Автор: admin

З княжих часів бере свої витоки в Україні меценатство. І, незважаючи на те, що протягом багатьох століть залишалось поза увагою, воно завжди відігравало важливу роль у розвитку культури та церкви. Благодійницька діяльність в усі часи вважалася вершиною людинолюбства, тому традиції добродійництва є невмирущими. Меценати мали особливу пошану та були визнаними в суспільстві, що є цілком справедливо.

На жаль, багато імен благодійників втрачено назавжди для історії. Напевно, вони не були особливо забезпеченими людьми та їхні суми не вирізнялись своєю величиною. Проте їх добродійність не забута і внесок від цього не зменшується.

Зростає інтерес до української культури з часу здобуття Україною незалежності. Починають відроджуватись національні традиції, відбувається перегляд діяльності багатьох видатних людей. До старої української доброї традиції, яка була прерогативою національної еліти, можна віднести і меценатство. Саме його вивчення дає можливість краще дослідити багато питань вітчизняної історії, по-новому оцінити багатогранну діяльність видатних добродійників. Ці люди є зразком безкорисливості та людинолюбства, і тому на їх прикладі повинні виховуватися цілі покоління. Отже, саме таке комплексне дослідження з історії українського благодійництва і є актуальним зараз.

Зважаючи на важку соціально-економічну ситуацію в Україні сьогодні, меценатські кошти мають сприяти розвитку національної культури та науки.

Маловивченість даної теми пов’язана з невисвітленням багатьох питань в радянській історіографії, зокрема тих, що стосуються української національної культури та еліти.

Винятковою постаттю серед тодішнього українства був Євген Харлампійович Чикаленко. Народився він у селі Перешори на Херсонщині 21 грудня 1861 року в поміщицькій родині. Перші ази освіти здобував Є. Чикаленко в отця Василя Лопатинського, а восени 1870 року дев’ятирічного хлопчину відвезли в пансіонат пана Ранжаля. Далі було Єлисаветське вище реальне училище І-го розряду. Уже в ті часи позитивне значення у формуванні світогляду майбутнього суспільно-культурного діяча мали знайомства з Панасом Саксаганським, Іваном Карпенко-Карим, Марком Кропивницьким, Михайлом Тобілевичем та ін. 20-річним юнаком на початку 1880-х років долучається Євген Чикаленко до українського руху. Ще в перший приїзд у Київ в 1881 році він познайомився з Миколою Лисенком та професором Володимиром Антоновичем. На межі століть він послідовно входив до кола Одеської, Петербурзької та Київської громад. У 1897 році він був одним із засновників Загальної Української Організації, на основі якої у 1904 році виникла перша легальна Українська демократична партія. В роки столипінської реакції Чикаленко – серед організаторів Товариства Українських Поступовців, єдиного осередку легального українства.

Благодійницькою діяльністю Євген Чикаленко займався постійно. Вона була для нього філософією всього життя. «Мало любити Україну до глибини свого серця. Треба – ще й до глибини своєї кишені», – таким було його гасло1. Здавалось, що «кишеня» та була бездонною, бо стільки коштів вкладав він у видання українських книжок, журналів, газет, у підтримку діячів культури. Хоча насправді було не так. Про його скруту, хвороби, образи знали лише його найближчі друзі, з якими він листувався.

Весною 1895 року Чикаленко поховав свою восьмирічну доньку. На знак пам’яті про неї він передає до редакції часопису «Киевская старина» 1000 крб. для оголошення конкурсу на підготовку однотомного популярного видання «Історії України». Програму такого творчого змагання уклав Володимир Антонович2.

На заклик професора Михайла Грушевського до української громадськості зібрати кошти на будівництво Академічного Дому у Львові, Євген Чикаленко виділив 25 тисяч, хоча згодом розчарувався в значній частині студентства, звинувачуючи його в кар’єризмі, матеріалізмі, безідейності та називаючи Галичину «європейським смітником, куди австрійський уряд викидав своїх найгірших урядовців»3.

Євген Харлампійович був одним з небагатьох по-справжньому маєтних людей, великоземельним поміщиком, власником грунтів у Перешорах на Херсонщині (тепер – Одещина) та в Кононівці під Яготином. І він, не вагаючись, продавав десятину за десятиною, аби утримувати першу на Наддніпрянщині українську газету (спочатку «Громадську думку», згодом «Раду»), сплачувати рахунки редакції «Київської старовини», підтримувати Академічний Дім у Львові, де його коштом безоплатно жили студенти з Великої України. «Хоч як я не захоплювався громадською справою, але мусів працювати і в селі коло господарства, бо це було єдине джерело для існування моєї родини і джерело, звідки я черпаю гроші для підтримання української справи», – писав Чикаленко у своїх «Спогадах»4.

1905–1907 роки – період масового відродження в Україні національної газетно-журнальної періодики. Не міг стояти осторонь культурно-просвітницького життя і Євген Чикаленко. Він уклав збірку «300 найкращих українських пісень»(К.: Вік, 1904. – 290с.), до якої увійшло чимало творів, записаних автором у селі Перишори, зокрема своєрідних музично-поетичних проклять на адресу цариці Катерини.

Саме при матеріальній допомозі Євгена Харлампійовича побачив світ унікальний чотиритомний «Словарь російсько-український» (1893-1898, укладений групою лексикографів на чолі з бібліографом Комаровим), виходила чернівецька газета «Селянин», діяв відділ белетристики у часописі «Кієвская старина»5. Письменник підтримував діяльність Наукового товариства ім.. Т.Г.Шевченка у Львові, виділяв кошти для друкування книг Михайла Коцюбинського, Івана Франка, Андрія Тесленка, Володимира Винниченка, Степана Васильченка та інших літераторів. Як уже зазначалося, він був засновником і фундатором київських газет «Громадська думка» (1906), «Рада» (1906–1914), літературного фонду.

Газета «Рада» була улюбленим дітищем Євгена Чикаленка. Матеріально її підтримував також і Василь Симиренко – український інженер, капіталіст і водночас гуманіст найвищої проби. Але засновником і душею газети був саме Чикаленко. Він всіляко підтримував її видавництво, вкладав весь свій талант, неймовірні зусилля, всю свою невичерпну енергію, аби газета вижила у важких умовах нестачі коштів, цензурних утисків і штрафів, а також далеко не гармонійних стосунків між видатними українськими діячами. Кожного з них меценат прагнув залучити до співробітництва в «Раді». На превеликий жаль бракувало кваліфікованих журналістських кадрів, талановитих авторів, які б своїм мистецтвом піднесли газету на середній рівень, зробили б її читабельною і конкурентноздатною. Євген Харлампійович шукав і залучав до співробітництва талановитих людей: писав безліч листів, просив, умовляв, переконував, «перетягував» таланти в Київ, ближче до центру громадського життя і до газети. Коли ж у московській газеті «Утро Росії» з’явилася редакційна стаття, в якій говорилось, що українська газета в Росії видається на німецькі кошти, то він поставив редакції тієї газети ультиматум: або спростувати цей донос, або він притягне її до суду за наклеп. Перелякана редакція «Утра Росії» поспішила надрукувати спростування. Пізніше, автор зізнається, що можливо й сам дав привід для такої «сплетні», бо коли йому не стало грошей на видання газети, він продав 200 десятин землі в Тирашпільському повіті німцям-колоністам, а сам, жартуючи, необережно голосно казав, що справді українська газета видається на німецькі гроші, бо німці-колоністи отримують допомогу на купівлю землі з Німецького Державного Банку. «Ми ніколи не дістали жодного пфеніга, жодного геллера з-за кордону, а, навпаки, ще підпирали своїми грішми Наукове товариство ім.. Т.Г.Шевченка, різні українські інституції та видавництва в Австрії», – писав він у своїх «Спогадах»6.

Спогади та щоденник Євгена Чикаленка є безцінною мемуарною спадщиною мецената, які свідчать про цікаве, насичене живими фактами, характеристиками, думками і спостереженнями життя. Вони являють собою своєрідні літописи доби, «живу історію», побачену на власні очі, яку автор подає без жодних домислів і прикрас. За часів радянської влади його «Спогади» належали до найсуворіше заборонених книжок. Можливо, причиною цього було те, що вони були абсолютно чесні. Чикаленко писав все так, як було насправді. Він відверто розповідав про конфлікти між різними українськими театральними трупами, про важкий характер Марії Заньковецької, який часто призводив до таких конфліктів7. Серед колоритних образів, створених Євгеном Харлампієвичем – простий сільський писар Петро Оправхата – «великий шалапут», який проте нарікав, «що всі народи ворушаться, а Україна спить», і «найдіяльніший та найенергійніший український діяч з-поміж українців у період від 1904 року до революції 1917 року» Леонід Жебуньов. В його «Спогадах» ми зустрічаємо вислови сліпого кобзаря Остапа Вересая, мова якого відзначається народною простотою і колоритністю, Олександра Бородая, який, почувши російську мову у Львові, обурився: «Ах ти, мордо кацапська. Я виїхав з Росії і думав, що вже не почую цієї падлючої мови, а ти, московський запроданець, і тут загиджуєш нею повітря!»8 Він і став прототипом «Щирого» у відомому оповіданні Володимира Винниченка. Водночас автор підкреслює, що для історії українського відродження це не має ніякого значення, і, «може, якраз їхні хиби, оте надмірне тщеславіє, упертість були тим імпульсом, що примушував їх робить, і в результаті вони зробили колосальну роботу в порівнянні з роботою, зробленою скромними, м’якими, безкорисними діячами нашими»9.

26 січня 1919 року розпочинається найважчий період в житті Євгена Харлампійовича – еміграційний. Спочатку він перебував у Станіславі, де на той час знаходився ЗУНР. Тут він відвідував засідання Національної Ради, і з «великою приємністю прислухався до того, що всі посли одноголосно й рішуче висловлювались за індивідуальну власність і гостро осуджували принцип соціалізації…»10. Пізніше він виїхав до Славська Скільського повіту, де відновив роботу над щоденником.

В кінці жовтня того ж року письменникові дозволили виїхати до Перемишля. Зупинившись у директора Українського дівочого інституту Д. Греголинського, він зустрічався з Михайлом Косом, Степаном Федьком, який передав йому гроші від сина Петра, а також листи від рідних і знайомих. На початку 1920 року Євгена Чикаленко виїхав до Варшави. Тут він зустрічався з Симоном Петлюрою, за допомогою котрого і зміг перебратися до Австрії. Спочатку він жив у с. Рабенштати, пізніше у Відні. Тут він переніс дві складні операції. З кінця 1925 року емігрант переїжджає до Подєбрадів (Чехо–Словаччина), де очолює Термінологічну Комісію при Українській Господарській Академії. 20 червня 1929 року Євген Чикаленко, знесилений фізично, морально знеможений, помер у Празькій загальній лікарні. Похований у Подєбрадах.

На жаль, серед наших теперішніх бізнесовців послідовників Євгена Чикаленка, здатних любити Україну «до глибини до своєї кишені», обмаль. Хотілося б, щоб постать подвижника української культури, талановитого літератора, звичайної благородної людини, стала близькою для його нащадків – співвітчизників.

З кожним днем зростає до нього інтерес, як до літератора і літописця української державності. Віриться, що його безцінний джерельний матеріал невдовзі увійде до шкільних і вузівських програм. І першими паростками у відродженій історії про життя і творчість Євгена Чикаленка будуть спогади його доньки Ганни11.

На сучасному етапі ретельно збирають і вивчають спадщину Євгена Харлампійовича Чикаленка київські дослідники, працівники Національного музею України. Про це свідчить присвячений його пам’яті вечір, який відбувся в травні 2000 року в Будинку письменників України за їх участю. Чудовим подарунком з нагоди цієї події була частина архіву Євгена Чикаленка, яку дивом зберіг і передав музеєві онук Євген Іванович Чикаленко.

Джерела та література

1.Чикаленко Є. Спогади // Хроніка. – 2000. –1998. Вип. 23–24. – С. 231

2. Качкан В. Відблиски зорі Євгена Чикаленка // Українська культура. – 1993. – №3. – С. 10

3. Чикаленко Є. Спогади // Хроніка. – 2000. – 1998. – Вип. 23–24. – С. 236

4. Там само. – С. 243

5. Качкан В. Відблиски зорі Євгена Чикаленка // Українська культура. – 1993. – № 3. – С. 11

6. Чикаленко Є. Спогади // Хроніка. – 2000. –1998. – Вип. 23–24. – С. 242

7. Там само. – С. 232

8. Качкан В. Відблиски зорі Євгена Чикаленка // Українська культура. – 1993. – № 3. – С. 11

9. Никанорова О. Меценат і творець «живої історії» // Урядовий кур’єр. – 2000. – 6 травня. – С. 8

10. Дорошенко Д. Євген Чикаленко. Його життя і громадська діяльність. – Прага, 1934. – С. 8

11. Качкан В. Відблиски зорі Євгена Чикаленка // Українська культура. – 1993. – № 3. – С. 10.

Введение

Современное состояние общественных отношений неотделимо от важнейших тенденций исторического становления государственности в России. Практическая необходимость в поддержке различных категорий нуждающихся, возникшая в последнее десятилетие, в контексте проводимых социально-экономических реформ, заставляет исследователей обращаться за помощью к методам социальной помощи накопленных за тысячелетия общественной жизни.

Социальная работа в России предстает собой сложный процесс, имеющий тысячелетнюю историю становления, постоянно изменяющийся в культурно-исторической перспективе. [4]

В конце XX в. в России в связи с введением новой общественной профессии – социальная работа – появляется потребность в изучении ее истории, что неизбежно приводит к выявлению ее периодизации в российской историографии. Современные подходы к истории социальной работы при всем многообразии видения ее проблематики сводятся к единой позиции: история социальной работы – целостный культурно-исторический процесс, имеющий определенные этапы своего самостоятельного развития.

Каждый этап изменения парадигмы помощи и взаимопомощи связан с изменением субъекта и объекта (который может либо расширяться, либо сужаться), институтов поддержки, идеологии помощи. Он связан и со сменой идеологии, с разрушением геополитического или социокультурного пространства, наличием глобальных эпидемий, региональных, этнических, социально-экономических войн и конфликтов, массового голода.

Решительные преобразования в жизни страны были связаны с именем Петра I, которого современники и потомки назвали Великим. Разительные перемены, происшедшие в годы царствования Петра Великого (1682–1725), дали историкам основание говорить о предшествующем периоде как о Руси допетровской. С деятельностью Петра I они связывают новый период русской истории. [2]

Петр I в свое правление создал государственную систему призрения нуждающихся, выделил категории нуждающихся, ввел превентивные меры борьбы с социальными пороками, урегулировал частную благотворительность, закрепил законодательно свои нововведения.

Общественное призрение – в русском языке в отношении социальной помощи возник специальный термин – призрение, глагольная форма которого «призреть» означает «опекать», «заботиться о ком-то», «приглядывать за кем-то». Ныне этот термин, долгое время считавшийся устаревшим, вновь возвращается, приобретая новое, современное звучание. Это одна из наиболее цивилизованных форм благотворительности, осуществляемых государством, церковью, обществом и частными лицами и выражающаяся, прежде всего в предоставлении нуждающимся приюта и пропитания. Это организованная система помощи сложившаяся в России в XIX веке со стороны государственных институтов или общества нуждающемуся населению. Призреть кого-либо – значит дать ему приют и пропитание. Это простейшая форма социальной поддержки, содействие в удовлетворении простейших человеческих потребностей.

Следует различать объект и субъект социальной помощи. Объектом помощи выступает ее получатель, нуждающийся в поддержке, под субъектом же понимается источник помощи. В зависимости от характера субъекта социальной помощи выделяется ряд основных типов призрения:

частный (индивидуальный);

групповой, общественный (в том числе общинный и церковный);

государственный.

Исторически сложились две основные системы призрения: «открытая» и «закрытая».

Открытая система призрения – это нерегламентированная, хаотическая помощь нуждающимся, в основе которой лежит личное участие и желание (например, подаяние). Закрытая система призрения – это специализированные благотворительные заведения, деятельность и содержание работы которых регламентированы законом, оказывающие помощь целенаправленно и постоянно (приюты, богадельни, больницы, инвалидные дома, работные дома и т.п.). Конкретное содержание и самые формы проявления двух систем призрения с течением времени, конечно же, менялись, находясь в зависимости от общего уровня развития цивилизации.

Общественное призрение – совокупность благотворительных учреждений и мероприятий, имеющих целью оказание помощи лицам, которые по болезни, старости и иным причинам лишены возможности добывать себе пропитание самостоятельно. Различают системы государственного, общинного и частного призрения бедных, а по форме оказываемой помощи – системы обязательных работ трудовой, натуральной и денежной помощи. Государство берет на себя заботы о помощи безработным и больным лишь в исключительных случаях стихийных и народных бедствиях; так, например, во время неурожаев, наводнений государство берет на себя организацию общественных работ или временную раздачу продовольствия для наиболее нуждающейся части населения, а также выдачу семян для посевов. Во всех цивилизованных странах попечение о бедных и беспомощных больных лежит на общинах и приходах. В XVII–XVIII веках была особенно распространена форма призрения посредством работных домой, куда помещались лица, просящие милостыню, для обязательных работ. [1]

Предмет – процесс становления и развития системы призрения при Петре I.

Цель – ознакомление с процессами становления системы призрения и их особенностями.

Задачи – изучить и выявить основные направления, формы и методы системы призрения в годы правления Петра I.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

рассмотреть начало формирования разветвленной сети учреждений государственного и общественного презрения;

разобрать особенности социального призрения отдельных категорий граждан;

проанализировать исследование проблемы профессионального нищенства.

Становление общественного и частного призрения в Российском государстве во время царствования Петра I

Государственно-административное общественное и частное призрение складывалось на протяжении почти двух столетий. Его становление как системы происходит с XVIII по вторую половину XIX в. (она развивается по нескольким направлениям). Оформляется административная система помощи нуждающимся, которая включала в себя определенные территориальные институты помощи и поддержки, государственные превентивные и защитные меры относительно различных слоев населения, усиление законодательной базы, регулирующей отношения между различными субъектами, группами и государством. В развитии административной системы поддержки намечаются тенденции институциональной системы помощи, представляемой различными ведомствами – общественными и частными институтами защиты и призрения.

Административная система помощи нуждающимся начинает складывается в период разрушения старых государственных связей и хозяйственных отношений. Ее образование осложняется войнами, которые вела Россия, а также социальным реформированием общества и структуры государственного управления, осуществляющихся под влиянием петровских преобразований. В период правления Петра I государственное управление проходит три главных этапа: приказную систему – 1682–1709 гг., губернскую – 1710–1718 гг., коллежскую – 1719–1725 гг.

На первом этапе (приказная система) проблемы призрения тесно связаны с секуляризацией монастырских земель и реформированием деятельности Монастырского приказа. Приказ взял на учет владения монастырей и духовных владык, поделил их на две категории: доходы одних шли на нужды монастыря, других – в казну.

К 1700 г. церковные вотчины становятся основными источниками денежных, хлебных и других сборов государства. Точных сведений о количестве дворов в церковных вотчинах нет (по разным данным, они колеблются от 145 665 1/2 до 153 254 1/2 дворов). Однако даже такие примерные сведения давали более или менее ясную картину финансовых средств, позволявших учитывать доходы Монастырского приказа и распределять их соответственно государственным нуждам: на военные расходы – на артиллерию, солдат, в том числе и на увечных солдат и унтер-офицеров, солдатских детей и жен, а также на школы и аптеки. Социальное реформирование общества, таким образом, предопределяет и решение тех проблем, которые возникали в результате проводимой внутренней и внешней политики.

К 1706 г. Монастырский приказ распределяет свои средства в следующей последовательности: «постоянный старый расход был на нищих и на богадельни – 14851 р., на монастыри – 31614, на содержание 13 архиепископских домов – 19536, самого приказа – 200, новый расход в приказ артиллерийский на жалование – 17253, в Ямской на дачу солдатам – 5000 и школьным учителям и ученикам – 2263. Кроме того, 12 октября 1706 г. ведено давать по 15 тыс. р. ежегодно на драгунский полк Мусина-Пушкина».

Только с 1706 г. начинают призревать детей, вдов служилых людей, тогда как богадельным нищим финансовая помощь оказывается постоянно, причем отпускаемые им суммы превосходят суммы для детей и вдов. Суммы, отпускаемые на вдов и сирот, вдвое, а то и втрое меньше тех, которые отпускаются на богадельных нищих. Можно утверждать, что складывающаяся в данный период социальная политика в отношении этой категории нуждающихся проводится по остаточному принципу, к тому же по Указу от 30 декабря 1701 г. монастырям предписано осуществлять призрение «из своих остатков».

В том, что на первых порах большая часть денежных средств тратится на нищих, людей церкви, видится противоречивая политика государственной власти. Она вытекает из условий государственного реформирования, когда новая власть не может решить все социальные проблемы. Отсюда видна попытка и законодательно, и при помощи финансовых средств «заставить» церковь выполнять свои прямые обязанности по призрению людей церкви. Величина окладных расходов на государственные нужды к 1708 г. увеличивается, тогда как неокладных – уменьшается. Государство все больше и больше контролирует деятельность церкви, направляя ее средства и на свои нужды. Не забывают и о военных расходах. Их доля по сравнению с «социальными программами» значительно выше, чем финансирование просвещения, призрения и медицины, вместе взятых (военные расходы составили в 1701 г. – 828192 р., в 1708 г. – 1286384 р., на просвещение, призрение, медицину – 27425 р. и 55519 р. соответственно).

Начавшаяся Северная война приводит к резкому упадку приказной системы хозяйствования. Перед государственной властью встает проблема реорганизации административного пространства, что затрагивает и систему общественного призрения, поскольку Монастырский приказ не может в полной мере соответствовать административному и финансовому управлению в данный период. Административная реформа 1708 г. (Россия разделяется на губернии) и перестройка органов центрального управления 1718 г. (приказы заменяются коллегиями) идут параллельно с судебной реформой и реформой налогообложения.

Роль Монастырского приказа, а позднее и Святейшего Синода, после разделения России на губернии была в основном контролирующей, полицейско-административной. Таким образом, духовенство приравнивалось к светским чиновникам, для которых указы и распоряжения Сената являлись обязательными к исполнению. В такой же административной зависимости находился и Святейший Синод. Его деятельность в области общественного призрения регламентировалось вышестоящими органами. Так, Святейшему Синоду предписывалось содержать в монастырях направленных Военной Коллегией обер-офицеров, унтер-офицеров, рядовых драгун, солдат (Указы 1720, 1721, 1722 гг.).

Но если роль духовенства в деле призрения становится все более подотчетной и регламентируемой, то значение губерний возрастает. На них возлагается организационная, финансовая и законодательная ответственность в деле общественного призрения. Появляются первые указы о деятельности губерний в деле призрения, где им ведено устраивать «гошпитали» для увечных, престарелых, «зазорных младенцев» (внебрачных детей). Причем губерниям надлежало самим финансировать свои социальные программы «изъ неокладныхъ прибылыхъ доходовъ».

Лишая духовенство власти и самостоятельного финансового управления, отдавая предпочтение губернскому административному управлению, государство спровоцировало тем самым рост нищенства. Поэтому вполне естественно, что большинство указов в сфере общественного призрения направлено на искоренение данного социального недуга.

Петровские преобразования в начале XVIII века существенно изменяют систему защиты и помощи нуждающихся. В обществе изменяется подход к человеку. Если средневековая концепция человека строилась исходя из отрицания ценности личности, приоритета ценностей коллективизма, который закреплялся экономическими факторами (владение собственностью на землю либо общиной, либо монастырем, либо под патронажем государственных органов), то эта концепция меняет свое содержание в эпоху формирования абсолютизма. Ценность человека рассматривается с позиций его трудовой стоимости. Вот почему при Петре Великом происходит активизация политики в отношении профессионального нищенства, усиливается роль государства, расширяются мероприятия, направленные на секуляризацию монастырских земель.

Среди указов, направленных против профессионального нищенства, являются указы 1691, 1694, 1712, 1718 гг. Указами конца XVII в. запрещали побирать в «нищенском образе и притворном лукавстве», за что, в случае поимки, таких людей «били кнутом» и ссылали в Сибирь.

Правовые регламентации изменяются с начала XVIII века. «Препровождение» бродящих распространяется как на мужчин, так и на женщин. Появляются органы контроля и надзора в виде Монастырского приказа, который должен направлять нищих по месту приписки (Указ от 21 января 1712 г.). Нищих «ловили» и отдавали в «работу». Параллельно велась борьба и против тех, кто подавал милостыню. С этой целью в городах создавались специальные штаты «нарочных поимщиков». Устанавливалось взыскивать штрафы с лиц, в чьем ведении находились здоровые побирающиеся нищие: помещиков, вотчинников, как мирян, так и представителей духовенства. Определялись санкции к нищенствующим: пойманных впервые бить батогами, во второй или третий раз – отсылать мужчин на каторжные работы, женщин – в прядильные дома, детей – на суконный двор и мануфактуры. Разрешалось старостам и сотским собирать нищим «на хлеб и на одежды», из тех сел и деревень, откуда они вышли, а за это, если они «ни убогие и ни престарелые», те могли бы свой «хлеб отработать». (Указы от 25 февраля и 20 июня 1718 г.).

Политика секуляризации монастырских владений была достаточно последовательной и предусматривала не только материальный, но и организационный контроль над деятельностью церкви. В связи, с чем появляется Указ о регламентации жизни монастырей. В «Духовном регламенте» от 25 января 1725 г. впервые перед духовными лицами ставится вопрос о милостыни как общественном зле, предписывается искоренять этот обычай: «Разсуди всяк благоразумный, сколько тысящь в России обретается ленивых таковых прошаков, томкож тысящь не делают хлеба и потому нет от них приходу хлебного». Перед духовенством ставится задача выявить те стороны милостыни, которые провоцируют рост профессионального нищенства, и те, которые идут на пользу обществу: «добрый чин милостыни определить». Определены новые направления церкви в деле общественного призрения, строительство при церквах странноприимниц и лазаретов, где предписано было собирать «престарелых и здравия весьма лишенных, кормиться собою немогущих…».

Однако и государство начинает осознавать свою роль и миссию в деле ликвидации профессионального нищенства и проведении профилактики этого явления, создании системы защиты и помощи нуждающимся. Так, в регламенте, или уставе, Главного магистрата от 16 января 1721 г. определена роль полиции в деле общественного призрения как одного из субъектов «социальной политики». В главе Х подчеркивалось, что «полиция призирает нищих, бедных, больных, убогих, увечных, прочих неимущих, защищает вдовиц, сирых и чужестранных по заповедям Божьим, воспитывает юных в целомудренной чистоте и честных науках». В Регламенте указаны основные институты призрения: «смирительные дома», предназначенные для людей «непотребного жития»; «прядильные дома» – для женщин «непотребного женского бытия»; «гошпитали» для призрения сирых, больных, увечных, убогих, «престарелых людей обоего пола»; «сиротские дома» – для убогих и оставшихся без родителей детей, где бы их воспитывали и содержали; «другие домы от разных болезней бедных лечат». Надлежало данные дома построить в каждой губернии за счет земских отчислений. Дальнейшее развитие системы социальной защиты, которая включала в себя меры не только оперативного и превентивного характера, находит в инструкциях о внутренней регламентации монастырей и о магистрате.

В преамбуле Указа (от 31 января 1724 г.) о внутренней регламентации монастыря дается оценка монашеской жизни: «…что же прибыль обществу от сего во истину токмо старая пословица: ни Богу, ни людям, понеже большая часть бегут от податей и от лености, дабы даром хлеб есть». Святейшему Синоду было предписано: 1. Отставных солдат, которые не могут трудиться, направлять в монастыри, их число определять, исходя из доходов монастыря, причем необходимо устраивать «шпитали по регламенту»; 2. Монахов определить для «служения» отставным военным, лишним монахам, не задействованным на «служении», выделять монастырские земли, чтобы они на ней работали; 3. Монахиням «лишним» вместо пашни вменялось рукоделие, «пряжею на мануфактурные заводы».

В § 34 подчеркивалось, что призрение бедных, «престарелых и дряхлых граждан» лежит непосредственно на магистратах. Для этих целей они должны быть пристроены в городские богадельни, а не жить за счет «пропитания граждан». Однако категорически запрещалось призрение «посторонних граждан», т.е. лиц не из данного города. В § 38 запрещалось всем сословиям призревать и оказывать милостыню «посторонним гражданам». Относительно профессионального нищенства в § 32 особо указывалось, что праздный образ жизни ведет к различным формам преступлений – «воровству», «разбою». Для предотвращения этого людей, ведущих праздный образ жизни, необходимо «понуждать» к ремеслам, работам, «художествам».

Таким образом, при Петре I оформляется достаточно разветвленная система социальной защиты. В нее входят:

«а) центральные органы – вначале Патриарший и Монастырский приказы, с 1712 г. – Святейший Синод, а с 1724 г. Камер-контора;

б) Городские магистраты;

в) помещики во владельческих селениях;

г) старосты и сотские в селениях со свободным населением».

Характерны в этом отношении институты призрения, которые можно условно разделить на институты социального контроля и социальной помощи. К первым можно отнести смирительные и прядильные дома, предназначенные прежде всего для насильственного привлечения мужчин и женщин к общественно полезному труду. Эти меры направлены против «профессиональных нищих», «ленивых прошаков». Ко вторым причисляли гошпитали. Они предназначались для призрения сирот, убогих, больных, увечных, престарелых, т.е. тех людей, которые не могли в силу разных обстоятельств самостоятельно кормиться. [4]

Помимо создания государственных структур помощи и контроля, предпринимаются попытки организации новых источников финансирования общественного призрения. Среди них:

Петр I вдвое увеличил венчальный налог, вторая его часть и стала направляться на государственную благотворительность;

он ввел монополию церкви на продажу восковых свеч, дело в том, что в нашем верующем государстве до него свечи могли продавать кто угодно. А как бы не был беден человек, приходя в церковь, он обязательно покупал свечу. Это свечечный сбор составлял колоссальную сумму. Церковь стала больше получать и Петр не только увеличил ответственность церкви по призрению нуждающихся, но и забирал част средств в пользу государства;

так же он ввел церковный сбор в два кармана, в церквях было две кружки на церковь и на государство;

был введен также налог для всех чиновников кроме солдат в размере 1 копейка с рубля, а в то время можно было напиться и закусить вдвоем на полушку;

ввел в монастырях обучение монахинь рукоделиям, а заработанные средства не выплачивались монахиням, а шли в пользу государства;

еще он ввел штрафы иноверцам (старообрядцы).

К сожалению, Петр I много не успел совершить из своих планов; даже духовная коллегия не выполнила порученного ей наставления. Непосредственно после смерти Петра Великого наступает период законодательного затишья. Ближайшие наследники мало заботились о полном проведение мер по призрению, они лишь усиливают указы о жестоких наказаниях нищенствующих. [1]

Оформление теоретических подходов к общественному и частному призрению

Становление государственной системы помощи и поддержки нуждающихся со второй половины XVII – первой половины XIX вв. связано с основными геополитическими и общественными тенденциями: образованием империи, секуляризацией монастырских земель, оформлением гражданского общества. Российская империя складывалась как многонациональное государство с различными этнонациональными культурами, с определенным экономическим и военным потенциалом. Секуляризация в XVII–XVIII вв. привела к развитию самостоятельной общественной мысли, светской науки, а само церковное сознание уходит в более напряженное искание чисто церковной «правды». Отказ от теологических смыслов в общественном призрении как критерия истинности и справедливости происходит в период правления Петра I. Процесс помощи, институты помощи, субъекты и объекты помощи начинают рассматриваться в рамках указов и постановлений, которые являются официальными нормативными критериями жизнедеятельности, ценностями, «правилами общественного поведения». Нуждающийся в поддержке соотнесен с одним из государственных институтов помощи. При этом он лишен свободы выбора и поступка. Не он определяет институт помощи, а институт помощи определяет его дальнейшую судьбу. И здесь намечаются как позитивные, так и негативные черты данной системы помощи.

Впервые в России на государственном уровне начинает осуждаться инфатицид. Детоубийство считается преступлением, а ребенок становится субъектом права: ему предоставляются ясные жизненные гарантии и тем самым обозначается его место в системе социальных связей. Его субъектность соотносят не с божественным началом, а с государственными нормами, принципами жизни. Отсюда жесткая детерминация социально-необходимого поведения и жизненного сценария личности. Помощь предстается не как система нравственных императивов, а как система тех или иных смыслов и задач. «Зазорные» младенцы мужского пола, рожденные вне института брака и семьи и попавшие в детский приют до десятилетнего возраста, готовятся в матросы. По отношению к детям помощь выступает как волюнтаристско-административная система социализации. Причем, если раньше решения и поступки такого плана обосновывались необходимостью следования христианским заповедям и требованиям, то в период правления Петра I выдвигается тезис о государственной необходимости. С этих позиций анализируются состояние и наличие в обществе нищих, больных, инвалидов, безнадзорных детей и других категорий нуждающихся.

В подходах к идеологии помощи происходит переоценка видения проблематики клиента. Если на ранних этапах общественного призрения нуждающийся представлял определенную ценность для отдельной личности – заступника, поскольку защита его была наглядной, вещной добродетелью перед лицом Всевышнего, то теперь нуждающийся стоял перед государственными институтами, и именно они определяли его необходимость в данной роли. Да и сам человек оценивается с новых критериальных позиций как деятель, как носитель общественно полезного труда. В этом отношении изменяются и идентификаторы. Деятельность, труд, возможность или невозможность приносить пользу – вот те критерии, на которых начинает базироваться новая доктрина помощи.

«Пристойность-непристойность» выступает в качестве основного критерия «возможности-невозможности» существования данного явления. А отсюда возникает иная классификация клиентов. Их типология осуществляется не по принципам милостей духовных и телесных, а по возможности или невозможности быть участником совместной жизнедеятельности в обществе. На основе таких подходов начинают формироваться критерии типологии личности нуждающегося, когда его рассматривают с позиций и явлений социальной нормы и социальной патологии.

Таким образом, в государственной парадигме помощи начинают доминировать понятия и смыслы иного порядка. Теологические подходы к личности клиента подменяются социетальными, а индивидуальная судьба рассматривается не в контексте вечности, а в контексте зримых нужд и проблем общества, его жизнедеятельности, норм и ценностей. Все это выдвигает определенные принципы идентификации социально необходимого поведения, связанного с нормой общественных отношений, которые сопряжены с оценкой жизненного сценария личности. На основе данных подходов строится познавательная модель помощи нуждающимся в этот период. Однако познавательная и практическая модель помощи не ограничивается только «вспомоществованием», материальным обеспечением нуждающихся, оно затрагивает и такие сферы общественной жизни и научной практики, как образование, медицина, деятельность по профилактике социальных патологий. [4]

Первые годы своего единоличного правления Петр I посвятил поиску путей реформирования России. После Полтавской битвы он сразу же приступил к реформам внутренней жизни страны.

Так какие же модели социальной помощи возникли благодаря реформам Петра I? Помощь имела различные стратегии и поддержку: от материальных до изменения сценариев жизни самих нуждающихся. Условно общественное призрение I четверти XVIII в. можно классифицировать на 3 направления:

социально-философское;

социально-административное или реформистское;

социально-медицинское.

Социально-философское направление подготовило теоретическое обоснование и предоставило проекты общественного призрения.

Социально-административное или реформистское направление указами, инструкциями обязало государственные органы управления сформировать:

призрение детей, вдов, служащих;

попечение и опеку несовершеннолетних;

богадельни для людей, потерявших трудоспособность;

смирительные дома, работные дома (для прядильщиц), странноприемницы;

губернские органы защиты и помощи нуждающихся (комитеты);

профилактика нищенства;

школы для детей.

Социально-медицинское направление:

госпитали и «другие, где болезни лечат»;

лазареты;

дома для душевнобольных.

Законодательная ответственность, организация и финансирование возлагались на святейший синод, магистраты, губернии, монастыри, городских помещиков в своих селениях.

Таким образом, мы с уверенностью можем сказать, что в I четверти XVIII в. реформами Петра I в области общественного призрения, было положено начало не только для развития последующих этапов благотворительности, но и формирование социальных технологий, таких как: социальные адаптация, реабилитация, коррекция, экспертиза, прогнозирование, посредничество, консультирование, обеспечение, опека и попечительство.

Перспективная модель социальной политики подводилась под аксиому:

во-первых, имела в своей основе оригинальную концепцию, учитывающую возможные изменения социальной ситуации;

во-вторых, в нее закладывались механизмы, реагирующие, улавливающие такие изменения;

в-третьих, она была обязана предусматривать эффективно и четко работающий административный аппарат, способный принимать «сигналы» и преобразовывать их в соответствующие решения, программы и проекты.

Однако многие реформы Петра I проводились варварскими методами и до предела обострили конфликт между государством и обществом. Демократизация политической жизни не была осуществлена. Русский абсолютизм укрепил крепостную зависимость.

«Много ошибок помрачают славу преобразователя России, но ему остается честь пробуждения ее к силе и к сознанию силы…». [3]

3. Особенности социального призрения отдельных категорий населения

3.1 Развитие государственной системы помощи детям

Первые специальные государственные учреждения для детей-сирот были открыты в XVIII веке. Так, в 1706 году Новгородский митрополит Иов построил за собственный счет при Холмово-Успенском монастыре воспитательный дом для «незаконнорожденных и всяких подкидных младенцев». Царь с сочувствием отнесся к этому учреждению и отдал ему доходы с нескольких вотчин.

В 1715 году он повелел в городах организовать госпитали для незаконнорожденных. По указу Петра I туда следовало приносить незаконнорожденных детей и подкладывать их в специальные окна, чтобы не было видно лица приносящего. Такой способ подкидывания детей, при котором женщина-мать оставалась неизвестной, практиковался и в Европе. Устраивались «сиропитательницы» или «гошпитали» возле церковных оград. В Москве они делались каменными, в других городах деревянными. Содержались госпитали частично за счет городских доходов, а также пожертвований частных лиц и церкви. Каждый такой госпиталь вверялся надзирательнице, в обязанность которой входили уход и надзор за воспитанием призреваемых детей.

Как только призреваемые дети вырастут, их надо было пристроить, мальчиков в услужение какого-нибудь мастеру, а девочек в богатые дома в услужения или замуж. Писалось, что если они потеряют работоспособность или сойдут с ума, то в старости могут вернуться в эти приюты как в родительский дом. Эти учреждения просуществовали несколько лет, а потом стали закрываться одно за другим.

По указу 1712 г. в госпитали и сиротские дома должны были приниматься младенцы, «которые не от законных жен рождены, дабы вящшаго греха не делали, сиречь убийства». Более пространен ноябрьский указ 1715 г. Там определялись следующие меры:

а) набирался штат детских приютов и госпиталей из «искусных жен» (кормилиц) с назначением жалованья за работу (по 3 рубля в год);

б) за умерщвление незаконнорожденных виновные наказывались смертью;

в) устанавливалась анонимность приема (подкидывания) незаконнорожденных в приюты;

г) на содержание незаконнорожденных отводилось по три деньги (то есть по полторы копейки) в день.

По тому же указу принятые в приюты мальчики в дальнейшем должны были отдаваться в обучение к какому-нибудь мастеру, а девочки – в услужение, а если выдавался случай, и замуж.

Особо подчеркивалось, что «если впоследствии они подвергались болезням или увечью, или впадали в помешательство, то могли возвращаться в эти приюты, как в родительские дома».

Петр I начал борьбу и с нищенством как массовым общественным явлением, которое также порождало рост числа бездомных детей. В числе нищенствующих находились и просящие подаяние дети. По Указу от 20 июня 1718 г. ведено было «малолетних нищих и ребят, бив батоги, посылать на суконный двор и к прочим мануфактурам». Процесс роста суконного производства и мануфактур требовал рабочих рук, потому их владельцам было выгодно использовать дешевый труд малолетних детей из числа беспризорных и детей-сирот. В то же время это было основным их средством выживания и пропитания, получения профессии.

Еще в царствование Петра I существующие госпитали и богадельни, где также находились дети-сироты, были переполнены. Отсюда по отношению к безродным детям состоялось распоряжение, чтобы их раздавать на воспитание с вечным за воспитателями закреплением, а достигших 10 лет определять в матросы.

Существование системы тайного приема, хотя и привело к сокращению числа детоубийств, но одновременно породило рост числа подкидышей. Отсюда непосильные расходы на содержание этих учреждений и ужасающая смертность находящихся в них младенцев. [1]

В инструкциях магистратам (от 31 января 1724 г.) говорилось о необходимости обучения малолетних детей, не только «пожиточных, но и бедных». Предусматривалось их обучение чтению, письму, «цифирному счислению», арифметике. Школы должны быть организованы при церквах. Городское попечение над малолетними включало в с себя не только обучение, но и опеку. Назначение опекунов возлагалось на магистрат, который должен осуществлять контроль за их деятельностью и надзор за процессом воспитания: «…пожитки не расточать и детей воспитывати». [4]

3.2 Социальная защита военнослужащих

В России человеческое отношение к раненым, ко всему тому, что выбрасывалось как негодное из боя и, являлось обузой для воюющих, тем не менее, справедливо требует участия и попечения, стало складываться уже с очень давних пор. Заботы о раненных, пострадавших на войне, желание оказать им ту или иную помощь, облегчить их страдания, хоть чем-нибудь отблагодарить за принесенную ими жертву, можно проследить по многим историческим актам.

Социальная помощь военным людям начала складываться гораздо раньше, чем представителям других сословий. Особое место в системе государственного призрения заняли уволенные со службы военнослужащие (унтер-офицеры, рядовые драгуны и солдаты), не имевшие средств на жизнь.

Учрежденный Петром I в 1706 г. госпиталь с госпитальной школой – первое в России высшее медицинское учебное заведение.

Петр Великий постоянно заботившийся о здоровых солдатах, не оставлял на произвол судьбы и тех, которые, потеряв здоровье на войне, сделались неспособными к труду.

Петр I устроил в селе Преображенском полотняную (парусинную) фабрику, на которой работали матросы, списанные с кораблей. Это была своего рода богадельня, где непригодные для морской службы моряки получали приют и посильную работу. [1]

Заботясь о судьбе больных и увеченных воинов, Петр I своим Указом от 31 января 1712 года повелел утверждать повсеместно для призрения за ними особые госпитали. Одним из них, предназначенных для больных и увеченных матросов, стала «Матросская тишина». Позднее она была переоборудована в известную тюрьму для государственных преступников. Принимается решение использовать монастыри для призрения офицеров и рядовых, не имеющих своего дома, где бы отставные военные призревались, приняв постриг. С этой целью принимаются Указы от 15 марта 1722 г. Для того чтобы закрепить вакансии монахов за отставными и увечными военными, Указом от 28 января 1723 г. Петр I запретил постригать в монахи из других сословий. Хлебное и денежное довольствие для отставных военных производилось из монастырских доходов, которые назначались на содержание монахов. Размер окладов мог колебаться в зависимости от чина (к примеру, жалование полковника московского гарнизона в 1712 г. – 892 р. 73 1/4 к., а рядового прочих полков – 20 р. 38 1/4 к.). [4]

3.3 Первые исследования явлений социальной патологии (на примере, профессионального нищенства)

Ярким свидетельством внимания российского общества к проблемам благотворительности стало появление на рубеже ХIХ-ХХ вв. исследований, посвященных анализу явлений социальной патологии: нищенства, проституции, пьянства, самоубийства. Рассмотрим исследование проблемы профессионального нищенства в этот период.

И. Прыжов в работе «Нищие на Святой Руси» писал: «Нищими на святой Руси называется сословие людей, ничего не делающих и промышляющих сбором подаяний Христа ради». Добрый христианский обычай милостыни привел к скоплению неимоверного числа нищих в городах, и особенно в Москве. Согласно исследованиям, в период с XI до начала XVII века нищенство порождалось исключительно голодом. В отдельные годы голод был настолько жестокий, что неоднократно отмечались случаи людоедства. Но и в относительно спокойное время нищие в Москве встречались повсюду. Иностранцы, посещавшие Россию, удивлялись тому, что у нас бродяг и нищих несчетное число.

В Москве XVII века были нищие царские, богадельные, кладбищенские, патриаршие, соборные, монастырские, церковные, гулящие и леженки. Царские нищие (также прозванные верховными богомольцами) жили в верхних хоромах Кремлевского дворца. Соборные нищие жили при главных московских соборах и звались: успенские, архангельские, васильевские, чудовские. Успенские, пользуясь преимуществом перед прочими, составляли братство под начальством своего старшины.

Кроме ежедневной милостыни особенно щедро подаяние по традиции следовало раздавать в радостные дни и в дни горя. Сострадание к нуждающимся покоилось на господстве личного чувства милосердия, неразрывно с глубоким религиозным чувством. Однако с течением времени инстинкт самосохранения общественного организма, несомненно, стал ощущать угрозу в виде толп нищих и бродяг своему спокойному существованию и развитию.

Особенно ожесточенная борьба с нищенством велась в правление Петра Великого. Российское законодательство четко разделяло нищенство на истинное и ложное и предусматривало призрение для истинных нищих в специальных заведениях и наказание для нищих-профессионалов. Законы того времени определяли: всех задержанных нищих приводить в Монастырский приказ, а уже оттуда расселять по богадельням. Законодательство постепенно ужесточалось – вышло запрещение просить по церквям.

Среди этой толпы нуждающихся больше половины могли бы зарабатывать себе на жизнь сами, таких называли профессиональными нищими. Профессиональным нищим признается такое лицо, которое, имея полную возможность по своим физическим качествам и состоянию здоровья добывать пропитание трудом, постоянно и в виде промысла занимается прошением подаяния под предлогом бедности или какого-либо действительно бывшего или вымышленного несчастья. В конце 19 века 70–80% нищих составляли так называемые профессионалы, для которых попрошайничество было более легким, чем работа, способом заработать на пропитание. Существовали даже «школы нищих».

2 разряд. Нищие, которые по сиротству, временной болезни и по другим причинам впали в нищету, но по летам своим и силам могут снискивать себе пропитание и лишь не имеют ни случая, ни способов к работе и занятиям. Таким лицам Комитет доставлять работу или в своих мастерских, или у посторонних лиц, или же помещать их в дома трудолюбия, на фабрики, заводы казенные и частные. От комитета он получают одежду и денежное пособие.

3 разряд. Нищие, которые по летам и крепости сил могли бы трудиться, но по лености и привычке к праздности бродяжничают, составив для себя из прошения милости род ремесла. Такие нищие передаются суду и, по отбытию наказания, иногородние высылаются в местожительства с воспрещением выдачи паспортов на отлучку в течение двух лет, а столичные передаются в распоряжение Градоначальника.

4 разряд. Нищие случайные или временные от непредвиденных несчастных обстоятельств: а) просрочившие паспорт по болезни, неграмотности и посему лишившиеся возможности приискать место или работу и б) находящиеся в отдаленности от своих хозяйств, лишившиеся почему-либо взятых из дома денег и потому не могущих ни найти занятий, ни продолжить дорогу, ни вернуться на родину. Таким нищим комитет испрашивает отсрочку паспортов, выписывает новые паспорта, дает работу у себя или помещает к частным лицам, помогает вернуться домой, снабжая или деньгами или бесплатным билетом на проезд по железной дороге.

Все это хорошо было на бумаге, на деле же столичные Комитеты, по крайней мере, Петербургский, прежде всего не имел достаточных средств для того, чтобы справиться со всеми нищими; собственных мастерских у них не было; фабриканты, и заводчики нищих не брали, потому что нищие в громадном большинстве своем плохие работники. Да и полиция доставляла в комитет далеко не всех задержанных нищих, а не более 10–15%.

Нищих в городах было очень большое количество. Они должны были разнообразить свои просьбы, так как одни и те же заявления могут приесться публике, дающей милостыню. Иначе говоря, лица, живущие подаянием, вынуждены ввиду своей многочисленности, разбиться на разные специальности. [1]

Перенимая опыт стран Запада, Петр I стремился использовать в России их практику административного ограничения нищенства. Политика запретительных действий, широко использовавшаяся в Западной Европе, в условиях России трансформировалась в систему репрессивных мер в отношении профессиональных нищих. Специальным указом 1712 г. «О воспрещении нищенства» вводилась жесткая система за нищенский промысел. Нищих пойманных первый раз, предписывалось бить «нещадно батажьем», т.е. особыми палками, и отсылать в места прежнего проживания. Если они попадались за праздношатание второй или третий раз, то подвергались публичному избиению кнутом и принудительному направлению на каторжные работы или в работные дома закрытого типа. В этом случае за «неприсмотр» за своими людьми наказывались помещики, сельские старосты или приказчики. Они штрафовались по 5 руб. за каждого праздношатающегося беглеца.

Наиболее болезненно в российском обществе воспринималось требование властей не давать «безразборно» милостыню нищим. По распоряжению Петра I предписывалось наказывать людей, поступивших так. Их было велено доставлять в монастырский приказ и штрафовать первый раз на 5 рублей, а в следующий – на 10 рублей. Лицам желавшим оказать милостыню, властями предписывалось передавать ее в богадельни, госпиталя и другие заведения подобного типа. Запрет подавать милостыню непосредственно просящим вызвал протест в общественных кругах. Одним из выразителей его был писатель И.Т. Посошков. Вскоре и сам император осознал, что в данном вопросе «перегнул палку». Свидетельством этого стало официальное разрешение прошения милостыни при наличии «прокормежного» письма, а также подготовка проекта нового царского указа о раздаче нищих по монастырям.

Однако административно-насильственными мерами борьба с профессиональными нищими не ограничивалась. Петр I понимал, что немало есть бедных людей, которые нищенствуют не по своему желанию, а из-за безысходности и невозможности по состоянию здоровья зарабатывать на хлеб насущный. Следуя примеру французского короля Людовика XIV, царь-реформатор намеревался во всех губерниях создать приюты-госпитали «для всякого рода призреваемых». [5]

3.4 Социальная помощь безработным

Трудовая помощь включала следующие профилактические и реабилитационные функции и формы работы:

предупреждение безработицы у взрослых – путем организации служб занятости, создания новых и расширения существующих производственных единиц, профессиональной подготовки, переподготовки и повышения квалификации, кредитования, обеспечения работой на дому и т.п.;

ликвидация последствий и предупреждение голода, недорода, стихийных бедствий посредством общественных работ;

предупреждение безработицы у детей – путем трудового воспитания и профессионального образования в семье, школе, учреждениях «закрытого типа» (приютах, воспитательных домах, специализированных учебно-воспитательных заведениях);

«трудовая терапия» – в работных домах и домах трудолюбия для взрослых и для детей, в артелях для «босяков»;

«трудовая реабилитация» – в воспитательно-принудительных колониях для взрослых и детей, воспитательно-трудовых учебных заведениях и др.

Осуществлением трудовой помощи как альтернативы милостыне, призрению в различного рода богадельнях, содержанию асоциальных групп населения в тюремных учреждениях и др. – занимались государственные органы, земские и городские самоуправления, отчасти религиозные организации, частные лица, но более всего – общественные объединения благотворительного характера.

Разумеется, правительство решая проблемы нищеты не ограничивалось одними репрессивными мерами. Петр I, приступая в конце жизни к созданию городских магистратов, мыслил вменить им в обязанность учреждение сиротских домов, богаделен, больниц, работных и смирительных домов «для доставления работ и пропитания здоровым бедным, праздношатающимся и вообще всем, могущим исправлять какие-либо работы».

Поводом к организации общественных работ в России всегда служили неурожаи, отнимающий у широких масс населения главный ресурс продовольствия и делавшие, таким образом, особенно жгучей потребность в заработках, без которых при обычных условиях население могло обходиться. Русские неурожаи превращали дурную и недостаточную занятость нашего населения в острую безработицу. Этим и объясняется то обстоятельство, что, в противоположность Западу, призванные бороться с этой безработицей, наши общественные работы являлись почти исключительно работами чрезвычайными. Хотя первые известия о неурожае и голоде в России относятся к 1024 году, общественные работы начались у нас сравнительно поздно. Первые попытки их устройства относится лишь к началу 17 столетия, а именно, к царствованию Бориса Годунова. Очень долго они носили совершенно случайный характер, как, например, работы, устраивавшиеся при Пере I, Анне Иоанновне и Екатерине II. [1]

Заключение

Процесс становления социальной помощи в России – явление длительного характера. Он пока не имеет своего исторического завершения и оформления. Складывающаяся парадигма помощи и поддержки нуждающимся представляет собой сложную совокупность исторических общественных форм защиты и учений, традиций и обычаев, законов и индивидуальных иррациональных действий и поступков. [4]

Система призрения получила целостное оформление и развитие в эпоху императорской России. Именное тогда государственное призрение стало важным фактором функционирования всей сферы социальной помощи, усиления ее организационного начала. Однако в тот исторический период оно не было главным компонентом системы социальной помощи. Определяющая роль здесь принадлежала общественному призрению, субъектами которого являлись церковь, крестьянские общины, органы местного самоуправления (земства, городские думы, управы) и др.

Система государственного призрения, существовавшая в России с петровской эпохи до начала ХХ в., была ориентирована на оказание социальной помощи и поддержки нуждающимся слоям населения. Среди ее основных компонентов можно выделить:

деятельность государства по увеличению числа богаделен-госпиталей, работных домов, сиротских приютов;

государственное обеспечение функционирования приказов общественного призрения;

организацию общественных работ;

социальное обеспечение отставных чиновников, военнослужащих и их семей;

формирование правовых и организационных основ социального страхования и др. [5]

Таким образом, постепенно складываются новые институты, формы помощи и поддержки нуждающегося населения. Россия стремится перенять европейский опыт системы призрения и воспитания различных категорий нуждающихся. Формирование новых институтов призрения осуществляется за счет разрушения прежних: приходской и монастырской систем помощи.

Общественное призрение начинает складываться в определенную систему со своими светскими институтами, специальным законодательством, регулирующим деятельность не только приказов общественного призрения, но и благотворительную деятельность в обществе среди призреваемых – инвалиды, беспризорные дети, увечные воины, слепые, глухие и т.д.

Намечаются меры по решению проблем социальной патологии. Усиливается борьба с проституцией, профессиональным нищенством, детской безнадзорностью. Этот пласт проблем становится неотъемлемой частью общественного призрения, что, в свою очередь, расширяет практику помощи и поддержки, вносит в нее элементы профессионально-деятельных подходов. [1]

Мы с уверенностью можем сказать, что в I четверти XVIII в. реформами Петра I в области общественного призрения, было положено начало не только для развития последующих этапов благотворительности, но и формирование социальных технологий, таких как: социальные адаптация, реабилитация, коррекция, экспертиза, прогнозирование, посредничество, консультирование, обеспечение, опека и попечительство.

Однако многие реформы Петра I проводились варварскими методами и до предела обострили конфликт между государством и обществом. Демократизация политической жизни не была осуществлена. Русский абсолютизм укрепил крепостную зависимость. [4]

Список литературы

Костина Е.Ю. История социальной работы: учебное пособие / Е.Ю. Костина. – Владивосток: ДВГУ ТИДОТ, 2003. – 110 с.

Оконова Н.Д. Отечественная история: учебное пособие: в 2 т. / Н.Д. Оконова; СГУ. – М., 2001. – Ч 1.

Социальная работа / Под общей редакцией проф. В.И. Курбатова. – Ростов-н/Д, 1999.

Фирсов М.В. История социальной работы в России: Учеб. пособие для студ. высш. учеб. заведений. / М.В. Фирсов – М.: ВЛАДОС, 1999. – 256 с.

Циткилов П.Я. История социальной работы: учебное пособие для студентов вузов / П.Я. Циткилов. – Ростов н/Д: Феникс, 2006. – 448 с.

Взгляд на историю первого периода Русского государства с позиций В.О. Ключевского.
Выдающийся русский ученый – историк Василий Осипович Ключевский (1841 – 1911гг.) – академик (и почетный академик Петербургской АН), был человеком разносторонним и, кроме хорошо известного цикла лекций: “Курс русской истории”, оставил замечательные труды по истории крепостного права, сословий, финансов, историографии.
Русский писатель, князь Сергей Михайлович Волконский писал о нем: “В 1911 году в Петрограде скончался маститый профессор Ключевский, новейший из корифеев русской историографии, человек, одаренный исключительным даром проникновения в тайники былой жизни народа. От прикосновения его критического резца с исторических личностей спадают условные очертания, наложенные на их облик традиционными, на веру повторявшимися поверхностными суждениями. Ни воплощения государственных добродетелей, ни носителей беспримерного злодейства вы не встретите на страницах его книги, там пред вами проходят живые люди — сочетание эгоизма и доброты, государственной мудрости и безрассудных личных вожделений.
Но не только Андрей Боголюбский или Иван Грозный воскресают под его творческим прикосновением; оживает и безымянный, почти безмолвный строитель своей истории — обыденный русский человек: он бьется за жизнь в тисках суровой природы, отбивается от сильных врагов и поглощает слабейших; он пашет, торгует, хитрит, покорно терпит и жестоко бунтует; он жаждет над собой власти и свергает ее, губит себя в распрях, уходит в дремучие леса молитвенно схоронить в скиту остаток своих годов или убегает на безудержный простор казачьих степей; он живет ежедневной серой жизнью мелких личных интересов — этих назойливых двигателей, из непрерывной работы которых слагается остов народного здания; а в годы тяжких испытаний поднимается до высоких порывов деятельной любви к гибнущей родине.
Этот простой русский человек живет на страницах Ключевского таким, как был, без прикрас, во всей пестроте своих стремлений и дел. Крупные личности, яркие события — это у Ключевского лишь вехи исторического изложения: к ним тянутся и от них отходят многотысячные нити к тем безвестным единицам, которые своей ежедневной жизнью, сами того не зная, сплетают ткань народной истории. Мысль Ключевского, зарожденная в высокой области любви к правде, за десятки лет ученого труда пронизала мощный слой исторического сырого материала, претворила его и течет спокойная, струей исключительного удельного веса, бесстрастная и свободная. Нигде нет фразы, нигде он не унижается до одностороннего увлечения, всюду у него, как в самой жизни, сочетание света и тени, всюду о лицах, классах, народностях, об эпохах беспристрастное, уравновешенное суждение. В наш век рабской партийной мысли и лживых слов книга эта — умственная услада и душевное отдохновение. Ей мы можем довериться”.

В своем “Курсе русской истории” Ключевский, в отличие от многих других историков, предшествующих и современников, дал историческую характеристику страны не по царствованиям великих князей и царей, а наметил периодизацию, исходя из главных моментов определяющих, по его мнению, развитие исторического процесса: в его труде очень много интересного материала, свидетельствующего о роли экономического и политического фактора в развитии страны и все это в тесной связи с географическими, природными условиями существования, расселения и развития народа.

Рассмотрим ход Русской истории в соответствии с взглядами В. О. Ключевского.

Обширная восточноевропейская равнина, на которой образовалось русское государство, в самом начале не была на всем своем пространстве заселена тем народом, который до сегодняшних дней делает ее историю. История России открывается тем явлением, что восточная ветвь славянства, потом разросшаяся в русский народ, вступает на русскую равнину с юго-запада, со склонов Карпат. В продолжение многих веков этого славянского населения было далеко недостаточно, чтобы сплошь и равномерно занять всю равнину. По условиям исторической жизни и географической обстановки население распространялось по равнине не постепенно путем нарождения, не расселяясь, а переселяясь, покидая насиженные места и садясь на новые. При каждом таком перемещении оно подвергалось воздействию новых условий, в соответствии с физическими особенностями нового края и новыми внешними отношениями, возникавшими на новых местах. Эти местные особенности и отношения при каждом новом размещении народа придавали народной жизни особое направление, особый склад и характер.
История России по Ключевскому есть история страны, которая колонизуется. Область колонизации в ней расширялась вместе с ее государственной территорией. То падая, то поднимаясь, это вековое движение продолжалось до XX столетия.

Ключевский делил историю России на отделы или периоды в соответствии с народными передвижениями. “Периоды нашей истории – этапы, последовательно пройденные нашим народом в занятии и разработке доставшейся ему страны до самой той поры, когда, наконец, он посредством естественного нарождения и поглощения встречных инородцев распространился по всей равнине и даже перешел за ее пределы. Ряд этих периодов – это ряд привалов или стоянок, которыми прерывалось движение этого народа по равнине и на каждой из которых наше общежитие устроялось иначе, чем оно было устроено на прежней стоянке. Я перечислю эти периоды, указывая в каждом из них господствующие факты, из коих один – политический, другой – экономический, и обозначая при этом ту область равнины, на которой в данный период сосредоточивалась масса русского населения, — не все население, а главная масса его, делавшая историю”.
Первый период русской истории.
По мнению Ключевского, не ранее, чем с VIII века нашей эры можно прослеживать постепенный рост русского народа, наблюдать внешнюю обстановку и внутреннее строение его жизни в пределах равнины. С VIII до XIII века народ сосредоточивался на среднем и верхнем Днепре с его притоками и с его историческим водным продолжением – линией Ловать – Волхов. Все это время Русь политически разбита на отдельные более или менее обособленные области, в каждой из которых политическим и хозяйственным центром являлся большой торговый город. Этот город захватывался пришлым князем, но и при нем не терял своего важного значения. Господствующий политический факт этого периода – политическое дробление земли под руководством городов. Господствующий факт экономической жизни – внешняя торговля, движущей силой которой является: лесные промыслы, звероловство, бортничество (лесное пчеловодство) и т. п. Это Русь Днепровская, городовая, торговая.
Второй период русской истории.
С XIII до середины XV века главная масса русского населения появляется на верхней Волге с ее притоками. Это масса раздроблена политически уже не на городовые области а на княжеские уделы. Удел – это совсем другая форма политического быта. Господствующий политический факт этого периода – удельное дробление верхне-волжской Руси под властью князей. Господствующий факт экономической жизни – сельскохозяйственный крестьянский труд. Это Русь Верхне-волжская, удельно-княжеская, вольно-земледельческая.
Третий период русской истории.
С половины XV до второго десятилетия XVII века главная масса русского населения из области верхней Волги растекается на юг и восток по донскому и средне-волжскому чернозему, образуя особую ветвь народа – Великороссию, которая вместе с населением расширяется за пределы верхнего Поволжья. Расширяясь географически, великорусское племя впервые соединяется в одно политическое племя под властью московского государя, который правит своим государством с помощью боярской аристократии, образовавшейся из бывших удельных князей и удельных бояр. Господствующий политический факт этого периода – государственное объединение Великороссии. В экономической жизни происходят изменения: воля крестьянства начинает стесняться по мере сосредоточения землевладения в руках служилого сословия, военного класса, вербуемого государством для внешней обороны. Это Русь Великая, Московская, царско-боярская, военно-землевладельческая.
Четвертый период русской истории.
С начала XVII до половины XIX века русский народ распространяется по всей равнине от морей Балтийского и Белого до Черного, до Кавказского хребта, Каспия и Урала и даже проникает на юг и восток далеко за Кавказ, Каспий и Урал. Политически все почти части русской народности соединяются под одной властью: к Великороссии примыкают одна за другой Малороссия, Белороссия и Новороссия, образуя Всероссийскую империю. Но это собирающая всероссийская власть действует уже не с помощью боярской аристократии, а с помощью военно-служилого класса, сформированного государством в предшествующий период, — дворянства. Господствующий политический факт этого периода – политическое собирание и объединение частей Русской земли. Основным фактом экономической жизни остается земледельческий труд, окончательно ставшим крепостным, к которому присоединяется обрабатывающая промышленность: фабричная и заводская. Этот период всероссийский, императорско-дворянский, период крепостного хозяйства, земледельческого и фабрично-заводского.
“Таковы пережитые нами периоды нашей истории, в которых отразилась смена исторически вырабатывавшихся у нас складов общежития. Пересчитаем еще раз эти периоды, обозначая их по областям равнины, в которых сосредоточивалась в разные времена главная масса русского народонаселения: 1) днепровский, 2) верхневолжский, 3) великорусский, 4) всероссийский.”.

Ключевский считал, что для изучения первого периода нашей истории необходимо рассмотреть состав и характер Начальной летописи, основного источника наших сведений об этом периоде. Сведения о первых веках нашей истории довольно разнообразны и разносторонни: это и иноземные известия патриарха Фотия (IX век), императора Константина Багрянородного и Льва Диакона (X), сказания скандинавских саг и целого ряда арабских писателей тех же веков (Ибн-Хордадбе, Масуди и др.). Но все это отдельные подробности, не складывающиеся ни во что цельное. Начальная летопись дает возможность объединить и объяснить эти отдельные данные. Она представляет сначала прерывистый, но чем далее, тем все более последовательный рассказ о первых двух с половиной веках нашей истории. “Летописание считалось богоугодным, полезным делом. Потому не только частные лица записывали для себя на память, иногда в виде отрывочных заметок на рукописях, отдельные события, совершавшиеся в отечестве, но и при отдельных учреждениях, церквах и особенно монастырях велись на общую пользу погодные записи достопамятных происшествий. Сверх таких частных и церковных записок велись при княжеских дворах и летописи официальные”. Первые наиболее известные летописцы: инок Киево-Печерского монастыря Нестор (XI – XII век), игумен Михайловского Выдубицкого монастыря в Киеве Сильвестр (XII век) и монах Лаврентий (XIV век. Лаврентьевский список – самый древний из сохранившихся списков общерусской летописи).
В основание Начальной летописи легли как главные его составные части три особые цельные повествования:
1. Повесть временных лет. “Это связная и цельная повесть, лишенная летописных приемов. Она рассказывает о разделении земли после потопа между сыновьями Ноя с перечнем стран, доставшихся каждому, о расселении народов после столпотворения, о поселении славян на Дунае и расселении их оттуда, о славянах восточных и их расселении в пределах России, о хождении апостола Андрея на Русь, об основании Киева с новым очерком расселения восточных славян и соседних с ними финских племен, о нашествии разных народов на славян с третьим очерком расселения славян восточных и с описанием их нравов, о нашествии на них хозар, о дани, которые одни из них платили варягам, а другие хозарам, об изгнании первых, о призвании Рюрика с братьями из-за моря, об Аскольде и Дире и об утверждении Олега в Киеве в 882 году. Повесть составлена по образцу византийских хронографов, обыкновенно начинающих свой рассказ ветхозаветной историей”.
2. Сказание о крещении Руси при Владимире. “Оно разбито на три года: 986, 987, 988. Но это также не летописный рассказ: он лишен летописных приемов, отличается полемической окраской, желанием охулить все веры кроме православной.”.
3. Киево-Печерская летопись (ее писал в конце XI и в начале XII века монах Печерского монастыря Нестор). В ней описаны события русской жизни XI и XII веков до 1110 года включительно.
Конечно же, подобные летописи не могут дать полную и подробную картину, абсолютный перечень всех событий и имен того периода. Несомненна предвзятость отношения летописца к тем или иным событиям. Летописцы и не могли быть беспристрастны, так как один жил в одном монастыре, другой в другом, один служил у одного князя, другой у другого и т. п. Отстаивая своих князей и свои местные интересы, летописец мог по-своему изобразить ход событий, по-своему толковать их подробности, причины и следствия. Дело ученых-историков, внимательно изучая бесценные материалы, дошедшие до нас из глубины веков делать верные выводы и правильно расставлять исторические акценты.

Рассмотрим теперь подробнее взгляды Ключевского на первый период русской истории.
Начальная летопись не дает нам ответа на главный вопрос: как славяне появились на русской равнине. Мы застаем славян уже на Дунае. Исторические источники по-разному описывают расселение славян. Например, — из придунайских мест, с Карпат славяне расселились в разные стороны: одни славяне ушли и сели по Висле, прозвавшись ляхами, другие пришли на Днепр и прозвались полянами, поселившиеся в лесах – древлянами и т. д.
Ключевский считал, что у восточных славян на Карпатах в VI веке был образован большой военный союз под предводительством князя дулебов (одно из славянских племен). Продолжительная борьба с Византией создала этот союз, соединила восточное славянство почти в единое целое. Этот военный союз и есть первый факт, который можно поставить в самом начале нашей истории.
С северо-восточных склонов и предгорий Карпат восточные славяне в VII веке постепенно расселялись по равнине. Это расселение можно признать вторым начальным фактом русской истории. Начальная летопись не помнит ясно о приходе днепровских славян с Карпат, но запомнила один из последних моментов этого расселения. Размещая восточно-славянские племена по Днепру и его притокам, летопись рассказывает, что были в ляхах два брата, Радим и Вятко, которые пришли со своими родами и сели – Радим на Соже, а Вятко на Оке; от них и пошли радимичи и вятичи. Итак, славяне расселились по русской равнине, в основном вдоль Днепра.
Днепр был главным торговым путем. Верховьями своими он близко подходит к Западной Двине и бассейну Ильменя-озера, т.е. к двум важнейшим дорогам в Балтийское море, а устьем ведет к северным берегам Черного моря. Притоки Днепра справа и слева соединяются с карпатскими бассейнами Днестра и Вислы, а с другой стороны Волги и Дона. Таким образом, область Днепра охватывает всю западную и частью восточную половину русской равнины. Благодаря этому по Днепру с давних времен шло оживленное торговое движение. Как сказано в древней летописи: по Днепру шел “путь из Варяг в Греки” (северные берега Черного моря и восточные Азовского – за долго до нашей эры были заселены греческими колониями).
Днепр с притоками стал для восточных славян “могучей питательной артерией народного хозяйства, втянув их в сложное торговое движение, которое шло тогда в юго-восточном углу Европы. Своим низовым течением и левыми притоками Днепр потянул славянских поселенцев к черноморским и каспийским рынкам. Это торговое движение вызвало разработку естественных богатств занятой поселенцами страны. Восточные славяне, как мы знаем, заняли преимущественно лесную полосу равнины. Эта лесная полоса своим пушным богатством и лесным пчеловодством и доставляла славянам обильный материал для внешней торговли. С тех пор меха, мед, воск стали главными статьями русского вывоза; с тех пор при хлебопашестве для себя или с незначительным вывозом началась усиленная эксплуатация леса, продолжавшаяся целые века и положившая глубокий отпечаток на хозяйственный и общественный быт и даже национальный характер русского народа. Лесной зверолов и бортник – самый ранний тип, явственно обозначившийся в истории русского народного хозяйства.
Одно внешнее обстоятельство, по мнению Ключевского, особенно содействовало успехам этой торговли. Примерно в то же время, когда западные славяне вступили в приднепровские области, — с противоположной стороны, из-за Волги и Дона, по южно-русским степям распространились хозары – азиатские орды, блуждавшие между Черным и Каспийским морями. Это кочевое племя тюркского происхождения вскоре начало оставлять свой кочевой быт с его хищничеством и обращаться к мирным промыслам и оседлой жизни. Они построили города и сделали свое государство привлекательным для торговых людей. Хозары вместе с волжскими болгарами стали посредниками живого торгового обмена между балтийским Севером и арабским Востоком. В VIII веке хозары покорили племена восточных славян, жившие близко к степям, полян, северян, вятичей. “Древнее киевское предание отметило впечатление, произведенное хозарами на покоренных ими днепровских славян, — впечатление народа невоинственного и нежестокого, мягкого”. Хозарское “иго” было для славян не особенно тяжело и нестрашно. Напротив, лишив восточных славян независимости, оно доставило им большие экономические выгоды. С тех пор для днепровцев были открыты степные речные дороги, которые вели к черноморским и каспийским рынкам. Под покровительством хозар шла бойкая торговля. Есть свидетельства, что славянские купцы от Днепра, через Хозарию достигали Багдада (это известие арабского писателя Хордадбе, современника Рюрика и Аскольда), т.е. подобная торговля могла завязаться, по крайней мере, лет за сто до Рюрика – в середине VIII века. Это подтверждается многочисленными кладами того периода, найденными у Днепра, с арабскими монетами, начиная с VII века.

Успехи восточной торговли славян, завязавшейся в VIII веке, привели к возникновению на Руси древнейших торговых городов. Повесть о начале Русской земли не помнит, когда возникли эти города: Киев, Переяславль, Чернигов, Смоленск, Любеч, Новгород, Ростов, Полоцк. К началу повествования о Руси большинство этих городов были уже значительными поселениями. Большинство из них вытянулось длинной цепью по главному речному пути “из Варяг в Греки”. С IX века хозарское владычество начало колебаться. Причиной этого стало появление с востока в тылу у хозар орд печенегов. Хазары с трудом сдерживали напор этих новых пришельцев. В одном из первых известий о Киеве говориться, о том, что Аскольд и Дир в 867 году избили множество печенегов. Т.е. печенеги уже около середины IX века подошли близко к Киеву, отрезая среднее Поднепровье от его черноморских и каспийских рынков. Хозары уже не в состоянии были оберегать русских купцов на востоке.
В этих условиях торговые города Руси должны были сами взять на себя защиту своей торговли и торговых путей. Они начали вооружаться, опоясываться стенами, вводить военное устройство, запасаться ратными людьми.
С начала IX века по берегам Западной Европы начинают рыскать вооруженные шайки пиратов из Скандинавии. Т.к. происходили они преимущественно из Дании, то в Европе они известны под именем Даны. В это же время на речных путях русской равнины стали появляться пришельцы с берегов Балтийского моря (Варяжского), получившие название Варягов. Варяги стали постоянно приходить на Русь или с торговыми целями, или по зову местных князей, набиравших из них военные дружины. Повесть временных лет знает этих варягов уже около половины IX века. Повесть признает варягов общим названием разных германских народов, обитавших в Северной Европе, преимущественно по Варяжскому морю, каковы шведы, норвежцы, готы, англы. Эти варяги-скандинавы и вошли в состав военно-промышленного класса, который стал складываться в IX веке по большим торговым городам Руси под влиянием внешних опасностей. Повесть временных лет не помнит, как поляне освободились от хозарского владычества, она рассказывает, что “Аскольд и Дир, подошедши Днепром к Киеву и узнав, что городок этот платит дань хозарам, остались в нем и, набрав много варягов, начали владеть землей полян”. По-видимому, этим и обозначился конец хозарского владычества в Киеве.
В Повести обозначается первая местная политическая форма, образовавшаяся на Руси около половины IX века: это – городовая область, т.е. торговый округ, управляемый укрепленным городом. Эти области и назывались по именам городов. Когда образовалось княжество Киевское, вобравшее в себя племена восточных славян, эти древние городовые области – Киевская, Смоленская, Черниговская и другие, прежде независимые, вошли в его состав.
Образование этой первой политической формы на Руси сопровождалось в иных местах появлением другой вторичной и тоже местной формы – варяжского княжества – там, где вооруженные пришельцы превращались во властителей. Эти властители или вожди в скандинавских сагах называются конингами и викингами, у славян получившие вид князей и витязей. Термин князь, во времена варяжских пришельцев полностью заменяет хозарское величание вождя – каган, продержавшееся (по некоторым источникам) даже до Святослава и Владимира.
Возникновением на русской равнине варяжских княжеств и объясняется “сказание о призвании князей из-за моря” в Повести временных лет. В сказании – еще до Рюрика, варяги пришли в Новгородскую землю и брали дань с финских и славянских племен — кривичей, чуди, мери, веси. Затем данники отказались платить и прогнали варягов за море. Но перессорились между собой, не было между ними правды, один род восставал на другой, пошли усобицы. Утомленные этими усобицами и ссорами решили новгородцы “поищем себе князя, который бы владел нами и судил нас по праву”. Отправили послов за море к знакомым варягам, приглашая желающих из них “придти владеть пространной и обильной, но лишенной наряда землей”. Три родных брата Рюрик, Синеус и Трувор — откликнулись и пришли “с роды своими”, т.е. с дружинами земляков. Предание говорит, что князья-братья, как только уселись на своих местах, начали “города рубить и воевать всюду”, значит призваны они были, как защитники от внешних врагов. Из летописи следует, что не совсем охотно, а после раздумий согласились братья придти на Русь, “боясь звериного их обычая и нрава”. Об этом свидетельствует и тот факт, что Рюрик не прямо сел в Новгороде, а предпочел сначала остановиться поодаль, с расчетом вовремя отступить и укрыться в случае нужды. Водворившись же в Новгороде, Рюрик скоро возбудил против себя недовольство славян: “оскорбились, говоря: быть нам рабами и много зла потерпеть от Рюрика и земляков его”. Был даже заговор (замечательно и образно показанный в поэтической повести М.Ю. Лермонтова “Последний сын вольности”). Рюрик убил вождя “храброго Вадима” и перебил многих новгородцев, его соумышленников. Через несколько лет еще многие новгородцы бежали от Рюрика в Киев к Аскольду, т.е. видимо не было такого уж благодушного приглашения, а были призваны варяги для военной подмоги, но “подзадержались”, “загостились” и стали тиранить народ данью и поборами. Вот и вся красивая легенда о призвании варягов на княжение.
“Из соединения варяжских княжеств и сохранивших самостоятельность городовых областей вышла главная политическая форма этого периода, завязавшаяся на Руси: то было великое княжество Киевское”. Кто владел Киевом, тот держал в своих руках ключ от главных ворот русской торговли. Поэтому всех князей тянуло в Киев. Поэтому они соперничали друг с другом из-за Киева и истребляли друг друга. Так новгородский князь Олег за Киев погубил земляков своих Аскольда и Дира; так и другой новгородский князь Владимир за тот же Киев погубил своего родного брата Ярополка. Все торговые русские города были в экономической зависимости от Киева. Киев мог пропустить или не пропустить торговые лодки по Днепру к азовским и черноморским рынкам.
Киевская Русь имела торговые отношения со всем Причерноморьем и Византией. Начальная летопись свидетельствует, что после основателя Киева Кия, жизни и торговым связям полян мешали древляне и другие окольные племена. Поэтому Аскольд и Дир (они отделились от дружины Рюрика, беспрепятственно спустились Днепром до Киева и без заметной борьбы овладели им вместе со всею землею полян), как только утвердились в Киеве, вступили в борьбу с древлянами, печенегами и пр., а потом, совершили поход на Царьград с целью защиты славянских купцов и восстановления торговых отношений. То же повторил и Олег. Завладев Киевом (убив Аскольда и Дира), он начал строить вокруг новые города для защиты киевской земли от набегов из степи, а потом с дружиной совершил новый поход на Царьград, кончившийся также заключением (силовым) торгового договора. По поводу дерзкого захвата Царьграда константинопольский патриарх Фотий (IX век) свидетельствовал, что “народ никем не знаемый до этого нападения, ничтожный, вдруг стал пресловутым, прославленным после этого отважного дела, а отвага внушена была ему тем, что недавно он поработил соседние племена, и этот успех сделал его чересчур гордым и дерзким”. “Значит, как только основалось в Киеве варяжское княжество, отсюда началось сосредоточение сил страны и вышло первое общерусское предприятие, вызванное общим интересом, обеспечением торговых сношений”. Итак, киевские князья стремились к приобретению заморских рынков, к очистке и охране торговых путей, которые вели к этим рынкам. Отсюда и военные походы на Царьград. До смерти Ярослава их можно насчитать шесть, если не считать поход Владимира на Византийскую колонию Херсонес Таврический в 988 году: Аскольдов 860 г., Олегов 907 г., два Игоревых – 941, 944 г., поход Святослава 971 г. и, наконец, поход Ярослава сына Владимира 1043 г.
“Общий интерес, создавший великое княжество Киевское, охрана границ и внешней торговли направлял и его дальнейшее развитие, руководил как внутренней, так и внешней деятельностью первых киевских князей. Читая начальный летописный свод, встречаем ряд полуисторических и полусказочных преданий, в которых историческая правда сквозит чрез прозрачную ткань поэтической саги. Эти предания повествуют о князьях киевских IX и X вв. – Олеге, Игоре, Святославе, Ярополке, Владимире. Вслушиваясь в эти смутные предания, без особенных критических усилий можно уловить основные побуждения, которые направляли деятельность этих князей”. Расширяя свои владения, киевские князья устанавливали в них государственный порядок, т. е. обеспечивали сбор налогов. В подчиненных городовых областях (Чернигов, Смоленск, Переяславль, Полоцк…) князья ставили своих наместников (посадников), которыми были либо собственные сыновья и родственники, либо приближенные дружинники. Главной целью княжеской власти был сбор налогов. Олег, как только утвердился в Киеве, занялся установлением дани с подвластных племен. Ольга объезжала подвластные земли и также вводила “уставы и оброки, дани и погосты” и т. д. И все это на фоне постоянного отражения набегов степных кочевников.

Своим мечом киевские князья очертили довольно широкий круг земель, политическим и экономическим центром которых стал Киев. Так возникло государство Киевская Русь. Русские земли простирались “от Ладожского озера до устьев реки Роси, правого притока Днепра, и Ворсклы или Псла, левых притоков; с востока на запад она шла от устья Клязьмы, на которой при Владимире Мономахе возник город Владимир (Залесский), до области верховьев Западного Буга, где еще раньше, при Владимире Святом (крестившем Русь в 988 году), возник другой город Владимир (Волынский). Нижнее течение реки Оки, которая была восточной границей у Руси, и низовья южных рек Днепра, Восточного Буга и Днестра находились, по-видимому, вне власти киевского князя”.
Разноплеменное население, занимавшее всю эту территорию, вошло в состав великого княжества Киевского или Русского государства. Но это государство еще не было государством русского народа. Все это разноплеменное население было пока соединено чисто механически. Христианство с 988г. распространялось медленно и к середине XI века не успело захватить еще даже всех славянских племен русской земли: так вятичи не были христианами вначале еще XII века. Главной связующей силой населения Русской земли была княжеская власть с ее посадниками, данями и пошлинами. Во главе этой власти стоял великий князь киевский. Княжеская дружина вместе с князем носила название руси. По предположению автора древней Повести о Русской земле, так называлось то варяжское племя, из которого вышли первые князья. Понятие Русь, или Русская земля впервые появились в Игоревом договоре 945 года. Наконец, в XI – XII вв. так стала называться вся территория, подвластная русским князьям, со всем христианским славяно-русским ее населением.
Ко времени княжения Ярослава только начали складываться довольно разрозненные и во многом противоречивые порядки, определяющие существование гражданского уклада, по которому могло жить и существовать население русских земель. При Ярославе появляется первый и наиболее полный памятник русского права – Русская Правда. Ключевский считает, что только на первый взгляд можно сделать вывод о том, что “Русская Правда есть кодекс, составленный Ярославом и служивший руководством для княжеских судей XI в. И в нашей древней письменности сохранилась память об Ярославе как установителе правды, закона: ему давалось иногда прозвание Правосуда”. Ключевский делает вывод, что Русская Правда создавалась не только Ярославом, но и его детьми и даже его внуком Мономахом. В Русской Правде не было смертной казни, но другие источники того и более позднего периода, свидетельствуют, что княжеский суд мог решать и по-своему, без учета прописанного в Правде закона и, как убийство слуги могли оставить без наказания, так и в случае неуплаты, назначенной за преступление суммы, — могли повесить. При Владимире и его сыне Ярославе был создан и церковный устав, в котором учтено большое влияние Церкви. Эти две судебные основы позволяли находить наиболее верное (а чаще наиболее удобное для суда или князя) решение в различных случаях судебных тяжб.
“Но все это составляло лицевую сторону жизни, которая имела свою изнанку, какою является быт общественного низа, низших классов общества. Экономическое благосостояние Киевской Руси XI и XII вв. держалось на рабовладении. К половине XII в. рабовладение достигло там громадных размеров. Уже в X – XI вв. челядь составляла главную статью русского вывоза на черноморские и волжско-каспийские рынки. Русский купец того времени всюду неизменно являлся с главным своим товаром, с челядью на Волге; выгрузившись, он расставлял на волжских базарах, в городах Болгаре или Итиле, свои скамьи, лавки, на которых рассаживал живой товар – рабынь. С тем же товаром являлся он и в Константинополь. Когда греку, обывателю Царьграда, нужно было купить раба, он ехал на рынок, где “русские купцы приходящие челядь продают”: так читаем в одном посмертном чуде Николая чудотворца, относящемся к половине XI века”. Кстати и в Русской Правде вопросы рабовладения – наиболее обработанные и крупные законодательные разделы. Военные походы были серьезным источником пополнения челяди. Князья брали и приводили в полон множество рабов-челяди, причем не только при походах в чужие земли, но и при борьбе друг с другом. Захваченная челядь стала необходимой хозяйственной принадлежностью частного землевладения князей, членов их семей, дружинников, церквей и монастырей. Раба-холопа сажали на землю и заставляли ее обрабатывать, поэтому в XI – XII вв. раб поднялся в цене и уже после Ярослава запрещено было убивать раба. “самая идея о праве собственности на землю, о возможности владеть землею, как всякою другою вещью, вытекала из рабовладения, была развитием мысли о праве собственности на холопа. Холоп-земледелец, “страдник”, как он назывался на хозяйственном языке древней Руси, служил проводником этой идеи от хозяина на землю, как тот же холоп был для хозяина орудием эксплуатации его земли. Так возникла древнерусская боярская вотчина: привилегированный купец и витязь-княж муж X века превратился в боярина, как называется на языке Русской Правды привилегированный землевладелец”.

В первом периоде русской истории не был решен главный вопрос государства – порядок передачи власти. Начиная с Рюрика, иногда власть переходила от одного князя к другому по старшинству – так, преемником Рюрика был не его малолетний сын Игорь, а родственник Олег (по преданию его племянник). Иногда всею землею правил один князь, но это в тех случаях, когда не оставалось взрослых князей. Таким образом, единовластие до половины XI в. было политической случайностью, а не политическим порядком. Когда у князя появлялись сыновья, то, несмотря на возраст, еще при жизни отца они получали в управление ту или иную область. Так, Святослав, оставшийся после отца малолетним, еще при его жизни правил в Новгороде, а потом, собираясь во второй поход на Дунай, поделил русские земли между тремя своими сыновьями; так поступил со своими сыновьями и Владимир. После смерти Ярослава власть на Руси больше не оставалась в единых руках. Княжеские роды размножались все более и более и земли Русские делятся и делятся, распределяясь и перераспределяясь между многочисленным потомством.
Князья стали ставить посадниками своих детей, те стали пытаться переходить в лучшие земли и города и не всегда правдами и нередко в обход старшинства. Кроме того, в городах сложилась своя верхушка, старшина, знать и пр., имевшая свои торговые и политические интересы. Часто этой верхушке не нравился тот или иной князь и они звали другого — в обход не только старшинства, но и родства и т.п. И это понятно, т.к. не только знати, но и простому населению хотелось постоянства и устойчивости власти. Возникали распри и усобицы. Братья могли люто ненавидеть друг друга, интриговать и когда обманом, а когда силой захватывать владения другого. Князья не были привязаны к определенному месту, а постоянно перемещались и заменяли друг друга, желая переместиться в лучшее место. Так же, зачастую, вела себя и дружина. Когда князь шел на лучшее место, то дружина шла за ним, а в случае худших условий, дружина могла предать своего князя и уйти к другому.
Киев стал главным городом Руси. Городская знать создала себе привольную жизнь. Торговые успехи, выгодное расположение на торговых путях, превратили город в богатый и культурный центр жизни того времени. Материальное довольство проявлялось и в успехах искусств, книжного образования. Богатство и обустроенность жизни привлекали в Киев множество иноземных мастеров: архитекторов, книжников, музыкантов, художников и пр. Целые века помнили на Руси о воскресных пирах киевского князя и до наших дней сохранились сказания и богатырские былины о том почти сказочном времени. Как следствие — Киев стал и “центральным узлом всех княжеских отношений: туда направлялся княжеский круговорот; оттуда он нормировался. Удобства жизни в Киеве, фамильные предания, честь старшинства, названного отечества, церковное значение этого города делали его заветной мечтой для каждого князя. Молодой княжич, кружась по отдаленным областям, не спускал с него глаз, спал и видел его”.
Но постепенно распри и усобицы привели к обособлению земель и меньшей зависимости от Киева. “По мере размножения князей отдельные линии княжеского рода все далее расходились друг с другом, отчуждались одна от другой. Сначала племя Ярославичей распадается на две враждебные ветви, Мономаховичей и Святославичей; потом линия Мономаховичей, в свою очередь, разделилась на Изяславичей волынских, Ростиславичей смоленских, Юрьевичей суздальских, а линия Святославичей – на Давидовичей черниговских и Ольговичей новгород-северских. Каждая из этих ветвей, враждуя с другими из-за владельческой очереди, все плотнее усаживалась на постоянное владение в известной области. Потому одновременно с распадением княжеского рода на местные линии и Русская земля распадалась на обособленные друг от друга области, земли”.

При этом необходимо помнить, что Русь находилась на самой окраине культурно-христианского мира, а далее простирались бескрайние степи – преддверие Азии. Эти степи со своим многочисленным кочевым населением были главным и историческим бичом для древней Руси. После поражения, нанесенного Ярославом печенегам в 1036 г., русская степь на некоторое время очистилась; но вслед за смертью Ярослава с 1061 г. начались непрерывные нападения на Русь новых степных ее соседей половцев. С ними Русь непрерывно и упорно боролась в XI и XII столетиях. Половецкие нападения на Русь были страшны и опустошительны. Города и даже целые области пустели. “Русь истощалась в средствах борьбы с варварами. Никакими мирами и договорами нельзя было сдержать их хищничества, бывшего их привычным промыслом. Мономах заключил с ними 19 миров, передавал им множество платья и скота, — и все напрасно. С той же целью князья женились на ханских дочерях; но тесть по-прежнему грабил область своего русского зятя без всякого внимания к свойству. Русь окапывала свои степные границы валами, огораживалась цепью острожков и военных поселений, предпринимала походы в самые степи; дружинам в приграничных со степью областях приходилось чуть не постоянно держать своих коней за повод в ожидании похода”. И это при непрекращающихся усобицах между князьями, причем нередки были случаи, когда в подобной борьбе один из князей договаривался с половцами и наводил их на своего родича-врага.

“В то время как Западная Европа крестовыми походами предприняла наступательную борьбу на азиатский Восток, когда и на Пиринейском полуострове началось такое же движение против мавров, Русь своей степной борьбой прикрывала левый фланг европейского наступления. Но эта историческая заслуга Руси стоила ей очень дорого: борьба сдвинула ее с насиженных мест и круто изменила направление ее дальнейшей жизни”. Князья и население потянулись в более спокойные места. Иногда это было не просто переселение, а бегство. Переселение народа из Приднепровья шло в двух направлениях: одни продвигались на запад, на Западный Буг, в область верхнего Днестра и верхней Вислы, вглубь Галиции и Польши; другие направлялись на северо-восток, за реку Угру, в междуречье Оки и верхней Волги, в Ростовско-Суздальский край.
Это северо-восточное направление и стало главным в развитии русского народа и русской истории. Здесь еще до XII в. возникли русские города Ростов, Суздаль, Ярославль, Муром и др. При Юрии Долгоруком и Андрее Боголюбском один за другим возникают новые города: Переяславль-Залесский, Москва, Юрьев, Дмитров, Боголюбов и др. Этим переселением обозначилось начало нового, второго периода русской истории.

Итак, “Запустение Днепровской Руси, начавшееся в XII в., было завершено в XIII в. татарским погромом 1229-1240 гг. С той поры старинная область этой Руси, некогда столь густо заселенная надолго превратились в пустыню со скудным остатком прежнего населения”.

Творчество Ключевского и сегодня сохраняет большое значение и не только как свидетельство достижений русской исторической науки второй половины XIX – начала XX века, но и как богатейшее наследие, помогающее нам лучше понять историю России.

Студент 1 курса МПГУ
В.К.
??

??

??

??

— 1 —

Министерство образования Российской Федерации

Волгоградский Государственный Технический Университет

Реферат по истории

на тему:

“Преобразования Петра Великого”

Выполнил студент

группы ЭВБ-190

Гребенюк Дарья

Волгоград 2010

Содержание

Введение

Предпосылки реформ Петра I

Судебная реформа

Военные реформы

Церковная реформа

Реформы в области культуры и быта

Внешняя политика.

Итоги и историческое значение реформ Петра I

Заключение

Список используемой литературы

Введение

Преобразования Петра Великого, его деятельность, личность, роль в судьбе России – вопросы, интересующие и привлекающие внимание исследователей нашего времени не менее чем в прошлые века.

Петр не был похож на своих предшественников ни внешним обликом, ни живым и открытым характером. Личность Петра очень сложна и противоречива, но при этом Петр I был очень цельной натурой. Во всех его начинаниях, порой очень противоречивых, было все же рациональное зерно. Невозможно рассматривать деятельность Петра,не учитывая того, что из 36 лет его правления, лишь около 1.5 лет Россия находилась в состоянии полного мира. Постоянные военные действия оказывали влияние на ход реформ и вообще на всю внутреннюю и внешнюю политику.

Старое никогда не уходит с общественной сцены добровольно, и новое всегда рождается в жестких схватках с отжившим. Петру пришлось бороться со многими предрассудками и пережитками, которые иногда оказывались слишком сильными, чтобы сломить их с первого удара.

За несколько десятилетий строится новая система управления, появляется первая печатная газета, были открыты первые военные и профессиональные школы, возникли первые типографии. Первый музей в стране. Первая публичная библиотека. Первые публичные театры. Первые парки. Наконец, первый указ об организации Академии наук.

Этот список можно продолжать еще долго, но мне хотелось бы выделить военно-морской флот, который по праву считается детищем Петра, так как ранее отсутствовал в России. Так же регулярная армия, великолепно обученная, и столь же хорошо вооружена.

Оценивая положительное значение преобразований Петра в истории России, надо помнить, что политика Петра носила классовый характер. Преобразования эпохи осуществлялось за счет огромных потерь трудового населения. Это его усилиями воздвигался Петербург, строились корабли, сооружались крепости, канавы и дворцы. На плечи народа легли новые тяготы: были увеличены налоги, введена рекрутчина, производились мобилизации на строительные работы. Русские воины проявляли чудеса храбрости в сражениях, овеянных славными победами у Лесной, Полтавы, Гангута и Гренгама.

Благодаря внешней политике Петра, было покончено с политической изоляцией, и укреплялся международный престиж России. Стремительный рост России в первой четверти ХVIII века поражает не только нас, но поражал и современников Петра. Вся Европа того времени наблюдала и дивилась тому, как это государство пробудило дремавшие внутри силы и проявило тот потенциал энергии, который оно так долго скрывало в своей глубине.

В своем реферате я хотела бы отойти от личности Петра и больше углубиться вглубь самих преобразований.

Но перед тем как преступить непосредственно к реформам, я думаю, надо обдумать причины необходимости проведения таких серьезных преобразований.

Предпосылки реформ Петра I

Прежде чем рассматривать реформаторскую деятельность Петра, вспомним, что представляла собой Россия в конце XVII в.

Огромная территория и «непохожесть» России на западные страны сразу бросались в глаза иностранцам, побывавшим в России. Многим из них, Московское государство представлялось отсталым и даже «полудиким». Это отставание было обусловлено рядом причин. Долгие годы ушли на преодоление разрухи, вызванной «смутой» и интервенцией начала XVII в., когда были разорены наиболее развитые в хозяйственном отношении районы страны. Но разорительные войны, разумеется, не единственная и не главная причина этого отставания. Решающее влияние на развитие страны, по мнению ряда историков (В.О. Ключевский, Н.И. Павленко, С.М. Соловьев), оказывали ее природно-географические и социальные условия.

Промышленность по своей структуре была крепостнической, а по объему продукции значительно уступала промышленности западноевропейских стран.

Русское войско в значительной своей части состояло из отсталого дворянского ополчения и стрельцов, плохо вооруженных и обученных. Государственный аппарат, во главе которого стояла боярская аристократия, не отвечал потребностям страны.

Отставала Русь и в области духовной культуры. В народные массы просвещение почти не проникало, и даже в правящих кругах немало было необразованных и вовсе неграмотных людей.

Россия XVII века самим ходом исторического развития была поставлена перед необходимостью коренных реформ, так как только таким путем могла обеспечить себе достойное место среди государств Запада и Востока.

Следует отметить, что к этому времени истории нашей страны уже произошли значительные сдвиги в ее развитии.

Возникли первые промышленные предприятия мануфактурного типа, росли кустарные промыслы, ремесла, развивалась торговля сельхозпродуктами. Непрерывно возрастало общественное и географическое разделение труда — основа сложившегося и развивающегося всероссийского рынка. Город отделялся от деревни. Выделялись промысловые и земледельческие районы. Развивалась внутренняя и внешняя торговля. Белинский был прав, когда говорил о делах и людях допетровской России: «Боже мой, какие эпохи, какие лица! Да их стало бы нескольким Шекспиром и Вальтерам Скоттам! » XVII век был временем, когда Россия установила постоянное общение с Западной Европой, завязала с ней более тесные торговые и дипломатические связи, использовала ее технику и науку, воспринимала ее культуру и просвещение. Учась и заимствуя, Россия развивалась самостоятельно, брала только то, что было ей нужно, и только тогда, когда это было необходимо. Это было время накопления сил русского народа, которое дало возможность осуществить подготовленные самим ходом исторического развития России грандиозные реформы Петра.

Реформы Петра была подготовлена всей предшествующей историй народа, «требовались народом». Уже до Петра начертана была довольно цельная преобразовательная программа, во многом совпадавшая с реформами Петра, в ином шедшая даже дальше их. Подготавливалось преобразование вообще, которое при мирном ходе дел могло растянуться на целый ряд поколений. Реформа, как она была исполнена Петром, была его личным делом, делом беспримерно насильственным и, однако, непроизвольным и необходимым.

Реформы коснулись буквально всех сторон жизни русского государства и русского народа, однако к основным из них следует отнести следующие реформы: военную, органов власти и управления, сословного устройства русского общества, податную, церковную, а также в области культуры и быта.

Преобразования, проводимые Петром I в ХVП — ХVШ вв. не были последовательны и не имели единого плана, их порядок и особенности были продиктованы ходом войны, политическими и финансовыми возможностями в тот или иной период. Историки выделяют три этапа в реформах Петра I:

Первый (1699-170910гг.) — изменения в системе государственных учреждений и создание новых, перемены в системе местного самоуправления, установление рекрутской системы.

Второй (171011-171819гг.) — создание Сената и ликвидация прежних высших учреждений, первая областная реформа, проведение новой военной политики, широкое строительство флота, учреждение законодательства, перевод государственных учреждений из Москвы в Санкт-Петербург.

Третий (171920-172526) — начало работы новых, уже созданных учреждений, ликвидация старых; вторая областная реформа; расширение и реорганизация армии, реформа церковного управления; финансовая реформа; введение новой системы налогообложения и нового порядка государственной службы.

Судебная реформа

Судебная реформа, проведенная в 1719г., упорядочила, централизовала и усилила всю судебную систему России. Судебная реформа явилась составным элементом реформы центральных и местных органов государственного аппарата. Были учреждены Юстиц-коллегия, надворные суды в губерниях и нижние суды в провинциях.

Основная задача реформы – отделение суда от администрации. Однако идея отделения суда от администрации и вообще идея разделения властей, заимствованная с Запада, не соответствовала российским условиям начала XVIII в. Идея разделения властей свойственна феодализму в условиях нарастающего его кризиса, разлагающемуся под натиском буржуазии. В России буржуазные элементы были еще слишком слабы, чтобы “освоить” сделанную им уступку в виде суда, независимого от администрации.

Во главе судебной системы стоял монарх, который решал самые важные государственные дела. Он был верховным судьей и разбирал многие дела самостоятельно. По его инициативе возникли «канцелярии розыскных дел», которые помогали ему осуществлять судебные функции. Генерал-прокурор и обер-прокурор подлежали суду царя.

Следующим судебным органом был Сенат, который являлся апелляционной инстанцией, давал разъяснения судам и разбирал некоторые дела. Суду Сената подлежали сенаторы (за должностные преступления).

Юстиц-коллегия была апелляционным судом по отношению к надворным судам, являлась органом управления над всеми судами, разбирала некоторые дела в качестве суда первой инстанции.

Областные суды состояли из надворных и нижних судов. Президентами надворных судов были губернаторы и вице-губернаторы. Дела переходили из нижнего суда в надворный в порядке аппеляции, если суд решал дело пристрастно, по распоряжению высшей инстанции или по решению судьи. Если приговор касался смертной казни, дело передавалось также в утверждение надворного суда.

Некоторые категории дел решались иными учреждениями в соответствии с их компетенцией. Камериры судили за дела касавшиеся казны, воеводы и земские комиссары судили за побег крестьян.

Судебные функции исполняли почти все коллегии, исключая коллегию Иностранных дел. Политические дела рассматривали Преображенский приказ и Тайная канцелярия. Порядок прохождения дел по инстанциям путался, губернаторы и воеводы вмешивались в судебные дела, а судьи – в административные.

В связи с этим была проведена новая реорганизация судебных органов: нижние суды были заменены провинциальными (1722г.) и переходили в распоряжение воевод и асессоров, были ликвидированы надворные суды и их функции были переданы губернаторам (1727г.).

Таким образом, суд и администрация вновь слились в один орган. Некоторые категории дел полностью были изъяты из общей судебной системы и были отданы в ведение других административных органов (Синоду, приказам и другим). На Украине, в Прибалтике и в мусульманских областях существовали особые судебные системы.

Особенностью развития процессуального законодательства и судебной практики в России являлась замена состязательного принципа принципом следственным, который обуславливался обострением классовой борьбы. Общая тенденция развития процессуального законодательства и судебной практики предшествующих веков — постепенное увеличение удельного веса розыска в ущерб так называемому суду — привела к полной победе розыска в начале правления Петра I. Владимирский-Буданов считал, что «до Петра Великого вообще надо признать еще состязательные формы процесса общим явлением, а следственные — исключением»[5]. Иной точки зрения придерживался С. В. Юшков. Он полагал, что в это время только «менее важные уголовные и гражданские дела… рассматривались в порядке обвинительного процесса, т. е. так называемого суда»[6]. М. А. Чельцов говорил о «последних остатках состязательного процесса (старинного «суда»)», которые, по его словам, исчезают при Петре I.[7]. Думается, однако, что розыск нельзя еще до Петра I считать господствующей формой процесса, но нельзя считать и исключением.

Говоря о развитии процессуального права при Петре I необходимо отметить бесплановость, сумбурность реформ в сфере судоустройства и судопроизводства. Существовало три закона процессуального законодательства конца ХVП — начала ХVШ в. Одним из них был Указ от 21 февраля 1697г. «Об отмене в судных делах очных ставок, о бытии вместо оных расспросу и розыску…», главным содержанием которого являлась полная замена суда розыском. Сам по себе указ не создает принципиально новых форм процесса. Он использует уже известные, сложившиеся на протяжении веков формы розыска.

Закон очень краток, в нем записаны лишь основные, принципиальные положения. Следовательно, он не заменял предыдущее законодательство о розыске, а наоборот, предполагал его использование в нужных пределах. Это хорошо видно из указа 16 марта 1697 г., изданного в дополнение и развитие февральского указа. Мартовский указ говорит: «а которые статьи в Уложенье надлежат к розыску и по тем статьям разыскивать по прежнему[8]».

Указ 21 февраля 1697 г. был дополнен и развит «Кратким изображением процессов или судебных тяжб». Первое издание появилось еще до 1715 г., возможно в 1712 г. «Краткое изображение» являлось военно-процессуальным кодексом, устанавливало общие принципы розыскного процесса. В нем закреплялась система судебных органов, а также состав и порядок формирования суда. В «Кратком изображении» содержатся процессуальные нормы; дается определение судебного процесса, квалифицируются его виды; дается определение новым институтам процесса того времени (салф кондукт, утверждение ответа); определяется система доказательств; устанавливается порядок составления оглашения и обжалования приговора; систематизируются нормы о пытках.

Указом от 5 ноября 1723г. «О форме суда» была отменена розыскная форма процесса, вводится принцип состязательности процесса. Впервые требуется, чтобы приговор основывался на «приличных» (соответствующих) статьях материального закона. Изменения, внесенные Указом «О форме суда» были не столь принципиальными. По сути, указ был создан в развитие «Краткого изображения».

Судебная система периода петровских реформ характеризовалась процессом усиления централизации и бюрократизации, развитием сословного правосудия и служила интересам дворянства.

Военные реформы

Военные реформы занимают особое место среди Петровских преобразований. Военные реформы важны не только сами по себе. Они оказывали большое, подчас определяющее влияние на преобразования в других областях. «Война указала порядок реформы, сообщила ей темп и самые приемы», – писал выдающийся российский историк Василий Осипович Ключевский. Именно задачи создания современной, боеспособной армии и флота занимали юного царя еще до того, как он стал полновластным государем. С раннего детства Петра увлекало военное дело. В селах, в которых жил маленький царь, создал два «потешных» полка: Семеновский и Преображенский — уже совершенно по новым правилам, отвечавшим европейским стандартам. К 1692 г. эти полки были окончательно сформированы. По их образцу позже были созданы и другие полки.

Армия, доставшаяся Петру, была наследственной, она находилась на самообеспечении. Каждый воин шел в поход и содержал себя в войске на собственные средства. Никакого особого обучения в армии не существовало, точно так же как и не было и однородного обмундирования, и вооружения. Руководящие должности в армии занимались в связи не с заслугами или специальным образованием, а, как говорилось по породе. Другими словами, армия не являлась той силой, которая могла бы оказать сопротивление современной ей европейской армии, от которой к концу ХVII века она более чем отставала.

«Еще отец Петра, Алексей Михайлович, предпринимал попытки переустройства армии. При нем в 1681 г. была создана комиссия под председательством князя В. В. Голицына, которая должна была изменить устройство армии. Были проведены некоторые изменения: армия стала более структурированной, теперь она делилась на полки и роты, также были назначены офицеры в зависимости от опыта и заслуг, а не от происхождения. 12 января 1682г Боярская Дума приняла постановление, в котором говорилось, что старшим офицером может стать и незнатный человек, но опытный и знающий, и все независимо от происхождения должны ему подчиняться».1

Благодаря этим изменениям московское войско стало более организованным и структурированным. Но все же эту военную организацию нельзя было назвать реальной регулярной армией из-за огромного количества пережитков, сохранившихся с давних времен, некоторые из них относились еще к временам царствования Василия III.

Таким образом, Петр получил армию хоть и не удовлетворявшую всем требованиям военной науки, но в какой-то мере уже подготовленной к дальнейшим преобразованиям.

Главным шагом Петра было уничтожение стрельцов. Сущность военной реформы состояла в ликвидации дворянских ополчений и организации постоянной боеспособной армии с единообразной структурой, вооружением, обмундированием, дисциплиной, уставами. Военное обучение Петр I возложил на Автомона Головина и Адама Вейде. Обучение офицеров и солдат проводилось уже не по ратному обычаю (как в XVII веке), а по «артикулу», по единому строевому уставу.

Военно-морской флот создавался в процессе войн с Турцией и Швецией. С помощью российского флота Россия утвердилась на берегах Балтики, что подняло международный престиж и сделало ее морской державой. Его жизнь и деятельность определял “Морской устав “. Флот строился и на юге, и на севере страны. Основные усилия были сосредоточены на создании Балтийского флота.

В 1708 г. был спущен первый 28- пушечный фрегат на Балтике, а через 20 лет российский флот на Балтийском море был самым мощным: 32 линейных корабля, 16 фрегатов, 8 шняв, 85 галер и другие мелкие суда. Набор во флот осуществлялся также из рекрутов. Для обучения морскому делу составлялись инструкции: “Артикул корабельный”, “Инструкции и артикулы военные Российскому флоту” и др.

В 1715 г. в Петербурге была открыта Морская академия, готовившая морских офицеров. В 1716 г. было положено начало подготовке офицерских кадров через гардемаринскую роту. Тогда же была создана морская пехота. Вместе с тем, армия и флот составляли неотъемлемую часть абсолютистского государства, были орудием укрепления господства дворянства.

С формированием флота был создан и его устав. Зачатками морского устава являются 15 статей, составленные Петром I во время его плавания на галерах к Азову в 1696 г. В 1715 г. Петр приступил к составлению более полного морского устава, который был издан в 1720г. — «Книга устав морской, о всем, что касается доброму управлению в бытность флота в море». Морской устав Петра отличался оригинальностью и являлся результатом его многолетнего боевого опыта.

Петром I была радикально изменена и система военного управления. Вместо многочисленных приказов (Разрядный приказ, Приказ военных дел, Приказ генерал — комиссара, Приказ артиллерии и др), между которыми ранее было раздроблено военное управление, Петр I для руководства соответственно армией и военно-морским флотом учредил Военную и Адмиралтейскую коллегии, строго централизовав тем самым военное управление.

Таким образом, реформы в области организации вооруженных сил были наиболее успешными. В результате Россия стала могущественной в военном отношении государством, с которым приходилось считаться всему миру.

Церковная реформа

Важную роль в утверждении абсолютизма играла церковная реформа Петра. Во второй половине XVII в. позиции Русской православной церкви были весьма прочными, она сохраняла административную, финансовую и судебную автономию по отношению к царской власти. Последние патриархи Иоаким (1675-1690 гг.) и Адриан (1690-1700) гг. проводили политику, направленную на укрепление этих позиций. Поворот к новой политике произошел после смерти патриарха Адриана. Петр распоряжается провести ревизию для переписи имущества Патриаршего дома. Воспользовавшись информацией о выявленных злоупотреблениях, Петр отменяет выборы нового патриарха, поручая в то же самое время митрополиту Рязанскому Стефану Яворскому пост «местоблюстителя патриаршего престола». В 1701 г. образуется Монастырский приказ — светское учреждение — для управления делами церкви. Церковь начинает терять свою независимость от государства, право распоряжаться своей собственностью.

Петр стремился оградить себя от влияния церкви, в связи с этим он начинает ограничивать права церкви и ее главы: был создан совет епископов, собиравшийся периодически в Москве, а затем, в 1711г., после создания Синода — глава церкви потерял последние штрихи независимости. Таким образом, церковь была полностью подчинена государству. Но царь прекрасно понимал, что подчинение церкви простому органу управления является невозможным. И в 1721 г. был создан Святейший Синод, ведавший делами церкви. «Синод был поставлен в один ранг с Сенатом, выше всех остальных коллегий и административных органов. Структура Синода ничем не отличалась от структуры любой коллегии. В Синод входило 12 человек. Возглавлял Синод президент, 2 вице-президента, 4 советника, 5 асессоров»

«По указу от 25 января 1721 г. Синод был основан, а уже 27 января, заранее созванные члены Синода принесли присягу и 14 февраля 1721 г. произошло торжественное открытие. Духовный регламент, для руководства деятельностью Синода, был написан Феофаном Прокоповичем и исправлен и одобрен царем».

Духовный регламент — это законодательный акт, определявший функции, права и обязанности Синода, его членов по управлению Русской православной церковью. Он приравнивал членов Синода к членам других государственных учреждений. Церковь отныне полностью подчинялась светской власти. Нарушалась даже тайна исповеди. По указу Синода от 26 марта 1722 г. всем священникам предписывалось доносить властям о намерении исповедовавшегося совершить измену или бунт. В 1722 г. церковная реформа была завершена установлением должности обер-прокурора Синода. Таким образом, церковь лишилась самостоятельной политической роли и превратилась в составную часть бюрократического аппарата. Нет ничего удивительного в том, что такие нововведения вызвали недовольство духовенства, именно по этой причине они были на стороне оппозиции и участвовали в реакционных заговорах.

Не только внешний вид управления церковью изменился, но и внутри церкви произошли радикальные изменения. Петр не жаловал ни «белых», ни «черных» монахов. Видя в лице монастырей статью неоправданных расходов, царь решил сократить расход финансов на эту сферу, заявив, что укажет монахам путь к святости не осетрами, медами и винами, а хлебом, водой и работой на благо России. По этой причине монастыри были обложены определенными налогами, помимо этого им надлежало заниматься столярным делом, иконописью, прядением, шитьем и т.д. — всем тем, что не было противопоказано монашеству.

Создание такого вида управления и организации церкви сам Пётр объяснил следующим образом: « От соборного правления можно не опасаться Отечеству мятежей и смущения, каковые происходят от единого собственного правления духовного…» В результате церковной реформы церковь потеряла огромную часть своего влияния и превратилась в часть государственного аппарата, строго контролируемую и управляемую светской властью.

Реформы в области культуры и быта

Для русской культуры конца XVII — XVIII вв. были характерны, прежде всего, три взаимосвязанных процесса: 1. Происходило дальнейшее обмирщение культуры – освобождение ее от церковного влияния. В результате определяющим в культурной жизни в XVIII веке становится светское направление. 2. В ней появляются новые для России мировоззренческие принципы- рационализм и индивидуализм, развивается личностное начало. 3. Смелее преодолевается ее национальная замкнутость в ходе вступления России в систему европейских государств, европеизации культуры. Петровские реформы открыли широкие возможности для развития этих тенденций в русской культуре в целом. Обмирщение характеризуется появлением светских школ (первые – Навигационная и Артиллерийская – основаны в 1701 г.), в том числе начальных (цифирных) в губерниях (1714), в которых детей обучали арифметике и началам геометрии.

В петровское время были открыты медицинское училище (1707), инженерные, кораблестроительные, штурманские, горные и ремесленные школы. Чтобы удержать командные высоты в государстве и способствовать развитию Отечества, дворянство должно было овладевать знаниями. Специальным указом Петр Великий запретил жениться неграмотным дворянам. Их обучали не только в стране, но и стали направлять для учебы за границу.

При Петре I осуществлялась коренная перестройка всей системы образования и науки в стране. Выходят учебники: «Букварь» Ф. Поликарпова, «Первое учение отрокам» Ф. Прокоповича, знаменитая «Арифметика» Л. Магницкого. Эту книгу, как и первую печатную грамматику М. Смотрицкого, М.В. Ломоносов назвал «вратами своей учености». Издавались словари, различные руководства по механике, технике, архитектуре, истории и др. В то время издано свыше 600 названий книг и других изданий, в том числе и переводных. С этой целью в первой четверти 18в. было открыто несколько новых типографий.

Для печатания книг с 1703 г. введены упрощенный гражданский шрифт и арабские цифры. Возникли светские библиотеки, открываются лавки для продажи книг. В 1714 г. В Петербурге основана старейшая в России библиотека. Фонд ее составили книги и рукописи царского собрания Московского Кремля, ряда иностранных библиотек, книжное собрание Петра I. Эта библиотека как книгохранилище существовала вначале при Кунсткамере – первом в России музее, открытом в 1719 г. с 1723 г. библиотека стала доступной для общественного пользования. С декабря 1702 г. в России стала издаваться первая печатная газета «Ведомости».

Крупный вклад в развитие отечественной науки внесли географы, землепроходцы. В. Атласов составил первое этнографическое и географическое описание Камчатки. В 1713-1714 гг. русские землепроходцы побывали на Курильских островах. Началось изучение производительных сил страны. В 1720 г. правительство организует первую в России экспедицию в Сибирь под руководством Даниила Миссершмидта, которая открыла много нового в познании природы края и культуры сибирских племен. За три недели до своей кончины Петр I подписал указ об отправке первой морской Камчатской экспедиции. Они возглавлялись известными мореплавателями В.И. Берингом и А.И. Чириковым. Итогом экспедиций стало открытие в 1741 г. пролива, разделяющего Европу и Азию. Его назвали Беринговым проливом. Члены экспедиции нанесли на карту и описали почти все побережье Сибири. Ботаник Гмелин, входивший в сухопутный отряд второй экспедиции, по результатам исследований написал труд «Флора Сибири», описав 1200 видов растений. С.П. Крашенинников же составил и издал «Описание земли Камчатки» и стал основоположником русской этнографии. Его труд был переведен на многие языки мира и не утратил своего значения до сих пор. Согласно петровского указа с 1722 г. начался сбор материалов по истории России, в том числе В.Н. Татищевым (1686-1750), который позже написал пятитомную «Историю Российскую с самых древнейших времен», переизданную в наше время.

В 1724 г. Петром I было принято решение о создании Петербургской Академии наук, которая открылась в 1725 г. (вскоре после его смерти) и стала не только общенациональным научным центром России, но и базой подготовки научных кадров.

Петровские преобразования и военные походы нашли отражение в литературе, публицистике. В 1717 г. в Петербурге вышло в свет «Рассуждение..» о причинах войны со Швецией, подготовленное по поручению Петра I вице-канцлером В.В.Шафировым. По сути это первый в российской истории трактат о внешнеполитических приоритетах страны. Экономическая публицистика представлена «Книгой о скудности и богатстве» ученого-самородка И.Т.Посошкова, который высказал ряд смелых для своего времени мыслей по вопросам развития предпринимательства в России Петр Великий понимал важность предпринимательства и оценивал людей не «по породе» и подхалимству, а по деловым качествам. Его «Табель о рангах» (1722) способствовала продвижению по службе людей предприимчивых, одаренных, вытесняя старые, тормозившие развитие страны обычаи, создавая новую морально-психологическую обстановку. При Петре I церковь была подчинена государству и введенное им синодальное устройство русской православной церкви оставалось неизменным в России в течение 197 лет. Но в то же время по этому вопросу шли споры, высказывались разные мнения, нашедшие отражение в литературе.

Главным сторонником церковной реформы был Феофан Прокопович- один из видных церковных деятелей, писатель. В 1722 г. в этой связи им был разработан «Духовный регламент».

Литературная же деятельность митрополита Стефана Яворского, выступившего против реформаторства и протестантизма, отражена в религиозных трактатах «Знамение пришествия антихристова» и «Камень веры». Светским содержанием наполняется живопись. Светская портретная живопись получила развитие в портретах А.М. Матвеева- «Автопортрет с женой», И.Н. Никитина- «Петр I ». Появляются батальные полотна Никитина- «Куликовская битва», «Полтавская битва», видовые гравюры братьев Зубовых и т.д.

16 мая 1703 г., как сообщает историк С.М. Соловьев, приступили к строительству нового города Петербурга, созданного в короткий срок. Он становится столицей Российской империи. В 1725 г. в нем жило 40 тыс. жителей. Замечательными памятниками архитектуры в Петербурге стали: Петропавловская крепость, летний дворец Петра I (архитектор Д. Трезини), Адмиралтейство (архитектор И.К. Коробов), здание Двенадцати коллегий (архитекторы Д. Трезини и М.Г. Земцов) и другие.

Существенные изменения в петровскую эпоху произошли и в быту. Патриархальный образ жизни постепенно уступал место светскости и рационализму. Европеизация быта прослеживается, как отмечал еще историк 19в. Погодин, при простом восстановлении деталей нашей повседневной жизни. Мы проснулись, какой нынче день? – и называем дату по введенному Петром летоисчислению от рождества Христова (с Новым годом I января). Бреемся — брить бороды заставлял дворян и бояр Петр I. Одеваемся — одежда европейского покроя введена Петром. Материалы одежды с фабрик, которым он положил начало, а если шерсть — овец тоже начали разводить при нем. За завтраком пьем кофе, возможно, курим табак, читаем газеты- все петровские нововведения. Изменения в быту и культуре, которые произошли в первой четверти XVIII в., имели большое прогрессивное значение. Но они еще больше подчеркивали выделение дворянства в привилегированное сословие, превратили использование благ и достижений культуры в одну из дворянских сословных привилегий и сопровождалось широким распространением галломании, презрительного отношения к русскому языку и русской культуре в дворянской среде.

Внешняя политика

Петр Великий вошел в историю не только как реформатор России, но и как выдающийся полководец и дипломат. С его именем связано превращение России в империю, евроазиатскую военную державу.

Внешняя политика Российского государства при Петре I находилась в ведении Посольского приказа, созданного еще в 1549 году. Это было сложное по структуре ведомство, занимавшееся не только делами собственно внешней политики (отношения с иноземными державами), но и вопросами управления отдельными российскими территориями. До начала XVIII века существовали лишь две постоянные миссии России – в Швеции и Польше, то есть в двух важнейших соседних государствах. С 1700 до 1717 года (когда Посольский приказ был преобразован в Коллегию иностранных дел) главным внешнеполитическим органом была Посольская канцелярия, которая практически всегда находилась при императоре и напоминала Походную внешнеполитическую канцелярию Карла XII. Посольскую канцелярию возглавлял граф Ф.А. Головин, а затем Г.И. Головкин. Характерной чертой внешнеполитического ведомства России было то, что сюда всегда привлекались для работы наиболее выдающиеся и талантливые личности. За первую четверть XVIII века были открыты постоянные дипломатические представительства во всех великих державах того времени – Австрии, Турции, Швеции, Великобритании, Франции, Дании. В дипломатии Россия оказалась на должной высоте, и это во многом явилось основой военных успехов Петра I.

Основные направления внешней политики. России в конце XVII – начале XVIII века определялись необходимостью получить доступ к морям: к Балтийскому – западное, к Черному – южное и к Каспийскому – восточное направления. В 1695 году молодой царь Петр предпринял поход на Азов, турецко-татарскую крепость в устье Дона. Именно здесь началась военная «карьера» бомбардира Петра Алексеевича, который принял участие в обстреле крепости и позднее писал: «Зачал служить с первого Азовского похода бомбардиром». Летом русские войска осадили Азов. Однако отсутствие у русских флота позволяло туркам беспрепятственно получать подкрепление и продовольствие морем. Предприняв два неудачных штурма, русское войско вынуждено было отступить.

Зимой того же года началась подготовка второго азовского похода, который оказался более удачным. Благодаря построенному за несколько месяцев флоту Петр смог блокировать Азов с моря. Успешными действиями бомбардиров была разрушена часть крепости, и турки без боя сдались 18 июля 1696 года. Россия получила доступ к Азовскому морю, однако выход на Черное море был закрыт Керченским проливом, который по-прежнему находился в руках Турции. Дальнейшая борьба с Турецкой империей была невозможной без союзников, найти которых Петру не удалось. В ходе Великого посольства 1697 – 1698 годов царь познакомился поближе с расстановкой политических сил в Европе, которая способствовала созданию антишведского союза. В Северный союз кроме России вошли Дания и Польско-Саксонское королевство (Август II являлся одновременно королем польским и курфюрстом саксонским). Дания мечтала вернуть отторгнутые Швецией области, а Август II надеялся упрочить свою власть в Речи Посполитой, присоединив Лифляндию.

В 1699 году, когда Август II начал военные действия, русские дипломаты активно вели мирные переговоры с Турцией, а царь Петр занимался устройством армии.

Русские вооруженные силы в это время насчитывали 600 тысяч человек. Военная реформа еще только начиналась. Вновь сформированные полки состояли в основном из необученных солдат, которые были плохо одеты и вооружены. Большую часть высших и значительную часть средних командных должностей занимали иностранцы, которые были незнакомы не только с русскими обычаями и традициями, но нередко и с языком. Как только Петр I получил известие о подписании мирного договора с Турцией, он начал активные действия против Швеции. Началась Северная война (1700 — 1721 гг.), которая завершилась подписанием Ништадтского мира. Была решена важнейшая задача внешней политики России, поставленная ещё в XVI – XVII веках, – был обретен выход к Балтийскому морю. Россия получила ряд первоклассных портов и благоприятные условия для торговых отношений с Западной Европой.

В 1721 году Петра I провозгласили императором. Отныне русское государство стало именоваться Российской Империей. В то время, когда шла Северная война, Турция, поощряемая Карлом XII объявила войну России, которая закончилась неудачей для русской армии. Все приобретенные по Константинопольскому мирному договору территории Россия потеряла.

Важным внешнеполитическим мероприятием последних лет правления Петра Великого стал поход 1722 – 1723 годов в Закавказье. Воспользовавшись внутриполитическим кризисом в Иране, Россия активизировала свои действия в этом регионе. В результате похода 1722 года на Кавказ и Иран Россия получила западный берег Каспийского моря с Баку, Рештом, Астрабадом. Дальнейшее продвижение в Закавказье было невозможным из-за вступления в войну Турции. Каспийский поход сыграл положительную роль в деле укрепления дружественных связей и сотрудничества между Россией и народами Закавказья против турецкой агрессии. В 1724 году султан заключил мир с Россией, признав территориальные приобретения в ходе Каспийского похода. Россия со своей стороны признала права Турции на западное Закавказье.

Таким образом, в первой четверти XVIII века была решена одна из главных внешнеполитических задач России. Россия получила выход в Балтийское море и стала мировой державой.

Итоги и историческое значение реформ Петра I

Главным итогом всей совокупности Петровских реформ стало установление в России режима абсолютизма. В стране не только сохранялись, но укреплялись и господствовали крепостнические отношения со всеми сопутствовавшими им порождениями, как в экономике, так и в области надстройки. Однако изменения во всех сферах социально-экономической и политической жизни страны, постепенно накапливавшиеся и назревавшие в XVII веке, переросли в первой четверти

XVIII века в качественный скачок. Средневековая Московская Русь превратилась в Российскую империю. В ее экономике, уровне и формах развития производительных сил, политическом строе, структуре и функциях органов власти, управления и суда, в организации армии, в классовой и сословной структуре населения, в культуре страны и быту народа произошли огромные перемены. Коренным образом изменились место России и ее роль в международных отношениях того времени.

Естественно, все эти изменения происходили на феодально- крепостнической основе. Но сам этот строй существовал уже в совершенно иных условиях. Он еще не утратил возможности для своего развития. Более того, темпы и размах освоения им новых территорий, новых сфер экономики и производительных сил значительно возросли. Это позволяло ему решать давно назревшие общенациональные задачи. Но формы, в которых они решались, цели, которым они служили, все более отчетливо показывали, что укрепление и развитие феодально-крепостнического строя при наличии предпосылок для развития капиталистических отношений превращаются в главный тормоз для прогресса страны.

Уже в период правления Петра Великого прослеживается главное противоречие, свойственное периоду позднего феодализма. Интересы самодержавно-крепостнического государства и класса феодалов в целом, общенациональные интересы страны требовали ускорения развития производительных сил, активного содействия росту промышленности, торговли, ликвидации технико-экономической и культурной отсталости страны.

Серьезные изменения произошли в системе феодальной собственности, владельческих и государственных повинностей крестьян, в податной системе, еще более укрепилось власть помещиков над крестьянами. В первой четверти XVIII в. завершилось слияние двух форм феодального землевладения: указом о единонаследии (1714) все дворянские поместья превращались в вотчины, земля и крестьяне переходили в полную неограниченную собственность помещика. Расширение и укрепление феодального землевладения и собственнических прав помещика способствовали удовлетворению возросших потребностей дворян в деньгах. Это влекло за собой повышение размеров феодальной ренты, сопровождавшейся ростом крестьянских повинностей, укрепляло и расширяло связь дворянской вотчины с рынком.

Указ о единонаследии завершил консолидацию класса феодалов в единый класс — сословие дворян — и укрепил его господствующее положение.

Но здесь имелось и другая сторона. Помещики и бывшие вотчинники были обязаны нести службу в регулярных армии и флоте, в аппарате власти и управлении. Это была постоянная, обязательная, пожизненная служба. Все это вызывало недовольство дворянства и приводило к тому, что известная его часть участвовала в различного вида заговорах.

В целях повышения налогов была произведена перепись всего податного населения и введена подушная подать, которая изменила объект обложения, удвоила сумму взимавшихся с населения податей.

Преобразовательная деятельность Петра отличалась неукротимой энергией, невиданным размахом и целеустремленностью, смелостью в ломке отживших учреждений, законов, устоев и уклада жизни и быта. Прекрасно понимая важное значение развития торговли и промышленности, Петр осуществил ряд мероприятий, удовлетворявших интересы купечества.

Но он же укреплял и закреплял крепостные порядки, обосновывал режим самодержавного деспотизма. Действия Петра отличались не только решительностью, но и крайней жестокостью.

По меткому определению Пушкина, его указы были «нередко жестоки, своенравны и, кажется, писаны кнутом». Не было и не могло быть заранее разработанного общего плана реформ. Они рождались постепенно, и одна порождала другую, Удовлетворяя требованиям данного момента. И каждая из них вызывала сопротивление со стороны самых различных социальных слоев, вызывала недовольство, скрытое и открытое сопротивление, заговоры и борьбу, отличающуюся крайним ожесточением.

Россия стала самодержавным, военно-бюрократическим государством, центральная роль в котором принадлежала дворянскому сословию. Вместе с тем отсталость России не была полностью преодолена, а реформы осуществлялись в основном за счет жесточайшей эксплуатации и принуждения.

Так же мне бы хотелось отметить основные тенденции для дальнейшего развития России:

1.Реформы Петра I ознаменовали оформление абсолютной монархии, в отличие от классической западной, не под влиянием генезиса капитализма, балансирование монарха между феодалами и третьим сословием, а на крепостнической — дворянской основе.

2. Созданное Петром I новое государство не только повысило эффективность, но и послужило главным рычагом модернизации страны.

3. По своему масштабу и стремительности проведенные реформы Петра I не имели аналогов не только в Российской, но и, по меньшей мере, в европейской истории.

4. Мощный и противоречивый отпечаток наложили на них особенности предшествующего развития страны, экстремальные внешнеполитические условия и личность царя.

5. Опираясь на некоторые тенденции, наметившиеся в XVIIв. В России, ПетрI не только развил их, но и за минимальный исторический промежуток времени вывел страну на качественно более высокий уровень, превратить Россию в мощную державу.

6. Платой за эти грандиозные радикальные изменения явилось дальнейшие укрепление крепостничества, торможения формирования капиталистических отношений и сильный налоговый, податный нажим на население.

7.Несмотря на противоречивость личности Петра I и его преобразований, в отечественной истории его фигура стала символом решительного реформаторства и беззаветного, не щадящего ни себя не других, служение Российскому государству. Петр I- практически единственный из царей, по праву сохранил дарованный ему при жизни титул “Великого”.

Заключение

Петр Алексеевич Романов, вошедший в историю как первый российский император Петр I, — личность глубоко противоречивая и драматичная, и дать однозначную оценку его деятельности невозможно. Пожалуй, ни одна личность в отечественной истории не вызывала столько жарких споров. В спорах о петровских деяниях на первый план выходит глубина исторического анализа, объективность ученого — историка.

Споры о Петре Великом, начатые еще его современниками, не умолкают до сих пор. Стрельцы и петровские гвардейцы, старообрядцы и синодальные чиновники, старое боярство и новая знать — все они, соответственно, искали в Петре Первом то «царя-анархиста», то отца отечества. Затем эти споры продолжили и углубили западники и славянофилы, «государственники» и анархисты, монархисты и социалисты… Причем каждая сторона была по-своему права.

«Он бог, он бог твой был, Россия!» — восклицал М. В. Ломоносов, искренне восхищавшийся Петром I не только как личностью, но и как монархом, создавшим великую империю.

Петровские преобразования и их итоги крайне противоречивы, что нашло отражение в трудах историков. Большинство исследователей считают, что реформы Петра I имели выдающееся значения в истории России (С.М Соловьев, В.О Ключевский, Н.И Павленко, Н.И Костомаров, Е.П Карпович, Н.Н Молчанов, и др.). Царствование Петра вошло в историю как время блестящих воинских побед, быстрыми темпами экономического развития. Это был период резкого рывка навстречу Европе. По мнению С.Ф. Платонова, для этой цели Петр был готов жертвовать всем, даже самим собою и своими близкими. Все, что против государственной пользы, был готов истребить и уничтожить.

В целом в Петре Великом можно видеть единый пример успешных и в общем до конца доведенных реформ в России, определивших ее дальнейшие развитие почти на два столетия. Однако, необходимо отметить, что цена преобразований была непомерно высока: проводя их, царь не считался, ни с жертвами, приносившими на алтарь отечества, ни с национальными тенденциями, ни с памятью предков.

Главным итогом всей совокупности Петровских реформ стало установление в России режима абсолютизма, венцом которого стало изменение в 1721г. титула российского монарха — Петр объявил себя императором, а страна стала называться Российской Империей. Таким образом, было оформлено то, к чему шел Петр все годы своего царствования — создание государства со стройной системой управления, сильной армией и флотом, мощной экономикой, оказывающего влияние на международную политику. В результате Петровских реформ государство не было связано ничем и могло пользоваться любыми средствами для достижения своих целей. В итоге Петр пришел к своему идеалу государственного устройства — военному кораблю, где все и вся подчинено воле одного человека — капитана, и успел вывести этот корабль из болота в бурные воды океана, обходя все рифы и мели.

Россия стала самодержавным, военно-бюрократическим государством, центральная роль в котором принадлежала дворянскому сословию. Вместе с тем отсталость России не была полностью преодолена, а реформы осуществлялись в основном за счет жесточайшей эксплуатации и принуждения.

Я сделала далеко не полный реферат о преобразовательной деятельности Петра, не коснулась ни мер по общественному благоустройству и народному образованию, ни перемен в понятиях и нравах, вообще в духовной жизни народа. Эти меры и перемены или не входили в круг прямых задач реформы, или не успели обнаружить своего действия при жизни преобразователя, или, наконец, почувствовались только некоторыми классами общества. Реформа по своему исходному моменту и по своей конечной цели была военно-финансовая, коснулись всех классов общества, отозвались на всем народе. На этих фактах я считаю возможным основать суждение о значении и характере преобразовательной деятельности Петра

Петр был и остается одним из великих государственных деятелей, имя которого навеки принадлежит своей стране и истории.

Список используемой литературы

1. Павленко Н.И. “Петр Великий”. — М.:Мысль,1990

2. Кумогин А.И. “Правители России”.- Чебоксары, изд-во “Чувашия”,1994г. – стр.243.

3. Соловьев С.М. “Об истории новой России”. — М.:Просвещение,1993.

4. Н.Н.Молчанов «Дипломатия Петра Великого» — М., изд-во «Международные отношения», 1990.

5. История СССР с древнейших времён до конца XVIII века. Под ред. Б.А.Рыбакова. М., Изд-во “Высшая школа”, 1983.

6. История России с древнейших времен до второй половины XIX века

7. Мальков В.В. «Пособие по истории СССР для поступающих в ВУЗы», М., изд-во «Высшая школа», 1985.

1 Валишевский Казимир Петр Великий: Исторический очерк в 3-х частях :ч-1 Воспитание; ч-2 Личность; ч-3 Дело—М.:СП “КВАДРАТ” 1993—448с. стр.-240.

Содержание

1. Этапы развития феодализма в западной Европе.

В чем качественное различие каждого из них, ведущие страны……………3

2.Что такое родовая община? Что такое мануфактура………………………………16

3.Вторая промышленно-технологическая революция

в конце ХIХ – начале ХХ вв., ее роль в развитии мировых

производительных сил, изменение структуры промышленности,

форм производства и собственности, расстановка стран-лидеров………..20

Общая характеристика феодализма

Средние века — это период зарождения, господства и разложения феодализма. Слово «феодализм» происходит от позднелатинского feodum – поместье (в странах Западной Европы в Средние века этим словом обозначали земельное владение, пожалованное сюзереном своему вассалу в наследственное пользование с условием несения им феодальной службы).

В современной немарксизской историографии присутствует различное понимание сущности феодализма. Часть исследователей, основываясь на юридической концепции, главными признаками феодализма считает: политическую раздробленность, иерархическую структуру власти, вассалитет, корпоративность. Другие рассматривают феодализм комплексно и, кроме указанных, обращают внимание и на такие признаки, как крупное землевладение и крестьянско-сеньориальные отношения. В целом решающее значение отводится политической и юридической структуре, ментальности феодального общества.

В марксизской историографии феодализм рассматривается как одна из антагонистических общественно-экономических формаций, которая следует за рабовладельческим строем и предшествует капитализму. К основным признакам относят следующие: господство натурального хозяйства; сочетание крупного феодализма землевладения и мелкого (надельного) крестьянского землепользования; личную зависимость крестьян от феодала – отсюда внеэкономическое принуждение; крайне низкое и рутинное состояние техники.

Принято считать, что классическим вариантом является западноевропейский феодализм, который формировался в результате взаимодействия двух процессов – распада античного общества и разложения первобытно общинного строя у окружающих Римскую империю племен (германцев, кельтов, славян и т.д.). Влияние античного и варварского начал в генезисе феодализма у разных народов было различным, поэтому, в зависимости от соотношения варварских и античных начал, различают типы феодального синтеза:

приблизительно равное соотношение варварских и античных элементов (Франкское государство, часть южных славян);

преобладание позднеантичных начал (страны Средиземноморского региона);

незначительное влияние античности и преобладание элементов располагающегося первобытно-общинного строя(Северо-Западная Германия, скандинавские страны, ряд государств восточных и западных славян и др.).

В современной историографии нет единого мнения о характере феодализма в странах Востока. Социально-экономическое развитие этих народов в эпоху Средневековья имеет свои характерные особенности.

Началом феодализма в Западной Европе принято считать падение рабовладельческой Западной Римской империи (V в.), а окончанием – Английскую буржуазную революцию (1642 -1649).

Развитие средневекового общества сопровождалось значительными сдвигами в экономике, социальном и политическом строе. С учётом совокупности изменений выделяют три периода:

раннее Средневековье – период формирования феодального способа производства (V –X вв.);

классическое Средневековье – период развитого феодализма (XI – XV вв.);

позднее Средневековье – период разложения феодализма и зарождения капиталистического способа производства (конец XV – середина XVVII вв.).

Государство как политическая организация феодального общества адекватно отражало его экономическую структуру и являлось важнейшим фактором, определяющим динамику экономических процессов.

Типичной формой феодального государства была монархия. Средневековью известна и республиканская форма правления, установившаяся в городах-государставх Италии, Германии, а также на Руси – Великий Новгород, Псков. Но они не представляли крупных этнических государственных образований, а были только местными политическими формированиями, сложившимися в условиях феодальной раздробленности. В дальнейшем они поглощались крупными монархическими государствами.

В эпоху Средневековья государство переживает сложную эволюцию. Исследователи выделяют следующие этапы в развитии феодального государства в Западной Европе:

раннефеодальное государство (V-IX вв.);

феодально-раздробленное государство (V-XIII вв.);

централизованное феодальное государство в форме сословной монархии (XIII-XV вв.);

феодально-абсолютистская монархия (XVI-XVIII вв.).

С XVI в. начинается новый, устойчивый и мощный прирост населения, преодолевается тенденция к сокращению рождаемости; был превзойдён уровень численности населения середины XIV в. (до спада после «чёрной смерти»): к 1500 г. оно исчислялось уже в 80-180 млн.

Ранний феодализм – время формирования Феодального способа производства(V — конец X вв.)

Для этого этапа характерен низкий уровень развития производственных сил, отсутствие городов, ремесел, аграризация экономики. Хозяйство было натуральным, отсутствовали города, отсутствовало денежное обращение.

В этот период происходило становление феодальных отношений. Образуется крупная земельная собственность, свободные крестьяне-общинники попадают в зависимость от феодалов. Формируются основные классы феодального общества – землевладельцев и зависимых крестьян.

В экономике сочетались разные уклады: рабовладельческий, патриархальный(свободное общинное землевладение) и складывающийся феодальный(различные формы поземельной и личной зависимости крестьян).

Раннефеодальные государства были относительно едиными. В границах этих государств, объединявших различные этнические общности, происходил процесс этнической интеграции и формирования народностей, закладывались правовые и экономические основы средневекового общества.

Становление феодальных отношений в период раннего Средневековья связано с возникновением и развитием различных форм феодальной земельной собственности.

Племена варваров, захватившие римские территории и образовавшие на них свои государства, были оседлыми земледельцами, в конце V – начале VI вв. частной собственности на землю у них ещё не существовало. Земля принадлежала всем жителям деревни. Жители одной деревни составляли территориальную (сельскую) общину – марку. Каждой семье община выделяла земельный участок под пашню, а иногда и часть луга. Осенью, когда заканчивался сбор урожая, луга и все пахотные земли становились общими пастбищами. Леса, реки, пустоши, дороги также находились в общинном пользовании. Личная собственность общинника включало только дом, приусадебный участок, движимое имущество.

В конце VI — начале VII вв. внутри общины происходит процесс имущественного расслоения и распределение общинной земли в частную, свободно отчуждаемую собственность – аллод.

Первоначально аллод представлял свободно отчуждаемую индивидуальную семейную собственность. Постепенно мелкие аллоды превращались в крестьянские держания. В то же время формировались крупные и средние земельные владения.

Пути образования крупного землевладения были различными. Чаще всего это были пожалования короля. Стремясь укрепить свою власть, франкские и другие короли раздают захваченные земли служилым людям в полную частную собственность (аллод).

Раздача аллодов приводила к сокращению земельного фонда и ослаблении власти короля. Поэтому в VIII в. земельные владения стали передаваться в виде бенефициев, т.е. в пользование без права передачи по наследству и при условии несения военной службы. Поэтому бенефиций являлся условной частной собственностью и предоставлялся на срок несения службы. Постепенно срок владения стал пожизненным. Вместе с землёю служилые люди получали право осуществлять государственные функции – судебные, административные, полицейские, налоговые и другие по отношению к проживавшим на этой территории свободным держателям. Такое пожалование называлось иммунитетом.

Крупные землевладельцы также стали практиковать земельные пожалования, что в конечном итоге привело к формированию иерархической структуры земельной собственности, установлению вассальных отношений между жалователем и бенефициарием, укреплению слоя мелких и средних феодалов, ставших основой военной организации.

В IX – X вв. пожизненный бенефиций постепенно превращается в наследственное земельное владение, или фактически в собственность (феод). От слова «феод» получил название феодальный способ производства. Таким образом происходило укрепление власти феодалов, что необратимо вело к феодальной раздробленности, ослаблению королевской власти.

Вместе с созданием ленной системы земельной собственности шел процесс формирования категорий зависимых крестьян.

Оформление крепостной зависимости проходило по-разному. В одних случаях феодал подчинял себе крестьян с помощью прямого насилия. В других – крестьяне сами просили помощь и защиту у крупных земельных собственников, которые становились, таким образом, их господами. Это происходило из-за тяжёлого положения, в котором они оказывались из-за частых войн, произвола господ, многочисленных повинностей в пользу государства, разорявших хозяйство, неурожаев и других причин. Отдаваемый под защиту господина крестьянин попадал в личную зависимость, а, лишившись земли, — и в поземельную зависимость и должен был выполнять в пользу своего сеньора определённые повинности.

Церковь и светские феодалы часто использовали систему прекарных договоров, когда крестьянин передавал им право собственности на свой надел, сохраняя при этом пожизненные повинности. Этот договор оформлялся письменно с указанием сроков пользования землёй и повинностей. Собственник земли выдавал крестьянину прекарную грамоту, где содержалось обязательство не нарушать его прав.

Оформившаяся феодальная собственность на землю и связанная с ней система личной зависимости стали основой феодальной эксплуатации, внеэкономического принуждения зависимого населения.

Основной хозяйственной единицей средневекового общества становиться крупное феодальное хозяйство, где осуществлялся процесс феодального производства. В России это были вотчины, затем поместья, в Англии – маноры, во Франции и в ряде других стран Европы – сеньории. В вотчинах эксплуатировался феодалами труд, в манорах – труд лично зависимых, несвободных крестьян – вилланов, в сеньориях во Франции – труд сервов. В пределах своих вотчин феодалы обладали всей полнотой административной и судебной власти.

Феодальное производство велось в двух основных формах: барщинное и оброчное хозяйства.

При барщинном хозяйстве вся земля феодального поместья была поделена на две части. Она часть – барская земля, на которой крестьяне своими орудиями труда осуществляли производство сельскохозяйственных продуктов, полностью присваиваемых феодалом. Другая часть земли – крестьянская, получившая название надельной. На этой земле крестьяне вели хозяйство только для себя. В условиях барщинной системы определённые дни недели крестьяне работали на своем поле, а другие дни – на барском.

При оброчной системе хозяйства практически вся земля передавалась крестьянам в надел. Всё сельскохозяйственное производство осуществлялось в крестьянских хозяйствах. Часть созданного продукта в виде оброка передавалась феодалу, а другая – оставалась для осуществления воспроизводства рабочей силы крестьянина, инвентаря, поддержания существования членов его семьи.

Барщина и оброк представляли собой формы феодальной земельной ренты – совокупности различных повинностей, которые крестьяне несли в пользу феодала. Помимо отборочной барщины, продуктовой, существовала денежная рента. Для периода раннего феодализма характерна продуктовая и отработочная ренты, что было связано с существованием натурального хозяйства. Денежная рента появилась в условиях роста товарно-денежных отношений, происходившего на основе общего подъема производства и развития общественного разделения труда.

Для феодализма в целом характерно преобладание аграрного производства. В Западной Европе в период раннего феодализма эта особенность была обусловлена завоеваниями варваров, когда многие города, являвшиеся центрами ремесла и торговли, были разорены и пришли в упадок.

В землевладении господствовало двуполье, сеяли рожь, пшеницу, полбу, овес, ячмень, стручковые посевы пропалывали. Зерно перерабатывалось в мельницах с выходом муки не более 41,5%. Применялись водяные мельницы.

Значительное развитие получило скотоводство: разводили коров, свиней, овец, коз.

Ремесло носило домашний характер.

Период развитого феодализма (XI-XV вв.)

Основные Период характеризуется завершением процесса формирования феодальных отношений и расцветом феодализма. Крестьяне были поставлены в позе­мельную и личную зависимость, а представители господствую­щего класса находились в иерархическом соподчинении. Такое положение в совокупности с натуральным характером эконо­мики способствовало распаду раннефеодальных государствен­ных образований и переходу к феодальной раздробленности.

Наблюдается рост производительных сил. Благодаря посте­пенному усовершенствованию орудий труда и повышению производительности происходит специализация работников в разных областях производства — ремесло отделяется от земле­делия. Возникают и растут города, главным образом, как посе­ления ремесленников, развивается ремесленное производство. Растущая специализация приводит к росту обмена, расшире­нию торговых связей. Появляются купеческие гильдии. Разви­вается рыночное хозяйство.

Развитие хозяйства, подъем городов и рост товарно-денежных отношений происходили на фоне усиления борьбы народных масс против феодальных порядков (крестьянские и городские восстания). В конечном итоге это вело к изменению форм феодальной эксплуатации, ослаблению личной зависимо­сти крестьян, появлению свободного городского населения. Указанные процессы коренным образом меняли облик фео­дального общества, способствовали ликвидации феодальной раздробленности и централизации государственной власти. На этом этапе образуются крупные централизованные государства — Франция, Англия, Польша, Россия и др. Особенности Основной формой собственности и организа­ции производства в сельском хозяйстве в дан­ный период оставалось феодальное поместье, В XI—XIII вв. оно представляло собой замкну’ тое натуральное хозяйство, полностью обеспе­чивавшее свои потребности за счет собственных ресурсов: его характерной чертой была тесная связь господского хозяйства с хозяйством крестьян, которые должны были обрабатывать зем­лю феодала своими орудиями труда и своим скотом.

«Однако в XIV—XV вв. начинается разложение феодальных от­ношений, происходят коммутация повинностей (замена отработочной и натуральной ренты денежной), раскрепощение кре­стьянства, что вело к концентрации земель и развитию аренд­ных отношений. Многие дворяне начинают применять в хозяй­стве наемный труд. Получает развитие краткосрочная аренда (при смене арендаторов есть возможность увеличить арендную

плату).

В основе этих процессов — углубление общественного раз­деления труда, развитие товарно-денежных отношений. Товар­ное производство, сложившееся на этом этапе в городах, ак­тивно воздействовало на феодальное поместье, подрывая гос­подство натурального хозяйства. Тем самым создавались усло­вия для развития внутреннего рынка на основе специализации хозяйства.

В рыночные отношения втягивались и феодальные поме­стья. В частности, английские феодальные поместья (маноры) в XIII—XIV вв. вели обширную торговлю шерстью, хлебом и ско­том, отправляя свою продукцию в Лондон и на континент.

Постепенно произошли изменения в крестьянском земле­пользовании. Изменение формы феодальной ренты привело к ослаблению, а затем и ликвидации личной феодальной зависи­мости.

С конца XIII по XV вв. в Англии в силу развития овцевод­ства происходит замена барщины оброком, который выплачи­вался овечьей шерстью. Этот процесс проходит в Англии ин­тенсивнее, чем во Франции и Германии благодаря более разви­той торговле и восстанию под руководством Уота Тайлера (1381).

Переход к оброчной системе расширял возможности для Развития сельского хозяйства, усиливал подвижность крестьян, Уменьшал их зависимость от феодала, вел к повышению произ­водительности труда, усиливал товарность аграрного сектора. Постепенно натуральный оброк заменяется денежным.

Процесс коммутации в некоторых странах шел очень быстро. Так, в Англии в XV в. оставалось незначительное количест­ве лично зависимых крестьян. Такой же процесс наблюдался в Италии, Нидерландах и Франции.

Германия отставала. В XIV—XVII вв. Германия переживает «второе издание». В XVII—XVIII вв. крепост­ное право в Восточной Германии приняло особо тяжелые фор­мы: фиксированная барщина составляла пять—шесть дней в неделю, крестьянина можно было проиграть в карты, продать, заложить, отдать внаем.

Развитие товарно-денежных отношений в деревне и комму­тация крестьянских повинностей привели к имущественному расслоению среди крестьянства. Появились зажиточные кре­стьяне, которые арендовали землю у помещика и обрабатывали ее с помощью наемного труда своих же соседей. С другой сто­роны, выделялись малоземельные и безземельные семьи, кото­рых как сельскохозяйственных батраков эксплуатировали по­мещики и богатые крестьяне.

После крушения Римской империи города пришли в упадок. В экономическом отноше­нии они мало чем отличались от деревень и являлись в основ­ном административными и религиозными центрами. С конца XI в. в Западной Европе наблюдается оживление городов. Они приобретают большое экономическое значение, становясь цен­трами ремесла и торговли.

Главным фактором возрождения античных и появления средневековых городов стало отделение ремесла от сельского хозяйства. Возможности для развития ремесла в деревне были ограничены из-за недостаточности спроса. Сельские ремеслен­ники стремились уходить в места с наибольшим скоплением народа, где можно было найти лучшие возможности для сбыта продукции. Чаще всего они селились вокруг монастырей, где собирались богомольцы и паломники, около мостов, речных переправ, вблизи замков и крепостей, где стены могли служить защитой. Поселения ремесленников, постепенно разрастаясь, становились городами. В XV в. расстояние между западноевро­пейскими городами не превышало в среднем 20—30 км.

Процесс градообразования в разных странах шел крайне неравномерно, что отражало уровень развития производитель­ных сил. Ранее всего города как центры ремесла и торговли поднялись в Италии (Венеция, Генуя, Флоренция, Неаполь), затем на юге Франции (Марсель, Арль, Тулуза). Этому способствовали торговые связи Италии и Южной Франции с Византией и Вос­током, а также преемственность городского развития со времен античности. С XI в. города возникают на территории Англии, Германии и Нидерландов; особенно быстро они растут во Фландрии (Брюгге, Тент, Лилль, Аррас). В XII—XIII вв. появи­лись города на севере: в скандинавских странах, Ирландии, а также в Венгрии.

Рост городов был также связан с притоком в них крестьян­ского населения, которое бежало из поместий, спасаясь от феодальной эксплуатации. Прожив в городе один год и один день, крестьянин становился свободным. Некоторое значение имели также и крестовые походы (1096—1270).

Численность населения в средневековых городах Западной Европы была невелика. В XIV — XV вв. города с населением в 20 тыс. человек уже считались крупными. Средние города на­считывали 4—6 тыс. населения, небольшие — 1—2 тыс. Насе­ление таких городов, как Париж, Милан, Венеция, Флоренция, Севилья, превышало 80—100 тыс. человек.

В городах, являющихся административными центрами, жи­ли феодалы, духовенство. С XIII в. с открытием университетов (Париж, Оксфорд, Кембридж) частью населения становятся магистры и студенты.

Жители средневековых городов часто занимались и сель­ским хозяйством в дополнение к основным занятиям — ремес­лу и торговле.

Ведущей отраслью феодальной экономики продолжало оставаться ремесло, цехи должало оставаться сельское хозяйство, однако опережающее развитие получает ремесленное производство.

Ремесло отделяется от сельского хозяйства, превращается в самостоятельную отрасль. Это стало возможно в результате увеличения продуктивности сельскохозяйственного производ­ства, роста спроса на ремесленные изделия и непосредственно развития самого ремесла.

Совершенствовались техника и технология ремесленного труда, росла его производительность. Заметный прогресс на­блюдался в металлургии, обработке металлов, кузнечном и оружейном деле. Наибольшее развитие получает сукноделие. Это объясняется высоким спросом на продукцию отрасли, а также совершенствованием техники прядения и ткачества.

Усложнение ремесленного производства делало невозмож­ным совмещение его с земледелием. Ремесло становится основным занятием определенной части населения, выделяется в особую форму трудовой деятельности. Ремесленники как мел­кие товаропроизводители, обладающие высокой квалификаци­ей, производят изделия для торгового обмена, что ведет к раз­витию торговли с целью обеспечить наиболее благоприятные условия производства и сбыта произведенной продукции, за­щититься от конкуренции со стороны ремесленников из других районов, обеспечить монопольное положение в производстве и продаже товаров на местном рынке. Ремесленники одной спе­циальности, как правило, объединялись в особые корпораций — цехи.

Юридическое оформление цеха происходило после получе­ния от короля или сеньора соответствующей хартии. Первые ремесленные цехи появляются в Италии в X в., во Франции, Англии и Германии — в XI—XII вв. В крупных городах количе­ство цехов доходило до нескольких сотен. В XIV в. в Париже было 350 цехов, в Лондоне — 60, в Кельне — 50.

Каждый цех имел свой устав и выборную администрацию — старшин. Полноправным членом цеха являлся мастер — мел­кий товаропроизводитель, который был собственником мастер­ской и орудий производства. В качестве помощников у него работали один-два подмастерья и один или несколько учеников. В XI—XII вв. каждый ученик мог, сдав экзамен, получить звание мастера и открыть свою мастерскую.

Важной особенностью цехового ремесла было отсутствие разделения труда. Ремесленник производил из­делие полностью от начала до кон­ца. В то же время существовала дос­таточно развитая специализация.

Так в текстильном производстве существовали цехи прядильщиков, ткачей, красильщиков и др.

Цеховая регламентация обеспечивала высокое качество из­делий, а также препятствовала конкуренции среди мастеров. С этой целью определялись число учеников и подмастерьев, не­обходимых инструментов, запасы сырья, устанавливались цены на изделия, продолжительность рабочего дня. Удовлетворяя спрос местного рынка, некоторые производства получили ев­ропейское признание. Металлообработкой и производством оружия славились города Милан и Золинген, Венеция — производством стекла и т. д.

Возникнув с образованием городов, цехи стали социально-экономической основой их развития. Кроме производственных, они выполняли и важные социальные функции: борьбу с фео­далами и городским патрициатом, охрану и защиту города. Цех был также и религиозной организацией, братством: каждый цех имел своего «святого», день которого он праздновал, свою часовню или церковь и свои праздники.

В первые века своего существования цехи имели прогрес­сивное значение, но с середины XIV в. цеховая организация ремесла, с ее жесткой регламентацией, запрещением рекламы, неразглашением секретов производства, становится препятст­вием экономическому развитию.

Рост городов в XI—XV вв. способствовал внутренней и внешней торговли. В го­родах существовали рынки, на которых городские ремесленники снабжали своими изделиями крестьян и покупали у них сель­скохозяйственные продукты и сырье. Таким образом, деревня втягивалась в торговый оборот, что способствовало развитию товарно-денежных отношений.

Внешняя торговля была сосредоточена в двух основных районах Европы: в бассейне Средиземного моря и на Балтийском и Северном морях. Средиземноморская торговля объединяла Испанию, Францию и Италию, которые торговали между со­бой, а также с Византией и Востоком. Наибольшее влияние в этой торговле имели купцы Генуи и Венеции, Марселя и Бар­селоны. С Востока везли в Европу предметы роскоши, вино, пряности, фрукты.

В торговле по Северному и Балтийскому морям участвовали северогерманские города, Нидерланды, скандинавские страны, северная Франция, Англия, западные земли Русского государ­ства (Новгород, Полоцк, Псков).

Торговля в Европе в XII—XV вв. была делом сложным и опасным. Купцы подвергались нападениям. На морях это пира­ты, на суше — рыца­ри и крупные феода­лы. Поэтому купцы отдельных городов объединялись в сою­зы-гильдии для обес­печения безопасности и установления мо­нополии оптовой торговли. В середине XIV в. был образован союз северных городов — Ганза, который объединял более 70 городов Европы. Ганзейские купцы везли из Северной и Восточной Европы хлеб, рыбу, мед, пеньку, строевой лес, смолу, деготь, меха в обмен на сукно из Англии и Фландрии, немецкие металлические изделия, французские вина и товары Леванта.

Венеция и Генуя вели торговлю с Востоком через гавани Сирии и Египта, куда привозились товары из Китая и Индии. Они основали фактории в Феодосии и Азове, ставшие центра­ми торговли с Россией и Польшей. Венецианцы и генуэзцы привозили сукно и другие изделия, покупали русские, восточ­ные товары и рабов.

Товары северного и южного потоков встречались на ярмарках в центрах международной торговли. Ярмарки были наиболее рас­пространенной формой средневековой международной торговли. В XIII—XIV вв. самым оживленным местом торговли было граф­ство Шампань (Франция), где ярмарки проходили круглый год. Во второй половине XIV в. ярмарочные центры переместились в Ли­он и Женеву. В Германии ярмарки проводились во Франкфурте-на-Майне и в Лейпциге. В XV в. центром ярмарочной торговли в Европе стал город Брюгге во Фландрии.

В период феодальной раздробленности отсутствовала единая денежная система. Деньги чеканили не только короли, но и феодалы, епископы, крупные города. Такое положение служило серьезным препятствием в развитии внутренней и особенно международной торговли. Торговцы были вынуждены пользо­ваться услугами менял, которые по сути выполняли банковские операции. Они хорошо ориентировались в денежных системах и обменивали одни деньги на другие, брали на сохранение сво­бодные капиталы купцов, а в нужное время предоставляли им кредит. Меняльные конторы назывались банками, а их хозяева — банкирами. Первые банкирские конторы появились в городах Ломбардии и Средней Италии. В XV в. в Италии появились первые ломбарды, которые выдавали ссуды под залог вещей, взимая за это небольшой процент. Банкиры и ростовщики рас­полагали крупными денежными суммами. Но нередко короли и феодалы отказывались платить по займам, что приводило к ра­зорению многих банкирских домов.

Христианская церковь запрещала своим прихожанам зани­маться ростовщичеством. Поэтому, как правило, банкирами-ростовщиками были евреи.

Период позднего феодализма (конец XV — середина XVII вв.)

В недрах феодального общества зарождаются и укрепляются капиталистические отношения, четко обозначившие противоречия феодальной системы.

В процессе первоначального накопления капитала происходила ликвидация системы поземельной и личной зависимости крестьянства. Феодальная собственность на землю перерастала в капиталистическую. В этих условиях заканчивается процесс экономической и политической централизации государств в рамках абсолютизма.

В XVI—XVII вв. в передовых странах Европы происходило значительное развитие техники, научных знаний, были достигнуты большие успехи в производстве.

Рост производства, географические открытия приводят к расширению торговых связей, росту внутреннего и внешнего рынка, возникновению мирового рынка.

И в промышленном производстве, и в сельском хозяйстве

возникают предприятия нового типа — капиталистические мануфактуры, использующие наемный труд. Лидерами промышленного развития в этот период становятся Нидерланды и Англия.

В земледелии в XVI в, капитализм распространялся значительно медленнее, чем о

промышленности. Наиболее активно этот отношений процесс проходил в Англии и Нидерландах. Английские дворяне и буржуа, скупив секуляризованные. У монастырей земли и согнав с них крестьян-держателей, заводили крупные овцеводческие или земледельческие хозяйства с применением наемного труда сельских батраков.

Землевладельцы предпочитали сдавать землю в аренду, что приносило им больший доход. Сначала это была издольная аренда, когда земельный собственник предоставлял арендатору не только земельный участок, но часто посевной материал, инвентарь и жилье, получая долю урожая.

Разновидностью издольщины была испольщина: обе стороны несли равные затраты и делили поровну доходы. Испольщина и издольщина не были еще в полном смысле капиталистической арендой. Такой характер приобрело фермерство. Фермер арендовал большой участок земли, обрабатывал его с помощью наемной рабочей силы. В этом случае выплачиваемая земельному собственнику рента представляла лишь часть прибавочной стоимости, произведенной наемными работниками.

Фермерство распространилось в Англии, Нидерландах и Северной Франции. На большей части Франции сохранялась феодальная форма держаний — цензива; на юге страны в той или иной степени развивалась издольщина.

Развитие промышленности и увеличение спроса на сельскохозяйственные продукты способствовали росту сельскохозяйственного производства, его товарности. В то же время заметного прогресса в сельскохозяйственном производстве не наблюдалось. Техническая база аграрного производства оставалась прежней.

Основными орудиями сельскохозяйственного производства по-прежнему были плуг, борона, коса, серп. Со второй половины XV в. в некоторых странах начал применяться легкий плуг, в который впрягали одну-две лошади. За счет мелиорации заболоченных и засушливых участков увеличивались площади культивируемых земель. Улучшалась агротехника. Все шире практиковалось удобрение почвы навозом, торфом, золой, мергелевание и др. Наряду с трехпольем местами появились многополье и травосеяние. Возрастала урожайность. Получают Дальнейшее распространение огородничество и садоводство, виноградарство.

Развивалось скотоводство. В Нидерландах, Англии и Германии практиковался стойловый откорм скота, улучшалась его породность. Обозначилась отраслевая специализация. Так, в Голландии с коммерческой целью разводили молочный скот, в Кастилии (Испания) было распространено тонкорунное овцеводство, ориентированное на вывоз шерсти за границу.

В XVI—XVII вв. значительное развитие техники и научных знаний в странах Западной Европы было обусловлено влиянием многих факторов.

С образованием абсолютистских монархий шел процесс военной реорганизации — создавались постоянные армии. Это повышало потребность в металле для орудий, сукне — для солдатской одежды, продовольствии. Отток рабочей силы из хозяйства в наемные армии, которые участвовали в непрерывных войнах, приводил к безвозвратной утрате рабочих рук для экономики. Поэтому появление новых прогрессивных технологий и инструментов имело колоссальное значение для средневековой экономики.

В сельском хозяйстве, с переходом к натуральной и денежной ренте, ослаблением крепостной зависимости у крестьян появляются возможность и стимулы к увеличению производительности труда. Наконец, общий рост населения способствовал увеличению спроса на продукты питания и ремесленного производства.

Основными видами энергии, приводящими в движение механизмы, являлись труд человека, сила животных, воды и ветра. В промышленности в качестве энергетической силы все шире применялось водяное колесо. С XIII в. стали применять верхнебойное колесо, имевшее большую мощность вращения. Водяные и ветряные механизмы использовались в разных отраслях промышленности — сукноделии, горнорудном, металлургическом и бумажном производстве.

Возросшая потребность в черных металлах вела к увеличению добычи руды и производства чугуна, железа и стали. В XV в. начали делать глубокие шахты со штреками — расходящимися в разные стороны ответвлениями — и штольни — горизонтальные и наклонные выходы для добычи руд в горах. Появились насосы для откачки воды из шахт.

Ручные мехи заменялись механическими, работавшими от водяного колеса. В XIV в. кричный горн заменяется небольшими доменными печами, позволившими получать чугун. При повторном нагревании с древесным углем чугун превращался в сталь. К середине XV и. размеры домен возросли, и был открыт так называемый переделочный процесс, ставший основой современной черной металлургии.

В качестве топлива использовали древесину, древесный и каменный уголь, торф. В металлургии в основном использовался древесный уголь, а с XV в. — каменный уголь. Для дробления и измельчения руды стали применять работавшие на водной энергии ступенчатый вал, а при ковке металла — тяжелый механический молот; в металлообработке — простейшие токарные, сверлильные, прокатные, волочильные и другие станки.

Уже в XIV—XV вв. в сукноделии вертикальные ткацкие станки уступают место более совершенным и производительным — горизонтальным. Начинают вырабатывать тонкие шерстяные, шелковые и хлопчатобумажные ткани, окрашенные в разные цвета. Усовершенствовалось прядение. В XV в. появилась самопрялка, выполнявшая две операции — прядение и наматывание нити.

В середине XV в. было изобретено книгопечатание, и получила развитие новая отрасль производства — типографское дело.

С XII в. были известны механические часы с пружиной и маятником. В XV в. появились портативные карманные часы.

В связи с усложнением технологии в производстве происходят углубление специализации, растет техническая квалификация работников, появляются новые профессии. В XVI в. насчитывалось более 100 основных отраслей ремесла, в XVIII в. —около 250. Межотраслевое и внутриотраслевое разделение труда становится важным фактором развития производительных сил.

Большие успехи были достигнуты в судостроении и мореходстве. Увеличились размеры судов, и улучшилась их техническая оснастка. Стали строиться каравеллы. В XV в. преобладали суда грузоподъемностью от 50 до 200 т, а в XVI в. — грузоподъемностью от 500 до 2000 т. Более подробными стали карты, совершенствовались навигационные приборы. В результате резко возросли морские перевозки.

Ликвидация феодальных отношений и становление капиталистического способа производства были значительно ускорены в процессе так называемого первоначального накопления капитала.

Первоначальное накопление — это исторический процесс насильственного отделения непосредственного производителя от средств производства. Основу этого процесса повсеместно составляли обезземеливание крестьянства (в наиболее завершенном виде оно проходило в Англии), а также разорение мелких городских и сельских ремесленников.

Параллельно шло формирование капиталистических предпринимателей: ими становились в основном купцы, скупщики, ростовщики, цеховые мастера, дворянство, государственные чиновники.

Оставшаяся без средств производства и существования значительная часть населения превратилась в наемных рабочих. Поскольку зарождавшиеся капиталистические предприятия не могли сразу востребовать всю массу экспроприированных, повсеместным становится бродяжничество. С целью его пресечения, начиная с XVI в. в Англии, Испании, Нидерландах, во Франции и других странах издавались жестокие законы.

Таким образом, результатом первоначального накопления капитала становится, с одной стороны, создание армии наемных рабочих, а с другой — образование капиталистических предпринимателей, в руках которых сосредоточивались материальные ресурсы, необходимые для организации капиталистического производства. Вместо феодальной создавалась буржуазная собственность.

Основными источниками первоначального накопления капитала являлись:

1) колониальный грабеж: и колониальная торговля, включая

торговлю рабами, развернувшиеся после Великих географических открытий. Первыми здесь были испанские и португальские конкистадоры и купцы. Вслед за ними в колонии двинулись голландские и английские купцы;

2) торговые войны, займы коронованным особам и государственные долги;

3)«революция цен», охватившая сначала Испанию и Португалию, а затем Францию, Англию, Нидерланды и почти все другие страны Европы в XVI в. под влиянием ввоза большого количества драгоценных металлов — золота и серебра, добытых дешевым трудом рабов в колониях.

Важное значение в процессе образования капиталистического производства имела политика меркантилизма, проводимая феодальным государством, реализацией которой стала система протекционизма. Феодальное государство нуждалось в развитии ряда отраслей производства (в первую очередь связанных со снабжением армии), кроме того, оно получало значительные доходы в виде таможенных сборов. Поэтому с целью создания благоприятных условий для развития национальной Промышленности многие европейские государства стали вводить высокие пошлины на ввозимые готовые изделия, оказывать купцам и предпринимателям всевозможные льготы.

Следует отметить, что формы насильственного отрыва работника от принадлежащих ему средств производства, а также источники и методы первоначального накопления капитала в разных странах были различными и проходили в разное время, а также имели свои специфические особенности.

Что такое родовая община?

Самые ранние формы объединения предков современного человёка архоантропов и палеоантропов были связаны с неупорядоченными (временными) семейно-родовыми связями, с необходимостью защиты от внешней среды и совместного добывания пищи. Такими формами могли быть и отдельные «семьи», но наиболее известны группы, образующие первобытное стадо, возникшее уже среди охотников донеандертальской, олдувайской культуры (около 2 млн. лет назад). Эти формы связаны лишь с применением примитивных орудий, которыми служили грубо обработанные палки, колья, камни. Только спустя тысячелетия первобытные люди научились делать своими руками более совершенные орудия палеолитической культуры (древнего каменного века): грубо обработанные каменные копья, топоры, скребки, костяные и каменные «крючки» для рыбной ловли, стали добывать огонь, строить примитивные жилища. В это время возникают более устойчивые формы общего труда и тесных связей первобытных людей, появляется первобытная родовая община, ставшая основной общественной ячейкой первобытного человека. Прежние «дородовые» объединения не были устойчивыми, не могли обеспечить условий сохранения и развития человека как биологического вида. Изготовление и совершенствование орудий труда требовало развития не только инстинктов, но и памяти, навыков сознания, членораздельной речи, закрепления и передачи их последующим поколениям. Преемственность поколений не могла быть осознана и закреплена без объединения рода как наиболее устойчивой формы естественной связи между предками и потомками первобытного человека. Кровно-родственная организация соответствовала и потребности здорового физического развития человека, поскольку кровосмешение не давало здорового потомства. Установление экзогамии (брачных отношений только между представителями разных родов) явилось поэтому одной из важнейших закономерностей эволюции человечества.Большое значение имел род как устойчивая форма общежития и для развития первобытного производства, его материальной культуры. Экономика первобытной общины базировалась на низком уровне развития производительных сил. В эпоху палеолита и мезолита (среднего каменного века) хозяйство родового строя было добывающим, то есть получающим готовый продукт от дикой природы благодаря охоте, собирательству плодов, рыбной ловле. Лишь на позднейших этапах родового строя появляются зачатки мотыжного земледелия. Такое хозяйство могло обеспечить только минимальные потребности родовой общины, зачастую при максимальном напряжении объединенных усилий. Все члены родовой общины, не исключая и подростков, должны были трудиться на общее благо, коллективно защищать интересы своего рода. Полученный продукт, добытый охотой и рыбной ловлей, собирательством плодов, составлял общую собственность общины и делился среди членов рода поровну, с учетом заслуг каждого охотника, добытчика первобытного хозяйства. Однако прибавочного, избыточного продукта такое хозяйство, как правило, не приносило. Возникший кровно-родственный принцип объединения первобытной общины был в те времена единственно возможной, естественной формой связи людей. Происхождение ребенка от матери было наиболее очевидным признаком родовой связи, а забота о детях, домашнем очаге возвышала роль женщины в роде. К тому же собирание плодов, а затем и мотыжное земледелие, которым занимались женщины, давало постоянный, хотя и более скромный, доход, нежели охота мужчин, не всегда удачная. Поэтому в первобытной общине роль женщины часто бывала ведущей, а род у многих предков современных народов строился на основе матриархата. Известны, однако, и древние патриархальные роды (например, в Древнем Египте, Иудее, Индии, у скифов и восточных славян).Другой закономерностью является и тот факт, что родовая община сохраняла свою роль не только в глубокой древности, но и на последующих ступенях развития цивилизации в период становления раннефеодальных государств у древних германцев. англосаксов, славянских народов, а также в период развития раннеклассовых государств Месоамерики в первом тысячелетии н.э. Таким образом, род (первобытная родовая община) представлял собой первичную ячейку организации первобытно-общинного строя, объединяемую кровным родством, совместным коллективным трудом, общей собственностью на продукты производства и проистекающими из этих условий равенством социального положения, единством интересов и сплоченностью членов рода.

Общая собственность на продукты производства и социальное единство внутри родовой общины .порождали и соответственные им формы организации общественной власти и управления делами общины. В осуществлении общественной власти участвовали все взрослые члены рода, как мужчины, так и женщины. Все важные общие дела, касающиеся всего рода, решались общим собранием. Собрание избирало старейшину, военных вождей, предводителей охоты, которые управляли повседневной жизнью .родовой общины. Для решения особо важных дел собирался совет старейшин, вождей. Власть старейшин и вождей базировалась исключительно на авторитете, на глубоком уважении членов рода к старшим, их опыту, мудрости, храбрости охотников, воинов. Споры между членами общины разрешались теми, кого они касались. Принуждение было сравнительно редким явлением. Оно состояло, как правило, в наложении обязанностей за провинность, крайней формой было изгнание из общины. В подавляющем большинстве случаев достаточно было простого осуждения сородичей, порицания старших, в особенности вождей, старейшин. Род давал защиту всем своим членам от внешних врагов как своей военной силой, так и глубоко укоренившимся обычаем кровной мести за смерть сородича. Все эти функции общественной власти не требовали существования особого аппарата управления. Они осуществлялись самими членами рода. Не было и особого аппарата принуждения, ведения войн. Вооруженную силу составляли все мужчины, способные носить оружие. Все это позволяет характеризовать общественную власть при родовом строе как первобытную общинную демократию, не знавшую ни каких-либо имущественных, сословных, кастовых или классовых различий, ни государственно-политических форм. По современной этнографической терминологии это было потестарное правление (лат. poteslas власть), но еще не политическая власть. Огромную роль в родовой общине играли обычаи, с помощью которых регулировалась жизнедеятельность рода и его членов. В формировании и поддержании обычаев большое значение имели религиозные, мистические представления первобытных людей. В них тесно переплетались мистификация сил природы в виде грозных, могущественных духов и культ духа предков, от которых -проистекали обычаи-рода. В обычаях содержались непререкаемые запреты (табу) или ритуальные действия, а также мифы, создававшие образцы для подражания героям, защитникам рода, верным хранителям очага, традиций и долга продолжения рода.На основе генетических связей и языческих культов соблюдение обычаев становилось прочной привычкой, органической потребностью каждого члена рода. Непререкаемость обычая опиралась на кровную связь и общность интересов членов родовой общины, равенство их положения, отсутствие непримиримых противоречий между ними. В .обычаях родового строя не было еще видового различия традиционных, нравственных религиозных и правовых норм, как это имеет место в более развитых цивилизованных .обществах. Обычаи носили синкретический (слитный, нерасчленный) характер первоначальных императивов. В современной исторической пауке к этнографии нормы первобытного общества получили название «мононорм», специфичных для этого периода истории человечества.На поздних стадиях существования родового строя начался процесс отпочкования новых родовых общин от первоначальных, происходило деление крупных родов на мелкие роды или большие семьи. Связи между ними сохранялись в. виде более крупных образований братств (фратрий) и племен. Развитие племенных объединений совпало с началом разложения первобытно-общинного строя. Тем не менее племена и братства еще долгое время сохраняли черты родоплеменной организации. Племя, как правило, имело свою территорию, свое имя, язык или диалект однородной основы с языком объединившихся племен, общие для племени религиозные и бытовые обряды. Организация племенной власти основывалась на началах родоплеменной демократии: племенной совет, состоявший из верховных вождей (старейшин) родов, входящих в состав племени, и военного вождя племени. Все они избирались соплеменниками. Деятельность племенных органов содействовала расширению связей между родами и братствами, урегулированию межродовых конфликтов, отношений с другими племенами. Основные распределительные, брачно-семейные и другие внутриродовые отношения продолжали оставаться в ведении органов родовой общины. По мере развития производительных сил центр тяжести власти перемещался к племенным органам, сфера регулирования дел племенными нормами постепенно расширялась.

Что такое мануфактура?

В период развитого феодализма появляется новая форма организации производства – мануфактура, что в переводе с латинского означает «ручное производство». Мануфактура — капиталистическое предприятие, где использовались те же орудия труда, что и в ремесленном. Но здесь уже имелось разделение труда. Рабочие выполняли лишь отдельные операции, и это способствовало значительному повышению производительности труда. Детализация операций и совершенствование ручного инструмента в мануфактуре достигали такой высокой степени, что подводили к созданию рабочего механизма машины, а тем самым и к машинному производству. В мануфактурах использовался наемный труд. Она была свободна от цеховых ограничений и регламентов, что также способствовало развитию производства. Организаторами мануфактур были лица, владевшие необходимыми денежными средствами, — купцы, ростовщики.

Существовали три основных типа мануфактур — централизованная, рассеянная и смешанная.

Централизованная мануфактура — это крупное капиталистическое предприятие, в котором были заняты десятки, а то и сотни рабочих. Этот тип мануфактуры был распространен пре-. Жце всего в таких отраслях производства, где технологический процесс предполагал совместный труд большого числа рабочих, Выполнявших различные операции (текстильные, горнорудные, Металлургические, полиграфические предприятия, сахароварение, бумажное, фарфорофаянсовое производство и др.). Хозяевами централизованных мануфактур были большей частью разбогатевшие купцы и гораздо реже — бывшие цеховые мастера, крупные централизованные мануфактуры создавались также Государством, например, во Франции.

Рассеянная мануфактура представляла собой такой тип предприятия, где купец-предприниматель использовал труд мелких ремесленников-надомников, снабжая их сырьем и сбывая производимые ими изделия. Этот тип мануфактуры больше всего был распространен в текстильном деле в тех местах, где не действовали цеховые ограничения. Часто первичную обработку выполняли надомники (например, прядение), после чего в мастерской мануфактурного типа производились наиболее ответственные операции, например, крашение и отделка готовых тканей. Это был тип смешанной мануфактуры.

Мануфактуры возникли в Европе в XIV—XVI вв., в городах-республиках Италии, а затем в Нидерландах, Англии, Франции и других странах. Во Флоренции это были шерстоткацкие и сукнодельческие мастерские, в Венеции и Генуе — судостроительные, в Тоскане и Ломбардии — горнодобывающие, медные и серебряные рудники.

Однако в городах-республиках Италии мануфактуры не оформились в систему капиталистического производства. В Англии мануфактуры производили шерстяные ткани, обувь, металлические изделия (иголки, ножи, замки, проволоку). Крупные мануфактуры существовали в судостроении, несколько позднее — в горнодобывающей промышленности (добыча каменного угля, железной руды, олова, свинца) и металлургии. Значительная часть изделий производилась на экспорт.

В период разложения феодализма изменилась форма феодального государства — сословная монархия в большинстве европейских стран уступала место абсолютизму.

Королевская власть усилилась до такой степени, что смогла подчинить своему господству феодальную аристократию и править страной с помощью бюрократического аппарата. Сословно-представительные органы потеряли свое значение. Законодательство, налоги, внешняя политика стали прерогативой центральной власти.

В распоряжении абсолютистских монархий оказались огромные финансовые средства, получаемые от обложения налогами крестьян, городского населения и в том числе буржуазии. Это давало королю возможность содержать чиновничий аппарат, постоянную армию.

Социальной основой абсолютистской монархии являлось дворянство, интересы которого она защищала. Однако Феодальная знать не хотела допустить чрезмерного усиления королевской власти и ее бюрократического аппарата. Монархия нашла поддержку в оппозиционной феодалам политической силе ; — зарождающейся буржуазии. Буржуазия давала государственной власти кадры чиновной бюрократии и предоставляла ей финансовые средства взамен тех больших благ, которые она получала от протекционистской и меркантилистской политики абсолютизма.

В Англии и Франции, ставших уже в XVI в. централизованными национальными государствами, абсолютизм сыграл положительную роль в развитии национальной промышленности |и торговли, а также в завершении политической централизации. В Испании, например, где зарождавшийся капиталистический уклад был крайне слаб и политическое объединение страны далеко не завершено, абсолютизм не смог решить подобных. С задач в области хозяйственного развития и национально-территориального сплочения. В Германии и Италии абсолютизм смог утвердиться только в пределах отдельных территориальных образований, создавая преграды на пути национального объединения и экономического развития стран. Такая форма государственного устройства недолго играла у исторически прогрессивную роль. Когда буржуазия окрепла и начала заявлять притязания на политическую власть, абсолютизм перешел к политике подавления и ограбления буржуазии. В свою очередь буржуазия, выражавшая интересы прогрессивных слоев общества, повела открытую борьбу против абсолютизма и сил феодальной реакции. Этот непримиримый конфликт нашел свое разрешение в буржуазных революциях.

Вторая научно-техническая

революция и развитие мировых производительных сил (конец XIX — начало XX вв.)

Развитие мировых производительных сил в конце XIX—начале XX вв. происходило необычайно высокими темпами (так, суммарная выплавка стали с 1870 по 1900 гг. возросла в 20 раз), вследствие чего увеличился объем мирового промышленного производства. Количественные изменения сопровождались бурным развитием техники, новшества которой охватывали различные сферы производства, транспорта, быта. Радикальные изменения произошли в организации промышленного производства, его технологии. Возникло много новых отраслей промышленности, которых мир ранее не знал. Произошли существенные сдвиги в размещении производительных сил как между странами, так и внутри отдельных государств.

Такой скачок в развитии мирового промышленного потенциала связан с произошедшей в рассматриваемый период научно-технической, революции.

К рубежу XIX—XX вв. кардинально и

изменились основы научного мышления; переживает

расцвет естествознание, идет создание единой системы я

Этому способствовало открытие электрона и радиоактивности.

Произошла новая научная революция, начавшаяся в физике и охватившая все основные отрасли науки. Ее представляют М. Планк, создавший квантовую теорию, и А. Эйнштейн, создавший теорию относительности, ознаменовавшие прорыв в область микромира.

В конце XIX—начале XX вв. связь науки с производством более прочный и систематический характер; устанавливается тесная взаимосвязь науки с техникой, обусловливающая постепенное превращение науки в непосредственную производительную силу общества. Если до конца XIX в. наука оставалась эй» (в этой сфере было занято небольшое число людей то на XX в. способ организации науки изменился — возникли крупные научные институты, лаборатории, оснащенные мощной ческой базой. «Малая» наука превращается в «большую» — численность занятых в этой сфере увеличилась, возникли специальные звенья научно-исследовательской деятельности, задачей которых стало скорейшее доведение теоретических решений до технического воплощения, в их числе — опытно-конструкторские производственные исследования, технологические, опытно-экспериментальные и др.

Процесс революционных преобразований в области науки затем технику и технологию.

На основе электричества была создана новая энергетическая основа промышленности и транспорта, т.е. решена крупная техническая проблема. В г. в Германии В. Сименс электромагнитный гене-с самовозбуждением, который при помощи вращения проводника в магнитном поле можно получать и вырабатывать Рический ток. В 70-е гг. изобретена динамо-машина, можно было использовать не только как генератор энергии, но и как двигатель, превращающий электрическую энергию кую энергию в механическую. В 1883 г. Т. Эдисон (США) соз­дал первый современный генератор. Следующая успешно решенная задача — передача электроэнергии по проводам на зна­чительные расстояния (в 1891 г. Эдисоном создан трансформа­тор). Таким образом, сложилась современная техническая цепь: получение — передача — прием электроэнергии, благодаря че­му промышленные предприятия могли размещаться вдали от энергетических баз. Производство электроэнергии было организо­вано на особых предприятиях — электростанциях.

Сначала электроэнергия к рабочим местам направлялась по электроприводу, который был общим для всего машинного комплекса. Затем он стал групповым и, наконец, индивидуаль­ным. С этого момента каждая машина имела отдельный двига­тель. Оборудование машин электродвигателями увеличило ско­рость станков, повысило производительность труда и создало предпосылки для последующей автоматизации производствен­ного процесса.

Поскольку потребность в электроэнергии неуклонно росла, техническая мысль была занята поисками новых типов первич­ных двигателей: более мощных, более быстроходных, компакт­ных, экономичных. Самым удачным изобретением стала мно­гоступенчатая паровая турбина английского инженера Ч. Парсонса (1884), сыгравшая значительную роль в развитии энергети­ки — она позволяла во много раз повысить скорость вращения.

Наряду с тепловыми турбинами шли разработки гидравличе­ских турбин; впервые они были установлены на Ниагарской гидроэлектростанции в 1896 г., одной из крупнейших электро­станций того времени.

Особенное значение получили двигатели внутреннего сгора­ния. Модели таких двигателей, работавших на жидком горючем (бензине), создали в середине 80-х годов немецкие инженеры Г. Даймлер и К. Бенц. Эти двигатели использовались моторным безрельсовым транспортом.

В 1896—1987 гг. немецкий инженер Р. Дизель изобрел двигатель внутреннего сгорания с большим коэффициентом по­лезного действия. Затем он был приспособлен к работе на тя­желом жидком топливе и получил исключительно широкое применение во всех отраслях промышленности и транспорта-1906 г. в США появились тракторы с двигателями внутреннего сгорания. Применение их в сельском хозяйстве началось с 1907 г.

Одной из ведущих отраслей становится электротехника, развиваются её подотрасли. Так, получает широкое распространение электрическое освещение, вызванное строительством крупных промышленных предприятий, ростом больших городов, увеличившимся производством электроэнергии.

Изобретение лампы накаливания принадлежит русским ученым А.Н.Лодыгину (лампа накаливания с угольным стержнем в стеклянной колбе, 1873) и П.Н.Яблочкову (конструкция электродуговой лампы, 1875)

07 г. Массовое производство тракторов было освоено в Первой мировой войны.

В 1879 г. американский изобретатель Т. Эдисон предложил вакуумную лампу накаливания угольной нитью. В последующем в конструкцию ламп накаливания изобретателями различных стран вносились улучшения. Так, А. Н. Лодыгиным были разработаны лампы с металлическими нитями, в том числе с вольфрамовыми, применяемыми и сейчас. Хотя во многих странах мира еще долгое время сохранялось газовое освещение, но оно уже не могло противостоять распространению электрических осветительных систем.

Вторая НТР — это период широкого развития и такой отрасли электротехники, как техника средств связи. В конце XIX в. существенно усовершенствована аппаратура проволочного телефона, а к началу 80-х были выполнены большие работы по конструированию и практическому применению телефонной аппаратуры. Изобретатель телефона — американец А. Г. Белл, получивший первый патент в 1876 г. Микрофон, отсутствовал в аппарате Белла, был изобретен Т. Эдисоном и независимо от него англичанином Д. Юзом. Благодаря микрофону увеличивался радиус действия телефонного аппарата. Телефонная связь стала быстро распространяться во всех странах мира, первая телефонная станция в США была построена в 1877 г.

Через два года введена в строй телефонная станция в ; Париже, в 1881 г. — в Бер­лине, Петербурге, Москве, Одессе, Риге и Варшаве. Авто­матическая телефонная станция запатентована американцем А. Б. Строуджером в 1889 г.

Одно из важнейших дос­тижений второй НТР — изо­бретение радио — беспрово­лочной электросвязи, осно­ванной на использовании электромагнитных волн (ра­диоволн). Эти волны были впервые обнаружены немец­ким физиком Г. Герцем. Практическое создание такой связи осуществил выдающийся русский учёный А.С.Попов.

Итальянский инженер Г. Маркони в 1896 г. запатентовал способ передачи электрических импульсов без проводов. Зна­чительная материальная поддержка английских капиталистиче­ских кругов позволила ему в 1899 г. осуществить передачи через Ла-Манш, а в 1901 г. — через Атлантический океан.

В начале XX в. родилась еще одна отрасль электротехники — электроника. В 1904 г. английским ученым Дж. А. Флемингом была разработана двухэлектродная лампа (диод), которая могла использоваться для преобразования частот электрических коле­баний. В 1907 г. американский конструктор Ли де Форест предложил трехэлектродную лампу (триод), с помощью которой можно было не только преобразовывать частоту электрических колебаний, но и усиливать слабые колебания. Начало промышленной электроники было положено введением ртутных выпрямителей для преобразования переменного тока в постоянный.

Таким образом, промышленное применение электрической энергии, строительство электростанций, расширение электрического освещения городов, развитие телефонной связи и тд. обусловили быстрое развитие электротехнической промышленности.

Вторая НТР знаменовалась не только созда­нием новых отраслей, но и затронула старые отрасли промышленности, прежде всего металлургию. Быстрое развитие производительных сил — машиностроения, судостроения, военного производства, железнодорожного транспорт-— предъявляло спрос на черные металлы. В металлургии родились технические новшества, техника металлургии дос­ола огромных успехов. Значительно изменились конструкции и увеличились объемы доменных печей. Были внедрены новые способы производства стали за счет передела чугуна в конверторе под сильным дутьем (Г. Бессемер, Англия, патент 1856) и _ специальной печи — литой стали (П. Мартен, Франция, 11864). Английский металлург С. Томас в 1878 г. предложил для I выплавки стали применять железную руду с большими применение фосфора. Этот метод позволял освобождать металл от примесей серы и фосфора.

В 80-х годах введен электролитический способ получения кия, позволивший развивать цветную металлургию. Электролитический метод был также использован для получения меди (1878). Эти методы составили основу современного сталелитейного производства, хотя томасовский метод во второй половине XX в. [ вытеснен кислородно-конверторным процессом.

Важнейшим направлением второй НТР стал транспорт — появились новые виды транспорта и совершенствовались существовавшие средства сообщения.

Такие потребности практики, как рост объемов и скорости « Ревозок, способствовали совершенствованию железнодорож-Р5?й техники. В последние десятилетия XIX в. завершился переход к стальным железнодорожным рельсам. Все более широко применялась сталь при строительстве мостов. «Эру стальных мостов» открыл арочный мост, построенный в США в 1874 г. *Рез р. Миссисипи у города Сент-Луис. Его автор — Дж. Иде. Проезжую часть висячего Бруклинского моста (около Нью-Йорка) с центральным пролетом в 486 м поддерживали стальные канаты. Холл-Гейтский арочный мост в Нью-Йорке сооружен в 1917 г. полностью из лигированной стали.

Развивался флот. С 60-х годов на морских судах стали при­нять поршневые паровые машины с многократным расширением пара. В 1894—1895 гг. были проведены первые опыты замене поршневых двигателей паровыми турбинами. Стремись также к увеличению мощности и скорости морских и неких паровых судов: пересечение Атлантического океана по возможным. теперь за семь—пять дней. Приступили к строительству судов с двигателями внутреннего сгорания — теплоходов. Первый теплоход — нефтеналивное судно «Вандал» было построено русскими конструкторами в 1903 г. В Западной Европе строительство теплоходов началось с 1912 г. Крупным событием в развитии морского транспорта было сооружение в 1914 г. Панамского канала, имевшего не только экономи­мое, но и политическое и военное значение.

Новый вид транспорта, родившийся в эпоху второй НТР, — автомобильный. Первые автомобили были сконструированы инженерами К. Бенцем и Г. Даймлером. Промышленное производство автомобилей началось с 90-х годов, причем в нескольких странах. Способствовало успеху автомобилей сретение в 1895 г. ирландским инженером Дж. Дэнлопом резиновых шин.

Новый вид транспорта рубежа XIX и XX вв. — воздушный. Он подразделяется на аппараты легче воздуха — дирижабли и тяжелее воздуха — самолеты (аэропланы). В 1896 г. немецкий конструктор Г. Зельферт применил для дирижаблей двигатель внутреннего сгорания, работавший на жидком топливе, что способствовало развитию дирижаблестроения во многих стра­нах. Но решающую роль в развитии воздушного транспорта сыграли самолеты.

Таким образом, в результате произошедших изменений в технике и технологии производства и развитии производительных сил, вызванных второй НТР, были созданы материальные предпосылки для образования монополий и перехода капитализма от промышленной стадии и свободной конкуренции к монополистической стадии.

На этом этапе ведущее место в мире по промышленному развитию занимают молодые капиталистические страны – США и Германия, значительно продвигается Япония, тогда как бывшие лидеры – Англия и Франция отстают. Центр мирового экономического развития при переходе к монополистической стадии капитализма перемещается из Европы в Северную Америку. Первой державой мира по экономическому развитию стали Соединенные Штаты Америки.

Список литературы:

1.Экономическая история зарубежных стран. / Под общ.ред. В.И.Голубовича. – Минск, 1997.

2.История мировой экономики/Под ред. М.В.Конотопова, С.И.Сметанина. – М.,1997.

3.Першиц А.И. Периодизация первобытной истории (состояние проблемы) // Вопросы истории. 1980 №3

4. Черниловский З.М. Хрестоматия по всеобщей истории государства и права: Учебное пособие. М: Гардарика, 1996.

Иван IV – первый царь Всея Руси

Реферат выполнил: студент финансового факультета группы Ф-121 Гулев Олег

Мурманский Государственный Технический Университет

Комитет по рыболовству РФ

Кафедра истории и социологии

Мурманск 2002

Введение.

В нашей истории царствование царя Ивана Васильевича Грозного, составляющее половину лет XVI века, есть одна из самых важных эпох. Оно важно как по расширению русской территории, так и по крупным и знаменательным событиям и изменениям во внутренней жизни. Чтобы понять деятельность Ивана IV, надо, прежде всего, уяснить, какую страну он получил в наследство, когда в 1533 году трехлетним ребенком вступил на престол и стал государем великим князем Всея Руси.

Вначале XVI века Россия была большой страной, но все же в два раза меньше, чем в конце этого века1 . На западе пограничной зоной была Смоленская область, отвоеванная у Литовского княжества в 1514 году. На юго-западе – Колужская область; за ней простиралась степь, находившаяся под постоянной угрозой нападения крымского хана. На востоке границы России заканчивались Нижегородским и Рязанским уездами, граничившие с соседними ханствами: Казанским и Астраханским. Лишь северные рубежи страны были и остались неизменными и по сей день — доходили до Ледовитого океана. На северо-западе в руках России была часть Финского залива.

Тем самым очевидно, что в Восточной Европе возникло огромное государство, раскинувшееся на 2800 квадратных километров и с девяти миллионным населением. Это было единое централизованное государство, все города и земли которого подчинялись великому московскому князю. Коим и был в этот период Иван IV.

I. Становление личности царя.

Царь Иван родился в 1530 году. От природы он получил ум гибкий и бойкий, вдумчивый и немного насмешливый, настоящий великорусский, московский ум! Но в тех обстоятельствах, в котором протекало его детство был испорчен этот ум, дало ему неестественное и болезненное развитие. Иван рано осиротел — на четвертом году лишился отца, а на восьмом потерял мать. В душе его рано и глубоко врезалось и осталось на всю жизнь чувство сиротства, брошенности и одиночества. Как все люди, выросшие среди чужих людей, Иван рано усвоил привычку ходить оглядываясь и прислушиваясь. Это развило в нем подозрительность, которая с годами превратилась в глубокое недоверие к людям. В детстве ему часто приходилось испытывать равнодушие и пренебрежение со стороны окружающих. Сцены боярского своеволия и насилия, среди которых рос Иван, превратили его робость в нервную пугливость, из которой с годами развилась наклонность преувеличивать опасность, что заставляло его быть всегда настороже. Как все люди, слишком рано начавшие борьбу за существование, Иван преждевременно повзрослел.

 Когда Великому князю исполнилось 17 лет он собрал двор и объявил о своем намерении жениться, но еще до своей женитьбы он объявил им свое намерение венчаться на царство. Знатные сановники объехали всю Россию и предствавили лучших невест государю, он избрал из них юную Анастасию. Но не знатность, а личные достоинства невесты оправдывали его выбор. Современники приписывают ей все женские добродетели: целомудрие, смирение, набожность, чувствительность, благость, ум; не говоря уж о красоте.

В 1547 г. Грозный был официально коронован царем, первым официальным царем “Всея Руси”. Этому событию способствовали следующие причины: Во-первых, он формально объявил о своей независимости перед своим прежним сюзером – монгольским царем. Во-вторых, Византийская империя была разрушена турками, и, таким образом, греческий православный мир был без царя2 . Таким образом, Иван IV, не только имел право, но и был обязан принять титул царя, если он не хотел оставить православное общество без защитника. Если титул Великий князь мог восприниматься как первый среди равных, царь — резкое выделение из ряда, принципиально новый титул. Сам термин «царь» — от латинского «цезарь», который из личного имени Кай Юлий Цезарь превратился в императорский титул.

Важную роль играл царский титул в международных отношениях. Ведя переговоры с Казанским, Астраханским, Крымским ханствами русский государь выступал теперь с тем же титулом, что и его партнеры. В отношениях с Западной Европой слово «царь» переводили, как император или оставляли непереведенным, в то время как «великий князь» — это «принц», герцог. То есть, можно сделать вывод, что венчание на царство укрепляло авторитет Ивана IV и способствовало росту международного престижа Российского государства.

В этот период он любил показывать себя царем, но не в делах мудрого правления, а в наказаниях, в необузданности прихотей; играл, так сказать милостями и опалами; умножал число любимцев, еще более умножал число отверженных; своевольничал, чтобы доказать свою независимость; он не знал, что государь, истинно независимый, есть только государь добродетельный. Примером того может служить то, что 70 челобитников псковских пришли с жалобами, обвинениями на своего наместника князя Турунтая-Проньского. Государь не выслушал: закипел гневом; кричал и топал, лил на них горящее вино, палил им бороды и волосы, велел их раздеть и положить на землю. Они ждали смерти. В сию минуту царю донесли о падении большого колокола в Москве; он ускакал в столицу, и бедные псковитяне остались живы.

Под руководством высокообразованного для того времени  митрополита Макария, который, кстати, и возложил корону на царя, Иван IV получает хорошее образование. Он много читал, глубоко изучил историю Киевской Руси, Владимирского княжества и европейских государств. Иван IV рано понял, что многие князья и бояре не заинтересованы в укреплении единства России, а хотят остаться самовластными правителями в своих вотчинах. Он поставил своей целью упрочить централизованное Российское государство.

II. Программа внутренних реформ.

Особенно государственный  и  политический  талант Ивана Грозного раскрывают реформы 50-х годов XVI века. Важнейшей чертой  политической  истории  Русского государства 50-х годов являются многочисленные реформы,  направленные  на дальнейшее развитие и укрепление Русского централизованного государства.

В июне 1547 года в Москве вспыхнул сильный пожар. Он продолжался два дня, город почти полностью выгорел. В огне погибло около 4000 челок. Это привело к появлению слухов, о том, что пожар – дело рук Глинских. В результате 26 июня толпы народа двинулись в Кремль. На площади у Успенского собора собралось вече. Один из Глинских – Юрий – был убит. Дворы Глинских были разграблены.3 После московсого восстания произошли выступления в других городах. Все это потребовало от правительства принятие решительных мер по обеспечению порядка и укреплению власти. Первым шагом в этом стало образование особого совета – Избранная Рада.

2.1. Иван IV и Избранная рада.

Около 1549 года к власти пришла новая группировка под названием Избранная рада. Одним из видных деятелей, стоявших во главе Избранной рады был священник Селивестр и Алексей Федорович Адашев из рода не слишком знатного, но «доброго», он несомненно обладал умом и талантом, был суров и властен, отличался религиозностью и аскетизмом. Так же в него входили князья Курбский, Курлятев.

В этот период шла напряженная реформационная деятельность. Начали создаваться первые приказы — органы, которые управляли отдельными отраслями государственной жизни, в то время они назывались «избами».

Один из первых — Посольский приказ, который возглавил дьяк Иван Михайлович Висковитый — около 20 лет руководил внешней политикой.

В ведении Адашева была Челобитная изба. Это учреждение должно было принимать челобитные на имя царя и проводить по ним расследования. Это был высший контрольный орган. Поместный приказ ведал распределением поместий между служилыми людьми. Разрядный приказ был своего рода штабом вооруженных сил. Разбойный приказ занимался борьбой против «разбоев» и «лихих людей». Земской приказ управлял Москвой, отвечал за порядок в ней.4

В 1550 году был создан свод законов «Судебник», систематизированный и отредактированный, включающий все новое, что накопилось в судебной практике со времен введения старого Судебника в 1497 году (в нем впервые вводились наказания для взяточников). В более жестокой централизации нуждалось и церковь единого государства. Возникла необходимость унифицировать обряды, остававшиеся различными в разных землях. В 1551 году был созван церковный собор, вошедший в историю как Стоглавый, его решения были сведены в 100 глав. Кроме вышеизложенного целью было также улучшить нравы духовенства и поднять его авторитет.

Активную роль в этом соборе играл сам царь, решения собора даже озаглавлены «царские вопросы и соборные ответы о многоразличных церковных чинах»5 .

В 1555-1556 годах было принято «Уложение о службе», которое ввело точный порядок службы феодалов. Была установлена норма, с какого количества земли — поместья или вотчины должен выходить один воин на коне.

Согласно этой реформе власть на местах переходила в руки выборных из местного населения. Грамоты, которые волостям давали право управляться своими выборными, назывались «откупными”, волость известной суммой откупалась от наместников и волостелей. Правительство давало ей право откупаться вследствии ее просьбы, если же она не била челом, считала для себя невыгодным новый порядок — то оставалась при старом.

У Избранной Рады видимо не было тщательно разработанной программы действий, идеи рождались у правителей в самом процессе преобразований.

Не все Избранной Раде удалось осуществить. Вопрос о степени личного участия Ивана IV в правительственной деятельности 50-х годов остается открытым, ведь в официальных документах невозможно отделить то, что сделано самим Иваном от результатов деятельности советников. И, хотя, разойдясь с Избранной Радой, Иван IV обвинил ее в узурпации власти и отказался от осуществления части реформ, главным было то, что он призвал к правлению таких политиков, как Адашев и Селивестр и, видимо, подчинился их влиянию. Возможно не случайно, что от этих лет жизни грозного царя нет известий о вспышках гнева, казнях и т.д.

Но, тем не менее, разногласия и взаимные неудовольствия явились причиной логического завершения правления правительственного кружка Селивестра и Адашева. В 1560 году он был отстранен от власти, а сами его деятели оказались в опале. Значительное место придавалось и случайности: в 1553 году заболевает царь и ставиться вопрос о его приемнике. Иван Грозный хотел, чтоб бояре присягнули как наследнику трона его единственному сыну, которому в то время была около пяти месяцев. Среди приближенных начались разногласия, многие хотели видеть наследника престола старицкого князя Владимира Андреевича, и среди тех, кто поддерживал эту кандидатуру были и некоторые деятели Рады.

По прошествию некоторого времени этот инцидент был исчерпан, все присягнули младенцу, включая и самого старицкого князя, а сам младенец не дожил и до года. Но осадок остался даже по прошествию 12 лет; Иван Грозный писал: «Селивестр с Адашевым, забыв царские благодеяния, младенца нашего хотели погубить, воцарив князя Володимера». Когда пало правительство Избранной Рады, Селивестра постригли в монахи и отправили сначала в Кирилло-Белозерский, а затем в Соловецкий монастырь. Алексей Адашев и его брат Данило были посланы на службу в Ливонию, где шла война. Через некоторое время Алексея уж не было в живых, а Данило же был заключен в тюрьму и через два года казнен.6

Считалось, что расхождения между Иваном и Избранной Радой лежали в области внешней политики. Главное противоречие заключалось в том, что Рада выступала против Ливонской войны и «супротисловии». Адашев и Селивестр, умные и одаренные политики, могли после начала конфликта с Ливонией, когда стало ясно, что Великое княжество Ливонское и Польша будут в этой войне противниками России, убедиться в бесперспективности и советовать царю найти пути, чтобы с честью выйти из тяжелой ситуации. Чувство реальности не позволяло вести на юге прежнего восточного направления внешней политики. Селивестр и Адашев знали, что за спиной крымского ханства стояла могучая Османская империя. Только оборона,- никаких наступательных действий против Крыма,- этот вариант был единственно возможным.

Смерть царицы Анастасии также внесло свою лепту в разрыв с советниками. Иван Грозный прямо обвиняет вчерашних временщиков в убийстве. В плохих отношениях с деятелями Избранной Рады были и родственники Анастасии — Захарьины. Придворные ссоры между Захарьиными и временщиками после смерти царицы приобрели в глазах царя зловещий оттенок, он особенно охотно припоминал чужую вину.

Однако раздоры из-за Анастасии стали лишь последней каплей в разладе между царем и советниками. Именно охлаждение отношений заставило Ивана IV поверить вздорным обвинениям. Подоплека  конфликта заключался в том, что и Адашев и Селивестр и их сподвижники были людьми очень властными, с сильной волей. Но не менее властолюбив был и царь Иван. Должно быть, Адашев и Силивестр переоценили свое влияние на царя и не заметили того момента, с которого царь стал подчиняться им все с большей неохотой. И тогда привязанность царя к своим советникам превратилась в жгучую ненависть.

Ко всему этому структурные реформы, проводимые Избранной Радой, шли медленно, их плоды созревали не сразу. Нетерпеливому человеку, каким и был царь Иван, казалось, что результатов-то и нет, что ничего не сделано.

В сложившейся ситуации в России в XIV веке ускоренный путь централизации был возможен только с помощью террора. И прежде всего потому, что еще не был сформирован аппарат государственной власти. В годы правления Избранной Рады суд кормленщиков на местах был заменен управлением через выборных из местного населения, но выполняющие свои управительные обязанности, фактически на общественных началах, губные и земские старосты — это еще не аппарат власти. Центральная власть была слаба, не имела своих агентов на местах.7

Жестокость, террор — показатель слабости власти, ее неумения и неспособность добиться своих целей обычными путями, реформированием. Вместо длительной и сложной работы по созданию государственного аппарата царь Иван пытался пойти простым путем: «не делают — приказать», «не слушаются — казнить». Но этот путь террора был неприемлем для деятелей Избранной Рады.

Отсюда и вытекает сопротивление Сильвестра и Адашева тем или иным начинаниям царя и упорство в проведение в жизнь собственных предначертаний. Конфликт разрешился весьма просто – падением Избранной Рады в 1560 году.

2.2. Антибоярское направление реформ.

Провозглашая эти реформы, Ивана  IV изображал их как мероприятия,  цель которых заключалась в том,  чтобы ликвидировать последствия боярского правления  и  укрепить  экономические и политические позиции тех социальных групп,  чьи интересы оно выражало  и  на  которые опиралось, прежде всего это дворяне, помещики и верхи посада.

Начальным моментом проведения этих реформ стало выступление Ивана Грозного перед Боярской думой и “освященным собором” (т. е. высшими  представителями церкви). Эта речь носила программный характер и представляла собой декларацию, излагавшую основные принципы политики правительства;  давалась  резко  отрицательная оценка боярского правления как времени.  Основной вопрос,  рассматриваемый  в декларации Ивана IV, — это вопрос о боярских детях и их интересах. Дети боярские занимают центральное место в декларации Ивана IV, все три пункта которой посвящены им: сначала оценке положения детей боярских в прошлом,  во  время  боярского правления,  затем  требованию  о  недопустимости продолжения “сил”,  “обид” и “продаж” по отношению к  детям  боярским  и формулировке  санкций в случае,  если они все же будут иметь место.

В прямо  противоположном плане трактуется вопрос о боярах.  Бояре рассматриваются как основной  источник  насилий, “обид” и “продаж”, причинявшихся детям боярским в прошлом, в годы боярского правления, и как потенциальный источник таких же  действий в настоящем и будущем. Поэтому обращение Ивана IV ко “всем боярам” носило характер ультимативного  требования  о прекращении таких актов насилий со стороны бояр в отношении детей боярских под угрозой опал и  “казни”  для  тех бояр, кто попытался бы продолжать или возобновить такого рода действия.

Закономерным итогом  политических  событий  27  февраля явился закон 28 февраля 1549 года,  представляющий собой начало реализации политики, провозглашенной в декларациях Ивана IV от 27 февраля. Закон 28 февраля был принят без участия “всех бояр”: добившись от них принятия требований, сформулированных в  царской  декларации,  правительство  Ивана IV не сочло нужным передавать на рассмотрение  “всех  бояр”  текст нового закона  и он был принят на заседании “ближней думы” с участием митрополита Макария.

Рассмотрение материалов, связанных с февральской декларацией Ивана IV,  показывает,  что к этому времени  политика правительства уже определилась как политика защиты интересов помещиков  (детей   боярских)   и   борьбы   за   ликвидацию  последствий  боярского произвола времен боярского правления.  А.  Е.  Пресняков писал:  “выступление царя защитником интересов “детей боярских”,  будущего дворянства, несомненно начало политики,  достигшей полного развития в эпоху  опричнины”.

Грозный, выступая против бояр и в защиту помещиков, стремился и защитить крестьянство, да бы прикрыть классовый характер закона. Тенденции изобразить свою политику, имеющую всенародный характер, Грозный выступает с очередной речью на Стоглавом соборе в 1551 году. В ней царь выносил на рассмотрение освященного собора и “всех бояр” следующие вопросы (“Царские вопросы”):

       1. О борьбе с местничеством

       2. О пересмотре вотчин, поместий и кормлений

       3. О монастырских, княжеских и боярских слободах

       4. О ликвидации корчем

       5. О ликвидации мытов

       6. О пошлинах за перевоз через реку и за проезд по мосту

       7. О заставах по рубежам

       8. Об установлении вотчинных  книг  и  о  регламентации службы с вотчин

       9. Об упорядочении дела раздачи поместий

     10. О порядке обеспечения вдов боярских детей

     11. О порядке надзора за ногайскими послами и гостями

     12. О всеобщей переписи земель

2.3. Приговор о местничестве.

Местничество являлось одним из тех институтов  феодального государства,  которые обеспечивали монопольное право на руководящую роль в важнейших органах государства  представителям феодальной  знати.  Сущность  местничества  состояла в том, что возможность занятия тем или иным лицом  какого-либо поста в  административных  органах или в армии предопределялась местническими счетами,  то есть взаимными соотношениями между отдельными  феодальными  —  княжескими или боярскими — фамилиями, а внутри этих фамилий —  взаимными  соотношениями между отдельными членами этих фамилий.  При этом исключалась возможность изменения этих соотношений, так как это означало бы изменение порядка мест в служебной,  придворной или военной иерархии. Это приводило к тому,  что для занятия каким-либо лицом того или иного поста нужно было, чтобы положение данного лица в  местнической  иерархии соответствовало тому положению, какое занимал в этой иерархии тот пост,  на занятие которого претендовало данное лицо.

Московские великие князья (а затем цари)  вели  упорную борьбу против  местничества,  так как местничество связывало их и ставило их действия под контроль феодальной знати.  Однако феодальная знать в свою очередь упорно боролась за сохранение местнических привилегий.  Выражением  и  проявлением этой борьбы  вокруг  проблемы  местничества являются местнические счеты, рост которых на протяжении XVI века отражает в себе усиливающееся  стремление  русских  государей  к  слому местнической иерархии.

Основным недостатком в организации русской  армии  того времени было  то,  что  управление  армией было построено на местнических началах.  Это лишало командование армии возможности оперативного руководства войсками и,  напротив, позволяло князьям и боярам,  недовольным политикой правительства Ивана IV,  саботировать  путем местнических счетов и распрей распоряжения верховного командования. Местнические счеты лишали правительство  возможности руководствоваться при назначении на посты воевод соображениями политического  и  персонального порядка,   а  требовали  предоставления  воеводских постов тем,  кто имел на них  привилегию  в  соответствии  с местнической иерархией.

В ноябре 1549 года был издан приговор о местничестве. Главной целью которой было создания  условия, позволяющие  не  допустить “порухи” “воинскому делу” во время похода.

Приговор о местничестве от ноября 1549 года состоит  из двух частей.   Первая  часть  приговора  посвящена  воеводам основных пяти полков,  на которые делилась армия:  Большого, Правой руки, Левой руки, Передового и Сторожевого. Во второй части речь идет об остальных служилых людях — невоеводах.

По своему   содержанию  приговор  1549  года  формально представляет собой акт,  определяющий местнические соотношения между отдельными воеводскими должностями. В рамках признания правомерности местничества находится и  другая  группа норм,  формулируемых приговором: о порядке регулирования тех случаев, когда служебные отношения между теми или иными служилыми людьми не соответствуют местническим счетам между ними. Однако существо приговора 1549 г. о местничестве заключалось не в простой регламентации местнических счетов в полках, а в борьбе против местничества.

Таким образом,  как по свидетельству Макария,  так и по заявлению самого  Ивана  IV, смысл  приговора о местничестве заключался в установлении службы в полках  “без  мест”  и  в запрете “местничаться” во время похода.

Будучи одной из наиболее ранних по времени политических реформ 40-50  годов,  приговор о местничестве отразил в себе общий характер  политики  правительства  и продемонстрировал формы и пути реализации этой политики.

2.4. Земельный вопрос.

Главное место в программе правительственных мероприятий занимает земельный вопрос. Удельный вес земельного вопроса в разработанном правительством Ивана IV плане реформ выступает уже в  том факте,  что из 12-ти пунктов,  из которых состоят “Царские вопросы”, пять посвящены земельным делам.

         Одним из важнейших актов политики в этом направлении  является приговор 11 мая 1551 года. Значение этого приговора заключается в том, что он формулирует основные принципы политики  правительства  Ивана IV в отношении двух важнейших категорий феодального землевладения:  монастырского  и  княжеского.  Приговор устанавливал целый ряд мер,  направленных против монастырского землевладения.  Во-первых,  запрещалась покупка  монастырями  (и  другими представителями церковного землевладения) вотчин “без  доклада”  царю. Другой пункт  приговора  распространял   обязательность “доклада”  и  на  земельные  вклады в монастырь. Третье положение приговора устанавливало особые ограничения для вотчинников ряда местностей,  для князей в  первую очередь.  Наконец, особый раздел приговора регулировал порядок “выкупа” родичами вотчин, данных в монастыри.

Перечисленные пункты, однако, не исчерпывали содержания приговора 11 мая 1551 года.  Более того,  можно сказать, что основные положения приговора заключалось не в них.

Регулируя вопросы монастырского землевладения на  будущее, приговор 11 мая 1551 года одновременно включал в себя и ряд пунктов,  направленных на ревизию  прошлого  в  вопросах развития  монастырского  землевладения.  И  здесь перед нами вновь выступает тот основной политический мотив,  который  с неизменностью  обнаруживается во всех мероприятиях 50-ых годов в области земельной политики,  — ликвидация в  интересах дворянства  результатов  земельной политики времен боярского правления.  Поэтому важнейшей составной частью приговора  11 мая  1551 года,  его политическим стержнем являются следующие три статьи:

1. “Которыя  царевы  великого  князя поместныя и черныя земли задолжали у детей боярских и у христиан  и  насилством поотоймали владыки и монастыри,  или которыя земли писцы норовя владыкам же и монастырям подавали, а называют владыки и монастыри  те  земли  своими,  а  иные починки поставляли на государевых землях:  и того сыскати, чьи земли были изстари, за тем те земли и учинити”.

2. “А которыя села, и волости, и рыбныя ловли, и всякия угодиа, и оборчныя деревни после великого князя Василиа бояре подавали архиепископом, и епископом, и монастырем: и того сыскав учинити так, как было при великом князе Василье”.

3. “А которые будет монастыри,  или к которым церквам и нищим, в ругах и в милостынях придача ново, после великого ж князя Василия:  и те руги и милостыни  новопридачныя  сыскав оставити;  а учинити по старине,  по тому же, как где давали руги и милостыни наперед сего, при великом князе Иване и при великом князе Василье Ивановиче всея Русии”.8

Наряду с  монастырским землевладением другой категорией земель, о которых идет речь в приговоре 11  мая  1551  года, является княжеское землевладение. Постановление приговора 11 мая, относящееся к княжескому землевладению, состоит из трех статей:

1. “И вперед во Тфери, и в Микулине, на Белеозере, и на Рязани, и в Оболенску иногородцом вотчин и купель не подавати,  и Суздалским, и Ярославским, и Стародубским князем вотчин никому без царева великого князя ведома не подавати и по душе не дати.  А кто вотчину свою без царева великого  князя ведома  через  сесь  государев указ кому продаст,  и у купца денги пропали, а вотчичи вотчин лишены”.

2. “А кто без государева ведома в сех городех,  в Тфери и в Микулине,  и в Торжку,  в Оболенску,  на Белоозере, и на Рязани, да Суздалским князем, да Ярославским князем, да Стародубским князем в которой монастырь кто даст  по  души  без государева докладу:  и  та  вотчина  у монастырей безденежно имати на государя”.

3. “А которые вотчины свои в монастыри по душам, до сего государева приговору, давали без государева докладу; и те вотчины имати  на  государя да за них по мере денги платити, да те вотчины отдавати в поместиа”.9

Итак, в вопросе о княжеских вотчинах и вотчинах Твери и других городов, как и в вопросе о монастырском землевладении, приговор 11  мая  1551  года восстанавливал нарушенную после Василия III “старину” и означал возвращение к  той  политике по отношению к княжескому землевладению, которая проводилась до времени господства  княжеско-боярских  группировок  30-40 годов XVI века. Сформулированная в приговоре 11 мая 1551 года эта политика характеризуется одной особенностью. Вводимые приговором 11 мая ограничения относительно вотчинного землевладения  не носили всеобщего  характера,  а распространялись лишь на три княжеских рода и на определенную группу местностей  Русского государства. Такой  “местный”  характер  приговора 11 мая не являлся случайным.  По верному замечанию С.В. Рождественского, Ярославские,  Стародубские  и  Суздальские  князья “были особенно густо разросшимися ветвями генеалогического  дерева северо-восточных Всеволодовичей”. Таким образом, приговор 11 мая, знаменующий собой начало политики борьбы правительства Ивана IV за ликвидацию экономической основы мощи княжат, — их вотчин, — наносил первый удар по наиболее мощной группе бывших независимых феодалов — княжат.

Выражением той  же  самой политики являются и положения приговора 11 мая, направленные против всех вотчинников в целом Твери  и других перечисленных в нем местностей.  Все эти местности представляли собой территории бывших самостоятельных феодальных   государственных   образований,  вошедшие  в состав Русского централизованного государства во второй  половине XV века и в первые десятилетия XVI века, и установление контроля центрального правительства над  вотчинным  землевладением этих  местностей  выражало собой политику борьбы за подчинение  бывших  феодальных  землевладельцев  удельных княжеств правительству   Русского   централизованного  государства.

Следующим этапом  в законодательстве о княжеских вотчинах явился закон 15 января 1562 года.  По сравнению с приговором 11 мая 1551 года,  закон 15 января 1562 года,  во-первых,  охватывал более широкий круг княжеских родов,  во-вторых, еще больше стеснял права распоряжения княжескими вотчинами со стороны их владельцев.  Закон 15  января  не  только запрещал  мобилизацию  земель  для  основного ядра княжеских вотчин,  но и устанавливал возможность ликвидации  княжеских вотчин путем взимания их царем в случае отсутствия у владельца вотчины сыновей,  которые только и могли  наследовать княжеские вотчины. 

 Тем самым, характер земельной  политики  50-ых  годов,  выясняемый вполне точно  на  основании  законодательства и политической практики этого времени, заставляет определить ее как политику защиты  дворянско-помещичьих интересов и вместе с тем как политику, направленную против земельных интересов боярства.

2.5. Военная реформа.

Большое значение в период правления Грозного имели проводимые им военные реформы. Суть их сводилась к следующему:

1. Ядро армии должно составлять дворянское ополчение. Под Москвой была посажена на землю “избранная тысяча” – 1070 провинциальных дворян, которые по замыслу царя, должны были стать его опорой.

2. Помещик или вотчинник мог нести службу с 15 лет и передавать ее по наследству.

3. Со 150 десятин земли и боярин, и двоярин должны были выставлять одного воина и являться на смотры “конно, людно и оружино”.

4. В 1550 году вместо отрядов пищальников (появившихся в начале XVI века) создается постоянное стрелецкое войско (на первых порах число стрельцов не привышало трех тысяч человек).

5. В армию стали привлекать иностранцев, хотя их число было не значительным.

6. Для несения пограничной службы привлекалось казачество.

2.6. Опричнина.

В.О.Ключевский писал об опричнине: «Учреждение это всегда казалось странным как тем, кто страдал от него, так и тем, кто его исследовал». История опричнины началась к концу 1564. А события этого периода развивались следующим образом:

3 декабря 1564 Иван грозный со своими детьми и царицей в сопровождении охраны отправились на богомолье, что было дело обычным. Царские объезды монастырей были одновременно и исполнением религиозного долга и инспекционными поездками. Но на этот раз выезд был необычен, боярам, которым царь велел ехать было приказано взять жен и детей, те должны были вязть слуг, запасных коней, вооружение, доспехи, одежду, деньги, казну. Казна же была хранилищем и государственного архива. Из-за распутицы до Троице-Сергиева монастыря, где царь отслужил молебен, добрался 21 декабря, а в Алесандровскую слободу 3 января, где и обосновался надолго. Спустя месяц царь отправил гонца в Москву с двумя грамотами.

Первая, “гневная” грамота, была отправленная митрополиту Афанасию и содержала список «измен» бояр и дворян. В ней содержался страстный и тенденциозный обзор злодеяний бояр, воевод и приказных людей, которые не только воровали царскую казну, но и в измене: не желая воевать против недругов; а духовенство в стачке с боярами и дворянами начинало их прикрывать. Потому государь и уехал от изменников куда глаза глядят.

Вторая, “слезная” грамота, была адресована «всему православному крестьянству града Москвы», главный ее смысл: царь пишет посадским людям, «чтобы они себе никоторого сумнения не держали, гневу и опалы на них никакого нет»1 0. Этими словами царь явно стремился заручиться их поддержкой и даже, видимо, видел в ней некую опору своей власти.

Отъезд царя ошеломил всю Москву. Немедля, делегация из духовенства и бояр отправилась в Александрову слободу с целью умилостивить государев гнев. Царь повторил свои обвинения и после некоторого размышления милостиво согласился вернуться в Москву, но на определенных условиях: изменников казнить по своему усмотрению и учредить опричнину.

2 февраля 1565г. Иван Васильевич торжественно въехал в столицу, а на другой день объявил духовенству, боярам и знатнейшим чиновникам об учреждении опричнины.

Что же такое “опричнина”? Этот термин был известен задолго до Ивана IV и происходит от слова “опричь”, что означало “кроме”. В Древней Руси опричниной называли ту часть княжества, которую после смерти князя выделяли его вдове, «опричь» всех уделов. «Опричь» всей земли выделялась и территория царской опричнины. Что же из себя представляла опричнина Ивана Грозного? Прежде всего:

Государь выделил “опричь” некоторых земель (значительные территории на западе, севере и юге страны), находящиеся в его личном владении. Была созданна опричная Боярская дума, которая осуществляло верховное управление и суд в государственном уделе. Из всех земель, принадлежавшие госуделу, надлежало насильственно выганять оттуда всех князей, бояр, дворян и приказных людей, если они добровольно не записывались опричниками.

Было оформлено опричное войско, состоящее из князей, бояр и их детей. Главной задачей которой было охранять государя, играть своего рода роль телохранителей. В это особое войско вошло «1000 голов» дворян и князей, в последствии его численность увеличилась в 5-6 раз. На расходы по созданию опричнины царь взял с земщины 100 тысяч рублей.1 1 Отбор опричников производил сам Иван Васильевич в торжественной обстановке в Большой палате Кремлевского дворца. Они были обязаны приносить особую присягу на верность царю, в которой обязывались не вступать в общение с земскими, даже родственниками. За все это государь жаловал всех отобранных имениями и землей в тех городах и волостях, откуда выселялись князья, бояре, дворяне и приказные люди, не пожелавшие вступить в опричнину. Все носили одинаковые черные одежды со знаком принадлежности к «ордену» опричников метлой, чтобы выметать измену, и собачьей головой, чтобы ее вынюхивать и выгрызать. Монастырские опричные трапезы должны были словно напоминать о далеких временах, когда князья пировали со своими дружинами. Ливонские дворяне, служившие в опричнине описывали свои будни: “каждому подается еда и питье, очень дорогое, состоящее из вина и меда”. Далее трапеза сменялась трудовыми буднями: изнурительными богослужениями, подчас ночными. Уже в феврале начинаются первые казни: приговорено пять человек, среди которых известный полководец Александр Борисович Горбачев с 17-летним сыном. Люди с ужасом узнавали о новых изменах, тех кто руководил страной, командовал войсками, одерживал победы. В настоящее время невозможно ответить на вопрос были ли обвинения в измене реальными или просто расправа над неугодными царю личностями.

Можно сделать очевидный вывод, что опричный террор был в руках царя мощной военно-карательной организацией. Главной целью которой стала борьба с пережитками политической децентрализации.

Естественно “опричнина” вызвала всеобщий рост недовольства и озлобление против царя не только среди феодалов, но и среди простого народа.

Не удивительно, что в 1566 группа князей и бояр, набравшихся смелостью, обратились к царю с челобитной, в которой просила отмены “опричнины”. Удивительна была реакция Грозного – около двухсот челобитников было казнено. Еще более ожесточился кровавый террор. Против “опричнины” выступало духовенство. Его недовольствие было вызвано тем, что царь хотел полностью подчинить церковь государству и отнять у нее часть земель. Митрополит Филипп открыто осуждал действия опричников. Однажды в Успенском соборе он гневно спросил царя: ”До каких пор будешь ты без вины проливать кровь верных людей?!..” По распоряжению Грозного Филиппа сослали в монастырь. Через некоторое время он был задушен главарем опричников Малютой Скуратовым.

Это вызвало смутные толки в народе, и тогда очень кстати появился безымянный донос о том, что новгородцы замышляют измену и намереваются сотрудничать с Литовским княжеством. В 15701 2 году царь организовывает карательный поход на Новгород. Втайне подготовленный поход 15 — тысячного опричного войска по родной земле был отмечен проявлением крайней жестокости царя и бессмысленным кровавым и разбойным разгулом его слуг — опричников. По дороге были разграблены Клин, Тверь и Торжок. В самом Новгороде безудержная расправа над горожанами продолжалась 40 дней. За это время из церквей и монастырей были изъяты все ценности, опричники избивали и грабили всех подряд, не разбирая правых и виноватых. Потом царь направился в Псков. Псковичам посчастливилось избежать погрома, но не казней. Царь ушел из Пскова, прихватив церковную казну. Новгородско-псковский поход Грозного нанес большой урон наиболее развитым районам России и этим ухудшил ее экономическое и военное положение.

Большинство историков полагает, что осенью 1572 г. царь отменил опричнину. Однако казни “заговорщиков не прекратились. В 1575 г. Иван IV попытался вернуться к опричниным порядкам. Он вновь закрепил за собой “удел”, предоставив право формально управлять страной крещенному татарскому хану Симеону Бекбулатовичу, титуловавшемуся “великим князем всея Руси”. Княжение Симеона продолжалось менее года, затем Иван Грозный вновь вернулся на трон. Массовый террор прекратился.

Рассматривая итоги опричного правления, важно понять его влияние на все стороны общественной жизни: политическую, социальную, экономическую и духовную.

Во-первых, за годы опричнины страна значительно продвинулась вперед по пути централизации.

 Во-вторых, она вызвала экономический кризис в стране. Села центра и северо-запада, где побывали “опричные экспедиции” обезлюдели. Многие крестьяне были убиты, либо бежали в Литву или на Дон.

 В-третьих, следствием сокращения посевных площадей стал голод. Общие потери населения от террора, чумы и голода составляли 500 тыс. человек.1 3

В-четвертых, были подорваны резервы России в целом.

III. Внешняя политика.

Основными задачами внешней политики России в XVI веке являлись: на западе – борьба за выход к Балтийскому морю, на юго-востоке и востоке – борьба с Казанским и Астраханским ханствами и начало освоения Сибири, на юге – защита страны от набегов Крымского хана.

3.1. Взятие Казанского и Астраханского ханств.

Татарские ханы совершали грабительские набеги на русские земли. На территориях Казанского и Астраханского ханств в неволе были тысячи русских людей, захваченных во время набегов.1 4 Жестоко эксплуатировалось местное население – чуваши, марийцы, удмурты, мордва, татары. По территориям ханств пролегал Волжский путь, но Волга не могла использоваться русскими людьми на всем своем протяжении.

У Москвы было два пути решения казанской проблемы: либо дипломатическим путем добиться от казанского хана вассальной зависимости, либо военным путем ликвидировать очаг агрессии в Казанском ханстве и посадить на Казанский престол своего ставленника. Первый путь оказался не удачным. И Грозный стал тщательно готовиться к походу.

В 1551 году  на правом берегу Волги по его приказу заложили крепость. Строительством руководил талантливый мастер Иван Выродков. Всего за 4 недели напротив Казани на высоком берегу Волги выросла русская крепость — город Свияжск.

В августе 1552 года, 100-тысячное русское войско, собралось у своей новой крепости. Казанскому хану было предложено сдаться, на что последовал отказ. Тогда русские войска переправились через Волгу и подступили к Казани. Во главе войска стояли сам царь Иван Васильевич, князья А.М. Курбский, М.И.Воротынский и другие воеводы. В городе находилось  30 тысячное войско. Кроме того, многотысячный отряд татарских всадников скрывался в лесу. Русская артиллерия вела огонь по городу. Осада города продолжалось полтора месяца.

Попытки русских взять Казань штурмом были отбиты. Татары защищались эффективно: стреляли из пушек, обрушивали на русских стрельцов град стрел, летели камни, бревна, обливали  кипящей водой и смолой. Татарские всадники из леса нападали на русские войска с тыла. Одновременно с ними  из ворот Казани выскакивали отряды татар и тоже устремлялись на русских. Русские отбивали вылазки татар, но прорваться в крепость так и не смогли.

Русские мастера прорыли два подземных хода под городские стены и вкатили туда 48 бочек с порохом. На бочках зажгли свечи. Одновременно зажгли свечу около шатра Ивана IV. Свечка у шатра сгорела, но взрыва не последовало. Царь пришел в ярость и приказал рубить головы мастерам подкопа. Но в это время земля вздрогнула от страшного взрыва. В двух местах крепостная стена взлетела в воздух. Русские войска устремились в образовавшиеся проломы и ворвались в город. Татары продолжали сопротивляться. Более 4-х часов шел бой на улицах Казани. Татарские всадники из леса пытались помочь защитникам крепости, но были уничтожены. Казанское ханство признала себя побежденным. Народы Среднего Поволжья вошли в состав Российского государства.

В 1556 году Иван Грозный завоевал Астраханское ханство. С этого периода все Поволжье являлось территорией России. Свободный Волжский торговый путь значительно улучшил условия торговли с Востоком. Вдобавок к этому дворяне получили новые поместья в плодородных землях Поволжья. К середине XVI века в состав России вошли Башкирия, Чувашия, Кабарда, что привело к становлению большого, многонационального государства.

3.2. Ливонская война.

Для развития экономических и культурных связей с Западной Европой Россия нуждалась в свободном выходе к Балтийскому морю. Но Прибалтика была в руках немецких феодалов, основавших там Ливонский рыцарский орден, который препятствовал торговле России с западными странами.

Многие прибалтийские земли(берега реки Невы и Финского залива) издавна принадлежали Новгороду, но они были захвачены Ливонским орденом и Швецией.

В 1501 году магистр Ордена Плеттенберг пытался захватить Псков, но был дважды разбит русскими войсками и вынужден был в 1503 году заключить с Москвой перемирие на 50 лет. По этому договору Орден обязался платить Москве дань с Юрьевской (Дерптской) области. Однако к этому времени Орден не только перестал выполнять условия подписанного договора, но и начал проводить враждебную политику по отношению к России.

В 1554 году ливонские послы приехали в Москву с просьбой о продлении мира, на что царь потребовал от них уплаты “юрьевской дани”. Формально послы согласились, но Ливония не собиралась выполнять это условие. В 1557 году новый Ливонский магистр Вильгельм фон Фюрстенберг заключает тайный договор с Литвой и Польшей против России. Таким образом, у Ивана Грозного было достаточно формальных оснований, чтобы объявить войну Ливонскому ордену. Что и было сделано.

В 20-х числах января 1558 года русские войска перешли ливонскую границу в районе Пскова. Русские войска взяли Нарву, Тарту, подошли к Таллинну и Риге. На стороне русских выступали латыши и эстонцы.  Ливонский орден разваливался под ударами русского оружия.

Грозный радостно встретил известие о победе. С кремлевских стен по приказу царя была открыта великая пальба из пушек в честь победителей. Царь приказал открыть кабаки — Москва гуляла до глубокой ночи, радуясь победам русского оружия. В Кремлевском дворце, в Большой палате царь устроил пир. В разгар веселья он сам выпил кубок морской воды и заставил выпить по кубку морской воды Сильвестра и Алексея Адашева. Но веселье и радость русских были недолгими. Вскоре ход войны изменился1 5.

В 1563 году при личном участии Ивана Васильевича русские войска нанесли удар по Литве — был взят важный в торговом отношении город Полоцк. Но дальше пошли неудачи и огорчения. В январе 1564 года у Полоцка русская армия была разбита войсками литовского гетмана Радзивилла Рыжего. В апреле в Литву на заранее согласованных условиях перебежал один из ближайших советников и военачальников царя, член Избранной рады  и герой битвы за Казань Курбский Андрей Михайлович.  В  дополнение ко всему летом русские потерпели поражение под Оршей. Война принимала затяжной и изнурительный характер.

В мая 1556 году очередной раз в Москву прибыли послы для переговоров о мире. Условия мира оказались неприемлемы для обеих сторон и пришлось ограничиться только временным перемирием.

В 1572 году умирает польский король Сигизмунд 2-й Август, не оставив после себя наследника на престол. В мае 1576 году был избран и коронован новый князь – Стефан Баторий. С его приходом, начинаются оборонительные действия русских. В 1579 году пал Полоцк, в 1581 – Великие Луки1 6. Баторий, воодушевленный победами, двинулся на Москву. Но на его пути стоял древний русский город Псков.

Стефан Баторий обещал взять крепость в один день. Для устрашения защитников крепости король устроил парадный смотр войск. Со стен города псковичи могли наблюдать, как длинным потоком шли вражеские полки с блестевшим на солнце оружием и знаменами.

Несколько дней враги били по стенам города из тяжелых пушек, рыли рвы — траншеи. Защитники Пскова (возглавлял оборону воевода И.П. Шуйский) отстреливались, устраивали вылазки. Тем не менее, от града пушечных ядер стены крепости не выдержали. В них начали образовываться проломы. Польские войска устремились в город, но им преградили путь новые деревянные стены, воздвигнутые защитниками крепости. Поляки заняли две каменные башни. Тысячи захватчиков погибли под их обломками. Оборона Пскова продолжалась пять месяцев. Мужество защитников города побудило Стефана Батория отказаться от дальнейшей осады. Планы похода на Москву были сорваны. Россия была спасена от полного поражения.

Ливонская война завершилась подписанием невыгодных для России Ям-Запольского (с Польшей) и Плюсского (со Швецией) перемирий. Русским пришлось отказаться от завоеванных земель и городов. Земли Прибалтики были захвачены Польшей и Швецией. Война истощила сила России. Главная задача – завоевание выхода к Балтийскому морю была провалена.

3.3. Освоение Сибири.

За уральскими горами на берегах Иртыша и Тобола находилось большое Сибирское ханство.  Сибирский хан Едигер еще в 1556 году признал вассальную зависимость от Москвы, но сменивший его хан Кучум отказался признать власть Москвы (угнетал местных жителей, убил русского посла).

Купцы Строгановы, имевшие от царя грамоту с пожалованием земель к востоку от Урала, по разрешению Москвы наняли большой отряд казаков для борьбы с ханом Кучумом. Предводителем  этого отряда стал казацкий атаман Ермак. Строгановы предложили Ермаку совершить поход за Урал и покорить царство хана Кучума. Ермак согласился. Строгановы выдали его отряду, насчитывавшему 840 человек, сабли, пищали, три пушки, шлемы, кольчуги, большое количество пороха, свинца и продовольствия.

В сентябре 1581 года начинается великий поход Ермака. Хан Кучум высылал отряд за отрядом навстречу казакам, стараясь помешать их продвижению в центр Сибирского ханства. С берегов татары осыпали плывущих на гребных судах казаков дождем стрел. Казаки отвечали огнем из пищалей. Огнестрельное оружие приводило татар в ужас.

В октябре 1582 года отряд Ермака подошел к столице Сибирского ханства — Кашлыку. Недалеко от городка Кучум поставил укрепления из дерева и камня и сосредоточил там более десяти тысяч войска. Ермак высадился на берег и повел отряд на штурм укреплений. Под градом стрел бесстрашные казаки шли в атаку. Но взять укрепления им не удалось. Ермак приказал отходить. Татары бросились за отступавшими казаками и вышли из укреплений. Заманив противника в открытое поле, Ермак неожиданно повернул и снова бросил отряд в бой. Несколько часов продолжалась рукопашная схватка. Татары не выдержали и отступили. Хан ушел в степь. Казаки заняли столицу Сибирского ханства Кашлык. Окрестное население признало власть Ермака, принося ему дань. Но местные князья не порвали окончательно отношения с Кучумом. Нередко происходили столкновения с населением. Войско Ермака поредело.

В августе 1585 года Ермак, ночевавший в одном из острогов на Иртыше, был окружен. Казаки не выставили охрану. От них сбежал пленный татарин, который и привел неприятеля. Татары напали на спящих, началась резня. Ермак пытался доплыть до противоположного берега Иртыша, но тяжелая кольчуга – подарок царя – утащила его на дно.

Окончательно Кучум был разбит в 1598 году, и Западная Сибирь была присоединена к Российскому государству (ее столицей стал Тобольск). На присоединенных территориях утвердились общероссийские законы. Началось освоение Сибири русскими промышленниками, крестьянами и ремесленниками.1 7

Заключение.

Царь Иван IV 35 лет обладал всей полнотой власти в Московском государстве. Он ставил перед собой весьма масштабные задачи и нередко добивался успеха, но затем терял плоды первоначальных побед, во всем желая большего, не умея хоть в чем-либо себя ограничить. В результате он окончил свои дни как проигравшийся картежник, слепо уверовавший в свою удачу, поставивший на карту все свое состояние и к концу игры распрощавшийся с большей его частью. Судьба этого государя представляет собой великолепный пример правителя, стремившегося более к личной славе и могуществу, нежели к пользе государства, которое досталось ему по праву рождения.

Таким образом, положительные значения царя Ивана в истории нашего государства далеко не так велико, как можно было бы думать, судя по его замыслам и начинаниям, по шуму, какой производила его деятельность. Грозный царь больше задумывал, чем сделал, сильнее подействовал на воображение и нервы своих современников, чем на современный ему порядок. Жизнь московского государства и без Ивана устроилась бы так же, как она строилась до него и после него, но без него это устроение пошло бы легче и ровнее, чем оно шло при нем: важнейшие политические вопросы были бы разрешены без тех потрясений, какие были им подготовлены.

Царь Иван был замечательный писатель, пожалуй, даже бойкий политический мыслитель, но он не был настоящим государственным дельцом. Одностороннее, себялюбивое и мнительное направление его политической мысли при его нервной возбужденности лишало его практического такта, политического глазомера, чутья действительности, и, успешно предприняв завершение государственного порядка, заложенного его предками, он незаметно для себя самого кончил тем, что поколебал самое основание этого порядка. Карамзин преувеличил очень немного, поставив царствование Ивана — одной из прекраснейших по началу — по конечным его результатам наряду с монгольским игом и бедствиями удельного времени. Вражде и произволу царь жертвовал и собой, и своей династией, и государственным благом. Его можно сравнить с тем ветхозаветным слепым богатырем, который, чтобы погубить своих врагов, на самого себя повалил здание, на крыше коего эти враги сидели.

Но тем не менее, добрая слава Ивана IV пережила его худую славу в народной памяти: стенания умолкли, жертвы истлели, и старые предания затмились новейшими; но имя Ивана блистало на судебнике и напоминало приобретение трех царств монгольских, доказательства дел ужасных лежали в книгохранилищах, а народ в течение веков видел Казань, Астрахань, Сибирь как живые монументы царя-завоевателя; чтил в нем знаменитого виновника нашей государственной силы, нашего гражданского образования; отвергнул или забыл названия мучителя, данное ему современниками, и по темным слухам о жестокости Ивана по сие время история именует его ГРОЗНЫМ.

Список литературы:

А.П. Деревянко, Н.А. Шабельникова “История России с древнейших времен до конца XX века”. М. 2001.

История Отечества (под редакцией С.Н. Новикова). М.1996. Изд. “Слово”.

C.Соловьев, «Сочинения» Изд. Наука 1991.

Р.Скрынников, «Иван Грозный и его время» Наука 1976.

В.Кобрин, «Иван Грозный» Московский Рабочий 1989.

И.А.Заичкин, И.Н.Почкаев “Русская история (популярный очерк)”.

1 А.П. Деревянко, Н.А. Шабельникова “История России с древнейших времен до конца XX века”. М. 2001 стр.105

2 А.П. Деревянко, Н.А. Шабельникова “История России с древнейших времен до конца XX века”. М. 2001 стр.108

3 История Отечества (под редакцией С.Н. Новикова). М.1996. Изд. “Слово” стр.164

4 C.Соловьев, «Сочинения» Изд.Наука 1991 стр. 471

5 Р.Скрынников, «Иван Грозный и его время» Наука 1976 стр.52

6 Р.Скрынников, «Иван Грозный и его время» Наука, 1976 стр. 98

7 В.Кобрин, «Иван Грозный» Московский Рабочий 1989, стр. 53

8 Р.Скрынников, «Иван Грозный и его время» Наука, 1976 стр.72

9 Р.Скрынников, «Иван Грозный и его время» Наука, 1976 стр.75

10 В.Кобрин, «Иван Грозный» Московский Рабочий 1989 стр.72

11 В.Кобрин, «Иван Грозный» Московский Рабочий 1989 стр. 67

12 История Отечества (под редакцией С.Н. Новикова). М.1996. Изд. “Слово” стр.292

13 А.П. Деревянко, Н.А. Шабельникова “История России с древнейших времен до конца XX века”. М. 2001 стр.116

14 А.П. Деревянко, Н.А. Шабельникова “История России с древнейших времен до конца XX века”. М. 2001 стр.120

15 И.А.Заичкин, И.Н.Почкаев “Русская история (популярный очерк)”, стр. 297

16 А.П. Деревянко, Н.А. Шабельникова “История России с древнейших времен до конца XX века”. М. 2001 стр.122

17 А.П. Деревянко, Н.А. Шабельникова “История России с древнейших времен до конца XX века”. М. 2001 стр.121-122