Содержание
Введение
Глава 1. Понятие и правовая природа допроса
1.1 Подготовка и проведение допроса (заблаговременная подготовка, способы, время и т.д.)
1.2 Цели и задачи допроса отдельных лиц
1.3 Тактические приемы допроса отдельных лиц
Глава 2. Особенности тактики допроса отдельных лиц
2.1 Особенности тактики допроса несовершеннолетних
2.2 Особенности тактики допроса лиц с психическими отклонениями
2.3 Особенности тактики допроса иностранных граждан
Глава 3. Фиксация хода и результатов допроса отдельных лиц
Заключение
Список использованной литературы
Введение
Обновление государственных институтов России, радикальные преобразования во всех сферах социальной жизни, изменение внешнеэкономических, межгосударственных связей, развитие международных контактов граждан в период экономических реформ государства обусловили необходимость изменения и укрепления правовой системы государства и правопорядка с целью приведения законодательства в соответствие с мировыми стандартами.
Одним из самых распространенных, но и самым сложным следственным действием является допрос. Это процесс получения показаний от лица, обладающего сведениями, имеющими значение для расследуемого дела.
Для проведения допроса, позволяющего получить показания, содержащие наиболее полную и достоверную информацию о событии преступления или связанных с ним лицах, событиях, необходимо умелое, построенное на научных основах, применение тактико-криминалистических приемов и рекомендаций. Знания из области криминалистической тактики особенно необходимы практикам для решения сложных поисково-познавательных ситуаций.
Криминалистическая тактика — это система научных положений и разрабатываемых на их основе рекомендаций по проведению отдельных следственных действий, направленных на собирание и исследование доказательств по уголовным делам. Тактика допроса является частью криминалистической тактики.
Основными источниками криминалистической тактики являются:
нормы уголовно-процессуального законодательства, регламентирующие общий порядок расследования и судебного разбирательства по уголовным делам, а также проведение отдельных следственных и судебных действий;
положения разделов науки криминалистики: общей теории, криминалистической техники;
криминалистической методики;
положения других наук: науки уголовного процесса, криминологии, уголовного права, судебной психологи
Статья 2 УПК РСФСР определяет, что задачами уголовного судопроизводства являются быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение виновных и обеспечение правильного применение закона с тем, чтобы каждый, совершивший преступление, был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден.
В период построения в России правового государства эти задачи уголовного судопроизводства становятся особенно актуальными, их достижение невозможно без овладения каждым следователем криминалистической тактикой, в том числе и тактикой допроса на стадии предварительного расследования.
Для следователя показания — источник доказательств, а содержащиеся в них фактические данные — доказательства. Для подозреваемого и обвиняемого показания — средство защиты от возникшего против них подозрения или предъявленного обвинения.
И тем сложнее данное действие, чем нестандартна ситуация допроса. Это касается допроса отдельных категорий лиц, к которым можно отнести людей с психическими отклонениями, иностранных граждан, несовершеннолетних. Этой теме и посвящена данная работа.
Актуальность темы работы определяется рядом факторов.
Резко обострившаяся криминогенная ситуация в стране поставила правоохранительные органы перед необходимостью существенно повысить эффективность своей работы.
Изучение следственной практики показывает, что эффективной работе следователей мешают не только слабая техническая оснащенность следственных подразделений, а также несовершенство уголовно-процессуального законодательства, но недостаточный для современных условий уровень тактико-психологической грамотности следователей.
Одним из наиболее распространенных следственных действий является допрос. Именно поэтому представляется крайне важным вооружить следователя адекватными потребностям научно обоснованными рекомендациями по производству этого следственного действия, базирующимися на достижениях в области психологии и других наук о человеке и деятельности. Этому способствует криминалистическая концепция, с позиции которой предварительное расследование рассматривается как процесс поисково-познавательной деятельности. Новый взгляд на этот объект предопределяет необходимость сформировать представления о допросе как об одном из ключевых элементов вышеупомянутой системы, по-новому взглянуть на это действие в целях выявления дополнительных возможностей его тактического потенциала и постановки их на службу следствия.
Характерным для последнего десятилетия является также устойчивая тенденция роста преступлений, совершаемых лицами с дефектами психики. По различным статистическим данным, распространенность расстройств психической деятельности среди преступников достигает 50-60% от их общего числа. Немаловажным является и то, что в расследовании уголовных дел нередко принимают участие психически неполноценные потерпевшие и свидетели, что также отрицательно сказывается как на самом процессе предварительного расследования, так и на оценке достоверности и использовании показаний лиц данной категории в процессе доказывания. При этом следует отметить, что на данном этапе развития криминалистики практически отсутствуют рекомендации по тактике допроса лиц с дефектами психики.
В результате либерализации Российской Федерацией пограничного и таможенного режимов резко возрос приток на ее территорию иностранных граждан. Произошло существенное повышение уровня преступной деятельности в отношении иностранных граждан. Изучение состояния преступности в России за период с 1997 по 2007 г. показало, что ежегодно в отношении иностранных граждан совершается от восьми до двенадцати тысяч преступлений.
Несмотря на то, что их удельный вес сравнительно невелик и составляет только 0,4 % от всей массы преступных деяний, в стране наблюдается существенное осложнение общей криминальной обстановки. Негативное влияние на сложившуюся криминогенную ситуацию оказывает также и обстановка на южных рубежах России. За последние годы увеличилось количество иностранных граждан из дальнего и ближнего зарубежья, пребывающих в Россию в поиске работы. В связи с сегодняшним кризисом на рынке труда закономерен рост преступности данной категории граждан. В этой связи, важное значение имеет совершенствование следственной и оперативной работы органов внутренних дел по расследованию преступлений, совершаемых в отношении иностранных граждан и иностранными гражданами.
Проблеме преступности с участием иностранных граждан уделяли внимание А.И. Бастрыкин, И.И. Вайнагий, С.Г. Верещагин, В.М. Волженкина, Н.А. Горюнова, Б.И. Дергай, Н.П. Ерилин, А.А. Закатов, И.И. Колесников, A.Г. Крамарев, В.П. Лавров, Е.К. Острога, Л.Н. Посельская, А.Г. Романова, B.В. Смирнов, Е.А. Степанов, В.Ф. Цепелев, О.Ю. Шадрин.
Важно заметить, что большинство работ было подготовлено в период с 1970 по 1980 гг. когда преступления в отношении иностранных граждан совершались весьма редко. К ним надо отнести работы А.И. Бастрыкина, В.М. Волженкиной, Б.И. Дергая, Н.П. Ерилина, А.Г. Крамарева, В.П. Лаврова, Б.К. Острога, А.Г. Романовой, В.В. Смирнова, Е.А. Степанова, В.Ф. Цепелева. В этих работах в основном даны рекомендации, способствующие успешному раскрытию и расследованию преступлений, совершаемых иностранными гражданами, однако недостаточно внимания уделялось особенностям расследования преступлений, совершаемых в отношении этих граждан.
Среди последних научных работ, посвященных исследованию специфики раскрытия и расследования преступлений, совершаемых в отношении иностранных граждан, следует отметить диссертационное исследование И.И. Вайнагий (1994 г, а также работы О.Ю. Шадрина (1998 г.) и Л.Н. Посельской (1999 г.), где на основе изучения преступлений в конкретных регионах освещены отдельные вопросы методики расследования некоторых видов преступлений данной категории.
Но имеющиеся научные публикации по данной проблеме главным образом раскрывают ее криминологические аспекты; и они, как правило, посвящены только деятельности служб милиции общественной безопасности и анализу правового статуса иностранных граждан. Лишь в отдельных работах излагаются особенности методики расследования некоторых видов преступлений, выявленные их изучением в отдельных регионах страны.
Еще одним из важных и возможно наиболее сложных категорий допрашиваемых, является несовершеннолетние лица. Преступность несовершеннолетних становится одной из самых серьезных проблем нашего общества. Не успевшая создать твердых мировоззренческих принципов и установок молодежь подвержена негативным социальным влияниям, которые существуют и продолжают усиливаться в обществе. Наибольшая опасность исходит от взрослых, вовлекающих несовершеннолетних в совершение преступлений.
В последние годы четко обозначилась тенденция к изменению функционально-ролевого статуса несовершеннолетних, вовлеченных взрослыми в преступные группы. Если ранее несовершеннолетние привлекались в основном для выполнения второстепенных ролей, как правило, пособников, то в настоящее время они являются исполнителями преступлений и активно осваивают общественно опасные виды деятельности, ранее бывшие исключительной прерогативой взрослых: разбойные нападения, вымогательства, торговля оружием и наркотиками, захват заложников и т. д. Преступность несовершеннолетних все чаще смыкается с экстремизмом и терроризмом.
Проблемой расследования преступлений несовершеннолетних или преступлений против семьи и несовершеннолетних в разное время занимались Г.И. Гатауллина, Е.А. Егоршева, С.А. Куемжиева, Е.В. Кушпель, А.М. Сажаев, М.В. Субботина и др.. Несмотря на наличие отдельных диссертационных работ по теме (Р.С. Дмитриевский (1995), Д.Ф. Флоря (2002), О.В. Поликашина (2004)), следует признать, что в настоящее время данная тема исследована недостаточно.
Взяв во внимание все выше сказанное, мы можем утверждать, что тема данной работы актуальна и своевременна.
Предметом исследования выступают объективные закономерности поведения отдельных лиц (несовершеннолетних, иностранных граждан, лиц с дефектами психики), их проявление в процессе проведения допроса, а также закономерности использования криминалистических знаний при выборе тактики допроса таких лиц, в том числе и при разрешении конфликтов, возникающих в процессе допроса.
Объектом настоящего исследования служит теория и практика проведения допросов отдельных лиц (несовершеннолетних, иностранных граждан, лиц с дефектами психики), их поведение при допросе, высказываемые ими оценки и самооценки, анализ показаний этих лиц.
Цель и задачи исследования. Целью настоящего исследования является разработка рекомендаций по организации и тактике производства допроса отдельных лиц (психически неполноценных, несовершеннолетних, иностранных граждан), теоретическое обоснование этих рекомендаций.
Названная цель определила основные задачи работы:
Определение информационной сущности допроса, значение полученных показаний для следственного процесса.
Анализ накопленных теорией и практикой знаний об использовании в ходе допроса отдельных лиц.
Изучение состояния преступности отдельных лиц (с отклонениями психики, несовершеннолетних, иностранных граждан)
Выявление особенностей тактики допроса отдельных лиц и на их основе разработка криминалистических рекомендаций по:
а) установлению психологического контакта с допрашиваемым;
б) применению соответствующих тактических приемов;
в) определению путей разрешения конфликтных ситуаций при допросе лиц.
Разработка и внесение предложений по совершенствованию тактики допроса отдельных лиц.
Методология и методика исследования. Методологической основой исследования стали законы и категории материалистической диалектики, формальной логики, психологии и других естественных наук, Одновременно применялись такие общенаучные и частнонаучные методы эмпирического и теоретического познания, как исторический, сравнительно-правовой, статистический, социологический, метод системного анализа и иные. Науковедческую и методическую базу исследования составили основные законодательные и иные нормативные правовые акты, статистические и другие сведения о динамике и структуре преступности отдельных лиц (с дефектами психики, несовершеннолетних, иностранных граждан), а также уголовные дела с участием потерпевших и свидетелей этих же категорий.
Методологические проблемы по теме работы анализировались с учетом принципов общей теории криминалистики, разработок ученых-криминалистов и процессуалистов в области криминалистической тактики.
Глава 1. Понятие и правовая природа допроса
Подготовка и проведение допроса (заблаговременная подготовка, способы, время и т.д.)
Допрос представляет собой процесс передачи информации о расследуемом событии или связанных с ним обстоятельствах и лицах. Эта информация поступает к допрашиваемому в момент восприятия им тех или иных явлений или предметов, запоминается и затем при допросе воспроизводится и передается следователю.
Процесс формирования показаний — от восприятия до передачи информации — носит психологический характер; на всем его протяжении на психику человека влияют многочисленные объективные и субъективные факторы, действие которых, в конечном счете, так или иначе отражается на полноте и достоверности показаний. Такими, например, объективными факторами, препятствующими восприятию расследуемого события или его элементов, являются неблагоприятные погодные условия, отдаленность наблюдателя от места события, кратковременность этого события или наблюдения и т. п.
Точно так же влияют и субъективные факторы: сильное возбуждение, страх, утомление, произвольность или непроизвольность внимания, отсутствие или наличие интереса к наблюдаемому и т. п. Действие всех этих факторов, специально изучаемых наукой судебной психологии, должно быть хорошо известно следователю. Он также должен знать основанные на данных судебной психологии тактические приемы, позволяющие ослабить вредное влияние этих факторов на полноту и объективность показаний, оживить память о воспринятом, упорядочить воспроизведение хранящейся в памяти допрашиваемого информации.
Для того чтобы успешно осуществить допрос, следователь должен четко представлять себе, какую информацию и с помощью каких приемов и средств он намерен получить. Круг тех обстоятельств, которые следователь намерен выяснить, называется предметом допроса. К их числу относятся обстоятельства, связанные с самим событием преступления (его способом, местом совершения, временем, последствиями и пр.); устанавливающие или опровергающие виновность определенных лиц и мотивы их действия, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого, а также относящиеся к характеру и размеру ущерба, причиненного преступлением.
В предмет допроса могут входить обстоятельства, способствовавшие совершению преступного акта, любые другие данные, значимые для установления истины по расследуемому делу. Предмет допроса зависит как от процессуального положения допрашиваемого, так и от того, какой информацией он может располагать.
В зависимости от процессуального положения различают допрос: свидетеля; потерпевшего; подозреваемого; обвиняемого; эксперта. Особым видом является допрос на очной ставке. Каждый вид допроса имеет свою процессуальную регламентацию и тактически проводится по-своему. Однако существуют и некоторые общие положения.
Процессуальный порядок допроса предусматривает, что это следственное действие может быть проведено по месту производства следствия или по месту нахождения допрашиваемого, как правило, в дневное время. Допрашиваемые дают показания наедине со следователем, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом (присутствие защитника, педагога, законных представителей или близких родственников несовершеннолетнего допрашиваемого).
Перед допросом следователь при необходимости удостоверяется в личности допрашиваемого, разъясняет ему его права и обязанности, выясняет нужные сведения анкетного характера. Допрос по существу дела начинается с предложения лицу рассказать все известное по делу, после чего следователь может задать вопросы.
Показания записываются в протокол в первом лице и по возможности дословно. В случае необходимости записываются и заданные допрашиваемому вопросы, и его ответы.
После этого допрашиваемый может (по своей инициативе) написать свои показания собственноручно. По окончании допроса протокол предъявляется ему для прочтения или по его просьбе прочитывается следователем. Правильность фиксации показаний удостоверяется подписями допрошенного и следователя.
Различают первоначальный, повторный и дополнительный допрос. При первоначальном допросе его предмет выясняется в полном объеме (за исключением тех случаев, когда по тактическим соображениям следователь считает необходимым не касаться тех или иных обстоятельств, выяснение которых связано с предварительным проведением других следственных действий). При повторном допросе следователь вновь обращается к выяснению всех или некоторых обстоятельств, о которых допрашиваемый уже давал показания. Целями повторного допроса являются: детализация ранее полученных показаний, их уточнение; получение повторных показаний для сравнения их с первоначальными на предмет выявления возможных противоречий; склонение допрашиваемого изменить позицию и дать правдивые показания.
В отличие от повторного дополнительный допрос — это процесс выяснения тех обстоятельств дела, о которых раньше речь не шла. Его задача — восполнить уже полученные показания. Поэтому дополнительный допрос может строиться по вопросно-ответной схеме, без свободного рассказа.
Собирание исходных данных предопределяет успех и эффективность допроса. По своим источникам и содержанию эти данные неоднородны. Прежде всего, выделим те, которые относятся к предмету допроса. При подготовке к допросу следователь должен определить круг обстоятельств, в отношении которых предстоит получить показания. При отсутствии у следователя четкого представления об этих обстоятельствах допрос лишится целеустремленности, в показаниях, с одной стороны, неизбежно будут пробелы, а с другой — ненужная информация.
Информация, относящаяся к предмету допроса, может носить специальный характер, требовать ознакомления со специальной литературой, теми или иными технологическими процессами, порядком документо-и товарооборота на предприятии, системой учета и отчетности и др. В таких случаях следователь вправе использовать консультации специалистов, данные, содержащиеся в заключениях экспертов по делу, справочные материалы.
Информация, относящаяся к предмету допроса, может быть получена и из оперативных источников. Используется она с соблюдением специальных правил и с учетом того, что имеет не доказательственное, а лишь ориентирующее значение.
К числу исходных для допроса данных относятся сведения о личности допрашиваемого. Объем таких данных зависит от процессуального положения лица, обстоятельств дела, предмета предстоящего допроса и значимости показаний. Особую важность приобретает изучение личности обвиняемого, необходимое не только для успешного допроса, но и для расследования в целом.
Данные о личности допрашиваемого связаны с его психофизиологическими свойствами и состоянием, общественно-политической и трудовой деятельностью, отношением к коллективу и коллектива к нему, моральным обликом и поведением в быту, отношением к другим лицам, проходящим по делу. Они могут быть почерпнуты из материалов дела и оперативных источников либо получены специальными методами, рекомендуемыми для этой цели психологической наукой: наблюдение за субъектом, беседа, анализ деятельности (в том числе и способ совершения и сокрытия преступления), обобщение независимых характеристик, даваемых субъекту разными лицами, по разным поводам и в разных ситуациях.
Изучение личности допрашиваемого помогает следователю определить особенности, которые приобретает у него процесс формирования показаний, и выработать нужную тактику допроса.
Изучение личности допрашиваемого в тех случаях, когда это необходимо, следует начать сразу же, как только принимается решение о его допросе. И здесь следует остановиться на данных, полученных из оперативных источников.
Оперативная информация может ориентировать следователя: о преступных действиях допрашиваемого или о его аморальных, позорящих поступках, о его взаимоотношениях с соучастниками и другими связями, о его роли в преступном сообществе; о действиях посторонних для допрашиваемого лиц по сокрытию преступления; об акциях или намерениях различных лиц по противодействию расследованию. Использовать эту информацию при допросе можно по-разному: учитывая ее при определении очередности вопросов и их формулировке, для достижения превосходства в ранге рефлексии, для восполнения картины события при демонстрации осведомленности о деталях преступления и роли в его совершении допрашиваемого.
Письменный план предпочтительно составлять при допросах, связанных с выяснением широкого круга обстоятельств, с использованием значительной исходной информации, в том числе и оперативной, трудной в тактическом отношении. План составляется в произвольной форме, в качестве одного из образцов которой можно рекомендовать следующую.
| Обстоятельства, подлежащие выяснению
|
Имеющиеся данные
(источник, листы дела)
|
Вопросы допрашиваемому
| Заметки о тактике |
При подготовке к простым допросам допустимо мысленное планирование или составление плана по упрощенной форме, иногда в виде перечня вопросов. Предусмотреть все вопросы невозможно; заранее планируются только наиболее важные, а также такие, для которых особое значение имеет формулировка (например, если они исходят из оперативных данных, которые должны остаться неизвестными для допрашиваемого) или очередность, связь с предыдущими и последующим вопросами.
Криминалистической науке и следственной практике известны следующие разновидности вопросов, которые могут быть заданы допрашиваемому: дополняющие, уточняющие, напоминающие, контрольные, изобличающие.
Дополняющие — это вопросы, задаваемые с целью восполнить полученные показания, ликвидировать имеющиеся в них пробелы. Они могут быть направлены на детализацию показаний, например: «Вы сказали, что были в кино. Какой фильм Вы смотрели и были ли Вы в кино до конца сеанса?»
Уточняющие вопросы также могут быть заданы с целью детализировать показания, но чаще — для конкретизации полученных сведений, например: «Вы показали, что нож лежал около трупа. Не можете ли сказать, с какой стороны и на каком расстоянии от трупа лежал нож?»
Напоминающие вопросы преследуют цель оживить память допрашиваемого, вызвать в ней те или иные ассоциации. Напоминающих вопросов обычно задается несколько, чтобы способствовать процессу последовательного припоминания. Например, зная, что событие произошло в день рождения допрашиваемого, о чем тот забыл, следователь спрашивает: «Как Вы отмечали свой день рождения в этом году?», «Что Вы делали после того, как разошлись гости?», «В каком месте парка Вы гуляли?», «Почему Вы пересели на другую скамейку?», «Когда же, следовательно, Вы впервые увидели обвиняемого Иванова?». Напоминающие вопросы надо отличать от наводящих, т. е. таких, формулировка которых содержит в себе ответ, желаемый для спрашивающего: «Был ли на Иванове в тот вечер серый плащ с металлическими пуговицами?» В силу того, что наводящие вопросы оказывают внушающее воздействие на допрашиваемого, ориентируют его в том, какой ответ хотел бы услышать от него следователь, и поэтому могут помешать установлению истины, они запрещены законом.
Контрольные вопросы задаются с целью проверить полученные показания или получить данные для такой проверки, например: «На основании чего Вы утверждаете, что все, о чем Вы рассказали, произошло 15 сентября?»
Изобличающие вопросы призваны вскрыть ложь, очевидную для следователя. Их постановка связана обычно с предъявлением допрашиваемому достоверных доказательств, опровергающих его показания. Такой вопрос, как правило, состоит из двух частей. В первой фиксируется предъявление допрашиваемому того или иного доказательства, вторая содержит предложение объяснить это доказательство или связанное с ним обстоятельство: «Вам предъявляется заключение дактилоскопической экспертизы о том, что на стекле, лежащем на столе в квартире потерпевшего Иванова, обнаружены отпечатки пальцев Вашей правой руки. Каким образом они там оказались, если Вы утверждаете, что никогда не были в квартире Ивановых?»
Формулировка вопросов должна быть такой, чтобы исключить возможность односложного ответа (типа «да» и «нет»). Вопросы должны быть четкими, конкретными, понятными и относиться к предмету допроса. Важна их логическая последовательность и обоснованность.
Существуют специальные программы допросов для различных типичных ситуаций с перечнем возможных вопросов. (Приложение )
Момент допроса определяется с учетом важности сведений, которыми обладает допрашиваемый, его процессуального положения, роли в расследуемом событии, связей с другими лицами, подлежащими допросу по делу. В отношении некоторых категорий лиц этот момент в известном смысле определяется законом: задержанного или арестованного подозреваемого надлежит допросить в течение 24 ч с момента задержания или ареста, обвиняемого — немедленно по предъявлении обвинения.
На выбор момента допроса влияют и избранная последовательность допроса тех или иных лиц, и интересы сохранения следственной тайны, сила и характер переживаний, испытанных допрашиваемым. Не рекомендуется допрашивать лиц, находящихся в состоянии сильного волнения, растерянности, подавленности, кроме исключительных случаев, не терпящих отлагательства.
Решение вопроса о том, где допрашивать, т. е. о месте допроса (по месту производства расследования или по месту нахождения допрашиваемого), зависит от конкретной ситуации. Однако во всех случаях следователь должен стремиться, чтобы место соответствовало требованиям, предъявляемым к обстановке допроса, — было удобным для проведения этого следственного действия, способствовало установлению необходимого психологического контакта с допрашиваемым, сосредоточенности его внимания на предмете допроса, обеспечивало сохранение следственной тайны. Желательно, чтобы в комнате, где производится допрос, в это время не находились другие следователи (занятые своими делами) и тем более посторонние лица, чтобы на столе у следователя не было никаких лишних предметов, был отключен телефон, если только не предполагается специально использовать его для целей допроса.
Из числа предусмотренных законом способов вызова на допрос (по телефону, телеграммой, повесткой, приводом) свидетелей, потерпевших, а также обвиняемых, не находящихся под стражей, следователь избирает тот, который в данной ситуации оптимально содействует установлению психологического контакта с допрашиваемым, сохранению в тайне от других лиц самого факта вызова на допрос, проведению допроса в намеченное время и в нужном месте.
Сюда входит: приготовление необходимых бланков протоколов, бумаги, пишущих принадлежностей, пишущей машинки или компьютера; обеспечение стенографистки, если допрос предполагается стенографировать; подготовка средств аудиозаписи; обеспечение приема информации диктофонным центром; обеспечение необходимых транспортных средств и охраны, если они могут потребоваться; подготовка помещения для допроса.
Суть организационно-подготовительных действий в каждом случае определяется с учетом обстоятельств расследуемого преступления, процессуального положения допрашиваемого, значимости его показаний, технической оснащенности следователя и других факторов.
Допрос условно можно разделить на следующие стадии: подготовительную, свободный рассказ, ответы на вопросы следователя и заключительную. Каждый из перечисленных этапов имеет свои цели и задачи, а также тактику проведения.
Будучи самым распространенным следственным действием, допрос представляет собой совокупность познавательных и удостоверительных операций, выполняемых следователем, дознавателем (прокурором, начальником СО) по находящемуся в производстве уголовному делу либо в связи с выполнением отдельного поручения с целью получить и зафиксировать показания об обстоятельствах, имеющих значение для расследуемого дела.
Цели и задачи допроса отдельных лиц
В результате преступного деяния остаются не только материальные следы, но и идеальные – образы в сознании людей. Именно они (свидетели- очевидцы, соучастники и т.д.) сохраняют их в памяти, становятся носителями информации, важной для расследуемого дела. Получение таких сведений путем допроса – очень важная и сложная задача ведения допроса.
При проведении допроса ставятся следующие цели:
1) выяснить обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу;
2) выявить источники, из которых можно получить сведения о расследуемом преступном событии;
3) проверить достоверность собранных доказательств.
Задачи допроса зависят от процессуального положения допрашиваемого лица. Так целью допроса свидетелей является выявление любых обстоятельств, подлежащих установлению по делу, в том числе относящихся к личности обвиняемого и потерпевшего и к взаимоотношениям с ними свидетелей.
Любое лицо, которое способно правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания, может быть свидетелем. Исключение составляет лишь защитник обвиняемого, который не может быть допрошен об обстоятельствах дела, ставших ему известными в связи с выполнением своих обязанностей.
Возраст, по достижении которого лицо может быть допрошено в качестве свидетеля, законом не установлен. Способность малолетнего или несовершеннолетнего свидетеля правильно воспринять событие и дать о нем показания зависит от различных факторов, в том числе и от степени развития ребенка или подростка, понимания им происходящего, что необходимо учитывать при оценке его показаний.
Потерпевший, т. е. лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред, как и свидетель, может быть допрошен о любых обстоятельствах, подлежащих доказыванию по делу, а также о своих взаимоотношениях с обвиняемым. Однако его заинтересованность, а также возможность ошибочного восприятия фактов в силу обстановки события и опасности, которой он подвергался, должны быть учтены при допросе и оценке показаний. Цели и задачи, а так же тактика допроса потерпевшего и свидетелей настолько близки, что их можно рассматривать совместно.
Задачи, которые ставит перед собой следователь при допросе свидетелей и потерпевших различны на разных этапах.
Главная задача следователя при проведении допроса установить психологический контакт с допрашиваемым. Безусловно, здесь важно учитывать психологические особенности отдельных лиц.
На установление контакта влияют обстановка допроса, манера поведения следователя, умение владеть собой, его тон, внешний вид. Определенное значение имеет также и форма предупреждения допрашиваемого об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний. Выполнять это требование закона нельзя шаблонно. В зависимости от личности допрашиваемого и его ожидаемого поведения следователь и выбирает форму предупреждения: от строго официальной с акцентом на возможную ответственность перед законом до осторожного разъяснения с подчеркиванием того, что эти требования относятся ко всем свидетелям и потерпевшим и не обусловлены недоверием.
В целях установления контакта с допрашиваемым может быть использована и та беседа, которую ведет с ним следователь при заполнении анкетной части протокола допроса. При этом следователь может выходить за рамки протокола, интересоваться не только анкетными, но и иными данными, его окружением, условиями жизни и работы, психофизическими качествами.
Таким образом, следователь получает и дополнительную информацию о личности допрашиваемого.
При затрудненном контакте рекомендуется:
а) проявить подчеркнуто чуткое, внимательное, уважительное отношение к допрашиваемому, спокойствие и уравновешенность в обращении с ним;
б) выразить потерпевшему сочувствие и понимание;
в) провести беседу на второстепенную, нейтральную тему; подробно расспросить об образе жизни, связях, увлечениях, круге интересов и т. п.;
г) помочь советом, сообщить номер служебного телефона для срочной связи в случае необходимости;
д) выяснить мотивы, по которым допрашиваемый отказывается давать показания, и попытаться преодолеть их; об этом будет сказано подробнее.
При свободном рассказе задача следователя определить, какими данными и в каком объеме располагает свидетель или потерпевший. При свободном рассказе он может сообщить такую важную информацию, о характере и наличии которой следователь и не предполагал и которую не стремился бы получить путем постановки вопросов;
изложение допрашиваемым тех или иных данных в удобной для него последовательности облегчает их припоминание, способствует более полному воспроизведению запечатленного; свободный рассказ помогает следователю составить более полное и правильное представление о взаимоотношениях допрашиваемого с другими проходящими по делу лицами, об избранной им линии поведения на следствии, о степени его фактической осведомленности. Как правило, следователь не должен прерывать свободный рассказ репликами или вопросами. Подобное вмешательство может сбить допрашиваемого, порядок его изложения окажется нарушенным, и, как следствие, он может запутаться в показаниях, упуская при этом важные для дела данные. Только когда следователь убедится, что допрашиваемый очень отклонился от предмета допроса и что такое отклонение не является необходимым для припоминания значимых для дела фактов, он может предложить допрашиваемому держаться ближе к существу. Не рекомендуется останавливать рассказ для того, чтобы потребовать от допрашиваемого изложить те или иные данные более подробно, указать какие-то детали освещаемого им факта.
Все это можно будет сделать на следующем этапе допроса, не рискуя прервать нить воспоминаний. При свободном рассказе следователь должен показать заинтересованность в показаниях допрашиваемого.
Задача следующего этапа – при помощи вопросов восполнить и уточнить полученные показания, выявить новые факты, которые не упоминались в свободном рассказе, получить контрольные данные, необходимые для проверки показаний, помочь свидетелю или потерпевшему вспомнить забытое. Если полученные показания, по оценке следователя, являются ложными, то на этом этапе допроса его задачей становится: при добросовестном заблуждении допрашиваемого — помочь ему исправить ошибки, при умышленной даче ложных показаний — изобличить его и побудить дать правдивые показания.
Цели и задачи допроса обвиняемого определяется той ролью, которых играют его показания, являющиеся, как известно, не только источником доказательств, но и средством защиты от предъявленного обвинения. К этому можно добавить, что показания выражают оценку содеянного, знать которую необходимо для эффективности мер по исправлению преступника (ст. 173 УПК РФ).
Как и допрос свидетелей или потерпевшего, допрос обвиняемого, помимо подготовки к нему, включает в себя установление психологического контакта, свободный рассказ, постановку вопросов, ознакомление допрашиваемого с протоколом допроса и фонограммой.
Соответственно цели и задачи большинства этапов схожи. Однако необходимо помнить об особенностях допроса ранее судимого. Такой обвиняемый обычно хорошо знаком с процедурой допроса и со своими правами; ему могут быть знакомы и многие тактические приемы. Это необходимо учитывать при разработке плана допроса и соответственно постановке задач.
Свою специфику при допросе обвиняемого имеет и установление психологического контакта.
Лицо, впервые совершившее преступление, нередко еще до допроса испытывает угрызения совести, чувство стыда, сожаления о содеянном. Видя в лице следователя человека сопереживающего, такой обвиняемый проникается доверием к нему и его словам, что чистосердечное признание вины и правдивый рассказ о случившемся явится смягчающим вину обстоятельством. Идея обоюдной заинтересованности в даче правдивых показаний является в подобных случаях основой установления контакта. В данном случае следователь ставит задачу выдержать ровный и спокойный тон не зависимо от своего личного эмоционального состояния и отношения к допрашиваемому.
Более сложным может оказаться установление контакта с обвиняемым, настроившимся на дачу заведомо ложных показаний, да еще и ранее судимым. Иногда в подобной ситуации контакт установить не удается. Допрос приобретает характер противоборства, и в таких условиях психологическая задача следователя — лишить обвиняемого надежды обмануть следствие.
Свободному рассказу предшествует вопрос о том, признает ли он себя виновным в предъявленном ему обвинении. Свободный рассказ, по существу, и начинается с ответа на этот вопрос.
Обвиняемый может признать себя виновным полностью, частично или не признать вообще. Следует сразу оговориться, что признание вины вовсе не означает, что его показания правдивы, как и непризнание вины еще не позволяет во всех случаях оценить показания как ложные.
Допрос обвиняемого, полностью признающего себя виновным, как правило, носит бесконфликтный характер, за исключением случаев самооговора или попыток скрыть от следствия или преуменьшить вику кого-либо из соучастников. Однако бесконфликтность ситуации не сводит роль следователя к простой фиксации. Обвиняемый должен дать подробные показания по всем обстоятельствам, подлежащим доказыванию по делу. Это не должны быть общие заявления о виновности и характере совершенного преступления. На данном этапе следователь должен ставить перед собой следующие задачи: получить детальные данные не только о самом преступлении, не и о его причинах, мотивах, подготовке, обстоятельствах, способствовавших его совершению, способах сокрытия следов преступления и преступника. При этом очень важно не только восполнить и уточнить полученные показания, но и получить данные, с помощью которых они могут быть проверены, подтверждены иными доказательствами. Это необходимо уже в силу того, что признание, не подтвержденное иными доказательствами, не может лечь в основу обвинительного приговора. Такими контрольными данными могут быть сведения о лицах, подтверждающих показания обвиняемого; местах сокрытия орудий преступления, похищенных ценностей, документов и иных объектов, обнаружение которых подтвердит показания; упоминание о таких обстоятельствах, которые объективно подтверждают показания (например, о скандале в кинотеатре, при котором присутствовал обвиняемый, или об аварии автомашины), так как эти факты во всех деталях могли быть известны допрашиваемому только в том случае, если он действительно находился в указанном месте.
При отказе от дачи показаний следователь ставит задачи с помощью тактических приемов убедить обвиняемого в неправильности занятой им позиции; разъяснить допрашиваемому, к каким последствиях приведет его отказ: затяжка расследования, трудности в определении степени виновности соучастников, в выявлении обстоятельств, смягчающих его вину или исключающих ответственность.
В процессе допроса как подозреваемого, так и обвиняемого решается еще одна задача — выявить данные о преступлениях, совершенных или замысленных другими лицами. Решение этой задачи, которую можно назвать разведывательной, очень важно как для раскрытия преступлений прошлых лет, так и для предупредительной работы по материалам расследования.
При допросе эксперта цель следователя сводится к выяснению непосредственно путем соответствующих вопросов интересующих обстоятельств преступления и достигается через решение следующих задач:
а) разъяснить терминологию и отдельные формулировки;
б) уточнить данные, характеризующие компетенцию эксперта и его отношение к делу;
в) уяснить ход исследования представленных материалов и примененных экспертом методик;
г) установить причины расхождения между объемом поставленных вопросов и ответов эксперта или между исследовательской частью заключения и сформулированными выводами;
д) выяснить причины расхождения выводов членов экспертной комиссии;
е) проверить полноту использования экспертом представленных ему материалов и др.
Если в показаниях ранее допрошенных лиц имеются существенные противоречия, следователь вправе произвести между ними очную ставку. Очная ставка — это одновременный допрос двух ранее допрошенных лиц об обстоятельствах, в отношении которых они дали противоречивые показания (ст. 192 УПК РФ).
По сравнению с обычным допросом психологическая атмосфера очной ставки обычно является более сложной. Это обуславливает и сложность реализации поставленной задачи — устранить противоречия в показаниях допрашиваемых.
Однако цель очной ставки можно считать достигнутой только в том случае, если противоречия устранены на основе показаний, отражающих истинное положение вещей, т. е. таких показаний, которые не только субъективно правдивы, но и объективно истинны. При этом необходимо иметь в виду и возможные отрицательные результаты этого допроса, когда один из участников очной ставки, ранее дававший правдивые показания, изменяет их на ложные либо умышленно, либо под влиянием другого участника очной ставки. Другим отрицательным последствием может быть изменение показаний обоими участниками очной ставки и дача ими новых, тоже ложных показаний, но уже не противоречащих друг другу.
Решая вопрос о проведении очной ставки, следователь должен учитывать существенность противоречий в показаниях допрошенных, возможные отрицательные последствия очной ставки. Если противоречия в показаниях можно устранить другими средствами и с меньшим тактическим риском, то от очной ставки лучше отказаться.
При постановке целей и задачей допроса следователю необходимо помнить о психологических особенностях отдельных лиц на всех этапах допроса.
Сущность допроса состоит в побуждении допрашиваемого дать показания об обстоятельствах, прямо или косвенно связанных с расследуемым преступлением, применяя разработанные криминалистикой и апробированные следственной практикой тактические приемы.
1.3 Тактические приемы допроса отдельных лиц
Достижение поставленных целей обеспечивается не только тщательной подготовкой к производству допроса, соблюдением общих правил проведения допроса, содержащихся в ст. 189 УПК РФ, а также этических норм, но и применением соответствующих тактических приемов.
Тактические приемы допроса — это разработанные криминалистикой и апробированные следственной практикой оптимальные способы установления с допрашиваемым психологического контакта, нейтрализации его негативного настроя к расследованию и оказания на него психического воздействия с целью получить полные и достоверные показания.
К общим положениям тактики допроса следует отнести его активность, целеустремленность, объективность и полноту, необходимость учета свойств личности допрашиваемого.
Активность допроса заключается в том, что следователь прочно удерживает в своих руках инициативу, умело использует все необходимые тактические приемы. Применительно к лицам, уклоняющимся от дачи правдивых показаний, допрос носит наступательный характер: с помощью всех имеющихся в его распоряжении законных средств следователь стремится получить правдивые показания, а не быть простым регистратором сообщенных ему сведений.
Целеустремленность допроса означает проведение его с заранее обдуманной целью, для получения определенной, а не всякой информации. Целеустремленность обеспечивается наличием у следователя твердого представления о предмете допроса.
Объективность и полнота проявляются в том, что следователь не вправе по собственному усмотрению сокращать полученные показания, изменять их в соответствии со своими представлениями о ходе вещей, навязывать допрашиваемому эти представления. Одной из законодательных гарантий объективности допроса является запрет задавать наводящие вопросы, а полноты — требование по возможности дословно изложить показания.
Успех допроса зависит от того, насколько полно следователь учтет и использует — для установления психологического контакта — особенности личности допрашиваемого — его психики, культурного и образовательного уровня, профессии, мировоззрения и т. п.
Под психологическим контактом понимают создание такой атмосферы, при которой допрашиваемый проникается уважением к следователю, пониманием его задач и обязанностей, исключает всякие личные мотивы в его действиях. Учет психологических особенностей личности допрашиваемого необходим и для правильного выбора тактических приемов допроса.
Тактика допроса как раздел криминалистической тактики имеет своим предметом анализ таких положений, которые характерны для каждого вида допроса. Особенности же тактики допроса по различным видам преступных посягательств разрабатываются методиками их расследования.
К тактическому обеспечению допроса относится выбор приемов, которые следователь предполагает использовать при допросе. Эти приемы должны: а) не противоречить закону, принципам расследования; б) соответствовать нормам нравственности; в) не ограничивать свободу волеизъявления допрашиваемого, возможность выбора им линии поведения на допросе. В литературе называют и другие требования к тактическим приемам допроса: они должны быть логичными, эффективными, т. е. «срабатывать» на достижение определенной цели, обеспечивать активность допроса со стороны следователя и оказывать избирательное воздействие, т. е. влиять лишь на лиц, действительно обладающих значимой для следствия информацией.
Для полных и достоверных показаний необходим индивидуальный подход к каждому допрашиваемому, для чего рекомендуется применение тактических приемов.
Тактические приемы допроса весьма разнообразны, они отличаются друг от друга по содержанию и целям применения. Однако некоторые из них, будучи универсальными, могут применяться при производстве любого допроса.
На подготовительной стадии следователь устанавливает личность допрашиваемого, его анкетные данные, разъясняет ему права и обязанности, решает вопрос о необходимости участия в допросе переводчика. Потерпевшего и свидетеля, достигших 16-летнего возраста, а также эксперта следователь предупреждает об уголовной ответственности за уклонение от дачи показаний и дачу заведомо ложных показаний.
Основная задача данной стадии — создать условия, оптимальные для получения от допрашиваемого показаний и обеспечения их достоверности. Для этого важно установить с ним психологический контакт. Последний может быть достигнут применением весьма распространенного и обычно оправдывающего себя тактического приема, состоящего в проведении так называемой «разведывательной» беседы.
Беседуя с допрашиваемым на отвлеченные темы, следователь должен выяснить, какие из них ему наиболее близки, чтобы перейти к их обсуждению. Спокойный разговор снимает внутреннюю напряженность, уменьшает волнение допрашиваемого. Кроме того, следователь получает дополнительные сведения о речевых, мыслительных, эмоциональных и иных психологических свойствах данного субъекта, значимых для выбора тактики производства собственно допроса.
Чтобы общение было результативным, следователь должен уметь мысленно ставить себя на позицию собеседника, проявлять заинтересованность к его словам, не выказывать нетерпения, отрицательных эмоций.
На стадии свободного рассказа допрашиваемый сообщает известные ему сведения об обстоятельствах дела. Свободное изложение дает ему возможность сосредоточиться, припомнить отдельные факты и детали произошедшего, значимые, на его взгляд, для расследования. Свободный рассказ выигрывает в точности и проигрывает в полноте показаний. Следователю рекомендуется внимательно, не перебивая выслушивать свободный рассказ. Даже тогда, когда допрашиваемый сообщает заведомо ложные сведения, их тоже следует выслушать спокойно. При этом нельзя проявлять недоверия к получаемым показаниям, допускать замечания, насмешки, прерывать допрашиваемого. Когда последний уходит далеко в сторону, рекомендуется напомнить ему о необходимости давать показания по существу расследуемого дела.
Если допрашиваемый умалчивает о сведениях, имеющих криминалистическое значение, либо сообщаемые им данные противоречат материалам уголовного дела, допрос переводится в следующую стадию, когда необходимо применять тактические приемы, побуждающие к даче показаний.
Такие приемы основаны на постановке следователем вопросов, направленных на получение дополнительных сведений о значимых фактах и обстоятельствах либо на уточнение показаний, устранение в них неточностей и противоречий. Задавая уточняющий вопрос, следователь может предложить допрашиваемому объяснить, в какой части его показания можно считать соответствующими действительности.
Если допрашиваемый не может вспомнить отдельные факты и детали произошедшего, следователь задает вопросы, направленные на оживление ассоциативных связей, чтобы восстановить в памяти нужные сведения.
Когда имеются основания полагать, что допрашиваемый сообщил неточные сведения, следователь ставит вопросы, направленные на выяснение условий восприятия интересующих обстоятельств, установление иных способов проверки сомнительных данных. Возможны в использовании «следственные хитрости», «маневрирование информацией» или психологические ловушки – ввод в заблуждение об информированности следователя. Но нельзя допускать ложной информации и обещать блага.
Тактические приемы выбираются с учетом процессуального положения допрашиваемого, особенностей его личности, желания или нежелания давать правдивые показания и других факторов.
Должна быть исключена постановка вопросов, в которых в неявной форме содержится желательный ответ (наводящие вопросы). Недопустимы тактические приемы, связанные с обманом, угрозами или шантажом, физическим или психическим насилием, унижением чести и достоинства допрашиваемого, понуждением к даче ложных показаний, оговору или самооговору, а также сориентированные на низменные побуждения (корысть, месть и др.), невежество и предрассудки.
Тактика допроса свидетеля и потерпевшего имеет как сходство, так и различия, обусловленные процессуальным положением. Кроме того, свидетель воспринимает преступное событие как сторонний наблюдатель, которого происходящее прямо не касается. Потерпевшему же этим событием причиняется физический, моральный или имущественный ущерб, что и накладывает эмоциональный отпечаток на его восприятие происходящего.
Если свидетель дал полные ответы на поставленные вопросы, то следователю достаточно задать дополняющие, уточняющие и контрольные вопросы для конкретизации сведений и проверки их достоверности. При наличии в показаниях пробелов и неточностей необходимо их устранить, применив тактические приемы, содержание которых зависит от причин этих дефектов: забывчивости допрашиваемого или его нежелания рассказать всю правду.
Причинами неполноты показаний могут быть:
а) непонимание того, каких именно сведений от него ждет следователь;
б) ошибки восприятия, запоминания и воспроизведения информации;
в) негативное психологическое состояние во время допроса и др.
Непонимание обычно устраняется постановкой уточняющих, дополняющих или напоминающих вопросов. Устранение противоречивости и неполноты показаний, вызванных ошибками восприятия, запоминания и актуализации воспринятого, требует от следователя понимания процесса формирования показаний и действия мешающих факторов, а также использования тактических приемов для оказания допрашиваемому помощи в припоминании фактов, интересующих следствие.
Свидетельские показания формируются под влиянием различных факторов. Их нельзя учесть заранее, однако из основных и наиболее часто встречающихся одни связаны с индивидуальными свойствами самого свидетеля, другие — с внешними условиями и обстоятельствами, в которых происходило восприятие, сохранение в памяти и воспроизведение. К таким факторам относятся:
1) Свойства восприятия и памяти свидетеля: состояние органов зрения и слуха, обоняния и осязания. Разная память накладывает специфический отпечаток на показания свидетелей, в которых одни события (факты) изложены полно и точно, а другие — в общих чертах.
2) Физическое и психическое состояние в момент восприятия. Болезненные ощущения, нервное расстройство, усталость, опьянение, сильное душевное волнение и другие факторы неблагоприятно влияют на процесс формирования свидетельских показаний.
3) Направленность внимания обусловливает целенаправленное или непреднамеренное восприятие. В следственной практике чаще встречается второй вид восприятия, поэтому для получения полных показаний следователю нужно применять тактические приемы, призванные помочь допрашиваемому в припоминании забытых обстоятельств. Здесь должна быть задействована эмоциональная память, а также ассоциации по смежности во времени и пространстве, по сходству или контрасту.
4) Патологические дефекты психики и нервной системы могут влиять на процесс формирования свидетельских показаний весьма существенно. В сложных случаях рекомендуется назначить судебно-психиатрическую или комплексную психолого-психиатрическую экспертизу, но только с согласия свидетеля (ч. 5 ст. 56 УПК РФ).
5) Обстановка восприятия: удаленность от наблюдаемого события, условия видимости, наличие или отсутствие препятствий, которые могут поглощать звуки, состояние погоды и др.
6) Промежуток времени, прошедшего со дня восприятия до момента дачи показаний. Чем он больше, тем выше вероятность искажения, полной или частичной утраты воспринятой свидетелем информации. Поэтому медлить с производством допроса свидетеля крайне нежелательно.
7) Склонность к фантазированию (восполнение пробелов восприятия и запоминания вымыслом). Основная сложность получения показаний здесь состоит в том, чтобы отличить заведомую ложь от фантазии свидетеля, отделить достоверные показания от вымышленных. В этой ситуации от следователя требуется умение формулировать и задавать допрашиваемому контрольные и уточняющие вопросы.
Следует помнить, что необоснованный вызов свидетеля на допрос ведет к негативным последствиям. Поэтому следователь должен заранее определить круг вопросов, иначе потребуется повторить допрос. И как показывает практика, 60% таких допросов не дают результатов.
Представляет интерес когнитивная модель допроса потерпевшего и свидетеля. Суть его основывается на выводах когнитивной психологии – эффективность припоминания зависит от сходства условий восприятия и припоминания. Допрашиваемый представляет механизм развития событий, вспоминает о своих переживаниях, при этом происходит активизация участков и слоев памяти. Применение «когнитивного интервью» помогает многое вспомнить. Так же эффективен допрос может быть с выходом на МП.
Обстановка допроса свидетеля должна быть спокойной и деловой, не нарушаемой внешними раздражителями. Если свидетель отказывается от дачи показаний либо дает заведомо ложные показания, необходимо выяснить причины, по которым это делается. Ими могут быть:
а) страх перед возможной местью со стороны подозреваемого (обвиняемого);
б) ложно понимаемое чувство товарищества;
в) стремление скрыть собственное неблаговидное поведение;
г) негативное отношение к деятельности правоохранительных органов и др.
Соответственно действующим причинам применяются тактические приемы, основанные на разъяснении свидетелю, что:
1) подозреваемый (обвиняемый) станет не опасен, если будет изобличен в совершении преступления и привлечен к уголовной ответственности;
2) его показания имеют важное значение для разоблачения преступников;
3) помогая раскрыть преступление, он помогает укреплению законности и т.п.
В некоторых случаях бывает тактически уместно напомнить об уголовной ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний; предъявление свидетелю доказательств (оглашение показаний других лиц и заключений экспертов, воспроизведение звуко-, видеозаписи, демонстрация фотографий, предъявление вещественных доказательств и др.); производство очных ставок; предъявление свидетеля для опознания и т.д.
Тактика допроса потерпевшего обусловлена главным образом его процессуальным статусом (ст. 42 УПК РФ), особенностями процесса формирования его показаний, заинтересованностью в исходе дела, другими объективными и субъективными факторами.
На формирование показаний потерпевшего существенно влияет факт посягательства на него самого или на его имущество. В большинстве случаев этот фактор определяет полноту и точность восприятия потерпевшим обстоятельств расследуемого преступления, а в последующем — полноту и точность его показаний.
Тактические приемы допроса потерпевшего применяются с учетом содержания его показаний. Пробелы и неточности в них, вызванные его добросовестным заблуждением, устраняются посредством тактических приемов, направленных на активизацию памяти допрашиваемого для припоминания им недостающих элементов преступного события. Здесь, прежде всего, необходимо разъяснить потерпевшему важность его сведений для раскрытия преступления, вовлечь в диалог, чтобы вытеснить из его сознания эмоции, снижающие полноту и точность показаний. Важно также стимулировать ассоциативное мышление потерпевшего. Для этого целесообразно проводить допрос на месте происшествия, однако только с согласия потерпевшего.
В ряде случаев более полные и точные показания потерпевший может дать на повторном допросе, поскольку снова и снова возвращается в мыслях к событию преступления, припоминая его отдельные детали. Поэтому после первого допроса потерпевшему следует разъяснить, что если он вспомнит какие-либо обстоятельства, связанные с преступлением, то об этом следует немедленно сообщить следователю.
Иногда потерпевший умышленно замалчивает отдельные обстоятельства произошедшего, дает ложные показания либо вовсе отказывается говорить. Тогда необходимо, прежде всего, выяснить причину (наличие особых отношений с обвиняемым, боязнь мести, оказываемое на него физическое или психическое воздействие со стороны виновного или его ближних, боязнь огласки неблаговидного поведения потерпевшего, неверие в стремление следователя установить преступника и т.п.), применить тактические приемы, направленные на преодоление лжи, получение полных и точных показаний.
Допрос подозреваемых и обвиняемых лиц имеет свою специфику.
Допрос подозреваемого — это неотложное следственное действие, поэтому подготовка к допросу должна быть произведена в очень сжатые сроки, следователь к этому моменту располагает доказательствами, дающими основания лишь предполагать причастность подозреваемого к совершенному преступлению, его личность практически неизвестна, поэтому тактику допроса приходится выбирать, что называется, сходу. Все это требует от следователя умения быстро проанализировать исходную информацию и наметить план допроса.
На допросе подозреваемый бывает либо растерян в связи с неожиданным задержанием и готов дать показания, либо, наоборот, возбужден, агрессивен и настроен отрицать причастность к содеянному.
В первом случае допрос идет в бесконфликтной ситуации. Подозреваемый сообщает сведения, относящиеся к расследуемому деликту в объеме, который считает нужным. Путем постановки вопросов следователь побуждает допрашиваемого излагать события в той последовательности, в какой они происходили. При этом нужно направлять допрашиваемого на максимально полное и детализированное изложение сведений об обстоятельствах совершенного преступления.
Убедиться в достоверности полученных показаний можно путем постановки контрольных вопросов. Иногда подозреваемый охотно рассказывает об одних обстоятельствах, но умалчивает о других. Тогда рекомендуется, выяснив те обстоятельства, о которых подозреваемый сообщает охотно, сконцентрировать внимание на невыясненных. Для этого следователь может:
а) побуждать допрашиваемого к отказу от противодействия и введения следствия в заблуждение;
б) создавать впечатление о безнадежности таких попыток;
в) использовать сомнения допрашиваемого в целесообразности придерживаться выбранной линии поведения;
г) внезапно предъявить уличающие доказательства и т.д.
В бесконфликтной ситуации получению полных и достоверных показаний от подозреваемого способствует доброжелательность обстановки в ходе всего допроса. Однако не рекомендуется подстраиваться под речь и манеры подозреваемого, проявлять к нему панибратское или снисходительное отношение, использовать в разговоре вульгарные и жаргонные выражения. Это может дать отрицательный результат.
Если подозреваемый отказывается от дачи показаний, отрицает свою причастность к преступлению, а имеющихся в деле доказательств недостаточно для его изобличения, то создается конфликтная ситуация.
В этом случае следователь обязан исходить из того, что показания подозреваемого — это не только источник доказательств, но и средство его защиты. Поэтому он должен, прежде всего, неукоснительно выполнять предписания закона относительно процессуального порядка допроса. Если подозреваемый не дает показаний, необходимо выяснить движущие мотивы и разъяснить ему, что тем самым он лишает себя возможности защищаться от возникшего подозрения.
При наличии доказательств, достоверность которых не вызывает сомнений, следователь может предъявить их и предложить подозреваемому высказаться по этому поводу. В любом случае нужно постараться вовлечь подозреваемого в диалог, в ходе которого терпеливо разъяснить ему все негативные последствия занятой позиции. Иногда в такой ситуации следует вести диалог так, чтобы вызвать у подозреваемого возражения, побудить его к активной защите, в связи с чем ему придется разговориться.
Если подозреваемый отрицает свою причастность к совершенному преступлению, то следует внимательно выслушать его доводы, а затем постараться склонить его к даче правдивых показаний. С учетом имеющихся доказательств и личности допрашиваемого следователь может применить следующие приемы:
а) спокойно отметить несоответствие показаний материалам дела и посоветовать рассказать правду;
б) объяснить значение чистосердечного раскаяния;
в) задать допрашиваемому дополняющие и уточняющие вопросы об обстоятельствах, которые освещены наиболее достоверно;
г) как бы невзначай продемонстрировать вещественное доказательство, изъятое с места происшествия;
д) задавать вопросы, чтобы допрашиваемый сообщил сведения, которые могли стать известными ему лишь в том случае, если он был на месте происшествия в интересующий следствие момент;
е) назвать подозреваемому иные средства установления его причастности к содеянному: продемонстрировать соответствующие поисковые приборы, разъяснить возможности экспертиз и т.п.;
ж) создать у допрашиваемого преувеличенное представление о степени своей осведомленности, сформировать впечатление, что следователю не известны только некоторые второстепенные обстоятельства.
Одним из эффективных приемов, применяемых для изобличения подозреваемого, является предъявление доказательств. Предъявлять можно лишь достоверные доказательства, ибо в противном случае у подозреваемого только возрастет решимость оставаться на позиции отрицания.
Прежде чем предъявлять доказательства, следователь должен допросить подозреваемого об обстоятельствах, связанных с каждым из них. Например, до предъявления предмета, принадлежащего подозреваемому и обнаруженного на месте происшествия, следует выяснить, не мог ли он попасть туда в некриминальной ситуации. До оглашения показаний, изобличающих подозреваемого, рекомендуется выяснить характер взаимоотношений между ним и свидетелем и т.д.
Доказательства могут предъявляться в различной последовательности. Обычно — по мере возрастания их доказательственного значения: вначале менее значительные, косвенно подтверждающие вину подозреваемого, а затем все более веские. Иногда для побуждения допрашиваемого к даче правдивых показаний целесообразно предъявить наиболее впечатляющее доказательство, что может создать представление о полной осведомленности следователя в обстоятельствах совершенного преступления.
При недостаточности доказательств для изобличения подозреваемого следователь должен попытаться получить их от допрашиваемого, используя для этого противоречия в его показаниях и те сведения, которые он сообщил по неосмотрительности (проговорки). Допрашивая подозреваемого, отрицающего свою причастность к расследуемому преступлению, следователь может избрать тактику допроса с учетом фактических данных, свидетельствующих:
а) о подготовке подозреваемого к преступлению (например, приобретение или изготовление им орудия, аналогичного тому, которым был совершен взлом);
б) об изменении им образа жизни после содеянного (например, оставление работы и попытка срочно уехать без видимых на то причин);
в) о том, что он проявлял неоправданное любопытство к производству предварительного следствия, пытался воспрепятствовать установлению обстоятельств по делу (например, шантажировал или запугивал потерпевшего, свидетелей, предпринимал попытки к уничтожению следов и др.);
г) о попытках направить следствие по ложному пути (в частности, распространение слухов о виновности других лиц, мотивах преступления);
д) об осведомленности о таких деталях, которые не могли быть известны невиновному.
Внезапное предъявление таких улик нередко приводит подозреваемого в замешательство. Не имея времени обдумать ответ, звучащий правдоподобно, он начинает излагать неубедительные, противоречивые сведения. Следователь, хорошо знающий материалы уголовного дела, внимательно слушающий подозреваемого и наблюдающий за его реакциями на предъявление доказательств, может использовать замешательство подозреваемого и противоречия в его показаниях, чтобы показать бесперспективность дальнейшего запирательства.
Достаточно специфична тактика допроса подозреваемого, который, отрицая свою причастность к совершенному преступлению, утверждает, что в это время находился в ином месте. Для проверки алиби следователю нужно:
1) подробно допросить подозреваемого об обстоятельствах, связанных с выдвигаемым алиби (где, с кем и зачем он находился в интересующий следствие момент; кому говорил о намерении побывать в том месте; каким способом прибыл на указанное место и покинул его; сколько времени находился в данном месте и какие события там в это время произошли, кто его там видел и т.д.), и проверить полученные показания.
В ходе проверки необходимо безотлагательно допросить тех лиц, на которых подозреваемый ссылался в подтверждение своего алиби. При этом следователь должен подробно выяснить у допрашиваемого, где находился подозреваемый и чем он занимался в тот момент, когда было совершено преступление, кто еще может подтвердить этот факт и т.п. Ставить вопросы допрашиваемому нужно от общего к частному, формулируя их так, чтобы он не мог догадаться, какой ответ наиболее выгоден для подозреваемого.
Проверяя алиби подозреваемого, следователь может подготовить и произвести, например, следственный эксперимент, чтобы выяснить, имел ли он возможность покинуть указанное им и свидетелями место, совершить преступление и вернуться обратно незамеченным. При необходимости следователь может поручить органу дознания проверку показаний подозреваемого и свидетелей путем оперативно-розыскных мероприятий;
2) выявить и допросить тех граждан, которых подозреваемый не назвал, но которые должны знать, где он был во время совершения преступления;
3) произвести повторный детальный допрос подозреваемого, изменяя последовательность выяснения обстоятельств, связанных с выдвинутым алиби, предъявляя опровергающие доказательства.
При допросе подозреваемого может использоваться информация, полученная оперативно-розыскным путем. Тактика допроса с применением таких сведений имеет некоторые особенности:
а) их использование нужно согласовать с органом дознания, чтобы, формулируя вопросы и оглашая подозреваемому те или иные сведения, не раскрыть их источники;
б) следует помнить, что такая информация не всегда достоверна, поэтому использовать можно лишь основательно проверенные данные.
Тактика допроса обвиняемого имеет свою специфику, обусловленную следующими факторами:
а) в отношении данного субъекта собраны доказательства, позволяющие утверждать, что преступление совершил именно он;
б) сопоставляя формулировку обвинения и реальное событие преступления, он может сориентироваться, какими доказательствами располагает следствие;
в) допросу данного субъекта как обвиняемого нередко предшествует допрос в качестве подозреваемого, поэтому следователь располагает некоторой информацией о его личности.
Допрос обвиняемого может происходить в условиях бесконфликтной или конфликтной ситуации. Бесконфликтная ситуация складывается тогда, когда обвиняемый признает себя виновным и дает показания по предъявленному обвинению. В противном случае возникает конфликтная ситуация, острота которой зависит от того, отрицает он свою вину полностью или частично.
Если обвиняемый, признав себя виновным, дает показания по существу предъявленного обвинения, следователь должен применять тактические приемы, направленные на получение максимально полных и подробных сведений.
Нужно учитывать, что признание обвиняемым своей вины в совершении уголовно наказуемого деяния небольшой или средней тяжести может быть самооговором с целью избежать уголовной ответственности за тяжкое или особо тяжкое преступление. Следовательно, эти показания необходимо тщательно проанализировать и сопоставить с ранее полученными данными. Следует проверить, нет ли в них схематичности и стереотипности, которые характерны для случаев, когда обвиняемый, не совершив инкриминируемое преступление, но имея о нем представление, создает подходящую легенду и придерживается ее на протяжении всего предварительного следствия.
Признаками самооговора также являются: обилие противоречий между отдельными частями показаний, между сведениями, которые обвиняемый сообщал в разное время; наличие в показаниях неправдоподобных деталей; совпадение показаний обвиняемого со слухами, которые циркулировали в данном населенном пункте в связи с обнаруженным преступлением, и т.п.
При наличии признаков самооговора следователю необходимо: детально изучить материалы уголовного дела, содержащие данные о личности обвиняемого, особенно о его волевых качествах (темперамент, внушаемость, упрямство, трусость и т.п.) и возможных расстройствах психики; проверить, не было ли на него оказано физическое или психическое воздействие для склонения к самооговору (допросить лиц, принимавших участие в предыдущих следственных действиях, когда обвиняемый признал себя виновным); принять меры к установлению возможных соучастников преступления и лиц, которые могли оказать на обвиняемого воздействие; произвести его повторный допрос, применив тактические приемы, направленные на проверку достоверности получаемых показаний (изменить последовательность выяснения обстоятельств, о которых обвиняемый уже был допрошен, что вынудит его отступить от стереотипов); акцентировать внимание на выяснении фактов, которые в показаниях не затрагивались (хотя по логике вещей он должен был знать о них) либо излагались схематично, противоречиво и т.п.
Тактика допроса обвиняемого в условиях конфликтной ситуации сходна с тактикой допроса подозреваемого в аналогичных случаях. Отличие состоит в применении тактических приемов, основанных на предъявлении собранных по делу доказательств, и психологическом воздействии на обвиняемого.
Если в процессе расследования добыты доказательства, дающие основание предъявить обвинение, то при допросе ими следует воспользоваться. Предъявление этих доказательств облегчит получение полных и правдивых показаний или по крайней мере прояснит позицию обвиняемого по отношению к собранным доказательствам. В ходе допроса, особенно при активном участии защитника, имеющиеся в деле доказательства проходят своеобразную проверку в аспекте их надежности для изобличения виновного.
Если совокупность доказательств содержит пробелы, не влияющие на вывод следователя относительно обвиняемого, то при допросе их рекомендуется предъявить так, чтобы последний не только не догадался об этом, но и сообщил сведения о недостающих уликах. Для чего целесообразен, например, тактический прием, основанный на создании преувеличенного представления об объеме добытых доказательств.
Спецификой тактики допроса обвиняемого является также более широкое применение приемов психологического воздействия. К началу допроса следователь, как правило, имеет достаточно полное представление о личностных свойствах обвиняемого. В зависимости от них и формирующейся в ходе допроса ситуации рекомендуется использовать такие приемы психологического воздействия:
а) активизировать положительные качества допрашиваемого;
б) разъяснить правовые последствия деятельного раскаяния и активной помощи в раскрытии преступления.
Активное применение тактических приемов может убедить обвиняемого в нецелесообразности дальнейшего запирательства. Если обвиняемый наотрез отказывается от дачи показаний, то допрос лучше прекратить, чтобы дать ему возможность взвесить все «за» и «против» и убедиться в необходимости рассказать правду. В то же время после перерыва в допросе обвиняемый может не изменить своей позиции, а передышку использовать для корректировки линии поведения с учетом сведений, почерпнутых в ходе допроса, в частности, оценив предъявленные доказательства. Поэтому колебания в позиции обвиняемого нужно стимулировать применением тактических приемов, направленных на дачу полных и достоверных показаний.
Тактика допроса обвиняемого по уголовному делу о преступлении, совершенном группой лиц, имеет особенности, обусловленные характером иерархии в группе. С одним из соучастников обвиняемый может быть связан родством, с другим его отношения цементирует страх, подчиненность, зависимость и т.п.
Если соучастники преступления изолированы друг от друга, то отношения между ними постепенно меняются, поэтому следователю необходимо определить, у кого из обвиняемых появилась неприязнь к соучастникам и по какой причине. Целесообразно выбрать того, кто считает себя обиженным или обделенным со стороны соучастников, раскрыть в ходе допроса его истинное место в сложившейся иерархии преступной группы. Однако в данном случае необходимо очень осторожно выбирать методы психологического воздействия, чтобы не толкнуть его на оговор соучастников.
Тактические приемы, применяемые при допросе отдельных лиц аналогичны с вышеперечисленными, но сама тактика специфична и зависит от особенностей категории допрашиваемого лица. Тактика и порядок допроса иностранных и граждан строится на основе следующих особенностей – особенности правового статуса иностранных граждан, незнание языка, законов России, правил российского судопроизводства и др.
Сложность в выборе тактики и построения допроса имеет категория лиц с отклонениями в состоянии здоровья – как физического, так и психического. Это могут быть люди с нарушениями слуха, зрения, опорно-двигательного аппарата, психическими заболеваниями др.
В каждом отдельном случае допрос должен быть построен с учетом всех особенностей отдельных категорий лиц, тактика должна быть продумана до мельчайших подробностей, умело применены тактические приемы. Только при таких условиях, сведения полученные при допросе будут достоверными.
Особенности тактики допроса вышеперечисленных лиц будут рассмотрены в следующей главе.
Глава 2. Особенности тактики допроса отдельных лиц
2.1 Особенности тактики допроса несовершеннолетних
При подготовке к допросу несовершеннолетних учитывается процессуальное положение допрашиваемого, а также данные, характеризующие его личность. И то и другое значимо для определения круга участников допроса, места, времени и наиболее целесообразных тактических приемов его проведения, о способе вызова на допрос.
Допрос несовершеннолетних подозреваемых, обвиняемых (ст. 425 УПК РФ), свидетелей и потерпевших (ст. 191 УПК РФ) имеет специфику, обусловленную их возрастом и социально-демографическими характеристиками.
Специфика допроса несовершеннолетних обусловливается:
а) меньшим, чем у взрослых, объемом знаний и жизненного опыта;
б) слабой способностью к сосредоточенному вниманию;
в) повышенной внушаемостью;
г) меньшим развитием аналитических навыков при восприятии и оценке воспринятого;
д) тенденцией к смешению реально воспринятого и воображаемого;
е) эмоциональностью суждений и действий.
Несовершеннолетние уступают взрослым в способности осознать событие в целом, не всегда могут выделить главное. Они чаще взрослых ошибаются при определении расстояний, интервалов времени, последовательности действий и событий. Несовершеннолетние быстрее забывают воспринятые события, однако весьма точно передают те факты, которые их заинтересовали. Они обладают повышенной возбудимостью, неуравновешенностью характера, им присущи быстрые смены настроения и поведенческих реакций, что заметно отражается на их показаниях.
Поскольку названные и некоторые другие особенности психофизического развития несовершеннолетних проявляются в процессе формирования показаний и в поведении на допросе одинаково, их допрос имеет общие черты независимо от процессуального положения допрашиваемого.
В соответствии с законом (ст. 191 УПК РФ) несовершеннолетний потерпевший или свидетель в возрасте до 14 лет допрашивается только в присутствии педагога, выступающего в данном случае в роли специалиста. По усмотрению следователя педагог может присутствовать и при допросе свидетелей в возрасте от 14 до 18 лет. При допросе обвиняемого (подозреваемого), не достигшего 16-летнего возраста либо достигшего этого возраста, но страдающего психическим расстройством или отстающего в психическом развитии, участие педагога или психолога обязательно (ч. 3 ст. 425 УПК РФ).
«Участие педагога в допросе обвиняемого, не достигшего 16 лет, обусловлено необходимостью использовать, в связи со сложностью такого допроса, данные педагогики и психологии при его подготовке, проведении, фиксации показаний. Поэтому отсутствие педагога в таких случаях может создать сомнение в достоверности показаний».
О вызове педагога вправе ходатайствовать законные представители или защитник.
Участие работника органов внутренних дел в качестве педагога не допускается. Педагог может представлять как то учреждение, в котором учится несовершеннолетний, так и любое другое. В большинстве ситуаций, второе предпочтительнее, так как подросток может замкнуться, испытывая чувство стыда перед знакомым человеком, боязнь огласки. Вызываемый педагог должен по роду работы заниматься обучением и воспитанием несовершеннолетних того же возраста, что и допрашиваемый.
Перед началом допроса у педагога выясняется, нет ли обстоятельств, обусловливающих невозможность его участия в допросе (к их числу относится, в частности, конфликт с подростком или его семьей). Следователь знакомит педагога с обстоятельствами дела, относящимися к допросу, и с данными о личности несовершеннолетнего. Педагогу разъясняется, что он должен помочь правильному ведению и протоколированию допроса, установлению контакта с обвиняемым, что он вправе с разрешения следователя задавать вопросы, причем отведенный вопрос заносится в протокол, а также делать замечания о ходе допроса, просить о дополнении или внесении поправок в запись показаний. Если следователь сочтет их необоснованными, они фиксируются перед подписью педагога. Обсуждение этих вопросов производится в отсутствие обвиняемого. Также педагогу разъясняются его обязанности и ответственность по ст.133.1 УПК РСФСР.
В конце допроса педагог высказывает свое мнение не о правдивости показаний, а о ведении допроса и записи показаний. Перед его подписью может быть сделана отметка: «Участвовал в допросе и по его ведению замечаний не имею. Протокол прочитан лично. Содержание протокола соответствует показаниям».
Допрос не может продолжаться без перерыва более двух часов, а в общей сложности более четырех часов в день.
При допросе несовершеннолетнего свидетеля (потерпевшего) вправе присутствовать его законные представители или близкие родственники (ст. 191 УПК РФ). Вопрос о целесообразности их присутствия решается в каждом случае с учетом сложившейся к данному моменту следственной ситуации.
В допросе несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого вправе участвовать защитник. Вызов несовершеннолетних на допрос осуществляется, как правило, через их родителей или законных представителей (ст. 424 УПК РФ). Если же у следователя имеются достаточные основания полагать, что эти лица причастны к преступным действиям подростка или способны склонить его к отрицательной линии поведения, то реализуются иные варианты. Следователь может вызвать подростка через посыльного, приехать в школу (профтехучилище, на работу) и допросить его в привычной обстановке. Нежелательно вызывать телефонограммой, так как это повлечет ненужную огласку. Крайне нежелательно доставлять подростка приводом, так как это может его травмировать и затруднит установление психологического контакта.
Находящиеся под стражей несовершеннолетние вызываются на допрос через администрацию места их содержания.
При общей схожести ряда процессуальных и тактических требований (изучение личности, установление психологического контакта, корректная форма допроса и т. д.) многое в тактике допроса определяется процессуальным положением несовершеннолетнего. В этой связи целесообразно остановиться на особенностях допроса подозреваемого, обвиняемого, свидетеля и потерпевшего.
В соответствии сост. 46 УПК РФ допрос несовершеннолетнего подозреваемого является неотложным следственным действием. Он производится после задержания подростка (ст. 91 УПК РФ) или при избрании меры пресечения до предъявления обвинения. При любом варианте ему должно быть разъяснено его положение подозреваемого (ст. 46 УПК РФ) и процессуальные права, предусмотренные ст. 18, 46, 67, 195, 198, 203, 189, 190, 425, 426 УПК РФ.
Специфика подготовки к допросу несовершеннолетнего подозреваемого заключается в том, что следователь на данном этапе не располагает еще достаточными доказательствами о степени его участия в совершении преступления (мотивы, роль, действия и т. д.), не имеет должного представления о личности подростка, ограничен во времени для подготовки к допросу. И тем не менее, даже в этих условиях необходимо собрать хотя бы минимальную информацию о подростке, допросив его родителей, учителей (бригадира или мастера), соседей. Запросить участкового инспектора по делам несовершеннолетних, нет ли у него нужных сведений. При невозможности немедленного допроса он должен быть проведен не позднее 24 ч с момента задержания. Безотлагательность допроса позволит, помимо выполнения требований закона, избежать контактов подростка с взрослыми, способными внушить ему определенную манеру поведения.
В допросе несовершеннолетнего подозреваемого (равно обвиняемого, подсудимого) участвует защитник, который вправе задавать ему вопросы, а также по окончании допроса знакомиться с протоколом и делать по нему замечания (ч. 2 ст. 425 УПК РФ).
При выборе момента и тактики допроса необходимо учитывать психологическое состояние подростка. Обычно это — эмоциональное возбуждение в сочетании с угнетенностью от непривычной обстановки. К этому добавляется страх перед наказанием, перед родителями, перед разоблачением. В такой момент важно побудить подростка к осознанию серьезности его положения и важности допроса, целесообразности сотрудничества со следствием. Для этого необходимо постараться снять (хотя бы частично) его нервное напряжение, успокоить, принять меры к установлению психологического контакта.
Первый допрос очень важен. Нередко он остается основным и решающим, если в ходе допроса удалось получить объективные и полные показания. Начать следует с беседы об условиях жизни, учебы (работы) и воспитания подростка, о круге его интересов, увлечений. Подросток может охотно рассказывать о себе и своих друзьях, полагая, что эти вопросы не имеют отношения к совершенному преступлению. После подробной беседы по биографическим данным ему необходимо очень подробно и доходчиво объяснить, в совершении какого преступления он подозревается. В соответствии со ст. 76 УПК РФ ему должна быть предоставлена возможность дать показания по поводу обстоятельств, послуживших основанием для его задержания, заключения под стражу или избрания иной меры пресечения.
Очень важно правильно формулировать вопросы. Они должны быть конкретны, не сложны и не содержать фактических данных, способных что-то подсказать подростку. Не следует забывать о такой его черте, как внушаемость. Подозреваемый несовершеннолетний в силу внушаемости и неразвитого логического мышления способен оговорить себя, признать виновным, используя информацию, почерпнутую из вопросов следователя.
Если подозреваемый признается в совершенном преступлении и готов подробно рассказать об этом, необходимо, постоянно анализируя его показания, допросить по каждому из обстоятельств. При этом желательно максимально детализировать излагаемые им факты и по возможности дословно занести их в протокол. Полученные подобным образом сведения позволят в дальнейшем установить, насколько они правдоподобны, действительно ли подросток совершил преступление или почерпнул информацию из других источников. В случае достоверности показаний они помогут установить новые сведения, отыскать похищенное, орудия преступления, выявить сообщников.
Немаловажным при допросе будет демонстрация следователем своей осведомленности об обстоятельствах совершенного преступления. Однако это должны быть подлинные сведения, полученные из протокола осмотра места происшествия, показаний очевидцев и т. п. Использование элемента внезапности при предъявлении подозреваемому пусть не очень значительного, но убедительного доказательства способно склонить к необходимости говорить правду. Вместе с тем, предъявляя подростку те или иные доказательства, не следует забывать, что он в силу своего возраста и развития не всегда способен оценить их по достоинству. Поэтому целесообразно разъяснять ему истинное значение предъявляемых фактических данных.
При ссылке на алиби следует учитывать, что подростки обычно заранее его не подготавливают. Поэтому детализирующие вопросы и ответы на них подозреваемого о месте, времени, свидетелях, совместных действиях и т. п. сведения, зафиксированные в протоколе допроса, помогут в дальнейшем выявить несостоятельность его ссылок на алиби.
При допросе подозреваемого (равно как и обвиняемого, подсудимого), не достигшего 16 лет либо достигшего этого возраста, но страдающего психическим расстройством или отстающего в психическом развитии, обязательно присутствие педагога или психолога, участие которых должны обеспечить следователь или прокурор (ст. 425 УПК РФ). Что касается родителей и иных законных представителей, то на этой стадии их присутствие нежелательно. Как показывает практика, подозреваемый несовершеннолетний, допрашиваемый в присутствии родителей, испытывает повышенное чувство стыда, теряется, замыкается.
К тому же не все родители способны правильно вести себя при подобном допросе.
Что касается допроса несовершеннолетнего обвиняемого, то к моменту предъявления обвинения следователь должен иметь все необходимые сведения о несовершеннолетнем (от родителей, учителей, наставников, лиц из окружения подростка, из запросов и характеристик). Таким образом, готовясь к допросу, следователь располагает его нравственно-психологической и социально-демографической характеристикой. Добавим, что к этому моменту позиция подростка уже известна, поэтому, планируя допрос, следователь учитывает его отношение к обвинению. Перед допросом следователь может ознакомить педагога и защитника с психологической характеристикой подростка, чтобы они могли учитывать ее, участвуя в этом действии. Что касается допуска родителей, то так же, как в ситуации с подозреваемым, их участие на данной стадии нецелесообразно.
Особое внимание лиц, присутствующих при допросе, следователь должен обратить на порядок постановки ими вопросов, недопустимость пререкания, реплик, высказываний, снижающих эффективность перевоспитания подростка.
Перед допросом следователь оглашает постановление о привлечении несовершеннолетнего в качестве обвиняемого. После этого подростку в доступной форме необходимо разъяснить сущность предъявленного обвинения, обоснованность квалификации, содержание процессуальных норм, упомянутых в постановлении, его права как обвиняемого, значение смягчающих и отягчающих вину обстоятельств. В соответствии со ст. 173 УПК РФ следователь в начале допроса выясняет, признает ли обвиняемый себя виновным в предъявленном обвинении. Отрицательный ответ сразу фиксировать нецелесообразно, так как в ходе допроса подросток может изменить свою позицию под влиянием доказательств.
Если подросток признает свою вину, допрос все равно должен быть проведен детально, без спешки, обстоятельно. Тактическими приемами такого допроса является максимальная детализация обстоятельств преступления и роли каждого из участников. Для этого должны быть выявлены обстоятельства, предшествовавшие преступлению, действия каждого из участников, их взаимоотношения, когда и как возник преступный умысел, кто был его инициатором, как первоначально распределялись роли, какие подготовительные действия были совершены и т. д. При этом необходимо обратить внимание, не сопровождалась ли стадия подготовки вовлечением подростка в преступную деятельность, пьянство, занятия проституцией, азартные игры и т. п.
Сопоставляя мотивы и цели планируемого и наступившие результаты, необходимо выяснить, стремился ли обвиняемый к этим результатам, допускал ли он возможность их наступления.
Допрашивая обвиняемого об обстоятельствах механизма преступления, также необходимо стремиться к детализации показаний, касающихся места, времени, способа его совершения, действий каждого из участников, последовательности этих действий. Если подросток, признавая свою вину, путается в деталях, то необходимо особо разобраться в том, происходит ли это в силу его психофизиологических свойств (эмоциональное возбуждение, отсталость в развитии и др.) или он сообщает сведения, известные ему из других источников. В первом случае могут быть использованы приемы активизации памяти, во втором — изобличения во лжи.
Важно при допросе установить, как вел себя подросток и его сообщники после преступного акта, какие действия совершали, с кем из взрослых входили в контакт, с какой целью (сбыт похищенного, укрывательство и т. п.).
О необходимости выяснить роль взрослых подстрекателей или иных соучастников следует помнить на протяжении всего допроса. Обращать для этого внимание на различные обстоятельства свободного рассказа подростка, задавать вопросы, заранее подготовленные, а также формулируемые по ходу допроса, касающиеся взрослых лиц, их взаимоотношений и взаимодействия с подростком.
Если несовершеннолетний не признает себя виновным, то помимо тактических приемов, используемых при допросе несовершеннолетнего подозреваемого, могут быть использованы и другие. В первую очередь необходимо доходчиво раскрыть подростку общественную опасность совершенного преступления, отношение к этому людей, ущерб, который он причинил семье, близким. Показать при этом, к чему может привести отрицание вины и как важно для него дать правильную оценку происшедшему, чистосердечно раскаяться и активно сотрудничать со следствием; объяснить, что это будет иметь значение как смягчающее обстоятельство.
Второй тактический прием — порядок предъявления доказательств. Особенность этого действия при допросе несовершеннолетнего обвиняемого, отрицающего свое участие в преступлении, будет заключаться в том, что доказательства целесообразнее предъявлять по нарастающей, в логической последовательности и без большого разрыва во времени. При этом значение каждого доказательства необходимо разъяснять. Предъявлять целесообразно только те из них, которые изобличают непосредственно подростка. Следует остерегаться сообщать фактические данные, которые, непосредственно не уличая подростка, способны раскрыть механизм совершения преступления. В силу внушаемости или из желания взять вину на себя, отвести обвинение от взрослых или иных участников он может начать сознаваться в том, чего не совершал.
Естественно, что при допросе несовершеннолетнего обвиняемого, не признающего свою вину, может быть использован прием изобличения во лжи. С этой целью сначала, например, следователь говорит о второстепенных обстоятельствах, установленных с полной достоверностью. Демонстрация такой осведомленности способна повлиять на подростка и заставить его говорить правду. Равным образом может быть применен и психологический эффект внезапности, в особенности если подросток убеждал следователя, что он говорит правду и раскаивается в содеянном. Умелое опровержение даваемых при этом ложных показаний способно лишить его уверенности в том, что ему безоговорочно верят, что он может и далее давать ложные показания.
В процессе допроса не рекомендуется показания несовершеннолетнего сразу же заносить в протокол. Это отвлекает его, настораживает, мешает сосредоточиться следователю, нарушает психологический контакт между ними. Целесообразнее делать черновые записи так, чтобы это не мешало допросу, а по его окончании заполнить протокол. В протоколе необходимо по возможности сохранять обороты речи, использованные обвиняемым. Не следует излагать его показания не свойственным подросткам языком.
При допросе несовершеннолетнего обвиняемого может быть применена фонозапись (аудизапись) (ст. 166 УПК РФ). Прибегать к ней можно по различным, но в каждом случае достаточно веским основаниям:
а) необходимость фиксации обстановки допроса (была ли она спокойной, в каком тоне велся допрос, какие и в какой последовательности задавались вопросы, насколько быстро и охотно отвечал обвиняемый, какие использовал обороты речи и т. д.);
б) если подросток меняет или способен изменить свои показания, отказаться от данных ранее;
в) при даче показаний против взрослых или иных лиц, в присутствии которых или под влиянием которых он может изменить свои показания;
г) если следователь, опасаясь проведения очной ставки со взрослым соучастником, намерен огласить фонозапись (аудиозапись) его допроса этому лицу.
Повторный допрос обвиняемого по тому же обвинению в случае его отказа от дачи показаний на первом допросе может проводиться только по просьбе самого обвиняемого (ст. 173 УПК РФ).
Допрос несовершеннолетнего свидетеля и потерпевшего имеет свои особенности. Учитывая опасность воздействия на свидетелей и потерпевших, а также прямого внушения подростку заданных показаний, их допрос проводится как можно быстрее и носит исчерпывающий характер.
Вопрос о месте решается в зависимости от того, будет ли вызываться свидетель через родителей или иным путем, будет ли допрос проводиться по месту следствия или по месту проживания (учебы, работы) подростка. Несовершеннолетних, отличающихся развязным, хулиганским поведением, целесообразно допрашивать в официальной обстановке. Лучше, если следователь при этом будет одет в форму. Это дисциплинирует подростка, помогает изменить манеру поведения.
Свидетелей и потерпевших, не характеризуемых отрицательным поведением, целесообразнее допрашивать в привычной для них обстановке. Это будет меньше травмировать их, способствовать установлению психологического контакта.
Свидетелю (потерпевшему), не достигшему 16 лет, до начала допроса разъясняется необходимость давать правдивые показания, но они не предупреждаются об ответственности за дачу ложных показаний и за отказ или уклонение от дачи показаний. Свидетели (потерпевшие) старше 16 лет предупреждаются по полной форме.
Тактика допроса несовершеннолетнего свидетеля зависит от его возраста, индивидуальных особенностей и отношения к расследуемому событию. По последнему критерию могут быть выделены три категории свидетелей:
1) очевидцы преступления или иных связанных с ним событий;
2) подростки из числа соучастников, дело в отношении которых прекращено или они освобождены от уголовного наказания с назначением принудительных мер воспитательного воздействия;
3) подростки из ближайшего окружения несовершеннолетнего обвиняемого.
Независимо от того, к какой из указанных категорий относится свидетель, при подготовке к его допросу целесообразно по возможности выяснить некоторые индивидуальные его качества: отношение к сверстникам (чувство товарищества, нечестность, доброжелательность, злость), черты характера (лживость, упрямство, скрытность и т. п.), интересы, увлечения, взаимоотношения с участниками события.
Очевидцы преступления или лица, ставшие свидетелями каких-либо связанных с ним событий, обычно дают правдивые показания. Но для того чтобы они их не изменили в силу забывчивости или внушения с чьей-либо стороны, их надо допрашивать как можно раньше. При оценке их показаний необходимо учитывать как объективные факторы восприятия события (удаленность от места, освещенность, длительность наблюдения и др.), так и субъективные (состояние органов чувств, эмоциональное состояние). Специфические сложности проявляются и при воспроизведении подростком воспринятого. Это может быть связано как с особенностями его психики, так и со слабым развитием, недостаточным словарным запасом.
Тактическими приемами преодоления этих трудностей являются:
а) активизация ассоциативных связей;
б) «оживление» памяти путем предъявления доказательств;
в) допрос или проверка показаний на месте происшествия.
Данная категория свидетелей обычно доверяет следователю и, может быть и бессознательно, готова помочь в установлении истины. Вместе с тем это доверие и такая готовность чреваты возможностями подтвердить все, о чем его спрашивают. Поэтому вопросы, задаваемые несовершеннолетнему свидетелю (очевидцу), формулируются очень продуманно. Они должны быть краткими, четкими и не содержать в себе никакой подсказки, никакого внушения.
При допросе несовершеннолетних свидетелей, участвовавших в общественно опасных деяниях, дело в отношении которых прекращено, может быть применена та же тактика допроса, что и в отношении несовершеннолетнего обвиняемого, с которым они весьма близки по содеянному.
Такие свидетели, как правило, не отрицают своего участия в совершенном преступлении, однако показания о других лицах дают неохотно, в особенности если ими являлись взрослые или подростки, старшие по возрасту. Преодолевать подобное нежелание следует путем разъяснения необходимости раскаяться и активно помогать следствию, что имеет важное значение для судьбы свидетеля в дальнейшем, а также для перевоспитания его товарищей. В ходе допроса могут быть продемонстрированы некоторые доказательства, свидетельствующие об осведомленности следователя о происшедшем событии. Рекомендуется также постановка детализирующих вопросов для уточнения фактов, упомянутых, но не изложенных детально другими несовершеннолетними, проходящими по делу.
При подготовке и проведении допроса свидетелей, не достигших возраста уголовной ответственности, необходимо дифференцировать их на две группы. Первая — это те подростки, которые совершили преступление впервые, обычно под чьим-то влиянием. Обычно они дают правдивые показания, и задача следователя состоит в том, чтобы расположить к себе этого «трудного» подростка, правильно определить круг обстоятельств, подлежащих выяснению, сформулировать должным образом вопросы, детализировать показания.
Вторую группу представляют подростки, неоднократно совершавшие правонарушения. Они менее откровенны, реже раскаиваются в содеянном, бравируют «славой» отчаянных, трудных, не поддающихся воспитанию. Для их изобличения должны быть использованы тактические приемы допроса несовершеннолетнего обвиняемого. Большую помощь может оказать педагог, пользующийся у них авторитетом (возможно, тренер детской спортивной школы, где они занимаются).
При допросе свидетелей из ближайшего окружения несовершеннолетнего обвиняемого следует учитывать факт их дружеских отношений. Нередко они образуют устойчивые группы, сформировавшиеся по признаку совместного проживания, по месту учебы (работы), проведению досуга.
В категории этих свидетелей немало лиц, утративших нормальные связи с семьей, школой, трудовым коллективом. Они вышли из-под социального контроля и по своим устремлениям являются единомышленниками обвиняемого. При их допросе можно получить много ценной информации о совершенных ими или другими подростками правонарушениях, которые не выявлены следствием к данному моменту. Немало может быть выявлено обстоятельств и из жизни и поступков обвиняемого, в частности, влияние со стороны взрослых лиц. Однако получить такую информацию далеко не просто. Свидетели данной категории связаны настоящей круговой порукой. Их необходимо убедить в том, что их «дружба», возникшая на почве нездоровых интересов, праздного времяпрепровождения, ничего общего не имеет с подлинной, когда человеку по-настоящему не безразлична судьба его друга и он готов ему помочь.
Следует учитывать и то, что проявляемая свидетелем скрытность может быть результатом запугивания его обвиняемым или иными членами группы. Свидетель может отмалчиваться и потому, что опасается возмездия за совершенные им проступки, которые еще не известны следствию. Все эти скрытые до поры до времени обстоятельства необходимо иметь в виду при допросе, стараясь проверить обоснованность таких предположений. Если в ходе допроса будут выявлены факты противоправного поведения свидетеля, следователь должен разъяснить ему, что хотя в его действиях нет состава преступления, но к нему могут быть применены меры воспитательного воздействия. Полезно при этом показать свидетелю на примере обвиняемого, к чему может привести подобное поведение.
Если в любой из приведенных выше групп имеются малолетние свидетели, то необходимо учитывать следующее. Дети до 14 лет, несмотря на склонность к фантазированию и повышенную внушаемость, очень наблюдательны. Они часто видят и запоминают такие подробности, которых не замечает взрослый человек. Это качество используют, обращая внимание допрашиваемого на детали и подробно фиксируя их б протоколе для последующей проверки.
Допрашивать малолетних свидетелей необходимо в привычной для них обстановке в присутствии педагога (воспитателя детского сада) и родителей, если последние не заинтересованы в исходе дела. Допрос ведется в форме беседы самим следователем или по его поручению педагогом (воспитателем). В процессе беседы на темы, близкие и понятные малолетнему, должны быть выяснены вопросы, интересующие следователя.
После допроса малолетнего составляется протокол с соблюдением требований ст. 190 УПК РФ.
При вызове и допросе несовершеннолетнего потерпевшего соблюдаются те же процессуальные требования, что и для свидетеля (ст. 191 УПК РФ).
Допрос потерпевшего в возрасте до 14 лет, а по усмотрению следователя в возрасте от 14 до 18 лет проводится с участием педагога. При допросе вправе присутствовать законный представитель несовершеннолетнего. Потерпевший в возрасте до 16 лет не предупреждается об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний (ст. 191 УПК РФ).
Несовершеннолетние потерпевшие обычно объективны в своих показаниях. Однако, готовясь к допросу и осуществляя его, необходимо помнить, что они заинтересованы в исходе дела, так как им причинен моральный, физический или имущественный вред. К тому же на правдивость показаний может влиять то обстоятельство, что в момент преступного посягательства они находились в состоянии стресса, испытывали чувство страха, неадекватно воспринимали происходящее. К тому же они думали не о том, как запомнить происходящее, а о самообороне и защите от посягательства.
Если было совершено половое преступление, то потерпевшая(ший) может умалчивать о некоторых обстоятельствах или даже отрицать их.
Нельзя не учитывать также и то, что на потерпевшего оказывают влияние (угрожают, стараются подкупить) родные, близкие, друзья обвиняемого. Все это определяет формулировки задаваемых ему вопросов и помогает наметить пути последующей проверки его показаний.
В соответствии со ст. 421 УПК РФ должны быть установлены условия жизни и воспитания несовершеннолетнего, а также влияние на него старших по возрасту лиц. В этой связи одним из обязательных действий является допрос родителей, законных представителей, педагогов, воспитателей, лиц, подозреваемых в вовлечении подростка в асоциальную и аморальную деятельность.
Допросами лиц, ответственных за воспитание несовершеннолетних выясняются условия жизни и воспитания подростка, определяются черты его личности. В ходе допросов могут быть установлены обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, определившие мотивацию преступного поведения, внушившие подростку представления о его безнаказанности.
Допрос лиц, ответственных за воспитание подростка, должен охватывать вопросы его физического и психического развития, условий быта, учебы, труда; сведения о его ближайшем окружении, увлечениях, интересах, времяпрепровождении. По результатам допросов и иных следственных действий может быть поставлен вопрос об ответственности родителей, педагогов за ненадлежащее воспитание несовершеннолетнего, в отношении родителей — за укрывательство, в отношении взрослых лиц — за вовлечение в преступную деятельность, в антиобщественную деятельность, пьянство, в занятие проституцией, склонение к употреблению наркотиков.
В первую очередь из числа указанных лиц следователь вступает в контакт с родителями, в особенности если подозреваемый несовершеннолетний задержан и заключен под стражу. Если нет возможности допросить родителей по всем вопросам в полном объеме, необходимо хот.» бы побеседовать с ними, объяснить, за совершение каких действий задержан подросток, заверить их в объективности проводимого следствие и разъяснить, как важны их правдивые показания, в частности, чтобы установить причины совершенного преступления и определить меры дальнейшего воспитания.
Допрашивать следует обоих родителей, так как они могут по-разному относиться к проблеме воспитания их ребенка, быть неодинаков: информированы о его жизни.
Для обеспечения полноты допроса лиц, ответственных за воспитание несовершеннолетнего, целесообразно последовательно касаться вопросов, связанных со сведениями: о составе семьи, условиях для учебы и отдыха подростка, его успеваемости; круге товарищей, как и с кем он проводит свободное время; как родители контролируют свободное время подростка; как он учится и ведет себя в учебном заведении, по месту работы, по месту жительства; выпивает ли, как давно, кем приучен к спиртному; другие потребности и интересы, проступки, совершенные ранее и принимаемые меры в школе, другом учебном заведении, дома, убегал ли из дома, уходил ли на ночь, как реагировали родители; отношения подростка с коллективом (школы, работы); отношения родителей друг к другу и к подростку; какой информацией они располагают о совершенном преступлении; содержание разговоров с подростком по этому поводу; времяпрепровождение в день, когда было совершено преступление, поведение подростка после этого (если он не был задержан).
Практика расследования преступлений свидетельствует о том, что большинство родителей, несмотря на явную заинтересованность в судьбе их ребенка дают на следствии объективные показания. Даже если они пытаются преуменьшить значимость отрицательных моментов в поведении подростка и свою ответственность за это, все же существенного искажения фактов они, как правило, не допускают, по-видимому понимая, что эти факты могут быть установлены и из других источников. Отсюда следует, что огульный скепсис к доказательственной силе показаний родителей не имеет достаточных оснований.
Допрос педагогов, воспитателей (школ, профтехучилищ) позволяет получить данные об особенностях психофизического развития подростка, его характере, потребностях, интересах, связях, проявлениях возрастных особенностей. Эти лица могут быть осведомлены о моральной атмосфере в семье, взаимоотношениях родителей, условиях жизни и воспитания подростка, причине появления антиобщественных взглядов привычек, наклонностей. Показание учителей и воспитателей обычно более объективны, чем родителей.
Согласно ст. 421 УПК РФ при производстве предварительного расследования и судебного разбирательства по уголовному делу о преступлении, совершенном несовершеннолетним, должно быть обращено особое внимание на установление психологических особенностей личности подростка, а если имеются данные об его отставании в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, устанавливается также, мог ли несовершеннолетний в полной мере сознавать фактический характер и значение своих действий либо руководить ими.
Юридическое понятие «отставание в психическом развитии» не сводимо лишь к интеллектуальному недоразвитию, а включает в себя также признаки нарушения или задержки личностного развития. В связи с этим в своем полном значении оно соответствует понятию «общее недоразвитие личности». Отставание в психическом развитии может быть вызвано, по мнению специалистов, биологическими факторами (включая интоксикационные и иные вредности) или социально-культурными (например, педагогическая запущенность). Ни одна из этих причин не предопределяет отставание в психическом развитии как обязательный результат, но и не должна оставаться без внимания при оценке состояния общего развития личности конкретного подростка.
Изучение следственно-судебной практики показывает, что весьма часто в материалах уголовных дел о преступлениях несовершеннолетних содержатся данные о недостаточности правильного педагогического воздействия на несовершеннолетнего либо данные о личностной незрелости подростка. Эти данные позволяют предположить, что несовершеннолетний отстает в психическом развитии. Как правило, в таких случаях следователем назначается судебно-психиатрическая экспертиза, на разрешение которой ставятся лишь вопросы о том, является ли подросток вменяемым, не страдает ли он наркоманией или алкоголизмом и не нуждается ли в принудительном лечении от них. В подобных случаях несовершеннолетние, как правило, признаются вменяемыми, но при этом нередко эксперт-психиатр указывает, что подростки обнаруживают признаки умственного недоразвития. Однако на этом изучение особенностей психики таких подростков-правонарушителей, обнаруживших отставание в психическом развитии, зачастую заканчивается, несмотря на то, что их личность и поведение требуют дальнейшего анализа с использованием специальных знаний уже в области психологии.
Что касается когнитивных нарушений психики (олигофрении, а также умственной отсталости, вызванной органическим поражением головного мозга и т.п.), то подросткам свойственны заторможенные реакции, замедленное восприятие информации и ее обработка в сознании. Подросток привык к тому, что он хуже, чем другие понимает сказанное, зачастую боясь в очередной раз быть названным «глупым», «дебилом», «зпр «, не переспрашивает, не просит объяснить непонятные слова, вопросы, не вдумываясь в содержание, подписывает протокол допроса и т.п.. Особенно осторожно необходимо беседовать с данными лицами при получении информации, т.к. они, легко попадая под влияние более сильной личности, могут давать показания под воздействием последних, даже не осознавая их неправильного содержания. Постановка вопроса данным лицам должна быть предельно четкой и ясной, нельзя использовать незнакомые слова и выражения, недопустимо пользоваться сложными фразами и наводящими предложениями.
Нарушения при проведении допросов способствуют тому, что, выдвигая в судебном заседании версию об имевшем место в ходе предварительного расследования значительном давлении на обвиняемого, адвокаты находят ей подтверждение, демонстрируя суду явную неспособность лица, страдающего, скажем, олигофренией, давать последовательные показания, его затруднения в подборе слов для выражения собственных мыслей и сравнивают данные в суде показания с показаниями данными в ходе следствия типа «Украденная нами аптечка была полностью укомплектована» или «Я неоднократно требовал прекратить нанесение побоев Жене».
2.2 Особенности тактики допроса лиц с психическими отклонениями
Прежде чем рассмотреть особенности тактики допроса лиц с психическими отклонениями, необходимо разобраться в понятии невменяемости и дефекта психики (психических недостатков).
В практике встречаются случаи, когда обстоятельства расследуемого преступления обусловливают версию о психической неполноценности виновного: совершении посягательства невменяемым или лицом с дефектами психики. Встречаются и ситуации, когда обвиняемые симулируют психическое заболевание с тем, чтобы избежать уголовной ответственности. На мысль о психической неполноценности наталкивают и серийные преступления, совершаемые на сексуальной почве или явно безмотивные.
Всякое обоснованное сомнение в душевном здоровье подозреваемого или обвиняемого требует тщательной проверки, поскольку, как известно, лицо, признанное невменяемым, не может нести ответственность за свои действия, поскольку отсутствует субъективная сторона состава преступления.
По своей внешней стороне общественно опасные деяния невменяемых аналогичны объективной стороне того или иного состава преступления и могут повлечь за собой такие же последствия: смерть, тяжкий вред здоровью, значительный ущерб имуществу. Опасность представляют собой и лица, их совершившие.
Понятие невменяемости сформулировано в ст. 21 УК РФ. В этой статье определены два критерия определения невменяемости — юридический и медицинский. Первый сформулирован как неспособность отдавать отчет в своих действиях либо руководить ими. Он содержит интеллектуальный признак (возможность отдавать себе отчет) и волевой (возможность руководить своим поведением).
В качестве второго указываются хроническое или временное психическое расстройство, слабоумие и иное болезненное состояние.
Наличие только одного медицинского или юридического критерия еще не дает права говорить о невменяемости. Например, слабоумие свидетельствует о наличии медицинского критерия, но если слабоумный, совершая преступление, все же мог осознавать характер своих действий и руководить ими, то он вменяем, поскольку отсутствует юридический критерий.
Юридический критерий не следует понимать формально. Известны случаи, когда психически больной сознает, что совершает преступление, принимает меры к сокрытию его следов, на следствии упорно защищается и в то же время страдает хроническим заболеванием, не позволяющим ему правильно оценить всю ситуацию. Поэтому о психическом заболевании нужно судить не по отдельным эпизодам, кажущимся вполне разумными, а по психическому состоянию и поведению лица в целом. Это особенно важно при кратковременных расстройствах психики, когда человек внешне выглядит совершенно здоровым, а его поступки — осознанными.
Вопрос о вменяемости или невменяемости решается только в отношении конкретного и доказанного общественно опасного деяния. Он должен быть разрешен даже в отношении лица, уже признанного невменяемым по другому делу.
Временные психические расстройства начинаются внезапно, протекают на фоне измененного сознания при бурном двигательном возбуждении и агрессивном поведении, непродолжительны и также внезапно заканчиваются, после чего наступает упадок физических и психических сил, а иногда и сон с последующим полным восстановлением психического здоровья. Такого рода расстройства иногда именуют исключительными состояниями. К их числу относят патологический аффект, патологическое просоночное состояние, патологическое опьянение. Все они характеризуются помрачением сознания, резким аффективным напряжением, агрессивностью и последующей полной или значительной амнезией. Совершение общественно опасного деяния в подобном состоянии отвечает медицинскому критерию невменяемости. Вопрос об их юридической невменяемости решает, разумеется, суд.
От невменяемых следует отличать вменяемых лиц, которые во время совершения преступления в силу психического расстройства не могли в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий или в полной мере руководить ими (ст. 22 УК РФ).
К числу таких психических расстройств, не исключающих вменяемость, относят:
дебильность, т. е. легкую степень врожденного слабоумия,
реактивные состояния — неврозы и реактивные психозы — временные нарушения психической деятельности, как правило, результат перенесенных психических травм;
эпилепсия. Это хроническое заболевание, но тяжесть и глубина его различны. Эпилептики без глубоких изменений личности, совершившие преступление в обычном состоянии, а не в период болезненного приступа, как правило, признаются вменяемыми, так как в тот период могли осознавать свои действия и руководить ими;
психопатия, т. е. патология эмоционально-волевой сферы. Встречаются следующие формы психопатий: психопаты возбудимой формы (повышенная эффективность, злобность, частые взрывы гнева и неистовства по ничтожному поводу, агрессивность); психопаты истерической формы (неожиданная агрессия, немотивированные и импульсивные действия); параноические психопаты (подозрительность, агрессивность, сутяжничество); сексуальные психопаты — лица со стойкими сексуальными извращениями (содомия, некрофилия, фетишизм, эксгибиционизм) и др.;
психофизический инфантилизм, характеризующийся сохранением в зрелом возрасте особенностей, свойственных детству;
хронический алкоголизм, влекущий соматические и нервно-психические расстройства.
Признанные вменяемыми, лица с подобными расстройствами психики могут быть подвергнуты по суду принудительным медицинским мерам. Наличие таких расстройств учитывается не только судом при назначении наказания, но и обуславливает особенности допроса лиц этой категории.
Особое значение в данной ситуации имеют допросы — потерпевших, свидетелей-очевидцев, родных, сослуживцев, иных знакомых.
При допросе потерпевших и свидетелей-очевидцев выясняются все подробности совершенного против них или при них деяния: что могло быть побудительным мотивом, что делал и как вел себя правонарушитель до, во время и после деяния, какие особенности его поведения обратили на себя внимание допрашиваемого, в чем они заключались; как реагировал правонарушитель на оказанное ему сопротивление, уговоры; имели ли какие-либо особенности его речь, возгласы, мимика, телодвижения и т. п. Если личность правонарушителя известна потерпевшему или свидетелям, то должно быть выяснено все, что они знают или предполагают о его психическом состоянии. Если личность этого человека неизвестна, но допрашиваемые высказывают мнение о его психической неполноценности, то по указанным ими приметам надлежит произвести оперативную проверку по психоневрологическим учреждениям, где лицо с такими приметами может стоять на учете.
Психическое состояние подозреваемого — основной предмет допроса его родных, сослуживцев и знакомых. Следователь получает возможность подробно выяснить не только образ жизни этого лица, но и какие болезни или травмы оно перенесло, находилось ли на излечении в психоневрологическом лечебном учреждении, в каком именно, когда, с каким диагнозом было выписано; не совершал ли подозреваемый ранее общественно опасных деяний, если совершал, то какие именно, с какими последствиями, не подвергался ли лечению и т. п.
У подозреваемого должны быть произведены обыски — по месту жительства, рабочего места, а при необходимости у его связей. Цели обыска — поиск орудий общественно опасного деяния, медицинских и иных документов, свидетельствующих о его душевной болезни, специальной литературы по психиатрии, старых рецептов на психотропные лекарственные средства и т. п. О душевном заболевании могут свидетельствовать коллекционные предметы (фетишизм), рисунки, исполненные в необычной манере, стихи, Определенное значение могут иметь и действия обыскиваемого во время обыска: истерические реакции, суетливость или агрессивность и др.
Очень важную информацию может дать допрос задержанного правонарушителя. Однако при этом надо иметь в виду, что его психическое состояние нередко исключает производство подобных следственных действий, допуская лишь те из них, где ему отводится пассивная роль — предъявление его для опознания, получение некоторых образцов для сравнительного исследования, освидетельствование и т. п.
Если препятствий к допросу задержанного нет, то к нему надлежит тщательно подготовиться: проанализировать доказательства и оперативные данные, продумать содержание и последовательность вопросов, посоветоваться с психиатром о средствах эмоционального и логического воздействия на допрашиваемого.
Обвиняемые, которые ранее были судимы, как правило, не скрывают своей психической неполноценности. Реже других об этом по собственной инициативе сообщают страдающие дебильностью. Часто душевнобольные, не называя своего заболевания, жалуются на плохую память, слабые нервы и т. п.
При допросе задержанного, когда у следователя имеются обоснованные предположения о его психической болезни, важно выяснить:
1) нет ли у допрашиваемого каких-либо болезненных проявлений, считает ли он, что болен и чем именно, как давно и в чем состоит его заболевание;
2) если допрашиваемый заявляет о психической болезни, то как давно он болен, где лечится, состоит ли на учете и если да, то где;
3) что он может показать о содеянном, когда у него возник замысел его совершить, как он к этому готовился, рассказывал ли кому-либо о своих планах, не надоумил ли его кто-либо сделать это, кто конкретно, при каких обстоятельствах, не обещал ли какое-либо вознаграждение;
4) какие чувства испытывал после содеянного, кому рассказывал о нем; не совершал ли ранее чего-либо подобного, если да, то что именно, когда и при каких обстоятельствах.
Данные о психической болезни допрашиваемого, перенесенных травмах, ненормальности поведения как до, так и во время и после совершения общественно опасных действий, явно неадекватная реакция на окружающую обстановку, поведение в быту, с сослуживцами и т. п. служат основанием для назначения судебно-психиатрической и других видов экспертизы. Так, судебно-почерковедческая экспертиза может установить признаки, свидетельствующие о патологических изменениях почерка, характерных для душевнобольных; автороведческая экспертиза позволяет выявить признаки болезненного расстройства письменной речи; признаки расстройства эмоциональной сферы может выявить искусствоведческая экспертиза.
При установлении степени умственной отсталости несовершеннолетнего выясняется не просто соответствие уровня развития подростка возрастной норме. Диагностика отклонений в психическом развитии подростка является лишь первым этапом экспертной оценки.
Второй и основной этап состоит именно в решении вопроса о том, мог ли несовершеннолетний, обладающий установленными возрастными особенностями психики, в ситуации совершения инкриминируемого ему преступления полностью сознавать фактический характер своих действий и руководить ими.
Решение этого главного вопроса в случаях психической отсталости, не связанной с душевной болезнью, осуществляется на основании степени отклонения реального уровня психического развития несовершеннолетнего от существующих возрастных стандартов. При этом возможны три варианта ответов:
несовершеннолетний в полной мере мог сознавать значение своих действий и руководить ими;
несовершеннолетний не в полной мере мог осознавать фактический характер своих действий и руководить ими;
несовершеннолетний не мог сознавать значения своих действий и руководить ими.
При втором варианте заключения эксперта наличие умственной отсталости у несовершеннолетнего, как представляется, должно быть учтено судом в качестве смягчающего его ответственность обстоятельства при назначении вида и размера наказания.
Третий вариант ответа, как правило, связан с наличием психической патологии и, по существу, означает признание подростка невменяемым, что, как было отмечено выше, влечет прекращение в его отношении уголовного преследования в связи с отсутствием состава преступления.
2.3 Особенности тактики допроса иностранных граждан
Особенности тактики допроса иностранных граждан обусловлены правовым положением иностранцев в России, возможным языковым барьером, некоторыми психологическими факторами: необычностью обстановки для иностранца, недостаточным знакомством с образом жизни, правилами поведения, обычаями, традициями и законами нашей страны, порядком судопроизводства. Следует иметь в виду еще одно немаловажное в психологическом плане обстоятельство: многие граждане стран ближнего зарубежья, находясь в России, еще не чувствуют себя в полном смысле иностранцами, внутренне они еще «свои», что порой отражается на их поведении и поступках. Этот феномен «своего» может проявиться и в действиях сотрудников правоохранительных органов: в игнорировании необходимых правил общения с иностранцами в процессе дознания или предварительного следствия, консульских учреждений этих стран и т. п.
Согласно уголовно-процессуальному законодательству российские органы, ведущие производство по уголовным делам, вправе осуществлять процессуальные действия в отношении всех, кто находится на территории РФ, в том числе граждан из других государств и лиц без гражданства. Однако из этого общего правила сделаны некоторые исключения, например, в отношении иностранных граждан, пользующихся правом дипломатической неприкосновенности.
Под иностранцем в соответствии с принципами международного права понимают всякое лицо, находящееся на территории данного государства, но состоящее в гражданстве или подданстве другого государства (при республиканской форме правления иностранец считается гражданином, а при монархической — подданным). Иностранец должен иметь в подтверждение своего гражданства (подданства) национальный паспорт или заменяющий его документ. Человек, который не является российским гражданином, проживает на территории России, но не имеет доказательств принадлежности к иностранному государству, признается лицом без гражданства (апатридом).
В соответствии с Конституцией РФ допускается двойное гражданство, что не освобождает его носителя от обязанностей, вытекающих из российского гражданства, если иное не предусмотрено законом. Иностранцы пользуются в России правами и несут обязанности наравне с российскими гражданами, кроме случаев, установленных законом. Это, помимо прочего, означает одинаковый принцип уголовной ответственности. Исключение предусмотрено ч. 4 ст. 11 УК РФ: «Вопрос об уголовной ответственности дипломатических представителей иностранных государств и иных граждан, которые пользуются иммунитетом, в случае совершения этими лицами преступления на территории Российской Федерации разрешается в соответствии с нормами международного права».
УПК РФ содержит понятие «право дипломатической неприкосновенности» (ч. 2 ст. 3), определяет группы иностранцев, обладающих иммунитетом от уголовной юрисдикции России.
Иностранцы, прибывшие в Россию в качестве туристов или для участия в спортивных соревнованиях, фестивалях и т. п., а также участники научных конференций, симпозиумов, аспиранты, студенты, практиканты, сотрудники иностранных банков, предприятий, специалисты и рабочие по договорам не пользуются никакими привилегиями и иммунитетом от российской юрисдикции.
При возбуждении уголовного дела против иностранца или в случаях, когда потерпевший — иностранец, решается (помимо обычных) ряд специфических вопросов: правовой статус иностранца, законность пребывания в России, определенные сроки законного пребывания.
При возбуждении уголовного дела требуется выяснить, владеет ли иностранец русским языком, в какой степени и не нуждается ли в переводчике, на каком языке предпочитает давать объяснения, показания — на русском, родном или ином языке. Если показания будут даваться не на русском языке, немедленно приглашается переводчик и все процессуальные действия проводятся с его участием. При этом переводчику обязательно разъясняются его права и обязанности, он предупреждается об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод по ст. 207 УК РФ; иностранцу разъясняют его право давать показания на избранном им языке и право отвода переводчика.
Помимо языкового барьера следует учитывать действие определенных психологических факторов, усложняющих расследование.
Находящийся в чужой стране иностранец может неадекватно воспринимать обстановку, испытывать недоверие к действиям правоохранительных органов, а иногда и просто не понимать их. Незнание правил российского судопроизводства может привести к противодействию с его стороны по добросовестному заблуждению о якобы незаконности решений и действий следователя. Следователю надлежит в подобных случаях разъяснять иностранцу его заблуждение, проявляя необходимые такт и терпение. Ему может способствовать в этом и участвующий в деле защитник.
Иностранец может быть предубежден по поводу существующего в нашей стране режима власти, иметь искаженные представления о правах и обязанностях российских граждан, порядке их ограничения и т. п. При установлении психологического контакта в подобных случаях ему необходимо обстоятельно разъяснить действительное положение вещей, доказать, что он заблуждается.
На организацию и тактику расследования существенно влияет и кратковременность пребывания иностранца в России, когда он проходит по делу в качестве потерпевшего или свидетеля. Необходимые следственные действия в этом случае должны быть проведены в высшей степени оперативно и настолько качественно, чтобы исключить необходимость их повторного проведения.
Особое значение имеет допрос иностранца — потерпевшего или свидетеля. При краткосрочном его пребывании в нашей стране он должен быть проведен оперативно, становясь фактически неотложным следственным действием. Время и место допроса определяются с учетом этого обстоятельства и местонахождения иностранца; так, возможно срочное направление отдельного требования о его допросе.
В литературе рекомендуется осуществлять вызов на допрос иностранцев, прибывших в страну в составе делегаций, туристических групп, морских круизов и т. п. через руководителей этих групп, делегаций. Учащиеся могут быть вызваны через администрацию учебных заведений, землячества и иные организации, в которые они входят. Пребывающие в России на постоянной основе специалисты и рабочие могут быть вызваны через администрацию фирм или учреждений. При этом следователь должен продумать вопрос о том, как иностранец, не знающий языка и города, сможет отыскать место допроса.
Помимо переводчика при допросе может присутствовать адвокат и, по просьбе допрашиваемого, сотрудник консульского или дипломатического представительства его страны. Все переговоры о месте, времени допроса с участием этих лиц ведутся руководителем следственного подразделения только через МИД.
Ходатайства иностранца-подозреваемого о присутствии на допросе дипломатического или консульского сотрудника рассматриваются в соответствии с гл. 15 УПК РФ. При полном или частичном отказе в удовлетворении ходатайства следователь обязан мотивировать это специальным постановлением; при удовлетворении ходатайства просьба о присутствии представителя направляется через органы МИДа. При необходимости провести повторный допрос процедура такого вызова повторяется.
Подготовка к допросу должна включать в себя составление плана. Целесообразно наиболее существенные вопросы заранее перевести на тот язык, на котором будут даваться показания, и, возможно, даже убедиться в адекватности перевода. Если предполагается предъявлять при допросе документы, то та часть их содержания, которая существенна для дела, также может быть заблаговременно переведена. То же относится и к вещественным доказательствам: заранее должен быть сделан перевод их наименований и обозначений на них, фрагментов протоколов осмотра или обыска, при котором они были обнаружены. Такой заблаговременный перевод обеспечит необходимый тактический эффект при внезапном для допрашиваемого предъявлении этих объектов.
Допрос иностранца целесообразно, помимо протокола, фиксировать с помощью магнитофонной или видеомагнитофонной записи. Это тем более важно при проведении очной ставки между иностранцами или с участием иностранца.
Решая вопрос об участии переводчика, следователь должен учитывать, что в наше время лица, проживающие в странах СНГ, могут не владеть языком места проживания, что характерно для русскоязычного населения этих (и других) стран. Естественно, что в подобных случаях они выражают желание давать показания на русском языке, и это должно быть зафиксировано в протоколе допроса.
Может возникнуть ситуация, когда следователь владеет языком, на котором желает давать показания иностранец. Закон не запрещает вести допрос на этом языке, если следователь владеет им свободно, что, разумеется, значительно упрощает общение с допрашиваемым, способствует установлению психологического контакта, доверительных отношений. Но при этом высказываются рекомендации составлять на данном же языке и протокол допроса, а впоследствии с помощью приглашенного переводчика перевести протокол на язык судопроизводства и приобщить независимый перевод к делу. Желание допрашиваемого давать показания через переводчика или без него обязательно отражается в протоколе допроса.
При допросе иностранца — свидетеля или потерпевшего, не пользующегося иммунитетом, следователь предупреждает его об уголовной ответственности за отказ от показаний и за дачу ложных показаний. Это предупреждение удостоверяется его подписью в протоколе допроса. Если допрашивается лицо, обладающее иммунитетом, то, очевидно, предупреждать его об ответственности за отказ давать показания не имеет смысла.
Что же касается ответственности за ложные показания, то это возможно, поскольку вопрос о такой ответственности будет решаться дипломатическим путем, т. е. предупреждение приобретает тактический смысл. Следует также иметь в виду, что присяга, принятая в ряде стран как средство подтвердить правдивость показаний, по законодательству России не допускается, что и должно быть разъяснено иностранцу.
Формулировка вопросов, которые задаются допрашиваемому после свободного рассказа, не должна допускать различных толкований. Следует избегать идиоматических выражений, пословиц и поговорок, смысл которых недоступен допрашиваемому и не может быть точно разъяснен при переводе.
Известные сложности возникают при проведении очной ставки. Ее участниками могут оказаться иностранцы, говорящие на разных языках, и в этом случае потребуются два переводчика и двойной перевод. Если же оба участника очной ставки говорят на одном языке, то следователь, не знающий этого языка, должен предупредить возможность сговора. Об этом необходимо сказать переводчику, вменив ему в обязанность пресекать всякое общение участников очной ставки друг с другом, минуя следователя.
Ознакомление обвиняемого иностранца с материалами законченного производства осуществляется по общим правилам с участием переводчика.
Глава 3. Фиксация хода и результатов допроса отдельных лиц
Основным средством фиксации хода и результатов допроса, в том числе и на очной ставке, является протокол (ст. 190 УПК РФ). Протокол допроса состоит из четырех частей: анкетной, в которой указываются необходимые сведения о личности допрашиваемого (фамилия, имя, отчество, год и место рождения, национальность, образование и т. п.): изложения свободного рассказа; записей поставленных допрашиваемому вопросов и его ответов; удостоверительной, в которой содержится отметка об ознакомлении допрашиваемого с записью показаний и удостоверение его подписью правильности протокола.
Кроме изложенного, протокол допроса должен содержать:
при допросе свидетеля и потерпевшего — отметку о предупреждении об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний, что подтверждается подписью допрашиваемого;
при первом допросе подозреваемого — отметку о разъяснении ему, в совершении какого преступления он подозревается;
при первом допросе обвиняемого — его заявление, признает ли он себя виновным;
при участии в допросе переводчика, эксперта, защитника, педагога, родителей или законных представителей несовершеннолетнего — указание их фамилий и иных необходимых данных, а также подписи всех участников допроса.
Показания протоколируются либо в ходе допроса, либо после его завершения. Лучше начинать вести протокол после того, как допрашиваемый дал показания в форме свободного рассказа. В тех случаях, когда предметом допроса является несколько событий (фактов), лучше записывать показания по частям, чередуя их получение и фиксацию в протоколе.
В ходе допроса лицо может по собственному побуждению или по предложению следователя выполнить те или иные чертежи, схемы, планы, рисунки, поясняющие его показания. Эти документы, удостоверенные подписями допрашиваемого и следователя, приобщаются к протоколу.
Для фиксации показаний наряду с протоколированием желательно применять средства звуко- и видеозаписи. Однако нужно иметь в виду, что нередки случаи, когда у допрашиваемого, изъявившего готовность все рассказать, после предупреждения об использовании этих технических средств резко меняется настроение, и в результате он дает уклончивые показания.
Протокол, имеющий три части — вводную, описательную и заключительную, — может быть написан от руки, напечатан на пишущей машинке или с помощью компьютера.
В соответствии с требованиями закона показания заносятся в протокол от первого лица и, по возможности, дословно. Это означает, что, протоколируя показания, следователь должен точно передавать их содержание, сохранять формулировки и выражения, свойственные речи допрашиваемого. Закон в настоящее время весьма кратко регламентирует порядок протоколирования показаний, предписывая лишь записывать их «в первом лице и по возможности дословно» (ч. 2ст.190 УПК РФ).
При этом в юридической литературе оценка этой нормы закона является весьма неоднозначной. Например, В.И. Смыслов пишет: «… следователь обязан сохранить в протоколе не только смысловое содержание показаний, но и все характерные выражения, обороты речи и другие индивидуальные выражения, присущие показаниям данного свидетеля. «Литературная обработка», «причесывание» показаний неизбежно связаны с искажением как содержания, так и особенностей стиля, поэтому они не допустимы». На практике приходится встречать самый широкий диапазон понимания этого положения: от скупых канцелярских выражений следователя до буквально дословных записей бранных и нецензурных выражений допрашиваемого. Однако, требование закона нельзя понимать буквально. Необходимо, чтобы в протоколе содержались данные, подлежащие установлению по делу и имеющие для него значение, то есть соответствующие признаку относимости доказательств. И ни для следователя, ни для судьи, ни для самого свидетеля не является принципиальным вопрос о стиле протокола.
Полагаю, что протокол, изобилующий бытовыми и жаргонными выражениями, говорит лишь об ограниченном лексиконе следователя, не способного объективно и грамотно изложить на бумаге рассказ свидетеля. Скажем, обязательным будет дословная передача в протоколе жаргонных или непристойных выражений в тех случаях, когда доказательственное значение имеет именно их формулировка. Удачным является приводимый пример, когда при осмотре кассового помещения по делу о краже со взломом был обнаружен закрепленный в пишущей машинке лист бумаги, на котором преступник напечатал различные непристойные предложения . Несомненно, действия следователя, записавшего в протоколе допроса признавшегося в совершении кражи подозреваемого фразу «Я напечатал на стоявшей в кассе машинке нецензурную брань», будут неправильными, поскольку большое доказательственное значение имеет именно дословное сообщение преступником напечатанного текста, который знает только он.
Так, при допросе свидетеля, наблюдавшего поведение преступника после убийства, следователь дословно записал следующие показания; «Федин вошел в ванную и стал мыть нож под проточной водой. Вымыв нож, я лично не увидел, куда он его дел». Причастный оборот, неверно употребленный допрашиваемым, буквально указывает на то, что нож мыл сам свидетель, а не преступник. Следователь же, не вдумываясь в значение записываемого и воспринимая лишь общий смысл полученной информации, внес в протокол буквальное выражение очевидца и тем самым дал возможность поставить показания свидетеля под сомнение.
Характерно, что практически во всех сборниках образцов процессуальных документов примерные тексты протоколов допросов написаны именно строгими фразами с использованием общеупотребительной лексики, иногда даже чересчур стереотипно. Чего стоит, например, такая фраза семнадцатилетнего обвиняемого; «Я не думал, что если не сделаю этого, последствием явится привлечение меня к уголовной ответственности». Очевидно, что в ходе реального допроса услышать подобное попросту невозможно.
Поэтому требование закона о «по возможности дословной» записи показаний следует расценивать как относящееся лишь к наиболее существенным словам и выражениям, несущим основную смысловую нагрузку, а также характеризующим личность допрашиваемого лица и особенности его восприятия.
При этом отнюдь не обязательно заносить в протокол каждое слово. Протокол представляет собой конспект, но без редактирования речи допрашиваемого, ибо в дальнейшем следователь может быть обвинен в искажении полученных показаний. Записывая показания, он должен их систематизировать, устраняя повторы и сведения, не относящиеся к делу.
Протоколируя показания несовершеннолетних, а в особенности малолетних, очень важно сохранить стиль их речи, поскольку в некоторые термины и выражения они вкладывают смысловое значение, отличающееся от общеупотребительного.
Ход допроса в стадии ответов на вопросы отражается в протоколе так: вначале записывается вопрос, а затем — ответ допрашиваемого. Если в процессе допроса предъявлялись доказательства или оглашались показания других лиц, а допрашиваемому предлагалось дать объяснения, это также отражается в протоколе.
В заключительной части фиксируются сведения об ознакомлении допрашиваемого с протоколом допроса. Если допрошенный или иной участник следственного действия отказывается подписать протокол, об этом в нем делается отметка, заверяемая подписью следователя. В то же время лицу, отказавшемуся от подписи, должна быть предоставлена возможность дать пояснения о побудительных мотивах отказа, что также заносится в протокол.
Когда показания даются посредством знаков, например при помощи азбуки глухонемых, акцент следует делать на этих жестах допрашиваемого, а во время сурдоперевода в кадре должен быть еще и переводчик. Впоследствии это облегчит проверку правильности перевода, если это потребуется. При фиксации очной ставки в кадре необходимо держать обоих участников.
Фонограмма и видеопленка прилагаются к протоколу следственного действия; их значение состоит еще и в том, что они восполняют недостатки письменной формы фиксации показаний, которая не позволяет адекватно отразить обстановку допроса или очной ставки, а это, в свою очередь, дает основания заинтересованным лицам поставить под сомнение достоверность полученных доказательств.
Заключение
Допрос — распространенный способ получения доказательств, но и в то же время — сложнейшее следственное действие, как с точки зрения уголовно-процессуального законодательства, психологии, так и с точки зрения криминалистической тактики.
Следователю, прокурору чрезвычайно важно знать нормы уголовно-процессуального законодательства, поэтому в процессе написания дипломной работы были изучены требования уголовно-процессуального законодательства, регламентирующие производство допроса в стадии расследования. Во-первых, они являются одним из источников криминалистической тактики, во-вторых, именно указанные нормы регламентируют процедуру производства допроса, определяют, что можно и нужно и чего нельзя делать в ходе допроса, а в-третьих, одним из требований, предъявляемых к тактическим приемам, является их допустимость, то есть правомерность приемов допроса с точки зрения действующего законодательства.
Следуя решению целей и задач работы, были рассмотрены объективные закономерности поведения на допросе отдельных категорий лиц, а конкретно — несовершеннолетних, иностранных граждан, лиц с дефектами психики, была подобрана и изучена литература по теме работы.
На любой стадии производства допроса должна быть обязательно изучена личность допрашиваемого, так как для получения полных и достоверных показаний необходим индивидуальный подход к каждому допрашиваемому, что находит отражение в применении тактических приемов при производстве допроса, то есть методов установления психологического контакта с допрашиваемым, нейтрализации его негативной позиции и оказания на него психического воздействия допрашиваемого, и признаки личности допрашиваемого, и признаки допрашивающих лиц (например, должностное положение). В зависимости от вида допроса и особенностей личности допрашиваемого разработаны адресные тактические приемы и рекомендации по каждой из вышеперечисленных категорий лиц. По этой причине необходимо было изучить не только тактику производства различных видов допроса, в частности, тактику производства допроса свидетелей и потерпевших, подозреваемых и обвиняемых, экспертов, но и, проанализировав накопленные теорией и практикой материалы, выявить особенности криминалистической тактики при допросе отдельных лиц.
В целях повышения качества допроса очень важно учитывать рекомендации по допросу отдельных лиц. Так необходимо помнить об особенностях поведения различных категорий лиц при установлении психологического контакта с допрашиваемым, осуществлении тактико-психологического воздействия в ходе допроса.
При допросе несовершеннолетних лиц установление психологического контакта следователя с несовершеннолетним обвиняемым и поддержание его во время допроса зависит от организационных мер, проведенных при подготовке к допросу и непосредственно во время допроса; от профессиональных, нравственно-психологических качеств следователя; от личностных качеств несовершеннолетнего обвиняемого и глубины его социальной запущенности; от готовности несовершеннолетнего обвиняемого к общению и восприятию информации, исходящей от следователя. Необходимо учитывать специфику процесса формирования показаний несовершеннолетнего обвиняемого с учетом возрастных и психологических особенностей.
Производство по делам несовершеннолетних, как на предварительном следствии, так и на судебной стадии, имеет огромное значение. Так как в руках лиц участвующих в процессе, находится будущее несовершеннолетнего, т.е. объектом здесь является личность, чаще всего окончательно не сформировавшаяся, находящаяся в большой зависимости от окружения, среды, материального положения и морального климата в семье и т.д. И неизвестно, после отбытия наказания в исправительном учреждении, выйдет он хорошим человеком для общества или будет стоять на «другой стороне закона».
Следовательно, одной из важнейших задач должно являться не столько «изобличение и наказание виновного», сколько выявление и устранение причин и условий, способствовавших правонарушению.
При производстве по делам лиц, страдающих психическими аномалиями, необходимым представляется обязательное присутствие соответствующего специалиста, защитника. В судебно-психиатрической практике вопрос о дефектах психики исследуется при решении вопроса о вменяемости, при оценке возможности давать правильные показания, а также при определении особенностей поведения потерпевших. Однако дефекты психики, имеющиеся у отдельных преступников, представляют собой весьма сложное и многообразное явление и должны быть предметом исследования разных наук — уголовного права, процесса, криминологии, уголовно-исполнительного права, судебной психиатрии и криминалистики.
При рассмотрении особенностей производства по делам иностранных граждан, эта категория допрашиваемых была классифицирована на несколько групп, в зависимости от правового статуса, что позволило помимо общих положений и требований, для каждой группы выделить перечень специальных условий проведения допроса.
Все это позволит повысить результативность такого следственного действия, как допрос, определить правдивость и лживость показаний допрашиваемых, оценить их психическое состояние, сделать более доступной объективную оценку содержания допроса на следствии и в суде.
Содержащиеся в работе теоретические положения и практические рекомендации по проведению допроса отдельных лиц направлены на совершенствование деятельности по раскрытию и расследованию преступлений с учетом широкого использования возможностей науки.
Список использованной литературы
Нормативно-правовые акты:
Конституция Российской Федерации. — М.: Юрид. лит., 1993., 120 с.
Уголовный Кодекс РФ – М.: Проспект, 2000. – 160 с.
Уголовно-процессуальный Кодекс РФ от 18.12.2001 N 174-ФЗ (ред. от 30.12.2006) // Собрание законодательства РФ. — 2001. — №52. – 226 с.
Научная литература:
Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р. Криминалистика: Учебник / Под ред. Р.С. Белкина. – М.: Норма. 2006. – 990 с.
Александров А.С. Перекрестный допрос : учеб.-практ. пособие / А.С. Александров, С.П. Гришин. — М.: Проспект : ТК Велби, 2005. — 296 с.
Абраменкова В. С. Некоторые вопросы тактики и психологии допроса обвиняемого по существу обвинения/ В.С. Абраменкова // Юридический Вестник. — 2007. — № 4. – с.21-24.
Баев О.Я. Тактика следственных действии/ О. Я. Баев — 2-е изд. — Воронеж, 1995. -149 с.
Бастыркин А. Особенности допроса иностранных граждан на предварительном следствии/ А. Бастыркин // Законность. – 2004. — № 3. — С. 30-32.
Белоусов А.В. О степени дословности записи показаний в протоколе допроса/ А.В. Белоусов // Сибирский Юридический Вестник. — 2000. — № 2, с.37-38
Белкин Р.С. Профессия – следователь/ Р.С. Белкин– М., 1998. — с. 213.
Быховский И. Е. Допустимость тактических приемов при допросе/ И. Е. Быховский — Волгоград, 1989. — 350 с.
Васильев А.Н. Тактика допроса/ А.Н. Васильев, Л.М. Карнеева — М., 1990. – 368 с.
Викторова Л.Н. Допрос и показания обвиняемого в свете презумпции невиновности/ Л.Н. Викторова // «Черные дыры» в Рос. законодательстве. – 2006. — № 1. — С. 85-87.
Волков В.Н. Психологические особенности проведения допроса в свете судебных реформ/ В.Н. Волков // Закон и право. – 2004. — № 12. — С. 29-33.
Допрос. Очная ставка: руководство для следователей / Под ред. Н. А. Селиванова и В.А. Снеткова. — М., 1998. — Гл. 18,19. – С. 48-62.
Деркач М. Алгоритмизация допроса в конфликтной ситуации/ М. Деркач // Мировой судья. — 2008. — № 7. — С. 8-10.
Дергай Б. И. Особенности расследования по делам невменяемых/ Б. И. Дергай — Волгоград, 1986. – 148с.
Еникеев М.П.. Юридическая психология/ М.П. Еникеев– М., 1999. –С.200-214.
Зорин Г.А. Психологический контакт при производстве допроса/ Г. А. Зорин — Гродно, 1986. – 189 с.
Зорин Г.А. Тактический потенциал следственного действия: Учеб. пособие/ Г.А. Зорин — Мн.: БГУ, 1989. – 350 с.
Зорин Г.А. Многовариантные программы допросов: технологии построения и применения/ Г.А. Зорин — М. : Изд-во деловой и учеб. лит., 2005. — 336 с.
Зорин Г. А.Криминалистические алгоритмы допроса в интегративно-модульной тактике: Учеб.-метод. пособие/ Г.А. Зорин, М.Г. Зорина — Гродно: ГрГУ, 2001. -369 с.
Зорин Г.А. Руководство по тактике допроса/ Г.А. Зорин — М: Юрлитинформ, 2001. – 280 с.
Каневский Л.Л. Криминалистические проблемы расследования и профилактики преступлений несовершеннолетних/ Л.Л. Каневский — Красноярск, 1991. – 287 с.
Корчагин А.Ю. О тактике допроса подсудимого, потерпевшего и свидетелей в суде/ А.Ю. Корчагин // Рос. юстиция. – 2007. — № 4. — С. 59-61.
Крамарев А.Г. Особенности допроса граждан иностранных государств/ А.Г. Крамарев, В.П. Лавров — М., 1996. – 311 с.
Криминалистика: учебник / Под ред. проф. Р.С. Белкина – М.: НОРМА-ИНФРА, 1999. — 598 с.
Курс криминалистики: учебник / Под ред. проф. Р.С. Белкина – М.: ЮНИТИ, 2001, с. 600.
Криминалистика / Под ред. д-ра юр. Проф. Образцова В.А. – М.: Юрист, 1997, с. 451.
Криминалистика: Учебник (Под ред. проф. А.Г. Филиппова и проф. А.Ф. Волынского) – М.: «СПАРК», 1998. – 512 с.
Кузнецова С.В. Тактика допроса несовершеннолетних/ С.В. Кузнецова — М. : Экзамен, 2004. — 94 с.
Леви А. А. Звукозапись в уголовном процессе/ А.А. Леви — М., 1994. – 168 с.
Радаев В. В. Расследование преступлений, совершенных лицами с психическими недостатками/ В.В. Радаев — Волгоград, 1987. -220 с.
Радаев В.В. Расследование преступлений несовершеннолетних: Учебное пособие/ В.В. Радаев, М.В. Субботин — Волгоград, 1998. – 198 с.
Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей/ А.Р. Ратинов — М., 1997.-250 с.
Рыжаков А.П. Допрос: основания и порядок производства : науч.-практ. рук./ А.П. Рыжаков–Ростов н/Д : Феникс, 2006. -288 с.
Саморока В.А. Тактика допроса и стратегия поведения / В.А. Саморока // Рос. следователь. – 2005. — № 12. — С. 2-4.
Сокол Е.В. Особенности выявления признаков вовлечения несовершеннолетних в совершение преступления/ Е.В. Сокол // Право и справедливость в социальной практике современной России: Материалы науч. конф., 5 декабря 2005 г. – Краснодар: Краснодар. ун-т МВД России, 2006. – С.34-39.
Соловьев А.Б. Использование доказательств при допросе / А. Б. Соловьев. — М., 1981.- 311 с.
Соловьев А.Б. Использование доказательств при допросе на предварительном следствии/ А. Б. Соловьев — М., 2001. — 356 с.
Соловьев А. Б. Допрос на предварительном следствии/ А. Б. Соловьев, Е. Е. Центров — М., 1986. – 215 с.
Справочник следователя. Вып. 1: Практическая криминалистика: следственные действия. — М., 1990. – С.146-167.
Текутьев В.М. К вопросу об использовании свойств личности при допросе/ В.М. Текутьев // Научные труды аспирантов и докторатов Московского гуманитарного университета. Вып. 58. М., 2005. — С. 20-23.
Хайдуков. Н.П. Тактико-психологические основы воздействия следователя на участвующих в деле лиц / Хайдуков. Н.П. – Саратов, 1984. — с. 12.
Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология/ Чуфаровский Ю.В. – М.: Право и закон, 1997. – С.230-239.
Яблоков К. П. Криминалистическая методика расследования / Яблоков К. П. — М., 1985. – С. 211 – 245.
Криминалистика: Учебник /Под ред. проф. А.Г. Филиппова и проф. А.Ф. Волынского. – М.: СПАРК, 1998.- С. 228.
Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р. Криминалистика: Учебник / Под ред. Р.С. Белкина. – М.: Норма. 2006. – С. 319
Деркач М. Алгоритмизация допроса в конфликтной ситуации/ М. Деркач // Мировой судья. — 2008. — № 7. – С. 9.
Абраменкова В. С. Некоторые вопросы тактики и психологии допроса обвиняемого по существу обвинения/ В. С. Абраменкова // Юридический Вестник. — 2007. — № 4. – С.21
Бастыркин А. Особенности допроса иностранных граждан на предварительном следствии/ А. Бастыркин // Законность. – 2004. — № 3. – С. 30
Крамарев А. Г. Особенности допроса граждан иностранных государств/ А. Г. Крамарев, Лавров В.П. — М., 1996. – С.215
Сокол Е.В. Особенности выявления признаков вовлечения несовершеннолетних в совершение преступления/ Е.В. Сокол // Право и справедливость в социальной практике современной России: Материалы науч. конф., 5 декабря 2005 г. – Краснодар: Краснодар. ун-т МВД России, 2006. – С.34
Кузнецова С.В. Тактика допроса несовершеннолетних/ С.В. Кузнецова — М.: Экзамен, 2004. – С.12
Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р. Криминалистика: Учебник / Под ред. Р.С. Белкина. – М.: Норма. 2006. – С.601-606
Зорин Г.А. Руководство по тактике допроса/ Г.А. Зорин — М: Юрлитинформ, 2001. – С. 76.
Курс криминалистики: учебник / Под ред. проф. Р.С. Белкина – М.: ЮНИТИ, 2001, С.315.
Криминалистика / Под ред. д-ра юр. Проф. Образцова В.А. – М.: Юрист, 1997, С. 151.
Рыжаков А.П. Допрос: основания и порядок производства : науч.-практ. рук./ А.П. Рыжаков–Ростов н/Д : Феникс, 2006. – С. 89
Саморока В.А. Тактика допроса и стратегия поведения / В.А. Саморока // Рос. следователь. – 2005. — № 12. — С. 2-4.
Допрос. Очная ставка: руководство для следователей / Под ред. Н. А. Селиванова и В. А. Снеткова. — М., 1998. — Гл. 18,19. – С. 49.
Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р. Криминалистика: Учебник / Под ред. Р.С. Белкина. – М.: Норма. 2006. – С. 610-612.
Васильев А.Н. Тактика допроса/ А. Н. Васильев, Л. М. Карнеева — М., 1990. – С.201.
Зорин Г.А. Психологический контакт при производстве допроса/ Г. А. Зорин — Гродно, 1986. –С 76.
Волков В.Н. Психологические особенности проведения допроса в свете судебных реформ/ В.Н. Волков // Закон и право. – 2004. — № 12. — С. 29-33.
Корчагин А.Ю. О тактике допроса подсудимого, потерпевшего и свидетелей в суде/ А.Ю. Корчагин // Рос. юстиция. – 2007. — № 4. — С. 59-61.
Соловьев А.Б. Допрос на предварительном следствии/ А. Б. Соловьев, Е. Е. Центров — М., 1986. –С. 116.
Хайдуков. Н.П. Тактико-психологические основы воздействия следователя на участвующих в деле лиц / Хайдуков. Н.П. – Саратов, 1984. — С. 12.
Курс криминалистики: учебник / Под ред. проф. Р.С. Белкина – М.: ЮНИТИ, 2001, С. 431.
Деркач М. Алгоритмизация допроса в конфликтной ситуации/ М. Деркач // Мировой судья. — 2008. — № 7. — С. 8-10.
Каневский Л.Л. Криминалистические проблемы расследования и профилактики преступлений несовершеннолетних/ Л.Л. Каневский — Красноярск, 1991. – С.16-18.
Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР, (под редакцией В.М. Лебедева), М.:1997 г. С. 637.
Криминалистика: учебник / Под ред. проф. Р.С. Белкина – М.: НОРМА-ИНФРА, 1999. — С.345.
Криминалистика: Учебник (Под ред. проф. А.Г. Филиппова и проф. А.Ф. Волынского) – М.: «СПАРК», 1998. – С. 212.
Кузнецова С.В. Тактика допроса несовершеннолетних/ С.В. Кузнецова — М. : Экзамен, 2004. – С. 81.
Радаев В.В.Расследование преступлений несовершеннолетних: Учебное пособие/ В.В. Радаев, М.В. Субботин — Волгоград, 1998. – С. 167-173
Леви А. А. Звукозапись в уголовном процессе/ А. А. Леви — М., 1994. – С.78.
Сокол Е.В. Особенности выявления признаков вовлечения несовершеннолетних в совершение преступления/ Е.В. Сокол // Право и справедливость в социальной практике современной России: Материалы науч. конф., 5 декабря 2005 г. – Краснодар: Краснодар. ун-т МВД России, 2006. – С.34-39.
Радаев В.В.Расследование преступлений несовершеннолетних: Учебное пособие/ В. В. Радаев, М.В. Субботин — Волгоград, 1998. – С.111-112.
Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология/ Чуфаровский Ю.В. – М.: Право и закон, 1997. – С.230-239.
Еникеев М.П. Юридическая психология/ М.П. Еникеев– М., 1999. –С.200-214.
Зорин Г. А. Психологический контакт при производстве допроса/ Г. А. Зорин — Гродно, 1986. – С. 63-67.
Дергай Б.И. Особенности расследования по делам невменяемых/ Б.И. Дергай — Волгоград, 1986. – С.23-27
Радаев В.В. Расследование преступлений, совершенных лицами с психическими недостатками/ В.В. Радаев — Волгоград, 1987. –С.120-129.
Каневский Л.Л. Криминалистические проблемы расследования и профилактики преступлений несовершеннолетних/ Л.Л. Каневский — Красноярск, 1991. – С.227.
Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р. Криминалистика: Учебник / Под ред. Р.С. Белкина. – М.: Норма. 2006. – С. 932-934.
Криминалистика: учебник / Под ред. проф. Р.С. Белкина – М.: НОРМА-ИНФРА, 1999. — С.457
Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р. Криминалистика: Учебник / Под ред. Р.С. Белкина. – М.: Норма. 2006. – С.937-938.
Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р. Криминалистика: Учебник / Под ред. Р.С. Белкина. – М.: Норма. 2006. – С.627
Белоусов А.В. О степени дословности записи показаний в протоколе допроса/ А. В. Белоусов // Сибирский Юридический Вестник. — 2000. — № 2, С.37-38
Затраты, д.е.
6890 B
6840 C
3810 F
666A
Свидетельства того, что СДВГ представляет собой расстройство, которое может передаваться по наследству, были найдены в нескольких исследованиях. Ранние результаты изучения близнецов показали, что нормальный уровень активности ребенка контролируется генетически. Согласно таким исследованиям один из близнецов имел клинический диагноз гиперактивности, конкордантность МЗ-близнецов составила 10%, в то время как конкордантность ДЗ — только 17%. Но, поскольку исследование имело несколько существенных методологических проблем, в том числе малочисленность выбора, эти результаты следует интерпретировать с осторожностью.
(1)
(2)
(3)
(4)
, необходимое для того чтобы не было главных лепестков m-того порядка.
. Отсюда
При выборе ширины щели должен обеспечиваться 2-3-кратный запас на электрическую прочность по пробивному запасу напряженности поля для середины щели, где напряженность поля между ее краями Ещ максимальна.
и длину щели l
Используя условие для согласования (6) , выразим параметр х1 для продольных шелей из эквивалентной проводимости.
— определяющий уровень боковых лепестков относительно главного и ширину диаграммы направленности 2qо.
Где
(15)
После выполнения расчетов получил следующие результаты :
Зависимость напряженности поля от угловых координат представляет собой диаграмму напрвленности антенны и для данного случая будем определять функцией Чебышева 15 порядка используя формулу (12) , где 
КПД решетки излучателей определяется выражением 
Подставляя все полученные данные находим КПД :
из системы уравнения
-волновое сопротивление кабеля 75 Ом, 
— волновое сопротивление зонда
=0.751 см, тогда lo рассчитывают по формуле (21)
Определим xo из формулы 20 , получим
(25)
, где 
– любой уровень, 
– первый уровень ряда (за базу взят первый уровень ряда, то есть данные за 1996 г.).
, где 
– предшествующий уровень ряда.
, где 
– последний уровень ряда, n – количество уровней.
, где 
, где 
% (по этой формуле рассчитываются цепные, базисные и средний показатель).
% (по этой формуле рассчитываются цепные, базисные и средний показатель).
(3.1)
(3.2)
(3.3)
(5.1)
(5.2)
(5.3)
(5.4)
(5.5)
Таблица А.1 – Внебалансовые счета баланса АКБ «Приватбанк» на 01.01.2003
