Автор: admin

Контрольная работа

Тема: Адвокат – представитель потерпевшего в уголовном процессе

ПЛАН

Введение

1 Представительство прав и законных интересов потерпевшего адвокатом как форма представительства прав потерпевшего

2 Адвокат — представитель потерпевшего в уголовном процессе

3 Правовые основания участия адвоката-представителя в уголовном деле и его права. Правовая природа соглашения адвоката с доверителем

4 Обстоятельства, исключающие участие в производстве по уголовному делу представителя потерпевшего

Заключение

Список использованных источников и литературы

ВВЕДЕНИЕ

Исследование вопросов, касающихся роли и процессуального положения адвоката — представителя потерпевшего является составной частью одного из актуальных направлений научных исследований в области уголовного судопроизводства — разработки проблем соблюдения прав и законных интересов участников уголовного процесса. Несмотря на то, что участие в уголовном судопроизводстве в качестве представителей потерпевших является самостоятельным направлением деятельности адвокатов, оно не получило достаточного освещения в литературе, в то время как по вопросам деятельности адвоката в качестве защитника существует весьма большое количество монографических и диссертационных исследований. Имеющиеся работы Л.Д. Кокорева и Г.Д. Побегайло, Ю.И. Стецовского, а также единственное диссертационное исследование, предпринятое в 1974 году А.В. Кожевниковым, не могли охватить все аспекты данной проблематики, а главное, они выполнены на материалах существенные изменения, затрагивающие процессуальный статус адвоката -представителя потерпевшего. Другие авторы либо рассматривали общие вопросы уголовно-процессуального представительства, где адвокат — представитель потерпевшего фигурировал наряду с представителями других участников процесса (В.Д. Адаменко, В.П. Божьев, В.В. Мелешко, П.М. Туленков), либо рассматривали отдельные аспекты деятельности адвоката наряду с деятельностью самого потерпевшего и других возможных его представителей (А.В. Абабков, Л.В. Ильина, В.А. Лазарева, A.M. Ларин, И.Д. Перлов, И.И. Потеружа, В.М. Савицкий, B.C. Шадрин, С.А. Шейфер, В.В. Шимановский, В.Н. Шпилев, В.Е. Юрченко и другие).

Таким образом, проблема совершенствования процессуального статуса адвоката — представителя потерпевшего далеко еще не решена, а потому весь комплекс тесно связанных между собой вопросов участия адвоката — представителя потерпевшего в уголовном судопроизводстве нуждается в дальнейшем исследовании.

Объектом исследования в настоящей работе являются нормы уголовно-процессуального законодательства России в части регламентации участия адвоката — представителя потерпевшего, а также научная и учебная литература.

Предмет исследования составляют правовые и нравственные основы представительства адвокатом интересов потерпевшего, а также процессуальные формы деятельности адвоката — представителя потерпевшего на отдельных стадиях уголовного судопроизводства.

Целью работы является комплексный анализ действующего уголовно-процессуального законодательства, по проблемам участия в уголовном судопроизводстве и процессуального статуса адвоката — представителя потерпевшего, разработка на этой основе предложений, направленных на совершенствование законодательства и практики его применения.

Цель исследования предопределила постановку и решение следующих взаимосвязанных задач:

-определение понятия уголовно-процессуального представительства прав и законных интересов потерпевшего адвокатом как формы представительства прав потерпевшего

-исследование правовых оснований участия адвоката-представителя в уголовном деле и его прав;

-анализ обстоятельств, исключающих участие в производстве по уголовному делу представителя потерпевшего.

Теоретической базой работы являются современные научные разработки в области уголовного процесса.

1 Представительство прав и законных интересов потерпевшего адвокатом как форма представительства прав потерпевшего

Представительство прав и законных интересов потерпевшего адвокатом является одной из форм представительства прав потерпевшего, разновидностью уголовно-процессуального представительства и представляет собой деятельность адвоката в интересах потерпевшего, протекающую в рамках уголовно-процессуальных правоотношений в пределах, указанных в законе при рассмотрении уголовных дел в суде с участием присяжных заседателей, а также оказании ему юридической помощи¹.

Институту представительства в уголовном процессе присущи общие черты с одноименным институтом в гражданском, конституционном, административном, гражданско-процессуальном и арбитражно-процессуальном праве. К признакам представительства, характерным для всех вышеназванных отраслей права, можно отнести следующее:

1) представитель действует в интересах представляемого;

2) представитель действует в пределах предоставленных ему полномочий;

3) осуществляя предоставленные ему полномочия, представитель вступает во взаимоотношения со всеми участниками судебного процесса;

4) правовые последствия в результате осуществления полномочий возникают непосредственно у представляемого.

К особенностям представительства адвокатом прав и законных интересов потерпевшего в российском уголовном процессе можно отнести следующее:

1) целью представительства является защита прав и законных интересов потерпевшего, а также оказание ему необходимой юридической помощи;

2) деятельность адвоката должна быть направлена только на защиту законных интересов потерпевшего и осуществляться только законными средствами и способами, т.е. теми, которые указаны в законе или не противоречат ему;

3) вступление адвоката в производство по делу возможно лишь при желании потерпевшего и только после возбуждения уголовного дела;

4) объем процессуальных прав адвоката-представителя предусмотрен уголовно-процессуальным законодательством;

5) адвокат может действовать в процессе как вместо потерпевшего, так и наряду с ним, выступая от собственного имени;

6) объектом представительства являются уголовно-правовые, уголовно-процессуальные, материальные и моральные интересы потерпевшего;

7) отношения, возникающие между адвокатом-представителем и потерпевшим, регулируются нормами гражданского, гражданско-процессуального, семейного права, а отношения, возникающие между адвокатом и органами расследования, прокурором и судом, — нормами уголовно-процессуального закона.

Теория и практика свидетельствуют о том, что субъектом уголовно-процессуального представительства может быть только физическое дееспособное лицо. Все представители независимо от того, кого они представляют, наделяются определенным кругом прав, содержание и цели использования которых каждым представителем неодинаковы, что определяется различием в интересах представляемых ими участников. Общей для всех представителей обязанностью, в том числе и для адвоката — представителя потерпевшего, вытекающей из договора поручения, является обязанность отчитываться перед своими представляемыми по первому их требованию, целесообразно закрепить данную обязанность в уголовно-процессуальном законодательстве¹.

В качестве самостоятельных участников уголовного процесса следует разграничивать представителей и законных представителей. Неравнозначность данных понятий вытекает из различий в: 1) правовой природе; 2) основаниях появления в уголовном процессе; 3) круге представляемых ими участников; 4) круге лиц, которые могут выступать в качестве представителей и законных представителей; 5) объеме процессуальных прав и обязанностей. Анализ действующего законодательства и результаты обобщения практики свидетельствуют, что участие законного представителя не исключает возможности одновременного участия в деле адвоката в качестве представителя потерпевшего.

Адвокат, представляя интересы потерпевшего на досудебных и судебных стадиях, осуществляет в уголовном процессе функцию защиты его прав и законных интересов — деятельность, направленную на недопущение нарушений этих прав и интересов в уголовном процессе, на обоснование материального ущерба и материальной компенсации за вред, причиненный преступлением, принятие мер к его возмещению и оказание юридической помощи потерпевшему. Адвокат вправе представлять только законные интересы потерпевшего — те, которые соответствуют субъективным правам потерпевшего, предусмотрены законом или ему не противоречат.
Действующим уголовно-процессуальным законодательством предусмотрено обязательное участие в уголовном деле представителя потерпевшего только для защиты прав и законных интересов потерпевших, являющихся несовершеннолетними или по своему физическому или психическому состоянию лишенных возможности самостоятельно защищать свои права и законные интересы (ч. 2 ст. 45 УПК РФ). Однако представляется необходимым введение в УПК РФ нормы, обеспечивающей обязательное участие представителя потерпевшего по делам, подлежащим рассмотрению судом с участием присяжных заседателей, а также, если потерпевший не владеет языком, на котором ведется судопроизводство.

Необходимость предусмотреть указанные случаи обязательного участия представителя потерпевшего в уголовном процессе диктуется требованиями соблюдения принципа состязательности.

В суде присяжных у потерпевшего и его представителя появляется ряд новых прав: потерпевшим и его представителем может быть заявлен отвод присяжному заседателю (ч. 10 ст. 328 УПК РФ); потерпевший вправе до приведения присяжных заседателей к присяге заявить, что вследствие особенностей рассматриваемого уголовного дела образованная коллегия присяжных заседателей в целом может оказаться неспособной вынести объективный вердикт (ч. 1 ст. 330 УПК РФ). Способность коллегии присяжных заседателей вынести справедливый и правильный вердикт зависит от состава коллегии. Присяжные должны осознавать свой гражданский долг, быть объективными, честно и беспристрастно исполнять свои обязанности (ст. 332 УПК РФ)¹.

Потерпевший и его представитель могут влиять на состав коллегии присяжных заседателей, ч. 8 ст. 328 УПК РФ наделяет их правом задавать кандидатам в присяжные заседатели вопросы, связанные с выяснением обстоятельств, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя в рассмотрении данного уголовного дела. Это право имеет большое значение, так как помогает установить наличие у кандидатов предвзятого мнения, оправдательной установки, которая не позволит им «услышать» доводы обвинения, обвинительные доказательства, чаще всего это бывает в случаях, когда кто-либо из родственников кандидата в присяжные заседатели подвергался уголовной ответственности, а также, если религиозные, нравственные или политические убеждения заранее «настраивают» кандидата на вынесение оправдательного вердикта. К сожалению, уголовно-процессуальное законодательство не предоставляет потерпевшему и его представителю права заявлять немотивированный отвод присяжным заседателям, что нарушает принцип состязательности и равноправия сторон, ущемляет права и законные интересы лиц, пострадавших от преступления.

Особенности уголовного дела могут побудить потерпевшего или его представителя до приведения присяжных заседателей к присяге заявить о неспособности коллегии вынести объективный вердикт. Это возможно, к примеру, в случае высокой степени осведомленности и информированности присяжных об обстоятельствах уголовного дела из средств массовой информации¹.

2 Адвокат — представитель потерпевшего в уголовном процессе

Представительские функции адвоката в общей форме перечислены в ст. 2 Федерального Закона об адвокатуре². Конкретные права и обязанности адвоката как представителя юридического или физического лица достаточно полно регулируются соответствующими отраслями законодательства. При этом следует учитывать, что институт представительства и полномочия представителей детализированы в каждой отрасли и требуют конкретизации в зависимости от возникших правоотношений.

Представительство в уголовном процессе, существует в двух видах: договорное и законное. Первое основано на договоре (соглашении), например с адвокатом, второе — преимущественно на родстве.

На стороне гражданина-потерпевшего в качестве законных представителей в уголовном судопроизводстве могут участвовать не только близкие родственники, но и другие лица — опекуны, попечители, представители учреждений и организаций, на попечении которых находится представляемый.

Указанные выше положения носят характер общих предпосылок участия представителя потерпевшего в уголовном судопроизводстве. Однако при производстве по уголовному делу кроме них надо обязательно учитывать специальные правила, установленные УПК РФ части регламентации допуска представителя потерпевшего к участию в уголовно-процессуальной деятельности по уголовному делу.

Эти специальные правила выражены, в ч. 1 ст. 45 УПК РФ, в соответствие с которой на стороне физических лиц в качестве представителей могут выступать, прежде всего, адвокаты.

В современном российском уголовном процессе адвокат осуществляет такие публично-правовые роли, как защитник, представитель или обвинитель. Если адвокат-защитник всегда является субъектом стороны защиты в уголовном судопроизводстве, то адвокат-представитель может входить в состав и стороны защиты, и стороны обвинения. Особенность процессуального статуса представителя потерпевшего состоит в том, что он входит в единую группу субъектов стороны обвинения в уголовном судопроизводстве (ст. 45 УПК). Представитель потерпевшего обладает такими же процессуальными правами, как и представляемое им лицо (ч. 3 ст. 45 УПК).

В числе лиц, имеющих право участвовать в уголовном деле в качестве представителя потерпевшего, закон, прежде всего, назвал адвокатов (ч. 1 ст. 45 УПК). Важно и то, что для защиты прав и интересов потерпевших, являющихся несовершеннолетними или по своему физическому либо психическому состоянию лишенных возможности самостоятельно защищать перечисленные ценности, обязательно участие в уголовном деле их представителей (ч. 3 ст. 45 УПК). И в первую очередь адвокатов, которые в состоянии оказать им квалифицированную юридическую помощь¹.

Личное участие в уголовном деле потерпевшего не лишает его права иметь представителя (ч. 4 ст. 45 УПК), участвующего в уголовном судопроизводстве наряду с доверителем. Потерпевший вправе иметь адвоката-представителя на всех стадиях уголовного процесса (п. 8 ч. 2 ст. 42 УПК). Право иметь адвоката-представителя у потерпевшего возникает в связи с принятием дознавателем, следователем, прокурором, судом процессуального решения о признании его участником уголовного процесса.

Таким образом, потерпевший вправе реализовать свои права через представителя или, активно участвуя в производстве по уголовному делу, осуществлять их вместе с представителем.

Характер взаимоотношений адвоката с потерпевшим, интересы которого он представляет, обусловливаются процессуальным положением адвоката. Процессуальная самостоятельность адвоката — представителя потерпевшего является одной из важнейших особенностей его процессуального положения. Без той самостоятельности адвокат не в состоянии сколько-нибудь успешно решать поставленные перед ним задачи. Но вместе с тем возникает вопрос о пределах его независимости от позиции потерпевшего. Здесь можно предложить следующие подходы.

Представляется, что адвокат — представитель потерпевшего не должен быть никоим образом связан волей потерпевшего в оценке тех вопросов, где необходима лишь компетентность в сфере юриспруденции. За потерпевшим как лицом, в подавляющем большинстве случаев юридически не сведущим, не может и не должно оставаться последнее слово в оценке правовых вопросов, например, в суждениях по поводу правильности или неправильности правовой квалификации действий обвиняемого, решении вопроса о наличии или отсутствии процессуальных оснований для признаний доказательств недопустимыми, вопросах оценки доказательств. Кроме того, адвокат не связан волей и желанием потерпевшего в заявлении отводов лицам, участвующим в деле. Природа отвода состоит в том, что в отправлении правосудия могут участвовать только лица, соответствующие требованиям, установленным законом. Поэтому адвокат, которому стали известны обстоятельства, препятствующие рассмотрению дела в данном составе суда или с участием того или иного лица, независимо от позиции потерпевшего обязан заявить отвод, осуществив предоставленное ему законом право¹.

В решении иных вопросов, выходящих за рамки чисто правовых, необходимо руководствоваться принципом солидарности адвоката — представителя с потерпевшим. В юридической литературе этот принцип рассматривается лишь применительно к защите адвокатом интересов обвиняемого. При этом подчеркивается, что исходным положением защиты является принцип позиционной солидарности защитника — адвоката с обвиняемым (подсудимым), когда их действия по защите гармонируют между собой, совпадают, сливаются, дополняют друг друга. Адвокат должен стремиться к выработке единой защитительной позиции по делу. Сказанное, однако, в полной мере относится и к адвокату — представителю потерпевшего, ведь потерпевший рассчитывает на действенную помощь своего представителя и уж во всяком случае, вправе ожидать, что представитель своими действиями не причинит ему вреда. Очевидно, поэтому, что взаимоотношения адвоката с потерпевшим должны исключать какие-либо существенные противоречия между ними, и в противном случае трудно было бы говорить о доверительности и их отношениях, без чего представительство в принципе невозможно.

Вместе с тем, на практике между представляемым и представителем возможны определенные разногласия, и даже коллизии их позиций по тому или иному вопросу, зачастую весьма значимого для интересов потерпевшего. Нельзя требовать, чтобы таких коллизий не возникало в принципе, так как адвокат — представитель, во-первых, самостоятельный участник процесса, а во-вторых, в отличие от потерпевшего — профессиональный юрист, следовательно, по любому вопросу, касающемуся производства по делу, он может и должен иметь собственное мнение, основанное на профессиональном знании и опыте. Если же отказать адвокату-представителю в этом праве, он будет низведен до роли марионетки в руках потерпевшего, простого проводника его желаний, что, разумеется, неприемлемо.

Как же разрешить это, казалось бы, имманентно присущее представительству противоречие? Ответ может быть только один: адвокат — представитель потерпевшего должен в максимальной степени проявлять стремление идти навстречу позиции потерпевшего, но до тех пор, пока его позиция не вступит в противоречие с законом. Поэтому если позиция потерпевшего не соответствует закону или материалам дела, адвокат в силу своего профессионального долга не вправе ее поддерживать и должен прямо объявить об этом потерпевшему. При этом, используя весь свой авторитет, адвокату необходимо довести до сведения потерпевшего свое видение проблемы, по которой возникла коллизия между ним и потерпевшим, четко и ясно обозначить по ней свою позицию, указать иные возможные пути разрешения этой проблемы, а также процессуальные последствия того или иного решения, принятого потерпевшим. Иначе говоря, адвокат по возможности должен добиться, чтобы потерпевший занял такую позицию, которую адвокат может отстаивать, не ставя под угрозу интересы и цели правосудия.

Если, несмотря на предпринятые адвокатом усилия, потерпевший не согласится с ним, соглашение о представительстве может быть расторгнуто. Инициатива в данном вопросе может исходить как с одной, так и с другой стороны. Потерпевший вправе в любой момент процесса отказаться от представителя и пригладить другого представителя или принять защиту своих интересов на себя. В случае же, если представитель считает позицию потерпевшего неправильной, и ему не удалось переубедить последнего отказаться от нее, адвокат может и должен отказаться от защиты интересов потерпевшего¹.

Право адвоката — представителя потерпевшего в исключительных ситуациях, описанных выше, отказаться от представления интересов потерпевшего не ставится под сомнение в литературе.

Из сказанного вытекает и решение вопроса о допустимости использования адвокатом — представителем потерпевшего определенных средств защиты интересов потерпевшего и возможности защиты тех или иных его интересов. То обстоятельство, что адвокат представляет и защищает интересы потерпевшего в процессе, отнюдь не делает его защитником любых интересов последнего и не дает ему права на использование для этого любых приемов и средств.

Таким образом, возникающих в связи с представительством адвокатом интересов потерпевшего, определяют суть данного представительства и характеризуют адвоката — представителя потерпевшею как участника процесса, что, в свою очередь, влияет на пределы его прав, обязанностей и совершаемых действий в уголовном процессе.

3 Правовые основания участия адвоката-представителя в уголовном деле и его права. Правовая природа соглашения адвоката с доверителем

Правовые основания участия адвоката-представителя в уголовном процессе подразделяются на два вида: материально-правовые и процессуально-правовые. Первые включают причиненный ущерб, а вторые — доказанность причинения вреда, его вида и размера, субъектов, наличие заявления о признании потерпевшим. В совокупности они образуют фактические и юридические, объективные и субъективные основания для принятия дознавателем, следователем, прокурором, судом решения о признании потерпевшим. После этого потерпевший наделяется процессуальными правами, в том числе правом иметь представителя.

Правовыми основаниями участия адвоката-представителя в уголовном деле являются¹:

-соглашение об оказании юридической помощи потерпевшему, заключенное в соответствии со ст. 25 Закона об адвокатуре;

-процессуальное решение дознавателя, следователя, прокурора, суда об обязательном участии представителя несовершеннолетнего или по своему физическому либо психическому состоянию неспособного защищать свои права и законные интересы;

-определение суда или постановление судьи, прокурора, следователя, дознавателя о допуске к участию в деле в качестве представителя лица, которое укажет потерпевший (ч. 1 ст. 45 УПК). Таким лицом может быть и адвокат, который теперь, по новому УПК, допускается к участию в деле в качестве представителя как по соглашению, так и по назначению.

Права представителя производим от прав представляемого. Поэтому представители могут иметь полномочия в пределах прав представляемого, но в принципе объем правомочий представителя зависит от воли представляемого. Однако есть право, которое потерпевший не может вообще передать представителю — право на дачу показаний.

В комплексе процессуальных прав, предоставленных представителю, можно выделить такие, которыми он пользуется на досудебном и судебном производстве (стадии судебного разбирательства, рассмотрения дела в кассационном и надзорном порядках).

На предварительном производстве адвокат-представитель вправе:

-заявлять ходатайства и отводы,

-представлять доказательства,

-участвовать с разрешения дознавателя или следователя в следственных действиях, производимых по ходатайству доверителя,

-знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с участием представителя,

-постановлением о назначении судебной экспертизы и заключением эксперта,

-приносить жалобы.

По окончании предварительного расследования представитель потерпевшего вправе знакомиться со всеми материалами уголовного дела, выписывать из дела любые сведения и в любом объеме, снимать копии материалов уголовного дела (ст. 45 УПК).

Участвуя в судебном разбирательстве уголовного дела, адвокат-представитель вправе:

-участвовать в исследовании обстоятельств и материалов дела;

-представлять доказательства,

-выступать в судебных прениях,

-знакомиться с протоколом судебного заседания и приносить на него замечания,

-обжаловать приговор, определение и постановление суда,

-знать о принесенных по делу жалобах и представлениях, подавать на них свои замечания.

Представитель потерпевшего, кроме того, полномочен поддерживать обвинение.

Особенность деятельности адвоката-представителя в кассационном и надзорном производстве состоит в том, что он участвует в проверке законности, обоснованности и справедливости как не вступивших, так и вступивших в законную силу судебных решений по уголовным делам¹. В целях осуществления этой деятельности и оказания квалифицированной юридической помощи доверителю представитель потерпевшего вправе в течение установленных законом сроков обжаловать в кассационном и надзорном порядках судебное решение в полном объеме (ч. 4, 5 ст. 354 УПК). Он также вправе знакомиться с жалобами и представлениями, поданными другими участниками уголовного процесса.

При рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке представитель потерпевшего имеет право:

-участвовать в заседании суда второй инстанции,

-заявлять отводы и ходатайства,

-представлять дополнительные доказательства в подтверждение поданной жалобы или в опровержение доводов, изложенных в кассационных жалобах или представлении других субъектов судопроизводства,

-изложить суду свое мнение о законности, обоснованности, справедливости обжалованного судебного решения.

В обжаловании приговора, определения, постановления в надзорном порядке потерпевший и его представитель вправе:

-ходатайствовать о пересмотре вступивших в законную силу судебных решений,

-участвовать в судебном заседании суда надзорной инстанции,

-давать устные объяснения (ч. 1 ст. 402, ч. 2, 6 ст. 407 УПК).

Адвокат осуществляет свою деятельность на основе соглашения, заключенного со своим доверителем.

По сути, являясь гражданско-правовым договором, соглашение об оказании юридической помощи можно определить как договор возмездного оказания услуг (например, в случае необходимости составления искового заявления, претензии, договора) либо как договор поручения (в случае необходимости представления интересов доверителя в суде).

Подобное соглашение может быть составлено непосредственно между адвокатом и его доверителем, интересы которого необходимо будет в дальнейшем представлять, либо с указанием необходимости представления и защиты интересов какого-либо третьего лица. Данное условие устанавливается сторонами по взаимному соглашению.

Относительно условий такого соглашения можно сказать, что его существенными условиями являются указания¹:

на сведения о поверенном (адвокате или адвокатах, принявших исполнение) с указанием его принадлежности к соответствующему адвокатскому образованию;

предмет поручения, т.е. те действия, которые должны быть осуществлены адвокатом для достижения наиболее благоприятного результата по делу;

размер, сроки и порядок оплаты услуг адвоката с учетом возмещения расходов адвоката, связанных с рассмотрением дела;

размер и характер ответственности адвоката за исполнение поручения.

Как показывает практика, в соглашении об оказании юридических услуг указывается, что адвокат (поверенный) несет ответственность за исполнение договора в соответствии с действующим законодательством. Так называемые «джентльменские соглашения», когда в случае неудачного исполнения поручения доверителю возвращается часть суммы, уплаченной им по договору, встречаются крайне редко.

Договором может быть предусмотрена оплата услуг адвоката при подписании договора, по истечении определенного срока единовременно или по частям, по достижении определенного результат и т.д., т.е. в данном случае стороны определяют порядок и сроки оплаты по взаимной договоренности.

Право требования адвоката на оплату услуг по договору может быть переуступлено им по договору цессии при условии согласия доверителя, что показывает, что для данного договора имеет особое значение личное участие сторон в процессе его исполнения.

В отношении рассматриваемого соглашения на оказание юридической помощи действует принцип свободы договора, закрепленный гражданским законодательством Российской Федерации (ст. 421 ГК РФ). В частности, независимо от того, членом адвокатской палаты какого субъекта Российской Федерации является адвокат, он имеет право заключить соглашение на территории любого региона России, место жительства или пребывания доверителя в данном случае также не имеет принципиального значения.

4 Обстоятельства, исключающие участие в производстве по уголовному делу представителя потерпевшего

Уголовно-процессуальный закон не требует от представителя потерпевшего объективности при выполнении им своих процессуальных функций; наоборот, он заинтересован в таком исходе дела, который бы в наибольшей степени соответствовал интересам его доверителя. Вместе с тем ст. 72 УПК РФ исключает возможность участия в деле представителя в тех случаях, когда их предшествующая деятельность или отношения с другими участниками производства по уголовному делу могут дать основания для возникновения их зависимости от иных лиц либо породить недоверие к защитнику или представителю со стороны клиента¹.

Как указано в ст. 72 УПК РФ — представитель потерпевшего не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он:

1) ранее участвовал в производстве по данному уголовному делу в качестве судьи, прокурора, следователя, дознавателя, секретаря судебного заседания, свидетеля, эксперта, специалиста, переводчика или понятого;

2) является близким родственником или родственником судьи, прокурора, следователя, дознавателя, секретаря судебного заседания, принимавшего либо принимающего участие в производстве по данному уголовному делу, или лица, интересы которого противоречат интересам участника уголовного судопроизводства, заключившего с ним соглашение об оказании защиты;

3) оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам представляемого им потерпевшего².

Оказание юридической помощи лицу, интересы которого противоречат интересам представляемого потерпевшего, является основанием для отвода представителя независимо от того, в чем выражалась эта помощь и оказывалась ли она по тому же или по иному делу.

Законодательство об адвокатуре требует от адвоката не принимать на себя обязанности по оказанию юридической помощи, если ему известно о наличии обстоятельств, исключающих его участие в деле.

Если же, несмотря на наличие этих обстоятельств, адвокат принял поручение об осуществлении представительства в уголовном деле или же если указанные обстоятельства обнаружились уже после его вступления в дело, решение о его отводе принимается органом или лицом, в производстве которого находится уголовное дело.

Таким образом, осуществление в ходе производства по уголовному делу функций представительства прав и законных интересов потерпевшего, требует от адвоката-представителя, на которого возлагаются эти функции, проявления независимости и свободы усмотрения при отстаивании интересов своего доверителя.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В завершение исследования вопроса представительства адвокатом прав и законных интересов потерпевшего в уголовном процессе необходимо отметить, что в работе получила развитие недостаточно разработанная до настоящего времени в уголовно-процессуальной науке проблема определения роли и процессуального положения адвоката — представителя потерпевшего, а также в научном обосновании путей совершенствования института представительства адвокатом интересов потерпевшего как одной из важных гарантий обеспечения прав и законных интересов последнего.

Согласно ст. 52 Конституции РФ — права потерпевших от преступлений и злоупотребления властью охраняются законом; государство гарантирует потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. Важным процессуальным условием реализации права на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ), а также гарантией доступа к правосудию является предоставление потерпевшему права на получение юридической помощи¹.

Российское уголовно-процессуальное законодательство предоставляет потерпевшему право иметь представителя, в том числе профессионального юриста-адвоката. В этой части оно в целом соответствует принципам и нормам международного права.

Для всех отраслей российского законодательства характерно наличие норм, непосредственно регулирующих отношения, связанные с охраной прав и законных интересов граждан. Данные нормы образуют систему юридических гарантий, защищающих человека от различных посягательств и обеспечивающих возмещение вреда, причиненного ими. Самым опасным нарушением прав и законных интересов личности, причиняющим наибольший вред, является преступление, поэтому граждане, от него пострадавшие, особенно нуждаются в помощи.

Потерпевшему в соответствии с действующим УПК предоставлены широкие процессуальные права, большую часть которых он вправе осуществлять лично или через своего представителя. Защита потерпевшим своих прав и законных интересов через представителя, с одной стороны, является одним из важных процессуальных прав, с другой — процессуальной гарантией, обеспечивающей участнику процесса реальное осуществление его прав. Необходимость иметь при производстве уголовного дела представителя вызвана тем, что во многих случаях потерпевший не может сам реализовать свои процессуальные права по различным причинам. Конечно, лицо, производящее дознание, следователь и суд обязаны разъяснять потерпевшему его процессуальные права, однако полнее и эффективнее реализовать эти права может лицо, обладающее юридическими познаниями, поэтому потерпевшие нередко доверяют защиту своих прав и законных интересов в уголовном процессе адвокатам.

Участие в деле адвоката в качестве представителя потерпевшего позволяет своевременно, надежно и результативно осуществлять правовую защиту прав и законных интересов потерпевшего.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

И ЛИТЕРАТУРЫ

1.Конституция РФ (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 года) // Российская газета от 25.12.1993 года.

2.Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Федеральный закон №174-ФЗ // СЗ РФ. 2001. №52 (ч. 1). Ст. 4921.

3.Федеральный закон от 31 мая 2002 г. N 63-Ф3 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» // СЗ РФ от 10 июня 2002 г. № 23 ст. 2102.

4.Адвокатура в России: Учебник для вузов. (под ред. проф. Демидовой Л.А.) — 2-е изд., перераб. и доп. — «Юстицинформ», 2005 г.

5.Адвокат: навыки профессионального мастерства (под ред. Л.А. Воскобитовой, И.Н. Лукьяновой, Л.П. Михайловой) — Волтерс Клувер, 2006 г.

6.Божьев В.П. Условия допуска потерпевшего к участию в предварительном следствии // Предварительное следствие в условиях правовой реформы. Волгоград, 1991. С. 99.

7.Комментарий к Федеральному закону «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (постатейный) (под ред. А.В.Гриненко) — «ТК Велби», 2007 г.

8.Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под общей редак. В. И. Радченко. – М.: Юридический дом «Юстиции-форм», 2003 г.

9.Короткова П.Е. Этические проблемы процессуального поведения адвоката — представителя потерпевшего в уголовном процессе // Адвокатская практика. — М.: Юрист, 2007. № 1. С. 15-17.

10.Лаптеакру В.Д., Мартынчик Е.Г. Адвокат в кассационном и надзорном производстве по уголовным делам. Кишинев, 1994. С. 183-224.

11.Леви А.А., Игнатьева М.В., Капица Е.И. Особенности предварительного расследования преступлений, осуществляемого с участием адвоката. М., 2003. С. 105.

12.Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева; Науч. ред. В.П. Божьев. М.: Спарк, 2008. – 1007 с.

13.Парфенова М.В. Законный представитель и представитель потерпевшего — участники уголовного судопроизводства, представляющие интересы потерпевшего // Уголовное судопроизводство. — М.: Юрист, 2007. № 1. С. 23-26.

14.Смирнов А., Калиновский К.Б. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный (под общ. ред. А.В. Смирнова). 4-е издание, дополненное и переработанное. — Система ГАРАНТ, 2007.

15.Тарло Е.Г. Профессиональное представительство в суде: Монография. М., 2004. С. 254.

В уголовном праве имеется несколько точек зрения относительно потерпевшего от преступления. В соответствии с первой из них, потерпевший не выделятся в качестве самостоятельного признака состава преступления. К числу ученых, придерживающихся такой точки зрения, относятся А.А. Пионтковский, А.Н. Трайнин, П.С. Дагель. По мнению П.С. Дагеля, признаки потерпевшего «могут характеризовать различные элементы состава преступления — вопрос о потерпевшем возникает при анализе и объекта, и объективной, и субъективной сторон преступления». Он не видел никакого смысла в конструировании отдельных для каждой науки криминального цикла определений понятия потерпевшего, считая верным данное в ст.53 УПК РСФСР определение: «Потерпевшим признается лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред». По его мнению, данное определение следует признать единым для уголовного и уголовно-процессуального права. Аналогичной позиции по этому вопросу придерживался И.А. Ребане. В настоящее время такой взгляд на понятие потерпевшего отстаивает В.Е. Батюкова.

Согласно второй точки зрения, разделяемой Б.А. Протченко и П.С. Яни, уголовно-процессуальное понятие потерпевшего нельзя в неизменном виде использовать в уголовном праве. Основным аргументом этих авторов является то, что уголовно-процессуальной фигуре «потерпевший от преступления» обязательно должна предшествовать фигура уголовно-материальная — по аналогии с субъектом преступления, который последовательно «превращается» в уголовно-процессуальные фигуры задержанного, подозреваемого, обвиняемого, подсудимого. Для избежания терминологической путаницы П.С. Яни предлагает в уголовном праве именовать потерпевшего пострадавшим, понимая под ним «лицо, на чьи охраняемые уголовным законом блага — жизнь, здоровье, честь и достоинство, а также политические, трудовые, имущественные и другие права и свободы было направлено преступное посягательство».

Третья точка зрения заключается в признании потерпевшего самостоятельным признаком состава преступления, относящимся к объекту преступления. По мнению С.Ф. Кравцова, «понятие потерпевшего означает физического субъекта отношения, которому преступлением причиняется вред». Он подчеркивал важное значение признаков потерпевшего для установления непосредственного объекта преступного посягательства, однако категорически отказывается признавать субъекта отношения предметом преступления. В качестве аргумента С.Ф. Кравцов приводил состав разбоя, в котором должны были бы возникать два предмета преступления: с одной стороны вещь, которую похищают, с другой стороны гражданин, на которого совершается нападение. Такой дуализм, по его мнению, недопустим. Однако автор не поясняет, что именно он полагает недопустимым при такой двойственности предмета — ведь двухобъектность разбоя широко признается в теории и практике уголовного права.

Современные последователи такого взгляда на понятие потерпевшего от преступления несколько расширяют его объем, включая в него не только физических, но и юридических лиц — в точном соответствии с определением понятия потерпевшего, данном в ч.1 ст.42 УПК РФ: «Потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридическое лицо в случае причинения вреда его имуществу и деловой репутации». К примеру, В.А. Краснопеев определяет потерпевшего как физическое или юридическое лицо, которому в результате преступления причинен моральный, материальный или физический вред. По мнению автора, потерпевший является отдельным признаком, характеризующим объект преступления, и должен выделяться наряду с предметом преступления.

В соответствии с четвертой точкой зрения, потерпевший как физическое лицо, на которое непосредственно воздействует преступник, охватывается родовым понятием предмета преступления, и является видовым по отношению к нему, наряду с другими предметами материального мира. «Когда … предметом воздействия является человек, то он именуется потерпевшим, понимаемым в уголовно-правовом смысле». Такой позиции придерживаются Г.А. Кригер, В.Н. Кудрявцев, Н.И. Коржанский, Л.И. Спиридонов и многие современные исследователи. В частности, А.В. Пашковская пишет: «Иногда, чаще при посягательствах на личность, признак «предмет преступления» подразумевает человека, путем воздействия на тело которого совершается посягательство против объекта. При этом объектом преступления признаются какие-либо личностные интересы, блага, в качестве же предмета преступления выступает человек как физическое лицо. В таких случаях термин «предмет преступления» заменяют понятием «потерпевшего».

Подобная замена терминов расценивается сторонниками излагаемой позиции лишь как дань традиции, «устоявшейся терминологии». В связи с этим В.Н. Кудрявцев писал следующее: «…Неудачно употребление термина предмет в отношении людей — носителей общественных отношений. Поэтому в практическом применении этот термин можно было бы ограничить лишь кругом материальных предметов …, учитывая, что, строго говоря, в понятие предмета преступного посягательства входят также … и сами субъекты социалистических общественных отношений».

Насколько можно судить, сторонником данной позиции являлся также Н.И. Загородников и некоторые другие авторы учебной литературы, которые рассматривают вопрос о потерпевшем в параграфе о предмете преступления.

Думается, наиболее обоснованной является именно последняя точка зрения, которая, однако, нуждается в дополнительной аргументации.

Необходимость выделения наряду с предметом преступления потерпевшего от преступления приверженцами второй и третьей из приведенных позиций либо не обосновывается вовсе, либо объясняется неэтичностью отождествления человека с иными явлениями материальной действительности. А.Э. Жалинский, критикуя такой «излишне деликатный подход», справедливо замечает, что «тело человека, части человека являются, по здравому смыслу, предметом посягательства, вещественным базисом жизни, здоровья, иногда чести и достоинства личности».

Следует признать обоснованным мнение А.И. Марцева и Н.В. Вишняковой о том, что «поскольку человек как биологическая единица неразрывно связан с такими благами, как жизнь, здоровье, честь, достоинство, свобода и т.п., то он может рассматриваться предметом общественных отношений и, следовательно, предметом преступлений».

Как известно, человек объединяет в себе биологические и социальные свойства: тело и психику, с одной стороны, и личность — с другой. Думается, что именно нежелание разграничивать эти стороны человеческой натуры приводит исследователей к ошибочному выводу о том, что «признание людей предметом преступления выглядит весьма спорным не только по этическим, но и логическим соображениям». Примечательно, что наличие у материальных ценностей физических и социальных характеристик не колеблет уверенности тех же исследователей в том, что такие элементы материального мира нужно называть предметами соответствующих преступлений.

Приведенное замечание не призывает к рассмотрению человека как некоей разновидности вещи. Статья 2 Конституции РФ устанавливает, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства. Однако именно в целях эффективной реализации этих конституционных положений и необходимо определить место потерпевшего в учении о составе преступления как составную часть предмета преступления. В противном случае имеющие уголовно-правовое значение признаки человека, подвергнувшегося преступному воздействию, остаются без определенного места в системе признаков состава преступления.

Само собой разумеется, что уголовный закон охраняет человека не только как живое биологическое существо, но и как личность в ее социальном значении. Потерпевшего как разновидность предмета преступления целесообразно выделять лишь в тех составах, в которых происходит непосредственное воздействие на тело или психику человека. Иначе выделение потерпевшего в уголовном праве лишается всякого юридического значения, приводит к ненужному дублированию уголовно-процессуального определения.

Заимствование уголовно-процессуального понятия потерпевшего для целей его использования в уголовном праве необоснованно по следующим причинам. Во многих случаях лицо, признаваемое потерпевшим в уголовном процессе, не является предметом воздействия виновного. Например, при совершении кражи имущества гражданина последний, безусловно, должен быть признан потерпевшим в уголовном судопроизводстве. Однако предметом данного преступления является чужое имущество, а не его собственник. Точно так же близкие родственники убитого, признанные потерпевшими, не будут являться предметом воздействия убийцы.

Кроме того, в соответствии со ст.42 УПК РФ, потерпевшим может быть как физическое, так и юридическое лицо. Очевидно, что юридическое лицо никак не может являться предметом непосредственного воздействия преступника при посягательстве на объект преступления. Являясь юридической конструкцией, юридическое лицо не подвержено каким-либо формам физического воздействия.

Таким образом, потерпевший — это физическое лицо, подвергнувшееся непосредственному преступному воздействию. Он является одной из разновидностей предмета преступления. Его качества, указанные в законе, так же, как и признаки любого другого предмета преступления, служат ориентиром, помогающим установить объект преступления.

Изложенное в настоящей главе позволяет сделать следующие выводы. Под предметом преступления следует понимать указанный в уголовном законе объект материального мира либо информацию, путем создания которых или воздействия на которые виновный непосредственно осуществляет посягательство на объект преступления. Содержанием понятия предмета преступления охватываются вещи, энергия, поля, информация, а также человек. Тем не менее, в уголовном праве целесообразно сохранить термин «потерпевший» с целью подчеркнуть особое значение человека как объекта уголовно-правовой охраны. Предмет преступления является факультативным признаком, входящим в объективную сторону преступления, наряду с орудиями и средствами совершения преступления. Такое понимание предмета преступления позволяет включить в содержание его понятия чуждые объекту преступления явления материальной действительности, а также закрепить тесную взаимосвязь предмета преступления с общественно опасными последствиями, характеризующими объективную сторону преступления.

Список использованной литературы

Бойцов А.И. Преступления против собственности. — СПб.: Изд-во «Юридический центр Пресс», 2005. — 775с.

Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга вторая: Договоры о передаче имущества. — М.: «Статут», 2063. — 800с.

Векленко В.В. Квалификация хищений. — Омск: Омская Академия МВД России, 2005. — 254с.

Волженкин Б.В. Мошенничество / Серия «Современные стандарты в уголовном праве и уголовном процессе». — СПб.: Санкт-Петербургский институт Генеральной прокуратуры РФ, 2008. — 35с.

Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности. — СПб.: Изд-во «Юридический центр Пресс», 2006. — 641с.

Зрелов А.П., Краснов М.В. Налоговые преступления / Под ред.К. К. Саркисова. — М.: «Налог-Инфо», 2005. — 191с.

Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1969 / Кузнецова Н.Ф. Избранные труды. — СПб.: Изд-во «Юридический центр Пресс», 2005. — С.400-531.

Курс уголовного права. Общая часть. Т.1 /Под ред. Н.Ф. Кузнецовой, И.М. Тяжковой. — М.: ИКД «Зерцало-М», 2006. — 624с.

Курс уголовного права. Особенная часть. Т.3 / Под ред. Г.Н. Борзенкова, В.С. Комисарова. — М.: ИКД «Зерцало-М», 2006. — 468с.

Сборник материалов Второй международной научно-практической конференции «Уголовное право: стратегия развития в XXI веке». — М.: Изд-во «Проспект», 2005. — 336с.

Уголовное право России. Учебник для вузов. В 2-х тт. Т.1. Общая часть / Под ред.А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. — М.: Изд-во НОРМА, 2006. — 639с.

Хропанюк В.Н. Теория государства и права / Под ред. проф.В.Г. Стрекозова. — М.: «Интерстиль», 2005. — 378с.

Министерство общего и специального

образования Российской Федерации

Саратовская государственная академия права

Кафедра уголовного процесса

Курсовая работа

Тема: «Обеспечение прав потерпевшего в уголовном процессе»

СОДЕРЖАНИЕ

§1. Понятие потерпевшего в уголовном процессе…………………….……3

§2. Права потерпевшего на стадии досудебного производства………7

§3. Права потерпевшего на стадии судебного разбирательства..……13

Список литературы………………………………………………………………………24

1. ПОНЯТИЕ ПОТЕРПЕВШЕГО В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

Понятие потерпевшего впервые введено в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР в 1983 г. и настоящее время дается в ст. 53 УПК. Потерпевшим, согласно ст. 53 УПК, как субъектом уголовного процесса является лицо, в отношении которого вынесено постановление прокурора, следователя, органа дознания или определение (постановление) суда о признании его потерпевшим. Основанием для вынесения решения о признании лица потерпевшим является предположение о том, что ему преступлением непосредственно причинен моральный, физических или имущественный вред. В этом состоит различие между понятиями «потерпевший», когда имеется в виду субъект процессуальной деятельности, которому предположительно нанесен преступлением вред, и «жертва преступления», когда речь идет о достоверно установленном вреде, нанесенном лицу преступлением. Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 24 декабря 1985 г. № 5 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел с протокольной формой досудебной подготовки материалов» особо подчеркнул, что по данной категории дел вслед за вынесен6ием постановления о возбуждении уголовного дела (до начала судебного разбирательства) в необходимых случаях судья решает вопрос о признании гражданина потерпевшим.

Понятие потерпевшего согласно ст. 53 УПК не всегда совпадает с приводимыми в юридической литературе. Так, П. Яни указывает, что «следует расширить перечень оснований для признания потерпевшим, указав в нем вред психического характера»1. Другие ученые выделяют два вида потерпевших: а) потерпевший как действительный участник процесса, признанный таковым специальным процессуальным актом (совпадает со ст. 53 УПК); б) потерпевший как потенциальный участник процесса, признанный таковым на основе заявления с просьбой о возбуждении уголовного дела2.

Одним из оснований признания гражданина потерпевшим является причинение ему морального вреда. Понятие морального вреда дается в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.94 г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». Согласно п. 5 этого постановления под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Физический вред состоит в причинении гражданину телесных повреждений, расстройства здоровья, физических страданий.

Имущественный ущерб означает лишений гражданина принадлежащих ему материальных благ, имущества, ценностей.

Одним преступлением может быть причинено несколько видов вреда.

Основанием для признания лица потерпевшим является наличие данных для предположения о наличие события преступления; причинении лицу вреда непосредственно этим преступлением; наличии причинной связи между преступным деянием и наступившими последствиями3.

Преступление и результат – ущерб должны быть связаны прямой, непосредственной связью, когда причиненный ущерб явился непосредственным следствием данного преступления. Вопрос заключается в том, действительно ли вред причинен данным преступлением, его размеры могут быть установлены только в ходе расследования и судебного разбирательства дела, но при этом не должно служить препятствием для признания лица потерпевшим уже тогда, когда он заявляет о причиненном ему вреде. В противном случае пострадавший от преступления не мог бы использовать предоставленные ему законом права на стадии дознания и предварительного следствия с целью защиты своих законных интересов.

Лицо признается потерпевшим и в случае, если причиненный ему ущерб был вызван его противоправными действиями. Данный факт должен быть учтен при определении меры уголовной ответственности, но в любом случае его права как потерпевшего не могут быть ограничены4.

Современная правовая наука исходит из того, что признание лица потерпевшим может иметь место не только при оконченном преступлении, и при неоконченном преступлении, покушении и даже приготовлении (вполне логично, что если гражданин приходит домой и обнаруживает, например, что дверь его квартиры взломана, даже если ничего не украдено, ему будет причинен моральный вред). В проекте УПК, представленном Главным правовым управлением Президента РФ, потерпевшим согласно ст. 73 признается в том числе и гражданин, которому причинен вред покушением на преступление.

Дискуссионным является вопрос и о признании потерпевшим по делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть гражданина. Действующее законодательство предусматривает, что в таком случае потерпевшими могут быть признаны близкие родственники убитого, с предоставлением всех прав, предусмотренных ст. 53 УПК, в том числе правом требовать возмещения материального и морального вреда. Это подтверждается в Обзоре судебной практики Верховного Суда РСФСР за I квартал 1993 г.

Близкими родственниками согласно п. 9 ст. 34 УПК признаются родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и сестры, дед, бабка, внуки, супруг. Вместе с тем отдельные ученые считаю, что действующее законодательство необоснованно сужает круг, лиц, которые могут признаны потерпевшими по делам, связанными со смертью гражданина. Так, Е. Прянишников утверждает, что если у убитого нет родственников, которые согласно п. 9 . ст. 34 УПК могут быть признаны потерпевшими, таковыми могут быть признаны другие близкие лица погибшего (невеста, жених, друг и др.)5.

2. ПРАВА ПОТЕРПЕВШЕГО НА СТАДИИ

ДОСУДЕБНОГО ПРОИЗВОДСТВА

С момента признания гражданина потерпевшим, он приобретает широкие права, реализуя которые, он участвует в процессе и защищает свои права и законные интересы. Основные права потерпевшего сформулированы в ст. 53 УПК, кроме того отдельные права содержаться также в ст. ст. 22, 136, 161, 179, 181, 183, 200, 245, 325, 429, 430, 432, 438, 439, 447, 458 УПК. Все права потерпевшего можно разделить на права, реализуемые на стадии досудебного расследования; права, реализуемые в судебном разбирательстве, в кассационной инстанции; права, характерные для всех стадий производства. На стадии досудебного производства выделяют следующие основные права потерпевшего вправе: давать показания, иметь представителя, представлять доказательства, заявлять ходатайства по делу ( в том числе о гражданском иске и мерах его обеспечения), а также отводы, пользоваться в ходе производства по делу родным языком и услугами переводчика, участвовать по предложению следователя в производстве отдельных следственных действий, знакомиться с материалами дела по окончании предварительного следствия, приносить жалобы на решения и действия лиц и органов, ведущих производство по делу.

Важным является момент признания гражданина потерпевшим. Как показывает практика зачастую лица признаются потерпевшими к концу расследования, когда они уже практически не могут воспользоваться предоставленными им правами. В связи с этим важно, чтобы постановление о признании потерпевшим выносилось следователем в начале расследования, с тем, чтобы тот мог принять активное участие в следствии.

Все эти процессуальные права потерпевшего являются средствами защиты его законных интересов. Следует подчеркнуть, что защите подлежат только законные интересы потерпевшего. Лица, участвующие в деле имеют различные интересы, возможна ситуация, когда потерпевший желает освобождения преступника от ответственности в своих целях. Как подчеркивает В.М. Корнуков законны всегда лишь общественные, государственные интересы, интересы личности могут быть и незаконны6.

Интересы участвующих в уголовном судопроизводстве лиц обуславливаются объективной необходимостью укрепления законности и правопорядка, борьбы с преступностью, потребностью в раскрытии преступления и наказания виновных.

Интерес и субъективное право понятия неоднородные. Будучи объективно обусловленным, интерес составляет основу всякого субъективного права и субъективной обязанности. Субъективное право, как представляемая законом мера допустимого свободного поведения, ценно тем, что обеспечивает возможности пользоваться социальным благом. В таком сочетании субъективное право всегда выступает правовой формой проявления защиты интереса, а интерес – его внутренней сущностью, объектом охраны.

Не все интересы личности в рамках уголовного процесса опосредуются субъективными правами, а лишь важнейшие.

Обязанности по защите прав потерпевшего ложатся на следователя, прокурора и других участников расследования. Как отмечает И.И. Газетдинов, уже само существование правовых норм, предусматривающих защиту прав потерпевшего, оказывает гарантирующее воздействие7.

Можно рассмотреть более подробно отдельные права потерпевшего.

Одним из важнейших прав потерпевшего является право предоставлять доказательства. Однако, как показывает практика, реализуется оно довольно редко. Причина заключается в том, что следователи не объясняют сущность этого права потерпевшим, или объясняют перед завершением следствия, когда воспользоваться этим правом не представляется возможным. Право на предоставление доказательств близко к праву на поддержание обвинения, которое осуществляется потерпевшим на протяжении всего процесса.

Важным правом потерпевшего является право на обжалование любых действий и решений следователя или дознавателя. Жалоба в таком случае подается прокурору, который решает вопрос об ее обоснованности. Ст. 53 УПК напрямую не содержит положений о праве потерпевшего на обжалование действий органов дознания, однако это право вытекает из смысла ст. ст. 6, 7, 9, 113, 218, 2201 и др. УПК.

Ст. 53 УПК содержит право потерпевшего на ознакомление с материалами следствия. Это право подтверждается также ст. 200 УПК. При этом потерпевший имеет право делать любые выписки, заявлять ходатайства и др. Действующее уголовно-процессуальное законодательство не содержит положений об ознакомлении потерпевшего с материалами дознания. Такое положение представляется многим ученым неверным. Следователь обязан поставить в известность потерпевшего, так же как и других заинтересованных лиц, где и когда они могут ознакомится с материалами следствия. Следует отметить, что факт неявки потерпевшего для ознакомления с делом можно рассматривать как отказ от ознакомления только в случае если неявка вызвана нежеланием заинтересованного лица воспользоваться этим правом8. В случае отказа от ознакомления с делом следователем должен составляться протокол об этом. Многие ученые подчеркивают, что составление протокола целесообразно во всех случаях ознакомления с делом. В таком случае в нем должно быть отражено: кто, где, в каком объеме знакомился с делом, какие при этом были сделаны ходатайства и заявления9.

Не до конца решены в действующем законодательстве вопросы, связанные с приостановлением дела, и отказом возбуждении уголовного дела. Так, в последние годы наблюдается рост дел, приостановленных по ч. 3 ст. 195 УПК. Закон не предусматривает право потерпевшего знать о принятом следствием решении, знакомится с материалами приостановленного дела. В таком случае потерпевший по сути лишен возможности отстаивать свои права. Данный законодательный пробел должен быть восполнен. Необходимо также учитывать, что во многих случаях пострадавшее в результате противоправных действий имущество потерпевшего может быть застраховано, и для получения страховки потерпевшему необходимо представить справку о приостановлении уголовного дела.

В случае отказа от возбуждения уголовного дела, заявитель наделен правом обжаловать данное решение. При этом закон устанавливает только необходимость письменного извещения об отказе в возбуждении уголовного дела. Между тем этого явно недостаточно. Для составления мотивированной жалобы необходимо также предоставить процессуальный акт об отказе. В извещении должны указываться сроки и порядок обжалования.

Потерпевший вправе в любой момент следствия заявлять ходатайства как по существу дела, так и в связи с нарушениями закона. Устные ходатайства должны заноситься следователем в протокол, письменные – подшиваться в дело. Можно выделить следующие виды ходатайств:

ходатайства о дальнейшем направлении дела например для дополнительного расследования);

о допросе дополнительных свидетелей и истребовании дополнительных документов;

об изменении меры пресечения во отношении подозреваемого;

о гражданском иске и мерах его обеспечения.

Потерпевшему, также как и любому другому лицу, пострадавшему от преступления, принадлежит право на предъявление гражданского иска. Это право в соответствии со ст. ст. 137, 223, 228, 274 УПК должно быть разъяснено ему следователем, прокурором или судьей. Гражданский иск может быть предъявлен с момента возбуждения уголовного дела и до начала судебного следствия, поскольку доказывание иска осуществляется по общим правилам уголовного судопроизводства и должно быть проведено в ходе судебного заседания.

Иск предъявляется к обвиняемому или лицам несущим материальную ответственность за действия обвиняемого.

В случае предъявления гражданского иска на следователя ложатся обязанности по обеспечению гражданского иска. Независимо от вида преступления мерами обеспечения гражданского иска являются: обнаружение имущества, подлежащего аресту, и наложение ареста на имущество. В качестве источников возмещения материального ущерба по гражданскому иску выступает, как правило, имущество подозреваемого, обвиняемого, или лиц, несущих материальную ответственность за их действия, или иных лиц, у которых находится имущество, приобретенное преступным путем.

Розыск похищенного имущества или имущества, являющегося средством возмещения материального ущерба, производится путем проведения процессуальных действий и оперативно-розыскных мероприятий, направленных на установление места нахождения, обнаружение и изъятие этого имущества. В этих целях в зависимости от конкретных обстоятельств дела может быть использовано любое следственное действие, особенно допросы, обыски, осмотры, наложение ареста на имущество и др10.

В ходе судебного заседания в обязательном порядке должен быть установлен размер причиненного потерпевшему ущерба. Неустановление размера такого ущерба является существенным нарушением процессуального законодательства и основанием к отмене решения суда11.

Право потерпевшего на возмещение ущерба со стороны государства установлено Конституцией РФ (ст. 52). Между тем действующее уголовно-процессуальное законодательство не содержит никаких положений на этот счет. Представляется , что это направление является перспективным в развитии уголовного процесса в России. Многие ученые уже и сейчас исходят из того, что убытки потерпевшему должно возмещать государство, а виновному оно может предъявить регрессный иск. Исходя из того, что государство взяло на себя функцию осуществления правосудия, тем более это должно происходить в тех случаях, если преступление осталось нераскрытым,12.

В настоящее время в законодательстве отсутствует право потерпевшего на обеспечение его безопасности. Между тем в современных условиях, потерпевшие и свидетели должны быть наделены правом требовать анонимности при даче показаний, а в необходимых случаях, и физической охраны13.

3. ПРАВА ПОТЕРПЕВШЕГО НА СТАДИИ

СУДЕБНОГО РАЗБИРАТЕЛЬСТВА

Условия реализации процессуальных прав на стадии судебного разбирательства отличаются от условий в предыдущих стадиях. Отличие это обусловлено характерными чертами правосудия, в том числе гласностью, устностью и непосредственностью судебного разбирательства, т.е. все заявления, ходатайства (даже письменные) излагаются устно, адресуются непосредственно суду и фиксируются в протоколе судебного заседания. Важно также отметить, что решение по любому ходатайству, заявленному потерпевшим, принимается судом только после того, как будут выслушаны по нему мнения всех остальных участников судебного разбирательства, причем эти мнения, как и само решение, заносятся в протокол судебного заседания.

Наиболее важными правами потерпевшего на этой стадии являются: право заявлять отводы судьям, обвинителю (прокурору), секретарю судебного заседания, экспертам, адвокату, представителю общественной организации и переводчику; право высказывать суду свое мнение о возможности или невозможности слушания дела в данном судебном заседании в случае неявки в судебное заседание кого-либо из свидетелей, эксперта или специалиста; право возбуждать перед судом ходатайства о вызове дополнительных свидетелей, экспертов и об истребовании иных доказательств; право высказывать свое мнение по поводу заявленных ходатайств другими участниками процесса; право высказывать свое мнение по поводу порядка исследования доказательств в судебном следствии; право принимать участие в исследовании доказательств; право приносить жалобы на действия суда; право предоставлять суду в письменном виде предлагаемую участникам процесса формулировку решения по отдельным вопросам; право делать заявления, давать показания, выступать в суде и заявлять ходатайства на своем родном языке, а также пользоваться услугами переводчика; право знать порядок и сроки кассационного обжалования приговора. Несоблюдение процессуальных прав потерпевшего в судебном разбирательстве является нарушением права на защиту его интересов. Верховный Суд РФ считает это существенным нарушением процессуального законодательства и одним их оснований к отмене приговора. Рассмотрим их более подробно.

1. Право заявлять отводы судьям, обвинителю (прокурору), секретарю судебного заседания, экспертам, адвокату, представителю общественной организации и переводчику.

В этой связи председательствующий обязан объявить состав суда, сообщить, кто является обвинителем и защитником, а также секретарем судебного заседания, экспертом, специалистом и переводчиком. Однако, закон не обязывает председательствующего объяснять потерпевшему, какие мотивы должны быть положены для обоснования отвода. Следовательно, заявивший отвод в принципе может руководствоваться любыми мотивами. Вместе с тем в Уголовно-процессуальном законе имеются специальные статьи, в которых перечислены обстоятельства, исключающие возможность судьи, прокурора, секретаря судебного заседания, переводчика, специалиста, эксперта и адвоката в судебном разбирательстве.

Можно привести содержание этих статей.

Судья не может участвовать в рассмотрении дела и подлежит безусловному отводу в следующих случаях:

– если он является потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком, свидетелем, а также если он участвовал в данном деле в качестве эксперта, специалиста, переводчика, лица, производящего дознание, следователя, обвинителя, защитника, законного представителя обвиняемого, представителя потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика;

– если он является родственником потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика или их представителей, родственником обвиняемого или его законного представителя, родственником обвинителя, защитника, следователя или лица, производящего дознание;

– если имеются иные обстоятельства, дающие основание считать, что судья лично, прямо или косвенно, заинтересован в этом деле.

Кроме того, если состав суда коллегиальный, то в него не могут входить лица, состоящие в родстве между собой.

В специальной статье Уголовно-процессуального закона содержится категорический запрет повторного участия судьи в рассмотрении дела.

В связи с такими же обстоятельства не могут участвовать в судебном разбирательстве прокурор и секретарь судебного заседания, за исключением того, что предыдущее участие их в этом деле в данном качестве не является основанием для отвода.

По указанным основаниям устраняются от рассмотрения дела переводчик, специалист и эксперт. Вместе с тем для каждого из них существуют еще и дополнительные основания к устранению от участия в судебном разбирательстве. Так, например, переводчик и эксперт подлежат отводу еще и в тех случаях, когда обнаружится их некомпетентность, а для отвода эксперта кроме того имеются следующие основания:

– если он находился или находится в служебной или иной зависимости от обвиняемого, потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика;

– если он производил по этому делу ревизию, материалы которой послужили к возбуждению дела, за исключением участия врача-специалиста в области судебной медицины в наружном осмотре трупа.

Уголовно-процессуальный закон запрещает адвокату, представителю профессионального союза и другой общественной организации участвовать в деле в качестве защитника или представителя потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика, если:

– они по данному делу оказывают или ранее оказывали юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам лица, обратившегося с просьбой о ведении дела;

– они ранее участвовали в качестве судьи, прокурора, следователя, лица, производившего дознание, эксперта, специалиста, переводчика, свидетеля или понятого по данному делу;

– в рассмотрении дела принимает участие должностное лицо (судья, прокурор, эксперт и т.п.), с которым они состоят в родственных отношениях.

Все эти перечисленные обстоятельства играют роль безусловного основания для отвода указанных лиц. В то же время участник процесса вполне может руководствоваться иными мотивами, которые даже вправе не приводить вообще. Любое ходатайство об отводе, т.е. как мотивированное, так и не мотивированное, подлежит обязательному разрешению.

2. Право высказывать суду свое мнение о возможности или невозможности слушания дела в данном судебном заседании в случае неявки в судебное заседание кого-либо из свидетелей, эксперта или специалиста.

Для потерпевшего бывает далеко не маловажным правильное решение вопроса о возможности слушания дела ввиду неявки лиц, вызванных в суд в качестве свидетелей. При разбирательстве по уголовному делу в отсутствие неявившегося свидетеля имеется серьезная угроза не получить ответа на вопросы, имеющие значение для того или иного участника процесса.

В этой связи, чтобы высказанное суду мнение о возможности слушания дела в отсутствие неявившегося свидетеля опиралось на законные интересы участника процесса, отдельные ученые дают следующие рекомендации.

Прежде всего участник процесса должен знать, допрашивался ли неявившийся свидетель в ходе предварительного расследования или он был вызван судом в результате заявленного ходатайства в стадии назначения судебного заседания. Если он допрашивался следователем (или лицом, проводящим дознание), то надо вспомнить суть этих показаний (здесь можно воспользоваться выписками из соответствующих листов дела) и оценить их, насколько они существенны в плане защиты законных интересов.

При высказывании своего мнения о возможности слушания дела в случае неявки свидетеля следует также ориентироваться на причину этой неявки. Дело в том, что если неявка свидетеля в судебное заседание вызвана причиной, исключающей возможность пребывания его в суд (например, длительная тяжелая болезнь, продолжительная заграничная командировка, смерть), то показания такого свидетеля, данные на стадии предварительного расследования, подлежат оглашению в судебном следствии. Такое оглашение позволяет рассматривать фактические данные, содержащиеся в показаниях этого свидетеля, в качестве допустимых доказательств, поскольку приговор основывается только на тех доказательствах, которые были рассмотрены в судебном заседании14.

Если же свидетель не явился в судебное заседание по неуважительным причинам (или причины неизвестны), то его показания, какими бы значимыми они ни были, в судебном следствии не оглашаются, и в этой связи не могут быть положены в основу приговора.

3. Право возбуждать перед судом ходатайства о вызове дополнительных свидетелей, экспертов и об истребовании иных доказательств

Эти ходатайства по своей просьбе могут быть весьма разнообразны, но суть их в одна – получить дополнительные доказательства в ходе судебного следствия. Подобного рода ходатайства могут быть мотивированы необходимостью:

– восполнить неполноту предварительного расследования путем допроса вновь вызванных свидетелей или приобщением к делу вещественных доказательств и документов;

– проверить истинность заключения эксперта и дополнить его посредством проведения повторной или дополнительной экспертизы;

– проверить правильность выводов следователя (или лица, производящего дознание) и в этой связи ходатайствовать о судебном осмотре места происшествия, проведении следственного эксперимента и т.п.

4. Право высказывать свое мнение по поводу заявленных ходатайств другими участниками процесса.

Суть этого права сводится к тому, что участник процесса может возражать против удовлетворения ходатайств, заявленных другими участниками процесса, либо соглашаться с ними как в целом, так и в части. Любое мнение должно учитываться судом при разрешении ходатайств.

5. Право высказывать свое мнение по поводу порядка исследования доказательств в судебном следствии.

В данном случае речь идет о последовательности допросов подсудимых, потерпевших, свидетелей и экспертов.

Здесь можно подчеркнуть два следующих момента:

1) установление порядка последовательности допросов перечисленных выше лиц в судебном следствии имеет важное значение для правильного рассмотрения уголовного дела по существу. Им исключается бессистемность и беспорядочность судебного следствия, которые таят в себе серьезную опасность осложнить процесс, запутать участников судебного разбирательства;

2) думается, что оптимальный вариант последовательности допросов для всех участников процесса является тот, когда исследование доказательств начинается с допроса подсудимых, затем допрашиваются потерпевшие, а после – свидетели и эксперт. Каждый участник процесса, конечно, вправе предложить свой вариант порядка исследования доказательств, исходя из особенностей уголовного дела.

6. Право принимать участие в исследовании доказательств.

Это право распространяется на такую часть судебного разбирательства, как судебное следствие. Оно сводится к тому, что потерпевший может задавать вопросы всем допрашиваемым лицам, участвовать в осмотре вещественных доказательств, осмотре судом места происшествия, следственном эксперименте и других судебных действиях, производимых в судебном следствии.

7. Право приносить жалобы на действия суда.

В ходе судебного разбирательства реализация данного права выражается, как правило, в возражениях против действий председательствующего, которые, по мнению участника процесса, нарушают его права или стесняют права. Такого рода возражения заносятся в протокол судебного заседания.

8. Право предоставлять суду в письменном виде предлагаемую участникам процесса формулировку решения по следующим вопросам:

– имело ли место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый;

– содержит ли это деяние состав преступления и каким именно уголовным законом оно предусмотрено;

– совершил ли это деяние подсудимый;

– виновен ли подсудимый в совершении этого преступления;

– подлежит ли подсудимый наказанию за совершенное им преступление.

Этим правом потерпевший может воспользоваться не ранее, как после окончания судебных прений и перед удалением суда в совещательную комнату для постановления приговора, поскольку в основание формулировок должны быть положены и данные судебного следствия, и выводы, изложенные в судебных прениях.

9. Право делать заявления, давать показания, выступать в суде и заявлять ходатайства на своем родном языке, а также пользоваться услугами переводчика.

В принципе, этим правом обладают все участники процесса, однако потерпевший выступает в судебных прениях только по делам частного обвинения, либо тогда, когда он является еще гражданским лицом.

Судебные прения – это речи сторон, в которых подводится итог судебному следствию, излагаются суду свои соображения по поводу доказанности или недоказанности обвинения как в целом, так и в части, а в этой связи об осуждении подсудимого к конкретной мере наказания или оправдания его.

Бесспорно, что основное место в судебных прениях занимают речи прокурора и защитника. В силу принципа состязательности для них участие в судебных прениях является профессиональной обязанностью (правда, для прокурора такая обязанность носит условный характер, поскольку он вправе отказаться от обвинения, если придет к выводу, что обвинение в судебном следствии не нашло своего подтверждения в целом).

Для участников процесса участие судебных прениях является их правом, и они могут воспользоваться им по своему усмотрению.

Принимая решение об участии в судебных прениях, участники процесса должны знать, что судебные речи это не только кульминационный момент состязательности сторон, это еще и действенное средство влияния на формирование внутреннего убеждения судей.

В этой связи целесообразно обратить внимание на следующие положения, касающиеся правил произнесения речей:

1) участники судебный прений в своих речах вправе ссылаться только на те доказательства, которые были предметом рассмотрения на судебном следствии.

Поэтому после исследования всех доказательств в судебном следствии председательствующий спрашивает всех участников судебного разбирательства, желают ли они дополнить судебное следствие и чем именно. И если кто-либо из участников судебных прений считает необходимым использовать доказательство, которое не исследовалось в судебном следствии, то он должен заявить соответствующее ходатайство о дополнении судебного следствия; если такая необходимость возникла уже в ходе судебных прений, то данный участник процесса вправе просить суд о возобновлении судебного следствия;

2) суд не может ограничивать продолжительность судебных прений определенным временем, однако председательствующий вправе останавливать участвующих в прениях лиц, если они касаются обстоятельств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу.

После того как будут произнесены судебные речи участниками судебных прений, они имеют право еще на так называемую реплику по поводу сказанного в речах. Реплики – это не обязательная часть судебных прений, независимо от того, выступали они с речью или не выступали.

11. Право знать порядок и сроки кассационного обжалования приговора.

Провозглашением приговора завершается стадия судебного разбирательства, однако этим не заканчивается уголовно-процессуальная деятельность по данному делу, поскольку законность и обоснованность обвинительного или оправдательного приговора может быть проверена в кассационном порядке.

Кассация – одна из форм судебного контроля за законностью и обоснованностью приговоров, не вступивших в законную силу, осуществляемого вышестоящим судом по отношению к суду, постановившему приговор. Одной их характерных черт кассационного производства является то, что проверка не вступившего в законную силу приговора может иметь место только при условии, если на этот приговор принесен кассационный протест прокурора или подана кассационная жалоба участника процесса. Если не принесен протест и не подана жалоба, то по истечение срока, отведенного для опротестования и обжалования приговора, такой приговор вступает в законную силу, хотя он может быть и незаконным и необоснованным. Поэтому закон обязывает прокурора приносить кассационный протест на всякий незаконный и необоснованный приговор, а участники процесса вправе подавать кассационную жалобу, правда, такие участники процесса как гражданский истец, гражданский ответчик и их представители, подают жалобу только в части гражданского иска.

Чтобы воспользоваться этим правом, участники процесса должны знать порядок и сроки подачи кассационной жалобы, а поэтому закон обязывает суд прямо в тексте приговора указывать порядок и сроки опротестования и обжалования приговоров в кассационном порядке. Верховный Суд РФ особо отметил, что нерассмотрение кассационной инстанцией поданной в соответствии с законом в установленные сроки кассационной жалобы является существенным нарушением судопроизводства15.

Введение в России суда присяжных значительно расширило права потерпевшего. Большая часть из них нашла отражение в статьях 429, 430, 432, 438, 439 УПК. К таковым можно отнести, в частности, необходимость согласия потерпевшего на прекращение уголовного дела в суде присяжных, в случае, если прокурор отказывается поддерживать обвинение (ч. 2 ст. 430); право инициировать направление уголовного дела для производства дополнительного расследования (ч. 2 ст. 429) и др.

В заключение необходимо отметить, что все права потерпевшего неразрывно связаны с его обязанностями. Так, право потерпевшего предъявлять доказательства связано с его обязанностью представлять, по требованию лиц, ведущих расследование, имеющиеся у него документы и предметы, значимые для дела (ст. 70 УПК); право потерпевшего на дачу показаний одновременно является и его обязанностью (при этом, естественно, обязанность дачи показаний ограничивается правом отказаться от дачи показаний, свидетельствующих против него самого, супруга и близких родственников, согласно ст. 51 Конституции РФ).

Уголовно-процессуальный кодекс не предусматривает правил о том, что потерпевший обязан не допускать каких-либо действий, препятствующих установлению истины по делу, не мешать ходу расследования и судебного разбирательства. Однако по смыслу закона такая обязанность лежит не только на участниках процесса, но и на всех субъектах, вовлеченных в сферу судопроизводства.

Уголовный кодекс РФ подобные действия относит к преступлениям против правосудия: дача заведомо ложных показаний (ст. 181), понуждение свидетеля, потерпевшего к даче ложных показаний, эксперта – к даче ложного заключения (ст. 183).

Список литературы:

Божьев В.П. Процессуальный статус потерпевшего // Российская юстиция, 1994, № 1.

Бозров В.М. Кобяков В.М. От преступления до приговора. М., 1996.

Будников В.Л. Обжалование действий и решений следователя. Волгоград, 1990.

Газетдинов И.И. Деятельность следователя по возмещению ущерба потерпевшему. М., 1990.

Жогин Н.В. Рапкуллин Р.Н. Предварительное следствие. М., 1965.

Кокорев Л.Д. Потерпевший от преступления в советскм уголовном законе.

Корнуков В.М. Конституционные основы положения личности в уголовном судопроизводстве. Саратов, 1987.

Михайленко А.О. Возбуждение уголовного дела в советском уголвном процессе. Саратов, 1975.

Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. М., 1995.

Обзор судебной практики Верховного Суда РСФСР за I квартал 1993 г.

Понарин В.Я. Защита имущественных прав личности в уголовном процессе. – М., 1994.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 1985 г. № 5 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел с протокольной формой досудебной подготовки материалов».

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.94 г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Прянишников Е. Потерпевший на предварительном следствии // Законность, 1994, № 12.

Савицкий В.И. Возмещение ущерба государством // Советская юстиция, 1992, № 6.

Тихонов А. О процессуальной безопасности свидетеля и потерпевшего // Российская юстиция, 1993, № 20.

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР

Уголовный процесс / Под. общ. ред. проф. Лупинской П.А. М., 1995.

Яни П. Моральный вред как основание для признания потерпевшим // Российская юстиция, 1994, № 8.

1 Яни П. Моральный вред как основание для признания потерпевшим // Российская юстиция, 1994, № 8, с. 6.

2 Бозров В.М. Кобяков В.М. От преступления до приговора. М., 1996, с. 17.

3 См. например: Божьев В.П. Процессуальный статус потерпевшего // Российская юстиция, 1994, № 1, с. 23; Понарин В.Я. Защита имущественных прав личности в уголовном процессе. – М., 1994 и др.

4 Уголовный процесс / Под. общ. ред. проф. Лупинской П.А. М., 1995, с. 75.

5 Прянишников Е. Потерпевший на предварительном следствии // Законность, 1994, № 12, с. 36-37.

6 Корнуков В.М. Конституционные основы положения личности в уголовном судопроизводстве. Саратов, 1987, с. 77.

7 Газетдинов И.И. Деятельность следователя по возмещению ущерба потерпевшему. М., 1990, с. 37.

8 Жогин Н.В. Рапкуллин Р.Н. Предварительное следствие. М., 1965, с. 285.

9 Будников В.Л. Обжалование действий и решений следователя. Волгоград, 1990, с. 52.

10 Газетдинов И.И. Деятельность следователя по возмещению ущерба потерпевшему. М., 1990, с. 48.

11 Бюллетень Верховного Суда, 1995, № 1, с. 15)

12 Савицкий В.И. Возмещение ущерба государством // Советская юстиция, 1992, № 6, с. 12-14.

13 Тихонов А. О процессуальной безопасности свидетеля и потерпевшего // Российская юстиция, 1993, № 20, с. 17.

14 Бозров В.М. Кобяков В.М. От преступления до приговора. М., 1996, с. 17.

15 Бюллетень Верховного Суда РФ, 1994, № 4, с. 7.

Работа на тему:

Формы государств в зарубежных странах

2005 год

План

План

Введение

Глава 1. Формы государства в зарубежных странах

Глава 2. Форма правления в зарубежных государствах

2.1. Монархия

2.1.1. Монархия и её разновидности

2.2. Республика и ее разновидности

2.2.1. Президентская республика

2.2.2. Парламентарная республика

2.2.3. Полупрезидентская республика

Глава 3. Форма государственного устройства

3.1. Унитарное государство

3.1.1.Унитарные государства и принципы их организации

3.2. Федеративные государства, их признаки и разновидности

Глава 4. Государственный режим

4.1. Понятие государственного режима

Заключение

Список литературы

Введение

Изучение зарубежного конституционного права — важное направление юридического и политологического образования.1 Кроме того, что оно развивает общую профессиональную культуру любого юриста и политолога, немаловажен и прикладной характер соответствующих знаний. Во-первых, для тех, кто готовит себя к дипломатической и иной зарубежной работе, а во-вторых, в связи с постоянной потребностью в сравнительном анализе отечественных и зарубежных институтов конституционного права. Россия встала на путь демократического развития, учитывающего мировой опыт, и ей постоянно приходится совершенствовать свою правовую и политическую систему в соответствии с меняющимися условиями.2

Изложение материала в данной курсовой свободно от каких-либо идеологических установок, и, прежде всего — методологии изучения государства с узкоклассовых позиций. Работа исходит из общедемократической концепции обеспечения и защиты, прав человека как главной функции правового государства и критического отношения ко всем тоталитарным формам организации государственной власти. Такая методология не навязывает предвзятых догм, она оставляет возможность самостоятельно осмысливать конституционно-правовые институты с точки зрения их целесообразности в конкретных исторических условиях. В то же время сохраняется общая доминанта сравнительно-правового анализа, позволяющая оценивать конкретные нормы и институты под углом зрения наиболее передовых и распространенных представлений о демократии.

В современном мире насчитывается свыше 190 независимых государств.3 Естественно, что невозможно осветить в работе все особенности конституционного строя каждого из них. Да в этом и нет необходимости.

Цель работы — приобрести общие понятия об основных институтах конституционного права в сравнительном плане, что позволит получить своеобразный «ключ» к пониманию государственного строя любой страны. В то же время в интересах более углубленного и цельного, комплексного представления о государственном строе ведущих стран в работе введены понятия о США, Великобритании, ФРГ, Франции, Италии, Японии, Испании, Индии, КНР.

Глава 1. Формы государства в зарубежных странах

В конституционном праве зарубежных стран традиционно используются несколько понятий, характеризующих с разных сторон форму государства: форма правления, форма госу­дарственно-территориального устройства, форма политического режима.4 Эти три составные части используются в государствоведении для создания понятия «форма государства». Термин «форма государства» имеет доктринальное происхождение, он связан с учениями о государстве и долгое время в конституциях не употреблялся. Новые тенденции конституционного развития свидетельствуют о том, что форма государства как целостное явление становится предметом конституционного регулирования. В ряде конституций есть или были главы с названием «Форма государства». Статьи многих конституций содержат синтезиро­ванные формулировки, включающие все три названных выше элемента. Так, Конституция Бразилии 1988 г. говорит о федеративной республике, о демократическом правовом государстве, Конституция Марокко 1972 г. об унитарной демократической и социальной монархии, Кон­ституция Франции 1958 г. о неделимой, светской, социальной, демократической республике. Конституция Колумбии 1991 г. характеризует государство как «партиципаторную республику.5

Таким образом, форма государства это комплексный институт конституционного права, представляющий собой внутренне согласо­ванную систему норм, регулирующих в единстве структуру и взаимоотношения основных органов государства, политико-территориальное устройство, главные методы деятельности государственного аппарата и формы его обрат­ной связи с населением. Элементы, составляющие в теории государст-воведения форму государства, в конституционном праве служат пединститутами комплексного института «форма государства». В свою очередь, они могут выступать в качестве институтов при более дробной классификации.

Форма государства в наиболее общем виде определяет, на каких принципах построена и как территориально организована государственная власть. Форма государства определяет структуру и принципы взаимоотношений основных органов государства, деление государ­ства на составные части и юридический статус этих частей, а также методы деятельности государства и характер его пря­мых и обратных связей с гражданами.

Изучение формы государства может вестись под разными углами зрения.6 Научно-познавательный подход к изучению формы государства позволяет выявить взаимосвязи между формой государства и его содержанием, сущностью. Этим занимается главным образом теория государства и права. Инструментальный подход предполагает исследование формы государства под углом зрения обеспечения эффективности государственного руководства, действенности управления, стабильности правительства, взаимоотношений правительства с народом и т. п. Этим занимается наука конституционного права.

Формы зарубежных государств отличаются большим разнообразием. Они складываются под влиянием комплекса природно-географических, исторических, политических, социально-эконо­мических и культурно-религиозных факторов.

На форму государства могут оказать влияние условия образования государства (федеральная форма территориально-политического устройства государства в США), исторические традиции (монархия в Великобритании), перипетии внутриполитической борьбы (неоднократные модификации формы ряда государств Африки), господствующая в обществе система нравственно-религиозных ценностей (теократическая республика в Иране). Определенным обра­зом может воздействовать и субъективный фактор. Достаточно вспом­нить о том, какое влияние оказал генерал Де Голль на функциони­рование институтов Пятой республики во Франции.

Форма государства является объектом конституционного ре­гулирования. Отдельные главы под названием «Форма государ­ства» имеются лишь в немногих новейших конституциях (напри­мер, Конституция Турции 1982 г., Конституция Эфиопии 1987 г.). Однако в большинстве государств, где такая глава отсутствует, элементы, составляющие понятие «форма государства», закреп­ляются либо в тексте основного закона (например, во Франции, Испании, ФРГ), либо в отдельных конституционных законах (на­пример, в Швеции).

В странах, где отсутствует писаная конституция, форма го­сударства определяется не столько статутом (законом), сколько конвенционными нормами, которые складываются в процессе мно­говековой эволюции государственных институтов (например, пра­вовой статус главы государства — монарха в Великобритании и его взаимоотношения с Правительством).

Если в конституции отсутствует специальная глава о форме государства, то соответствующие нормы обычно помещаются в раздел, закрепляющий основы конституционного строя. Как пра­вило, эти нормы обеспечиваются повышенной правовой защитой (например, запрет на пересмотр республиканской формы правле­ния в Италии). Отдельные положения могут быть включены в раз­делы, устанавливающие территориальную организацию государ­ства и организацию органов государственной власти.

Понятие формы государства, охватывая наиболее существенные стороны организации государственной власти, является достаточно сложным по своему содержанию. Оно указывает, какие органы представляют государственную власть, каков порядок образования этих органов, каков срок их полномо­чий, каковы взаимоотношения между-органами государства (в том числе центральных и местных), наконец, каковы методы, способы приемы осуществления государственной власти.7

Глава 2. Форма правления в зарубежных государствах

Форма правления представляет собой тот элемент формы государства, который раскрывает организацию верховной государ­ственной власти, правовой статус высших органов государства, принципы взаимоотношений между ними, участие граждан в избрании этих органов.

Различают основные формы правления зарубежных госу­дарств — монархия и республика, притом каждая из этих форм имеет разновидности.

2.1. Монархия

Монархия — это такая форма правления, где глава государства монарх обладает особым юридическим ста­тусом: его полномочия носят первичный, непроизводный от какой-либо другой власти в государстве характер, он приобретает свой пост, как правило, по наследству и занимает его пожизненно.

Та или иная форма правления складывается исторически под влиянием комплекса факторов экономического, социального, по­литического, национально-этнического, культурного и религиозного характера. Оказывают свое влияние и природно-географические условия. Следует также иметь в виду, что той или иной эпохе развития общества соответствует та или иная форма прав­ления. Так, в эпоху феодализма преобладающей была монархи­ческая форма правления, новому времени более соответствует республика. Необходимо, однако, учитывать, что если раньше различия между монархией и республикой отражали различия, в степени демократизации общества, его политического строя, то сегодня сохранение в ряде стран монархии отнюдь не свидетельствует об их меньшей демократичности по сравнению с республи­ками. Это всего лишь свидетельство устойчивости политических традиций тех государств, в которых монархия уже давно рас­сматривается как элемент, объединяющий и консолидирующий нацию.

В молодых государствах Азии и Африки, где общество в со­циальном отношении еще находится в процессе трансформации, и политические институты только складываются, форма правления весьма нестабильна и может изменяться, в ту или иную сторону.

2.1.1. Монархия и её разновидности

Монархия как форма правления сохраняется в значительной части государств либо как дань исторической традиции, либо в силу сохранения в обществе значительных пережитков феодализма и архаичных форм общественной организации.

Имеется несколько разновидностей монархических форм правления. Различают абсолютную и конституционную монархию.

Абсолютная монархия8 характеризуется всевластием главы государства. В правовом отношении монарх — источник любой власти, и только он определяет ее пределы в нормативных актах, которые дарует своим подданным. В основе закона лежит воля монарха. Как форма правления абсолютная монархия получила — наибольшее распространение в эпоху позднего феодализма. Сегодня она является анахронизмом и сохраняется лишь в некоторых странах Востока, где преобладают традиционно-патриархаль­ные и феодальных формы общественной жизни. Есть, однако, страны с довольно высоким уровнем экономического развития и высокоразвитой социальной инфраструктурой, в которых, тем не менее, абсолютная монархия сохраняется как Своеобразная форма консервации традиций родоплеменной патриархальной демократии доиндустриальной эпохи.

Абсолютная монархия характеризуется обширными полномо­чиями монарха в законодательной, исполнительной и судебной сферах. Законы издаются от имени монарха, ему подчинен весь административный аппарат государства.

Конституционная монархия – это такая форма правления, при которой власть монарха осуществляется на — основе и в рамках конституции. В зависимости от степени ограничения различают дуалистическую и парламентарную монархии.

Дуалистическая монархия, как это видно из ее наименования, характеризуется разделением власти монарха с парламент том, однако разделением еще зачаточным, несовершенным, где власть монарха явно преобладает. Полномочия Монарха ограничены только в законодательной сфере, однако и в этой сфере ни один закон, принятый парламентом, не мог вступить в силу без согласия на то монарха. Эта форма правления была довольно ши­роко распространена в XIX и начале XX в.. Сегодня в развитых государствах Запада эта форма правления не встречается. В то же время она еще сохраняется в ряде стран Ближнего Востока и Магриба(Иордания, Марокко).9

При дуалистической монархии существует выборный пред­ставительный орган- парламент. Ему принадлежит право принятия законов и вотирования (одобрения) бюджета; Монарх является главой государства и обладает основными прерога­тивами в сфере исполнительной власти. Он назначает главу правительства который несет ответственность только перед монархом. Института парламентской ответственности правительства в дуалистической монархии нет. Монарх обладает правом роспуска парламента, издания чрезвычайных декретов и введения в стра­не чрезвычайного положения. Он является главнокомандующим армией.

В отличие от дуалистической парламентарная монархия яв­ляется довольно распространенной формой правления. Она суще­ствует сегодня во многих государствах мира. Парламентарная монархия характеризу­ется тем, что монарх не обладает, реальными полномочиями по управлению государством. Его полномочия носят в основном пред­ставительный характер. Кроме того, он обладает своеобразной функцией государственного нотариуса, скрепляя своей подписью все важнейшие государственные акты.

При этом его полномочия ограничиваются формальной про­веркой правильности оформления акта. Влиять на материальное содержание того или иного документа монарх, как правило, не может.

Особо следует выделить теократическую монархию, где глава государства — монарх является одновременно главой того или иного религиозного культа, представляющего одну из мировых религий. Так, духовный владыка католиков всего мира Папа яв­ляется одновременно главой государства Ватикан.10 Элементы теок­ратической монархии присущи и Саудовской Аравии, где глава государства — король не только выполняет религиозные функ­ции хранителя главных святынь мусульманского мира, но и яв­ляется главой ваххабитского направления ислама. Процедуре пе­редачи власти королю предшествует согласие узкой группы выс­ших религиозных авторитетов — улемов, а лишь затем согласие членов королевского Совета, куда входят представители много­численной семьи Саудитов. Формально Великобритания также является теократической монархией, так как со времен Генриха VIII король возглавляет англиканскую церковь. Сегодня это во многом дань традиции, поскольку фактическим главой англиканс­кой церкви уже давно является архиепископ Кентерберийский.

2.2. Республика и ее разновидности

Республиканская форма правления — самая распространен­ная в современном мире. Абсолютное большинство государств, представленных сегодня в такой универсальной международной организации, как ООН, являются республиками.

Известны три основные разновидности республиканской формы правления — президентская республика, парламентская республика, полупрезидентская республика.

2.2.1. Президентская республика

Президентская республика характеризуется следующими признаками:

1. Глава государства — президент избирается непосредствен­но населением путем либо прямых (в латиноамериканских стра­нах), либо косвенных выборов (в США, где сначала избираются выборщики от штатов, а затем последние как особая коллегия избирают Президента страны).

2. Президент обладает обширными полномочиями: он одно­временно является главой государства, главой исполнительной власти и главнокомандующим вооруженными силами.

3. В президентской республике правительство формируется внепарламентским путем, члены правительства назначаются на должность и освобождаются от должности президентом.

Отличительной чертой президентской республики является жесткая система разделения властей.11 Каждая ветвь власти — законодательная, исполнительная и судебная — обладает значитель­ной самостоятельностью по отношению к двум другим. Вместе с тем существует система «сдержек и противовесов». Парламент осу­ществляет законодательную функцию, принимает законы, обяза­тельные для исполнительной власти, однако и исполнительная власть в лице президента наделяется правом отлагательного вето на законы, принимаемые парламентом, и пользу­ется, как показывает практика, довольно часто. Тем самым президент мешает использованию законодательных полномочий парламента для подрыва конституционного механизма управле­ния и стеснения самостоятельности других ветвей власти.

Система «сдержек и противовесов» проявляется в президентской республике также в том, что парламент не может отправить правительство в отставку, но и президент не может распустить парламент.

2.2.2. Парламентарная республика

Парламентарная республика характеризуется следующими признаками:12

1. Парламент наряду с законодательной деятельностью и во­тированием бюджета обладает учредительными функциями и пра­вом контроля за деятельностью правительства. Главным из учредительных функций является формирование правительства на парламентской основе. Формально правительство назначает пре­зидент, однако делает это не по своему усмотрению, а на основе решения парламента о формировании кабинета из числа представителей партии или коалиции партий, располагающих большин­ством мест в парламенте. Обычно президент предлагает парламенту кандидатуру лидера победив­шей на выборах партии в качестве будущего главы правительства. Предложенная президентом кандида­тура главы правительства (или правительства в целом) должна получить вотум доверия в парламенте, только после этого прези­дент назначает правительство. Вотум недоверия правительству со стороны парламента влечет за собой либо отставку правительства с последующим формированием нового правительства, либо роспуск парламента и проведение досрочных парламентских выборов.

2. Глава государства — президент занимает в системе государственных органов парламентарной республики достаточно скромное место. Хотя формально он может быть наделен обшир­ными полномочиями, фактически повсеместно они ограничива­ются в основном представительскими функциями. Президент скрепляет своей подписью все важнейшие государственные акты, включая законы; осуществляет дополнительный контроль за правильностью оформления и соблюдения конституционной процеду­ры принятия законодательных и иных актов, направляемых ему на подпись. Президент, однако, не вправе отказаться от подписи вследствие несогласия с содержанием поступившего на подпись документа. Все поступающие к президенту акты должны быть контрассигнованы главой правительства или ответственным мини­стром. Легитимность президента в парламентарной республике существенно уже, чем в президентской республике, так как насе­ление не участвует в его выборах. Президент избирается парла­ментом (например, в Италии) или особой избирательной коллеги­ей (как в ФРГ).13

3. Вся исполнительная власть в парламентарной республике находится в руках правительства. Поскольку оно опирается на парламентское большинство, то имеет возможность существенно влиять на деятельность парламента, прежде всего на осуществ­ление законодательных полномочий парламента. Показательно, что большинство законопроектов, которые являются предметом пар­ламентского рассмотрения, исходят именно от правительства.

Парламентарными республиками являются сегодня ФРГ, Италия, Греция, Индия и др. Такая форма правления более при­суща развитым странам, так как предполагает довольно высокий уровень развития демократии, наличие развитой партийной сис­темы и высокой политической культуры населения.

2.2.3. Полупрезидентская республика

Полупрезидентская республика в отечественной и зарубеж­ной науке конституционного права рассматривалась не как само­стоятельная форма правления, а как переходная либо к прези­дентской, либо к парламентарной республике. Практика функци­онирования полупрезидентской республики в ряде стран, прежде всего во Франции, позволила французскому правоведу, специа­листу в области конституционного права М. Дюверже сделать вы­вод о самостоятельном существовании подобной формы правле­ния. Постепенно этот вывод получил повсеместное признание.

К характерным признакам полупрезидентской республики относятся следующие:14

1. Президент избирается непосредственно населением в ходе прямых выборов. Выборы могут проводиться в один (мажоритар­ная система относительного большинства) и в два тура (мажори­тарная система абсолютного большинства).

2. Президент наделяется обширными властными полномочиями: он является главой государства, ему принадлежат основные прерогативы в сфере исполнительной власти, он является верховным главнокомандующим.

3. В полупрезидетской республике существует правительство как самостоятельный орган исполнительной власти, работающий под общим руководством президента. Правительство назначается президентом, но нуждается в доверии парламента. Вынесение вотума недоверия может повлечь либо отставку правительства, либо роспуск парламента президентом.

Полупрезидентской была Веймарская республика в Германии с 1919 по 1933 г. Сегодня таковыми являются Франция, Португалия, большинство государств, возникших после распада Советского Союза, — Украина, Казахстан, Грузия и др.15 Особая разновидность республиканской формы правления — теократическая республика. Для нее характерно юридическое закрепление участия духовенства не только в политической жиз­ни, но и в непосредственном управлении государством. Так, кон­ституция Исламской Республики Иран 1978 г. предусматривает на­ряду с постом Президента страны пост Факиха — духовного руко­водителя иранского народа, который занимает один из высших религиозных иерархов. Его решения обязательны для светской власти и оказывают решающее влияние на ведение государствен­ных дел.

Своеобразная форма правления существует в Швейцарии, где функции главы государства и исполнительная власть осуществля­ются одним коллегиальным органом — федеральным правитель­ством. Состав правитель­ства постоянный; оно состоит из семи федеральных советников, которые назначаются федеральным парламентом после очередных парламентских выборов, и отражает партийный состав зако­нодательного органа. Из своего состава Федеральный совет изби­рает Федерального президента, обладающего чисто представи­тельскими полномочиями и совмещающего пост президента и руководителя того или иного департамента.

Глава 3. Форма государственного устройства

Под формой государственного (территориально-политичес­кого) устройства понимаются внутренняя организация государ­ственной власти, принцип деления государства на отдельные час­ти, юридический статус этих составных частей, принципы взаи­моотношений между собой центральных и региональных (местных) государственных органов.

Различают две основные формы территориально-политичес­кого устройства государства: унитарную и федеративную.16

3.1. Унитарное государство

Унитарное государство это единое, цельное, слитное го­сударство, составные части которого не обладают какой-либо политической самостоятельностью. Федеративное государство — это союзное государство, состоящее из нескольких государствен­ных образований, имеющих особый политико-правовой статус.

От федерации как формы территориально-политического устройства государства следует отличать конфедерацию как международно-правовое объединение суверенных государств. Такое объединение может преследовать различные цели: военные, политические, экономические и т. п. Со временем конфедерация может перерасти в федерацию, как это имело место в прошлом в Швейцарии и в настоящее время в Объединенных Арабских Эми­ратах, или распасться, как это произошло с Сенегамбией.

Государства — члены конфедерации сохраняют свой сувере­нитет и продолжают выступать как самостоятельные субъекты во внутренних и внешних делах. Конфедеративные органы обладают императивной властью в отношении государств-членов лишь в тех пределах, которые определены конфедеративным договором. В настоящее время конфедераций в мире нет, однако конфедера­тивные элементы имеются у. ряда союзов, например Европейско­го Союза, Британского Содружества, СНГ. В 1997 году образован Союз России и Белоруссии, который предусматривает создание общих органов, решения которых могут иметь обязательную силу для обоих государств.

На форму территориально-политического устройства оказывают влияние условия образования государства, его историчес­кие традиции и национальный состав, наличие противоречий меж­ду центром и регионами и др. В конечном счете, форма территориально-политического устройства отражает степень централизации или, напротив, децентрализации государственных функций, рас­пределение компетенции между центром и регионами.

В развитых демократиях Запада выбор формы территори­ально-политического устройства, как правило, не связан с наци­ональным составом населения, поэтому как унитарные, так и фе­деративные государства могут быть и однонациональные, и многонациональные. Общей тенденцией, однако, остается растущая децентрализация государственных функций и расширение прав местных территориальных сообществ.

3.1.1.Унитарные государства и принципы их организации

Унитарная государственность — самая распространенная в настоящее время форма государственного устройства. Унитаризм свойствен подавляющему большинству государств, которые образовались после распада колониальной системы. Однако унитарными могут быть и крупные развитые и среднеразвитые государ­ства (Великобритания, Франция, Италия, Япония, Китай, Еги­пет и др.).17

Унитарной форме государственного устройства свойственны две основные черты: во-первых, правовой статус админист­ративно-территориальных образований, составляющих унитар­ное государство, определяется центральной властью. Она же определяет, на какие административно-территориальные едини­цы делится государство, каков круг предметов ведения и компе­тенция этих единиц, сколько ступеней имеет административно-территориальное устройство государства и др. Во-вторых, центральная власть осуществляет прямой или косвенный контроль за деятельностью органов государственной власти на местах. Сегодня сравнительно редко можно встретить унитарное госу­дарство, где отсутствовали бы выборные местные органы госу­дарственной власти.18

Кроме того, унитаризм вовсе не означает унификацию местного управления. Очень часто в одном унитарном государстве мож­но встретить достаточно гибкие и разнообразные системы мест­ного управления. К тому же в унитарном государстве, как прави­ло, гарантируются права населения на местное самоуправление. Вместе с тем для унитарной формы государственного устройства характерно закрепленное в законе право на вмешательство центральной власти в дела местного управления.

Все остальные признаки унитарного государства определя­ются приоритетом общегосударственного начала в построении и деятельности этого государства. Унитарное государство имеет единую конституцию и единую правовую систему; единое гражданство; единую систему высших органов государства; единую судебную систему.

С точки зрения организации публичной власти в центре и на местах, а также характера взаимоотношений центральных и мес­тных органов все унитарные государства можно подразделить на централизованные, относительно децентрализованные и децен­трализованные.

В централизованном унитарном государстве административно-территориальные единицы единолично управляются назначен­ными из центра чиновниками, а выборные местные органы, как правило, отсутствуют (Судан, Малави). В Индонезии чиновники, управляющие соответствующими административно-территориаль­ными единицами, либо непосредственно назначаются «сверху», либо утверждаются из числа кандидатур, предложенных местными представительными органами. В некоторых европейских госу­дарствах (Польша, Болгария) областное звено территориального устройства не имеет выборных представительных органов, а административное управление осуществляют назначенные прави­тельством чиновники.

Относительно децентрализованное унитарное государство характеризуется тем, что наряду с назначенными из центра чи­новниками существуют из­бранные населением муниципальные органы Права выборных органов на мес­тах существенно ограничены, а правительственные агенты обла­дают не только обширными административными полномочиями, но и правом вмешательства в дела муниципального управления.19

В децентрализованном унитарном государстве нет назначен­ных правительством администраторов, а местное управление осу­ществляют выборные органы местных административных единиц (например, советы графств в Англии). Здесь контроль правитель­ства за деятельностью местных органов носит более опосредован­ный характер и может проявляться, например, через бюджетное и финансово-кредитное регулирование. Кроме того, в децентра­лизованном унитарном государстве существует достаточно чет­кое разграничение полномочий между центральной властью и вла­стью местных территориальных сообществ, что сближает эти го­сударства с федерациями.

3.2. Федеративные государства, их признаки и разновидности

Федеративное государство — более сложное государство, чем унитарное.20 Составные части этого государства, именуемые субъектами федерации» обладают известной политической са­мостоятельностью. Им присущи определенные признаки госу­дарства. Территориальная организация власти в федеративном государстве закрепляет децентрализацию государственных фун­кций. Сложность взаимоотношений федерации со своими субъектами предопределила меньшую по сравнению с унитарной рас­пространенность федеративной формы государственного устрой­ства. Тем не менее, в мире существует значительное число федераций, которое не только не уменьшается, но, напротив, постепенно возрастает. Наряду с существующими уже ни одно столетие «классическими» федерациями появились новые федерации в странах Европы и Африки (Нигерия).

Часто вместо термина «федеративное государство» употреб­ляется термин «союзное государство». Именно так по официаль­ной терминологии именуется «Союзная Республика Югославии». Федеративная Республика Германии — в буквальном переводе звучит как Союзная Республика Германии, а названия ее феде­ральных органов также буквально переводятся как президент Союза, союзное собрание, союзный совет.

Федеративное государство по своей природе является более демократичным, чем унитарное, поэтому федерации в основном имеют республиканскую форму правления. Есть, однако, и ис­ключения. К федерациям с монархической формой правления от­носятся такие страны, как Бельгия, Малайзия, Канада, Австра­лия. В Бель­гии, Канаде и Австралии субъекты федерации организуются по республиканскому типу, а в Малайзии часть субъектов имеет рес­публиканскую форму правления, часть — монархическую.

Федеративное государство образуется:

1) в результате дого­вора между независимыми субъектами о создании нового государственного объединения с превращением участников договора в субъектов федерации (так, тринадцать североамериканских шта­тов, отстаивающих независимость от британской короны, догово­рились о создании нового государства — Соединенных Штатов Америки);

2) путем присоединения к государству новых террито­рий и наделения их правами субъекта федерации (так, к США в результате завоевания был присоединен Техас, путем покупки — Луизиана, в ходе освоения новых территорий — штаты на западе от реки Миссисипи) или образования новых субъектов федерации на части территории прежде существовавшего государства (обра­зование земли Северный Рейн — Вестфалия из части прежних территорий Пруссии, а также пяти новых земель на территории прежней ГДР);

3) в результате повышения статуса прежних регио­нальных образований и превращения их в субъекты федерации (так, согласно поправкам к Конституции Бельгии 1831 г., приня­тым в 1988 г., Фландрия, Валлония и Брюссель становятся субъек­тами Бельгийской федерации);

4) путем эволюции конфедерации в федеративное государство с превращением прежде независи­мых государств в субъектов федерации (Швейцария после гражданской войны 1847-1849 гг., в нашем веке — Объединенные Арабские Эмираты, первоначально представлявшие собой кон­федеративную форму объединения семи княжеств Персидского залива).

Федерация как форма государственного устройства обладает рядом специфических признаков:21

1. Федерацию составляют государственные образования (штаты в США, Мексике, Индии, Австралии, земли в ФРГ и Австрии, провинции в Канаде, кантоны в Швейцарии), которые имеют статуе субъектов федерации с собственным административно-терри­ториальным устройством и собственной организацией власти. Эти образования обладают собственной компетенцией. Созданы субъекты федерации, как правило, не по национально-территориальному (хотя таковые также имеются, например, Союзная Республика Югославия), а по естественно-географическому (США, Австра­лия) или историческому (ФРГ, Австрия, Швейцария) признаку, хотя в случае с ФРГ определенную роль сыграли и политические соображения. Иногда территориальный фактор применяется в со­четании с национально-лингвистическим, как это имело место при формировании штатов в Индии.

2. В отличие от унитарного государства территория федера­тивного государства не представляет собой единого целого. Она состоит, как правило, из территорий субъектов федерации. Одна­ко в некоторых федерациях в ее состав могут входить территори­альные единицы, не являющиеся субъектами федерации (так, например, в США самостоятельными территориальными едини­цами являются федеральный округ Колумбия, на территории ко­торого размещаются все федеральные учреждения, свободно присоединившееся государство Пуэрто-Рико и некоторые другие территории; территория Бразилии состоит из штатов — субъек­тов федерации, федерального округа и двух особых территорий; в Индии наряду с 25 штатами — субъектами федерации имеется 7 союзных территорий).

3. Субъекты федерации не являются государствами в собствен­ном смысле слова, они не обладают суверенитетом, хотя он фор­мально провозглашается в некоторых федерациях. Субъекты фе­дерации, как правило, либо полностью лишены права участия в международных отношениях (Австрия), либо их внешнеполитическая компетенция сильно ограничена и осуществляется под контролем федерации (США, Канада, ФРГ, Швейцария). Как прави­ло, она касается вопросов, отнесенных к компетенции субъектов федерации и не затрагивает сферу политических отношений.

Федеративный характер государственного устройства нередко используется для отказа от участия в международных соглашениях. Например, США и Канада не ратифицировали международ­ные пакты о правах человека и ряд конвенций, МОТ, ссылаясь на особенности законодательства субъектов федерации и нежелание последних приводить его в соответствие с указанными соглаше­ниями.

4. В большинстве зарубежных федераций наряду с общефе­деральной конституцией и общефедеральными законами действу­ют конституции и законы субъектов федерации (США, ФРГ, Канада, Австрия, Швейцария и др.). При этом обеспечивается вер­ховенство федеральной конституции и федеральных законов. В то же время не во всех федеративных государствах субъекты феде­рации имеют собственные конституции. Отсутствуют конституции у субъектов федерации ряда афро-азиатских стран (Индия, Па­кистан, Малайзия, Нигерия). В некоторых федеративных государ­ствах в целях единообразного регулирования однотипных обще­ственных отношений предпринимаются организационно-правовые меры по унификации законодательства субъектов федерации. Так, в США этим занимается созданная еще в 1892 г. Национальная конференция уполномоченных по унификации законов штатов. В ФРГ этими вопросами занимается конференция министров юсти­ции германских земель, которая работает под руководством феде­рального министра юстиции. Аналогичные институты созданы и в других зарубежных федерациях.

5. В большинстве зарубежных федераций наряду с федеральным гражданством существует и гражданство субъектов федера­ции. Следует, однако, иметь в виду, что речь идет не о наличии двойного гражданства, а в двух уровнях гражданства одного государства. Предпосылкой получения гражданства субъекта феде­рации является наличие общефедерального гражданства. Наличие гражданства субъекта федерации влияет на содержание правового статуса гражданина внутри страны, но в международно-правовом плане все граждане федеративного государства имеют единый статус. Субъекты ряда зарубежных федераций не имеют собственного гражданства (Индия, Малайзия и др.).

6. Отличительным признаком федеративного государственно­го устройства является двухпалатная структура парламента. В прошлом имели место однопалатные парламенты при федератив­ном государственном устройстве (например, в Пакистане по Конституции 1962 г.).22

В настоящее время бикамерализм (двухпалатная внутренняя структура парламента) принят практически во всех федератив­ных государствах (исключение — Федеративная Республика Ко­морские острова, где существует однопалатный парламент). При этом нижняя палата повсеместно — орган общенационального представительства и формируется путем выборов по территори­альным избирательным округам. Верхняя палата, напротив, мо­жет быть выборной или невыборной, она обеспечивает представи­тельство субъектов федерации. При этом в одних странах (США, Австралии, Бразилии, Мексике, Швейцарии и др.) устанавлива­ется равное представительство субъектов федерации в верхней палате, в других (ФРГ, Канаде, Индии, Австрии) представитель­ство субъектов федерации в верхней палате определяется в зави­симости от численности населения в том или ином субъекте союз­ного государства.

7. В федеративном государстве наряду с федеральной систе­мой законодательной, исполнительной и судебной власти суще­ствуют системы законодательной, исполнительной и судебной вла­сти субъектов федерации. Порядок их организации и компетен­цию определяют, как правило, конституции субъектов федерации. Если законодательные органы субъектов федерации действуют строго в рамках компетенции этого субъекта, то исполнитель­ная власть обладает более широкой компетенцией. Она организу­ет исполнение не только местного законодательства, но и феде­ральных законов на территории соответствующего субъекта. Ана­логично решается вопрос и в отношении судебной власти субъектов федерации. Основная масса гражданских и уголовных дел рассматривается судами субъекта федерации, которые при­меняют не только местное, но и общефедеральное материаль­ное и процессуальное право. Со своей стороны федеральная исполнительная власть в ряде федераций имеет право федераль­ной интервенции, если субъект федерации неудовлетворительно исполняет свои обязанности в отношении федерации (ФРГ, Ин­дия, Аргентина).

Глава 4. Государственный режим

Конституционное право зарубежных стран содержит регла­ментацию третьего элемента формы государства — государствен­ного режима, хотя и в меньшем объеме, чем это имеет место в отношении первых двух элементов формы правления и формы территориально-политического устройства. Государственный ре­жим характеризует порядок деятельности государства, который складывается в результате использования различных форм, спо­собов, приемов и методов осуществления государственной власти. Знание этого элемента формы государства позволяет ответить на вопрос об источниках государственной власти, выявить действи­тельное значение тех или иных государственных институтов, определить соотношение организационно-дозволительных и прину­дительных методов в деятельности государства.

Понятие «государственный режим» появилось в науке кон­ституционного права сравнительно недавно, поэтому оно недо­статочно разработано в содержательном плане.23 В течение дли­тельного времени третьим элементом формы государства призна­вался политический режим. В тоталитарном государстве, где плюрализм политических интересов не признается и гражданское общество по существу отсутствует, различие между государствен­ным и политическим режимом стирается. Однако в демократическом обществе с его развитой политической системой понятие «го­сударственный режим» отличается от понятия «политический ре­жим». Последнее является более емким по содержанию и отражает практику функционирования всех политических институтов, включая наряду с государством также политические партии, мас­совые общественные организации и движения и др. Изучением политических режимов занимается специальная наука — поли­тология. В этом контексте понятие «государственный режим» при­обретает самостоятельное значение. Оно изучается государствоведческими науками и используется для характеристики форм, способов, приемов и методов деятельности самого государства, что позволяет дать функциональную характеристику государства, рассматривая его в динамике, в процессе осуществления государ­ственной власти.

4.1. Понятие государственного режима

Можно дать следующее определение государственного ре­жима как элемента формы государства. Государственный ре­жим — это определенный, основанный на нормах права поря­док деятельности (функционирования) государства, который складывается как результат использования разнообразных при­емов, способов, форм и методов осуществления государственной власти.

Государственный режим — наиболее изменчивый, наиболее подвижный элемент формы государства. Тем не менее, выбор тех или иных форм, методов, способов и приемов осуществления го­сударственной власти не является произвольным. Он определяет­ся как совокупностью внешних по отношению к государству фак­торов (экономических, социальных, идеологических и других), так и внутренних факторов организации самого государства (его фор­мы правления, территориально-политического устройства, осо­бенностей построения государственного механизма и пр.).

Государственный режим отражает практику государственной деятельности, повседневного осуществления государственной вла­сти. Этот элемент формы государства наиболее чутко реагирует на изменения политической обстановки в обществе, чем объясня­ется его сравнительно слабая правовая регламентация.24 Тем не менее, наиболее важные стороны государственного режима закреплены в конституциях и иных нормативных актах (источники государственной власти, принципы построения и деятельности государственного аппарата, уровень политической свободы в об­ществе). Если деятельность государства, используемые им формы и методы, избираемые приемы и способы имеют правовое обосно­вание, такой государственный режим признается легальным; он легитимен, т. е. законен в глазах граждан данного государства. Напротив, нелегитимный государственный режим одновременно является и нелегальным, поскольку он формируется и функцио­нирует вопреки действующим правовым установлениям. Нелегитимный государственный режим основывается не на праве, а на силе, опорой его является насилие, обосновываемое не правовы­ми, а иными доводами. Нелегитимным следует признать и такой госу­дарственный режим, при котором деятельность государства про­тиворечит или выходит за рамки установленных в конституции или в иных нормативных актах положений. Легитимный государ­ственный режим — это всегда правовой режим, поскольку госу­дарство при этом режиме может осуществлять свои полномочия в очерченных законом рамках юридической процедуры и избирать дозволенные нормами права формы и методы своей деятельности.

Поэтому легитимный государственный режим предполагает нали­чие правовой государственности.

Нелегитимный государственный режим — это, прежде всего неправовой режим. На практике это означает ничем не стеснен­ный произвол государства и его агентов. Нелегитимный государ­ственный режим часто является узурпаторским, что подразумевает как противозаконный захват власти, так и противозаконное ее осуществление. Легитимный государственный режим может трансформироваться вне-легитимный, если имеет место незаконное присвоение властных полномочий высшими должностными лицами (органами) или пре­вышение этих полномочий.

Заключение

Конституционное право зарубежных стран сформировалось как самостоятельная и автономная отрасль национального права на рубеже XVIII и XIX столетий. Это связано со спецификой и социальным предназначением конституционного права, которое призвано оградить и защитить интересы человека от возможных неправомерных покушений со стороны государства, его органов и должностных лиц. Для этого необходимо ограничение публичной власти строгими рамками права, и тем более — пресечение воз­можности злоупотреблений и произвола с ее стороны.25

В условиях господства абсолютизма или деспотической влас­ти возможность формирования особой системы норм, которые дол­жны ограничить эту власть, была почти исключена. Это, конечно, не означает, что те или иные институты конституционного права не могли появиться в сравнительно далеком прошлом. Они знако­мы и Древней Элладе и Древнему Риму, откуда пришло понятие «демократия», а также ряд других.

Становление конституционного права как отрасли националь­ного права — это сравнительно длительный и далеко не всегда прямолинейный процесс сложения отдельных норм и институтов в систему, регулирующую конституционно-правовые отношения. Тем не — менее, можно с большой долей уверенности говорить о том, что именно эпоха антифеодальных освободительных революций стала периодом утверждения конституционного права в качестве самостоятельной и ведущей отрасли национального права во всех передовых странах мира. Конечно, основные принципы и инсти­туты конституционного права возникали и складывались не на пустом месте. Их утверждению способствовали радикальные из­менения в общественной жизни, выдающиеся научные достиже­ния в познании окружающего мира, активная творческая деятель­ность выдающихся мыслителей прошлого, исследовавших место и роль человека в обществе и государстве, стремившихся раскрыть причины появления и существования публичной власти, принци­пы взаимоотношений между человеком и государством.

Именно в эпоху, предшествующую освободительным рево­люциям складываются концепции, существенно важные для фор­мирования конституционного права. В Великобритании утвержде­ние Хабеас корпус акта привело к возникновению одного из та­ких ведущих принципов современного конституционного права, как гарантия личной свободы. Также в Великобритании сформи­ровалась концепция верховенства парламента как органа народно­го представительства, противостоящего абсолютистской власти монарха, органа, осуществляющего полновластие и формально обладающего правом принимать решение по всем вопросам, ко­торые затрагивают интересы человека, общества и государства. Здесь же получила развитие концепция господства права (rule of law), которая иногда не вполне точно именуется концепцией вер­ховенства закона.26

Подчеркивая, что формирование и становление конституци­онного права — это длительный процесс, нельзя не отметить осо­бо выдающееся значение некоторых событий всемирной историй в формировании конституционно-правовых начал, в утверждении конституционной законности как высшей формы законности вооб­ще. К числу таких событий можно отнести борьбу североамери­канских колоний за свою независимость, приведшую к появлению Декларации независимости 1776 г., и Французскую буржуазную революцию конца XVIII века, манифестом которой стала Декла­рация прав человека и гражданина 1789 г.

Действительно, если попытаться посмотреть на становление и эволюцию конституционного права в исторической ретроспекти­ве, то можно сразу же заметить, что первоначальный круг пол­ноправных субъектов конституционно-правовых отношений, да и сфера применения норм конституционного права были в значи­тельной мере ограничены. Далеко не сразу важнейшие полити­ческие права обрели такие демографические и социальные груп­пы населения, как женщины, молодежь, неимущие. Только в XX веке, преимущественно с середины этого столетия, избира­тельное право, т. е. важнейшее политическое право, открываю­щее возможность непосредственного участия в делах государства, действительно стало всеобщим.

Список литературы

Иностранное конституционное право./ Отв. ред. В.В. Маклаков. М., 1999 (гл. 1-4,8,9, 11, 12).

Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Т. 1-2: Общая часть./ Отв. ред. Б.А. Страшун. М., 1996-1997; Т. 3: Страны Европы. М., 1999..

Конституционное право зарубежных стран. / Под ред. М.В. Багяая, Ю.И. Лейбо, Л.М. Энтина. М., 1999. — 4. Конституции государств Европейского Союза. М., 1997.

Конституция Украины// Конституции стран СНГи Балтии. М., 1999.

Конституция Федеративной Республики Бразилии // Право и жизнь. 1998. № 16.

Арановский Д. Государственное право зарубежных стран. М., 2001.

Баглай М.В., Туманов В.А. Малая энциклопедия конституционного пра­ва. М., 2002.

Боботов СВ. Конституционная юстиция. М., 1999.

Защита прав человека в современном мире: Сб. статей. М., 1999.

Конституции государств Центральной и Восточной Европы, М.,2001.

Михалева Н А. Конституционное право зарубежных стран СНГ. М., 2001.

Правительство, министерства и ведомства в зарубежных странах. М., 1994.

Сахаров Н.А. Институт президентства в современном мире. М., 1994.

Сравнительное конституционное право. М-., 1999.

Чиркин В.Е. Современное федеративное государство. М., 2001

1 Иностранное конституционное право./ Отв. ред. В.В. Маклаков. М., 1999 (гл. 1-4,8,9, 11, 12).

2 Защита прав человека в современном мире: Сб. статей. М., 1999.

3 Конституции государств Центральной и Восточной Европы, М.,2001.

4 Арановский Д. Государственное право зарубежных стран. М., 2001.

5 Конституция Федеративной Республики Бразилии // Право и жизнь. 1998. № 16.

6 Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Т. 1-2: Общая часть./ Отв. ред. Б.А. Страшун. М., 1996-1997; Т. 3: Страны Европы. М., 1999..

7 Арановский Д. Государственное право зарубежных стран. М., 2001.

8 Конституции государств Центральной и Восточной Европы, М.,2001.

9 Михалева Н А. Конституционное право зарубежных стран СНГ. М., 2001.

10 Баглай М.В., Туманов В.А. Малая энциклопедия конституционного пра­ва. М., 2002.

11 Михалева Н А. Конституционное право зарубежных стран СНГ. М., 2001.

12 Конституции государств Центральной и Восточной Европы, М.,2001.

13 Арановский Д. Государственное право зарубежных стран. М., 2001.

14 Чиркин В.Е. Современное федеративное государство. М., 2001

15 Конституция Украины// Конституции стран СНГи Балтии. М., 1999.

16 Чиркин В.Е. Современное федеративное государство. М., 2001

17 Конституции государств Центральной и Восточной Европы, М.,2001.

18 Правительство, министерства и ведомства в зарубежных странах. М., 1994.

19 Конституционное (государственное) право зарубежных стран. Т. 1-2: Общая часть./ Отв. ред. Б.А. Страшун. М., 1996-1997; Т. 3: Страны Европы. М., 1999..

20 Чиркин В.Е. Современное федеративное государство. М., 2001

21 Чиркин В.Е. Современное федеративное государство. М., 2001

22 Сравнительное конституционное право. М-., 1999.

23 Конституционное право зарубежных стран. / Под ред. М.В. Багяая, Ю.И. Лейбо, Л.М. Энтина. М., 1999. — 4. Конституции государств Европейского Союза. М., 1997.

24 Баглай М.В., Туманов В.А. Малая энциклопедия конституционного пра­ва. М., 2002.

25 Конституционное право зарубежных стран. / Под ред. М.В. Багяая, Ю.И. Лейбо, Л.М. Энтина. М., 1999. — 4. Конституции государств Европейского Союза. М., 1997.

26 Иностранное конституционное право./ Отв. ред. В.В. Маклаков. М., 1999 (гл. 1-4,8,9, 11, 12).