Автор: admin

1. Японское государство в период между двумя мировыми войнами

2. Японское государство после второй мировой войны

1. Японское государство в период между двумя мировыми войнами

Новая политическая структура. Япония вышла из первой мировой войны, увеличив свои колониальные владения за счет захвата германских колоний на Тихом океане. Рост промышленности, особенно военной, стимулировал усиление позиций крупных финансово-промышленных концернов «дзайбацу». Вместе с тем сохранение феодальных пережитков в сельском хозяйстве, обрекавшее крестьян-арендаторов на крайне скудное существование, сдерживало развитие внутреннего рынка. Не менее тяжелым было положение и городских трудящихся. Социально-экономические и политические противоречия достигли особой остроты в период кризисов 20-х — начала 30-х годов. Выход из создавшегося положения правящие круги видели в ужесточении военно-полицейского режима в стране и активизации колониальной экспансии. Подготовка к новой большой войне стала определяющим фактором государственной жизни.

В 1937—1939 и 1940—1941 гг. на посту министра-президента был принц Коноэ — сторонник тоталитарного строя, ставленник милитаристов и «дзайбацу». Его правительство, состоявшее из представителей армии и флота, а также крупнейших концернов «Мицубиси», «Мицуи», «Сумитомо», объявило о создании «новой политической структуры». Всем легальным политическим партиям было «предложено» самораспуститься. Взамен создавалась полуобщественная, полугосударственная организация — Ассоциация помощи трону, низовые ячейки которой охватывали всю страну. Ассоциацию возглавлял министр-президент, а ее основные подразделения возглавляли представители военной и гражданской бюрократии, а также пользующиеся доверием руководители самораспустившихся партий. В состав Ассоциации вошли на правах коллективных членов бывшие партии, различные общества и союзы. Взамен распущенных профсоюзов были созданы «общества служения отечеству», возглавляемые назначаемыми правительством должностными лицами. Формировались и другие подобные им организации. Так, в деревне была введена по существу средневековая система «двенадцати дворов», когда одному из односельчан — самому благонадежному — поручался контроль за умонастроениями, выполнением налоговых обязательств остальных.

С помощью этих организаций в невиданных даже для Японии масштабах устанавливается режим всеобщей полицейской слежки, подавления инакомыслия, усиливается культ императора, пропагандируется шовинизм. В итоге фактически все взрослое население страны было включено в глобальную военно-бюрократическую структуру, призванную организационно и идеологически подготовить население к войне.

Новая экономическая структура. «Новая политическая структура» была дополнена «новой экономической структурой», предусматривавшей принудительное объединение всех предприятий по территориально-отраслевому принципу. Каждое территориально-отраслевое подразделение возглавлялось лицом, назначаемым правительством, как правило, из представителей крупных предпринимателей. В их ведение передавалось решение важнейших вопросов производства и сбыта: распределение сырья, энергоносителей, рабочей силы, определение цен, основных условий труда, зарплаты и др. Забастовки объявлялись государственным преступлением. Общества служения отечеству включались в «новую экономическую структуру». Продолжительность и интенсивность труда рабочих резко возросли. Таким путем и экономика страны была милитаризована.

В декабре 1941 г. Япония, которая уже вела агрессивную войну с Китаем, внезапно напала на американскую военно-морскую базу Пирл-Харбор и начала войну с США, а вскоре и с другими государствами — членами антигитлеровской коалиции.

2. Японское государство после второй мировой войны

Японское государство в условиях оккупационного режима. Победа союзных держав в войне на Дальнем Востоке привела к безоговорочной капитуляции Японии и ее временной военной оккупации американскими войсками, к созданию японского правительства, основные направления деятельности которого были определены Потсдамской декларацией 1945 г., требованиями ее незамедлительной демилитаризации и демократизации. Главная ответственность за выполнение этих требований возлагалась на американские оккупационные власти, которым был передан с этой целью ряд государственных функций: осуществление контроля над японскими финансами, над составлением государственного бюджета, внешней торговлей, над всеми органами правосудия, полиции и пр.

Демократизация и демилитаризация Японии сопровождались роспуском японской армии, ультранационалистических и фашистских организаций, отменой целого ряда репрессивных законов, в том числе Закона об опасных мыслях, ограничением свободы слова, печати, собраний. Были ликвидированы тайная полиция, Министерство внутренних дел, Военное и Морское министерства, которые в прошлом наиболее ярко воплощали в своей деятельности антидемократический, милитаристский характер японской политики. Под воздействием небывалого подъема демократического движения, под контролем американских властей начал проводиться курс и на искоренение тэнноизма, на развенчание мифов о «божественном происхождении» императора в Японии.

В декабре 1945 г. на основе директивы оккупационных властей синтоистская религия была отделена от государства, а в новогоднем обращении к народу в 1946 г. император публично отрекся от своего «божественного происхождения». Проведенная вслед за этим демократическая реформа образования отменила «моральное воспитание» в духе «императорского пути» в школах.

Эти реформы, знаменующие качественно новый этап в развитии японского общества и государства, не были, однако, последовательными. Отделение «синто» от государства не лишило императора роли духовного главы страны, «символа государства и единства нации». Не было выполнено и главное требование Потсдамской декларации о создании подлинно демократического правительства.

В ряду важных социально-экономических реформ, проведенных в послевоенной Японии, особое место занимает Закон об аграрной реформе 1946 г., сыгравший значительную роль в перестройке послевоенной социальной структуры Японии. Этим законом предусматривались ликвидация помещичьего землевладения, перераспределение излишков (сверх 3 те)’ обрабатываемой помещичьей земли путем выкупа ее государством и последующей распродажи крестьянам (с преимущественным правом покупки арендаторами). Ограничена была земельная арендная плата, введены также ограничения для перепродажи земли с целью пресечения ее новой концентрации в одних руках и пр. Помещичье землевладение было, таким образом, уничтожено, частное крестьянское хозяйство стало преобладающей формой земельной собственности, что ускорило развитие капиталистических отношений в деревне.

Ликвидация помещичьего землевладения должна была происходить вместе с проведением политики декартелизации, устранения засилия финансовой олигархии в промышленности, торговле и финансах страны.

Политика декартелизации не подорвала существенно ведущих позиций крупного капитала в экономической и политической жизни страны, так как ограничилась лишь роспуском головных компаний («дзайбацу»), державших контрольные пакеты акций, и преобразованием их прежних дочерних компаний в формально самостоятельные. Запрещалось также владение акциями других компаний, стоимость которых превышала 25% их капитала. Она, однако, способствовала оживлению конкуренции, что явилось одним из дополнительных импульсов развития послевоенной мирной экономики Японии.

Декартелизация, как и в послевоенной Германии, связывалась с политикой денацификации, демократизации государственного аппарата. Но и здесь чистка государственного аппарата от военных преступников не привела к существенным изменениям в кадровом составе государственного аппарата. Из 300 с лишним тысяч чиновников подверглись «чистке», то есть были отстранены от должности, лит человек, из них менее 200 принадлежали к верхушке японской бюрократии.

Реформы существенно не затронули и сферы традиционных трудовых отношений с укоренившейся системе жизненного найма», оплаты труда в зависимости от в( та и стажа, дискриминации в оплате труда женщин Между тем в 1945 г. был принят закон о профсоюз: которому рабочие и служащие получили право на организацию профсоюзов, заключение коллективных договоров в 1947 г. — закон о трудовых нормах, запрещающий принудительный труд. Устанавливались также 8-часовой чий день, надбавки за сверхурочную работу, оплачиваемые отпуска, ответственность предпринимателя за охрану да; вводились страхование и компенсации при несчастных случаях и по безработице.

Конституция Японии 1947 г. Важнейшей демократической акцией послевоенного периода явилось принят] вой Конституции Японии 1946 г., которая вступила в с 1947 г.

Работа над проектом будущей японской конституции началась весной 1946 г. Она была поручена оккупационными властями дворцовым кругам. Политические партия диаметрально противоположными идейными позициями подготовили свои проекты, центральное место в которых занял вопрос об отношении к императорской власти консервативная партия дзиюто, например, настаивала сохранении императорской власти, ограниченной тол праве на издание чрезвычайных указов и пр., то радикальные требования японских коммунистов сводились к установлению в Японии «народной республики».

Проект оккупационных властей исходил из неук тельного соблюдения следующих требований: Япония должна отказаться от войны и уничтожить свои вооруженные суверенитет должен быть передан народу, палата пэров упразднена; собственность императорского дома должна ступить в распоряжение государства. Японские министры назвали этот проект «устрашающе радикальным», заявив, что он «совершенно противоречит японским традициям». Особенно бурное возражение консервативных кругов звали требования о запрете на войну и вооруженные о передаче собственности императорского дома, которая, как они утверждали, «нарушит национальную структуру», государству.

Подготовленный в марте 1946 г. официальный проект конституции был основан на проекте оккупационных властей. В нем был учтен ряд предложений из партийных проектов. Так, под влиянием проекта японских коммунистов в Конституцию было включено положение о праве граждан требовать возмещения от государства в случае причинения им ущерба незаконными действиями властей (ст. 17, 40), а также о праве японских граждан на «минимальный уровень здоровья и культурной жизни» (ст. 25).

Формально Конституция была принята японским парламентом и утверждена Тайным советом как измененная старая Конституция. Возможность такого изменения была предусмотрена в ст. 7 Конституции 1889 г. Но это была принципиально новая конституция, впервые в истории государственного развития страны построенная на принципах парламентской демократии.

В преамбуле Конституции был закреплен принцип народного суверенитета, но наследственная императорская власть была сохранена под давлением прежде всего правых сил и определенных социально-психологических факторов, консервативного монархического сознания большинства японцев, особенно в сельской местности.

Конституция сохраняла династийную преемственность императорского трона. Согласно ст. 1, император является «символом государства и единства народа». Такая формула монархии не встречается ни в одной из современных конституций, что давало возможность некоторым японским государствоведам говорить о том, что в Японии была фактически установлена не монархия, а республика.

В явном противоречии со ст. 4 Конституции, отказывающей императору в праве осуществлять государственную власть, за ним был закреплен ряд конституционных полномочий: назначать премьер-министра по представлению кабинета, промульгировать поправки к Конституции, созывать парламентские сессии, распускать нижнюю палату, подтверждать назначения и отставки государственных министров и других должностных лиц.

Согласно ст. 3, при совершении «государственных дел» император должен руководствоваться «советами» и получать предварительное «одобрение» кабинета, который и несет ответственность за его действия. Конституция подразумевает под «государственными делами» императора, таким образом, лишь обязанности процессуального порядка. Но он по-прежнему оказывает сильное влияние на политическую и идеологическую жизнь страны, в чем его прямо не ограничивает Конституция. Например, в Конституции нет положений, которые исключили бы возможность императора отвергать решения правительства. Тем самым этой «спящей» прерогативой резервируются его возможности в чрезвычайных ситуациях противодействовать правительственному курсу.

Конституция подрывала не только политические, но и экономические позиции императорского дома. Согласно ст. 88, имущество императорской фамилии было передано государству, Рационализированы императорская земельная собственность, капиталы в виде акций компаний, банковских вкладов, облигаций. Доходы императорской семьи ограничиваются ныне бюджетными ассигнованиями, утверждаемыми парламентом. Это положение было закреплено Законом о хозяйстве императорского двора 1947 г.

Вместе с изменением политической роли императора было ликвидировано и старое Министерство императорского двора. Вместо него было создано Управление императорского двора, действующее при канцелярии премьер-министра, которое занимается решением вопросов, связанных с повседневным ведением дел императора и императорского дома, организацией придворного церемониала, содержанием и охраной императорской собственности. Начальник этого управления, в ведении которого находится штат, превышающий тысячу человек, назначается премьер-министром с согласия императора.

Несмотря на формально ограниченный характер своих полномочий, Управление императорского двора при прямой поддержке правящей либерально-демократической партии, правительства продолжает играть важную роль в поддержании верноподданнических настроений японцев путем проведения многочисленных ритуальных мероприятий, связанных с жизнью императорской семьи, и пр. Ритуал, хотя и в меньшей степени, продолжает вплетаться в сферу японской политики. Статья 20 Конституции рекомендует государству и его органам лишь воздерживаться от проведения религиозного обучения и какой-либо религиозной деятельности, а также принуждать японцев к участию в каких-либо религиозных актах, празднествах, церемониях и обрядах.

Ни одна из политических партий оппозиции не ставит ныне своей непосредственной целью устранение монархии.

Конституция установила вместо полуабсолютистской парламентарную монархию. Парламенту при этом была отведена роль «высшего органа государственной власти и единственного законодательного органа страны». В соответствии с этим были ликвидированы органы, стоящие ранее над парламентом, — Тайный совет и др. Сразу же по вступлении Конституции в силу из нее была изъята статья о пожизненном сохранении за представителями знати их титулов.

Японский парламент — двухпалатный орган, состоящий из палаты представителей и палаты советников. Первая (нижняя) палата переизбирается целиком каждые 4 года, но может быть распущена досрочно. Срок полномочий членов палаты советников (верхней) — 6 лет, с переизбранием через каждые 3 года половины из них. Установленный Конституцией порядок выборов палаты советников (ст. 45, 46) делает ее состав более стабильным по сравнению с нижней палатой.

Обе палаты создаются на основе всеобщих и прямых выборов при сохранении относительно высокого возрастного ценза (активное избирательное право предоставляется японским гражданам с 20 лет, пассивное — с 25 лет в нижнюю и с 30 лет — в верхнюю палату), ценза оседлости, а также требования внесения залога кандидатом в депутаты. Эти условия вместе с мажоритарной системой выборов, установлением в законодательном порядке завышенного представительства от избирательных округов с преимущественно сельским населением подрывают «всеобщий» и «равный» характер выборов в Японии.

Формальное ограничение полномочий верхней палаты по сравнению с нижней (законопроект, согласно Конституции, может быть принят даже при отсутствии одобрения его верхней палатой) не снижает большой значимости палаты советников в обеспечении политической стабильности в стране. Верхняя палата может быть наделена особыми полномочиями при роспуске нижней палаты, во время созыва ее чрезвычайной сессии, «если это крайне необходимо в интересах страны», как записано в Конституции. . Главным звеном государственной машины, которое обладает полнотой властных полномочий, является японское правительство и, более того, его премьер-министр. Премьер-министр от имени Кабинета выступает в парламенте по вопросам внутренней и внешней политики, вносит в парламент проект бюджета, руководит всеми звеньями исполнительной власти и контролирует их.

В Конституции закреплена система «парламентских кабинетов». Парламент избирает главу Кабинета министров, высшего исполнительного органа власти. Им становится лидер победившей на выборах партии. Премьер-министр назначает Кабинет министров, который ответственен перед парламентом и в силу этого должен уходить в отставку в случае выражения ему недоверия. Он, однако, может воспользоваться альтернативной мерой — распустить палату представителей и назначить новые выборы. Это право премьер-министра является достаточно эффективной сдерживающей мерой для парламента. Статья 66 (абз. 2) закрепляет принцип гражданского правительства, согласно которому ни один из членов Кабинета не может быть военным лицом,

Подчиненное положение министров по отношению к премьер-министру подчеркивает ст. 70 Конституции, согласно которой министры должны уйти в отставку в полном составе, если должность премьер-министра становится вакантной.

С обязанностью премьер-министра докладывать парламенту об «общем состоянии государственных дел и внешних сношений» связано право премьер-министра на законодательную инициативу. Это право дает ему возможность в условиях длительного монопольного господства одной партии (в настоящее время это Либерально-демократическая партия) в значительной мере определять законодательную деятельность парламента. Конституция предусматривает весьма обширный список полномочий и самого Кабинета: проведение законов в жизнь, руководство внешней политикой, заключение международных договоров, организация и руководство гражданской службой и пр.

Среди особых полномочий Кабинета следует выделить его право на издание правительственных указов в целях проведения в жизнь Конституции и законов. (Правительству запрещено при этом издавать лишь указы, которые предусматривают уголовное наказание).

Принцип разделения властей, модифицированный вариант американской системы «сдержек и противовесов», особенно отчетливо проступает в японской Конституции и в процедуре импичмента, которая может быть применена в отношении судей, и в полномочиях судов решать вопрос о конституционности любого закона парламента или указа исполнительной власти.

Организации и деятельности судов в новой японской Конституции уделено значительное внимание. Во главу судебной системы Японии поставлен Верховный Суд, состоящий из Главного судьи и установленного законом числа судей. Все судьи, кроме Главного, назначаются Кабинетом, Главный — императором по представлению Кабинета. Судьи независимы, действуют «согласно голосу своей совести» (ст. 76) и подчиняются только закону. Исполнительные органы не вправе вмешиваться в деятельность судей. Общегражданские суды распространяют свою компетенцию и на представителей исполнительной власти, дела которых находились ранее в ведении административных судов. Какие бы то ни было «особые суды» запрещаются.

Конституция содержит широкий перечень демократических прав и свобод. Прямо заимствуя из американской Конституции редакцию основных прав граждан, японская Конституция относит к ним «право на жизнь, свободу и стремление к счастью» (ст. 13).

К числу этих прав отнесено и равенство перед законом, подкрепляемое запрещением всех видов дискриминации, запрещением «пэрства и прочих аристократических институтов, всяческих привилегий» (ст. 14). Среди «классических» прав Конституция провозглашает: право «избирать публичных должностных лиц» (ст. 15), свободу «мысли и совести» (ст. 19), свободы собраний, слова, печати (с запрещением цензуры (ст. 21)), закрепляя в качестве главнейших гарантий свобод граждан демократические принципы уголовного права и процесса: право на разбирательство «дела в суде» (ст. 32), право на адвоката (ст. 37), запрещение произвольных арестов (ст. 33), обысков (ст. 55), применения пыток (ст. 36) и пр.

Социальные права в Конституции перемежаются с политическими. Среди них — запрещение принудительного труда (ст. 18), право на труд (ст. 27), на создание организаций трудящихся, включающее право «коллективных переговоров» и «коллективных действий» (ст. 28), свобода научной деятельности (ст. 23) и др.

Японская Конституция провозгласила также в качестве важной социальной обязанности государства «прилагать усилия для подъема и дальнейшего развития общественного благосостояния, социального обеспечения, а также народного здравия» (ст. 25). При этом право собственности закреплено в Конституции «в границах закона, с тем, чтобы оно не противоречило общественному благосостоянию» (ст. 29). Небывалый экономический рост дал возможность Японии очень скоро перевести эти конституционные положения из сферы декларации в сферу практической деятельности правительства.

Принципиально новым явлением в практике буржуазного конституционализма является включение в Конституцию декларации об отказе Японии от войны (ст. 9), а также «от угрозы или применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров».

Конституция впервые в истории Японии закрепила также автономию местных органов управления. Органы местного самоуправления приобрели право в пределах своей компетенции издавать постановления, взимать налоги, управлять своим имуществом и делами.

Районные административные бюро, заменившие в первые послевоенные годы генеральные комиссариаты, сеть сельских групп и ассоциаций — оплот консерватизма и фашизма на селе — были ликвидированы вместе с Министерством внутренних дел. Губернаторы префектур, мэры городов и деревенские старосты должны избираться на основе всеобщего избирательного права. Губернатором может стать гражданин, достигший 30 лет, мэром и старостой — 35 лет.

Координация деятельности центральных и местных органов возлагалась на созданное в 1960 г. Министерство по делам местного самоуправления, которое наделено было вместе с другими центральными министерствами и ведомствами правом давать «советы», оказывать «техническое содействие» местным органам, инспектировать их и пр.

Утверждение государственного суверенитета Японии и политика «обратного курса». Послевоенная государственная политика декартелизации и демократизации Японии очень скоро сменилась политикой «обратного курса», ужесточением политического режима. После принятия Конституции 1947 г. перед японским государством встали две главные задачи. Первая, внешнеполитическая задача, — упорядочение отношений с оккупационными американскими властями, конечной целью которого должно было стать утверждение государственного суверенитета, ликвидация всех его ограничений. И вторая задача — восстановление и развитие японской экономики, опоры сильного и независимого, политически стабильного государства, с четкой социальной ориентацией.

Обе эти задачи начали решаться одновременно еще в переходный период, со времени принятия Конституции до середины 50-х гг., когда постепенно снимались ограничения японского суверенитета вместе с тесным включением Японии в систему «западного мира», создавался налаженный механизм государственного регулирования экономики.

Правовые основы для изменения курса демократизации, жестких мер обеспечения политической стабильности были созданы двумя документами оккупационных властей: Декретом о действиях, вредных целям оккупации, и Положением о надзоре за общественными организациями, деятельность которых угрожала политической стабильности.

На основе указания оккупационных властей в 1948 г. правительством принимается Закон о трудовых отношениях на государственных предприятиях, на основании которого рабочие этих предприятий, почты, телеграфа, железных дорог и т. п. были ограничены в своих трудовых и профсоюзных правах. Резко ужесточались требования к их участию в забастовках, к ведению коллективных переговоров с правительством и пр. С целью пресечения на этих предприятиях забастовок создавался новый орган — Национальное управление по личному составу. В его компетенцию входило разрешение всех споров по найму, увольнению, заработной плате, а также выработка рекомендаций правительству и парламенту по социальным проблемам, затрагивающим сферу его деятельности. Вслед за этим в 1948 г. вводится новый Закон о контроле над рабочими организациями, предусматривающий разрешительный порядок их создания и передачу значительной части профсоюзных полномочий комиссиям по урегулированию трудовых отношений. В 1949—1950 гг. проводится первая широкая послевоенная кампания «чистки красных», сопровождавшаяся арестами и увольнениями коммунистов из различных служб, радио, печати, запрещением ряда периодических изданий КПЯ и др.

В 1951 г. был подписан Сан-Францисский мирный договор между США и Японией, а также «договор безопасности», который вступил в силу в 1952 г. вместе со специальным Административным соглашением. На основании этих документов были формально отменены все ограничения национального суверенитета Японии, в том числе право оккупационных властей санкционировать принятые японским парламентом законы и бюджет. Американо-японский договор вместе с тем давал США право размещать свои наземные, воздушные и морские силы в Японии, а также предусматривал использование американских вооруженных сил для подавления «крупных внутренних бунтов и беспорядков в Японии». При этом специально оговаривалось, что Япония будет «все в большей мере принимать на себя «ответственность за собственную оборону». Так открывался путь к восстановлению военной силы страны.

На основе специального Административного соглашения американские войска, размещаемые в Японии, получали название «гарнизонных войск», чье пребывание в «независимой стране» оправдывалось договорно-правовыми основаниями. На личный состав вооруженных сил США распространялся в силу этого экстерриториальный статус, они были изъяты из-под действия японских законов, получали льготы на пользование железнодорожным транспортом, телефонными и телеграфными средствами связи и пр. Только в 1953 г. японские власти «отвоевали» право привлекать в ограниченном числе случаев американских солдат и офицеров, совершивших преступление, к уголовной ответственности.

«Обратный курс» в политике декартелизации укрепил на новой основе позиции крупного японского капитала, усилил процесс слияния ранее раздробленных компаний, что привело к возрождению мощных финансово-промышленных групп Мицуи, Мицубиси, Сумитомо и др. Они лишь изменили свою организационную и производственную структуры. Отменена была в 1951 г. чистка экономических органов, проводившаяся ранее на основе требований демилитаризации. Была ликвидирована Комиссия по упорядочению дочерних держательских компаний, непосредственно ведавшая демонополизацией, роспуском головных компаний бывших «дзай-бацу». Государство вновь начинает принимать непосредственное участие в развитии военного производства. Укрепляется взаимодействие государства с «высшими органами» финансово-промышленного капитала, призванными устранять разногласия между отдельными предпринимательскими группами, вырабатывать основы политики в сфере экономики. Это Федерация экономических организаций, Федерация предпринимательских организаций Японии, Японская торгово-промышленная палата, Общество экономических единомышленников и пр. Важным звеном непосредственного сотрудничества и совместной работы представителей крупного капитала и государственного аппарата становится Консультативный совет при премьер-министре по вопросам экономики.

В 1960 году в обстановке широкого движения за отмену «договора безопасности», ликвидации американских военных баз на японской территории, вывода из Японии американских вооруженных сил был заключен новый договор «О взаимном сотрудничестве и гарантиях безопасности», фактически оформивший японо-американский военный союз. Этим договором предусматривались обязательства Японии усилить свой военный потенциал в целях «отражения общей безопасности», а также продлевался еще на 10 лет срок существования американских баз на японской территории. Впоследствии этот договор стал продлеваться автоматически. Новые положения договора о расширении экономического сотрудничества (в частности, о предоставлении Японии американских лицензий для производства новейшего вооружения) сопровождались изъятием старых статей, позволяющих США принимать участие в подавлении «крупных беспорядков». «Охрана мира и независимости страны, обеспечение ее национальной безопасности» были возложены на Управление национальной обороны Японии.

Не имея возможности опираться впредь на военную силу США в наведении внутреннего порядка, правительство в 1952 г., несмотря на массовое сопротивление демократических сил, принимает новый репрессивный Закон о предотвращении подрывной деятельности, предусматривающий уголовную ответственность за «внутренние восстания», «гражданские беспорядки» и подстрекательство к ним. Закон устанавливал также административно-правовые санкции в отношении «подрывных организаций», даже тех, «которые осуществляли подрывную деятельность в прошлом, а сейчас вызывают опасения, что повторят ее». К этим организациям могла быть применена одна из двух «мер регулирования»: ограничение деятельности организации или ее роспуск. Предусматривалось законом и создание двух специальных органов: Управления по расследованию и Бюро общественной безопасности. Первому вменялось в обязанность расследовать подрывную деятельность (как соответствующей комиссии США по расследованию антиамериканской деятельности), второму — непосредственно применять «меры регулирования».

«Обратный курс» был связан и с возрождением военной силы страны, которое началось с формирования так называемого резервного полицейского корпуса в составе 75000 человек, преобразованного в 1952 г. в «охранные войска», с восстановления ее военно-морских и военно-воздушных сил. В 1952 г. при Управлении национальной обороны был создан Комитет по планированию развития вооруженных сил. Им был разработан трехлетний план развития вооруженных сил, предусматривающий создание основ сбалансированной системы сухопутных, военно-морских и военно-воздушных войск, оснащаемых американским оружием, поставляемым в порядке безвозмездной помощи. Дальнейшее развитие вооруженных сил Японии происходило на основе пятилетних планов, предусматривающих пополнение армейского вооружения за счет развития отечественного производства.

Качественно новый этап «оборонной политики Японии» обозначился в начале 80-х гг. Об этом свидетельствовал не только рост военных расходов, но и участие Японии в осуществлении американских военных программ, в расширении не только экспорта оружия, но и американской военной технологии.

В бюджете на 1987 г., например, военные расходы впервые за послевоенные годы превысили 1% от валового национального продукта страны, что свидетельствовало об отказе правительства от традиционного верхнего лимита их роста, установленного в 1976 г. Кабинетом министров. Это означало, что новым «ограничением» военных бюджетов становилась лишь сумма, запрошенная Управлением национальной обороны на осуществление очередного пятилетнего плана наращивания вооружений. В настоящее время Япония обладает военной силой, формируемой на контрактной основе, оснащенной всеми видами современного вооружения, кроме атомного.

Вместе с формальной отменой ограничений национального суверенитета началось и окончательное оформление политической системы Японии, которое завершилось в середине 50-х гг. Произошло объединение левой и правой социалистических партий Японии, восстановлено единство Коммунистической партии, сложилась на основе объединения Либеральной и Демократической партий доминирующая политическая сила в лице Либерально-демократической партии, на долгие годы монополизировавшая государственную власть. Формирующиеся в последние годы коалиционные кабинеты существенно не затронули этой монополии, которая держится на особой системе «сбора голосов», главным образом, в сельских районах.

В этой системе ключевую роль играют финансовые возможности ЛДП как правящей партии, зависимость префектур, особенно сельских, от государственного бюджета. Под лозунгом «Хозяйственного развития провинций» правительство выделяет средства местным органам власти, поддерживающим кандидатов ЛДП, а через организации с правом «особого юридического лица'» (банк Японии, Центральный сельскохозяйственный фонд и пр.) финансирует своих непосредственных избирателей, представителей мелкого и среднего бизнеса, сельскохозяйственных предприятий, рыбаков, то есть тех, кому закрыты кредиты частных банков.

Ведущие функционеры Либерально-демократической партии вместе с высшими чиновниками государственного аппарата, а также представителями крупного бизнеса представляют собой те крепко связанные круги правящей элиты, в руках которой и сконцентрирована вся государственная власть в стране. Сам премьер-министр лишен возможности принять то или иное решение, не согласованное с мнением «правящей триады», но он выполняет функции своего рода политического арбитра, если в ней возникают разногласия.

Послевоенное развитие японской модели государственного регулирования экономики. Значительные послевоенные структурно-функциональные изменения в государственном аппарате Японии были связаны, между тем, не только и не столько с возрождением военной организации Японии, сколько с созданием и определением функций многочисленных государственных органов и институтов, призванных решать сложные задачи восстановления и развития мирной японской экономики.

‘ «Особое юридическое лицо» — организация, общество, созданное на основе специально принятого закона, для выполнения определенных государственных или общественных задач.

Эти задачи определили и главные направления вмешательства государства в сферу частного бизнеса: государственное планирование и долгосрочное прогнозирование экономического развития, стимулирование частного капитала в деле всемерного использования новейших достижений научно-технической революции, многоплановое участие государственных органов в повышении качества японской продукции и пр.

Еще до принятия Конституции, в 1946 г., в Японии начала осуществляться на основе Закона «О чрезвычайных мерах в области экономики и финансов» целенаправленная политика экономической стабилизации. С этой целью были созданы «Бюро экономической стабилизации» и «Комитет по регулированию цен». Необходимость четкого государственного регулирования процессов восстановления расстроенной экономики потребовала разработки первых мобилизационных экономических программ и наделения Бюро специальными функциями по составлению общегосударственных планов в области производства и распределения товаров, контроля за обеспечением предприятий рабочей силой, финансами, транспортом и пр.

В мае 1947 г. полномочия Бюро были расширены за счет предоставления ему права координировать производственные планы отдельных министерств и надзора за их осуществлением. С этого времени в Японии стал накапливаться огромный позитивный опыт государственного планирования, принципиально отличного от бюрократического, командного планирования экономики в условиях тоталитарного социализма. Японская модель «административного руководства» промышленностью, основанная на разработке научно обоснованных планов-проектов, в том числе и долгосрочных, создается вместе с организациями частного бизнеса и воспринимается ими как средство наиболее эффективного решения важнейших экономических задач, стоящих перед страной.

Эта широко известная в мире модель основана не на формальных, а на «джентльменских» соглашениях, заключаемых государственными органами и корпорациями, группами корпораций, отдельными предприятиями частного бизнеса, касаются ли они сокращения производства, экспорта новой техники, стандартов качества продукции и пр. Во многих случаях административный орган не наделен в сфере экономики особыми властными полномочиями, и его решения носят убеждающий, рекомендательный характер, но они выполняются в силу корпоративной ответственности, традиционных национально-психологических требований «морального долга». Законы, касающиеся статуса министерств, определяют в качестве форм «административного руководства» рекомендации, требования, советы, посредничество.

Осуществление первых послевоенных планов стабилизации промышленности не могло не встретить на своем пути ряд трудностей, связанных с нехваткой средств для государственного субсидирования промышленности, сырьевых ресурсов, с ростом инфляции, социальной напряженности и пр. Нехватка сырья стимулировала принятие Закона «Об установлении жесткого контроля над угольной промышленностью». В 1948 г. был учрежден Фонд восстановления экономики, для финансирования которого были выпущены займы, большая часть которых размещалась в Государственном банке Японии.

Относительная неэффективность этих мер потребовала принятия нового плана экономической стабилизации, главной задачей которого стало создание сбалансированного государственного бюджета за счет увеличения налоговых сборов, ограничения выплат субсидий, установления контроля над ценами, внешней торговлей и иностранной валютой. Планировалось также увеличение производства важнейших видов местного сырья и пр.

В 1951 г. Япония достигла довоенного уровня промышленного производства за счет главным образом восстановления старых производственных мощностей. Дальнейший рост экономики страны был невозможен без коренной перестройки всей материально-технической базы промышленности, четких научно обоснованных ориентиров и планов ее развития.

С начала 50-х гг. правительство стало закладывать прочный фундамент, на котором частные фирмы могли выработать свою политику резкого улучшения качества промышленной продукции, необходимого условия повышения ее конкурентоспособности на мировом рынке и, следовательно, притока в страну необходимых валютных поступлений.

С этой целью стимулировался импорт передовой техники и технологий, частным капиталом скупались лицензии во всем мире, что позволило в короткий срок преодолеть техническую отсталость японской промышленности по сравнению с Западом и достичь уже в 50-е гг. небывалого экономического роста.

Правительством были разработаны также общенациональные образовательные программы обучения японцев современным методам контроля за качеством промышленной продукции, которые финансировались из государственного бюджета. С 1949 г. курсы обучения «методам управления качеством» были введены в высших учебных заведениях и школах.

Повышение качества продукции сопровождалось упорной работой государственных органов по созданию эффективно функционирующей обновленной общегосударственной системы стандартизации. Первые шаги в этом направлении были приняты в Японии еще в 1945 г., когда Всеяпонская ассоциация стандартов приступила к изучению американского опыта. Правительство стимулировало и материально, и организационно создание Японского союза ученых и инженеров в 1946 г., играющего значительную роль в деле популяризации современных методов контроля качества, а также Японской ассоциации стандартов, призванной в общегосударственном масштабе координировать работы в области стандартизации и метрологии.

Вслед за этим были введены первые законы о стандартизации и знаке качества продукции. В 1948 г. принимается Закон о промышленной стандартизации. На вновь созданный Государственный комитет промышленных стандартов возлагалась задача организации и координации единой метрологической службы, в том числе разработка новых и пересмотр старых стандартов.

В 1957 г. был принят действующий и поныне Закон «Об экспортных операциях», на основании которого вся экспортная продукция в Японии подвергается обязательной инспекции и только после этого вносится в специальные списки разрешенного экспорта. Качественные параметры экспортной продукции, как и методы проверки, утверждаются соответствующими государственными органами.

Под эгидой Министерства внешней торговли и промышленности в настоящее время создана целая сеть государственных органов инспекции, кроме того, контроль за качеством товаров возложен на ряд (около 40) «избранных» частных компаний. Все компании и лица, виновные в нарушении правил контроля за качеством, привлекаются к суду, наказываются значительными штрафами.

Еще в 1973 г. был принят государственный 8-летний план содействия промышленной стандартизации в Японии в целях совершенствования и унификации национальных стандартов. Этот план вошел составной частью в стратегическую программу развития японской экономики под названием «Долгосрочная перспектива структуры промышленности», разработанную правительством в 1974 г. В качестве главных направлений развития в программе были выделены: «развертывание в международном масштабе структуры промышленности», то есть рассредоточение в развивающихся странах японских предприятий тяжелой и химической промышленности и дальнейшее развитие в самой Японии наукоемких отраслей производства, то есть отраслей с высокой нормой добавочной стоимости.

Японское «экономическое чудо» (Япония уже в 70-х гг. вышла на 2-е место в мире по размерам валового национального продукта) в значительной мере и объясняется тем, что Япония превосходит все другие страны в способности целенаправленного эффективного регулирования экономики. Это единственная страна в мире, которая осуществляет всеобъемлющую комплексную стратегию обеспечения своей национальной безопасности.

В достижении экономических успехов страны играет не последнюю роль и сохранившаяся традиционная система управления на микроуровне, то есть уровне отдельных фирм, основанная на взаимных обязательствах («нимму») предпринимателя и работника, на идеях «пожизненного найма» с оплатой труда по старшинству, что поддерживается ныне и японскими профсоюзами. Труд на благо своей компании для многих японцев является не столько средством получения денег, сколько средством достижения «морального долголетия». Традиционные предписания, нормы морали продолжают оказывать существенное влияние на процессы регулирования общественных отношений в Японии. Престиж, сохранение репутации, стремление «не потерять лицо», выполнить свой долг («гиму») преданности императору, государству и нации, обязательства перед хозяином, родителями, предками остаются важнейшими стимулами мотивации поведения японцев по отношению к труду.

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Понятие и значение субъективной стороны преступления

Понятие субъективной стороны преступления

Значение субъективной стороны преступления

Признаки субъективной стороны преступления

Вина и ее формы

Составы преступлений с двумя формами вины

Умысел и его виды

Мотив, цель и эмоции как самостоятельные признаки субъективной стороны преступления

Понятие мотива, цели и эмоций

Классификация мотивов

Заключение

Список использованной литературы

ВВЕДЕНИЕ

В Уголовном кодексе Российской Федерации 1996 года впервые в истории российского уголовного законодательства появилась глава, озаглавленная «Вина», в которой сконцентрированы нормы, раскрывающие понятие субъективной стороны преступления.

Субъективная сторона является внутренней сущностью преступления. Она представляет психическое отношение лица к совершаемому им общественно опасному деянию, характеризующееся виной, мотивом, целью и эмоциями. Субъективная сторона преступления всегда была одной из наиболее дискуссионных и важных правовых проблем и поэтому издавна привлекала внимание ученых – юристов. Это связано не только с извечно присущим человеку желанием понять мотивы и цели поведения преступника, но и со стремлением исследователей глубоко изучить психологию преступника, понять, что привело его к совершению преступления.

Термин «субъективная сторона» в уголовном законодательстве не употребляется. Однако законодатель раскрывает его путем использования таких понятий, как вина, мотив и цель. Каждое из понятий характеризует психическую сущность преступления с различных сторон.

Содержание субъективной стороны помогает определить степень общественной опасности, как преступного деяния, так и лица, его совершившего.

Целью данной курсовой работы является изучение понятия субъективной стороны преступления и ее установление. Из этой цели вытекают следующие задачи:

— раскрытие содержания субъективной стороны преступления,

— анализ понятия, признаков субъективной стороны преступления, их взаимосвязь между собой и самостоятельность,

— выявление значения субъективной стороны в квалификации деяний.

На мой взгляд, вопросы, рассматриваемые в данной работе, представляются актуальными, так как Российское уголовное право стоит на позиции субъективного вменения. Это означает, что уголовно наказуемым закон признает только такое общественно опасное деяние, которое совершено виновно.

ПОНЯТИЕ И ЗНАЧЕНИЕ СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Понятие субъективной стороны преступления

Если объективная сторона преступления – это внешняя сторона преступления, то субъективная сторона является внутренней стороной преступления. Содержание субъективной стороны преступления раскрывается с помощью таких признаков, как вина, мотив, цель, эмоции, которые между собой взаимосвязаны. Вместе с тем указанные признаки характеризуются определенной самостоятельностью и соответственно имеют различное значение. Однако вина – это ядро субъективной стороны преступления и является обязательным и основным признаком любого состава преступления, что непосредственно указано в ч. 1 ст. 14 УК РФ: «Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние…».

Вина – это психическое отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию. Вместе с тем, вина не дает ответа почему (зачем) виновный совершил преступление. На этот вопрос отвечают такие признаки субъективной стороны преступления, как мотив, цель и эмоции.

Мотив преступления – это прежде всего внутренние побуждения человека, которые вызывают у него решимость совершить общественно опасное деяние. Эти побуждения исходят из негативных потребностей и ложно понимаемых интересов соответствующего лица.

Мотивы совершения преступления обязательно выясняются в процессе дознания, предварительного следствия и в суде независимо от того, является ли он обязательным либо факультативным признаком состава преступления. Данное положение базируется на ч. 1 ст. 73 УПК РФ, где говорится, что при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию не только события преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), но и виновность лица в совершении преступления, форма его вины, мотивы [3, 73].

Цель преступления – это мысленная модель желаемого результата, к достижению которого стремится лицо при совершении общественно опасного деяния.

Эмоции, как правило, связываются с мотивом совершения преступления. В качестве примера можно назвать такое деяние, как причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта (ст. 113 УК РФ), убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ). Законодатель в отдельные составы преступлений в качестве обязательных признаков включает мотив и цель совершения общественно опасного деяния, которые отвечают на вопрос: зачем виновное лицо совершило то или иное виновное деяние. Вместе с тем, мотивы и цели не включаются во все составы преступлений, и поэтому они являются факультативными.

Значение субъективной стороны преступления

Юридическое значение субъективной стороны преступления состоит в том, что она:

— является одним из элементов состава преступления. Если отсутствует вина как обязательный признак субъективной стороны преступления, то и отсутствует состав преступления;

— по субъективной стороне преступления в ряде случаев производится разграничение различных видов преступлений. Так разграничение умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшее смерть потерпевшего (ст. 111 УК РФ), от убийства (ст. 105 УК РФ) осуществляется в основном по субъективной стороне преступления. В ст. 111 УК РФ у виновного умысла к смерти нет, а вина к смерти выражается в форме неосторожности. В ст. 105 УК РФ субъективная сторона преступления выражается в форме умысла и желания смерти;

— факультативные признаки субъективной стороны преступления могут выступать в качестве обстоятельств как отягчающих, так и смягчающих уголовное наказание. Например, совершение преступления по мотиву сострадания (п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ) смягчает уголовное наказание, а совершение убийства по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти (п. «л» ч. 2 ст 105 УК РФ) является отягчающим обстоятельством и влечет за собой вынесение судом более строгого наказания;

— в значительной степени определяет степень общественной опасности совершенного преступления, а также лица его совершившего.

Итак, субъективная сторона преступления – это психическая деятельность лица, связанная с совершением преступления.

ПРИЗНАКИ СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Вина и ее формы

Вина выступает в качестве обязательного, при этом важнейшего и основополагающего признака субъективной стороны преступления. Она представляет собой неоднозначное явление и выступает, по крайней мере, в двух качествах как:

— элемент состава преступления,

— основание уголовной ответственности.

Вина как обязательный признак преступления подтверждается ч. 2 ст. 5 УК РФ, где указывается: «Объективное мнение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается». Виновность лица в совершении преступления должна быть доказана и установлена вступившим в законную силу приговором суда (ч. 1 ст. 49 Конституции РФ).

Без вины ни одно лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности независимо от того, какого размера имели общественно опасные последствия совершенного преступления.

Вина как ядро субъективной стороны преступления характеризует психическое отношение виновного к содеянному, и ее обязательными предпосылками являются вменяемость и достижение лицом возраста уголовной ответственности.

Вина как элемент состава преступления и основание уголовной ответственности характеризуется определенными признаками. В частности она:

— наполнена психологическим содержанием. Она отражает процессы, происходящие в психике лица, совершившее общественно опасное деяние. Сюда включаются мотивы и цели, которыми руководствовался виновный;

— всегда предметна, проявляется в конкретном преступлении и относится к конкретному лицу, совершившему преступление;

— имеет социальное содержание. Это проявляется в том, что общество отрицательно относится к тем, кто совершает уголовные преступления. В свою очередь, виновное лицо, совершая преступное деяние, соответственно негативно относится к социальным ценностям, охраняемым уголовным законом. Лицо, совершая преступление, обладает свободой воли. Это означает, что человек понимает, что совершает противоправное деяние и желает поступать именно так, чтобы достичь те или иные цели. Соответственно элементами вины являются сознание и воля, которые в совокупности образуют содержание вины. Следовательно, содержанием вины или элементами вины является сознание (интеллектуальный элемент) и воля (волевой элемент). Таким образом, вина человека характеризуется двумя элементами: интеллектуальным и волевым.

Интеллектуальный элемент, как правило, означает осознание лицом опасности совершенного им деяния и предвидения наступления преступных последствий.

Волевой элемент:

— в умышленных преступлениях предполагает желание, сознательная направленность лицом наступления общественно опасных последствий;

— в неосторожных преступлениях такой элемент может выражаться в неосмотрительности, неорганизованности в расчете на предотвращение лицом нежелательных общественно опасных последствий.

Если будут отсутствовать осознанность, а также волевой характер деяния, то деяние следует считать совершенным невиновно и лицо освобождается от уголовной ответственности. Практическое значение таких юридических категорий, как интеллектуальный элемент и волевой элемент, состоит в том, что по ним в составе преступления проводится анализ, разграничение, а также точное установление различных видов умысла (прямого, косвенного) и видов неосторожности (преступного легкомыслия и преступной небрежности).

При этом следует иметь в виду, что такое деление на интеллектуальные и волевые элементы является условным, ибо сами по себе такие категории как материальные субстанции не существуют. Различие в направленности, а также интенсивности интеллектуальных и волевых моментов, как психических процессов, протекающих в сознании лица, совершающего преступления, находится основание деления вины на формы. Уголовное законодательство устанавливает две формы вины [2, 24] : умысел и неосторожность. Далее обе формы вины делятся на виды: умысел – на прямой и косвенный, а неосторожность – на легкомыслие и небрежность.

Признать лицо виновным – это означает, что оно совершило преступление умышленно или по неосторожности.

Формы вины, как категории уголовно – правового характера, имеют важное значение для правоприменительной деятельности:

Позволяет правильно квалифицировать общественно опасные деяния. Например, составы преступлений: умышленное уничтожение или повреждение имущества (ст. 167 УК РФ) и уничтожение или повреждение имущества по неосторожности (ст. 168 УК РФ) различаются друг от друга только по форме вины.

Более индивидуализировано судом определять уровень уголовной ответственности виновного. Так, за преступление, совершенное с прямым умыслом, уголовное наказание назначается более строгое, чем за преступление, совершенное с косвенным умыслом, а преступное легкомыслие, как правило, более опасно, чем преступная небрежность.

Позволяет правильно установить режим отбывания наказания в виде лишения свободы. В этой связи лица, осужденные за неосторожные преступления, содержатся в колониях – поселениях, а лица, осужденные за умышленные преступления, в исправительных колониях различного вида режима, либо в тюрьме.

Лица, совершившие преступления по неосторожности, могут быть освобождены условно – досрочно по отбытии меньших сроков наказания, чем при совершении умышленных преступлений.

Наличие умышленного или неосторожного преступления влияет на установление рецидива преступлений. Так, согласно ч. 1 ст. 18 УК РФ рецидив образуют только умышленные преступления. Неосторожные преступления на установление видов рецидива никакого значения не оказывают.

Являются основанием для разграничения преступного деяния от непреступного. Например, причинение легкого вреда здоровью (ст. 115 УК РФ) будет преступлением, если такие деяния совершены умышленно. Если те же самые деяния причинены по неосторожности, то состав преступления исключается.

Степень негативного отношения к виновному со стороны общества и государства является более существенной, если лицо совершило умышленное преступление.

С учетом изложенного можно предложить новое понятие вины. Итак, вина – это психическое отношение субъекта к совершенному им общественно опасному деянию и его последствиям и выражается в форме умысла и неосторожности. Здесь же следует указать, что согласно ч. 2 ст. 24 УК РФ деяние, совершенное по неосторожности, признается преступлением только в том случае, когда это специально предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК РФ.

Составы преступлений с двумя формами вины

Как правило, большинство преступлений совершаются с одной формой вины. Вместе с тем, отдельные составы преступлений одновременно предусматривают наличие двух форм вины.

О составах преступлений с двумя формами вины говорится в ст. 27 УК РФ. Довольно таки сложная редакция данной уголовно – правовой нормы устанавливает: «Если в результате совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за такие последствия наступает только в случае, если лицо предвидело возможность их наступления, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение, или в случае, если лицо не предвидело, но должно было и могло предвидеть возможность наступления этих последствий. В целом такое преступление признается совершенным умышленно». Суть преступлений с двумя формами вины состоит в том, что в таких преступлениях сочетаются одновременно умысел и неосторожность. Конкретизируя данное положение, следует дополнить, что виновный проявляет умысел по отношению к деянию и неосторожность по отношению к последствиям. Две формы вины могут существовать только в квалифицированных составах преступлений. Более полно данное положение следует сформулировать так: если основной состав преступления характеризуется виной умышленной, то отношение к тяжким последствиям, предусмотренным квалифицированным составом данного преступления, — неосторожностью. В целом таких составов в УК РФ немного. Например, в составе преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 123 УК РФ (Незаконное производство аборта) у виновного имеется умысел по отношению к производству аборта и неосторожность по отношению к смерти потерпевшей. В другом преступлении, предусмотренным ч. 4 ст. 111 УК РФ (Умышленное преступление тяжкого вреда здоровью), умысел виновного направлен на причинение тяжкого вреда здоровью и по неосторожности – смерть потерпевшего, то есть смерть является неосторожным результатом этого умышленного деяния. При этом неосторожность может быть как в виде легкомыслия, так и преступной небрежности. К таким составам также относятся преступления, предусмотренные ст.126, 127; ч. 2 ст. 128; п. «а» ч. 3 ст. 131; п. «а» ч. 3 ст. 132; ч. 2 ст. 143, 167; ч. 3 ст. 205 и др.

Преступления, совершенные с двумя формами вины в целом, согласно ст. 27 УК РФ, признаются совершенными умышленно. Следует иметь в виду, что не во всех случаях, когда указывается о неосторожном причинении тех или иных последствий, речь идет о преступлениях с двумя формами вины.

К категории таких деяний относятся преступления, предусмотренные ст. 143 УК РФ (Нарушение правил охраны труда), ст. 248 УК РФ (Нарушение правил безопасности при обращении с микробиологическими либо другими биологическими агентами или токсинами), ст. 263 УК РФ (Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного или водного транспорта), ст. 264 УК РФ (Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств) и др. В выше указанных составах нет преступлений с двумя формами вины, а имеет место одно, совершенное деяние по неосторожности. Здесь также следует иметь в виду и то обстоятельство, что закон предусматривает нарушения специальных правил, повлекших за собой тяжкие последствия. Изучение составов преступлений с двумя формами вины необходимо для правильной их квалификации, а также для разграничения их как от умышленных, так и от неосторожных преступлений. Неосторожность и ее виды. Причиной неосторожных преступлений является беспечность, недисциплинированность, пренебрежительное отношение некоторых граждан к реализации своих служебных функций, возложение на себя обязанностей, которые не свойственны виновным, а также их невнимательное отношение к жизни и здоровью окружающих людей. В подавляющем большинстве случаев ответственность за неосторожные преступления наступает при причинении виновными общественно опасных последствий, то есть в преступлениях с материальным составом. При отсутствии общественно опасных последствий само неосторожное действие за собой уголовной ответственности не влечет. Однако из данного правила имеются исключения, когда деяния с формальными составами могут быть совершены по неосторожности. К таким преступлениям относятся: нарушение правил безопасности на объектах атомной энергетики (ст.215 УК РФ), нарушение правил безопасности на взрывоопасных объектах (ст. 217 УК РФ). Неосторожность как вторая форма вины в соответствии с ч.1 ст. 26 УК РФ делится на легкомыслие и небрежность. Как легкомыслие, так и небрежность характеризуются интеллектуальными и волевыми элементами.

В соответствии с ч.2 ст. 26 УК РФ преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий, бездействия (интеллектуальный элемент), но без достаточных на то оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий (волевой элемент). Более краткое понятие преступного легкомыслия с позиций интеллектуального и волевого элементов: предвидение последствий, но такое предвидение является абстрактным – интеллектуальный элемент, и необоснованный расчет на предотвращение последствий, однако расчет самонадеянный – волевой элемент. Например, водитель автомобиля превышает дозволенную скорость, не успевает своевременно затормозить, вследствие чего сбивает пешехода, причинив ему смерть, тем самым совершает преступление, предусмотренное ч.2 ст. 264 УК РФ. Или другой пример: во время своего дежурства охранник включил самодельный нагревательный прибор и заснул, тем самым оставил его без присмотра. В результате указанных действий возник пожар, который причинил значительный материальный ущерб, что составило деяние, установленное ч.2 ст. 219 УК РФ (Нарушение правил пожарной безопасности). Преступная небрежность сформулирована в ч.3 ст. 26 УК РФ, где сказано, что преступление признается совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, бездействия (интеллектуальный элемент), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было (объективный критерий) и могло (субъективный критерий) предвидеть эти последствия (волевой элемент). Более краткое понятие преступной небрежности с позиций интеллектуального и волевого элементов: лицо не предвидело наступления своих опасных деяний, то есть у лица отсутствует оценка своего поведения как опасного, однако такое лицо должно было и могло предвидеть наступление вредных последствий – волевой элемент. Таким образом, из определения следует, что кроме интеллектуального и волевого элементов, которые присущи всем видам умысла и неосторожности, в преступной небрежности обязательно должны присутствовать так же и объективный и субъективный критерии. И только наличие совокупности объективного и субъективного критериев могут свидетельствовать о преступной небрежности виновного лица. Как правило, рассматриваемая форма вины возникает с недостаточной квалификацией или профессиональной подготовки работника. Однако, преступная небрежность может возникнуть и при иных обстоятельствах. Например: Иванов из озорства толкнул в водоем Петрова, в результате чего последний утонул. В данном случае налицо неосторожное причинение смерти и деяние виновного надлежит квалифицировать по ст. 109 УК РФ. Преступная небрежность представляет собой единственную разновидность вины, при которой лицо не предвидит возможности наступления общественно опасных последствий, хотя при должной внимательности и предусмотрительности должно было и могло их предвидеть. От преступной небрежности следует отличать невиновное причинение вреда. Согласно ч.1 ст.28 УК РФ деяние признается совершенным невиновно, если лицо, его совершившее, не осознавало и по обстоятельствам дела не могло осознавать общественной опасности своих действий (бездействия), либо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не должно было или не могло их предвидеть. Невиновное причинение вреда (случай, казус) характеризуется тем, что совершая общественно опасное деяние, лицо не сознавало и по обстоятельствам дела не могло сознавать его общественной опасности, не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не должно было и не могло их предвидеть. Отсутствие возможности предвидения лицом вредных последствий является обстоятельством, которое исключает вину данного лица и поэтому оно не может быть привлечено к уголовной ответственности. Случайное или невиновное причинение вреда также уголовно ненаказуемо. Иллюстрацией казуса может быть конкретное дело. Так Л., привлеченный к ответственности за неосторожное убийство, был оправдан судом. Обстоятельства дела таковы: группа подростков, в числе которых был и Л., приехав в охотничье зимовье, затеяли стрельбу по пустым банкам и бутылкам из самодельного пистолета. Затем трое подростков вернулись в зимовье и сели за стол, расположенный напротив окна. Около 18 часов, когда начало смеркаться, Л., находясь в нетрезвом состоянии и будучи близоруким, стал бегать вокруг зимовья в поисках более крупной мишени с заряженным пистолетом и взведенным курком. Дуло пистолета было направленно вниз. Пробегая мимо окна, Л. споткнулся, взмахнул руками и непроизвольно нажал на курок, в результате чего произошел выстрел, которым через окно сидевшему в доме С. было причинено тяжкое ранение, в результате которого С. скончался. Заместитель Генерального прокурора РФ внес протест в Верховный Суд РФ, указав, что хотя Л. и не предвидел последствий своих действий, однако он должен был и мог их предвидеть. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила протест без удовлетворения, отметив, что при изложенных выше обстоятельствах Л. не предвидел и не мог предвидеть, что споткнется о ведро, непроизвольно нажмет на курок и выстрел произойдет в сторону окна. [7, 3]

Вышеизложенные обстоятельства также довольно предметно просматриваются и в другом примере: Д. пытался увести домой своего зятя М., который был сильно пьян. Вырываясь от Д., М. споткнулся и стал падать, потянув при этом Д. на себя. Не удержавшись, Д., имеющий вес 123 кг, упал, случайно попав коленом в область груди и живота М., и причинил тяжкий вред его здоровью, от которого наступила смерть. Прекращая уголовное дело, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала, что Д. не предвидел возможности своего падения и причинения фактически наступивших тяжких последствий и по обстоятельствам дела не должен был и не мог этого предвидеть. [8, 5] Невозможность предвидения негативных последствий может быть обусловлена низкими индивидуальными качествами человека, его уровнем развития, в том числе отсутствием жизненного опыта, стажа работы, низким интеллектуальным уровнем развития и пр., а также той конкретной обстановкой, в которой развивались события. Часть 2 ст.28 УК РФ предусматривает особую разновидность невиновного причинения вреда. В частности данная норма указывает, что деяние также признается совершенным невиновно, если лицо, его совершившее, хотя и предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но не могло предотвратить эти последствия в силу несоответствия своих психофизиологических качеств требованиям экстремальных условий или нервно – психическим перегрузкам. В данном случае речь идет о таких ситуациях, когда в силу чрезмерной физической перегрузки и нервного напряжения то или иное лицо, находясь в экстремальных условиях, теряет контроль над своими действиями, что приводит порой к тяжким последствиям. Это, как правило, относится к таким категориям специалистов, которые работают в сфере использования техники с источниками повышенной опасности (например, водители, диспетчеры, летчики и т.д.). При этом такая деятельность человека связана с явным переутомлением, чрезмерным нервным возбуждением, высокими нервно – психическими перегрузками. Например, машиниста электровоза под страхом увольнения заставили работать сверх положенного времени.

Нервно – психические перегрузки и, соответственно, психофизическое состояние причинителя вреда устанавливаются заключением медицинской и психологической экспертиз.

Умысел и его виды

В ч. 1 ст. 25 УК РФ указывается: «Преступлением, совершенным умышленно, признается деяние, совершенное с прямым или косвенным умыслом». Из данного положения закона вытекает, что умысел подразделяется на прямой и косвенный. В законе формулируется понятие прямого умысла (ч. 2 ст. 25 УК РФ). В частности, преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий (интеллектуальный элемент) и желало их наступления (волевой элемент). Более краткое понятие прямого умысла с позиции интеллектуального и волевого элементов: осознание и предвидение деяния – это интеллектуальный элемент, а желание наступления опасных последствий – волевой элемент.

Умышленных преступлений совершается большинство (99%), то есть на каждые десять преступлений приблизительно девять совершается умышленно. Пример состава преступления с прямым умыслом: стрельба из проверенного оружия в упор, где виновный предвидит смерть жертвы. Или виновный сталкивая жертву в пропасть, понимает, что смерть потерпевшего будет неизбежна. При прямом умысле предвидение носит конкретный характер. Преступление может быть совершено с косвенным умыслом (ч. 3 ст. 25 УК РФ). Так если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий (интеллектуальный элемент), не желало, но сознательно допускало эти последствия, либо относилось к ним безразлично (волевой элемент). Таким образом, уголовный кодекс на законодательном уровне дает определение видов умысла. Более краткое определение косвенного умысла с позиций интеллектуального и волевого элементов: осознание и предвидение – это интеллектуальный элемент, а не желание, но сознательное допущение таких последствий, либо безразличное к ним отношение – волевой элемент. Например, пьяный хулиган открыл беспорядочную стрельбу на остановке автобуса, где убил одного и ранил семерых. В данной ситуации умысла на совершение убийства у виновного не было. Составы преступления с косвенным умыслом в практике правоохранительных органов встречаются довольно редко.

Разграничение видов умыслов на прямой и косвенный необходимо для:

— определения степени общественной опасности совершенного преступления;

— индивидуализации уголовной ответственности и наказания виновного;

— обоснованного применения ряда уголовно – правовых институтов. В частности, косвенный умысел исключается в преступлениях с формальным составом, при соучастии в преступлении, при покушении на преступление и его приготовлении.

В зависимости от конкретной криминогенной ситуации виды умыслов могут быть различными:

— заранее обдуманный. Такой вид умысла состоит в том, что намерение совершить преступление реализуется через определенный промежуток времени после его возникновения (например, фальшивомонетничество, создание банды, подготовка террористического акта);

— внезапно возникший. Он реализуется сразу же после возникновения. Сюда, как правило, относятся все разновидности хулиганства;

— аффективный умысел характеризуется сильным душевным волнением. Например, убийство в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ);

— альтернативный умысел (когда виновный предвидит ряд последствий). Например, удар ножом в грудь потерпевшему. Последствия: умышленное причинение тяжкого вреда его здоровью, либо смерть. Преступления с таким умыслом квалифицируются в зависимости от фактически наступившего вреда;

— неопределенный или не конкретизированный умысел (виновный в общих чертах предвидит опасные последствия). Например, сильные удары ногами по голове, груди, животу потерпевшему. В данной ситуации виновный не предвидит, точно не осознает размера причиненного вреда. Преступления с таким видом умысла квалифицируются в зависимости от наступления общественно опасных последствий, то есть с учетом фактически наступившего вреда;

— определенный или конкретизированный умысел (смерть жертвы от точного и сильного удара топором по голове).

Перечисленные выше различные виды умыслов исчерпывающими не являются. Указанная классификация видов умысла необходима для установления степени общественной опасности совершенных преступлений, объема уголовной ответственности и соответственно для назначения наказания.

МОТИВ, ЦЕЛЬ И ЭМОЦИИ КАК САМОСТОЯТЕЛЬНЫЕ ПРИЗНАКИ СУБЪЕКТИВНОЙ СТОРОНЫ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

Понятие мотива, цели и эмоций

Любые действия человека, в том числе преступные, обусловлены определенными мотивами, эмоциями и преследуют определенные цели. Мотивы, цели и эмоции имеют значение самостоятельных признаков и выполняют функции обоснования вины совершенного преступления. Мотив – это внутреннее побуждение, которым руководствуется лицо, совершая преступление. Пленум Верховного Суда РФ в п. 6 постановления от 29 апреля 1996 года «О судебном приговоре» указал необходимость доказывания мотивов совершения преступления наряду с виновностью. Цель – это конечный результат, к которому стремится виновный и психологическое представление субъекта о желаемом результате. Если мотив отвечает на вопрос, чем руководствовалось лицо при совершении преступления, то цель определяет направленность деятельности правонарушителя. Цель дает представление, к чему стремился виновный. Цель нельзя смешивать с последствиями совершенного преступления, ибо она выступает в качестве продукта мышления. Преступные же последствия являются признаком объективной стороны преступления. Эмоции и эмоциональное состояние, которые выражают переживание лица, которое совершило преступление. Такое состояние ограничивает контрольные функции за поведением человека, но не исключают их полностью. Поэтому лицо подлежит уголовной ответственности, однако сильные душевные переживания или аффект, возникшие в результате противоправного поведения потерпевшего, признаются смягчающим вину обстоятельством.

Уголовно–правовое значение аффекта или сильного душевного переживания может иметь место лишь в тех случаях, когда это прямо указывается в законе. Например, противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившимся поводом для преступления (п. «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ); убийство, совершенное в состоянии аффекта (ст. 107 УК РФ); причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта (ст. 113 УК РФ). Мотив, цель и эмоции – это психические явления, которые вместе с виной образуют субъективную сторону преступления. Мотив и цель в отношении общественно опасных последствий имеют место только применительно к умышленным преступлениям. В составе неосторожных преступлений мотива и цели нет и быть не может. Мотивы и цели преступлений всегда конкретны. Однако уголовно – правовое значение имеют те мотивы и цели, которые указываются в уголовном законе. В этом случае мотив и цель являются обязательными признаками преступления. Например, купля – продажа несовершеннолетнего в целях изъятия у него органов или тканей для трансплантации является основанием квалификации данного преступления по п. «ж» ч.2 ст. 152 УК РФ. Цели являются обязательным признаком и ст. 227 УК РФ (цель завладения чужим имуществом при пиратстве); в ст. 281 УК РФ цель подрыва экономической безопасности и обороноспособности Российской Федерации при диверсии. Если же нет цели подрыва экономической безопасности и обороноспособности РФ, то не будет и состава диверсии.

Если мотив и цель не указаны в диспозиции уголовно – правовой нормы, то они могут быть учтены судом при оценке общественной опасности деяния и назначении наказания.

Классификация мотивов

Мотивы могут классифицироваться в зависимости от их моральной и правовой оценки на:

— низменные (расовая ненависть, сокрытие другого преступления, вовлечение несовершеннолетнего в преступную деятельность). Низменные мотивы отягчают наказание;

— мотивы не имеющие низменного содержания (месть, ревность, личная неприязнь, страх и др.). Такие мотивы отягчающими обстоятельствами не являются;

— мотивы с ярко выраженным антиобщественным содержанием (хулиганские побуждения, корысть);

— мотивы эгоистического характера (злоба, карьеризм);

— общественно полезные мотивы (стремление отразить преступное посягательство при превышении пределов необходимой обороны, задержание преступника с целью доставить его в милицию при превышении мер, необходимых для этого, ложно понятые государственные интересы).

Такая классификация является научной концепцией и поэтому на уровне уголовного законодательства не урегулирована.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Признаки, описанные в работе, составляют субъективное основание уголовной ответственности, которое является таким же обязательным, как и объективное основание – действие (бездействие). Игнорирование признаков субъективной стороны может привести к объективному вменению, т.е. привлечению к уголовной ответственности за невиновное причинение вреда. Никакое причинение вреда не может быть признано преступлением, если отсутствует вина лица, причинившего этот вред. Принцип вины является одним из главных принципов уголовного права. Уголовно – правовое значение перечисленных в работе признаков субъективной стороны различно. Если вина является обязательным элементом любого состава преступления, то мотив и цель принадлежат к факультативным элементам состава преступления, они становятся обязательными, когда законодатель включает их в число обязательных признаков конкретного состава преступления. В некоторых случаях законодатель не указывает в диспозиции статьи форму вины, однако включает в число обязательных признаков состава такой, который однозначно свидетельствует о наличии определенной формы вины. Указание на цель означает, что преступление совершается умышленно. Следовательно, в таких случаях признаки субъективной стороны вытекают из закона. Итак, тема работы раскрыта. Выявленное значение субъективной стороны довольно многопланово. Прежде всего, точное установление всех признаков субъективной стороны является необходимым условием правильной квалификации общественно опасного деяния. Верховный Суд РФ в руководящих постановлениях Пленума и определениях по уголовным делам требует самым тщательным образом учитывать все признаки субъективной стороны преступления.

Весьма значительна роль субъективной стороны и при разграничении преступлений, сходных по объективным признакам. Вопросы квалификации и разграничения сходных составов преступлений тесно связаны между собой, так как правильная квалификация деяния предполагает и правильное разграничение конкретного преступления со смежными общественно опасными деяниями. Анализ субъективной стороны позволяет четко отграничить общественно опасное деяние, влекущее уголовную ответственность, от непреступного поведения, хотя и причинившего объективно вред правоохраняемым интересам. Таким образом, правильное определение субъективной стороны имеет большое юридическое значение как для квалификации, так и для индивидуализации наказания, а также является необходимым условием соблюдения таких принципов уголовного права, как принципы законности, вины, справедливости, гуманизма.

Список использованной литературы

Конституция Российской Федерации: принята всенародным голосованием 12 декабря 1993 года // Российская газета. – 1993. – 25 декабря.

Уголовный кодекс Российской Федерации // «Собрание законодательства РФ», 17.06.1996, N 25, ст. 2954.

Уголовно – процессуальный кодекс Российской Федерации // «Собрание законодательства РФ», 24.12.2001, N 52 (ч. I), ст. 4921.

Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 18 марта 1963 г. «О строгом соблюдении законов при рассмотрении судами уголовных дел» // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. – М., 1997. С. 14.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. «О судебном приговоре» // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. – М., 1997. С. 358.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. № 1 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. № 2.

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. № 6. С. 3 – 4.

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. № 10. С. 5 – 6.

Волков Б.С. Мотивы преступлений. Уголовно – правовое и социально – психологическое исследование. – Казань, 1982.

Ворошшин Е., Кригер Г.Л. Субъективная сторона преступления. – М., 1987.

Иванов Н.Г. Мотивы преступного деяния. – М., 1997.

Красиков Ю.А. Субъективная сторона преступления. – М., 1996.

Сизый А.Ф. Уголовное право. Общая часть. Учебник. – Чебоксары: 2003. – 400 с.

Уголовное право России. Особенная часть: учебник / под ред. Б.В. Здравомыслова. — М.: Юристъ, 2005. — 560 с.

Уголовное право России. Части Общая и Особенная: курс лекций / Г.А. Есаков, А.И. Рарог [ и др.] ; под ред. А.И. Рарога. – М. : ТК Велби, 2006.

Уголовный процесс: Учебник для вузов. (под общ. ред. В. И. Радченко) – 2-е изд., перераб. и доп. – «Юридический Дом «Юстицинформ». 2006 г.

Шмонин А.В. Методика расследования преступлений. Учебное пособие. – ЗАО «Юстицинформ». 2006 г.

Комментарий к Федеральному закону от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (под ред. О.В. Исаенковой). – Система ГАРАНТ. 2008 г.

Научно – практический комментарий к Уголовно – процессуальному кодексу Российской Федерации (под общ. ред. В.М. Лебедева; науч. ред. В.П. Божьев). – «Юрайт – Издат». 2007 г.

Введение

После введения в законодательство института государственной регистрации прав на недвижимое имущество вопрос квалификации требования о защите права собственности на недвижимость и его субъектного состава приобрел в литературе острый дискуссионный характер. Основные споры вызваны дискуссией о том, аналогична ли запись в реестре (регистре – по законодательству Республики Беларусь) владению. Разные точки зрения по этому вопросу предопределяют взгляд на то, как квалифицировать требование о защите прав на недвижимость: является ли это виндикацией, негаторным требованием или требованием о признании права собственности.

К вопросу о способах защиты права собственности на недвижимое имущество

Следует также обратить внимание на то, что при защите вещных прав на недвижимое имущество возможны две ситуации: требование исходит от лица, неправомерно исключенного из единого государственного регистра недвижимого имущества, прав на него и сделок с ним; требование исходит от лица, которое значится в регистре в качестве собственника.

В рамках концепции тождества существует две различные позиции. Одни авторы видят сущность виндикации, как конструкции, полностью зависящей от владения. Поэтому, по их мнению, виндикация вообще не должна применяться к случаям истребования недвижимости. Е.А. Суханов, например, указывает, что «утрата владения лицом возможна не иначе, как путем внесения в государственный реестр соответствующей регистрационной записи, но тогда спор владельца и собственника сведется к спору об обоснованности такой записи, т.е. к спору о признании права, а не к требованию о возврате вещи». Ф.О. Богатырев обращает внимание на то, что виндикация недвижимости, права на которую зарегистрированы в реестре, невозможна потому, что обязанным лицом «будет значиться лицо, которое записано в качестве собственника». Т.о. авторы полагают, что наиболее адекватным средством защиты является требование о признании права собственности.

Однако, на наш взгляд данная позиция небесспорна. Во-первых, возможна ситуация, как было указано выше, когда лицо, которое значится в реестре в качестве собственника, фактически не владеет недвижимостью, например, требование о выселении лица неправомерно занявшего жилое помещение. Во-вторых, если лицо заинтересовано в том, чтобы его признали собственником данного объекта недвижимости, оно, несомненно, заинтересовано и в передаче ему этого объекта. Поэтому, требование о признании права собственности не способствует достижению истинной цели спора. Кроме этого, следуя логике вышеназванных ученых, можно сделать вывод о том, что требование о признании права собственности, может заявить только зарегистрированный в реестре собственник. Но в таком случае данное требование теряет всякий практический смысл, так как запись в реестре и есть доказательство зарегистрированного права.

Другие авторы, сторонники позиции тождества, в случае, когда требование об освобождении имущества заявляет зарегистрированный собственник, считают, что такое требование должно быть квалифицировано как негаторное. Например, А. Эрделевский считает неприменимым такое вещно-правовое средство защиты как виндикация к объектам недвижимости. Для защиты своих прав собственник должен заявить требование об устранении нарушения права, не связанного с владением. Практическая ценность квалификации требования о выселении как неготорного заключается в том, что требование лица, обладающего зарегистрированным правом собственности на недвижимость, не подпадает под действие исковой давности и ему не может быть противопоставлено возражение о добросовестном приобретении. Формально конструкция негаторного требования позволяет обойтись без того, чтобы распространять на лицо, занимающее недвижимость, статус владельца.

В то же время, хотелось бы отметить, что как белорусский, так и российский законодатель не заложил в норму об истребовании имущества из чужого незаконного владения ограничений в отношении недвижимости. ГК РФ, в отличие от ГК РБ, в отношении момента возникновения права собственности на имущество по договору, содержит также правило, согласно которому недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю на праве собственности с момента государственной регистрации, за исключением предусмотренных ст. 302 ГК РФ случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя. Т.о. данная норма прямо указывает на возможность истребования недвижимого имущества в порядке предъявления виндикационного требования. Кроме этого, имеющаяся практика (как белорусских, так и российских судов) свидетельствует о применении виндикации в отношении недвижимого имущества.

В рамках концепции несовпадения записи в реестре и фактического владения эти понятия разграничиваются. Так как на законодательном уровне понятие владения не закреплено, теория выработала следующее определение: владение – это возможность хозяйственного господства над вещью, фактическое обладание вещью. Сторонники данной позиции в случае, когда требование исходит от лица, которое значится в реестре в качестве собственника, квалифицируют такое требование как виндикационное. Например, К.И. Скловский указывает, что «требование о выселении является требованием о передаче вещи во владение» заявителя и посредством негаторного требования нельзя добиться выселения нарушителя из объекта недвижимости (по этому пути идет и практика). Кроме этого, Российская концепция развития гражданского законодательства о недвижимом имуществе в качестве вещно-правового средства защиты права собственности на недвижимое имущество указывает именно виндикационный иск.

Иски о признании и установлении вещного права

Решение вопроса о сущности иска о признании права собственности позволяет более внимательно подойти к рассмотрению системы вещных исков. В вопросе определения сущности указанного иска, можно выделить два подхода. В рамках первого подхода иск о признании права собственности рассматривается как правосоздающий – субъективное право создается и закрепляется судебным решением. В рамках второго подхода иск рассматривается как правоконстатирующий: суд, рассматривая вопрос о признании права, ничего не создает, а только фиксирует, формализует уже имеющиеся отношения.

Для иска о признании права собственности, в его устоявшемся понимании, правильным является второй подход. Можно сделать вывод, что сущность иска о признании права собственности заключается в требовании о констатации принадлежности (наличия) вещного права за конкретным лицом, что вносит ясность и устраняет неопределенность в уже существующем правоотношении. Иными словами, суть иска – в требовании публичного признания за субъектом наличия у него определенных вещных прав. Как указывает Д.И. Мейер, «для осуществления прав, большею частью, достаточно признания их со стороны тех лиц, которые прикосновенны к юридическим отношениям».

Обоснованность и верность второго подхода подтверждается и тем, что констатация права и его создание являются двумя разными результатами (обладают различными эффектами), которые не могут иметь место в рамках одного способа защиты. Следовательно, в таких случаях как признание права собственности на самовольную постройку (п. 3 ст. 222 ГК РФ), признание права муниципальной собственности на бесхозную недвижимость (п. 3 ст. 225 ГК РФ), судебное установление сервитута (п. 3 ст. 274 ГК РФ), признание права собственности на переработанную вещь (п. 3 ст. 220 ГК РФ) и признание права собственности по давности владения (ст. 234 ГК РФ) – судебное решение носит правоустанавливающий (правосоздающий) характер. Данные требования хоть и содержат в своем наименовании слово «признание», но не являются по своей природе исками о признании права собственности.

На основании обобщения указанных выше требований, можно сделать вывод о наличии еще одного иска, ранее не выделяемого в системе вещных исков – иска об установлении вещного права. Его сущность как раз и будет определяться целью приобретения вещного права, установления возникновения нового правоотношения, т.е. это правоустанавливающий иск вещного характера.

В перечисленных случаях, защищается не только субъективное право, но и интерес субъектов гражданского оборота. Относительно этих случаев можно говорить и о защите (ст. 12 ГК РФ), и об основании возникновения гражданских прав (п/п3 п. 1 ст. 8 ГК РФ). Способность указанных институтов являться, в том числе, и способами защиты права собственности отмечал Б.Б. Черепахин, он утверждал, что есть основания отнести к способам защиты права собственности такие институты, которые нередко связываются только с приобретением права собственности (находка, клад, безнадзорные животные и прочее) 58. Данные институты и требования могут обеспечивать сохранность имущества и возврат его собственнику, на что, и направлено большинство норм о защите вещных прав.

Иск об установлении вещного права является самостоятельным вещно-правовым способом защиты права в силу того, что он представляет собой материально-правовое, внедоговорное требование, реализуемое в рамках самостоятельного охранительного правоотношения, предъявляемое в отношении индивидуальной или индивидуализированной вещи сохранившейся в натуре. Указанное требование носит абсолютный (всеобщий, исключительный) характер, т. к. порождает вещное право.

Следовательно, система вещных исков включает в себя: (1) виндикационный иск, (2) негаторный иск, (3) иск о признании вещного права (в том числе иск об исключении имущества из описи), (4) иски к публичной власти о защите интересов субъектов вещных прав и (5) иск об установлении вещного права.

Предложенное деление вещных исков имеет большое практическое значение, так как позволяет более точно определить сферу применения исков, устанавливать основание требований; способствует разграничению исков и, как следствие, предотвращает ошибки в определении исковых требований; позволяет избегать терминологической путаницы.

Как и другие вещные иски, иск об установлении вещного права обладает структурой. Можно выделить следующие элементы: 1. стороны; 2. предмет иска; 3. основание иска. При этом, в случае отсутствия хотя бы одного из элементов, предъявление вещного иска становится невозможно.

Исковая давность не распространяется на требования об установлении вещного права, что обусловлено особенностями природы таких требований. Для осуществления установительного требования никаких изменений в имущественной сфере ответчика не требуется, поскольку такое охранительное право направлено на установление наличия или отсутствия охраняемых законом интересов. Отсюда вытекают две специфические особенности любого установительного требования: 1) оно способно осуществляться исключительно в юрисдикционной форме защиты; 2) его осуществление предполагает определенную тождественность мотивировочной и резолютивной частей акта юрисдикционного органа.

Требование об установлении вещного права не может быть связано с нормами об исковой давности, так как само применение исковой давности предполагает предварительное установление судом права на стороне истца. Нарушено может быть только конкретное право, а в рассматриваемом случае, речь идет еще только об установлении этого права. Следовательно, вполне обоснован вывод о невозможности применения исковой давности в отношении требований из иска об установлении вещного права.

Иск о приобретении права собственности по давности владения, является разновидностью иска об установление вещного права, т. к. иск давностного владельца, что следует из содержания п. 1 ст. 234 ГК РФ, направлен на приобретение, установление права собственности.

Проблемы защиты прав добросовестного приобретателя и способы их решения

За годы, прошедшие после принятия части первой Гражданского кодекса РФ, проблема защиты добросовестного приобретателя вещи у неуправомоченного отчуждателя стала одной из наиболее острых в отечественном гражданском праве.

Исследование проблемы защиты прав собственника и интересов добросовестного приобретателя, который возмездно получил имущество от неуправомоченного лица, имеет важное практическое значение, поскольку рассматриваемая ситуация достаточно распространена.

Если говорить об актуальности проблемы, нельзя не отметить, что в последнее время увеличилось количество гражданских дел о спорах о праве собственности на жилые помещения. На территории Башкортостана, а также в других субъектах РФ в различные периоды были зарегистрированы факты двойных продаж квартир, заключения договоров инвестирования и соинвестирования строительства новостроек одновременно с разными инвесторами и соинвесторами. В связи с этим участились обращения граждан о признании договоров купли-продажи квартир недействительными, об истребовании их из чужого незаконного владения и о выселении.

Добросовестный приобретатель, защищенный в силу ст. 302 ГК РФ от виндикационных притязаний, нередко оказывался беззащитным перед иском о применении последствий недействительности ничтожной сделки», то есть реституции (п. 2 ст. 167 ГК РФ). И хотя механизм реституции обеспечивал и обеспечивает возврат неправомерно отчужденной вещи не ее первоначальному владельцу, а другой стороне недействительной сделки, требовать его применения согласно п. 2 ст. 166 ГК РФ вправе любое заинтересованное лицо. При этом предмет иска может быть сформулирован таким образом, что в результате нескольких реституций (а иногда и целой их цепочки) либо сочетания реституции с иными гражданско-правовыми средствами (например, с виндикацией или договорным требованием) вещь, в конечном счете возвращается истцу. Именно такая схема практиковалась до последнего времени в судах общей юрисдикции, что особенно болезненно сказывалось на обороте недвижимого имущества.

В случаях, когда имущественные права на спорную вещь, возникшие на предусмотренных законом основаниях, имеют другие, помимо собственника, лица – владельцы и пользователи вещи, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав. Законодательно должны быть предусмотрены такие способы и механизмы реализации имущественных прав, которые обеспечивали бы защиту не только собственникам, но и добросовестным приобретателям как участникам гражданского оборота.

В противном случае для широкого круга добросовестных приобретателей, проявляющих при заключении сделки добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность, будет существовать риск неправомерной утраты имущества, которое может быть истребовано у них в порядке реституции. Подобная незащищенность вступает в противоречие с конституционными принципами свободы экономической деятельности и свободы договоров, дестабилизирует гражданский оборот, подрывает доверие его участников друг к другу.

В заключении сделаем некоторые выводы. Проблема защиты прав добросовестного приобретателя на сегодняшний день стоит достаточно остро. В условиях переходной экономики, несовершенного законодательства и высокой степени криминализации общества актуальность данной проблемы не вызывает сомнения. В нашей статье, мы постарались рассмотреть и предложить решения проблем, касающихся защиты прав добросовестного приобретателя.

Одной из проблем является пробел в законодательстве касательно движимых вещей, который приводит к тому, что за добросовестным приобретателем зачастую не признается право собственности на приобретенную вещь, которая в силу ст. 302 ГК не может быть у него истребована, при этом считается, что такой приобретатель становиться собственником лишь по давности владения. Многочисленные споры также вызывают вопросы: сохраняет ли юридическую силу регистрация, произведенная до принятия судом решения? Можно ли рассматривать решение суда в качестве основания регистрации права собственности? Как защитить добросовестного приобретателя от истребования имущества собственником? Данные вопросы должны быть регламентированы законодателем, можно констатировать, что назрела необходимость внесения изменений в законодательство.

Исследовав опыт зарубежных стран, российскую судебную практику и обратившись ко взглядам на проблему современных цивилистов, в нашей статье мы пришли к выводу, что для решения проблемы защиты прав добросовестного приобретателя необходим комплекс мер: необходимо разработать правовой механизм признания прав добросовестного приобретателя; внести в законодательство нормы о публичной достоверности реестра прав на недвижимое имущество; усилить ответственность государственных регистрирующих органов за ошибочные действия при регистрации прав на недвижимое имущество; выработать четкую систему компенсаций за утрату права собственности; запретить заключение договоров инвестиционного строительства, которые очень часто становиться предметом мошенничества, когда люди безвозвратно теряют свои квартиры и деньги.

И, наконец, самым важным является решение проблемы правового нигилизма граждан, которые зачастую не проявляют нужную осмотрительность и юридическую грамотность при заключении сделок, не прибегают к помощи риэлторов и нотариусов, которые осуществляют юридическую проверку сделок, проверяют принадлежность отчуждаемого имущества продавцу. Ведь обращение к нотариусу дает гарантии удостоверения бесспорных гражданских прав и фактов в целях обеспечения защиты и законных интересов обратившихся лиц и организаций. Итак, проблем в сфере защиты прав добросовестных приобретателей много, но решить их на законодательном уровне в современных условиях необходимо. В последние годы законодатель предпринял попытки разрешить эти проблемы, но принятые правовые акты, поправки и изменения оказались недостаточными и ответы на многие вопросы законодателю еще предстоит дать.

К вопросу о защите собственности

Провозгласив в своих Конституциях принцип верховенства права, и подтверждая свою приверженность демократическим ценностям, Россия и Украина присоединились к Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года и признали юрисдикцию Европейского Суда по правам человека. Вместе с тем, наши страны столкнулись с одной и той же проблемой, связанной с толкованием норм Конвенции, которое основано на право понимании, отличном от наших традиционных представлений о праве. Кроме того, с развитием европейского сообщества появляются новые концепции понимания права, оглядываясь на которые Европейский Суд пересматривает свои позиции, когда старые нормы наполняются новым содержанием. В этой связи, заслуживает внимания замечание Лона Л. Фуллера о том, что лучшим способом исправления анахроничности закона есть его истолкование в свете новых условий.

Сегодня мы уже отошли от понимания права, как исключительно следствия государственно-властной деятельности, проявления государственной воли, и, если нам близко представление о праве, как о явлении, существующем независимо от государства, имеющем общесоциальную природу, как о естественных требованиях, возникающих из общественных отношений – из жизни, то юридически-либертарное понимание права, как всеобщей и необходимой формы свободы людей, нами еще трудно воспринимается. В тоже время, ЕСПЧ при толковании конвенционных норм исходит из того, что настоящие нормы содержат международно-правовые обязательства государства, которые в большей части состоят в исполнении обязанности воздерживаться от вмешательства в осуществление человеком своих прав и свобод. При этом на государство возложены позитивные обязанности постольку, поскольку оно ответственно за свою несостоятельность предотвратить вмешательство в осуществление прав, от кого бы таковое не исходило: будь-то органы государственной власти или частные лица.

В виду этого, ЕСПЧ отметил, что государство ответственно с точки зрения ст. 1 Первого протокола к Конвенции, в том числе, за вмешательство в право на уважение своей собственности, следующее из сделок между третьими лицами. При этом, в решении по делу «Джеймс против Соединенного Королевства», А98 (1986), ЕСПЧ закрепил, что предоставление благ и удовлетворение требований одного частного лица к другому тогда совершается в интересах общества, когда при этом достигается социальный, экономический эффект в интересах общины ради устранения того, что есть социальной несправедливостью.

Ст. 1 Первого протокола к Конвенции, как сформулировал ЕСПЧ, содержит три нормы: право на уважение своей собственности или же на мирное владение своим имуществом, как указывает английский текст; лишение имущества только на определенных условиях; право усмотрения государства контролировать использование собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов, взимания штрафов. Понятие собственности при этом имеет автономное значение в сравнении с используемым в национальных правовых системах.

Следуя позициям ЕСПЧ, изложенным в решении по делу «Pine Valley Developments Ltd. v. Ireland», А222 (1991), Судебная палата по гражданским делам апелляционного суда, разрешая дело по иску о признании права собственности на земельный участок, установив, что истец действовал добросовестно при получении земельного участка в порядке приватизации, и его право собственности надлежащим образом зарегистрировано в государственном реестре прав, не приняла во внимание доводы ответчика о том, что истец не имеет право собственности на землю ввиду отмены по протесту прокурора решения органа местного самоуправления о передаче такого участка в собственность в порядке приватизации по основаниям допущенных процедурных нарушений. Суд кассационной инстанции пришёл к выводу, что внесение такого протеста и отмена решения о передаче земельного участка, хотя бы и в пределах срока исковой давности, нарушают «правомерные ожидания» истца, относящиеся к понятию собственности по ст. 1 Первого протокола к Конвенции, в противном же случае, суд допустил бы излишне формальный подход к твердости субъективного права, что повлекло бы за собой нарушение принципа правовой определенности и вмешательство в мирное владение имуществом.

Конфликт же имущественных интересов в этом деле был основан на сомнениях о наличии у истца права собственности, вызванных в результате частичного наложения земельных участков – установлением титульного владения одним и тем же объектом одновременно несколькими лицами, чьи права удостоверены правоустанавливающим документом надлежащей формы при отсутствии (утере) технической документации первого из собственников. При этом лица, получившие свои наделы позже, осуществили возмездное отчуждение своих прав в пользу третьего лица, оспорившего права истца. Суд пошел по пути признания наличия косвенной экспроприации, что сделал ЕСПЧ в деле «Бельведэрэ Альбергъера против Италии», как нарушения права на уважение права собственности (первой нормы), когда де-юре истец принудительно не лишался своих прав и все время имел право пользоваться и распоряжаться земельным участком, но решениями публичной власти в пользу третьих лиц истцу созданы фактические препятствия в распоряжении собственной волей своим имуществом и в неограниченном владении им. Тем самым, суд обосновал наличие оснований согласно действующему Гражданскому кодексу Украины для признания права собственности за первым из лиц, получивших юридический титул.

Настоящим примером, проиллюстрировано насколько по ст. 1 Первого протокола к Конвенции гарантии недопущения ущемления прав по произволу определяют усмотрение суда при осуществлении им судебной власти, когда посредством конвенционных норм аргументируется или, если угодно, доказывается правильность понимания национального закона, а признанием права собственности утверждается его естественная природа, как следствие бесконечной потребности человека вкладывать свою жизнь в «жизнь вещей», определяющую его духовное развитие.

Регистрация вещных прав на недвижимость: вопросы практики

Практика применения ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» 1997 г. до настоящего времени является достаточно противоречивой. У регистрирующих органов и судов существуют разные подходы к решению ряда проблем, возникающих при регистрации вещных прав на недвижимое имущество.

Граждане вправе зарегистрировать право собственности на квартиры, построенные за счет долевого участия, даже если при этом имеются пороки предоставления застройщику земли для целей строительства, отсутствует разрешительная документация или если необходимые для государственной регистрации документы не соответствуют требованиям законодательства. Суды признали, что граждане не несут ответственности за то, что застройщик не получил всех необходимых документов; не могут повлиять на него, и что данное препятствие в регистрации является для заявителей и других участников долевого строительства объективно непреодолимым и неустранимым.

Не являются объектами гражданского права квартиры в незавершенном строительством доме, вследствие чего невозможна и государственная регистрация права собственности на данный объект. До сдачи дома в эксплуатацию отдельные квартиры в объекте незавершенного строительства не могут рассматриваться в качестве самостоятельных объектов недвижимости (ст. 130 ГК РФ, ст. ст. 15, 16 ЖК РФ).

Регистрирующие органы не вправе оценивать законность и обоснованность действий и решений других государственных и муниципальных органов власти, принятых в рамках полномочий последних. Суды указывают на то, что государственная регистрация является лишь предусмотренным законом способом учета прав граждан и их объединений на имущество. Других задач, кроме указанных федеральным законом, перед органом, осуществляющим регистрацию прав, не ставится и не предусматривается в связи с этим предоставление каких-либо дополнительных полномочий.

Возникают вопросы и при регистрации прав на несколько земельных участков, которые составляют так называемое «единое землепользование». Суды считают, что можно зарегистрировать право на земельные участки, представляющие собой единое землепользование, как на одни объект гражданского права с присвоением ему одного кадастрового номера. В тоже время регистрирующие органы (совместно с органами государственного кадастра) указывают, что государственная регистрация прав на земельный участок, сформированный и описанный в государственном земельном кадастре в качестве единого землепользования, возможна только при условии наличия государственной регистрации прав на обособленные земельные участки, входящие в состав единого землепользования.

Субъекты гражданских прав в праве отчуждать доли в праве общей долевой собственности от «целого», а также доли от доли в праве общей долевой собственности даже при отсутствии у отчуждателя зарегистрированного права долевой собственности на объект. По мнению суда, обратное было бы ограничением прав собственника и положений, предусмотренных нормами ст. ст. 209, 218, 244, 245 ГК РФ.

Регистрирующие органы не вправе отказывать заявителям в регистрации вещных прав на объекты недвижимости, если данные права основаны на решениях третейских судов. Единственным исключением являются случаи, когда споры имеют публично-правовой характер или влекут публично-правовые последствия. В данном случае законом установлена исключительная компетенция государственных судов: например, вопросы о праве собственности на недвижимое имущество.

В судебном порядке может быть оспорено зарегистрированное право на недвижимое имущество, а не государственная регистрация такого права и не свидетельство, подтверждающее произведенную государственную регистрацию права. Свидетельство не может быть оспорено в порядке главы 24 АПК РФ, т. к. оно в силу ст. 14 Закона о регистрации является документом, который удостоверяет проведенную государственную регистрацию права, и не отвечает признакам ненормативного акта.

Земельный участок, предоставленный лицу в для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства, не может быть отчужден в пользу юридического лица, поскольку обратное нарушало бы нормы Земельного кодекса РФ (п. 2 ст. 7, ст. 78, п. 1 ст. 81), а также положения Гражданского кодекса РФ.

Наиболее сложной в последнее время является проблема регистрации права собственности на земельные участки за публично-правовыми образованиями: муниципальными образованиями, субъектами РФ и самой РФ. Суды поддерживают позицию регистрирующих органов по регистрации права собственности РФ на земельные участки, которые в соответствии со ст. 3.1 ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» в целях разграничения государственной собственности на землю относятся к федеральной собственности. Субъект РФ не вправе претендовать на такие земельные участки, даже если до разграничения таких земель субъект РФ распоряжался ими по своему усмотрению.

Выдача свидетельств о государственной регистрации права общей долевой собственности граждан на земельные доли не может свидетельствовать о наличии у них права собственности на спорные земельные доли, если граждане распорядились ими ранее путем внесения их в уставный капитал акционерного или иного общества.

До настоящего времени расходятся позиции судов и регистрирующих органов в вопросах регистрации прав на земельные участки при переходе права собственности на здания и строения, расположенные на данных земельных участках. Суды стоят на позиции, что на основании ст. 35 Земельного кодекса РФ и ст. 552 ГК РФ к покупателю переходит то право, на котором земельным участком владел продавец. Для регистрации данного права новому собственнику зданий и сооружений представление в регистрирующий орган каких-либо дополнительных документов не требуется. Переход права осуществляется в силу закона и не требует волеизъявления предыдущего правообладателя.

Факт наличия произведенной другими сособственниками дома его перепланировки не является основанием к отказу в государственной регистрации права заявителя на долю в праве общей долевой собственности, и что несогласованные в установленном законом порядке строительные работы по преобразованию недвижимости, находящейся в долевой собственности, не влекут прекращения прав на неё и не могут препятствовать государственной регистрации прав и сделок с объектом недвижимости.

Признание права собственности на самовольную постройку за арендатором земельного участка

Тема самовольного строительства приобрела в настоящее время особую актуальность. Не смотря на значительное количество самовольных построек в Российской Федерации, правовой режим данных объектов определен в действующем законодательстве крайне лаконично и недостаточно ясно. Законодатель предпринимает некоторые шаги для вовлечения самовольный построек в гражданский оборот (в частности, путем осуществления так называемой «дачной амнистии»). Однако на сегодняшний день в регулировании статуса самовольных построек еще остаются существенные пробелы. В первую очередь это касается вопроса возможности признания права собственности на самовольную постройку, возведенную арендатором земельного участка.

Правовой режим самовольных построек регулируется ст. 222 Гражданского кодекса РФ (ГК РФ). Согласно ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет. Однако законодатель предусмотрел возможность введения самовольной постройки в гражданский оборот – путем признания права собственности на нее. Редакция ст. 222 ГК РФ, действовавшая до 01.09.2006 г., предусматривала возможность признания права собственности на самовольную постройку за лицом, осуществившим постройку на не принадлежащем ему земельном участке, при условии, что данный участок будет в установленном порядке предоставлен этому лицу под возведенную постройку. Судебная практика пошла по пути расширительного толкования ст. 222 ГК РФ (в редакции до 01.09.2006 г.): право собственности на самовольные постройки признавалось за лицами, которым земельный участок предоставлялся не только на вещном, но и обязательственном праве (на праве аренды). На практике это реализовывалось путем предоставления в суд так называемых «гарантийных писем», посредством которых собственник земельного участка сообщал суду о том, что земельный участок в установленном порядке будет предоставлен под самовольно возведенным строением тому лицу, за которым суд признает право собственности (п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01 июля 1996 г. №6/8).

Однако в статью 222 ГК РФ были внесены изменения, вступившие в силу с 01.09.2006 г. Из статьи был исключен абзац, который допускал признание права собственности на самовольную постройку за лицом, ее построившей, в случае, если этому лицу будет в установленном порядке предоставлен земельный участок. В соответствии с новой редакцией ст. 222 ГК РФ право собственности на самовольную постройку может быть признано за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, где осуществлена постройка. Таким образом, законодатель ограничил круг лиц, за которыми возможно признание права собственности на самовольную постройку, теми, кому земельный участок принадлежит на вещном праве.

После внесения изменений в ст. 222 ГК суды стали отказывать в признании права собственности на самовольные постройки даже при наличии гарантий предоставления земельного участка со стороны собственника земельного участка. Так, например, в Постановлении ФАС Волго-Вятского округа от 01.08.2007 г. по делу №А82–14748/2006–38 суд указал, что в связи с недоказанностью истцом наличия права собственности и (или) постоянного бессрочного пользования земельным участком, на котором расположен самовольно возведенный им объект недвижимости, <…> суд правомерно отказал Обществу в удовлетворении требования о признании права собственности на самовольную постройку.

Лишь недавно судебная практика в отношении физических лиц – арендаторов земельных участков, заявляющих исковые требования о признании права собственности на самовольную постройку начала меняться. Так, в Обзоре законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2007 года указывается, что по смыслу ст. 222 ГК РФ, право собственности на жилой дом, возведенный гражданином без необходимых разрешений, на земельном участке, который предоставлен ему по договору аренды для строительства жилья, может быть признано, если жилое строение создано без существенных нарушений градостроительных и строительных норм и правил и если сохранение этого строения не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

В отношении юридических лиц – арендаторов земельных участков, которые хотят признать право собственности на самовольные постройки, подобных разъяснений Высшего Арбитражного Суда нет. Для арбитражных судов разъяснения Верховного Суда РФ не являются обязательными. Однако уже сейчас появляются постановления федеральных арбитражных судов, в которых делается попытка расширительного толкования ст. 222 ГК РФ в интересах юридических лиц. Так, например, в Постановлении ФАС Поволжского округа от 26.06.2007 г. по делу N А72–1768/06 указывается, что отсутствие в ст. 222 ГК РФ такого вида землепользования, как аренда, не исключает признание права на самовольную постройку за арендатором земельного участка, поскольку нормы Земельного кодекса РФ (ст. ст. 22, 30) позволяют предоставлять землю под строительство объектов недвижимости.

Заключение

Соглашаясь с позицией, согласно которой, регистрация права не аналогична владению, можно придти к следующим выводам. Фактически существует крайне противоречивая ситуация: управомоченным лицом по виндикационному требованию может быть лицо, чье право зарегистрировано в реестре, поскольку такое требование предъявляется собственником, но им признается и лицо, не значащееся в реестре, поскольку право собственности не утрачивается с перерегистрацией. Соответственно обязанным лицом является захватчик недвижимости, потому что он незаконно ею владеет, но им признается и лицо, значащееся в реестре собственником, поскольку он является формальным собственником.

Учитывая значительное количество самовольных построек, возведенных на арендованных земельных участках, и нецелесообразность в большинстве случаев их сноса, считаю необходимым внести изменения в ст. 222 ГК РФ в части включения права аренды в перечень прав на земельный участок, обладатели которых могут признать право собственности на самовольную постройку.

Регистрирующий орган не вправе отказать заявителю в погашении регистрационной записи об ипотеке, если заявителем в регистрирующий орган представлены документы (в том числе судебные акты), подтверждающие исполнение лицом своих обязательств по договору, независимо от того, представлено ли заявление залогодержателя о погашении записи об ипотеке или нет.

Список литературы

Мурзин Д.В. (2007) Определение истца и ответчика в иске о виндикации недвижимости // Закон. №7. С. 127–134.

Скловский К.И. (2004) Применение гражданского законодательства о собственности и владении. Практические вопросы. М.

Эрделевский А. (2007) О защите права собственности на недвижимое имущество // Хозяйство и право. №2. С. 92–96.

Тузов Д.О. (2007) Продажа чужой вещи и проблема защиты добросовестного приобретателя в российском гражданском праве. Вестник ВАС, №1.

Кузина С. (2006) Проблема защиты интересов добросовестного приобретателя. Хозяйство и право, №8.

Тузов Д.О. (2007) Реституция при недействительности сделок и защита добросовестного приобретателя в российском гражданском праве. М.: Статут.

Линев А.Н. (2006) Защита прав добросовестных приобретателей в совершаемых ими сделках. Вестник Московского университета МВД РФ, №2.

Уральская государственная юридическая академия

Региональный факультет

Пермское представительство

Кафедра гражданского процесса

Контрольная работа

По предмету

«Арбитражный процесс»

Пермь 2007

Задание 1

Задача 4 (т. 3). Определите подведомственность следующих споров:

Частью 2 статьи 3 АПК РФ порядок судопроизводства (в том числе подведомственность споров) в арбитражных судах в Российской Федерации определяется Конституцией Российской Федерации, Федеральным конституционным законом «О судебной системе Российской Федерации», Федеральным конституционным законом «Об арбитражных судах в Российской Федерации», Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и принимаемыми в соответствии с ними другими федеральными законами.

ЗАДАНИЯ

а) по требованию территориального управлении Министерства по антимонопольной политике и поддержке предпринимательства РФ к инвестиционной компании о взыскании не уплаченного в срок штрафа, наложенного комитетом за нарушение антимонопольного законодательства;

Согласно п. 4 ст. 29 АПК РФ арбитражные суды в порядке административного судопроизводства рассматривают дела о взыскании с организаций и граждан, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, обязательных платежей, санкций, если федеральным законом не предусмотрен иной порядок их взыскания.

Это дела по искам государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, наделенных федеральными законами контрольными функциями, к организациям и индивидуальным предпринимателям о взыскании налогов, сборов, других обязательных платежей и санкций.

Иск может быть предъявлен в арбитражный суд, если требование об уплате взыскиваемой суммы не исполнено ответчиком в добровольном порядке (п. 2 ст. 213 АПК).

Спор арбитражному суду подведомственен.

б) по требованию товарищества «Акцепт» к российско-французскому ЗАО «Парус» о взыскании убытков, причиненных ненадлежащим исполнением договора подряда;

Правило ч. 5 статьи 27 АПК РФ устанавливает, что арбитражные суды рассматривают подведомственные им дела с участием российских организаций, граждан Российской Федерации, а также иностранных организаций, международных организаций, иностранных граждан, лиц без гражданства, осуществляющих предпринимательскую деятельность, организаций с иностранными инвестициями, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации.

Возникает вопрос о том, как они соотносятся с положениями ст. 22 ГПК РФ, которая относит дела с участием иностранных лиц к ведению судов общей юрисдикции. Ведь ее редакция остается неизменной. До вступления в силу нового АПК давалось толкование подведомственности по спорам с участием иностранных лиц как альтернативной, поскольку дела с их участием рассматривались как судами общей юрисдикции, так и арбитражными судами по выбору истца.

Теперь, получается, что дела с участием иностранных лиц и организаций с иностранными инвестициями утрачивают альтернативную подведомственность, и должны рассматриваться каждым из судов в соответствии с его компетенцией. Если спор с участием иностранных лиц и организаций с иностранными инвестициями носит экономический характер и связан с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности, то тогда он подведомственен арбитражному суду. В остальных случаях, например, споры из трудовых, семейных отношений с участием иностранных лиц подведомственны судам общей юрисдикции.

Указный спор, значит, подведомственен арбитражному суду.

в) по требованию Иванова и Петрова к Регистрационной палате об отказе в регистрации закрытого акционерного общества;

Дела, предусмотренные статьей 33 АПК РФ, подлежат рассмотрению в арбитражных судах независимо от того, являются ли участниками правоотношений, из которых возник спор или требование, юридические лица, индивидуальные предприниматели или иные организации и граждане. В том числе подлежат рассмотрению в арбитражных судах дела о несостоятельности (банкротстве), споры о создании, реорганизации и ликвидации организаций, споры об отказе в государственной регистрации, уклонении от государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, споры между акционером и акционерным обществом, участниками иных хозяйственных товариществ и обществ, вытекающие из деятельности хозяйственных товариществ и обществ (за исключением трудовых споров), а также дела о защите деловой репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности и другие дела, возникающие при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности, в случаях, предусмотренных федеральным законом.

Арбитражным судам подведомственны дела по спорам о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, об отказе в государственной регистрации, уклонении от государственной регистрации коммерческих организаций, а также иных организаций, деятельность которых связана с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Соответственно данный спор подведомственен арбитражному суду.

г) по требованию отделения Пенсионного фонда по Верх-Исетскому району к предпринимателю без образования юридического лица Петрову о взыскании недоимки по платежам в пенсионный фонд;

Согласно п. 4 статьи 29 АПК РФ арбитражные суды в порядке административного судопроизводства рассматривают дела о взыскании с организаций и граждан, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, обязательных платежей, санкций, если федеральным законом не предусмотрен иной порядок их взыскания.

Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. №167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» ст. 25 и 25.1 устанавливается иной порядок.

Вместе с тем нужно учитывать, что страховые взносы на обязательное пенсионное страхование имеют правовой статус, отличный от статуса налога, в связи с тем, что носят индивидуально-возмездный характер и учитываются на ИЛС наемных работников. А согласно постановлению Конституционного Суда РФ от 17.12.96 №20-П «По делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части первой статьи 11 Закона Российской Федерации от 24 июня 1993 года «О федеральных органах налоговой полиции»», процедура бесспорного взыскания может быть применена только в отношении недоимки по налогу как безвозмездному платежу, средства на уплату которого даже не признаются собственностью налогоплательщика.

В связи с этим не м. б. произведена процедура бесспорного взыскания недоимки по страховым взносам и финансовых санкций за неуплату страховых взносов, и в соответствии с положениями названных статей закона взыскание недоимки по страховым взносам и пеней осуществляется только в судебном порядке и возложено на ПФР, который является страховщиком в сфере обязательного пенсионного страхования и осуществляет учет поступающих страховых взносов и их разнесение по ИЛС застрахованных лиц.

В данной поставленной задаче, полагаю, что только обжалование решения о взыскании недоимки может происходить в арбитражном суде, а данное заявление ему не подведомственно.

д) по требованию группы учредителей к областному отделу юстиции об обжаловании его отказа зарегистрировать новое общественное объединение.

В соответствии с частью 1 статьи 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Исходя из указанного правила, Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 09.12.2002 №11 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснил, что арбитражным судам подведомственны дела по спорам о создании, реорганизации и ликвидации юридических лиц, являющихся коммерческими организациями, об отказе в государственной регистрации, уклонении от государственной регистрации коммерческих организаций, а также иных организаций, деятельность которых связана с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Дела по спорам о создании, реорганизации и ликвидации, а также по спорам об отказе в государственной регистрации, уклонении от государственной регистрации других организаций (некоммерческих организаций, в том числе общественных объединений и организаций, политических партий, общественных фондов, религиозных объединений и др.), не имеющих в качестве основной цели своей деятельности извлечение прибыли, не подлежат рассмотрению арбитражными судами. Соответственно дело подведомственно суду общей юрисдикции, но не арбитражному.

Задача 6 (т. 4). Определите вид территориальной подсудности и суд, которому подсуден спор:

а) об оспаривании решения третейского суда, находящегося в Челябинской области, если истец находится на территории Свердловской области, а ответчик – на территории Пермской области;

В ч. 8 статьи 38 АПК РФ установлены правила исключительной подсудности для дел об оспаривании решений третейских судов.

Заявления об оспаривании решения внутригосударственного третейского суда и о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда подаются в арбитражный суд субъекта Российской Федерации, на территории которого принято решение третейского суда.

Следовательно, для решения вопроса о подсудности таких дел не имеет значение место нахождения или место жительства сторон в споре, разрешенного третейским судом, а также и место нахождения их имущества.

При оспаривании решения третейского суда необходимо учитывать положение ст. 40 (п. 1) Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», согласно которому оно может иметь место, если в третейском соглашении не предусмотрено, что третейское решение является окончательным (в смысле недопустимости его обжалования). В данной норме реализуется присущий арбитражному процессу принцип диспозитивности, означающий, что стороны самостоятельно распоряжаются своими материальными правами и процессуальными средствами их защиты.

Подсудность рассмотрения заявления определяется по месту принятия решения третейского суда, а не месту расположения постоянно действующего третейского суда.

Дело подсудно Арбитражному суду Челябинской области.

б) о признании и приведении в исполнение арбитражного решения суда г. Нью-Йорка, вынесенного в пользу фирмы «Мнтеринкорпорсйшн», имеющей свое представительство в г. Москве, о взыскании с ЗАО «Прогресс», находящегося в г. Санкт-Петербурге, задолженности но поставке товаров в размере 2,7 млн. руб.

В ч. 9 статьи 38 АПК РФ установлены правила исключительной подсудности для дел по заявлениям о признании и приведении в исполнение решений иностранных государственных судов и иностранных арбитражных решений.

Заявления о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов и иностранных арбитражных решений подаются стороной, в пользу которой состоялось решение суда:

1) по общему правилу, в арбитражный суд субъекта Российской Федерации по месту нахождения или месту жительства должника;

2) в исключение из этого правила, когда место нахождения или место жительства должника неизвестно, – по месту нахождения его имущества.

Дело подсудно арбитражному суду Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

в) о взыскании с ЗАО «Стрела», находящегося в Ханты-Мансийске 300 тыс. руб. по вексельному обязательству в пользу ООО «Кристалл», находящегося в г. Екатеринбурге, если платеж должен быть совершен в г. Екатеринбурге;

В соответствии с гражданским законодательством договором может быть определено место исполнения обязательства (ст. 316 ГК).

В ч. 4 статьи 36 АПК РФ для дел по спорам, возникающим из договоров, в которых стороны указали место его исполнения, установлено правило альтернативной подсудности: истец по его выбору может предъявить иск либо в суд по месту нахождения (месту жительства) ответчика, т.е. по общему правилу, либо в суд по месту исполнения этого договора.

Если формально обозначить, что вексельное обязательство носит договорной характер, что буквально не совсем верно, т. к. вексель – это ценная бумага. Но я полагаю, что условие задачи предполагает именно договор, то:

Дело может быть подсудно Арбитражному суду Свердловской области (место исполнения) и может быть подсудно по выбору истца Арбитражному суду Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

г) о расторжении договора аренды по требованию арендодателя, находящегося в Свердловской области, к арендатору, находящемуся в Краснодарском крае;

Исключительная подсудность установлена в ч. 1 ст. 38 АПК для споров, связанных с правами на недвижимое имущество.

Следует отметить, что понятие «споры, связанные с правами на недвижимое имущество» включает в себя споры о признании права собственности на недвижимое имущество, об изъятии недвижимости из чужого незаконного владения (виндикационные иски), об устранении нарушений прав собственника или иного законного владельца, не связанных с лишением владения (негаторные иски), а также споры по иным вещным правам на недвижимость (ст. 217 ГК – право хозяйственного ведения, право оперативного управления, сервитуты, право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, право пожизненного наследуемого владения земельным участком).

Таким образом, споры, вытекающие из договоров аренды недвижимого имущества (взыскание арендной платы, расторжение договора аренды и т.п.), договоров безвозмездного пользования недвижимостью, доверительного управления недвижимым имуществом и иных подобных договоров, не подпадают под правило исключительной подсудности, установленное выше названной нормой ст. 38 АПК. Для определения подсудности таких споров следует руководствоваться нормами ст. 35, 36, 37 АПК.

Иск подсуден Арбитражному суду Краснодарского края.

д) о взыскании убытков, причиненных ИП Федорову А.А., проживающему в Курганской области, неисполнением договора подряда, заключенного с ООО «Строитель», находящимся в Пермской области;

В ст. 35 АПК сформулировано общее правило территориальной подсудности споров, подведомственных арбитражному суду.

Общее правило территориальной подсудности состоит в том, что дело должен рассматривать арбитражный суд субъекта Российской Федерации, действующий на той территории, на которой находится или проживает ответчик.

Место жительства физического лица определяется местом его регистрации (прописки). Место нахождения юридического лица определяется местом его регистрации, если в соответствии с законом в учредительных документах не указано иное (п. 2 ст. 54 ГК).

Согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров следует исходить из того, что местом нахождения юридического лица является место нахождения его органов. В практической деятельности определение места нахождения органов юридического лица вызывает сложности. В таких случаях необходимо исходить из того, что место нахождения таких органов – это юридический адрес организации, т.е. адрес, указанный в учредительных документах юридического лица как адрес нахождения его органов. Данные рекомендации соответствуют положениям ч. 2 ст. 8 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц», согласно которой государственная регистрация юридического лица осуществляется по месту нахождения указанного учредителями в заявлении о государственной регистрации постоянно действующего исполнительного органа, в случае отсутствия такого исполнительного органа – по месту нахождения иного органа или лица, имеющих право действовать от имени юридического лица без доверенности. Таким образом, место государственной регистрации юридического лица определяется местом нахождения его органов, которое в свою очередь определяется учредителями и указывается в учредительных документах.

На определение территориальной подсудности, как правило, не влияет характер дела. Исключения составляют, во-первых, дела, отнесенные к подсудности Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, компетенция которого сформулирована в ст. 34 АПК как исключительная, и, во-вторых, дела, указанные в ст. 38 АПК, устанавливающей изъятия из общих правил территориальной подсудности.

Данное дело подсудно Арбитражному суду Пермского края.

е) по требованию ОАО, расположенного в г. Нижнем Тагиле, к ООО, расположенному в г. Красноярске, о признании права на здание, находящееся в г. Нижнем Новгороде;

Исключительная подсудность представляет собой такую разновидность территориальной подсудности, при которой исключается возможность для определенной категории дел применять иные правила подсудности, чем те, которые установлены АПК непосредственно для этих категорий дел. Нормы об исключительной подсудности сформулированы как изъятие из общего правила территориальной подсудности. При этом выбор того или иного арбитражного суда для рассмотрения конкретного дела не зависит от воли или желания истца по делу. Следовательно, не допускается предъявление исков по указанным в ст. 38 АПК категориям дел в другие арбитражные суды, кроме названных в этой статье. Не допускается также и изменение правил исключительной подсудности соглашением сторон.

Исключительная подсудность установлена в ч. 1 ст. 38 АПК для споров, связанных с правами на недвижимое имущество.

В соответствии со ст. 130 ГК к недвижимому имуществу относятся земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты и все, что прочно связано с землей, т.е. объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе леса, многолетние насаждения, здания, сооружения. К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество.

Комментируемая норма регламентирует вопросы подсудности споров, связанных с правами на недвижимое имущество, за исключением прав на воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты.

Названные категории споров рассматриваются арбитражным судом по месту нахождения недвижимого имущества. То есть подсудность таких дел зависит от того, где, в каком месте находятся конкретные здание, сооружение, земельный участок.

Дело подсудно Арбитражному суду Нижегородской области.

ж) об оспаривании действий судебного пристава-исполнителя службы судебных приставов Верх-Исетского района г. Екатеринбурга Скворцовой А.Ф. о наложении ареста на имущество ООО «Факел», расположенного в Кировском районе г. Екатеринбурга. Решение о наложении ареста на имущество принято Арбитражным судом Челябинской области.

В соответствии с ч. 6 ст. 38 АПК заявление об оспаривании решений и действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя по исполнению исполнительного листа, выданного арбитражным судом, подается в арбитражный суд по месту нахождения судебного пристава-исполнителя.

Положения комментируемой статьи повторяют положения ст. 90 Федерального закона «Об исполнительном производстве», согласно которой на действия судебного пристава-исполнителя по исполнению исполнительного документа, выданного арбитражным судом, или отказ в совершении указанных действий, в том числе на отказ в отводе судебного пристава-исполнителя, взыскателем или должником может быть подана жалоба в арбитражный суд по месту нахождения судебного пристава-исполнителя в 10-дневный срок со дня совершения действия (отказа в совершении действия).

Под местом нахождения судебного пристава-исполнителя следует понимать адрес нахождения службы судебных приставов, в штате которой состоит лицо, решения, действия (бездействия) которого обжалуются.

Дело подсудно Арбитражному суду Свердловской области.

Задача 13 (т. 6). ИМНС РФ по Кировскому району г. Екатеринбурга обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о взыскании с МП «Оружейник» штрафов: за грубое нарушение правил учета доходов и расходов, повлекшее занижение налоговой базы, в сумме 10 тыс. руб. и за неполную уплату налога на прибыль в результате занижения налоговой базы в сумме 20 тыс. руб. Решением арбитражного суда заявление ИМНС РФ удовлетворено в полном объеме.

МП обжаловало решение суда в кассационном порядке. Постановлением федерального арбитражного суда Уральского округа обжалуемое решение отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражный суд заявление ИМНС РФ в части взыскания штрафа за грубое нарушение правил учёта доходов и расходов удовлетворил, в остальной части в удовлетворении отказал.

Решите вопросы, связанные с определением размеров государственной пошлины и ее распределением между сторонами.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, освобождаются прокуроры, государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы, обращающиеся в арбитражные суды в случаях, предусмотренных законом, в защиту государственных и (или) общественных интересов.

Из текста подпункта 1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации следует, что государственные органы освобождаются от государственной пошлины при соблюдении 2-х условий:

1. обращение в арбитражный суд в случаях, предусмотренных законом;

2. обращение в защиту государственных и (или) общественных интересов.

Пунктом 1 статьи 30 Налогового кодекса Российской Федерации определено, что налоговые органы составляют единую централизованную систему контроля за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в соответствующий бюджет налогов и сборов.

Таким образом, ИМНС РФ по Кировскому району г. Екатеринбурга при подаче названного заявления будет освобождена от уплаты государственной пошлины.

При этом решением арбитражного суда первой инстанции с МП «Оружейник» д. б. постановлено взыскать государственную пошлину в размере 1200 руб. Данная сумма складывается из двух величин, т. к. инспекцией предъявлено два различных требования о взыскании штрафов. Согласно ч. 1 ст. 130 АПК истец вправе соединить в одном заявлении несколько требований, связанных между собой по основаниям возникновения или представленным доказательствам. Цена иска в таких случаях определяется суммой всех требований.

Цена иска, упомянутая в ст. 103 АПК оказывает существенное влияние на размер госпошлины. Она определяется по искам о взыскании денежных средств – исходя из взыскиваемой суммы. При этом в цену иска включаются также указанные в исковом заявлении суммы: неустойки (штрафа, пени). Речь идет об определенной законом или договором денежной сумме, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения последним гражданско-правового обязательства (п. 1 ст. 330 ГК);

Таким образом, цена иска составляет 30 000 руб., которая складывается из штрафа в 10 и 20 тыс. руб.

Согласно статье 333.21. НК РФ п. 1. пп. 1 по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, государственная пошлина уплачивается при подаче искового заявления имущественного характера, подлежащего оценке, при цене иска: до 50000 рублей – 4 процента цены иска, но не менее 500 рублей. Что в данном случае и составляет 1200 руб. на мой взгляд недопустимо рассматривать размер пошлины по каждому требованию раздельно, т.е. 400 руб. по требованию о штрафе в 10 тыс. руб., что соответственно, влечет взыскание в размере 500 рублей пошлины и 800 руб. за штраф в 20 тыс. руб., что в общем составит 1300 руб. Считаю так рассчитывать нельзя. Поскольку можно предъявить сколько угодно связанных мизерных требований, по которым если за каждое считать по 500 руб. пошлины не логично.

При подаче кассационной жалобы МП «Оружейник» об отмене решения в полном объеме будет должен уплатить пошлину в сумме 1000 руб. По следующим основаниям: В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового Кодекса при подаче апелляционной и (или) кассационной жалоб на решения и (или) постановления арбитражного суда государственная пошлина уплачивается в размере 50 процентов размера государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного характера.

Применяя указанное положение, следует учитывать, что государственная пошлина по апелляционным и кассационным жалобам, поданным физическими лицами (в том числе индивидуальными предпринимателями) по делам, перечисленным в подпункте 3 пункта 1 статьи 333.21 Кодекса, уплачивается в сумме 50 рублей.

В остальных указанных в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Кодекса случаях при подаче апелляционных и кассационных жалоб, в том числе по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение, а также по делам, по которым государственная пошлина, уплаченная при подаче искового заявления имущественного характера, составила менее 1000 рублей, государственная пошлина уплачивается в размере 1000 рублей.

При подаче апелляционных и кассационных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Кодекса, государственная пошлина не уплачивается.

В соответствии с пунктом 47 статьи 2 и пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 27.07.2006 №137-ФЗ «О внесении изменений в часть первую и часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации и в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с осуществлением мер по совершенствованию налогового администрирования» с 01.01.2007 признан утратившим силу пункт 5 статьи 333.40 Налогового Кодекса, согласно которому при принятии судом решения полностью или частично не в пользу государственных органов (органов местного самоуправления) возврат заявителю уплаченной государственной пошлины производился из бюджета.

Таким образом, с 01.01.2007 подлежит применению общий порядок распределения судебных расходов, предусмотренный главой 9 АПК РФ, и уплаченная заявителем государственная пошлина в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ взыскивается в его пользу непосредственно с государственного органа (органа местного самоуправления) как стороны по делу.

Соответственно, вторая инстанция должна взыскать с налоговой 1000 руб. пошлины, уплаченной за подачу жалобы в пользу МП.

При новом рассмотрении дела по принятому решению, на мой взгляд, с МП д. б. взыскано за присуждение уплаты штрафа 10 тыс. руб. пошлина в сумме 400 руб. по указанным выше основаниям. При этом встает вопрос о том, что согласно выше названным нормам пошлина по имущественным искам не м. б. менее 500 руб. На этот счет полагаю, что закон необходимо читать буквально. Не менее 500 руб. в соответствии со ст. 333.21. п. 1 пп. 1 НК РФ д. б. произведена уплата при ПОДАЧЕ ИСКОВОГО ЗАЯВЛЕНИЯ. А суд в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относит на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований согласно ст. 110 п. 1 АПК РФ. При этом ч. 3 названной статьи устанавливает, что государственная пошлина, от уплаты которой в установленном порядке истец был освобожден, взыскивается с ответчика в доход федерального бюджета пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, если ответчик не освобожден от уплаты государственной пошлины. Т.е. негде не указано взыскание на основания установленного порядка уплаты.

Вариант. Интересы МП в судах представлял адвокат. Услуги адвоката оплачены МП в сумме 10 тыс. руб.

На какую из сторон и в каком размере должны быть возложены расходы по оплате услуг адвоката?

Часть 2 ст. 110 АПК регламентирует порядок взыскания расходов на оплату услуг представителя.

В отличие от ГПК расходы на оплату услуг представителя АПК относит к судебным издержкам. Здесь действует тот же принцип, что и при взыскании судебных расходов в пользу стороны, выигравшей дело. Арбитражный суд в судебном акте определяет, с кого и в каком размере подлежат взысканию расходы на оплату услуг представителя. Расходы на оплату услуг представителя взыскиваются в пользу того лица, участвующего в деле, в пользу которого вынесен судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумность размеров, как категория оценочная, каждый раз определяется индивидуально, исходя из особенностей конкретного дела, произведенной оплаты представителя и т.д.

Выводы суда о чрезмерности (неразумности) вознаграждения представителя должны быть мотивированы. Если стоимость услуг представителя определена договором, суд не вправе произвольно уменьшать взыскиваемые в возмещение соответствующих расходов суммы, тем более, если другая сторона не заявляет возражений, не представляет доказательств чрезмерности понесенных расходов.

Общее правило распределения судебных расходов между сторонами сформулировано в ч. 1, 2 ст. 110 АПК: при частичном удовлетворении иска – расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований и ответчику – пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно этому правилу при частичном удовлетворении иска судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, что должно обязательно отражаться в судебном акте. Соответственно, поскольку, налоговая освобождена от уплаты с неё пошлина не взыскивается, а судебные расходы подлежат возмещению в части отказных требований в размере 2/3 от оплаты услуг адвоката в пользу МП, т. к. в 1/3 иск удовлетворен, а в 2/3 отказано. Т. е. в сумме – 6666,67 руб.

Задание 2

Задача 11 (т. II). Решением общего собрания ЗАО «Тенология-комфорт» одобрена крупная сделка по приобретению объекта недвижимости. ООО «Кактус», являющееся акционером ЗАО «Тенология-комфорт», обратилось в арбитражный суд с иском об оспаривании указанного решения, ссылаясь на то, что данный вопрос в повестку общего собрания не включался. В судебном заседании генеральный директор ЗАО «Тенология-комфорт» Токарев иск признал. Арбитражный суд вынес решение об удовлетворении иска.

Должны ли привлекаться в процесс в подобных ситуациях иные акционеры, а также контрагент по крупной сделке?

Имеет ли какое-либо значение для определения субъектного состава участников дела и их процессуального положения факт исполнения крупной сделки? Вправе ли генеральный директор признавать иск?

В соответствии с Федеральным законом от 26 декабря 1995 г. №208-ФЗ «Об акционерных обществах» (с изменениями от 13 июня 1996 г., 24 мая 1999 г., 7 августа 2001 г., 21 марта, 31 октября 2002 г., 27 февраля 2003 г., 24 февраля, 6 апреля, 2, 29 декабря 2004 г., 27, 31 декабря 2005 г., 5 января, 27 июля, 18 декабря 2006 г., 5 февраля, 24 июля 2007 г.) ст. 49 п. 6 в определенной степени ограничивает свободу действий собрания – повестка дня собрания не может быть изменена им самим; кроме того, собрание не имеет права выходить за пределы повестки дня, т.е. принимать решения по вопросам, не указанным в повестке.

Повестка дня собрания формируется (утверждается) советом директоров в соответствии с пп. 3 ч. 2 п. 1 ст. 65 Закона; ст. 53, 55 Закона предоставляют право вносить предложения по повестке дня акционерам, совету директоров, ревизионной комиссии (ревизору), аудитору общества.

Таким образом, инициатива самого собрания в принятии к рассмотрению вопросов, отнесенных Законом к его компетенции, не допускается (исключения из этого правила возможны, если это прямо указано в уставе к определенным вопросам названным в законе).

Т.е. решение суда по существу верное, если не имеется никаких других обстоятельств, влияющих на решение вопроса, но не указанных в задаче.

Отвечая на вопрос, может ли директор признать иск, нужно сказать, что он может признать, что земля плоская и любую другую чушь, т.к. признание им иска или непризнание процессуального и юридического значения в данном случае не имеет. Т.к. он не является стороной по делу. И из задачи не видно, что оно в суде представлял общество. Суд, безусловно, принял названное решение не по этому основанию.

В отношении привлечения других акционеров в процесс надо вспомнить уже названную выше статью закона п. 7, он устанавливает возможность и порядок обжалования решений собраний акционеров.

Решения, принятые собранием, могут быть обжалованы; при этом возникает вопрос о том, является ли обжалование обязательным для того, чтобы решение собрания утратило силу? Иначе говоря – применяется в случаях с решениями собрания модель оспоримых либо ничтожных сделок? Как известно, оспоримые сделки являются недействительными в силу признания их таковыми судом, ничтожные – в силу факта совершения.

Закон не отвечает на поставленный вопрос; практика ВАС РФ склоняется к модели ничтожности, что следует из п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ №19. В этом пункте сказано, что если стороны, участвующие в рассматриваемом судом споре, ссылаются на решение собрания акционеров, принятое с нарушениями, то суд должен оценить такое решение как не имеющее юридической силы и разрешить спор, руководствуясь нормами закона, независимо от того, было ли данное решение собрания оспорено.

Таким образом, как видим, нет необходимости заявлять в суд самостоятельное требование о признании недействительным решения собрания акционеров, если суть иска состоит в иных требованиях, связанных с решением собрания. Однако, в данном случае оспаривается именно решение, а в связи с тем, что оно принято с нарушениями и является ничтожным привлечение в процесс других акционеров не имеет значения для принятия решения по делу.

На практике весьма актуальным является вопрос о том, в какой суд следует обратиться акционеру с требованием о недействительности решения общего собрания.

В соответствии с пп. 4 п. 1 ст. 33 АПК РФ установлена единая подсудность по всем (за исключением трудовых) спорам акционеров с акционерными обществами. Тем не менее, в силу п. 4 ст. 22 ГПК РФ суды общей юрисдикции могут рассматривать заявления, содержащие требования, связанные между собой, из которых одни подведомственны арбитражному суду, другие – суду общей юрисдикции, если разделить требования невозможно. В противном случае (когда разделить требования возможно) судом выносится определение об отказе в принятии требований, подведомственных арбитражному суду.

Право на обжалование решения собрания принадлежит только акционерам (иные органы соответствующими полномочиями не обладают) и только при наличии совокупности следующих обстоятельств:

принятие решения с нарушением требований Закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества. Основной возникающий при этом на практике вопрос: является ли нарушение иных федеральных законов основанием для оспаривания решения собрания? С одной стороны, может применяться толкование, в соответствии с которым «под иными правовыми актами Российской Федерации имеются в виду федеральные законы, указы Президента РФ, постановления Правительства РФ»; с другой – в п. 6 ст. 3 ГК РФ в качестве иных правовых актов названы только указы Президента РФ и постановления Правительства РФ;

акционер не участвовал в собрании, принявшем оспариваемое решение, либо голосовал против его принятия (следует учитывать, что принявшие участие в собрании акционеры определяются ч. 2 п. 1 ст. 58 Закона – это акционеры, зарегистрировавшиеся для участия в нем, и акционеры, бюллетени которых получены не позднее двух дней до даты проведения общего собрания; если речь идет о заочном голосовании, принявшими участие в собрании считаются акционеры, бюллетени которых получены до даты окончания приема бюллетеней). Из протокола собрания и отчета по итогам голосования (составляемым в соответствии со ст. 62, 63 Закона) следует, какие из акционеров не реализовали свое право на участие в собрании;

решение нарушает права и законные интересы акционера, требующего признания этого решения недействительным, – представляется необходимым указание в каждом конкретном случае на то, какие именно права и интересы акционеров нарушены оспариваемым решением; согласно другой позиции любое решение, принятое с нарушением норм законодательства и устава АО, так или иначе нарушает право акционера на участие в управлении делами общества и его законный интерес в том, чтобы в деятельности общества соблюдались общеобязательные нормы права и основанные на них положения устава.

Пункт 24 Постановления Пленума ВАС РФ №19 (подобные нормы содержались и в ныне не действующем постановлении Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 2 апреля 1997 г. №4/8), не давая исчерпывающего перечня нарушений Закона, являющихся основаниями для удовлетворения исков о признании недействительными решений собраний, называет некоторые из таких нарушений. Кроме того, к числу рассматриваемых нарушений можно отнести принятие решений с выходом за пределы компетенции (например, рассмотрение вопроса, отсутствующего в повестке дня и др.

Еще одна важнейшая норма п. 7 названной статьи, имеющая огромное практическое значение, состоит в том, что при наличии всех оснований для признания недействительным решения собрания суд, учитывая обстоятельства дела, может оставить в силе обжалуемое решение.

По сути, речь идет об отказе акционеру в защите его права. Отказ в защите права является в соответствии с п. 2 ст. 10 ГК РФ следствием злоупотребления правом. Думается, что, исходя из сути отношений, можно прийти к выводу о том, что Закон считает злоупотреблением правом обращение акционера в суд с требованием о признании недействительным решения общего собрания при наличии определенных обстоятельств.

Эти обстоятельства названы в п. 7 статьи:

голосование данного акционера не могло повлиять на результаты голосования (в частности, он обладал незначительным количеством голосов по сравнению с теми, которые были отданы «за» принятие оспариваемого решения);

нарушение прав акционера не является существенным;

решение не повлекло причинения акционеру убытков.

Очевидно, что все три указанных основания должны присутствовать в совокупности. Именно такова и позиция ВАС РФ, выраженная в ч. 2 п. 24 Постановления Пленума ВАС РФ №19.

В отношении того имеет ли какое-либо значение для определения субъектного состава участников дела и их процессуального положения факт исполнения крупной сделки, следует указать следующее.

Безусловно, исполнение или неисполнение сделки имеет значении, причем в каждом случае по-разному в зависимости от условий сделки и причинением последствий исполнением или неисполнением.

Однако в данном случае вопрос об оспаривании сделки не ставится. Соответственно в данном процессе эти участники не нужны, но суд в соответствии с главой АПК РФ может по своей инициативе, либо по инициативе участников процесса привлечь их в процесс в качестве третьего лица и т.д.

Но пока вопрос о признании сделки недействительной не ставится, т.к. отмена решения собрания не исключает в дальнейшем проведения собрания установленным порядком и принятия аналогичного, но уже легитимного решения.

Литература

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24 июля 2002 г. №95-ФЗ (АПК РФ) (с изм. и доп. от 28 июля, 2 ноября 2004 г., 31 марта, 27 декабря 2005 г.)

Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 8 февраля 2005 г. №14634/04 Дела по спорам об отказе в государственной регистрации, уклонении от государственной регистрации некоммерческих организаций, не имеющих в качестве основной цели своей деятельности извлечение прибыли, не подлежат рассмотрению арбитражными судами

Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 9 декабря 2002 г. №11 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»

Налоговый кодекс Российской Федерации (НК РФ) (с изм. и доп. от 30 марта, 9 июля 1999 г., 2 января, 5 августа, 29 декабря 2000 г., 24 марта, 30 мая, 6, 7, 8 августа, 27, 29 ноября, 28, 29, 30, 31 дек. 2001 г., 29 мая, 24, 25 июля, 24, 27, 31 декабря 2002 г., 6, 22, 28 мая, 6, 23, 30 июня, 7 июля, 11 ноября, 8, 23 дек. 2003 г., 5 апреля, 29, 30 июня, 20, 28, 29 июля, 18, 20, 22 августа, 4 октября, 2, 29 ноября, 28, 29, 30 декабря 2004 г., 18 мая, 3, 6, 18, 29, 30 июня, 1, 18, 21, 22 июля, 20 октября, 4 ноября, 5, 6, 20, 31 декабря 2005 г., 10 января, 2, 28 февраля, 13 марта, 3, 30 июня, 18, 26, 27 июля, 16 октября, 3, 10 ноября, 4, 5, 18, 29, 30 декабря 2006 г., 23 марта, 26 апреля, 16, 17 мая, 19 июля, 24 июля 2007 г.)

Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. №1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (с изм. и доп. от 8 февраля, 15 декабря 2001 г., 7 июня 2004 г., 5 апреля 2005 г., 5 февраля 2007 г.)

Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 августа 2004 г. №80 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении арбитражными судами дел об оспаривании нормативных правовых актов»

Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за четвертый квартал 2006 года (утв. постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 7 марта 2007 г.)

Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 16 января 2007 г. №12547/06 Оспариваемое в суде письмо ФНС РФ не обладает признаками нормативного правового акта, следовательно, не подлежит рассмотрению в ВАС РФ, к подсудности которого отнесено рассмотрение дел об оспаривании нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти

Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 19 сентября 2006 г. №13322/04 Рассматривая дело об оспаривании правового акта, суд не вправе ограничиваться формальным установлением соблюдения порядка и формы принятия документа. Суд должен выяснить, рассчитан ли оспариваемый акт на многократное применение налоговыми органами при осуществлении функций налогового контроля, затрагивает ли он права налогоплательщиков, соответствует ли актам законодательства о налогах и сборах. При этом разрешение вопроса о том, носит ли тот или иной акт органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица нормативный характер, должно производиться независимо от его формы, содержания и других условий

Определение Высшего Арбитражного Суда РФ от 24 августа 2006 г. №8519/06 «О прекращении производства по делу»

Обзор постановлений Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа по вопросам применения законодательства о судопроизводстве в арбитражных судах Российской Федерации за 2003 год и начало 2004 года

Батяев А.А. Комментарий к Федеральному конституционному закону от 21 июля 1994 г. №1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации». – Система ГАРАНТ, 2006 г.

Власов А.А. и др., Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) (под ред. Г.А. Жилина) – «ТК Велби», 2004

Комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) (под ред. проф. В.В. Яркова) – «БЕК», 2003 г.

Гуев А.Н. Постатейный комментарий к Арбитражному процессуальном кодексу Российской Федерации – «Контракт», «Инфра-М», 2003 г.

Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 20 марта 1997 г. №6 «О некоторых вопросах применения арбитражными судами законодательства Российской Федерации о государственной пошлине»

Постатейный комментарий к АПК РФ (под. ред. А.Н. Гуева). – «Экзамен», 2007 г.

Комментарий к части второй Налогового кодекса РФ (поглавный) (под общ. ред. доктора юридич. наук, проф. А.А. Ялбулганова) – Система ГАРАНТ, 2006 г.

1

1. Особенности приватизации земель физическими и юридическими лицами

Приобретение прав на земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, регулируется ст. 36 ЗК РФ, в которой предусмотрено, что исключительные права на приватизацию или на приобретение прав аренды земельного участка имеют граждане и юридические лица — собственники зданий, строений, сооружений, расположенных на земельных участках.

Порядок приватизации или приобретения права аренды земельных участков установлен в Федеральном законе от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации». Также отношения по приватизации земельных участков, на которых расположены объекты недвижимости, в том числе имущественные комплексы, регулируются Федеральным законом от 21 декабря 2001 г. № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества».

В отношении юридических лиц, имеющих земельные участки на праве постоянного (бессрочного) пользования, был установлен «принудительный» порядок переоформления права. Юридические лица, за исключением государственных и муниципальных учреждений, федеральных казенных предприятий, обязаны переоформить право постоянного (бессрочного) пользования земельными участками на право аренды земельных участков или приобрести земельные участки в собственность по своему желанию до 1 января 2008 г.

В соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 2001 г. № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» под приватизацией земельных участков понимается возмездное отчуждение имущества, находящегося в собственности Российской Федерации (далее — федеральное имущество), субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, в собственность физических и (или) юридических лиц.

Государственное регулирование приватизации, прежде всего, заключается в детальном законодательном регулировании случаев бесплатной и платной приватизации, ее порядка, сроков, запрета на приватизацию, установления компетентных государственных органов, участвующих в процессе приватизации.

В соответствии со ст. 28 ЗК РФ предоставление земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, в собственность граждан и юридических лиц осуществляется за плату. Предоставление земельных участков в собственность граждан и юридических лиц может осуществляться бесплатно в случаях, предусмотренных ЗК РФ, федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации.

Сфера действия Федерального закона «О приватизации государственного и муниципального имущества» не распространяется на отношения, возникающие при отчуждении земли, за исключением отчуждения земельных участков, на которых расположены объекты недвижимости, в том числе имущественные комплексы.

Земельным законодательством установлен дифференцированный правовой режим приватизации:

1) земельных участков, предоставленных ранее гражданам на праве постоянного (бессрочного) пользования или пожизненного наследуемого владения для индивидуального жилищного строительства, личного подсобного хозяйства, осуществления иных потребительских целей, предпринимательской деятельности крестьянских (фермерских) хозяйств;

2) земель колхозов и совхозов в рамках социального варианта земельной реформы, связанного с бесплатной передачей гражданам сельскохозяйственных угодий по уравнительным нормам под контролем административных органов;

3) земельных участков приватизированных государственных и муниципальных предприятий;

4) объектов государственной и муниципальной собственности в результате возмездного приобретения гражданами и юридическими лицами на торгах (конкурсах и аукционах) по сделкам купли-продажи земельных участков;

5) объектов недвижимости, расположенных на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности.

Приватизация осуществляется на основании прогнозного плана (программы), который ежегодно утверждается Правительством РФ. В нем содержатся нормы, устанавливающие правила разработки проекта прогнозного плана (программы) приватизации федерального имущества на очередной финансовый год, а также правила определения состава подлежащего приватизации имущественного комплекса унитарного предприятия, правила определения цены подлежащего приватизации государственного или муниципального имущества, способы приватизации и иные нормы.

В соответствии со ст. 36 ЗК РФ исключительное право на приватизацию земельных участков или приобретение права аренды земельных участков имеют граждане и юридические лица — собственники зданий, строений, сооружений в порядке и на условиях, которые установлены Земельным кодексом РФ, федеральными законами.

Пункт 1 ст. 36 ЗК РФ устанавливает перечень граждан — обладателей прав на здания, строения, сооружения, которые могут приобрести права на земельные участки, на которых расположены данные здания, строения, сооружения. А именно это граждане, имеющие в собственности, безвозмездном пользовании, хозяйственном ведении или оперативном управлении здания, строения, сооружения, расположенные на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности. Исключительное право на приватизацию земельных участков или приобретение права аренды земельных участков имеют граждане — собственники зданий, строений, сооружений в порядке и на условиях, которые установлены ЗК РФ и различными федеральными законами.

В данном случае слово «исключительное» означает то, что никто кроме самого собственника недвижимости не имеет права на приобретение земельного участка под зданиями, строениями и сооружениями в собственность.

Из обозначенного пунктом 1 ст. 36 ЗК РФ круга правообладателей следует, что к ним не относятся арендаторы, субарендаторы, различные субъекты права безвозмездного пользования помещениями в здании, строении или сооружении.

В соответствии с новыми пп. 1.1 и 1.2, внесенными в ст. 36 ЗК РФ Федеральным законом от 24 июля 2007 года № 212-ФЗ, продажа земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, собственникам зданий, строений, сооружений, расположенных на этих земельных участках, осуществляется по цене, установленной соответственно органами исполнительной власти и органами местного самоуправления. Порядок определения цены на подобные земельные наделы и порядок их оплаты устанавливается следующий:

1) в отношении земельных участков, находящихся в федеральной собственности, — Правительством России;

2) в отношении земельных участков, которые находятся в собственности субъектов РФ или государственная собственность, на которые не разграничена, — органами государственной власти регионов России;

3) в отношении земельных участков, находящихся в муниципальной собственности, — соответственно органами местного самоуправления.

Цена всех вышеперечисленных земельных участков не может превышать их кадастровую стоимость. До установления Правительством России, органом государственной власти субъекта РФ или органом местного самоуправления порядка определения цены земельного участка эта цена устанавливается в размере его кадастровой стоимости.

При применении данных правил следует учитывать нормы Федерального закона о введении в действие ЗК РФ, в соответствии с которыми при продаже согласно статье 36 ЗК РФ находящихся в государственной или муниципальной собственности земельных участков собственникам расположенных на них зданий, строений, сооружений стоимость таких земельных участков определяется в порядке, установленном п. 1 — 3 ст. 2 Федерального закона о введении в действие ЗК РФ. Заметим в данном случае, что применение данной ст. 2 предусматривается при приобретении прав на земельные участки только на основании ст. 36 ЗК РФ.

До 1 января 2010 года будет осуществляться продажа земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности:

— индивидуальным предпринимателям, являющимся собственниками расположенных на таких земельных участках зданий, строений, сооружений, в том числе возведенных на месте разрушенных или снесенных либо реконструированных зданий, строений, сооружений, если эти здания, строения, сооружения были отчуждены из государственной или муниципальной собственности;

— гражданам, являющимся собственниками расположенных на таких земельных участках зданий, строений, сооружений, если право собственности указанных лиц на эти здания, строения, сооружения возникло до вступления в силу ЗК РФ и если федеральными законами для указанных собственников не установлен иной порядок приобретения земельных участков в собственность.

При приобретении указанными лицами таких земельных участков их цена устанавливается субъектами России в пределах:

— двадцати процентов кадастровой стоимости земельного участка, расположенного в городах с численностью населения свыше трех миллионов человек;

— двух с половиной процентов кадастровой стоимости земельного участка, расположенного в иной местности.

До установления субъектами РФ цены земельного участка применяется наибольшая для соответствующей местности цена земельного участка (пункт 1).

Пунктом 2 установлено, в частности, что до 1 января 2010 года лица, не указанные выше и являющиеся собственниками зданий, строений, сооружений, расположенных на земельных участках, находящихся в государственной или муниципальной собственности, приобретают такие земельные участки по цене, устанавливаемой субъектами России, в населенных пунктах с численностью населения:

— свыше трех миллионов человек — в размере от пяти- до тридцатикратного размера ставки земельного налога за единицу площади земельного участка;

— от пятисот тысяч до трех миллионов человек — в размере от пяти- до семнадцатикратного размера ставки земельного налога за единицу площади земельного участка;

— до пятисот тысяч человек, а также за пределами границ населенных пунктов — в размере от трех- до десятикратного размера ставки земельного налога за единицу площади земельного участка.

До установления регионами России цены земельного участка применяется минимальный для соответствующей местности размер ставки земельного налога за единицу площади земельного участка.

В городах с численностью населения свыше трех миллионов человек одновременно с приобретением указанными в п. 1 ст. 2 Федерального закона о введении в действие ЗК РФ лицами в собственность земельных участков, находящихся в государственной собственности, органы государственной власти могут устанавливать запрет на строительство, реконструкцию зданий, строений, сооружений, расположенных на соответствующем земельном участке.

Запрет на строительство, реконструкцию не распространяется на реконструкцию объектов капитального строительства и объекты, реконструкция которых не приведет к изменению вида разрешенного использования земельного участка.

Запрет на строительство, реконструкцию подлежит снятию по заявлению собственника соответствующего земельного участка, которое подается в исполнительный орган государственной власти, в течение месяца после внесения этим собственником платы за снятие такого запрета. Размер платы за снятие такого запрета не может превышать 80% кадастровой стоимости земельного участка.

Установление и снятие запрета на строительство, реконструкцию осуществляются в порядке, предусмотренном законами субъектов России (п. 3 ст. 2 Федерального закона о введении в действие ЗК РФ).

Аналогичные нормы содержатся и в Указе Президента России от 16 мая 1997 года № 485 «О гарантиях собственникам объектов недвижимости в приобретении в собственность земельных участков под этими объектами». Указом, в частности, установлено, что право приобретения в собственность (право приватизации) земли (земельных участков и их долей), на которой расположены ранее приватизированные объекты незавершенного строительства, принадлежит физическим лицам — собственникам указанных недвижимых объектов.

Заявитель обязан представить документы, которые подтвердят приобретение соответствующего объекта незавершенного строительства, право пользования данным земельным участком для создания объекта недвижимого имущества, разрешение на строительство и описание строительного объекта.

После вступления в силу данного документа приватизацию строений, зданий и сооружений, а также объектов незавершенного строительства предложено осуществлять в будущем совместно с земельными участками, на которых они находятся.

Для приобретения прав на земельный участок гражданин обращается в исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления (ст. 29 ЗК РФ) с заявлением о приобретении прав на земельный участок с приложением его кадастровой карты (плана).

В заявлении указываются: лицо или лица, которым необходимо предоставление земельного участка, вид права на земельный участок. К видам прав, возникающих у заинтересованных лиц в результате предоставления земельных участков, которые находятся в государственной или муниципальной собственности и на которых расположены здания, строения, сооружения, как мы уже подробно говорили ранее, относятся право собственности и право аренды.

Укажем в данном случае, что ст. 29 ЗК РФ будет действовать в полную силу только после фактического разграничения государственных земель на федеральные земли, земли субъектов РФ и муниципальные земли. До этого момента распоряжение государственными землями осуществляется органами местного самоуправления муниципальных районов и городских округов в пределах их полномочий, если законодательством не предусмотрено иное (п. 10 ст. 3 Федерального закона о введении в действие ЗК РФ).

Распоряжение земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, в поселениях, являющихся административными центрами (столицами) субъектов России, осуществляется органами местного самоуправления указанных поселений, если законами соответствующих субъектов РФ не установлено, что распоряжение такими земельными участками осуществляется исполнительными органами государственной власти регионов РФ.

При отсутствии кадастровой карты (плана) орган, решающий вопрос о предоставлении земельного участка, в течение одного месяца со дня поступления соответствующего заявления обеспечивает изготовление подобной карты (плана) земельного участка и утверждает проект его границ.

Необходимо заметить в данном случае, что приватизация земельного участка будет происходить только в тех случаях, когда о предоставлении земельного участка ходатайствуют сами граждане — собственники зданий и сооружений, расположенных на данном земельном участке.

Перечень документов, прилагаемых к заявлению о приобретении прав на земельный участок, устанавливается федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление функций по нормативно-правовому регулированию земельных отношений. Исполнительные органы государственной власти или органы местного самоуправления не вправе требовать от заявителя предоставления каких-либо иных дополнительных документов, за исключением документов, предусмотренных указанным перечнем.

Приобретение права на землю, находящуюся в государственной или муниципальной собственности, при нескольких владельцах здания, строения или сооружения (то есть недвижимое имущество принадлежит нескольким гражданам на праве собственности, аренды и т.п.) реализуется с помощью совместного обращения граждан (владельцев и арендаторов, обладающих помещениями в здании, находящемся на испрашиваемом земельном участке) в исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления (см. ранее).

Орган государственной власти или местного самоуправления в течение одного месяца со дня поступления подобного заявления принимает решение о предоставлении земельного участка в собственность бесплатно в соответствии с п. 2 ст. 28 ЗК РФ либо при отсутствии основания для бесплатного предоставления земельного участка готовит проект договора купли-продажи или аренды земельного участка и направляет его заявителю с предложением о заключении соответствующего договора.

Если вдруг исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления не направляет заявителю проект договора купли-продажи или предлагает заключить договор аренды, то собственник строения, здания или сооружения имеет право обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ненормативными правовых актов или незаконными действий (бездействия) данных органов в порядке, установленном гл. 24 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

В случае признания действия или бездействия исполнительного органа государственной власти или органа местного самоуправления незаконными арбитражный суд обязывает данный орган подготовить соответствующий проект договора и направить его в определенный срок собственнику недвижимого имущества.

В соответствии с распоряжением Минимущества России от 2 сентября 2002 года № 3070-р «Об утверждении примерных форм решений о предоставлении земельных участков в собственность, постоянное (бессрочное) пользование, безвозмездное срочное пользование, аренду и договоров купли-продажи, безвозмездного срочного пользования и аренды земельных участков» была утверждена примерная форма решения о предоставлении в собственность находящегося в государственной собственности земельного участка, на котором расположены объекты недвижимого имущества, приобретенные в собственность гражданами и юридическими лицами. Данным нормативно-правовым актом была утверждена и примерная форма договора купли-продажи находящегося в государственной собственности земельного участка.

Границы и размеры земельного участка определяются с учетом фактически используемой площади земельного участка согласно требованиям земельного и градостроительного законодательства. Границы земельного участка устанавливаются с учетом красных линий, границ смежных земельных участков (при их наличии), естественных границ земельного участка.

В течение двухнедельного срока со дня предоставления проекта границ земельного участка исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления принимает решение о предоставлении земельного участка гражданину и направляет ему копию решения. Вся последующая работа по установлению границ земельного надела на местности и услуги по изготовлению кадастровой карты (плана) земельного участка производятся за счет заявителя. Сроки исполнения данной работы определяются в зависимости от каждого конкретного случая.

Все вышесказанное указано в ст. 36 ЗК РФ. Данная статья устанавливает общие правила и процедуру предоставления земельных участков с расположенной на них недвижимостью, на которую приобретатель земельного участка (гражданин) обладает какими-либо правами.

Возникает в данном случае вопрос: а вправе ли гражданин приобрести в собственность земельный участок, на котором расположено принадлежащее ему на праве собственности здание или строение, если после вступления в силу ЗК РФ 2001 года он заключил договор аренды данного земельного участка?

Согласно п. 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 11 от 24 марта 2005 года «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства» установленная Законом о введении в действие ЗК РФ норма о приватизации зданий, строений, сооружений одновременно с приватизацией земельного участка (п. 7 ст. 3) не лишает лицо, ставшее собственником недвижимости вследствие его приватизации до введения в действие ЗК РФ, права приобрести земельный участок в собственность или заключить договор его аренды, за исключением случаев, когда приватизация земельного участка запрещена.

Также наличие договора аренды земельного участка, заключенного до введения в действие ЗК РФ, не лишает собственника недвижимости права выкупа земельного участка в соответствии с п. 1 ст. 36 ЗК РФ.

Если договор аренды земельного участка заключен собственником расположенного на нем объекта недвижимости уже после введения в действие нового земельного законодательства, то в связи с тем, что собственник недвижимости реализовал свое исключительное право приватизации или аренды путем заключения договора аренды земельного участка, он утрачивает право выкупа земельного участка в соответствии с п. 1 ст. 36 ЗК РФ.

Если провести анализ нормы земельного законодательства, указанной в п. 1 ст. 36 ЗК РФ, можно сделать следующие выводы:

— исключительное право собственников зданий, строений и сооружений на приватизацию либо приобретение права аренды земельных участков, расположенных под данными объектами недвижимости и находящихся в публичной собственности, — это право выбора конкретной модели поведения;

— выбрав вариант аренды земли, собственник здания, строения и сооружения (арендатор земельных участков) не теряет свой исключительный статус и имеет право на приобретение данного земельного участка в собственность в будущем согласно п. 1 ст. 36 ЗК РФ.

Более того, положение об утрате права на выкуп земельного участка не соответствует иным нормам, указанным в ЗК РФ. В частности, в п. 8 ст. 22 ЗК РФ сказано, что при продаже земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, арендатор данного земельного участка имеет преимущественное право его покупки, за исключением случаев, предусмотренных п. 1 ст. 36 ЗК РФ. Таким образом, в данном пункте ст. 22 ЗК РФ было предусмотрено исключение из правил. А для чего? Для того чтобы сделать акцент на том моменте, что если на земельном участке расположено какое-либо здание, строение или сооружение, то собственник данного объекта недвижимости и одновременно арендатор земли под ним обладает не преимущественным правом покупки, указанным в п. 8 ст. 22 ЗК РФ, а именно исключительным правом на его приватизацию независимо от времени заключения договора аренды (т.е. либо до вступления в силу ЗК РФ, либо уже после).

В тесной связи с данной нормой земельного законодательства работает и ч. 1 ст. 36 Конституции России, которая предусматривает конституционное право граждан иметь землю в частной собственности. Заметьте, нормы Конституции нашей страны распространяются и действуют на всю территорию России

Исключительное право на приобретение права аренды земельного участка, предусмотренное п. 1 ст. 36 ЗК РФ, принадлежит собственнику здания, строения или сооружения и после того, как срок первоначально заключенного им договора аренды земельного участка прекратил свое действие. В данном случае договор аренды может быть заключен на новый срок и только с собственником здания, строения или сооружения.

В целом смысл данного исключительного права на приватизацию земли или приобретение права ее аренды заключается именно в преимущественном праве на приобретение (закрепление) в собственность земельного участка, на котором расположены строения, здания, сооружения. Необходимо заметить, что данное право целесообразнее будет распространять не только на часть земельного участка под недвижимым имуществом и предназначенную для его обслуживания согласно градостроительным и иным нормам, но и на все землевладение в определенных до приватизации границах. Данное требование подтверждается и условием определения границ земельного участка на основании п. 1 ст. 36 ЗК РФ (мы об этом уже говорили ранее). А именно границы и размеры земельного надела определяются с учетом фактически используемой площади земельного участка.

Также порядок и условия приобретения прав на землю зависят от количества лиц, обладающих правами на расположенную на земельном участке недвижимость, и от того, на каком основании они владеют данным имуществом (например, на праве собственности, аренды и т.п.).

Например, здание, строение или сооружение расположено на неделимом земельном наделе, который является объектом права публичной собственности. Данная недвижимость принадлежит нескольким гражданам на праве собственности. Следовательно, данные лица имеют право приобрести данный земельный участок в общую долевую собственность или закрепить в своем пользовании по договору аренды с множественностью лиц на стороне арендатора, если иное не предусмотрено ЗК РФ и федеральными законами, с учетом долей в праве собственности на здание. Непременным условием подобного договора аренды будет являться согласие всех сторон на вступление в договор аренды других лиц, на законных основаниях пользующихся помещениями в данном здании, строении или сооружении.

Если договор аренды заключен на срок один год и более, то в соответствии с п. 2 ст. 26 ЗК РФ он подлежит государственной регистрации.

Поскольку данные лица вправе заключить договор аренды с множественностью лиц на стороне арендатора при участии в нем одного или нескольких владельцев помещений в здании, находящемся на неделимом земельном участке, надлежащим образом оформленный договор, заключенный на один год и более, подлежит государственной регистрации после подачи в регистрирующий орган заявления лицами, подписавшими такой договор.

Вся процедура предоставления земельного участка в собственность, закрепление на местности данного участка, оформление прав на землю осуществляются на основании земельного законодательства и положений о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Иностранные граждане и иностранные юридические лица, а также лица без гражданства, если они выступают собственниками зданий, строений и сооружений, вправе приобрести земельные участки под ними в собственность согласно статье 36, пункту 2 статьи 5, пункту 3 статьи 15 и пунктам 4 и 5 статьи 28 ЗК РФ.

Указанным категориям граждан земельные участки предоставляются за плату (т.е. возмездно) по договору купли-продажи или аренды.

Граждане, которые получили земельные участки в частную собственность, имеют право продавать их другим гражданам России независимо от сроков приобретения права собственности на землю в пределах норм предоставления земельных участков.

Собственнику земельного участка запрещено использовать его не по целевому назначению. Граждане, имевшие ранее земельные участки, размеры которых превышают установленные предельные нормы, в любом случае сохраняют право пожизненного наследуемого владения или пользования частью земельного участка, превышающей установленные нормы.

Все сведения о правах на земельные участки и об ограничениях (обременениях) данных прав вносятся в Единый государственный реестр земель на основании сведений Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним и на основании иных юридических документов.

Приватизация недвижимости осуществляется одновременно с отчуждением лицу, приобретающему такое имущество, земельных участков, занимаемых этим имуществом и необходимых для его использования.

Земельный участок, не выделенный на местности и не имеющий привязки на местности и кадастрового номера, продолжает оставаться территорией, на которую в силу приватизационного законодательства объектов недвижимости переходило право пользования на земельный участок под зданием, сооружением и прилегающую часть. И только сейчас действующее земельное законодательство предусматривает необходимость формирования земельного участка и его учетной регистрации в Государственном земельном кадастре. После формирования земельного участка и его регистрации он становится объектом земельных правоотношений.

Если расположенные на земле объекты недвижимости ранее были приватизированы, то их собственники могут ходатайствовать перед собственником земли о формировании земельного участка как объекта недвижимости и его приватизации с учетом положений Федеральных законов «О землеустройстве», «О государственном земельном кадастре», «О разграничении государственной собственности на землю», Земельного кодекса РФ и п. 10 ст. 3 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса РФ», других нормативных актов Российской Федерации в части определения собственника (Российской Федерации, субъекта Федерации, муниципального образования) земельного участка и лица, выступающего от имени собственника (распорядителя, продавца).

Как показывает практика, наиболее динамично участвуют в обороте объекты недвижимости — ранее приватизированные строения, сооружения. Оборот с недвижимостью на земельном участке всегда сопряжен с переходом прав на землю, но не всегда участники гражданско-правовых отношений решают вопросы землепользования. Это объясняется временным фактором оформления земельно-правовых отношений, так как не во всех случаях земельные участки ранее были сформированы как объекты недвижимости и на них выданы документы либо при наличии документов на земельный участок стороны ограничиваются положениями некоторых нормативных актов.

Федеральным законом «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» предусмотрена обязанность граждан и юридических лиц переоформить право постоянного (бессрочного) пользования земельными участками на право их аренды или приобрести земельные участки в собственность, а религиозные организации, кроме того, — переоформить на право безвозмездного срочного пользования по своему желанию до 1 января 2006 г.

Переоформление прав позволит включить земельные участки в гражданский и земельный оборот (ипотека, продажа земельных участков, прав аренды, субаренда и т.д.), в то время как распоряжение земельными участками, находящимися у землепользователей на праве постоянного (бессрочного) пользования, запрещено. При этом ст. 20 ЗК РФ гарантирует сохранение права постоянного (бессрочного) пользования. Статьей 45 ЗК РФ установлены основания прекращения права постоянного (бессрочного) пользования земельным участком. Непереоформление права постоянного (бессрочного) пользования на право собственности, аренды или безвозмездного срочного пользования является основанием прекращения права на земельный участок.

Федеральным законом «О приватизации государственного и муниципального имущества» установлены особенности отчуждения земельных участков при приватизации зданий, строений и сооружений, а также объектов, строительство которых не завершено и которые признаны самостоятельными объектами недвижимости. Их отчуждение осуществляется одновременно с отчуждением лицу, приобретающему такое имущество, земельных участков, занимаемых таким имуществом и необходимых для их использования, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Запрет на приватизацию установлен в ст. 95 ЗК РФ применительно к земельным участкам в границах государственных заповедников и национальных парков. В соответствии с ч. 12 ст. 85 земельные участки общего пользования, занятые площадями, улицами, проездами, автомобильными дорогами, набережными, скверами, бульварами, закрытыми водоемами, пляжами и другими объектами, могут включаться в состав различных территориальных зон и не подлежат приватизации.

2. Правовой режим земель энергетики и связи

Правовой режим земель энергетики регулируется ЗК РФ (в частности ст. 89 ЗК РФ). Под землями энергетики понимаются земли, предоставленные для размещения и эксплуатации объектов энергетики. Права на данные земли возникают у участников земельных отношений в таком же порядке, как и на всю категорию земель промышленности и иного специального назначения: по основаниям, предусмотренным ЗК РФ, федеральными законами и законами субъектов РФ.

В целях обеспечения деятельности организаций и объектов энергетики могут предоставляться земельные участки для размещения:

— гидроэлектростанции (ГЭС), представляющие собой комплекс сооружений и оборудования, посредством которых энергия потока воды преобразуется в электрическую энергию. ГЭС состоит из последовательной цепи гидротехнических сооружений, обеспечивающих необходимую концентрацию потока воды и создание напора, и энергетического оборудования, преобразующего энергию движущейся под напором воды в механическую энергию вращения, которая, в свою очередь, преобразуется в электрическую энергию;

— атомные станции (АЭС), представляющие собой электростанции, в которых атомная (ядерная) энергия преобразуется в электрическую. Генератором энергии на АЭС является атомный реактор;

— ядерные установки, представляющие собой сооружения и комплексы с ядерными реакторами, в том числе атомные станции, суда и другие плавсредства, космические и летательные аппараты, другие транспортные и транспортабельные средства; сооружения и комплексы с промышленными, экспериментальными и исследовательскими ядерными реакторами, критическими и подкритическими ядерными стендами; сооружения, комплексы, полигоны, установки и устройства с ядерными зарядами для использования в мирных целях; другие содержащие ядерные материалы сооружения, комплексы, установки для производства, использования, переработки, транспортирования ядерного топлива и ядерных материалов;

— пункты хранения ядерных материалов и радиоактивных веществ, хранилища радиоактивных отходов — не относящиеся к ядерным установкам и радиационным источникам стационарные объекты и сооружения, предназначенные для хранения ядерных материалов и радиоактивных веществ, хранения или захоронения радиоактивных отходов;

— тепловые станции — электростанции, вырабатывающие электрическую энергию в результате преобразования тепловой энергии, выделяющейся при сжигании органического топлива;

— другие электростанции, обслуживающие их сооружения и объекты. К ним можно отнести, например, гидроаккумулирующие электростанции, приливные электростанции, ветроэлектростанции, геотермические электростанции и др.;

— линии электропередач (воздушные, наземные) — сооружения, состоящие из проводов и вспомогательных устройств, предназначенных для передачи или распределения электрической энергии;

— подстанции — представляющие собой электроустановки, служащие для преобразования и распределения электроэнергии и состоящие из трансформаторов или других преобразователей энергии, распределительных устройств, устройств управления и вспомогательных сооружений;

— распределительные пункты — устройства, в которых установлены аппараты защиты и/или коммутационные аппараты для отдельных электроприемников или их групп: электродвигателей и групповых щитков.

Этот перечень не является закрытым, в целях обеспечения деятельности организаций и объектов энергетики могут предоставляться земельные участки и для размещения других сооружений и объектов энергетики.

Для обеспечения безопасного и безаварийного функционирования, безопасной эксплуатации объектов электросетевого хозяйства и иных определенных законодательством Российской Федерации об электроэнергетике объектов электроэнергетики устанавливаются охранные зоны с особыми условиями использования земельных участков независимо от категории земель, в состав которых входят эти земельные участки. Порядок установления таких охранных зон и использования соответствующих земельных участков определяется Правительством Российской Федерации.

Правила определения размеров земельных участков для размещения воздушных линий электропередачи и опор линий связи, обслуживающих электрические сети, устанавливаются Правительством Российской Федерации. Такие Правила были утверждены Правительством РФ 11 августа 2003 г. № 486.

В соответствии с пунктом 2 названных Правил, воздушная линия электропередачи размещается на обособленных земельных участках, отнесенных в установленном порядке к землям промышленности и иного специального назначения или землям поселений и предназначенных для установки опор указанных линий. Обособленные земельные участки, отнесенные к одной категории земель и предназначенные (используемые) для установки опор одной воздушной линии электропередачи (линии связи, обслуживающей электрическую сеть), могут быть учтены в государственном земельном кадастре в качестве одного объекта недвижимого имущества (единого землепользования) с присвоением одного кадастрового номера.

Минимальный размер земельного участка для установки опоры воздушной линии электропередачи напряжением до 10 кВ включительно (опоры линии связи, обслуживающей электрическую сеть) определяется как площадь контура, равного поперечному сечению опоры на уровне поверхности земли.

Минимальный размер земельного участка для установки опоры воздушной линии электропередачи напряжением свыше 10 кВ определяется как:

площадь контура, отстоящего на 1 метр от контура проекции опоры на поверхность земли (для опор на оттяжках — включая оттяжки), — для земельных участков, граничащих с земельными участками всех категорий земель, кроме предназначенных для установки опор с ригелями глубиной заложения не более 0,8 метра земельных участков, граничащих с земельными участками сельскохозяйственного назначения;

площадь контура, отстоящего на 1,5 метра от контура проекции опоры на поверхность земли (для опор на оттяжках — включая оттяжки), — для предназначенных для установки опор с ригелями глубиной заложения не более 0,8 метра земельных участков, граничащих с земельными участками сельскохозяйственного назначения.

Минимальные размеры обособленных земельных участков для установки опоры воздушной линии электропередачи напряжением 330 кВ и выше, в конструкции которой используются закрепляемые в земле стойки (оттяжки), допускается определять как площади контуров, отстоящих на 1 метр от внешних контуров каждой стойки (оттяжки) на уровне поверхности земли, — для земельных участков, граничащих с земельными участками всех категорий земель (кроме земель сельскохозяйственного назначения), и на 1,5 метра — для земельных участков, граничащих с земельными участками сельскохозяйственного назначения.

Конкретные размеры земельных участков для установки опор воздушных линий электропередачи (опор линий связи, обслуживающих электрические сети) определяются исходя из необходимости закрепления опор в земле, размеров и типов опор, несущей способности грунтов и необходимости инженерного обустройства площадки опоры с целью обеспечения ее устойчивости и безопасной эксплуатации.

Размеры земельных участков (частей земельных участков), которые используются хозяйствующими субъектами в период проведения инженерных изысканий при проектировании воздушных линий электропередачи (линий связи, обслуживающих электрические сети), определяются проектной документацией на проведение указанных работ.

Земельные участки (части земельных участков), используемые хозяйствующими субъектами в период строительства, реконструкции, технического перевооружения и ремонта воздушных линий электропередачи, представляют собой полосу земли по всей длине воздушной линии электропередачи, ширина которой превышает расстояние между осями крайних фаз на 2 метра с каждой стороны.

Земельные участки (части земельных участков), используемые хозяйствующими субъектами при производстве указанных работ в отношении воздушных линий электропередачи напряжением 500, 750 и 1150 кВ с горизонтальным расположением фаз, представляют собой отдельные полосы земли шириной 5 метров для каждой фазы.

Конкретные размеры земельных участков (частей земельных участков) для осуществления указанных работ определяются в соответствии с проектной документацией с учетом принятой технологии производства монтажных работ, условий и методов строительства.

Правовой режим земель связи, радиовещания, телевидения и информатики определяется Земельным кодексом РФ (ст. 91 ЗК РФ), также рядом других нормативных актов, например Федеральным законом от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ «О связи», Правилами охраны линий и сооружений связи Российской Федерации, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 9 июня 1995 г. № 578, и др.

К землям связи (кроме космической связи), радиовещания, телевидения, информатики относятся земли, на которых размещаются различные объекты связи, радиовещания, телевидения, информатики, а именно: эксплуатационные предприятия связи, на балансе которых находятся радиорелейные, воздушные, кабельные линии связи и соответствующие полосы отчуждения; кабельные, радиорелейные и воздушные линии связи и линии радиофикации на трассах кабельных и воздушных линий связи и радиофикации и соответствующие охранные зоны линий связи; подземные кабельные и воздушные линии связи и радиофикации и соответствующие охранные зоны линий связи; наземные и подземные необслуживаемые усилительные пункты на кабельных линиях связи и соответствующие охранные зоны; наземные сооружения и инфраструктура спутниковой связи.

Следует заметить, что в соответствии со статьей 27 ЗК РФ земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности и предоставленные для нужд связи, являются ограниченно обороноспособными. Это означает, что они не предоставляются в частную собственность, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Согласно п. 2 ст. 10 Федерального закона от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ «О связи» предоставление земельных участков организациям связи, порядок (режим) пользования ими, в том числе установления охранных зон сетей связи и сооружений связи и создания просек для размещения сетей связи, основания, условия и порядок изъятия этих земельных участков устанавливаются земельным законодательством РФ. Размеры таких земельных участков, в том числе земельных участков, предоставляемых для установления охранных зон и просек, определяются в соответствии с нормами отвода земель для осуществления соответствующих видов деятельности, градостроительной и проектной документацией. Постановлением Правительства РФ от 11 августа 2003 г. № 486 также утверждены Правила определения размеров земельных участков для размещения воздушных линий электропередачи и опор линий связи, обслуживающих электрические сети.

Земельные участки для нужд связи могут предоставляться на различных условиях: в пользование (постоянное (бессрочное) или безвозмездное срочное); в аренду; на праве ограниченного пользования чужим земельным участком (сервитут) для строительства и эксплуатации сооружений связи. Выбор условий предоставления земельных участков зависит от целого ряда обстоятельств, в том числе категории земель, местоположения земельного участка, собственности или иных прав на него и др.

Список использованной литературы и источников

Земельный кодекс Российской Федерации от 25.10.2001 № 136-ФЗ. СЗРФ от 29.10.2001, № 44, ст. 4147. В ред. от 13.05.2008 № 68-ФЗ и № 66-ФЗ. Российская газета от 16.05.2008 и 17.05.2008.

Федеральный закон от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» // СЗ РФ. 28 июля 1997 г. № 30. Ст. 3594.

Федеральный закон от 7 июля 2003 г. № 126-ФЗ «О связи»// СЗ РФ 2003 N 28, ст. 2895. В ред. от 29.04.2008. Российская газета от 07.05.2008.

Федеральный закон от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации». СЗРФ, 29.10.2001, № 44, ст. 4148.

Федеральный закон от 21 декабря 2001 г. № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества». СЗРФ, 28.01.2002, № 4, ст. 251.

Правила охраны линий и сооружений связи Российской Федерации, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 9 июня 1995 г. № 578.

Правила определения размеров земельных участков для размещения воздушных линий электропередачи и опор линий связи, обслуживающих электрические сети Российской Федерации, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 11 августа 2003 г. № 486. СЗ РФ. 2003. № 33. Ст. 3276.

Постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 24 марта 2005 г. № 11 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства» // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. 2005. № 5.

Грудцына Л.Ю. Козлова М.Н. Земля: справочник собственника и орендатора. ЗАО Юстицинформ. 2007. С. 43.

Земельное право: Учеб. / Отв. ред. Г.Е. Быстров, Р.К. Гусев. М.: Проспект, 2006. С. 121.

Земельное право: Учеб. / Отв. ред. Г.Е. Быстров, Р.К. Гусев. М.: Проспект, 2006. С. 124.

Минаева А., Тишендорф Ф. Приобретение земельного участка под зданием в г. Москве // Корпоративный юрист. Ноябрь 2006 г. № 11.

Постатейный комментарий к Земельному кодексу Российской Федерации / Под ред. Е.А. Сухова. Изд. ГроссМедиа, РОСБУХ. 2008. С. 218.

Споры, связанные с приватизацией земельных участков // Журнал «Арбитражная практика». 2005. Июль. № 7(52).