базы, вера в “завтрашний день” обеспечивала и беспримерный энтузиазм, и готовность принять барачное существование, низкую зарплату, тяжкий труд. (Заводы, как пишет Л. Карпинский, строили вручную, с нечеловеческими усилиями, люди жили в нечеловеческих условиях. Так, на строительстве Магнитогорского металлургического гиганта умерли от тифа и других болезней около 60 тысяч человек [11, с652]). Надежда на “светлое будущее” (на которое, по старой русской традиции, не грех пострадать) позволяла народу и в тяжелейших испытаниях сохранить духовное здоровье. Но на энтузиазме нельзя жить вечно. Сколь бы долго — по природному своему долготерпению и безграничной доверчивости — ни позволяли барачные жители оттягивать оплату просроченных векселей, когда-то наступает срок выполнении многочисленных обещаний. Иначе “революцию растущих ожиданий” сменяет “революция утраченных надежд” с глубочайшим душевным надломом, цинизмом, психологическим деклассированном. Еще в тридцатые годы академик Винтер предупреждал о том, что временные сооружения являются самыми долговечными. Л. Лнинский в статье, посвященной анализу произведений И. Маканина констатирует: “барак, порождение первых пятилеток, жилье аврально — недолгое, рассчитанное на сезон-другой, застряло в нашей жизни на три-четыре десятилетия. Барак стал колыбелью нескольких поколений-психологические результаты этого сказываются теперь, когда поколения выросли”.

Несколько конкретных цифр, иллюстрирующих процесс “исхода” из деревни и соответствующий рост численности рабочего класса, интеллигенции, служащих городских жителей в целом. Если в 1924 году в стране было 10,4 процента рабочих и 4,4 процента служащих (от общей численности населения, включая неработающих членов семьи), то в 1928 году эти цифры составили 12,4 процента и 5,2 процента соответственно, в 1939 году — 33,7 процента и 16,5 процента. В течение трех неполных предвоенных пятилеток (1928 — 1940 гг.) среднегодовая численность рабочих увеличилась в 2,7 раза — с 8,5 миллиона человек до 22,8 миллиона, а вместе со служащими их численность составила 33,9 миллиона человек. Если доля естественного прироста в увеличении городского населения в 1927-1938 годах составляла 18 процентов, то на долю миграции сельских жителей приходилось 63 процента. В 1917 и в 1926 годах доля городского населения составила 18 процентов, а к 1940 году она возросла до 32 процента.

И в послевоенный период выходцы из села обеспечили большую часть прироста городского населения и рабочего класса. С 1951 по 1979 год ежегодный “отток” из деревни приближался в среднем к 1,7 миллиона человек а доля естественного прироста в увеличении городского населения поднималась весьма незначительно, составив 40 процентов в 1959-1969 годах и 43 процента в 1969-1978 годах. Наблюдались и определенные волнообразные колебания миграций “село-город”, что отражало как послабления в политике прикрепления работников к колхозам, так и ход разного рода бюрократических “экспериментов” над безгласным сельским населением,- ответом на сомнительные новации было усиление бегства из деревни. Так, например, если наибольший зарегистрированный за послевоенный период исход из деревни составил в 1953 году 3594 тысячи человек, то наименьший — в 1955 году, в период относительной стабилизации дел в сельском хозяйстве — 1023 тысячи человек. Во второй половине 50-х годов, по мере “завинчивания гаек”, поток сельских мигрантов вновь возрос, что повторилось затем в 1965 году, когда упали закупочные цены на сельхозпродукцию.

Типичная модель миграции: “деревня-малый город-большой город”, и общем совпадает с положением в несоциалистических странах, прежде всего в странах “третьего мира”. Экстенсивное развитие промышленности, как правило, связано с расширенной урбанизацией, стягиванием промышленных предприятий и рабочей силы в центры с более развитой инфраструктурой; а это ведет к ее перегрузке. Население страны с 1939 по 1984 год увеличилось в 1,4 раза, а численность городского населения-в 2,9 раза, причем население малых (до 100 тысяч жителей) городов-в 2,2 раза, больших (100-800 тысяч) в 3,1 раза, крупнейших (свыше 500 тысяч)- в 4,6 раза. С 1970 по 1987 год численность населения крупнейших городов возросла с 37,3 миллиона человек до 61,6 миллиона.

Характерная для экстенсивного развития экономики тенденция к выкачиванию из сел и малых городов рабочей силы в большие и крупные города без развертывания соответствующей социальной инфраструктуры продолжает действовать. Эта тенденция в нынешних условиях приводит к формированию в рампах рабочего класса уродливой системы различных сословных групп, фактически ограниченных в своих конституционных правах различного рода подзаконными актами. Пример — “лимитчики” (советский аналог западногерманских “гастарбайтеров”). Отвратительным наследием сталинского прошлого является использование пенитенциарной (тюремно-исправительной) системы не столько по своему прямому назначению, сколько в качестве поставщика дешевой, неполноправной рабочей силы. “Довольствуясь двумя квадратными метрами жилой площади на человека (такова норма в ИТК), они освобождали ведомства от необходимости создавать разветвленную социальную структуру… Чтобы привлечь и устроить тысячу рабочих и их семей, нужно вложить 20 миллионов рублей. А когда их заменяют “условниками” из спецкомендатур, это обходится ведомствам ровно в двадцать раз дешевле”. “Зеки”, “химики”, “лимитчики”, “стройбатовцы” — разные степени внеэкономического принуждения к труду, от прямой личной зависимости до слабо закамуфлированной (у “лимитчиков”) — через место В общежитии, прописку, очеррдь на жилплощадь.. Относительно же первых двух категорий автор вовсе не хочет скапать, что осужденный по суду не должен работать. Отнюдь нет. Но осужденные не должны превращаться фактически в одни из специфических отрядов рабочего класса, наводняя стройки Урала, Сибири, Дальнего Востока и оказывая — через совместный труд — деморализующее влияние на другие отряды рабочего класса, а также на ведомства, компенсирующие дешевой рабочей силой низкий уровень фондовооруженности.

Система бюрократических рогаток (прописка, обмен жилплощади и т. д.), носящих явно выраженный докапиталистический характер, препятствует свободному переливу рабочей силы, дробя рабочий класс на многочисленные ведомственные, региональные, профессиональные и прочие касты, различающиеся по уровню правовой защищенности, обеспеченности социальными благами, снабжению и т. д. Эта уродливая система мешает и воспроизводству рабочего класса на своей собственной основе. Чтобы искусственно поддержать хиреющий процесс такого воспроизводства, используется система ПТУ, долженствующая пополнять рабочий класс крупных городов за счет сельской молодежи. Из-за предельно низкого уровня преподавания и оснащенности оборудованием эта система фактически закрывает для учащихся всякую возможность дальнейшей “вертикальной” мобильности. По данным авторов книги “Молодое поколение”, “из выпускников ПТУ делают попытку поступить в вуз лишь несколько процентов, и поступают единицы”. Заведомая предопределенность жизненного пути в качестве “работяг”, “пахарей”, фактическое неравенство со сверстниками из других социальных слоев, плохая постановка учебно-воспитательного процесса — все это делает ПТУ не столько источником пополнения рабочего класса, сколько еще одним каналом его маргинализации. Так, например, из пришедших на стройку выпускников СПТУ Ленинграда половина бросает работу в течение первого года. Качество профессиональной подготовки ниже всякой критики.

Маркс ввел в научное обращение понятия “класс в себе” и “класс для себя”. “Класс в себе” — общность, не осознающая себя как единое целое; она существует объективно, занимает определенное место в системе производственных отношений, но единства своих интересов не понимает и, следовательно, достойно защищать их не может. “Класс для себя” — общность осознанная, готовая отстаивать свои, отдельные от других классов интересы. Обусловленный сложными обстоятельствами вашей истории раскол рабочего класса на отдельные сословия, его ведомственная разобщенность консервируют состояние “класса в себе”, лишая возможности действовать в общенациональном масштабе. Как пишет А. А. Галкин, “для разобщенных социальных групп характерны пассивные формы сопротивления, а также спорадические бунтарско-анархические вспышки”. Борьба представителей рабочего класса за улучшение своего положения принимает в этих условиях форму внутриклассовой конкуренции в различных сферах — таких, как распределение жилплощади, заработной платы и прочих материальных благ при помощи связей, отношений клиентелы (а проще — “блата”), взяток и т. д. Вполне естественно, что подобная длящаяся десятилетиями “борьба” за реализацию потребительских интересов не только не укрепляла внутренние связи рабочего класса, но способствовала его дальнейшей дезинтеграции, сохранению и усилению его маргинализации. Все это низводит отдельные отряды рабочего класса до уровня “рабсилы”, превращая их в простой придаток к основным производственным фондам удельных ведомственных княжеств, создающих зачастую в одних н тех же регионах ряд дублирующих друг друга специальных ифраструктур.

Есть и другие причины сохранения состояния “класса в себе” для рабочих и иных социальных групп советского общества, причины, лежащие прежде всего в политической сфере. О них несколько ниже, пока обратим внимание лишь на тот факт, что социальные перемещения типа “из крестьян — в рабочие” дополняются другими типами таких подвижек. Например, “несоответствие между расселением населения и размещением образовательных институтов приводит к резному повышению миграции молодежи в ущерб менее развитым типам поселений и регионам. Три четверти людей в возрасте 30 лет живут и работают не там, где они родились; относительная стабилизация социально-профессионального положении человека, его места в структуре общества происходит примерно к 27 годам, до этого же он находится в состоянии “социального перемещения”. Ощущение неукоренности, “выбитости из колеи”, потери “малой родины”, вообще очень болезненно, особенно опасно для юной личности, только вступающей в общественную жизнь. Вот как описывает это Василий Белов в своих “Раздумьях на родине”: “Никогда не выветрится из души ощущение бездомности, чувство начисто обворованного человека, которое пришло сразу же, когда я узнал, что в деревне никого больше нет, что дом заколочен, и печь, которая не остывала много десятилетий, остыла и часы-ходики остановились. Часто во сне я плакал сухими слезами, плакал, а за окнами общежития шумела бессонная громада Москвы”. Неопределенность положения, вообще присущая студенчеству, многократно усиливается из-за необходимости преодолевать различные искусственные препятствия. Психику приезжего абитуриента травмирует фактическое неравноправие при приеме в вуз — лимиты для иногородних, больший, чем у местных жителей, проходной балл, реальная неравноправность при распределении на работу и т. д. Не случайно, анализируя мотивы самоубийств, специалисты относят к разряду потенциально опасных в этом отношении групп студентов высших и средних учебных заведений.

В целом по стране миграция необыкновенно велика, и в этом одна из причин социальной неопределенности, рыхлости, магмообразности населения. “Ежегодно в СССР около двадцати миллионов человек меняют места проживания. При такой подвижности в нынешней продолжительности жизни средний человек переселяется за свою жизнь шесть раз. И если сто лет назад подавляющее большинство людей умирали там, где рождались, то теперь большинство рано или поздно покидает свою “малую родину”. По последней переписи, жило не там, где родилось, 47 процентов населения страны в целом и 57 процентов горожан в частности”. Очень велика текучесть рабочих кадров. И в промышленности и в строительстве она превышает 11 процентов.

Хотя в настоящее время большинство населения проживает в городах, по происхождению своему оно сельское. Горожане третьего поколения (только их можно считать “вполне” горожанами) составляют в среднем не более 15 процентов. Причем потенциальные резервы миграции еще очень велики. Так, среди русских, белорусов и литовцев за год 4-5 процентов сельских жителей переезжают в город (у узбеков, таджиков, туркмен, грузин эта цифра в 5-6 раз ! ниже). В РСФСР доля потенциальных мигрантов среди русских сельских жителей по-прежнему высока — 21 процент, в Грузии среди грузин- 12, в Узбекистане среди узбеков — всего 6.

Общую картину неукорененности и неустроенности осложняет ежедневная “маятниковая миграция” огромных масс населения из пригородных зон к месту работы в города и обратно. “Только с 1975 но 1980 г. число людей, охваченных маятниковой миграцией, выросло с 13,2 млн. до 17.3 млн. человек”. “Развитие трудовой маятниковой миграции привело к тому, что возникла “дневная” и “ночная” социальные структуры города”. “Примерно каждый десятый ездит на работу в город из близлежащих сел или поселков городского типа. Обостряется и проблема “транспортного времени” внутри больших городов. Предельная усложненность квартирного обмена и невозможность свободной купли и продажи жилья превращают чисто бытовую задачу приближения места жительства к месту работы в социально-политическую проблему государственного масштаба.

Отсутствие условий для свободного перелива рабочей силы порождает в среде мигрантов весьма своеобразные человеческие качества. Фиктивные браки, махинации с обменом квартир, взятки, “лимит” и другие способы преодоления многочисленных социальных рогаток и фильтров приводят к “отрицательному отбору”, превращают большие города в своего рода отстойники далеко не лучшего человеческого материала. Как считает В. И. Переведенцев, “ситуация с пропиской вообще обернулась парадоксом: запреты прописки в крупнейших городах стали, по существу, запретами выписки…”: боясь потерять право на жительство, люди всеми силами пытаются удержаться в “запретном” городе, упускают возможности самореализации в другом месте. Значительная часть квалифицированных трудовых ресурсов находится как бы в скованном, связанном состоянии. Так, в 1974 году число выбывших из Москвы в расчете на 1 тысячу населения было втрое меньше, чем по городским поселениям СССР в целом. “Закрытость” города противоречит не только экономической целесообразности, но и этическим нормам. “Раньше в столицу приходили познавать науки, приходили из других городов ремесленники со своим инструментом и со своими навыками. А в послевоенные годы хлынул люд самый ушлый, изворотливый. И шел он из деревень с одной целью: найти легкую жизнь. Конечно, нельзя обвинять этих людей: обстановка в послевоенной деревне была несладкая, но ведь те, кто остался, вытащили деревню из нищеты и разрухи. А в Москве появился бездуховный мещанин с низким уровнем культуры, без серьезной профессии”.

4. СТЕРЕОТИПЫ ГОСПОДСТВА И ПОДЧИНЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА

Опасно, однако, не само “размывание” городского населения волнами сельских переселенцев, а невозможность при отсутствии социальной инфраструктуры для мигрантов укорениться, организоваться, наладить социальные связи в рамках новой для них среды. Превращение аморфных “классов в себе” в осознающие свои цели организованные “классы для себя” возможно только в условиях гражданского общества. Но именно этого-то условия после 1929 года и не было: после “великого перелома” сталинское государство приложило огромные усилия для того, чтобы разорвать органично возникающие между людьми связи, разрушить спонтанно зарождающиеся самоуправляемые организации — классовые, профессиональные, творческие, территориально-поселенческие, совокупность которых, в сущности, и составляет гражданское общество.

Длительная историческая традиция подавления и поглощения гражданского общества государством — черта не то чтобы специфически российская, а скорее общевосточная, свойственная “азиатскому” способу производства вообще. “Стереотипы господства и подчинения впитывались россиянином буквально с детства, они царили повсюду, воспринимались как нечто непреложное и естественное и потому не могли нередко не отравлять и революционное сознание”. Еще Герцен подметил в российских революционерах “свой, национальный, так сказать, аракчеевский элемент, беспощадный, страстно сухой и охотно палачествующий”. На этот специфический национальный элемент драматически наложилось свойственное любой нации в периоды революций стремление к разрушению старого общества, пресечению, подавлению малейших попыток противостояния, что неизбежно ведет к ломке моральных ценностей, моральному нигилизму. Небольшое “ядро” культурного рабочего класса направляло революционное творчество масс к созданию социалистического гражданского общества, но “азиатская” стихия оказалась сильнее. А это всегда чревато опасностью торжества жестко-авторитарного, нечаевского по своей сути, режима, установления специфической формы бонапартизма. К сложившейся у нас в 20-х годах ситуации вполне применимы слова, написанные К. Марксом в работе “Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта” о Франции середины прошлого века: “…Государство опутывает, контролирует, направляет, держит под своим надзором и опекает гражданское общество, начиная с самых крупных и кончая самыми ничтожными проявлениями его жизни, начиная с его самых общих форм существования и кончая частными существованиями отдельных индивидов, где этот паразитический организм вследствие необычайной централизации стал вездесущим, всеведущим и приобрел повышенную эластичность и подвижность, которые находят себе параллель лишь в беспомощной несамостоятельности, рыхлости и бесформенности действительно общественного организма…”.[15, с157]

Очевидны и исторические различия. Классический бонапартизм паразитировал на равновесии классовых сил, балансировал между одинаково сильными классами, стравливал их между собой, играл роль третейского судьи и, таким образом, как бы вставал над гражданским обществом. Сталинский режим основывался не столько на балансировке между классами, сколько на стремлении размыть их, превратить в маргинальные группы, сохранить в состоянии “классов в себе”. И в этом сталинский режим опять-таки более походит не на европейско-бонапартистский, а на азиатско-деспотический. Гражданское общество состоит прежде всего из “классов для себя”, а когда их нет, возникает небывало широкое поле для самых фантастических, самых диких социальных и политических экспериментов государственной власти. Она начинает выступать в качестве своеобразного “скульптора”, “лепящего” из податливой человеческой глины по своему усмотрению вер, что заблагорассудится, а чтобы “глина” не теряла податливости, “скульптор” — государство “размягчает” ее, обрывая естественно возникающие социальные связи.

И вот посреди полуживых колоссов — “классов в себе” — резвится самодовольный карлик — единственная группа, достигшая состояния если не класса, то сословия “для себя”- государственная бюрократия.

“Безадресный” сталинский террор преследовал весьма определенную жертву — гражданское общество. “Топор репрессий был, таким образом, направлен не на людей — на связи между ними. Люди уничтожались, так как при этом исчезали и беспокоившие Хозяина связи”. Сколь-нибудь солидарная группа, сплоченная, осознающая собственные интересы, подлежала неминуемому разгрому как потенциально опасная. Любую саму по себе возникшую автономную общественную организацию, даже самую “идеологически выдержанную”, бюрократия преследует вовсе не за “идеологию”, а за “самостийность”. Как писал А. Грамши, “если в государстве преобладает бюрократический централизм, то это означает, что руководящая группа, достигнув насыщенности, становится узкой кликой, которая стремится увековечить свои эгоистические привилегии, регулируя или даже предотвращая возникновение противодействующих сил, Причем даже тогда, когда эти силы по своей природе однородны с основными господствующими интересами…”.

Насильственный разрыв социальных связей, образующих клетки живой ткани гражданского общества, ведет к тому, что эта живая ткань оказывается изодранной в клочья. Для обозначения последствий этого явления используются разные термины, заимствованные у естественных наук: социальная энтропия, социальный распад, некроз социальной ткани. Смысл в любом случае один — человек, с которого “сдирают” слой за слоем социальные связи, как с кочана капусты сдирают лист за листом, постепенно превращается из “совокупности всех общественных отношении” в “абстракт, присущий отдельному индивиду”. А страна в целом, лишенная гражданского общества, одновременно лишается и источника самодвижения и саморазвития. Следствие — сначала частой, а затем и деградация.

5. МАРГИНАЛЬНОСТЬ И ПРАВО

Во взаимодействии права с феноменом маргинальности есть нечто общее для всех стран. Э. Дюркгейм увидел корень проблемы в утрате связей части общества с социальным целым, что было зафиксировано им в категории “аномия” (безнормность). Аномия давала многим исследователям ключевую характеристику асоциальной части маргинальных групп, которые иногда считались неспособными переступить высокий порог нормального социума. Затем стали говорить о заколдованности самого порога. Асоциальных маргиналов пытались представить как неких первобытных субъектов.

Исследователь Черной Африки В. Тэриер описал обряды так называемых пороговых людей — ламиналов. Ламиналы и маргиналы, имея кое-что общее, принципиально расходятся. Ламинал временно утрачивает одни нормы, однако завершение обряда делает его частью нормального коллектива. Маргинал же, выйдя из одного состояния, не может отождествиться с другим. Отход от базовых норм становится бессрочным. Нарушение трансляции социального опыта между социальным целым и его частями, социальными группами и индивидами, структурами управления и управляемыми охватывает область права и правосознания. Само право становится маргинальным, а общество — анемичным.

Носитель аномии оказывается не в состоянии подчиняться ценностно-нормативной системе общества. Потеря нормы — часто условие ее нарушения, которое может закрепить маргинализующие факторы. Совершенно закономерно, что преступники вытесняются в маргинальные слои на периферию общества. Но при тех ножницах в праве, которые образуются между провозглашением равенства возможностей и отсутствием механизмов его осуществления, возникает интерференция норм и их взаимное угасание.

Может ли право носить маргинальный характер? Не является ли маргянализация права простым возвращением в ненравовое, а по сути в бесправное состояние?

Оказывается, нет. Так, а нашей стране в условиях нарушения трансляции правового опыта через правовые механизмы после распада социального целого советских структур происходит интерференция старых и новых правовых отношений, при которой старые структуры могут выполнять функции новых, а новые- служить для реализации прежнего правового потенциала. На поверхности общественной жизни такие явления воспринимаются как “суверенизация”, “война законов”,“правовой нигилизм”, “попрание нрав” и т. д. На самом же деле происходит маргинализация права, что означает ущербный тип правосознания и правового поведения, воплощающий переходную форму общественного сознания, а равно и некое “серединное бытие”, сочетающее элементы традиции и инновации. Причем традиция зачастую ведет себя как инновация, а инновация пытается утвердиться как традиция.

Маргинализация правовых норм не всегда означает распад социальности. Это могут быть нормы ложной социальности — нормы апартеида, оседлости, пространственной сегрегации, оккупационного режима и т.д. Об этом же свидетельствует стандарт маргинального сознания преступника: “они достигают всего через связи, а я через отвагу”, т. е. маргинал и преступник — сами творцы своего статуса. Но при такой трактовке права любые асоциальные стандарты, касающиеся части обществ, могут быть объявлены тсждественными стандартам социальным. Например, если для закона не существует различия между террористом-уголовником и террористом-революционером, то для маргиналыюсти или нормальности в смысле наличия базовых норм такого целого, в смысле связи с более высокой реальностью как источником норм, такие различия принципиальны.

Маргинал не обязательно преступник и не люмпен. Статус люмпена законен. Статус преступника нет, а статус маргинала может быть и тем и другим. “Быть вне норм” может означать разное. Более высокий статус для люмпена недостижим, пока он люмпен. Статус маргинала не конечное звено его переходности.

Таким образом, если обратиться к шкале нарушения кодексов культур, предложенной Т. Селином», то мы увидим, что первая позиция, когда кодексы сталкиваются на границах, присуща и люмпену, и моргиналу, и преступнику; вторая в потенциале интерференции юридических норм может трактоваться как исключающая преступника; третья, когда члены одной культурной группы переходят в другую, может быть названа как маргинальность на излете.

Структурно-функциональный анализ, типичный для западной социологии, не решает проблемы корней маргинальности и не объясняет маргинализации самого права.

Линия, восходящая к Р. Парку, дала ряд догадок, которые позволили раскрыть сущность маргинальности как распада социальных связей с базово-нормативным целым. Для социально-экологического направления феномен маргинальности не исчезал как самостоятельный объект.

Применяя выделение самостоятельности объекта для маргинального права, мы тем самым ставим вопрос о соотношении “нормального” и “маргинального” права, о специфике маргинальности, ибо простое отклонение от нормы ничего не объясняет. Если дело в нарушении социального наследования трансляции, размещения и приращения соц-иокультурного и правового опыта, то дисфункции также присущи всем группам и индивидам. Маргинальность не передается генетическим образом, ибо наличие социального контроля при относительно здоровых социальных условиях способно нейтрализовать специфически маргинальные характеристики индивидов и общностей.

При обосновании существования маргинального права могут быть выдвинуты три взаимосвязанных тезиса. Во-первых, маргинализация советского права является неизбежным следствием изменения контекста функционирования правовых отношений в направлении правового государства. Именно это и вызывает нарушение трансляции правового опыта и интерференцию правовых норм. Во-вторых, при переходе к новой правовой культуре неизбежно рождаются смешанные переходные формы юридических отношений, действующие как реальная практика и как фактор правосознания, превращая функционирующее право в маргинальное. В-третьих, восстановление нормальной трансляции правового опыта оказывается невозможным из-за аналогичного процесса в социальной структуре. Выделение маргинальных групп и их изоляция на разных уровнях социальной лестницы обостряет вопрос о социальных функциях правового государства.

Итоги этносоциологической разведки украинской диаспоры Чуйской долины

Е.П. Шульга[1] [1]

Исследование проводилось с мая по ноябрь 2001 г. с целью получения данных о социально-этнических характеристиках украинцев в Чуйской области, где проживает 83% всех украинцев Кыргызстана. Опрос был проведён с помощью анкеты из 61 вопроса, разделённой на тематические блоки: социальные индикаторы, социальная структура и занятость, миграционная подвижность, семейно-бытовая сфера, языковая сфера. Выборка респондентов производилась по хозяйственным книгам; выбирались только те, у кого в графе национальность значилось украинец. По возрасту респонденты выбирались в диапазоне от 16 до 80 лет, т. е. от 1920 до 1985 года рождения.

Опрос проводился в трех районах Чуйской области и в городе Бишкеке. Населённые пункты:

с. Садовое (Московский район); всего проживает украинцев 946 человек (1,174), опрошено 160 человек;

с. Ново-Покровка (Ысык-Атинский район); всего проживает украинцев 1 320 человек (1,174), опрошено 160 человек.

с. Полтавка (Жайылский район); всего проживает украинцев 1 141 (1,174), опрошено 180 человек.

г. Бишкек; всего проживает украинцев 16 125 человек (2,29); опрошено 180 человек.

Выбраковано 98 анкет; из принятых во внимание: 47% мужчин, 53% женщин.

По возрастным группам респонденты расположились так:

от 50 до 80 лет – 40,0%

от 25 до 49 лет – 40,0%

от 16 до 24 лет – 20,0%.

По полученному образованию:

нет образования – 0,6%

до 4 классов – 3,4%

до 8 классов – 19,0%

10 – 11 классов – 24,0%

средне-специальное – 36,0%

неоконченное высшее – 3,0%

высшее – 14,0%.

Социальная структура и занятость

За период между переписями 1989 и 1999 гг. в распределении населения Чуйской области по источникам средств существования произошли значительные изменения. На них повлияли такие факторы, как снижение производственной деятельности промышленных предприятий, реформа аграрного сектора и социальной инфраструктуры.

Украинская диаспора по источникам дохода шагает в ногу со всем населением Чуйской области. С 1989 г. доля лиц, основной источник дохода которых составляла занятость, снизилась в 1,35 раза – с 87,7% до 59,8% (1,155), по области же в целом – в 1,38 раза. Незначительно, но выросла доля лиц, занятых в сфере предпринимательства.

Динамика показателей в 1991 г. и в 2001 г.: безработных, разнорабочих – 13% и 24% соответственно; домохозяек – 5% и 13%; предпринимателей – 1 чел. и 16 чел.; лиц, занятых на руководящих должностях, – 11% и 6%; специалистов социальной сферы – 2% и 4%; фермеров – 3 чел. и 2 чел.; механизаторов, водителей и вообще занятых сельскохозяйственным трудом – 14% и 10%.

Процент безработных вырос в 1,8 раза, потому что женщины отчасти переходят в разряд домохозяек, т.е. тех, кто без работы, но не ищут ее, следовательно, не могут считаться безработными. Данная категория увеличилась за десятилетие в 2,6 раза. Самое досадное, на наш взгляд, это сокращение процента учащихся почти в 3 раза. Безусловно, здесь сказывается падение рождаемости и сокращение молодого населения, но все же главную роль играет низкое материальное положение на селе. Количество учащейся молодежи с 1991 г. сократилось в 1,5 раза.

Ориентация в образовании диаспоры показана в табл. 1.

Таблица 1

Направленность современного развития украинской диаспоры

по профилям образования

(все рожденные в данный период приняты за 100 %)

Как видно из таблицы, ориентация в образовании у мужчин не претерпела больших изменений, за исключением повышения интереса к медицине в 5 раз. Зато у женщин произошла резкая переориентация во всех областях знаний на получение образования в сфере обслуживания.

Несмотря на то, что приоритеты в получении образования отвечают требованиям современности, всё же существует большая неудовлетворённость вознаграждением за свой труд. Только 3% респондентов удовлетворены оплатой своего труда, 68% не удовлетворены, 29% вообще отчаялись и считают, что даже если она будет выше, ее не будет хватать. Те же 3% считают, что их жизнь с течением времени становится лучше; 12% уверены, что жизнь их с трудом, но движется к лучшему; 44% уверены, что их жизнь не становится лучше; 35% думают, что жизнь становится все хуже.

Анализируя данные опроса, можно сказать, что за десять лет реформ ситуация с занятостью и социальным статусом украинской диаспоры ухудшилась в два раза и имеет тенденцию к продолжению данного процесса, хоть и не такими темпами. На данный момент ситуацию нельзя назвать хорошей или хотя бы стабильной, но она и не катастрофична. В принципе, то же самое можно сказать и о других этносах в Кыргызской Республике.

Главным в характеристике социальной структуры следует признать утверждение, что все население Кыргызстана, независимо от видов труда и сфер его приложения, уже вовлечено в новую систему экономических взаимоотношений.

Миграционная подвижность

Живут в своем населенном пункте:

менее года – 0,75%

до 3 лет – 1,75%

до 7 лет – 2,50%

более 7 лет – 20,00%

всю жизнь – 71,00%

не указали – 4,00%.

Выезжают из своего населенного пункта:

каждый день – 11%

раз в неделю – 13%

раз в месяц – 11%

пару раз в году – 5%

раз в несколько лет – 4%

редко – 46%.

Выезжают для работы, в поисках работы, для учебы – 24%; за покупками, к друзьям и родственникам – 51%; остальные если выезжают, то по другим мотивам.

Можно сказать, что у современной диаспоры в Чуйской долине наблюдается лишь маятниковая мобильность. В основном выезжают молодые трудоспособные люди для учебы и в поисках работы и возвращаются в свои населенные пункты. Основная масса людей выезжает за покупками, за товарами, которые невозможно достать в сельской местности.

Достаточно высока в диаспоре потенциальная мобильность, причем основной ее вектор направлен в Россию – 71% из желающих уехать. Всего же однозначно желают выехать 49% респондентов; 18% ни при каких условиях не уедут из Кыргызстана. Если сравнивать наше исследование с исследованием, проводившимся в Кыргызстане в 1994 г. Республиканской ассоциацией украиноведов, людей, которые ни при каких обстоятельствах не покинут территорию Кыргызстана, стало в 2 раза меньше (3,77). 28% ожидают улучшения в экономической сфере и межнациональных отношениях и пока никуда не собираются. Из тех, кто желает или думает, что хочет уехать, – 41% молодые люди, не достигшие 30-летнего возраста.

В качестве причин, которые побуждают украинцев задумываться о выезде, указывались: внутренние беспорядки, вызванные этнической межнациональной рознью, – 24%, внутренние беспорядки, не важно чем вызванные, – 22%, запрет русского языка как языка межнационального общения – 16%, война с соседними государствами – 14%. Остальные причины из предлагаемого анкетой диапазона менее выразительны в количественном отношении.

В качестве причин, которые побудили бы украинцев не думать об отъезде, указывались: улучшение экономической ситуации в стране – 53%, улучшение в межнациональных отношениях – 14%, улучшение в социальной сфере – 13%, и только 2% назвали улучшение политической стабильности в государстве.

Достаточно много людей желают уехать, так что же им мешает? Прежде всего, материальные проблемы – 65%; 12% связывает то, что здесь находятся все родственники; 11% пугает неизвестность.

Анализируя потенциальную мобильность, возраст диаспоры, причины, которые влияют на потенциальную мобильность, можно с большой долей вероятности предположить, что в ближайшие годы численность диаспоры сократится на 3-4%, а уедут в основном молодые люди. Основная причина выезда – экономическая ситуация. Нашу уверенность в этом подкрепляют сравнения ответов молодежи на вопросы об обстоятельствах, побудивших бы ее уехать или остаться. Даже те, кто указал на межнациональную рознь как причину выезда, в вопросе «Какие бы обстоятельства побудили Вас остаться в Кыргызской Республике?» указали улучшение экономической ситуации. Поэтому более чем за 90% диаспоры можно быть спокойным: при нынешних доходах они не соберут даже на билеты, да и желание уехать не говорит о том, что они готовы пройти в другой стране процесс социализации, адаптации к другим экономическим условиям.

Семейно-бытовая сфера

Состояние в браке у наших респондентов не сильно отличается от общечуйского и даже слегка его превосходит. Если в Чуйской области из населения старше 15 лет состоят в зарегистрированном браке 63% мужчин и 58% женщин, то из числа респондентов – 67%. Средний же показатель у украинцев составляет 62% состоящих в браке (1,143).

У 18% семей – один ребенок, у 48% – два, у 23% семей – три, у 4 % – четыре, у 2% – пять детей и больше, и только у 5% семей детей нет. Среднее число детей на одну женщину у наших респонденток составляет 2,1, а по данным переписи – 2,4 (1,152).

Интересные результаты дал вопрос: «Как вы считаете, от чего зависит количество детей в семье?». Мужчины ответили: 36% – от материального достатка, 48% – от желания супругов, 16% – от других причин. По ответам женщин сразу видно, кто больше занимается детьми и заботится об их будущем: 65% заявили, что количество детей в семье зависит прежде всего от материального достатка (это в 1,8 раз больше, чем у мужчин), и только 29% – от желания супругов. При этом следует заметить: вся молодежь ответила, что количество детей зависит от материального достатка.

На вопрос: «Как распределяются в Вашей семье заботы по дому?», – 58% мужчин ответили, что поровну между ними и их женами, 6% – на них, 16% – больше на женах и 2% – на детях. Женщины на этот же вопрос ответили следующим образом: 75% – заботы ложатся поровну на них и мужа, 8% – больше на мужа, 16% – больше на них, а 2% – на детях. Остальные затруднились ответить на этот вопрос.

На вопрос: « По каким качествам Вы выбирали (выбираете) себе спутника жизни?» – мы прогнозировали ответ «любовь» для 90% респондентов. Однако из мужчин ответили так только 50%; 4% ответили, что они выбрали себе спутницу жизни по материальному благосостоянию; 3% отметили жизнерадостность, 1% – домовитость, 13% – хозяйственность своих спутниц; верность важна для 12%. Женщины ответили на этот вопрос так: вышли замуж по любви – 56%; выбрали себе спутника по материальному благосостоянию – 6%; 3% выделили жизнерадостность, 3% – домовитость, 10% – хозяйственность своих избранников; 12% уверены в верности своих супругов.

Зависимость взглядов на брачно-семейные отношения представлена в табл. 2.

Таблица 2

Зависимость взглядов на брачно-семейные отношения

от возраста и брачного состояния

(все рожденные в данный период приняты за 100 %)

Прежде всего, почему мы разбили весь массив респондентов на три возрастные группы. С возрастом значение семьи увеличивается, становясь максимальным в возрастной группе 33-50 лет (4,113). Именно в этом возрасте супругов семья достигает своей зрелости, преодолевается большинство трудностей, складывается общность материальных и духовных интересов и, конечно, становится значительно меньше возможность образования новой семьи в случае распада имеющейся. В полярных возрастных группах 20 лет и моложе и 50 лет и старше ценность семьи значительно меньше.

Однако молодежная группа была включена в группу людей моложе 33 лет, так как по отдельности эти две группы количественно слишком малы; кроме того, в современных условиях возраст невест становится все больше, не говоря уже о мужчинах. Схожесть же оценок, семейных отношений в полярных возрастных группах объясняется так: у молодежи слишком широкий спектр конкурирующих ценностей; у пожилых людей, как правило, семейные проблемы решены и в значительной степени утратили свою остроту; кроме того, в той и другой возрастной группе большой удельный вес не состоящих в браке. Каждая возрастная группа рассматривается как 100%.

В таблице достаточно наглядно представлены взгляды украинцев на семейные взаимоотношения. Отметим некоторые из них.

Как минимум половина из опрошенных украинок вне зависимости от возраста и состояния в браке считают, что главой в семье должен быть мужчина. Мужчины же в наше нестабильное экономическое время гораздо меньше уверены, что они должны быть главами семей, и это отражает общее падение уверенности в себе мужчин. Молодое поколение опрошенных украинцев, как мужчин, так и женщин, более склоняются к тому, что в семье не может быть главных. Это же подтверждают и данные опроса на вопрос о бюджете: ни мужчины, ни женщины не берут на себя ответственность управлять семейным бюджетом.

Судя по таблице, большинство диаспоры в ближайшее время не планирует пополнения в своих семьях из-за того, что этот шаг требует больших материальных затрат. А большинство украинцев считают, что именно от материального достатка зависит количество детей.

Достаточно лояльный взгляд на обычаи в национально-смешанных семьях и у мужчин, и у женщин. Только 15% тех и других считают, что в национально-смешанной семье надо придерживаться обычаев мужа или жены. Остальные полагают, что надо придерживаться смешанных обычаев, строить взаимоотношения по-своему либо не придерживаться национальных обычаев вообще.

Именно в семейно-бытовой сфере кроются, на наш взгляд, причины быстрых ассимиляционных процессов, происходящих в диаспоре, – ассимиляции украинцев русскими.

Из наших замужних респонденток 20% состоят в браке с украинцами; от подобных браков дети записываются поровну русскими и украинцами. По 3% украинок состоят в браке с башкирами, евреями, корейцами; в подобных браках дети записываются либо по национальности мужа, либо как русские. 6% украинок состоят в браке с немцами; в такой ситуации дети, рождённые до 1985 г., записываются как русские, после 1985 г. – как немцы. Остальные украинки состоят в браке с русскими; от таких браков дети записываются как русские и только 3% как украинцы. Приведенные факты в сочетании с данными о направленности потенциальной мобильности диаспоры лишний раз подтверждают научный вывод: «Родина для диаспоры – это инструменталистский выбор, а не исторически детерминированное предписание» (5,47).

В Чуйской области процессы ассимиляции наверняка будут продолжаться ещё большими темпами по мере того как украинская молодёжь будет забывать свой язык, а Российская Федерация наращивать темпы экономического развития. По-другому будут развиваться события в Иссык-Кульской области: там очень сильны культурные корни диаспоры и другая этническая ситуация, но эта часть украинцев очень мала в количественном отношении.

Языковая ситуация

Формирование общественной потребности в знании какого либо языка зависит прежде всего от окружающей среды, понимаемой и в широком, и в узком смысле. В узком смысле все элементы микросреды: работа (производственный коллектив), семья, друзья, составляющие непосредственное, ближайшее окружение человека, – так или иначе оказывают влияние на «вызревание» лингвистических ориентаций. Серьезное воздействие на формирование потребности в языке и на психологически осознанную оценку этой потребности оказывает также тип этнической среды.

Наличие межнациональных контактов на работе, в домашней обстановке, дружеские связи с представителями не своей национальности, наличие родственников, состоящих в браке с лицами другой национальности, – всё это факторы, заметно влияющие на формирование ориентации на знание второго языка. Потребность во втором языке гораздо глубже в инонациональном окружении и меньше в однонациональной среде.

Этническая ситуация, сложившаяся в Кыргызстане в конце XIX – начале XX века, предопределила современную языковую ситуацию в украинской диаспоре. Русский язык стал не только вторым языком каждого украинца, но и с течением времени становился для многих из них родным языком.

Сфера бытования украинского языка отражена в табл.3.

Таблица 3

Сфера применяемости украинского языка  (все рожденные в данный период приняты за 100 %)

Таблица ясно показывает: чем моложе респонденты, тем меньше у них связь с украинским языком. По данным переписи, только 18% из назвавшихся украинцами считают родным языком украинский, остальные – русский (за исключением 0,003%, считающих родным кыргызский язык). Наши данные не сильно расходятся с данными переписи; добавим, что из респондентов, родившихся после 1975 г., никто не назвал украинский родным языком.

Серьезное воздействие на становление языковой ориентации оказывает семья, особенно в тех случаях, когда супруги лица разных национальностей. Из опрошенных нами более 60% украинцев состоят в браке с русскими.

Языковое поведение широких масс во многом определяет производственная сфера, где сами виды деятельности стимулируют обращение к языку межнационального общения, которым был и остается русский язык. 95% украинцев общаются с сослуживцами на русском языке, 4% представителей старшего поколения и 2% младшего – на смешанном русско-кыргызском языке.

В семейно-бытовой сфере чаще, чем во всех остальных, звучит украинская речь. Даже у молодёжи 1,9% дома говорят на украинском, а 3,8% молодёжи дома употребляют смешанную русско-украинскую речь.

«Производственный билингвизм» по своим масштабам и другим признакам далеко не равен семейно-бытовому, но в отрыве от своей исторической родины, от культурной подпитки украинцы Чуйской долины всё более забывают свой язык, не несущий такой функциональной нагрузки, как русский.

В данной статье мы не планировали делать глубокий анализ полученных данных – это всего лишь часть итогов проведённого нами этносоциологического исследования. Но исходя даже из поверхностного взгляда на результаты этого исследования, можно сказать, что численность украинской диаспоры в Чуйской долине от поколения к поколению будет неуклонно падать, в основном из-за ассимиляции. Однако для того, чтобы иметь полную картину по всему Кыргызстану, необходимы дополнительные этносоциологические исследования.

Список литературы

1. Чуйская область: Итоги Первой национальной переписи населения Кыргызской республики 1999 года. – Кн. 3. – Бишкек, 2001.

2. Бишкек: Итоги Первой национальной переписи населения Кыргызской республики 1999 года. – Кн. 3. – Бишкек, 2001.

3. Самборська Я. Соцiально-этнiчна характеристика українців Киргизстану (за матеріалами соціологічного дослiдження) // Українська дiаспора. – 1995. – № 7.

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://uokbereg.to.kg/

1. Обчислювальні й локальні мережі та системи.

Роздивимся особливий клас методів та засобів , які можна використовувати для об’єднання обчислювальних машин та зв’язаних з ними пристроїв. Обчислювальні машини можуть бути самих різних типів, починая від мікропроцесорів, вбудованих, наприклад, у друкуючий пристрій, до супер-ЕОМ. Сукупність цих методів та засобів називається локальними обчислювальними мережами (ЛОМ).

Їх відрізняє від інших обчислювальних мереж те, що вони завжди розміщуються на обмеженій території та звичайно мають з’єднуючий кабель довжиною до декількох кілометрів даних.

Хоч найбільш важливою областю примінення локальних мереж у дійсний час являється передача цифрових даних, деякі методи можуть бути розповсюджені на передачу мовної , текстової та відеоінформації, що, наприклад , дозволяє об’єднати різні форми учрежденського зв’язку у рамках однієї мережі. Локальні мережі почали використовуватися з середини
70-х років. У результаті зниження цін на електронні компоненти і розширення можливостей термінальних пристроїв, які використовуються в обчислювальних системах, кількість різноманітного обчислювального обладнання, який встановлений у закладах, школах, універсітетах, на заводах та т.д., збільшилось. Засоби обчислювальної техніки стали більш значними завдяки можливості взаїмодії цих засобів один з одним, доступа до спеціальних служб та пристроїв, одночасного розділення обчислювальних ресурсів. Так, користувачі відносно дешевих «інтелектуальних» пристроїв, які зроблені на мікропроцесорах, почали пошуки таких же дешевих методів їх з’єднання між собою. Це стало можливим з появою локальних мереж, хоч частіше всього вони розроблялись для інших цілей. В результаті локальні мережі з успіхом стали застосовуватися для вирішення цих нових завдань.

Локальні мережі получили швидкий розвиток за короткий час.Однаково слід мати на увазі, що методи та засоби, які використовуваються при їх створюванні, по всій видимості, довго не будуть мінятися, так як вони на протязі багатьох років обстежувались у наукових лабораторіях. У подальшому область застосування локальних мереж буде розширюватися. Крім того, отримає розповсюдження сервіс, який локальні мережі являє користувачу.

Локально-обчислювальна мережа може робити тільки на обмеженій теріторії. Як правило, це теріторія одієї споруди чи робочого участку, а її довжина від кількох сотен метрів до кілометра.

Основні особливості (ЛОМ):
# розміщення ЛМ тільки на обмеженій теріторії;
# з’їднання в ЛМ незалежних пристроїв;
# забезпечення високого рівня взаїмозв’язку пристроїв мережі;
# використання ЛМ для передачі інформації в цифровій формі;
# дешеві засоби передачі інформації в інтерфейсні пристрої;
# можливість взаїмодії кожного пристроя з будь-яким іншим.

Більш детально необхідно опреділити наступні характеристики локальної мережі:
# розмір мережі;
# пристрої які використовуються;
# швидкість передачі інформації;
# топологію мережі;
# фізичне середовище, яке використовується для передачі інформації;
# використовуючі протоколи та методи доступу;
# наявність або відсутність керуючого вузла.

Роздивимся деякі характеристики існуючих мереж. Оскільки ця область розвивається швидко, зрозуміло, що ці характеристики можуть значно мінятися в залежності від нових методів передачі даних та додатків локальних мереж.

Вже йшла мова про пристрої, які можуть бути об’єднані з допомогою локальних мереж, та про подібні відстані між ними. Обговоримо решту характеристик локальних мереж.

Швидкість передачі. Швидкість передачі даних звичайно складає від 1 до 20 Мбіт/с. Деякі системи зараз роблять з меншими швидкостями.

Топологія.

Існує дві основні топології: шина та кільце. Можливо, з розробкою високошвидкісних цифрових комутаторів, придатних для змішаної передачі мови та даних, більше значення незабаром придбають мережі зі зіркоподібною топологією.

Передаюче середовище. Основним передаючим середовищем, яке використовується у дійсний час, являються коаксиальний кабель та вита пара телефоних дротів.Для широкого використання волокнянно-оптичних кабелів необхідно вирішити деякі практичні проблеми.

Метод доступу. Використовується два основних метода доступу
(мережевих протокола): зі змаганням та контролем несучої для використання у мережах з розділяємою шиною та тактуючий доступ з циклічною черговістю для мереж з кільцевою структурою. Інші методи знаходяться на стадії розробки та, беззаперечно, з’являться в майбутньому. Найбільш перспективними з них є метод передачі маркера (яка годиться для шинної, кільцевої та зіркообразної типологій), а також метод вставки регістра для кільцевих мереж.
Керуючі вузли мережі.
В наш час тільки в небагатьох локальних мережах в управління знаходиться знаходиться в одному вузлі. Однак з зростанням значення мереж, основне на цифрових телефоних комутаторах, ситуація може змінитися: комутатор буде функціюнувати як центральна комутаційна станція. Однак така станція не буде здійснювати функції мережевого чи зв’язкового контролера звичайної обчислювальної мережі. Комутатори, як правило, дозволяють використовувати мережу без обмежень всім іншим її пристроям. Більш новий цифровий комутатор буде робити як пристрій маршрутізації і комутації з додатковими сервісними можливостями, які предоставляються всім використовувачам.

Розширення області примінення. Локальні мережі розроблялися для задоволення визначених вимог науково-дослідницьких організацій. На протязі 70-х років в обчислювальній техніці відбулося зміщення від одиночної високопродуктивної машини яка доступна всім використовувачам, які знаходяться у безпосередній близкості від неї, до розподіленої обробки і використовуванню обчислювальних мереж. Коли з’єднати один з одним пристрої,які зроблені на базі мікропроцесорів, то можна досягти переваг, о яких ми згадували раніше в зв’зку з розподіленням обчислювальними системами. така система більш переважна з зрівнянням з окремими пристроями ,особливо в збереженні обробки інформації. На рис.1.1 показана типова установча система,в якій різні уневерсальні робочі станції використовують один високошвидкисний файловий накопичувач і зв’язані з ним процедури управління файлами.
В мережі, крім того, є кілька спеціальних пристроїв, які дуже дорогі, щоб закріпляти за окремими робочими станціями.

Рис.1.1 Установча мережа

Топологія мереж. Топологія мереж визначається розміщенням вузлів і з’єднань між ними. Вузли можуть бути з’їднані в мережу слідуючими способами.

Зіркоподібна (радіальна) структура. Організується центральний вузол, до якого, або через який посилаються всі повідомлення (рис.1.2 )

Кільцева структура. Всі вузли з’єднуються один з другим в кільце і не один із них не може повністю контролювати доступ до мережі (рис. )

Петльова структура. Всі вузли з’єднані один з одним в кільце, один з них керує другими і визначає, який з цих вузлів повинен використовувати канал зв’язку (рис.1.3)

Шинна структура. Всі вузли мають одну лінію зв’язку, але ця лінія не замкнута в петлю. Кожен вузол використовує шину для зв’язку з любим другим вузлом (рис.1.4)

Деревовидна структура. Вузли зв’язані одним з одним розгалуженим каналом зв’язку. В цьому випадку в мережі не має петель(рис.1.5)

Змішана мережа. Якщо вузли мережі з’єднані більш складніше, то мережу можна назвати змішаною. Де які лінії можуть розділятися потоками даних, які передаються двома парами вузлів.
Повнозв’язкова мережа. Якщо кожен вузол мережі з’єднаний з любим іншим вузлом каналом, мережа називається повнозв’язковою. Можуть викорустовуватися різноманітні комбінації вище перерахованих мереж.
Наприклад декілька зіркоподібних мереж об’їднаних в кільце.

Локальні мережі створюються для розподілу загальних ресурсів обчислювальних пристроїв, базової передаючої середи, інколи- комутаційного пристрою. Із мережевих типологій, перечислених вище, зіркоподібна, кільцева та шинна найбільш зустрічаються в локальних мережах. Вони забезпечують при малих витратах з’єднання обчислювальних машин і зв’язаних з ними пристроїв, полегшує одначасове під’єднання нових пристроїв і відключення існуючих пристроїв.

Рис.1.2

Рис.1.3

Рис. 1.4

Рис.1.5

Рис.1.6

Основні топології мереж

Зіркоподібна мережа
Зіркоподібна мережа відома як типова обчислювальна (рис.) в якій в центрі зірки розташована обчислювальна машина, яка обробляє інформацію, яка передається перефирійними пристроями, як телефонна система, в якій центральний вузол представляє собою комутатор, який з’єднує різних використовувачей мережі (рис.1.7)

Рис.1.7

Рис.1.8

Зіркоподібні мережі мають такі переваги:
Ідеальний для ситуації, яка потребує доступ багатьох абонентів до одного обсуговуємого центра. на різних радіальних напряках можуть використовуватись різноманітні канали і швидкості передачі; кожний радіальний напрямок незалежний від інших забезпечує високий рівень захисту доступу до даних; спрощені процеси знаходження і виправлення помилок; адресація проста і контролюється центром; допускає інтеграцію передачі даних.

Але такі мережі мають такі недоліки: залежність від надійності центрального вузла; складна технологія, яка використана в центральному вузлі,-звідси висока собівартість; в центральному вузлі для управління лініями потрібні порти (логічні крапки вводу-виводу); перекладка кабелів збільшує ціну для розвитку мережі; інтенсивність потоків даних менша ніж в кільцевій або шинній топологію, так як потребує їх обробку в центральному вузлі.

Кільцева мережа.
В кільцевій мережі кожен вузол з’єднаний з двома і тільки з двома іншими вузлами. Вони відрізняються від петльової мережі тим, що не мають окремого вузла, який контролює інші вузли і який вирішує які вони можуть приймати і посилати повідомлення. Сам кільцевий канал не з’єднує кінцеві пристрої. Кільце складається з декількох повторювачів або прийомопередовачів, з’єднаних фізичною середою передачі даних, як показано на рис.1.9.

Пристрої кінцевого використовувача з’єднані з повторювачами.

рис.1.9 Кільцева мережа

Ідея використовування кільцевої топології в локальних мережах зв’язана з бажанням зменьшити залежність мережі від центрального вузла зірки, забезпечуючи високошвидкісну передачу данних між всіма пристроями мережі.

Кільцеві мережі мають такі переваги: пропускна можливість розподіляється між всіма використовувачами; відсутня залежність від центрального пристрою; несправні канали та вузли можуть легко індетифіковані; маршрутизація дуже проста; легко здійснюється контроль помилок при передачі; легко організується автоматичне підтвердження прийому; легко здійснюється широкоповідомлююча предача всім вузлам; доступ до кільця гарантований, навіть тоді коли мережа сильно загружена; можливість помилки дуже мала; можлива дуже висока швидкість передачі; можливо використовувати змішане передаюче середовище;

Кільцеві мережі мають такі недоліки: надійність мережі залежить від всіх кабелів та повторювачів; звичайно на практиці потрібен моніторний пристрій; важко додавати нові вузли без переривання функціювання кільця; повторювачі вносять затримку сигналу; повторювачі повинні бути близько розташовані; прокладка кабелів буває дуже складною.

Петльова мережа.

Петльова мережа по формі дуже схожа на кільцеву. Ці мережі відрізняються методом розподілу передаючого середовища. Петльова мережа показана на рис.1.10. Один із вузлів повністю визначає, який вузол може використовувати мережу і для якої мети. Це досягається циклічним опитом кожного вузла, або посилкою пустих пакетів-контейнерів, які доступні будь-якому пристрою мережі.

Так, як керування петльовою мережою зібрано в одному місці, то легко встановлюються та аналізується пріорітети пристроїв.Повторювачі використовуються рідко, так як доступ до передаючого середовища контролюється централізовано.

Петльові мережі бувають короткими, а швидкості передачі низькими.

Рис.1.10 Петльова мережа

Петльові мережі мають такі преваги: зручні для зв’язку пристроїв з малими обчислювальними можливостями, мають низьку собівартість прокладки кабеля; використовуються відомі процедури управління терміналами зв’язаними з головною ЕОМ; легко підключаються нові пристрої.

Петльові мережі мають такі недоліки: функціювання мережі залежить від контроллера; передача данних здійснюється на низьких швидкостях; здійснюється взаємодія типу «пристрій-контролер».

Шинна мережа.

Основний вид шини для передачі даних, чи магістралі представляє собою сегмент кабелю, не замкнутий в кільце. Пристрої підключені до шини з деякими інтервалами.

Для мереж великих розмірів та у тих випадках, коли окремі мережі повинні бути з’єднані один з одним, може бути потрібна деяка кількість спеціальних підсилювачів та повторювачів. Однак це особливий випадок, який потребує спеціального перегляду в залежності від способу передач та використовуючого методу доступу.

Пристрій користувача

Врізка шина

Рис.1.11

Вона має такі переваги:

-середовище повністю пасивне;
-легко підключаються нові пристрої;

-може бути досягнуто ефективне використання випускних можливостей;

-всі компоненти легко доступні;
-монтаж мережі простий- не має складних проблем маршрутізації;
-мережа пристосована для передачі трафіка з різкими коливаннями;
-декілька низькошвидкісних пристроїв можуть бути підключені через один інтерфейсний модуль.

Однак шинна мережа має слідуючі недоліки:

-кожен, хто має відповідне обладнення, може прослуховувати передачі, не будучи знайденим та не порушуючи нормального функціонування мережі;

-для зв’язку з середовищем потребується інтелектуальний пристрій;

-звичайні термінали можуть бути підключені тільки через складні інтерфейсні модулі;

-іноді відбувається інтерференція повідомлень, яка передається в шині;

-не має автоматичного підтвердження прийому;

-у мережі відсутній справедливий контроль розподілення ресурсів, оскільки вузли можуть використовувати передаюче середовище завжди , коли воно вільне:
-загальна довжина шинної мережі обмежена звичайно приблизно 1 чи 2 км., але на справді вона залежить від багатьох факторів.

Деревовидна мережа.

Деревовидна топологія представляє собою декілька шин, з’єднаних один з одним. Звичайно є основна магістральна шина, до якої під’єднуються декілька менших бокових шин, як вказано на рис.1.12.

Рис.1.12. Деревовидна мережа

Древовидна топологія має ті ж самі переваги та недоліки, що й звичайна шинна топологія.

2. АРМБ ІІІ категорії.

Важливе місце в прискорені прогресу бухгалтерського обліку в народному господарстві займає автоматизація обліково – обчислювальних робіт,яка направлена на всебічне прискорення науково – технічного прогресу.

Коли з’явилися ЕОМ це дозволило перестроїти організіцію і технологію ведення бухалтерського обліку шляхом зтворення автоматизірованих робочих місць (АРМ) бухгалтерів.

АРМ бухгалтера організується по функціональному признаку і охоплює частини обліку основних засобів, матеріальних цінностей, труда та заробітної плати, фінансово — облікових операцій, затрат на виробництво.

Технічне забезпечення АРМ бухгалтера включає як правило, двух рівневий обчислювальний комплекс. На верхньому рівні – ЕОМ с швидкодіючим процесором і великим об’ємом оперативної пам’яті, вона обробляє основний потік облікових даних, поступаючих с ЕОМ нижчого рівня. На нижчому рівні знаходиться ЕОМ рабочего місця бухгалтера, яке оснащене переферійним устаткуванням. В її состав входять процесор, монітор, накопичувачі, клавіатура, друкуючий пристрій.

АРМ бухгалтера може функцюювати в різних типах локальних мереж зіркоподібна, кільцева, комбінована, мережа з общею шиною (це детально викладено в першому питанні).

Бухгалтерському апарату підприємства схильна іерархічна організаціона структура управління. Найбільш ясно показує принцип категорій
АРМ бухгалтера зіркоподібний спосіб організації обчислювальної мережі.

Схема зіркоподібної локально–обчислювальної мережі

В цьому питанні не будемо розглядати всі способи об’єднання АРМ бухгалтера за допомогою локально- обчислювальної мережі, це було розглянуто детально в першому питанні.

Найчастіше на підприємствах є АРМ бухгалтера тільки двох категорій, центральна ЕОМ (сервер) і підкючені ло неї користувачі.
Відповідно сервер – це АРМ І категорії, а всі користувачі АРМ ІІ категорії.
Для того щоб розглянути де використовуються більше двох категорій роздивимся на прикладі банківську установу. Банк це централізована система в якій є багато АРМ різних категорій. АРМ І категорії в банківській установі знаходится завжди в національному банку країни де перевіряються всі операції які робить банк за день.

АРМ ІІ категорії знаходится безпосередньо в приміщенні банківської установи і з’єднується з АРМ І за допомогою системи електронної пошти, він перевіряє внутрібаньківські операції і звітує АРМ І.

АРМ ІІІ категорії знаходиться також в тому самому приміщенні що і й
АРМ ІІ категорії. АРМ ІІ і АРМ ІІІ категорії з’єднані між собою за допомогою локально – обчислювальної мережі. АРМ ІІІ обробляє інформацію яка приходить від користувачів, бухгалтерів АРМ ІІІІ категорій. Які також знаходяться в приміщенні де й АРМ ІІ і ІІІ категорій це прості робочі станції. В банківський ситсемі так багато АРМ різних категорій для забезпечення контролю операцій. Вся інформація завжди проходить стадії перевірок і звітує на АРМ І категорії. Для

наглядності представлена схема.
————————

ЕОМ

ЕОМ

Обчислювальна система

Мережа передачі

даних

Файлова служба

НМД

Контолер друку

Звичайний друк

Високоякісний друк

Радіальний канал

КОТРОЛЕР

Вузол

Центральний вузол

ххх

ххх

ххх

ххх

А

С

В

Зв’язковий контролер

ЕОМ

з’єднання в середині центрального вузла

термінали або інші пристрої

Джерело живлення

повторювач

вузол

вузол

Моніторна станція

вузол

вузол

Дисплей

Джерело живлення

Контролер петлі

Обчислювальна система та інші мережі

Інтерфейсний модуль

Головна

ЕОМ

АРМ –ІІІ
Здійснює перевірку вхідних та вихідних данних

Зв’язок за допомогою ЕП

АРМ –ІІ
Розрахунковий центр

АРМ-І в НБУ

АРМ n

АРМ n-1

АРМ-2

АРМ-1

АРМ-ІІІІ
Бухгалтер

АРМ-ІІІІ
Бухгалтер

АРМ –ІІІІ
Бухгалтер

Мультикультурализм и культурный диалог в полиэтничном пространстве (социально-философские аспекты)

Гожев К.М.

Проблемы мультикультурального существования и культурного диалога являются чрезвычайно актуальными для современной философии общества. Активно обсуждаемая тема «свое» и «чужое» в соотнесенности с темой культурного диалога приобретает в начале ХХI столетия особую социально-культурную и экзистенциальную значимость. Мультикультурализм как феномен (пост)современности выходит за пределы социальной коммуникации и становится пространством формирования культурного поведения, причем оно оказывается значимо также и для стратегий идентификации. «Термин «мультикультурализм», появившийся в конце 80-х годов, поначалу означал нечто вполне безобидное: уважение большинства к меньшинствам, равный статус различных культурных традиций, право индивидов на выбор собственной идентичности…» [Малахов В. Ностальгия по идентичности // Логос. 1999. ? 3. М., 1999. С. 9]. Проблемы и возможности понимания оказываются непосредственно соотнесены с темой межкультурного взаимодействия и мультикультурализма.

Немаловажным следует считать и то обстоятельство, что проблемы мультикультурализма оказались весьма широко представлены как в социально-философском, социологическом и политологическом категориальном «словарях», так и в реальной социальной практике. Носителем индивидуального сознания является каждая личность, но в каждом обществе и на каждой стадии развития существуют конкретные и специфические условия для образования и действия индивидуального сознания: культура, традиция, особое качество жизни, религия, что образует особого рода матрицу, в пределах которой формируется ментальность [Жидков В. Культурная политика и формирование картины мира // Символы, образы, стереотипы. Исторический и экзистенциальный опыт. СПб., 2000. С. 41]. Таким образом, их понимание представляет возможность объективного представления общих и особенных процессов в современном полиэтничном социуме. В этом случае опыт России оказывается диалогически связан с опытом интеркультуральных стратегий понимания в Восточной Европе.

В центре внимания исследований мультикультурализма прежде всего должно оказаться рассмотрение философской и идеологической ситуации в конце ХХ — начале ХХI века, где ситуация анализируется прежде всего на материале основных социально-философских позиций и жизненно-мировых практик поведения. Соответственно, философия в данном контексте понимается как критическое понимание современности, определяющее общее состояние сознания в отношении к проблеме стабильности и смены общественных систем. Философ в данной ситуации становится «переводчиком» одних дискурсов, претендующих на доминантные позиции внутри социального тела — в другие. От философии «остается форма интерпретации. Философия становится интерпретативной посредницей между различными областями культуры, пытаясь предотвратить трения между учеными, священниками и политиками. Не следует… ожидать от философа, что он предложит некий готовый продукт. Философы занимаются тем, что производят поверхности, смазывают, если можно так выразиться, колеса». [«Философия без оснований». Беседа М. Рыклина с Р. Рорти // Философский прагматизм Ричарда Рорти и российский контекст. М., 1997. С. 126]. Философии свойственно более выраженное стремление к созданию общего поля понимания.

Философский дискурс оказывается более толерантным в своих позициях, чем дискурс идеологии и политики, а также более стабилен и устойчив в представлении собственных образов, чем политическая власть. [Зуева Т.М. Образы политической власти в массовом сознании россиян. Автореф. дисс.докт филос. наук. Ростов-на-Дону. 2002. С. 4-5]. В то же время философское мышление в ситуации мультикультурализма стремится предстать как экзистирующее мышление: философия характеризуется гораздо большей предрасположенностью к нравственной и этической проблематике. Можно сказать, что философия стремится выступить в качестве координатора процессов взаимодействия чужого и собственного — реализации субъектами своего практического, ценностного, нормативного и когнитивного поведения в общем культурном пространстве. Философское мышление сближается с теорией интеракционистского действия, цель которого состоит в создании продуктивного обмена значениями, ценностями и смыслами между субъектами [Апель К-О. Трансформации философии. М., 2001].

В сфере идеологии и непосредственных жизненных ориентаций усилились тенденции этноцентризма. Так, национально-этническая, религиозная, социальная пестрота и многоукладность, сложность военно-политической обстановки с особой актуальностью ставят проблему поиска эффективных средств достижения стабильности на Северном Кавказе. При этом предельно разрастается неконтролируемая миграция, потоки которой вносят дополнительную напряженность в социальную сферу региона и всей страны [Асеев Ю.И., Гожев К.М. Современные миграции на Северном Кавказе: социологический анализ. Ставрополь, 2000]. Пропагандируемые стратегии поведения оказываются глубинно связаны с интересами бюрократии и элиты. [Тишков В.А. Очерки теории и политики этничности в России. М., 1997. С. 514; Идентичность и конфликт в постсоветских государствах. М., 1997]. Анализ языков политики и политической философии, а также художественного и массового сознания говорит о том, что общественное сознание эпохи приобретает черты равнодушия, индифферентности или неприятия между отдельными позициями, а в ряде случаев тяготеет к терроризму.

Философский анализ понимания чужого и собственного может дать возможность построить единое поле понимания разных образов мира, общим для которых будет переход идеи чужого в идею другого. В качестве определяющих могут выступать следующие позиции: философия разрабатывает общее поле понимания жизнестроения, в котором проблематика чужого сменяется проблематикой другого; социально-реформаторские действия могут быть успешными лишь в случае, когда они совершаются в постоянной соотнесенности с традиционным укладом жизни и поведения; поиск национальной идентичности не сопровождается пропагандой действий, связанных с экстремизмом и социальной нетерпимостью (классовые враги, враги-соседи, непримиримые чужие и т.п.); философствование с необходимостью включает в себя постоянную отсылку к социальной практике, то есть ориентировано прагматически; гипертрофия идеи своего (собственного) провоцирует этноцентризм и нетерпимость, для преодоления чего необходимо создание философии единого социального пространства и экзистенциального времени мира, в котором представлены разнообразные позиции; внимание к философским образам мира предполагает обращение к неповторимому опыту традиционной жизни каждого сообщества; философский анализ соотношения чужого и собственного с необходимостью дополняется социологическими, идеографическими, лингвистическими и социально-психологическими исследованиями для определения реальных социально-культурных структур и образований поведения.

Интенция социальной философии в данной ситуации совпадает с усилиями других гуманитарных наук понять «дух времени» в его отношении к проблеме стабильности и смены общественных систем в ситуации мультикультурализма. Собственного и чужое должны анализируются на фоне современных этнокультурных конфликтов и социальных проектов, что придает исследованию социально-проективный характер.

Современность начала ХХI века отличается значительным стремлением к обособлению позиций, причем пафос мирного сосуществования, провозглашенный мультикультурализмом, сохраняя теоретически и идеологически свою актуальность, оказывается серьезно потесненным в сфере реальной социальной практики. Анализируя военную акцию НАТО в Югославии — в связи с общим культурно-политическим и социальным контекстом последних лет, А. Секацкий замечает, что уместно обратить внимание на оружие, применение которого оказалось наиболее эффективным в последней балканской войне. «Была сконструирована и взорвана «бомба времени», способная производить направленный демографический взрыв. Скорость распространения взрывной волны — 50 лет — в масштабе всемирной истории это как раз мгновение. И можно сказать что все авиабомбы падали уже в воронку, образовавшуюся от демографического взрыва, предопределившего тем самым исход войны. Боевые испытания сверхсовременного оружия прошли успешно и нет сомнений, что в войнах ХХI века новое оружие прямого геополитического действия найдет самое широкое применение». [Секацкий А. Тишина на Балканах // Запад или человечество. Историософия балканского конфликта. СПб., 2000. С. 35. См. также дискуссию, посвященную югославским событиям: Логос, ? 5, 1999. С. 4-46]. Сегодняшнее европейское мировоззрение оказалось спроецированным на множество этноцентрических позиций, связанной с гуманистической тематизацией «права на отличие», которые реально фрагментируют и разделяют ткань социального организма, как в идеологическом «Чернокожие перестают интересоваться гражданским равноправием — то есть правом быть такими же, как белые. Они ставят вопрос о праве не быть такими же, как белые. О своем культурном отличии». [Малахов В. Ук.. соч. С. 9.], так и в геополитическом смысле. «Например, албанцы, давно и компактно заселяющие швейцарский кантон Ури, начинают требовать от международной общественности защиты своих прав. Они спросят: почему мы на нашей исторической родине вынуждены слушать лекции в университетах на чужом языке? А вывески на наших улицах — почему на чужом языке? И вообще, по какому это праву швейцарцы нами распоряжаются? (Именно такие вопросы задавались международной общественности два года назад в Косово)». [Секацкий А. Цит. соч. С. 37].

Проблемы этнической идентичности сблизились с поведением политических элит и стали формулироваться на языке политической риторики. Пропагандируемые стратегии поведения глубинно связаны с интересами бюрократии и этнических или партийных группировок, что можно наблюдать на примере ситуации, имевшей место в Чечне, где единое политическое тело было фрагментировано множеством конкурирующих элит — этнических, религиозных, криминальных и т. д. При этом ценности мультикультурального либерализма опасно сблизились с релятивизмом, что становится предметом критики со стороны консервативного и традиционного мышления.

В ряде случаев можно говорить о том, что в ситуации мультикультурализма имеет место скрытое или даже явное усиление фундаментализма, принимающего, однако, вид фундаментализма фрактального, частичного, выписанного поверх «воли к власти» малых групп, манифестирующих эту волю в социальное тело через стратегии террористические и демагогические, соотносимые прежде всего с (этно)региональными действиями. [Смирнов: «Обмен и террор» // Художественный Журнал, 1998, ? 19/20] И в силу того, что социальная реальность пронизана противоречивыми и даже антагонистическими интересами различных социальных групп, на уровне массового сознания укрепляется идея необходимости прихода героя, с образом жизни и действиями которого отождествляются надежды на усиление собственного образа мира и существования. Поскольку же героика исторического действия переживается именно бессознательно, то действия этноса или нации могут приобретать исключительную самодостаточность. В этой ситуации философия призвана осуществлять критику этнокультурной исключительности.

Национальные и этнические характеристики оказываются в конечном счете связаны с жестко поляризованными идеологическими определениями. Идея этноцентризма соединяется с идеей исключительности в области экономики, культурной традиции или интеллектуального богатства. В этой ситуации социальная философия оказывается связующим полем понимания для этноцентрических представлений. Философский анализ выявляет присутствие языков господства и подчинения. И одновременно же антропологически ориентированна философия может соединять различные философско-антропологические и культурно-этнические образы мира.

Критическое рассмотрение современной духовной ситуации через призму отношений своего и чужого должно стать введением в релевантное современности прагматическое философствование. В предметный интерес философии входит исследование образа мира и традиции в их соотнесенности с судьбой человечества. Содержательный интерес социальной философии в ситуации мультикультурализма должен с необходимостью обратиться к вопросам качества жизни и образования, этики повседневности, культурологии традиции, экологической этики. Но при этом должна быть также актуально осмыслена философская проблематики родовой истины, представленной в философии разных стран. Иными словами в ситуации мультикультурализма необходим анализ не только конструктивных, но и деструктивных процессов современности, что представлено прежде всего поведением антидемократических и экстремистских социальных групп, партикулярных «технологий террора».

Обобщающие диалогические положения связаны с пониманием современного философствования в плане соединения усилий — создание диалогического поля понимания. Смысл философствования состоит в том, чтобы, не впадая в иллюзии, дать возможность человеку проживать жизнь как свободный выбор быть среди других.

Диалогические исследования в полиэтничном мире во многом созвучны с тенденцией анализа интеркультуральности с той только разницей, что диалог в большей степени ориентирован на выявление инвариантных констант существования, бытие которых выходит за пределы идеологии или политики и связано с бытийно-целесообразными позициями. Речь может идти о том, что не поддается деструкции и сохраняет себя как инвариантность человеческого существования.

Философский анализ понимания в его отношении к стратегиям ориентации призван дать возможность соотнести особенности и принципиальные различия философских образов мира с представляемыми другими гуманитарными дисциплинами картинами повседневного существования — с философией обыденности и повседневности, где учитывается род занятий, политические и религиозные ориентации, особенности религиозной жизни, прессы, системы образования. Поэтому философия рассматривает образы мира не с целью сведения их многообразия к некоему условному единству, а с целью обрести основания для создания целостного поля понимания. Возможно проведение идеографических исследований (на материале философских текстов, педагогической и политической литературы, прессы и др.) понятийных универсалий (своего/чужого/другого/иного), в результате которых может быть представлена динамика смысла понятий в различных социальных ситуациях.

Современное состояние мира — это состояние открытых возможностей. Трудно предположить, какой из процессов будет преобладать в недалеком будущем. Если говорить об путях ориентации самой философии, то таковыми могут представить следующие ее позиции.

1 Учет национальных традиций и образов мира.

2. Стратегии диалога культур учитывают качество и степень традиционализма и роль соответствующих ценностей при построении поведения.

3. Понимание национальной идентичности не сопровождается пропагандой действий, связанные с экстремизмом и социальной нетерпимостью.

4. Социально-реформаторские действия только там могут быть успешными, где они совершаются в постоянной соотнесенности с традиционным укладом жизни и поведения.

Соответственно усилия по созданию творческой ориентации воспитания и образования во многом совпадают с тенденцией социально-философского анализа полиэтничной культуры. Современность нуждается в обобщающей герменевтике и диалоге.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://polit.mezhdunarodnik.ru/

Международное положение и внешняя политика Советского  государства

Послевоенное двадцатилетие  —  важный  период в мировом   развитии. В эти годы все более отчетливее стали обозначаться   глобальные процессы, надолго определившие развитие мира, такие как:  научно-техническая революция, крушение старого колониализма, ядерное противостояние двух самых крупных держав   — СССР и США.  Для советского общества это время величайшего   напряжения духовных и физических сил народа, время героическое и трагическое, время надежд и разочарований.

Советский Союз вышел из войны победителем, он представлял собой самую могущественную в военном отношении  державу.   Авторитет государства,  внесшего самый крупный вклад в разгром германского фашизма,  неизмеримо возрос.  Война показала   жизнестойкость  нового общественного строя,  способность советского руководства мобилизовать усилия  всего  многонационального народа на решение исторических задач.  Освобождение   многих европейских государств от германской оккупации,  спасение миллионов людей создавало образ народа — освободителя,   запечатленного монументом в Берлине. Война вызвала серьезныегеополитические изменения..а) Изменилось соотношение сил между ведущими державами. США   превратились в сверхдержаву, претендующую на мировое господство. Германия, Япония и Италия  потерпели  поражение, на их   территории  были  размещены  оккупационные  войска. Потеряла   свое довоенное могущество Франция. Позиции Англии оставались   сильными, но это во многом основывалось на былом могуществе.   Принципиально новым явлением стал взлет могущества СССР, несмотря на разруху и огромные  потери. Советский Союз превратился в главное  действующее  лицо  международных отношений.   Это  вызвало коренные  изменения в сфере  мировой  политики.Решающим  компонентом в ней теперь становились взаимоотношения СССР и США.

Если же говорить об экономическом соотношении сил  СССР   и США,  то оно было не в пользу Советского Союза. Он был заинтересован в продолжении  советско-американского  сотрудничества,  основы которого были заложены еще в годы войны. Начиная с 1945 года советское руководство неоднократно обращалось к американскому правительству с просьбой о кредите, однако эта просьба оставалась без ответа.  Экономическое  превосходство США послужило важной причиной такого явления послевоенной политики, как «холодная война».

В годы  войны  Соединенные Штаты значительно усилились.   Потери американцев во второй мировой войне  составили  всего   450 тыс.  человек. Население США за годы войны выросло, а не   уменьшилось, приблизившись по численности к советскому (тогда как перед войной разница составляла 60 млн.). В экономике   США,  которые были крупным поставщиком техники и вооружения,   произошел  настоящий скачок.  Потенциал мощностей промышленности вырос на 50%  ,  производство продукции увеличилось  в   два с половиной раза.  Сельскохозяйственное производство выросло на 36%.  Без учета СССР промышленное производство  США   было большим, чем производство всех других стран вместе взятых. Создание и применение атомной бомбы значительно усилило   претензии США на роль мировой сверхдержавы. Руководители

США   рассчитывали,  что благодаря своему научному и  техническому   потенциалу  им  надолго  удастся  сохранить монополию на это   смертоносное оружие.

Единственным препятствием  на  пути к мировой гегемонии   США был Советский Союз, показавший в годы войны огромные военные возможности. США не могли примириться с присутствием в   модели мирового порядка новых революционных движений и стран   просоветской  ориентации.  Это  порождало  все  возрастающую   вражду США и СССР.  Инициатором нового антисоветского походавыступил бывший премьер-министр Великобритании У.Черчилль. В   речи,  произнесенной в марте 1946 г.  в американском  городе   Фултоне,  он  сформулировал задачу создания союза Британской   империи и США против советской  угрозы.  Он  представил  мир   расколотым надвое: на добро (Англия, США, Западные страны) и   зло (СССР и его коммунистические агенты во всем  мире).  Это   было объявление о конце антигитлеровской коалиции и о создании новой схемы международных отношений,  где  СССР  занимал   уже место не союзника, а противника. Год спустя была сформулирована доктрина Г.Трумэна,  президента США,  по подготовке   ядерной  войны против СССР.  Началась «холодная война».  Советское руководство приняло решение ускорить работы по  созданию  атомной  бомбы.  Был образован специальный комитет во   главе с наркомом Ванниковым.  В распоряжение  комитета  были   переданы большие технические и финансовые средства.

Политика «холодной войны» включала в себя  такие  действия, как военно-политическое давление, создание военных баз   и военных блоков,  идеологическую пропаганду, балансирование   на  грани войны,  массированную гонку вооружений.  «Холодная   война» продолжалась 45 лет,  превратив мир в арсенал и полигон оружия массового поражения.б) Новым явлением мировой политики и международных  отношений стал  раскол Европы на две группы стран., одна из которых   ( Албания, Болгария, Венгрия, Польша, Румыния, Чехословакия,   Югославия) ориентировались на СССР, а другая — на  США. Изгнание пособников фашистов вместе с приходом  Советских войск   подтолкнуло  процесс  радикальных  политических и социальных   изменений в странах  Восточной  Европы, которые выбрали путь   социалистической ориентации.в) Советское руководство проводило четкую дифференциацию  в   отношении бывших  союзников и противников  Германии. Первые,   за исключением  Болгарии, должны были выплачивать репарации.   Советские войска довольно быстро были выведены из Чехословакии, Югославии и Болгарии. В ограниченном количестве они оставались  на территории  Румынии, Венгрии, Польши. Советскоевлияние было обусловлено военным присутствием Советского Союза, его  политической  ролью в мировых  отношениях, а также   экономической зависимостью Восточной Европы от СССР. Оно ускорило те социально-политические  преобразования, начало которых было положено в годы  освобождения от фашизма. В странах Восточной Европы были проведены  глубокие реформы, которые изменили все социальные и политические структуры. Монархии, сохранявшиеся  в Венгрии, Румынии, Болгарии, Югославии,   Албании,  были  заменены  республиками. Реформы  проводились   правительствами, созданными на базе  национальных и народных   фронтов, в которых коммунисты играли наиболее активную роль.   На всех этих реформах, особенно в начальный период их реализации, лежал сильный отпечаток  национальной специфики. Первые послевоенные  годы были годами общего национального возрождения в этих странах, уровень жизни приблизился к довоенным стандартам, инфляция была побеждена. Однако в некоторых   странах, прежде всего в Югославии, усилились тенденции к выбору самостоятельного пути развития. В результате, 25 октября 1949 года конфликт с руководством Югославии привел к разрыву дипломатических отношений с СССР.

Важным фактором, ускорившим раскол Европы, был знаменитый план Маршалла (госсекретарь США). Суть его — в предоставлении европейским странам (независимо от того, на чьей стороне они воевали) безвозмездной экономической помощи с целью   подтягивания их уровня к уровню США, укрепления  экономических позиций США на Европейском континенте, подготовки экономических условий для интеграции. Политический смысл плана  экономически подорвать всю европейскую политику СССР, которому Соединенные Штаты предъявили требование выплатить долги   в сумме более 10 млрд. долларов за поставленную в годы войны   технику и вооружение по ленд-лизу. Это  означало  открытое   противоборство  с Америкой, отказ  от надежд  получить у нее   прямой заем, прекращение германских  репараций. В результате   страны  Восточной  Европы  вынуждены  были образовать единый   фронт с СССР против США, что усилило раскол Европы.  

   Благодаря американской помощи в Европе создавался  блок   западных стран, враждебных СССР. Экономический союз, рожденный в рамках плана Маршалла, быстро превратился в политический  и  военный.  4  апреля 1949 года США и Канада подписали   совместно с десятью западноевропейскими странами (Великобритания,  Франция,  Бельгия,  Нидерланды,  Люксембург, Италия,   Норвегия, Дания, Исландия) Атлантический пакт (НАТО). В сентябре 1949 года на территории Германии, являвшейся оккупационной зоной США,  Англии и Франции,  было создано сепаратное   германское государство ФРГ, в нарушение послевоенных договоренностей о сохранении целостности германского  государства.   7 октября 1949 года на территории Германии, являвшейся оккупационной зоной СССР,  было создано государство — Германская   Демократическая Республика. Раскол Европы завершился.г) Война изменила ситуацию и в странах третьего мира.. В период войны  западноевропейские державы были вынуждены в значительной  степени  черпать материальные и людские ресурсы в   своих колониях (индийцы воевали под английским флагом, африканцы в войсках генерала де Голля).

Военные потребности  воюющих держав в некоторой степени   стимулировали развитие промышленности в  колониях,  формировался рабочий класс и национальная буржуазия,  что усиливало   национально-освободительное движение. Существенную роль сыграло  ослабление государств — метрополий в годы войны.  Англия,  ведущая колониальная держава, потеряла половину своего   флота  и  не могла уже эффективно контролировать свои владения.  Важное значение имела также поддержка Советского Союза   в освобождении Китая,  Кореи от японского милитаризма, что в   дальнейшем способствовало освобождению  многих  колониальных   стран Азии.  Социалистические страны оказывали помощь национально-освободительному движению. В 1947 году Индия добилась   независимости,  хотя и ценой расчленения страны на две части   (мусульманский Пакистан и Индия),  которые  вошли  в  состав   Британского Содружества.  Страны Индокитая и Индонезии освободились от японских захватчиков.  Сирия  и  Ливан  отвергливосстановление власти французов. В 50-е годы освободительное   движение развернулось в Африке.  Началось  крушение  старого   колониализма, что существенно изменило карту мира.д)  Новым  существенным  фактором  мировой  политики  сталрост влияния коммунистических и социалистических идей и партий.,  сдвиг всей политической атмосферы влево. Это было вызвано не только ростом авторитета СССР,  но и тем, что в наиболее решающие моменты схватки с фашизмом  впереди  оказывались коммунисты, возглавлявшие антифашистские силы сопротивления.

Число коммунистов  в мире за пределами СССР увеличилось   с 1,5 млн.чел.в предвоенные годы,до 4,8 млн.в 1945-46 гг. Доля голосов, поданных за коммунистов на выборах  сразу после войны колебалась от 10 до 20% почти во всех  западноевропейских странах. В 12-ти капиталистических странах коммунисты вошли в коалиционное правительство. Морис Торез (Франция)   и Пальмиро Тольятти (Италия) стали  вице-премьерами. В Великобритании  в 1945  году на выборах  победили  лейбористы, а   консерваторы  во главе с Черчиллем проиграли выборную кампанию,  несмотря на авторитет своего лидера.  Программа партии   лейбористов  предусматривала  национализацию важных секторов   экономики.  Аналогичные предложения выдвигались на Европейском континенте многим другими политическими силами. Установление государственной  собственности  на  основные  средства   производства  стало рассматриваться как вполне разумное требование, а не разрушение основ капитализма.е) Важнейшим результатом  второй мировой войны явилось создание Организации Объединенных  Наций  (ООН). — международной   организации по поддержанию мира, безопасности и развитию сотрудничества  между  государствами. Устав  ООН был предварительно разработан в 1944 году на конференции  трех  держав участниц антигитлеровской коалиции — СССР, США, и Великобритании Затем он был подписан  50-ю государствами на международной  конференции в Сан-Франциско в июле 1945 года. Однако   лидирующая роль  принадлежала  США, выделявшим крупные суммы   на  содержание  ООН, что в дальнейшем  во  многом затрудняло   осуществление провозглашенных в ее Уставе целей.

Таким образом,  Вторая  мировая  война  положила начало   кардинальным переменам во всем мире. Человечество вступило в   новую полосу своего развития.  Большой успех ожидал те страны,  которые в силу объективных и субъективных причин смогли   наиболее эффективно адаптироваться к новым условиям, быстрее   «оседлать» научно-техническую революцию.

Список литературы

Международные  отношения после второй мировой войны. — М.:1962. — Т.1.

1656-1657. Москва, Россия

Церковь Cвятого Николая Чудотворца на Берсеньевке современна – палатам Аверкия Кириллова , и составляет с ними единую городскую усадьбу второй половины XVII века. Храм также тесно связана с именем Аверкия Степановича Кириллова (1622–1682) — крупного государственного деятеля, думного дьяка и богатейшего купца-предпринимателя, который похоронен в подклете храма (см. его биографию ).

«Церковь Николы на Берсеньевке возведена в 1656-1657 гг. По летописным данным на территории Верхних Садовников в XV в. существовал деревянный храм Николы на Песках, вероятный преемник более древнего вотчинного монастырька. Возможно, следы былой принадлежности храма двору вотчинника содержатся в одном из ранних летописных упоминаний (1475 г.), относимых к данному памятнику: «Церковь Николы на Песку, зовумая Борисова». По-видимому, это она была перестроена в 1566 г. и, унаследовав популярный престол, стала, однако, именоваться (по другому владельцу двора?) Николой Берсеньевским, что по традиции перешло в название существующего храма.

Предшествовавшая ему каменная церковь, известная с 1625 г., была построена «по обещанию приходских и разных посторонних людей», и главный ее престол уже был посвящен Живоначальной Троице. Но в документах того времени она чаще именовалась церковью «Николы, что за Берсеньевою решеткой» и лишь к концу столетия (1686 г.) — «Троицы, что в Садовниках за Берсеньевою». В какой- то период храм, не переставая в людском обиходе называться Никольским, утратил этот престол (по сведениям в 1722 г. там оставался только придел Казанской Богоматери).

В 1755 г. прихожане просят его возобновить, поскольку «означенная церковь издревле именуется и в писцовых, переписных и окладных книгах писалась и поныне пишется во имя святителя и чудотворца Николая…». Придел был в том же году устроен в левой части трапезной. В 1812 г. церковь сильно пострадала от пожара: обрушилась первоначальная трапезная; в 1817-1823 гг. трапезную с двумя приделами – Никольским и Феодосьевским – восстановили в стиле классицизма.

Поставленный на подклет двусветный бесстолпный четверик с трехчастной пониженной апсидой, галереей-папертью вдоль северного фасада и крыльцом вытянут с севера на юг. Он перекрыт сомкнутым сводом, который прорезает световой барабан центральной главы, окруженной четырьмя декоративными главами. Стройная группа глав возвышается над двумя рядами кокошников. Две главы выделяют боковые членения апсиды – в них изначально размещались приделы храма, причем северное членение крупнее южного, оно заметно выступает относительно стены четверика и с галереи имеет отдельный вход; главки восстановлены при реставрации.

Во внешнем оформлении храма много общего с нарядным убранством стоящих рядом палат. Оба здания, соединенные когда-то каменным переходом, формировали общий парадный двор, украшением которого, вместе с Красным крыльцом палат, было северное крыльцо храма. Оно возведено одновременно с северной папертью, но несколько позднее храма, очевидно, в связи с устройством здесь усыпальницы Кирилловых (располагалась под папертью и состояла из нескольких склепов). Богатые по рисунку профилированные наличники на фасадах церкви, парные колонки на углах с раскрепованным над ними карнизом, белый камень, изразцы типичны для стиля середины XVII в.

Уникально выделение северного фасада: крыльцо, центральное окно, акцентированное нарядным убранством наличника, компактность стройного пятиглавия, где средняя глава отличается сложностью обработки, – именно с этой стороны подчеркивают главную ось фасада и придают зданию особую стройность.

Интерьер подцерковья, по-видимому, не случайно напоминает одноапсидный храм (в апсиде сохранилось окно, снаружи теперь заложенное): не исключено, что таковой была предшествующая церковь; используя ее остатки при возведении подклета существующего храма, строители (как бывало нередко) могли невольно повторить внутренний абрис древнейшего здания. В подклете при исследованиях были раскрыты значительные остатки стен первоначальной трапезной.

В западной стене четверика, в северной ее части, на уровне второго света сохранился арочный, заложенный снаружи проем, назначение которого может быть двояким: либо это остаток окна, либо – дверного проема, ведущего с перехода или с наружной лестницы на деревянные хоры, существование которых можно предполагать. Внутри северной паперти на наружной стене главного объема уцелели заложенное теперь окно в наличнике середины XVII в. и богатое оформление входа — перспективный портал с колоннами по сторонам. В интерьере церкви уцелели также фрагменты росписи на своде и карниз, относящиеся к середине XIX в.» (Памятники архитектуры Москвы: Замоскворечье. — М.: Искусство, 1994. С. 85-88.).

Фридрих Ницше: мученик познания

Он одинок и лишён всего, кроме своих
мыслей: что удивительного в том,
что он часто нежится и лукавит
с ними и дёргает их за уши!
— А вы, грубияны, говорите — он скептик.

Из посмертно опубликованных рукописей

1. Несостоявшийся «профессор»

Сначала краткое curriculum vitae в беглом наброске самоизложения: «Vita. Я родился 15 октября 1844 года на поле битвы при Лютцене. Первым услышанным мною именем было имя Густава Адольфа. Мои предки были польские дворяне (Ницки); должно быть, тип хорошо сохранился вопреки трём немецким «матерям». За границей меня обычно принимают за поляка; ещё этой зимой я значился в списке иностранцев, посетивших Ниццу, comme Polonais. Мне говорят, что моя голова встречается на полотнах Матейко. Моя бабушка принадлежала к шиллеровско-гётевскому кругу в Веймаре; её брат унаследовал место Гердера на посту генерал-суперинтенданта в Веймаре. Я имел счастье быть воспитанником достопочтенной Шульпфорты, из которой вышло столько мужей (Клопшток, Фихте, Шлегель, Ранке и т. д., и т. д.), небезызвестных в немецкой литературе. У нас были учителя, которые оказали бы (или оказали) честь любому университету. Я учился в Бонне, позже в Лейпциге; старый Ричль, тогда первый филолог Германии, почти с самого начала отметил меня своим вниманием, 22-х лет я был сотрудником «Центральной литературной газеты» (Царнке). Ко мне восходит основание филологического кружка в Лейпциге, существующего и поныне. Зимой 1868/69 г. Базельский университет предложил мне профессуру; я даже не был ещё доктором. Вслед за этим Лейпцигский университет присудил мне степень доктора весьма почётным образом: без какой-либо защиты, даже без диссертации. С пасхи 1869 по 1879 г. я жил в Базеле; мне пришлось отказаться от моего немецкого подданства, так как, будучи офицером (конный артиллерист), я не смог бы отклоняться от слишком частых призывов па службу, не нарушая своих академических обязанностей. Тем не менее я знаю толк в двух видах оружия: в сабле и пушках — и, возможно, ещё и в третьем… В Базеле, несмотря на мою молодость, всё шло как нельзя лучше; случалось, в особенности при защитах докторских диссертаций, что экзаменующийся был старше экзаменатора. Большой милостью, выпавшей мне на долю, оказалась сердечная близость между Якобом Буркхардтом и мною — несколько необычный факт для этого весьма чурающегося всякого общения мыслителя-отшельника. Ещё большей милостью было то, что у меня с самого начала моего базельского существования завязалась теснейшая дружба с Рихардом и Козимой Вагнерами, которые жили тогда в своём поместье Трибшен, возле Люцерна, словно на каком-то острове, отрешённые от всех прежних связей. Несколько лет делили мы между собой всё великое и малое; доверие не знало границ. (Вы найдёте в седьмом томе Собрания сочинений Вагнера «послание», опубликованное им мне по случаю «Рождения трагедии».) С этого момента и впредь я познакомился с большим кругом интересных людей (и «людинь» — Menschinnen), в сущности почти со всем, что растёт между Парижем и Петербургом. К 1876 году здоровье моё ухудшилось. Я провёл тогда зиму в Сорренто с моей давнишней подругой баронессой Мейзенбуг («Воспоминания идеалистки») и симпатичным доктором Рэ. Состояние не улучшалось. Крайне мучительная и цепкая головная боль истощала все мои силы. С годами она нарастала до пика хронической болезненности, так что год насчитывал тогда для меня до 200 юдольных дней. Недуг должен был иметь исключительно локальную причину; о какой-либо невропатологической подоплёке нет и речи. Я никогда не замечал за собою симптомов душевного расстройства, даже никакого жара, никакой обморочности. Мой пульс был тогда столь же медленным, как пульс первого Наполеона (=60). Моей специальностью было: в течение двух-трёх дней напролёт с совершенной ясностью выносить нестерпимую боль cru, vert, сопровождаемую рвотой со слизью. Распространили слух, будто я в лечебнице для душевнобольных (и даже умер там). Нет большего заблуждения. Зрелость моего духа приходится как раз на это страшное время; свидетельство — «Утренняя заря», написанная мною в 1881 году, когда я пережил зиму невообразимо плачевного состояния, оторванный от врачей, друзей и родных. Книга служит для меня своего рода «динамометром»: я сочинил её с минимумом сил и здоровья. С 1882 года дела, разумеется весьма медленно, начали снова поправляться: кризис был преодолён (мой отец умер очень молодым, как раз в том возрасте, в котором я сам был ближе всего к смерти). Я и сегодня нуждаюсь ещё в крайней осторожности: ряд условий климатического и метеорологического порядка оказывается непременным. Вовсе не выбором, а неизбежностью является то, что я провожу лето в Верхнем Энгадине, а зиму — на Ривьере… В конце концов болезнь принесла мне величайшую пользу: она выделила меня среди остальных, она вернула мне мужество к себе самому… К тому же я, сообразно своим инстинктам, храброе животное, даже милитаристическое. Долгое сопротивление слегка озлобило мою гордость. — Философ ли я? — Но что толку из этого!..» Остаётся добавить, что к автору этого письма (этой жизни!) Фридриху Вильгельму Ницше — пасторскому сыну, профессору классической филологии Базельского университета и преподавателю греческого языка Базельского педагогиума и потом уже, до последних минут сознательной жизни, одинокому и «безродному» скитальцу — как нельзя лучше подходит рассказанная им самим в книге о Заратустре притча о трёх превращениях духа: «как дух становится верблюдом, львом верблюд и, наконец, младенцем лев». Начало было ослепительным: «старый Ричль… отметил меня своим вниманием». Сказано более чем скромно. Вот отрывок из письма Ричля, рекомендующего на должность профессора… ещё студента: «Среди стольких молодых дарований, развившихся на моих глазах в течение 39 лет, я не знал никого, кто в столь раннем возрасте обладал бы такой зрелостью, как этот Ницше. Если ему суждено долго прожить — дай ему Бог этого! — я предсказываю, что однажды он займёт ведущее место в немецкой филологии. Сейчас ему 24 года: он крепок, энергичен, здоров, силён телом и духом… Здесь, в Лейпциге, он стал идолом всего молодого филологического мира. Вы скажете, я описываю Вам феномен; что ж, он и есть феномен, и притом нисколько не в ущерб своей любезности и скромности». И ещё: «он может всё, чего он захочет». Хотения на этом — начальном — отрезке жизненного пути вполне совпадали ещё с академическими представлениями о карьере; тон задавала респектабельная imago учёного-специалиста, не нарушаемая покуда тревожными сигналами будущей imago «верблюда», он и в самом деле мог всё, чего хотел, этот чудо-мальчик и «канонир 21-й батареи конного подразделения полевой артиллерии», смогший в один приём — двумя-тремя статьями — взять штурмом решающие высоты классической науки о древностях. Но — «милый друг, tant de bruit pour une omelette?» (столько шуму из-за одного омлета?) (Письмо к Э. Роде от 1 — 3 февраля 1868 r.), а между тем ничего, кроме «омлета», и не требовала от своих воспитанников безмятежная академическая судьба, посетовавшая однажды устами берлинского академика Дюбуа-Реймона на Фауста, который предпочёл женитьбе на Гретхен и университетской профессуре… рискованные приключения и в общем досадную несолидность. К несолидности — можно сказать со всей уверенностью — эта душа была предрасположена отроду; представить себе Фридриха Ницше этаким «новым Ричлем», доживающим до почтенной седины и углублённо толкующим в окружении учеников какой-нибудь ещё один «источник», — картина не менее несуразная, чем семейная фотография доктора Фауста с женой (Гретхен?), детьми и внуками; в письме, отправленном Якобу Буркхардту 6 января 1889 г. из Турина на четвёртый день после начавшейся эйфории, стало быть уже «оттуда», ситуация получит головокружительно-«деловое» разъяснение, где «сумасшедшему» — этой последней и уже сросшейся с лицом маске Ницше — удастся огласить буквальную мотивацию случившегося: «Дорогой господин профессор, в конце концов меня в гораздо большей степени устраивало бы быть славным базельским профессором, нежели Богом; но я не осмелился зайти в своём личном эгоизме так далеко, чтобы ради него поступиться сотворением мира». Понятно, по крайней мере в ретроспективном обзоре, что всё должно было зависеть от сроков появления на сцене «искусителя»; в этом случае их оказалось двое; все предсказания и надежды старого Ричля обернулись химерами в момент, когда юный студиозус впервые раскрыл том мало известного ещё и не пользующегося решительно никаким доверием в университетских кругах философа Шопенгауэра. «Я принадлежу к тем читателям Шопенгауэра, которые, прочитав первую его страницу, вполне уверены, что они прочитают все страницы и вслушаются в каждое сказанное им слово… Я понял его, как если бы он писал для меня». Отвлекаясь от всего, что мог бы вычитать из сочинений родоначальника европейского пессимизма этот многообещающий вундеркинд филологии — а вычитал он из них ровно столько, сколько хватило ему впоследствии для уличения недавнего кумира в фабрикации фальшивых монет, — одно оказалось усвоенным сразу же и бесповоротно: вкус к маргинальности, исключительности, уникальности. Едва ли, впрочем, дело ограничивалось здесь чтением в обычном смысле слова; Шопенгауэр был не столько прочитан, сколько вчитан в жизнь и судьбу, вплоть до катастрофических изменений в её темпе и ритме — «кто пишет кровью и притчами, — скажет Заратустра, — тот хочет, чтобы его не читали, а заучивали наизусть»; можно было бы уже тогда позволить себе некоторые рискованные догадки о том, чем бы мог стать так заученный наизусть автор «Мира, как воли и представления» с его неподражаемо ядовитым презрением к «профессорской философии профессоров философии» в жизненных судьбах этой родственной ему души. Встреча с Рихардом Вагнером в ноябре 1868 г. оказалась решающей; маргинальность, исключительность и уникальность предстали здесь воочию, in propria persona; это была сама персонифицированная философия Шопенгауэра, и — что важнее всего — персонифицированная не через почтенные отвлечённости «четвероякого корня закона достаточного основания», а в гениальной конкретизации 3-й книги 1-го тома «Мира, как воли и представления», т. е. через музыку, этот единственный по силе адекватности синоним «мировой воли». Потрясение, несмотря на разницу в возрасте, было обоюдным: 56-летний композитор едва ли не с первой встречи расслышал в своём 25-летнем друге героические лейтмотивы ещё не написанного «Зигфрида»: «Глубокоуважаемый друг!.. Дайте же поглядеть на Вас. До сих пор немецкие земляки доставляли мне не так уж много приятных мгновений. Спасите мою пошатнувшуюся веру в то, что я, вместе с Гёте и некоторыми другими, называю немецкой свободой». Понятно, что такой призыв мог быть обращён именно ко «льву», и более чем понятно, каким разрушительным искусом должен был он откликнуться в «молодом льве» (впечатление Пауля Дёйссена, школьного друга Ницше, относящееся к этому периоду), «льве», всё ещё прикидывающемся «верблюдом» во исполнение заветов науки. Попадание оказалось безупречным во всех смыслах: спасти веру в «немецкую свободу», и не чью-либо, а веру творца «Тристана» и «Мейстерзингеров», и не просто творца, а творца непризнанного, гонимого, третируемого, всё ещё божественного маргинала и отщепенца в культурной табели о рангах XIX в. (будущий разрыв с Вагнером символически совпадёт с ритуалом канонизации байрейтского принцепса и торжественным внесением его в реанимационную мировой славы — не без решительного и парадоксально-коварного содействия его юного апостола), — всё это не могло не вскружить голову. Прибавьте сюда ещё и то, что в «молодом льве», терзающемся своей блистательной «верблюжестью», сидело самое главное действующее лицо, настоящий протагонист всей этой жизни, не сходящий со сцены даже и тогда, когда вконец совращённые им прочие её участники все до одного очутились в базельской, а потом и в иенской лечебнице для душевнобольных, и продолжающий вплоть до физического конца, но уже на опустевшей сцене разыгрывать действительное на этот раз «рождение трагедии из духа музыки», — музыкант. Музыкант не только в переносном, но и в прямом смысле слова: автор множества музыкальных композиций и песен, об одной из которых как-то «весьма благосклонно» отозвался Лист; несравненный импровизатор — уже много спустя, после разрыва отношений, Козима Вагнер будет с удивлением вспоминать фортепианные фантазии «профессора Ницше», а Карл фон Герсдорф, школьный друг, рискнёт утверждать, что «даже Бетховен не смог бы импровизировать более захватывающим образом», — переносный смысл, впрочем, оказался здесь более решающим, чем прямой: давнишняя мечта романтиков, волшебная греза Давидсбюндлеров о сращении слова и музыки, высловлении музыки — и не в подражательном усвоении внешних красот, а по самому существу и «содержанию» — обрела здесь едва ли не уникальную и, во всяком случае, шокирующую жизнь; «если бы богине Музыке, — так означено это в одном из опубликованных posthum афоризмов времён «Заратустры», — вздумалось говорить не тонами, а словами, то пришлось бы заткнуть себе уши». Скажем так: в этом случае ей и не приходило в голову ничего другого; первое — хотя и официально-сдержанное, но уже камертонно-загаданное наперёд — затыкание ушей произошло с выходом в свет посвящённой, формально и неформально, Рихарду Вагнеру книги «Рождение трагедии из духа музыки» (1872). «Невозможная книга» — такой она покажется самому автору спустя 15 лет; такой она показалась большинству коллег уже по её появлении. Виламовиц-Мёллендорф, тогда ещё тоже один из претендентов на «первое место», удосужился написать специальное опровержение; Герман Узенер счёл уместным назвать книгу «совершенной чушью» и позволить себе такой резолютивный пассаж перед своими боннскими студентами: «Каждый, кто написал нечто подобное, научно мёртв»; даже «старый Ричль» не удержался от по-отцовски мягкой журьбы в адрес своего любимца: «остроумное похмелье» (geistreiche Schwiemelei). Хуже обстояло с делами университетскими: студенты-филологи сорвали своему идолу зимний семестр 1872/73 г.; можно догадаться, чем шокировала эта дважды в столь различных смыслах «невозможная книга». Едва ли решающую роль играла здесь виртуозная лёгкость (ну да, импровизационность!) исполнения, ещё меньше должна была смущать резкость оценок в связи с Сократом («декадентом») и вообще «сократической культурой». Ф. Ф. Зелинский отвёл в своё время эту причину тонким напоминанием о так называемой Prugelknabenmethode, распространённой как раз среди немецких филологов, когда учёному дозволяется в целях своеобразной профессиональной релаксации избирать себе какого-нибудь героя древности в качестве «мальчика для битья». Такого Сократа — кого угодно — автору «Рождения трагедии» простили бы; непростительным оказалось другое: нарушение классических единств, где афинская древность врывалась в злобу дня, где ликующе-кровавое шествие бога Диониса переносилось из мифической Фракии в современность, где — короче говоря — кончалась наука о почве и судьбе и дышали сами почва и судьба. «Я нарушаю ночной покой, — так будет сказано впоследствии, хотя и в связи с другой книгой, но всё ещё и всегда и в этой связи. — Во мне есть слова, которые ещё разрывают сердце Богу, я — rendez-vous опытов, проделываемых на высоте 6000 футов над уровнем человека. Вполне достаточно, чтобы меня «понимали» немцы… Но бедная моя книга, как можешь ты метать свой жемчуг — перед немцами?» Это уже рык «льва», изготовившегося к последнему прыжку в «Kinderland» — «страну детей», пятнадцатилетием раньше дело шло всё ещё о втором — промежуточном — превращении; «ибо истина в том, — так скажет Заратустра, — что ушёл я из дома учёных, и ещё захлопнул дверь за собою». Одного вагнеровского восторга («Я не читал ничего более прекрасного, чем Ваша книга») оказалось вполне достаточно, чтобы перевесить внутренний разрыв, — внешне маскарад «профессуры» продлится до 1879 г. и оборвётся… по состоянию здоровья; впрочем, когда в начале 80-х гг. здоровье временно улучшится и встанет вопрос о «трудоустройстве», университет займёт уже жёсткую позицию отказа. «И когда я жил у них, я жил над ними. Поэтому и невзлюбили они меня». Сомневаться на этот счёт не приходится; но вот что интересно: «научно-мёртвое» «Рождение трагедии» оказалось книгой во всех смыслах эпохальной, скажем так: не в последнюю очередь и научно-эпохальной. Эта мастерская увертюра в слове, мерцающая коричнево-струнным золотом тристановских хроматизмов и неожиданно протыкающая их носорожьими вырёвываниями меди («Скажу снова, в настоящую минуту это для меня невозможная книга».), виртуозно фугированный контрапункт, разыгрывающий шопенгауэровскую дихотомию воли и представления в смертельно-бессмертном поединке двух греческих божеств, чисто юношеский Sturm und Drang знающего себе цену гениальничанья (достаточно безумного — скажем мы уже из нашего века словами авторитетного естествоиспытателя, — чтобы быть истинным), — превзошёл все ожидания. В самом скором времени стало очевидным; музыкальность книги не помеха научности, а трансфигурация самой научности (скрыто, но оттого не менее строго обосновывающей основные тезисы автора) в новую научность — хоть и отягчённую всё ещё мимикрией «северной» серьёзности, но вполне уже обещающую качество провансальской весёлости. Дело шло не о филологии, ни об эстетике, ни даже об «анти-Александре», Вагнере, — дело шло об открытии Греции, греческой «энигмы», той самой «рогатой проблемы», которая прикидывалась в веках обсахаренной дидактической виньеткой в назидание юношеству и целым кладезем сюжетов в эксплуатацию придворному вдохновению, — стало быть, не просто об открытии, а о разоблачении Греции и в ней — самих истоков и будущих судеб Европы. То, что властным косноязычием разрывало просодическую ткань последнего Гёльдерлина, о чём спорадически догадывались отдельные и наиболее рискованные «неформалы» века, предстало здесь во всеуслышание и, больше, как пугающе ясная «концепция»: впервые эллинский феномен диагностировался в опасном измерении психопатологии, где винкельмановско-шиллеровская гипсовая Греция оборачивалась бесноватым оскалом болезни, а сам «феномен» исчерпывался моментами перемирия между двумя богами, ночным Дионисом и солнечным Аполлоном, — по существу настоящей борьбой с собственным безумием под маской олимпийского спокойствия и автаркии. Ещё раз: дело шло не о научной значимости этой ясновидческой диагностики; скорее напротив, от неё и зависела значимость самой науки, — дело шло о новом видении вещей, менее всего — древних, более всего — злободневных; приёмы классической филологии сплошь и рядом преображались в предлоги; сама Греция вырастала в гигантский предлог… к философии Фридриха Ницше. Самой неотвлечённой, скажем мы, и вместе с тем самой радикальной и самой опасной философии из когда-либо бывших. Самой, говоря вслед за ним, одинокой… Уходя из дома учёных, он уходил не в вагнеровский пессимизм, как могло бы поначалу показаться ему самому, ни даже в традиционно понятую Freigeisterei (вольнодумство); будущее «льва», сбросившего с себя шлак «верблюда», оказывалось в этом случае просто неисповедимым. «Юмор моего положения в том, что меня будут путать — с бывшим базельским профессором, господином доктором Фридрихом Ницше. Чёрта с два! Что мне до этого господина!» (Письмо к М. фон Мейзенбуг от 26 марта 1885 г.). Написанные после «Рождения трагедии» «Несвоевременные размышления» (из планируемых двадцати увидели свет только четыре) предстали некой учтивостью «льва», расстающегося со своим прошлым, но и не без «ex ungue»; таковы прощальные композиции Шопенгауэру и Вагнеру, таково блистательное покушение на Давида Штрауса, «филистера культуры» («Я нападаю только на те вещи, против которых я не нашёл бы союзников, где я стою один — где я только себя компрометирую».). Впереди простирались считанные годы неисповедимого: «научно-мёртвый» дух музыки, которому предстояло ещё доказать первую бурю юношеского вдохновения действительно родившейся из него трагедией.

2. «Мы, бесстрашные»

Правы те профессиональные философы, которые пожимают плечами, или разводят руками, или делают ещё что-то в этом роде при словосочетании «философия Ницше». Он совсем не философ в приемлемом для них смысле слова. Кто же он? Говорят: он — философ-поэт, или просто поэт, или философствующий эссеист, или лирик познания, или ещё что-то! Пытаются даже систематизировать его труды по периодам: романтико-пессимистический (от «Рождения трагедии» до «Человеческого, слишком человеческого»), скептико-позитивистический (до — отчасти — «Весёлой науки» и «Так говорил Заратустра») и, наконец, собственно «ницшеанский» (последние произведения). Возразить против этого было бы нечего, даже напротив, это могло бы вполне отвечать сути дела при условии, что искомой оставалась бы как раз суть дела. Философия такого ранга и масштаба, как ницшевская, всегда есть рассказ о некоем «событии», и если правила систематизации и таксономии распространяются на горизонтальную перекладину рассказа, то лишь в той мере, в какой она пересечена вертикальной перекладиной названного «события». Чтобы составить себе теперь некоторое представление о «событии» Фридриха Ницше, можно обратиться к следующему сравнению: некто, заглянув в недоступную многим глубину, узрел там нечто, настолько перетрясшее его мозги и составы, что итогом этого стала новая оптика, как бы новый орган восприятия вещей. «Я словно ранен стрелой познания, отравленной ядом кураре: видящий всё». Оглянувшись затем вокруг, он не мог уже застать ничего другого, кроме сплошных несоответствий виденному. Если исключить совершенно немыслимый в данном случае конформизм притворства, а равным образом и всяческую богемность как возможные и наиболее вероятные формы реагирования на диссонанс, то останется именно казус Ницше — «больше поле битвы, чем человек» (Письмо к П. Гасту от 25 июля 1882 г.). «Чтобы отнестись справедливо к этому сочинению, надо страдать от судьбы музыки, как от открытой раны» — придётся расширить судьбу музыки до судеб культуры, до планетарных судеб, чтобы получить пронзительный, как сирена, аварийный лейтмотив ницшевского «события». Почтеннейший Ричль едва ли способен был догадаться, какую чудовищную алхимию претерпит в этой душе профессиональная филологическая выучка: работа над источниками и эрудиция! «Мы не какие-нибудь мыслящие лягушки, не объективирующие и регистрирующие аппараты с холодно расставленными потрохами, — мы должны непрестанно рожать наши мысли из нашей боли и по-матерински придавать им всё, что в нас есть: кровь, сердце, огонь, весёлость, страсть, муку, совесть, судьбу, рок». Да и только ли Ричль; недоумения росли горой, лопаясь в годах разрывами отношений или формальной консервацией прежней дружбы; ещё раз: простить можно было что угодно, любую выходку распоясавшегося остроумия при условии, что ему, по существу, нипочём «Гекуба», та самая «Гекуба», вокруг которой и разыгрывается маскарад свободомыслия. Странным образом оказалось, что этой мысли, обязанной, так сказать, ex professo заниматься «Гекубой» во исполнение научного долга, ни до чего другого нет дела и в самой жизни; профессионально прочитанный Сократ предстал даже не Prugelknabe Сократом, а злейшим личным врагом, с которым надо было непременно свести счёты, обнаруживая при этом не меньшую страсть и пылкость, чем этого мог потребовать чисто светский кодекс чести. Интервал в двадцать пять столетий сплющивался до… вчерашнего дня; перед открытой кровоточащей раной бессмысленной выглядела любая «давность сроков», и в свете лозунга «Вся история, как лично пережитая, — результат личных страданий» возникала ситуация небывалого риска, меньше всего рассчитанная на адекватное восприятие и понимание, больше всего — на кривотолки и удобнейшую подозрительность, где отнюдь не худшим из подозрений смогла бы показаться аналогия с бессмертной выдумкой Сервантеса. Проблема психопатологии у Ницше, породившая в своё время (и всё ещё продолжающая порождать) такое количество вздорно-сенсационной и — в меньшей степени — вдумчиво-осторожной литературы, начинается, если угодно, уже в этом пункте; нет никакой надобности сводить её к злоупотреблению «хлоралом» или — того хуже — к рассчитанной на бюргерский трепет леверкюновской мистико-физиологии, чтобы объяснить случившееся; если здесь позволительно говорить о патологии, то не иначе как с самого начала и не иначе как имманентным самой мысли образом. Приведённая выше фраза Ницше — подчеркнём это: уже сошедшего с ума — из письма к Якобу Буркхардту лучше, а главное, точнее разъясняет проблему, чем весь разгоревшийся вокруг неё литераторский сыр-бор; да, он охотнее остался бы славным базельским профессором, нежели стал бы Богом — мы поверим ему на слово; весомость этого слова он оплатил юдолью всей своей жизни, — но случилось так, что «профессор» увидел нечто такое, чего не видели другие профессора, — скажем по-пушкински: «одно виденье, непостижное уму» — или скажем ещё словами того головокружительно-просветлённого объяснения между Заратустрой и жизнью: «И я сказал ей нечто на ухо, прямо в её спутанные, жёлтые, безумные пряди волос. — «Ты знаешь это, о Заратустра? Этого никто не знает»», — если вписать это событие в неповторимую полноту контекста личности самого «профессора», в знакомое ему с детских лет предчувствие особой судьбы, судьбы избранника, ещё раз — в знакомый ему с детских лет поразительный дар жить в возвышенном («Кто не живёт в возвышенном, как дома, — обронит он впоследствии, — тот воспринимает возвышенное, как нечто жуткое и фальшивое»), в третий раз — в знакомую с детских лет атмосферу едва ли не инстинктивно усваиваемой правдивости и честности (мальчиком он услышал из уст одной из своих тёток: «Мы, Ницше, презираем ложь») и ещё во многое другое — «ницшевское», — то сумасшествие, настигшее «последнего ученика философа Диониса» в Турине 3 января 1889 г., окажется самым устойчивым фактом всей его жизни, «Ich bin immer am Abgrunde» — всегда на краю пропасти… Дон-Кихот? Как вам будет угодно — но уберите отсюда трогательную sancta simplicitas, любого рода потешность и право каждой посредственности на снисходительное понимание; да, Дон-Кихот — но с непременной оглядкой на каждый свой шаг, но умница и беспощадный «самопознаватель», палач самого себя («Selbstkenner! Selbsthenker!» — будет сказано в «Дионисовых дифирамбах»), но только и занятый очищением авгиевых конюшен в себе и вне себя («Моё сильнейшее свойство — самопреодоление»), но способный в любое мгновение сбить с толку своего «Сервантеса», который и понятия не имеет о том, куда ещё увлечёт его героя, — прибавьте сюда и то, что «ветряные мельницы» оказываются вдруг не мельницами вовсе, а самим злом, перемалывающим ум и совесть, и что нападающий на них «сумасброд» во всех отношениях знал, на что он посягает. «Европе понадобится открыть ещё одну Сибирь, чтобы сослать туда виновника этой затеи с переоценкой всех ценностей» (Письмо к Г. Брандесу от 13 сентября 1888 г.). «Событие» Фридриха Ницше — оп разглядел в идеализме и во всякой морали «мошенничество высшего порядка». Исходной интуицией предстал феномен греческой культуры, досократической и уже сократической. Иначе, речь шла о самой жизни и целом сонме «прилганных» (hinzugelogen) к ней дрессировщиков и исправителей. Мудрость досократических греков выражалась в том, что, будучи ближе всех к оргиастическому источнику и избытку жизни, а стало быть, к хаосу и безумию (лик Диониса, кровавого бога бьющего через край экстаза), они противопоставляли ему, а точнее, сшибали с ним формообразующую пластику солнечных сил, световые стрелы Аполлона, дабы в самом средоточии единоборства обоих божеств сотворить себе некий артистический ковчег спасения; при этом о победе или поражении не могло быть и речи — человеческое существование временно оправдывалось искусством, как вооружённым нейтралитетом обоих божеств, больше того, оно подтверждало жизнь самим фактом её художественной интенсификации. В этом смысле феномен эллинского артистизма оказывался не богемной прихотью, а едва ли не физиологической потребностью, неким небывалым кунстштюком торжества над жизнью не в ущерб ей, а в наивысшее подтверждение. Это трагическое мировоззрение впервые на греческой почве было разложено Сократом (и его драматическим alter ego — Еврипидом); с Сократа начинается неслыханная тирания разума и морали, вытеснившая жизнь в бессознательное и подменившая её инструкциями по эксплуатации жизни. Чем можно было победить жизнь, не стоя перед нею лицом к лицу, а в обход? Тем, что начали внушать человеку мораль и разумность любой ценой, стало быть даже ценою самой жизни, которая должна была отныне непременно проходить карантин моральной дезинфекции, дабы не выглядеть чем-то бессмысленным и ни на что не годным. Понятно, что при такой оптике нельзя было уже ограничиться одним Сократом; цепная реакция последствий сулила самую чудовищную растяжку тематического поля. Вопрос упирался в личные особенности «экзаменатора» и в его аппетиты по части радикализма; в конце концов можно было бы очутиться один на один со всей предыдущей — «за исключением пяти-шести моментов и меня, как седьмого» — историей. В период «Рождения трагедии» и даже ещё «Несвоевременных размышлений» такими моментами казались всё ещё Шопенгауэр и Вагнер; с этими союзниками он готов был к истреблению любых драконов. Тем невыносимее обернулось разочарование и первое испытание одиночеством; реальный Вагнер в самом скором времени стал диссонировать с желанным Вагнером — под маской нового Эсхила скрывался всего лишь заядлый театрал и неподражаемый дизайнер страсти, гениальный обольститель и минотавр юношеских порывов; знаменитое туринское письмо 1888 года, которое ошеломит многих воинственностью разрыва, будет на деле подводить итоги более чем двенадцатилетней антивагнерианы. Тогда, к 1876 году, ситуация прояснялась довольно прозаично и, если употребить его позднюю оценку Дж. С. Милля, «оскорбительно ясно»; молодой мечтатель и романтик, несущий в груди «пятьдесят миров чужих восторгов», упустил из виду самый очевидный «пятьдесят первый мир»: оказалось, что новый Эсхил видит в своём беззаветно преданном друге отнюдь не только Зигфрида, но и едва ли не в первую очередь талантливого агитатора и пропагандиста байрейтского гешефта; Петер Гаст приводит характерную реплику Вагнера, относящуюся к июню 1878 года: «Ах, знаете ли, Ницше читают лишь в той мере, в какой он принимает нашу сторону!» Достаточно отметить, что уже выход в свет второго из «Несвоевременных размышлений», не имеющего к вагнеровской стороне ни прямого, ни косвенного отношения, был встречен Вагнером с подчёркнутой холодностью, подчёркивающей что-то вроде недоумения хозяина в связи с самодеятельностью слуги. Книга «Человеческое, слишком человеческое», ознаменовавшая de facto разрыв, любопытна, между прочим, как первая переоценка ценностей; Вагнер здесь уже только предлог к разрыву с самим собою, с теми «пятьюдесятью мирами», которые оптом попали впросак при первом же столкновении с элементарной психологией отношений («Мне недоставало знания людей», — скажет он впоследствии). Нужно было кончать с романтикой в себе — безнадёжная задача, впрочем, самой безнадёжностью своей спровоцировавшая такое количество проницательнейшей прозы; придётся — коль скоро об этом уже была речь — вообразить себе Дон-Кихота, с необыкновенной остротой разоблачающего всякое донкихотство, или уже и вовсе разрушительное — Дон-Кихота, который, не переставая быть собою (ибо перестать быть собою выше его сил), становится воинствующим… позитивистом. Рикошет, скажем прямо, невозможный, но так или иначе несомненный для всего «второго периода» ницшевской мысли — от «Человеческого, слишком человеческого» до (включительно) первых четырёх книг «Весёлой науки». Ещё раз: разрыв с Вагнером («ибо у меня не было никого, кроме Рихарда Вагнера») открывал перспективу абсолютного одиночества; задача была ясна — великий поход на мораль и ценности прежней истории; но ясным представлялось и другое: такая задача могла бы оказаться по плечу не хрупкому романтику, захлёбывающемуся от чужих восторгов, а великому преступнику ранга Цезаря или Наполеона. Ситуация как бы буквально списана со страниц Достоевского (кстати, знаемого и любимого: «единственного психолога, у которого я мог кое-чему поучиться»); и этому немецкому Раскольникову сподобилось с оглядкой на Наполеона решать ребус собственной жизни: «тварь дрожащая» или «сверхчеловек»? Контраст, отмеченный решительно всеми свидетелями, — несоответствие между образом и действительностью. Барон фон Зейдлиц: «Я не знал ни одного — ни одного! — более аристократичного человека, чем он. Он мог быть беспощадным только с идеями, не с людьми — носителями идей». В биографии, написанной Э. Фёрстер-Ницше, сохранился эпизод об одной дурной выходке Вагнера в адрес своего молодого друга. «Что же сказал мой брат?» — спросила я робко. «Он не сказал ни слова, — ответил Вагнер, — он покраснел и удивлённо посмотрел на меня со скромным достоинством. Я дал бы сейчас сто тысяч марок, чтобы уметь вести себя, как этот Ницше». Вот обобщённый портрет, воссозданный со слов друзей: «У него была привычка тихо говорить, осторожная, задумчивая походка, спокойные черты лица и обращённые внутрь, глядящие вглубь, точно вдаль, глаза. Его легко было не заметить, так мало было выдающегося в его внешнем облике. В обычной жизни он отличался большой вежливостью, почти женской мягкостью, постоянной ровностью характера. Ему нравились изысканные манеры в обращении, и при первой встрече он поражал своей несколько деланной церемонностью». «Святым» — il Santo — таким он казался даже случайным путевым знакомым и простым людям: «Что мне до сих пор особенно льстило, так это то, что старые торговки не успокаиваются, пока не выберут для меня самый сладкий из их винограда. Надо быть до такой степени философом…» Сомнений быть не может: трудно вообразить себе случай, который был бы в большей степени чужд и противопоказан породе «смеющихся львов» (Заратустра); в конце концов, что же есть ницшевский позитивизм во всём наборе его дальнейших выводков и модификаций, как не чистейший предрассудок романтика, наводящего на себя заведомую порчу в ребяческой надежде испортиться на самом деле! Отпрыск самых лакомых навыков и самоочевидностей традиционной морали, сошедший как бы прямо со страниц Адальберта Штифтера («Бог ты мой, Ницше, — воскликнул однажды Эрвин Роде во время совместного чтения Штифтера, — как похожи на тебя эти юноши! Они ничем не отличаются от тебя; им недостаёт лишь гениальности!» «Виноват, — ответил с улыбкой Ницше, — этим молодцам недостаёт и головных болей!»), он должен был вступить с нею в долгую и изнурительную борьбу, всякий раз побеждая её чудесами стиля и всякий раз проигрывая ей «растущей пустыней» жизни («Die Wuste wachst: weh dem, der Wusten birgt!»). Нужно было спешно осиливать технику переодевания, притворства, маски; альтернатива, заполнившая кризисный промежуток между уже написанным «Рождением трагедии» и ещё не написанным «Человеческим, слишком человеческим», давила мучительной определённостью: либо раскрыть все карты и играть в открытую — да, я постиг сущность морали; она вся покоится на лжи, ибо в основе её лежит что угодно, кроме собственно морального: тщеславие, гордыня, месть, жажда реванша, ressentiment стадного чувства, — но не судите о ней по мне самому, ибо я, Фридрих Ницше, есмь величайшее исключение, никак не подтверждающее правила, — словами «Книги Мёртвых»: я не делал намеренно зла людям… я не говорил лжи пред судилищем правды… я не убивал… я не обманывал… я не оскорблял изображений Богов… я не прелюбодействовал… я не отнимал молока от уст младенцев… я не вынимал из гнёзд священных птиц… я чист! я чист! я чист! — и посему прошу верить мне и дать мне возможность оставаться… славным базельским профессором: преподавать греческий язык и литературу и в то же время проповедовать «сверхчеловека» и «вечное возвращение» — да, раскрыть все карты и содеять (разумеется, в рамках европейской режиссуры) некое подобие окаянного жеста Раскольникова, ставшего на колени среди площади и целующего землю «с наслаждением и счастием»… Нелепейшее «либо»; что, впрочем, оно так или иначе предносилось сознанию Ницше, об этом свидетельствует множество прямых и косвенных намёков: «К морали Я. — Трудность добиться понимания… Каждый поступок толкуется превратно. Чтобы не быть постоянно распинаемым, следует запастись масками». — «Это было весной, и все деревья налились уже соком. Идя лесом и полный самых ребяческих мыслей, я машинально вырезывал себе из дерева свистульку. Но стоило мне поднести её к губам и засвистеть, как мне предстал бог, давно уже знакомый мне, и сказал: «Ну, крысолов, чем это ты тут занят? Ты, недоделанный иезуит и музыкант, — почти немец!» (Я подивился тому, что богу вздумалось польстить мне таким образом, и решил про себя быть с ним начеку.) «Я сделал всё, чтобы оглупить их, позволил им потеть в постели, дал им жрать клёцки, велел им пить до упаду, сделал их домоседами и учёными, внушил им жалкие чувства лакейской души…» — «По-моему, ты замыслил нечто более скверное! — вмешался я, — Уж не хочешь ли ты угробить человека!» — «Может быть! — ответил бог. — Но так, чтобы при этом он выгадал для себя нечто!» — «Что же?» — спросил я с любопытством. — «Кого же, следовало бы тебя спросить!» — так сказал Дионис и погрузился в молчание с присущей ему манерой искусителя. Видели бы вы его при этом! — Это было весной, и все деревья налились уже соком».

Оставалось второе «либо», притом что ничего более противоречивого, даже нелепого, и нельзя было придумать: разыгрывать максимум жизненности при висящем на волоске минимуме личной жизни; этот полуживой и одинокий страдалец, воспринимающий неизбывную физическую боль почти как привычную норму самочувствия, простёрся-таки громадным вопросительным знаком над всей трубящей восклицательностью своего учения, полагая, очевидно, что ему удастся скрыть за «семью шкурами одиночества» компрометирующий его лик мученика. Ближайшая маска — «позитивист» — оказалась недолговечной; надо было, грубо говоря, наработать мозоли для предстоящей большой работы — пройти некий спецкурс по самоочерствлению или отбыть воинскую повинность по части всего романтически надрывного и ранимого. Уже «Эккерман» (кстати, любимейшая книга) должен был дать автору «Рождения трагедии» недвусмысленные рекомендации на этот счёт. «То необычное, что создают выдающиеся таланты, — сказал Гёте, — предполагает весьма хрупкую организацию, позволяющую им испытывать редкие чувства и слышать небесные голоса. Такая организация, вступая в конфликт с миром и стихиями, оказывается легко ранимой, и тот, кто, подобно Вольтеру, не сочетает в себе большой чувствительности с незаурядной выносливостью, подвержен продолжительной болезненности» (20 декабря 1829 г.). Рекомендация, попавшая в точку: книга «Человеческое, слишком человеческое» вышла с вызывающим посвящением — «Памяти Вольтера». «Книга для свободных умов» — в сущности обзаведение новой и вполне транзитной компанией: вместо Шопенгауэра и Вагнера — Ларошфуко, Лабрюйер, Фонтенель, Вольтер, Шамфор, испытанные пятновыводители по части всяческой романтики, героики, морального прекраснодушия. Когда урок будет усвоен и окажется, что афористическая техника ученика не то что не уступает, но и явно превосходит образцы, этот сорт ментальности будет отброшен, как выжатый лимон; уже с четвёртой книги «Весёлой науки» — Sanctus Januarius — всё отчетливее станет вызвучиваться новая модуляция в некую неслыханную тональность («о которой Ганс фон Бюлов сказал, что ничего подобного он ещё не видел на нотной бумаге, что это как бы насилие над Евтерпой»); во всяком случае, эффект выведения пятен и самоочищения, стало быть саморасширения и самоуглубления, позволит совсем ещё недавнему вагнерианцу и пылкому почитателю Адальберта Штифтера сказать о себе: «Теперь я, с большой долей вероятности, самый независимый человек в Европе» (Письмо к Ф. Овербеку от 30 апреля 1884 г.). Или ещё: «Во мне теперь остриё всего морального размышления и работы в Европе». И уже в тональности будущего «стиля Прадо»: «Из всех европейцев, живущих и живших, — Платон, Вольтер, Гёте — я обладаю душой самого широкого диапазона. Это зависит от обстоятельств, связанных не столько со мной, сколько с «сущностью вещей», — я мог бы стать Буддой Европы, что, конечно, было бы антиподом индийского». Читателя, воспитанного на усреднённых представлениях о масштабе индивидуального и чересчур переоценивающего косметическую семантику скромности, эти заявления, пожалуй, смутят; но когда дело идёт об объявлении войны тысячелетним ценностям и о переоценке всех ценностей, было бы более чем странным, если бы subjectum agens этой переоценки представился скромным «филологом» или «философом», неким «ufficiale tedesco», согласно одной из последних туринских масок Ницше. Заметим: все кривотолки и недоразумения, связанные с именем Ницше, коренятся именно здесь; в сознании среднего (да и не только среднего) европейца он и по сей день пребудет этаким моральным пугалом, от которого впору уберечь юные души; ещё бы, когда едва ли не на каждой странице его последних (начиная с «Заратустры») сочинений можно обнаружить такое, отчего волосы встанут дыбом. Скажем прямо: не только злые перипетии судеб его наследия — о них ниже — содействовали этому, но и сам он, несравненный артист языка, находивший слова, «разрывающие сердце Богу», и — коварнейший парадокс! — почти никогда не находивший слов, смогших бы раз и навсегда пресечь лавину будущих кривотолков в связи с собственным добрым именем и глубочайшими интенциями своего учения. Нужно было — однажды и навсегда — отнестись к двум с половиной тысячелетиям европейской морали как к сугубо личной проблеме, т. е. воспринимать их с такой страстью и заинтересованностью, которая могла бы посоперничать с самыми яркими образцами эротической неисцелимости (недаром на страницах «Утренней зари» фигурирует опаснейший образ «Дон-Жуана познания»), нужно было во всех отношениях отказаться от личной жизни и стать завсегдатаем духовной истории, неким обывателем платоновского «умного места», нужно было, таким образом, перевернуть норму жизни и годами навылет жить в том, в чём по профессиональному обыкновению живут считанными часами, — стало быть, отождествить всю европейскую историю с личной биографией, чтобы всё прочее свершилось уже само но себе. Для этого прочего он нашёл удивительно ясную и однозначную формулу: «Я вобрал в себя дух Европы — теперь я хочу нанести контрудар». Тщетно было бы переизлагать философию Ницше на стандартный манер: реконструировать то, что в подобных случаях называется методом; метод Ницше равнозначен буквальной греческой семантике слова (метод есть путь) и, значит, самой жизни Ницше. Если бы тем не менее пришлось — с учётом неизбежных потерь-воссоздавать «объективную» сторону дела (затея, почти адекватная пересказу шумановских «Фантастических пьес»), то общая схема выглядела бы приблизительно так. Духовное совершеннолетие человека сигнализируется неким кризисным переживанием в самом эпицентре его Я. Он осознаёт, что всё его формирование протекало до сих пор как бы без его личного ведома и участия; препорученный с ранних лет мощному традиционному аппарату навыков, норм и ценностей (воспитание, образование, мораль, религия, наука), он с какого-то момента начинает ощущать это опекунство как бремя и личную несвободу, пока наконец не проникается решительной тональностью противостояния. Его лейтмотив отныне — пиндаровское «стань тем, кто ты есть», пробуждение личной воли (и, значит, внутренней свободы) сопровождается у него растущим умением говорить «нет» всему общеобязательному и общезначимому и уже постольку не-индивидуальному (der Neinsagenkonner Макса Шелера); в сущности речь идёт о некоем аналоге коперниканской парадигмы: Я, вращавшееся прежде вокруг объективного мира ценностей (моральных, религиозных, научных, каких угодно), отказывается впредь быть периферией этого центра и хочет само стать центром, самолично определяющим себе меру и качество собственной ценностной галактики. Невероятность феномена Ницше в том, что он едва ли не первым из европейцев, так или иначе одержимых этой проблемой (тип ренессансного «виртуоза», per la grazia di Dio uomo libero в формулировке Пьетро Аретино; из ближайших предшественников — Макс Штирнер), довёл её до немыслимо радикальных глубин и последствий, до — в буквальном смысле — сумасшествия, которое и стало ужасающим критерием истины этого ума: «лев», свирепо растерзывающий и растаптывающий всякую общеобязательность (от традиционно понятого «Бога» до, скажем, сочинений Герберта Спенсера) в надежде стяжать себе третье, и окончательное, превращение в «дитя», просто впал в детство, что означало: Я не только не сотворило себе новые орбитальные миры, но и сорвалось с прежней орбиты. Ещё раз: степень погружения в проблему превзошла меру личной выносливости; специфика ницшевского «контрудара» определялась почти исключительной имманентностью театра военных действий: «кто нападает на своё время, — обронил он однажды, — тот может нападать лишь на себя». Разрушение традиционных ценностей — и здесь дан нам, пожалуй, первый ключ к адекватному прочтению — оборачивалось сплошным саморазрушением; эксперимент, к непременным условиям которого принадлежал фактор самоидентификации; говоря грубо и уже как бы под диктовку самого языка, он был тем, что он бил — от юношеского Сократа до знакомого нам «Бога», пожертвовавшего «профессурой». Следовало бы ещё и ещё раз подчеркнуть это обстоятельство, чтобы раз и навсегда избавиться от вульгарного псевдо-Ницше, как от интеллектуального комикса, состряпанного псевдо-праведниками всех стран. Говорят: Ницше — это «толкни слабого» и, значит: ату его! Звучит почти как инструкция для вышибал, за вычетом естественного и радикально меняющего суть дела вопроса: о каком это «слабом» идёт здесь речь? Вот одно — чёрным по белому — из множества решающих мест: афоризм 225 «По ту сторону добра и зла»: «Воспитание страдания, великого страдания — разве вы не знаете, что только это воспитание во всём возвышало до сих пор человека?.. В человеке тварь и творец соединены воедино: в человеке есть материал, обломок, избыток, глина, грязь, бессмыслица, хаос; но в человеке есть и творец, ваятель, твёрдость молота, божественный зритель и седьмой день — понимаете ли вы это противоречие? И понимаете ли вы, что ваше сострадание относится к «твари в человеке», к тому, что должно быть сформовано, сломано, выковано, разорвано, обожжено, закалено, очищено, — к тому, что страдает по необходимости и должно страдать? А наше сострадание — разве вы не понимаете, к кому относится наше обратное сострадание, когда оно защищается от вашего сострадания, как от самой худшей изнеженности и слабости?» Будем по крайней мере помнить, что философия Фридриха Ницше — это уникальный и всей жизнью осуществлённый эксперимент саморазрушения «твари» в человеке для самосозидания в нём «творца», названного «сверхчеловеком». Нужно было выпутываться из тягчайшей антиномии: мораль или свобода, предположив, что традиционная мораль, извне предписывающая человеку целую систему запретов и декретов, могла опираться только на презумпцию несвободы. Выбор был сделан в пользу свободы — скажем так: свободы от морали, но и свободы для морали, где мораль изживалась бы уже не командными методами общезначимых императивов, а как моральная фантазия свободного индивидуума. Этого последнего шага не сделал Ницше, но всё, что он сделал, и не могло уже быть ничем иным, как подведением к этому шагу. «Мы должны освободиться от морали…» — вот что было в нём услышано, и вот что не услышано — продолжение: «…чтобы суметь морально жить». Открыть самого себя — и этот миф доподлинно разыгрывал структуру всякого мифа: шагать приходилось по «трупам». «Вас назовут истребителями морали, но вы лишь открыватели самих себя». Эксперимент — отметим это ещё раз — катастрофически сорвавшийся, но — что гораздо важнее — всё-таки случившийся.

3. Лабиринт. Ариадна. Распятый

«Лабиринтный человек никогда не ищет истины, но всегда лишь Ариадну, — что бы ни говорил нам об этом он сам». Много спорили о ницшевском стиле, афористической манере его письма. Объясняли эту манеру его неспособностью к систематическому мышлению, даже состоянием его здоровья (он-де мог работать урывками, в промежутках между приступами боли). Позволительно отдать предпочтение иному, и положительному, объяснению, тем более что именно в стиле Ницше должен, по всей очевидности, скрываться шифр к тайнику его необыкновенно запутанной судьбы. Преодоление человека отчётливее всего запечатлено в преодолении языка; случай Ницше — «стиль — это сверхчеловек»; ничто не маскирует и в то же время ничто не выдаёт этого «посмертника» (der posthume Mensch) лучше, чем причуды и прихоти его письма. Прежде всего афоризм. Оставим в покое всякую систематику; в этом случае о ней не могло быть и речи. Афоризм рождался не из ущерба, а из избытка; небывалость ницшевского опыта, ницшевской оптики воплощалась в этот жанр как в единственно соразмерную ей форму выражения. Что есть афоризм? Скажем так: отнюдь не логика, а скорее некая палеонтология мысли, где по одному оскалившемуся «зубу» приходится на собственный страх и риск воссоздавать неведомое и, судя по всему, довольно опасное целое — «заводить знакомство с господином Минотавром». Можно сказать и так: некая неожиданная инсценировка мысли на тему схоластических quod libet, подчиняющаяся, поверх логических норм и запретов, неписаным канонам какой-то диковинной хореографии; афористическая мысль относится к систематизированной мысли, как векториальная геометрия к метрической геометрии, как кочевник к домоседу, прыжок канатоходца к правилам уличного движения, мужицкая дубинка к закованному в латы рыцарю, лукавое подмигивание к всесторонне взвешенному доводу, лабиринт к стрелке с надписью «выход». Дразнящий минимум слов при максимуме не на шутку встревоженных «невыразимостей», всегда неожиданно распахнутая дверь и вскрик застигнутой врасплох проблемы, некая «критика чистого разума» (и вообще всего «чистого») средствами… полицейского романа, короче, всегда и везде то самое игольное ушко, через которое, как сказано, легче пройти верблюду, нежели иному из «специалистов», — всё это, вне всякого сомнения, создаёт ситуацию непрерывного подвоха и провокации, некое «ridendo dicere severum», где, употребляя формулу аббата Галиани, этого испытанного конфидента Ницше по части цинического, «можно говорить всё в стране, где нельзя говорить ничего, не попадая в Бастилию». Афоризм, понятый так, оказывается не просто литературным жанром Ницше, но и как бы параболой всей его жизни, которая и сама — посмертно — выглядит неким незавершенным фрагментом из наследия; во всяком случае впечатление таково, что жизнь эта уже во внешних своих характеристиках строилась по образцу хорошего афоризма: Ницше-отшельник-скиталец-безродный-инкогнито — что же это, как не живой оригинал и «натура» срисованных с себя книжных копий, некий генерал-бас всех нафантазированных им сочинений, в сущности музыкант, который случайно набрёл на словесность и так никогда и не заметил этой своей напасти, подарившей немецкой и мировой прозе небывалые вибрации выразительности. «Я должен научиться играть на своём стиле, как на клавиатуре, но играть не заученные пьесы, а свободные фантазии, свободные в максимальной степени и тем не менее всегда логичные и основательные» (Письмо к К. фон Герсдорфу от 6 апреля 1867 г.). Лучше и не скажешь об афоризме; предстояли долгие скитания по лабиринту тысячелетий, и экипировка должна была отвечать характеру путешествия. Сама дискретность и многоактность текстов имитировала причудливую контрапунктистику лабиринта, оказываясь неким искривлённым смысловым пространством с бесконечно разветвляющимися коридорами и зеркальными комнатами; афоризм позволял мгновенные переключения и притворства любого рода в зависимости от непредсказуемых подвохов лабиринта; надо было уметь не только сохранять мужество, но и перевоплощаться по случаю в кого угодно, стало быть, располагать целым реквизитом масок, «чтобы не быть разорванным на куски каким-нибудь Минотавром совести». Здесь, пожалуй, и следовало бы искать разгадку ницшевской противоречивости — самой неприкрытой, самой бесцеремонной и вызывающей противоречивости, какую только знала история европейской духовности. Все таксономические определения, вся табель о рангах философского и вообще культурного порядка списана здесь в театральный реквизит масок; лабиринтный человек — сплошная ходячая провокация и самопровокация, каждый второй шаг которой может быть высовыванием языка каждому первому шагу; он не выдержал бы и мгновения, доведись ему «зажить» в какой-нибудь одной маске; оттого он меняет их, выжав из них предварительно максимальную выгоду; оттого он может в смежные доли мгновения слышать небесные голоса и браниться, как чёрт, потешаясь над тем, что только что исторгало слёзы; оттого ему приходится при случае зашибить «Вольтером» какого-нибудь «Леопарди» и прослыть «вольтерьянцем», который через страницу оказывается способным на такую нестерпимо молитвенную тишину, что от «вольтерьянства» не остаётся и следа. Короче, здесь можно встретить самые необыкновенные скрещивания и комбинации — настоящее «искусство трансфигурации», которое в предисловии к «Весёлой науке» и отождествляется собственно с философией: скажем, Гёте, заражённый Гёльдерлином, или Фридрих Альберт Ланге, автор «Истории материализма», неожиданно соседствующий с изумительными росчерками чисто новалисовской фантазии. Совершенно уникальные неожиданности по этой части ожидают читателя в «Весёлой науке», этой, может быть, самой моцартовской книге в мире, написанной «на языке весеннего ветра», без всякого сомнения, и на «птичьем языке», — книге, редчайшим образом сочетающей в себе глубоко народную, местами даже мужицкую соль с истончённой delicatezza едва уловимых намёков и дуновений, как если бы именно на свирельном фоне пейзажей Клода Лоррена пришлось загулять волынке брейгелевских свадеб. Философу, воспитанному в строгих традициях теоретико-познавательной дисциплины, и в самом дурном сне не приснилось бы, что можно употребить в познание — дурачества и гримасничанье, стало быть, дурачась и гримасничая, — познавать, и причём познавать ту именно микрофизику проблем, которая, как оказалось, и не могла быть познана иначе. Надо представить себе ни больше ни меньше как моцартовского баловня, птичьего кавалера Папагено (в инсценировках «Весёлой науки» он частый затейник), интервьюируемого по части «морального»… Необычна уже сама увертюра к книге: «Шутка, хитрость и месть» — мастерский зингшпиль в 63 крохотных актах, настоящий шедевр дидактических капризов и притворствующих «моралите», окунающий саму мораль в посвистывающую уленшпигелевскую стихию немецкого языка и демонстрирующий скандальное — на этот раз — рождение пародии из духа музыки. Характерная и более чем психологическая параллель: Моцарт, пишущий Папагено уже на смертном одре и даже напевающий его в бреду; послушаем же теперь, как рождался этот Папагено: «Непрекращающаяся боль; многочасовые приступы дурноты, схожие с морской болезнью; полупаралич, во время которого у меня отнимается язык, и для разнообразия жесточайшие припадки, сопровождаемые рвотой (в последний раз она продолжалась три дня и три ночи, я жаждал смерти)» (Письмо к Отто Эйзеру в январе 1880 г.). Это уже нечто совсем закулисное и неинсценируемое — так окупаемая весёлость: некий род адской расплаты за «искусственный рай» сверхчеловечности — расплаты, которая, впрочем, всякий раз оборачивается неожиданной провокацией к новой книге: «говоря притчей, я посылаю горшок с вареньем, чтобы отделаться от кислой истории…»

Лабиринтный человек всегда ищет Ариадну. Философия Ницше, самосведённая к своим первоначальным данностям, есть, в сущности, концентрированный поиск стиля — языка, отвечавшего бы онтологии личных превращений и переодеваний; там, где самопервейшей и последней данностью выступает глубокое анонимное страдание, страдание, обернувшееся лабиринтом, — единственной и едва ли уже не инстинктивной ставкой на какую-то компенсацию остаётся большой стиль, или ритуал самоуподобления «индейцу, который, как бы жестоко его ни истязали, вознаграждает себя по отношению к своему истязателю злобой своего языка». Как vademecum лабиринта, стиль и есть Ариадна — наиболее загадочный и интимный символ ницшевской мифологии («Кто, кроме меня, знает, что такое Ариадна!…»), наиболее, добавим мы, противоречивый, ненадёжный и абсурдно-увлекательный символ («Мой старый учитель Ричль утверждал даже, что свои филологические исследования я конципирую, как парижский romancier — абсурдно увлекательно»). Ситуация действительно воспроизводит классические интриги жанра новеллистики: подумаем о том, что самым невинным и безвредным персонажем этого лабиринта довелось стать… Минотавру, который и вообще играет здесь роль мнимого пугала, назначенного отвлечь внимание героя от реальной опасности. Куда увлекает Ариадна своего Тесея («рогоносца», вынужденного делить её с самим Дионисом)? Если она и выводит его из одного лабиринта, то не иначе как вводя в другой, более запутанный лабиринт. «Тесей становится абсурдным, — сказала Ариадна, — Тесей становится добродетельным!»… «Ариадна, — сказал Дионис. — Ты лабиринт. Тесей заблудился в Тебе, у него уже нет никакой нити; какой ему нынче прок в том, чтобы не быть пожранным Минотавром? То, что пожирает его, хуже Минотавра». «Ты льстишь мне, — ответила Ариадна, — но, если я люблю, я не хочу сострадать; мне опостылело моё сострадание: во мне погибель всех героев. Это и есть моя последняя любовь к Тесею: я уничтожаю его». Стилистический плюрализм Ницше, с помощью которого он рассчитывал чувствовать себя в лабиринте «рогатых проблем» как дома и оградить Я от назойливых прикосновений, оказывался настоящим маскарадом стилей, или личин (в собственном смысле «персон»), постепенно вытесняющих само Я и грозящих срывом режиссуры. «Задача: видеть вещи, как они есть! Средство: смотреть на них сотней глаз, из многих лиц»; многоличие, имитирующее лабиринт в надежде преодолеть его таким образом, на деле лишь удваивало лабиринт, дважды запутывая Я — проблематически и стилистически; с какого-то момента (разумеется так называемый «третий» Ницше) стиль начинает приобретать самостоятельность и автономность, так что вконец заблудившегося в нём Тесея пожирает уже не Минотавр, а сама Ариадна. «Ах, друг, временами меня охватывает предчувствие, что я живу в высшей степени опасной жизнью, ибо я принадлежу к машинам, которые могут разлететься на куски» (Письмо к П. Гасту от 14 августа 1881 г.). Машина — машина стиля, однажды заведённого и действующего уже вполне машинально), во всяком случае обнаруживающего опасную тенденцию опережения сознания и как бы уже пренебрежения сознанием. Ситуация, крайне типичная для «позднего» Ницше: глядя на мир из многих лиц, не видеть собственного лица. Когда он, скажем, ругает христианский «монотонотеизм» и изощряется в кегельбанно-атеистическом остроумии, зашибая насмерть пустых истуканов, когда он возвещает «смерть Бога» и «восхождение нигилизма», только топорный и крайне немузыкальный слух не расслышит здесь полифонии смыслового бумеранга, как бы некой семантики с двойным дном, где само отрицание неожиданно совращает к новому и небывалому приятию — одной случайно оброненной реплики вроде: «Что отрицал Христос? — Всё, что сегодня называется христианским» — окажется вполне достаточно, чтобы разгадать тональность ситуации. Опасность коренится в другом: в том, что можно было бы назвать невменяемостью стиля, когда машина набирает скорость и становится уже неуправляемой. Во «Фрагментах к Дионисовым дифирамбам» это состояние запечатлено в уникальном образе: «Один волк даже выступил свидетелем в мою пользу и сказал: «Ты воешь лучше, чем мы, волки»». «Вой» должен означать здесь буквально — нелепость: приступы спорадического помрачения, предвещающие окончательный провал. Когда Ницше бранит историческое христианство, когда в спазматическом пароксизме страсти он тщится примерить даже маску Антихриста, смысловая деформация текстов не выглядит ещё столь необратимой, чтобы нельзя было рассчитывать на возможность обратной дешифровки; скажем так: несмотря на разъедающие языковые эрозии, смысловая ткань написанного обнаруживает всё ещё элементы эластичности, нейтрализующие действие написанного герменевтическим противодействием «всего того, что не может быть написано». Иначе обстоит дело, когда, увлечённый нападками, он действительно переходит грань: тягостны и невменяемы страницы, где бесноватый принц Фогельфрай «воет» на самое родное и сокровенное в себе, скажем, на Павла, который оказывается здесь «апостолом мести» и «наглым раввином», хотя в Павле за девятнадцать столетий до Ницше предвосхищено (и преодолено) едва ли не всё ницшеанство в наиболее рискованных пунктах вольнодумства и бунта, включая и буквальное воспроизведение лозунга: «Alles ist erlaubt» — «Всё позволено». Чаемое равновесие двух божеств — ночного и послеполуденного — непоправимо нарушено здесь в пользу ночи; задача — поверх всех гиперболических модуляций и уже во всех смыслах — исчерпывалась как бы примирением Гёте и Гёльдерлина, ибо от какой ещё открытой раны (за вычетом музыки) мог этот «несвоевременец» страдать глубже, чем от непостижимой глухоты Гёте (любимейшего) к Гёльдерлину (любимейшему), и чем могло бы утолиться это чудовищное честолюбие, как не развитием в себе Гёте (который — это будет сказано им со всей определённостью — «не понимал греков», добавим: гёльдерлиновых греков) до восторга перед автором «Мнемосины»; итог оказывался обратным: чаемый синтез обоих божеств транспарировал псевдоэстетическим подвохом «белокурой бестии», «бессмертно здорового» — е tutto festo — Чезаре Борджа.

В метаморфозах Ариадны — стиль как путеводная нить в лабиринте проблем, стиль как лабиринт, — кульминационным предстаёт третье превращение, или утроение лабиринта. Поглотив Тесея и став сама лабиринтом, она впервые испытала вожделеющую тоску по… лабиринту; если позволительно воссоздавать биографию Ницше как своего рода биомиф (в русле уникальной попытки Эрнста Бертрама, но в ином композиционном ряде), то эта символика окажется основополагающей для всей его жизни. Ранний Ницше — герой в лабиринте с путеводной нитью стиля — и поздний Ницше — герой, преданный стилем, и уже сплошной лабиринт стиля без героя: поистине, «ещё несколько шагов… и приходишь к факиру, неделями спящему в гробу». Стиль без героя — мы знаем — машина, готовая разлететься на куски; «я не понимаю, — так означено это в одном из последних писем, — зачем мне было так ускорять трагическую катастрофу моей жизни, которая началась с Ессе» (Письмо к П. Гасту от 16 декабря 1888 г.). Это недоумение рассеивается одной поправкой; речь идёт не о Я, а о вышедшем из-под контроля и предоставленном самому себе совершенном языке («До меня не знали, что можно сделать из немецкого языка, что можно сделать из языка вообще»), настолько совершенном, что уже как бы и не нуждающемся в «авторе», разве что в «стенографе»… Вот какой предстает онтология этого языка в одном отрывке из наследия, озаглавленном: «Совершенная книга» (приводится в отрывках): «Совершенная книга. Иметь в виду: 1. Форма, стиль. — Идеальный монолог… Никакого Я… Как бы беседа духов; вызов, бравада, заклинание мёртвых… Избегать… всех слов, смогших бы навести на мысль о некоем самоинсценировании… 2. Коллекция выразительных слов. Предпочтение отдавать словам военным. Эрзац-слова для философских терминов: по возможности немецкие и отчеканенные в формулу… 3. Построить всё произведение с расчётом на катастрофу». В дифирамбе «Плач Ариадны» запечатлена последняя трагическая трансфигурация стиля (будем читать: жизни) Ницше: функция лабиринта переходит от Ариадны к самому Дионису («Ich bin dein Labyrinth»), странному богу, требующему от своего единственного ученика уже не книг, а каких-то обрядовых жестов мысли, уже не коллекции выразительных слов, а только танца. Этому атеисту пришлось-таки заречься: «Я поверил бы лишь в такого Бога, который мог бы танцевать»; но, должно быть, танец, предложенный богом-танцмейстером, оказывался уже не под силу надорванному во всех — земных и небесных — смыслах «сверхчеловеку»: «Вы не научились ещё у меня, как танцевать насмешку», и притом «на высоте 6000 футов над уровнем человека».

Финал — ритуальное принесение себя в жертву танцующему богу — разыгрывался уже в строгом соответствии с поэтикой катастрофы. Утроенный лабиринт раздавался жесточайшим переутомлением и набегами прострации. Нет более странного зрелища, чем последний метаморфоз лабиринтного человека, перестающего вдруг искать Ариадну и жаждущего… почти яснополянской простоты и бесхитростности. «Формула моего счастья, — он повторит это дважды: в «Сумерках идолов» и в «Антихристе», — Да, Нет, прямая линия, цель…» И ещё один выпад — против предательского стиля: если бы мы не знали, что это говорит о себе Фридрих Ницше, нам, со всей достоверностью, показалось бы, что это говорит о нём… Лев Толстой: «Я только пустослов: а что в словах! что во мне!» И уже как бы в преодоление пустословия — деловой жаргон визионера: «Клянусь Вам, что через два года земля будет содрогаться в конвульсиях» (Письмо к Г. Брандесу от 20 ноября 1888 г.). «Я достаточно силён для того, чтобы расколоть историю человечества на два куска» (Письмо к А. Стриндбергу от 7 декабря 1888 г.). Последний симптом: внезапная демаскировка Я, переутомлённого масками и требующего наконец прямой собственной речи, — невыносимое fortissimo самозванств, настоящее насилие над Евтерпой: я ученик философа Диониса; я северный ветер для спелых плодов; я всегда выше случая; я так умён; я пишу такие хорошие книги; я впервые открыл трагическое; я первый имморалист; я изобретатель дифирамба; я слишком новый, слишком богатый, слишком страстный; я обещаю трагический век; я хожу среди людей, как среди обломков будущего; у меня впервые в руках масштаб для истин; я впервые могу решать; только с меня начинаются снова надежды; я знаю свой жребий; моя истина ужасна; я первый открыл истину; я тот, кому приносят клятвы; я всемирно-историческое чудовище; я анти-осёл; я рок; я не человек, я динамит, — и уже почти машинально модулируя в тональность «паралича» и «комбинированного психоза» — среда индусов я был Буддой, в Греции — Дионисом; Александр и Цезарь — мои инкарнации, также и поэт Шекспира — лорд Бэкон; я был напоследок ещё и Вольтером и Наполеоном, возможно, и Рихардом Вагнером… Я к тому же висел на кресте; я Прадо; я также отец Прадо; рискну сказать, что я также Лессепс… и Шамбиж; я каждое имя в истории. Это — настоящее заговаривание лабиринта, исступлённый шедевр чисто эгографического экзорцизма, как бы бессознательно испещряющего стены лабиринта (уже усыпальницы) магическими речениями «Книги Мёртвых», — последний подвох самосознания, отданного на заклание темпу: «Мой девиз: у меня нет времени для себя — вперёд!» Тут только и забрезжил выход из лабиринта, и выходом этим оказалась… Голгофа. «Другу Георгу! После того как ты открыл меня, невелико было искусство найти меня: трудность теперь заключается в том, чтобы потерять меня. Подпись: Распятый (Der Gekreuzigte)» (Письмо к Г. Брандесу от 4 января 1889 г.). Или ещё: «Моему маэстро Пьетро. Спой мне новую песнь: мир просветлён, и небеса ликуют. Подпись: Распятый» (Письмо к П. Гасту от 4 января 1889 г.). Не будем соблазняться: Распятый могло бы означать здесь — распятый разбойник («Прадо»): в сущности, прикинувшийся разбойником музыкант, посягнувший решительно на всё абсолютное, кроме собственного абсолютного слуха, и смогший, вопреки себе, расслышать Голос, к которому остались благополучно глухи века традиционной морали и профессорской философии.

4. Посмертные судьбы

«В неописуемой странности и рискованности моих мыслей лежит причина того, что лишь по истечении долгого срока — и наверняка не ранее 1901 года — мысли эти начнут доходить вообще до ушей» (Письмо к М. фон Мейзенбуг от 12 мая 1887 г.). Удивительно, что этому одинокому «охотнику до загадок», испившему до дна чашу непризнанности и вынужденному, несмотря на крайнюю бедственность, печатать за свой счёт жалкие тиражи собственных сочинений, так и не пришлось хоть однажды усомниться в aere perennius каждой написанной им строки. Пророчество оказалось необыкновенно точным: столетие открывалось оглушительным взрывом ницшемании, словно бы те на последнем дыхании выкрикнутые слова: «я не человек, я динамит» — были не эйфорическим саморазоблачением с-ума-сходящего, а самой действительностью, к тому же весьма скромно засвидетельствованной, — какой ещё динамит, когда говорить следовало бы о несуществующем ядерном арсенале! Злая насмешка судьбы: самому аристократичному из мыслителей, индивидуалисту, поддерживающему свою жизнь строжайшей диетой одиночества и презирающему даже театр, в котором «господствует сосед», довелось посмертно побить наиболее внушительные рекорды по части массового эффекта и стать едва ли не самым всеядным властителем дум начинающегося столетия. Стоит ли и говорить о том, каким невыносимым диссонансом въелась эта всеядность в весь строй ницшевского менталитета; извращение и порча смыслов определялись здесь не столько качеством разночтения, сколько чисто количественным фактором его, — генезис европейского (и после уже и мирового) ницшеанства выглядит скорее всего прискорбной шумихой вокруг некоего аукциона, торгующего духовными «мощами» покойного философа и при активном участии самой разношёрстной публики: от университетских профессоров до бойких газетчиков, от новаторов стиля и мировоззрения до начитанных сплетников и сплетниц, от длинноволосой богемы кружков и журфиксов до горьковских босяков. «Стань тем, кто ты есть» — какой чудовищной пародией обернулось это тайное взыскание одинокого скитальца в ближайшей инсценировке его посмертных судеб, разыгрывающих как раз обратную картину, словно бы именно ему, гению всяческих провокаций и почётному гражданину Лабиринта, суждено было накликать на себя эту безвкусную и во всех смыслах жалкую провокацию распоясавшегося ницшеанства и многолично стать тем именно, чем он никогда не был, да и не мог ни при каких обстоятельствах быть. В таком горько карикатурном исполнении сбывался подзаголовок, поставленный им к книге о Заратустре: «Книга для всех и ни для кого», — сбывалась, точнее сказать, одна лишь первая часть его — «для всех» — при кричащем и разрушительном отсутствии «ни для кого», только и способном уравновесить и осмыслить невыносимую эмпирику буквально понятых «всех». «Книга для всех» за вычетом «никого» — трудно, пожалуй, сыскать более ёмкую и точную формулу, смогшую бы вместить весь печальной памяти феномен ницшеанства, или Сочинений Ницше за вычетом самого Ницше, и это значит: слов за вычетом музыки, музыки за вычетом страсти, страсти за вычетом страждущего, короче, только слов, мёртвых слов, которым он подобрал непереводимый, гольбейновской силы гравюрный штрих: «Ein klapperdures Kling-Kling-Kling» — что-то вроде бряцающего костьми скелета. Скелет оказался на редкость популярным и общедоступным; можно было бы разложить его в однозначном ряде аксиом, одинаково звучащих для уха какого-нибудь изнеженного декадента и какого-нибудь бравого унтер-офицера: сильные должны повелевать, слабые — подчиняться, и ещё: жизнь есть воля к власти, и ещё: мораль есть мораль слабых, мстящих таким образом жизни полнейшей дискредитацией её естественных прав, или еще: нет ничего истинного, всё позволено. Ницше, подменённый «цитатником Ницше», врывался в новое столетие лязгом и бряцанием таких вот цитатных костей, невыносимой барабанной дробью, возвещающей Пришествие Варвара, той самой «белокурой бестии», от которой, как от контрастной довески к стилю бидермейер, вдруг восторженно обомлели сидящие на викторианской диете культурные обыватели Европы. Больше того, не без комедийных попыток самоидентификации с названной «бестией» — ситуация, метко запечатлённая Рикардой Хух в словах: «Многие прикидывались белокурыми бестиями, хотя бестиальности в них не хватало и на одну морскую свинку». Механизм канонизации срабатывал с почти автоматической безупречностью, так что совсем ещё недавнему идолоборцу, обогатившему инвентарь философских аргументов невероятным вполне «аргументом от молотка», довелось занять едва ли не самое почётное место в идолатриуме эпохи; дело шло об усвоении простейшего алгоритма, или конвейерной фабрикации образцовых ницшеанцев, стало быть, о голой технике разведения, и, пожалуй, ни в чём не сказалась провокация столь ярким образом, как в этой издевательской диалектике, позволяющей какому угодно интеллектуальному и богемному проходимцу с минимумом средств рассчитывать на ассимиляцию максимума; так приблизительно и становились тем, чем сам он, повторим это, не был никогда: ницшеанцами, оргиастами, выскочками страсти, плагиаторами чужого умоисступления, шумными самозванцами невыстраданной тишины, высокомерными дублёрами незнаемых болей и восторгов, «сверхчеловеками» (в сущности, лишь «сверхгомункулами»), о которых он, словно бы предвидя их, обронил вещее слово, что они — «дурно пахнут».

«Беги, мой друг, в своё уединение: я вижу тебя искусанным ядовитыми мухами. Беги туда, где веет суровый, свежий воздух!.. Ты жил слишком близко к маленьким, жалким людям. Беги от их невидимого мщения!.. Не поднимай руки против них. Они — бесчисленны, и не твоё назначение быть махалкой для мух… Они жужжат вокруг тебя со своей похвалой: навязчивость — их похвала. Они хотят близости твоей кожи и твоей крови» («Так говорил Заратустра»). Невозможно без содрогания смотреть на этот постепенный и катастрофический слёт ядовитых мух, называемый ницшеанством; «жертвоприношение мёдом», каковым по замыслу философа и должно было быть его учение, в самом скором времени обернулось каким-то почти пословичным «за мухами не видно мёду» — зловещий образ, определивший на десятилетия вперёд судьбы этой философии. Трудно вообразить себе какое-либо духовное событие (да к тому же ещё такого ранга), которое подверглось бы большим глумлениям, осквернениям, насильственным искажениям; можно было бы вкратце пройтись по некоторым наиболее типичным и задающим тон вехам этого шабаша. Первые трупные симптомы обнаружились ещё прижизненно, когда сошедший с ума философ доживал свои дни в лечебнице для душевнобольных; известны по меньшей мере две попытки, два совершенно бредовых проекта его излечения. Юлиус Лангбен, так называемый «der Rembrandtdeutsche», автор анонимно изданной книги «Рембрандт как воспитатель», ставшей одной из библий немецкого национализма, первым вознамерился спасти эту «прометеевскую душу» и наставить её на путь истинный; план вкратце сводился к следующему: внушить больному, что он принц, отвезти его в Дрезден и создать вокруг него подобие королевского двора, где самому Лангбену была отведена роль камергера и интенданта, на деле — психиатра-инкогнито (удивительно, что только решительным вмешательством Овербека, друга больного философа, удалось пресечь эту ненормальную затею). Аналогичный абсурд почти одновременно возник в голове Альфреда Шулера, мюнхенского «космика» и мистагога, близкого к кружку Георге: здесь речь шла о посещении Ницше и исполнении в его присутствии корибантского танца, что, по мнению самого танцовщика, должно было привести к незамедлительному просветлению (на этот раз затея сорвалась за неимением суммы, необходимой для приобретения медных доспехов, т. е. реквизита). Случаи достаточно жалкие и едва ли достойные чего-то большего, чем внимания биографа, не окажись они в лице своих инициаторов зловещими симптомами будущей сатанизации ницшеанства в идеологии национал-социализма: оба, Лангбен и Шулер, вписали свои имена в списки предтеч и духовных отцов гитлеризма, а Шулер, по ряду сведений, оказал и непосредственное личное влияние на слушавшего в 1922 г. его лекции Гитлера. Появление этих фигур в самом преддверии культурной канонизации ницшевского наследия глубоко символично; здесь, пожалуй, и следовало бы искать камертон, по которому настраивалась печальной памяти деятельность «Архива Ницше», этого центра едва ли не всех последующих фальсификаций ницшевской философии. Борьба за Архив, в сущности, за понимание самой философии, разгорелась уже в 90-х гг. прошлого столетия, когда встал вопрос о приведении в порядок огромного количества неопубликованных рукописей и подготовке полного собрания сочинений; руководство Архивом взяла на себя Элизабет Фёрстер-Ницше, сестра философа. Фрау Фёрстер-Ницше — «любимая сестра» и «единомышленница», «конфидентка» и чуть ли не единственная «ученица», автор многотомной «Жизни Фридриха Ницше», удивляющей и по сей день техникой вдохновенной бессовестности в перекройке и перестройке этой кровно близкой и духовно чуждой ей жизни; можно только удивляться «католической» гибкости, с каковою эта носительница фамильной честности своей протестантской семьи в кратчайший срок разыграла некое подобие Константинова дара и предстала миру аутентичной наследницей того, кто, уходя во мрак, успел-таки предупредить мир о своей «взрывоопасности». «Фрау Фёрстер — патологическая лгунья» — от этой оценки Бинсвангера, иенского врача Ницше, как выяснится, был не так уж далёк и сам «брат». Мошенничества не уступали по уровню и качеству архетипам бульварной литературы; нужно было прежде всего обеспечить миф наследственности, и, поскольку реальность оказывалась до противоположного иной, в ход пускались средства самого примитивного и низкопробного подлога, скажем переадресат писем, где «любимой» и «дорогой» представала уже не мать или какая-нибудь из добрых подруг, а «сестра» — неугодные имена в оригиналах устранялись… нечаянными кляксами. Уже гораздо позднее выяснится, что «любимая сестра» была, скорее, «ненавистной», ограниченное и никак не лабиринтное создание, несущее в себе всю непредсказуемость обывательски-женской энергии («она не перестаёт мучить и преследовать меня», — вырвалось однажды у него в связи с очередной интригой), раздражало и не могло не раздражать во всех смыслах («Люди вроде моей сестры неизбежно оказываются непримиримыми противниками моего образа мыслей и моей философии». Или ещё: «Как можем мы быть родными — вот вопрос, над которым я часто размышлял»). Символичной — не только в жизненных, но и в посмертных судьбах — оказывалась и двойная фамилия: ницшеанство ближайших десятилетий, можно сказать, всей первой половины нашего века правильнее было бы назвать не ницшеанством собственно, а неким фёрстер-ницшеанством; Бернгард Фёрстер — «зять», и ещё раз отнюдь не «любимый», — подвёл окончательную черту в отношениях брата и сестры. Гимназический учитель в Берлине, сделавший антисемитизм профессией и чуть ли не призванием, он начал свою карьеру с того, что задевал и даже избивал евреев на улице; женившись на Элизабет Ницше в 1885 г., он переехал с нею в Парагвай, где молодожёны, спасаясь от «еврейского засилья», вознамерились основать «Новую Германию», некий химерический аналог пуританских утопий XVII в. Антисемитизм, сыгравший в своё время немаловажную роль в разрыве отношений между Ницше и Вагнером, был, возможно, последней каплей, переполнившей чашу терпения в отношениях с сестрой, на этот раз «мстительной антисемитской дурой» (die rachsuchtige antisemitische Gans) (Письмо к М. фон Мейзенбуг в мае 1884 г.). Д-р Фёрстер, запутавшись в многочисленных финансовых махинациях, покончил самоубийством — в год болезни Ницше; оставалась сестра — Фёрстер-Ницше, — олицетворявшая самой этой двуфамильностью многочисленные духовные махинации, которые надолго определили участь ницшеанства.

Махинации не прошли незамеченными. Уже Фриц Кёгель, талантливый редактор первого полного издания, доведший публикацию до 12-го тома включительно, ознаменовал свой протест уходом из Архива; речь шла, в частности, о каталогизации заметок, относящихся к 80-м гг., — заметок, которым с уходом Кёгеля суждено было обернуться пресловутой компиляцией «Воли к власти», этой чистейшей фальшивки, сыгравшей столь решительную роль в псевдоидеологизации ницшевского мировоззрения. Первый тревожный сигнал, оповестивший мир о том, «в чьих руках оказалось наследие Ницше», исходил от Рудольфа Штейнера, долгое время работавшего в Архиве и отказавшегося стать редактором заведомо фальсифицируемых материалов; если бы к этим предостережениям, датированным 1900 г. (год смерти Ницше), отнеслись с должным вниманием, то не пришлось бы дожидаться сенсационного издания Карла Шлехты (1956), рассредоточившего так называемую «Волю к власти» и вбившего осиновый кол в плакатно усвоенное нацифицированное ницшеанство.

Задача была проста и в простоте этой рассчитана на безошибочный эффект: сотворить из недавнего истребителя кумиров нового и во всех смыслах отвечающего спросу эпохи кумира. Эпоха, погрязшая в пресностях обязательного рационализма и в его мещански-бытовых проекциях, требовала лакомств и обжигающих приправ, какого-то непременно героического и непременно трагического духовного анекдота, короче, некой «дионисической» компенсации своего карикатурно-аполлонического благополучия — стресса, готового выдержать любые издержки ради чаемой остроты ощущений. Расчёт оказывался дьявольски проницательным: коммерческий Ницше, омещаненный Ницше, Ницше, поданный на манер толстовской «Крейцеровой сонаты», в гостиной «с мороженым и декольтированными дамами», действительно и уже в объёме всего творчества сошедший с ума Ницше, ибо зачитанный до дыр, хуже — принятый, хуже — по-своему понятый и обоженный… «базарными мухами», настоящий повелитель мух, слетающихся на всё сладкое в мирное время и готовых обернуться весёлыми бестиями в час бойни и смут, — таков был спрос, таков был вкус, и такова отвечающая вкусу и спросу цель. В каком-то смысле подлог выглядел пустячным делом; провокаторская натура стиля, впечатляя позициями фронта, оставляла без присмотра тыл, так что труднейшее для понимания оказывалось одновременно легчайшим для профанации. «Идеальный монолог» (см. выше) только и мог быть рассчитан на «идеального слушателя»; слушатели, увы, были более чем реальны — и язвительная реплика Ницше об оглуплении христианской идеи в христианах в полной мере оборачивалась против него самого, претерпевшего невообразимый эффект оглупления в ницшеанцах. Не было ничего проще, чем вытравить из текстов музыку, страсть и личность и предоставить тексты самим себе как сплошной бумбум, как свирепую оргию взбесившихся инстинктов, как безвкуснейший философский канкан, разжигающий интеллектуальную похоть образованного обывателя и западающий в память рядом профанированных символов. Если утрудить себя сопоставлением и сравнением двух текстов — сфабрикованной «Воли к власти» и восстановленных в первоначальной последовательности тех же отрывков, — то качество и масштабы случившегося поразят воображение. Взору предстанут две несоизмеримые картины, относящиеся друг к другу как серия фотомонтажей к естественной жизни лица, как изготовившийся в стойке боксёр к мученику мысли, едва успевающему (в промежутках между невыносимыми болями) заносить на бумагу беспорядочный и в то же время необыкновенно ясновидческий шквал «истории ближайших двух столетий». Сомнений нет, этот второй устраивал меньше всего; мысль, рассчитанная на почти смертельное напряжение всех (а не только головного) органов понимания, рассчитанная, стало быть, на некий обязательный акт читательского самопреодоления, чтобы глаза и уши, привыкшие к философским мурлыканьям академического ширпотреба эпохи, перестроились на досократический лад трагического восприятия идей, — эта мысль, ещё раз, устраивала меньше всего; устраивал цитатно оболганный, идеологически оболваненный двойник: устрашающий горлохват в проекции культуркритических сенсаций, обернувшийся бестселлером популярнейший «Заратустра» — третий по счёту идол (наряду с лютеровской Библией и «Фаустом») в рюкзаках отправляющегося на фронт немецкого юношества. Итоги — ещё до второй мировой войны — подводила первая, устами «противников». Вот несколько свидетельств, тем более ошеломляющих, что принадлежат они в основном не фельетонистам, а реальным политикам. Лорд Кромер, бывший генеральный консул и организатор Египта (в английской «Spectator»): «Одна из причин, вынудивших нас принять участие в этой войне, заключается в том, что мы должны защитить мир, прогресс и культуру от того, чтобы они не пали жертвой философии Ницше». Роберт Сесиль; «Миссия Антанты — заменить волю к власти, это дьявольское учение немца, волей к миру». Луи Бертран (во французской «Revue des deux mondes»): война с её разрушением церквей — непосредственное творение Ницше. Худшее, однако, было впереди: осенью 1934 г. Архив посетил новоиспеченный фёрстер-ницшеанский «сверхчеловек» — Адольф Гитлер. Встреча протекала в довольно забавных тонах; по свидетельству принимавшего в ней участие Шпеера, «эксцентрично-увлечённая фрау (в возрасте без малого 90 лет. — К.С.) явным образом не могла сговориться с Гитлером; завязался необыкновенно плоский, никак не клеившийся разговор», что, однако, не помешало престарелой вдове бывалого юдофоба рассыпаться в восторженных комплиментах перед своим собеседником и даже подарить ему на память трость брата. Механизм идентификации и на этот раз сработал в «общезначимом» порядке: в ряду героических «провидцев отечества» и «предтеч» — Лютер, Гёте, Бетховен, Гёльдерлин, Вагнер (кто ещё?) — автор пресловуто мифической «Воли к власти» занял одно из наиболее видных мест, надолго омрачившее его духовную, да и просто «человеческую, слишком человеческую» репутацию.

Эффект этой идентификации зависел по меньшей мере от двух условий — нужно было, во-первых, не утруждать себя сколько-нибудь вдумчивым прочтением текстов, и нужно было, во-вторых, сводить дело к броским и легко запоминающимся обрубкам фраз. В конце концов каждому эпохальному мыслителю приходится выдерживать свой плебисцит — некое испытание прокрустовым ложем обобщений, где речь идёт не о «забытых добродетелях правильного чтения», до которых нет никакого дела торопливому и вечно занятому большинству, а о своеобразной редукции всего мировоззрительного объёма к двум-трём росчеркам в общем и целом — чтобы «покороче и яснее». Этого испытания — скажем сразу же — Ницше не выдержал; да и кто бы выдержал его! Говоря в кредит будущих возможных недоразумений, — он не выдержит его никогда и ни при каких обстоятельствах; слишком чудовищным оказался резонанс первого недоразумения. Дело вовсе не в том, что автор «Заратустры» попал в ряд «предтеч» национал-социализма; он, как мы видели, разделял эту участь с достаточно внушительными именами мирового калибра, — дело в том, что эта псевдоидеологическая интерпретация, которой идеологи нацизма, в стремлении обеспечить имманентную и почвенную подоплёку движения, придавали особое значение, оказалась более живучей, чем любая другая, и надолго пережила породившую её причину. Симфонии Бетховена, не в меньшей степени «работающие» на режим, чем проповеди Заратустры, даже и не нуждались в послевоенном карантине денацификации, настолько абсурдной могла бы показаться мысль об их запятнанности. Карантин ницшевской философии — плачевнейший факт европейской культуры — частично длится и по сей день, во всяком случае, у нас, где до сих пор ещё не сделано ни одной сколько-нибудь серьёзной попытки пересмотреть этот вопиющий стереотип, в то время как на Западе, после ставших классическими изданий Шлехты и Колли — Монтинари, а также потока публикаций, посвящённых «казусу Ницше», просто неприличной выглядит уже столь однозначная и одиозная оценка этой мысли.

Подведём некоторые итоги. Если избавиться от расхожего предрассудка, гораздого навешивать ярлыки на основании отдельных вырванных из контекста (к тому же тенденциозно подобранных) отрывков, — кто, спросим снова, из мыслителей всех времен выдержал бы эту процедуру, не очутившись в стане «врагов человечества»? — если, стало быть, брать вопрос должным образом, т. е. в конкретно понятом целом, а не в химерически отвлечённом «общем и целом», то нацистский ангажемент Фридриха Ницше обернётся не просто очередной фальшивкой в духе пресловутых традиций Архива, но фальшивкой, абсурдной в обоих — буквальном и аллегорическом (допустив, что до символа ситуация не дотягивается) — смыслах. Уже не говоря о холодном и недоверчивом отношении со стороны власть имущих «философов» — Альфред Розенберг в «Мифе XX столетия» специально подчёркивает неарийский характер дионисизма и тем самым всего ницшевского мировоззрения, — достаточно обратить внимание на ряд самых существенных диссонансов, чтобы понять, каким бесстыдным образом могло здесь белое выдаваться за чёрное. Кто станет спорить с тем, что нацистская идеология в целом (да и, пожалуй, в общем) сводится к трём основополагающим принципам: пангерманизму, антисемитизму и славянофобии! Но если так, то не стоит ли в целях окончательного устранения кривотолков проэкзаменовать Ницше именно по этим трём пунктам — с обязательной оговоркой, что речь идёт на этот раз не о предумышленных цитатных вырезках, а о едином контексте всей его философии!

Итак, 1. Пангерманизм. — Здесь, за вычетом кратковременного, юношески-вагнерианского «германства», картина до того ясна, что даже самому пристрастному и фанатичному космополиту пришлось бы признать чудовищные издержки и, возможно, призвать автора к порядку. Вот несколько выбранных наугад свидетельств (воздерживаемся от сносок, полагая, что читатель без труда удесятерит их количество при чтении самих текстов): «Немцы — их называли некогда народом мыслителей: мыслят ли они ещё ныне вообще?» — «Deutschland, Deutschland uber alles, я боюсь, что это было концом немецкой философии…» — «Этот народ самовольно одурял себя почти в течение тысячи лет». — «Надутая неуклюжесть умственных приёмов, грубая рука при схватывании — это нечто до такой степени немецкое, что за границей это смешивают вообще с немецкой натурой». — «Определение германцев: послушание и длинные ноги…» — «Происхождение немецкого духа — из расстроенного кишечника.,.» — «Куда бы ни простиралась Германия, она портит культуру». — «По-немецки думать, по-немецки чувствовать — я могу всё, но это свыше моих сил…» — «Не могу ли я предложить слово «немецкий» как международную монету для обозначения этой психологической испорченности?» И уже как бы в прямом предвидении будущих «господ Земли» — «народа, состоящего из 80 миллионов аристократов» (по меткой формуле Даниэля Алеви), — предупредительная оговорка Заратустры: «Гости мои, вы, высшие люди, я хочу говорить с вами по-немецки и ясно. Не вас ожидал я здесь, на этих горах». Характерный симптом: даже Альфред Боймлер, философ ex officio, основательно потрудившийся над впихиванием Ницше в кругозор горланящих на парадах ландскнехтов, не удерживается от негодования в адрес «предтечи». Вот его приговор: «Это — сознательное предательство, когда Ницше пишет Тэну в Париж: «Я страдаю от того, что мне приходится писать по-немецки, хотя я, пожалуй, пишу лучше, чем когда-либо вообще писал какой-нибудь немец. В конце концов французы уловят на слух в книге (речь идет о «Сумерках идолов») глубокую симпатию, которую они заслуживают; я же всеми своими инстинктами объявляю Германии войну». Нужно смотреть вещам в лицо: Ницше нарочно обращает внимание француза на раздел, направленный против немцев. Это нечто принципиально иное, чем просто пересылка книги, в которой фигурирует названный раздел, — это поступок. Измена родине как поступок оглашается и в предпоследней, всё ещё сохраняющей ясность открытке, посланной Овербеку: «Я и сам занят как раз составлением Promemoria для европейских дворов с целью создания антинемецкой лиги. Я хочу зажать «Рейх» в ежовых рукавицах и спровоцировать его к отчаянной войне»». Остаётся лишь догадываться, каковой могла бы быть участь «изменника», доведись ему дожить до реалий следующего, им-де накликанного «Рейха»!

2. Антисемитизм. — Ещё несколько отрывков на выбор и без комментариев: «Евреи, без сомнения, самая сильная, самая цепкая, самая чистая раса теперь в Европе». «Мыслитель, на совести которого лежит будущее Европы, при всех планах, которые он составляет себе относительно этого будущего, будет считаться с евреями — и с русскими, — как с наиболее надёжными и вероятными факторами в великой игре и борьбе сил». — «Было бы, может быть, полезно и справедливо удалить из страны антисемитических крикунов». — «Встретить еврея — благодеяние, допустив, что живёшь среди немцев». — «Поистине, общество, от которого волосы встают дыбом!.. Ни в каком ублюдке здесь нет недостатка, даже в антисемите. — Бедный Вагнер! Куда он попал! — Если бы он ещё попал к свиньям! А то к немцам!..» Мотив настолько глубокий, что даже в последних, невменяемых туринских письмах речь идёт о «ликвидации Вильгельма, Бисмарка и антисемитов».

И наконец, 3. Славянофобия. — Начнём с того, что этот мыслитель, на которого некоторые увлечённые публицисты возлагали чуть ли не решительную вину за идеологию национал-социализма, никогда не уставал подчёркивать — и притом именно в пику соотечественникам — преимущества своего польского происхождения. Теперь постараемся представить себе чувства, которые должен был испытать какой-нибудь приверженец названной идеологии при чтении хотя бы следующего признания: «Одарённость славян казалась мне более высокой, чем одарённость немцев, я даже думал, что немцы вошли в ряд одарённых наций лишь благодаря сильной примеси славянской крови». Не умолчим и о самом существенном: когда миссией Антанты провозглашается спасение мира от философии этого «дьявольского немца», мы вправе были бы пожать плечами и судить о легковесно-газетном преувеличении в том лишь случае, если фраза действительно исходила бы от полемически зарвавшегося газетчика, а не от реального и к тому же влиятельного политика. Что-то особенное и совершенно небывалое удалось предвидеть в наступающем XX веке этому сейсмографически чуткому провидцу, вскричавшему, как никто, о «восходящем нигилизме», об «эпохе чудовищных войн, крушений, взрывов», об «условиях, которые и не снились утопистам»: «Начинается эпоха варварства; науки будут поставлены ей на службу» или «Наступает время борьбы за господство над земным шаром — она будет вестись во имя основных философских учений» — что-то такое, после чего «миссия Антанты», пожалуй, покажется нам не такой уж и преувеличенной. «Понятие политики, — так скажет он в «Ессе Homo», — совершенно растворится в духовной войне; все формы власти старого общества взлетят на воздух; будут войны, каких ещё никогда не было на земле». И, наконец, решающее место — своего рода духовное credo и политическая программа, в сущности, выпад философа, на которого и ополчится будущая Антанта: «Мелочность духа, идущая из Англии, представляет нынче для мира великую опасность. Чувства русских нигилистов кажутся мне в большей степени склонными к величию, чем чувства английских утилитаристов… Мы нуждаемся в безусловном сближении с Россией и в новой общей программе, которая не допустит в России господства английских трафаретов. Никакого американского будущего! Сращение немецкой и славянской расы».

И вот — после столь глухого перерыва — снова: Фридрих Ницше на русском языке. Трудно передать в слове, что именно могли бы мы испытать при этом, допустив, что мы не стали бы демонстрировать в этом случае академическую выдержку и делать бесстрастную мину при столь неожиданной игре. Должно быть, нечто вроде шока; должно быть, некоторую неловкость (с непривычки), внезапную смятённость и моментальную мобилизацию всего бессознательного горизонта… Ницше, оболганный, табуированный, поражённый в культурных правах, Ницше, обречённый на пиратское существование между спецхраном и чёрным рынком, пущенный на культурный самотёк и всё ещё — сенсационный, подпольный, мушиный; будем надеяться, этому Ницше приходит конец. Мошеннический образ, долгое время служивший прообразом «сильных» ничтожеств — от героев Арцыбашева и Пшибышевского до маньяков государственной власти, — безвозвратно сдаётся в архив авантюр века; этой философией, можно сказать со всей уверенностью, не вдохновится больше ни один унтер-офицер. Остаётся иной образ, но — внимание! — отнюдь не безопасный, отнюдь не разминированный, отнюдь не легко перевариваемый: да, всё ещё опасный, взрывоопасный, всё ещё «динамит», но — иной. «Философ неприятных истин» — так однажды вздумалось ему назвать себя, ещё до того, как истины эти были названы им же «ужасными». Какая странная ирония! Десятилетиями мы держали эти ужасные писаные истины под замком, отдаваясь по-неписаному ужасам, в сравнении с которыми они показались бы разве что невинными приближениями; десятилетиями кому-то думалось, что читать «вот это вот» опасно, словно речь шла о воспитанных мальчиках, которых надо было уберечь от этой смертельно ужаленной и оттого «неприятно» жалящей совести… Опасно? Но не опаснее же самой действительности, которую так разрушительно чувствовал и небывалые вирусы которой впервые привил себе, продемонстрировав на себе их действие, этот человек! Вирусы остаются в силе, и, покуда ещё они будут оставаться в силе, жертве Фридриха Ницше придётся быть не столько философским наследием, сколько злобой дня. Во всяком случае, шифром к ней окажется отнюдь не традиционно понятая философия. О шифре он обмолвился сам, нечаянно выдав собственную тайну, — ещё в первой юношеской своей книге о трагедии: в том самом — захватывающе исповедальном — отрывке, где речь идёт о «демоне» Сократа, убийцы трагедии, — демоне, велевшем Сократу слушаться музыки. Трагедия умерла, но трагедия возродится, и символом этого возрождения был бы отдавшийся музыке Сократ — ненавистный диалектик, который обменял бы всю оружницу своих аргументов на внезапное чудо — запеть… И ещё одно юношеское признание о какой-то книге — в сущности, о всех своих будущих книгах: «По сути дела, это музыка, случайно записанная не нотами, а словами» (Письмо к Софии Ричль от 2 июля 1868 г.). Прибавить к этому нечего. Но какой случайностью можно было бы объяснить странный факт, что меньше всего в этой музыке была услышана сама музыка и больше всего — насильственно отторгнутые от неё и уже не отвечающие за самих себя слова!

Національний університет «Києво-Могилянська академія»

Кафедра культурології

Письмова робота на тему:

«Джаз: еволюція стилю»

Виконала: студентка 3 р. н.,

ФГН, Культурологія,

Зінченко Лілія

Перевірила: Іваненко М. В.

Київ, 2009

План

Вступ

Предтечі джазу: спірічуалс, блюз, регтайм, діксіленд. Ера суїнгу

Бі-боп

Повернення до витоків: соул

Прохолодний джаз

«Нова річ»

Висновок

Список використаної літератури

Вступ

Метою даної роботи є оглянути еволюцію такого музичного стилю, як джаз, а точніше – становлення джазу в процесі еволюції комплексу підстилів. Таким чином, предметом даного дослідження є еволюція джазового стилю, а об’єктом – історія джазу.

Перш за все, розглянемо саме тлумачення такого поняття, як джаз, а також обов’язкові складові цього музичного стилю. Водночас, розглянемо основні непорозуміння, які виникають під час вивчення історії джазу. Потім, безпосередньо в основній частині праці, спробуємо коротко оглянути всі підстилі, які утворюють історію джазу. Таким чином, зробимо спробу в невеликому обсязі охопити основні етапи еволюції джазового стилю.

Отож, щодо визначення поняття джазу. Дехто вважає всю музику, яка не є класичною, джазом, таким чином зараховуючи джаз, кантрі та вестерн, рок, всю поп-музику та інші типи музики в одну всеохопну категорію. Звичайно, більшість стилів музики, які запозичили дещо від джазу, навряд чи можна назвати джазом. Водночас, академія повинна відрізняти хороший джаз від поганого, так само, як і хорошу класичну музику від поганої [3;1].

В той час, коли вважають джаз танцювальною музикою, а класичну музику – концертною, потрібно згадати, що в 1940-их рр.. джаз, в основному, перестав бути музикою переважно для танцю. В той же час потрібно зазначити, що двома з найвидатніших композиторів танцювальної музики були Вольфганг Моцарт та Дж. Штраус [3;2].

І разом з іншими, критик Генрі Плезентс намагався визначити джаз: «Вплив різноманіття музичних стилів, винайдених у спільнотах темношкірих Нового Орлеану та інших американських міст, у спільнотах темношкірих сільського Півдня, і в спільнотах темношкірих чи змішаних Карибських островів та деяких інших місць Південної Америки в перших декадах двадцятого століття був зібраний та відрефлексований у популярну музику більшої частини цивілізованого світу» [3;2].

Інший дослідник, Жорж Ґершвін, означав джаз як американську фольклорну музику; не одну єдину, але дуже потужну, яка, можливо, перебуває у крові та почуттях американського народу більше за інші стилі [3;2].

Також Т. Джеров вказав визначені елементи, які загалом можна виокремити в джазі, і які відрізняють його від інших музичних стилів. Проте ці складові, на його думку, можуть бути неоднаково присутніми у джазовому номері. Цими елементами є джазова інтерпретація, імпровізація, ритм, синкопа, звуки, пов’язані з джазом, та особливі музичні форми. Лише розуміючи та ідентифікуючи ці складові, які входять до складу джазу, слухач може удосконалити оцінку та розуміння самого джазу [3;3-5].

Той же Плезентс наводить широко поширені непорозуміння, пов’язані з визначенням джазу:

відмінною рисою джазу є синкопа, тобто ритмічне відхилення;

імпровізація вирізняє джаз з-поміж інших стилів;

джаз не можна грати по нотах;

джаз – це музика темношкірих, і лише ними вона може відтворюватися [3;1].

Тож, уникаючи цих непорозумінь, можна легше проникнути в суть самого джазу. Звідси наголошують на одному важливому висновку: джаз може бути як написаним (спланованим), так і імпровізованим, і що джаз та імпровізація не є синонімами [3;3]. Тож тепер перейдемо безпосередньо до еволюції стилів.

Предтечі джазу: спірічуалс, блюз, регтайм, діксіленд. Ера суїнгу

Історія джазу, звичайно ж, починається з ритму, що прийшов до Америки з Африки. Він зупинився у Вест-Індії, потім попрямував двома шляхами: 1) через Мексиканську затоку до Нового Орлеану; 2) до Східного узбережжя. Останні схилялися до улюблених струнних – скрипок, банджо та гітар, в той час як інший вплив, що дійшов через Міссісіпі до Чикаго, підійшов до форми кларнетів, тромбонів та труб. І потім всі вони зійшлися, змішалися у Нью-Йорку, в результаті чого і вийшов джаз [2;12].

Як пише американський критик-музикознавець Дж. Уїлсон, колискою джазу був Новий Орлеан, де старі французькі традиції поєдналися з іспанськими звичаями. Саме тут на початку ХХ ст. набув форми цей новий музичний напрям. Серед вихованців цього середовища – Луї Армстронг, Джо «Кінг» Олівер, Беше, брати Додс, «Джемі Ролл» Мортон, Ліон Рапполо, Джиммі Нун, Банк Джонсон, Джордж Льюіс та деякі інші [1;4].

Джаз став продуктом унікальної суміші музичних культур різних народів. Він розвинувся у музичний жанр, що найповніше відображав етнічні та національні сподівання народу, який населяв територію США. Таким чином, своєрідним двигуном у створенні джазу стали раби, які у другій половині ХІХ століття отримали свободу від рабства. Вони зберігали і плекали мелодію і ритми своїх предків [1;6].

Цей африканський спадок виражався у тих піснях та імпровізаційних речитативах, які слугували засобом спілкування під час роботи на полях і, особливо, на «Площі Конго» в Новому Орлеані, де раби проводили півдня щонеділі. Їхні розваги відбувалися під ритмічні удари бамбукових палок та барабанів, обтягнених коров’ячою шкурою (т. зв. «бамбулос») [1;6].

Ці африканські наспіви поклали початок виникненню двох цілком відмінних музичних жанрів звільнених рабів:

релігійних піснеспівів, або «спірічуалс»

світської музики – блюзів [1;6].

Після закінчення громадянської війни перед звільненими рабами відкрився широкий музичний світ. Проте все розпочиналося лише зі струнних інструментів. Духові майбутнім віртуозам пощастило знайти на звалищах серед непотребу, залишеного колишніми солдатами-музикантами. Проте це була не єдина проблема, з якою зіткнулися музиканти. Звільнені раби не володіли нотною грамотою. Спершу вони виконували марші та релігійні піснеспіви, і лише згодом пробували себе в інших жанрах [1;7].

Проте саме в цих маршах і гімнах з’явилися «хвилеподібні» ритми, до того не характерні для труб. Саме ці інструменти надали мелодіям «блакитного звучання» — типового для співу темношкірих відхилення від темперації, що й стало характерним для джазу [1;7].

З’явилася ще одна форма музики – регтайм, який називали передвісником джазу [1;7]. В основному, це була фортепіанна музика, що розвинулася з маршів та «кек-уоку» (синокпійована вільна мелодія і чіткий ритмічний акомпанемент). Професійні піаністи, в основному темношкірі, виконували складені ними ж фортепіанні «реги». Найвідомішим серед ранніх регтаймів був написаний Скоттом Джопліном під назвою «Maple Leaf Rag». Стиль «рег» проник і в оркестри, які в кінці ХІХ ст. виконували те, що зараз можна вже вважати джазовою музикою [1;7].

Перший джаз-бенд, очевидно, організував перукар і корнетист Бадді Болден, який з 1895-1896 рр. вважався «королем» серед новоорлеанських музикантів. Саме для його оркестру, а також для інших колективів, що з’являлися в Новому Орлеані (наприклад, «Олімпія бенд», «Кід Оріс Бенд», Ігл-Бенд тощо), стали звичними ансамблеві імпровізації [1;7].

Варто відзначити, що незадовго після появи «чорних» оркестрів почали з’являтися і «білі». Проте не все давалося їм так легко. Зокрема, це стосувалося «блакитного» інтонаційного ладу. Для білих значно ближчими були ті відірвані звуки, які взяв джаз від регтайму. Їх виконання було більш збудженим та уривчастим, ніж плавний розлив музики темношкірих. Так білі музиканти поклали основу тому, що почали називати стилем джазу «діксіленд» [1;11].

Важливо зазначити, що спочатку джаз вважався музикою для приємного проведення часу. Він був танцювальною музикою, а оскільки спочатку його вважали чимось простим і вульгарним, то він, відповідно, і асоціювався з чимось дешевим і вульгарним. Це, певною мірою, було пов’язано з тим, що в Новому Орлеані та інших містах США, де почав укорінюватися джаз, його палкими прихильниками ставали мешканці кварталів з досить сумнівною репутацією. Тут (в Новому Орлеані) цей молодий музичний жанр процвітав впродовж двох перших десятиліть ХХ ст. у Сторівіллі [1;16].

Наступним етапом у розвитку джазу була «ера суїнгу» — період 1936 – початку 2-ї світової війни, коли в джазі домінували ансамблі «суїнгу», тобто естрадні оркестри великого складу, що виконували популярну танцювальну музику та джазові аранжування у стилі Бенні Ґудмана [1;31].

джаз музичний стиль соул

Бі-боп

Продовженням розвитку джазу після ери естрадних джазів був бі-боп. Народився він у 1941 році в гарлемському нічному клубі під назвою «Мінтонс плейхаус». Причетними до цієї події були Діззі Ґілеспі, Чарлі Крісчіан, Чарлз Паркер і Телоніус Монк [1;38].

Ґілеспі не лише визначив його музичні форми, але й ввів форму одягу артистів «бопу»: берет, темні окуляри, шарф замість краватки і козляча борідка [1;38].

Отож всі представники «бі-бопу» працювали у новому для джазу напрямку, в гармонійних та ритмічних відношеннях. Так з’явилися нервові та уривчасті, відмінні своєю довжиною музичні фрази, які невдовзі і назвали терміном «бі-боп» або просто «боп». У цій назві відчувається наслідування звуків, які особливо часто чулися у грі музикантів [1;40].

Боп недовго процвітав у роки безпосередньо після Другої світової війни. Причиною його успіху була і широка рекламна кампанія, яку почав Ґілеспі, і сам новий джазовий стиль [1;46].

Незважаючи на своє нетривале існування, боп двояко вплинув на подальший розвиток джазової музики. По-перше, він відродив малі джаз-бенди і повернув їх туди, звідки їх свого часу витіснили джази великого складу ери суїнгу. По-друге, він перетворив джаз із музики для танців на музику для слухання [1;46].

До появи бі-бопу джаз із найперших його днів завжди був музикою прикладною – зазвичай під нього танцювали, рідше маршували по вулиці, але й це часто закінчувалося танцями. З приходом бопу джаз порвав з тими ритмами, які танцюристи вважали зручними і приємними. Спочатку боп почав розвивати такий темп, що лише найвідчайдушніші танцівники могли наздогнати його. Пізніше, в міру формування нового стилю, ритмічна рівномірність була порушена, а темпи змінилися так сильно, що про танці під джаз не могло бути й мови. Отже, з появою бі-бопу джаз повністю відмовився від свого прикладного характеру й оголосив себе концертно-художньою формою музики [1;46].

Прохолодний джаз

До 50-тих рр. джаз був розпалом емоцій, виконанням «навиворіт», від самого серця. Проте після 50-тих все змінилося. На зміну бі-бопу прийшов прохолодний джаз, джаз інтелектуальний, «від голови», джаз, що не цікавився думками публіки, джаз не для танців, а винятково для захопленого слухання. Було встановлено нову спорідненість між джазом і класичною музикою, почалися нові пошуки. Спеціалісти з вищою музичною освітою витіснили неуків-імпровізаторів [1;48].

Відмова від загальноприйнятих гармоній, нові ритмічні концепції, свобода тональності і ритмічної організації, вперше введені бопом, — ось на чому базували музиканти прохолодного джазу свою музику і в чому вони бачили майбутнє. Але навіть і в цьому революційному підході був елемент минулого: соліст знову став королем [1;48].

Одна з відмінних рис прохолодного джазу – відсутність вібрації, що призвела до кришталевої виразності звучання. Дещо парадоксальним виявилося те, що тільки після затвердження прохолодного джазу багато хто зрозумів, що «прохолодні» виконавці існували і тоді, коли джаз вважався «гарячим» [1;50]. В такій манері грав свого часу Бікс Бейдербеке, трубач, що особливо сильно вплинув на джаз 20-тих рр. Те ж можна сказати і про Франкі Тамбауера, партнера Бейдербеке, що грав на саксофоні у тоні ДО, від якого музиканти відмовилися після 20-тих рр. Світлий, прозорий звук, якого добивався Лестер Янг на своєму саксофоні – тенорі, можна вважати його ранньою спробою суперничати з грою Тамбауера на саксофоні у тоні ДО. Янг знаходився серед тих, хто намагався вивести джаз із періоду суїнгу, але сам він не належав до числа музикантів бі-бопу. Як Бейдербеке і Тамбауер, Янг власне був найбільш раннім артистом «прохолодного» джазу, і його вплив повною мірою почав відчуватися лише в кінці 40-их рр., коли прохолодний джаз почав висуватися на перший план [1;50].

Повернення до витоків: соул

Проте ще до появи нового стилю джаз почав пошуки в інших напрямах. Якщо свого часу прохолодний джаз був відомий реакцією на «навіженість» бі-бопу, то зараз у світі джазу відбувається поворот у протилежний бік. Джаз починає повертатися до емоційності, до витоків джазу – до воскресіння почуттєвої канви блюзу. Серед піонерів цього нового руху опинився Горас Сілвер, піаніст, котрий грав з величезною інтенсивністю, та такий же агресивний його партнер, разом з яким він об’єднався згодом в ансамбль «Посланці джазу» [1;55].

Одночасно з поверненням до блюзів починає розвиватися стиль, що сходив до «спірічуалс» — сильний, темпераментний і ритмічний. Із нього вийшла музика, що отримала назву «соул» — душа. Особливих успіхів в області стилю «соул» досяг ансамбль Кеннонбола Аддерлі. Безпосередній вплив церковних піснеспівів відчувається у Рея Чарлза [1;55].

«Нова річ»

У деяких відношеннях «нова річ» — це поєднання емоційного змісту старого джазу, зокрема блюзу, з модально-акордовою технікою, розробленою «мислителями» прохолодного джазу [1;58].

«Нова річ» — це заклик до свободи вираження, щось таке, чого ще ніколи не було, «якась нова форма» джазової музики. У «новій речі» багато свідомо внесених елементів східних та африканських ритмів, що підкреслюють культурний спадок темношкірих [1;60].

В цьому ключі можна сказати, що джаз завжди був музикою вільного стилю. Почуття свободи нерозривно з ним пов’язане, воно успадковане, і це проглядається в його сезонному потязі до імпровізації, що дає кожному музиканту по-своєму виражати свої почуття. У 20-30-х рр. джаз був своєрідним засобом протесту молоді, що завжди бунтувала проти старшого покоління, — тобто тим, чим пізніше став рок-н-рол [1;60].

До початку 60-тих рр. елемент свободи у джазі набув ще глибшого сенсу. Джаз сміливо кинувся у вільне експериментування – не рахуючись з такими віковічними традиційними компонентами музики, як тональність, темп і мелодія [1;60].

Перші ознаки нових форм музичної свободи, з самого початку зазвичай пов’язані з ідеалом свободи соціальної, прозвучали у середині 50-тих рр.. у творах Чарлі Мінгуса. Першим представником цього ж покоління музикантів був Сесіль Тейлор. Він був одним із перших артистів джазу, що навмисне відмовилися майже від усіх традиційних засобів музичного вираження. Наслідуючи Еллінгтона та Мінгуса, Тейлор керувався лише своїми ідеями в області звучання [1;60].

Згодом серед цих першопрохідців з’явився інший великий, потенційно впливовий музикант: Джон Колтрейн, саксофоніст-тенорист, що був на початку 60-тих рр.. панівною фігурою того часу, але не в джазі авангардному [1;61].

Саме цей новий стиль, «нова річ» стала основою музикантів-авангардистів, які продовжили свої безкінечні пошуки в музичному колі. Вплив тогочасних джазистів відчувається і на сучасниках, які то відтворюють музику не так вже й далекого минулого, то ступають у своє русло з метою віднайти свою звукову естетику.

Висновок

Отже, в даній роботі ми спробували коротко оглянути еволюцію джазового стилю, прослідкувати його впливи та окреслити основні визначення та підходи до цього явища. Завдяки такій невеликій розвідці можна уникнути основних непорозумінь в оцінці та визначенні джазу. Тому дана робота може стати корисною кожному, хто лише починає знайомитися з цим своєрідним та надзвичайно унікальним музичним стилем, який вартий подальших досліджень.

Використана література

Уилсон С. Дж. Джаз: истоки, течения, поиски. –

Feather L. The Encyclopedia of Jazz. – N.-Y.: Horizon Press, 1955. – 360 p.

Gerow T. M. Jazz. 7-th Edition. – USA: Wm. C. Brown Publishers, 1992. – 228 p.

«В вакууме, заключенном в объеме

обыкновенной электрической лампочки,

энергии такое большое количество,

что ее хватило бы, чтобы вскипятить

все океаны на Земле.»

(Р.Фейнман, Дж.Уилер)

1.ФИЗИЧЕСКИЙ ВАКУУМ

В настоящее время в физике формируется принципиально новое направление научных исследований, связанное с изучением свойств и возможностей физического вакуума. Это научное направление становится доминирующим, и в прикладных аспектах способно привести к прорывным технологиям в области энергетики, электроники, экологии. Чтобы понять роль и место вакуума в сложившейся картине мира попытаемся оценить, как соотносится в нашем мире материя вакуума и вещество. В этом отношении интересны рассуждения Я.Б.Зельдовича. “Вселенная огромна. Расстояние от Земли до Солнца составляет 150 миллионов километров. Расстояние от солнечной системы до центра Галактики в 2 млрд раз больше расстояния от Земли до Солнца. В свою очередь, размеры наблюдаемой Вселенной в миллион раз больше расстояния от Солнца до центра нашей Галактики. И все это огромное пространство заполнено невообразимо большим количеством вещества. Масса Земли составляет более чем 5,97х1027 г. Это такая большая величина, что ее трудно даже осознать. Масса Солнца в 333 тысячи раз больше. Только в наблюдаемой области Вселенной суммарная масса порядка десять в 22-й степени масс Солнца. Вся безбрежная огромность пространства и баснословное количество вещества в нем поражает воображение”.

С другой стороны, атом, входящий в состав твердого тела, во много раз меньше любого известного нам предмета, но во много раз больше ядра, находящегося в центре атома. В ядре сконцентрировано почти все вещество атома. Если увеличить атом так, чтобы ядро стало иметь размеры макового зернышка, то размеры атома возрастут до нескольких десятков метров. На расстоянии десятков метров от ядра будут находиться многократно увеличенные электроны, которые все равно трудно разглядеть глазом, вследствие их малости. А между электронами и ядром останется огромное пространство не заполненное веществом. Но это не пустое пространство, а особый вид материи, которую физики назвали физическим вакуумом.

Само понятие «физический вакуум» появилось в науке как следствие осознания того, что вакуум не есть пустота, не есть «ничто». Он представляет собой чрезвычайно существенное «нечто», которое порождает все в мире, и задает свойства веществу, из которого построен окружающий мир. Оказывается, что даже внутри твердого и массивного предмета, вакуум занимает неизмеримо большее пространство, чем вещество. Таким образом, мы приходим к выводу, что вещество является редчайшим исключением в огромном пространстве, заполненном субстанцией вакуума. В газовой среде такая асимметрия еще больше выражена, не говоря уже о космосе, где наличие вещества является больше исключением, чем правилом. Видно, сколь ошеломляюще огромно количество материи вакуума во Вселенной в сравнении даже с баснословно большим количеством вещества в ней. В настоящее время ученым уже известно, что вещество своим происхождением обязано материальной субстанции вакуума и все свойства вещества задаются свойствами физического вакуума.

Наука все глубже проникает в сущность вакуума. Выявлена основополагающая роль вакуума в формировании законов вещественного мира. Уже не является удивительным утверждение некоторых ученых, что «все из вакуума и все вокруг нас — вакуум». Физика, сделав прорыв в описании сущности вакуума, заложила условие для практического его использования при решении многих проблем, в том числе, проблем энергетики и экологии.

По расчетам Нобелевского лауреата Р.Фейнмана и Дж.Уилера, энергетический потенциал вакуума настолько огромен, что «в вакууме, заключенном в объеме обыкновенной электрической лампочки, энергии такое большое количество, что ее хватило бы, чтобы вскипятить все океаны на Земле». Однако, до сих пор традиционная схема получения энергии из веществаостается не только доминирующей, но даже считается единственно возможной.Под окружающей средой по-прежнему упорно продолжают понимать вещество, котороготак мало, забывая о вакууме, которого так много. Именно такой старый»вещественный» подход и привел к тому, что человечество буквально купаясьв энергии, испытывает энергетический голод.

В новом — «вакуумном» подходе исходят из того, что окружающее пространство — физический вакуум, является неотъемлемой частью системы энергопреобразования. При этом возможность получения вакуумной энергии находит естественное объяснение без отступления от физических законов. Открывается путь создания энергетических установок, имеющих избыточный энергобаланс, в которых полученная энергия превышает энергию, затраченную первичным источником питания. Энергетические установки с избыточным энергобалансом смогут открыть доступ к огромной энергии вакуума, запасенной самой Природой.

2. В ПОИСКАХ НОВЫХ ИСТОЧНИКОВ ЭНЕРГИИ

Сегодня человечество остро нуждается в замене существующих энергетических технологий на экологически чистые, гарантирующие сохранение биосферы. Это особенно касается энергетики, основанной на сжигании природных запасов угля, нефти, газа, урана. Уровни получаемой энергии остаются незначительными и проблема энергообеспечения не находит решения. Доставка энергии потребителям также остается дорогостоящей. Кроме того, запасы полезных ископаемых и ресурсы дешевого урана исчерпываются. Предполагается, что в ближайшее время потребление природных ресурсов достигнет 25 млрд. тонн, поэтому делаются прогнозы, что запасов природного топлива человечеству хватит примерно на 150 лет.

Атомная энергетика, кроме опасностей эксплуатационного характера, имеет нерешенную проблему захоронения и утилизации ядерных отходов. Все меньше надежд у ученых на успешную реализацию программы управляемого термоядерного синтеза. Решение этой проблемы многократно уже отодвигалось на более поздние сроки и теперь видят ее решение не ранее 2050 года.

Разрабатываются проекты использования солнечной энергии. Солнечную энергию планируется перерабатывать в электричество путем создания космических электростанций. Для получения мощности в 10 миллионов кВт необходимы солнечные батареи площадью примерно 100 квадратных километров. В микроволновом диапазоне энергию можно будет транспортировать на Землю. На пути решения этой задачи стоят серьезные проблемы создания передающих и приемных систем, работающих в диапазоне СВЧ-волн, небезопасных для биосферы, а также орбитальных солнечных электростанций, представляющих собой крупногабаритные космические объекты.

Как видим, экологически чистой энергии и способов ее получения, безопасных для биосферы, несмотря на огромнейшие затраты в этом направлении, мир еще не нашел. Причиной является то, что поиски ведутся в традиционных направлениях, которые в рамках сложившихся представлений, могут привести лишь к небольшим «косметическим» доработкам существующих подходов и не способны вывести на прорывные решения.Ограниченность энергоресурсов ставит задачу поиска принципиально новых способов получения энергии.

Если проанализировать наиболее распространенные способы получения энергии, используемые в настоящее время, то можно увидеть определенную закономерность. Суть ее состоит в следующем. Конечным продуктом всей цепи энергетических преобразований, в современных способах получения энергии, является вещество. Причем, это конечное вещество становится, как правило, более опасным для биосферы, чем исходный энергоноситель. Это относится и к энергетике, основанной на сжигании природного топлива, и к атомной энергетике, и к ядерному синтезу. Мир уже свыкся с мыслью, что для получения энергии нужно воздействовать на вещество и на конечной стадии также получать вещество.

Более того, такой путь считается чуть ли единственно возможным. А так ли это? Задача состоит в том, чтобы найти совершенно новые способы получения энергии, свободные от традиционной схемы: «вещество в начале — вещество в конце». Альтернативой существующим способам получения энергии могут стать только такие способы, в которых на конечной стадии энергопреобразований не будет появляться опасное для биосферы вещество или будет совсем отсутствовать вещество как таковое. Несмотря на казалось бы парадоксальную формулировку, решение проблемы существует и это решение дает физический вакуум [1,2]. Поэтому, в настоящее время направления поисков новых способов получения энергии переместились на область физического вакуума и их интенсивность в последние годы бурно возрастает.

Совершенно реальным является создание принципиально новых генераторов [3], которые смогут использовать энергию окружающей среды и превратить ее в удобную форму энергии. И тому есть серьезные экспериментальные подтверждения.

3. НОВЫЕ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЕ ФЕНОМЕНЫ

В настоящее время накоплено большое количество экспериментальных фактов, подтверждающих реальность получения уровней энергии, которые превышают энергию, затраченную первичным источником. Как правило подобные явления проявляются в исследованиях, связанных с физическим вакуумом. Такие работы интенсивно проводятся в США, России, Германии, Японии, Швейцарии. Появление избыточной энергии на выходе генератора, превышающей потребление энергии от источника питания, или как это иногда называют — появление энергии из «ничего», зафиксировано во многих экспериментах. Речь совершенно не идет о вечном двигателе, поскольку учет всех факторов, в том числе энергии вакуума, и корректные расчеты не выявляют нарушений законов термодинамики [37]. В величину получаемой энергии вносит свой вклад вакуум, приводя к избыточному энергобалансу.

Приведем в качестве примеров появившиеся в печати сообщения о новых разрабатываемых технологиях получения избыточной энергии, появление которой нельзя объяснить с позиций традиционных взглядов.

Американский ученый Дж.Григгз (Картесвиль, штат Джорджия) изобрел устройство, названное «гидросонным насосом», которое предназначено для нагревания воды и получения пара [4]. Установка весит около 150 кг. Эксперименты на модели гидросонного насоса выявили наличие большого количества избыточной тепловой энергии. Данному феномену автор изобретения пока не находит объяснения, однако многократные испытания, проводимые уже несколько лет, всегда выявляют наличие избыточной энергии. По сообщениям автора энергетический выигрыш достигает 168%. Избыточная энергия на выходе этого устройства намного превышает энергию, необходимую для запуска. Явление высвобождения избыточной энергии проявляется стабильно при всех испытаниях. И это не единичный факт.

Экспериментально подтверждено появление избыточной энергии в исследованиях газоразрядных устройств, проведенных проф. А.В.Чернетским [5]. Было выявлено появление избыточного энергобаланса, при котором полученная энергия в 1,5 — 2 раза превышала затраченную. Ученым зафиксирован новый физический эффект, который назван им плазменно-вакуумным эффектом.

Еще в 1959 году в Институте металлургии АН СССР были проведены серии экспериментов с использованием полупроводниковых термоэлементов, в которых наблюдалось появление избыточной энергии. Феномен избыточной энергии устойчиво проявлялся как в режиме теплового насоса, так и тогда, когда осуществлялась полная изоляция термобатареи от окружающей среды. В одном из опытов экпериментальная установка представляла собой сосуд Дьюара с помещенной в него полупроводниковой термобатареей. В установке были приняты специальные меры для исключения присоса тепла извне. Таким образом, эффект теплового насоса исключался. Количество тепла, выделяемое на термобатарее, во многих опытах в 2,2 — 2,6 раза превышало потребляемую электроэнергию [23].

Японские ученые изобрели устройство для получения тепловой энергии в водной среде, которое названо лазером голубой воды. В устройстве использованы явления холодного ядерного синтеза и новое физическое явление преобразования звуковых волн в свет, которое носит название сонолюминесценция. В водной среде создается синхронное акустическое поле и осуществляется концентрация ультрафиолетового света сферической линзой. Концентрация ультрафиолета осуществляется в облать пространства, где происходит сонолюминесценция за счет воздействия акустических волн. Устройство планируется использовать как компактный генератор энергии для нагрева природной воды.

Другим устройством,разработанным японскими учеными, является генератор ( JPI-1 ), в котором использован феномен появления избыточной энергии. В генераторе имеются вращающиеся в магнитном поле диски. Разработан проект более совершенного генератора ( JPI-2 ) на основе сверхпроводящей электромагнитной системы. Предусматривается создание генератора в двух модификациях. Различие состоит в использовании вращающихся роторов диаметром 30 см. и 50 см. Расчеты создателей генератора показывают, что после запуска генератора от внешнего источника, он должен генерировать 30 — 40 килоВатт мощности. Скорость вращения ротора планируется довести до 8000 оборотов в минуту. Генератор с ротором диаметром 50 см. по расчетам должен иметь мощность 200 кВт.

В Швейцарии разработан конвертер, который представляет собой комбинацию электростатической машины с электростатическим двигателем. Генератор весит около 20 кг. При запуске генератора путем вращения дисков, он вырабатывает электроэнергию, которая значительно превышает энергию, затраченную на его запуск. Феномен продуцирования энергии надежно воспроизводится. Конвертер генерирует 3 кВт мощности [6].

Несмотря на то, что оптимистические прогнозы в использовании холодного ядерного синтеза, открытого М.Флейшманом и С.Понсом, как нового способа получения энергии, не оправдались, их открытие пробудило большой интерес ученых к поиску новых источников энергии. Примером может служить принципиально новый подход, предложенный доктором Рэндэллом Миллзом — президентом компании НРС (Гидрокаталисис Пауэр Корпорейшн, штат Пенсильвания, США). Его идея не основана на ядерных реакциях. В электролитической ячейке Миллза используется «легкая» вода, а энергия высвобождается в результате каталитического процесса, при котором электрон водородного атома побуждается к переходу на более низкий энергетический уровень. Исследования показали многократное превышение выходной мощности над входной. Так, ячейка потребляющая 18 Вт электрической мощности производит 50 Вт. Процесс генерации избыточной энергии продолжается длительное время — многие месяцы [18].

В работах Ю.А.Баурова (Россия) сообщается о созданных движителях-генераторах, использующих энергию физического вакума. Экспериментально исследуется новый вид теоретически предсказанного взаимодействия и новой силы, соответствующей ему. По утверждению автора [ 26] «за счет сфазированности движения материальных тел с процессом образования физического пространства» удается значительно усилить новое взаимодействие. В демонстрационных моделях уверенно контролируется выходная мощность около 50 Вт, возникающая за счет энергии физического вакуума [26].

В работе Р.Ф.Авраменко и В.И.Николаевой [39] приведены результаты исследований электрической цепи из последовательно соединенных элементов R, L, C, содержащей плазменный промежуток, в котором выявлено появление избыточной энергии. Появление избыточной энергии исследователи связывают с существованием у электрона энергетического уровня 3,73 кэВ и его вкладом в баланс энергии. Исследования Н.Е.Заева (Россия) [40] выявили способность некоторых диэлектриков и нелинейных ферромагнетиков в циклах «зарядка-разрядка» и «намагничивание-размагничивание» генерировать электрическую энергию за счет своей тепловой энергии. При этом, отдаваемая при разрядке (размагничивании) энергия, превосходит вводимую энергию при зарядке (намагничивании).

В устройстве запатентованном С.Мейером (США) используется разложение воды с целью получения водорода и кислорода, которые затем сжигаются в особом реакторе, где на горючий газ производится воздействие электромагнитным полем. Благодаря использованию электронного воздействия, энергия сгорания кислорода и водорода значительно превосходит энергию, затраченную на их разложение. В генераторе выявлена избыточная энергия. Ведутся испытания такого конвертера на автомобиле. Проведеные испытания демонстрируют реальность практического использования такого способа получения избыточной энергии. Расход воды на 100 км. пробега автомобиля составляет около 3-х литров [7].

В устройстве запатентованном К. Шоулдерсом [24] вакуумная энергия извлекается путем осуществления импульсного разряда в трубке, в которой создано разрежение (Evacuated Tube). Нагрузка подключается к обмотке, расположенной с наружной стороны трубки. В устройстве создается высокая плотность разрядного тока в импульсном режиме, при котором в зоне между электродами возникает устойчивое плазменное образование — сгусток электронов тороидальной формы.

Электронный сгусток при движении от катода к аноду пополняется энергией и генерирует в нагрузочной обмотке импульс тока с энергией в 30 раз превышающей энергию, затраченную на создание разряда.

Попытки найти убедительные теоретические объяснения перечисленным энергетическим феноменам, с позиций существующих научных воззрений, не увенчались успехом. Сейчас ведутся активные работы по раскрытию механизмов, ответственных за появление избыточной энергии с привлечением теории физического вакуума. Налицо ситуация, когда экспериментальные результаты опережают теорию.

Экспериментальные достижения показывают, что мир подступается к практической реализации новейших способов получения энергии, не мыслимых даже несколько лет назад. Монополией на новые способы получения избыточной энергии стремятся завладеть исследователи США, Германии, России, Франции, Швейцарии и других стран, проводя активное патентование всех разрабатываемых технических решений. Факт появления избыточной энергии, исследователи преподносят как важнейшее достоинство своих изобретений.

4. НАПРАВЛЕНИЯ ИССЛЕДОВАНИЙ

В последнее время к работам по созданию устройств, имеющих избыточный энергобаланс, и к поиску механизмов, приводящих к появлению избыточной энергии, подключаются ученые практически во всех странах. Гонки за овладение секретом получения новой энергии начаты. Наиболее интенсивно подобные исследования стали проводиться в последние годы [7 — 36]. Это связано с тем, что были опубликованы патенты Дж.Григгза [4] и К. Шоулдерса [24] на генераторы энергии, в которых зафиксировано получение избыточной энергии, значительно превышающей подводимую энергию. Работы по получению избыточной энергии ведутся в нескольких направлениях:

тепловая энергия,

электроэнергия,

механическая энергия.Возростает интенсивность исследований по поиску новых видов энергии

в России. По росту публикаций можно судить об их резкой активизации в последние годы. Работы касаются как теоретических аспектов постижения вакуумной проблемы, так и поисков практических приложений. Выявлено проявление вакуумной энергии в форме механической энергии. Большие надежды возлагаются на использование для этой цели торсионных полей [2].

Большой интерес к проблеме вакуумной энергии проявляет космическое агенство США (NASA). NASA ставит такие задачи, которые буквально несколько лет назад показались бы фантастикой. В 1997 году было проведено заседание рабочей группы, на котором рассматривались новые подходы для достижения научного прорыва в космических исследованиях и создания двигателей, НЕ ТРЕБУЮЩИХ ЗАПАСОВ ГОРЮЧЕГО НА БОРТУ. Рассматривались новые методы получения энергии, в том числе энергии вакуума, которые могли бы обеспечить научный прорыв в области создания эпохальных ракетных двигателей, работающих на новых принципах [29,38].

В США, Германии и Японии исследуются как теоретические проблемы, связанные с вакуумной энергией так и попытки ее практического получения.

Количество публикаций по вакуумной проблеме в последние годы имеет тенденцию к нарастанию [27 — 36]. Некоторые зарубежные исследования основываются на использовании эффекта Казимира, который был открыт в 1948 году [9]. Суть эффекта состоит в появлении силы за счет флуктуаций физического вакуума, при котором наблюдается механическое взаимодействие вакуума с электропроводящими пластинами. Способы получения энергии с применеием данного эффекта предусматривают превращение давления, осуществляемого вакуумом на пластины в электричество с помощью многослойных структур.

Активно ведутся исследования основанные на идее «нулевых колебаний вакуума». В физическом вакууме открыты электромагнитные поля, которые существуют в нем даже при температуре абсолютного нуля. Расчеты показывают, что энергия их очень велика. Это и есть так называемое нулевое излучение вакуума. Идея использования нулевых колебаний вакуума для целей получения энергии приводит к выводу о существовании трех основных способов, посредством которых вакуум может высвобождать накапленную в себе энергию.

1) использование радиальных электрических полей, действующих на вихревые колебания вакуумной среды;

2) использование энергии генерируемой ферромагнитами;

3) использование электромагнитного взаимодействия между вакуумом и плазменным разрядом.

Исследования выявляют возможность получения энергии из вакуума при реализации быстрых движений атомных ядер вещественной среды, когда избыточная энергия продуцируется за счет прохождения ионов через зоны вихревых токов. Продуцирование энергии замечено в результате электрических разрядов, плазменных ионно-акустических колебаний, при сонолюминесценции. Вихревое движение ионов позволяет получить наибольший эффект высвобождения энергии, поэтому во многих исследованиях ставится задача поиска способов реализации оптимальных вихревых полей для извлечения энергии нулевых колебаний вакуума.

5. СОСТОЯНИЕ С ПАТЕНТОВАНИЕМ

Сообщения о разработке генераторов, вырабатывающих избыточную энергию, охватывают литературу и патенты по нескольким классам международной патентной классификации. Среди них можно выделить следующие классы: генераторы электромагнитные, генераторы электростатические, генераторы на постоянных магнитах, теплогенераторы для нагрева жидкостей, параметрические генераторы на основе резонансных контуров, преобразователи на основе плазменных и плазмоподобных элементов, генераторы шаровых плазменных образований[11-16,39].

В мире идет активное патентование всех разрабатываемых технических решений, которые хоть как-то связанны с новыми способами получения энергии.

Большинство патентов появились по результатам выявленных энергетических феноменов при проведении исследований и экспериментов.

6.НОВАЯ ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ

Успехи современной физики в постижении тайны вакуума позволяют с совершенно новых позиций подходить к способам получения энергии [17,19,20].

Вакуумная картина мира дает возможность с иных позиций осмыслить сложившиеся подходы и методы получения энергии и выйти на совершенно новые технологии в области энергетики. В этих технологиях существенная роль отводится вакуумным эффектам [17,21,22].

Вакуум впервые учтен в процессах энергетических преобразований, как естественная материальная среда, воздействуя на которую, вместо воздействия на вещество, как это традиционно принято, можно будет получать большие уровни энергии.

Новая концепция, в корне отличается от сложившихся подходов. Принципиальным ее отличием является использование вакуумных технологий для целей получения высоких уровней энергии. В результате открываются возможности впервые получить на конечном этапе энергетических преобразований вместо экологически опасного вещества, естественную материальную природную среду — вакуум. При этом, находят решение как проблемы получения высоких уровней энергии, так и проблемы экологической чистоты самого процесса получения энергии.

Концепция вакуумной энергетики имеет целью создание энергоустановок на основе использования физических эффектов, которые позволят реализовать иэбыточный энергобаланс в системе. В таких энергоустановках для получения энергии осуществляется воздействие не на вещество, ана вакуум, доводя его до определенного уровня возбуждения.

Центральной задачей при разработке концепции вакуумной энергетики считается решение проблемы технической реализации специальных полевых образований, обеспечивающих протекание вакуумных эффектов и поиск среды, в которой вакуумные эффекты реализуются наиболее эффективно.

Для получения высокой плотности энергии начального возбуждения вакуума необходима специальная геометрическая форма реактора. Наибольшее предпочтение отдается сферическим реакторам [22, 41]. Высокая плотность энергии в центре сферы, необходимая для введения вакуума в возбужденное состояние, достигается сравнительно просто при минимальной начальной энергии. Представляют интерес также цилиндрические и конические формы реакторов. В качестве среды возбуждения и теплоносителя исследуется жидкость. Жидкость выполняет двойную функцию. С одной стороны она является теплоемкой средой для отбора и аккумулирования энергии, с другой стороны она создает условия для реализации управляемого процесса возбуждения.

С целью получения избыточной энергии в настоящее время активно исследуются явление электромагнитного коллапса, явление сонолюминесценции, пинч-эффект, светогидравлический эффект, электрогидравлический эффект. Перечисленные физические явления эффективно реализуются в жидкой среде. Стоит задача разработки специального способа возбуждения вакуума, в котором все перечисленные эффекты должны быть совмещены. Достижение высоких плотностей энергии в локальной зоне пространства рассматривается как ключевой момент для доведения уровня возбуждения вакуума до критического, без реализации которого невозможно получение энергии [22].

Вакумные эффекты, реализуемые в жидкой среде, открывают принципиально новый подход к способам получения энергии. Компактные генераторы энергии, основанные на реализации вакуумных эффектов, размещенные в местах потребления энергии, позволят решить энергетические проблемы и сулят большие коммерческие выгоды.

7. КОНЦЕПЦИЯ СОЗДАНИЯ ГЕНЕРАТОРА ВАКУУМНОЙ ЭНЕРГИИ

Для создания генератора вакуумной энергии используются следующие особенности физического вакуума.

1. Существование критического уровня возбуждения вакуума, при достижении которого вакуум порождает элементарные частицы.

2. Свойство вакуума генерировать электроэнергию посредством порождения электрических зарядов — электронов и позитронов.

3. Переход вакуума в возбужденное состояние при достижении определенной плотности энергии.

Использование перечисленных свойств вакуума приводит к появлению вакуумных энергетических эффектов, что обеспечивается соответствующей конструкцией вакуумного генератора и электронным воздействием на среду.

Существование критического уровня возбуждения для вакуума и наличие естественного природного фона электромагнитных полей, космических излучений, приводящих к фоновому уровню возбужденного состояния вакуума, создают условия для получения энергии на нагрузке большей, чем затрачено первичным источником питания. Необходимая добавка берется не из ниоткуда, а высвобождается запасенная и существующая в Природе энергия.

Вакуум в новой концепции рассматривается как энергоноситель и как объект, на который осуществляется воздействие с целью высвобождения запасенной энергии. Основным видом воздействия на вакуум является электромагнитное воздействие. Целью электромагнитного воздействия является доведение уровня возбуждения вакуума до критического.

Необходимым условием возбуждения вакуума является создание высокой плотности энергии в локальной зоне пространства. Достаточным условием возбуждения вакуума является разделение зарядов в энергонасыщенной локальной зоне пространства. И необходимое условие — создание высокой плотности энергии, и достаточное уловие — разделение зарядов, обеспечивается конструкцией вакуумного генератора и электронной схемой управления генератором.

Генератор обеспечивает работу в следующих режимах:

подготовительном режиме,

режиме запуска,

рабочем режиме,

аварийном режиме.

Генератор представляет собой электронную систему, в которой узлы своими конструктивными и специальными геометрическими исполнениями создают условия для возбуждения вакуума энергии. Совокупность узлов и блоков в их закономерной взаимосвязи и строгой последовательности выполняемых функций позволят реализовать вакуумные эффекты и обеспечить отбор энергии.

В вакуумном генераторе предусмотрено наличие нескольких ступеней аварийной защиты. Основой аварийной защиты является выбор вместо непрерывного возбуждения, импульсного характера возбуждения вакуумного генератора с блокировкой очередного импульсного воздействия электронным узлом аварийного отключения возбуждения при превышении уровня мощности.

Схема генератора приведена в [37].

ЛИТЕРАТУРА

1. Р.Подольный. Нечто по имени ничто. М. 1983.

2. Н.В.Косинов. Физический вакуум и гравитация». Физический вакуум и природа. N4, 2000.

3. Ю.П.Конюшая. Открытия советских ученых. М.: Иэд-во МГУ, 1988.

4. James L. Griggs, «Apparatus for Heating Fluids», U.S. Patent 5,188,090.

5. А.В.Чернетский. О физической природе биологических явлений и их моделировании. М. 1989.

6. Niper, Hans. A. Revolution in Technik, Medizin, Gesellschaft. 1983.

7. Пат. США N 5.149.407

8. В.А.Жуков. Технология чуда. Свет (Природа и человек), N1, 1987.

9. D.C.Cole and H.E.Puthoff, «Extracting Energy and Heat from the Vacuum», Phys. Rev.E, v.48, No. 2, 1993.

10. P.TEWARI.Generation of cosmic energy and matter from absolute space . International Symposium of new energy. Denver, Colorado,USA, April 16-18, 1993.

11. Пат. США N 4622510

12. Пат. США N 4595852

13. Пат. США N 4904926

14. Пат. США N 4883977

15. Европатент 367760

Suffix derived nouns, adjectives, verbs.

Prefix derived adjectives and verbs.

|The affix |the |deriva|deriv|examples |
| |origin |tive |ant | |
|-ness |L. |n. |adj. |alertness, goodness, |
|-ity |L. |n. |adj. |darkness. |
| | | | |convertibility, humidity, |
|-ism |L. |n. |n. |banality, activity |
| | |n. |adj. | |
| | | | |Leninism, Platonism |
|-ship |E. |n. |n. |pacifism, Americanism, |
| | | | |newspaperism |
|-dom |L. |n. |n. |friendship, ladyship, |
| | | | |horsemanship, partenship |
|-ment |L. |n. |v. |earldom, sheriffdom, |
| | | | |savagedom, boydom |
|-ation |Gr. |n. |v. |denotement, astonishment, |
|-ery |L. |n. |n. |pavement |
|-acy |R. |n. |adj. |indication, realization, |
| | | |n. |activation, expectation |
|-age |R. |n. |n. |peasantry, scenery, cattery|
| | | |v. | |
|-ed |E. |adj. |n. | |
|-y |L. |adj. |n. |profligacy, retiracy |
| | | |v. |delegacy, piracy |
| | | |adj. |readerage, spindleage, |
|-ish |E. |adj. |n. |footage |
| | | |adj. |fosterage, breakage, |
|-en(-n) |E. |adj. |n. |standage |
| |E. |adj. |n. |feathered, minded, |
|-less |Gr. | |v. |passioned |
|-ly |E. |adj. |n. |bony, furry |
|-ful | |adj. |n. |sleeply, chattly |
| |E. | |v. |blacky, paly, plumpy |
|-some | |adj. |n. | |
| | | |adj. |maidish, Irish, dampish |
| |E. | |v. |coldish, blackish, baddish |
| |E. |adj. |num. |flaxen, wooden, silken |
|-fold |E. |adj. |n. |homeless, brotherless |
|-worthy |L. | |v. |changeless |
| |L. |adj. |n. | |
|-like |L. |adj. |v. |brotherly, yearly, lively |
|-able |E. |adj. |n. |beautiful, chearful, topful|
|-ous |E. |adj. |n. | |
|-an(ean, ian) |E. |adj. |adj. |wakeful, forgeful |
|un- |E. |adj. |adj. |brothersome, venturesome |
|in- |E. |adj. |adj. |gaysome, darksome |
|non- |E. |adj. |adj. | |
|a- |L. |adj. |adj. |troublesome, quarrelsome |
|self- | |adj. |adj. |fivefold, tenfold |
|well- |L. |adj. |adj. |loveworthy, shameworthy, |
|ill- |L. |v. |n. |readworthy |
|-ize | | |adj. |showworthy |
| |E. |v. |n. |deathlike, wifelike |
|-fy(-ify) |E. | |adj. |drinkable, actable |
| |L. |v. |n. |envious, villainios |
|-ate |L. | |adj. |European, African, |
| |E. |v. |adj. |Darwinian |
|-en |E. |v. |v. |unreasonable, unpracticed, |
|un- |E. |v. |v. |unimportant, unintentional |
|de- | |v. |v. |inartistic |
|dis- |E. |v. |v. |non-human |
|mis- |L. |v. |v. |achromatic, anhydrous |
| |E. |v. |v. |self-acting, self-recording|
|under- | | | | |
|over- | | | |well-aged, well-born |
| | |v. |v. |ill-advised, ill-disposed |
|up- | |v. |v. | |
|re- | |v. |v. |characterize, vaporize |
| | | |n. |specialize, realize |
|be- | | |adj. |electrify, testify, damnify|
| | | | | |
| | | | |acidify, humidify, |
| | | | |pacificify |
| | | | |vaccinate, fossilate |
| | | | |activate, syllabicate |
| | | | |gladden, soften, redden |
| | | | | |
| | | | |unbend, unshoe, uncork, |
| | | | |undeceive |
| | | | |decode, deforest, deplume |
| | | | |disagree, disjoin, dishouse|
| | | | | |
| | | | |mistake, mishear, mislike |
| | | | | |
| | | | |underline, underwork, |
| | | | |underact |
| | | | |overbuild, overpass, |
| | | | |overdrink, overlive |
| | | | | |
| | | | |uphold, uprise |
| | | | |recline, reread, |
| | | | |repaganize, repaper |
| | | | | |
| | | | |beset, bekiss, bespeak, |
| | | | |becrowd |
| | | | |belimb, becloud, |
| | | | |bedim, befool |

Л.В. Шевцова

ДВГСГА, ГиП, 3 курс, гр. 4351

Научный руководитель

к.г.-м.н. Ю.П. Юшманов

ПРИМЕНЕНИЕ ДЕКОРАТИВНО-ОБЛИЦОВОЧНЫХ КАМНЕЙ В СОЗДАНИИ АРХИТЕКТУРНОГО АНСАМБЛЯ Г. БИРОБИДЖАНА

У рода человеческого не возникало ни одной значительной мысли, которую он не запечатлел бы в камне. А почему? Потому что всякая идея, религиозная или философская, стремится увековечить себя.… И как ненадежно это бессмертие, доверенное рукописи! А вот здание – уже иная книга, прочная, долговечная, выносливая.

В. Гюго

Введение.

Лицо любого города создается творчеством зодчих. Полтора столетия для города — не возраст. Он молодеет и мужает одновременно. Одно поколение зодчих сменяет другое, приходят на смену друг другу архитектурные стили, меняется вместе с этим и облик городов. Так было всегда, так есть и так будет впредь. Уходят люди, и архитекторы- не исключение, но остаются следы их деятельности, произведения архитектуры. Многие постройки не выдерживают испытания временем, а те, что остаются, складываются в буквы каменной летописи города. В архитектуре, словно в зеркале, отражаются процессы и достижения любого общества, его состояние и уровень развития.

Архитектурные сооружения нередко называют каменными страницами истории. И действительно, дома, дворцы, соборы, мосты, набережные и другие сооружения могут рассказать о времени, их родившем, о событиях и вкусах разных эпох и народов не менее выразительно, чем живопись, музыка или литература. Для нас важно, что в оформлении архитектурных сооружений особое значение принадлежит камню. Он применяется строителями как ни с чем, ни сравнимый, оригинальный и декоративный материал.

В современную эпоху роль камня очень велика. Он используется при облицовки зданий, набережных, мостов, из камня высекают памятники. (рис. 1,3,4,8,7) Без камня нельзя обойтись при возведении любых домов, он необходим при прокладке дорог и строительстве промышленных объектов.

Природный камень – незаменимый материал для выполнения особенно интересных архитектурных замыслов и памятников. Когда зданию хотят придать красивую внешность и долговечность, его облицовывают, т. е. покрывают «каменными одеждами» [6, стр.5]. Внешняя и внутренняя облицовка придают зданиям и различным сооружениям особую архитектурную выразительность и монументальность. Применение природного камня в облицовке зданий, в оформлении площадей, скверов и улиц содействует созданию целостных архитектурных ансамблей. Каменная облицовка повышает сохранность и долговечность зданий и освобождает от ремонта наружных частей на многие десятилетия. Это выгодно отличает каменные облицовки из природного камня от искусственных облицовочных материалов. Известно, что многие монументальные здания античности, эпох средневековья и Возрождения, облицованные естественным камнем, хорошо сохранились до наших дней.

Облицовочные камни подразумевают готовую продукцию из природного камня (плиты, архитектурно – строительные изделия и т. п.). Первоначально изделия из облицовочного камня выполняли две основных функции: конструктивную и эстетическую, в последствии конструктивная функция утратила свое значение. Основные области применения облицовочного камня: наружная и внутренняя облицовка объектов гражданского, транспортного, промышленного и жилищного строительства (стены, полы, цоколи, порталы, элементы архитектурного оформления, ступени, парапеты и т. д.)

В настоящее время изучение каменной летописи нашего города актуально так, как город растет, меняет свой облик, воздвигаются новые здания, создается неповторимый архитектурный ансамбль г. Биробиджана, но жителям нашего города необходимо знать и уважать каменную историю Биробиджана. Ведь знание, любовь, уважение к своим корням, к прошлому и настоящему своего города, своей земли очень важно для каждого человека. Биробиджанцы должны помнить, что они в ответе перед теми, кто жил на этой земле, а еще больше- перед теми, кто будет жить после них. Наше поколение несет ответственность за все, что было сделано до нас, что сделаем мы и что передадим своим потомкам.

Классификация, генезис и применение декоративно-облицовочных камней.

Существует несколько классификаций облицовочного камня по различным признакам: генетическая, по прочности, по обрабатываемости, по долговечности и степени декоративности. [3, стр.528; 8 стр.129]. Согласно генетической классификации горных пород, используемые в качестве облицовочного камня, подразделяются на изверженные (граниты, сиениты, габбро, базальты, туфы и т. п.), осадочные (известняки, песчаники, доломиты и т. п.) и метаморфические (мраморы, гнейсы, кварциты и т. п.). Прочностная классификация предусматривает подразделения облицовочного камня на 3 группы в зависимости от величины предела прочности на сжатие (в сухом состоянии) : прочные ( 80 МПа и выше), средней прочности (от 40 до 80 МПа) и низко прочные (до 40 МПа). По обрабатываемости горные породы делятся на несколько классов в зависимости от вида конкретного технологического процесса; по долговечности на 4 класса: весьма долговечные (кварциты и мелкозернистые граниты) – с началом разрушения через 650 лет; долговечные (крупнозернистые граниты, сиениты, габбро, лабрадориты) – 220-50 лет, относительно долговечные (белые мраморы, известняки и доломиты) – 75-120 лет, недолговечные (цветные мраморы, гипсовые камни, пористые известняки) – 20-75 лет. Классификация облицовочного камня по декоративности предусматривает его подразделение на 4 класса (высокодекоративный, декоративный, малодекоративный и недекоративный) – в зависимости от величины суммарной оценки декоративности, определяемой по бальной системе. К облицовочному камню, используемому в современном строительстве, предъявляются требования по монолитности, прочности, морозостойкости (облицовочные камни, предназначенные для наружных облицовок), истираемости (облицовочные камни для настилки полов), сформулированные в СССР в стандарте на блоки из природного камня.

Каменные страницы нашего города нам много поведали о его истории, истории промышленности, истории области, экономики.

В Биробиджане на площади «Театральной» колоны и фонтан (рис. 1,5) изготовлены из гранита окрашенного в мясо-красный цвет (калинатровый полевой шпат, кварц). Граниты — самые распространенные интрузивные породы. Гранитная магма, застывая на глубине, превращается в граниты. Почти в любом крупном районе, лишенном осадочного покрова, эти породы выходят на поверхность на значительные площади. Гранитоиды занимают около ј всей площади, занятой магматическими породами. [5, стр.36].

Гранит был уже в древнее время достопримечательной породой и остался таковым до нынешних лет (высказывание Гете). В современном строительстве гранитам принадлежит большая роль. Гранит надежный, крепкий и прочный камень, именно поэтому на фундаментах из него покоятся монументальные здания.

Свойства гранита как строительного и облицовочного материала связаны с минеральным составом и строением. В состав породы входят следующие минералы: кварц (25-30%), два вида полевых шпатов (65-70%), мусковит и темноцветные минералы (5-10%). В темноцветных минералах в небольшом количестве присутствует роговая обманка и слюда. Сплошные кристаллические массы, толстотаблитчатые кристаллы.

Окраска породы определяется цветом породообразующего минерала – калиевого шпата. Есть граниты серые, розовые, мясо – красные, коричневые, зеленые и даже синевато-серые и почти черные. Калинатровый полевой шпат (ортоклаз, микроклин)– твердый минерал (твердость его составляет 6-6.5, а удельный вес 2.5-2.6), поэтому при полировке гранита получается гладкая зеркально-блестящая поверхность. У гранита массивная текстура, полнокристаллическая, иногда равномернозернистая или порфировидная структура. Спайность калиевого шпата совершенна в двух направлениях (угол между плоскостями спайности меньше 90є).

Лабрадорит относится к натриево-кальциевым полевым шпатам (плагиоклазам). Из него и изготовлен памятник- В. И. Ленина. Авторами, которого является скульптор, участник Великой Отечественной войны Кербель Лев Ефимовичи архитектор Л.В. Мисожлуновых. Кербель присутствовал на его открытии в 1978 году. [4, стр265]. Лабрадориты служат декоративным камнем. При попадании солнечного луча на поверхность лабрадорита возникает иризация. .(рис. 8, 9)

На Дальнем Востоке уникальное по качеству сырья Сайбалахское месторождение этой довольно редкой породы иризирующих анортозитов расположено в …… районе Амурской области. Лабрадорит долго сохраняет полировку, отличается прочностью и долговечностью.[2, стр.51].

Впервые лабрадориты были обнаружены в Северной Америке на полуострове Лабрадор, именем которого назвали плагиоклаз- главный минерал этих пород. [6, стр130; 5,стр56]. Твердость у него ничем не отличается от калиевого шпата, а вот удельный вес у лабрадора больше 2.6-2.8, спайность совершенна в двух направлениях (угол между плоскостями спайности меньше 90є). Цвет у минерала серый, темно-серый. Сплошные кристаллические массы, таблитчатые кристаллы.

Всем известное жителям города Биробиджана здание областной Филармонии, (рис. 1,2,3) построенное в 1964 г., облицовано природным, декоративным камнем – белым мрамором. Здание областной Филармонии – это настоящее неповторимое произведение искусства, как говорил критик В. Белинский: «Произведение искусства только тогда становится таковым, когда оно несет в себе черты неповторимости».

Чистота снежно-белого мрамора производит впечатление чего-то недосягаемого и неземного. Нет другого камня, который был бы таким чисто белым.

Мрамор состоит из минерала кальцита [5,стр.40]. Характеризуется мономинеральным составом, массивной текстурой и полнокристаллической структурой, возникает при метаморфизме карбонатных пород – известняков, доломитов и др. Окраска разнообразна, зависит от примесей. Высоко ценится белый мрамор. Нередко мрамор по внешнему виду напоминает кварцит. От последнего легко отличается по твердости (царапается стеклом, режется ножом) и бурно реагирует с разбавленной соляной кислотой с выделением пузырьков углекислого газа (диоксида углерода).

Месторождение мрамора в Еврейской Автономной области. Оно расположено в 6 км. юго-западнее курорта «Кульдур». [1,стр.137; 7, стр. 175]. Кульдурские мраморы различных оттенков: белового, розового, зеленого, черного; хорошо полируется, легко раскалывается, спиливаются, фрезеруются. Интенсивная трещиноватость мраморов обуславливает мелкую блочность массива, что не обеспечивает получение больших облицовочных плит. Запасы мрамора- более 2 млн. тонн. Лондоковский известковый завод использует мраморы для производства мраморной крошки и доломиты для производства доломитового щебня.

История создания архитектурного ансамбля г. Биробиджана

К сожалению, архитектура нашего города Биробиджана не может конкурировать с архитектурой г. Москвы, г. Петербурга или г. Хабаровска, так как наш город по сравнению с ними еще молодой. В этом году он отметил свое 70-летие. А как все начиналось? Ведь раньше здесь- кругом была тайга и болота.

Вырос наш город на месте железнодорожной станции Тихонькая, заложенной здесь в 1912 году при строительстве Амурской железной дороги. В 1931 году станция Тихонькая была переименована в Биробиджан (по названиям рек Биры и Биджана). На обширной территории заключенной между Транссибирской магистралью и Амуром, в бассейне рек Биры и Биджана, недалеко от Хабаровска. Были изысканы крупные массивы пригодные для распашки земель, имелись обширные луга, богатейшие леса, ценные полезные ископаемые, что способствовало заселению этих мест. С образованием Еврейской автономной области в 1934 году, Биробиджан становится ее административным центром. А в 1937 году поселок Биробиджан получает статус города.

В фондах областного краеведческого музея хранится один любопытный документ. Это один из проектов строительства города. Он именуется «Архитектурный план» и составлен московским ГИПРОГОРом, НККХ к 1937 г. Как отмечал Галнес-Майер, один из авторов проекта, существующая застройка Биробиджана ныне беспорядочна, малоценна, представляет в большинстве своем избы и в незначительной части рубленые и глиноблочные одно- и двухэтажные дома.

Река Бира в те годы считалась судоходной на протяжении 197 км. По ней ходил маленький речной пароход. Проектом намечалось строительство на левом берегу реки городской пристани в районе нынешней филармонии причала и вокзала. Улица Горького должна была оставаться пешеходной и связывать оба вокзала — железнодорожный и речной. Осуществить эту идею не позволило обмеление реки.

Основную часть жилой зоны предполагалось разместить на правом берегу Биры. Здесь намечалось расселить к 1937г — 16-18 тыс. человек, а к 1942г — 34-36 тысяч. В дальнейшем строительство жилого массива должно было расширяться до 13 км шоссе Биробиджан- Бирофельд. Административный центр по проекту располагался у большой сопки. Тут должны были разместиться административная площадь, облисполком, горсовет, облсуд, прокуратура, милиция, Госбанк и другие учреждения. Примыкать к административному центру на главной магистрали города, ведущей к вокзалу, будет (как предполагалось) торговый центр с универмагом, спецмагазинами, центральным колхозным рынком, домом колхозника и т.д.

Задумывалось так, а получилось наоборот. Время все расставило на свои места, многое изменилось в архитектурной летописи Биробиджана, но, не смотря, ни на что, облик нашего города хорошеет из года в год, ставится все привлекательней.

Отправной точкой развития г. Биробиджана считается 1928 год, когда прибывала первая партия евреев-переселенцев. В связи с ростом населения в последующие годы и стал бурно разрастаться город. В истории отмечается, что за эти десять лет было построено около 50 тыс. мІ жилья.

В 1930 г. был построен по проекту инженера Сомхи первый железнодорожный вокзал в Биробиджане. Здание было деревянное, барачного типа, не соответствующие нормам пожарной безопасности. (рис. 4, 6)

А в 1934 г. начинает работать кирпичный завод, продукция которого направляется на строительство комбината стандартного домостроения. Это послужило толчком для создания нового кирпичного здания железнодорожного вокзала, рассчитанное на обслуживание 500 пассажиров в сутки. Возросший объем грузовых и пассажирских перевозок, необходимость улучшения условий труда персонала и обслуживания пассажиров вызвали необходимость расширения вокзала.

1937 год улицы маленького городка украшают деревянные тротуары, деревянные двухэтажные дома и несколько больших каменных зданий: областной больницы (на 250 коек), кинотеатра (звуковое кино), областной типографии и десятой школы.

С 1940 г. оригинально влилось в архитектурный ансамбль нашего города здание областной библиотеки и краеведческого музея построено по проекту известного архитектора МЯ. Гильмака — одного из авторов здания библиотеки им. .Ленина в Москве (известной также как Пашков дом).

На центральной площади г. Биробиджана 7 октября 1978 г. состоялось торжественное открытие памятника основателю коммунистической партии и советского государства ВИ. Ленину. Автор памятника известный советский скульптор, академик участник Великой Отечественной войны Лев Ефимович Кербель. Он создал более 40 памятников В.И. Ленину. Архитектурный ансамбль площади создавался по проекту Льва Валентиновича Мисотникова- руководителя московской архитектурной мастерской. Л.В. Кербель присутствовал на его открытии.(рис. 8, 9)

Для создания архитектурной выразительности улиц нашего зеленого городка местная власть старалась пригласить специалистов с соседнего Хабаровска. Так было построено здание универмага, автором которого был Радий Петрович Кухарский.

К 50-летию ЕАО было сдано в эксплуатацию здание областной филармонии. построено трестом «Биробиджанстрой», строительными и монтажными организациями Главдальстроя Минмонтажспецстоя СССР и Главдальпроммонтажа Минмоатажспецстроя СССР по проекту Московского института «Гипротеатр». А к 70-летию области была украшена театральная площадь фонтаном и колоннами. .(рис. 1,2,3,5)

Центральная улица города Биробиджана носит имя великого еврейского писателя Шолом-Алейхема (Рабинович Шолом Нохумович, 1859- 1916 г.г., автор всемирно известных произведений «Менахем-Мендл», «Тевье молочник», «Блуждающие звезды» и др.). Свое нынешнее название улица получила в 1946 году. До этого она называлась Партизанской. Улица протяженностью почти в 5 км пересекает город с востока на запад. На ней расположен ряд промышленных предприятий: объединение «дальсельмаш», промышленно-торговая фирма «Надежда», мебельная фабрика. Тут же различные предприятия сферы услуг, гостиница «Центральная», дворец культуры, областная больница, другие учреждения здравоохранения, магазины, рынки, торговые центры. Наиболее интенсивное строительство велось здесь в 50-60 годы, когда на месте болот и озер выросли кварталы современных зданий. Сегодня улица Шолом-Алейхема в Биробиджане одна из самых красивых и благоустроенных. .(рис. 7)

В последние годы наиболее выразительней стал архитектурный ансамбль нашего города. Очень удачно гармонируют между собой излюбленные места горожан: «Театральная» и «Привокзальная» площадь, сквер «Победы» и площадь «Дружбы».

«Театральная» площадь стала излюбленным местом молодежи. В летние вечера под шум фонтана здесь встречаются влюбленные пары. Игра цветов на брызгах гранитного фонтана, сопровождаемая музыкой создает мощную положительную энергетику. Начинает звучать каждый предмет, река и облака, у каждого человека непременно тоже есть своя мелодия. Несомненно, и город тоже «играет». Железнодорожный вокзал- это ворота нашего города. .(рис. 1,2,3,5) Здесь очаровывает своей красотой гостей города «Привокзальная» площадь, которая умещает в себе историю области (памятник переселенцам) и историю еврейского народа (над фонтаном возвышается менора- это семисвечник, который использовался евреями во время странствования по пустыне). .(рис. 4, 6)Утопает в зелени площадь «Дружбы», которая символизирует теплые отношения между народами. Ежегодно, 9 мая, жители Биробиджана, с волнением идут на митинг в сквер «Победы», чтобы почтить память земляков, погибших в годы Великой Отечественной войны. Камни могут передать теплоту чувств, возвышенность, целеустремленность, горесть и печаль. В сквере «Победы» обелиск Славы изготовлен из белого мрамора, увенчанного ордером Победы. Он установлен на розовом граните. Сочетание белого мрамора, олицетворяющего чистоту и возвышенность чувств, розового гранита- пролитую кровь и черного базальта- скорбь, придает торжественность и строгость окружающей обстановке. Невдалеке расположена часовня в память о погибших солдатах.

Заключение.

В развитии архитектуры на любом из ее этапов важное место занимают поиски художественной выразительности. Вместе с тем архитекторы постоянно стремились к тому, чтобы их произведения отвечали в полной мере той триаде, которой следовали еще зодчие древности- польза, прочность, красота. Для придания зданиям архитектурной выразительности и долговечности их облицовывают. Так как каменная облицовка повышает сохранность и долговечность зданий и освобождает от ремонта наружных частей на многие десятилетия. Имеемо архитектурные сооружения складываются в буквы каменной летописи города, которая была начата руками первостроителей. В этой летописи- и память о зодчих, авторах сохранившихся памятников архитектуры. Каменные страницы нашего города будут еще много лет повествовать будущим поколениям «биробиджанцев». Ведь в творчестве, как и в природе, на смену серым будням приходят светлые и солнечные дни.

В последние годы современной архитектуре города Биробиджана отводится большая роль декоративным и облицовочным камням. Это от части вызвано тем, что постепенно меняются объемы и формы воздвигаемых зданий. Особой выразительности архитекторы добиваются, комбинируя камень с современными строительными материалами.

Литература

1. Архитектура и архитекторы Хабаровска-/ Н.П. Крадин.- Хабаровск: Кн. Изд-во, 2003.- 160 с.

2. В удивительном мире камня. / В.И. Лебединский М.: Недра, 1978. – 159 с.

3. География природных ресурсов и природопользования Амурской области / А.В.Чуб. Благовещенск: Зея, 2003.- 213 с.

4. Геология. Лабораторный практикум. Полевая геологическая практика. / В.П. Бондарев М.: ФОРУМ: ИНФРА-М, 2002. – 190 с.

5. Геология / В.В. Добровольский М.: ВЛАДОС, 2001 – 320 с.

6. Горная Энциклопедия / под ред. Е.А. Козловского. М.: Советская энциклопедия. Т. 3., 1987. 592с.

7. Еврейская автономная область. /Под ред. Ф.Н. Рязанского. Биробиджан: ИКАРП ДВО РАН, 1982. -160 с.

8. Месторождение неметаллических полезных ископаемых ЕАО / А.А. Врублевский. Биробиджан: ИКАРП ДВО РАН, 2000.- 206с.

9. Энциклопедический словарь ЕАО / Хабаровск: «РИОТИП», 1999.- 368 с.

1. Classification of . Modern national systems of classifications

Hospitality service – one of the importante part of tourists business. Function of hotels:

Facilities of placing of tourists are any objects which give tourists a temporal or regular place for spending the night (usually in an apartment).

Accordingly all facilities of placing can be presented two categories – community facilities of placing:

– individual facilities of placing. (DSTU)

In Ukraine as well as in majority of the world in the last years the developed classification of hotels on the level of comfort.

The level of comfort of hotels is determined them technical rigging, composition and quality of containing a number fund, by the set of services and others like that.

Today about 30 different national systems of classifications of hotels operate in the world (system of stars (*) from 1 to 5; system of letters – And, In, С; system «crowns», or «keys», «diamonds» and others like that, which can be united in two basic groups: European type the French national system and Asiatic type (ball) is fixed in basis of which, basis of which is the Indian national system. In україні classification operates by system of stars. Hotels and analogical facilities of placing are divided into 5 categories (stars).

A category of «one*» is a low category for hotels.

A category of «five*» is a high category for hotels.

The State national standards, in which minimum requirements are certain in relation to rigging, qualification of personnel and grant of services, are developed in Ukraine. (for example).

Depending on the functional setting of hotels Ukraine divided into a few types:

– general type;

– tourist;

– resort;

– for sportsmen;

– for transients;

– for conferences (hotels of congress)

So far in Ukraine most widespread are hotels of general type, which are counted on people which arrive with business aims on relatively short space, and also for citizens which travel with the personal aims. Such hotels as a rule are in central part of city, near-by administrative, shopping centers. The containing a number fund of hotels of general type consists mainly of one -, two and partly three – four numbers depending on a category,

for example:…….

Tourist hotels are intended for tourists. Depending on the type of active rest they are also differentiated:

for motor-car tourists

for water tourism

for mountain tourism

for youth tourism and others like that.

The feature of tourist hotels consists in that in them present apartments of tourist service, and also methodical and instructor (for methodical work of instructors with groups) cabinets.

One of many types of tourist hotels are hotels for motor-car tourists. Except for buildings with housings numbers, restaurant and other apartments of the public use, these hotels are given by possibility of parking and technical maintenance of motor transport (fillings stations), repair shops or technical service stations.

Hotels for motor-car tourists are also divided into a few types:

Motels are disposed on motorways, before an entrance in cities and also in those places which bring over to itself tourists. Motels, as a rule, small – 20–30 numbers. They provide comprehensive maintenance of guests, and also stand, prophylaxis and repair of cars. (classification from * to to ****)

(example)….

Camping (from engl. of «camp» is a camp) – shows by itself the enterprise of hotel type for seasonal exploitation and it is intended for rest of motor-car tourists and parking them vehicles. All of types of service are simplified: berths placing in buildings of summer type, often in wooden without heating tents; sanitary knots in majorities general, sometimes there are the fillings stations and workshops of repair of cars at campsites. Campsites are accessible for the wide circle of tourists. They provide good and comparatively cheap rest.

The variety of camping is Rotel. He is intended for travelling on cars with treyler. Treyler is set in the specially taken place, connected to technical communications. Rotelі dispose on approaches to the cities or in picturesque places.

Hotel complexes are for water tourism. Placing of establishments of placing for water tourism conditioned dividing of tourist route into areas: initial, transit and eventual.

For the hotel complexes of water tourism characteristic combination of functions, which provide terms for spending the night, rest of tourists, and also for a stand, technical service and storage of floating facilities.

Distinguish the followings hotel complexes of water tourism:

Botels are establishments which are located on a birch in the initial or eventual areas of route through a 150–200 km These establishments consist of housings corps of hotel type with the system of cultural and welfare service and mean of technical maintenance of плавзасобів. Areas of Botel must be equipped harbour. Botels function during a year.

Botokemping – show by itself summer seasonal townships, intended for maintenance of tourists of water tourism in a hike. They have stationary buildings of technical maintenance of floating facilities and disposed enroute through a 70–100 km

Flotel is a floating motel, which serves tourists which travel by water. He consists of floating corps of the different setting and takes place enroute through a 50 km In winter флотель use as a hotel within the limits of city.

For example……

Hotels are for mountain tourism. These hotels are disposed, as a rule, in housing mountain locality. Their architecture must answer a natural environment. Ukrainian Carpathians are famous the facilities placing for tourists, which are engaged in the mountain types of sport. They, as a rule, built taking into account national traditions and local colour.

(for example)….

Hotels are for youth tourism. They are oriented to the tourists in age from 16 to 35 years. So as a youth contingent differs aspiring to the active kinds of rest and low enough requirement in a comfort, in hotels prevail three -, four-set numbers, but as a rule, developed block of apartments of cultural and mass service. Today widespread in the world is «Khostels».

The main difference of Khostels (from ordinary hotels) consists both in the inexpensive dwelling and in the special sincerity and democratic atmosphere from the side of workers which work in them. Khostel of the Template institute of economy and tourism always glad to welcome students and other young tourists in the walls.

(for example)……

Resort hotels. Setting for in relation to of long duration rest on one place, sometimes with possibility of prophylactic treatment. They are disposed on seashores, near-by medical sources, in mountain locality. resort hotels have the extended composition of apartments of cultural and mass service, building of the sporting setting. A containing a number fund consists mainly of one and two-set numbers.

(for example)…….

There are hotels. Take place at sporting complexes and in places which on natural terms suitable for the certain type of sport. In hotels there must be the foreseen apartments, intended for storage and delivery on a rental basis to sporting an inventory; halls for trainings, honey cabinets, and also developed composition of apartments, for rest.

Hotels are for transients. Intended for a short stay in them of passengers in connection with expectation of transplantation on other type of transport, and also for rest of personnel which serves a transport. These facilities are at air terminals, bus terminals and others like that. Numbers in such hotels can be less sizes.

Hotels are for conferences. Got large distribution abroad. Sometimes they are named by the «hotels» of congress, and also hotels for business people are «business-hotels». As a rule it is hotels of high level of comfort and service, which have a wide set of apartments of the public setting.

(for example)….

2. Functional organization of buildings of facilities of placing

Functional organization of building be what hotel complex foremost depends on as a hotel and its capacity. The capacity of hotels is determined the number of permanent berths. In Ukraine official differentiation of hotels is not accepted after a capacity, but the following gradation is widespread: to 100 places – hotels of small capacity, from 101 to 500 places, – middle capacity; more than 500 places – large capacity.

A modern hotel of middle and large capacity and high level of comfort is a difficult complex object considerable кількість of apartments of the different functional setting is included in composition of which:

– housings apartments

– reception and service

– restaurant economy

– apartment of the cultural and mass setting

– domestic consumer services

– administrative, official

– economic, subsidiary, technical but other

In composition of some hotels apartments include also for business contacts (conference halls), business-centers, кіноконцертні halls, pools, saunas, gymnasia, bowling-alleys, apartment for organizations of exhibitions, trade enterprise, and others like that.

3. Basic blocks of apartments of facilities of placing

The main functional apartments of the developed hotel building is:

block receiving-auxiliary apartments;

block of apartments of housing group;

block of apartments of feed;

block of apartments of administration;

block of utility and economic rooms

All of the transferred blocks must be взаємопов’язані between itself recognition the specific of functional process. Depending on as a hotel additional blocks can be included in its structure.

The main unifying link of all of groups of apartments is a block receiving-auxiliary apartments from вестибулем. He makes the first impression about a hotel. Place is taken in this block: reception, registration and placing of tourists, calculation, with them, grant of different information about a hotel, storage and transporting of luggage, and others like that.

A block of apartments of housing group is basic in hotels be which to the type. These apartments are made by a more than 50% volume of building and show by itself housings rooms – numbers, and also auxiliary and official apartments are directly related to them.

A hotel number includes for itself almost all of elements of habitation of man – here must be a place for rest and sleep, work, guest reception. There is an antechamber in him, closet for clothes, bath – room. Numbers take place on housings floors, where apartments are also for a duty personnel which serves these apartments. Block of group of apartments of restaurant economy. Functional organization of this group of apartments decides taking into account the category of hotel. All personnel which serves the group of apartments of restaurant economy must have a private entrance in a hotel with the, by shower-baths, bath – rooms, rooms of rest and administrative apartments.

The block of apartments of administration is disposed, as a rule, on the ground or second floor of hotel. The apartments of administration must have comfortable connection with the blocks of reception apartments, dwellings and apartments of feed.

The block of apartments of cultural and welfare service is foreseen mainly in tourist and resort hotels. The block of this group of apartments consists of visual hall, ball-room, library, billiard and guest rooms but other

In hotels with the high level of comfort a block is foreseen also apartments, where enter: universal hall for the leadthrough of congresses and other measures, display hall (salon) for organization of exhibitions, sauna with a bar and hall of sporting trainers, massage hall, hall of playing automats and others like that.

A block of utility and economic rooms is in hotels be which to the type. It is an apartment of auxiliary personnel, various domestic workshops, compositions, linen.

4. Types of numbers

On the National standard of Ukraine

– A presidential suite (англ. of Presidential of apartament) of rooms is a number of housing type, which more housings rooms (a bedroom, guest room, cabinet, apartment, is for the leadthrough of conferences) consist of 4 and mini are kitchens with a dining-room; one complete bath – room and one or more additional bath – rooms (for guests), counted on dwelling of 1 – 2 persons.

– suite of rooms (apartament) – number of housing type, which consists of 3 more housings rooms (bedroom, guest room, cabinet), to the mine-kitchen, one complete and one additional bath – room (for guests), counted on dwelling of 1 – 2 persons;

– bitone – is (duplex) a two-storeyed number which consists of 2 and more dwellings with an internal stationary stair, complete bath – room, counted on dwelling of 1 – 2 persons;

– the first class (suite) – is a number which consists of 2 more housings rooms (bedroom, guest room/cabinet);

– first semiclass, studio (junior suite, studio) – number which consists of one housing room, from plan, that allows to use part of apartment as hall/dinner – room/kabinet, and also complete, bath – room counted on 1 – 2 persons.

– first category – a number, which consists of one housing room, complete bath – room, is counted on dwelling of 1 – 2 persons.

– second category – a number which consists of one housing room and incomplete bath – room is counted on 1 – 2 persons;

– third category – a number which consists of one housing room and incomplete bath – room is counted more than 3 persons;

– fourth category – a number which consists of one housing room and wash – stand is counted more than 3 persons;

– fifth category – a number which consists of one housing room and without touilet room is counted more than 3 persons;

– contiguous numbers (complex) (complex) – 2 and more numbers which are connected by between itself doors can have a general antechamber, general or independent bath – room;

– single-seat number (SNGL), (singl room) – a number which is intended for placing of a 1 person is equipped a single bed;

– two-place number (DBL), (double room) – a number, intended for placing of 2 persons, is equipped a double bed or two single beds which are near each other;

– two-place number (TWN), (twin room) – is a number, intended for placing of 2 persons on two separate beds;

– three-seater number (TRPL), (triple room) – a number, intended for placing 3 and more persons, is equipped single beds after number of resident;

– a multi-seater number (multiple bedded room) – is a number, intended for placing 4 and more persons, equipped single beds after number of resident.

2.5Services of hotel complexes, description and setting

Basic services of hotels of Ukraine

administrative and managerial service

service of reception and placing

service of maintenance of containing a number fund

service of restaurant

commercial service

engeneering – technical service

auxiliary and additional services;

Administrative service is responsible for organization of management of hotel complex all of services, decides financial questions, questions of the skilled providing, engaged in creation and support of necessary terms of labour for the personnel of hotel, controls the observance of the set norms and rules of labour protection, to accident, ecological safety, prevention and others like that.

Composition of service: a director, secretariat, skilled service, financial service, inspectors, is from fire-prevention safety and accident prevention.

Service of reception and placing is engaged in the decision of questions of the numbers guest, their register reception related to reserving this and placing in numbers, by the grant of various services, and also sending, home.

Composition of service: manager from placing, service of administrators, портьє, operator of the mechanized calculation, workers of passport and certificate tables, door-keepers, transmitters, service of safety and others like that.

Service of maintenance of containing a number fund provides maintenance of tourists in numbers, supports the necessary sanitary state of numbers and level of comfort, engaged in the grant of domestic services.

Composition of service: manager from exploitation, superficial personnel, senior housemaid, cleaners, attendants, on a floor, workers of laundry.

Service of restaurant economy provides maintenance of guests in restaurants, cafes, bars which take place in or at hotels, decides a question from organization and maintenance of feasts, presentations, and others like that.

Composition of service: manager, cooks, workers of kitchen, administrators of hall, waiters of hall and services of banquets, and others like that.

Commercial service is engaged in the questions of the operative and strategic planning, optimization of grant of services, analyses the state of hotel market and studies the necessities of clients.

Composition of service: business manager, service of marketing and advertising.

Financial service analyses the results of economic and financial activity of hotel.

Engeneering and tekhnical service creates terms for functioning equipment, electrical engineerings devices, services of repair and building, systems of television and connection, systems of whorm, and others like that.

Auxiliary services provide the process of work of caldron complex, laundry, dry-cleaning, and others like that.

Additional services are given by mainly requiring payment services. In their composition enter: business-center, sporting health-improvement center, barbershop and cosmetic cabinet, point-of-sale booths and others like that.

Will mark, that the unique and ideal case hotels frame is not. However, all of structure is conditioned the necessity of satisfaction of necessities of clients.