СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА 1. ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ВРЕД, ПРИЧИНЕННЫЙ ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЮ ГРАЖДАН
1.1. Понятие гражданско-правовой ответственности и основания ее возникновения
1.2. Субъектный состав в обязательствах по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью граждан
ГЛАВА 2. ПОРЯДОК И РАЗМЕР ВОЗМЕЩЕНИЯ ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЮ ГРАЖДАН
2.1. Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан
2.2. Размер возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
ВВЕДЕНИЕ
В качестве фундаментального источника российского гражданского права необходимо рассматривать Гражданский кодекс Российской Федерации, принятый в 1994 – 1995 годах (далее – Гражданский кодекс РФ или ГК РФ). Об этом и говорит С.С. Алексеев: «Без каких-либо преувеличений можно утверждать, что российский Гражданский кодекс… – это наиболее крупное достижение в законодательстве за всю историю нашего общества».
В данном контексте об обязательствах, возникающих из причинения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан, необходимо говорить как об институте отношений, непосредственно нашедшем свое регулирование в ГК РФ.
При этом гражданско-правовые нормы, так или иначе регулирующие отношения, связанные с возмещением ущерба, можно найти во многих положениях гражданского законодательства РФ.
В подтверждение сказанного необходимо указать, что уже в статье 12 Гражданского кодекса РФ, наряду с иными способами защиты гражданских прав, названы «возмещение убытков» и «компенсация морального вреда»; в статье 15 Гражданского кодекса РФ законодатель устанавливает, что убытки слагаются из реального ущерба (расходов, которые потерпевший произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, утраты или повреждения его имущества) и упущенной выгоды (неполученных доходов); статья 151 говорит о компенсации морального вреда, и, наконец, глава 59 Гражданского кодекса РФ полностью посвящена правовому регулированию указанных отношений.
Кроме того, необходимо сказать о том, что чрезвычайное разнообразие связей, в которые вступают субъекты различного рода отношений, обусловливает возможность причинения вреда в любой области общественных отношений, помимо непосредственно гражданско-правовых (например: отношения, возникающие по поводу осуществления правосудия, отношения, возникающие по поводу привлечения лица к уголовной ответственности, и т.д.).
Указанное обстоятельство позволяет нам в отношениях, возникающих из причинения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан, обращаться за правовым регулированием к нормативно-правовым актам, изданным во исполнение Гражданского кодекса РФ (или независимо от него).
В настоящей работе мы попытаемся очертить круг правовых актов, способных к регулированию общественных отношений, указанных выше, а также уяснить правила их соотношения.
Данная дипломная работа посвящена изучению этого института гражданского права, он является объектом и предметом исследования. В первой главе рассматривается понятие и условия гражданско-правовой ответственности за вред, причиненные жизни и здоровью гражданина, а также вопрос о субъектах данного вида обязательств. Вторая глава посвящена порядку и размерам возмещения вреда.
Актуальность темы обусловлена тем, что предусмотренный ГК РФ является частью более общего института – обязательств из причинения вреда, и потому редко является предметом самостоятельного научного исследования.
При анализе отношений, возникающих из причинения вреда жизни и здоровью граждан автор дипломной работы будет опираться на действующее законодательство, разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, правоприменительную практику Конституционного Суда РФ и судов общей юрисдикции, а также на теоретические научные разработки отечественных ученых.
Методами исследования, применяемые для исследования указанных задач, являются современные положения теории научного познания общественных процессов и правовых явлений. Представляется целесообразным воспользоваться следующими частнонаучными методами: историческим, социально-правовым, системно-структурным.
Освещение отдельных проблем имеет место в работах таких ученых, как Кособродов В.М., Москальцова Т.Н., Ярошенко К.Д., Кузовлев Е.В. и других. Однако решение поставленных перед работой задач осложняется тем, что в настоящее время отсутствуют систематизированные научные разработки, позволяющие установить основополагающие теоретические характеристики причинения вреда жизни и здоровью граждан.
ГЛАВА 1. ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ВРЕД, ПРИЧИНЕННЫЙ ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЮ ГРАЖДАН
1.1. Понятие гражданско-правовой ответственности и основания ее возникновения
Ответственность — одна из основных юридических категорий, широко используемая в правоприменительной деятельности. Однако сам термин «ответственность» многозначен и употребляется в различных аспектах. Можно различать социальную, моральную, политическую, юридическую ответственность. Социальная ответственность — обобщающее понятие, включающее все виды ответственности в обществе. С этой точки зрения моральная и юридическая ответственность — разновидности (формы) социальной ответственности.
Юридическая ответственность, безусловно, всегда связана с государственным принуждением, однако далеко не всякая мера государственно-принудительного воздействия на правонарушителя одновременно является и мерой ответственности. Так, принудительное исполнение имеющейся у лица обязанности, например возврат взятой им взаймы суммы по решению суда, едва ли можно считать мерой его ответственности перед заимодавцем, ибо нарушитель в данном случае лишь принудительно обязывается к исполнению своей обязанности и не несет никаких неблагоприятных последствий своего ненадлежащего поведения.
Таким образом, юридическая ответственность представляет собой одну из форм государственно-принудительного воздействия на нарушителей норм права, заключающуюся в применении к ним предусмотренных законом санкций — мер ответственности, влекущих для них дополнительные неблагоприятные последствия.
Как разновидность юридической ответственности ответственность в гражданском праве обладает всеми указанными выше признаками, однако имеет и особенности, обусловленные спецификой самого гражданского права.
Поскольку гражданское право главным образом регулирует имущественные отношения, то и гражданско-правовая ответственность имеет имущественное содержание, а ее меры (гражданско-правовые санкции) носят имущественный характер. Тем самым эта гражданско-правовая категория выполняет функцию имущественного (экономического) воздействия на правонарушителя и становится одним из методов экономического регулирования общественных отношений. Следовательно, гражданско-правовая ответственность состоит в применении к правонарушителю мер имущественного характера.
Но не всякую меру государственно-принудительного воздействия, имеющую имущественное содержание, можно рассматривать как меру гражданско-правовой ответственности. При ином подходе границы юридической ответственности безосновательно расширяются, а стимулы к надлежащему поведению столь же безосновательно теряются. Так, реституция как последствие признания сделки недействительной или понуждение к исполнению заключенного договора не могут считаться мерами имущественной ответственности, поскольку по общему правилу не влекут никаких неблагоприятных имущественных последствий для правонарушителей. А вот требование о возмещении всех причиненных нарушением договора убытков или взыскание предусмотренного договором штрафа, влекущие возложение на правонарушителя дополнительных в сравнении с вытекающими из договора расходов, безусловно являются мерами ответственности. Поэтому применение гражданско-правовых санкций (мер ответственности) всегда влечет возложение на правонарушителя всех неблагоприятных, невыгодных имущественных последствий его поведения.
Из сказанного следует, что гражданско-правовая ответственность — одна из форм государственного принуждения, состоящая во взыскании судом с правонарушителя в пользу потерпевшего имущественных санкций, перелагающих на правонарушителя невыгодные имущественные последствия его поведения и направленных на восстановление нарушенной имущественной сферы потерпевшего.
Основной, главной функцией гражданско-правовой ответственности является ее компенсаторно-восстановительная функция. Она отражает соразмерность применяемых мер ответственности и вызванных правонарушителем убытков, а также направленность взыскания на компенсацию имущественных потерь потерпевшего от правонарушителя. Наряду с этим гражданско-правовая ответственность выполняет также стимулирующую (организационную) функцию, поскольку побуждает участников гражданских правоотношений к надлежащему поведению. Способствуя предотвращению возможных в будущем правонарушений, гражданская ответственность выполняет и предупредительно-воспитательную (превентивную) функцию. Разумеется, она, как и всякая юридическая ответственность, осуществляет штрафную (наказательную) функцию в отношении правонарушителей.
Статья 8 ГК РФ среди оснований возникновения гражданских прав и обязанностей назвала и «причинение вреда другому лицу». Следовательно, причинение вреда как самостоятельное основание порождает гражданско-правовое обязательство, в котором потерпевший выступает в качестве кредитора (он имеет право требовать), а причинитель – должника (обязанного лица).
Обязательства вследствие причинения вреда нередко называют по-иному: «деликтные обязательства», «обязательства из правонарушения», «внедоговорные обязательства», «обязательства из недозволенных действий».
Разнообразие в наименовании этих обязательств, не влияя на их существо, определяется тем, какой присущий им признак выделен в наименовании: результат действий (обязательства из причинения вреда), характер действий (обязательства из правонарушения, деликта, недозволенных действий) или совершение действий за пределами договорных обязательств (внедоговорные обязательства). Вместе с тем каждый из названных признаков сам по себе не отражает в полной мере сущности этих обязательств. Так, при неисполнении или ненадлежащем исполнении договорных обязательств также возникает вред, а само неисполнение или ненадлежащее исполнение является также правонарушением.
Наиболее точным можно было бы считать наименование «деликтные обязательства», понимая под «деликтом» причиняющее имущественный вред противоправное действие, не представляющее собой неисполнение обязательства. Однако такому пониманию соответствуют и «обязательства из недозволенных действий» и «обязательства из правонарушения».
Что касается наименования «внедоговорные обязательства», то оно является достаточно широким и относится ко всем обязательствам, возникающим не на основании договоров: помимо обязательств вследствие причинения вреда и вследствие неосновательного обогащения, внедоговорными являются и обязательства, возникающие из актов государственных и муниципальных органов, из судебных решений и других оснований, предусмотренных ст. 8 ГК РФ.
В результате, как справедливо было отмечено в литературе, основная используемая терминология носит несколько условный, но твердо установившийся и потому не вызывающий неопределенности характер.
Легальным наименованием соответствующих обязательств ГК РФ избрал ставшее традиционным для российского законодательства наименование – «обязательства вследствие причинения вреда» (гл. 59 ГК РФ).
Отличительные признаки рассматриваемых обязательств определяют сферу их действия.
Во-первых, такие обязательства возникают, если потерпевший и причинитель не связаны между собой договорными отношениями.
Во-вторых, стороны возникшего обязательства могут состоять в договорных отношениях, но причиненный вред явился результатом действий, не связанных с нарушением договорных обязательств.
В-третьих, в случаях, предусмотренных законом, по нормам, регулирующим названные обязательства, возмещается вред, причиненный также нарушением договорных обязательств. Например, ст. 580 ГК РФ подчинила действию норм о деликтных обязательствах отношения, возникающие из договора дарения: в случае причинения вреда гражданину вследствие недостатков подаренной ему вещи. Аналогичная норма содержится в ст. 800 ГК РФ, определяющей ответственность перевозчика по договору перевозки за причинение вреда жизни или здоровью пассажира.
В гл. 59 ГК РФ включено общее правило, распространяющее нормы, содержащиеся в ней, на достаточно широкий круг отношений, возникающих из договорных и иных обязательств. Речь идет о ст. 1084, в которой предусмотрено, что вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по нормам о деликтных обязательствах.
Также независимо от наличия или отсутствия договорных отношений между сторонами по нормам гл. 59 производится возмещение вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу граждан, а также имуществу юридических лиц вследствие недостатков товаров, работ, услуг.
Необходимость четкого определения сферы применения норм, регулирующих обязательства вследствие причинения вреда, вызвана тем, что соответствующие нормы носят строго императивный характер. Свободы в определении оснований, условий и размера ответственности, как это имеет место при нарушении договоров, нормы о деликтной ответственности не допускают. Имеется лишь одно исключение: законом или договором может быть установлена обязанность причинителя выплатить потерпевшему компенсацию сверх возмещения вреда (ст. 1064 ГК РФ).
Хотя в силу ст. 8 ГК РФ причинение вреда другому лицу порождает гражданско-правовое обязательство, для наступления ответственности за причиненный вред одного этого факта недостаточно. Ответственность за причиненный вред наступает при наличии в совокупности трех условий, из которых два носят объективный характер и одно – субъективный. В совокупности эти условия представляют собой юридический состав («генеральный деликт»). Такими условиями являются: противоправность действий, причинная связь между противоправными действиями и наступившим вредом и вина причинителя.
В предусмотренных законом случаях на причинителя может быть возложена обязанность возмещения вреда и при усеченном составе генерального деликта, а именно при отсутствии в его действиях вины и противоправности.
Возникновение вреда. Возмещению подлежит вред, причиненный личности или имуществу гражданина.
Вред, который может быть оценен в деньгах, – это имущественный вред. На протяжении длительного времени понятие «вред» в советском законодательстве ассоциировалось только с имущественным вредом, поскольку возмещению подлежал лишь такой вред.
Имущественный вред может возникнуть при нарушении как имущественных, так и неимущественных благ (прав). Так, например, если вред причинен жизни или здоровью гражданина (его неимущественным благам), возникает имущественный вред, который выражается в утрате заработной платы (иных доходов), необходимости несения расходов на восстановление здоровья (оплата лекарств, санаторного лечения, протезирования и т.п.). Точно так же распространение порочащих, не соответствующих действительности сведений в отношении гражданина может повлечь увольнение его с работы, а следовательно, и причинение имущественного вреда.
Вред, который не может быть оценен в деньгах, – это неимущественный вред. Он возникает, как правило, при нарушении личных неимущественных благ (прав) граждан, но может возникнуть и при нарушении имущественных прав. В юридической литературе и законодательстве неимущественный вред именуется моральным, под которым понимаются физические и нравственные страдания, переживаемые гражданином.
При причинении имущественного вреда действует общий принцип полного его возмещения. Лицо, ответственное за причинение вреда, обязано возместить его в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки. Убытки подсчитываются по общим правилам, предусмотренным ст. 15 ГК РФ. Речь идет о возмещении реального ущерба и упущенной выгоды.
В постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 разъяснено, что «под реальным ущербом подразумеваются не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Размер упущенной выгоды (неполученного дохода) должен определяться с учетом затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено».
Убытки возмещаются по ценам на день их добровольного возмещения либо на день предъявления иска, а по усмотрению суда – на день вынесения решения.
Причинение физического вреда личности практически всегда связано с увечьем или иным повреждением здоровья, а также причинением смерти. Сам вред, причиненный гражданину, это – уменьшение способности к труду по определенной профессии, а в случае смерти кормильца – уменьшение дохода, на которое лицо имеет право по закону (ст. 1085 ГК РФ).
В отношении увечья и иного повреждения здоровья в юридической литературе и судебной практике сложились устойчивые понятия. Так, под увечьем принято понимать травматическое повреждение, вызванное внезапным, зачастую однократным, воздействием на организм человека внешнего фактора. Право на возмещение вреда дает не само по себе увечье или иное повреждение здоровья потерпевшего, а только такие трудовые увечья, которые вызвали утрату или повреждение здоровья. Иное повреждение здоровья может выразиться и в профессиональном заболевании, отравлении, расстройстве психики и т.п. Расстройство психики у граждан, по мнению М.Н. Малеиной, может быть вызвано так называемым пси-оружием – биогенератором, биоэлектронным оружием, гипноизлучателем, либо субъектами, обладающими способностью к биоэнергетическому воздействию. Негативные последствия такого воздействия могут проявляться, например, при зомбировании, способном причинить вред здоровью гражданина или вызвать его смерть. Судебная практика ранее стояла на той позиции, что потерпевшему возмещались лишь фактически понесенные расходы.
Профессиональное заболевание возникает в результате длительного и систематического воздействия на организм человека неустранимых вредных последствий производства либо других специфических для данной профессии факторов.
В случаях, когда ликвидировать последствия травмы или возникшей болезни не представляется возможным, потерпевший в полной мере или частично может потерять способность к труду. Из-за этого он может лишиться заработка, вынужден затрачивать средства на лечение, протезирование, санаторно-курортное лечение и т.д. Именно поэтому материальные затраты такого рода и образуют так называемый имущественный вред, причиненный здоровью гражданина. Возмещение такого вреда состоит в выплате потерпевшему денежных сумм в размере утраченного заработка или его части. Это зависит от степени утраты профессиональной трудоспособности. Кроме того, в возмещение вреда также включаются компенсации дополнительных расходов, таких, как на санаторно-курортное лечение, усиленное питание, оздоровительную гимнастику и массажи, занятия в бассейне и т.п., а также выплата единовременного пособия, возмещение морального вреда.
Причинение смерти гражданину рассматривается тоже как имущественный вред в связи с тем, что находившиеся на иждивении умершего нетрудоспособные члены семьи (супруг, дети, родители и другие родственники, иждивенцы) лишились материальных средств, которые доставлял им умерший и которые были для членов семьи основным источником существования. Также к имущественным убыткам относятся понесенные членами семьи умершего расходы на его погребение, установку памятника, ограды и т.п.
Значение вреда в деликтных обязательствах предопределено их целевым назначением, которое, как уже отмечалось в юридической литературе, состоит в устранении имущественных последствий правонарушения, восстановлении имущественной сферы потерпевшего в том состоянии (до того уровня в стоимостном отношении), в котором она находилась до причинения ему вреда. Эта цель будет достигнута, если причиненный вред будет возмещен в полном объеме. Следует отметить, что это не всегда становится достижимым в достаточной степени.
При солидарной ответственности причинители вреда все вместе (и каждый в отдельности) перед потерпевшим отвечают в объеме причиненного вреда. Здесь степень вины не имеет значения, и размер ущерба определяет объем ответственности. Это объясняется следующим. При солидарной ответственности единый, нераздельный результат – вред, вызванный виновным поведением нескольких лиц, – не может быть разложен на части, соответствующие степени виновности каждого из них (почему и наступает солидарная ответственность), а одновременное возмещение вреда каждым из сопричинителей в полном объеме выходило бы далеко за рамки восстановления прежнего состояния и приводило бы, как указывалось ранее, к обогащению потерпевшего. В дальнейших же отношениях между сопричинителями вреда, поскольку у каждого из них в случае единоличного возмещения вреда потерпевшему возникает право регресса к другим, ответственность не может быть разложена иначе, как по степени виновности.
Такое же положение возникает в случае смешанной (при наличии вины потерпевшего) ответственности: единый результат, то есть вред, возникает вследствие виновного поведения и причинителя, и потерпевшего. Поэтому размер возмещаемого вреда должен быть уменьшен за счет вины самого потерпевшего. Иначе говоря, его вина соизмеряется с виной причинителя. Таким путем устанавливается тот возможный при данной степени виновности объем вреда, который имел бы место при отсутствии виновного поведения одного из них.
При таких обстоятельствах в отношениях между причинителем и потерпевшим вред не только необходимое условие, но и мера ответственности. Данное положение становится чрезвычайно актуальным при рассмотрении вопроса об ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности.
Принцип полного возмещения вреда подразумевает возмещение как имущественного, так и компенсацию в необходимых случаях неимущественного (морального) вреда. Понятие морального вреда наиболее полно определено в постановлении Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». Это – «нравственные и физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства, другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права граждан».
Хотя чаще всего нравственные и физические страдания человек испытывает в результате нарушения его неимущественных благ и прав, не исключено, что нравственные переживания сопутствуют и нарушению имущественных прав (похищен автомобиль, пропала сданная на хранение ценная вещь и т.п.).
На протяжении длительного времени в советской литературе господствовало отрицательное отношение к возмещению морального вреда. Вот только одно из суждений по этому поводу: «Имущественное возмещение неимущественного вреда, которое по существу представляет собой перевод на деньги таких благ, как жизнь, здоровье, честь, творческие достижения человека, несовместимо с основными воззрениями советского социалистического общества, с высоким уважением к личности человека».
Иной подход, высказываемый в то же время в зарубежной литературе и воспринятый практикой за рубежом, был сформулирован французскими юристами братьями Мазо: «Деньги достаточно могущественны, чтобы быть иногда в состоянии возместить вред и в сфере моральной… Человек часто вынужден удовлетворяться эквивалентом. Наилучшим эквивалентом являются деньги, потому что, обладая деньгами, потерпевший располагает почти неограниченными возможностями».
Начиная с 60-х гг. в литературе стала преобладать уже иная точка зрения: о необходимости возмещения морального вреда. Наиболее широко вопрос о возмещении морального вреда был поставлен С.Н. Братусем.
Впервые норма о компенсации морального вреда была включена в Закон СССР «О средствах массовой информации», а затем и во многие российские законы.
Общая норма о возмещении морального вреда была сформулирована в Основах 1991 г. и помещена в раздел об обязательствах вследствие причинения вреда (ст. 131). Заложенные в ней принципы возмещения морального вреда сводились к следующему: моральный вред возмещается гражданину во всех случаях, если он причинен неправомерными и виновными действиями; он может возмещаться в денежной или иной материальной форме в размере, определяемом судом; моральный вред компенсируется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда. Таким образом, моральный вред подлежал возмещению в случае нарушения как имущественных, так и неимущественных прав и благ человека.
Действующий ГК РФ включил общую норму о моральном вреде в часть первую (ст. 151) и нормы, специально посвященные компенсации морального вреда, в главу о деликтных обязательствах (§ 4 гл. 59). Эти нормы установили следующие принципы компенсации морального вреда.
Во-первых, такой вред может быть компенсирован гражданину, если он причинен в результате нарушения его личных неимущественных прав или нематериальных благ. Моральный вред, возникший в результате нарушения имущественных прав, возмещается лишь в случаях, если это специально предусмотрено законом. Самые широкие возможности компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав граждан в настоящее время предоставляет Закон о защите прав потребителей, который имеет весьма широкую сферу действия: он применяется к отношениям, возникающим из договоров купли-продажи, имущественного найма, в том числе бытового проката, безвозмездного пользования имуществом, найма жилого помещения, в том числе к отношениям между наймодателем и нанимателем по поводу ремонта жилищного фонда, ремонта инженерного оборудования, обеспечения коммунальными услугами, которые он обязан предоставлять, поскольку это является одним из условий договора жилищного найма, подряда, перевозки граждан, их багажа и грузов, комиссии, хранения, договоров на оказание финансовых услуг, открытие и ведение счетов клиентов-граждан и др.
Учитывая такую широкую сферу применения Закона о защите прав потребителей, можно сказать, что компенсация морального вреда, возникшего в результате нарушения имущественной сферы гражданина, допускается достаточно часто.
Именно в связи с этим заслуживает внимания высказанная в литературе точка зрения о том, что возмещение морального вреда может иметь место, если «вызванное таким образом состояние длительно или сильно затрудняет участие в общественной жизни лица, потерпевшего вред, или иным способом ухудшает его жизнь. В силу этого условия причиненный вред (неимущественный), в зависимости от его природы, должен продолжаться длительное время и причинять значительные невыгоды потерпевшему… Длительную и значительную невыгоду может вызвать, например, потеря одного глаза, повреждение лица, изменение в психике, наступившее после несчастного случая… и т.п.».
Во-вторых, основанием для компенсации морального вреда является не только вина причинителя. Статья 1100 устанавливает случаи, когда моральный вред может компенсироваться и независимо от вины: при причинении вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; при причинении вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; при причинении вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию. Кроме того, предусмотрено, что законом могут быть установлены и другие случаи безвиновной ответственности за причинение морального вреда.
В-третьих, моральный вред подлежит компенсации только в денежной форме.
В-четвертых, как и прежде, моральный вред может компенсироваться как наряду с возмещением убытков, так и тогда, когда имущественный вред не причинен. Например, при нарушении чести и достоинства гражданина убытки, как правило, не возникают, а компенсация морального вреда в этих случаях производится едва ли не чаще всего.
В связи с использованием в нормах о деликтных обязательствах понятий «вред» и «моральный вред» необходимо остановиться на проблеме соотношения этих понятий.
По нашему мнению, в споре о том, является ли понятие «вред» единой категорией, включающей как имущественный, так и неимущественный (моральный) вред, либо это два самостоятельных, не зависящих друг от друга последствия одного правонарушения, поддержки заслуживает первая точка зрения.
К приведенным в обоснование этой позиции доводам можно добавить и то, что широкое понимание категории вреда вытекает из действующего законодательства. В ст. 53 Конституции РФ сказано: «Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти и их должностных лиц». Вряд ли можно предположить, что Конституция, гарантируя и защищая права и свободы граждан, имеет в виду возмещение только имущественных потерь. В общих положениях о деликтных обязательствах (ст. 1064) «вред» также не определяется как чисто имущественный.
Признание «морального вреда» составной частью «вреда» предопределяет и признание специального характера норм, регулирующих его компенсацию. Из этого следует, что обязательство по возмещению имущественного и морального вреда – это единое обязательство, и специальные нормы могут по-иному определять состав вреда (ограничение компенсации морального вреда), способы и размер его компенсации, но не субъектный состав ответственных лиц, а также условия ответственности.
Противоправность действий. В юридической литературе по поводу противоправности существуют две позиции. Сторонники одной из них исходят из того, что сам факт причинения вреда нарушает общий запрет закона причинять другому вред, а потому все такие действия можно расценивать как противоправные. Сторонники другой позиции полагают, что противоправность определяется нарушением не субъективного права потерпевшего, а лишь нарушением нормы объективного права, притом такой нормы, которая направлена на охрану определенного интереса потерпевшего.
Так, М.М. Агарков писал: «Противоправное действие всегда является нарушением объективного права… Нарушение объективного права, причинившее кому-либо вред, может породить обязательство возместить этот вред, если вместе с тем нарушено субъективное право потерпевшего или причинен ущерб интересам, на охрану которых направлена нарушенная норма».
Позиция законодателя, в соответствии с которой различаются последствия причинения вреда противоправными действиями, с одной стороны, и правомерными – с другой, дает основания для утверждения, что им воспринята вторая точка зрения. Сам факт причинения вреда (правонарушение в субъективном смысле) не всегда влечет обязанность его возмещения. Вред, возникший в результате правомерных действий, в виде общего правила, возмещению не подлежит. Отступление от этого правила возможно, если это прямо установлено законом. Нормы, определяющие последствия причинения вреда правомерными действиями, содержатся и в самом ГК РФ. Правомерными действиями является необходимая оборона, и ГК РФ устанавливает, что вред, причиненный такими действиями, возмещению не подлежит, если только не были превышены ее пределы (ст. 1066). Но в последнем случае, т.е. при превышении пределов необходимой обороны, речь идет уже не о правомерных, а о противоправных действиях. В самом ГК РФ понятия необходимой обороны и превышения ее пределов не сформулированы. Легальные понятия этих категорий содержатся в УК РФ (ст. 37). Необходимая оборона – это защита личности и прав обороняющегося (или других лиц), охраняемых законами интересов общества или государства от общественно опасного посягательства. Превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства. Нужно отметить, что УК РФ, сформулировав приведенные понятия, сузил рамки действий, которые признаются совершенными с превышением пределов необходимой обороны (такие действия должны быть умышленными).
Правомерными признаются и действия, совершенные в состоянии крайней необходимости. Понятие крайней необходимости раскрыто в самом ГК РФ (ст. 1067). Оно в принципе идентично понятию, которое содержится в УК: устранение опасности, угрожающей самому причинителю вреда или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами. Однако в отличие от Уголовного Гражданский кодекс не ограничивает круга действий, подпадающих под это понятие, условием о недопустимости превышения пределов крайней необходимости. Объясняется это тем, что причинение вреда в состоянии крайней необходимости является одним из случаев, когда закон в виде общего правила устанавливает обязанность возместить вред, причиненный правомерными действиями. Вместе с тем возмещение вреда, причиненного в состоянии крайней необходимости, имеет и свои особенности. Они выражаются в том, что суду предоставлено право с учетом обстоятельств дела возложить обязанность по возмещению вреда на третье лицо, в интересах которого действовал причинитель, либо освободить от возмещения вреда полностью или частично как это третье лицо, так и причинителя вреда.
Правомерными признаются также действия лиц, которые осуществляли возложенные на них обязанности, связанные с возможностью причинения вреда. Необходимость причинения вреда может наступить при борьбе с эпидемиями, эпизоотиями и при других чрезвычайных событиях (уничтожение имущества, в том числе скота, птицы и т.п.). Во всех этих случаях речь идет об управомоченности на причинение вреда. При этом такая управомоченность допускается в случаях крайней необходимости, но в отличие от общего режима ответственности за вред, причиненный в состоянии крайней необходимости, полностью освобождает причинителя от обязанности возместить вред.
В ГК РФ предусмотрен еще один случай, когда действия причинителя не признаются противоправными и не влекут его ответственности за вред. Речь идет о причинении вреда по просьбе или с согласия потерпевшего, при условии, однако, что действия причинителя не нарушают нравственных принципов общества.
Например, Основами законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. допускается изъятие органов (или) тканей человека для трансплантации с его согласия на это (принуждение к изъятию не допускается). Однако несмотря на эту норму, нет никакого сомнения, что действия по изъятию таких органов, как, например, сердца, обеих почек и т.п., что неминуемо приведет к смерти донора, не могут быть отнесены к числу правомерных, не влекущих обязанности возмещения вреда.
В тех же Основах содержится адресованный медицинскому персоналу запрет осуществления эвтаназии – удовлетворения просьбы больного об ускорении его смерти какими-либо действиями или средствами, в том числе по прекращению искусственных мер по поддержанию жизни. Следовательно, для медицинских работников совершение таких действий противозаконно. Если же такие действия будут совершены другими лицами, они безусловно должны быть признаны противоречащими нравственным принципам общества, т.е. такими, за которые наступает обязанность возместить вред (например, выплачивать возмещение лицам, находившимся на иждивении умершего).
Вред может наступить в результате как действия, так и бездействия. Бездействие, влекущее обязанность возместить причиненный вред, по общему правилу, также должно быть противоправным. Однако в отличие от действия бездействие признается противоправным лишь в случае, если осуществление соответствующих действий входило в обязанность причинителя. Именно поэтому упоминание бездействия как основания возникновения обязанности по возмещению вреда специально содержится в норме, посвященной ответственности за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления и их должностными лицами, поскольку именно таким органам и лицам чаще всего предписывается совершение определенных действий. Как правило, бездействие, выразившееся в необеспечении безопасных условий труда, служит основанием ответственности за вред, причиненный увечьем, иным повреждением здоровья или наступлением смерти работника при исполнении трудовых (служебных) обязанностей. Бездействие, выразившееся в ненадлежащем воспитании или неустановлении надзора со стороны родителей или определенных учреждений, служит основанием для возложения на них обязанности возместить вред, причиненный несовершеннолетними и лицами, признанными недееспособными.
Причинная связь между действиями причинителя и наступившим вредом. Причинная связь – необходимое условие любой юридической ответственности, в том числе и гражданской. Ответственность наступает лишь в том случае, если вред явился прямым (не косвенным) и необходимым (не случайным) результатом действий (бездействия) причинителя.
Например, П. предъявила иск к дорожно-ремонтному предприятию, автотранспортному предприятию и ООО «Полет» о возмещении ущерба, причиненного ей в результате столкновения автомашины, принадлежащей ООО, с принадлежащим АТП автобусом, в котором она находилась. Суд возложил ответственность за причиненный вред на дорожно-ремонтное предприятие, мотивируя свое решение тем, что водители столкнувшихся автотранспортных средств не допустили никаких нарушений, а столкновение произошло в связи с ненадлежащим состоянием дороги после проведенного дорожно-ремонтным предприятием ремонта. При кассационном обжаловании вынесенное судом решение было отменено в связи с тем, что, как отметил вышестоящий суд, причиненный истице вред находился в прямой связи с происшедшим столкновением транспортных средств, владельцы которых и обязаны его возместить.
Вина причинителя. Если вышеназванные два условия носят объективный характер, то вина причинителя отражает отношение лица к совершенным противоправным действиям, т.е. носит субъективный характер.
Именно субъективная оценка действий определяет формы вины: умысел и неосторожность. Ни ранее, ни теперь гражданское законодательство не определяет содержания каждой из форм вины. В этом случае открывается возможность воспользоваться определениями, содержащимися в уголовном законодательстве. Умышленная вина (умысел) имеет место тогда, когда лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления опасных последствий и желало их наступления (прямой умысел), либо не желало их наступления, но сознательно допускало эти последствия, либо относилось к ним безразлично (косвенный умысел) (ст. 25 УК РФ).
Неосторожность в Уголовном кодексе РФ представлена в двух формах: легкомыслие и небрежность. Неосторожная вина в форме легкомыслия имеет место в случаях, если лицо предвидело возможность наступления опасных последствий, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение. Если же лицо не предвидело опасных последствий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло их предвидеть, – налицо небрежность (ст. 26 УК РФ).
Для наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред формы вины значения не имеют. Причинитель в равной степени несет ответственность и тогда, когда его действия были умышленными, и тогда, когда он действовал неосторожно.
Гражданско-правовую ответственность отличает присущий ей принцип презумпции виновности причинителя, а следовательно, и презумпции противоправности его действий, поскольку только такие действия могут быть виновными. Причинитель предполагается виновным, если не докажет отсутствие своей вины. В соответствии с этим происходит и распределение бремени доказывания между потерпевшим и причинителем: потерпевший, обращаясь в суд с требованием о возмещении вреда, обязан доказать наличие у него вреда, а также причинную связь между действием причинителя и наступившим вредом. Причинитель, в свою очередь, должен доказать отсутствие в своих действиях противоправности и вины. Гражданское законодательство допускает возмещение вреда при отсутствии вины причинителя, но только в случаях, предусмотренных законом.
Форма и степень вины для гражданско-правовой ответственности приобретают значение лишь в случаях, когда вина потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда. При этом во внимание принимается лишь умысел или грубая неосторожность потерпевшего.
Умысел потерпевшего, направленный на возникновение вреда, исключает обязанность причинителя по его возмещению. При грубой неосторожности размер возмещения должен быть уменьшен либо в возмещении может быть отказано.
Понятие грубой неосторожности, несмотря на использование его в рамках не только деликтной, но и договорной ответственности, в гражданском законодательстве не раскрыто. Нельзя его свести и к одной из форм неосторожной вины, установленной в УК (легкомыслию или небрежности). В юридической литературе предпринимались и предпринимаются попытки предложить четкие признаки, позволяющие определить содержание понятия «грубая неосторожность».
С нашей точки зрения, наиболее приемлемым является критерий, использованный в римском праве: «чрезвычайное непонимание того, что все понимают». Все понимают, что нельзя переходить улицу минуя подземный переход, игнорировать ограждение строительной площадки, ехать на красный свет светофора и т.п. Нарушение этих требований, очевидно, и будет грубой неосторожностью. Естественно, что при использовании соответствующих критериев нельзя не учитывать рекомендаций, содержащихся в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья»: при оценке характера допущенной потерпевшим неосторожности учитывать конкретные обстоятельства. В качестве примера грубой неосторожности в постановлении приводится нетрезвое состояние потерпевшего, содействовавшее возникновению или увеличению вреда.
Так, в деле по иску С. к отделу вневедомственной охраны о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья, было установлено, что истца С. сбила машина, принадлежащая ответчику. Вина водителя, совершившего наезд, была установлена приговором суда. При определении размера возмещения суд применил принцип смешанной ответственности, сославшись на то, что во время аварии С. находился в нетрезвом состоянии и шел по дороге в ночное время. Отменяя указанное решение, вышестоящий суд отметил, что причиной наезда явилось нарушение правил безопасности движения водителем автомобиля, который не оценил дорожной обстановки, выехал на полосу встречного движения, в результате чего и сбил шедшего по дороге С. Суд признал, что нахождение на обочине дороги С. в нетрезвом состоянии нельзя считать грубой неосторожностью, так как его действия не содействовали возникновению или увеличению вреда.
В отношении возможности освобождения причинителя от обязанности возместить вред в случае грубой неосторожности потерпевшего на протяжении длительного времени в юридической литературе высказывались различные точки зрения, а в практике не было единообразия при решении соответствующих споров. В основном споры велись по поводу того, может ли грубая неосторожность потерпевшего привести не только к снижению размера возмещения, но и к освобождению причинителя от обязанности возместить вред, если вред причинен источником повышенной опасности.
Действующее законодательство (ст. 1083 ГК РФ) позволило создать четкую конструкцию учета вины потерпевшего в форме грубой неосторожности. Она выражается в следующем. Если ответственность причинителя построена на принципе вины, то грубая неосторожность потерпевшего может привести лишь к снижению размера возмещения. При ответственности причинителя независимо от вины возможно наступление одного из двух последствий: либо освобождение от ответственности, либо снижение размера возмещения. Однако если вред причинен жизни или здоровью гражданина, при этом возникновению вреда способствовала его грубая неосторожность, отказ в возмещении вреда не допускается. В этих случаях может последовать лишь снижение размера возмещения.
Снижение размера возмещения закон связывает со степенью вины потерпевшего и причинителя, однако каких-либо объективных критериев для определения пределов снижения ГК РФ не предусматривает. Вместе с тем в Федеральном законе от 24 июля 1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» установлено, что если грубая неосторожность потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, размер выплат уменьшается не более чем на 25% (ст. 14 Закона). Очевидно, это положение следует применять по аналогии и в случаях, когда речь идет о возмещении вреда, причиненного здоровью потерпевшего и не в связи с исполнением им трудовых обязанностей.
Законом установлены также случаи, когда грубая неосторожность потерпевшего вообще не должна приниматься во внимание. Это касается размера возмещения дополнительных расходов, в которых нуждается гражданин вследствие повреждения здоровья, размера возмещения, причитающегося лицам, утратившим кормильца, а также размера возмещения расходов на погребение.
Общепризнанно, что противоправность действий, причинная связь и вина причинителя как элементы гражданского правонарушения в совокупности являются условием гражданско-правовой ответственности.
Наряду с этим спорным остается вопрос: может ли возникнуть гражданско-правовая ответственность при неполном составе гражданского правонарушения и в первую очередь при отсутствии вины и связанной с ней противоправности? По этому поводу в разное время высказывались разные точки зрения. Сторонники одной из них утверждали, что «при отсутствии законченного состава правонарушения нельзя говорить и об ответственности причинителя вреда». Более широкую поддержку нашла другая точка зрения, согласно которой ответственность может наступить и при усеченном составе правонарушения. Сторонники этой точки зрения лишь по-разному аргументировали свои позиции. Одни допускали существование в равной мере как виновной, так и безвиновной ответственности (теория двух начал – К.К. Яичков), другие утверждали, что гражданско-правовая ответственность во всех случаях предполагает наличие вины и лишь интересы потерпевшего и другие соображения практического плана вынуждают законодателя установить исключения из принципа виновной ответственности (теория «вины с исключением», иначе – теория «стимулирования» – В.И. Серебровский, Б.С. Антимонов.
Фактически спор сводится к определению содержания понятия гражданско-правовой ответственности, к необходимости в отдельных случаях использовать понятие гражданско-правовой обязанности.
Следует отметить, что в законодательстве отражена позиция сторонников наступления ответственности при усеченном составе правонарушения. В ГК РФ регулируется как виновная, так и безвиновная деликтная ответственность.
Таким образом, резюмируя сказанное, можно сказать следующее. Вред, причиненный жизни или здоровью гражданина, выражается в смерти человека либо в причинении ему травмы или увечья. Такой вред во всех случаях не может быть ни возмещен в натуре, ни компенсирован денежными средствами. Однако при этом у потерпевшего обычно возникают имущественные потери, поскольку вследствие полученных травм или увечий он временно или постоянно лишается возможности получения прежнего заработка или иного дохода, вынужден нести дополнительные расходы на лечение и т.п. В случае смерти гражданина такие потери могут понести близкие ему лица, лишающиеся в результате этого источника доходов или содержания.
Такого рода потери потерпевшего или близких ему лиц подлежат возмещению причинителями вреда в рамках деликтных обязательств. На этих же основаниях потерпевшему, кроме того, возмещается причиненный моральный вред. Поэтому причинение вреда жизни или здоровью гражданина закон рассматривает как одно из оснований возникновения деликтных обязательств.
Наличие четырех приведенных условий ответственности по деликтным обязательствам (вред, противоправность, причинная связь, вина) образует полный состав правонарушения. Он должен быть, как правило, в действиях (или бездействии) любого лица, которому предъявлено требование о возмещении вреда. Отсутствие одного из названных условий дает право освободить лицо от гражданско-правовой ответственности, и тогда речь следует вести о возникновении условий для применения мер защиты. Вина как условие ответственности может отсутствовать, однако обязанность возмещения вреда потерпевшему сохраняется. Именно поэтому правовой вакуум, заключающийся в отсутствии условий ответственности, заполняется применением мер защиты посредством возмещения вреда, например при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности.
1.2. Субъектный состав в обязательствах по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью граждан
В качестве потерпевших (кредиторов) в деликтном обязательстве могут выступать граждане (физические лица), юридические лица, а также государство (Российская Федерация, субъекты Федерации) и муниципальные образования.
Эти же субъекты выступают и в качестве ответственных лиц при условии, что они являются причинителями вреда либо в силу закона на них возлагается ответственность за вред, причиненный другими лицами.
В связи с тем, что юридические лица представляют собой коллективные образования вне зависимости от порядка их создания (унитарные предприятия, созданные собственником учреждения, корпорации, т.е. юридические лица, построенные на принципе членства – участия), возложение на них ответственности связано с определенными особенностями.
Еще в 1949 г. С.Н. Братусь выдвинул концепцию об ответственности юридического лица за действия всех его работников как за собственные действия и собственную вину. Впоследствии эта концепция была развита в трудах многих авторов, воспринята законодателем и впервые закреплена в Основах гражданского законодательства 1961 г. (ч. 3 ст. 88) и ГК РФ 1964 г. (ст. 445).
Смысл введения в Основы и ГК РФ соответствующих норм заключался в том, чтобы юридически закрепить тенденцию более широкого понимания ответственности организаций. Они должны отвечать как за вину органов, выражающуюся, как правило, в ненадлежащем выборе работников и надзоре за ними, так и за виновные действия любого работника, совершенные при исполнении трудовых функций.
Тенденция дальнейшего расширения ответственности юридических лиц проявилась и в действующем ГК РФ. Статья 1068, как и ранее, установила, что юридическое лицо или гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых, служебных, должностных обязанностей, которые составляют условия ее применения: первое из них относится к субъекту действия (работник юридического лица); второе – к характеру действий (при исполнении своих трудовых, служебных, должностных обязанностей). Расширение ответственности юридического лица по сравнению с ранее действовавшим законодательством состоит в ином определении понятия «работник». Законодатель отошел от его традиционного содержания. В соответствии со ст. 1068 ГК РФ для целей деликтной ответственности работником признается не только тот, кто выполняет работу на основании трудового договора (контракта), но и те граждане, которые выполняют работу по гражданско-правовому договору – при условии, что при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица (или гражданина) и под его контролем за безопасным ведением работ. Следует отметить, что соответствующая новелла внесена в законодательство исключительно в интересах потерпевших. Юридические лица и в особенности те, которые осуществляют свою деятельность в сфере малого бизнеса, а также индивидуальные предприниматели, как правило, не создают устойчивых коллективов работников, а для осуществления своей предпринимательской деятельности чаще заключают гражданско-правовые договоры на выполнение отдельных работ.
И, наконец, учитывая, что коммерческие юридические лица, основанные на праве частной собственности, – это корпоративные организации, многие из которых осуществляют свою деятельность через своих участников (членов) без заключения с ними трудовых договоров (речь идет о полных и коммандитных товариществах, а также производственных кооперативах), ГК РФ специально подчеркнул, что хозяйственные товарищества и производственные кооперативы возмещают вред, причиненный их участниками (членами) при осуществлении последними предпринимательской, производственной или иной деятельности товарищества или кооператива.
Поскольку деятельность юридического лица – это деятельность его работников, необходимые элементы правонарушения: противоправность действий, причинная связь и вина причинителя – устанавливаются применительно к действиям конкретного работника (конкретных работников), причинившего вред. Вместе с тем действиями юридического лица признаются не любые действия его работников, а такие, которые они осуществляют в связи с исполнением своих трудовых обязанностей. Нередки случаи, когда непосредственного причинителя (конкретного работника) установить нельзя, поскольку вред явился результатом коллективных действий (например, причинение вреда в результате профессионального заболевания работника, загрязнение окружающей среды деятельностью предприятия и т.п.). В таких случаях юридическое лицо выступает как единый причинитель, и необходимые элементы правонарушения устанавливаются применительно к такой коллективной деятельности.
Регулирование последствий причинения вреда государственными органами и их должностными лицами в истории своего развития прошло ряд этапов, каждый из которых отличался созданием более широких гарантий охраны прав граждан и юридических лиц. В ГК 1922 г. было установлено, что вред, причиненный должностными лицами учреждений при исполнении ими служебных обязанностей, возмещается лишь в случаях, если это специально предусмотрено законодательством. Поскольку специальное законодательство было представлено одним союзным законом (Кодекс торгового мореплавания установил ответственность морского порта за аварии, возникшие по вине государственных морских лоцманов) и двумя российскими нормативными актами в весьма узкой сфере отношений, причиненный должностными лицами учреждений вред практически не возмещался.
Основы 1961 г. и ГК 1964 г. изменили существующее положение и установили различный правовой режим ответственности за вред, причиненный должностными лицами государственных учреждений, в зависимости от того, в какой сфере их деятельности был причинен вред: в сфере административного управления или судебно-прокурорской деятельности.
Применительно к причинению вреда действиями должностных лиц в сфере административного управления был установлен совершенно иной по сравнению с ГК 1922 г. принцип: вред, причиненный гражданину неправильными служебными действиями должностных лиц в сфере административного управления, подлежал возмещению соответствующим учреждением на общих основаниях, если иное не было установлено законом. Для ответственности за вред, причиненный юридическим лицам, сохранялся прежний порядок: такая ответственность могла наступить лишь в порядке, установленном законом. Сам ГК такой ответственности не предусматривал.
За вред, причиненный должностными лицами органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, ответственность могла наступить лишь в случаях и пределах, специально предусмотренных законом. На протяжении двадцати лет такого закона не было, и возмещение вреда в рамках гражданского законодательства не осуществлялось. И лишь 18 мая 1981 г. Президиумом Верховного Совета СССР был принят Указ «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей». Этим же Указом было утверждено Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Указом в общем виде было определено, кто, в каких случаях и при каких условиях возмещает вред. В этом Указе содержалась принципиально новая норма, согласно которой за вред, причиненный гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, ответственность возлагалась на государство. В Положении устанавливался объем подлежащего возмещению ущерба, источники и порядок возмещения и т.п. Нормы Указа и Положения были детализированы в Инструкции по применению Положения от 2 марта 1982 г.
В соответствии с Указом были внесены изменения в Основы 1961 г. и ГК 1964 г.
Особенностью этого этапа развития законодательства можно считать то, что в сферу субъектов ответственности было включено государство, на которое возлагалась обязанность по возмещению вреда вне зависимости от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, незаконными действиями которых такой вред был причинен. К тому же не допускалась и регрессная ответственность непосредственных причинителей.
Действующий ГК РФ применительно к ответственности за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления и их должностными лицами, также сохранил два режима в зависимости от того, в какой сфере деятельности причиняется вред: в сфере административного управления или в сфере судебно-прокурорской деятельности. Вместе с тем режим ответственности за вред, причиненный в сфере административного управления, существенно изменился — это касается, во-первых, субъекта ответственности (государство и муниципальные образования принимают на себя ответственность за вред, причиненный их органами и должностными лицами в сфере административного управления) и, во-вторых, круга лиц, имеющих право на возмещение вреда (в их число помимо граждан включены юридические лица).
В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный не только гражданину, но также и юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Федерации или казны муниципального образования. При этом речь идет как о незаконных действиях (бездействии), так и об издании актов, не соответствующих закону или иному правовому акту.
Поскольку нормы, регулирующие ответственность за вред, причиненный незаконными действиями государственных и муниципальных органов и их должностных лиц, устанавливают иной состав ответственных лиц и источник, за счет которого осуществляется возмещение вреда, важно определить границы применения такого специального режима.
Если по ГК 1964 г. основополагающим условием для применения норм об ответственности за вред, причиненный государственными и общественными организациями и их должностными лицами, достаточным было совершение действий в области административного управления, то новый ГК РФ выдвинул еще одно условие, касающееся субъектного состава обязательства. Причинителем в таких обязательствах могут являться только государственные органы и их должностные лица. Под государственными органами в данном случае следует понимать органы государственной власти, названные в ст. 10 Конституции РФ (имеются в виду органы законодательной, исполнительной и судебной власти Российской Федерации и субъектов Федерации), а также представительные и исполнительные органы местного самоуправления (ст. 12 Конституции РФ).
Легальное понятие должностного лица, которое может быть использовано применительно к гражданско-правовой ответственности, содержится в уголовном законодательстве. В УК оно дано в примечании 1 к ст. 285: «Должностными лицами признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации».
Поскольку во многих действующих законах в качестве ответчиков за вред, причиненный государственными органами и органами местного самоуправления, назван сам орган, в постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 даны по этому вопросу соответствующие разъяснения.
В п. 12 постановления предусмотрено: «…Предъявление гражданином или юридическим лицом иска непосредственно к государственному органу или к органу местного самоуправления, допустившему соответствующее нарушение, не может служить основанием к отказу в принятии искового заявления либо к его возвращению без рассмотрения. В этом случае суд привлекает в качестве ответчика по делу соответствующий финансовый или иной управомоченный орган. При удовлетворении иска взыскание денежных сумм производится за счет средств соответствующего бюджета, а при отсутствии денежных средств – за счет иного имущества, составляющего соответствующую казну».
Норма, содержащаяся в ст. 1069, изменив субъектный состав в обязательстве, возникающем вследствие причинения вреда действиями в сфере административного управления, не затронула оснований ответственности: она наступает при незаконности действий и вине причинителя.
Такой вывод основывается на двух обстоятельствах: во-первых, сама ст. 1069 не содержит отсылки к специальным основаниям ответственности и, во-вторых, п. 2 ст. 1070, отсылая к ст. 1069, упоминает о вине должностных лиц, причинивших вред.
Ответственность за вред, причиненный государственными органами и органами местного самоуправления вне сферы административного управления, наступает по общим правилам. Например, если автомобилем, находящимся на балансе органа милиции, совершен наезд на пешехода, который в результате этого погиб, ответственность за вред перед иждивенцами такого потерпевшего будет возложена на сам орган милиции. Вместе с тем в соответствии с общими правилами (ст. 120 ГК РФ), если принадлежащих органу милиции собственных средств окажется недостаточно для возмещения причиненного вреда, к субсидиарной (дополнительной) ответственности будет привлечена Российская Федерация (субъект Федерации или муниципальное образование), на бюджете которой находится соответствующий государственный орган.
В случаях причинения вреда действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, выразившимися в незаконном осуждении или незаконном привлечении к уголовной ответственности, незаконном применении в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконном наложении административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, специальный режим отличается не только субъектом, но и основаниями ответственности: вред возмещается в полном объеме за счет казны Российской Федерации (в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта РФ или муниципального образования) вне зависимости от вины должностных лиц правоохранительных органов.
В ГК РФ определено, что вред возмещается в установленном законом порядке.
Такой порядок в отношении лиц, вред которым причинен в результате уголовного преследования, установлен Уголовно-процессуальным кодексом РФ (гл. 18 «Реабилитация»). В ст. 133 УПК предусмотрены условия, при наличии которых возникает право на возмещение вреда, причем перечень таких условий значительно расширен по сравнению с предусмотренным УПК РСФСР 1960 г. Если ранее вред возмещался при условии постановления оправдательного приговора, прекращения уголовного дела за отсутствием события преступления, за отсутствием в деянии состава преступления или недоказанности участия гражданина в совершении преступления, то в новом УПК РФ к этому перечню добавлены и такие условия, как прекращение уголовного преследования в связи с отказом обвинителя от обвинения, отсутствие заявления потерпевшего в случаях, когда дело может быть возбуждено только по его заявлению, отсутствие согласия соответствующих органов на привлечение к уголовной ответственности или на лишение неприкосновенности лиц, в отношении которых такое согласие необходимо.
Кроме того, право на возмещение вреда имеют лица, подвергнутые принудительным мерам медицинского характера в случаях отмены постановления суда о применении такой меры, а также лица, незаконно подвергнутые мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (задержание подозреваемого, применение к нему мер пресечения, отстранение от должности, наложение ареста на имущество и др.).
Специально подчеркнуто, что право на возмещение не возникает, если основанием к прекращению уголовного преследования послужили акт об амнистии, истечение сроков давности, недостижение возраста, с которого начинается уголовная ответственность, или принятие закона, устраняющего наказуемость деяния.
Реабилитированный имеет право на возмещение имущественного вреда (неполученного заработка, пенсии, пособий, возвращение стоимости конфискованного или обращенного в доход государства имущества, штрафов и процессуальных издержек, сумм, выплаченных за оказание юридической помощи и всех иных расходов), компенсацию морального вреда, восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах, восстановление чести, достоинства и деловой репутации.
Однако, не все так просто. Для уяснения указанной проблемы обратимся к вопросу реабилитации подсудимого, например при изменении квалификации совершенного преступления на менее тяжкое. Ведущие российские ученые в области гражданского права и процесса – Л.В. Бойцова, В.В. Бойцова, Т.Н. Москальцова, К.Б. Ярошенко, А.П. Кун – в своих трудах уделяли особое внимание вопросам реабилитации незаконно осужденных. В частности, К.Б. Ярошенко отмечает необходимость расширения сферы действия Указа и Положения, которые не распространяются на все случаи незаконных посягательств на личную свободу граждан, в том числе:
1) при изменении квалификации содеянного по статье закона, предусматривающей менее тяжкое преступление с назначением по ней нового, более мягкого наказания;
2) при оправдании (прекращении дела) в части предъявленного обвинения;
3) при назначении судом наказания, которое не поглощается сроком предварительного заключения;
4) при замене наказания более мягким в процессе исполнения приговора, когда новое наказание уступает размеру (тяжести) уже исполненного.
К сожалению, зачастую наука и практика развиваются не вместе, а разрозненно. Это суждение применимо и к рассматриваемой нами проблеме. Восполняя пробелы в законодательстве, Пленум Верховного суда СССР в своем Постановлении от 23.12.1988 № 15 «О некоторых вопросах применения в судебной практике Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 года «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей» четко изложил свою позицию по данному вопросу: «Прекращение уголовного дела на основании акта амнистии, по истечении срока давности привлечения к уголовной ответственности, в связи с принятием закона, устраняющего уголовную ответственность за совершенное деяние, и по другим нереабилитирующим основаниям, а равно изменение квалификации содеянного на статью закона, предусматривающую менее тяжкое преступление с назначением по ней нового, более мягкого наказания, либо снижение меры наказания без изменения квалификации не является основанием для возмещения ущерба в соответствии с Указом от 18 мая 1981 года».
Оговорка была допущена лишь в отношении исчисления трудового стажа: «…в случае снижения меры наказания в связи с пересмотром уголовного дела время пребывания гражданина в местах заключения сверх срока, назначенного при пересмотре дела, засчитывается в общий трудовой стаж и в стаж работы по той специальности, по которой гражданин работал до привлечения его к уголовной ответственности, при исчислении размеров месячных ставок заработной платы (должностных окладов)».
Требование о возмещении имущественного вреда потерпевший вправе заявить в пределах срока исковой давности, течение которого начинается со дня получения документа о реабилитации, в орган, постановивший приговор или вынесший определение, постановление о прекращении уголовного дела, об отмене или изменении незаконных или необоснованных решений. Если уголовное дело прекращено или приговор изменен вышестоящим судом, то требование направляется в суд, постановивший приговор (ст. 135 УПК РФ).
Соответствующий орган обязан в течение одного месяца определить размер подлежащего возмещению вреда и вынести постановление о производстве соответствующих выплат; это постановление по требованию потерпевшего исполняется в порядке, установленном для исполнения приговоров (ст. 399 УПК РФ). В таком же порядке исполняются требования о восстановлении в правах (жилищных, трудовых и др.). Требования о компенсации морального вреда рассматриваются в порядке гражданского судопроизводства.
Следует отметить, что порядок возмещения вреда в случае прекращения дела об административном правонарушении специальным законом не установлен. Очевидно, в таких случаях соответствующие требования должны рассматриваться в порядке гражданского судопроизводства.
В соответствии с п. 2 ст. 1070 ГК РФ во всех остальных случаях причинения вреда органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (т.е. в случаях, не связанных с неосновательным осуждением или привлечением к ответственности граждан) вред также возмещается за счет соответствующей казны, но в общем порядке и на общих основаниях, т.е. при наличии вины и противоправности в действиях причинителя. При этом специально установлено, что в случаях причинения вреда при осуществлении правосудия вина судьи должна быть подтверждена вступившим в силу приговором суда.
Поскольку такое специальное требование о порядке установления вины судьи на практике применялось слишком широко и это фактически приводило к полному освобождению от возмещения вреда, причиненного деятельностью судов, 25 января 2001 г. было принято постановление Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности положения п. 2 ст. 1070 ГК РФ.
В этом постановлении Конституционный Суд определил пределы толкования понятия «причинение вреда при осуществлении правосудия», ограничив их вынесением судом актов, разрешающих дело по существу. Во всех остальных случаях причинения вреда деятельностью суда (незаконное наложение ареста на имущество, нарушение разумных сроков судебного разбирательства, несвоевременное вручение лицу процессуальных документов, приведшего к пропуску сроков обжалования, неправомерная задержка исполнения решения и т.п.) действует общий порядок установления вины судьи: соответствующим судебным решением при рассмотрении конкретного требования.
Особенность ответственности за вред, причиненный действиями несовершеннолетними, лицами, признанными полностью или частично
недееспособными, а также лицами, неспособными понимать значение своих
действий, состоит в том, что она возлагается (непосредственно или субсидиарно) не на самого причинителя, а на других указанных в законе лиц. При этом ответственность таких лиц носит самостоятельный характер: они отвечают за свои противоправные и виновные действия. В отношении их ответственности действует и презумпция виновности причинителя: именно они сами должны доказать отсутствие противоправности и вины. Поскольку противоправное поведение привлекаемых к ответственности лиц проявляется через действия несовершеннолетних или недееспособных, причинная связь складывается из двух звеньев: вред должен явиться результатом действий несовершеннолетних или недееспособных, поведение несовершеннолетних и недееспособных, в свою очередь – результатом противоправного поведения указанных лиц (родителей, усыновителей, опекунов или попечителей).
Как известно, чтобы нести гражданскую ответственность, необходимо обладать гражданской дееспособностью, которая предполагает способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их. Таким образом, дееспособность – это и возможность совершать сделки (сделкоспособность), и способность нести ответственность за свои действия (деликтоспособность). Момент наступления полной дееспособности определяется законом (ст. 21 ГК РФ). Полностью дееспособными признаются те, кто достиг совершеннолетия (18 лет). В случае, когда законом допускается вступление в брак до достижения совершеннолетия (ст. 13 Семейного кодекса), гражданин приобретает дееспособность в полном объеме с момента вступления в брак. И наконец, гражданин, достигший 16 лет, при определенных условиях (ст. 27 ГК РФ) может быть объявлен органами опеки и попечительства либо судом полностью дееспособным (эмансипация).
Различаются четыре состояния, при которых граждане ограничены или полностью лишены дееспособности. При этом закон неодинаково относится к лишению или ограничению сделкоспособности, с одной стороны, и деликтоспособности – с другой.
Во-первых, это малолетние в возрасте до 14 лет. Им предоставлено право совершать некоторые предусмотренные законом сделки, но они полностью неделиктоспособны. За вред, причиненный этими малолетними, в зависимости от определенных обстоятельств ответственность может быть возложена на их законных представителей (родителей, усыновителей, опекунов), а также на указанных в законе граждан и юридических лиц.
Законные представители несут ответственность в случае, если действия малолетнего, причинившего вред, явились результатом неосуществления за ними надзора, безответственного отношения к их воспитанию, неправомерного использования прав по отношению к детям и т.п. Поскольку обязанности по воспитанию детей в равной мере должны осуществляться отцом и матерью (ст. 63 Семейного кодекса), ответственность за вред возлагается на обоих родителей независимо от того, проживают ли они вместе с детьми или нет.
Ранее в практике возникал вопрос о возможности возложения имущественной ответственности за причиненный детьми вред на родителей, которые лишены родительских прав. По этому поводу высказывались различные точки зрения, но законодательной базы для положительного решения этого вопроса не было. В ГК РФ (ст. 1075) предусмотрено, что родители, лишенные родительских прав, несут на общих основаниях ответственность за вред, причиненный детьми, в отношении которых они были лишены родительских прав. Такая ответственность может наступить при наличии двух условий: во-первых, вред причинен не позднее трех лет после лишения родительских прав и, во-вторых, установлена причинная связь между действиями детей, причинивших вред, и ненадлежащим выполнением лицами, лишенными родительских прав, своих обязанностей.
Ответственность за вред, причиненный малолетними, может быть возложена и на отдельные учреждения. Среди таких учреждений выделена определенная группа (воспитательные, лечебные, социальной защиты), которые в силу закона выступают опекунами (попечителями) помещенных в них несовершеннолетних. Соответствующие учреждения отвечают на тех же основаниях, что и опекуны – граждане, т.е. как за ненадлежащее воспитание, так и за ненадлежащий надзор. Другая, более широкая, группа юридических лиц (образовательные, воспитательные, лечебные и т.п.) отличается иными пределами ответственности. На них может быть возложена обязанность по возмещению вреда лишь в том случае, если вред причинен в результате ненадлежащего надзора за малолетними со стороны названных учреждений, при условии, что в момент причинения вреда малолетний находился под их надзором. На тех же основаниях отвечают за вред, причиненный малолетними, и граждане, которые осуществляют надзор на основании договора.
Таким образом, если родители, усыновители и опекуны (граждане и организации) несут ответственность как за ненадлежащее воспитание, так и за ненадлежащий надзор, то соответствующие организации и лица – только за ненадлежащий надзор. Поэтому не исключены случаи, когда к ответственности за вред, причиненный малолетним, одновременно могут быть привлечены как его родители, так и соответствующее учреждение.
Поскольку ответственность за вред, причиненный малолетними, носит самостоятельный характер (она наступает при наличии противоправных действий и вины указанных выше лиц, а также причинной связи между их действиями и действиями ребенка, причинившего вред), она не прекращается и тогда, когда малолетний становится полностью дееспособным или приобретает средства, достаточные для возмещения вреда. Вместе с тем в ГК РФ из этого правила в интересах потерпевших, жизни или здоровью которых причинен вред, установлено весьма существенное исключение (п. 4 ст. 1073). Имеется в виду ситуация, когда граждане, на которых возложена имущественная ответственность за причиненный малолетними вред (родители, усыновители, опекун или гражданин, осуществлявший надзор за малолетним на основании договора), умерли или не имеют достаточных средств для возмещения вреда. В этих случаях суду предоставлено право решить вопрос о возложении обязанности полностью или частично возместить вред (как правило, речь идет о периодических платежах) на самого причинителя. Это возможно при наличии двух условий: малолетний причинитель стал полностью дееспособным и имеет средства для возмещения вреда. При этом суд учитывает имущественное положение потерпевшего и другие имеющие значение для разрешения дела обстоятельства.
Во-вторых, это несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет. Такие лица ограничены в определенной мере в возможности совершать сделки, но они полностью деликтоспособны, а следовательно, сами отвечают за причиненный вред: выступают в качестве ответчиков в суде, их действия оцениваются с точки зрения противоправности и виновности, на них возлагается обязанность возместить вред. Вместе с тем несовершеннолетние в этом возрасте, как правило, продолжают учиться и еще не имеют самостоятельных источников дохода. Кроме того, хотя сами они уже могут оценить последствия своих противоправных действий, они все же нуждаются в воспитании и надзоре. Именно поэтому закон устанавливает, что в случае, если у таких несовершеннолетних нет доходов или иного имущества, достаточного для возмещения вреда, вред должен быть возмещен полностью или в недостающей части их родителями, усыновителями или попечителем (в роли попечителя может выступать гражданин или соответствующее учреждение).
Дополнительная ответственность указанных лиц прекращается по достижении причинителем совершеннолетия либо приобретении ранее этого срока полной дееспособности, а равно и тогда, когда до достижения совершеннолетия у него появятся доходы или иное имущество, достаточные для возмещения вреда.
Поведение лиц, на которых может быть возложена дополнительная ответственность за вред, причиненный несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет, как и поведение лиц, отвечающих за вред, причиненный малолетними, также оценивается с точки зрения противоправности их действий, причинной связи между их действиями и поведением ребенка, причинной связи между поведением ребенка и наступившим результатом (возникновением вреда), а также вины этих лиц.
В-третьих, это лица, которые по решению суда признаны полностью недееспособными в связи с тем, что вследствие психического расстройства они не могут понимать значения своих действий или руководить ими (ст. 29 ГК РФ). Такие лица не вправе совершать сделки и не несут ответственности за последствия своих действий. Ответственность за причиненный ими вред может быть возложена на назначенного им опекуна либо на организацию, обязанную осуществлять за ними надзор (как правило, речь идет о поликлиниках, больницах, которые оказывают психиатрическую помощь, специализированных интернатах). При этом особенностью ответственности названных учреждений является то, что они отвечают как за неосуществление надзора в то время, когда причинитель находился на стационарном лечении, так и за неустановление надзора, если по состоянию здоровья он нуждался в этом.
Поскольку опекуны и соответствующие юридические лица отвечают за свои противоправные действия и за свою вину, возложенная на них обязанность возместить вред, причиненный гражданами, признанными недееспособными, не прекращается ни в случае последующего признания такого лица дееспособным, ни в случае наличия у него средств, достаточных для возмещения вреда. Вместе с тем из этого общего правила также сделано исключение. Установлено, что если вред причинен жизни или здоровью потерпевшего, суд вправе принять решение о возмещении вреда полностью или частично за счет имущества непосредственного причинителя. Такое решение может быть принято лишь в случае, если опекун умер либо не имеет достаточных средств для возмещения вреда, а сам причинитель обладает такими средствами (п. 3 ст. 1076 ГК РФ).
В-четвертых, это лица, которые по решению суда ограничены в дееспособности вследствие того, что, злоупотребляя спиртными напитками или наркотическими средствами, ставят свою семью в тяжелое материальное положение. Таким лицам назначается попечитель. Особенность ограничения дееспособности этих лиц проявляется в том, что будучи ограничены в сделкоспособности (они вправе сами заключать лишь мелкие бытовые сделки), они полностью деликтоспособны, т.е. несут самостоятельную имущественную ответственность за причиненный ими вред на общих основаниях (ст. 1077 ГК РФ).
Следует сказать еще об одной категории. Это лица, которые, являясь дееспособными (т.е. не относясь ни к одному из четырех перечисленных состояний), в момент причинения вреда не понимали значения своих действий или не могли руководить ими.
В зависимости от причин, лишивших гражданина способности оценивать свои действия, дифференцируются и последствия причинения вреда (ст. 1078 ГК РФ).
В виде общего правила гражданин, который в момент причинения вреда не отдавал отчета в своих действиях, освобождается от обязанности его возмещения, вред остается невозмещенным. Однако если гражданин сам привел себя в такое состояние употреблением спиртных напитков или наркотических веществ либо иным способом, освобождение от ответственности не допускается.
Наряду с этим в интересах потерпевших применительно к названным случаям причинения вреда допускается исключение из общего правила. Так, если вред причинен жизни или здоровью потерпевшего, суд может возложить обязанность по его возмещению полностью или частично на самого причинителя. При этом в первую очередь суд исходит из имущественного положения причинителя и потерпевшего, а также принимает во внимание и другие обстоятельства.
Практика показала, что нередко в отношении лиц, которые страдают психическими заболеваниями и в силу этого не могут оценить фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, по разным причинам не ставится вопрос о признании их недееспособными и назначении им опекуна. Таким образом, отсутствуют лица, которые могли бы отвечать за причиненный такими гражданами вред (опекуны или соответствующие специализированные лечебные или иные учреждения социальной защиты). Как в интересах потерпевших, так и с целью усиления надзора за психически больными людьми установлено, что ответственность за причиненный ими вред может быть возложена судом на проживавших с таким лицом его трудоспособных супруга, родителей, совершеннолетних детей, которые знали о психическом расстройстве причинителя вреда, но не ставили вопрос о признании его недееспособным.
Нельзя не согласиться с Кособродовым В.М. в одной интересной мысли. Действующий Гражданский кодекс Российской Федерации содержит ряд новелл, ставящих под сомнение всю сложившуюся на протяжении десятков лет теорию юридической ответственности. Речь идет о нормах, предусматривающих возложение обязанности по возмещению вреда на лицо, которое в момент его причинения было неделиктоспособным, или на лицо, которое в момент предъявления ему соответствующих требований продолжает оставаться неделиктоспособным.
Что касается возложения обязанности по возмещению вреда жизни и здоровью потерпевшего на неделиктоспособных лиц, то на первый взгляд может показаться, что вместо ответственности за вину Гражданский кодекс РФ встал на позицию объективного мнения. Это было бы действительно так, если бы деликтное обязательство, которое по традиции считается только мерой гражданско-правовой ответственности, на самом деле характеризовалось бы только таким образом. Однако такое обязательство весьма успешно выполняет роль меры социальной защиты интересов потерпевшего. Такую функцию данное обстоятельство выполняет лишь при наличии условий, предусмотренных законом, а именно:
– причинение вреда жизни и здоровью, а не имуществу потерпевшего. Применение указанных норм по аналогии для возмещения вреда имуществу недопустимо;
– применение указанных положений – не обязанность, а право суда. К этим мерам суд прибегает лишь с учетом всех конкретных обстоятельств дела, имущественного положения как потерпевшего, так и причинителя вреда;
– возмещение вреда может быть как полным, так и частичным, размер возмещения определяет суд с учетом конкретных обстоятельств дела;
– применение указанных мер – не общее правило, а исключение. Оно не делает причинителя вреда деликтоспособным. Поэтому при возникновении аналогичной ситуации во второй раз никакого прецедента применяться не должно.
Возмещение вреда, причиненного деятельностью создающей повышенную опасность для окружающих, производится по особым правилам, которые касаются как субъекта, так и оснований ответственности. В силу названных особенностей ответственности возникает необходимость определить, что собой представляет «деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих».
Нужно отметить, что на протяжении длительного времени и в юридической литературе, и в законодательстве соответствующая деятельность именовалась источником повышенной опасности. В законодательстве понятие источника повышенной опасности не раскрывалось, а в литературе по этому поводу высказывались различные точки зрения, обобщив которые, можно сделать вывод, что одни авторы рассматривали в качестве источника повышенной опасности свойства вещей или сил природы, сложные объекты, обладающие специфическими свойствами, вследствие чего их использование создает повышенную опасность для окружающих; другие – деятельность по использованию определенных объектов, но не сами объекты; а третьи – и деятельность, и объекты. ГК РФ установил, что для применения особого режима ответственности вред должен явиться результатом именно деятельности по использованию таких объектов, которые на современном уровне развития техники остаются еще не полностью подконтрольными человеку, в связи с чем при их использовании создается повышенная степень вероятности причинения вреда.
Такой подход можно объяснить тем, что предметом правового регулирования может быть только деятельность людей. Причинение вреда материальными объектами, обладающими вредоносными свойствами (ядовитыми, химическими, радиоактивными и подобными веществами), вне деятельности по их использованию оказывается тем самым вне рамок правового регулирования. Только с позиции деятельности можно объяснить, почему государство, которое является собственником диких животных, не должно отвечать за причиненный ими вред, если они находятся в состоянии естественной свободы. В этих случаях государство не осуществляет деятельности, связанной с воздействием или использованием определенных объектов. Только содержание диких животных с целью их показа, дрессировки и т.п. представляет собой деятельность, создающую повышенную опасность для окружающих.
Именно исходя из повышенной вероятности причинения вреда практика признала, что только управление транспортным средством (транспортное средств в движении) является источником повышенной опасности.
В ГК РФ (ст. 1079) приведен достаточно широкий перечень видов деятельности, которая создает повышенную опасность для окружающих: использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности. Приведенный перечень носит примерный характер. Это объясняется тем, что при постоянном развитии техники нельзя дать исчерпывающий перечень уже существующих и возможных в будущем видов деятельности, создающих повышенную опасность. В перечень источником повышенной опасности законодатель включает наиболее типичные, чаще других встречающиеся виды деятельности. Этим и объясняется то, что на разных этапах развития гражданского законодательства в составе такого перечня были названы разные виды деятельности. В ГК 1922 г. среди других значились торговцы горючими материалами, держатели диких животных, в ГК 1964 г. – транспортные организации, промышленные предприятия и др.
В каждом конкретном случае суд устанавливает, является ли та или иная деятельность, не предусмотренная перечнем, источником повышенной опасности. Практика применения гражданского законодательства накопила значительный опыт определения свойств, с которыми связано признание деятельности, обусловившей наступление вреда, источником повышенной опасности. Это и невозможность мгновенного торможения – для транспортных средств, и высокая вероятность взрыва, самовозгорания и саморазложения – для горючих, взрывчатых и химических веществ, летучесть и высокая токсичность – для ядовитых и отравляющих веществ и т.п.
Иногда о повышенной опасности соответствующей деятельности можно сделать вывод с использованием не качественных, а количественных критериев. Например, хранение канистры бензина не создает повышенной опасности для окружающих, а хранение бензина в больших количествах на бензозаправочных станциях, в перевозимых цистернах создает такую опасность.
Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые осуществляют соответствующую деятельность. Такие лица традиционно называются владельцами источника повышенной опасности.
Владение источником повышенной опасности, т.е. осуществление соответствующей деятельности, должно основываться на каком-либо законном титуле (законном основании). Прежде всего таким основанием является право собственности и другие вещные права (право хозяйственного ведения или право оперативного управления). В этих случаях владение наряду с пользованием и распоряжением составляет содержание принадлежащего лицу вещного права. Законными (титульными) владельцами могут быть также граждане и юридические лица, которым владение определенным объектом передается временно по воле собственника на основании любого договора (аренды, проката, безвозмездного пользования имуществом, доверенности на управление транспортным средством, хранения, перевозки и т.п.). При этом имеются в виду гражданско-правовые договоры. Например, трудовой договор не влечет смены владельца: с водителя транспортного средства, осуществляющего деятельность на основании трудового договора и причинившего вред, не может быть взыскано возмещение вреда в пользу потерпевшего.
Кроме того, не всегда даже гражданско-правовой договор по передаче определенного объекта собственником другому лицу означает переход владения и соответственно переход ответственности за вред. В ГК РФ специально различаются два случая передачи в аренду транспортных средств: договор аренды транспортного средства с экипажем (ст. 632) и договор аренды транспортного средства без экипажа (ст. 642). В первом случае ответственность за вред, причиненный в связи с использованием транспортного средства, сохраняется за арендодателем, а во втором – переходит на арендатора. Объясняется это тем, что в первом случае соответствующая деятельность по использованию транспортного средства осуществляется самим собственником, который одновременно оказывает своими силами услуги по управлению и по технической эксплуатации, а во втором – объект передается в полное использование арендатору.
Сформулированный в ГК РФ применительно к аренде транспортных средств принцип должен быть распространен и на другие случаи. При определении субъекта ответственности во внимание принимается в первую очередь одно обстоятельство: работники какого юридического лица осуществляют соответствующую деятельность, т.е. от чьего имени она осуществляется.
Владельцем источника становится и тот, кто использует определенный объект (осуществляет деятельность) не по воле собственника, а на основании распоряжения компетентного органа о временной передаче объекта для использования другому лицу. Возможность изъятия «источника» из обладания владельца должна основываться на правовом акте. Например, Правилами дорожного движения водителям предписано в определенных случаях предоставлять транспортное средство работникам милиции, медицинским работникам. Под «предоставлением» имеется в виду изменение маршрута. Однако на практике встречаются случаи, когда работник милиции, устраняя водителя, сам управляет транспортным средством. Суды, рассматривая соответствующие споры, стоят на позиции, согласно которой для перехода владения транспортным средством (другим объектом) от одного лица к другому в данной ситуации необходима фактическая его передача. Изменение маршрута по требованию работника милиции или другого лица не влечет за собой перехода титула владения.
Осуществление соответствующей деятельности другим лицом по воле собственника, но без надлежащего юридического основания не означает перехода титула владения, а следовательно, и ответственности. Так, например, передача транспортного средства другому лицу в техническое управление (без оформления доверенности на право управления) не влечет за собой изменения субъекта ответственности. За причиненный в таких случаях вред отвечать будет собственник транспортного средства. Если же лицо, управляющее транспортным средством, имело доверенность на право управления, именно на него, а не на собственника будет возложена ответственность за причиненный им вред.
Иногда субъект ответственности прямо называется в законе. Например, в настоящее время уделяется особое внимание обеспечению защиты от радиационного воздействия в связи с использованием атомной энергии. В Федеральном законе от 21 ноября 1995 г. «Об использовании атомной энергии» специально регулируются вопросы, связанные с возмещением вреда. Установлено, что убытки, причиненные юридическим и физическим лицам радиационным воздействием при выполнении работ в области использования атомной энергии, несет эксплуатирующая организация.
Следует отметить, что такая ответственность имеет и определенные особенности. Названным Законом предусмотрено, что в зависимости от типа объекта использования атомной энергии законодательством устанавливаются виды и пределы ответственности эксплуатирующей организации за убытки и вред, причиненные радиационным воздействием. При этом максимальные пределы ответственности в отношении любого одного инцидента не могут быть больше размера, установленного международными договорами Российской Федерации. Однако поскольку размер возникшего вреда может превышать установленные пределы ответственности, на Правительство РФ возложена обязанность обеспечить выплату сумм, недостающих до полного возмещения вреда. Таким образом, государство принимает на себя дополнительную ответственность за вред, причиненный при использовании атомной энергии.
Деятельность, создающую повышенную опасность для окружающих, может осуществлять лицо, владеющее объектом не по воле собственника и без надлежащего правового основания (незаконный владелец). Чаще всего такая ситуация складывается при угоне транспортных средств. При причинении вреда в таких случаях ответственность возлагается на лиц, противоправно завладевших источником, как на владельцев. Собственник (иной титульный владелец) также может быть привлечен к ответственности, если будет установлено, что источник выбыл из его обладания не только в результате действий третьих лиц, но и по его вине. Например, виновными могут быть признаны действия владельца, который в нарушение Правил дорожного движения покинул транспортное средств, не приняв необходимых мер предосторожности, исключающих самопроизвольное движение транспортного средства, а также использование его в отсутствие водителя (не вынул ключ из замка зажигания, не запер дверь и т.п.). В подобных случаях ответственность за причиненный вред может быть возложена как на лицо, противоправно завладевшее источником, так и на самого владельца.
Особенностью состава правонарушения, которое порождает обязанность возместить вред применительно к деятельности, создающей повышенную опасность, является то, что ответственность наступает независимо от вины и противоправности действия. Только умысел потерпевшего или непреодолимая сила могут освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности. К частичному или полному освобождению от ответственности может привести и грубая неосторожность потерпевшего. Для привлечения к ответственности соответствующего субъекта достаточно наличия двух условий: вреда и причинной связи. При этом вред должен быть результатом именно той деятельности, которая создает повышенную опасность для окружающих.
Вместе с тем правило о безвиновной ответственности владельца источника повышенной опасности имеет и исключение (п. 3 ст. 1079 ГК РФ). Оно относится к случаям причинения вреда вследствие взаимодействия источников повышенной опасности (например, вследствие столкновения транспортных средств). В таких ситуациях важно определить, кому причинен вред. Если в качестве потерпевших выступают третьи лица (пешеходы, пассажиры, члены экипажа транспортного средства, юридические лица, имущество которых повреждено, и т.п.), ответственность несут владельцы столкнувшихся транспортных средств в солидарном порядке, независимо от того, по чьей вине произошло столкновение.
Если же в результате столкновения вред причинен самому (самим) владельцу транспортного средства, ответственность возлагается на виновного причинителя. При случайном столкновении, т.е. если никто не виноват, каждый сам будет нести последствия такого столкновения (ни один из владельцев не имеет права на возмещение за счет другого).
Таким образом, субъектами в обязательствах из причинения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан выступают физические и юридические лица, муниципальные образования и государство, в лице тех или иных государственных органов. Отмеченные выше недостатки правового регулирования гражданско-правовой ответственности государства, на наш взгляд, существенно ущемляют право граждан на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью.
ГЛАВА 2. ПОРЯДОК И РАЗМЕР ВОЗМЕЩЕНИЯ ВРЕДА, ПРИЧИНЕННОГО ЖИЗНИ И ЗДОРОВЬЮ ГРАЖДАН
2.1. Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан
Вред, причиненный жизни или здоровью гражданина, выражается в смерти человека либо в причинении ему травмы или увечья. Такой вред во всех случаях не может быть ни возмещен в натуре, ни компенсирован денежными средствами. Однако при этом у потерпевшего обычно возникают имущественные потери, поскольку вследствие полученных травм или увечий он временно или постоянно лишается возможности получения прежнего заработка или иного дохода, вынужден нести дополнительные расходы на лечение и т.п. В случае смерти гражданина такие потери могут понести близкие ему лица, лишающиеся в результате этого источника доходов или содержания.
Такого рода потери потерпевшего или близких ему лиц подлежат возмещению причинителями вреда в рамках деликтных обязательств. На этих же основаниях потерпевшему, кроме того, возмещается причиненный моральный вред. Поэтому причинение вреда жизни или здоровью гражданина закон рассматривает как одно из оснований возникновения деликтных обязательств.
Вред, причиненный жизни и здоровью гражданина, подлежит возмещению в рамках внедоговорных обязательств и в тех случаях, когда он является результатом ненадлежащего исполнения договора. Например, вред, причиненный жизни и здоровью пассажира или туриста, возмещается по правилам о деликтных обязательствах, а не об обязательствах, возникших из договора пассажирской перевозки или туристско-экскурсионного обслуживания. Это же касается и случаев причинения указанного вреда гражданину при исполнении им обязанностей военной службы, службы в милиции и других подобных обязанностей, в том числе возникших в силу трудового договора (ст. 1084 ГК РФ). В частности, по этим правилам возмещается и вред, возникший у работника в связи с профессиональным заболеванием, вызванным тяжелыми, небезопасными условиями его труда (например, пневмокониоз и силикоз у шахтеров, поражение слухового нерва у профессиональных радистов и т.п.).
Такой подход закона обусловлен тем, что в рамках обязательств из причинения вреда обычно устанавливается больший объем возмещения либо более льготные для потерпевшего условия его компенсации (в частности, при причинении вреда источником повышенной опасности). Иначе говоря, гражданское право преследует здесь цель максимальной защиты интересов гражданина-потерпевшего. Именно поэтому нормы о деликтных обязательствах в соответствии с правилом ст. 1084 ГК РФ могут и не подлежать применению в случаях, когда специальным законом или договором предусмотрен более высокий размер ответственности и, соответственно, компенсации потерпевшему.
Таким образом, сфера действия гражданско-правовых норм об ответственности за вред, причиненный жизни и здоровью гражданина, распространяется за рамки традиционных, внедоговорных обязательств, охватывая договорные отношения, в том числе складывающиеся на основе трудового договора. Сама же эта ответственность состоит в возмещении потерпевшему или его близким понесенных в связи с этим имущественных потерь (а также в компенсации сверх этого морального вреда). Условия такого возмещения определяются общими правилами об ответственности за причинение имущественного вреда. В частности, это означает, что вред, причиненный источником повышенной опасности, в том числе при использовании работодателем потерпевшего различных станков, механизмов и т.п., подлежит возмещению независимо от вины причинителя (п. 1 ст. 1079 ГК РФ).
Суммы, взысканные в возмещение вреда, как правило, должны выплачиваться ежемесячно. Лишь в исключительных случаях, если на то имеются уважительные причины, суд с учетом возможностей причинителя по просьбе лица, получающего возмещение, может присудить причитающиеся платежи единовременно, но не более чем за три года.
Соответствующие суммы должны выплачиваться в течение всего времени, на которое они присуждены. Однако не исключены случаи, когда юридическое лицо, обязанное выплачивать возмещение, прекращает свою деятельность. Если прекращение деятельности связано с реорганизацией юридического лица, соответствующие платежи будет выплачивать правопреемник. Если же юридическое лицо ликвидируется добровольно или принудительно (в результате банкротства), оно обязано капитализировать платежи и внести всю сумму в соответствующие органы в порядке, установленном законом или иными правовыми актами.
Помимо имущественного вреда и сам потерпевший, и лица, утратившие кормильца, имеют право на возмещение неимущественного (морального) вреда. Вместе с тем право требовать возмещения морального вреда в связи со смертью потерпевшего не связано с нетрудоспособностью и иждивением, как это имеет место при возмещении имущественного вреда. Моральный вред, возникший в связи с утратой близкого человека (супруга, отца, сына и т.п.), может быть компенсирован и тому, кто не понес в связи с его смертью имущественного вреда, т.е. не находился на его иждивении и не имел права на получение от него содержания.
Установлен особый порядок возмещения имущественного вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника на производстве. Возмещение вреда в этих случаях перенесено в рамки страховых отношений и производится на основании вышеназванного Закона от 24 июля 1998 г., вступившего в действие 6 января 2001 г.
В соответствии с этим Законом все юридические и физические лица, использующие наемный труд, обязаны зарегистрироваться в качестве страхователей и вносить страховщику страховые взносы. Фактически речь идет о страховании работодателями своей гражданской ответственности за причинение вреда. Единым страховщиком является Фонд социального страхования, на который и возлагается обязанность возмещения вреда в виде страховых выплат самому потерпевшему (застрахованному) либо лицам, имеющим право на их получение в случае его смерти. Определение состава и размера страховых выплат производится по тем же правилам, которые предусмотрены ГК РФ для определения состава и размера возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью граждан.
Следует отметить, что введение обязательного страхования от несчастных случаев на производстве повысило уровень защиты потерпевших. В первую очередь к этому привело то, что уплата страховых выплат (возмещение вреда) производится при наступлении страхового случая вне зависимости от вины причинителя (страхователя), а также и от того, выполнил ли страхователь свои обязанности по уплате страховых взносов.
Весьма показателен в данном отношении пример из практики.
«В соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве подлежат физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), заключенного со страхователем, либо выполняющие работу на основании гражданско-правового договора, если в соответствии с указанным договором страхователь обязан уплачивать страховщику страховые взносы. Страхователем, как следует из ст. 3 того же Закона, является юридическое лицо любой организационно-правовой формы либо физическое лицо, нанимающее лиц, подлежащих обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве.
В данном случае работодатель – ЧП Тумасян Л.А. не заключил с истцом ни трудового договора (контракта), ни гражданско-правового договора на выполнение определенной работы.
Согласно справке ГУ – Калининградского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации, индивидуальный предприниматель Тумасян Л.А. по состоянию на 25.08.2004 в исполнительном органе Фонда социального страхования Российской Федерации не зарегистрирован.
В соответствии со ст. 184 ТК РФ при повреждении здоровья работника вследствие несчастного случая на производстве работнику возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию.
Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральным законом.
В данном случае связь повреждения здоровья истца с исполнением трудовых обязанностей подтверждена оформленным в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве.
Неуплата работодателем страховых взносов не лишает Максимова В.В. права на страховое обеспечение, которое в соответствии с общими правилами ответственности за причинение вреда, предусмотренными ст. 1064 ГК РФ, должно быть возложено на работодателя.
Степень стойкой утраты профессиональной трудоспособности установлена учреждением медико-социальной экспертизы.
В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии со ст. 1084 ГК РФ, предусматривающей объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья.
Федеральный закон от 24.07.1998 № 125-ФЗ устанавливает в ст. 8 следующие виды обеспечения: пособие по временной нетрудоспособности; единовременная и ежемесячная страховые выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на обеспечение; оплата дополнительных расходов, связанных с повреждением здоровья застрахованного, на его медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию.
Пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100% его среднего заработка, исчисленного в соответствии с законодательством РФ о пособиях по временной нетрудоспособности.
Ежемесячная страховая выплата застрахованному предоставляется в случае стойкой утраты (снижения) профессиональной трудоспособности.
Размер ежемесячной страховой выплаты определяется в процентах к среднему месячному заработку, соответствующих степени утраты им профессиональной трудоспособности. В данном случае степень утраты профессиональной трудоспособности Максимова В.В. составляет 40%.
В соответствии со ст. 1092 п. 1 ГК РФ возмещение вреда, вызванного уменьшением трудоспособности потерпевшего, производится ежемесячными платежами.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Суд считает доказанным факт причинения истцу в результате полученной им травмы морального вреда, выразившегося в нравственных и физических страданиях, поскольку он получил серьезную травму, испытывал сильные болевые ощущения и душевные переживания по поводу своего состояния, длительное время находился на стационарном и амбулаторном лечении, ему установлена инвалидность, он имеет ограничения в трудоустройстве, движения руки вследствие травмы ограничены; он был вынужден обращаться к работодателю и в связи с безрезультатностью обращений испытывал чувства обиды и несправедливости; был вынужден обращаться в суд за защитой своих нарушенных прав. Учитывая обстоятельства причинения морального вреда, степень физических и нравственных страданий истца, суд полагает установить сумму компенсации морального вреда в размере 25000 руб.
Кроме того, исходя из установленного размера получаемой Максимовым В.В. ежемесячно заработной платы за период его работы у ЧП Тумасяна Л.А. – 2000 руб., суд полагает взыскать с ответчика в его пользу пособие по временной нетрудоспособности за период с 24.07.2001 по 04.02.2004 (за 655 дней) в размере 59532,95 руб. В пользу Максимова В.В. также подлежат взысканию единовременная страховая выплата в размере 14400 руб. (600 руб. х 60) х 40%) и ежемесячная страховая выплата в размере по 800 руб., начиная с 04.02.2004 (дата последнего освидетельствования) до 01.03.2005 (срок, до которого установлена степень утраты профессиональной трудоспособности)».
Единственным основанием для отказа в возмещении вреда в порядке социального страхования является умысел потерпевшего, приведший к возникновению вреда, что должно быть подтверждено заключением правоохранительных органов.
Решена и проблема выплаты возмещения в случае ликвидации страхователя. В соответствии с Законом капитализированные платежи аккумулируются Фондом социального страхования и на него же возлагается обязанность выплаты возмещения (страховых выплат) вне зависимости от того, были ли капитализированы платежи при ликвидации страхователя.
В связи с длительным характером таких выплат необходимо учитывать возможные (возникающие в будущем) изменения в состоянии здоровья потерпевшего. Если его трудоспособность в связи с причиненным повреждением здоровья в дальнейшем уменьшилась, он вправе потребовать от причинителя соответствующего увеличения размера возмещения вреда; если же она возросла, причинитель вправе требовать соответствующего уменьшения размера возмещения. Аналогичное влияние на размер возмещения данного вреда может оказать и изменение имущественного положения гражданина, причинившего вред (п. 3 и 4 ст. 1090 ГК РФ).
Суммы выплачиваемого потерпевшему или его иждивенцам возмещения подлежат индексации при повышении стоимости жизни или пропорциональному увеличению в связи с повышением минимального размера оплаты труда (ст. 1091 ГК РФ).
Размер возмещения вреда по случаю потери кормильца его конкретным иждивенцам может быть также изменен:
– во-первых, в связи с рождением его ребенка после его смерти (в этом случае он уменьшится в связи с увеличением числа иждивенцев);
– во-вторых, при назначении или прекращении выплат лицам, занятым уходом за детьми, внуками, братьями и сестрами умершего кормильца (в этом случае он соответственно уменьшится или увеличится в зависимости от увеличения или уменьшения числа иждивенцев (п. 3 ст. 1089 ГК РФ)).
Ответственным за причинение вреда жизни или здоровью гражданина может являться юридическое лицо, подлежащее ликвидации и, следовательно, не имеющее правопреемников, к которым переходят обязанности по компенсации причиненного им вреда. В таком случае соответствующие платежи должны быть капитализированы (т.е. обособлены в общей сумме за весь предполагаемый период выплат) для передачи их организации, обязанной в будущем осуществлять выплаты потерпевшему, по правилам, установленным специальным законом или иными правовыми актами (п. 2 ст. 1093 ГК РФ). Несмотря на четкую регламентацию порядка возмещения вреда в случае ликвидации юридических лиц, на практике нередки случаи, когда капитализация платежей не производится и вред потерпевшему в связи с этим не возмещается. На вопрос о том, как возмещать вред в подобных ситуациях, ГК РФ ответа не дает. В Правилах возмещения вреда было предусмотрено, что, если при ликвидации юридического лица капитализация платежей не произведена, иск о возмещении вреда предъявляется к органу государственного страхования (ст. 32 Правил). Однако на практике соответствующая норма оказалась неисполнимой, так как Госстрах в 1992 г. из органа государственного страхования был преобразован в акционерное общество.
Выход из создавшегося положения предложила судебная практика. При рассмотрении дела по иску О. было установлено, что истец работал в совхозе и при исполнении своих трудовых обязанностей получил увечье и стал инвалидом. Поскольку совхоз ликвидирован и капитализация платежей не произведена, суд возложил обязанность по выплате О. причитающихся в возмещение вреда сумм на региональное отделение Фонда социального страхования. Это решение было оставлено без изменения судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ. При этом судебные органы исходили из того, что согласно положению о Фонде социального страхования, утвержденному Правительством РФ 12 февраля 1994 г., Фонд управляет денежными средствами, которые являются государственной собственностью. При этом средства Фонда образуются не только за счет страховых взносов, но и за счет ассигнований из республиканского бюджета. Названный Фонд распоряжается государственными денежными средствами для нужд социального страхования, в том числе на выплату сумм на цели, предусмотренные законодательством. Позиция судебной практики нашла свое законодательное подтверждение, но лишь только в отношении потерпевших, вред которым возмещается в соответствии с Федеральным законом от 24 июля 1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».
На требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью граждан, не распространяется исковая давность (ст. 208 ГК РФ). Однако требования, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение такого вреда, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествующих предъявлению иска.
Таким образом, поскольку обязанность возмещения вреда здоровью и жизни гражданина относится к длящимся обязательствам, то в течение его существования оно может быть изменено по требованию как кредитора, так и должника. Основанием для этого служат два обстоятельства: изменение степени утраты трудоспособности и изменение имущественного положения заинтересованной стороны.
Первое обстоятельство связано либо с ухудшением здоровья потерпевшего, либо с его улучшением. Вектор причинно-следственной связи между таким изменением здоровья должен совпадать с вектором такой связи в первоначальном юридическом составе, на основании которого возникло само обязательство. Процедура установления всех этих фактов аналогична той, которая предусмотрена для определения степени утраты трудоспособности в целом.
Улучшение имущественного положения причинителя вреда дает право потерпевшему требовать увеличения размера возмещения, если суд применил правило об учете имущественного положения гражданина — причинителя вреда, и возмещение не достигает полного объема. В то же время, законодатель опирается на это же правило и принцип справедливости, когда формулирует норму, по которой суд вправе уменьшить размер возмещения вреда по иску гражданина — причинителя вреда, если его имущественное положение ухудшилось. Однако данная норма предусматривает только два основания, обусловивших ухудшение имущественного положения гражданина — его нетрудоспособность (достижение пенсионного возраста или инвалидность). Данное правило, также как и норма п. 3 ст. 1083 ГК, не распространяется на случаи, когда вред был причинен умышленно.
Обязательство по возмещению вреда жизни и здоровью представляет собой денежное обязательство и поэтому, будучи длящимся, объективно подлежит изменению в стоимостном выражении в связи с инфляционными процессами в экономике. Поскольку суммы, выплачиваемые по такому обязательству предназначены на содержание гражданина, они должны увеличиваться в той же пропорции, в которой повышается уровень стоимости жизни.
Помимо такого общего индекса, как минимальный размер оплаты труда закон допускает использование специальных индексов. Они применяются, в частности, в отношениях по возмещению работодателями вреда, причиненного работнику.
В связи с этим необходимо рассмотреть положения законодательства о размерах возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан.
2.2. Размер возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью граждан
В связи с причинением гражданину увечья или иного повреждения его здоровья компенсации подлежит прежде всего утраченный потерпевшим заработок или иной доход, который он имел или мог иметь до увечья (п. 1 ст. 1085 ГК РФ). Основанием для этого служит то обстоятельство, что в результате причинения данного вреда гражданин не в состоянии заниматься прежними видами деятельности, в том числе выполнять прежнюю работу. Если в результате причинения рассматриваемого вреда гражданин не понес такого рода имущественных потерь (например, вред был причинен неработающему пенсионеру, продолжающему получать пенсию), предмет возмещения отсутствует.
Компенсация утраченного потерпевшим заработка или иного дохода осуществляется исходя из их фактического размера. Однако при этом учитывается заработок или доход, который потерпевший хотя и не получил, но определенно мог иметь после причинения вреда его здоровью. Если, например, потерпевший в связи с учебой в вузе (которую он вынужден прервать в связи с полученной травмой) или иным повышением своей квалификации мог претендовать на более высокую должность с более высоким заработком, размер возмещения вреда должен определяться с учетом этого заработка. Если артист получил увечье, следуя на концерт, а предприниматель – на подписание договора, то при наличии общих условий ответственности им должны быть компенсированы убытки в виде неполученных, но реально предназначавшихся к получению доходов.
Вместе с тем утраченный потерпевшим заработок или доход не подлежит уменьшению на сумму назначенных ему в связи с увечьем или иным повреждением здоровья пенсий, пособий и иных выплат, которые, в отличие от ранее действовавшего порядка, теперь не должны засчитываться в счет возмещения вреда. Не засчитывается в счет такого возмещения и заработок или доход, получаемый потерпевшим после повреждения его здоровья (п. 2 ст. 1085 ГК РФ).
Наконец, закон позволяет увеличить объем (характер) и размер возмещения вреда, причитающегося потерпевшему, в том числе в соответствии с условиями договора, при исполнении которого вред был понесен (п. 3 ст. 1085 ГК РФ). В частности, увеличение такой компенсации в сравнении с правилами ГК РФ для отдельных категорий граждан может предусматриваться специальным законом либо условиями заключенных ими индивидуальных или коллективных трудовых договоров с работодателями. Возможность же уменьшения компенсации, хотя бы и специальным законом, исключается.
Для определения конкретного размера утраченного потерпевшим заработка или дохода имеет значение прежде всего размер среднего месячного заработка или дохода, получаемого потерпевшим до увечья или иного повреждения здоровья. В состав такого заработка включаются все виды оплаты труда как по трудовым, так и по гражданско-правовым договорам, причем как по основному месту работы, так и по совместительству (кроме выплат единовременного характера, например единовременных премий), а также авторские гонорары. Размер доходов от предпринимательской деятельности определяется на основании данных налоговых органов. Все виды заработка или дохода учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов. Среднемесячная сумма заработка или дохода потерпевшего подсчитывается путем деления на 12 общей суммы заработка или доходов, полученных им за 12 месяцев работы, предшествовавших повреждению его здоровья (п. 3 ст. 1086 ГК РФ, п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. № 3).
Если потерпевший на момент причинения вреда не работал (стал безработным, имел перерыв в работе и т.д.), при подсчете его заработка (доходов) по его выбору может учитываться либо ранее получаемый им заработок, либо обычный заработок работника его квалификации в данной местности. Но в обоих случаях этот заработок не может считаться менее пятикратного минимального размера оплаты труда (п. 4 ст. 1086 ГК РФ).
Если же до причинения вреда здоровью потерпевшего его заработок или доход устойчивым образом повысились (например, незадолго до увечья потерпевшему увеличена заработная плата либо он переведен на новую должность с более высоким окладом), при определении среднемесячного заработка (дохода) учитывается только новый, повышенный заработок или доход потерпевшего (п. 5 ст. 1086 ГК РФ).
В результате полученной травмы или иного повреждения здоровья потерпевший может получить лишь кратковременное расстройство здоровья, при котором ему должны быть компенсированы утраченные им доходы (неполученный заработок) за все время болезни. Однако результатом причиненного здоровью потерпевшего вреда может стать и стойкая или невосстановимая утрата им трудоспособности. В этом случае необходимо определить, в какой мере травма или увечье затрудняют для потерпевшего осуществление прежней деятельности (работы), т.е. установить степень утраты им профессиональной трудоспособности. Под этим понимается способность человека к выполнению определенной работы по конкретной профессии, т.е. его способность к труду по имеющейся специальности и квалификации. При частичном сохранении такой способности потерпевший сохраняет возможность получения части прежнего заработка или дохода, поэтому размер причитающегося ему возмещения соответственно уменьшается.
Степень утраты профессиональной трудоспособности (в процентах) определяют учреждения Государственной службы медико-социальной экспертизы, входящие в структуру органов социальной защиты населения Российской Федерации (ранее именовавшиеся врачебно-трудовыми экспертными комиссиями). В частности, возможность выполнения прежней квалифицированной работы лишь в специально созданных условиях и со значительными ограничениями позволяет признать утрату профессиональной трудоспособности от 70 до 90 процентов, а невозможность выполнения любых видов профессиональной деятельности даже в специально созданных условиях означает 100-процентную утрату профессиональной трудоспособности. Например, утрата одного из пальцев левой руки для пианиста означает полную потерю профессиональной трудоспособности, для квалифицированного рабочего может составить лишь незначительную ее утрату, а на трудоспособности научного сотрудника может вообще не отразиться. В зависимости от установленной экспертизой степени утраты профессиональной трудоспособности потерпевший признается инвалидом одной из трех групп.
При отсутствии у потерпевшего профессиональной трудоспособности учитывается степень утраты им общей трудоспособности, т.е. способности к неквалифицированному труду, не требующему специальных знаний и навыков. Она определяется аналогичным образом.
Учитывается также грубая неосторожность самого потерпевшего, содействовавшая возникновению или увеличению вреда (ст. 1083 ГК РФ). При этом размер возмещения уменьшается пропорционально степени вины потерпевшего.
Например, при среднемесячном заработке до увечья в 1600 рублей и утрате 75 процентов профессиональной трудоспособности объем возмещения потерпевшему составит: 1600 рублей – 400 рублей (25 процентов от 1600 рублей, приходящихся на сохранившуюся часть профессиональной трудоспособности) = 1200 рублей ежемесячно. Если при этом будет установлена вина потерпевшего, а ее степень будет определена судом в 50 процентов, то размер возмещения вреда составит: 1200 рублей – 600 рублей (50 процентов от 1200 рублей) = 600 рублей ежемесячно.
В случае причинения вреда здоровью малолетнего потерпевшего (не достигшего 14 лет), не имевшего заработка или дохода, причинитель возмещает лишь дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, и моральный вред. При причинении вреда не имевшему заработка (дохода) несовершеннолетнему потерпевшему (в возрасте от 14 до 18 лет), а также при достижении малолетним потерпевшим возраста 14 лет причинитель обязан возместить не только дополнительные расходы и моральный вред, но и вред, связанный с уменьшением трудоспособности потерпевшего. При этом условный размер его заработка (дохода) предполагается равным пятикратному минимальному размеру оплаты труда (п. 2 ст. 1087 ГК РФ).
В случаях, когда несовершеннолетний имел заработок или доход к моменту причинения вреда его здоровью, вред возмещается исходя из размера этого заработка, но не ниже пятикратного минимального размера оплаты труда (п. 3 ст. 1087 ГК РФ). После начала трудовой деятельности несовершеннолетний потерпевший вправе требовать увеличения размера возмещения вреда, исходя из фактически получаемого им заработка (но не ниже установленного по занимаемой им должности размера вознаграждения или заработка работника соответствующей квалификации).
При причинении вреда здоровью гражданина компенсации наряду с утраченным заработком (доходом) подлежат также вызванные повреждением здоровья дополнительно понесенные расходы потерпевшего, в частности на:
– лечение и приобретение лекарств;
– дополнительное питание;
– протезирование;
– посторонний уход;
– санаторно-курортное лечение;
– приобретение специальных транспортных средств;
– подготовку к другой профессии.
Приведенный перечень дополнительных расходов носит не исчерпывающий, а примерный характер. Однако любые дополнительные расходы возмещаются потерпевшему при условии, что он нуждается в этих видах помощи и ухода и не вправе претендовать на их бесплатное получение (п. 1 ст. 1085 ГК РФ). Нуждаемость в перечисленных и иных видах помощи и ухода должна быть подтверждена заключением медико-социальной экспертизы, а в спорных случаях может быть установлена судом. Право на бесплатное получение дополнительной помощи устанавливается законодательством о социальной защите (социальном обеспечении) населения.
Размер дополнительных расходов определяется на основании счетов и других документов либо согласно ценам, сложившимся в той местности, где потерпевший понес эти расходы. В случае нуждаемости потерпевшего в специальном медицинском уходе (медсестра, сиделка и т.д.) расходы возмещаются в пределах двух минимальных размеров оплаты труда, а при его нуждаемости также в обычном постоянном или бытовом уходе расходы возмещаются соответственно в размере 60 процентов от указанного уровня или 50 процентов минимального размера оплаты труда. При этом расходы на дополнительный уход возмещаются независимо от того, кем он осуществляется (специально нанятыми людьми, членами семьи или близкими потерпевшего) и понесены ли они фактически (п. 31 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. № 3). При определении размера возмещения дополнительных расходов не учитывается вина потерпевшего в возникновении или увеличении вреда (абз. 3 п. 2 ст. 1083 ГК РФ).
Кроме того, потерпевший вправе требовать денежного возмещения понесенного им морального вреда сверх компенсации названных выше имущественных потерь и расходов (ст. 151, п. 3 ст. 1099 ГК РФ). Размер компенсации такого вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, индивидуальных особенностей потерпевшего, а также степени вины причинителя и с учетом требований разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). При этом учитываются не только перенесенные потерпевшим страдания, но и возможные в будущем моральные травмы (например, при неизгладимом обезображении лица, утрате конечностей и т.п.).
В случае смерти потерпевшего имущественные потери возникают у близких ему лиц, которых он полностью или частично содержал при жизни (будучи их кормильцем), а также у лиц, понесших расходы на его погребение. В их число согласно п. 1 ст. 1088 ГК РФ входят:
– иждивенцы потерпевшего, нетрудоспособные по возрасту (несовершеннолетние дети, мужчины старше 60 лет и женщины старше 55 лет) или по состоянию здоровья (наличие одной из групп инвалидности), в том числе и те, которые ко дню его смерти имели право на получение от него содержания (ст. 80-90, 93-97 СК), хотя фактически могли его и не получать;
– другие (трудоспособные) иждивенцы потерпевшего, ставшие нетрудоспособными в течение пяти лет после его смерти (например, трудоспособные жена или мать умершего, находившиеся на его иждивении и достигшие пенсионного возраста в течение указанного срока);
– ребенок умершего, родившийся после его смерти;
– один из членов семьи потерпевшего (в частности, его родитель или супруг) независимо от его трудоспособности, который не работает и занят уходом за находившимися на иждивении потерпевшего его малолетними (не достигшими 14 лет) или нуждающимися по состоянию здоровья в постороннем уходе детьми, внуками, братьями и сестрами (независимо от возраста). При этом в случае наступления нетрудоспособности по возрасту или состоянию здоровья (например, при достижении пенсионного возраста) в период осуществления такого ухода он сохраняет право на возмещение вреда.
Перечисленным лицам вред по случаю потери кормильца возмещается в течение сроков, предусмотренных п. 2 ст. 1088 ГК РФ (несовершеннолетним – до достижения 18 лет; учащимся – до окончания учебы, но не более чем до 23 лет; женщинам старше 55 лет и мужчинам старше 60 лет – пожизненно; инвалидам – на срок действия инвалидности и т.д.).
Размер возмещения вреда перечисленным лицам определяется той долей заработка или иного дохода потерпевшего, которую они получали или имели право получать при его жизни (за вычетом доли, приходящейся на самого умершего) (ст. 27 Правил).
Так, при наличии у него жены и трехлетнего ребенка (т.е. двух лиц, имеющих право на возмещение вреда по случаю потери кормильца на основании п. 1 ст. 1088 ГК РФ) и среднем заработке в 1500 рублей размер возмещения каждому из них составит: 1500 рублей : 3 = 500 рублей.
Учитывается также доля находившихся на иждивении потерпевшего трудоспособных членов его семьи, не имеющих права на возмещение вреда по случаю потери кормильца в соответствии с п. 1 ст. 1088 ГК РФ, поскольку при его жизни на них также тратилась часть его заработка (дохода).
Если, например, в названной выше ситуации потерпевший, кроме того, содержал взрослую трудоспособную дочь, то размер возмещения его жене и младшему ребенку составит: 1500 рублей : 4 = 375 рублей.
Если же потерпевший имел не состоявших на его иждивении лиц, которые были вправе получать от него содержание (например, отдельно проживавшую престарелую мать, которая не получала от него содержания, но вправе была его получать в соответствии со ст. 87 СК), сумма, приходящаяся на их содержание, исключается из общей суммы заработка (доходов) потерпевшего, а оставшаяся сумма делится на число его иждивенцев.
При этом в размер возмещения не засчитываются пенсии, назначенные иждивенцам как до, так и после смерти кормильца, а также получаемые ими заработок, стипендия и иные доходы (п. 2 ст. 1089 ГК РФ). Предполагается, что и при этих условиях потерпевший при жизни тратил на их содержание соответствующую часть своего заработка (дохода). Не учитывается при этом и вина потерпевшего. Вместе с тем допускается увеличение указанного размера возмещения специальным законом или договором (например, заключенным потерпевшим при жизни индивидуальным трудовым контрактом).
Средний заработок или доход потерпевшего определяется по тем же правилам, что и при причинении вреда здоровью гражданина. Однако в состав доходов умершего, определяющих размер доли его иждивенцев, наряду с его заработком (доходом) включаются также получаемые им при жизни пенсии, пожизненное содержание и подобные им выплаты (поскольку предполагается, что в соответствующих частях они тоже расходовались им на содержание своих иждивенцев) (п. 1 ст. 1089 ГК РФ).
Кроме того, иждивенцы имеют право на компенсацию морального вреда сверх установленного размера возмещения понесенных ими имущественных потерь (ст. 30 Правил, п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10).
Причинитель вреда, вызвавшего смерть потерпевшего, обязан также возместить необходимые расходы на погребение (ч. 1 ст. 1094 ГК РФ), в число которых обычно включаются расходы на захоронение, установление стандартных для данной местности ограды и памятника и расходы на поминки в разумных пределах. Названные расходы компенсируются фактически понесшим их лицам, причем в их сумму не засчитывается полученное гражданами пособие на погребение. Здесь также не учитывается вина самого потерпевшего.
При этом, однако, выплаченное гражданам социальное пособие на погребение не должно взыскиваться с лиц, ответственных за вред, причиненный смертью потерпевшего.
«Коновалов и Юсупов были осуждены Приволжским окружным военным судом по п. п. «ж» и «з» ч. 2 ст. 105, п. п. «б» и «в» ч. 3 ст. 162 и п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ.
По делу, наряду с другими исками, удовлетворен и гражданский иск военного прокурора Пермского гарнизона о взыскании в пользу администрации Мотовилихинского района г. Перми социальной помощи, выданной потерпевшей Мерзляковой на погребение ее родственника.
Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации приговор в этой части изменила, отказав военному прокурору в удовлетворении указанного гражданского иска по следующим основаниям.
Суд, применив ст. ст. 1064 и 1094 ГК РФ, признал гражданский иск военного прокурора подлежащим удовлетворению в полном объеме и взыскал с осужденных в солидарном порядке в пользу местной администрации денежную сумму в размере социальной помощи, выданной потерпевшей Мерзляковой для погребения.
Однако согласно ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. По данному делу материальный ущерб, связанный с погребением погибшего, был причинен Мерзляковой, иск которой судом был удовлетворен.
Выплата Мерзляковой социального пособия на погребение родственника, по общему правилу причинением вреда не является. В соответствии со ст. 1 Федерального закона «О государственной социальной помощи» социальное пособие является безвозмездной денежной суммой, предоставляемой гражданам за счет средств соответствующих бюджетов бюджетной системы России. Условия и порядок выплаты социального пособия на погребение определены в ст. 10 Федерального закона «О погребении и похоронном деле». При этом ни в приведенных выше законах, ни в других нормативных актах не содержится указания о том, что выплаченное гражданам социальное пособие должно взыскиваться с лиц, ответственных за вред, причиненный смертью потерпевшего.
В связи с этим у военного суда не имелось правовых оснований для удовлетворения протеста военного прокурора о возмещении осужденными материального вреда, причиненного местной администрации, выплатившей социальное пособие на погребение».
Определение размера компенсации морального вреда вызывает некоторые сложности. Можно отметить, что одним из аргументов, которые выдвигали противники возмещения морального вреда, являлось то, что моральный вред не может быть оценен в денежной форме. Безусловно, оценить неимущественный вред в денежном выражении трудно, так как речь идет не об объективной оценке, а об определенном эквиваленте. В связи с этим определение размера компенсации морального вреда передано на полное усмотрение суда. Вместе с тем и в законе, и в судебной практике выработаны определенные ориентиры для такого усмотрения. Среди подлежащих учету при определении размера компенсации обстоятельств названы: характер и объем физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего; степень вины нарушителя; характер и содержание публикаций и степень распространения порочащих сведений (при нарушении чести, достоинства и деловой репутации) и иные заслуживающие внимания обстоятельства. В ГК РФ для этих случаев дополнительно установлено общее правило: необходимость учитывать требования разумности и справедливости.
Возникший вопрос о возможности при определении размера компенсации использовать закрепленный в законе принцип учета имущественного положения причинителя в правоприменительной практике решен положительно, что соответствует ст. 1083 ГК РФ, не устанавливающей для этих случаев никаких исключений.
Таким образом, принципиальный подход к определению характера и установлению объема возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, имеет целью возмещение тех имущественных убытков, которые возникают вследствие утраты трудоспособности и расходов на восстановление или поддержание здоровья, медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию. Поэтому возмещение имеет имущественный характер (денежный), а объем возмещения включает в себя две составляющие: 1) утраченный потерпевшим заработок и иные доходы; 2) расходы на лечение и прочие расходы, целевое назначение которых указано в статье.
Сопоставление объема возмещения вреда здоровью с объемом возмещения убытков, установленное в ст. 15 ГК РФ, позволяет выявить принципиальное сходство отдельных элементов в их структуре. Утраченный заработок и иные доходы схожи с упущенной выгодой, а расходы на лечение и сопутствующие расходы схожи с реальным ущербом в том его параметре, который включает в себя расходы на восстановление нарушенного права. Естественно, в объем возмещения вреда здоровью объективно невозможно включать оценку (стоимость) утраченного здоровья в денежном изменении, как это делается в отношении поврежденного или утраченного имущества (вещи) применительно к категории «убытки», а расходы на лечение имеют целью восстановление здоровья как идеального блага, а не имущественного права.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Проблема возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью гражданина многогранная, в определенной степени можно вести речь и о многоуровневом аспекте его проявления. Познанию его сущности, содержания, формам осуществления, социальному назначению посвящены многочисленные исследования, проведенные в том числе и с учетом современного гражданского законодательства.
Вред, причиненный жизни или здоровью гражданина, выражается в смерти человека либо в причинении ему травмы или увечья. Такой вред во всех случаях не может быть ни возмещен в натуре, ни компенсирован денежными средствами. Однако при этом у потерпевшего обычно возникают имущественные потери, поскольку вследствие полученных травм или увечий он временно или постоянно лишается возможности получения прежнего заработка или иного дохода, вынужден нести дополнительные расходы на лечение и т.п. В случае смерти гражданина такие потери могут понести близкие ему лица, лишающиеся в результате этого источника доходов или содержания.
Такого рода потери потерпевшего или близких ему лиц подлежат возмещению причинителями вреда в рамках деликтных обязательств. На этих же основаниях потерпевшему, кроме того, компенсируется причиненный моральный вред. Поэтому причинение вреда жизни или здоровью гражданина закон рассматривает как одно из оснований возникновения деликтных обязательств.
Наличие четырех приведенных условий ответственности по деликтным обязательствам (вред, противоправность, причинная связь, вина) образует полный состав правонарушения. Он должен быть, как правило, в действиях (или бездействии) любого лица, которому предъявлено требование о возмещении вреда. Отсутствие одного из названных условий дает право освободить лицо от гражданско-правовой ответственности, и тогда речь следует вести о возникновении оснований для применения мер защиты. Вина как условие ответственности может отсутствовать, однако обязанность возмещения вреда потерпевшему сохраняется. Именно поэтому правовой вакуум, заключающийся в отсутствии условий ответственности, заполняется применением мер защиты посредством возмещения вреда, например при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности.
Принципиальный подход к определению характера и установлению объема возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, имеет целью компенсацию тех имущественных убытков, которые возникают вследствие утраты трудоспособности и расходов на восстановление или поддержание здоровья, медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию. Поэтому возмещение имеет имущественный характер (денежный), а объем возмещения включает в себя две составляющие: 1) утраченный потерпевшим заработок и иные доходы; 2) расходы на лечение и прочие расходы, целевое назначение которых указано в статье.
Сопоставление объема возмещения вреда здоровью с объемом возмещения убытков, установленное в ст. 15 ГК, позволяет выявить принципиальное сходство отдельных элементов в их структуре. Утраченный заработок и иные доходы схожи с упущенной выгодой, а расходы на лечение и сопутствующие расходы схожи с реальным ущербом в том его параметре, который включает в себя расходы на восстановление нарушенного права. Естественно, в объем возмещения вреда здоровью объективно невозможно включать оценку (стоимость) утраченного здоровья в денежном изменении, как это делается в отношении поврежденного или утраченного имущества (вещи) применительно к категории «убытки», а расходы на лечение имеют целью восстановление здоровья как идеального блага, а не имущественного права.
Таким образом, несмотря на то, что общий подход исключает применение норм о деликте к случаям, когда стороны находятся в договорных отношениях, но особенности причинения вреда жизни и здоровью гражданина позволяют сделать из него исключение. Обязанность возместить такой вред возникает также в том случае, когда он причинен гражданину при исполнении им обязанностей, вытекающих из договора, или при исполнении им иных служебных обязанностей. В этом случае возникает специальный состав, который включает в себя все условия, предусмотренные в общих положениях ГК РФ о деликтах, а также факт причинения вреда при исполнении трудовых обязанностей.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
Конституция Российской Федерации (с изм. от 14.10.2005) // РГ от 25.12.1993, № 237, СЗ РФ от 17.10.2005, № 42, ст. 4212.
Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 21.07.2005) // СЗ РФ от 05.12.1994, № 32, ст. 3301, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (2 ч.), ст. 3120.
Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ (ред. от 18.07.2005) // СЗ РФ от 29.01.1996, № 5, ст. 410, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (1 ч.), ст. 3100.
Уголовно-процессуальный Кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 01.06.2005) // СЗ РФ от 24.12.2001, № 52 (ч. I), ст. 4921, СЗ РФ от 06.06.2005, № 23, ст. 2200.
Уголовный Кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 21.07.2005) // СЗ РФ от 17.06.1996, № 25, ст. 2954, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (ч. 1), ст. 3104.
Семейный Кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ (ред. от 28.12.2004) // СЗ РФ от 01.01.1996, № 1, ст. 16, СЗ РФ от 03.01.2005, № 1 (часть 1), ст. 11.
Федеральный закон «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 № 125-ФЗ (ред. от 01.12.2004, с изм. от 29.12.2004) // СЗ РФ от 03.08.1998, № 31, ст. 3803, СЗ РФ от 03.01.2005, № 1 (часть 1), ст. 28.
Федеральный закон «О погребении и похоронном деле» от 12.01.1996 № 8-ФЗ (ред. от 21.04.2005) // СЗ РФ от 15.01.1996, N 3, ст. 146, СЗ РФ от 25.04.2005, N 17, ст. 1482.
Федеральный закон «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» от 24.11.1995 № 181-ФЗ (ред. от 29.12.2004) // СЗ РФ от 27.11.1995, № 48, ст. 4563, СЗ РФ от 03.01.2005, № 1 (часть 1), ст. 25.
Федеральный закон «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» от 20.04.1995 № 45-ФЗ (ред. от 22.08.2004) // СЗ РФ от 24.04.1995, № 17, ст. 1455, СЗ РФ от 30.08.2004, № 35, ст. 3607.
Федеральный закон «Об использовании атомной энергии» от 21.11.1995 № 170-ФЗ (ред. от 22.08.2004) // СЗ РФ от 27.11.1995, № 48, ст. 4552, СЗ РФ от 30.08.2004, № 35, ст. 3607.
Закон РФ «О космической деятельности» от 20.08.1993 № 5663-1 (ред. от 22.08.2004) // Российская газета от 06.10.1993, № 186, СЗ РФ от 30.08.2004, № 35, ст. 3607.
Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан (утв. ВС РФ 22.07.1993 № 5487-1) (ред. от 07.03.2005) // ВСНД и ВС РФ от 19.08.1993, № 33, ст. 1318, СЗ РФ от 07.03.2005, № 10, ст. 763.
Закон РФ «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 № 2300-1 (ред. от 21.12.2004) // СЗ РФ от 15.01.1996, № 3, ст. 140, СЗ РФ от 27.12.2004, № 52 (часть 1), ст. 5275.
Постановление Правительства РФ «О порядке признания граждан инвалидами» от 13.08.1996 № 965 (ред. от 01.02.2005) // СЗ РФ от 19.08.1996, № 34, ст. 4127, СЗ РФ от 14.02.2005, № 7, ст. 560.
Постановление Правительства РФ от 6 мая 1994 года «О нормах расходов денежных средств на погребение погибших (умерших) военнослужащих, сотрудников органов внутренних дел, граждан, призванных на военные сборы, и лиц, уволенных с военной службы, а также на изготовление и установку надгробных памятников» // СЗ РФ. 1994. № 3. Ст. 232.
Положение о расследовании и учете несчастных случаев на производстве. Утверждено Президиумом ВЦСПС от 13.08.1982. Справочник профсоюзного работника. – М.: Профиздат. 1983.
Указ Президиума ВС СССР «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей» от 18.05.1981 // Свод законов СССР, т. 2, с. 60.
Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда от 18.05.1981 // Свод законов СССР, т. 2, с. 60.
Постановление Конституционного Суда РФ «По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского Кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.В. Богданова, А.Б. Зернова, С.И. Кальянова и Н.В. Труханова» от 25.01.2001 № 1-П // СЗ РФ от 12.02.2001, № 7, ст. 700.
Постановление «О некоторых вопросах, связанных с применением Части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» Пленума Верховного Суда РФ № 6, Пленума ВАС РФ № 8 от 01.07.1996 // Вестник ВАС РФ. – 1996. – № 9.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 № 10 (ред. от 15.01.1998) // Российская газета, № 29, 08.02.1995, Российская газета, № 17, 29.01.1998.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» от 29.09.1994 № 7 (ред. от 10.10.2001) // Российская газета от 26.11.1994, № 230, Российская газета от 17.10.2001, № 202.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья» от 28.04.1994 № 3 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1994. – № 7.
Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву. – М., 1940.
Алексеев С.С. Гражданский кодекс. Заметки из истории подготовки проекта. Замечания о содержании кодекса, его значении и судьбе // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика: Сборник памяти С.А. Хохлова / Отв. ред. А.Л. Маковский; исследовательский центр частного права. – М.: Международный центр финансово-экономического развития, 1998.
Алексеев С.С. О составе гражданского правонарушения // Правоведение. – 1958. – № 1.
Антимонов Б.С. Значение вины потерпевшего при гражданском правонарушении. – М., 1950.
Белякова А.М. Имущественная ответственность за причинение вреда. – М., 1979.
Бойцова В.В., Бойцова Л.В. Реабилитация необоснованно осужденных граждан в современных правовых системах. – Тверь, 1993.
Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. – М., 1997.
Братусь С.Н. Некоторые вопросы учения о субъектах права// Советское государство и право. – 1949. – № 11.
Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность. – М., 1976.
Гражданское право. Учебник / Под ред. А.П.Сергеева и Ю.К.Толстого. Ч. II. – М., 2004.
Гражданское право / Под ред. Е.А. Суханова. – М., 2000. – Т. 2.
Гражданское право. Учебник для юридических вузов. – М., 1938. – Ч. II.
Иоффе О.С.Ответственность по советскому гражданскому праву. – Л., 1955.
Калмыков Ю.Х. Имущественные права советских граждан. – Саратов, 1969.
Кирчак А.П. Специфика конструкции гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный при ненадлежащем отправлении правосудия // Российский судья. – 2004. – № 4.
Клочков А.В. Компенсация морального вреда, причиненного незаконными действиями правоохранительных органов // Современное право. – 2004. – № 11.
Комментарий части второй Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. – М., 2002.
Кособродов В.М. Обязательство по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью, как мера социальной защиты прав и интересов потерпевшего // Адвокат. – 2004. – № 7. – С. 19.
Красавчиков О.А. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. – М., 1966.
Кузовлев Е.В. Правовое регулирование отношений, возникающих из причинения вреда // Право и политика. – 2004. – № 9.
Кун А.П. Специальные условия вреда, причиненного гражданину актами власти // Правоведение. – 1986. – № 2.
Малеин Н.С. Гражданский закон и права личности в СССР. – М., 1981.
Малеина М.Н. Психическая неприкосновенность человека // Домашний адвокат. – 1995. – № 6.
Матвеев Г.К. Вина в советском гражданском праве. – Киев, 1955.
Матвеев Г.К. Основания гражданско-правовой ответственности. – М., 1970.
Москальцова Т.Н. Честь и достоинство: как их защищать? Уголовно-процессуальный аспект. – М., 1992.
Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. – М., 1950.
Оськин В., Левинова Т. Порядок возмещения вреда, причиненного гражданину незаконным привлечением к уголовной ответственности // Российская юстиция. – 1998. – № 7.
Петрик Ф. Гражданский кодекс ВНР. – Будапешт, 1981.
Советское гражданское право. Учебник для юридических школ. – М., 1950.
Смирнов В.Т., Собчак А.А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве. – Л., 1983.
Трубников П. Рассмотрение дел о возмещении вреда, причиненного здоровью граждан // Законность. – 1995. – № 10.
Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и неосновательного обогащения. – М., 1951.
Яичков К.К. Система обязательств из причинения вреда в советском гражданском праве // Вопросы гражданского права. – М., 1957.
Ярошенко К.Б. Жизнь и здоровье под охраной закона. – М., 1990.
Ярошенко К.Б. Понятие и состав вреда в деликтных обязательствах // Проблемы современного гражданского права. – М., 2000.
Ярошенко К.Д. Возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью работников // Законодательство. – 1997. – № 6.
Приложение к Письму ФСС РФ № 02-18/07-6203 от 11.07.2005 // Консультант Плюс.
Определение Верховного Суда РФ № 12-Д05-7 от 13.05.2005 // Консультант Плюс.
Определение Верховного Суда РФ № 42-Б04-12 от 20.05.2005 // Консультант Плюс.
Бюллетень Верховного Суда РСФСР. – 1967. – № 1; 1976. – № 11.
Обзор судебной практики Верховного Суда РФ от 21.05.2001 // БВС РФ. – 2001. – № 11.
Алексеев С.С. Гражданский кодекс. Заметки из истории подготовки проекта. Замечания о содержании кодекса, его значении и судьбе // Гражданский кодекс России. Проблемы. Теория. Практика: Сборник памяти С.А. Хохлова / Отв. ред. А.Л. Маковский; исследовательский центр частного права. – М.: Международный центр финансово-экономического развития, 1998. – С. 35.
Это дает основание когда не вполне точно называть гражданско-правовую ответственность экономической. В некоторых юридических работах понятию «экономическая ответственность» пытались также придать особый смысл как самостоятельной разновидности административно-правовой (публично-правовой) ответственности организаций («хозорганов»), имеющей имущественное содержание или влекущей для них неблагоприятные последствия (штрафы, взимаемые в доход государства (бюджета), принудительная корректировка отчетных данных путем исключения из них определенных сведений о выполнении заданий, уменьшение бюджетного финансирования и т.п.). Такой подход, характерный для представителей концепции «хозяйственного права» и некоторых их современных последователей, теряет смысл в условиях рыночной экономики.
Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 № 51-ФЗ (ред. от 21.07.2005) // СЗ РФ от 05.12.1994, № 32, ст. 3301, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (2 ч.), ст. 3120.
См.: Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и неосновательного обогащения. М., 1951. С.7; Смирнов В.Т., Собчак А.А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве. Л., 1983.
См.: Флейшиц Е.А. Указ. соч. С. 7.
Вряд ли верно утверждение, что понятием «внедоговорные обязательства» охватывается только два вида этих обязательств (см.: Гражданское право / Под ред. Е.А. Суханова. – М., 2000. – Т. 2. – С. 360). Выделение в ГК обязательств вследствие причинения вреда (гл. 59) и вследствие неосновательного обогащения (гл. 60) связано с установлением специальных режимов их регулирования.
Гражданский Кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 № 14-ФЗ (ред. от 18.07.2005) // СЗ РФ от 29.01.1996, № 5, ст. 410, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (1 ч.), ст. 3100.
Подробно о содержании этих категорий см.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. – М., 1997. – С. 570 – 613.
См.: Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву. – М., 1940. – С. 140.
Постановление «О некоторых вопросах, связанных с применением Части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» Пленума Верховного Суда РФ № 6, Пленума ВАС РФ № 8 от 01.07.1996 // Вестник ВАС РФ. – 1996. – № 9.
Положение о расследовании и учете несчастных случаев на производстве. Утверждено Президиумом ВЦСПС от 13.08.1982. Справочник профсоюзного работника. – М.: Профиздат. 1983. – С. 252.
Малеина М.Н. Психическая неприкосновенность человека // Домашний адвокат. – 1995. – № 6. – С. 7.
Бюллетень Верховного Суда РСФСР. – 1967. – № 1. – С. 6; 1976. – № 11. – С. 13.
Постановление Правительства РФ от 6 мая 1994 года «О нормах расходов денежных средств на погребение погибших (умерших) военнослужащих, сотрудников органов внутренних дел, граждан, призванных на военные сборы, и лиц, уволенных с военной службы, а также на изготовление и установку надгробных памятников» // СЗ РФ. 1994. № 3. Ст. 232.
Смирнов В.Т., Собчак А.А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве: Учебное пособие. – Л.: Изд-во ЛГУ, 1983. – С. 63.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 № 10 (ред. от 15.01.1998) // Российская газета, № 29, 08.02.1995, Российская газета, № 17, 29.01.1998.
Флейшиц Е.А. Указ. соч. С. 24.
Цит. по: Флейшиц Е.А. Указ. соч. С. 28.
См.: Братусь С.Н. Юридическая ответственность и законность. – М., 1976; см. также: Калмыков Ю.Х. Имущественные права советских граждан. – Саратов, 1969. – С. 114; Белякова А.М. Имущественная ответственность за причинение вреда. – М., 1979. – С. 10; Малеин Н.С. Гражданский закон и права личности в СССР. – М., 1981. – С. 163 и след.
Закон РФ «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 № 2300-1 (ред. от 21.12.2004) // СЗ РФ от 15.01.1996, № 3, ст. 140, СЗ РФ от 27.12.2004, № 52 (часть 1), ст. 5275.
См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» от 29.09.1994 № 7 (ред. от 10.10.2001) // Российская газета от 26.11.1994, № 230, Российская газета от 17.10.2001, № 202.
Петрик Ф. Гражданский кодекс ВНР. – Будапешт, 1981. – С. 36.
Обзор соответствующих точек зрения см.: Ярошенко К.Б. Понятие и состав вреда в деликтных обязательствах // Проблемы современного гражданского права. М– ., 2000. – С. 329 и сл.
Конституция Российской Федерации (с изм. от 14.10.2005) // РГ от 25.12.1993, № 237, СЗ РФ от 17.10.2005, № 42, ст. 4212.
См.: Смирнов В.Т., Собчак А.А. Указ. соч. С. 69.
См.: Гражданское право. Учебник для юридических вузов. – М., 1938. – Ч. II. – С. 390; Советское гражданское право. Учебник для юридических школ. – М., 1950. – С. 516.
Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву. – М., 1940. – С. 140.
Уголовный Кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 21.07.2005) // СЗ РФ от 17.06.1996, № 25, ст. 2954, СЗ РФ от 25.07.2005, № 30 (ч. 1), ст. 3104.
Основы законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан (утв. ВС РФ 22.07.1993 № 5487-1) (ред. от 07.03.2005) // ВСНД и ВС РФ от 19.08.1993, № 33, ст. 1318, СЗ РФ от 07.03.2005, № 10, ст. 763.
Обзор теорий причинной связи см.: Смирнов В.Т., Собчак А.А. Указ. соч. С. 73 и след.
Определение Верховного Суда РФ № 12-Д05-7 от 13.05.2005 // Консультант Плюс.
См.: Матвеев Г.К. Вина в советском гражданском праве. – Киев, 1955. – С. 296 и след.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья» от 28.04.1994 № 3 // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1994. – № 7.
Определение Верховного Суда РФ № 42-Б04-12 от 20.05.2005 // Консультант Плюс.
Обзор соответствующих точек зрения и практики см.: Ярошенко К.Б. Жизнь и здоровье под охраной закона. – М., 1990. – С. 62 и след.
Федеральный закон «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 № 125-ФЗ (ред. от 01.12.2004, с изм. от 29.12.2004) // СЗ РФ от 03.08.1998, № 31, ст. 3803, СЗ РФ от 03.01.2005, № 1 (часть 1), ст. 28.
Алексеев С.С. О составе гражданского правонарушения // Правоведение. – 1958. – № 1.
См.: Яичков К.К. Система обязательств из причинения вреда в советском гражданском праве // Вопросы гражданского права. – М., 1957. – С. 170.
См.: Советское гражданское право. – М., 1950. – С. 521.
См.: Антимонов Б.С. Значение вины потерпевшего при гражданском правонарушении. – М., 1950.
См.: Матвеев Г.К. Основания гражданско-правовой ответственности. – М., 1970. – С. 7.
См.: Братусь С.Н. Некоторые вопросы учения о субъектах права// Советское государство и право. – 1949. – № 11. – С. 78.
См.: Иоффе О.С.Ответственность по советскому гражданскому праву. – Л., 1955. Гл. 2. § 3; Новицкий И.Б., Лунц Л.А. Общее учение об обязательстве. – М., 1950. – С. 352.
Ярошенко К.Д. Возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью работников // Законодательство. – 1997. – № 6. – С. 76.
Указ Президиума ВС СССР «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей» от 18.05.1981 // Свод законов СССР, т. 2, с. 60.
Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда от 18.05.1981 // Свод законов СССР, т. 2, с. 60.
Уголовно-процессуальный Кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 01.06.2005) // СЗ РФ от 24.12.2001, № 52 (ч. I), ст. 4921, СЗ РФ от 06.06.2005, № 23, ст. 2200.
Клочков А.В. Компенсация морального вреда, причиненного незаконными действиями правоохранительных органов // Современное право. – 2004. – № 11. – С. 28.
См.: Ярошенко К.Б. Жизнь и здоровье под охраной закона. – М., 1990; Москальцова Т.Н. Честь и достоинство: как их защищать? Уголовно-процессуальный аспект. – М., 1992; Бойцова В.В., Бойцова Л.В. Реабилитация необоснованно осужденных граждан в современных правовых системах. – Тверь, 1993; Кун А.П. Специальные условия вреда, причиненного гражданину актами власти // Правоведение. – 1986. – № 2. – С. 46.
См.: Ярошенко К.Б. Указ. соч. С. 140 – 141.
Оськин В., Левинова Т. Порядок возмещения вреда, причиненного гражданину незаконным привлечением к уголовной ответственности // Российская юстиция. – 1998. – № 7.
Постановление Конституционного Суда РФ «По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского Кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.В. Богданова, А.Б. Зернова, С.И. Кальянова и Н.В. Труханова» от 25.01.2001 № 1-П // СЗ РФ от 12.02.2001, № 7, ст. 700.
Кирчак А.П. Специфика конструкции гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный при ненадлежащем отправлении правосудия // Российский судья. – 2004. – № 4. – С. 17.
Семейный Кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 № 223-ФЗ (ред. от 28.12.2004) // СЗ РФ от 01.01.1996, № 1, ст. 16, СЗ РФ от 03.01.2005, № 1 (часть 1), ст. 11.
Гражданское право. Учебник / Под ред. А.П.Сергеева и Ю.К.Толстого. Ч. II. – М., 2004. – С. 743.
Гражданское право. Учебник / Под ред. А.П.Сергеева и Ю.К.Толстого. Ч. II. – М., 2004. – С. 744.
Гражданское право. Учебник / Под ред. А.П.Сергеева и Ю.К.Толстого. Ч. II. – М., 2004. – С. 744.
Гражданское право. Учебник / Под ред. А.П.Сергеева и Ю.К.Толстого. Ч. II. – М., 2004. – С. 745.
Кособродов В.М. Обязательство по возмещению вреда, причиненного жизни и здоровью, как мера социальной защиты прав и интересов потерпевшего // Адвокат. – 2004. – № 7. – С. 19.
Обзор соответствующих точек зрения см.: Красавчиков О.А. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. – М., 1966. – С. 29.
Законом РФ «О космической деятельности» от 20.08.1993 № 5663-1 (ред. от 22.08.2004) такая деятельность также отнесена к источникам повышенной опасности // Российская газета от 06.10.1993, № 186, СЗ РФ от 30.08.2004, № 35, ст. 3607.
Федеральный закон «Об использовании атомной энергии» от 21.11.1995 № 170-ФЗ (ред. от 22.08.2004) // СЗ РФ от 27.11.1995, № 48, ст. 4552, СЗ РФ от 30.08.2004, № 35, ст. 3607.
Так, согласно ч. 3 ст. 20 Федерального закона «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» от 20.04.1995 № 45-ФЗ (ред. от 22.08.2004) (СЗ РФ от 24.04.1995, № 17, ст. 1455, СЗ РФ от 30.08.2004, № 35, ст. 3607.) объем возмещения вреда, причиненного здоровью указанных лиц, снижен по сравнению с предусмотренным правилами ГК, поэтому применяться должны нормы ГК (см.: Комментарий части второй Гражданского кодекса Российской Федерации для предпринимателей. – С. 286 (автор комментария – К.Б.Ярошенко).
См. п. 5 – 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» // БВС РФ. – 1994. – № 7.
Приложение к Письму ФСС РФ № 02-18/07-6203 от 11.07.2005 // Консультант Плюс.
Приложение к Письму ФСС РФ № 02-18/07-6203 от 11.07.2005 // Консультант Плюс.
Кузовлев Е.В. Правовое регулирование отношений, возникающих из причинения вреда // Право и политика. – 2004. – № 9. – С. 39.
См.: Бюллетень ВС РФ. – 1995. – № 12. – С. 2.
Ярошенко К.Д. Возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью работников // Законодательство. – 1997. – № 6. – С. 77.
См.: Примерное положение об учреждениях Государственной службы медико-социальной экспертизы, утвержденное постановлением Правительства РФ от 13 августа 1996 г. № 965 (СЗ РФ. 1996. № 34. Ст. 4127). См. ст. 9 Правил и разд. 2 Положения о порядке установления врачебно-трудовыми экспертными комиссиями степени утраты профессиональной трудоспособности в процентах работникам, получившим увечье, профессиональное заболевание либо иное повреждение здоровья, связанные с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденного постановлением Правительства РФ от 23 апреля 1994 г. № 392 (СЗ РФ. 1994. № 2. Ст. 101).
См.: ст. 1 и п. 3 ст. 8 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», а также разд. III Положения о признании лица инвалидом, утвержденного постановлением Правительства РФ от 13 августа 1996 г. № 965.
Трубников П. Рассмотрение дел о возмещении вреда, причиненного здоровью граждан // Законность. – 1995. – № 10. – С. 54.
Так, согласно ч. 4 ст. 28 Закона о социальной защите инвалидов они имеют право на изготовление и ремонт протезно-ортопедических изделий за счет средств федерального бюджета, а согласно ч. 2 и 3 ст. 30 этого Закона инвалиды I и II групп имеют также право ежегодного бесплатного проезда к месту лечения и обратно с сопровождающим их лицом. Поэтому такие расходы не подлежат компенсации причинителем вреда.
См.: Жуйков В.М. Указ. соч. С. 190. См. п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» (БВС РФ. 1995. № 3).
Трубников П. Рассмотрение дел о возмещении вреда, причиненного здоровью граждан // Законность. – 1995. – № 10. – С. 56.
Статьей 9 Федерального закона «О погребении и похоронном деле» установлен перечень расходов на погребение, возмещаемых государством. Расходы сверх названных подлежат возмещению причинителем вреда в той мере, в какой они являются необходимыми для обычного погребения.
Обзор судебной практики Верховного Суда РФ от 21.05.2001 // БВС РФ. – 2001. – № 11. – С. 27.
Обзор судебной практики Верховного Суда РФ от 21.05.2001 // БВС РФ. – 2001. – № 11. – С. 27.
См.: ст. 151 и 1101 ГК РФ.
,
– средняя частота отказа (интенсивность отказа). Учтем также надежность линий связи.
н,
.
.
раза. Дальнейшее резервирование является неэффективным, т.к. с каждым дополнительным элементом цена увеличивается пропорционально их количеству, а надежность увеличивается незначительно.
Д т К т
Д т К т
даН,
– коэффициент сопротивления движению зависящий от характера грунта,
– сопротивление движению ветра,
даН,
– давление ветра,
– подветренная площадь,
– сопротивление от сил инерции при трогании с места в даН,
даН,
– ускорение силы тяжести,
– время разгона.
даН
даН,
– КПД механизма гусеничного хода равное 0,7
0,9
, 
, 
.
.
.
,
– коэффициент сцепления гусеницы с грунтом,
.
, то 
.
;
;
;
.
.
.
.
.
— диаметр цилиндра,
– диаметр штока,
– полный ход поршня.
— диаметр цилиндра,
– диаметр штока,
– полный ход поршня.
– полный ход поршня.
.
,
— время исполнения прямого хода цилиндра стрелы (опускание стрелы);
— время исполнения прямого хода цилиндра рукояти;
-время исполнения обратного хода цилиндра стрелы (подъем стрелы);
-время исполнения обратного хода цилиндра рукояти;
— время исполнения прямого хода цилиндра ковша;
– время исполнения обратного хода цилиндра ковша;
— время поворота с груженным ковшом;
– время разгона, равное времени торможения.
– момент инерции рабочего оборудования на среднем в положении выгрузки.
– движущий момент механизма поворота,
– угловая скорость при повороте.
– время поворота с пустым ковшом.
— время разгона, равное времени торможения,
– момент инерции рабочего оборудования на среднем вылете при повороте с порожним ковшом,
– движущий момент механизма поворота,
– угловая скорость при повороте.
,
— коэффициент влияния грунта.
– коэффициент использования машины во времени.
– усилие гидроцилиндра рукояти;
– радиус кривошина;
– радиус копания;
– расстояние между центрами механизма;
– коэффициент, учитывающий влияние весовых нагрузок, соответствующий емкости ковша 0,55 м3.
– переменное расстояние между шарнирами цилиндра рукояти в м,
в начале копания,
в конце копания.
по величине и направлению.
откладываем вектор весовых нагрузок, включая массу грунта в ковше.
– масса рабочего оборудования подвижного относительно шарнира ковша в кг (масса ковша 
)
– масса грунта в ковше
– количество положений ковша
– номер положения.
откладываем по величине и направлению вектора 
. Величина его переменная, а направление постоянное.
.
и перемножая его величину на силовой масштаб 
.
, даН
, даН
даН
, даН
– масса рабочего оборудования, подвижного относительно шарнира ковша в кг;
– масса ковша
– масса тяги
– масса коромысла
– масса цилиндра ковша
– масса рукояти
– половина массы цилиндра рукояти
– масса грунта в ковше
– количество положений ковша
откладываем по величине и направлению вектор 
. Величина его постоянное, а направление переменное, соответствующее позиции копания.
.
.
даН
, даН
, см
, даН
– масса узлов подвижных относительно шарнира стрелы включая массу грунта в ковше, в кг;
– половина массы цилиндра рукояти
– масса стрелы,
– масса двух цилиндров стрелы.
откладываем по величине и направлению вектор 
. Величина его переменная, а направление постоянные.
. Величину усилия 
, даН
даН
, даН
, см
, даН
– подача рабочей жидкости за один оборот,
– рабочее давление,
– производительность, идущая на ход при 
– объемный КПД привода хода.
– КПД цилиндрической передачи
– КПД цепной передачи
– объемный КПД гидромотора
– механический КПД гидромотора.
даНсм,
даНсм.
– разрывное усилие втулочно-роликовой цепи, даН;
– усилие, действующее в цепной передаче, даН;
сталь 40 ХНМА
Сталь 40 ХНМА.
сталь 40 ХНМА
– момент на ковше грейфера, даНсм;
– радиус копания ковша грейфера.
– усилие цилиндра грейфера, даН;
–диаметр цилиндра грейфера
– диаметр штока цилиндра грейфера;
– давление в системе;
– расстояние от шарнира крепления ковша грейфера к штоку цилиндра до шарнира крепления тяги к ковшу;
– плечо действия усилия цилиндра грейфера и усилий на режущем контуре ковша грейфера произведем в таблице 8.1
– допустимое напряжение для точки 3.
– усилие в гидроцилиндре ковша, даН;
– усилие в шарнире сочленения ковша с рукояти, даН;
– усилие в гидроцилиндре рукояти, даН;
– усилие в шарнире сочленения стрелы с поворотной платформой, даН;
– усилие в гидроцилиндрах стрелы, даН.
и 
равнодействующих этих усилий относительно центра тяжести сечений. Значений
приведены в таблице 10.1.
– плечо равнодействующей усилия 
– момент сопротивления сечения изгибу относительно оси х-х;
для всех сечений приводим в таблице 10.3.
– толщина основания, см;
– толщина высоты. см.
для всех сечений производим в таблице 10.6.
, МПа
, МПа2
, МПа
, МПа2
, МПа2
, МПа2
приведен в таблице 10.8.
, даН
приводим в таблице 10.9.
МПа
МПа2
МПа
МПа
МПа2
МПа2
МПа2
для всех сечений приведен в таблице 10.10
, МПа
, МПа
бр
и реакции в шарнирах 
и 
,
и 
. Значение величин 
– углы между направлениями усилий 
, град
бр
, даН
, град
бр
даН
даН
, град
даН
, град
бр
даНм
, м
, даНм
даНсм
;
– момент относительно оси х-х, см4;
– максимальное расстояние от центра тяжести сечения относительно оси х-х, см;
приведен в таблице 11.4.
, см3
– момент инерции элемента сечения, см4;
– момент инерции элемента 1 сечения относительно его собственного центра тяжести, см4;
, Y1, а также подсчет 
, см4
, см4
, см2
, см
, см
, см
, см
, см4
, см4
– момент инерции элемента 2 сечения, см4;
– момент инерции элемента 2 сечения относительно его собственного центра тяжести, см4.
приведен в таблице 11.6
, см3
, см4
, см
, см2
, см4
, см4
, см4
, см4
, см4
, см
, см
, см3
даНсм
, см3
и 
приведен в таблице 11.10.
, МПа
, МПа
, МПа
, а также подсчет значений 
для сечений приведен в таблице 11.11.
, МПа
, МПа
и 
– внутренний диаметр гидроцилиндра;
– наружный диаметр гидроцилиндра,
– предел текучести стали 30ХГСА
– коэффициент уменьшения допускаемого напряжения, который определили следующим образом.
– наружный диаметр штока,
коэффициент прогиба 
– суммарный продольный восстанавливающий момент от массы узлов ходовой тележки, поворотной платформы с установками смонтированными на ней, 
– масса тележки ходовой;
– масса поворотной платформы с установками смонтированными на ней;
– плечо равнодействующей массы 
относительно «ребра» опрокидывания;
– плечо равнодействующей массы 
относительно «ребра» опрокидывания.
– момент от горизонтальной составляющей усилий
, даН
– усилие на зубьях ковша;
– плечо равнодействующей усилия 
относительно уровня стояния экскаватора.
– суммарный опрокидывающий момент от массы узлов рабочего оборудования.
– опрокидывающий момент от массы ковша с грунтом.
– масса ковша;
– масса грунта в ковше;
– плечо равнодействующей массы ковша с грунтом относительно «ребра» опрокидывания.
– опрокидывающий момент от массы рукояти.
– масса рукояти;
– плечо равнодействующей массы 
относительно «ребра» опрокидывания.
– опрокидывающий момент от массы гидроцилиндра ковша в 
– масса гидроцилиндра ковша с учетом массы рабочей жидкости;
– плечо равнодействующей массы 
относительно «ребра» опрокидывания.
– опрокидывающий момент от массы цилиндра рукояти.
– масса гидроцилиндра рукояти, включая массу рабочей жидкости,
– плечо равнодействующей массы 
относительно «ребра» опрокидывания.
– опрокидывающий момент массы стрелы.
– масса стрелы;
– плечо равнодействующей массы 
относительно «ребра» опрокидывания.
– опрокидывающий момент массы двух гидроцилиндров стрелы с учетом рабочей жидкости.
– масса двух гидроцилиндров стрелы с учетом массы рабочей жидкости;
– плечо равнодействующей массы 
относительно «ребра» опрокидывания.
– момент вертикальной составляющей усилия 
– усилие на режущем контуре ковша;
– плечо равнодействующей усилия 
– суммарный поперечный восстанавливающий момент от массы узлов ходовой тележки поворотной платформы с установками, смонтированными на ней, в 
– плечо равнодействующей массы 
относительно «ребра» опрокидывания;
– плечо равнодействующей массы 
– момент от горизонтальной составляющей усилия 
– суммарный поперечный опрокидывающий момент массы узлов рабочего оборудования.
– опрокидывающий момент от массы ковша с грунтом,
– плечо равнодействующей массы 
относительно «ребра» опрокидывания.
– опрокидывающий поперечный момент от массы рукояти.
– плечо равнодействующей 
относительно «ребра» опрокидывания.
– опрокидывающий поперечный момент от массы гидроцилиндра ковша.
– плечо равнодействующей массы 
относительно «ребра» опрокидывания.
– опрокидывающий поперечный момент от массы гидроцилиндра рукояти,
– опрокидывающий поперечный момент от массы стрелы.
– плечо равнодействующей массы 
– опрокидывающий поперечный момент от массы двух гидроцилиндров стрелы.
– плечо равнодействующей массы 
относительно «ребра» опрокидывания.
– момент от вертикальной составляющей усилия 
– плечо равнодействующей усилия 
– расстояние между профильными точками с рабочими отметками H1, H2, м;
– объем земляных работ на j том участке, м3.
– эксплуатационная, сменная производительность i той ведущей машины на j том участке, 
.
– норма часовой выработки ведущей машины, 
– коэффициент, учитывающий вредные производственные факторы и условия, 
;
– переходной коэффициент от производственных норм выработки к сменным, 
;
– количество машин
.
, определяет дальность возки lср для выемки.
,
– себестоимость работ на j том участке i тым комплектом машин, руб./м3;
– капитальные вложения (таблица 14.2) руб.;
– эксплуатационная годовая выработка, м3;
– нормативный коэффициент эффективности капитальных вложений, Eн=0,15
,
– коэффициент накладных расходов на эксплуатацию машин;
– коэффициент накладных расходов на зарплату рабочим;
– суммарная стоимость машино-смены машин;
– зарплата рабочих за вспомогательную работу на единицу работ, руб.;
,
– затраты труда на вспомогательных рабочих, чел.-смен/м3;
– число смен работы ведущей машины в году.
.
.
.
.
– перекос валов, характеризующаяся углом переноса 
– осевое смещение звездочек на валах и торцевое биение звездочек после их сборки с валом.
, 
. В качестве упругого элемента предлагается использовать энергоемкости резины повышенной твердости.
– передаваемый крутящий момент, даНсм;
– диаметр ступицы, см;
– ширина выступа, см;
– толщина, см.
;
;
;
Группа сот с различными наборами частот называется кластером. Определяющим его параметром является количество используемых в соседних сотах частот. На рис.3.1, например, размерность кластера равна трем. Но на практике это число может достигать пятнадцати.
, (3.1)
, (3.2)
— распространение части потерь углового коэффициента и g зависит от места расположения окружающей среды.
, (3.3)
, (3.4)
, (3.5)
, (3.6)
дБ.
в соте с коэффициентом повторного использования равным 4, 7 и 12.
,
,
Эрланга,
дБ.
,
,
Эрланга,
75=18.7дБ.
33,
,
Эрланга,
дБ.
,дБ
, (4.2)
, (4.3)
, м
, (4.8)
,(3.1)
, (3.2)
, (3.3)
5м
,
,(3.5)
,
,т.к. потолок свежепобеленный и также стены с закрытыми белыми шторами и далее выбираем коэффициент использования светового потока, учитывая индекс помещения i = 4,6, коэффициент использования светового потока h = 0,8.
лм.
(3.6)
,(3.7)
(3.8)
(3.9)
(3.10)
, (3.11)
, (3.12)
(3.13)
(3.14)
(3.15)
, (3.16)
, (3.17)
,(3.18)
тг, (8.3)
тг,
тг, (8.5)
тг, (8.6)
, (8.7)
у.е.,
, (8.10)
тг,
= 1,2мес , (8.13)
, (8.14)
должна иметь максимальное значение. Где Vд – сигнал от дефекта, а V0 – сигнал посылаемый преобразователем.
и 
— коэффициенты, не зависящие от частоты. 
равна 
или 
(где 
; 
дефект попадает в ближнюю зону. В ближней зоне увеличение диаметра преобразователя оказывает отрицательное влияние на отношение сигнал-шум, приводит к ухудшению направленности преобразователя. 
Контролю подлежат все типы железнодорожных рельсов, при этом предусмотрена автоматическая корректировка настроек при переходе на другой тип рельсов по указанию оператора. Схемы прозвучивания позволяют выявлять все виды критических дефектов согласно классификатору НДТ/ЦП-1-93. При этом реализованы эхо-, зеркальный и зеркально-теневой методы УЗК, с использованием контактного способа ввода ультразвука. В дефектоскопе предусмотрен алгоритм распознавания типа дефекта, но окончательное решение должен принимать оператор, используя дополнительно ручной контроль и визуальный осмотр дефектного участка.
дефектоскоп. В существующих системах УЗК используется визуально-звуковой анализ оператором информации по всем каналам, что, конечно же, не может не привести к пропуску дефектов, особенно на ранней стадии развития. Поэтому возникает необходимость сохранения результатов контроля или электронного документирования.