1. Классический период в развитие социологии
Слово социология, обозначающее область научного знания, было введено в научный оборот французским мыслителем О. Контом в 30-х годах прошлого столетия в его работе «Курс позитивной философии».
Историческая и научная роль О.Конта состоит, прежде всего в том, что проблему изучения общества и взаимосвязей внутри него он поставил в рамки определенной науки, которую назвал социологией. Хотя он не смог определить достаточно четко предмет новой науки и найти научный метод, позволяющий всесторонне изучать закономерности общественного развития.
Настоящее развитие и признание социология получила только тогда, когда были разработаны и сформулированы основные научные концепции и появилась возможность создания теоретических основ изучения социальных явлений — это классический период развития социологии.
Здесь можно отметить трех выдающихся мыслителей, живущих в период с середины XIX и до начала XX века, которые не только определили основные теоретические направления в исследовании социальной реальности, но и разработали понятийный аппарат научных исследований, определили предмет и статус социологии.
Первым в ряду классиков социологии следует поставить Карла Маркса (1818-1883). Вклад К.Маркса в развитие социологии может быть кратко представлен в нескольких основных научных положениях.
Во-первых, К. Маркс разработал естественно-исторический подход к изучению социальных явлений, который опирается на изучение социально-экономических формаций, характеризующих отдельные этапы развития человеческого общества (рабовладельческая формация, феодализм, капитализм, социализм). Каждой из этих формаций соответствует определенный уровень развития производительных сил, производственных отношений и определенная социальная структура общества.
Одной из основных его заслуг по праву считается научный анализ современного ему капиталистического общества. К.Маркс впервые структурировал современное ему общество, выделив социальные классы в качестве основной единицы социальной дифференциации. В основу этого социального разделения Маркс положил отношение членов класса к собственности. При этом он допускал, что в каждом из социальных классов существуют отдельные слои.
В качестве инструмента такого анализа Маркс использовал массовую структуру общества: все индивиды принадлежат к определенным социальным классам, разделение на которые происходит по признаку владения средствами производства и размера вознаграждения, получаемого с этого владения.
Разделение на классы основано на неравенстве, а это значит, что один класс (класс собственников средств производства) находится в более выгодном положении, чем остальные, и присваивает себе часть результатов труда другого класса (рабочего класса).
К. Маркс рассматривал структуру общества в динамике, предполагая, что классы — это исторически изменяющиеся компоненты социальной структуры. Качественные изменения крупных составляющих общественной структуры происходят в результате смены общественно-экономических формаций. Все изменения в обществе, разделенном на классы, основаны на законах диалектики, на постоянной борьбе между классами неимущих, угнетенных и угнетателей.
Можно сказать, что в этом случае Маркс был основоположником современной теории стратификации общества посредством выделения слоев, классов по степени богатства и характеру его присвоения. Основными классами капиталистического общества он определил рабочих (пролетариев) и капиталистов.
Современные социологи изучают особенности социальных структур, типичных для каждой из социально-экономических формаций, характерные особенности их культуры и поведения отдельных индивидов в условиях разных формаций.
Маркс всесторонне обосновал механизм возникновения и развития социального конфликта, происходящего в результате неравенства, которое постоянно усиливается при доминировании одних классов над другими. Борьба рабочего класса за изменение порядка распределения производимого продукта приводит к достижению неустойчивого равновесия на основе временного соглашения между эксплуататорами и эксплуатируемыми. В дальнейшем противоречия накапливаются, что приводит к новым столкновениям, ведущим к новому соглашению на условиях, отличных от прежних.
Вместе с тем происходит количественное накопление недовольства у представителей угнетенных классов и осознание ими несправедливости своего положения, а одновременно и своей силы. Все это в конечном счете вызывает глобальный классовый конфликт и появление новой качественной определенности — бесклассового общества, где производимый продукт распределяется по справедливости и отсутствует какая-либо эксплуатация.
Маркс сумел выделить основные причины социальных конфликтов, порождаемых несправедливым распределением доходов, благ, определил их характеристики и механизм возникновения конфликтных взаимодействий. Кроме того, Маркс заложил основы теории управления социальными конфликтами. Современные теории конфликтов отражают идеи, выдвинутые Марксом.
Таким образом, Маркс впервые представил общество как продукт исторического развития, как динамично развивающуюся структуру. Он обосновал возникновение социального неравенства и проанализировал социальные конфликты как явления, необходимые для общественного развития и прогресса.
Вторым представителем классического периода развития социологии считается немецкий социолог Макс Вебер (1864-1920).
Для творчества Вебера характерно, прежде всего, глубокое проникновение в предмет исследования, поиск исходных, базовых элементов, с помощью которых можно было бы прийти к пониманию закономерностей общественного развития.
Находясь под влиянием Маркса и Ницше, Вебер тем не менее разработал собственную социологическую теорию, которая и в настоящее время оказывает решающее воздействие на все научные социологические теории и на деятельность социологов во всех странах мира. Вебер продолжил усилия по созданию систематического понятийного аппарата социологии. Он отстаивал правомочность социологического познания как научного, хотя оно и должно было отличаться от естественнонаучного.
Одним из центральных пунктов теории явилось выделение им элементарной частицы поведения индивида в обществе – социального действия, которое является причиной и следствием системы сложных взаимоотношений между людьми. Это действие, согласно учению Вебера, имеет внутренний смысл, то есть оно рационально.
Данное открытие привело к появлению целого научного направления, которое получило название понимающей социологии. При этом общество представляет собой совокупность действующих индивидов, каждый из которых стремится к достижению своих собственных целей. Действия отдельных индивидов кооперируются, на основе этой кооперации образуются ассоциации (группы или общества). Это понимание приходит к ним в связи с тем, что в ходе общественной практики всегда отбрасываются ненужные образцы поведения и оставляются только те, которые можно предвидеть, рассчитать и которые приносят пользу с наименьшим риском.
Таким образом, осмысленное поведение, в результате которого достигаются индивидуальные цели, приводит к тому, что человек действует как социальное существо, в ассоциациях с другими, достигая таким путем значительного прогресса во взаимодействии с окружающей средой.
Он сосредоточил свое внимание не на единообразии смены общественно-экономических формаций в различных социально-исторических контекстах, а на том, что является основой разнообразия культур. В качестве этой основы он выделяет четыре вида социального действия: целерациональное, ценностно-рациональное, традиционное и аффективное. Каждый вид представляет собой некий идеальный тип, то есть интеллектуальное построение, с которым в той или иной мере можно соотносить социальную реальность. Сопоставление с идеальным типом позволяет проводить сравнительный анализ разных обществ.
Вебер является одним из самых ярких критиков экономического детерминизма. Много внимания Вебер уделял такому важному социальному феномену как отношения власти в обществе. В свете властных отношений Вебер рассматривал структурные единицы общества, особенно социальные организации. Ему удалось разработать оригинальную модель стратификации общества (то есть разделения части, отдельные слои, группы), связать культуру общества с ее экономикой и политическим устройством.
Он внес огромный вклад в изучение классовой структуры общества, которая, на его взгляд, формируется не только на основе экономических отношений. Кроме экономических классов существуют статусные группы. Статус, престиж в обществе оказывает не меньшее воздействие на положение индивида в рамках социальной структуры, чем количество денег в его кармане.
Например, университетский профессор в Германии в начале XX в., безусловно, рассматривался как представитель высшего класса, подобно крупному предпринимателю. Разумеется, у таких профессоров, как правило, не было и малой доли капитала, которым обладал, например, промышленник Крупп, и все же их положение было выше положения средних слоев.
К тому же Вебер полагал, что современное ему капиталистическое общество не поляризуется и таким образом, не находится на грани социальной революции. Часто он использует понятие «классы» во множественном числе — высшие классы, низшие классы и, что чрезвычайно важно, он оперирует понятием «средние классы». Средние слои, согласно Веберу, разрастаются и дифференцируются по мере развития капитализма.
Весьма важным аспектом творчества Вебера можно считать изучение им базовых отношений в социальных ассоциациях. Это, прежде всего, отношения власти. Так как организованное поведение индивидов, создание и функционирование институтов невозможно без эффективного социального контроля и управления, необходимым условием для осуществления подобных действий являются отношения власти, пронизывающие все социальные структуры. Вебер детально анализировал отношения власти, а также природу и структуру организаций, где эти отношения проявляются наиболее ярко. Идеальным механизмом воплощения и поддержания отношений власти в организации он считал бюрократию — искусственно созданный аппарат управления организацией, предельно рациональный, контролирующий и координирующий деятельность всех ее работников.
Кроме понятия «власть» Вебер вводит понятие «авторитет» (иногда в отечественной социологии применяют термин «господство»). Авторитет — это подтип власти, когда люди подчиняются ей не в силу простого принуждения, а благодаря ее, так называемой, легитимности, то есть законности в сознании людей.
В теоретических работах Макса Вебера не только достаточно четко был определен предмет социологии как науки, но и заложены основы для ее развития как в теоретическом, так и в практическом отношениях.
Идеи Вебера до сих пор вдохновляют многих социологов на дальнейшие теоретические разработки, он имеет много последователей, а его книги считаются классическими образцами научных изысканий.
Третьим представителем классического периода развития социологии следует считать французского социолога Эмиля Дюркгейма (1858-1917) – основателя французской социологической школы.
Дюркгейм стремился, прежде всего, к увеличению автономии социологии от других наук, что создало возможность для выделения предмета социологии. Он стремился объяснять все феномены, явления общественной жизни только с точки зрения социологии, что привело к появлению социологизма, который представляет собой такой научный взгляд на общественные явления, когда другие научные дисциплины, кроме социологии, не рассматриваются или при наличии разных позиций выводы делаются в пользу социологической точки зрения.
Существенной заслугой Дюркгейма в социологии является открытие коллективного сознания, которое появляется в ходе вхождения индивида в социальные группы. Включаясь в систему социальных отношений, люди объединяются на основе солидарности в отношении достижения общих целей. Дюркгейм различает механическую и органическую виды солидарности членов общества или социальной группы. Объединяясь в группы, люди сразу начинают подчиняться правилам и нормам, которые он назвал «коллективным сознанием». Каждая социальная единица должна выполнять определенную функцию, необходимую для существования общества как целого. Однако функционирование индивидов и социальных групп в обществе может быть нарушено, и тогда отдельные структурные единицы общества испытывают состояние аномии, то есть неприятия системных единиц культуры, характерных для данного общества или социальной группы.
Учение Дюркгейма об обществе легло в основу многих современных социологических теорий и, прежде всего, структурно-функционального анализа.
Таким образом, «Первым социологом, давшим узкую трактовку социологической науки, был Э.Дюркгейм. С его именем связан переход социологии от науки, тождественной обществознанию, к науке, связанной с изучением социальных явлений и социальных отношений общественной жизни, то есть самостоятельной, стоящей в ряду других общественных наук – политэкономии, философии, истории и других».
Учение об обществе Э.Дюркгейма легло в основу многих современных социологических теорий, и современные ученые справедливо называют его классиком в области социологии.
Таким образом, название науки «социология», столь удачно примененное О. Контом, впоследствии было насыщено научным, теоретическим содержанием благодаря трудам К. Маркса, М. Вебера и Э. Дюркгейма.
К числу классиков относят также и Фердинанда Тенниса, Георга Зиммеля, Вильфредо Парето, Вернера Зомбарта и ряд других.
В результате общих усилий социология превратилась в науку, имеющую свой предмет, свою теорию и возможности для эмпирических подтверждений различных аспектов этой теории.
2. Условия эффективности демократических выборов
Выборы — важнейший компонент современной политики. Они представляют собой способ формирования органов власти и управления с помощью выражения по определенным правилам (в соответствии с избирательной системой) политической воли граждан.
Выборы в органы власти составляют сердцевину демократического политического процесса и являются закономерным результатом долгого и противоречивого процесса исторического поиска обществом лучшей модели формирования и функционирования государства.
В условиях современных демократий выборы — их стержневой механизм, главная форма проявления суверенитета народа, его политической роли как источника власти. Они служат также важнейшим каналом представления в органах власти интересов различных общественных групп.
Сегодня демократические выборы в органы государственной власти стали естественным процессом в политической жизни многих стран мира. Опыт развитых стран свидетельствует об эффективности демократической формы правления. Однако демократия не может быть эффективной без легальных и легитимных политических институтов, которые служат реализации свободы человека. Свобода процветает только в том случае, если обществу удается создать институты, обеспечивающие ее стабильность и продолжительное существование.
В условиях современных демократий выборы — их стержневой механизм, главная форма проявления суверенитета народа, его политической роли как источника власти. Они служат также важнейшим каналом представления в органах власти интересов различных общественных групп.
Соответствовать своему социальному назначению демократические выборы могут лишь в том случае, если они базируются на определенных принципах. Демократические выборы определяются целым рядом принципов своего рода общепризнанных норм, имеющих безусловную ценность, которые и делают их механизмом представительства. Эти принципы определяются избирательным законодательством, основная задача которого обеспечить одно из важнейших прав человека – право на голосование или право голоса.
Эффективность выборов зависит от целого ряда экономических, социальных, правовых, культурных и моральных условий, отсутствие которых может превратить выборы в антисоциальный механизм.
Как доказывал выдающийся русский политолог И.А.Ильин, совсем не всякий народ и не всегда способен выделить к власти лучших при помощи всенародных выборов. Например, во Франции в период Великой французской революции идея народного представительства стала истоком невиданного политико-юридического энтузиазма народа. Обсуждение кандидатур, составление депутатских наказов ввергло нацию в состояние хронического недосыпания. Перепоручение своей воли другому вовсе не воспринималось как ее отчуждение. Никого не тревожило, что депутат, призванный к участию в политических делах, приобретает известную долю власти и тем самым становится выше своих избирателей. Конкретным инструментам воздействия избирателей на своего депутата не придавалось значения. Однако в любом представительстве заключена и возможность отчуждения. В конце 1789 года Национальное собрание отменило все «связующие инструкции» /наказы/ и право отзыва депутатов избирателями. Депутатский корпус отторг себя от уполномочившей его нации. Началось правление «именем народа, ради народа, но без народа», получившей завершение в системе якобинского террора. Это был горький урок теории представительного правления.
Назовем некоторые из условий эффективности выборов в органы власти.
В экономической области – это развитые отношения собственности, предполагающие рыночные механизмы и свободу предпринимательства. Человеку, обладающему собственностью, есть, что терять и что защищать, его способ бытия коренным образом отличается от жизни горьковского босяка.
Наличие экономических интересов требует соответствующих политических механизмов их артикуляции и защиты. Как раз выборы и являются одним из такого рода механизмов, с помощью которого можно безболезненно устранить руководителей, не обеспечивших условия реализации материальных интересов большей части избирателей.
Например, на теледебатах в 1978 году кандидат в президенты США Рональд Рейган, обращаясь к телезрителям спросил, считают ли они, что живут сейчас лучше, чем четыре года назад. Если да, то они могут снова голосовать за его оппонента Джимми Картера. Если нет, то они должны согласиться, что настало время для перемен. Этот «элементарный» вопрос оказался весьма действенным средством убеждения, потому что он затрагивал материальные интересы населения.
Среди социальных факторов эффективного избирательного механизма на первом месте следует поставить существование экономически состоятельного «среднего класса», обеспечивающего общественную стабильность.
Постоянство проживания большинства населения на «своей» территории, крепость семейных устоев, прочность общественных институтов и общепризнанных социальных ценностей обеспечивают устойчивый общественный порядок. Семья, церковь, трудовой коллектив (корпорация), политическая партия и другие социальные институты позволяют в рамках конкурентной борьбы в полной мере выразить общественный интерес и определить пути его реализации.
Среди политических условий, необходимых для эффективности демократических выборов наряду с демократическими традициями следует отметить существование сильного сложившегося гражданского общества со структурированными институтами: развитую многопартийность как отражение многообразия социальных интересов, устоявшуюся законодательную базу, независимое от государства функционирование средств массовой информации.
Правовые условия демократических выборов в современном виде возникли не сразу. Первой была идея соглашения (пакта) народа о передаче государству права устанавливать порядок (Т.Гоббс «О гражданине», «Левиа-фан») и последовавшая за ней концепция общественного договора (Ж.Ж.Руссо «Об общественном договоре, или Принципы политического права»).
Концепция договорных отношений общества и государственной власти была оформлена конституционными документами ряда стран того времени (США, Франция). Со временем конституция как вид договора государства с народом стал договорным документом большинства стран.
Эффективные выборы предполагают ощущение народом своей историческо-национальной общности как основы патриотизма, уважения к закону, чувства государственной ответственности. В этом залог высокой политической культуры народа, демократических традиций. Особо следует подчеркнуть необходимость общественно-политического консенсуса относительно государственного устройства общества и его основных институтов. Если одна часть общества выступает за капитализм, а другая – за социализм, то выборы лишь обострят эту борьбу, а затем перенесут ее на уровень политических институтов, что рано или поздно приведет к разрушению государства. Вот почему так важно иметь общепризнанные хотя бы на уровне политической элиты «правила игры» – законы, зафиксированные в Конституции и Избирательном кодексе.
Безусловно, избирательная система не может не учитывать и имеющийся социокультурный контекст, влияющий на политический процесс. Остановимся на этом аспекте демократичности выборов подробнее.
Сегодня в России можно выделить по крайней мере три зоны, в которых господствуют различные политические субкультуры, условно подразделяющиеся на «западную», «азиатскую» и «русскую».
Западная субкультура охватывает столицы и крупные промышленные центры России. Ее отличительная особенность – вера в эффективность западной парламентской демократии и в возможность безболезненного перенесения либерально-демократической традиции на российскую почву. Одновременно приверженцы этой модели надеются на бескорыстную помощь западных стран при установление демократических режимов.
Азиатская субкультура господствует в автономиях Северного Кавказа, Поволжья и в ряде других. Здесь политика более отделена от повседневной жизни людей. Парламентская демократия и демократические выборы часто искажаются общинными и клановыми отношениями, формальные выборы лишь легитимизируют те решения, которые приняты старейшинами и влиятельными людьми. Поэтому демократия культивируется здесь декоративно, граждане мало влияют на тех, кто облечен властью. Политические отношения обусловлены сложной системой традиций феодального и дофеодального происхождения. Их нарушение грозит властителям отрешением от власти.
Особенности азиатской субкультуры: почтение к старшим по возрасту, особая роль религии, терпимость к коррупции в политике, отстраненность женщин от политической жизни. Избирательное поведение в рамках азиатской политической субкультуры мобилизовано высшими органами власти и влиятельными членами социальных общностей и не является автономным, совершаемым согласно свободному индивидуальному выбору как в западной политической субкультуре.
Остальную часть страны охватывает русская субкультура, носителями которой являются преимущественно сельские жители, а также избиратели средних и малых городов. Принято считать, что русская политическая субкультура является промежуточной между западной и азиатской, включая в свой состав представления и образцы поведения той и другой субкультур, сплавляя их воедино.
Обратим внимание на такую характерную черту русской субкультуры как традиционная отстраненность от политики, поиск свободы от властей. Ведь русский человек всегда чувствовал свою отчужденность от власти, стремился избежать ее воздействия.
Русской субкультуре свойственно противопоставление официального и неофициального, формального и неформального способов поведения в политике. При этом сама политика зачастую характеризуется как не вполне чистоплотное дело. Особая роль в этой субкультуре принадлежит интеллигенции, которая видит себя в постоянном духовном поиске, в вечной оппозиции политическому режиму, каким бы он ни был.
Среди интеллигенции ценится подвижничество, моральный труд, страдание «за народ». Именно в силу этих особенностей русской субкультуры ее носители подвержены популизму, причем как левому, так и правому. Им всегда требуется единомыслие: решение проблем “всем миром”. Русская политическая культура не терпит политической борьбы, так как это культура покоя, она приемлет движение лишь для смены одного состояния на другое. Она несет ностальгию по порядку и веру в политика-вождя, который трудным, но коротким путем всех приведет в светлое будущее. Отсюда знаменитое русское долготерпение и одновременно склонность к бунту как к кардинальному способу решения проблем в кратчайший срок.
Поэтому отношение к выборам первоначально было сверхоптимистичным, что вызвало острую политическую борьбу за депутатские мандаты, массовое участие и большие надежды на решение социальных и экономических проблем политическими средствами. Однако по прошествии некоторого времени, когда выяснилось, что депутаты не в состоянии решить непосильные для них задачи, интерес к политической деятельности и доверие к выборам упали.
Противоречивость русской политической субкультуры состоит еще и в том, что в ней сосуществуют определенные демократическими и авторитарные традиции. Вместе с демократическими традициями в русской политический субкультуре с сочетается мессианская вера во всесильного политического лидера (царя, вождя, президента), способного спасти Отечество. Напомним, что политический строй древней Руси характеризовался своеобразным сочетанием двух начал: княжеского и демократического – вечевого. Русский князь был правителем, главой войска, высшим судьей, но его власть ограничивалась народным собранием /вече/. Народ сажал князя, и снимал в случае, если его правление вызывало недовольство и злоупотребления. В ряде случаев, как в Новгородской республике вече становилось верховным органом власти. Оно избирало руководителей правительства, решало вопросы внутреннего управления и внешних связей, приглашало князя начальником вооруженных сил. Это же относилось и древнему Пскову. Вечевой строй русских земель был подорван монгольским нашествием. В XVI веке в Московском царстве начинают собираться земские соборы – своеобразные совещания царя с выборными от населения людьми. В 1598 году Россия на Земском соборе впервые избрала себе монарха – царя Бориса Годунова. В 1613 г. Земский собор избрал нового царя – Михаила Романова. До 1653 г. земские соборы собирались регулярно, были представительными и ограничивали самодержавную власть.
Путь к созданию представительных органов власти парламентского типа в России начинается в 1906 году после дарования российским императором жителям страны права на проведение выборов в Государственную думу. Эти выборы, проводились по квотной системе с цензами, ограничивающими избирательные права более половины взрослого населения страны и чередовались с периодическими разгонами парламента самодержавием. Такой исторический генезис русской политической культуры не мог не проявиться и в сегодняшних условиях. Если сопоставить условия демократичности с российской действительностью, то можно сказать, что сегодня в России происходит процесс созревания достаточных условий для полноценных демократических выборов в органы власти.
Важное достоинство выборов как инструмента демократизации общества состоит в том, что они сами по себе выступают крупным шагом на пути демократизации: либо вообще означают утверждение демократического режима, либо кладут начало процессу интенсивной демократизации политической системы, завершающемуся принятием демократической конституции.
Таким образом, анализ эффективного становления демократических режимов позволяет утверждать, что демократические политические институты становятся действительно эффективными лишь в результате длительного процесса развития и адаптации к условиям и традициям данного общества, о чем свидетельствует опыт демократического строительства в западных странах. Так о высокой степени демократичности в западных государствах следует говорить лишь со второй половины ХХ века. Следовательно, современные сложности в становлении демократических политических институтов, как в России, так и в ряде других стран, объясняется не проблемой совместимости демократии и ее институтов с национальными традициями и нормами, а тем, что они могут стать эффективными лишь постепенно адаптируясь к политическим реалиям.
Демократические принципы избирательного права
Соответствовать своему социальному назначению выборы могут лишь в том случае, если они базируются на определенных принципах. Можно выделить две группы таких принципов: во-первых, принципы избирательного права, определяющие статус, положение каждого гражданина на выборах; во-вторых, общие принципы организации выборов, характеризующие основополагающие организационные, в том числе социальные, условия их демократичности.
Демократические принципы избирательного права включают:
1. Всеобщность – все граждане, независимо от пола, расовой, национальной, классовой или профессиональной принадлежности, языка, уровня дохода, богатства, образования, конфессии или политических убеждений, имеют активное (в качестве избирателя) и пассивное (в качестве кандидатов) право на участие в выборах. Всеобщность ограничивается лишь крайне небольшим количеством цензов, т.е. условий допуска граждан к участию в выборах. Возрастной ценз разрешает участие в выборах лишь с определенного возраста, как правило, по достижении совершеннолетия. Возраст кандидатов должен быть несколько выше. Ценз недееспособности ограничивает избирательные права психически больных, что должно быть подтверждено судебным решением. Моральный ценз ограничивает или лишает избирательных прав лиц, находящихся по приговору суда в местах лишения свободы. Широко распространен также ценз оседлости, выдвигающий в качестве условия допуска к выборам определенный срок проживания в данной местности или в стране.
В странах Запада длительное время существовал имущественный и целый ряд других цензов, не допускавших к выборам лиц наемного труда, бедные слои населения, женщин (во Франции этот ценз отменен в 1944 г., Италии и Японии – 1945, Греции – 1956, Швейцарии – 1971, Португалии – в 1974 г.), негров (в США последние ограничения на их участие в выборах сняты в законах 50-х – 70-х гг.). Всеобщее избирательное право утвердилось в демократических странах мира непосредственно после второй мировой войны. Это открыло новый этап в развитии демократии, положило начало эпохе «массовой политики», привело к складыванию партийных и политических систем современного типа.
2. Равенство – каждый избиратель имеет только один голос, который оценивается одинаково, независимо от его принадлежности тому или иному человеку. При этом ни имущественное положение, ни должность, ни какие-либо другие статусные или личные качества не должны влиять на положение гражданина как избирателя. Равенство избирательных прав предполагает также примерное равенство избирательных округов, которое необходимо, чтобы голоса избирателей имели приблизительно одинаковый вес при избрании депутата. На практике постоянно обеспечивать точное равенство избирательных округов достаточно сложно и дорого, поэтому некоторые отклонения от этого принципа допускаются. Так, по избирательному закону ФРГ избирательные округа могут отличаться по численности населения на одну треть.
3. Тайна выборов – решение конкретного избирателя не должно быть кому-либо известно. Этот принцип обеспечивает свободу выбора, предохраняет граждан от возможных преследований, а также подкупа. Он действует применительно лишь к пассивному избирательному праву. Практически тайна выборов обеспечивается закрытой процедурой голосования, наличием специальных кабин для голосования, стандартной формой, одинаковостью бюллетеней для голосования, включением в них имен всех кандидатов или же использованием вместо бумажных бюллетеней специальных машин, сохраняющих тайну избирательного решения и облегчающих технику голосования и подсчет его результатов, опечатыванием избирательных урн, строгим наказанием за нарушение избирательной тайны и т.д.
4. Прямое (непосредственное) голосование – избиратель принимает решение непосредственно о конкретном кандидате на выборную должность, голосует за реального человека. Между избирателями и кандидатами нет каких-либо инстанций, опосредующих их волеизъявление и непосредственно определяющих персональный состав депутатов. В случае, если граждане выбирают лишь выборщиков или специальный орган, непосредственно избирающий кандидата, имеют место непрямые (косвенные) выборы. Такие выборы из-за деперсонализации, абстрактности выбора гасят интерес граждан к участию в голосовании и способствуют развитию абсентеизма. Они искажают волю избирателей в пользу крупных партий или блоков, поскольку на каждом уровне выборов теряются голоса, полученные партиями-аутсайдерами. В наши дни непрямые выборы используются редко.
На базе демократических избирательных прав сформировались принципы, характеризующие организацию избирательного процесса. К таким принципам относятся:
1. Свобода выборов, предполагающая прежде всего отсутствие политического, административного, социально-экономического, психологического и информационного давления на избирателей, активистов, кандидатов и организаторов выборов. Примеры политического давления – расправы с противниками, с активистами или сторонниками партий-конкурентов; административного – угроза снятия с руководящей должности руководителей и других должностных лиц, не сумевших «организовать» победу правящей партии, запугивание увольнением работников, отказывающихся ставить подписи в поддержку выдвижения угодного кандидата и т.п.; социально-экономического – подкуп, угрозы или реальные санкции, в том числе по отношению к целым категориям населения с помощью повышения оплаты труда, выплаты задержанных зарплат, пенсий, пособий и т.п., обещания льгот и привилегий для отдельных регионов и т.п., психологического – запугивание избирателей угрозой гражданской войны, массовыми репрессиями и т.п. в случае прихода к власти на выборах партии-оппонента; информационного – систематическая односторонняя и (или) искаженная подача информации. Кроме того, свобода выборов предполагает свободу, конечно, в рамках закона с некоторыми этическими и иными ограничениями предвыборной агитации;
2. Наличие выбора, альтернативных кандидатов. Сам термин «выборы» предполагает отбор из различных предложений. В случае, если есть лишь один кандидат (или партия), речь может идти о его (ее) одобрении или неодобрении избирателями, но не о выборах в полном смысле этого слова. Конечно, на практике, особенно в странах с еще не сложившейся многопартийностью, иногда создается ситуация, когда из-за высокого авторитета, мощной организационной и материальной поддержки национального политического лидера оппозиционные силы, не имея сколько-нибудь реальных шансов на успех, не решаются выставлять своих кандидатов. В таком случае демократический потенциал выборов существенно ограничивается. В условиях же политического плюрализма наличие альтернативных кандидатов – важный показатель демократизма выборов.
3. Состязательность, конкурентность выборов. Различные политические силы должны иметь возможность бороться за доверие избирателей на выборах, знакомить и убеждать их в правильности, преимуществах своей предвыборной программы, недостатках электоральных платформ конкурентов. Известно, что истина рождается в споре. И в этом смысле «политическая истина» – наиболее приемлемые для большинства граждан программы, партии и кандидаты – обычно определяется в электоральном споре за властные позиции в государстве. В западных демократиях чрезмерную остроту политической конкуренции призван сдерживать принцип лояльности, обязывающий терпимо, без нарушения этических норм относиться к политическим конкурентам, не допускать оскорблений в их адрес, фальсификаций и т.п.;
4. Периодичность и регулярность выборов. Выборы способны выполнять конструктивные функции, служить инструментом демократии при условии, что носители мандатов избираются на определенный, не слишком большой срок. Это необходимо для того, чтобы избиратели могли контролировать своих представителей, предотвращать злоупотребления властью и корректировать политический курс правительства.
5. Равенство возможностей политических партий и кандидатов. Оно предполагает прежде всего примерное равенство их материальных и информационных ресурсов. Обеспечить такое равенство возможно за счет установления максимального для любой партии уровня расходов на проведение выборов, ограничения размера взносов организаций и отдельных лиц в избирательные фонды партий и кандидатов, предоставления им на принципах равенства бесплатного времени на государственном телевидении и радио и др. В некоторых странах, рассматривающих выборы как «государственно-политическое» дело, существует государственное финансирование избирательных кампаний. Так, в ФРГ каждой партии, получившей на выборах в бундестаг и в Европарламент не менее 0,5 % голосов, выделяется из государственного бюджета по 5 марок за каждый голос. Кроме того, слабые в финансовом отношении партии получают от государства немалые средства для «выравнивания шансов». В других же странах, например, в США, финансирование выборов – частное дело. Реализация на практике равенства возможностей – пожалуй, наиболее часто нарушаемый на выборах принцип, что в большей или меньшей степени искажает их результаты и демократический характер.
Список использованной литературы
-
Баранов Н.А. Об эффективности демократии // Актуальные проблемы современного политического процесса: Материалы международной научной конференции. Санкт-Петербург, 15 февраля 2007 г. / Н.А Баранов. — СПб.: Балт. гос. техн. ун-т, 2007. — Ч.1. — С.179-185.
-
Кравченко А.И.. Социология: Общий курс: Учебное пособие для вузов. / А.И.Кравченко. — М.: Логос, 2002.- 640 с.
-
Мадатов А.С. Демократизация: особенности ее современной волны. // Вестник Российского университета дружбы народов. – Cерия: Политология. 2001. — № 3. — С.45-56.
-
Общая и прикладная политология: Учебное пособие. / Под общей редакцией В.И.Жукова, Б.И.Краснова. — М.: Изд-во «Союз», 1997. — 992 с.
-
Пугачев В.П. Введение в политологию. Учебник для вузов / В.П.Пугачев, А.И.Соловьев. — М.: Аспект Пресс, 2002. — 477с.
-
Радугин А.А. Социология / А.А.Радугин, К.А.Радугин. — Воронеж: Библионика, 2006. – 204 с.
-
Социология: Учебное пособие для вузов / Под ред. А.Н.Елсуковой, Е.М.Бабосовой, А.Н.Даниловой и др. — Мн.: ТетраСистемс, 2003. — 544 с.
-
Фролов С.С. Социология. Учебник. Для высших учебных заведений. / С.С.Фролов. — М.: Наука, 1994. — 256 с.
,
. Средне арифметическая является наиболее распространенным видом средних величин. Ее применяют тогда, когда общий объем варьирующего признака для всей совокупности составляет сумму индивидуальных значений усредненного признака. Средне арифметическая рассчитывается как соотношение суммы отдельных значений признака к количеству единиц совокупности.
). Является мерой вариации, т. е. колеблемости признака 
.
(рис.3)
(рис.4)
