Дипломная работа
Высотина Виктория Анатольевна
Введение
Актуальность темы. Проблема социальной активности и протеста возникла не в XXI, и даже не XX веке. В истории человечества всегда были не только одобряющие политику властей, но и инакомыслящие, выступающие против господствующих религии, идеологии, существующих порядков, образа жизни. XX век — это век революций как высшей формы социального протеста, антивоенных, экологических и других общественных движений, имеющих глобальный характер. Люди, действующие в истории, во все времена проявляли социальную активность и протест Лукин Ю.Ф. Сопротивление тоталитаризму, активность и протест в истории советского общества. Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора исторических наук. — М., 1993. — С. 3. .
С самого возникновения человеческого общества появляется имманентно присущий ему феномен власти. На каждом историческом этапе развития этого института возникали различные противоречия взглядов, интересов субъектов взаимодействия. Несовместимость целей зачастую порождала всевозможные социальные конфликты, находящие свое проявление в протестном поведении: крестьянские волнения, перерастающие в бунты и восстания, революционные движения, рабочие забастовки и стачки.
Таким образом, правомерно сделать вывод, что в основе массового протеста всегда лежало социальное недовольство в широком смысле слова условиями жизни, перспективами их изменения, характером взаимоотношений общества с органами власти.
Современная российская действительность переживает подъем протестной активности населения. Динамика общественного протеста вполне объяснима. В ходе принятия важнейших управленческих решений власть, как правило, не учитывает общественное мнение. Проведение модернизирующих реформ, в условиях отсутствия адекватного понимания и поддержки со стороны общественности, провоцирует массовые акции протеста: митинги, пикеты, демонстрации и др. На этом фоне средства массовой информации выступают очень важным и, пожалуй, единственным связующим звеном между обществом и органами власти.
В модернизационном обществе в функции СМИ, по мнению исследователей Федотова Л.Н. Социология массовых коммуникаций. — М.: Аспект Пресс, 2002 — С 238., входят обсуждение альтернативы развития, организация общественной экспертизы, адаптация населения к нововведениям. В современной России эти функции особенно значимы, поскольку их выполнение способствует гражданам понять и принять происходящие в стране перемены, что немаловажно для успешной реализации реформ. В связи с этим повышается роль местной прессы в совершенствовании гражданского общества.
Объект исследования. Объектом исследования выступает общественный протест как социальное явление.
Предмет исследования. Общественный протест как информационный повод для газетных и сетевых публикаций.
Цель исследования. Определить истоки и описать развитие протестного движения в современной России. Проанализировать публикации краевых газет и сетевых изданий за 2006 год, посвященные общественному протесту жителей. Показать на их примере, как развивалось недовольство общественности, и какие противоречия возникали между исполнительной властью края и администрацией города.
Задачи исследования. На основе поставленных целей мною были определены следующие задачи:
— Дать определение общественному протесту и рассмотреть процесс его развития в России;
— Определить роль СМИ в освещении протестных явлений;
— Проследить характер отражения массового недовольства на страницах краевых газет и в сетевых изданиях;
— Проанализировать публикации, исходящие от органов власти, реагирующие на критические выступления в их адрес;
— Рассмотреть общественный протест как причину для диалога разных уровней власти в СМИ.
Источниковая база. Во время работы были использованы подшивки краевых газет «Вечерний Ставрополь», «Ставропольская правда» и «Открытая» за 2006 год, а также публикации информационного агентства REGNUM и сетевого издания «Кавказский узел» за 2006 год.
Научная новизна дипломной работы заключается в анализе причин, исторических корней общественного протеста сквозь призму его отражения в средствах массовой информации современной России.
Теоретическая значимость исследования состоит в разработке понятия общественный протест, а также в анализе его отражения в печатных и сетевых изданиях России.
Работа имеет и практическое значение. Её материалы могут использоваться студентами при изучении возникновения и развития и сути протестного движения. Выводы и рассуждения могут стать полезными для практикующих журналистов.
Дипломная работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы. Каждая глава включает два параграфа.
Глава 1. Общественный протест как социальное явление
1.1. Определение, формы проявления и правовые аспекты общественного протеста. Роль СМИ в освещении протестных явлений
Протест представляет собой одно из направлений социальной активности, как проявление несогласия, инакомыслия, как оппозиционная деятельность, соответствующее политическое поведение. Любое сопротивление — ненасильственное, мирное или насильственное, вооруженное, — начинается с протеста. И только когда духовный протест реализуется в каком-либо виде деятельности, социальной активности, только тогда начинается процесс сопротивления Лукин Ю.Ф. Указ. соч. — С. 4..
Понятие «протест» зачастую охватывает достаточно широкий круг явлений. Исследователями отмечается, что к социальному протесту может быть отнесено и «оспаривание», «отрицание» всей социальной деятельности, самих принципов общественно-политической жизни, и возмущение существующими порядками и институтами власти в целом, и выступления лишь против определенных тенденций в их политике или способов ее осуществления. Часто общее понятие «социальный протест» относится к характеристике явлений, различных по своей массовой базе, по своему социально-классовому облику, и по своей силе, по своей интенсивности, и по специфике возбуждающих их факторов Вайнштейн Г. И. Массовое сознание и социальный протест в условиях современного капитализма. М., 1990. — С. 25.. В основе протеста лежит социальное недовольство в широком смысле слова условиями жизни, перспективами их изменения, характером взаимоотношений населения с органами власти и т. д Кинбурский А., Топалов М. «Гражданские качели» России: от массового протеста до поддержки реформ// «Власть». — 2006. — №5. — С. 51..
Факторы, воздействующие на поведение населения, можно разделить на четыре основные группы: экономические, политические, информационные и социальные.
Под экономическими подразумеваются факторы, непосредственно влияющие на материальное положение людей: размер их заработной платы и задолженность предприятий по ее выплате, а также общий рост цен.
Говоря о политических факторах, имеется в виду то, что активность отдельных партий и движений, политических и профсоюзных лидеров может существенным образом повлиять на протестный потенциал населения. Как пишет Ю. Левада, «главная проблема массового недовольства и протеста — это проблема использования ее различными организованными силами «элитарного» происхождения. То, что принято было называть «борьбой за массы», по сути дела, всегда и везде сводилось к конкуренции за использование массового недовольства в интересах определенной элитарной группы» Левада Ю. Массовый протест: потенциал и пределы // Экономические и социальные перемены: Мониторинг общественного мнения. 1997. № 3. С. 7-12..
Информационное воздействие — это воздействие на людей со стороны средств массовой информации. Очень часто газеты, радио и телевидение преподносят факты в искаженном виде, сгущая краски, нагнетая массовую истерию, ловко манипулируя общественным мнением Назаров М.М. Политический протест: опыт эмпирического анализа // СОЦИС. — 1995. — № 1. — С. 47-59..
Наконец, последняя группа переменных охватывает такие явления, как безработица, преступность, национальные конфликты и т.п., дающие представление о социальной стабильности в обществе Стребков Д.О. Экономические детерминанты протестного поведения населения России// «Экономическая социология». — 2000. — №1. — С. 49..
Решительное возражение против чего-либо — такое толкование протеста дается в словаре С. И. Ожегова и Н. Ю. Шведовой Ожегов С.И. и Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений/ Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В. Виноградова. — 4-е изд., дополненное. — М.: Азбуковник, 1998. — С. 623.
.
Иными словами, можно сказать, что общественный или социальный протест — это проявление коллективного недовольства и несогласия с кем-то или чем-то.
Появление протеста подразумевает наличие противоположных интересов. Обостренные противоречия порождают социальное напряжение, которое нередко перерастает в конфликт.
Конфликт — это столкновение противоположных целей, позиций, мнений и взглядов оппонентов или субъектов взаимодействия. Наиболее яркой формой выражения конфликта являются различного рода массовые действия. Эти массовые действия реализуются в форме предъявления требований к власти со стороны недовольных социальных групп, в мобилизации общественного мнения в поддержку своих требований или альтернативных программ, в прямых акциях социального протеста. Массовый протест — это активная форма конфликтного поведения. Он может выражаться в различных формах: организованного и стихийного, прямого или косвенного, принимая характер насилия или системы ненасильственных действий. Организаторами массовых протестов выступают политические организации и так называемые “группы давления”, объединяющие людей по экономическим целям, профессиональным, религиозным и культурным интересам Радугин А.А., Радугин К.А. Социология. — М.: Центр, 1996. — С. 10-21.. Формами выражения массовых протестов могут быть такие, как: митинги, демонстрации, пикетирования, кампании гражданского неповиновения, забастовки.
Перечисленные действия являются акциями. Акция — это деятельность, выступление, которое предпринимается для достижения какой-либо цели. Особенность перечисленных акций состоит в том, что они являются коллективными.
Коллективные действия — это совместные выступления людей в защиту своих общих интересов, например, демонстрация в поддержку какого-то общего дела. Уровень активности участников акций бывает разный: одни участвуют весьма интенсивно; другие оказывают пассивную и нерегулярную поддержку.
С точки зрения Чарльза Тилли социальные движения начинают развиваться как средства мобилизации групповых ресурсов в том случае, когда у населения отсутствуют институциональные формы выражения своего мнения либо когда власти выступают с решениями, затрагивающими положение людей. Возможность участия социальных групп в политических отношениях играет основную роль в определении того, будут ли их члены использовать разные формы социального движения для достижения своих целей Tilly Charlez. From mobilization to revolution. Addison Wesley, 1978.
Социальные движения могут проводиться как в поддержку решений властей, так и в форме протеста против их решений. Протест может выражаться в открытой конфронтации с властями — «выход на улицы». Деятельность такого рода способна повлиять на существующую систему власти только в том случае, если за ней стоят организованные группы.
Каждая из этих форм употребляется в определенных целях, является эффективным средством решения вполне конкретных задач. Поэтому, выбирая форму социального протеста, его организаторы должны четко осознавать, какие конкретные цели ставятся перед этой акцией, и какова общественная поддержка тех или иных требований.
Что касается правовой стороны общественного протеста, то она отражается в Федеральном законе «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» от 19 июня 2004 г Федеральный закон от 19.06.2004 г. №54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях»// «Собрание законодательства РФ». — 2004. — №25. — ст. 2485. .
Целью свободы собраний, митингов, шествий, демонстраций и пикетирования является обсуждение проблем, касающихся политики органов государственной власти, решений органов и должностных лиц местного самоуправления или протеста против них, стремление сделать свою позицию по тому или иному вопросу достоянием общественности, принудить органы государственной власти и местного самоуправления к принятию каких-либо решений.
Конституционное право на свободу собраний, митингов, шествий, демонстраций и пикетирований является важным элементом народовластия, формой участия граждан в управлении делами государства, как на общефедеральном, так и на уровне субъектов Российской Федерации и местного самоуправления. В силу этого перечисленные конституционные свободы относятся к категории политических прав и свобод, субъектами которых являются в основном граждане России.
Согласно ст. 5 Закона организаторами собрания, митинга, шествия, демонстрации и пикетирования могут быть один или несколько граждан Российской Федерации, а также политические партии, другие общественные объединения и религиозные объединения, их региональные отделения и иные структурные подразделения, взявшие на себя обязательство по организации и проведению публичного мероприятия. При этом организатором демонстрации, шествий и пикетирования вправе быть гражданин Российской Федерации, достигший возраста 18 лет, митингов и собраний — 16 лет. Установление возрастного ценза для организаторов собраний и митингов можно объяснить тем, что по достижении 16 лет наступает административная ответственность, которая возможна для организаторов перечисленных публичных мероприятий.
Участниками публичного мероприятия признаются согласно ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 г. граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных организаций, добровольно участвующие в нем. Возраст участников публичных мероприятий не регламентирован. Численность участников публичных манифестаций также не регламентируется, что свидетельствует об уважении к конституционным правам и свободам граждан.
Новеллой Федерального закона от 19 июня 2004 г. является определение понятий «публичное мероприятие», «собрание», «митинги», «шествие», «демонстрация» и «пикетирование».
Вместе с тем Закон впервые содержит термин, обобщающий перечисленные формы участия граждан в общественно-политической жизни страны, — «публичное мероприятие». Оно определяется как открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан РФ, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений.
Признаком, объединяющим перечисленные виды публичных мероприятий, является цель — свободное выражение и формирование мнений, а также выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики.
Собрание — совместное присутствие граждан в специально отведенном или приспособленном для этого месте для коллективного обсуждения каких-либо общественно значимых вопросов.
Предусматриваемые Федеральным законом от 19 июня 2004 г. собрания граждан следует отграничивать от собраний по месту жительства, сельских сходов, созываемых в особом порядке и представляющих форму осуществления местного самоуправления.
Митинг — массовое присутствие граждан в определенном месте для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера.
Сравнение определений «собрание» и «митинг» позволяет выявить различие в характеристике вопросов, являющихся предметом их обсуждения. Так, на собрании обсуждаются общественно значимые вопросы, а на митинге — общественно-политические вопросы. Учитывая, что собрания проводятся политическими партиями, общественными объединениями, они вполне могут рассматривать на них вопросы не только общественного, но и общественно-политического характера. Поэтому различие в характеристике вопросов, рассматриваемых на собраниях и митингах, представляется не вполне верным и обоснованным.
Демонстрация — организованное публичное выражение общественных настроений группой граждан с использованием во время передвижения плакатов, транспарантов и иных средств наглядной агитации.
Шествие — массовое прохождение граждан по заранее определенному маршруту в целях привлечения внимания к каким-либо проблемам.
Сопоставление определений понятий «демонстрация» и «шествие» показывает, что это очень близкие по содержанию и выражению формы публичных манифестаций. Они характеризуются организованным массовым движением людей с целью привлечения внимания к определенным проблемам.
Признаком, отличающим демонстрацию от шествия, является использование плакатов, транспарантов и иных наглядных средств.
Пикетирование — форма публичного выражения мнений, осуществляемого без передвижения и использования звукоусиливающих технических средств путем размещения у пикетируемого объекта одного или более граждан, использующих плакаты, транспаранты и иные средства наглядной агитации.
Публичные мероприятия можно подразделить на два вида: собрания, проводимые в закрытых помещениях, и публичные мероприятия, проводимые вне помещений (митинги, шествия, демонстрации, пикетирование). В порядке их проведения есть различие. Если для собраний и пикетирования одним участником уведомление органов государственной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления не нужно, то для митингов, шествий, демонстраций и пикетирования несколькими участниками оно необходимо. Это объясняется трудностями в совместимости шествий, митингов, демонстраций с сохранением порядка и организацией движения транспорта на улицах и площадях. Проведение публичных мероприятий гражданами, исповедующими разные взгляды в одном месте и в одно время, способно привести к нежелательным последствиям.
По кругу субъектов публичные мероприятия являются коллективными. Исключение из общего правила составляет пикетирование, которое вправе проводить один участник, то есть оно может быть и индивидуальным Нудненко Л.А. Проблемы правового регулирования конституционного права гражданина России на публичные мероприятия// «Конституционное и муниципальное право». — 2006. — №6. — С. 6-10..
Согласно ст. 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый человек имеет право на свободу мирных собраний и на свободу объединения с другими, включая право создавать профессиональные союзы и вступать в таковые для защиты своих интересов.
Поведение граждан, связанное с прямым или опосредованным (институтами) воздействием на решения, принимаемые органами власти, в свою очередь, подразделяется на конвенциональное (находящееся в соответствии с нормами права и традиции, которые регулируют участие людей в политике при данном режиме) и неконвенциональное. Традиционно социологи отождествляют неконвенциональное поведение с протестом и выделяют три основных его вида:
1) ненасильственное легитимное поведение (демонстрации, митинги, пикеты, бойкоты, подписания петиций, не связанные с нарушением действующего законодательства);
2) ненасильственные нелегитимные действия («гражданское неповиновение», когда граждане по морально-политическим мотивам избегают выполнять законы, но не применяют по отношению к представителям власти насилие);
3) насильственные действия (охватывают спектр действий от бунтов до покушений на жизнь людей) Стребков Д.О. Указ. соч. — С. 49-50..
«К экстремальным действиям подталкивает людей безысходность и безрезультатность прежних акций протеста. Блокада транспортных магистралей все большим числом людей воспринимается как единственный способ снятия проблем. Распространяется убеждение, что реально защитить свои интересы можно только масштабностью акций, решительностью действий и категоричностью требований» Климов И.А. Протестное движение в России: взаимная обусловленность стратегий сторон // ПОЛИС. — 1999. — № 1. — С. 160-161..
Предотвращение применения общественностью радикальных мер в решении своих проблем должно стать одним из приоритетных направлений государственной политики. Для этого органы власти обязаны постоянно отслеживать проявление социального недовольства, в чем большим подспорьем им служат средства массовой информации.
Общественно-политическим функциям СМИ посвящено не мало работ и трудов специалистов в сфере журналистики. Рассмотрим некоторые из них.
По мнению Науменко Т.В., «журналистика есть система внедрения в массовое сознание социальных оценок текущей действительности, то есть оценок актуальных событий, попадающих в поле зрения массового сознания, оценок актуальных результатов практической деятельности с точки зрения интересов тех или иных социальных групп» Науменко Т.В. Функция журналистики и функции СМИ. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.orenburg.ru/culture/credo/20/naumenko.html.
Корконосенко С.Г. предлагает развести понятие «социально-ролевая характеристика журналистики», под которой он понимает «выполнение ряда социальных обязанностей в соответствии с общественными запросами и ожиданиями» и понятие «функция журналистики». При этом «ролевая характеристика строится в зависимости от количества и качественных особенностей данных сфер (иначе они называются социетальными системами): экономической, политической, духовно-идеологической и социальной».
Таким образом, автор выделяет четыре социальных роли журналистики:
— производственно-экономическую;
— информационно-коммуникативную;
— регулирующую;
— духовно-идеологическую Корконосенко С. Г. Основы теории журналистики. СПб, 1995. — С. 53. .
Федотова Л.Н. выделяет такие функции СМИ:
— информирование;
— воспитание;
— организация поведения;
— снятие напряжения;
— коммуникация Федотова Л. Н. Социология массовой коммуникации: теория и практика. М., 1993, — С. 51. .
Огромные возможности воздействия СМИ на власть и то, что они являются одним из наиболее емких и эффективных каналов связи для органов государственной власти и управления с обществом, а так же общества с властью, во многом объясняются широким диапазоном тех функций, которые выполняют СМИ, взаимодействуя с окружающей средой. Выделим основные:
— функции артикуляции интересов тех или иных общественных групп, страт. Тем самым СМИ способствуют укреплению общества с органами власти;
— функция агрегации интересов, вследствие чего разнообразие и многообразие интересов, существующих в обществе, обобщается и в какой-то мере упрощается;
— функция распространения, передачи политической и иной информации между властями и подвластными, а также между разными элементами политической системы;
— функция политической социализации, способствующая тому, чтобы члены общества усвоили и признали приемлемыми в той или иной мере для себя те или иные ценности, ориентиры, позиции в отношении политической системы Связи с общественностью в политике и государственном управлении/ Под общ. ред. В.С. Комаровского. — М.: РАГС,2001.
.
Учитывая указанные выше функции, можно сказать, что общественный протест, как социально значимое явление и актуальное на всех этапах развития общества, является не только информационным поводом, но и предметом исследований и глубокого анализа для средств массовой информации.
Исходя из обозначенных в работе определений, целесообразно сделать вывод, что общественный протест — это одна из форм проявления массового недовольства, находящая свое выражение в различных методах протестного поведения (протестного движения) и направленная на защиту интересов и прав граждан.
1.2. Развитие протестного движения в России сквозь призму его освещения в СМИ
В современной России протестное движение зародилось в 1989 году. В первые перестроечные годы население страны ожидало быстрых и ощутимых перемен во многих областях жизни и, прежде всего, самых насущных.
Забастовочная активность начала принимать значительный размах на рубеже 1980-1990-х годов. Во главе забастовочной волны выступили горняцкие коллективы. Первые массовые акции открытого противоборства шахтеров с официальными структурами состоялись в городе Междуреченске июле 1989 года. К ним примкнули коллективы разрезов, автобаз, строительных и других предприятий города («Проблемы копились годами», «Труд» 13 июня 1989 г.). Согласно данным бывшего ЦК профсоюза работников угольной промышленности СССР общее число участников стачек в 1989 году составляло 455 тысяч человек, забастовки охватили 671 предприятие отрасли, в том числе 388 шахт и угольных разрезов.
От материально-бытовых требований бастующие все чаще переходили к критике правительства, к политическим требованиям. Это был их ответ на жесткую и непримиримую позицию партийно-государственных органов и ведомственной администрации, не желающих идти на компромисс с наемными работниками и проводить в жизнь достигнутые договоренности, допустить стачкомы к активной общественно-политической деятельности.
Следующий всплеск протестной активности был уже полностью связан с выдвижением политических лозунгов.
В июле 1990 года под руководством рабочих комитетов и с требованием смены исполнительной власти, демократизации армии и правоохранительных органов, вывода парткомов с предприятий и другими подобными лозунгами прошла стачка, в которой приняли участие коллективы 120 предприятий угольной промышленности («11 июля, жаркий день», «Труд» 12.06.1990 г.). Она прочно утвердила политическую направленность забастовочного движения. С этого времени два направления в массовом протестном движении — социально-экономическое и политическое — развивались параллельно, иногда сменяя друг друга, а порой и тесно переплетаясь.
Можно выделить три волны протестного движения, пиками которых стали 1992, 1995 и 1997 годы. Однако между этими этапами, равно как и внутри них, движение развивалось крайне неравномерно.
Постоянно возрастала доля участников забастовок по отношению к общему числу работников предприятий, включившихся в движение протеста. Если в 1990 году их доля составляла 15 процентов, а в 1993 году — 33 процента, то в 1995 году — уже 53 процента. И хотя затем она несколько снизилась, но уже в 1997-1998 годах участники забастовок вновь составляли более половины по отношению к общему числу работников, занятых на предприятиях Кацва А.М. Россия 1990-х: Протестное движение. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://magazines.russ.ru/oz/2003/3/2003_3_31.html.
Теперь в акциях протеста участвовали не только наиболее решительные и политически ангажированные рабочие, но и те, кто раньше и не помышлял об участии в протестном движении, а также служащие и управленцы.
В забастовочных акциях 1990-х годов приняли участие коллективы таких крупнейших российских производственных объединений, как Ростсельмаш, Кировский, Балтийский заводы в Петербурге, Норильский горно-металлургический комбинат, судостроительный завод «Янтарь» (г. Калининград), предприятие нефтеперерабатывающей промышленности «Каминефть» («Нефтяники выдвигают требования», «Российская газета» 17 февраля 1992 г.) и ряд других.
Акции протеста стали значительно более продолжительными и напряженными. Так, если в 1993 году средняя продолжительность стачки составляла 2 дня, а в 1995 году — 2,8 дня, то в 1997 году она составила уже 6,8 дня Там же..
Вместе с тем протестные действия разворачивались, в основном, в отдельных отраслях промышленности, и прежде всего в горнодобывающей и металлургической, бастовали также докеры, транспортники и т. п.
Во второй половине 1990-х годов на фоне стабилизации количества забастовок в топливной промышленности значительно возросла их численность в других отраслях индустрии: машиностроении и металлургии, химической промышленности и промышленности строительных материалов, легкой и пищевой промышленности; в акциях протеста активное участие приняли строители и транспортные рабочие. Стачечная борьба наемных работников стала значительно расширяться за счет непроизводственных отраслей, прежде всего образовательной сферы. Протестное поведение в 1990-е годы здесь отличалось особенно высокой активностью, бескомпромиссностью и наступательным порывом Кацва А. М. Коллективные действия протестного характера работников сферы образования РФ (1990-2001 годы) // Российский профсоюз работников народного образования и науки: становление, социальные проблемы и коллективные действия. М.: УРСС, 2002. С. 50-81.. Удельный вес образовательных учреждений, участвовавших в забастовочных действиях (за исключением 1990 и 1993 годов), составлял от 54 до 98 процентов. Причем наивысшую долю коллективы бастующих учебных заведений составили в 1999 году, когда отмечался общий спад забастовочного движения в стране.
В ходе этих забастовок наряду с социально-экономическими прозвучали и политические требования, призывы к акциям гражданского неповиновения; более 65 тысяч преподавателей в середине января 1997 года провели Всероссийскую акцию в защиту образования («Каникулы продолжаются…», «Комсомольская правда» 14.01.1997 г.). Напряженная ситуация в учебных заведениях страны сохранялась и в последующие годы.
Забастовки (и иные действия протестного характера) в большей или меньшей степени в 1990-е годы затронули почти все отрасли российской экономики.
В соответствии с решениями Координационного комитета коллективных действий ФНПР были организованы четыре всероссийские акции протеста, проведенные профсоюзами 5 ноября 1996 года («Профсоюзы протестуют. Правительство кивает на директоров», «Труд» 6-14 ноября 1996 г.), 27 марта 1997 года («Одним акции заводов и фабрик, другим — акции протеста», «Комсомольская правда» 28 марта-4 апреля 1997 г., «С зарплатой улица не нужна», «Российская газета» 29 марта 1997 г.), 9 апреля («Что после протеста?», «Российская газета» 10 апреля 1998 г.) и 7 октября 1998 года («Митинги проводят, и они проходят. А работать надо — и каждый день!», «Российская газета» 8 октября 1998 г.). Они сразу же приняли широкомасштабный характер, сыграв значительную роль в подъеме профсоюзного движения в стране. Профсоюзы заявили решительный протест против социально-экономической политики властей.
Во второй половине 1990-х к акциям протеста обратились и те, кто ранее не могли и помышлять об этом. Значительно обострилась ситуация на предприятиях оборонных отраслей и военно-морского флота. В сентябре 1996 года состоялась Общероссийская акция протеста профсоюзов оборонного комплекса («Осада белого дома», «Труд» 20-26 сентября 1996 г.). В ее рамках были организованы пикеты и шествия в 13 регионах РФ. Многодневная акция протеста работников отрасли прошла в марте — апреле 1999 года, в ней приняли участие более 120 тысяч человек. Еще более представительной явилась проведенная 8 июля 1998 года акция протеста профсоюзов оборонного комплекса и атомной энергетики, состоявшаяся во многих регионах; в Москве, в частности, в рамках этой акции было проведено пикетирование Министерства обороны РФ, в котором приняли участие более двух тысяч представителей «оборонки» из 30 регионов Россииx Кацва А. М. Указ. соч. — С. 84..
Протестные действия трудящихся были вызваны серьезными социальными проблемами и все возрастающей рассогласованностью интересов руководителей и рядовых работников, неверием масс в благие намерения администрации и нежеланием всех участников трудовых конфликтов преодолеть барьер несовместимости и наладить нормальные партнерские отношения.
Общая и главная причина коллективных акций протеста, как свидетельствуют требования их участников и статистические отчеты Госкомстата РФ, заключалась в несвоевременной выплате заработной платы, а также в проблемах, связанных с ее повышением и индексированием. Среди других причин следует отметить условия труда, не соответствующие общепринятым мировым нормам.
Во второй половине 1990-х годов в ряде отраслей и регионов социальная напряженность в трудовых отношениях стала нарастать также из-за проблем, связанных с сохранением занятости, обеспечением рабочих мест на производстве, опасением обвальной безработицы в ряде регионов. Причиной выступления рабочих стала и их неудовлетворенность начавшейся приватизацией, серьезными издержками, допущенными в ходе ее проведения. Протест был направлен против так называемой номенклатурной приватизации, существенно осложнившей материально-бытовое положение рядовых работников и вызвавшей ощутимые сбои в работе целого ряда предприятий.
Трудящиеся протестовали и против кризисного состояния отдельных отраслей промышленности и социальной инфраструктуры. Так, горняки были весьма обеспокоены состоянием угольной промышленности, нуждающейся в коренной реконструкции, но не получающей для этого средств ни от органов российской исполнительной власти, ни от зарубежных финансовых институтов (прежде всего, Всемирного банка). Озабоченность падением производства в лесной промышленности неоднократно выражали рабочие этой отрасли, а оборонщики протестовали против замораживания средств, необходимых для содержания в рабочем состоянии уникального оборудования. Причиной протестной активности становилось и нежелание рабочих мириться с административным диктатом со стороны определенной части директорского корпуса.
Для основной массы бастующих работников стачки и другие акции социального протеста оставались эффективным способом защиты собственных социально-экономических интересов. Даже в периоды общего спада протестной активности забастовочная активность оставалась значительной и принимала все более радикальный и ожесточенный характер. Показательны так называемые оккупационные, или подземные, забастовки (во время которых шахтеры прибегают к добровольному заточению себя под землей, в шахтах); массовый характер, особенно весной и летом 1998 года, приняли голодовки. Одним из новых методов борьбы наемных работников с властными структурами и предпринимателями стал захват заложников из числа администрации. Такие факты имели место в ОАО «Воркутауголь», на шахтах Кузбасса, на энергетических предприятиях Приморья («Забастовка будет бессрочной», «Российская газета» 17 сентября 1996 г.) и т. д.
Протестные действия трудящихся приобретали подчас все более жесткий характер и уже не ограничивались заводскими территориями. Все громче начали звучать общие социально-экономические и политические требования — не только требования о выплате долгов по зарплате и об увеличении рабочих мест, но и заявления о необходимости изменения курса реформ. Эти требования все чаще стали раздаваться не на заводских митингах и в цехах предприятий, а за их пределами, и, как правило, они были связаны с такими крайними формами «силового давления», как перекрытие автомобильных магистралей и взлетных полос. В качестве еще одного радикального и в то же время достаточно действенного метода давления на власть была длительная и напряженная «рельсовая война» (перекрытие железнодорожных путей), фактически парализовавшая работу железнодорожного транспорта и серьезно осложнившая работу народного хозяйства в целом.
Безусловно, «рельсовая война» является наиболее ярким примером длительного проявления протестного поведения граждан на рубеже XX-XXI вв. Надо сказать, что она получила весьма неоднозначную оценку со стороны общественности и СМИ.
Данные опроса Фонда «Общественное мнение», проведенного в мае 1998 года, показали, что перекрытие железных дорог, как форму протеста, одобрили 62% опрошенных и не одобрили — 31 % http://www.fom.ru.
Почему свыше половины россиян с одобрением относятся к действиям шахтеров? Едва ли блокада железных дорог признается ими в качестве нормального средства давления шахтеров на собственное начальство, нормального способа разрешения локального производственного конфликта — это предположение выглядит чересчур абсурдным. Дело, скорее, в ином. Действия шахтеров воспринимаются как крайняя мера, направленная на привлечение внимания властей (и прежде всего — властей федеральных) к сложившейся ситуации, и в этом качестве они находят понимание респондентов Климов И.А. Указ. соч. — С. 148-161.
Что же касается СМИ, у их представителей в отношении к «рельсовой войне» шахтеров прослеживается явная поляризация мнений.
Так в материале, опубликованном под заголовком «Шахтеры против России» в газете «Известия» за 4 августа 1998 года, следующим образом отражена позиция Вячеслав Никонова, автора публикации: «… с умилением и симпатией наши сограждане наблюдают за вот уже двухмесячной «рельсовой войной» шахтеров, которые эффективнейшим образом торпедируют возможности для экономической стабилизации. Общий ущерб для российской экономики от лежания на рельсах шахтеров никто еще не посчитал, но он вряд ли сильно меньше суммы недавнего кредита МВФ. Промышленные гиганты — на грани остановки, поскольку теперь шахтерские комиссары решают, нуждаются предприятия в поставках топлива, сырья и комплектующих или нет. В обесточенных больницах уже гибнут дети. Под Челябинском стоит эшелон с радиоактивными отходами. На Сахалине блокирование ГРЭС скоро приведет к отключению электроэнергии на 18 часов в сутки, что введет в паралич промышленность острова и уничтожит рыбную отрасль ». Автор соглашается, что «у шахтеров есть основания для недовольства и акций протеста. Но недовольство не может являться оправданием вопиюще противозаконных действий, наносящих урон государству и всем другим гражданам».
Такое же недвусмысленное отношение можно пронаблюдать и на страницах №74 «Самарской газеты» (23.05.98.). В материале, опубликованном под заголовком «Рельсовая война ее объявили российские шахтеры», звучат такие слова: «Честно сказать, перекрытие железнодорожных магистралей — чистой воды шантаж, хотя правительство это и отрицает. Более того, забастовки, безусловно, связанные с грубейшими нарушениями трудового законодательства, подпадают под 267 статью Уголовного Кодекса. Убытки только самих железных дорог составили более 250 миллионов рублей. Но, судя по всему, до суда ни одно дело доведено не будет — очень уж много обвиняемых».
Автор следующего материала пошел по другому пути, он отказался от каких-либо осуждений в пользу понимания и принятия позиции и интересов шахтеров. Так в газете «Московские новости» за 4 августа 1998 года под заголовком «Без победителей» был помещен материал Антон Кобякова. Сочувственный тон слышится на протяжении всей публикации: «Те, кто сегодня ночует на рельсах, не получают заработанного по полгода, а некоторые и того дольше. Но что за варварские методы, слышу я с разных сторон. Варварские? Может быть. А разве не варварство — не платить месяцами зарплату? Власть сама научила шахтеров вести диалог с ней на повышенных нотах. Иначе не слышит». Надо сказать, что точка зрения автора на создавшуюся ситуацию весьма определенная: «То, что шахтеры вышли на рельсы, не признак эгоизма, это признак отчаяния».
Плюрализм мнений — одна из составляющих демократического государства, любое суждение имеет место быть, но нельзя забывать о возрастающей роли информации, точнее ее воздействия на массовое сознание. Функции снятия конфликтного напряжения в обществе призваны выполнять не только органы государственной власти. В первую очередь это правовые институты и СМИ.
В конце XX — начале XXI века протестное движение в России продолжалось, хотя и не столь масштабно. В движении протеста теперь принимают участие металлурги, работники коммунальных служб, авиадиспетчеры, работники образовательной сферы и сферы обслуживания, ряда других отраслей народного хозяйства.
Как известно, современная Россия переживает переходный период, суть которого состоит в дальнейшей трансформации страны в русле западно-европейских социальных институтов и ценностей при сохранении ее национальных и историко-культурных особенностей. В этой связи перед российским правительством стоит задача: в ближайшие годы провести ряд относительно непопулярных социально—экономических реформ — жилищно-коммунальную, муниципальную, реформы в области здравоохранения, образования и другие.
Недавний опыт проведения пенсионной реформы показал, что при отсутствии адекватного понимания и поддержки со стороны заинтересованных социальных групп, а фактически всех слоев общества, усилия власти по замене сложившейся в советское время системы государственного пенсионного обеспечения на более прогрессивную накопительную были изначально обречены на провал.
После введения в дейст-вие Закона о монетизации льгот акции протеста льготников, в основном пенсионеров, прокатились по всей стране и приобрели массовый характер, социальное недовольство этой группы населения выплеснулось на улицы и более того — приобрело политический характер (требование отставки правительства).
С началом нового десятилетия многими социологическими центрами отмечен в целом спад социального недовольства и протестной активности россиян, но события января-марта 2005 года вновь актуализировали проблему протестного потенциала российского общества и возможность его трансформации в массовые акции протеста.
Введение Закона №122 послужило катализатором новой, достаточно мощной волны протестных движений. Пресса пестрила такими заголовками, как «Власть споткнулась на стариках» («Независимая газета»), «Пенсия о главном» и «Разрешите застрелиться» («Московский комсомолец»), «Бойтесь нового Интернационала» («Известия»). Газеты были буквально наводнены информацией об акциях протеста.
Так, например, в «Независимой газете» за 12 января 2005 год был опубликован материал под заголовком «Ветераны взялись за костыли». Автор публикации Андрей Рискин пишет, что «первыми взбунтовались пенсионеры, проживающие в подмосковных Химках. В понедельник несколько сот человек по инициативе местного Союза пенсионеров перегородили Ленинградское шоссе и потребовали «присоединения к столице», где льготы на проезд сохранены за счет местного бюджета. Для того чтобы разблокировать трассу, потребовалось вмешательство правоохранительных органов». Никакой оценочной лексики в материале не прослеживается, разве что в подзаголовке: «Самые незащищенные слои населения в штыки приняли монетизацию льгот».
В газете «Аргументы и факты» за 25.02.2005 г. под заголовком «Защитники отечества защищаются от реформ» прошла публикация об акциях протеста, прошедших в ряде регионов в День защитника Отечества. «Их участники не только требовали социальной защиты военнослужащих и военных пенсионеров, пострадавших от монетизации льгот, но и выдвигали политические лозунги», — сообщает автор материала Сергей Мигалин. Данная публикация, как и предыдущая, также лишена каких-либо оценок со стороны журналиста, но в заключение автор помещает собственный прогноз дальнейшего развития событий: «Вслед за зимней волной акций протеста против монетизации, начавшихся в январе, может последовать весенняя. После ветеранов вооруженных сил и военных пенсионеров свои акции протеста на днях проведут «чернобыльцы», недовольные социальной реформой. В марте-апреле эстафету борьбы за социальные и экономические права продолжат работники бюджетной сферы, учителя и врачи».
Таким образом, очевидно, что общественный протест, как форма проявления массового недовольства, уже начиная с конца 80-х годов XX века, нашло широкое отражение в российских СМИ.
Теоретически средства массовой информации выполняют роль посредника между государством и обществом. Посредническая роль СМИ заключается прежде всего в том, что они представляют интересы общества перед властью, помогают обществу их формулировать и защищать, сами являются важнейшим институтом гражданского общества, не уклоняясь при этом от роли своего рода передаточного механизма импульсов, идущих от государства к обществу и обратно. Однако наполнение этой схемы реальным содержанием значительно сложнее и пронизано многими противоречиями.
Анализируя взаимодействие «четвертой» власти (СМИ) и «пятой» власти (общественного мнения) Романович Н.А. Региональные СМИ: возможности и проблемы//СОЦИС. — 2006. — №4(264). — С. 84., можно прийти к выводу, что социальный протест всегда находился в поле зрения представителей печатных изданий.
Безусловно, приведенные выше примеры публикаций не могут отразить всю специфику изменения информационной политики прессы, но можно отметить общую тенденцию к трансформации «газет мнений» в «газеты фактов» Прохоров Е.П. Введение в теорию журналистики. М., 2002. — С. 247.
. Журналисты все меньше прибегают к исследованию массового недовольства, реже ищут пути решения проблем, чаще уходят от прямой оценки конфликтных ситуаций.
Глава 2. Общественный протест как информационный повод для газетных и сетевых публикаций
2.1. Отражение общественного протеста в печатных и сетевых изданиях
Рассмотрев теоретическую сторону вопроса и изучив историю появления протестного движения в общероссийском масштабе, хочется продолжить исследование общественного протеста, но уже на региональном уровне.
О том, какие события происходили, происходят и будут происходить, мы ежедневно узнаем через средства массовой информации. Фраза «Кто владеет информацией, тот владеет миром» стала афоризмом, и это естественно, ведь в эпоху становления и развития «информационного общества» происходит гигантский рост «власти информации». СМИ в этой полиархической структуре представляют один из важнейших компонентов.
Журналистика по природе своей ведет всесторонний мониторинг всех сфер жизни и через эту ограниченную для себя роль наблюдателя и обозревателя определяет, как принято говорить, «повестку дня» — представляет общественности совокупность тем, проблем, суждений, то есть создает всестороннюю информационную картину всего актуально значимого в действительности Прохоров Е.П. Указ. соч. — С. 165..
Событие, новость, служащие основанием для освещения в СМИ являются информационным поводом http://copywriter.ru/lib/lib_72.html.
Немецкий социолог Никлас Луман насчитывает десять критериев отбора, которые используются для того, чтобы сделать информацию новостью Niklas Luhmann. DIE REALITAT DER MASSENMEDIEN. 2., erweiterte Auflage. Opladen: Westdeutscher Verlag, 1996. — S. 70.
:
1. Информация должна быть новой.
2. Предпочтение отдается конфликтам. Такие темы отодвигают развязку в будущее. Не зная, кто выйдет победителем, получатели информации испытывают напряжение и пытаются угадать исход борьбы.
3. Внимание можно привлечь указанием количества. В цифрах есть всегда нечто определенное, вне зависимости от того, понимает ли получатель информации, о чем вообще идет речь. Особенно действенны сравнения: анализ динамических процессов или сопоставление территорий.
4. Дополнительный вес придает информации и локальный контекст. Предполагается, что получатель информации хорошо знает положение дел в месте своего проживания и для него ценны любые дальнейшие сведения.
5. Очень важны нарушения норм, которые в изображении массмедиа часто принимают форму скандалов. Собственно, только нарушение и делает норму явной. Информация о нарушении, поданная в виде простой констатации данного факта, позволяет получателю солидаризоваться с другими в осуждении нарушения и приверженности норме, а равно и в демонстративном утверждении своего незнания о реальной практике нарушений.
6. Особенно пригодны для новостей сообщения о нарушениях норм, когда к ним добавляются моральные оценки, позволяющие высказывать уважение или неуважение к тем или иным лицам. Массмедиа играют важную роль в воспроизведении кода морали.
7. Классифицируются не только поступки, но и те, кто их совершает, — тем самым массмедиа не просто извещают о нарушении норм, но и помогают слушателю или читателю составить собственное мнение.
8. Требование актуальности информации ведет к тому, что массмедиа сосредоточивают внимание на исключительных случаях (катастрофах, стихийных бедствиях и т. п.), а требование рекурсивности вызывает у журналистов повышенный интерес к предшествующим или к похожим событиям (иногда образующим целые «серии»).
9. Особый случай — распространение в качестве новостей высказываемого кем-то мнения.
10. Все перечисленные критерии становятся еще строже, когда отбором занимаются специальные организации, подгоняющие информацию, уже отобранную системой массмедиа, под рубрики и шаблоны (например, выпускающие редакции в печатных СМИ).
Учитывая данные критерии можно с уверенностью сказать, что общественный протест, как информационный повод для СМИ, еще долго не будет снят с «повестки дня».
Каждое из анализируемых изданий как печатное, так и сетевое изобилует материалами, посвященными всевозможным акциям протеста, проходящих на территории Ставропольского края. Но, надо сказать, отличаются спецификой и формой подачи информации.
Изучая материалы, в первую очередь необходимо было разобраться, кто и против чего сегодня протестует.
Вследствие анализа публикаций, было выявлено, против чего протестовали жители Ставропольского края в 2006 году:
— задержка и невыплата зарплаты;
— коррупция;
— реформа ЖКХ;
— монетизация льгот;
— отсутствие водоснабжения;
— незаконная застройка и вырубка зеленых насаждений;
— незаконная трансплантация органов;
— проведение учений НАТО в России;
— нарушение законов о выборах;
— продажа спиртного несовершеннолетним;
— принятие законопроекта «Об автономных учреждениях»;
— нарушение закона о выборах;
— законопроект, запрещающий продажу алкогольной продукции без перерегистрации в юридическое лицо.
Также недовольные деятельностью власти жители выступали за отставку мэра и губернатора, за отзыв депутатов городской Думы, баллотирующихся в парламент Пятигорска.
Остановимся подробнее на том, кто и каким образом проявляет протестное поведение.
Одним из громких событий прошлого года стала голодовка автотранспортников города-курорта Ессентуки.
Впервые информация о сотрудниках муниципального унитарного предприятия «Ессентукское пассажирское автотранспортное управление» (МУП «ЕПАТУ») была размещена ИА REGNUM 21.04.06 г. В материале говорилось, что инициативная группа, состоявшая из десяти работников МУП, организовала акцию протеста по причине невыплаты зарплаты за 6-9 месяцев, задолженность которой составила 2 млн. 700 тыс. рублей. С участниками акции беседовали представители прокуратуры. Сотрудники также пообщались с представителями милиции, УФСБ, представителями администрации города Ессентуки и городского Управления труда и социальной защиты населения.
22.04.06 г. в «Ставропольской правде» под заголовком «Прекратили голодовку» уже прошла информация о завершении акции. В публикации сообщалось, что «между голодавшими, администрацией предприятия и администрацией города заключено трехстороннее соглашение. Образовавшаяся за девять месяцев задолженность по заработной плате будет выплачена до 1 июня».
Казалось бы, проблема решена, но 04.12.06 г. вновь появляются заголовки
«В Ставропольском крае продолжается бессрочная голодовка работников автотранспортного предприятия» («Кавказский узел») и «На Кавминводах автотранспортники объявили бессрочную голодовку» (ИА REGNUM). Е. Костенко, корреспондент «Кавказского узла», помещает в материале слова Сергея Тараканова, одного из участников акции: «Первоначально нас было 10, затем один заболел, второй госпитализирован с приступом аппендицита. Голодовка начата 30 ноября и продлится до тех пор, пока не будут погашены долги по заработной плате, которую на предприятии не выплачивают с начала 2006 года», — сказал С.Тараканов. По его словам, на сегодняшний день задолженность по заработной плате в целом по предприятию составляет порядка 3 млн. рублей».
06.12.06 г «Кавказский узел» и ИА REGNUM помещают материалы под заголовками «В Ставропольском крае водители Ессентуков прекратили голодовку» и «Голодовка автотранспортников в Ессентуках прекращена. Зарплата выплачена», соответственно. Эта же информация прошла и на страницах «Ставропольской правды» (08.12.06 г.) под заголовком «Голодовка кончилась, доги остались». Как в газетной, так и в сетевых публикациях сообщается, что голодовка была прекращена в результате выплаты половины зарплаты. Елена Костенко, корреспондент «Кавказского узла» в своем материале пишет о том, что «к голодающим прибыл прокурор Ессентуков, попросил прекратить акцию и лично заручился, что завтра задолженность будет погашена полностью».
В печатных и сетевых изданиях зачастую говорится, что организаторами акций протеста выступают те или иные партии, общественные движения и организации.
Можно выделить следующих инициаторов:
— партия КПРФ;
— партия «Родина»;
— «Протестный комитет»;
— правозащитное движение «Крепостная гора»;
— «Молодая гвардия «Единой России»»;
— молодежное движение «Наши»;
— региональное отделение Ассоциации в защиту прав избирателей «Голос»;
— Ставропольская общественная организация «Жилье»;
— «Союз славянских общин Ставропольского края».
Так, например, в публикации Е. Костенко, корреспондентки «Кавказского узла», помещенной в издании 15.09.06 г. под заголовком «В Ставрополе коммунисты протестовали против НАТО», говорится о том, что « ставропольское отделение КПРФ приняло участие во Всероссийской акции протеста «Анти—НАТО», направленную против проведения в Нижегородской области совместных учений Российской армии и сил Северо-Атлантического блока». Под заголовком «Оно нам НАТО?» в №214-215 «Ставропольской правды» был опубликован материал Е. Сухарева с этой же информацией.
Против коррупции на Ставрополье выступили представители общественного движения «Молодая гвардия», о чем говорится в публикации Г. Алексеевой «У «Молодой гвардии» появились юниоры» («Вечерний Ставрополь» 21.11.06 г.), с этой же тематикой в №46 «Открытой» под заголовком «Путин против коррупции. А депутаты?» был опубликован материал В. Гордеева. В этой публикации журналист пишет, что «в понедельник у входа в Ставропольскую городскую Думу участники правозащитных организаций провели пикет, главным мотивом которого была поддержка публикаций в «Открытой» газете, посвященных подкупу депутатов Невинномысской городской Думы в марте этого года».
Организатором националистического шествия, прошедшего в рамках «Русского марша», выступил «Союз славянских общин Ставропольского края». Об этом сообщалось в №44 газеты «Открытая» в материале А. Чаблина под заголовком «Праздник для кого?», в №256-257 «Ставропольской правды» в публикации Е. Сухарева под заголовком «Маршем», в сетевом издании «Кавказский узел» в материале Е. Костенко под заголовком «В Ставрополе «Русский марш» прошел без эксцессов» (04.11.2006 г.) и в ИА REGNUM под заголовком «Несанкционированный националистический митинг прошел в Ставрополе» (04.11.2006 г.).
Против продажи алкоголя несовершеннолетним выступили представители молодежного движения «Наши». Данная информация прошла в №191 «Вечернего Ставрополя» в публикации Н. Ардалиной под заголовком «А вы соблюдаете закон?».
Надо сказать, что на страницах краевых газет и в сетевых СМИ наибольшую активность проявляли представители «Протестного комитета» и партии КПРФ.
На этом список протестных движений ставропольских активистов не заканчивается. Но особого внимания и более тщательного рассмотрения заслуживает проблема незаконных застроек, вызвавшая общественный резонанс, как в краевом центре, так и в других города региона.
Недовольство жителей краевого центра градостроительной политикой городской администрации, наконец, достигло своего апогея. Одних проблема, связанная со строительным бумом, коснулась лично, других же пока напрямую не затронула, но, наверняка, равнодушных в этой ситуации не осталось.
Так в сетевом издании «Кавказский узел» 30.03.2006 г. под заголовком «В Ставрополе инициируется местный референдум против местной исполнительной власти» появляется публикация Светланы Бирюковой, в которой журналистка сообщает, что «недовольные работой исполнительной власти жители города Ставрополя объединяются в общественное движение. Деятельность «Протестного комитета» изначально представляла собой протест горожан против стихийных застроек в Ставрополе, особенно в центральной его части, против застройки в заповедных местах города, против вырубки деревьев и неоправданного сокращения дворовых пространств. В настоящее время активисты «Протестного комитета» видят первопричину всех безобразий, происходящих в краевом центре, в местной исполнительной власти, и непосредственно в первых лицах ее представляющих».
Широкое отражение проявление общественного протеста нашло на страницах краевых газет. Выступая посредником между обществом и властью, краевая пресса нередко встает на сторону негодующих граждан. Дабы власти все-таки услышали «глас народа», газеты стали откровенной трибуной для выражения социального протеста.
В феврале на страницах «Ставропольской правды» (№33) и «Открытой» (№6) появились публикации «За власть советов» и «Кто образумит власть?», соответственно. Информационным поводом для них послужило обращение Ставропольского краевого комитета КПРФ к губернатору Александру Черногорову, спикеру краевой думы Юрию Гонтарю и депутату Госдумы Российской Федерации Анатолию Семенченко с просьбой прекратить самоуправство властей Ставрополя. Коммунисты в своем обращении говорят о необходимости воскрешения советов микрорайонов. Вместо должности председателя совета «появился» главный специалист по работе с населением при администрации района. Е. Куц, автор публикации «За власть советов», помещает следующие слова членов комитета: « Следствием всего происходящего в Ставрополе явился хаос и полный беспредел на территориях микрорайонов, связанный с массовой вырубкой деревьев, кустарников, уничтожением детских площадок и хаотичной застройки. Жители пытаются противостоять этому хаосу, но органов, отстаивающих интересы граждан, в городе не стало. Попытки решить проблемы людей путем обращения к городским властям положительного результата не дают». Автор материала «Кто образумит власть?», О. Парфенов, отмечает, что «по мнению коммунистов, фактическая ликвидация советов микрорайонов города послужила причиной массового уничтожения деревьев, хаотичной и бесконтрольной застройки краевого центра». А также журналист помещает требования, предъявляемые к адресатам: «Краевым депутатам вернуть к жизни закон «О территориальном общественном самоуправлении в Ставропольском крае», а губернатору взять под личный контроль решение этого вопроса, тем более что он сам неоднократно возмущался действиями городских властей».
С требованиями членов коммунистической партии конечно можно согласиться, восстановление советов смогло бы значительно повысить шансы горожан на победу, но вот в выполнение этих требование верится с трудом.
Надо признать, что «протестный комитет» в своей деятельности прибегает к более решительным мерам и на страницах краевой прессы выступает инициатором большинства акций протеста.
В №39 номере «Ставропольской правды» под заголовком «Стой! Не строй!» появляется еще один материал, посвященный очередной акции протеста. «Протестный комитет» пикетировал здание краевого правительства. В публикации говорится следующее: « Требования «протестантов» не претерпели изменений: они настаивают на том, чтобы муниципальные начальники перестали выдавать разрешения на незаконную, по их мнению, застройку в исторической части краевого центра, из-за которой в Ставрополе становится меньше детских площадок и зеленых насаждений. Выбор места пикета можно считать неслучайным. Накануне в правительстве края прошло большое совещание, на котором разбирался именно «строительный вопрос» в Ставрополе. Члены «комитета» не раз обращались в различные инстанции, но адекватного ответа, по их мнению, до сих пор нет».
В данной публикации неизвестный автор (соб. инф.) несколько раз повторяет «по их мнению», тем самым, ставит под сомнение оправданность действий членов «комитета».
Не видя со стороны властей никакой реакции и действий по предотвращению незаконной градостроительной деятельности городской администрации, недовольные жители вынуждены обращаться в суд. Но, как выясняется, и здесь общая картина не меняется.
В №10 номере «Открытой» газеты под заголовком «Будешь спать — отнимут и кровать» опубликована информация о митинге, состоявшемся у стен краевой прокуратуры. Автор материала, А. Чаблин, в своем материале говорит о том, что иски против застройщиков тянуться месяцами, «из судебных дел «исчезают» как отдельные документы, так целые тома». «Выступают пособниками нечестных на руку дельцов и милиционеры. Они охраняют рабочих, вырубающих скверы, а жильцов, пытающихся воспрепятствовать вырубке, оттаскивают за руки». Далее автор говорит, что «правоохранители вообще чураются любого проявления гражданского сознания у горожан. Разрешение на митинг протестный комитет получил только с четвертого раза, «до этого активистам без объяснения причин отказывали». В завершении материала А. Чаблин констатирует, что отвечать на вопросы митингующих так никто и не вышел. Автор неоднократно говорит о бездействии представителей правоохранительных органов, и пособничестве в незаконном строительстве.
Продолжая тему беззакония, царящего в высших эшелонах власти, А. Чаблин вновь появляется на страницах «Открытой» в №14 с публикацией « «Санитары» леса ». В нем автор пишет о том, что жители №28 дома по улице 50 лет ВЛКСМ обратились на «телефон доверия Губернатора» с жалобой на вырубку сквера. «Жалобу… спустили в мэрию. От ее имени из управления архитектуры жильцам пришел ответ: «Большинство деревьев, произрастающих на участке, находятся в крайне неудовлетворительном состоянии, многие представляют непосредственную угрозу безопасности…». Такой ответ чиновников закономерно вызвал возмущение горожан, и они вновь обратились в «жалобный» отдел правительства края. Там жильцам объяснили, что тополя сухие, падая они могут поранить кого-нибудь, а так же тополиный пух вреден для людей и эти деревья подлежат уничтожению. В завершении публикации А. Чаблин чуть ли не выносит вердикт: «Больше всего возмущает то, что чиновники края и города «спелись» по поводу «необходимости» уничтожения ставропольской зелени. Зачем тогда вообще нужны именные «телефоны доверия»? Давайте их упраздним и сделаем один общий телефон доверия… Чиновника. Правда, есть опасение, что на том конце провода будут слышать только ненормативную лексику».
Надо сказать, что большой популярностью пользуются письма в редакции изданий, с дальнейшей их публикацией на страницах краевой прессы. Особенно часто данная форма общественного протеста проявляется в «Вечернем Ставрополе», и, пожалуй, является основной для этой газеты. Зачастую такие публикации появляются под рубрикой «Я вам пишу…»: «Тесно от стройки на Бруснева!», «Отстоим зеленую зону!», «Не рубите деревья!», «Наш двор был самым цветущим…», «Спортплощадку на Мутнянке… Замутили» и др.
В №62 было опубликовано «Открытое письмо главе города Ставрополя Д.С. Кузьмину». В данном письме жильцы сообщают, что заявление полугодовой давности (13.09.2005г.), в котором они обращаются к главе города с просьбой разобраться с действиями руководства ОАО «Мобильные ТелеСистемы» (МТС), которое «незаконно отрезало половину фасадной части двора, а генераторная электроустановка шумит и мешает жителям, особенно в ночное время», так и осталось без ответа. В письме обосновываются основные причины, вызывающие недовольство: «Оставшаяся узкая часть двора противоречит нормам противопожарной безопасности, препятствует подъезду машин «скорой помощи» к подъездам дома. Они просят Д. Кузьмина принять меры, запрещающие произвол руководства ОАО МТС.
Несмотря на игнорирование адресатом предыдущего письма, жильцы продолжают все-таки просить, а не требовать, разобраться в возникнувшей проблеме.
Судя по публикациям, обращений, с просьбой о помощи, немало. Но все они носят сдержанный характер по отношению к чиновникам. Критике подвергаются сами предприниматели и коммерсанты, затеявшие градостроительный бум в городе.
На страницах же «Открытой» газеты со стороны ее читателей нередко звучат обличительные и гневные речи в адрес органов власти. Так в №21 под заголовком «Сносить, невзирая на лица?» опубликовано письмо Юрия Песоцкого, подполковника ФСБ в отставке. Подзаголовок звучит следующим образом: «Исключительный случай в судебной практике Ставрополя — подполковник ФСБ в отставке вчинил иск главе краевого центра Дмитрию Кузьмину, а в качестве третьего лица привлек губернатора края Александра Черногорова». В чем же состоит суть данного письма? К нему прилагается выдержка, состоящая из слов губернатора, произнесенных на пресс-конференции в мае текущего года. В ней А. Черногоров говорит, что «за год 26 детских площадок уничтожено! Когда такое было? Их строить надо! Уже залезли на территорию школ, детских домов… И везде торчат уши. За конкретными действиями стоят люди. Назовите их фамилии!». В письме Ю. Песоцкий целиком и полностью соглашается со словами главы региона, но дальше оговаривается: «Но только вот слово губернатора, к великому моему сожалению, не всегда совпадает с делом». Автор письма сообщает читателю, что в ноябре прошлого года под окнами его дома появился металлический забор. «Проживающий по соседству губернатор края А. Черногоров… любезно пояснил, что не кто-то там, а он-де сам намерен здесь выстроить гараж для своего водителя: так мол замучили пробки, что постоянно на работу опаздываю. Неловко как-то об этом говорить, но от дома губернатора до здания краевой администрации всего-то метров 400, не более». Подполковник попытался письменно объяснить главе региона, сто строительство гаража не только противоречит законодательству, но и отягощает существование жильцов. Но ответа не последовало. Тогда, для выяснения данного вопроса автор письма решил обратиться в краевое министерство ЖКХ. Там ему пояснили, что «работы ведутся в соответствии с постановлению главы Ставрополя. от 31 января 20005 года». Ю. Песоцкий, для ознакомления с этим постановлением, отправился в городской комитет градостроительства, где подтвердили, что территория, отведенная на постройку гаражей, действительно принадлежит А. Черногорову в соответствии с постановлением главы города, только на этот раз от 24 октября 2005 года. Далее в письме указывается, что «существует постановление главы Ставрополя от 11 апреля и 31 октября 1996 года, позволяющее строительство на межквартальных территориях лишь временных гаражей, да и то инвалидам войны, труда, детства, инвалидам первой группы по зрению. Ни к одной из этих категорий граждан губернатор не относится». Так и не получив «внятного ответа», подполковник решил обратиться в суд, «привлекая главу города Дмитрия Кузьмина в качестве ответчика, а Александра Черногорова в качестве третьего лица. Дело по иску было отдано судье Октябрьского района, но иск был возвращен на основании истечения срока подачи повторного заявления. Автору письма ничего не оставалось, как обратиться в краевой суд. В заключении, Ю. Песоцкий признается, что «не питает особых иллюзий в отношении российского правосудия и готов дойти до Европейского суда по правам человека».
Продолжение этой истории появляется в №28 под заголовком «И торчали большие уши». Все тот же подполковник в отставке вновь обращается в редакцию. Во втором письме Ю. Песоцкий приводит один интересный факт, суть которого состоит в том, что в мае прошлого года, по требованию администрации города и согласно постановлению главы Ставрополя от 11 апреля и 31 октября 1996 года, был снесен гараж Тамары Теплинской, жительницы его дома. «На его месте появился гаражный комплекс, в том числе и с участием губернатора. Но Александру Леонидовичу этого оказалось недостаточно, и теперь он пытается расширить свои владения» — говорит автор в заключение своего письма.
Публикуя письма такого содержания, с одной стороны, издание, конечно же, стремиться к сенсационности, но с другой — прямо заявляет о своей социальной позиции в поддержку тех, на чьей стороне правда.
В начале уже было приведено несколько примеров митингов и пикетов, санкционированных Протестным комитетом. Говоря о деятельности этого общественного движения, нельзя не упомянуть о нашумевшем пикетировании на Крепостной горе.
В №19 «Открытой» газеты под заголовком «Пока власти не зашевелятся» прошел материал о беспрецедентной акции комитета, стартовавшей 14 мая. Автор публикации А. Чаблин пишет: «чиновники поначалу отказались давать разрешение на проведение акции», но когда активисты пригрозили, что проведут несанкционированное пикетирование мэрии, «разрешение все же было подписано». В связи с чем, на Крепостной горе был разбит палаточный городок. В поддержку комитета выступили представители различных политических сил, которых примирила и объединила борьба с администрацией. В конце материала журналист помещает слова руководителя Протестного комитета Игоря Маркелова: «Будем стоять, пока власти не зашевелятся».
В №116 «Ставропольской правды» появляется материал под заголовком «Алея позора» не сдается». В нем Ю. Филь, автор публикации, рассказывает о событиях, происходящих на Крепостной горе в преддверии Дня города. Прошел слух, что в связи с проведением праздника решено ликвидировать палаточный городок, «якобы для того, чтобы не вызвать ненужных вопросов со стороны у высоких гостей». С активистами объяснялись представители мэрии. Журналистка в конце материала говорит, что стороны все-таки пришли к консенсусу.
Но вот в следующем материале Ю. Филь, опубликованном под заголовком «Не договорились», компромисс так и не был достигнут. В знаменательный день «подписания мирного договора» ни долгожданный мэр, ни вице-мэр на встречу не явились. Вместо них заключать «мирное соглашение» прибыл Анатолий Мартынов. Автор публикации сообщает, что «в ходе переговоров возник раскол даже между самими членами Протестного комитета. Кое-кто согласился с доводами администрации о целесообразности проведения «цивилизованных» переговоров — за закрытыми дверями мэрии. Но большинство высказалось за продолжение акции до 1 августа текущего года».
О разделении комитета на два лагеря в №132-133 «Ставропольской правды» прошел материал под заголовком «Двойной» протест». В данной публикации говорится о том, что в ходе учредительной конференции было принято решение о создании общественного движения «Протестный комитет», проведены выборы правления и утвержден Устав. По сведениям, полученным от председателя правления Ивана Должикова, была создана общественная приемная и комиссия из трех человек для работы с администрацией по спорным вопросам. Инициативная группа пикетчиков не была допущена к конференции, поэтому на ней не были отражены мнение все протестантов. Как следствие, возник еще один «протестный комитет».
Своеобразным ответом на «Крепостной скандал» стали многочисленные акции протеста жителей Пятигорска против застройки Комсомольского парка. Но если роль в освещении незаконного строительства в городе Ставрополе по большей части взяли на себя печатные СМИ, то проблемы пятигорчан наиболее полно раскрываются в сетевых изданиях.
Публикации о Комсомольском парке, точнее о действиях разворачивающихся вокруг него, берут свое начало с материала, помещенного в издании «Кавказский узел» 13.06.06 г. под заголовком «Митинг в Пятигорске перерос в массовые беспорядки». В нем сообщается, что в Комсомольском парке, у Мемориала участникам Великой Отечественной войны состоялся санкционированный митинг против строительства объектов на территории этого парка. Далее приводятся слова представителя УВД: «После окончания акции протеста возмущенные люди, большинство из которых — мужчины, но были и женщины, пришли к территории, где началось строительство, и начали крушить металлические ограждения. Они повалили все заборы, которыми были огорожены участки». Так же в публикации указывается, что подобный митинг уже проводился 3 мая. Люди писали обращение с просьбой прекратить застройки на имя депутата Госдумы России от Кавминводского округа Ставропольского края Владимира Катренко. Однако строительство домов не прекратилось. Помимо застройки Комсомольского парка, люди выражали недовольство застройкой на горе Машук. Ни оценочной лексики, ни прямой оценки деятельности митингующих в тексте не встречается.
Информация о следующей акции протеста появляется 19.06.06 г. в том же издании под заголовком «В Ставропольском крае жители Пятигорска перекрыли федеральную трассу». В материале говорится о том, что в «около 300 жителей Пятигорска перекрыли федеральную трассу «Кавказ», выражая свое несогласие с застройкой городского «Комсомольского парка». Люди требуют от сотрудников милиции, которые прибыли на место в целях обеспечения порядка, пригласить к ним для переговоров руководство администрации Пятигорска».
Разъяснения о ходе событий 19 июня даются корреспондентом «Кавказского узла» С. Бирюковой в публикации вышедшей 23.06.06 г. под заголовком «Жители Пятигорска добились приостановления застройки Комсомольского парка». Как сообщает журналистка, «итогом протестных выступлений жителей Пятигорска (Ставропольский край) по поводу застройки города стало создание комиссии городской думы по контролю за застройкой города-курорта. Переросшее в сорока минутное перекрытие движения на центральной трассе города проспекта Калинина, вынудило исполняющего обязанности мэра города Павла Минеева пойти на переговоры с пикетчиками».
В тексте не случайно курсивом выделено слово «вынудило», в данном случае автором используется оценочная лексика, что крайне редко встречается в материалах сетевого издания.
С этой же информацией прошло сообщение ИА REGNUM под заголовком «Строительство в парке Пятигорска приостановлено под давлением пикетчиков (Ставрополье)». Согласно сведениям материала, и.о. главы местной администрации, Павел Минеев, «заявил пикетчикам, что городские власти готовы выслушать людей и принять совместное решение. Вскоре после этого митинг был прекращен, и силами милиции люди были отправлены по домам». Но самой важной в этом сообщении является следующая информация: «Решением администрации города-курорта Пятигорска (Ставропольский край) на 10 дней приостановлены строительные работы в Комсомольском парке города. Об этом на встрече с протестным комитетом города-курорта сообщил Павел Минеев».
20.06.06 г. информационное агентство в материале под заголовком «Пикетчики против застройки парка в Пятигорске требуют референдума и расследования прокуратуры (Ставрополье)» сообщило о проведении четвертого митинга против застройки парковой зоны. Как сообщила корреспонденту ИА REGNUM руководитель протестного комитета, секретарь горкома партии КПРФ Пятигорска Галина Сушко, митинг, как и прежде, организован городским отделением партии КПРФ.
Информация об акциях протеста пятигорчан также встречается в сетевом издании «Кавказский узел» 3 сентября и 4 декабря 2006 года, что свидетельствует о фактическом поражении в борьбе за прекращение строительства в «Комсомольском парке».
Протест жителей Ставрополя и Пятигорска против незаконного строительства, безусловно, потерпел фиаско, но, судя по тому, что публикации на тему общественного протеста до сих пор появляются в печатных и сетевых изданиях, можно сказать, что народ продолжает надеяться на диалог с властью, на то, что чиновники их все-таки услышат.
В ходе исследования было выявлено, что наиболее популярными формами протестного поведения граждан являются митинги и пикеты. Крайне редко жители края прибегают к экстремальным методам, таким как перекрытие дорог и голодовки. Иногда в текстах выступления граждан обозначены обобщенно, как акции протеста.
В процессе анализа материалов был обнаружен случай некомпетентности журналиста. В публикации «Несанкционированный националистический митинг прошел в Ставрополе» (ИА REGNUM 04.11.2006 г.) вначале автор материала называет акцию протеста националистов митингом, затем именует ее шествием.
На основе анализируемых публикаций, правомерно сделать вывод, что изучаемые в работе издания сильно разнятся в освещении протестного поведения граждан.
Так в газете «Вечерний Ставрополь» происходит фильтрация информационного потока, с «повестки дня» снимается любое проявление протеста в сторону органов местного самоуправления, что говорит о тенденциозности данного издания.
Хотя «Ставропольская правда» не проявляет столь явной избирательности в подаче информации, предоставляя читателю различные мнения и оценки событий, но все-таки нельзя сказать о полной беспристрастности этой газеты.
В отличие от предыдущих изданий, журналисты «Открытой газеты» на страницах издания выражают полную солидарность с протестующими и всячески способствуют воздействию общественности на представителей власти.
Что касается сетевых СМИ, то надо сказать, что материалы в них носят новостной характер, оценка протестного поведения граждан в текстах встречается очень редко.
2.2. Общественный протест как причина для диалога разных уровней власти в СМИ
За изученный период на страницах краевых газет и в публикациях сетевых изданий прозвучало немало критических выступлений в адрес органов власти.
Одни из них получили ответную реакцию чиновников, а другие же так и остались без ответа. Стоит отметить, что порой, отклик на критику носит весьма затяжной характер.
Так, например, 17.11.05 г. в «Ставропольской правде» была опубликована статья под заголовком «Операция Ы» или Все на продажу». Ее автор В. Бурдюгов пишет: «фирмы-хапки… в центре города оттяпали полдвора у школы № 2. Начиналось все с вранья: мол, возводят спортивный зал для школы. И вот ударными темпами 12-этажный дом почти построен». «Нужно очень сильно не любить свой город, чтобы идти на поводу у пришлых строительных фирм и их заказчиков. И нельзя сказать, что народ молчит. Люди протестуют. Выходят на пикетирование… но кто их слышит?», — этим риторическим вопросом В. Бурдюгов завершает свой материал. Очевидно, что вопрос адресован городской администрации. В унисон с недовольными жителями звучат слова автора, что ему, «коренному ставропольчанину, не по душе нынешняя архитектурно-планировочная вакханалия».
Комментарий к этой публикации появился в №13 «Ставропольской правды», вышедшем 19 января, под заголовком «Участки изъяли не даром». В данной ситуации нельзя сказать, что ответ не заставил себя ждать.
Разъяснение дает В. Еличеев, заместитель главы администрации города Ставрополя, директор комитета градостроительства В публикации говорится следующее: «Работать в условиях реконструкции было всегда трудно, а сейчас — особенно, потому что многие земельные участки перешли в частную собственность. Любое новое строительство, намечаемое в городе, обязательно проходит несколько этапов подготовки, в том числе выбор площадки для проектирования, согласование участка со всеми городскими инженерно-эксплуатационными и контролирующими службами. Проект застройки защищается на городском градостроительном совете, проходит экспертизу, и только после этого готовятся разрешительные документы. В статье, опубликованной в газете, поднимается вопрос об отторжении части школьных участков для строительства жилых домов. По существу вопроса сообщаем, что в данных случаях решение об изъятии части территории принималось на основании соглашения между министерством образования СК, дирекцией МОУ СОШ № 1 и № 2 и фирмами-застройщиками (ООО СК «Вариант» и «Эвелин»). Этими соглашениями определялась компенсация за изъятие участка — строительство за счет застройщиков спортивно-оздоровительных комплексов для школьников. Обязательства, определенные в соглашениях, выполнены фирмами-застройщиками в полном объеме».
На страницах «Вечернего Ставрополя» фигурирует тот же самый заместитель главы города. Так в №10 издания, в рубрике «Вечерке» отвечает власть», В. Еличев, на жалобу жильцов домов 64/4 и 62/1 по улице Пирогова на строительство гаражей, сообщает следующее: «в соответствии со статьями 30, 31 Земельного кодекса Российской Федерации, пунктом 10 статьи Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», положительным градостроительным заключением управления архитектуры администрации города Ставрополя то 13.09.2003 №1228, постановлением главы города Ставрополя от 29.20.2004 №5224 А.А. Степкову утвержден акт выбора земельного участка по ул. Пирогова,62/1, и согласовано место размещения 2-этажных гаражей с устройством спортивных площадок и площадки для отдыха на крыше». Далее чиновником поясняет, что пока оснований для приостановки действия договора аренды нет, но «учитывая многочисленные жалобы жителей, комитетом градостроительства администрации города разрешение на строительство 2-этажных гаражей А.А. Степкову будет выдано только после согласования его с советом микрорайона».
В приведенных примерах, не прослеживается прямой и откровенной критики в сторону представителей власти.
Совершенно другой характер имеют материалы, посвященные самому громкому скандалу, разгоревшегося вокруг Крепостной горы. Этот вопрос получил наибольшее развитие в «Ставропольской правде», на страницах которой прошла целая серия публикаций с данной проблематикой.
Начало этой эпопеи положил материал А. Белузы, появившийся в №28 издания под заголовком «Стихийная карусель». Автор текста пишет: «Многоэтажки без жалости «жуют» бассейны и детские площадки, скверы и зоны отдыха. Недавно функции строительного надзора закреплены за Управлением по жилищному и архитектурно-строительному контролю Ставропольского края, возглавил которое Александр Григорьевич Черногоров». Далее слово предоставляется непосредственно самому начальнику управления, который констатирует: «Сегодня наше ведомство не имеет таких полномочий, чтобы можно было приостанавливать строительство еще на стадии выбора земельного участка. Делать это мы вправе только тогда, когда речь идет о безопасности конструкций, когда есть угроза жизни. А все земельные вопросы в стране отданы на откуп муниципалитетам». Но потом все-таки звучат обнадеживающие слова: Однако в управлении нашли путь борьбы со «стихийными» строителями — взаимодействие с другими ведомствами. Например, государственный инспектор, если выявил нарушение закона, не вправе его сразу пресечь, но может обратиться в прокуратуру, у которой совсем другие полномочия… Так было с «оздоровительным» центром на Крепостной горе, строительство которого — рядом с возводящимся храмом — приобрело политическое звучание… проект стройки не прошел даже государственную экспертизу» и на основании проверки прокуратуры были возбуждены дела об административном правонарушении». Что касается реакции городских властей на сложившуюся ситуацию, то в материале четко прописывается их позиция: «Впрочем, это не помешает заместителю главы города Ставрополя, директору комитета градостроительства В. Еличеву говорить о том, что он считает нецелесообразной отмену разрешения на строительство, и при этом ссылаться на то самое, выданное регистрационной службой свидетельство о праве собственности на незавершенку…». В начале материала автор акцентирует внимание на том, что «стихийная застройка столицы края — головная боль горожан и краевых властей», намеренно не добавляя через запятую органы местного самоуправления, которых создавшаяся ситуация касается самым непосредственным образом.
В №56 газеты появился «Многоэтажный» ответ» на вышеупомянутую публикацию. Так звучит заголовок следующего материала А. Белузы. Автор пишет, что « руководство города, разумеется, отреагировало на критическую публикацию. В редакцию пришло письмо заместителя главы администрации Ставрополя, директора комитета градостроительства В. Еличева, где в самом начале сообщается, что приоритетной задачей любого органа местного самоуправления является забота о нуждах населения, а далее акцент ставится на иные нужды». Заместитель главы города говори следующее: «Градостроительная деятельность мэрии, — говорится в ответе на нашу публикацию, — направлена на удовлетворение одной из основных потребностей горожан — права на жилье. Да, в настоящее время в Ставрополе действительно, цитирую, «сложилась практика выделения земельных участков под застройку многоэтажными жилыми домами не для муниципальных нужд, а для коммерческих целей». Но эта практика существует по всей стране и никоим образом не нарушает действующего законодательства». Далее все же звучат слова касательно пресловутой Крепостной горы: «Что касается определения статуса участка Крепостной горы, на котором предполагалось построить оздоровительный центр, то постановлением главы администрации Ставропольского края от 01.11.1995 года государственная историко-культурная заповедная территория «Крепостная гора» включена в список объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) регионального значения. В состав заповедной территории вошли каскадная лестница, здание первой в городе электростанции и пожарная часть (середина XIX века — улица Суворова, 5). Даже при визуальном соединении этих объектов одной линией видно, что земельный участок, предоставленный ООО «Строительная компания «Авангард» по улице Суворова, 5а, не попадает в границы государственной историко-культурной заповедной территории».
В завершение материала журналистка говорит: «Выходит, мэрия настаивает, что строить так называемый оздоровительный комплекс на Крепостной горе можно. А то, что по протесту прокурора отменено разрешение на строительство, то, что проект стройки не прошел даже госэкспертизу, то, что есть нарушения Земельного, Градостроительного кодексов и трех (!) федеральных законов — это, увы, в ответе на публикацию нашло слабое отражение».
Логическим продолжением данной проблематики послужила публикация В. Лезвиной под говорящим заголовком « Крепостной скандал». Что касается исторических фактов, то здесь автор публикации приводит следующее: «Решением Ставропольской городской Думы отменен один лишь пункт решения президиума городского Совета от 1991 г. «О придании Ставропольскому историко-культурному центру статуса заповедной территории и объявлении ее землей историко-культурного наследия. Но если разобраться, то отменен именно пункт, четко определявший границы Крепостной горы как исторического памятника». В связи с чем, мэрия распорядилась судьбой территории Крепостной горы по своему усмотрению, т.е. отдала под строительство развлекательного комплекса. Говоря о перспективах развития «Крепостного вопроса», В. Лезвина уведомляет читателя, что министерство культуры «обратилось в суд с иском о признании развлекательного комплекса объектом самовольной постройки и его сносе». Далее звучат слова министра культуры Тамары Ивенской: «И обращения в прокуратуру, и предписания, и участие в судебных делах министерства культуры ситуацию не спасают».
В конце звучат следующие слова автора: «Эта публикация — отдаю себе отчет — тоже не спасет. Потому что все сделанное против строительства на Крепостной горе результат дало нулевой. Но ведь здоровая имитация деятельности никогда не заменит самой деятельности».
В свою очередь, в №93» редакция «Ставропольской правды» под заголовком «Как суд решит» опубликовала официальный ответ В. Еличеев, заместитель главы администрации Ставрополя, директор комитета градостроительства: «Публикация «Ставропольской правды» рассмотрена комитетом градостроительства администрации Ставрополя. В настоящий момент в производстве Октябрьского районного суда Ставрополя находится исковое заявление прокуратуры района… Рассмотрение вопроса, а равно принятие каких-нибудь мер в отношении спорного земельного участка до рассмотрения судом исковых требований по существу дела не предоставляется возможным».
Свое продолжение нашумевший скандал нашел на страницах «Открытой» газеты. В №32 под заголовком «Дали окорот» прошла публикация, в которой говорится о том, что в судах находится два иска министерства культуры. Оба — по поводу строительства развлекательного комплекса. Автор материала, Антон Чаблин, говорит о том, что «весной этого года стройка по решению суда уже была заморожена. Но лишь на бумаге. Я сам свидетель, что строители трудятся на этом «замороженном» объекте не покладая рук».
Но призвать чиновников к диалогу с обществом «Открытой» не удалось.
Бездействие представителей муниципальной власти привело к тому, что жители края привлекли к решению вопроса о стихийной застройке краевую власть.
Надо сказать, что за изученный период, инициируемый обществом диалог между краевым правительством и городской администрацией состоялся на страницах краевых газет лишь дважды. И то в первом случае он носил скорее косвенный характер.
Общественный протест, возникший на фоне недовольства жителей градостроительной политикой мэрии, привел к тому, что граждане стали обращаться с просьбой о помощи к губернатору СК А. Черногорову. В ответ на шквал жалоб жителей на градостроительную деятельность мэрии, обрушившийся на «телефон доверия» главы края и писем граждан, в связи с незаконной застройкой города Ставрополя, губернатор усмотрел необходимость в создании рабочей группы по проверке деятельности органов местного самоуправления города Ставрополя». В соответствии с распоряжением главы региона от 10 марта 2006 года № 69-рп период с 20.03. по 20.04.2006 г. проведена проверка в деятельности администрации города Став-рополя и её структурных подразделений по исполнению переданных ей от-дельных государственных полномочий Ставропольского края, использова-нию переданных на эти цели материальных ресурсов и финансовых средств, а также целевому использованию средств бюджета Ставропольского края, выделенных на осуществление городом функций административного центра Ставропольского края за период 2003-2005 годы.
Результаты вышеупомянутой проверки были опубликованы в №109-110 «Вечернего Ставрополя». Материал под заголовком «Казнить нельзя помиловать, или новые подходы к правилам арифметики чиновников правительства СК», подготовленный администрацией города, послужил на прилагающуюся ниже справку. Самой публикации предшествуют следующие слова: «Муниципальное самоуправление — относительно молодая ветвь исполнительной власти, в настоящее время она находится на этапе своего становления. Своевременное указание на ошибки ведет к их безболезненному исправлению и недопущению повторения в будущем». Далее мэрия поясняет: «На первом этапе деятельности рабочей группы квалифицированными специалистами был проведен анализ работы подразделений администрации города и подготовлены отраслевые справки, подписанные руководителями управлений комитетов и министерств Правительства Ставропольского края. К сожалению, не обошлось без ложки дегтя. Уже в первые дни работы проверяющих у нас создалось впечатление, что некий закулисный манипулятор пытается направить их деятельность далеко за рамки, очерченные распоряжением Правительства Ставропольского края… отдельные выводы резали глаз своей необъективностью. Но администрация города Ставрополя принцип прозрачности власти изначально ставила в основу своей деятельности, мы ничего не скрывали, совместная «работа над ошибками» могла принести только пользу. Отраслевые справки были согласованы с соответствующими подразделениями администрации города Ставрополя. Оставалась, по сути, техническая работа: составить итоговую справку по результатам проведенной работы. И вдруг возникла почти двухмесячная пауза».
В полученной 9 июня итоговой справке мэрия нашла массу противоречий. Что же касается градостроительной деятельности, то в ответ на критику, высказанную в справке, городские власти парируют таким образом: «Обозначились, скажем, перекосы в выделении земельных участков под строительство. Но давайте разберемся: администрация подписывает разрешительную документацию в последнюю очередь, после того как документы проходят согласование в федеральных структурах, как-то санэпидемстанция, Кадастровая палата или Госпожнадзор. Мы подписываем документы последними, и в результате, видимо, на правах «крайних», получаем в ответ нарекания со стороны Правительства края и возмущение граждан».
На этом косвенный диалог между враждующими сторонами исчерпывает себя, и переходит в изначально правильную форму взаимодействия — прямое обсуждения наболевшего вопроса. Полемика представителей разных уровней власти, состоявшаяся на выездном заседании правительства в ДК, сразу же нашла свое отражение на страницах краевых газет.
Материалы, посвященные вышеупомянутому заседанию появились во всех изучаемых периодических изданиях. Читатель давно ждал этого кульминационно момента.
На страницах «Ставропольской правды» в №145-146 была размещена публикация под заголовком «Аргумент на аргумент», которая своим названием, сразу же настраивает на предстоящий диалог правящих структур. Так же, автор материала П. Васильев обозначил для читателя интересующий его круг вопросов: «о застройке», «о деньгах», «о мэре», «о власти».
Наибольший интерес, конечно же, вызывает обсуждение застройки. Вот как журналистом излагается этот диалог: «Проблема № 1, конечно, градостроительная политика. Она, как показала проверка, свелась к уплотнению существующих микрорайонов, в т. ч. за счет ликвидации детских и спортивных площадок, дворовых территорий школ, зеленых зон, лесных массивов. Установлено, что под размещение объектов коммерческого назначения мэрия изъяла земельные участки у шести школ. Более того, на территориях, предназначенных для проектирования и строительства детских садов, в настоящее время также «вбиты колышки» для многоэтажек и офисов.
При этом публичные слушания о размещении объектов на предоставленных под строительство земельных участках не проводятся. А по закону — должны. Выяснилось, впрочем, что мэрия иначе толкует Градостроительный кодекс РФ. «Он не предусматривает согласования планируемого строительства с общественностью, — сказал в ответ Д. Кузьмин. — Публичные слушания должны проводиться только в том случае, если на генплане намечена, например, баня, а застройщик хочет возвести парикмахерскую». «Администрацией города, — продолжал Б. Калиничев, — допускаются нарушения градостроительных норм при отводе земельных участков, выдаче разрешений на строительство и реконструкцию без заключения государственных экспертиз, без разрешения инспекции Госархстройнадзора. Массовый характер приняло самовольное возведение многоэтажных жилых домов на участках, предоставленных под строительство домов индивидуальных». «Виной тому — правовая нестыковка, — парировал Д. Кузьмин. — Градостроительный кодекс так и не дал ответа, как регулировать действия индивидуального застройщика. Максимум, что могут сделать городские власти в такой ситуации, — составить акт о нарушении. Штрафовать и наказывать — это уже прерогатива региона».
В заключение автор помещает слова главы края: «В представлении простых людей существует одно понятие «власть». В большинстве своем они не желают понимать, что в каких-то их бедах виноваты руководители муниципалитета, а в других — краевые чиновники. Поэтому недоработки одной из ветвей власти неизбежно влекут за собой понижение рейтинга в глазах горожан — другой. Вот почему я меньше всего хотел бы сегодня выяснять отношения по поводу того, кто «виноватее». Куда важнее определить точки приложения сил и наметить перспективы дальнейшей совместной конструктивной работы».
В №114 «Вечернего Ставрополя» под заголовком «Противостояние или взаимопонимание?» пошлел материал о заседании, представленный несколько в ином ракурсе. Практически в самом начале автор публикации Т. Коркина оговаривает, что «с докладом на заседании выступил вице—губернатор Борис Калиничев, с содокладом — глава города Ставрополя Дмитрий Кузьмин. Поскольку доклад повторил опубликованные в нашей газете результаты проверки, повторять его нет необходимости. А вот содоклад собравшиеся и мы, журналисты, ждали с нетерпением».
Далее журналистка приводит наиболее интересные, на ее взгляд, положения из него: «Рабочая группа проверила не только обозначенные в распоряжении правительства вопросы, но и многое другое, в частности, сферу градостроительства. Как сказал Дмитрий Кузьмин, вопрос градостроительства на сегодняшний день — самый больной для всех городов России. Не так давно в Ставрополе проходило заседание Совета главных архитекторов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований. Профессионалы градостроительной отрасли уже второй год бьются над усовершенствованием законодательства в области городской застройки. Градостроительный кодекс, принятия которого так ждали, ответил на многие вопросы. Но много поставил и новых. Например, как регулировать действия индивидуального застройщика? Закон разрешает владельцу строить на своем участке все что угодно, не согласовывая ни с кем проект. Максимум, что может муниципалитет в такой ситуации, — это составить акт о нарушении. Штрафовать и наказывать — это уже уровень субъекта. Можно назвать строительство в уже обжитых кварталах хаотичной застройкой. А можно и точечной, с целью более рационального использования муниципальной земли, сказал Дмитрий Кузьмин. Логика подсказывает, что вторая точка зрения более правильная. Тем более что и президент нашей страны В. В. Путин призывает эффективнее использовать земли в черте городов. Да, есть перекосы в процессе выделения земельных участков под строительство. Но стоит сказать, что администрация подписывает разрешительную документацию в последнюю очередь, после того как документы проходят согласование в федеральных структурах. Докладчик заявил, что администрация Ставрополя работает над устранением нарушений, и над оптимизацией выделения земельных участков. С апреля текущего года процесс этот идет только на конкурсной основе».
В конце публикации Т. Коркина делает весьма не лестные выводы и замечания, от которых, надо сказать, тактично уходит П. Васильев. Вот как звучат слова автора: «И все же… в разборках власти края с властью города есть что—то кликушеское, неискреннее. Думаю, никого невозможно убедить в том, что краевое правительство во главе с губернатором не имеет никаких рычагов влияния на жизнь краевого центра, на его застройку, на соблюдение в городе «красных линий» и так далее, о чем из года в год жалуется народу губернатор. И люди расходились с этого расширенного, трудного для всех заседания с чувством, что, в общем—то, ничего нового они и не услышали. Вот если завершающие слова Александра Черногорова о том, что «будем решать проблемы города вместе», приобретут реальную силу, выльются в деловые мероприятия, да еще эти мероприятия будут опубликованы для всеобщего ознакомления в «Вечернем Ставрополе» — тогда можно поверить, что правительство действительно заботится о краевом центре».
Но если в предыдущих изданиях слышится более или менее снисходительный тон и проявляется лояльное отношение к чиновникам, то беспощадная к органам власти «Открытая» газета не стесняется в выражениях.
Так в №25 издания публикуется материал с громким заголовком «Скандальное шоу». Автор публикации О. Парфенов предоставляет на суд читателя позиции мэрии и правительства по отношению к деятельности друг друга. Журналист помещает в материале следующие слова Д. Кузьмина, прозвучавшие в ходе обсуждения нашумевшей проверки: «Проверка кишит неточностями, в ней полно фактических и юридических ляпов. Это попытка подтасовки фактов и манипулированию общественным мнением! Правительство затеяло проверку администрации с заведомо заданным результатом. Очень уж эта ситуация напоминает ту, когда в советские времена иностранные корреспонденты, не желая замечать положительных изменений в нашей стране, снимали на камеру одни свалки и помойки».
Далее автор сообщает, что «категорически не согласился мэр и с тем, что вышел из под контроля градостроительный процесс, посетовав, что не увидел на недавнем, прошедшем в Ставрополе слете архитекторов членов краевого правительства: мол, там бы вам втолковали, как в городе эффективно распоряжаются землей, имея на руках столь сырой Градостроительный кодекс».
На что незамедлительно последовал ответ губернатора края: «А все ваши хваленые архитекторы должны были давно уже подать в отставку! Вы, Дмитрий Сергеевич, внимательней законы читайте, и прежде чем «уплотнять» внутриквартальные зоны, советуйтесь с горожанами, как того требует Градостроительный кодекс!».
В заключение материала слова автора звучат весьма пессимистично: «хватит ли обитателя белого дома воли и последовательности довести начатое до логичного финала, обуздать горадминистрацию, заставить ее уважать законы и общественное мнение. Или же мощная артподготовка — похоже, неподдельное стремление правительства навести в краевом центре порядок — закончится очередным пшиком: после того, как рассеется дым конфликта, взаимодействие властей перейдет в стадию кулуарного сотрудничества, а мэрия по-прежнему будет делать то, что ей захочется».
Третий и, пожалуй, последний диалог правительства и мэрии состоялся в ноябре 2006 года, но на этот раз он нашел отражение в сетевых публикациях.
Так в «Кавказском узле» 23.11.06 г. прошел материал С. Бирюковой под заголовком «В Ставропольском крае пытаются решить проблемы не разграниченных земель краевого центра». В нем сообщалось следующее: «Правительство Ставропольского края внесло на рассмотрение краевой думы два законопроекта, касающихся определения порядка распоряжения землей на территории краевого центра. Законопроекты «О наделении органов местного самоуправления города Ставрополя отдельными государственными полномочиями по распоряжению земельными участками» и «О внесении изменений в закон «О статусе административного центра Ставропольского края» предполагают контроль краевой власти за использованием не разграниченных земель города Ставрополя. На сегодняшний день практически вся земля в краевом центре является не разграниченной и согласно закону находится в общей собственной краевой и муниципальной власти. На состоявшемся заседании межведомственной комиссии по законопроектам депутаты краевой думы от города Ставрополя высказали опасение, что со вступлением в силу этих законов усложнится Порядок оформления земли. Однако в правительстве уверены, что сегодня только краевая власть может связать воедино все органы федеральной, муниципальной и краевой власти, которые участвуют в этом процессе и это наоборот ускорит все процессы оформления. «Только когда мы, все трое, создадим один принцип, единый перечень, единые требования, — говорит Анатолий Воропаев, — тогда может все получиться. А сейчас, если соблюдать все правила (я не беру коррупционную составляющую), то время для оформления земель в городе составляет до 18 месяцев с момента подачи заявления».
В материале той же корреспондентки, опубликованном 30.11.06 г. под заголовком «В Ставропольском крае отклонен законопроект по контролю над использованием неразграниченных земель», содержится ответ органов городской власти на инициативу правительства. В своем ответном выступлении, призывающем депутатов не принимать предложенные губернатором законы, заместитель главы администрации города Ставрополя Валентин Уткин заявил, что краевое правительство до июля 2006 года принимало участие в градостроительной деятельности города Ставрополя в виде выдачи согласования процедур отвода земельных участков краевым министерством имущественных отношений. «Вопросы земельных отношений, — отметил вице-мэр Ставрополя, — очень остро встали сейчас во многих городах России, в том числе и на территории нашего края. Это Пятигорск, Ессентуки. Проблем в земельных отношениях больше чем достаточно, но мы хотим не контроля, а реальной помощи, поддержки, отеческой заботы». Валентин Уткин также сослался на то, что последнее время выделение земельных участков в городе Ставрополе администрацией города происходит с согласованием с общественным движением «Протестный комитет»… Сами депутаты не подключились к обсуждению предложенных законопроектов, необходимости и целесообразности их принятия».
Исходя из анализа публикаций, можно сказать, что итогом общественного протеста стала жесткая конфронтация между городскими краевым уровнями власти, а кульминацией истории о незаконном строительстве — выездное заседание Правительства.
Диалог муниципальной и краевой властью нашел разное проявление и оценку на страницах печатных СМИ и в публикациях сетевых изданий.
Так, если «Ставропольская Правда» вовсе отказалась от комментариев по поводу состоявшегося заседания и выступлений представителей разных уровней власти, а в «Вечернем Ставрополе» обошлись небольшой критикой краевого Правительства, то «Открытая» газета не постеснялась выразить, в свойственной ей манере, свое недоверие «союзу» краевой и городской власти.
Говоря о сетевых изданиях, стоит сказать, что в них прошла информация по факту, без представления собственной точки зрения.
Таким образом, нужно отметить, что все-таки основной функцией журналистики выступает «модератор диалога». Это означает, что журналистика может и должна создавать среду для равноправного диалога, объединять в едином информационном пространстве противоречивые мнения и установки, которые, став достоянием общественности, именно на этом пространстве могут найти пути сближения или, во всяком случае, аргументы для доказательства собственной состоятельности. Эта функция особенно необходима в обществе, не способном найти примирение на площадях и трибунах. Это та функция, которая способна перевести конфликт, разрушающий единство, в конфликт, выявляющий проблему и, тем самым, приблизить его разрешение не на уровне уличной потасовки, но на позициях разумного и прагматического публичного диалога.
Общественный протест, как информационный повод, неизбежно становится поводом для диалога разных ветвей и уровней власти, главной задачей которых является защита прав граждан. Но пока эту функцию приходится выполнять СМИ.
Заключение
В результате исследования и в соответствии с поставленными задачами были сделаны следующие выводы.
В современной России протестные движения, появившиеся в результате массового недовольства, получили развитие в конце 80-х годов XX века. Протестное поведение граждан нашло широкое отражение не только в архивах бывших профсоюзов и хронике рабочего движения, но и непосредственно на страницах российских СМИ.
Проводя параллель между протестной активностью россиян прошлого века и проявлением общественного протеста в новом тысячелетии, можно отметить, что формы и методы протестного поведения граждан со временем не претерпели особых изменений. Основное отличие состоит в массовости и результативности коллективных действий.
Совершенно иная ситуация складывается в системе СМИ. Происходит постоянная трансформация информационной политики. Если пресса последнего десятилетия XX века была аналитической, выражение мнение и вынесение оценки являлись важными составляющими любого материала, то сегодня предпочтение отдается подаче фактов.
Анализ, обозначенных в работе средств массовой информации показал, что динамично развивающийся общественный протест стал одним из приоритетных вопросов, освещаемых в краевых газетах и сетевых изданиях.
В процессе изучения публикаций были выявлены основные проблемы, по которым выступали жители края в 2006 году, обозначены наиболее часто применяемые формы протестного поведения граждан, определены организаторы акций протеста.
Надо сказать, что большинство материалов, как в печатных, так и в сетевых изданиях было посвящено теме незаконного строительства на территории Ставропольского края.
Наиболее полный объем информации с данной тематикой был предоставлен читателям «Ставропольской правды» и «Открытой» газеты, а также «Кавказским узлом».
Говоря о беспристрастности того или иного издания, стоит отметить, что явной «Вечерний Ставрополь» отличается тенденциозностью, так как в ней не встречается информации о проводимых акциях протеста против градостроительной политики мэрии. Это во многом объясняется тем, что учредителем газеты выступает городская администрация.
В «Ставропольской правде» также не обнаружено критики в адрес краевой власти, хотя выступлений против деятельности Правительства Ставропольского края за изученный период было немало.
«Открытая газета» стала модератором, трибуной для социально ответственных граждан, призывающих к ответственности чиновников.
Что касается публикаций, исходящих от органов власти в ответ на критические выступления в их адрес, то здесь стоит отметить, обратную связь осуществляли газеты «Вечерний Ставрополь» и «Ставропольская правда». «Открытая» же осталась неизменным рупором «голоса народа».
Диалог органов власти, инициируемый протестной активностью граждан, нашел как косвенное, так и прямое выражение на страницах краевой прессы. Предполагаемое взаимодействие городских и региональных властей не оправдало надежд, а напротив превратилось в противостояние. Кульминацией разобщенности в правящих кругах, стало совместное обсуждение градостроительной политики на выездном заседании Правительства.
В каждом из изученных изданий прошла информация об этом событии. Но если «Ставропольская Правда» вовсе отказалась от комментариев по поводу состоявшегося заседания и выступлений представителей разных уровней власти, а в «Вечернем Ставрополе» обошлись небольшой критикой Правительства СК, то «Открытая» газета не постеснялась выразить, в свойственной ей манере, свое недоверие «союзу» краевой и городской власти.
О заключительном, уже не столь громком диалоге властей, который также оказался нерезультативным, сообщалось в сетевом издании «Кавказский узел». От каких-либо комментариев в материале автор публикации отказался.
Надо сказать, что в действительности выездное заседание так и не решило проблемы. На страницах газет до сих пор звучат жалобы недовольных жителей, публикуются материалы, посвященные протестующим. Вопрос о незаконном строительстве остается открытым.
Несомненно, что общественный протест, как одно из проявлений массового недовольства, заслуживает дальнейшего всестороннего исследования.
Список литературы
1. Акопов А. И. Периодические издания: учеб. пособие/ А. И. Акопов. — Ростов н/Д: ООО МП «Книга», 1999.- 126с.
2. Вайнштейн Г. И. Массовое сознание и социальный протест в условиях современного капитализма. М., 1990. — 169 с.
3. Ворощилов В.В. Журналистика: Учебник / Европейский ин-т экспертов. — 2 изд. — СПб.: Изд-во Михайлова В.А, 2000. — 336 с.
4. Грабельников А. А. Русская журналистика на рубеже тысячелетий. Итоги и перспективы/А.А. Грабельников. — М.: РИП-холдинг, 2001.- 336с.
5. Данилов А.Н. Власть и общество: поиск новой гармонии. — Минск, 1998. — 575 с.
6. Засурский Я.Н. Система средств массовой информации России: Учебное пособие для ВУЗов/ Я.Н. Засурский, М.И. Алексеева и др.; Под редакцией Я.Н. Засурского. — М.: Аспект Пресс, 2003. — 259 с.
7. Здравомыслов А.Г. Социология конфликта. М.: Аспект-пресс, 1996. — 317 с.
8. Калмыков А. А. Интернет-журналистика: учеб./ А.А. Калмыков, Л.А. Коханова. — М.: ЮНИТИДАНА, 2005. — 383 с.
9. Кинбурский А., Топалов М. «Гражданские качели» России: от массового протеста до поддержки реформ// «Власть». — 2006. — №5. — 88 с.
10. Кара-Мурза С.Г. Манипуляция сознанием. — М.: Изд-во «ЭКСМО-Пресс», 2002. — 832 с.
11. Кацва А. М. Коллективные действия протестного характера работников сферы образования РФ (1990-2001 годы) // Российский профсоюз работников народного образования и науки: становление, социальные проблемы и коллективные действия. М.: УРСС, 2002. — 136 с.
12. Климов И.А. Протестное движение в России: взаимная обусловленность стратегий сторон // ПОЛИС. — 1999. — № 1. — 196 с.
13. Ключевые положения теории конфликта. — М.: Изд-во «Аспект пресс», 1994. — 298 с.
14. Комитет Ставропольского края по печати и информации. Власть — СМИ — население. Ставрополь, 2003. — 23 с.
15. Комитет Ставропольского края по печати и информации. Власть и пресса. Ставрополь, 2001. — 27 с.
16. Комитет Ставропольского края по печати и информации. Средства массовой информации в массовом сознании жителей Ставрополья. Ставрополь, 2002 — 32 с.
17. Конфликты в современной России: проблемы анализа и регулирования / Под ред. Е.И.Степанова. М.: Эдиториал УРСС, 2000. — 344 с.
18. Корконосенко С. Г. Журналист и информация. СПб., 1994. — 276 с.
19. Корконосенко С. Г. Основы творческой деятельности журналиста: учеб./ С. Г. Корконосенко.- СПб.: Знание, СПб ИВЭСЭП, 2000. — 272 с.
20. Корконосенко С. Г. Основы теории журналистики. СПб, 1995. — 86 с.
21. Корконосенко С. Г. Социология журналистики. М., 1998. — 256 с.
22. Корконосенко, С.Г. Основы журналистики: учеб. / С.Г. Корконосенко. — М.: Аспект Пресс, 2001, — 287 с.
23. Кривоносов А.Д. Региональная журналистика и актуальные проблемы современности: материалы первых сев.-зап. чтений / отв. ред. А.Д. Кривоносов. — СПб.: Лаб. операт. печати СПбГУ, 2003. — 66 с.
24. Левада Ю. Массовый протест: потенциал и пределы // Экономические и социальные перемены: Мониторинг общественного мнения. 1997. №3. — 38 с.
25. Левашов В.К. Динамика социально-политической ситуации в России: опыт социологического мониторинга // СОЦИС. — 1997. — № 11. — 165 с.
26. Лукин Ю.Ф. Сопротивление тоталитаризму, активность и протест в истории советского общества. Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора исторических наук. — М., 1993. — 44 с.
27. Назаров М.М. Массовая коммуникация в современном мире: методология анализа и практика исследований. — М.: Изд-во «УРСС», 2003. — 239 с.
28. Назаров М.М. Политический протест: опыт эмпирического анализа // СОЦИС. — 1995. — № 1. — 159 с.
29. Научно-практический альманах «i формат. Журналистика провинции». СГУ, 2005. — 264 с.
30. Неклесс А.И. Глобальное сообщество: новая система координат (подходы к проблеме) / Под ред. Неклесс А.И. — М., 2000. — 320с.
31. Нудненко Л.А. Проблемы правового регулирования конституционного права гражданина России на публичные мероприятия//«Конституционное и муниципальное право». — 2006. — №6. — 47 с.
32. Общенациональный политический журнал «Власть». №2′ 2003. — 76 с.
33. Общенациональный политический журнал «Власть». №3′ 2005. — 79 с.
34. Общенациональный политический журнал «Власть». №7′ 2002. — 69 с.
35. Ожегов С.И. и Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений/ Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В. Виноградова. — 4-е изд., дополненное. — М.: Азбуковник, 1998. — 944 с.
36. Почепцов Г.Г. Коммуникативные технологии двадцатого века. — М.: Рефл-бук; Ваклер, 2000. — 352 с.
37. Почепцов Г.Г. Теория коммуникации. — М.: Изд-во «Рефл-Бук», 2001. — 656 с.
38. Прохоров Е.П. Введение в теорию журналистики. М., 2002. — 322 с.
39. Прохоров Е.П. Журналистика и демократия. — М.: Из-во «РИП-холдинг», 2001. — 216 с.
40. Прохоров Е.П. Журналистика. Государство. Общество. М., 1996. — 340 с.
41. Радугин А.А., Радугин К.А. Социология. — М.: Центр, 1996. — 206c.
42. Романович Н.А. Региональные СМИ: возможности и проблемы// СОЦИС. — 2006. — №4(264). — 160 с.
43. Рэддик Р., Кинг Э. Журналистика в стиле он-лайн: использование Internet и других электронных ресурсов: Пер. с англ. — М.: Вагриус; Национальный ин-т прессы, 1999. — 415 с.
44. Связи с общественностью в политике и государственном управлении/ Под общ. ред. В.С. Комаровского. — М.: РАГС, 2001. — 520 с.
45. Советский энциклопедический словарь/Гл. ред. А.М. Прохоров. 2-е изд. — М.: Сов. Энциклопедия, 1983. — 1600 с.
46. Справедливые и несправедливые социальные неравенства в современной России / Ред.-сост. Р.В. Рывкина. М.: Референдум, 2003. — 672 с.
47. Средства массовой информации: состояние и тенденции развития/ отв. Ред. Т.П. Сухомлинова. М.: Изд-во РАГС, 2001. — 149 с.
48. Ставропольская журналистика: история и современность. Ставрополь, 2004. — 176 с.
49. Стребков Д.О. Экономические детерминанты протестного поведения населения России// «Экономическая социология». — 2000. — №1. — 146 с.
50. Федеральный закон от 19.06.2004 г. №54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях»// «Собрание законодательства РФ». — 2004. — №25.
51. Федотова Л. Н. Массовая информация: стратегия производства и тактика потребления. М., 1996. — 150 с.
52. Федотова Л.Н. Социология массовой коммуникации: теория и практика. М., 1993 — 558 с.
53. Федотова Л.Н. Социология массовых коммуникаций. — М.: Аспект Пресс, 2002 — 238 с.
54. Философский словарь. — М.: Изд-во Ленингр. ун-та 2000. — 784 с.
55. Халий И.А. СМИ и Гражданское общество: взгляд из региона// СОЦИС. — 2006. — №10(270). — 160 с.
56. Кацва А.М. Россия 1990-х: Протестное движение. [Электронный ресурс] Режим доступа: http://magazines.russ.ru/oz/2003/3/2003_3_31.html
57. Науменко Т.В. Функция журналистики и функции СМИ. [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.orenburg.ru/culture/credo/20/naumenko.html
58. http://www.fom.ru
59. http://www.strana-oz.ru
60. http://copywriter.ru/lib/lib_72.html
61. Niklas Luhmann. DIE REALITAT DER MASSENMEDIEN. 2., erweiterte Auflage. Opladen: Westdeutscher Verlag, 1996. — 219 S.
62. Tilly Charlez. From mobilization to revolution. Addison Wesley, 1978
С. Е. Захаров (1906 — 1986) — адмирал. Член КПСС с 1926 г. В Советской Армии с 1932 г. До войны окончил Военно — политическую академию им. В. И. Ленина. В 1939 — 1948 гг. — член Военного совета Тихоокеанского флота. В 1945 г. участвовал в военных операциях на Дальнем Востоке по разгрому Квантунской армии. В 1950 — 1953 гг. — начальник Главного политического управления — член Главного военного совета ВМФ, в дальнейшем на военно — административной и военно — политической работе. В 1939 — 1952 гг. — член ЦК КПСС, в 1952 — 1956 гг. — кандидат в члены ЦК КПСС. Один из авторов книги «Краснознаменный Тихоокеанский флот» (2 — е изд. М., 1973).
Утилитаристская концепция считает справедливым такое распределение доходов, при котором максимизируется общественное благосостояние, представленное суммой индивидуальных полезностей всех членов общества. Предполагается, что уменьшение полезности, должно компенсироваться в ходе распределения не точно таким же, а большим приращением. Такой вывод не должен показаться странным, если речь идет о максимизации суммы индивидуальных полезностей. Для графического пояснения этого подхода используем кривую безразличия. На графике общественная кривая безразличия означает множество сочетаний полезностей, которые могут извлекать указанные субъекты из своего дохода, представленного в денежной или натуральной форме. Все комбинации, лежащие на общественной кривой безразличия, одинаково удовлетворительны для общества.
Между тем целый ряд тенденций развития тех обществ, которые принято называть «современными», настоятельно подталкивают к необходимости создания особой отраслевой социологической теории — социологии старости. Нам представляется, что если бы кто-то из социологов предпринял попытку разработать такую научную дисциплину как отдельную теорию среднего уровня, ему неизбежно пришлось бы проделывать это в русле трех основных структурных направлений социологической теории — социальной структуры, социального взаимодействия и социальной динамики. Здесь мы попытаемся пунктиром обозначить некоторые из проблем, которые выделяются наиболее отчетливо в каждом из трех этих направлений.
Социальная динамика, главными вопросами которой со времен Конта являются природа, содержание и направленность социального изменения, сосредоточит свое внимание на тех трансформациях социального статуса пожилых, которые имеют место при переходе от одного типа общества к другому. На передний план здесь выдвигаются две важных проблемы старения. Во-первых, развертывается дискуссия об общем изменении социального статуса пожилых в ходе процессов модернизации и индустриализации. Эта проблема связана, в частности, с вопросом о том, не приводит ли господство нуклеарной семьи в эпоху модернизма — и соответственно упадок расширенной — к тому, что пожилые все чаще остаются без родственной поддержки — не только экономической, но и эмоционально-психологической. Историческая очевидность наводит на мысль, что домашние хозяйства с более чем двумя поколениями становятся все более редкими в индустриальном обществе, и, кроме того, социальная изоляция пожилых может изменяться в зависимости от факторов места жительства, социального класса и культуры. В современной семье остается значительно меньше места для пожилых, нежели в прежних формах родственной организации. Во-вторых, коммерциализация феномена личности в тех обществах, где престижна юность, дала толчок к росту исследований уже упоминавшегося «кризиса середины жизни», сексуальной активности в старом возрасте, социальных вовлеченностей в менопаузе и общих движений за здоровье и социальную пригодность пожилых.
.
Проведение ДКП через регулирование ставки процента приводит к ряду проблем, вызывающих:
(1.1)
(1.2)
или 93,04%
Построить вспомогательную таблицу значений у, х1, х2, у2, х12, х22, ух1, ух2; х1х2.
840,4
(2.1)
= 
= 
= 0,4926
= 
= 
= 0,0248
= 
= 0,1894
(2.2)
= 
= 0,4975
8а0 + 219 а1 + 73 а2 = 840,4
(3.2)
