Автор: admin

Министерство Образования Российской Федерации

Московский Государственный Лингвистический Университет

Факультет Гуманитарных и Прикладных Наук

Курсовая работа на тему:

«Государственное устройство Веймарской республики»

Научный руководитель: проф. Борисевич
Михаил Михайлович

Выполнил студент группы 123

Кац Дмитрий
Анатольевич

ПЛАН

стр.

Введение……………………………………………………………..2

1. Исторический аспект проблемы объединения Германии………4

2. Государственное устройство Веймарской республики…………7

а) неравноправие членов республики………………………13

б) недобровольность союза…………………………………15

в) усиление централизации государственной власти……..16

Заключение…………………………………………………………19

Список литературы…………………………………………………21

ВВЕДЕНИЕ.

Восьмая конституционная комиссия, которая состояла из представителей всех партий, в Национальном собрании начала заседать 4 марта
1919 года, когда рабочие Рура, Берлина и Средней Германии вели активные действия по отстаиванию своих революционных завоеваний. Национальное собрание работало над проектом конституции в течение трех с половиной месяцев в условиях полной секретности и отсутствия прямых контактов с общественностью.

Четвертый проект конституции, разработанный конституционной комиссией, состоял из 165 статей основного текста и 16 статей, которые содержали «переходные и заключительные определения». Веймарская конституция состояла из двух частей:

— 1 часть – Структура и задачи империи. В семи разделах этой части рассматривались вопросы государственного устройства, организации высших органов власти, законодательства, администрации, судопроизводства.

— 2 часть – Основные права и обязанности немцев. Пять разделов этой части посвящены правам и обязанностям отдельной личности, общественной жизни, положению школы и церкви, экономической жизни.

Этот проект конституции нес на себе отпечаток необычного внутреннего и международного положения Германии, которое было характерно для нее в середине 1919 года. Шедшая на убыль революционная волна периодически вспыхивала в разных местах, грозя слиться в единый поток.
Тяжелы были для Германии и последствия Версальского мира, которые неизбежно вели к обнищанию и эксплуатации трудящихся. В среде господствующих классов обострилось соперничество партий и групп за влияние и власть. Когда в июне 1919 года немецкие демократы ушли из правительства, они значительно ослабили позиции социал-демократов по отношению к основному партнеру – партии центра. К тому же социал-демократы катастрофически теряли сторонников в народе, а крупные магнаты капитала задумывались о том, что надо перенести центр тяжести на другую партию.

Все это обусловило то, что проект конституции был внутренне противоречивым, полным компромиссов и недоговоренностей. В частности такие вопросы, как территориальное переустройство Германии, положение церкви и школы, «социализации» и закрепления Советов» остались несогласованными.

Переход правых партий в оппозицию привел к тому, что при голосовании 31 июля 1919 года в Национальном собрании за конституцию было подано всего 262 голоса. Более 80 депутатов отсутствовало, 75 проголосовало против.

11 августа 1919 года Веймарская конституция была подписана президентом Эбертом, а 14 августа была опубликована и вступила в силу.

1. Исторический аспект проблемы объединения Германии.

Проблема национального единства Германии – это историческая проблема. Еще в средние века экономическое обособление германских государств сочеталось с их политической раздробленностью. Династические войны позволили Пруссии и Австрии (двум крупнейшим государствам) поглотить ряд мелких государств, но несмотря на это в середине XIX века Германия состояла из трех с половиной десятков отдельных государств. Революция 1848-
49 г.г. не решила проблему объединения Германии и идею национального единства, захватило прусское милитаристское юнкерство, которое стремилось подчинить себе всею Германию, а исполнителем этого стал Отто фон Бисмарк.
Еще Маркс и Энгельс отмечали «то, что Германия первоначально обретет единство в прусской казарме, является наказанием, ею вполне заслуженным»[1].

Подорвав основы Бисмарковской конституции в 1918 году, рабочий класс, требующий создания единой, неделимой Германии, натолкнулся на сопротивление реакционных сил. Позицию либеральной буржуазии по данному вопросу четко сформулировал М. Вебер, который отмечал, что для выбора унитарного или федералистического решения вопроса о государственном устройстве прежде всего важна экономическая организация будущего государства. Капиталистическая система хозяйства вполне может примириться с федерализмом. Ф. Энгельс по данному вопросу отмечал: «С одной стороны, необходимо покончить с делением на мелкие государства… С другой стороны, должна прекратить свое существование Пруссия… чтобы над Германией перестало тяготеть специфическое пруссачество»[2].

Несмотря на разносторонние взгляды на проблему объединения
Германии, многие партии объединял страх того, что любое радикальное преобразование усилит натиск прогрессивных сил против основ существующего строя. Лишь пролетарские революционеры были заинтересованы в полнейшей демократизации Германии и считали, что республика должна быть построена на основе широкого самоуправления с демократически избираемыми местными и областными органами власти. Поэтому с самого начала конституционных дебатов вопрос государственного устройства и территориального деления являлся предметом наибольших споров у членов буржуазно-юнкерской партии. Но это действительно была принципиальная проблема, которая была выдвинута революцией: сохранит ли Германия отдельные государства и федералистическую структуру, или будет создано единое (унитарное) государство. Решение этой проблемы связано с вопросом преодоления феодальной раздробленности и доведением до логического завершения буржуазно-демократических преобразований.

Несмотря на то, что республика сформировалась уже к 9 ноября 1918 г., консерваторы и буржуазные либералы признали этот факт лишь когда поняли, что революционный пролетариат не позволит реставрировать старый режим. Однако, они пытались всеми возможными способами сократить необходимые уступки демократическими требованиям.

Веймарская конституция получила название «Конституция Германской
Империи», на основании чего, первая статья конституции получила весьма странную формулировку: Германская империя является республикой. Споры в
Национальном собрании проходили и по вопросу о государственном флаге
(«имперских цветах»). Правые партии настаивали на сохранении черно-бело- красного, а демократы хотели возродить символ демократии 1848г., требовавшей германской единства (черно-красно-золотой). В итоге, идя на уступки правым партиям, в ст.3 конституции было установлено, что торговым флагом остается старый черно-бело-красный с «имперскими цветами» в верхнем углу.

Так, раздираемая недомолвками и несогласованностью Веймарская конституция определила жизнь Германии на ближайшие десять лет.

2.Государственное устройство Веймарской республики.

Структура органов власти и управления Веймарской республики несла на себе печать незаконченности буржуазно-демократических преобразований.

Первое место среди верховных органов власти занимало народное представительство, рейхстаг. Конституция определяла, что рейхстаг избирается путем всеобщих выборов сроком на четыре года, заседания его публичны, за исключением случаев, когда он он сам постановит иное.

Главной функций рейхстага объявлялась законодательная деятельность. Статья 68 устанавливала, что «имперские законы издаются рейхстагом». Для принятия закона было достаточно простого большинства, а для закона, изменявшего конституцию, требовалось квалифицированное большинство (2/3 голосов при участии в голосовании не менее двух третей депутатов).

Однако власть рейхстага была существенно урезана другими высшими органами власти — прежде всего рейхсратом, наследником бундесрата и преемником Комитета государств. Это был бюрократический орган, состоявший из членов правительств земель. Рейхсрат имел право «отсрочивающего вето»
(suspensives veto), мог опротестовать законы, принятые рейхстагом, которые в этом случае поступали на вторичное рассмотрение и нуждались в квалифицированном большинстве.

Влияние рейхстага на исполнительную власть, формально ему подотчетную, тоже было ограничено. Правда, согласно конституции, имперское правительство, состоящее из рейхсканцлера и министров, назначаемых и увольняемых президентом, нуждалось для своей деятельности в вотуме доверия со стороны большинства рейхстага. При внесении в рейхстаг законопроектов правительство обязано было предварительно согласовывать их с рейхсратом.

«Президент империи, – устанавливала статья 41 Веймарской конституции, – избирается всем немецким народом. Избран может быть каждый немец, которому исполнилось 35 лет». Президент избирался на 7 лет с неограниченным правом переизбрания. В его обязанности входило представительство империи в международно-правовых отношениях, назначение правительства и министров, принятие их отставки. Преимущественное положение президента по отношению к рейхстагу заключалось прежде всего в праве президента распустить рейхстаг и назначить новые выборы.

Рейхстаг не имел возможности сместить президента, но мог поставить на народное голосование вопрос о досрочном переизбрании президента, а также возбудить перед государственным судом обвинение против президента в
«преступном нарушении им законов и конституции», но для такого решения требовалось квалифицированное большинство.

Одним из важнейших источников силы президента было то, что он считался главой всей чиновничьей иерархии, имел право назначения и увольнения имперских чиновников и судей (ст.46). Другим источником его силы была армия, тоже подчиненная президенту, как верховному командующему всеми вооруженными силами республики (ст.47). Президент назначал также офицеров
(ст.46).

Но все же главные права президента были заключены в статье 48 конституции. Первая часть ее давала президенту право «союзной экзекуции», а вторая распространяла это право также и на действия против «внутренних врагов» буржуазного государства.

Второй абзац ст.48 гласил: «Президент империи может, если в
Германской империи общественная безопасность и порядок серьезно нарушены или подвергаются опасности, принять меры, необходимые для восстановления общественной безопасности и порядка, а в случае необходимости – вмешаться с помощью вооруженной силы. Для этой цели он может временно, полностью или частично, отменять основные права, установленные статьями 114, 115, 117,
118, 123, 124, 153.

Таким образом, президент мог одним росчерком пера отменить основные права граждан, гарантировавшиеся конституцией: свободу слова, печати, собраний и союзов, неприкосновенность личности, жилища, собственности и тайну переписки.

В положении президента и особенно в его диктаторских правах ясно проявилась подлинная классовая сущность Веймарской конституции. Здесь вышло на поверхность то глубокое антагонистическое противоречие между отрицающим демократию империализмом и стремящимися к демократии массами, которое пронизывало всю конституцию. Необходимость считаться с борьбой народных масс заставляла авторов конституции прибегать к маскировке буржуазной диктатуры различными демократическими завесами, чтобы в «нормальных» условиях осуществлять ее скрытно. Но страх перед тем, что народ может использовать даже ограниченные и формальные свободы и права для борьбы против основ капиталистического строя, побудил законодателей предусмотреть возможность использования диктатуры и в открытом, обнаженном виде.

Создавая и рекламируя представление о том, будто Веймарская республика является образцом «правового государства» ее создатели ссылались обычно на «независимость» судебной власти. В действительности это была такая же фикция, как и утверждение о «народовластии».

Конституция декларировала, что «судьи независимы и подчиняются только закону (ст.102).

Фактически несменяемость судей означала не что иное, как конституционное закрепление их бесконтрольности и безответственности перед народом.

Буржуазный суд республики лишь «изображал собою защиту порядка, а на самом деле был слепым, тонким оружием беспощадного подавления эксплуатируемых, отстаивающим интересы денежного мешка»[3].

Конституция предусматривала образование специальной
Государственной палаты (Staattsgerichtshof), которая должна была рассматривать жалобы против президента, рейхсканцлера и министров по обвинению в нарушении конституции, а также другие конституционные конфликты. Однако не этот судебный орган, а Имперский суд в Лейпциге играл в годы Веймарской республики видную роль. Он самочинно присвоил себе право проверки «конституционности» законов, принятых рейхстагом. И тем самым превратился в своего рода бюрократическую верхнюю палату, непредусмотренную конституцией.

Судьи Веймарской Германии были только одним из отрядов весьма многочисленной армии чиновников. Положение чиновничества как замкнутой касты закреплялось в конституции рядом специальных статей. Предложение о выборности было отвергнуто не только буржуазными партиями, но и социал- демократами.

Конституция устанавливала, что «чиновники назначаются пожизненно»
(статья 129), а увольнение, отстранение или перевод на другую должность может происходить только на основании закона. Чиновникам обеспечивалось также «свобода политических убеждений и свобода союзов», а с целью подчеркнуть их мнимую «надклассовость» и «надпартийность» специально говорилось, что «чиновники являются слугами всего общества, а не отдельных партий». Эта декларация не могла отменить того известного факта, что чиновничество было насквозь пропитано антидемократическим духом, связано тысячами нитей с правящей верхушкой.

В отношении органов власти и управления земель, а также местных органов Веймарская конституция устанавливала лишь общие принципы: земли должны иметь республиканскую конституцию, ландтаги избираются на основе всеобщего избирательного права, а правительства земель опираются на доверие ландтагов (ст.17).

Организация власти и администрации земель была неоднородной. В
Пруссии ландтаг избирался на четыре года, также здесь был Государственный совет (Staatsrat) из представителей провинциальных ландтагов. В других землях этого органа не было, а правительство участвовало в законодательстве. В Бадене, Гессене, Вюртемберге главой был президент, он же являлся и премьер-министром.

Различным было и административное деление земель. Пруссия делилась на 13 провинций, а те, в свою очередь, на округа, уезды, общины; Бавария имела восемь округов; Гессен – три провинции. В Пруссии провинции возглавляли обер-президенты, которые назначались прусским правительством, в то время как провинциальные ландтаги имели ограниченные функции. Во главе округов стояли государственные чиновники, во главе сельских уездов – ландраты, которые считались государственными чиновниками, хоть и избирались крейстагами. Местные органы самоуправления в сельских местностях имели общинное представительство, возглавляемое бургомистром или старостой, т.е. лишь в общине было самоуправление, а на уровне уездов, округов и провинций власть находилась в руках чиновников. Ноябрьская революция не уничтожила засилья бюрократии, а конституция не устранила органов власти, назначавшихся государством, не осуществив важнейшего условия действительной демократизации управления.

Для Веймарской республики было характерно всеобщее избирательное право, которое распространялось на выборы президента, ландтагов земель (на которые возрастной ценз не устанавливался); местные органы (для которых допускается ценз оседлости, не превышающий 1 год). Это право устанавливалось ст.22 конституции, в которой говорилось, что депутаты избираются всеобщей, равной, прямой и тайной подачей голосов на началах пропорционального представительства мужчинами и женщинами, достигшими 20- летнего возраста. Конституция установила и пропорциональную систему представительства (Германия была поделена на 35 избирательных округов).
Депутатские места распределялись соответственно числу голосов, поданных за какой-нибудь список. Однако, депутаты не были ответственны перед избирателями, а подчинялись только своей совести и не были связаны мандатами (ст.21).

Из всего вышесказанного видно, что Германия не стала подлинно единым (унитарным) государством. Это подтверждает и заглавие первого раздела Веймарской конституции, который назывался «Империя и земли».
Представитель немецкой народной партии Каль подчеркивал по этому поводу, что создаваемое этой конституцией государственное образование представляет собой не единое государство, а объединение государств.

Неравноправие членов республики.

Вопрос государственного устройства Веймарской республики долгое время оставался спорным для немецких юристов и историков. Постепенно установилась идея того, что Веймарская республика осталась «союзным государством», а земли были государствами, хотя и с ограниченным суверенитетом. Именно неравноправие ее членов прежде всего и характеризовало федералистическую структуру Веймарской республики. Земли, которые составляли Германскую республику, не являлись ни национальными, ни экономическими образованиями, несмотря на то, что население сохранило своеобразие местных обычаев, нравов, диалектов. Исторически эти земли складывались в результате цепи случайных обстоятельств, политики династий, захватов и войн. Некоторые карликовые земли не имели замкнутой территории, а небольшими частями входили в другие земли. Зато на территории Пруссии проживало почти 2/3 населения, здесь была широко развита промышленность и военная организация.

Планы территориального переустройства Германии встречали ожесточенное сопротивление. Принятый комиссией проект, допускавший образование новых земель без обязательного согласия всех заинтересованных правительств вызвал недовольство. Это привело к принятию компромисса между империей и землями и ст.18 конституции установила, что территориальные изменения существующих и создание новых земель в пределах Германской империи происходит путем имперского закона, изменяющего конституцию, что в прямом смысле означало, что никакое территориальное переустройство не возможно без согласия Пруссии.

Неравноправие проявлялось и в представительстве земель в рейхстаге. Пруссия здесь получила 2/5 голосов и дело не могло изменить даже включение в конституцию «антипрусской оговорки», которая предусматривала, что половину прусских голосов должны иметь представители прусских провинциальных управлений, а не прусское правительство. Итак, из 66 голосов в рейхстаге Пруссия имела 26, Бавария – 11, Саксония – 7, Вюртемберг – 4,
Баден – 3, Тюрингия, Гасен, Гамбург – по 2, остальные 9 земель по 1 голосу. Все это говорило о том, что ни одно решение не могло быть принято против воли Пруссии.

Недобровольность союза.

Второй характерной чертой Веймарской федерации являлась недобровольность союза. Это видно из положения об «имперской экзекуции», элементы которой почти полностью были перенесены из конституции 1871 г. в
Веймарскую конституцию. В ст.48 абзаце 1 было установлено, что если одна из земель не выполняет обязанностей, возложенных на нее конституцией или имперскими законами, президент империи может принудить ее к этому с помощью вооруженной силы. Это положение было направлено не против реакционных сил, которые пытались отделиться от Германии, а против революционного народа.
Социал-демократы откровенно заявляли: «Мы живем в переходное время… и ведь случалось уже, что правительство одной из земель… выступало против имперского правительства, имперских законов и временной конституции. Это требовало имперской экзекуции». Все это говорило о том, что приходилось считаться с применимостью ст.48. «Имперская экзекуция» была применена президентом Эбертом в марте-апреле 1920г. против тюрингинских земель, в которых возникла «угроза» перехода власти в руки рабочих Советов. В октябре
1923г. были выдвинуты вооруженные силы против рабочих Саксонии и Тюрингии под предлогом использования ими государственных средств не по назначению.

Усиление централизации государственной власти.

Следующей характерной чертой государственной устройства Веймарской республики являлось усиление централизации государственной власти и управления при сохранении федералистических форм.

Ст.5 определяла, что «государственная власть осуществляется по общеимперским делам органами империи на основании имперской конституции, а по делам земель – органами земель на основании их конституций». Однако, здесь надо отметить, что ст.13 устанавливала, что имперское право имеет преимущество перед правом земель.

К вопросам исключительного ведения империи относились: внешние сношения, вопросы гражданства и свободы передвижения, организация обороны, монетное и таможенное дело, почта, телеграф, телефон, т.е. все жизненно важные вопросы.

Веймарская конституция определила вопросы и конкурирующего права, т.е. те вопросы, которые могли быть предметом законодательства и ведения земель в случае, если центральные органы власти не использовали своих прав.
Это были вопросы, связанные с торговлей, банковским и биржевым делом, путями сообщения, правом и судопроизводством, здравоохранением и страхованием, промышленностью и горным делом, отчуждением и обобществлением собственности, кино, дорожным строительством и т.д.

В следующую группу вопросов входили те, по которым имперские власти издавать общие директивы обязательные для органов земель. Эти положения затрагивали положение школ и религиозных обществ, прав чиновников, землеустройства и т. д. (ст.10). В ст.9 отдельно оговаривалось право охраны общественного порядка и безопасности.

Значительное сопротивление со стороны капиталистов и землевладельцев южных земель, вызвала попытка ликвидировать резервные права Баварии, Саксонии, Бадена, Гессена и др. земель на сбор особых пошлин и налогов на предметы потребления. Этот вопрос был решен компромиссом, согласно которому сбор пошлин на потребление переходил в ведение имперского правительства (с.169), а оно было обязано «обеспечить землям охрану их особых интересов в сельском хозяйстве, торговле, ремесле и промышленности» (ст83).

Усилив централизацию законной власти, землям была предоставлена автономия в вопросах управления и администрации: «имперские законы приводятся в исполнение органами земель, если имперский закон не постановит иначе» (ст.14).

Усиление компетенции центральных органов империи и отмена ряда резервных прав государств, привело к тому, что Веймарская республика сделала значительный шаг в вопросе унитаризации государства, но решение данного вопроса не было доведено до конца. Буржуазные и социал- демократические деятели объясняли это тем, что Германия еще «не созрела» для полного единства. «Многие социал-демократические правители защищали, несмотря на все платонические поклоны перед идеей национального единства, партикулярные интересы с не меньшим рвением, чем это делали раньше династии»[4]. Однако, во время, когда реакционные силы в первые недели ноябрьской революции пребывали еще в растерянности, была возможность добиться превращения Германии в унитарное государство.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

Задачей Ноябрьской революции (которая решалась на фоне новой всемирно-исторической эпохи перехода от капитализма к социализму) являлось разрешение противоречий между миролюбивыми народными массами и силами германского империализма и милитаризма, которые были ответственны за войну и нищету в стране. Для этого было необходимо экспроприировать империалистическую буржуазию, юнкерство, уничтожить милитаризм провести демократизацию государственного строя и другие демократические преобразования. Но Веймарская конституция оказалась слаба, т. к. была сохранена монополистическая буржуазия и юнкерство, которые всегда были оплотом реакционных монархических и националистических сил.

Хотя Веймарская конституция и превратила Германию в буржуазно- парламентскую республику во главе с президентом, но подлинно единым
(унитарным) государством Германия не стала. Федеративность Германии была строго дозированной и это наглядно проявлялось в разграничении вопросов, находящихся в ведении империи и земель и в том, что конституция жестко устанавливала, что «имперское право имеет преимущество над правом земель».

Также федеративность Веймарской республики характеризовалась:

— недобровольностью союза;

— неравноправием членов союза;

— усилением централизации государственной власти и управления.

Доминирующее положение в республике занимала Пруссия, на территории которой проживало почти 2/3 населения и в рейхстаге она имела
2/5 голосов, так что ни одно решение не могло быть принято без ее согласия.

Хотя рейхстаг, как орган народного представительства, стоял на первом месте среди верховных органов власти, его власть значительно была урезана рейхсратом, который имел право «отсрочивающего вето» и мог опротестовывать законы, принятые рейхстагом. При внесении в рейхстаг законопроектов правительство обязано было предварительно согласовывать их с рейхсратом. Противопоставить свою власть рейхстагу по ряду вопросов мог и президент, власть которого многими чертами напоминала монархическую.
Президент мог распустить рейхстаг и назначить новые выборы.

Итак, в 1919г. Германия не стала подлинно унитарным государством, а сама Веймарская республика по мнению германского историка В. Руге была
«временной», т.к. реальная власть с самого начала была не в руках народа, как декларировала конституция, а в руках германских монополистов и их политических уполномоченных, которые не чувствовали себя уверенно при буржуазно-демократическом парламентарном строе.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Конституция Веймарской республики.

2. Л. В. Драбкин. Становление Веймарской республики. М., 1978.

3. Я. С. Овчинникова. Крах Веймарской республики в буржуазной историографии

ФРГ. М., Издательство Московского университета. 1983.

4. Всеобщая история государства и права. Под редакцией К. И. Батыра, М.,

«Былина», 1995.
————————
[1] Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т.17, с.272.
[2] Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т.22, с.222.
[3] Ленин В.И. Полное собрание сочинений, т.35, с.270
[4] Ф. Стамфер «Конституция, рабочий класс и социализм» с. 134.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ ВЛАСТИ И ВЛИЯНИЯ 5

1.1.Необходимость власти в управлении. 6

1.2. Баланс власти. 8

ГЛАВА 2. ФОРМЫ ВЛАСТИ И ВЛИЯНИЯ 11

2.1.Власть, основанная на принуждении. Влияние через страх. 11

2.2. Власть, основанная на вознаграждении. Влияние через положительное подкрепление. 14

2.3. Харизма. 15

2.4. Законная власть. Влияние через традиции. 17

2.5. Власть эксперта. Влияние через разумную веру. 19

Глава 3. Практическое использование власти и влияния в управлении предприятием. 21

3.1. Линейно-Функциональная структура управления Шпаковского ДРСУ.

21

3.2. Социально-психологический портрет руководителя. 23

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. 25

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 27

ВВЕДЕНИЕ

Работа менеджера сводится к тому, что он заставляет других делать что- то и так, как он этого хочет. Поэтому первостепенное значение здесь имеет эффективное использование статуса лидера, влияние и власти. Еще в XVII веке
Н. Макиавелли в своей работе «Принц» указывал, что власть и манипулирование ею являются рычагами управления государством.

Власть есть право, которым обладает человек вследствие того служебного положения, которое он занимает в организационной структуре.
Власть, если ее рассматривать с этой точки зрения, имеет межличностный характер и не имеет ничего общего с конкретным человеком, занимающим его положение.

Напротив, авторитет в большей мере персонифицирован и имеет отношение к умению человека добиваться выполнения задач путем оказания влияния на других людей. Таким образом, авторитет есть прямой результат воздействия личности на человека.

Известны примеры, когда высокопоставленные менеджеры, облеченные всеми правами, которые сопутствуют должности в коридорах исполнительной власти, имеют, по-видимому, мало авторитета или способности влиять на других. Есть также много людей, не имеющих формального права воздействовать на других, которые, тем не менее, становились чрезвычайно влиятельными.

Власть руководителя может принимать разнообразные формы. Так, по классификации Френча и Рейвена она имеет 5 основных форм:

1. Власть, основанная на принуждении. Исполнитель верит, что влияющий имеет возможность наказывать таким образом, который помешает удовлетворению какой-то насущной потребности или вообще может причинить какие-то другие неприятности.

2. Власть, основанная на вознаграждении. Исполнитель верит, что влияющий имеет возможность удовлетворить насущную потребность или доставить удовольствие.

3. Экспертная власть. Исполнитель верит, что влияющий обладает специальными знаниями, которые позволяют удовлетворить потребность.

4. Эталонная власть. Характеристики и свойства влияющего настолько привлекательны для исполнителя, что он хочет быть таким же, как влияющий.

5. Исполнитель верит, что влияющий имеет право отдавать приказания и что его долг подчиняться им.

Эти основы власти являются инструментом, с помощью которого менеджер может заставлять подчиненных исполнить работу, но и они же являются средствами, которые могут быть использованы неформальным лидером, обладающим авторитетом, чтобы помешать достижению целей организации.

Менеджер имеет власть над подчиненными, однако в некоторых ситуациях и подчиненные имеют власть над руководителем, т.к. последний зависит от них по таким вопросам, как необходимая для принятия решений информация, неформальные контакты с людьми в других подразделениях и т.п. Отсюда следует, что менеджер должен понимать и учитывать тот факт, что, поскольку подчиненные тоже часто обладают властью, то использование им в одностороннем порядке своей власти в полном объеме может вызвать у подчиненных такую реакцию, когда они захотят продемонстрировать свою собственную власть. Поэтому следует поддерживать разумный баланс власти, достаточный для достижения целей организации, но не вызывающий у подчиненных отрицательной реакции.

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ ВЛАСТИ И ВЛИЯНИЯ.

Влияние – это «любое поведение одного индивида, которое вносит изменения в поведение, отношения, ощущения и т.п. другого индивида».
Конкретные средства, с помощью которых одно лицо может влиять на другое, могут быть самыми разными: от просьбы, высказанной шепотом на ухо, до приставленного к горлу ножа. В условиях организации таким «ножом» могла бы быть угроза увольнения.

Один человек может также влиять на другого и с помощью одних лишь идей. К. Маркс, который никогда не имел никаких официальных полномочий ни в одной политической организации, никогда лично не использовал такое средство, как насилие, имел непреднамеренное влияние на ход событий 20-го столетия. Руководители должны оказывать влияние таким способом, который легко предсказать и который ведет не просто к принятию данной идеи, а к действию – фактическому труду, необходимому для достижения целей организации. Для того чтобы сделать свое лидерство и влияние эффективными, руководитель должен развивать и применять власть.

У широкой общественности понятие власти вызывает отрицательные эмоции с того самого момента, как Лорд Эктан сказал: «Власть имеет тенденцию развращать, а абсолютная власть развращает абсолютно».

Большинство людей связывает власть с насилием, силой, агрессией.
Такой взгляд на власть понять можно. В самом деле, в основе власти лежит грубая сила даже в высокоразвитых обществах, которые считают, что насилию место лишь в спорте или на телевидении. Но сила – вовсе необязательный компонент власти. В действительности, мы скоро узнаем, что кулак, даже в бархатной перчатке, в некоторых обстоятельствах может скорее уменьшить, а не увеличить власть.

Власть – это возможность влиять на поведение других.

1.1.Необходимость власти в управлении.

В дополнение к формальным полномочиям, руководителю требуется власть, т.к. он зависит от людей как в пределах своей цепи команд, так и вне ее.
Джон П. Коттер подчеркивает это, когда утверждает, что руководителю необходимо развивать власть, «потому что руководители всегда зависят от некоторых людей, которые им подчинены, и, во-вторых, потому что практически никто в современных организациях не примет и не будет полностью подчиняться непрерывному потоку его или ее приказов только потому, что он или она – начальник».

Во всех организациях для достижения эффективного функционирования необходимо надлежащее применение власти.

В различных подразделениях организации руководитель зависит от своего непосредственного начальства, подчиненных и коллег. Фактически эти группы представляют собой часть окружающей руководителя среды. Без содействия этих людей руководитель не может эффективно осуществлять свои функции. Многие руководители также напрямую зависят от людей и организаций, находящихся вне их собственной организации: поставщиков, заказчиков, конкурентов, регулирующих их деятельность ведомств и профсоюзов.

В идеальном варианте все эти люди и силы будут охотно сотрудничать с руководителем и предоставлять все необходимое для выполнения работы и достижения целей организации. К сожалению, реальный мир делает эту работу несколько сложнее.

Даже в том случае, когда руководитель обладает четко определенными полномочиями направлять усилия подчиненных, это не всегда оказывается возможным. Подчиненные могут отказаться выполнить просьбу руководителя, тем самым сводя на нет все его полномочия. Современные рабочие обычно гораздо более образованы и меньше согласны смириться с традиционной властью, чем их предшественники. Даже если такой проблемы не возникает, руководитель часто зависит от людей, которые ему формально не подчинены. Например, по части информации и услуг, линейный управляющий теперь все больше зависит от штабного управленческого персонала, над которым у него нет никакого контроля. В некоторых ситуациях у штабного персонала есть только совещательные полномочия и в осуществлении своих рекомендаций аппаратчики зависят от линейных руководителей.

Эта зависимость от факторов и людей, которыми нельзя управлять напрямую, является основной причиной трудности, которую испытывает руководящий персонал. Однако страдает не только чувства. Если руководитель не в состоянии эффективно взаимодействовать с этими многочисленными
“неуправляемыми” силами, он или она не может выполнять свою собственную работу, а это обязательно снизит эффективность, как индивидуального трудового вклада, так и деятельность всей организации.

Власть и влияние, инструменты лидерства являются фактически единственными средствами, которыми располагает руководитель для разрешения подобных ситуаций. Если руководитель не обладает достаточной способностью, чтобы влиять на тех, от кого зависит эффективность его деятельности, он или она не сможет получить ресурсы, необходимые для определения и достижения целей через других людей. Т.о. власть, хотя часто и неправильно используемая, является необходимым условием успешной деятельности организации. Как утверждает социолог Р. Бирстед, “власть стоит за каждой организацией и подпирает ее структуру. Без власти нет организации и нет порядка”.

1.2. Баланс власти.

Концепция зависимости также подтверждает несостоятельность еще одного распространенного мнения о власти.

Многим людям кажется, что обладание властью подразумевает навязывать свою волю, независимо от чувств, желаний и способностей другого лица. Если бы это было так, то назначенные руководители организаций всегда имели бы власть для оказания влияния, по крайней мере, на своих собственных подчиненных. Однако сейчас повсеместно признается, что влияние и власть в равной мере зависят от личности, на которую оказывается это влияние, а также от ситуации и способности руководителя. Не существует реальной абсолютной власти, т.к. никто не может влиять на всех людей во всех ситуациях.

В условиях организации, например, власть только отчасти определяется иерархией. Сколько власти имеет тот или иной человек, в данной ситуации определяется не уровнем его формальных полномочий, а степенью зависимости от другого лица. Чем больше зависимость от другого лица, тем больше власть данного лица. Это можно выразить следующей формулой: уровень влияния облеченного властью лица А на лицо Б равно степени зависимости лица Б от лица А.

Власть подчиненных.

Обычно руководитель имеет власть над подчиненными потому, что последние зависят от него в таких вопросах, как повышение зарплаты, рабочие задания, продвижение по службе, расширение полномочий и т.п. Однако в некоторых случаях подчиненные имеют власть над руководителем, т.к. последний зависит от них в таких вопросах, как необходимая для принятия решений информация, неформальные контакты с людьми в других подразделениях, чье содействие необходимо для руководителя, влияние, которое подчиненные могут оказывать на своих коллег и способность подчиненных выполнять задания. Ярким примером власти подчиненных над руководителем является исключительно благоприятные контракты, которые могут получить известные артисты и спортсмены. Их начальство, конечно, предпочло бы не выплачивать никому большие деньги, т.е. сумму, намного превышающую их собственный заработок. Однако у них почти нет выбора, т.к. их организация и, следовательно, они сами в большей степени зависят от этих лиц в достижении своих целей, а конкуренция популярных видов спорта очень велика.

Руководитель должен сознавать, что поскольку подчиненные часто тоже обладают властью, использование им или ею в одностороннем порядке своей властью в полном объеме может вызвать у подчиненных такую реакцию, при которой они захотят продемонстрировать свою собственную власть. А это, в свою очередь, может привести к напрасной трате усилий и снизить уровень достижения целей. Поэтому эффективный руководитель старается поддерживать разумный баланс власти: достаточный для обеспечения достижения целей, но не вызывающей у подчиненных чувства обездоленности и, отсюда, непокорность.

Кроме подчиненных, над руководителем могут иметь власть его коллеги.
Например, если руководитель по финансовым или производственным вопросам зависит от услуг отдела по обработке данных, начальник этого отдела будет иметь над ним некоторую власть. Возросшее значение компьютеров в организациях привело к тому, что возросла власть персонала отделов обработки данных. Чем больше необходимой информации, ресурсов или услуг один руководитель дает другому, тем больше его или ее власть над этим другим руководителем. Поскольку секретари начальника, как правило, знают, с кем нужно общаться, чтобы получить конкретную информацию, то они также держат в руках значительную долю власти.

Руководитель может увеличить свою власть, дав другим возможность увидеть, что они зависят от него в вопросах ресурсов, необходимых для их работы. Эти ресурсы могут означать доступ к данным персонам, информации, услугам, деньгам, нужным собраниям и т.д.

Дейвид Мак Клеланд, чьи исследования показывают, что эффективный руководитель имеет большую потребность во власти, также отмечает, что эффективный руководитель никогда не будет проявлять свою власть в приказной, ожидающей подчиненных манере. Наоборот, позитивное или социализированное лицо, осуществляющее власть, скорее заботится о реализации групповых целей, помощи группе в их определении, обеспечивая группу средствами их достижения, оказывая членам группы поддержку, утверждая для каждого объем его компетенции.

ГЛАВА 2. ФОРМЫ ВЛАСТИ И ВЛИЯНИЯ

Для того чтобы руководить, необходимо влиять, а чтобы влиять – необходимо иметь основу власти.

Здоровый смысл подсказывает, что, для того, чтобы обладать властью, вы должны иметь возможность держать под своим контролем что-либо, имеющее значение для исполнителя. То, что создаст его зависимость от вас и заставит его или ее действовать так, как желаете вы. Это «что-то» есть у нас всех.

По определению Маслоу основные потребности следующие: физиологические потребности, потребность в защищенности. Социальные потребности, потребности в уважении и самовыражении.

Все формы влияния побуждают людей исполнять желания другого человека, удовлетворяя неудовлетворенные потребности или препятствуя их удовлетворению или они побуждают исполнителя ожидать, что потребность будет или не будет удовлетворена в зависимости от поведения исполнителя. Строят предположения относительно того, что может произойти, если они будут себя образом. Видя именно такое поведение, человек начинает представлять в уме воздействие его или ее поведения на состояние его или ее потребностей. А руководитель также представляет эффект своего влияния на поведение будущего исполнителя. В результате руководитель и исполнитель усваивают схожую или несхожую манеру поведения на будущее.

Власть может принимать разнообразные формы. Френч и Рейвен, исследователи в области власти и лидерства, разработали удобную классификацию основ власти.

2.1.Власть, основанная на принуждении. Влияние через страх.

Власть посредством принуждения, влияние через страх – так представляют себе власть люди, критикующие ее. Страх, как правило, создает образы насилия: заряженный пистолет, угроза пытки, поднесенный к лицу кулак. Но если бы физическая боль была бы единственным механизмом страха и принуждения, власть, основанная на принуждении, навсегда исчезла бы из организаций после того как эмансипация отменила кнут Соймона Легри.

Жестокость часто служит посредником страха. Но никогда не является целью. Когда у человека замирает сердце от страха, это происходит потому, что напрямую угрожает его фундаментальной потребности – выживанию или защищенности.

Методика принуждения, как правило, сопутствует власти во всех случаях, когда человеку действительно что-то нужно, и он уверен, что другой способен отобрать это у него. Яркий пример этого «что-то» – своя собственная жизнь или жизнь любимого человека. Но есть множество примеров, имеющих менее экстремальные свойства. Многие люди испытывают острейшее беспокойство по поводу того, что они могут лишиться защищенности, любви или уважения. Поэтому даже в тех ситуациях, где насилие не присутствует, страх является распространенной причиной того, почему люди – сознательно или бессознательно – разрешают на себя влиять. В кн.: «Брокеры власти» Дейвид
Кипние говорит: «Отдельные личности осуществляют власть путем принуждения, опираясь на силу, риторические способности, а также возможность оказать или не оказать эмоциональной поддержки другим людям. Это дает таким людям средства наносить физические увечья, запугивать, унижать или отказывать в любви другим».

Страх на рабочем месте.

Рабочее место дает богатые возможности развивать власть, используя страх и принуждение, потому что множество наших потребностей удовлетворяется именно там. Например, страх потерять работу свойствен, кажется, всем. В определенных обстоятельствах можно так легко и эффективно использовать страх, что некоторые руководители часто прибегают к нему: даже намек на увольнение, лишение каких-либо полномочий или понижение в должности обычно дает немедленные результаты. Когда подчиненные надежно защищены от такого рода угроз, грубых и прямых, руководитель может использовать более тонкие способы вселения страха.

Компания «Охайо Белл», например, придумала оригинальный способ, который наглядно демонстрирует, как далеко можно уйти от насилия и все же эффективно вселять страх в своих подчиненных. Все, что сделала компания
«Охай Белл» – это показала своим сотрудникам фильм. Этот фильм как бы моделировал прогноз будущего – когда Конгресс собирался национализировать телефонную систему, т.к. она постепенно разорялась и теряла способность оказывать соответствующие услуги. В результате огромное количество сотрудников лишалось бы работы. Диктор закончил свой текст призывом:
«Полноценная дневная работа за полноценную дневную оплату!» Этот призыв помог бы спасти компанию, если бы много лет назад (т.е. в настоящий момент) рабочие последовали ему. Компания вычислила, что повышение производительности труда после просмотра этого фильма позволила ей на протяжении 3-х лет увеличить свои доходы на 23 млн.долларов.

Исследования показывают, что обращение к страху может стать эффективным методом влияния, если предлагаются конкретные меры.

Такое обращение к страху можно встретить в телевизионных коммерческих рекламах, которые показывают, как люди возносятся на небеса и там им г7оворят, что им следовало бы застраховать свою жизнь, чтобы обеспечить материально своих близких.

При большом спросе на компетентных, опытных руководителей грубые угрозы увольнения обычно не имеют должного эффекта. Вместо желаемого действия такие угрозы иногда приводят ни к чему иному, как дополнительным расходам на выплату комиссионных агентству по найму и долгому мучительному поиску подходящей замены. Гораздо чаще страх, нагоняемый на руководителя, направлен не на его материальные интересы, а на его самолюбие. Поскольку авторитет руководителей держится на уважении к их личности, они, как правило, болезненно реагируют на всякие унижения. Чтобы избежать чрезмерного воздействия, унижение выдается руководителям в малых дозах: вскользь брошенное замечание, что другой руководитель уже справился со своим заданием; намек, что кандидата в вице-президенты лучше найти на стороне; назначение на не престижную должность, от которой все отказываются; выделение менее удобного кабинета.

Это лишь малая доля имеющихся способов вселить в руководителя страх, что он или она не пользуется должным уважением и им, возможно, следует работать более напряженно.

2.2. Власть, основанная на вознаграждении. Влияние через положительное подкрепление.

Обещание вознаграждения – один из самых старых и часто самых эффективных способов влияния на других людей. Власть, основанная на вознаграждении, оказывает влияние через положительное подкрепление подчиненного с целью добиться от него желаемого поведения. Исполнитель не сопротивляется этому влиянию, потому что он или она в обмен на выполнение того, что хочет руководитель, ждет получения вознаграждения в той или иной форме. В контексте мотивационной теории ожидания исполнитель представляет, что имеется большая вероятность получения прямого или косвенного вознаграждения, которое удовлетворит активную потребность и что он или она способны сделать то, чего желает руководитель.

Поскольку все личности и их потребности имеют уникальный характер, то, что одному представляется ценным вознаграждением, может не показаться таковым другому или тому же первому, но в иной ситуации. Чтобы влиять на поведение, вознаграждение должно восприниматься как достаточно ценное.
Другими словами, исполнителю должно предоставляться такое вознаграждение, чтобы оно было адекватно согласию на влияние. Эта воображаемая адекватность является главным преимуществом власти, основанной на вознаграждении, по сравнению со слабыми сторонами власти, основанной на принуждении.

Недостатки положительного подкрепления.

В некотором смысле власть, основанная на вознаграждении, будет действенна всегда при условии, что руководитель сможет правильно определить то, что в глазах исполнителя является вознаграждением и фактически предложить ему это вознаграждение.

Однако на практике у руководителя масса ограничений в возможности выдавать вознаграждения. У каждой организации ресурсы ограничены, и она может выделить на поощрение персонала строго определенное количество ресурсов. Полномочия руководителя предлагать материальные стимулы также регламентируются политикой фирмы и всякими методиками. В некоторых случаях ограничения могут быть поставлены из вне, как, например, в трудовом договоре с профсоюзом, где оговаривается, какие вознаграждения могут быть предложены за те или иные виды работ. Трудность использования власти, основанной на вознаграждении, увеличивается еще и тем, что часто бывает не просто определить, что же сочтут вознаграждением. Деньги и более престижная должность не всегда способны произвести впечатление на человека и повлиять на его поведение. Поэтому хороший руководитель должен научиться использовать и другие способы влияния.

2.3. Харизма.

Харизма – это власть, построенная не на логике, не на давней традиции, а на силе личных качеств или способностей лидера. Власть примера или харизматическое влияние определяется отождествлением исполнителя с лидером или влечением к нему, а также от потребности исполнителя в принадлежности и уважении. В противоположность безличному «должностному» влиянию традиции, харизматическое влияние – целиком личное. Даже, невзирая на то, что исполнитель и лидер никогда не встречались, представление исполнителя, его отношения с лидером строятся почти на равных. Исполнитель может вообразить, что у него или у нее много общего с лидером. На уровне подсознания исполнитель также ждет, что подчинение, возможно, сделает его похожим на лидера или, по крайней мере, вызовет к нему уважение. Вот некоторые характеристики харизматических личностей:

1. Обмен энергией. Создается впечатление, что эти личности излучают энергию и заряжают ею окружающих их людей.

2. Внушительная внешность. Харизматический лидер необязательно красив, но привлекателен, обладает хорошей осанкой и прекрасно держится.

3. Независимость характера. В своем стремлении к благополучию и уважению (в их понимании) эти люди не полагаются на других.

4. Хорошие риторические способности. У них есть умение говорить и способность к межличностному общению.

5. Восприятие восхищения своей личностью. Они чувствуют себя комфортно, когда другие выражают им восхищение, нисколько не впадая в надменность или себялюбие.

6. Достойная и уверенная манера держаться. Они выглядят собранными и владеющими ситуацией.

Люди чаще испытывают влияние тех, кто обладает восхищающими их чертами характера и кто является их идеалом, похожими на которого они хотели бы быть. Такие харизматические личности часто участвуют в рекламах, чтобы повлиять на людей и побудить их купить продукты или воспользоваться услугой. Руководитель, слывущий харизматической личностью, также может иметь и использовать власть примера. Руководители часто служат примером поведения для подчиненных. Это может быть подражание стилю поведения и манерам руководителя. Джон П. Коттер отмечает: «Как правило, чем больше руководитель является для кого-то идеалом, тем больше он или она проявляют уважение к этому руководителю». Надлер, Хэкман и Лоулер считают, что
«уважаемому и обожаемому линейному руководителю было бы достаточно власти примера: подчиненные слушались бы его потому, что любят его и отождествляют себя со своим начальником.

2.4. Законная власть. Влияние через традиции.

Если оглянуться, традиция окажется самым распространенным.
Руководитель пользуется традицией, чтобы удовлетворить потребность исполнителя в защищенности и принадлежности. Однако этот метод станет действенным только при условии, что исполнитель уже усвоил ценности, которые дадут ему возможность поверить, что руководитель способен удовлетворить эти потребности. Поэтому влияние через традиции возможно лишь тогда, когда нормы культуры, внешние по отношению к организации, поддерживают точку зрения, что подчинение начальству является желаемым поведением.

В течение тысячелетий культурные традиции Запада укрепило власть начальства. Почти всех нас заставляли подчиняться людям, занимающим определенные должности. Например, мало у кого хватало смелости спорить с отдающим какой-то приказ офицером милиции. Хотя сегодня многие молодые рабочие, кажется, меньше расположены признавать авторитеты, другие все еще выполняют то, что правильно или неправильно велит им их начальство, только потому, что «он ведь начальник, не так ли?». Возможно, и вам приходилось делать нечто не очень для вас приятное только потому, что так велели ваши родители, традиционный авторитет которых вы впитали с молоком матери.

Интересное, тонкое воздействие традиции на некоторых людей заключается в том, что она может исключить или значительно упростить принятие решений. В системе, где традиции очень сильны, вопросы «что такое хорошо и что такое плохо» определены предельно точно. Исполнитель может переложить ответственность за неприятные действия и решения со своих плеч на плечи руководителя этой системы. Вместо того, чтобы защищать свою позицию в вопросе, почему что-то нужно сделать именно так, а не иначе, человек может отделаться таким ответом, как – «по традиции».

Традиция – привлекательный инструмент, как для организации, так и для руководителя. Она обладает огромным преимуществом – безличностью.
Исполнитель реагирует не на человека, а на должность. Это обстоятельство повышает стабильность, т.к. организация не зависит от жизни или способностей какой-то одной личности. Предоставление самых больших вознаграждений в первую очередь тем, кто лучше всего подчиняется системе, чем по-настоящему компетентным ее членам, подкрепляет способность организации использовать традиции с целью добиться покорности своих членов.
Другим свойством является быстрота и предсказуемость влияния с помощью традиции.

Недостатки методики, опирающиеся на традиции.

Интересно отметить, что часто традиция объясняет одним словом, почему некоторые испытанные –концепции теории управления, описанные в данной книге, не всегда широко используются на практике. Хорошим примером являются вознаграждения, основанные на заслугах. Хотя почти все разделяют мнение, что заслуги перед фирмой – лучший критерий для назначения большей заработной платы или продвижение по службе, гораздо чаще в качестве критерия используется трудовой стаж. И можно понять почему. Трудовой стаж легко вычисляется, он является объективной категорией и начисляется всем одинаково. Поскольку –трудовой стаж как критерий используется уже давно, многие люди заинтересованы в нем. Этим людям потребовалось много лет для достижения их сегодняшней должности, поэтому переход на другую систему исчисления вознаграждений – по заслугам – они считают не только несправедливым, но и представляющим серьезную угрозу. В силу этого они используют приобретенную власть, чтобы сохранить статус кво, даже если это не в интересах организации или общества.

Традиция может действовать и во вред организации. Представьте, что молодому руководителю, предлагающему усовершенствовать какую-то операцию, говорят: «Мы всегда делали так и до сих пор все было хорошо». Такое отношение может представлять гораздо большую проблему, чем это обычно кажется. Чтобы соответствовать окружению, организация должна внести изменения в свою политику, стратегию, методику организации и т.д. Те организации, которые настойчиво выдвигают традицию в качестве аргумента, почему они сопротивляются переменам, могут в конечном итоге оказаться перед проблемой вымирания.

2.5. Власть эксперта. Влияние через разумную веру.

Влияние через разумную веру осуществляется следующим образом.
Исполнитель представляет, что влияющий обладает особым экспертным знанием в отношении данного проекта или проблем. Исполнитель принимает на веру ценность знаний руководителя. В этом случае влияние считается разумным потому, что решение исполнителя подчиниться является сознательным и логичным.

Убедительным примером влияния через разумную веру являются отношения, которые складываются у большинства людей со своим лечащим врачом. Доктора время от времени используют такой инструмент, как страх, но они не могут принудить пациента принять лечение. Мы следуем указаниям нашего врача потому, что верим, что врачи обладают знаниями и способностью излечивать и предотвращать болезни. Поскольку у нас самих нет медицинских знаний, мы не знаем наверняка, способен ли наш врач удовлетворить эту нашу потребность.
Следовательно, мы принимаем его или ее влияние, т.к. верим в компетенцию медика.

Разумная вера гораздо менее устойчива, нежели слепая вера, посредством которой влияют на других харизматические лидеры. Она и действует медленнее. Если специалист неправ, тогда руководитель больше не будет следовать его совету – следовательно, его или ее влияние уменьшится.
Специалисты иногда годами пытаются завоевать авторитет у линейных руководителей, чтобы их мнение принималось теми безоговорочно. Однако, это не означает, что разумная вера слабее, чем другие формы влияния.

Глава 3. Практическое использование власти и влияния в управлении предприятием.

3.1. Линейно-Функциональная структура управления Шпаковского ДРСУ.

Плановый НАЧАЛЬНИК

отдел дорожно – Заместитель строительного начальника управления

Бухгалтерия

Отдел снабжения

Отдел кадров Главный

инженер

Административно-
Производственно- хозяйственный
Техническая отдел часть

Старший

Диспетчер Старшие
Отдел труда и производители зарплаты Главный работ механик

Производители работ

Мастера

Бригадиры

Рабочие рис. 1.

Данная линейная многоуровневая структура характеризуется как функциональная, т.к. состоит из множества отделов, выполняющих свои задачи и подчиняющиеся начальнику ДРСУ по линейному принципу через Заместителя директора и Главного инженера. Главное преимущество данной организационной структуры состоит в соблюдении принципа единоначалия с высокой степенью специализации отделов, производственных служб.

Всю работу ДРСУ организует начальник ДРСУ через своих заместителей и
Главного инженера. Он же несет ответственность за деятельность управления.

Функции Главного инженера: обеспечивает техническую и производственную деятельность, организует производство, отвечает за проведение правильной технической политики, за качество производства работ и выполнение правил техники безопасности и охраны труда. ДРСУ состоит из участков или МДО, во главе которых стоят начальники участков.

Начальник участка несет ответственность за организацию работ на участке, за выполнение планов строительства объектов в заданные сроки, высокие технико-экономические показатели строительства, выполнение правил техники безопасности и охраны труда. Начальник участка является материально- ответственным лицом.

Непосредственными руководителями и организаторами работ являются прорабы. Они – единоначальники на своем объекте или участке и отвечают за ход строительства и его результаты. Прораб должен применять прогрессивные методы работ, обеспечивать высокое качество работ, применять меры для экономного расходования материалов. Он отвечает также за своевременность выдачи нарядов — производственных заданий рабочим и за расчеты с рабочими.

Мастер является полноправным руководителем и непосредственным организатором производства и труда на своем участке и несет ответственность за выполнение планов, качество продукции, трудовую дисциплину. Все указания на месте производства работ даются мастером. Назначение, перемещение и освобождение от работы мастера производится начальником управления.

Бригадир является непосредственным руководителем низовой производственной единицы – бригады. Он работает наравне с другими рабочими, совмещая выполнение трудовых процессов с руководством бригады.

3.2. Социально-психологический портрет руководителя.

Стили руководства предприятием делятся на автократический, демократический и либеральный. Для руководителя-демократа характерно использование метода убеждения. При демократических взаимоотношениях в коллективе наблюдается более высокая инициативность, более спокойная обстановка, все люди более внимательны друг к другу, стремятся работать не за страх, а за совесть, высоко ценят своих руководителей.

Руководитель — автократ пользуется методом голого администрирования постоянно, в том числе и тогда, когда это вредит делу. Автократический руководитель стремиться решать все вопросы единолично, не доверяет коллективу, передает все свои распоряжения в категорической форме приказов, не считая нужным обосновать необходимость принятого решения.

Либеральный стиль предполагает пассивное поведение руководителя, его минимальное вмешательство в деятельность подчиненных. В реальной жизни отсутствуют «чистые» автократических или демократических руководителей. На практике все руководители вынуждены быть и демократами, и автократами в зависимости не только от собственных личных качеств, но и качеств людей, с которыми приходится работать.

Руководителем предприятия является Огрызко Игорь Евгеньевич. Стиль его управления предприятием можно охарактеризовать как демократический.
Игорь Евгеньевич является руководителем, сосредоточенным на человеке и его первой заботой являются люди. Он сосредотачивает внимание на повышении производительности труда путем совершенствования человеческих отношений.
Так как работники ДРСУ работают в тяжелых условиях (на улице, с вредными для здоровья материалами), то руководителю большое внимание приходится уделять безопасности организации труда. Кроме того, ориентированный на человека подход, обеспечивает максимальную производительность потому, что люди, непосредственно выполняющие работу, более способны перестроить ее таким образом, чтобы добиться наибольшей эффективности. Эффективность, искусственно навязанная сверху экспертам, часто встречает такое сопротивление, что сводятся на нет ее выгоды. Кроме того, ориентированный на человека стиль увеличивает удовлетворенность сотрудников.

Но в тоже время, Игорь Евгеньевич осуществляет своевременный и строгий контроль за выполнением поставленных задач, то есть человеческие отношения не ставятся выше поставленных целей организации.

Существует пять стилей разрешения конфликтов: уклонение, сглаживание, принуждение, компромисс. Руководителю данного предприятия присущ стиль – компромисс. Этот стиль характеризуется принятием точки зрения другой стороны, но лишь до определенной степени. Это сводит к минимуму недоброжелательность и дает возможность быстро разрешить конфликт.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ.

Об успехах менеджеров судят не потому, что они делают, а по тому, как они побуждают к работе других. Побуждать или мотивировать людей можно только воздействуя на них определенным образом или влияя на них.
В управленческой литературе способность оказывать влияние на поведение людей называется властью. Власть может относиться к индивиду, группе и организации в целом. Определение власти как организационного процесса подразумевает, что:

— власть – это потенциал, имеющийся у ее пользователя, т.е. она существует не только тогда, когда применяется;

— между тем, кто использует власть и тем, к кому она применяется, существует взаимозависимость;

— тот, к кому применяется власть, имеет некоторую свободу действий.

Власть может существовать, но не использоваться. Если сотрудник работает по правилам, то у начальника нет необходимости применять к нему имеющуюся у него власть.

Власть – это функция зависимости, а точнее – взаимозависимости. Чем больше один человек зависит от другого, тем больше власти и у того, и у другого. Обладание властью – это возможность влияния на удовлетворение потребностей.

Власть – это социальный по своей сути термин. Власть имеет один индивид в отношении другого, одна группа – в отношении другой. Концепция власти строится на взаимодействии людей и групп в организации. Власть используют и начальники, и подчиненные для того, чтобы достичь своих целей или укрепить свое положение. Власть пронизывает всю жизнь организации, поддерживает ее структуру. Без власти нет организации. Успех и неудачи в применении власти или реакция на нее в основном определяется пониманием власти, знанием как и когда ею пользоваться, а также способностью предвидеть последствия ее использования. Власть никогда не бывает абсолютной и не изменяющейся. Власть – это отношения в динамике, отношения, меняющие и ситуацию, и людей, отношения, меняющиеся во времени. Известно, как меняются рейтинги руководителей, проведенные в разное время. Поэтому понимание отношений власти требует уяснения конкретной ситуации и тех, кто в нее вовлечен.

Власть часто используют как синоним термина «авторитет». Но это не совсем верно. Авторитет – это власть, возникшая на формальной основе, как данная кому-то и принимаемая подчиненными как-то, с чем они согласны и считают правильным. В первом случае власть дается сверху, а в другом она должна быть получена снизу. Авторитет, как понятие, не исчерпывает всех вариантов появления власти. Власть может появляться от занимаемой должности, от личного воздействия или от того и другого. Власть должности проистекает не из самой должности, а делегируется ее обладателю теми, кому он подотчетен. Объем этой власти зависит от уровня доверия, которое обладатель должности может получить у того, кто расположен выше него в иерархии. При этом делегированная власть может быть в любое время взята обратно наверх. Это позволяет сделать вывод, что не существует прямой зависимости между уровнем должности и объемом власти. Их соотношение ситуационно и индивидуально.

Личная власть – это степень уважительного, хорошего и преданного отношения к ее обладателю со стороны подчиненных. Она основывается на близости целей. Личная власть в организации приходит снизу от подчиненных.
Личная власть может быть отнята подчиненными у руководителя, как реакция на его неправильные действия. Личную власть необходимо регулярно получать от подчиненных. Лучшая ситуация, когда руководитель обладает и должностной, и личной властью. Однако в большинстве ситуаций достичь этого очень трудно.

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

1. Если Вы — руководитель… Элементы психологии менеджмента в повседневной работе — М:, «Дело», 1993. — 352с.

2. Менеджмент: человек, стратегия, организация, процесс: 2-е изд.

Учебник — М:, «Фирма Гардарика», 1996.- 461 с.

3. Психология управления: курс лекций /Л.Каверченко, Г.М.Залесов;

Отв. Ред. М.В. Удальцова.- Новосибирск: Изд-во НГА ЭиУ: М.: ИНФРА

— М., 1997. — 150 с.

4. Основы менеджмента. М.Х.Мескон, М. Альберг, Ф.Хедоури: М. «Дело»,

1992.

5. Технология успеха. В.Ксенчук, М.К. Кленова, М:, «Дело», 1993.

Государственное учреждение

«Всероссийский научно-исследовательский институт МинистерствА внутренних дел Российской Федерации»

Курсовая работа по теме:

«Анализ криминальной ситуации и тенденции ее развития в Чеченской Республике»

Москва 2008

Содержание

Введение

1. Криминологическая характеристика преступности в Чеченской Республике

2. Особенности личности преступника в Чеченской Республике

3. Факторы преступности в Чеченской Республике

4. Тенденции развития социально-политической и криминальной ситуации в Чеченской Республике

Заключение

Приложения

Введение

Почти все многонациональные государства испытывают межнациональные трения и конфликты, корни которых уходят вглубь веков. В них порой в сложный узел сплетаются социальные, духовные, государственные, правовые, демографические и иные проблемы народов. Это касается как промышленно развитых, так и развивающихся стран, причем самой разной политической ориентации, уровня экономического развития, общественно-политического строя, государственного и конституционного устройства, конфессиональной принадлежности.

Распад СССР повлек за собой скоротечное «погружение» российского общества в обстановку конфликтов в самых различных сферах жизнедеятельности. При этом, стремясь к преодолению конфликтной ситуации, нередко на государственном уровне применялись меры, не только не способствовавшие снижению социальной напряженности, но и, напротив, приводившие к углублению противоречий и эскалации конфликтов, переводу их в стадию военного противодействия¹. Характерным примером подобного противостояния является конфликтная ситуация 90-х годов прошлого века, сложившаяся в Чеченской Республике.

Вооруженный конфликт и обострившийся в связи с ним социально-экономический кризис в Чеченской Республике стали мощным стимулятором преступности, выплеснувшейся далеко за пределы республики. Целый комплекс неблагоприятных обстоятельств политического, экономического, исторического и религиозного характера сформировали в республике уникальный криминальный анклав, доходы которого извлекались из незаконной торговли нефтепродуктами, похищений людей, бандитизма, разбоев, грабежей². Кроме того, отмечались попытки криминалитета взять под контроль экономические сферы всего Южного федерального округа в таких высокодоходных секторах, как банковская система, внешнеэкономическая деятельность, производство спирта и алкогольной продукции и добыча морских биоресурсов³.

В ходе проведения анализа криминальной ситуации авторским коллективом ВНИИ МВД России были использованы материалы ранее проводившихся научных исследований по данной проблематике, публикации в средствах массовой информации, аналитические материалы МВД России и МВД по Чеченской Республике, доклады и выступления государственных и политических деятелей России и Чеченской Республики, данные официальной статистики о социально-экономической и криминальной ситуации в Чеченской Республике. Кроме того, по специально разработанному научному инструментарию были проведены исследование личности осужденных, отбывающих наказание в исправительном учреждении ФГУ ИК-2 в населенном пункте Чернокозово Наурского района республики, опрос сотрудников МВД по Чеченской Республики, интервьюирование экспертов.

1. Криминологическая характеристика преступности в Чеченской Республике

Изменение количественно-качественных характеристик современной преступности отмечалось не только в целом по стране, но и в ее отдельных субъектах.

Вооруженный конфликт и обострившийся в связи с ним социально-экономический кризис в Чеченской Республике стали мощным стимулятором преступности, выплеснувшейся далеко за пределы республики. Целый комплекс неблагоприятных обстоятельств политического, экономического, исторического и религиозного характера сформировали в республике уникальный криминальный анклав, доходы которого извлекались из незаконной торговли нефтепродуктами, похищений людей, бандитизма, разбоев, грабежей¹. Кроме того, отмечались попытки криминалитета взять под контроль экономические сферы всего Южного федерального округа (ЮФО) в таких высокодоходных секторах, как банковская система, внешнеэкономическая деятельность, производство спирта и алкогольной продукции и добыча морских биоресурсов².

В настоящее время криминальная ситуация в Южном федеральном округе оценивается как относительно стабильная. Это подтверждает снижение уровня преступности с 1620 в 2006 г. до 1607 в 2007 г., что на 899 ниже общероссийского показателя. Наиболее низкий уровень преступности на 100 тыс. населения на протяжении последних лет традиционно регистрируется в Чеченской Республике, что можно объяснить своеобразием геополитического положения, административно-территориальным устройством, менталитетом народов, проживающих на территории региона, и, как следствие, – высокой латентностью преступности.

Анализ данных официальной статистики свидетельствует о том, что криминальная обстановка на территории Чеченской Республики с 2005 года характеризуется снижением уровня зарегистрированных преступлений. Это подтверждают приведенные ниже сведения (см. рис. №1).

Рисунок №1

Так, если в 2003г. уровень преступности в Чеченской Республике составлял 2456,8 на 100 тыс. населения, то в 2007 г. – 481,2 (в России данный показатель равнялся 1923,0 и 2519,0 соответственно). Таким образом, по отношению к 2003 г. снижение преступности составило 80,4%. В 2007 году общее количество зарегистрированных преступлений снизилось на 9,2%, при этом в 6 районах республики отмечался рост преступности. Наиболее заметно увеличение этого показателя в Надтеречном (+15,1%), Сунженском (+12,0%) и Веденском (+5,7%) районах.

В истекшем году на территории округа зарегистрировано 365 994 преступлений, что на 0,9% меньше, чем в 2006 году. В первом полугодии текущего года зарегистрировано 2502 преступлений, что на четверть меньше аналогичного периода прошлого года (-25,8%) (см. рис. №2).

В 2007 году правоохранительными органами на территории ЮФО раскрыто 221799 преступлений (+2,7%; по России: -1,1%), установлено 163155 (-0,3%) лиц, их совершивших. В Чеченской Республике отмечался один из наиболее высоких уровней общей раскрываемости (количество раскрытых преступлений превысило остаток нераскрытых в 4,6 раза).

Раскрыто 2002 преступления (АППГ-2753, -41,6%), общая раскрываемость составила 89,5 процента (+2,0%), по линии криминальной милиции – 85,7 процента (+0,9%), компетенции милиции общественной безопасности – 95,8 процента (+4,6%).

Рисунок №2

Вместе с тем, увеличилось количество раскрытых посягательств против жизни и здоровья (+6,2%), государственной власти (+5,0%), собственности (+2,7%), в том числе грабежей (+2,2%). Уровень раскрываемости убийств и покушений на убийство в Чеченской Республике составил 31,2%, что ниже показателей других регионов ЮФО и общероссийского (73,1% и 85,1% соответственно).

Рисунок №3

В структуре преступных посягательств 43,3% (158414) преступлений, совершенных на территории ЮФО, относятся к составам средней тяжести, 30,2% (110441) – небольшой тяжести, 22,8% (83610) – тяжкие, 3,7% (13529) – особо тяжкие.

В 2007 г. удельный вес тяжких и особо тяжких преступлений в Чеченской Республике составлял 31,1%, что выше общероссийского (26,8%) и среднеокружного (26,5%) значений. Вместе с тем, в структуре преступных посягательств сократилось количество тяжких (-19,8%) и особо тяжких (-32,1%) преступных проявлений; преступлений, совершенных против жизни и здоровья (-20,8%); с применением оружия (-46,0%), умышленных убийств (-35,0%), разбойных нападений (-65,4%), грабежей (-26,3%), краж (-6,7%), похищений людей (-91,7%).

Подробнее структура зарегистрированной преступности на территории Чеченской Республике представлена далее (см. рис. №3).

Рисунок №4

Одним из признаков нормализации криминальной ситуации в Чеченской Республике является существенное снижение количества зарегистрированных тяжких и особо тяжких преступлений (см. рис. №5).

Рисунок №5

Из приведенного рисунка видно, что в 2003 г. был зафиксирован максимальный уровень данных преступлений, который составил 1260,9, а в 2007 г. минимальный – 149,4. Анализ показал, что в период с 2003 по 2007 гг. снижение данных преступлений составило 50,2%.

Кроме того, существенно снизилось количество убийств – на 81,1% (в 2007 г. было совершено 136 преступлений). Для более объективной оценки реального количества совершаемых убийств следует учитывать и сведения официальной статистики, характеризующие количество лиц, без вести пропавших. Результаты научных исследований свидетельствуют, что жертвами данных преступлений становятся 20–25% таких лиц. Согласно статистическим данным, в 2007 году в Чеченской Республике объявлено в розыск 27 без вести пропавших лиц, т.е. вдвое меньше, чем в 2006 г., когда ситуация с нарушениями прав человека характеризовалась значительным количеством жалоб от населения, основная часть которых содержала информацию об исчезновении родственников и применении пыток к задержанным (см. рис. 6).

Рисунок №6

Однако говорить, что ситуация полностью нормализовалась, пока нельзя. Поэтому на основании Указа Президента Чеченской Республики № 451 от 6 декабря 2007 г. «О дополнительных мерах по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в Чеченской Республике» были созданы Советы содействия главам администраций Шелковского и Наурского районов. Эти органы призваны объективно оценивать общественно-политическую обстановку, способствовать достижению укрепления мира и политической стабильности, оказывать содействие в обеспечении прав и свобод человека и гражданина¹.

Несмотря на то, что в 2007 г. в ЮФО количество зарегистрированных изнасилований и покушений на изнасилование сократилось на 15,3% (по России: -20,7%), в Чеченской Республике напротив был отмечен прирост данного вида преступлений (+29,4%).

Вместе с тем, показатели раскрываемости изнасилований достаточно высокие и составляют 72,7% (Россия: 89,2%).

В структуре преступности традиционно преобладают преступления против собственности. Их доля в структуре всех зарегистрированных преступлений за последние пять лет составила в среднем 33,3%. При этом отмечается снижение уровня данных преступлений с 268 в 2003 г. до 156,5 в 2007 г., которое наглядно показано на приведенном ниже рисунке (см. рис. №7).

Рисунок №7

Наиболее распространенным преступлением данного вида являются кражи (487 преступлений), однако их число практически не изменилось по сравнению с предшествующим годом (+0,8%). Следующими по распространенности является мошенничество. Таких преступлений в 2007 г. было зарегистрировано 1063, что на 19,5% меньше, чем в 2006 году. Число зарегистрированных грабежей сократилось на 50,9%, а разбойных нападений – на 25,3%. Незначительно (+2,9%) возросло количество выявленных преступлений, связанных с присвоением или растратой. Сократилось количество зарегистрированных фактов вымогательства (–12,9%).

Криминальные процессы по-прежнему в значительной степени влияют практически на все отрасли экономики и бюджетной сферы ЮФО. Сохраняются, особенно характерные как для Чеченской Республики, так и округа в целом, криминальные тенденции сплочения в организованные преступные группировки (ОПГ) на земляческой, национальной, иной основе и формирования значительного криминального капитала, установления контроля за высокодоходными секторами и отдельными объектами экономики, разработки новых способов уклонения от уплаты налогов и др.

Так, только за 2006 подразделениями правоохранительных органов Чеченской Республики выявлено 63284 преступление экономической направленности, что на 13,4% больше, чем за январь — декабрь 2005 года (Россия: +11,8%). Выявлено более 29887 лиц, совершивших экономические преступления (+13,7%; Россия: +12,5%), из них 25515 лиц, или 85,4%, привлечено к уголовной ответственности (Россия: 81,4%).

Материальный ущерб, причиненный государству и коммерческим структурам преступлениями экономической направленности, в 2006 г. составил 10925303 тыс. рублей, а его возмещение 8465415 тыс. рублей или 77,5% (Россия: 69%).

Подразделениями по борьбе с экономическими преступлениями органов внутренних дел Чеченской Республики в январе — декабре 2006 года выявлено 25096 (+10,5%) преступлений экономической направленности, в том числе 3847 (+12,6%) — совершенных в крупном и особо крупном размерах.

В целом активнее выявлялись такие виды и категории преступлений, как: преступления в сфере экономической деятельности; легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества нажитого преступным путем; против государственной власти и интересов госслужбы; связанные с потребительским рынком; в сфере финансово-кредитной системы.

Установленный материальный ущерб, причиненный в результате совершения экономических и налоговых преступлений (по оконченным уголовным делам из числа находящихся в производстве, по преступлениям, выявленным сотрудниками органов внутренних дел) составил 104,4 млн. рублей. Возмещён ущерб на сумму 24,8 млн. рублей.

На фоне общего сокращения преступности в ЮФО отмечается рост количества преступлений в общественных местах и на улицах на 11,3% (47463,0). В целом по стране напротив наблюдается снижение данных преступлений на 12,2%. Вместе с тем, удельный вес данных преступлений в ЮФО значительно ниже среднероссийского показателя (19,2%) и составляет 7,8%. Самый низкий удельный вес зафиксирован в Чеченской Республике — 0,5%.

В Чеченской Республике анализ статистических данных также показал снижение уровня преступлений, совершенных в общественных местах, в период с 2003 по 2007 гг. (см. рис. №8).

Рисунок №8

Так, если в 2003 г. уровень преступлений, совершенных в общественных местах составлял 96,78, то к 2007 году – 2,20. Таким образом, с 2003 г. снижение данных преступлений составило -97,7%. В целом, в последнее время наметились позитивные тенденции «уличной» преступности.

Для Чеченской Республики в период с 2003 по 2005 гг. характерно некоторое снижение уровня преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, сменившееся затем до 2007 г. включительно постепенным ростом (см. рис. №9).

Рисунок №9

Так если в 2003 г. уровень данных преступлений составлял 94,5, в 2005г. – 16,0, то в 2007 г. – 34,2. В целом в 2007 г. по отношению к 2003 г. отмечалось сокращение на 63,8%. В борьбе с данным видом преступности подразделениями органов внутренних дел Чеченской Республики принимались меры, направленные на перекрытие каналов поступления наркотиков, выявление наркосбытчиков, преступных групп, занимающихся незаконным оборотом наркотических средств, других тяжких преступлений по данной линии. В результате в истекшем году выявлено 737 (+27,5%) преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков (+27,5%). Из них 596 преступлений было раскрыто (+17,6%). Из незаконного оборота изъято 126,0 кг наркотиков (40,7 кг за 2006 г.), в том числе: 125,1 кг – марихуаны, 211 г – гашиша, 82 г – опия, 96 г – ацетилированного опия, 54 г – сильнодействующих и психотропных веществ, 46 г – героина.

Хотелось бы отметить, что в Чеченской Республике ежегодно растет число наркоманов. По словам главного нарколога республики Мусы Дальсаева, официальное число наркозависимых составляет 2000 человек, реальное число больных примерно в 10 раз больше. Ежегодно к ним прибавляется по 100 человек, и умирает примерно столько же.

Кроме того, на рассматриваемую проблему обращено внимание и Президента Чеченской Республики Р. Кадырова: «Сегодня нашей Отчизне, как никогда, нужны здоровые, умные, образованные и перспективные молодые люди. Но о каком здоровье, созидании и перспективах мы можем говорить, если наше общество будет заражено наркоманией и сопутствующими заболеваниями. Наша задача – уберечь молодежь от этого зла, сохранить здоровье и цвет нации¹. Уже предприняты определенные шаги, призванные искоренить наркоманию: на уровне Президента и Правительства Чеченской республики разработана антинаркотическая программа «Республиканская антинаркотическая программа» (до 2009 г.), направленная против распространения наркомании, а также действует республиканская комиссия по председательством Р. Кадырова, главная цель которой – ликвидировать наркоманию и сохранить здоровую нацию. Помимо этого, в бюджете Чеченской Республики предусмотрены расходы на софинансирование подпрограмм, утвержденных Правительством Чеченской Республики, которые входят в ФЦП «Предупреждение и борьба с социально-значимыми заболеваниями на 2007–2011 годы»: «Неотложные меры по предупреждению распространения в ЧР ВИЧ-СПИД», «Неотложные меры борьбы с туберкулезом в Чеченской Республике», «Комплексные меры противодействия злоупотреблению наркотикам и их незаконному обороту».

В современном российском обществе наибольший общественный резонанс вызывают террористические акты, поэтому правоохранительными органами уделяется значительное внимание профилактике именно этих преступлений. Принятыми правоохранительными органами мерами удалось добиться значительного снижения количества терактов на территории Чеченской Республики (на 96,0%). Число фактически совершенных терактов (без учета преступлений прошлых лет) снизилось с 326 преступления в 2003 году до 1 преступления в 2007 году (см. рис. №10).

Рисунок №10

Некоторые исследователи основой криминальной экономики определенных северокавказских регионов России наряду с торговлей оружием и наркотиками, считают похищение людей с целью получения выкупа и работорговлю. Толчок для расцвета работорговли дала война, хотя невольники использовались и в советское время. Боевые действия способствовали не только расширению рынка работорговли, но и его диверсификации. Кроме того, рабов начали использовать не только как рабочую силу или предмет торговли, но и как донорский материал¹.

В этой связи необходимо отметить позитивную тенденцию снижения количества зарегистрированных похищений человека на территории Чеченской Республики с 455 преступлений в 2003 году до 74 преступлений в 2007 году. По сравнению с 2006 годом прирост составил +21,3%.

На 43,8% сократилось количество зарегистрированных преступлений, связанных с незаконным лишением свободы.

Повысилась эффективность деятельности органов внутренних дел ЧР по раскрытию преступлений данного вида. Раскрываемость похищений человека возросла на 20,7%, преступлений, связанных с незаконным лишением свободы – на 42,5%.

Снижение рассматриваемых показателей во многом явилось результатом проведения оперативно-розыскных и профилактических мероприятий, направленных на реализацию «Комплексной программы по борьбе с похищениями людей и розыску без вести пропавших лиц на 2006-2010 годы».

Среди условий, способствующих совершению террористических актов, выделяется фактор находящегося в криминальном обороте огнестрельного оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств.

Активная работа по изъятию из незаконного оборота оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ является важной мерой профилактики терроризма, бандитизма, других тяжких и особо тяжких преступлений.

Органами внутренних дел Чеченской Республики уделяется особое внимание вопросам организации борьбы с незаконным оборотом оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ, профилактике, раскрытию и расследованию преступлений, совершенных с их использованием, обеспечению взаимодействия с заинтересованными ведомствами по предупреждению и пресечению фактов хищения из предприятий.

В результате принятых мер в 2006 году на территории округа зарегистрировано на 12,4% меньше преступлений совершенных с использованием огнестрельного оружия, ВВ и ВУ, всего — 3450.

Основными источниками поступления в незаконный оборот оружия в Чеченской Республике остаются: контрабандный ввоз с территорий межнациональных конфликтов, в том числе зон, где велись боевые действия; хищения из спецобъектов и воинских частей, у индивидуальных владельцев; утрата табельного оружия военнослужащими.

Улучшены результаты работы органов внутренних дел Чеченской Республики по выявлению преступлений, связанных с незаконным хранением, приобретением, передачей, сбытом и ношением оружия, ВВ и ВУ (ст. 222 УК РФ). Подобных преступлений в 2006 г. выявлено на 8,5% больше (Россия: +0,1%), однако отмечается сокращение результативности на этом направлении в Чеченской Республике – на 26,2%.

Количество фактов хищения оружия по округу в отчетном периоде сократилось на 21,8% (Россия: -11,9%).

В то же время органам внутренних дел Чеченской Республики, как и ЮФО в целом не удалось организовать целенаправленную и скоординированную работу по выявлению и перекрытию конкретных каналов поставок оружия, по-прежнему отсутствует системное оперативно-агентурное сопровождение этой деятельности, неэффективно организовано взаимодействие с особыми отделами воинских частей, арсеналов и т.д.

Одной из проблем в решении задач противодействия незаконному обороту оружия по-прежнему остается отсутствие номерного учета вооружения и его движения. В МВД России функционирует электронная система учета гражданского и служебного оружия, целесообразно создать аналогичную систему учета боевого оружия, имеющегося во всех военизированных организациях¹.

В 2007 году, в результате оперативно-розыскных, профилактических и специальных контртеррористических мероприятий из незаконного оборота изъято 412 ед. огнестрельного оружия, более 60 тысяч различных боеприпасов, 2,4 тыс. снарядов, мин и фугасов, 26 СВУ, более 539 кг взрывчатых веществ. Обеспечена добровольная сдача гражданами незаконно хранящихся предметов вооружения: 87 ед. огнестрельного оружия, 18,3 тыс. различных боеприпасов, более 1 тонны взрывчатых веществ, на возмездной основе, на общую сумму более 33,8 млн. рублей.

Выявлено 375 преступлений, связанных с незаконным сбытом, хранением или ношением оружия, что на 35,7% меньше, чем в 2006 году. Число зарегистрированных преступлений, совершенных с применением оружия, сократилось на 36,2%.

Изучение криминальной обстановки на территории Чеченской Республики показывает, что главным препятствием на пути окончательной нормализации обстановки в республике остается продолжающаяся деятельность организованных преступных групп и бандформирований террористической и уголовной направленности.

Деятельность организованных преступных формирований по-прежнему является одним из основных криминогенных факторов, дестабилизирующим оперативную обстановку в Чеченской Республике. В этой связи борьба с организованной преступностью продолжает оставаться одной из приоритетных задач органов внутренних дел округа как в Чеченской Республике, так и ЮФО в целом.

Принимаемые меры организационного и практического характера по противодействию организованной преступности позволили в 2006 г. добиться некоторых положительных результатов на данном направлении работы. Количество раскрытых преступлений, совершенных членами организованных групп и преступных сообществ, увеличилось на 6,8% (Россия: +5,6%) и составляет 4608, их доля составляет 2,1% в общем объеме раскрытых преступлений.

Органами внутренних дел Чеченской Республики в отчетном периоде пресечена деятельность 2026 лидеров и активных участников организованных преступных групп и сообществ, которым инкриминировано совершение 4608 преступлений. Число установленных лиц, совершивших преступления в составе организованных групп (преступных сообществ), увеличилось на 6,8% (Россия: +5,6%).

За январь — декабрь 2006 года выявлено 44 (+10%; Россия: +4,5) преступления, связанных с организацией преступного сообщества.

Активней выявлялись преступления экономической направленности, совершенные членами организованных преступных групп и сообществ. В 2006 г. выявлено 2059 таких преступлений, что на 22,4% больше чем за аналогичный период прошлого года (Россия: +10,9%).

Эффективней, чем в январе – декабре 2005 года, организована борьба с бандитизмом. В анализируемый период на территории Чеченской Республики выявлено 182 (+18,2 %) преступлений, квалифицируемых по ст. 209 УК РФ (Россия: -8,7%), в том числе 141 — совершенных ОПГ.

Совместными усилиями ликвидировано три бандгруппы и уничтожено при оказании сопротивления 29 боевиков (в том числе 4 главаря бандгрупп), склонен к явке с повинной 41 участник и пособник незаконных вооруженных формирований.

Приняты исчерпывающие меры по охране общественного порядка и личной безопасности граждан при проведении общественно-политических, спортивных и культурно-массовых мероприятий.

На сегодняшний день с уверенностью можно констатировать, что деятельность бандитского подполья окончательно утратила признаки широкомасштабного и скоординированного вооруженного противостояния. В последнее время она все больше приобретает общеуголовную сущность.

Борьба с терроризмом и экстремизмом продолжает оставаться одной из самых значимых в деятельности органов внутренних дел задач. Она проявляется в обеспечении антитеррористической безопасности в Чеченской Республики.

В виду отсутствия у террористов достаточного потенциала для совершения вооруженных нападений на охраняемые объекты дислокации подразделений силовых структур ими все чаще используются отвлекающие действия, направленные на создание условий для совершения диверсионно-террористических актов в заранее подготовленных местах, удобных для устройства засад. Значительное внимание экстремистами и их пособниками уделяется сбору информации о маршрутах передвижения служебного автотранспорта и местах жительства сотрудников правоохранительных органов в целях организации покушений на них и членов их семей. Это подтверждается изъятыми у задержанных боевиков и в обнаруженных схронах списков сотрудников милиции, их адресов и используемых автомобилей.

В 2007 году выявлено 506 преступлений, связанных с участием в незаконных вооруженных формированиях или их организацией (+1,8%).

На территории республики продолжает действовать 31 бандгруппа общей численностью 382 участника. Наибольшее количество бандгрупп действует в Веденском (9 бандгрупп общей численностью 85 участников), Ножай-Юртовском (2 бандгруппы, 55 участников) и Грозненском(с) (2 бандгруппы, 38 участников) районах. Наиболее известными лидерами этих банддвижений являются «президент Ичкерии» Д. Умаров, С. Абдуллаев, арабские наемники Ясир и Сейф Ислам.

Обезвреживание участников бандформирований затруднено их постоянным переходом в соседние субъекты Российской Федерации и скрытным пребыванием там, а также финансированием со стороны международных террористических и экстремистских организаций: «Хизб ут-Тахрир аль-Ислами», «Исламское движение Туркестана», «Аль-Каида», «Бригады аль-Исламбули», «Талибан», «Таблиг», «Общество социальных реформ», «Тайба» и «Высшая военная Маджлисуль Шура Объединённых сил моджахедов Кавказа». Однако в результате оперативно-розыскных и специальных контртеррористических мероприятий задержано 325 участников бандформирований. При оказании вооруженного сопротивления уничтожено 72 боевика (в том числе 11 главарей бандгрупп – Басаев Р.Х., Мутиев М.М., Ахмадов Ю.А., Бакаев А.В., Батаев Т.Х., Салуев Р.М., Имурзаев С.Э., Джабихаджиев А.И., Мусаев А.Л-А., Михалов Р.З., Алисултанов А.А.), ликвидировано 7 бандгрупп, склонено к явке с повинной 139 боевиков.

Тем не менее, за 5 месяцев 2008 года ликвидировано 3 бандгруппы, задержано 167 участников бандформирований. При оказании вооруженного сопротивления уничтожено 24 боевика, в том числе 4 главаря бандгрупп.

В 2007 году было выявлено 3 745 (–3,7%) лиц этой категории. В их структуре увеличилось число лиц, признанных рецидивистами (+5,2%), несовершеннолетних (+6,6%) и лиц, совершивших преступления в состоянии наркотического опьянения (+53,8%). В то же время заметно снизилось количество женщин (–15,8%), учащихся и студентов (–36,8%), безработных (–10,1%), совершивших преступления группой лиц по предварительному сговору (–28,2%), лиц, совершивших преступления в составе организованной группы или преступного сообщества (–10,9%), лиц в состоянии алкогольного опьянения (–19,0%).

В целях повышения эффективности противодействия терроризму и экстремизму осуществляется ряд организационных и практических мероприятий. В частности, приняты дополнительные меры по оперативному прикрытию объектов повышенной техногенной и экологической опасности и прилегающей к ним территории с целью получения разведывательной информации о лицах, подготавливающих террористические акты, и их пособниках.

Принимаются меры по усилению охраны объектов социальной сферы (школы, детские сады и ясли, больницы, центры досуга). К ним приближены маршруты патрулирования мобильных экипажей милиции. Особое внимание уделяется мероприятиям антитеррористической направленности в местах массового пребывания людей. При проведении общественно-политических, культурно-массовых и спортивных мероприятий с применением специально обученных собак осуществляется обследование объектов и прилегающей территории на предмет обнаружения взрывчатых веществ и взрывных устройств.

Вместе с тем, в январе — декабре 2006 года на территории округа зарегистрировано 721 преступление террористического характера, из которых раскрыто 630. Выявлено 583 лица, совершивших указанные преступления. Остаются не раскрытыми 200 преступлений этой категории.

В то же время количество зарегистрированных террористических актов сократилось на 42% — (101), раскрыто 64 из них, показатель раскрываемости составил 56,6% (Россия: 62,4%). Выявлено 84 лица, их совершивших.

По-прежнему остается высокой вероятность активизации деятельности бандподполья и совершения бандформированиями резонансных террористических акций в различных регионах Чеченской Республики при поддержке ваххабистских религиозных организаций, а также националистических и экстремистских движений.

Проблема сохраняющейся угрозы совершения террористических актов непосредственно связана с деятельностью экстремистски настроенных лидеров исламского фундаментализма, значительная часть которых специально подготовлена для ведения диверсионно-террористической деятельности.

В результате принимаемых мер криминальная ситуация продолжает стабилизироваться. По итогам 5 месяцев 2008 года уровень преступности в среднем по республике составил 160,9. Данный показатель является одним из наиболее низких в Российской Федерации.

Несмотря на наличие ряда нерешенных политических, социально-экономических, межнациональных, религиозных и иных проблем, которые продуцируют преступность в Чеченской Республике, приведенные выше статистические данные свидетельствуют о снижении криминальной напряженности и стабилизации криминальной обстановки в республике.

2. Особенности личности преступника в Чеченской Республике

Изучение личности преступника имеет большое значение, которое определяется тем, что преступление, будучи актом сознательной волевой человеческой деятельности, в значительной мере обусловлено сущностью и особенностями лица, избирающего подобную форму поведения. Личность – основное и важнейшее звено всего механизма преступного поведения. Знание личности преступника, умение выявить основные характеризующие ее признаки и свойства являются непременным условием организации и осуществления предупреждения преступлений.

В научной литературе существуют различные подходы к понятию личности преступника.

При всем многообразии понятий личности преступника, безусловно, имеющих право на существование, достаточно убедительной является позиция тех авторов, которые считают, что для определения понятия личности преступника необходимо решить ряд специальных вопросов, в частности:

1. охватывает ли это понятие всех лиц, совершивших преступления, или только часть из них;

2. какие стороны и особенности личности преступника необходимо изучать.

В связи с этим, исчерпывающим, на наш взгляд, является определение личности преступника как личности человека, который совершил преступление вследствие присущих ему психологических особенностей, антиобщественных взглядов, отрицательного отношения к нравственным ценностям и выбора общественно опасного пути для удовлетворения своих потребностей или непроявления необходимой активности в предотвращении отрицательного результата¹.

Это определение достаточно полно не только в том смысле, что охватывает и тех, кто совершил преступление умышленно, и тех, кто виновен в преступной неосторожности. Такая оценка его обоснованна и потому, что она содержит перечень признаков, которые должны быть предметом криминологического познания.

С учетом изложенного, закономерным является вопрос, с какого момента начинается личность преступника и когда она заканчивается?

Понятно, что совокупность личностных качеств, обусловливающих преступление, появляется не в момент его совершения, а складывается в процессе всей предшествующей жизни и социальной практики индивида.

Личностные свойства, обусловившие совершение преступления, не исчезают с фактом его совершения. Последующие события и обстоятельства жизни индивида, в особенности расследование преступления, судебный процесс, отбывание наказания, несомненно, отражаются на личности преступника, изменяя в той или иной мере различные ее черты и свойства.

С уголовно-правовых позиций о личности преступника можно говорить только тогда, когда лицо совершило преступление и признано судом виновным.

Пределы существования личности преступника строго определены законом и заканчивается с момента отбытия наказания и погашения судимости. Все это дает полное основание рассматривать личность преступника с системных позиций.

Изучение личности преступника требует уровневого подхода, учитывающего и отражающего различную степень обобщения исследуемого явления. Следует выделять три таких уровня:

1. индивидуальный – предполагающий конкретного субъекта преступления. Необходим при решении вопросов по конкретному уголовному делу и осуществлении предупредительных мер в отношении конкретного лица;

2. групповой – различные категории и типы преступников (насильственных, корыстных, неосторожных, рецидивистов и т.д.). Дает наибольший материал для выявления причин и разработки мер предупреждения отдельных видов преступлений;

3) обобщенный – соответствующий общему понятию преступника как лица, виновно нарушающего запрет уголовного закона. Служит основой разработки общих вопросов учения о личности преступника.

Авторским коллективом ВНИИ МВД России по специально разработанной анкете было проведено исследование личности осужденных из числа местного населения, отбывающих наказания в исправительном учреждении ФГУ ИК-2 в населенном пункте Чернокозово Наурского района республики.

Проведенное исследование и статистические данные ГИАЦ МВД России позволили определить социальный портрет граждан, совершающих преступления на территории Чеченской Республики, и выявить основные причины их преступного поведения.

Личность человека раскрывается через социальную сущность, а также сложный комплекс характеризующих его признаков, свойств, связей, отношений во взаимодействии с индивидуальными особенностями и жизненными факторами, лежащими в основе поведения. В свою очередь сознание и воля данного лица реагируют на внешние условия и активно обусловливают его поведение в конкретной ситуации¹.

Криминологическая характеристика лиц, совершивших преступления в рассматриваемом субъекте России, предполагает выявление и изучение трех основных подсистем:

1. Социальный статус личности, определяющийся принадлежностью лица к тому или иному классу и группе с социально-демографической характеристикой (пол, возраст, образование, семейное и должностное положение, национальная и профессиональная принадлежность, уровень материальной обеспеченности и др.).

2. Социальные функции (роли) личности, включающие совокупность видов деятельности лица как гражданина в системе общественных отношений (культурно-образовательный уровень, знания, навыки, умения).

3. Нравственно-психологические качества: отношение к религии, ценностные ориентации и стремления личности, ее социальные позиции и интересы, потребности, наклонности, привычки.

Изучение статистических данных ГИАЦ МВД России показало, что в Чеченской республике, как и в целом по России, динамике женской преступности присущ волнообразный характер, удельный вес женщин среди лиц, выявленных за совершение преступлений относительно не велик и в период с 2000 по 2007 гг. не превысил показатель 26,5%. Однако он выше, чем аналогичный показатель, характеризующий женскую преступность, как в Южном федеральном округе, так и по России в целом (см. Таблицу 2.1).

Таблица 2.1.

Удельный вес женщин, совершивших преступления в структуре всех выявленных лиц в Российской Федерации

Как свидетельствуют данные таблицы 2.1. в Чеченской республике в отличие от Южного федерального округа и России в целом отмечается рост женской преступности.

Необходимо отметить, что удельный вес несовершеннолетних женского пола в общем числе несовершеннолетних, совершивших преступления в течение указанного периода самой высокой отметки (1,4%) достиг в 2006 г. В 2007 г. этот показатель составил 0,5%, в то время как по России в целом – 6,4%.

Одной из характерных современных тенденций современной России является увеличение доли несовершеннолетних женского пола среди несовершеннолетних, совершающих преступные деяния. Для Чеченской республики подобная тенденция не свойственна.

Следующим важным социально-демографическим признаком является возраст – качественно определенный этап становления личности, с присущими ему особенностями восприятия человеком окружающего мира¹. С возрастом изменяются социальные функции человека, привычки, характер, способы реагирования на конфликтные и сложные ситуации. В силу этого возрастные особенности не могут не влиять на поведение человека, в том числе отклоняющееся.

По возрастной шкале осужденные распределились следующим образом: 26% в возрасте 18–29 лет; 39% – 30–39 лет; 32% – 40–50 лет. Иными словами можно сказать, что преступления чаще совершают люди более зрелого возраста, психологически уже сформировавшиеся.

Неблагоприятные семейные отношения и тяжелое материальное положение часто несут в себе криминальную нагрузку и при стечении определенных условий способствуют совершению преступлений.

Большинство принявших участие в опросе осужденных (63%) состоит в браке, холостыми являются 23%, разведенными – 12%. У менее четверти респондентов дети отсутствуют, одного-двух детей имеют около 64% опрошенных.

Важной социальной характеристикой преступника является образование, которое благотворно влияет на развитие личности, формирование ее мировоззренческих и моральных установок. Конечно, нет прямой зависимости между уровнем образования и формой поведения. Однако уровень образования оказывает влияние на правосознание и на способность выбора того или иного варианта поведения. Так, например, низкий уровень образования может затруднить выбор человеком приемлемых вариантов поведения в сложной жизненной ситуации.

Образовательный уровень лиц, совершающих преступления в Чеченской Республике, ниже аналогичного общероссийского показателя. Высшее образование имеют всего 3% осужденных, среднее специальное – 15%, неполное среднее – 32%, среднее – 45%.

Важной социальной характеристикой личности являются сведения о трудовой деятельности и об отношении к труду. Можно констатировать весьма неблагоприятную тенденцию последних лет – резкое снижение числа работающих и увеличение числа безработных. Так, по данным ГИАЦ МВД России в Чеченской республике в 2000 г. доля безработных среди лиц, выявленных за совершение преступлений, составляла 3,3%, а в 2007 г. – 29,7% . В Южном федеральном округе – 6,6% в 2000 г. и 8,8% в 2007 г. По России в целом эти показатели равны 5,3% и 5,6% соответственно.

Особое беспокойство вызывают 54,3% (2007 г.) лиц, совершивших преступление, которые не имели постоянного источника дохода. Однако в Чеченской республике этот показатель ниже, чем в Южном федеральном округе и в России в целом, где он в 2007 г. соответственно равен 68,4% и 59,6%.

Что касается социального положения, то среди осужденных имеются представители различных слоев населения: предприниматели; рабочие на производстве, строительстве, участники незаконных вооруженных формирований (по 2,6%); малоквалифицированные подсобные рабочие – 3,8%; лица без определенных занятий – 6,4%, а также лица, находящиеся на иждивении, учащиеся, студенты, работники сельского хозяйства (по 1,3%). Однако преобладает группа (78,2%) безработных, т.е. лиц, находившихся до совершения преступлений в маргинальном состоянии.

Важнейшим показателем, характеризующим нравственный облик личности преступника, является его отношение к антиценностям, и прежде всего к алкоголизму и наркомании.

В Чеченской республике доля лиц, совершивших преступления в состоянии алкогольного опьянения за период с 2000 по 2007 гг. в 5,5 раз меньше чем по России в целом. Существенной разницы в данных, характеризующих долю лиц, совершивших преступления в состоянии наркотического опьянения, согласно сведениям ГИАЦ МВД России не отмечается.

При рассмотрении криминологической характеристики личности необходимо обратить внимание на ее уголовно-правовые свойства.

Лица, являющиеся объектом исследования, отбывают наказания за совершение различных преступлений, в основном за участие в незаконном обороте наркотиков, убийство, кражу, мошенничество и подделку, изготовление или сбыт поддельных документов.

Данные о судимости могут охарактеризовать устойчивость антиобщественной направленности поведения, взглядов, навыков, привычек, проявляющихся наиболее активно в повторном совершении преступления.

Согласно результатам исследования, 41% опрошенных ранее были судимы. Соответственно 59% преступников привлечены к уголовной ответственности впервые.

Необходимо также учитывать исключительно высокий уровень латентности преступности на территории Чеченской Республики. За годы вооруженного конфликта и фактически неконтролируемого разгула преступности население приобщилось к различным видам криминального промысла, который стал единственным и естественным источником получения средств к существованию. Таким образом, лиц, повторно совершивших преступления на территории республики, в действительности значительно больше.

Личность рассматриваемой категории осужденных имеет существенные особенности, обусловленные целым рядом факторов, среди которых наиболее значимыми являются:

1) замкнутая этническая социальная группа (чеченское общество длительное время находилось в «вакууме» относительно общероссийского гуманитарного пространства и межнационального общения);

2) ограниченные возможности повышения образовательного и культурного уровня;

3) ограниченные возможности правовой социализации;

4) длительная психотравмирующая ситуация¹.

Жизненный опыт жителей Чеченской Республики уникален, он резко отличается от жизненного опыта населения России, что связано с влиянием происходивших в недавнем прошлом травматических событий. Иногда негативные последствия переживания травматического события имеют тенденцию не только не исчезать со временем, но и становиться более выраженными, а также проявляться внезапно даже на фоне общего благополучия².

Пережитое в экстремальных событиях не только не способствует, но и препятствует естественной перестройке на мирную жизнь. В условиях боевых действий вырабатываются необходимые приспособительные механизмы (восприятие окружающей среды как враждебной, гипербдительности, автоматизации навыков, готовности к моментальному реагированию на угрожающий стимул через агрессию, вплоть до физического уничтожения источника угрозы). Для таких личностей характерны настороженность и отчуждение от людей, включая членов семьи, склонность к взрывным аффективным реакциям. Отсюда следуют склонность к насилию и иным противоправным действиям. Не менее тяжелые психические травмы переживают беженцы.

Обследование жителей Чеченской Республики, не выезжавших за ее пределы, а также беженцев в лагерях на территории Республики Ингушетия, проведенное научными сотрудниками Грозненского педагогического института, выявило наличие посттравматического стрессового расстройства (ПТСР) у 42% испытуемых; у 29,7% – ПТСР и стойкую социально-психологическую дезадаптацию; у 15,3% – стойкую социально-психологическую дезадаптацию¹. Для всех были характерны отчужденность, замкнутость, подозрительность, высокая тревожность, чувство вины.

Основными психотравмирующими факторами для указанных категорий людей стали гибель родственников и разрушение дома.

Психотравмирующее воздействие ситуации вооруженного конфликта перенесли также лица, совершившие преступления на территории Чеченской Республики, – ее жители. Исследования показывают, что 79,5% преступников (из числа, не участвующих в незаконных вооруженных формированиях на момент начала антитеррористической операции) так или иначе пострадали от боевых действий, при этом у 32 % было разрушено жилье, у 25% погибли родственники, близкие люди. Немалое число преступников (38,8%) не выезжали из зоны боевых действий (22,3% находились на территории республики в 1994-1996 гг. и 16,5% – в 1999-2001 гг.).

В связи с вышеизложенным большинство преступников, совершивших преступления в Чеченской Республике, имеют следующие личностные деформации:

– нарушение способности поддерживать социальные контакты и отсутствие потребности в душевной близости с другими людьми (33,2% преступников характеризуются как замкнутые, необщительные; 39,4% неоднократно в течение года меняли место работы и род занятий; 38,6% не проявляли интерес к общественной жизни и активность при решении собственных жизненно важных проблем; 34,1% имели острые, продолжительные конфликты в семье, вызванные претензиями членов семьи к их образу жизни);

– душевная черствость, эмоциональная неустойчивость, низкий самоконтроль, гиперагрессивность (18,7% преступников характеризуются как жестокие, властные, самоуверенные, бестактные, упрямые люди, 16,4% – как люди вспыльчивые, остро (нередко неадекватно) реагирующие на критические замечания в свой адрес; 15,2% – как скандалисты, постоянно вступающие в конфликты с окружающими)¹.

Тяжелая социально-экономическая ситуация оказывает в целом деморализующее действие на личность. Немалую роль в причинном комплексе преступности на территории Чеченской Республики играет нравственно-психологический кризис, так называемая «чеченская депрессия»². Депрессия рождает отчаяние, чувство горя и тоски. Подверженных ей людей легко склонить к неадекватным действиям, к «шахидизму».

Перечисленные отличительные черты позволяют говорить о личности гражданина, совершившего преступление на территории Чеченской Республики, как об отдельном, самостоятельном социальном и психологическом типе. Его специфика определяется реакцией на воздействие социальной среды, т.е. на социальные процессы, имеющие место в рассматриваемом регионе.

3. Факторы преступности в Чеченской Республике

Выше уже упоминалось о влиянии на преступность комплекса неблагоприятных обстоятельств различного характера. Преступность в Чеченской Республике является результатом влияния внешних и внутренних факторов.

К внешним следует отнести:

– процессы глобализации, в результате которых интеллектуально и технологически развитые страны в еще большей степени втягивают локальные национальные миры в орбиту собственного влияния при постоянной тенденции социокультурной унификации развитых стран. При этом происходит разрушение веками складывавшейся системы восстановительного правосудия, опиравшегося не на наказание, а на примирение. Лежащие в основе этого способа урегулирования конфликта родоплеменные, семейные, клановые, тейповые отношения позволяют рассматривать преступление и наказание в рамках этих отношений;

– невиданные ранее масштабы миграционных процессов расшатывают и тем самым осложняют и дестабилизируют социально-культурное устройство государств. В этих условиях обостряется проблема социокультурной идентификации и адаптации личности в обществе, что неблагоприятно сказывается на показателях преступности;

– появление качественно новых каналов передачи информации. Именно это обусловливает мировую трансформацию и складывающуюся новую социокультурную картину мира, и в частности систему ценностей. Общество находится в процессе контркультурного размежевания, сломаны некоторые культурно-нравственные барьеры, и нет никаких препятствий к возможности захвата сознания большинства граждан¹.

При анализе социально-политической и криминальной ситуации в регионе необходимо учитывать и геополитическую ситуацию. Распад СССР не был конечной целью «холодной» войны. Идеологи «холодной войны» никогда не скрывали своей заинтересованности в дальнейшем расчленении России. Сложившаяся непростая ситуация в Чеченской Республике во многом оказалась результатом того, что в силу определенных исторических, экономических, социально-политических условий в системе национальных отношений бывшего СССР, а впоследствии России, данный регион оказался слабым звеном, чем не замедлили воспользоваться враждебные российскому государству внешние и внутренние силы. В чеченском конфликте заинтересованы те, кто не желает возрождения сильной, процветающей России.

К наиболее значимым внутренним факторам, по нашему мнению, относятся:

1) социально-политические факторы;

2) социально-экономические факторы;

3) религиозные факторы;

4) факторы маргинализации местного населения.

Социально-политические факторы.

В событиях в Чеченской Республике большую роль сыграли многолетние социально-политические процессы: это, во-первых, стремление чеченского народа к самоопределению, во-вторых, борьба простого населения за социальную справедливость. Трагедия данного региона состоит в том, что на волне общедемократического и национального движения под флагом идеи национального возрождения, суверенитета был совершен очередной передел власти и собственности в корпоративных интересах, когда власть от коммунистической номенклатуры перешла к постсоветской элите, национальной по форме и преступной по сути. Чеченский кризис возник в результате внутричеченского раскола в подходах к проблемам власти и собственности. Лидеры отдельных кланов и политических элит, отказавшись действовать согласованно во имя интересов нации, спровоцировали этот раскол и упустили шанс создания в республике полиэтнического правового гражданского общества.

Современная национальная политика государства в отношении северокавказских республик и сейчас в целом недостаточно эффективна. Она не базируется на глубоко осмысленной концептуальной основе, не обладает необходимой гибкостью, ей недостает дифференцированного подхода, предметного учета исторического многообразия вековых традиций, самобытности культур и духовности, уклада жизни кавказских народов, отношений между нациями и народностями, населяющими Кавказ, их обычаев, неповторимого характера, противоречий, разделяющих республики и национальные группы людей.

Обстоятельством, осложняющим ситуацию в социально-политической сфере, является наличие проблемы социальной модернизации общества и национализм. В первую очередь имеется в виду сохранение в регионе социальных (стадиальных) разрывов между этносами, которые обусловили значительное опережение одних социумов другими. Конкретным выражением этого является оставшаяся традиционная патриархальность и сложная этносоциальная и этнотерриториальная структура чеченского общества, для которой характерно переплетение норм народного права – «адата» с нормами шариата.

Преступность – безусловно, явление социальное, но преступление совершает конкретный индивид, поэтому влияние общества на состояние преступности, обладающего структурой, для которой характерны основанная на традициях ритуалистическая приверженность к установленному, предписанному поведению, неоднозначно. С одной стороны, наличие жесткого социального контроля в виде традиций, нравов, обычаев удерживает индивида в рамках установленных норм поведения. С другой стороны, нередко внутренние, одобряемые культурные нормы при столкновении с культурой более широкой общности приходят в состояние конфликта. Это относится к распространению действия Уголовного кодекса Российской Федерации на территорию Чечни, в котором ряд древних практикуемых среди населения обычаев находятся под запретом. Прежде всего, это относится к сохранившейся, так называемой, набеговой системе чеченцев (абречество), а также обычаю «кровной мести» и др., отражающих глубоко внутренние процессы формационного развития чеченских социумов и создающих перманентный конфликтный фон, который не способствует гармонизации межэтнических отношений.

Одним из проявлений непростой социальной ситуации в жизни чеченского общества является исторически сложившаяся сложная система территориально-клановых и этно-конфессиональных сообществ. Проблема взаимоотношения по линии «тарикат – власть», «тейп – власть», «тарикат – тейп» – один из важнейших для понимания многих процессов в республике, как в прошлом, так и в настоящем. Признаком появившейся кризисности в этих отношениях стало появление своеобразного внутреннего сепаратизма как реакция на неспособность местной власти решать насущные проблемы простых чеченцев. Это выразилось в требованиях установления независимой власти в пределах родовых земель.

Необходимо отметить, что фактором, осложняющим социальную ситуацию, является то обстоятельство, что в предыдущие исторические периоды некомпетентными действиями властей, произвольным и некомпетентным вмешательством в распределение административных границ, игнорировавшим исторические контуры расселения этносов, периодически ущемлялись права местных народов.

Что касается проявлений национализма, то здесь следует отметить, что в период перестройки сколько-нибудь заметного движения за полную независимость и выход из России среди чеченцев не наблюдалось. Но к концу 80-х годов политическая обстановка в республике обостряется. Законное недовольство большинства населения вызывали политика дискриминации коренных народов при формировании местной номенклатуры в советский период, а в дальнейшем практикуемый клановый подход к назначению на влиятельные посты, и сопутствующая этому коррупция – вплоть до покупки высоких должностей за деньги.

В этой ситуации местные руководители стали демонстративно поддерживать лозунги и требования националистического характера. Национализм усилился, когда союзное руководство бывшего СССР в борьбе против нового руководства РСФСР во главе с Б. Ельциным стало разыгрывать карту автономии и пытаться уравнять их статус с союзными республиками.

К субъективным проблемам следует отнести то обстоятельство, что в истории многовекового совместного проживания народов Кавказа (и славян) наслоилось бесчисленное количество реальных или мнимых обид, таившихся на дне коллективной этнической памяти. Некоторые кавказские народы сохранили болезненные воспоминания о Кавказской войне ХIX века и депортации народов в ХХ веке.

Национальное самосознание отчасти деформировано пропагандой идеологами сепаратизма культа силы и национальной исключительности, пренебрежительного отношения к другим народам, разжигания межэтнической ненависти. При этом имеет место аппеляция к самым низменным инстинктам, поощрение анархии и безответственности, культивирование пренебрежительного отношения к труду и накоплению благ через честный труд. Ориентация на криминальный способ наживы способствовал появлению «новой элиты» из вчерашних маргиналов, которые составляют собственно ядро национал-радикалов.

Вместе с тем, несмотря на то, что в Северо-Кавказском регионе еще наблюдаются феномены национального эгоцентризма, национальных движений, выдвигающих интересы своих этносов на первый план во всех социально-политических и экономических сферах, на сегодняшний момент можно с оптимизмом констатировать, что кредит доверия основной части кавказских народов к национал-радикалам исчерпан.

Необходимо также отметить, что в последние годы политическая ситуация в Чеченской Республике имеет четкие тенденции к стабилизации. Наиболее значимым фактором улучшения социально-политической ситуации в Чеченской Республике является то, что пропагандируемые лидерами бандформирований идеи религиозной и национальной розни, насилия и нетерпимости не находят поддержки среди населения и не выдерживают сравнения с проводимой руководством Чеченской Республики политикой возрождения, созидания и консолидации общества¹. Можно выделить три основных ее составляющих:

1. Наступательная и бескомпромиссная борьба с терроризмом.

2. Защита прав и свобод граждан, проживающих на территории Чеченской Республики.

3. Активная и всеобъемлющая работа по восстановлению политической, духовной, социальной и экономической сфер жизнедеятельности².

Социально-экономические факторы.

Социально-экономическое развитие Чеченской Республики, как впрочем, и ряда других субъектов Южного федерального округа, остается гораздо ниже среднероссийского уровня, в том числе по уровню валового регионального продукта на душу населения, объему внешнеторгового оборота на душу населения, наличию основных фондов на душу населения.

К группе неблагополучных субъектов округа относятся: Республики Адыгея, Дагестан, Ингушетия, Чеченская, Карачаево-Черкесская Республики, Волгоградская область. Именно показатели уровня валового регионального продукта на душу населения, объема внешнеторгового оборота на душу населения, уровня финансовой обеспеченности региона на душу населения, уровня общего объема розничного товарооборота и платных услуг на душу населения, наличия основных фондов на душу населения, уровня развития отраслей социальной инфраструктуры составляют основу отсталости субъектов Российской Федерации, расположенных на территории Южного федерального округа. Такое состояние экономики в северокавказских республиках существенно затрудняет усилия федерального центра по стабилизации социально-политической обстановки на территории региона, способствует формированию новых угроз безопасности государства, таких, как религиозный экстремизм и этносепаратизм.

Возникшее в результате социального расслоения недовольство деятельностью региональных властей побуждает экономически неблагополучную часть населения к созданию радикальных общественно-политических объединений, способствует разжиганию этнофобии. Молодежь республик, не имеющая работы, а соответственно, средств к существованию, все активней вовлекается в различного рода исламские экстремистские группировки ваххабитов, таблигитов, салафитов и т.п.¹ Несформировавшаяся морально-психологическая устойчивость подвергается искусственному манипулированию, в том числе доведению сознания до состояния зомби².

Социально-экономический фактор с точки зрения его негативного воздействия на криминальную ситуацию в Чеченской Республике сотрудниками органов внутренних дел этого региона определен, как основной. В ходе анкетирования 89,5% экспертов из числа сотрудников органов внутренних дел сошлись во мнении, что проблема трудоустройства по своей криминогенной значимости стоит на первом месте, 61,6% указали на неустроенность досуга молодежи, 48,8% – на бедность основной части населения и 32,6% – на резкую поляризацию доходов.

Результативному и комплексному решению социально-экономических проблем будет способствовать реализация новой федеральной целевой программы «Социально-экономическое развитие Чеченской Республики на 2008-2011 гг.». Одной из основных целей которой выступает увеличение в два раза доходов населения республики к 2012 году.

Руководство Чеченской Республики осознает, что невозможно за короткий период времени обеспечить работой десятки тысяч человек, наполнить региональный бюджет, решить первоочередные социальные задачи, ориентируясь только на строительство крупных предприятий. Поэтому Президент республики Р.А. Кадыров определил, что одним из основных путей преодоления безработицы является развитие малого и среднего бизнеса.

Сегодня от стадии выживания регион переходит к этапу экономического подъема. Наблюдается небывалый рост количества субъектов малого предпринимательства, и шаг за шагом республика превращается из потребителя в производителя.

Чеченская Республика заняла 12 место среди 53 субъектов страны по итогам конкурса отбора и ранжирования программ, планов и проектов мероприятий по проведению административной реформы.

Религиозные факторы.

В контексте национальной политики исключительно важное значение имеет характер взаимоотношений государства и религии. По Конституции РФ церковь отделена от государства (ст. 14). Однако государство не может не считаться с тем фактом, что религии владеют душами, сознанием миллионов людей. Нет ни одной социальной или политической проблемы, в которой бы прямо или косвенно не присутствовал конфессиональный фактор¹.

В России из основных мировых религий наиболее распространены христианство (православие) и ислам. Если судить по интенсивности проявления симпатии к религиозным конфессиям со стороны политической элиты, представляющей государственную власть, то нельзя не заметить, что в ее позиции проявляется политика деления религий и конфессий на привилегированные и иные. На экранах телевизоров, в газетных публикациях, на официальных мероприятиях, проводимых государственными структурами, представители мусульманского духовенства присутствуют не так часто, как православные религиозные деятели. Коренные народы Северного Кавказа индифферентны к такому положению вещей¹.

Между тем 7 из 21 республики, входящей в состав Российской Федерации, являются национально-территориальными образованиями, коренное население которых – мусульмане (20 миллионов человек). Хотя указанное не обязательное свидетельство религиозности всех этих граждан, здесь практически каждый человек в повседневности соприкасается с обычаями и традициями, регулирующими процесс как индивидуальных, так и межличностных отношений.

Как известно, до недавнего времени исламу уделялось недостаточно внимания. В средствах массовой информации, как и в обыденном сознании большинства граждан (не мусульман), данная религия представлялась, и все еще представляется обращенным в прошлое учением, оправдывающим фанатизм, нетерпимость и ограниченность. Считалось, что ислам не имеет будущего и сохраняет свои позиции там, где сохранились средневековые пережитки, архаичные традиции².

Вместе с тем, с аналогичных позиций еще недавно оценивались и другие религиозные системы. Однако время внесло существенные коррективы. Жизнь подтвердила и продолжает подтверждать, насколько неоценима и важна роль религии в формировании общественного сознания и поведения, достижении той цели, которая едина у религии и государства.

Если в отношении оценки роли православия в духовном, культурном и нравственном возрождении общества произошли ощутимые положительные изменения, то такое переосмысление в должной мере еще не затронуло ислам.

Исламу в особенности присущи нормы, регулирующие поведение людей. Будучи составной частью социальных норм, нормы ислама участвуют в формировании правомерного поведения, упрочения национально-государственного устройства. Вместе с тем, при определенных обстоятельствах они могут использоваться как «мощное оружие экстремистскими и террористическими группировками, тем более что они опираются на базовые ценности, принятые в обществе и коррелируемые с общечеловеческими ценностями; активизируют и без того сильное для религиозного сознания эмоциональное восприятие окружающей действительности, особенно связанное с социальной и национальной идентификацией индивида»¹.

Так, этническая и религиозная общность чеченцев была мобилизована их лидерами перед войной. Эту мобилизацию следует понимать, как превращение этничности и религиозности из психологического, духовного, культурного и социального фактора в собственно политическую и даже военную силу. Таким же образом были полититизированы и отдельные личности в республике².

Сегодня наблюдается активное и противоречивое проявление ислама как политической силы, влияющей на процессы этнической консолидации, оказывающей огромное воздействие на ситуацию не только на юге России, но и на всю страну в целом. Речь идет не об исламе, как мировой религии, а лишь о тех его радикальных формах (например, ваххабизм), которые трансформируют религию в идеологический инструмент, оправдывающий насилие в любых его формах.

Усиление воздействия ислама на общественно-политическое сознание населения республик происходит и через семейно-бытовые отношения, национальные традиции, обычаи, праздники и обряды, контактирование с зарубежными исламскими государствами, организациями и т.д.

В наиболее общих чертах в криминогенную мотивационную группу религиозных противоречий и разногласий можно отнести такие факторы преступного поведения отдельной категории лиц, как религиозный фанатизм, псевдорелигиозный экстремизм, основанный на личной заинтересованности с целью поддержания престижа, завоевания авторитета, лидерства с агрессивной окраской; этнонациональные противоречия, перерастающие в конфликты; наличие внутригрупповой поддержки противоправного поведения; ярко выраженное стремление к самоидентификации и традиционализму. Названные факторы предопределяют стремление чеченцев к суверенитету, сохранению внутреннего единства и самобытности, осознанию своей этнокультурной общности. Стремление к традиционализму как необходимому условию сохранения национальной культуры не может не оказывать влияния на поведенческие установки не только самих представителей этноса, но, в качестве ответной реакции, и людей других национальностей. Ориентированность личности на собственную этническую принадлежность приводит к гиперболизации этничности, что порождает социальные конфликты, средством разрешения которых становится преступление.

С учетом этого, религиозный экстремизм способен порождать как общеуголовную преступность, так и преступления против общественной безопасности и общественного порядка (терроризм, захват заложников, создание незаконного вооруженного формирования и др.)¹.

Оценивая ситуацию в религиозной сфере, следует отметить, что ислам, как основная религия в Чеченской республике, утвердился на данной территории в историческом смысле относительно в поздние времена, в ХII-ХVI веках, т.е. на 5-9 веков позже возникновения самой исламской религии. Ислам в край приносился зачастую на мечах завоевателей. Насильственно навязанный чеченцам ислам в ранние эпохи приживался с трудом, поскольку среди чеченцев сильны родоплеменные верования, языческие обычаи и специфические обряды. Объективности ради нужно заметить, что противоречия между родоплеменными верованиями чеченцев и исламом несущественны, поскольку все, что касается нравственных установок, семейного права и более широко – мировоззрения, вполне совпадает с исламским учением. Особенностью религиозного поведения является отсутствие религиозного фанатизма и распространенное среди населения достаточно формальное отношение к исламу.

Исторически утвердившейся формой ислама в Чечне является суфизм. Именно поэтому попытки пропаганды ваххабизма, как экстремистского течения ислама, не встречают понимания и поддержки среди широких слоев населения. Более того, налицо жесткое противостояние между ваххабитами и сторонниками традиционного ислама. Многие полевые командиры и религиозные авторитеты готовы замириться с Россией ради искоренения ваххабизма.

Еще одним аспектом религиозных противоречий в Чеченской Республике является фактическое возрождение феодального бытия¹, как реакции общества на неспособность государства обеспечить социальную защищенность личности. Если в периоды стабильности социальная система ограждает и отчасти защищает человека относительно статичными, устойчивыми нормами, правилами, законами и др., что делает его жизнь предсказуемой и прогнозируемой, то в переходные эпохи ситуация коренным образом меняется; потеряв былые точки опоры, человек ищет новые². Кавказские этносы начали руководствоваться во всех своих действиях тем морально-нравственным комплексом, который относится к традиционной национально-этнической культуре и не имеет никакого отношения к правовым канонам современной государственной жизни.

В частности, к этим нормам относятся: нетерпимость к нарушению эталонов обычного права; жестокость и нетерпимость к людям, обладающим низким социальным статусом или принадлежащим к иным этносам; преклонение перед высоким социальным положением; существование двойного стандарта в поведении по отношению к «своим» и «чужим», и т.д.¹

Таким образом, активация и реанимация феодальной системы ценностей способствует криминализации общества, возрастанию жестокости.

Фактор маргинализации местного населения.

Главным признаком маргинализации является разрыв социальных связей – экономических, социальных и духовных². Усиление маргинализации приводит к тому, что свойственная маргиналам система ценностей – крайние формы социального нетерпения, склонность к упрощенным максималистским решениям, отрицание или враждебное отношение к существующим общественным институтам – распространяется на широкие общественные круги. Поскольку речь идет о значительной части населения, подобное развитие может привести к серьезным последствиям. О возможном характере таких последствий можно судить хотя бы потому, что особую активность в отношении этих групп проявляют радикальные политические силы и экстремистские религиозные объединения³.

Процесс маргинализации в Чеченской Республике имеет свои особенности, связанные с трагическими политическими событиями, в результате которых были разрушены не только жилье, но и важнейшие объекты трудовой и социальной занятости граждан. С одной стороны, произошел вынужденный отток трудоспособного населения, с другой – безработица, с которой люди столкнулись по возвращении.

Учеными давно установлено, что безработные – резерв преступности. Это мнение разделяют и опрошенные нами осужденные (45%). В Чеченской Республике численность незанятых трудовой деятельностью граждан, состоящих на учете в органах государственной службы занятости, составляет 320,7 тыс. человек, из них 313,9 тыс. человек имеют статус безработного (все население республики составляет 1183,7 тыс. человек)¹. Таким образом, более четверти населения республики нигде не работает и не учится. Положение дел обостряется в силу того, что наиболее высокий уровень безработицы характерен, в первую очередь, для молодежи. Только среди зарегистрированных безработных почти 54% составляют лица в возрасте 16-29 лет, т.е. лица наиболее криминально активного возраста².

За время конфликта в Чеченской Республике выросло поколение войны – молодые люди, которым к началу боевых действий исполнилось 8-15 лет, достигли в настоящее время 18-25–летнего возраста. К сожалению они не жили в условиях работающей экономики, нормального функционирования государственных институтов, большинство из них не получило сколько-нибудь серьезного образования. Соответственно, ценности, связанные с приобретением профессии, карьерным ростом, легальным заработком, без чего невозможна эффективная социальная адаптация к современным условиям, для них мало значимы³. В поисках средств они занимаются противозаконной деятельностью, связанной с распространением наркотиков, переработкой нефтепродуктов, изготовлением контрафактной продукции. В ряде случаев становятся участниками незаконных вооруженных формирований.

Направлениями деятельности этих незаконных вооруженных формирований являются:

– идеологическая обработка и последующая вербовка граждан, в первую очередь молодежи;

– формирование террористических групп;

– создание глубоко законспирированной сети пособников, занимающихся подготовкой к проведению террористических актов.

Как результат, следует отметить дезориентацию молодежи, бездуховность, отсутствие четких представлений об истории и перспективах развития страны, а также утрату чувства сопричастности и ответственности за судьбу своей страны¹.

Поэтому наряду с проведением социальных и политических преобразований, руководство Республики придает большое значение возрождению моральных и нравственных ценностей, развитию родного языка, культуры, восстановлению исторической памяти народа, традиций и обычаев. В этих целях проводится комплексная работа по патриотическому и нравственному воспитанию молодежи, ее вовлечению в трудовую и общественную деятельность. Принимаются меры по развитию спорта, как высших достижений, так и детско-юношеского, формированию здорового образа жизни, воспитанию физически и духовно развитого подрастающего поколения.

4. Тенденции развития социально-политической и криминальной ситуации в Чеченской Республике

Перечисленные выше факторы, предопределяющие или обуславливающие состояния преступности в Чеченской Республике, проявляют себя в той или иной степени в различных сферах жизнедеятельности чеченского общества. Степень влияния этих факторов зависит от состояния этих сфер, происходящих в них процессах и основных тенденций развития. В этой связи необходима оценка интенсивности выраженности этих тенденций и их направленности, что даст возможность прогноза развития социально-политической и криминальной ситуации в Чеченской Республике.

При анализе политической ситуации и ее тенденций в национальных регионах надо четко осознавать, что какую бы форму не принимали конфликты между федеральными властями и национальными окраинами: националистическую, религиозную, политическую, культурную, в основе их противостояния лежит борьба за доступ к ресурсам. В отношении Чеченской Республики эта истина подтверждается наличием столкновения к началу 90-х годов минувшего века интересов федеральных и региональных политических элит. К 1991 г. в республике ежегодно добывалось до 4,2 млн. т. нефти. По территории республики проходят важные нефте-газопроводы к портам Черного моря. Доходы от операций с нефтью и нефтепродуктами по подсчетам специалистов составляют миллионы долларов. Во многом это стало поводом для провоцирования схватки между квази элитами в исследуемом регионе. Наведение порядка в этой сфере, постановка под контроль государства производственного нефтегазодобывающего комплекса должны способствовать снижению конфликтности.

Добавляют напряженности отношениям и мешают взаимопониманию с обеих сторон известные культурные предрассудки в отношении друг друга. В частности, это касается чрезмерного преувеличения и даже абсолютизации значимости в жизни чеченского общества специфических обычаев и традиций. В то же время многолетнее пребывание чеченцев в составе России, а в последствии СССР, мощное внешнее цивилизационное давление, активная социально-культурная политика в годы советской власти серьезно модернизировало веками устоявшиеся порядки в общественной жизни. В подтверждение этому специалисты по этническим проблемам отмечают, что жители чеченского села не любят говорить на тему тейпов и тейповых различий. Более образованные жители республики, живущие в городах, обычно преуменьшают значение тейпов, очевидно, боясь, что из-за сохранения этих институтов чеченцев могут считать «примитивными». Но как элемент национальной традиции тейп, как и ислам, считается большинством из них чем-то, что следует оберегать и сохранять. Однако, как сила политической мобилизаций, и организации тейп играет сейчас ограниченную роль.

Проявляющиеся тенденции возвращения к традиционной (общинной) организации неформальной власти и управления, в которой нет места ни лидерам бандформирований, ни ваххабитским агитаторам следует признать положительным, обнадеживающим фактом, ибо здесь мы имеем дело, с учетом местной специфики, с началом становления гражданского общества. Это своего рода прообраз местного самоуправления в чеченском варианте: на основе «юрт-да» (глав сел) избирается глава района и так далее вплоть до главы республики.

Если восемь лет назад аналитиками МВД России отмечалось, что, несмотря на принятие российским руководством целого ряда мер, направленных на «развязывание чеченского узла», кардинальных позитивных трансформаций в южных и горных районах Чечни не произошло. ¹ То в настоящее время при сохраняющейся непростой социально-политической ситуации в регионе такие изменения очевидны.

Можно с уверенностью констатировать, что перечисленные острые проблемы во многом нашли свое разрешение. Действиями федеральных сил разгромлены крупные бандформирования, уничтожены лидеры сепаратизма и полевые командиры, успешно проведены выборы в местные органы власти, в результате чего в республике в настоящее время полноценно действуют органы исполнительной, законодательной и судебной власти. Принята в ходе проведенного референдума Конституция республики, в которой закреплены федеративные отношения Чеченской Республики в составе Российской Федерации. Кроме того, укрепляются правопорядок и общественная безопасность в регионе. Значимым политическим событием стало избрание Президентом Чеченской республики Р.А. Кадырова.

Итоги социально-экономического развития Чеченской Республики за последние годы свидетельствуют, что наметился некоторый экономический подъем: повышаются доходы населения, растет достаток; реализуется масштабная акция «республика без следов войны». Почти полностью решена проблема с беженцами. В республике развернута борьба против наркомании и алкоголизма. Только за счет привлечения внебюджетных источников финансирования в городах Грозный, Гудермес и Аргун восстанавливается муниципальное жилье площадью 1 870 тыс. квадратных метров, обустраиваются площади, проспекты и улицы. Выплачиваются пособия семьям с детьми, предоставляются в предусмотренных объемах льготы по коммунальным и транспортным услугам ветеранам войны и труда, пенсионерам и инвалидам, проводится работы по их обеспечению техническими средствами реабилитации, санаторно-курортным лечением.

Для закрепления и развития этих позитивных тенденций Министерством экономического о развития и торговли Чеченской республики разработана программа «Социально-экономическое развитие Чеченской Республики на 2008-2011 годы», целью которой является снижение уровня безработицы и бедности, повышение реальных доходов граждан, увеличение валового продукта в два раза.

Основными задачами экономической политики Чеченской Республики являются построение социально-ориентированной рыночной экономики, финансовое оздоровление предприятий, обеспечение роста доходов граждан, стимулирование внутренних и внешних инвестиций, создание эффективных рыночных институтов.

Одним из признаков демократического правового государства является принуждение к исполнению законов. История взаимоотношений федерального центра с национальными регионами с точки зрения укрепления российской государственности неоднократно показывала, что именно мощное государственное присутствие в сложном полиэтническом регионе помогает снизить накал межродовой и межплеменной вражды. Кровавые распри и конфликты могут быть остановлены и прекращены под давлением прочного, постепенно и неуклонно устанавливающегося государственного порядка. Для достижения этого не требуется ни насилий, ни репрессий: необходимо только внушить населению, что правительство решительно настроено на принятие реальных мер по утверждению власти закона.

В этой связи решающее значение имеет укрепление позиции и поддержка со стороны высших органов государственной власти Президента Чеченской Республики Р.А. Кадырова, что является гарантией конечной и полной нормализации социально-политической ситуации в республике.

Стабилизация социально-политической и экономической ситуации неизбежно приведет и к нормализации криминальной обстановки. С учетом проведенного анализа статистической информации, результатов исследований, посвященных изучению криминальной ситуации, внешних и внутренних факторов, влияющих на состояние и динамику преступности и ее отдельных видов, можно выделить тенденции развития криминальной ситуации в Чеченской Республике, сформулированные опрошенными экспертами. Так, по мнению экспертов, в ближайшие два года снизится: общее количество, совершаемых в республике преступлений (59,1% экспертов), тяжких и особо тяжких преступлений (56,8%), бандитизм (63,6%), похищения человека (73%), преступления террористической направленности (61,3%), причинение тяжкого вреда здоровью (58%), убийства (56,8%), изнасилования (75%), преступления в сфере незаконного оборота наркотических веществ (51,2%), преступления против военной службы (56,8%), незаконный оборот оружия (44,3%).

Модель развития криминальной ситуации в Чеченской Республике, разработанная ВНИИ МВД России, базируется на устойчивой зависимости между статистическими характеристиками преступности и складывающейся социально-экономической обстановкой в стране. Наиболее значимыми факторами этой модели, применительно к итогам 2007 г., а также на последующую среднесрочную перспективу, выступают сложные социальные, экономические и политические процессы, которые выходят на передний план динамичного развития современного чеченского общества.

Реальные криминологические тенденции и текущие изменения в сфере борьбы с преступностью на территории Чеченской Республике по итогам 2007 г. достаточно полно изложены в предыдущих разделах настоящего документа. Что касается текущего, 2008г., то ожидаемая оценка криминальной ситуации может быть сформулирована следующим образом.

В текущем году количество преступлений на территории Чеченской Республике составит 4893, что на 14,1% ниже относительно аналогичного показателя 2007г. Объем тяжкой преступности будет измеряться величиной 1454 тяжких и особо тяжких преступлений.

Количество выявленных преступлений экономической направленности в течение года составит порядка 2000 (+3%), преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ будет измеряться числом 860 (+16,7%), а преступления, связанные с незаконным оборотом оружия – 250 (–43,8%).

Количество преступлений, совершенных по организации незаконного вооруженного формирования составит 506 (+8,7%).

К концу 2008 г. правоохранительными органами Чеченской Республики будет выявлено 3161 лицо, совершившее преступление, что на 15,6% ниже аналогичного показателя прошлого года.

Таким образом, имеет место некоторое снижение динамических показателей регистрируемой преступности. При этом степень напряженности оперативной обстановки остается достаточно высокой.

С учетом наиболее вероятного развития обстановки и реализации мер по выведению Чеченской Республики из социально-экономического кризиса, укреплению положительных тенденций в сфере борьбы с преступностью и ее профилактики перспективы развития криминальной ситуации в Чеченской Республике определяются, исходя из конкретных вариантов количественно-качественных характеристик социально-экономического развития региона и реальных тенденций развития оперативной обстановки в сфере борьбы с криминалом.

Варианты двух сценариев социально-экономического и криминологического развития на период до 2009 г. базируются на основных возможных траекториях развития региона и учитывают главные факторы, предопределяющие как позитивную, так и негативную динамику.

Ожидаемые показатели развития криминальной ситуации

в 2009 году

Криминологические, социологические и математические результаты изучения тенденций развития преступности в Чеченской Республике позволяют с высокой степенью достоверности оценить показатели, отражающие два возможных варианта развития криминальной ситуации на территории рассматриваемой республики в предстоящем году.

Суммарное количество всех зарегистрированных преступлений на территории Чеченской Республики в 2009 г. может составить 4300 преступлений. Это ключевой показатель первого варианта развития криминальной ситуации, который характеризуется как неблагоприятный.

Данный вариант означает консервацию проявившихся в последние годы негативных криминольных тенденций. При подобном сценарии, несмотря на формальное выполнение консервативных программно-плановых показателей развития экономики, значительное количество населения Чеченской Республики будет вовлекаться в противоправные отношения.

Наиболее характерным, применительно к условиям первого варианта развития криминальной ситуации, станет продолжающееся снижение тяжкой преступности, то есть количества тяжких и особо тяжких преступлений. Их регистрируемое количество в 2009 г. может составить 1200. Удельный вес тяжкой преступности в общем объеме уголовно-наказуемых деяний достигнет в 2009 г. 27,9%.

Особую тревогу, применительно к данному варианту прогноза на 2009 г., вызывает ожидаемый рост такого преступного проявления против общественной безопасности, как бандитизм. Зарегистрированное число преступлений, совершаемых незаконными вооруженными формированиями, а также по их созданию, составит 100. Темп прироста при наихудшей траектории развития ситуации будет равен 25%.

В течение 2009 г. наиболее рельефно проявит себя неразрывная связь между деятельностью незаконных вооруженных формирований и преступлениями в сфере незаконного оборота наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ. Если в ближайшее время не будут блокированы основные каналы поступления наркотиков, то объем наркопреступности будет увеличиться. Учитывая потенциальные возможности системы органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, действующих на территории Чеченской Республики, можно утверждать, что их зарегистрированное количество в 2009 г. может составить 920, что на 23,7% выше показателя 2007 г. При этом будет неизбежно возрастать уровень латентности данного вида преступлений.

Следует ожидать роста грабежей, зарегистрированное количество которых составит 35 (+27,7%). В целом же можно сделать вывод о том, что состояние корыстной и корыстно-насильственной преступности в течении 2009 г. стабилизируется, поскольку число краж и разбоев снизится на 7,2% и 3,8% соответственно (по сравнению с АППГ).

Наиболее заметной и тревожной для правопослушных граждан является насильственная преступность, особенно преступления, посягающие на жизнь и здоровье человека. Однако с учетом предпринимаемых органами государственной власти Чечни мер количество зарегистрированных в 2009 г. убийств при наихудшем развитии криминальной ситуации может снизиться на 32,6%, а количество причинений тяжкого вреда здоровью – на 35,3% относительно аналогичных показателей 2007 г. Ожидаемое количество указанных преступных посягательств составит 95 и 1200 преступлений соответственно.

Ожидается снижение показателей, характеризующих криминальную ситуацию в общественных местах. Так, говоря об «уличной» преступности, следует сказать, что в 2009 г. в общественных местах на территории Чеченской Республики будет совершено около 19 преступлений, что на 25% ниже соответствующего показателя 2007 г.

Преступления, совершаемые в состоянии алкогольного опьянения при первом варианте развития ситуации характеризуется социально-негативной динамикой. В 2009 г. лицами, находящимися в состоянии алкогольного опьянения, будет совершено примерно 140 преступлений (+28,8%).

Число рецидивных преступлений увеличится на 2,4%. Количество преступлений, совершенных несовершеннолетними в 2009 г., снизится на 10,3%, группой лиц – на 12,4%; а лицами, находящимися в состоянии наркотического опьянения – на 12,5%. Ожидаемое количество преступных проявлений данного типа составит 60, 610 и 6 соответственно.

На фоне стабилизации криминальной напряженности в регионе следует ожидать, что в предстоящем году будет усложняться сфера деятельности правоохранительных органов Чеченской Республики по борьбе с преступлениями экономической направленности. Экономическая преступность в 2009 г. будет по-прежнему оставаться индикатором, отражающим степень эффективности социально-экономических преобразований. В соответствии с тенденциями первого варианта развития ситуации, количество преступлений экономической направленности, выявленных в январе-декабре 2009 г., может держаться на достаточно высоком уровне, превышая 2000 преступлений. Это тот объем экономической преступности, который может быть потенциально выявлен существующими силами и средствами правоохранительных органов в Чеченской Республике. Такой прогнозный показатель указывает, с одной стороны, на ускоряющийся рост правонарушений в сфере экономических отношений, а с другой – на недостаточное бюджетное финансирование правоохранительных органов, потенциал которых не позволит взять под контроль наиболее опасные формы криминализации финансовой и хозяйственной сферы.

Первый вариант ожидаемого развития ситуации в 2009 г. позволяет сделать вывод о недостаточности общефедеральных и региональных усилий в вопросе укрепления правоохранительных функций на территории Чеченской Республики. В целом, вероятность развития криминальной ситуации по описанному здесь первому, неблагоприятному, варианту высока. Важность показателей соответствующего прогнозного сценария состоит в том, что последующее развитие криминальной обстановки будет объективно протекать в гораздо более социально-опасной форме, чем это имеет место в текущем периоде.

Другой, более благоприятный путь развития ситуации (второй вариант) характеризуется объемом регистрируемой преступности на территории Чеченской Республики в 2009 г. – в размере 4200 преступлений.

Речь идет об успешном сдерживании криминальной активности, когда снижение преступности в 2009 г. достигнет 26,3% относительно показателя 2007 г. При этом наибольшее противодействие будет оказано тяжкой преступности: количество тяжких и особо тяжких преступлений в 2009 г. составит 1100. Удельный вес тяжкой преступности в общем объеме уголовно-наказуемых деяний удастся удержать в пределах 26,2%. Указанные показатели позволяют надеяться, что в случае их реализации, может быть заложена объективная основа для дальнейшего снижения уровня преступности в Чеченской Республике.

Усиление процессов борьбы с экстремизмом, терроризмом и бандитизмом принесет определенные позитивные результаты. Количество актов терроризма на территории Чеченской Республики составит около 7, а преступлений, квалифицируемых по ст. 209 УК РФ (бандитизм) будет находиться в пределах 90 уголовно-наказуемых деяний.

Преступность, связанная с незаконным оборотом наркотиков, психотропных и сильнодействующих веществ будет стабилизирована, наиболее крупные потоки наркотрафика будут успешно блокироваться. Выявленное количество наркопреступлений в 2009 г. составит около 850, что на 1,2% выше показателя АППГ.

Увеличение количества грабежей, в течение 2009 г. сохранится, однако его темпы будут существенно снижены. В предстоящем году будет зарегистрировано 33 грабежа, что соответствует приросту в 21,2% относительно аналогичного показателя 2007 г. Заметим, что такие показатели следует характеризовать как относительно благоприятные; они могут иметь место лишь при значительных усилиях органов внутренних дел, опирающихся на расширенный объем финансового и организационно-кадрового потенциала.

В ближайшей перспективе продолжится снижение общеуголовной насильственной преступности. Количество зарегистрированных в 2009 г. убийств снизится на 37,3%, а количество причинения тяжкого вреда здоровью – на 42,1%.

Сохранится тенденция снижения показателей, характеризующих напряженность криминальной ситуации в общественных местах, где в 2009 г. будет зарегистрировано 18 преступлений, или на 33,1% ниже аналогичного показателя 2007 г.

Динамика экономической преступности в 2009 г. при втором варианте сценарных условий будет находиться под воздействием наметившейся тенденции снижения. Количество преступлений экономической направленности, выявленных правоохранительными органами Чеченской Республики, составит 1950 (–2,2%). Указанные позитивные изменения будут результатом социально-экономических преобразований, проводимых в регионе, а также превентивной деятельности соответствующих правоохранительных органов.

Социально-криминологическая характеристика преступности на территории Чеченской Республики изобилует противоречивыми тенденциями. Неизбежные издержки, связанные с постконфликтными преобразованиями, будут продуцировать рост преступлений, совершаемых лицами в состоянии алкогольного опьянения (+20,4%). Однако преступность в среде несовершеннолетних, рецидивистов и преступлений, совершаемых в группе, будет снижаться и достигнет социально-приемлемого уровня для исследуемого региона. Прогнозируется, что в 2009 г. на территории Чеченской Республики несовершеннолетними лицами будет совершено примерно 59 преступлений (–22,7%), лицами, ранее совершавшими преступления – 200 (–21,8%), а преступлений, совершенных группой лиц – 600 (–48,9%). Количество преступлений, совершенных лицами, находящимися в состоянии наркотического опьянения составит 5 (–89%).

Таким образом, второй вариант развития криминальной ситуации на территории Чеченской Республики характеризуется снижением темпов роста всей преступности и некоторым смещением ее структурной составляющей в сторону преступлений средней и небольшой тяжести, повышением раскрываемости тяжких и особо тяжких преступлений, а также снижением фиксируемых в общественном сознании «криминальных ожиданий», то есть страхов и тревог стать жертвой преступного посягательства. С сожалением можно констатировать, что развитие оперативной обстановки в сфере борьбы с преступностью в текущем году свидетельствует о недостаточно высокой вероятности развития криминальной ситуации по траектории второго варианта.

Принципиальная важность параметров соответствующего прогнозного сценария заключается в том, что при его реализации может быть заложена основа последующего «перелома» негативных тенденций преступности и обеспечения в дальнейшем действительно результативного «давления» на криминал.

Социально-криминологическая характеристика преступности на территории Чеченской Республики при любом представленном варианте развития ситуации будет отражать позитивную тенденцию декриминализации общества. Консолидированные усилия органов власти и управления позволят оздоровить обстановку в среде социально-незащищенных граждан и включить механизмы адаптации, позволяющие возвратить значительную часть правонарушителей в поле правопослушного поведения.

Таким образом, ожидаемые показатели развития криминальной ситуации на 2009 г., представленные в формате двух наиболее вероятных вариантов, дают представление о возможных ближайших изменениях криминальной ситуации. Результаты соответствующих расчетов сведены в таблицы, помещенные в приложениях.

Заключение

Подводя итоги проведенного исследования криминальной ситуации и тенденций ее развития в Чеченской Республике, можно сделать следующие выводы:

– состояние криминальной обстановки в Чеченской Республике во многом определяется существованием и функционированием на территории республики и за ее пределами незаконных вооруженных формирований;

– незаконными вооруженными формированиями совершаются в основном тяжкие и особо тяжкие преступления;

– принимаемые правоохранительными органами профилактические меры снизили их активность и создали предпосылки для стабилизации криминальной обстановки. Об этом свидетельствует снижение числа зарегистрированных преступлений, уровня тяжких и особо тяжких преступлений в целом, убийств, террористических актов, вооруженной преступности.

Личность преступника, совершившего преступление на территории Чеченской Республики, обладает следующими особенностями:

– средний возраст составляет 30–39 лет;

– преобладание низкого образовательного уровня;

– неблагополучное социальное положение – большинство не имеют постоянного источника доходов;

– характерно не сопоставление поведения с формальным законом, незнание или поверхностное знание норм права, ориентация сознания на нормы обычного права, национальные традиции и, как следствие, зависимость правосознания от мнения ближайшего окружения;

– свойственна неустойчивая психика, отягощенная стрессовыми расстройствами, связанными с экстремальными психотравмирующими ситуациями.

Определяющими факторами криминальной обстановки в Чеченской республике являются, как и во всем Северно-Кавказском регионе, острейшая проблема безработицы и связанные с этим проблемы низких доходов, отсутствием жилья, неопределенности жизненных перспектив, а также проблемы обеспечения безопасности и соблюдения прав человека.

Анализ данных исследования позволяет утверждать, что в происходящие процессы консолидации населения и восстановления экономики Чеченской Республики необходимо вовлечение молодежи, сегодняшних 20-летних, так как именно их социальная адаптация, включающая в себя как образовательную так и профессиональную компоненту, позволит победить маргинализацию чеченского общества. Особенно это важно для лиц, отбывающих наказание в исправительных учреждениях, поскольку их успешная ресоциализация способна обеспечить эффективность проводимых в Чеченской Республике социальных и экономических реформ.

ПРИЛОЖЕНИЯ

ДИНАМИКА И ПРОГНОЗИРУЕМЫЕ ЗНАЧЕНИЯ ЕЖЕГОДНЫХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ ПРЕСТУПНОСТИ НА ПЕРСПЕКТИВУ

ДО 2009 ГОДА

Таблица 1

Показатели и параметры ожидаемого развития криминальной ситуации на период до 2009 года

(первый, неблагоприятный вариант)

Таблица 2

Показатели и параметры ожидаемого развития
криминальной ситуации на период до 2009 года

(второй, более благоприятный вариант)