Содержание
Введение
Глава I. Понятие и виды субъектов гражданско-процессуальных правоотношений
§1. Понятие и признаки гражданских процессуальных правоотношений, субъекты гражданско-процессуальных правоотношений
§2. Суд как субъект гражданских процессуальных правоотношений, полномочия, и состав суда
Глава II. Стороны в гражданском процессе
§1. Понятие сторон
§2. Процессуальные права и процессуальные обязанности сторон, процессуальное соучастие
Глава III. Третьи лица, прокурор, субъекты, защищающие в гражданском судопроизводстве от своего имени права, свободы и законные интересы других лиц и институт представительства в гражданском судопроизводстве
§1.Понятие третьего лица в гражданско – процессуальном судопроизводстве
§2. Участие прокурора в гражданском судопроизводстве
§3. Иные участники гражданского судопроизводства, защищающие интересы от своего имени, в интересах других лиц
Заключение
Библиография
Введение
Актуальность темы исследования. Согласно статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Правовая реформа, проводимая в настоящее время в Российской Федерации, затронула в первую очередь судебную деятельность. Судебная власть, закрепленная в Конституции РФ, наряду с законодательной и исполнительной, имеет огромное значение в становлении правового государства. Осуществление правосудия по гражданским делам является одним из проявлений воли государства.
В соответствии с положением ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, устанавливающей право каждого человека «на эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами в случае нарушения его основных прав, предоставленных ему Конституцией или законом».
Комплексное изучение современных проблем правосудия, безусловно, затрагивает правовое положение сторон в гражданском процессе. Задача развития учения о сторонах — одна из первостепенных в рамках гражданского процессуального права, в связи с чем привлекала и привлекает в настоящее время внимание ученых-процессуалистов.
Необходимость исследования правовой природы процессуальных прав и обязанностей сторон в гражданском судопроизводстве обусловлена тем, что в современном российском обществе достаточно остро стоит вопрос реальной защиты прав и законных интересов граждан, провозглашённых Конституцией РФ. Анализ судебной практики свидетельствует о том, что у заинтересованных лиц не всегда имеется возможность эффективно использовать предоставленные им процессуальные права, что обусловлено как несовершенством процессуального законодательства (проблемы терминологии, двойственности в понимании, несоответствия реалиям правоприменения и т.д.), так и сложностью их реализации. Субъективные процессуальные права и обязанности имеют большое значение для гражданского и арбитражного судопроизводств, что определяет их особую актуальность. Значимость исследования этой проблемы обусловлена необходимостью совершенствования гражданского процессуального законодательства и порядка осуществления правосудия по гражданским делам, расширения субъективных гражданских процессуальных прав и усиления их гарантий.
В настоящее время важным является вопрос единства цивилистического процесса. В связи с этим возникает необходимость унификации указанного законодательства, регулирующего осуществление правосудия по гражданским делам, а также создания в дальнейшем «модельного» процессуального кодекса. Таким образом исследовательский подход к проблеме с позиции сравнительного анализа гражданского процессуального и арбитражного процессуального законодательства позволяет по-новому, более объективно осветить сложные вопросы процессуальных прав и обязанностей сторон при рассмотрении гражданских дел в суде первой инстанции.
Степень научной разработанности проблемы. Правовая природа участия в гражданском и арбитражном судопроизводствах истца и ответчика неоднократно становилась предметом научного исследования. Теоретическую основу исследования составили работы ученых конца XIX — начала XX века: Е.В. Васьковского, А.Х. Гольмстена, В.Л. Исаченко, К.И. Малышева Е.А. Нефедьева и других; работы в области теории права: Н.Г. Александрова, А.И. Денисова, Н.И. Матузова, А.В. Малько, Б.М. Семенеко, Ю.Н. Толстого, Л.С. Явича и других; научные работы в области гражданского и арбитражного процессуального права: Т.Е. Абовой, С.Ф. Афанасьева, В.А. Бабакова, З.Н. Баймолдиной, А.Т. Боннера, В.В. Бутнева, М.А. Викут, В.А. Ванеевой, В.Н. Гапеева, Л.А. Грось, Р.Е. Гукасяна, П.Ф. Елисейкина, Г.А. Жилина, В.М. Жуйкова, И.М. Зайцева, В.Н. Захарова, Н.Б. Зейдера, А.И. Зинченко, О.В. Иванова, О.В. Исаенковой, А.Ф. Козлова, К.И. Комиссарова, П.П. Колесова, Н.В. Кузнецова, А.А. Мельникова, Э.М. Мурадьян, В.А. Мусина, Г.Л. Осокиной, Ю.А. Поповой, А.Г. Плешанова, И.М. Пятилетова, Н.А. Рассахатской, В.И. Тертышникова, М.К. Треушникова, Д.М. Чечота, Н.В. Ченцова, Н.А. Чечиной, М.С. Шакарян, В.И. Щеглова, К.С. Юдельсона, В.В. Яркова и других.
Цель исследования заключается в теоретическом изучении вопросов понятия и реализации субъективных процессуальных прав и обязанностей сторон в гражданском и арбитражном судопроизводствах и в выработке на этой основе предложений по совершенствованию гражданского процессуального законодательства.
Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи исследования: сформулировать определение понятия «стороны» в гражданском процессуальном праве; определить понятие субъективного процессуального права истца и ответчика; определить понятие субъективной процессуальной обязанности истца и ответчика; выявить основные проблемы, возникающие при реализации процессуальных прав и исполнении процессуальных обязанностей сторонами при рассмотрении гражданских дел судами первой инстанции; на основе сравнительного анализа нового процессуального законодательства и существующих научных точек зрения по проблеме процессуальных прав и обязанностей сторон сформулировать собственный подход к данной проблеме; разработать предложения по совершенствованию действующего законодательства.
Объектом исследования выступают гражданские процессуальные отношения по реализации процессуальных прав и обязанностей сторон при рассмотрении гражданских дел в суде первой инстанции.
Предметом исследования являются:
— проблемные аспекты института сторон в гражданском и арбитражном судопроизводствах;
— основные теоретические аспекты процессуальных прав и обязанностей сторон;
— правовые нормы, регулирующие реализацию процессуальных прав и исполнение процессуальных обязанностей сторонами;
— судебная практика по применению норм, регулирующих реализацию процессуальных прав и исполнения процессуальных обязанностей в суде первой инстанции.
Методология исследования. Работа основана на диалектическом методе познания правовой действительности, который предполагает объективность, всесторонность исследования. Наряду с этим в работе использованы также общенаучные методы — анализа и синтеза, логический, исторический и частнонаучные методы: сравнительно-исторический, формально-логический, а также метод изучения и обобщения судебной практики и др.
Структура работы. Работа состоит из введения, трех глав, объединяющих пять параграфов, заключения, библиографического списка.
Глава I. Понятие и виды субъектов гражданско-процессуальных правоотношений
§ 1. Понятие и признаки гражданских процессуальных правоотношений, субъекты гражданско-процессуальных правоотношений
Процесс судебного рассмотрения и разрешения юридических дел предусматривает взаимодействие суда с другими субъектами, вовлекаемыми в сферу осуществления правосудия по разным причинам (защита субъективных прав, свобод, законных интересов, оказание помощи суду и т.п.). Складывающиеся при этом отношения между названными субъектами и судом являются разновидностью общественных отношений.
Общественное отношение означает связь между субъектами (индивидуальными или коллективными), в рамках которой действия одного субъекта влияют на положение другого. Побудительным мотивом вступления субъектов в общественные отношения является необходимость удовлетворения того или иного интереса. Вне сферы правового регулирования общественные отношения упрощаются до той степени, которая обеспечивает их участникам наибольшее, преимущественно взаимное удовлетворение интересов. Иными словами, определяющим началом общественных отношений является интерес его участников.
Это справедливо и для процессуальных правоотношений. Так, вступая в процесс, истец преследует цель — удовлетворение потребности в защите своих нарушенных прав. Ответчик выступает носителем аналогичной потребности, только в роли лица, оспаривающего его права, выступает истец. Если не считать возможности участия в таком правоотношении других заинтересованных лиц (например, третьих лиц), то процессуальное отношение было бы идеальным в виде простой связи истца и ответчика. Например, способом разрешения споров можно избрать бой и т.п. В таком отношении возможности участников полностью совпадают с их действиями, т.е. форма и содержание едины.
В то же время развитие общества требует более цивилизованных способов разрешения споров, возникает общественный интерес в установлении справедливого и четкого порядка разрешения индивидуальных конфликтов. Появляется суд, разрешающий спор исходя из фактических обстоятельств, а вместе с этим и необходимость вовлечения в сферу разрешения спора новых субъектов (свидетелей, экспертов, переводчиков и т.п.). Эти люди абсолютно не заинтересованы участвовать в таких отношениях. Следовательно, необходим механизм, обеспечивающий их принуждение к этому, но вместе с тем и предоставление необходимых гарантий соблюдения их собственных интересов. Процесс разрешения споров насыщается большим количеством лиц, а бывшее в его основе отношение между истцом и ответчиков исчезает, так как только суд способен удовлетворить потребности в защите нарушенных прав, а значит, вступать в отношение необходимо с ним. Отношения истец — ответчик потеряли смысл, так как они не способны привести к желаемому результату.
Процесс все более и более усложняется. Для того чтобы действия и решения суда были справедливыми в глазах общества, его необходимо унифицировать, подчинить постоянным требованиям, стоящим выше суда и иных субъектов. Появляется совокупность правил поведения (правовых норм), которые в абстрактном соотношении друг с другом представляют правовую модель разрешения правовых конфликтов. Эта модель определяет меру должного и возможного поведения каждого лица (истца, ответчика, свидетеля, суда), учитывая при этом интерес его участия в процессе, а также соблюдая баланс между его свободой и долженствованием других, на которых может отразиться результат использования такой свободы. Правовая сущность абстрактных субъектов образована нормами, определяющими условия их участия в процессе (право и дееспособность), меру должного и возможного в их поведении (права, обязанности и гарантии их осуществления), а также последствия поведения, вредного для достижения целей и задач гражданского судопроизводства (гражданская процессуальная ответственность). Иными словами, такую модель можно описать как совокупность правовых статусов субъектов, взаимодействие которых служит целям и задачам разрешения правовых конфликтов.
В абстрактном виде модель процесса построена на основе связей (отношений) между названными идеальными субъектами (правовыми статусами) и существует с момента принятия источника процессуального права (наиболее важный — ГПК РФ). То есть то, что можно назвать правоотношениями с точки зрения смысла слова «отношение», существует в виде связи (соотношения) правовых статусов субъектов гражданского судопроизводства. Действительно, не нужно возбуждать конкретное гражданское дело, чтобы проследить правовую связь между судом (в идеальном виде — правовым статусом суда) и истцом (в виде его правового статуса). Такая связь (отношение), безусловно, есть. А так как это связь между правовыми абстракциями, то именно ее и нужно называть правоотношением, т.е. отношением между правовыми сущностями. Такой подход не лишен смысла, так как применим по крайней мере для двух целей.
А. Для законодательного процесса. Ведь законодатель, разрабатывая и анализируя законопроект, исходит из соотношения абстрактных моделей субъектов, правовое положение которых будет определяться разрабатываемыми им нормами. Так, одним из положений теории права является аксиома «нет права без обязанности». То есть в правоотношении праву каждого управомоченного субъекта должна соответствовать обязанность субъекта обязанного. Наличность такого соотношения прав и обязанностей наиболее очевидна при анализе связи абстрактных субъектов (правовых статусов).
Б. Для процесса изучения категории «процессуальное правоотношение», так как его анализ неизбежно связан с необходимостью сопоставления абстрактных субъектов в их взаимодействии.
В то же время, несмотря на смысловую и терминологическую чистоту названного подхода, нельзя оставлять в тени результат воздействия права на объект правового регулирования. При производстве по конкретному гражданскому делу абстрактный субъект оживает, объективируется в действиях конкретного лица, который, участвуя в рассмотрении и разрешении правового конфликта, взаимодействует с другими лицами, которые, так же как и он, реализуют свои права и обязанности. Здесь необходимо заострить внимание на том, что объективизация, конкретизация абстрактного правоотношения происходит именно по субъекту, а не по его действиям.
Так, из определения «правоотношение — урегулированное правом общественное отношение» можно понять, что правоотношение — результат воздействия правовой нормы на общественное отношение. Как если бы было общественное отношение, существование которого абсолютно независимо от права, и в определенный момент на него подействовали правовые нормы, в результате чего оно приобрело форму, которая наиболее удобна обществу и государству, и стало правоотношением. Именно такой вывод напрашивается из приведенного определения. Однако данный вывод, как и приведенное определение, не совсем правильно отражает сущность категории «правоотношение».
В действительности объективизация абстрактного права, а точнее, системы взаимосвязанных правовых норм (абстрактного правоотношения в целом), происходит уже при совершении субъектом первого действия, направленного на удовлетворение его интереса. Абстрактное правоотношение в полном объеме связей между составляющими правовых статусов участвующих в нем субъектов с момента его установления нормами права пребывает в состоянии потенциальной готовности к наложению на конкретные субъекты. Иными словами, в правоотношении право и общественные отношения не выступают в роли равноправных составляющих.
Право формирует правоотношение в его статической полноте, тогда как действия конкретных субъектов и обстоятельства объективной действительности (выступая в роли юридических фактов) лишь динамически конкретизируют отдельные его составляющие, делая их осязаемыми. Например, как только лицо обращается в суд с исковым заявлением, между ним и судом в полном объеме возникает правоотношение, одними из многочисленных составляющих которого являются право заявителя на обращение в суд и обязанность суда рассмотреть данное заявление и принять решение о возбуждении производства по гражданскому делу. Для точного определения данного правоотношения между судом и заявителем более подходит определение «основанная на праве связь суда и заявителя».
Действительно, с момента обращения лица в суд у него, так же как и у суда, появляется большой объем прав и обязанностей, большая часть которых никогда не будет реализована в их конкретных действиях. То есть реальных «общественных отношений, урегулированных правом», будет намного меньше, чем связей между правами и обязанностями, появившихся у суда и истца. Например, при обращении в суд заявитель имеет право ходатайствовать об отсрочке или рассрочке уплаты государственной пошлины. Суд имеет соответствующую данному праву обязанность рассмотреть ходатайство и принять решение об отсрочке или рассрочке. Однако данное право может быть и не реализовано заявителем (чаще всего так и бывает). В то же время такое право есть, как есть и соответствующая ему обязанность суда, т.е. в отношении вопроса о рассрочке или отсрочке уплаты государственной пошлины между судом и истцом с момента обращения его в суд всегда есть связь, основанная на праве. Аналогичный анализ можно провести и в отношении многих других прав заявителя, или истца. Например, право воспользоваться услугами представителя. Наличие на стороне обращающегося в суд лица данного права не зависит от его реализации. То есть даже если истец не выберет представителя, между ним и судом до окончания производства по делу будет существовать связь, основанная на том, что нормы гражданского процессуального права предоставляют истцу право иметь представителя, а на суд возлагают обязанность обеспечивать реализацию истцом данного права. Иными словами, то абстрактное правоотношение, о котором шла речь ранее, оживает в полном объеме при обращении лица в суд. Его первичная конкретизация происходит для истца с момента его обращения в суд. В дальнейшем в зависимости от действий истца, а также обстоятельств дела будет происходить последующая объективизация отдельных правомочий (представление доказательств, заявление ходатайств, изменение иска и т.п.), однако объем правоотношения останется неизменным до тех пор, пока оно не прекратится в связи с прекращением производства по делу. Так, например, если производство по конкретному делу прекратилось в связи с отказом истца от иска, это не значит, что между судом и истцом не существовало связи, в рамках которой истец имел право на рассмотрение и разрешение дела, а суд имел соответствующую обязанность. Такая связь была, равно как и все иные связи, в рамках которых истец и суд на основе норм гражданского процессуального права имеют корреспондирующие друг другу права и обязанности. Истец просто не реализовал ее своими действиями. Процессуальное правоотношение всегда возникает в полном объеме правовых связей между правами и обязанностями взаимодействующих субъектов. В том объеме прав и обязанностей, который обеспечивает процессуальное право для эффективной деятельности субъектов по удовлетворению их интересов и достижению целей и задач производства по делу. В дальнейшем правоотношение может изменяться или прекратиться в связи с появлением дополнительных обстоятельств, влияющих на его стандартную модель.
Из приведенных рассуждений можно сделать промежуточный вывод: гражданское процессуальное правоотношение — основанная на нормах гражданского процессуального права связь между субъектами, наделенными корреспондирующими правами и обязанностями, оптимальное взаимодействие которых служит сбалансированному удовлетворению интересов каждого из субъектов наряду с интересами общества и государства.
Вступление в процессуальное правоотношение того или иного субъекта связано с необходимостью удовлетворения частного (истец, ответчик, третьи лица) или общественно-государственного интереса (суд, прокурор, субъекты, обращающиеся в суд для защиты прав других лиц, свидетели и т.п.). Эти интересы отражены в целях гражданского судопроизводства (ст. 2 ГПК РФ) и могут быть удовлетворены путем рассмотрения и разрешения гражданских дел.
Единственным субъектом, способным к рассмотрению и разрешению гражданских дел, а значит, и к удовлетворению указанных интересов, является суд. Следовательно, любому другому субъекту, вовлеченному в сферу осуществления правосудия по гражданским делам, нет необходимости вступать в процессуальные отношения с кем-либо из субъектов, если одним из участников не является суд. Права и обязанности любого из субъектов всегда корреспондируют соответствующим правам и обязанностям суда. Таким образом, суд в гражданском судопроизводстве является постоянным участником любого гражданского процессуального правоотношения.
Вместе с тем, по мнению отдельных ученых, возможны самостоятельные отношения между сторонами в гражданском процессе. Речь идет об отношениях между субъектами, об определении договорной подсудности, отношениях между соучастниками по поводу поручения одному из них ведения дел от имени остальных, правоотношениях, связанных с заключением мирового соглашения. Действительно, на первый взгляд эти правоотношения возможны без участия суда. Однако при ближайшем рассмотрении становится ясно, что и в них присутствует судебный контроль, свидетельствующий об участии суда и в этих правоотношениях. Это касается и нового вида правоотношений между сторонами, наличие которых предусматривает ГПК РФ в ст. ст. 71 и 149. В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 149 ГПК РФ при подготовке дела к судебному разбирательству истец или его представитель передает ответчику копии доказательств, обосновывающих фактические основания иска. Ответчик или его представитель при подготовке дела к судебному разбирательству в соответствии с п. п. 2, 3 ч. 2 ст. 149 ГПК РФ представляет истцу или его представителю возражения в письменной форме относительно исковых требований, передает истцу или его представителю доказательства, обосновывающие возражения относительно иска. Часть 3 ст. 71 ГПК РФ устанавливает обязанность лиц, участвующих в деле, в случае представления в суд письменных доказательств направлять их копии другим лицам, участвующим в деле. О том, что данные действия совершаются под контролем суда, свидетельствует норма ч. 2 ст. 150 ГПК РФ, в соответствии с которой суд в порядке подготовки дела к судебному разбирательству направляет или вручает ответчику копии заявления и приложенных к нему документов, обосновывающих требования истца, и предлагает представить в установленный срок доказательства своих возражений. Это свидетельствует о том, что действия сторон при подготовке дела к судебному разбирательству совершаются под контролем суда.
Все процессуальные правоотношения являются относительными и двусторонними. Их относительность проявляется в том, что в любом правоотношении можно проследить правовую связь между несколькими конкретными субъектами, в отличие от абсолютных правоотношений, где управомоченному субъекту противопоставлено неограниченное количество обязанных субъектов. Двусторонний характер процессуальных правоотношений заключается в наличии на стороне каждого субъекта как прав, так и обязанностей. Даже на стороне такого, казалось бы, полностью обязанного лица, как свидетель, наличествует право давать показания на родном языке, право воспользоваться свидетельским иммунитетом и т.п., которым корреспондируют соответствующие обязанности суда.
Подавляющее большинство гражданских процессуальных правоотношений начинается либо с момента возбуждения производства по делу, либо после его возбуждения. Однако возможны процессуальные правоотношения и до возбуждения производства по делу. Так, при обращении лица в суд между ним и судом возникает правоотношение, предусмотренное нормами гражданского процессуального права. Исходя из ч. 2 ст. 134, ч. 2 ст. 135, ч. 2 ст. 136 ГПК РФ, вторым, помимо суда, субъектом данного процессуального правоотношения является заявитель. До возбуждения производства по делу в деле не может быть истца.
В то же время нельзя проигнорировать рассматриваемые правоотношения и сказать, что до возбуждения производства по делу нет и не может быть процессуальных правоотношений. Если суд найдет основания для возбуждения производства по делу, правоотношение между заявителем и судом изменится в правоотношение суд — истец. Тогда как при отказе в принятии искового заявления или возвращении искового заявления возникшее между заявителем и судом процессуальное правоотношение прекратится.
Вопрос о содержании гражданского процессуального правоотношения не получил в науке гражданского процессуального права однозначного определения. Ряд ученых относят к содержанию процессуального правоотношения субъективные процессуальные права субъектов. Другие ученые считают, что содержание процессуального правоотношения образовано процессуальными действиями субъектов. Помимо этого, существует мнение о том, что в гражданском процессуальном правоотношении необходимо выделять юридическое (права и обязанности) и фактическое (деятельность субъектов) содержание.
Анализ правоотношения с точки зрения взаимодействия формы и содержания позволяет сделать вывод о том, что содержанием гражданского процессуального правоотношения являются субъективные процессуальные права и обязанности его субъектов.
Содержание — философское понятие, неотделимое от понятия «форма». Единство формы и содержания — аксиоматическое правило, выражающее неотделимость внешнего и внутреннего проявления сущности того или иного объекта, явления. Содержание — единство всех основных элементов целого, его свойств и связей, существующее и выражаемое в форме.
Форма — способ существования содержания, неотделимый от него и служащий его выражением. Если за основу рассуждений принять посылку, что гражданское процессуальное правоотношение — форма, следовательно, необходимо определить содержание правовой связи между субъектами. Связь, о которой идет речь, отражает взаимное существование субъектов, при котором действия одного влияют на положение другого. Взаимодействие субъектов в правоотношении происходит благодаря наличию в структуре их правового статуса прав и обязанностей. При этом праву одного субъекта всегда соответствует обязанность другого. Без этого правоотношение просто потеряло бы смысл. Именно благодаря субъективным правам и обязанностям возможна устойчивая правовая связь между субъектами. Правоотношение (связь) как форма неотделима и служит выражением способа существования субъективных прав и обязанностей в их нераздельном и взаимозависимом взаимодействии. В абстрактном виде правоотношение — связь идеальных субъектов, их правовых статусов. В объективной действительности правоотношение — связь между конкретными лицами, обладающими правовыми статусами того или иного субъекта. Как в первом, так и во втором случае объединяющим звеном в данной связи выступают права и обязанности, играющие роль содержания отношений между субъектами. И наоборот, субъективные права и обязанности могут существовать только в форме правоотношений, при которой каждому праву соответствует определенная обязанность, а за нарушение прав и невыполнение обязанности предусмотрены меры ответственности.
Действия субъектов не могут выступать в роли содержания правоотношения. Получается, что форма шире содержания. Это можно сравнить с выводом о том, что предметы, положенные в ящик письменного стола, имеют форму стола. Форма и содержание существуют в неразрывном единстве. Они должны соответствовать друг другу без каких-либо исключений.
Кроме того, если форма — способ существования содержания, значит, действия субъектов могут существовать в форме правоотношений. Как же тогда быть с правами и обязанностями субъектов? Ряд ученых относят их к категории формы правового отношения, говоря о поведении субъектов как о его содержании.
Из такого подхода можно заключить, что процессуальное правоотношение — самостоятельное понятие, для которого необходимо определять и форму, и содержание. Форма процессуального правоотношения — процессуальные права и обязанности, а содержание — действия субъектов. Но в этом случае неизбежно приходится уходить от того, что между правами и обязанностями есть связь. То есть само понятие «правоотношение» теряет смысл. Если формой называть право или обязанность, а действия называть содержанием, то уместно забыть о категории «правоотношение» и разрабатывать категорию «правоповедение», потому что права и обязанности играют роль формы именно для того поведения, которое им соответствует. Ведь в этом случае нет необходимости рассматривать права и обязанности в их связи друг с другом. Субъективное право (мера возможного поведения) — форма. Поведение управомоченного лица — содержание.
Форма — способ существования содержания. Значит, субъективное право, юридическая обязанность — способ существования поведения. Субъективное право, обязанность — самостоятельные понятия, которые не включают в себя взаимодействие друг с другом. Такое взаимодействие (связь) включено в понятие «правоотношение». В этом его ценность. При выбранном подходе она теряется.
Исходя из изложенного, можно сделать вывод, что содержанием процессуального правоотношения являются находящиеся в неразрывной связи субъективные процессуальные права и юридические обязанности. Для эффективного правового регулирования права и обязанности могут существовать только в форме взаимодействия (связи), в роли которой выступает правоотношение. Справедливое распределение должного и возможного между субъектами взаимодействующих интересов влияет на форму их взаимодействия, при которой степень долженствования соответствует степени и направленности свободы. Таково единство формы и содержания в том, что касается категории «гражданское процессуальное правоотношение».
Представляя собой правовую связь между субъектами, любое правоотношение всегда имеет определенный объект, т.е. то, на что направлено взаимодействие субъектов. Конструкция правоотношения предусматривает такое оптимальное распределение и взаимодействие прав и обязанностей, при котором возможно взаимное удовлетворение законных интересов всех субъектов. В гражданском судопроизводстве удовлетворение частных и общественно-государственных интересов возможно путем рассмотрения и разрешения юридических дел. Следовательно, общим требованием к распределению должного и возможного в поведении субъектов является оптимальное их соотношение с точки зрения, во-первых, повышения эффективности рассмотрения и разрешения дела, а во-вторых — особенностей отношения каждого участника к рассматриваемому делу (очевидно, что отношение свидетеля отличается от отношения истца к рассматриваемому делу).
Очевидно, что все процессуальные отношения в большей или меньшей степени служат одной цели — рассмотрению и разрешению юридического дела. Каждый из субъектов имеет к этому процессу различное отношение: свидетель не имеет личной заинтересованности, но обладает необходимой информацией; истец — лично заинтересован в разрешении дела в его пользу и т.п. Но правовой статус каждого состоит, в частности, из прав и обязанностей, реализация которых в большей или меньшей степени служит рассмотрению и разрешению юридического дела. Таким образом, общим объектом всех гражданских процессуальных правоотношений является подлежащее судебному рассмотрению и разрешению юридическое дело. При этом объект отдельных процессуальных правоотношений может отличаться от общего объекта. Так, например, объектом отношений «суд — эксперт» является заключение эксперта; «суд — свидетель» — показания свидетеля и т.п.
Единство объекта и одного из субъектов (суда) любого процессуального правоотношения лежит в основе мнения, в соответствии с которым при производстве по конкретному юридическому делу возникает одно процессуальное отношение со сложной структурой, состоящей из системы элементарных правоотношений типа «суд — истец», «суд — ответчик», «суд — свидетель» и т.п.. С таким мнением трудно согласиться.
Вне всяких сомнений, все процессуальные правоотношения взаимосвязаны. Гражданское судопроизводство отличается стадийностью, процессуальные действия совершаются в логической последовательности, каждое предыдущее действие выступает условием совершения последующего. Однако связь так называемых элементарных правоотношений между собой системная. Ее наличие еще не является основанием для вывода об объединении всех процессуальных правоотношений в одно сложное. Действительно, процессуальное правоотношение — правовая связь между субъектами гражданского судопроизводства. Связь, содержанием которой выступают права и обязанности субъектов. Однако в подавляющем большинстве случаев у других, помимо суда, субъектов нет взаимных прав и обязанностей. В сложном же, многосубъектном правоотношении каждый из субъектов должен иметь по отношению друг к другу права и обязанности. Только тогда все они будут объяты связью, в отношении которой можно применить термин «правоотношение». В противном случае, что как раз и характерно для гражданского судопроизводства, можно говорить о системе правоотношений с той или иной степенью зависимости единичных правоотношений друг от друга. В гражданском судопроизводстве степень такой зависимости очень высока.
Таким образом, гражданское процессуальное правоотношение — порожденная нормами гражданского процессуального права и конкретизированная наложением на реальных субъектов связь суда и участника гражданского судопроизводства, содержанием которой выступают их взаимные права и обязанности, распределенные в правовом статусе суда и взаимодействующего с ним субъекта в зависимости от роли последнего в процессе рассмотрения и разрешения юридических дел, а также оптимального баланса частных, общественных и государственных интересов, способных найти удовлетворение в сфере осуществления правосудия по гражданским делам.
§ 2. Суд как субъект гражданских процессуальных правоотношений, полномочия, и состав суда
В соответствии со ст. 4. Федеральный конституционный закон от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации». Правосудие в Российской Федерации осуществляется только судами.
Таким образом, обязательным субъектом гражданского процессуального правоотношения является суд.
Суд – орган власти, наделенный компетенцией (полномочиями) по осуществлению правосудия путем разрешения гражданских и уголовных дел. Поэтому суд – не только обязательный, но и решающий субъект гражданского процессуального правоотношения. Властные полномочия суда проявляются одновременно как его права и обязанности, для выполнения которых суды совершают многочисленные процессуальные действия.
Особое положение суда как субъекта гражданских правоотношений определяется конституционными принципами правосудия и статусом судей.
Суд является не только обязательным, но и решающим субъектом гражданского процессуального правоотношения, поскольку это орган власти, который наделен полномочиями по осуществлению правосудия путем решения гражданских и уголовных дел.
Суд осуществляет руководство процессом, направляет действия всех участников процесса, разъясняет лицами, участвующими в деле, их права и обязанности, обеспечивает выполнение ими процессуальных прав и обязанностей, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицами, участвующими в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении дела, выносит постановления. Поскольку суд является органом власти, то и полномочия его по отношению к другим участникам процесса нося властный характер.
Суд, являясь участником гражданских процессуальных правоотношений, наделен не только процессуальными правами, но и обязанностями по отношению к другим участникам процесса. В частности, у суда существует обязанность принять исковое заявление, рассмотреть ходатайство.
В зависимости от оснований классификации процессуальные права, обязанности и соответствующие им действия суда могу различаться по стадиям процесса, по субъектам, имеющим право или обязанным совершить соответствующие действия, и по условиям их совершения.
Вопрос о количественном составе суда решается с учетом судебной системы и стадии процесса.
Субъектами гражданских процессуальных правоотношений являются суды первой инстанции, апелляционные и суды кассационной и надзорной инстанций.
В настоящее время мировые судьи рассматривают гражданские дела в первой инстанции всегда единолично, федеральные судьи рассматривают их единолично, если коллегиальный состав суда из трех судей не предусмотрен законом. Так, согласно п.1 4 ст. 10 и п.1 ч.1 ст.15 Федерального конституционного закона от 23 июня 1999 года «О военных судах Российской Федерации» гражданские дела, отнесенные к подсудности Военной коллегии Верховного Суда РФ и окружного (флотского) военного суда, рассматриваются единоличным судьей, состоящей из трех профессиональных судей.
В коллегиальном составе суд рассматривает дела о расформировании избирательной комиссии или комиссии референдума (ч. 3 ст. 260 ГПК от 14.11.2002 г. №138-ФЗ).
Рассмотрение дела в апелляционном порядке по апелляционной или частной жалобе на не вступившие в законную силу решение или определение мирового судьи осуществляет единолично судья районного суда (ч. 3 ст. 67 ГПК). Проверка же правильности не вступивших в законную силу постановлений федеральных судов соответственно в кассационном и надзорном порядке всегда осуществляется коллегиальным судом.
Таким образом, принцип сочетания единоличного и коллегиального рассмотрения гражданских дел в российском гражданском, арбитражном процессах действует только в производстве в суде первой инстанции.
Состав кассационной инстанции, рассматривающий конкретное гражданское дело, включает тех профессиональных судей суда соответствующего уровня, к компетенции которого относится проверка законности и обоснованности не вступивших в законную силу постановлений суда первой инстанции (ст. 337 ГПК). Один из судей председательствует в процессе, обычно это штатный председатель судебного состава соответствующего суда. При разрешении всех вопросов, возникающих при рассмотрении дела, все судьи кассационного суда равны.
В составе надзорной инстанции должно быть не менее трех профессиональных судей суда соответствующего уровня, к компетенции которого относится проверка законности вступивших в силу судебных постановлений (ст. 337 ГПК). Конкретное же количество судей зависит от суда, рассматривающего дело в порядке надзора.
Кроме того, следует отметить, что в настоящее время, несмотря на то, что закон не предусматривает специализацию судей, последняя на практике имеет место быть и играет решающее значение при формировании состава суда для рассмотрения того или иного дела.
Мировой судья, а также судья не может рассматривать дело и подлежит отводу, если он:
при предыдущем рассмотрении данного дела участвовал в нем в качестве прокурора, секретаря судебного заседания, представителя, свидетеля, эксперта, специалиста, переводчика;
является родственником или свойственником кого-либо из лиц, участвующих в деле, либо их представителей;
лично, прямо или косвенно заинтересован в исходе дела либо имеются иные обстоятельства, вызывающие сомнения в его объективности и беспристрастии.
В состав суда, рассматривающий дело, не может участвовать рассмотрении этого дела в суде апелляционной, кассационной или надзорной инстанции.
Судья, принимающий участие в рассмотрении дела в суде кассационной инстанции, не может участвовать в рассмотрении этого дела в судах первой и надзорной инстанции.
Это необходимо для обеспечения беспристрастности суда. Идея, согласно которой в составе справедливого суда не должно быть лиц, ранее участвовавших в разбирательстве, основана на предположении, что люди склонны придерживаться прежнего мнения даже в иной роли.
Судья, принимающий участие в рассмотрении дела в суде надзорной инстанции, не может, не может участвовать в рассмотрении этого дела в судах первой инстанцию.
В соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Решением Промышленного районного суда г. Самары от 01.08.2005 за К. признано право собственности на квартиру N 51 в доме N 14/6 по ул. Вятской в г. Самаре.
В кассационном порядке дело не рассматривалось.
Определением того же суда от 07.02.2006 решение суда от 01.08.2005 разъяснено и указано на то, что за К. признано право собственности на квартиру N 51 в доме N 14/6 по ул. Вятской в г. Самаре общей площадью 35,7 кв. м, жилой площадью 19,9 кв. м.
В кассационном порядке данное определение не обжаловалось.
Президиум Самарского областного суда решение и определение районного суда отменил, указав следующее.
К. обратилась в суд с иском к ООО «Кросс» о признании права собственности на однокомнатную квартиру по адресу: г. Самара, ул. Вятская, д. 14/6, кв. 51, указав, что 04.06.2001 между ней и ООО «Кросс» был заключен договор N 51 о долевом участии в строительстве жилого дома в г. Самаре по ул. Рыльской, 7 (в настоящее время — ул. Вятская, 14/6). Оплату по договору она произвела в полном объеме, однако ответчик, несмотря на завершение строительства дома и принятие его в эксплуатацию, не передает необходимый пакет документов для регистрации объекта недвижимости в Регистрационную палату из-за наличия финансового спора с ОАО «Самарский сталелитейный завод».
Ссылаясь на то, что в результате действий ответчика она лишена возможности зарегистрировать право собственности на квартиру, К. просила суд признать за ней право собственности на квартиру N 51 в доме N 14/6 по ул. Вятской в г. Самаре.
В соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Удовлетворяя требования К., суд руководствовался положением ст. 218 ГК РФ и при этом признал установленным, что 04.06.2001 между истицей и ООО «Кросс» был заключен договор N 51 о долевом участии в строительстве жилья, по которому свои обязательства об оплате стоимости однокомнатной квартиры N 51, расположенной на 1-м этаже в доме N 7 по ул. Рыльской в г. Самаре, она выполнила, тогда как дом в эксплуатацию не сдан.
Между тем в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ судом не были приняты меры к установлению всех обстоятельств, имеющих значение для дела.
В надзорной жалобе А. указывает на то, что имеющийся в деле договор долевого участия от 04.06.2001 не соответствует фактическим обстоятельствам, поскольку первоначально договор был заключен от имени его жены — А-й и оплата по договору производилась из их общих средств.
К жалобе приложен договор о долевом участии в строительстве от 04.06.2001, заключенный на имя А-й.
Кроме того, 04.06.2001 договор от имени К. не мог быть заключен, поскольку она в это время носила фамилию А-я и стала К. в 2003 г. в связи с браком.
Как следует из материалов дела, договор от 04.06.2001 на имя К. содержит указание на данные паспорта, выданного К. 28.03.2003, что подтверждает доводы А. в указанной части.
Между тем названные несоответствия в договоре долевого участия в строительстве от 04.06.2001 на имя К. судом оставлены без внимания, тогда как имели значение для дела.
Переоформление А-й впоследствии договора на имя своей дочери от первого брака — К-й И.Г., как указывает А. в надзорной жалобе, было произведено незаконно, в ущерб его правам и интересам, поэтому данный договор им оспорен в судебном порядке.
При новом рассмотрении дела суду следует привлечь к участию в деле А., а также обсудить вопрос об объединении настоящего дела с делом по иску А. к К-м, ООО «Кросс» о признании частично недействительными договоров о долевом участии в строительстве квартиры и нежилого помещения, также находящегося в производстве Промышленного районного суда.
Решение и определение Промышленного районного суда г. Самары отменены, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.
Закон четко определяет порядок разрешения заявленного самоотвода и отвода как при единоличном рассмотрении дела судьей, так и при рассмотрении дела коллегиальным составом суда. Вопрос о самоотводе или об отводе разрешается только в совещательной комнате независимо от того, заявлен (самоотвод) в судебном заседании или при совершении отдельного процессуального действия, например при назначении экспертизы в стадии подготовки дела к судебному разбирательству.
До удаления суда (судьи) в совещательную комнату выслушивается мнение лиц, участвующих в деле, а также заслушивается лицо, которому заявлен отвод, если оно желает дать такое объяснение. В объяснении обосновывается позиция относительно заявленного отвода, однако отводимое лицо вправе отказаться от такого обоснования, даже если оно не согласно с мотивами заявленного отвода.
Определение по вопросу от отводе (самоотводе) всегда выносится в виде отдельного процессуального документа с приведением подобных мотивов принятого решения. Оно не преграждает возможность дальнейшего движения дела и отдельно от решения в суд второй инстанции не обжалуется, но возражения против этого определения могут быть включены в апелляционную или кассационную жалобу при обжаловании решения. Это не исключает пересмотра определения в порядке судебного надзора.
Указанные правила применяются не только при рассмотрении дела судом первой инстанции, но и в случаях заявления отвода (самоотвода) при производстве в судах вышестоящих инстанций и в других производствах.
В случае удовлетворения самоотвода или отвода мирового судьи дело через районный суд должно быть передано мировому судье другого судебного участка, расположенного на территории того же судебного района.
После решения вопроса об отводе (Самоотводе) судьи районного суда при единоличном рассмотрении дела оно передается для рассмотрения другому судье этого же суда. При отводе судьи или всего состава суда при коллегиальном рассмотрении дела оно рассматривается в том же суде, но в ином составе с соответствующей заменой отведенных лиц.
При невозможности замены судьи (все судьи принимали участие в рассмотрении дела и им также заявлен отвод, который удовлетворен, в суде нет других судей и т.п.) выносится решение о передаче дела в другой районный суд через областной и соответствующий ему по уровню суд в субъекте Российской Федерации.
§3. Лица, участвующие в деле, их права и обязанности
Важным вопросом в определении механизма реализации судебной власти является правовая природа процессуальных прав и обязанностей участников гражданского судопроизводства. Связано это со следующими предпосылками: реализация судебной власти возможна только путем отправления правосудия (которая является основной деятельностью судебной власти); правосудие осуществляется только в специальной гражданской процессуальной форме (в отношении отправления правосудия в гражданском судопроизводстве); гражданская процессуальная форма есть установленный в законе порядок осуществления действий участниками гражданских процессуальных правоотношений; в отношении конкретного участника гражданских процессуальных правоотношений гражданская процессуальная форма проявляется в предписанных для него процессуальных правах и обязанностях. Таким образом, реализация судебной власти проявляется прежде всего в правах и обязанностях участников гражданских процессуальных правоотношений.
Гражданское процессуальное право относится к публичным отраслям российского права. В теории права выделяется три основных метода правового регулирования: дозволение, запрет и предписание, сочетание которых и определяет особенности регулируемых правоотношений. Одной из особенностей гражданского процесса является метод правового регулирования гражданских процессуальных отношений, который традиционно определяется как императивно-диспозитивный. Императивность связана (в общих чертах) с наличием обязательного властного субъекта — суда — во всех гражданских процессуальных правоотношениях, а также с наличием гражданской процессуальной формы осуществления всех процессуальных прав и выполнения процессуальных обязанностей. Диспозитивность традиционно проявляется в началах равенства участников гражданского процесса, наличии процессуальных прав и гарантий по их реализации.
Гражданская процессуальная форма, как и любая другая, на наш взгляд, связана не с особенностями регулирования рассматриваемых в процессе спорных материальных правоотношений, а с распространением влияния и реализацией в самом процессе естественных прав любого участника гражданских процессуальных правоотношений, возведенных правом в ранг высших правовых ценностей. Однако гарантии материальных прав, ставших предметом рассмотрения в процессе, должны сохраняться и в самом процессе, осуществление которых происходит уже под контролем органа судебной власти. Другими словами, процессуальное право не меняет сущности рассматриваемых в процессе материальных прав, а лишь осуществляет их принудительную (в необходимом случае) реализацию. Отсюда вывод — материальные права не трансформируются в права процессуальные (процессуального характера), в случае если становятся предметом судебного рассмотрения. В противном случае будет противоречие, касающееся существа деятельности суда (органов судебной власти) по применению норм права, т.е. орган судебной власти на настоящий момент остается органом правоприменительным. Гражданская процессуальная форма, как и любая другая, должна обеспечивать реализацию и сохранение гарантий прав, рассматриваемых в соответствующем виде судопроизводства в качестве спорных, но это не означает, что изменяется сам метод правового регулирования. Диспозитивность в гражданском процессе связана, на наш взгляд, в большей степени не с диспозитивными началами метода регулирования гражданских правоотношений, а со свободой распоряжения своими гражданскими правами в широком смысле слова, в том числе и в сфере публичных правоотношений, как естественным правом, закрепленным в Конституции РФ, т.е. естественным правом, в том числе и в процессе принудительной реализации любого материального права, отнесенного к отрасли гражданского права. В качестве примера можно привести наличие элементов диспозитивного начала не только в гражданском судопроизводстве, но и при рассмотрении административных правоотношений, уголовных дел, для которых наличие диспозитивного начала при регулировании материальных правоотношений не характерно. Например, трудно сказать, что процессуальное равноправие по своему содержанию соответствует равноправию сторон до возбуждения гражданского дела (административные дела). Следовательно, следует отличать диспозитивное начало процессуального характера, определяемое необходимостью проведения справедливого судебного разбирательства и вынесения справедливого решения по делу, и диспозитивное начало, сохраняющее свое влияние и содержание при рассмотрении спорных правоотношений и вытекающее из материальных правоотношений. Другими словами, существует необходимость выделять сугубо материальные права и обязанность по сохранению гарантий их существования в гражданском процессе (ином процессе), и права процессуального характера, которые определяются не рассматриваемым и применяемым материальным правом, а предопределяются целями деятельности судебной власти (в общих чертах, суд скорый и справедливый) и связанными с естественными правами.
В этой связи необходимо привести позицию К.И. Комиссарова по этому поводу. Рассматривая соотношение гражданского права и гражданского процессуального права, он приходит к выводам, что отраслевая самостоятельность процесса и права аналогична соответствию таких философских категорий, как форма и содержание: «Последнее требует соответствующей ему формы, но не подчиняет ее себе. Развитие формы хотя и протекает в тесном взаимодействии с содержанием, тем не менее основывается на своих собственных закономерностях. В несколько ином, но столь же допустимом повороте соотношение права и процесса может быть отождествлено с соотношением цели и средств, с помощью которых она достигается… Цель и средство ее достижения находятся в диалектической взаимосвязи. И все же относительно друг друга они являются самостоятельными понятиями. Средство нельзя рассматривать в качестве подчиненного составного элемента цели подобно тому, как цель не входит в состав средств, с помощью которых она достигается».
На современном этапе к необходимости учета самостоятельности процедур по реализации норм материального права для эффективного правового регулирования приходит, например, Вице-президент и Генеральный советник Всемирного банка, профессор И. Шихата с учетом деятельности Всемирного банка по оказанию помощи в проведении правовых реформ в развивающихся странах. Рассматривая соответствующие процедуры в качестве обязательного и самостоятельного элемента правового регулирования (наряду с правовой нормой и институтами — органами), он отмечает, что эти процедуры различаются в зависимости от культуры и других особенностей каждой страны, однако процедуры судебного разбирательства, как правило, работают, если в них нет предпосылок для дискреционности, если они основываются на системе консультаций с людьми, которых эти нормы затрагивают непосредственно, и если они опираются на уже существующие институты.
В связи с этим представляется спорным утверждение В.Ф. Яковлева о воздействии гражданско-правового метода правового регулирования на гражданский процессуальный метод регулирования, поддержанное в том числе Ю.К. Осиповым, В.В. Ярковым о том, что, «поскольку взаимоотношения субъектов сфер деятельности строятся на автономии, равенстве и диспозитивности, соответственно, их процессуальное положение в определенной степени также строится на этих началах. Поэтому черты материально-правовых методов, например гражданско-правового, проникают в арбитражный процессуальный метод регулирования, включают в него начала диспозитивности». На наш взгляд, целесообразнее выделять диспозитивность материального характера и диспозитивность процессуального характера, так как своим существованием они обязаны различным основаниям (источникам).
На наш взгляд, подтверждение можно найти и у К.И. Комисарова, который, подчеркивая самостоятельность материального и процессуального права, между тем указывает, что гражданский процесс, несмотря на его неоспоримую отраслевую самостоятельность, существует лишь постольку, поскольку существует материальное право и необходимость его принудительной реализации: «Выполняя функцию правоохраны, процесс как бы продолжает действие основных черт гражданско-правового метода, обеспечивая их реальность силой прямого принуждения. Он должен соответствовать материальному праву таким образом и в такой мере, в какой форма соответствует содержанию. Во всяком случае, основные черты метода этих двух отраслей должны находиться в состоянии согласованности…». Таким образом, несмотря на близость черт метода гражданского права и гражданского процессуального права, основное различие (с точки зрения диспозитивности) проявляется в том, что гражданский процесс как принудительная реализация норм материального права (форма) должен сохранить и гарантировать диспозитивность материального характера (как одно из существенных свойств норм гражданского права) обращаемых к принудительной реализации норм материального права (содержание). Другими словами, диспозитивность в гражданском процессе не подменяется и не заменяется диспозитивностью материального характера, она просто (процессуальная диспозитивность) имеет другую природу, которая предопределяется целями и задачами, стоящими перед судебной властью, соответственно характером осуществляемых действий. Сами задачи в этой плоскости можно свести к следующему: с точки зрения принципа права на справедливое судебное разбирательство — сохранение при рассмотрении и разрешении гражданского дела свободы в распоряжении своими материальными правами участникам гражданского процесса в той степени, в которой они обладали бы этой свободой без обращения в орган судебной власти (т.е. в отсутствие возбужденного гражданского дела). Другими словами, гражданские права не должны быть ущемлены только тем, что лицо обратилось за их защитой в суд.
Напомним, что естественные права не просто установлены и гарантированы Конституцией РФ и нормами международного права, с точки зрения процессуального права они всегда презюмируются (их наличие не может быть никем оспорено!) при рассмотрении дела в любом виде судопроизводства. Отказ от них невозможен, хочет того индивид или нет, рассматриваемые права в силу своей публичной значимости всегда за ним сохраняются, как и гарантии их существования и реализации, при отсутствии возможности индивида отказаться от принадлежащих ему естественных прав невозможно говорить и о процедурах отказа от таких прав. Поэтому в большей степени материальное диспозитивное начало в использовании названных прав сводится к выбору способа защиты (категории подведомственности и подсудности дела — в том числе отнесение дела для рассмотрения в третейском суде; выбор суда при наличии альтернативной подсудности) либо к выбору судебной процедуры (вид судебного производства; судебный приказ; заочное производство; упрощенное производство), другими словами, диспозитивность может проявляться только в подобных указанных действиях.
Последнее положение корреспондируется с предлагаемой А.Г. Плешановым первой составляющей сущности диспозитивности — свободы выбора варианта получения защиты нарушенного права, которая неразрывно, по его мнению, связана со второй составляющей этого принципа — свободой усмотрения стороны в выборе вариантов поведения в процессе защиты права. На наш взгляд, вторая составляющая определения А.Г. Плешановым принципа диспозитивности как раз и представляет собой проявление процессуальной диспозитивности. Сущность процессуальной диспозитивности определяется вариативностью поведения в гражданском процессе в силу наличия соответствующей гражданской (арбитражной) процессуальной формы, другими словами, участник гражданского процесса выбирает предложенный ему гражданским процессуальным законодательством вариант поведения, последствия которого заранее известны (здесь не берется вынесение положительного для участника судебного решения, хотя в идеале возможно и такое). Таким образом, диспозитивность процессуального характера (свобода выбора) заканчивается с определением варианта поведения, так как в дальнейшем лицо сталкивается с необходимостью выполнять соответствующие обязанности, условия, предусмотренные процессуальным законодательством. Например, явка в процесс — обязанность подтвердить статус и свои полномочия; заявление ходатайства — обеспечение соответствующей формы и мотивировки заявленному; представление доказательств — обеспечение условий относимости и допустимости представляемых доказательств (в арбитражном процессе — обеспечение заблаговременного ознакомления с доказательствами лиц, участвующих в деле); оспаривание судебных актов — обеспечение формы и порядка подачи жалобы и т.д.
Многими исследователями справедливо отмечаются возможности использования тактики, стратегии в использовании доказательств, процессуальных инструментов как проявление принципа диспозитивности. Однако изменение тактики не изменяет закрепленных в законодательстве процессуальных институтов и процессуальной формы осуществления соответствующих действий, тактика, на наш взгляд, проявляется именно в «умелом» использовании предоставленных законом институтов и норм, форм и правил совершения действий.
Глава II. Стороны в гражданском процессе
§ 1. Понятие сторон
Стороны — основные участники гражданского процесса, как участники гражданского процесса они занимают основополагающее место среди субъектов данной отрасли. По сути, именно ради разрешения спора между сторонами. Однако в настоящее время нельзя говорить о том, что правовое положение сторон предельно четко определено в российском законодательстве.
Следует отметить, что в законодательстве не содержится определения сторон, не предусмотрены какие-либо признаки сторон. Соответствующая норма Гражданского процессуального кодекса РФ предусматривает лишь субъектный состав данного понятия. В теории гражданского процесса предусматривается определенная классификация прав, которые могут принадлежать сторонам, причем подобная классификация не закреплена законодательно.
В ГПК стороны названы первыми в составе лиц, участвующих в деле. Согласно ст. 38 ГПК ими являются истец и ответчик: граждане, государственные учреждения, предприятия, колхозы, иные кооперативные и общественные организации, пользующиеся правами юридического лица. Очевидно, что этот перечень терминологически не соответствует современным требованиям. Однако в нормах гражданского процессуального законодательства содержатся необходимые признаки, позволяющие дать определение сторон в гражданском процессе.
Одна из сторон в соответствии со ст. 38 ГПК именуется истцом, а другая — ответчиком. Сторона спорного материального правоотношения, считающая, что ее право или охраняемый законом интерес нарушены или оспорены, и обращающаяся в суд за их защитой, — истец. Ответчик — другая сторона спора, привлекаемая к участию в деле в связи с предположением о том, что она нарушила или оспаривает права истца.
Отличительная черта сторон заключается в том, что между ними существует спор о праве, они имеют противоположные материально-правовые требования. Это участвующие в деле лица, спор о материальных правах и охраняемых законом интересах которых составляет предмет судебного разбирательства, рассматривается и разрешается судом. Обе стороны являются предполагаемыми субъектами спорного материального правоотношения, которое влияет на субъектный состав конкретного дела по спору.
При определении сторон необходимо установить связь участников спора с материальными правами или интересами, по поводу которых он возник. Согласно ст. 4 ГПК суд приступает к рассмотрению гражданского дела по заявлению лица, обращающегося за защитой своего права или охраняемого законом интереса. Если дело начато по заявлению лиц, обращающихся в суд за защитой прав, свобод и законных интересов других лиц, извещается судом о возникшем процессе и участвует в нем в качестве истца (ч. 2 ст. 38 ГПК).
В определении понятия стороны важно сочетание трех моментов:
1) стороны — основные лица, участвующие в деле, объем и содержание их процессуальных прав и обязанностей шире, чем у других участников процесса;
2) стороны находятся в состоянии спора о материальных правах и охраняемых законом интересах, а потому имеют противоположные материально-правовые интересы;
3) спор о праве и охраняемых законом интересах является предметом судебного рассмотрения и разрешения.
Необходимо отметить, что стороны в гражданском процессе и стороны материально-правового отношения — не тождественные правовые институты. Так как стороны в процессе находятся в состоянии спора, вопрос о принадлежности прав или охраняемых законом интересов, а также о необходимости их защиты решается в итоге судебного разбирательства, тогда как истцом и ответчиком участники этого спора становятся с момента возбуждения дела и останутся ими независимо от отказа в иске или его удовлетворении.
Сторонами могут быть как действительные субъекты материального правоотношения, так и предполагаемые в случае не только существовавшего в действительности, но и предполагаемого нарушения или оспаривания их прав или охраняемых законом интересов. В гражданской процессуальной литературе стороны определяются в основном как предполагаемые субъекты спорного правоотношения либо как лица, гражданско-правовой спор которых разрешается судом. На практике стороны в гражданском процессе не всегда в действительности являются сторонами спорного материального правоотношения, рассматриваемого судом.
Происходит это потому, что до разрешения дела судом в судебном заседании не всегда может быть с достоверностью установлено: 1) является ли заявление истца обоснованным; 2) действительно ли лицо, обращающееся в суд, обладает тем субъективным правом, о защите которого оно просит; 3) нарушено ли фактически его право или нет; 4) нарушено ли оно тем лицом, которое истец просит привлечь в качестве ответчика.
Это объясняется тем, что при возбуждении дела судья имеет только предварительное суждение о принадлежности материальных прав и их нарушении, основанное на данных искового заявления и других не проверенных в судебном заседании материалах. Поэтому возможны случаи, когда сторонами в гражданском процессе могут быть не только действительные субъекты спорного материального правоотношения и в случаях не только действительного, но и предполагаемого нарушения или оспаривания субъективных прав или охраняемых законом интересов.
К признакам сторон относится обязательность для них вступившего в законную силу судебного решения со всеми материально-правовыми и процессуальными последствиями (объективные и субъективные пределы законной силы судебного решения). Для других лиц, участвующих в деле, кроме лиц, заявляющих самостоятельные требования на предмет спора, вступившее в законную силу решение суда имеет только некоторые, как правило, процессуальные последствия. Стороны несут судебные расходы по делу.
Сказанное позволяет сделать вывод, что стороны в гражданском процессе — это участвующие в гражданском деле действительные или предполагаемые субъекты материального правоотношения, которые являются субъектами спорного правоотношения или взаимоотношения которых в силу закона могут быть урегулированы только в судебном порядке, стороны имеют в деле материально-правовой и процессуальный интерес.
В теории гражданского процессуального права наиболее распространены два вида определений понятия сторон в гражданском процессе, сущность которых состоит в следующем: 1) стороны — это действительные или предполагаемые субъекты спорного материально-правового отношения, рассматриваемого судом; 2) стороны — это лица, спор которых о праве или охраняемом законом интересе суд должен разрешить.
В отношении первого определения можно отметить, что надлежащая сторона в процессе — всегда субъект спорного материального правоотношения, если суд рассматривает и разрешает спор о праве. Кроме того, вопрос о том, является ли лицо, привлеченное к участию в деле (ответчик), субъектом материально-правового отношения, являются предполагаемыми только в момент возбуждения дела в суде. В ходе судебного разбирательства дела такое предположение трансформируется в убеждение суда. И если ответчик ненадлежащий, т.е. не являются субъектами материально-правового отношения, то они заменяются надлежащими по правилам, установленным гражданским процессуальным законодательством. Согласно ст. 41 ГПК РФ суду предоставляется возможность с согласия истца при подготовке дела или во время его разбирательства в суде первой инстанции может допустить по ходатайству или с согласия истца замену ненадлежащего ответчика надлежащим. После замены ненадлежащего ответчика надлежащим подготовка и рассмотрение дела производятся с самого начала.
Что касается второго определения понятия «сторон»: «стороны — это лица, спор которых о праве или охраняемом законом интересе суд должен разрешить», — то здесь необходимо отметить критические замечания И.А. Приходько. Во-первых, он пишет, что в литературе уже указывалось, что спор о праве не может быть определяющим признаком сторон, так как он характеризует и третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования на предмет спора. Во-вторых, указание в этом определении на охраняемый законом интерес позволяет отнести к сторонам лиц, участвующих в делах особого производства, но это вступает в противоречие с другим признаком стороны, поскольку в делах особого производства заявители ни к кому не предъявляют материально-правовых требований.
В теории дискуссионным является вопрос о том, можно ли считать сторонами лиц, участвующих в делах, возникающих из административно-правовых отношений. В литературе нет единого мнения по этому вопросу. Одни ученые придерживаются точки зрения, что такие лица являются сторонами. Другие полагают, что данных лиц нельзя рассматривать как стороны, так как понятие сторон относится к исковому производству.
По этим делам суды рассматривают и разрешают споры о праве между указанными заинтересованными лицами. Следовательно, эти дела по своей процессуальной сущности однотипны с делами искового производства. Разница между ними состоит в том, что в первом случае суды рассматривают и разрешают споры, возникающие из административных, конституционных, налоговых, гражданских и других правоотношений (жалобы на действия избирательных комиссий, жалобы на отказ в регистрации недвижимости и т.д.), во втором же случае — споры, возникающие из гражданских, семейных, трудовых правоотношений. Различия в материальном праве обусловливают некоторые процессуальные особенности рассмотрения дел, отнесенных к указанным видам гражданского судопроизводства, но они не меняют сущности процессуального положения лиц, участвующих в данных делах. Во всех этих делах суды рассматривают материально-правовые требования, предъявляемые одной стороной (истцом) к другой стороне (ответчику).
Поэтому лиц, участвующих в делах, возникающих из административно-правовых отношений, можно считать сторонами в судопроизводстве по рассмотрению и разрешению этих дел. Лицо, подавшее соответствующую жалобу (заявителя) по делам, возникающим из административно-правовых отношений, и должностное лицо (административный орган), привлекаемое к участию в деле в связи с жалобой на их действия, являются сторонами. Согласно закону они пользуются теми же процессуальными правами и несут те же процессуальные обязанности, что и стороны в делах искового производства за изъятиями, установленными законом.
Как и в делах искового производства, понятие сторон здесь связано с понятием субъектов спорных материальных правоотношений. Наличие двух сторон с противоположными юридическими интересами, между которыми имеется спор о праве, является определяющим признаком и данного вида судопроизводства. Они имеют свой юридический интерес, заинтересованы в принятии благоприятного для них решения. Юридическая заинтересованность в деле — обязательный признак сторон в делах, возникающих из административно-правовых отношений. Каждая сторона имеет как материально-правовой, так и процессуальный интерес. Следовательно, стороны имеют, как правило, противоположные материально-правовые и процессуальные интересы, как материально-правовую, так и процессуально-правовую заинтересованность в исходе дела. На стороны и в этих делах в полной мере распространяются последствия вступления решения суда в законную силу.
Важным свойством, характеризующим стороны, является наличие у них правоспособности и дееспособности. Возможность иметь субъективные гражданские процессуальные права зависит от наличия у сторон гражданской процессуальной правоспособности, т.е. способности иметь гражданские процессуальные права и обязанности. Необходимо отметить, что гражданская процессуальная правоспособность связана с гражданской правоспособностью. Статья 17 Гражданского кодекса предусматривает, что гражданская правоспособность — это способность иметь гражданские права и нести обязанности, правоспособность признается в равной степени за всеми гражданами. Гражданская процессуальная правоспособность не тождественна гражданской правоспособности, так как гражданская правоспособность не может иметь определяющего значения для всех категорий дел. Например, процессуальная правоспособность суда, свидетелей, прокурора и некоторых иных участников процесса не связана с их гражданской правоспособностью. Закон устанавливает, что гражданская процессуальная правоспособность признается в равной мере за всеми гражданами с момента рождения и до смерти. Правоспособность существует независимо от психического состояния, вменяемости, лишить гражданина правоспособности нельзя. Все граждане могут выступать в качестве сторон в гражданском процессе.
Для того чтобы стороны имели возможность личными действиями осуществлять свои процессуальные права и исполнять процессуальные обязанности, они должны обладать гражданской процессуальной дееспособностью, т.е. способностью осуществлять свои права в суде и поручать ведение дел представителю. Согласно ст. 37 ГПК РФ граждане, достигшие совершеннолетия, т.е. 18 лет, могут лично или через представителей участвовать в процессе по гражданскому делу и самостоятельно распоряжаться принадлежащими им правами и нести обязанности.
Права и охраняемые законом интересы недееспособных или ограниченно дееспособных защищаются в суде их родителями, усыновителями, опекунами или попечителями. Причем, согласно ст. 31 ГК РФ, опекуны и попечители выступают в защиту прав и интересов своих подопечных в отношениях с любыми лицами, в том числе в судах, без специальных полномочий.
В качестве сторон могут выступать и юридические лица. Здесь нет необходимости в разграничении на правоспособность и дееспособность, поскольку моменты возникновения правоспособности и дееспособности совпадают. Юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям его деятельности, предусмотренным учредительными документами, оно также несет связанные с этой деятельностью обязанности. Согласно ст. 49 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает в момент его создания и прекращается в момент завершения его ликвидации. Процессуальная дееспособность граждан прекращается либо с их смертью, либо с признанием их в судебном порядке недееспособными.
Поскольку истец и ответчик — стороны материально-правового спора, они пользуются равными правами в процессе. Равенство сторон в процессе обусловлено демократизмом гражданского процесса. Предметом рассмотрения здесь является спор, а стороны в споре должны быть равноправными, это необходимо для того, чтобы разрешить возникший спор по существу.
Стороны обладают всеми правами, предоставленными лицам, участвующим в деле. Субъективные права сторон неоднородны. В зависимости от их содержания они могут быть классифицированы на две группы: 1) права, связанные с участием в судебном рассмотрении дела и в исполнении судебного решения, т.е. права, выражающие принцип состязательности; 2) права, связанные с возбуждением процесса и его дальнейшим движением, т.е. права, выражающие принцип диспозитивности. Данная классификация прав сторон имеет существенное значение для характеристики их процессуального положения.
Принцип состязательности выражают субъективные процессуальные права. Согласно ст. 30 ГПК стороны имеют право знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, снимать копии, заявлять отводы, представлять доказательства, участвовать в исследовании доказательств, задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, свидетелям и экспертам, заявлять ходатайства, давать устные и письменные объяснения суду, представлять свои доводы и соображения по всем вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства, возражать против ходатайств, доводов и соображений других лиц. Стороны вправе также обжаловать определения и решения суда и пользоваться другими процессуальными правами, предоставленными им законом. Эти права дают сторонам возможность активно участвовать в подготовке дела к судебному разбирательству и в его судебном рассмотрении, отстаивать свои интересы и добиваться вынесения судом справедливого, по их мнению, решения.
Говоря о нормах, выражающих принцип диспозитивности, можно сделать вывод, что данный принцип проявляется в следующих конкретных формах: в использовании по своему усмотрению права на обращение в суд за защитой; в определении объема требований и их оснований; в распоряжении спорным материальным правом и процессуальными средствами его защиты; в использовании процессуальных прав, обусловливающих возникновение, движение и окончание процесса.
Принцип диспозитивности в гражданском процессе характеризуется тем, что стороны совершают распорядительные действия под контролем суда. Следует подчеркнуть, что контроль суда не является ограничением диспозитивных начал, так как он ограничен установленными пределами: суд проверяет, чтобы действия сторон были законными и не нарушали субъективных прав и охраняемых законом интересов других лиц. Если действия сторон соответствуют этим требованиям, то они обязательны для суда. Суд обязан в этом случае принять отказ истца от иска или признание иска ответчиком, утвердить мировое соглашение сторон.
Таким образом, стороны имеют процессуальные права, дающие им возможность распоряжаться материальным правом, спор по поводу которого рассматривает суд (право отказаться от иска, признать иск, заключить мировое соглашение). Сущность стороны помогают раскрыть и те статьи ГПК, которые предоставляют истцу право отказаться от иска, ответчику — признавать иск, а сторонам — окончить дело мировым соглашением. Право распоряжаться объектом спора — материально-правовым требованием — может принадлежать только его обладателю. Данные нормы, следовательно, связывают понятие стороны в процессе с субъектным составом материально-правового отношения.
Отказ от иска — это важное диспозитивное право истца, означающее, что истец отказался от своего материально-правового требования к ответчику, таким образом, истец отказывается от продолжения процесса. Причем отказ от иска возможен как в суде первой, так и в суде второй инстанции. Возможно использование этого права и на стадии судебного надзора, на стадии исполнительного производства возможно его прекращение при отказе взыскателя от взыскания.
Признание иска ответчиком означает, что он согласен с теми требованиями, которые предъявил истец. В случае принятия его судом процесс продолжается и по делу выносится решение об удовлетворении исковых требований. Причем признать их он может как полностью, так и в части.
Стороны наделены также правом заключать мировое соглашение. Мировое соглашение — это двусторонний договор, в котором стороны идут на взаимные уступки, определяя свои права и обязанности по спорному правоотношению. Причем данное право характеризуется особым субъектным составом: подобное соглашение может заключаться только между субъектами спорного материального правоотношения, такими, как истец, ответчик, третьи лица, заявившие самостоятельные требования на предмет спора. По некоторым категориям дел заключение мирового соглашения не допускается, например по делам о лишении родительских прав.
Стороны не только обладают процессуальными правами, но и несут определенные обязанности. Гражданская процессуальная обязанность — это мера должного поведения участника процесса, установленная нормами гражданского процессуального законодательства и обеспеченная возможностью применения мер государственного принуждения или общественного воздействия. Стороны обязаны добросовестно пользоваться принадлежащими им процессуальными правами. Неисполнение этой обязанности влечет за собой применение процессуальных санкций. В частности, недобросовестное пользование правами может проявиться в сознательном заявлении неосновательного иска либо в систематическом противодействии правильному и быстрому рассмотрению и разрешению дела. Сознательное сообщение сторонами данных, не соответствующих действительности, затрудняет принятие правильного решения по спору, затягивает рассмотрение дела. Подобное поведение влечет неблагоприятные последствия: суд может возложить на такую сторону уплату в пользу другой стороны возмещения за фактическую потерю рабочего времени в соответствии со средним заработком, но не свыше 5% от удовлетворенной части исковых требований.
Сторона, ходатайствующая о вызове свидетеля или истребовании письменных или вещественных доказательств, обязана указать, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, можно этим подтвердить.
Таким образом, на стороны возложены определенные процессуальные обязанности. Исполнение этих обязанностей обеспечено процессуальными санкциями и другими процессуальными средствами. К ним относятся: невыгодные процессуальные последствия — отказ в приеме заявления, оставление заявления без движения, отказ в удовлетворении ходатайства и др.; государственное принуждение — принудительный привод, штраф, а также взыскание денежных сумм в пользу другой стороны.
Гражданское процессуальное законодательство не только предоставляет сторонам широкие субъективные процессуальные права, но и обеспечивает их надлежащими гарантиями.
Для того чтобы практически осуществлять свои права, стороны должны участвовать в судебном разбирательстве дела или при совершении судом отдельных процессуальных действий. Поэтому большое практическое значение имеет своевременное извещение сторон о времени и месте судебного заседания или совершения отдельных процессуальных действий. Гарантируя право сторон на участие в судебном разбирательстве, ГПК устанавливает, что в случае рассмотрения дела в отсутствие стороны, не извещенной о времени и месте судебного заседания, судебное решение подлежит отмене. Вышестоящие суды отменяют судебные решения по делам, рассмотренным в отсутствие стороны, не извещенной о времени и месте судебного заседания, квалифицируя это как грубое нарушение процессуального закона.
Рассматривая вопрос о субъективных процессуальных правах и обязанностях сторон, следует отметить, что юридическая неосведомленность, малограмотность, различные упущения и другие подобные обстоятельства не могут быть использованы во вред сторонам. Обязанность суда — строго и неуклонно выполнять это положение. Его нарушение влечет за собой отмену судебных решений.
В ходе разбирательства дела может быть установлено, что иск предъявлен не тем лицом, которому принадлежит право требования, или не к тому лицу, которое должно отвечать по иску, т.е. выясняется, что лицо, которое предъявило исковые требования к другому субъекту, не совпадает с тем, кто является предполагаемым субъектом спорного материального правоотношения, и наоборот, то лицо, к которому предъявлен иск, не может быть носителем спорной обязанности.
Подобное несовпадение возможно, поскольку стороны с начала процесса и до его окончания являются безусловными субъектами процессуальных правоотношений, однако лишь предположительно являются носителями спорных материальных прав, обязанностей и охраняемых законом интересов. Участие сторон определяется предположением, что у истца есть права или охраняемые законом интересы, а ответчик является носителем спорной обязанности по предъявленному требованию истца.
Если подобное несовпадение будет обнаружено после возбуждения дела, суд, согласно ст. 38 ГПК, может с согласия истца, заменить первоначального ответчика надлежащим истцом или ответчиком. Например, согласно ст. 687 ГК РФ, посвященной расторжению договора найма жилого помещения, наниматели жилого помещения, проживающие в доме, не вправе требовать выселения одного из нанимателей, проживающего в том же доме, на основании того, что он или другие граждане, за действия которых он отвечает, занимаются разрушением или порчей жилого помещения. Согласно п. 2 данной статьи, такое право принадлежит лишь наймодателю, а не лицам, проживающим с ответчиком. Следовательно, если иск предъявлен таким лицом, а не наймодателем, и в ходе рассмотрения дела это будет обнаружено, лицо, совместно проживающее с ответчиком, окажется ненадлежащим истцом. Ответчик — вторая сторона спорного материального правоотношения, нарушившая, по утверждению истца, его право или охраняемый законом интерес и обязанная отвечать в суде по иску. Значит, истцом (т.е. одной из сторон) в подобном деле будет лицо, в чьих интересах оно начато, а не то, которое обратилось в суд с заявлением в защиту прав и охраняемых законом интересов других лиц.
Закон связывает понятие «надлежащий истец» с принадлежностью ему права требования, т.е. материального права, а понятие «надлежащий ответчик» — с его обязанностью отвечать по иску, т.е. исполнить требование истца. Таким образом, под ненадлежащими сторонами следует понимать прежде всего таких истцов и ответчиков, в отношении которых судом во время разбирательства дела установлено, что им не принадлежит право требования или они не являются обязанными по требованию лицами. Но если ненадлежащие истцы и ответчики участвуют в деле, то они имеют процессуальные права и обязанности сторон.
Замена ненадлежащей стороны возможна лишь при наличии определенных условий. Согласно ст. 38 ГПК замена ненадлежащей стороны надлежащей (как истца, так и ответчика) возможна только с согласия первоначального истца. Подобное согласие требуется во всех случаях замены ненадлежащей стороны. Если истец не согласен на замену его другим лицом, то суд не вправе допустить замену. Невозможна также замена ответчика, если истец не согласен на выбытие из процесса первоначального ответчика (ч. 1 ст. 38 ГПК). Согласия ответчика на его замену или на замену истца не требуется.
Остающиеся в процессе стороны нельзя именовать ненадлежащими. До вынесения решения действует предположение о принадлежности каждому истцу материального требования, а ответчику — обязанности отвечать по иску.
Ненадлежащая сторона заменяется надлежащей путем вынесения определения суда. Действия, совершенные первоначальным ответчиком, не связывают вновь привлеченного в процесс лица. После замены ненадлежащей стороны дело рассматривается сначала. Следует также отметить, что все действия, совершенные до замены ненадлежащей стороной, не имеют никаких правовых последствий. Вопрос о замене ненадлежащей стороны может быть поставлен перед судом по ходатайству сторон, инициативе прокурора либо судом по собственной инициативе. Замена допускается в любой стадии разбирательства дела до вынесения решения.
Замена ненадлежащей стороны возможна как по делам искового производства, так и по делам неискового производства. Замена возможна, например, когда дело о признании гражданина ограниченно дееспособным возбуждено лицом, не имеющим на это права. Суд должен, не прекращая производства по делу, обсудить вопрос о замене ненадлежащего заявителя. Все это облегчает суду возможность установить действительные права и взаимоотношения сторон, способствует процессуальной экономии, так как позволяет с наименьшей затратой сил и средств разрешить спор.
Правильное и быстрое рассмотрение и разрешение судами гражданских дел в целях успешного выполнения задач гражданского судопроизводства по охране и защите личных и имущественных прав, во многом зависят от того, насколько четко и точно определен статус сторон в гражданском процессе. Активное участие сторон в процессе возможно в том случае, если они имеют достаточные для этого процессуальные права и несут определенные процессуальные обязанности. Объем процессуальных прав и обязанностей определяет возможность указанных лиц отстаивать в процессе свои личные и имущественные права и охраняемые законом интересы.
Сущность стороны помогают раскрыть и те статьи ГПК, которые предоставляют истцу право отказаться от иска, ответчику — признавать иск, а сторонам — окончить дело мировым соглашением. Право распоряжаться объектом спора — материально-правовым требованием — может принадлежать только его обладателю. Данные нормы, следовательно, связывают понятие стороны в процессе с субъектным составом материально-правового отношения.
§ 2. Процессуальные права и процессуальные обязанности сторон, процессуальное соучастие
Гражданское процессуальное законодательство наделяет стороны широким кругом процессуальных прав и возлагает на них процессуальные обязанности. Все процессуальные права и обязанности сторон объединяются по институтам гражданского процессуального права и различаются по отдельным стадиям гражданского судопроизводства. Так, право истца на отказ от иска, изменение основания или предмета иска, право ответчика на защиту против иска наряду с другими процессуальными правами и обязанностями сторон составляют содержание института иска. Право на обжалование не вступивших в законную силу решений и определений суда входит в состав института кассации.
В то же время законодатель различает, например, процессуальные права и процессуальные обязанности сторон в стадии разбирательства и разрешения дела по существу, в стадии кассационного производства и т.д. Кроме того, процессуальные права и обязанности сторон координируются, как правило, с деятельностью суда, вне которой они не могут быть поняты и реализованы.
Субъективное гражданское процессуальное право стороны – установленная и обеспеченная нормами гражданского процессуального права мера возможного поведения стороны в гражданском судопроизводстве и возможность требования определенных действий от суда.
Гражданская процессуальная обязанность стороны — требуемое и обеспеченное процессуальным законом должное поведение стороны в гражданском судопроизводстве, соответствующее субъективному процессуальному праву суда.
Субъективные гражданские процессуальные права и обязанности являются правовой основой процессуальной деятельностью сторон.
Процессуальная деятельность сторон многообразна. Так, стороны заявляют различные ходатайства, предоставляют суду процессуальные документы и доказательства, участвуют в исследовании доказательств, в судебных прениях, дают объяснения по делу и т.д. Одни действия сторон непосредственно влияют на динамику гражданских процессуальных правоотношений – порождают, изменяют и прекращают их. Например, обжалование судебного решения порождает новые процессуальные отношения между лицами, участвующими в деле, и судом второй инстанции. Отказ от иска прекращает производство по делу. Распорядительный характер подобных процессуальных действий сторон позволяет рассматривать их в качестве юридических фактов.
Другие юридические действия сторон не имеют для гражданских процессуальных правоотношений значения юридических фактов (например объяснения сторон, собрание, предоставление в суду доказательств и участие в их исследовании, выступление в судебных прениях). Такие процессуальные действия сторон в теории права называют процессуальными поступками. Процессуальные поступки в отличие от процессуальных юридических фактов – результат реализации уже возникших и существующих субъективных процессуальных прав и процессуальных обязанностей сторон.
В осуществлении предусмотренных законом процессуальных действий стороны свободны. Однако они не могут совершать действий, противоречащих закону и нарушающих права и интересы других лиц.
По содержанию можно выделить три группы субъективных процессуальных прав сторон:
права, реализация которых влияет на динамику гражданского производства;
права на участие в судебном разбирательстве;
права, обеспечивающие сторонами судебную защиту в широком смысле.
К первой группе следует отнести все права, которые выражают принцип диспозитивности, ко второй – такие процессуальные права сторон, как право на личное участие в судебном разбирательстве, право на представительство в суде, право на участие в исследовании доказательств и др. Третью группу составляют права на обеспечение иска, обеспечение доказательств, право на отвод судей, прокурора, секретаря судебного заседания, переводчика, эксперта, право подавать замечания на протокол судебного заседания и др.
Гражданское процессуальное законодательство возлагает на стороны определенные обязанности. Так, согласно ч. 2 ст. 35 ГПК, за лицами, участвующими в деле, в том числе за сторонами, закреплена обязанность добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. О санкции на случай неисполнения указанной обязанности говориться в ст. 99 ГПК, предусматривающей обязанность недобросовестной стороны уплатить в пользу другой стороны вознаграждение за фактическую потерю времени. Размер вознаграждения определяется в таком случае судом в разумных пределах с учетом конкретных обстоятельств.
Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основание своих требований и возражений (ст. 56 ГПК). Непредставление стороной по требованию суда письменных и вещественных доказательств по причинам, признанным судом неуважительными, влечет за собой применение по отношению к виновной стороне санкций, предусмотренных ч. 3 ст. 57 ГПК.
Статьей 115 ГПК предусмотрена процессуальная обязанность, в соответствии с которой судья с согласия стороны может выдать ей на руки повестку в суд по делу для вручения участнику процесса. Сторона, которой судья поручил доставить повестку, обязан возвратить в суд второй экземпляр адресата в получении повестки.
Истец, обращающийся в суд за защитой своих прав, обязан соблюсти требования ст. 131, 132 ГПК, предъявляемые к исковому заявлению. Неисполнение этой обязанности влечет применение санкции, предусмотренной ст. 136 ГПК.
Процессуальное соучастие – участие в одном деле нескольких истцов или нескольких ответчиков, интересы и требования которых не исключают друг друга.
В соответствии со ст. 40 ГПК иск может быть предъявлен совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам.
Признаком, позволяющим отграничить процессуальное соучастие от института третьих сторон, считается отсутствие противоречий между соучастниками, совместимость их требований и возражений. В соответствии с этим процессуальное соучастие определяется как участие в одном и том же процессе нескольких истцов или ответчиков, права, требования или обязанности которых не исключают друг друга.
Важным, квалифицирующим институт соучастия признаком является возможность сосуществования материально-правовых требований (обязанностей) нескольких истцов (ответчиков). Этим свойством соистцы и соответчики отличаются от участвующих в деле первоначального истца и третьего лица, заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, первоначального ответчика и второго ответчика, привлеченного к участию в деле при замене ненадлежащего ответчика, т.е. от сторон с взаимоисключающими требованиями. Все соучастники — надлежащие истцы и ответчики.
Кроме того, для соучастия характерно, что не исключающие друг друга материально-правовые требования нескольких истцов или к нескольким ответчикам рассматриваются в одном процессе.
Следовательно, под процессуальным соучастием понимается участие в одном и том же производстве нескольких истцов (соистцов) или нескольких ответчиков (соответчиков), права требования либо обязанности отвечать по иску которых не исключают друг друга.
Различают активное соучастие (соучастие на стороне истца), пассивное соучастие (соучастие на стороне ответчика). Соучастие может возникнуть и в случае предъявления иска несколькими истцами (соистцами) к нескольким ответчикам (соответчикам). Такое соучастие именуется смешенным.
«Процессуальное соучастие — соединение иска по субъектам процесса, поэтому оно назовется еще субъективным соединением исков в отличие от объективного соединения исков, состоящего в том, что одно лицо предъявляет к другому несколько исковых требований».
Несомненно, процессуальное соучастие всегда осложняет рассмотрение дела, однако оно совершенно необходимо для правильного и своевременного разрешения дел.
Действующее законодательство прямо устанавливает основания процессуального соучастия.
В соответствии с ч. 2 ст. 40 ГПК процессуальное соучастие допускается, если:
1) предметом спора служат общие права или обязанности (например, иски возникающие из права общей собственности);
2) права и обязанности нескольких истцов или ответчиков имеют одно основание (например, совместное причинение вреда несколькими лицами);
3) предметом спора являются однородные права и обязанности. Примерами такого соучастия могут быть иски о выплате заработной платы, предъявляемые к одному работодателю несколькими работниками, иск жилищно-эксплуатационной организации к нескольким нанимателям о выселении и др.
Различают два вида процессуального соучастии – необходимое (обязательное) и факультативное (возможное).
Значение необходимого соучастия состоит в том, что без привлечения всех соучастников невозможно вынесения законного решения. Значение же факультативного соучастия заключается в том, что оно отвечает принципу процессуальной экономии.
Необходимое (обязательное) соучастие в деле всех субъектов спорного правоотношения в качестве истцов и ответчиков, без которых невозможно правильное рассмотрение и разрешение гражданского дела. Данное соучастие связано с особенностями спорных материальных правоотношений при множественности их субъектов. Надо заметить, что при наличии данного вида процессуального соучастия на суд возлагается прямая обязанность соблюдения условий данного соучастия, в противном случае, если суд разрешит дело с нарушением, т.е. без привлечения к делу одного из предполагаемых участников спорного правоотношения, решение будет несостоятельным и подлежит отмене (ст. 364 ГПК). Так, суд должен обеспечить участие в деле соистцов и соответчиков по искам о расторжении договора жилищного найма, о признании ордера недействительным; также иск о выделе доли или о разделе общей собственности нельзя рассматривать без участия всех собственников, а также по другим делам.
Факультативное соучастие – это соучастие, по которому требования нескольких истцов или одного истца к нескольким ответчикам могут быть рассмотрены и осуществлены независимо друг от друга. Это означает, что характер спорного правоотношения позволяет рассмотреть дело в отношении каждого из субъектов в отдельном процессе. Данный вид соучастия возникает, как правило, по основанию, предусмотренному в п. 3 ч. 4 ст. 40 ГПК. Например, иски родителей к детям о взыскании алиментов могут быть предъявлены как совместно (в одном деле), так и раздельно к каждому из детей либо ко всем одновременно.
Соучастники не зависимы друг от друга и могут совершать любые действия по своему усмотрению. Они пользуются правами и несут все обязанности сторон в процессе, однако закон наделяет их и дополнительными правами. К примеру, соучастники вправе поручить ведение дела одному из соучастников, также вправе присоединиться к кассационной жалобе, поданной одним из соучастников, и т.д.
Глава III. Третьи лица, прокурор, субъекты, защищающие в гражданском судопроизводстве от своего имени права, свободы и законные интересы других лиц и институт представительства в гражданском судопроизводстве
§ 1. Понятие третьего лица в гражданско-процессуальном судопроизводстве
В арбитражных судах нам не раз приходилось сталкиваться с привлечением судьями третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, только по той причине, что они указаны в исковом заявлении, принятом к производству. Любые замечания ответчика относительно участия в деле таких лиц, как правило, купировались судьей в ходе подготовки дела к судебному разбирательству или судом при рассмотрении дела по существу тезисом о привлечении таких третьих лиц истцом посредством указания в исковом заявлении.
В судах общей юрисдикции судьи вообще нередко оставляют исковое заявление без движения, предписывая истцу указать в тексте искового заявления третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, и представить для них копии заявления и прилагаемых документов. Невыполнение подобных предписаний судьи зачастую влечет возвращение искового заявления.
По причине убежденности в неправильности приведенного подхода и по существу, и по форме мы и решились написать несколько строк.
Под третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, в процессуальной науке понимают материально заинтересованных в исходе дела лиц, на права и обязанности которых по отношению к одной из сторон может повлиять решение суда. Материально-правовая заинтересованность в исходе дела объясняется наличием материальных правоотношений между одной из сторон и третьим лицом. Участие в деле третьих лиц, без сомнения, отягощающее процесс, тем не менее помогает суду скорее разобраться в хитросплетениях материальных правоотношений и вынести законное и обоснованное решение, зачастую предрешающее исход возможного спора между стороной и третьим лицом.
Наличие материальной заинтересованности и отсутствие самостоятельных требований обусловили возможность как самостоятельного вступления третьих лиц в процесс (по их волеизъявлению), что является проявлением принципа диспозитивности, так и привлечения их к участию в деле судом по собственной инициативе или по ходатайству лиц, участвующих в деле, т.е. помимо волеизъявления третьего лица, что является скорее проявлением принципа законности. Именно такое регулирование возникновения процессуальных правоотношений между судом и третьими лицами мы находим в действующем гражданском и арбитражном процессуальном законодательстве (ст. 43 ГПК РФ).
Вступление в процесс третьего лица происходит, таким образом, при условии совершения судом (судьей при подготовке дела к судебному разбирательству) активного действия — допущения третьего лица к участию в деле, оформляемого определением (ч. 1 ст. 43 ГПК РФ), являющимся обязательным юридическим фактом для участия в деле третьего лица. При этом необходимо иметь в виду, что судом (судьей) может быть вынесено и обратное определение — об отказе в удовлетворении заявления о вступлении (ходатайства о привлечении) третьего лица.
В этой связи возникают вопросы: может ли истец в исковом заявлении указать третьих лиц и насколько обязательно такое указание истца для суда (судьи)?
В соответствии с п. п. 2 и 3 ч. 2 ст. 131 ГПК РФ в исковом заявлении должны быть указаны наименование истца, его место жительства или, если истцом является организация, ее место нахождения, а также наименование представителя и его адрес, если заявление подается представителем, наименование ответчика, его место жительства или, если ответчиком является организация, ее место нахождения.
Как видим, действующее процессуальное законодательство возлагает на истца обязанность указывать в исковом заявлении только себя и ответчика (по ГПК еще представителя истца, при его наличии). Приведенные нормы, регламентирующие содержание искового заявления в части указания истцом только сторон, вполне логичны, так как истцом является лицо, обращающееся в суд в защиту своих интересов (или в интересах которого дело инициировано уполномоченным органом) (ч. ч. 1 и 2 ст. 38 ГПК РФ), а ответчиком — лицо, привлекаемое к участию в деле помимо воли вследствие указания его таковым (ответчиком) истцом. Определение истцом сторон в силу принципа диспозитивности обязательно для суда.
По этой причине указание в исковом заявлении иных лиц, участвующих в деле (в том числе третьих, прокурора, государственных органов, органов местного самоуправления и иных органов), для суда (судьи) неважно, обязанность суда (судьи) привлекать к участию в деле третьих лиц, указанных истцом в таком качестве в исковом заявлении, отсутствует, так как правом определения состава лиц, участвующих в деле, наделен исключительно суд (судья) (ст. 43, п. 4 ч. 1 ст. 150 ГПК РФ).
Вместе с тем нормы, содержащиеся в последних абзацах ч. 2 ст. 131 ГПК РФ, позволяют истцу привести в исковом заявлении иные сведения, имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела, а также изложить ходатайства истца.
На этом основании, полагаем, истец вправе указать в исковом заявлении наименование и место нахождения (место жительства) третьих лиц, однако, по существу, это будет лишь ходатайством истца о привлечении к участию в деле третьих лиц, изложенным в тексте искового заявления. Данное ходатайство обязательно для суда только в смысле необходимости его разрешения, как и всякого иного ходатайства, с вынесением соответствующего определения. Причем поскольку любые ходатайства разрешаются с учетом мнения лиц, участвующих в деле (ч. 1 ст. 35 ГПК РФ) постольку ответчику принадлежит право высказаться относительно данного ходатайства истца, только после чего, по нашему мнению, суд своим определением может привлечь третьих лиц к участию в деле или отказать в удовлетворении ходатайства.
По этой причине представляются глубоко неправильными практика отечественных судов, привлекающих третьих лиц к участию в деле лишь в силу указания этих лиц в качестве третьих в исковом заявлении, без выяснения мнения ответчика на этот счет и без вынесения соответствующего определения, а также практика судей, оставляющих исковые заявления без движения по причине неуказания истцом третьих лиц с предписанием исправить допущенные нарушения.
Право привлечения третьих лиц принадлежит исключительно суду и судье, но никак не истцу. Следование же вышеозначенному подходу приводит к привлечению к участию в деле незаинтересованных лиц, на права и обязанности которых решение суда никак не влияет. Получается, судьи сами отягощают процесс, хотя имеют предоставленную процессуальным законодательством возможность уже на стадии подготовки дела к судебному разбирательству рассмотреть ходатайство истца о привлечении к участию в деле третьих лиц и положительно или отрицательно разрешить его, освободив себя в последнем случае от совершения массы ненужных процессуальных действий.
Лицам, не привлеченным к участию в деле, не может быть отказано в принятии к рассмотрению кассационных жалоб для проверки наличия такого основания для отмены решения суда первой инстанции, как разрешение вопроса об их правах и обязанностях.
Решением Автозаводского районного суда г. Тольятти от 24.07.2006 удовлетворен иск М., расторгнут договор купли-продажи доли в уставном капитале, заключенный между М. и А.
ООО «СФК», не привлеченное к участию в деле, подало кассационную жалобу на указанное решение, ссылаясь на то, что суд разрешил вопрос о правах и обязанностях ООО «СФК», поскольку в решении разрешен вопрос о доле ООО «109», которая по договору залога А. заложила ООО «СФК».
В своем ходатайстве ООО «СФК» просило восстановить срок для подачи кассационной жалобы на решение суда от 24.07.2006, поскольку он был пропущен по уважительной причине.
Определением Автозаводского районного суда г. Тольятти от 29.08.2006 в удовлетворении ходатайства ООО «СФК» отказано.
Судебная коллегия по гражданским делам определение отменила как постановленное с нарушением норм процессуального права.
Суд, ссылаясь на положения ст. ст. 336, 376 ГПК РФ, указал, что ООО «СФК» как лицо, не участвующее в данном деле, вправе обжаловать решение суда в порядке надзора, поскольку суд не располагал сведениями о том, что при вынесении решения могут быть затронуты права и обязанности ООО «СФК».
Между тем Постановлением Конституционного суда РФ N 1-П от 20.02.2006 положение ст. 336 ГПК РФ, согласно которому на решения всех судов в РФ, принятые по первой инстанции, за исключением решений мировых судей, сторонами и другими лицами, участвующими в деле, может быть подана кассационная жалоба, признано не противоречащим Конституции РФ, поскольку названное положение не предполагает в случае отсутствия кассационной жалобы лиц, участвующих в деле, отказ суда второй инстанции в принятии к рассмотрению поданных в установленный законом срок жалоб лиц, не привлеченных к участию в деле, для кассационной проверки наличия такого основания для отмены решения суда первой инстанции, как разрешение вопроса о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.
В связи с вышеизложенным определение суда отменено с направлением дела на новое рассмотрения в тот же суд.
Обязанность направления копии искового заявления с прилагаемыми документами третьему лицу возникает у истца только после вынесения определения о привлечении такого лица к участию в деле. В случае вынесения судом (судьей) определения об отказе в удовлетворении ходатайства о привлечении третьих лиц они не приобретают процессуального статуса, а предшествующее направление им копии искового заявления не имеет никакого процессуального значения.
§ 2. Участие прокурора в гражданском судопроизводстве
В условиях продолжающегося реформирования современной российской правовой системы и укрепления частноправовых начал институт гражданского судопроизводства становится одним из основных инструментов обеспечения стабильности гражданского оборота. Однако, несмотря на провозглашенное и юридически закрепленное, в том числе на конституционном уровне, равенство «каждого» во взаимоотношениях друг с другом, говорить о равенстве в силу объективно обусловленных причин (состояние здоровья человека, уровень его образования, материальное положение, социальный статус и т.д.) затруднительно. В этой связи возникает потребность вмешательства публичных образований и охраны прав и законных интересов наименее защищенных субъектов права. Необходимо государственное вмешательство, когда речь идет о публичном интересе. Эти задачи в судебном гражданском процессе выполняет прокуратура.
Участие прокурора в гражданском процессе регламентировано ст. 45 ГПК РФ, согласно которой прокурор уполномочен обратиться в суд с иском в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов РФ, муниципальных образований. При этом заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором, только если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд.
Определением мирового судьи судебного участка N 5 Железнодорожного района г. Самары от 27.06.2005 прокурору в принятии заявления в интересах муниципального образования о выдаче судебного приказа о взыскании с С. суммы неуплаченного налога на имущество физических лиц было отказано.
Апелляционным определением Железнодорожного районного суда г. Самары от 20.10.2005 определение мирового судьи оставлено без изменения.
Президиум Самарского областного суда определение Железнодорожного районного суда отменил, указав следующее.
Прокурор Железнодорожного района г. Самары обратился к мировому судье с заявлением в интересах муниципального образования о выдаче судебного приказа о взыскании с С. суммы неуплаченного налога на имущество физических лиц за 2004 г. в размере 205,69 руб. и пени в сумме 11,59 руб., а всего 217,28 руб. В заявлении прокурор указал, что согласно сведениям филиала ФГУП «Ростехинвентаризация» С. имеет в собственности 1/3 доли жилого дома, расположенного по адресу: г. Самара, ул. Рубероидная, 19, и потому в силу п. 9 ст. 5 Закона РФ «О налогах на имущество физических лиц» от 09.12.1991 С. обязан уплачивать налог на имущество физических лиц, однако от его уплаты за 2004 г. С. уклонился.
Отказывая прокурору в принятии заявления о вынесении судебного приказа, мировой судья, руководствуясь положениями ч. 1 ст. 125 и п. 1 ч. 1 ст. 134 ГПК РФ, пришел к выводу о том, что заявление подано в защиту интересов другого лица государственным органом, которому законом такое право не предоставлено.
Между тем вывод мирового судьи не основан на законе.
В соответствии с ч. 1 ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов РФ, субъектов РФ, муниципальных образований.
В соответствии с ч. 3 ст. 3 Закона РФ «О налогах на имущество физических лиц», ст. 14 НК РФ налог на имущество физических лиц относится к местным налогам и является одним из источников формирования местного бюджета, поэтому неисполнение налогоплательщиками требований действующего законодательства по уплате этого налога нарушает интересы муниципального образования, в защиту интересов которого прокурор вправе обратиться в суд.
Допущенные мировым судьей нарушения норм материального и процессуального права судом второй инстанции устранены не были.
Апелляционное определение Железнодорожного районного суда отменено, материал по заявлению прокурора о выдаче судебного приказа направлен на новое апелляционное рассмотрение.
В действующем ГПК РФ недостаточно четко определены роль и процессуальное положение прокурора в судебном процессе, и тем самым остается спорным вопрос о правовом статусе прокурора при его участии в рассмотрении судами гражданских дел.
Некоторые авторы утверждают, что прокурор, предъявивший иск, занимает положение стороны (истца) в процессе, поскольку наличие ответчика по делу предполагает и наличие истца. Прокурор, подавший в суд исковое заявление, как раз таковым и является. Другие предлагают считать прокурора, заявившего иск, истцом в процессуальном смысле (процессуальным истцом), поскольку он не преследует по делу никакой «материальной выгоды». Суд в его пользу ничего не присуждает. Прокурор имеет только процессуальную заинтересованность в исходе дела. По мнению третьих, прокурор, являющийся представителем государства, выполняет при рассмотрении судами гражданских дел свойственную исключительно ему функцию надзора за законностью.
В свете изложенных позиций вызывают интерес размышления К.С. Юдельсона о статусе прокурора в гражданском процессе. «Различные ошибочные представления о прокуроре как о стороне в гражданском процессе, — пишет он, — основаны на том, что прокурор имеет ряд таких же процессуальных прав, какие принадлежат сторонам, а также на факте участия прокурора в доказательственной деятельности по установлению фактов спорного правоотношения. Иные выводы о процессуальном положении прокурора и природе его участия в гражданском процессе надо сделать, если исходить из сущности прокуратуры, всегда и везде осуществляющей задачу надзора за точным исполнением законов». Таким образом, «основания участия прокурора в гражданском процессе всегда едины — осуществление законоохранительной функции».
Однако нельзя не учитывать факт, что размышления К.С. Юдельсона строились и базировались на законодательстве советского периода, когда на прокурора возлагалась задача осуществления надзора за точным и единообразным исполнением законов практически всеми субъектами советского права и непременного реагирования на нарушения закона, от кого бы они ни исходили. В связи с этим мы вынуждены считаться с законодательными изменениями последнего времени, исключившими, в частности, вышеуказанную норму и склоняющими нас к позиции, что прокурор — это процессуальный истец в гражданском процессе, в том смысле, который вкладывают в это понятие современная наука и литература. Хотя законодательного закрепления данный термин до сих пор не нашел. Его использование весьма условно. Более того, фигура прокурора в гражданском судопроизводстве олицетворяет собой именно прокурора, все участники судебного процесса относятся и воспринимают его исключительно как прокурора, ст. 45 ГПК РФ предусматривает участие в судебном процессе прокурора, а не процессуального истца. Согласно ч. 2 ст. 38 ГПК РФ истцом признается лицо, в интересах которого начато дело. Иного содержания в понятие истца ГПК РФ не вкладывает. У прокурора отсутствует какой-либо собственный интерес в деле, и это является одной из особенностей его статуса здесь. Стремление прокурора обеспечить защиту прав и законных интересов граждан, общественных организаций, общества и государства, торжество закона в равной мере свойственно и суду.
В большинстве случаев обращение прокурора с иском в суд является завершающим этапом так называемой общенадзорной деятельности прокуратуры. Вступая в процесс, прокурор не утрачивает своего особого статуса — представителя государства. Подав заявление, он пользуется всеми процессуальными правами и несет все процессуальные обязанности истца, за исключением права на заключение мирового соглашения и обязанности по уплате судебных расходов.
В исковом заявлении, подаваемом в защиту интересов Российской Федерации, ее субъектов, муниципальных образований, прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц, прокурорам помимо общих сведений, предусмотренных ч. 1 ст. 131 ГПК РФ, необходимо указывать дополнительные (в чем конкретно заключаются их интересы, какое право нарушено, ссылка на закон или иной правовой акт, предусматривающие способы защиты этих интересов). При обращении в защиту законных интересов конкретного гражданина в заявлении прокурора должно содержаться обоснование невозможности предъявления иска самим гражданином.
В ходе судебного разбирательства прокурор вправе отказаться от иска. В случае отказа прокурора от искового заявления, поданного в защиту законных интересов другого лица, рассмотрение дела по существу продолжается, если это лицо или его законный представитель не заявит об отказе от иска. При отказе истца от иска суд прекращает производство по делу, если это не противоречит закону или не нарушает права и законные интересы других лиц. Между тем законодателем не определено, как должен поступить суд в случае отказа прокурора от иска, поданного в интересах Российской Федерации, ее субъектов, муниципальных образований, а также неопределенного круга лиц, когда «истец» не принимает участия в судебном процессе.
Согласно ч. 3 ст. 45 ГПК РФ прокурор вступает в процесс и дает заключение по делам о выселении, о восстановлении на работе, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, а также в иных случаях, предусмотренных Гражданским процессуальным кодексом и другими федеральными законами. Вместе с тем не раскрывается понятие «заключение прокурора», не определены его процессуально-правовое значение и содержание. Остается непонятным, о чем дает заключение прокурор и какое значение оно имеет для суда. Следовательно, в ГПК РФ необходимо более детально регламентировать вопрос дачи прокурором заключения по делу. В частности, следует дать законодательное понятие заключения прокурора, установить перечень дел и вопросов, по которым дается заключение, определить его значение для суда.
Прокурором, участвующим в деле, в течение десяти дней со дня принятия в окончательной форме мировым судьей решения, может быть принесено апелляционное представление, а на решение любого иного суда, вынесенное по первой инстанции, — кассационное представление. При этом реализовать это право прокурор может вне зависимости от того, присутствовал ли он в заседании суда первой инстанции. В то же время правом внесения кассационного (апелляционного) представления необходимо наделить соответствующего вышестоящего прокурора, что продиктовано интересами правосудия и обусловлено спецификой деятельности органов прокуратуры, выстраиваемой на принципах централизации и единоначалия.
В случае, когда прокурор участвовал в рассмотрении дела, генеральный прокурор и его заместители вправе обратиться в любой суд надзорной инстанции с представлением о пересмотре вступивших в законную силу решений и определений суда, за исключением постановлений Президиума Верховного Суда, а прокурор субъекта РФ — в президиум суда соответствующего субъекта Федерации и прокурор военного округа (флота) — в президиум суда соответствующего военного округа (флота). Исходя из положений п. 3 ст. 376 ГПК РФ, возможность обращения в суд надзорной инстанции с надзорным представлением ограничена необходимостью непосредственного участия прокурора в первоначальном рассмотрении дела. С данным выводом, возможно, могут согласиться не все авторы, ссылаясь на п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 января 2003 г. № 2 «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации», где указано, что прокурор имеет право внести надзорное представление в суд надзорной инстанции, если он является лицом, участвующим в деле, с точки зрения содержания ст. ст. 34, 35, 45 ГПК РФ, независимо от того, являлся ли он в судебное заседание суда первой инстанции. Вместе с тем с аналогичной позицией относительно внесения прокурором в суд второй (апелляционной и кассационной) инстанции апелляционного и кассационного представлений мы можем согласиться, поскольку в ст. ст. 320 и 336 ГПК РФ, предусматривающих право внесения прокурором апелляционного и соответственно кассационного представлений, содержится формулировка «прокурор, участвующий в деле», смысл которой возможно уяснить через толкование ст. ст. 34, 35 и 45 ГПК РФ, раскрывающих статус прокурора как лица, участвующего в деле. Однако применительно к внесению прокурором надзорного представления в суд надзорной инстанции законодатель избрал иную формулировку, указав, что должностное лицо органов прокуратуры может обратиться в суд надзорной инстанции с надзорным представлением, если в рассмотрении дела участвовал прокурор (п. 3 ст. 376 ГПК РФ). Возникает вопрос: что означает формулировка «участвовал прокурор»? Не лучше ли указать «…с надзорным представлением по делам, в рассмотрении которых предусмотрено участие прокурора»? На наш взгляд, помимо вполне оправданного и жизненно востребованного вывода, изложенного в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 января 2003 г. № 2, о том, что обращение должностного лица органов прокуратуры в суд надзорной инстанции с надзорным представлением не должно ставиться в зависимость от того, участвовал ли непосредственно (т.е. присутствовал) в судебном заседании суда первой инстанции прокурор, законодатель также должен внести изменения в ст. 376 ГПК РФ. Оптимальной представляется следующая формулировка ч. 3 ст. 376 ГПК РФ: «Право на обращение в суд надзорной инстанции с представлением о пересмотре вступивших в законную силу решений и определений суда по делам, в рассмотрении которых настоящим Кодексом и другими федеральными законами предусмотрено участие прокурора, имеют должностные лица органов прокуратуры, указанные в статье 377 настоящего Кодекса».
Учитывая, что на практике может сложиться ситуация, когда в силу каких-либо причин прокурор не принимал участия в рассмотрении дела судом с участием лица, которое не способно полноценным образом отстоять свои интересы либо которое после принятия судом решения было, например, признано недееспособным, а решение явно ущемляет его интересы, следует ограничивать возможность обращения прокурора в суд надзорной инстанции с надзорным представлением необходимостью непосредственного участия должностного лица органов прокуратуры в рассмотрении дела судом первой инстанции. Это обусловлено правозащитным статусом прокурора, который непременно должен отстаивать права незащищенных граждан, в том числе в стадии пересмотра судебных постановлений судом надзорной инстанции.
Между тем «практика показывает, что основное количество протестов в порядке надзора вносилось прокурором по гражданским делам «необязательной категории». Отсутствие права прокурора истребовать гражданские дела из суда общей юрисдикции на практике вызвало серьезные затруднения при проверке жалоб граждан на судебные постановления по гражданским делам, поскольку копий документов, представляемых стороной, недостаточно для того, чтобы разобраться в деле, и поэтому необходимо изучать сами дела. Это требует восстановления указанного права прокурора. Пока этого не будет сделано, прокурорам следует активно использовать имеющиеся у них возможности в рамках действующего гражданско-процессуального законодательства. В частности, как это обозначено в Приказе Генерального прокурора РФ от 2 декабря 2003 г. № 51, участвующим в судебном разбирательстве в суде первой инстанции прокурорским работникам необходимо формировать наблюдательные производства, в которых помимо подробных заключений должны содержаться копии наиболее важных процессуальных документов (исковых заявлений, отзывов на иски, правоустанавливающих документов, протоколов судебных заседаний, апелляционных, кассационных и надзорных жалоб, представлений прокурора и отзывов на них и т.д.). Именно эти материалы могут являться в дальнейшем основанием для принятия решения соответствующим прокурором о направлении представления в порядке надзора в соответствующую судебную инстанцию.
§3. Иные участники гражданского судопроизводства, защищающие интересы от своего имени, в интересах других лиц
В случаях, предусмотренных законом, органы государственной власти, органы местного самоуправления, организации или граждане вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц по их просьбе либо в защиту прав и законных интересов неопределенного круга лиц. Заявление в защиту законных интересов недееспособного или несовершеннолетнего гражданина может быть подано независимо от просьбы заинтересованного лица или его законного представителя (ст. 46 ГПК РФ). Согласно ст. 4 ГПК РФ гражданское дело может быть возбуждено по заявлению лица, выступающего от своего имени в защиту прав и свобод и законных интересов другого лица, неопределенного круга лиц или в защиту интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.
Законодательное закрепление и правовая регламентация участия в гражданском процессе лиц, которые защищают не свои права, а охраняемые законом интересы и права других субъектов, служат важной гарантией законности осуществления правосудия.
Как известно, государственные органы могут занимать в процессе положение стороны или третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, в тех случаях, когда они сами являются непосредственными носителями прав и обязанностей, о защите которых просят суд, и когда они выступают в процессе от своего имени и в защиту собственных интересов. В приведенной ситуации они имеют материально-правовую и процессуально-правовую заинтересованность в исходе дела, занимают правовое положение истца или ответчика в процессе.
Однако государственные органы, органы местного самоуправления, организации или отдельные граждане могут участвовать в гражданском процессе для защиты не только своих прав и охраняемых законом интересов, но также для защиты интересов и прав других лиц, являющихся субъектами спорного материального правоотношения.
В этом случае основанием их участия в процессе будет служить заинтересованность в законном и обоснованном разрешении спора, вытекающая из тех функций и обязанностей, которые возложены на них законом и актами, определяющими компетенцию данного государственного органа (организации).
Обязательными условиями возбуждения дела государственным органом в защиту прав и охраняемых законом интересов других лиц являются следующие: указание закона, наличие просьбы заинтересованного лица (субъекта спорного материального правоотношения), в защиту прав предъявляется иск истцом в процессуальном смысле, который занимает положение процессуального истца.
В тех случаях, когда закон возлагает на органы государственного управления специальную обязанность, они участвуют в процессе в качестве процессуальных истцов.
Понятие процессуальных истцов в гражданском процессе связано с наличием целого ряда признаков, позволяющих выявить их характерные признаки:
1) отсутствие материально-правового интереса;
2) они освобождены от уплаты государственной пошлины и не несут судебных расходов по делу;
3) к ним не может быть предъявлен встречный иск;
4) наряду с процессуальным истцом к делу привлекается истец, чьи материальные права должен защитить суд.
Государственные органы относятся к той группе лиц, участвующих в деле, которые имеют только процессуально-правовую заинтересованность в исходе дела, участвуют в процессе от своего имени, но в защиту чужих интересов. Они участвуют в процессе в силу возложенной на них законом служебной обязанности. Основанием участия в гражданском процессе государственных органов, органов местного самоуправления, организаций и отдельных граждан является не только наличие специальных указаний в законе на возможность участия их в процессе в защиту прав и законных интересов других лиц, но и социальная направленность, особая значимость тех прав и охраняемых законом интересов, в защиту которых они выступают, например, охрана интересов материнства и детства, охрана окружающей природной среды, защита прав потребителей.
Закон предусматривает две процессуальные формы участия в гражданском процессе государственных органов и органов местного самоуправления: 1) обращение в суд с иском в защиту прав, свобод и охраняемых законом интересов других лиц по их просьбе или неопределенного круга лиц. Иск в защиту интересов недееспособного лица может быть предъявлен независимо от просьбы заинтересованного лица; 2) государственные органы и органы местного самоуправления могут вступить в процесс по своей инициативе или по инициативе участвующих в деле лиц, а также для дачи заключения по делу в целях осуществления возложенных на них обязанностей.
Основная цель их участия в обеих формах состоит в защите прав и интересов граждан, организаций, выполнении обязанностей, порученных им государством по охране этих прав и интересов путем оказания содействия суду. Участвуя в гражданском процессе, государственные органы защищают не только права непосредственных их носителей, но и интересы государства и общества в целом, т.е. правопорядок.
Первая форма участия — возбуждение гражданского дела. Иск в защиту нарушенных или оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов недееспособного гражданина может быть предъявлен независимо от просьбы его законного представителя или иного заинтересованного лица (ч. 1 ст. 46 ГПК). Государственные органы и другие лица, которым закон предоставляет право защищать интересы иных лиц, возбуждают процесс по собственной инициативе в тех случаях, когда становится известно о нарушении чьих-то прав и охраняемых законом интересов, и закон предоставляет им такое право. В действующем законодательстве нельзя перечислить все возможные случаи предъявления ими исков в защиту чужих интересов. Однако в ряде случаев закон содержит такое указание.
В соответствии со ст. 28 ГК РФ должно быть дано разрешение органов опеки и попечительства на совершение сделки по отчуждению имущества малолетнего ребенка. Это разрешение должно быть получено перед совершением сделки с целью обеспечить соблюдение законных имущественных прав несовершеннолетнего ребенка.
Кроме государственных органов, иски в защиту интересов других лиц могут предъявлять иные органы. Так, например, круг лиц, по заявлениям которых судами рассматриваются дела о лишении родительских прав, определен ч. 1 ст. 70 Семейного кодекса РФ. К ним, в частности, относятся орган или учреждение, на которые возложены обязанности по охране прав несовершеннолетних детей: органы опеки и попечительства, комиссии по делам несовершеннолетних, учреждения для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей; дома ребенка, школы-интернаты, детские дома, дома инвалидов, социально-реабилитационные центры для несовершеннолетних, центры помощи детям, оставшимся без попечения родителей, территориальные центры социальной помощи семье и детям, социальные приюты для детей и подростков, интернаты для детей с физическими недостатками и др. (п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 27 мая 1998 г. «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей»).
Согласно закону иск об ограничении родительских прав может быть предъявлен дошкольными образовательными учреждениями, общеобразовательными учреждениями и другими учреждениями, на которые возложены обязанности по охране прав несовершеннолетних детей (ст. 73 Семейного кодекса РФ).
В соответствии с Законом РФ «О защите прав потребителей» органы по защите прав потребителей при местной администрации, а также общественные организации потребителей могут предъявлять иски в суде в защиту прав потребителей, а также в защиту неопределенного круга потребителей. Уточняя и развивая это положение, Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 29 сентября 1994 г. «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» указал, что право на предъявление исков к изготовителям (исполнителям, продавцам) предоставлено широкому кругу лиц, в том числе федеральному антимонопольному органу, федеральным органам исполнительной власти, органам местного самоуправления, общественным объединениям потребителей.
Целый ряд норм ГПК предусматривает возможность возбуждения некоторых дел особого производства государственными органами, другими лицами. Согласно ст. 281 ГПК РФ дело об ограничении гражданина в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами может быть возбуждено на основании заявления членов его семьи, органа опеки и попечительства, психиатрического или психоневрологического учреждения, а также комиссии по делам несовершеннолетних.
Дело о признании гражданина недееспособным вследствие психического расстройства может быть возбуждено в суде на основании заявления членов его семьи, близких родственников (родителей, детей, братьев, сестер) независимо от совместного с ним проживания, органа опеки и попечительства, психиатрического или психоневрологического учреждения.
Дело об ограничении либо о лишении несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет права самостоятельно распоряжаться своим заработком, стипендией или иными доходами может быть возбуждено на основании заявления родителей, усыновителей или попечителя либо органа опеки и попечительства (ч. ч. 1, 2, 3 ст. 281 ГПК РФ).
Государственные органы и органы местного самоуправления, предъявляя иск в защиту чужих интересов, не являются стороной в материальном смысле, а выступают в качестве истцов только в процессуальном смысле. Лица, подавшие заявление в защиту законных интересов других лиц, пользуются всеми процессуальными правами и несут все процессуальные обязанности истца, за исключением права на заключение мирового соглашения и обязанности по уплате судебных расходов (ч. 2 ст. 46 ГПК РФ).
Процессуальные истцы должны обосновывать и поддерживать в судебном заседании требования, с которыми они обратились в суд, совершать все действия в таком же порядке, как и истец — субъект спорного материального правоотношения, т.е. сторона в материальном смысле. К ним нельзя предъявить встречный иск для совместного рассмотрения с первоначальным исковым требованием.
Государственным органам принадлежат все остальные права, которыми закон наделяет истца. Заинтересованное же лицо, в чьих интересах предъявлен иск, извещается о слушании дела и участвует в нем в качестве истца. В случае отказа государственных органов, органов местного самоуправления, организаций или граждан поддерживать требования, заявленные ими в интересах другого лица, рассмотрение дела по существу продолжается, если лицо, в чьих интересах заявлено требование, или его представитель не заявят об отказе от иска. В случае отказа органов, организаций или граждан поддержать требование, заявленное ими в интересах другого лица, а также отказа истца от иска наступают процессуальные последствия, предусмотренные ч. 2 ст. 45 ГПК РФ. Государственные органы могут занимать в процессе положение ответчиков в процессуальном смысле. Так, орган опеки и попечительства может занимать положение ответчика в процессуальном смысле по делу о восстановлении в родительских правах и об отмене усыновления.
Второй формой участия в гражданском процессе государственных органов и органов местного самоуправления является вступление в дело для дачи заключения.
Заключение, даваемое органами государственного управления, должно отвечать определенным требованиям и среди них наиболее важным является указание не только на те действия, которые были совершены данным госорганом, но содержать правовой вывод, основанный на законе, о том, как должен быть разрешен спор, т.е. должна быть рекомендация суду по поводу дела, которое находится в его производстве. Заключение госорганов относится к числу письменных доказательств. В случаях, предусмотренных федеральным законом, государственные органы, органы местного самоуправления до принятия решения судом первой инстанции вступают в дело по своей инициативе, по инициативе участвующих в деле лиц для дачи заключения по делу в целях осуществления возложенных на них обязанностей и защиты прав, свобод и законных интересов других лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.
В тех случаях, когда юридическая заинтересованность органов государственного управления в деле вытекает из их государственно-правовой деятельности, они участвуют в процессе со специальной целью — дать заключение по делу.
Семейный кодекс РФ содержит достаточно большое количество норм, регулирующих участие органов опеки и попечительства в делах, вытекающих из брачно-семейных отношений (ст. ст. 28, 70, 72, 79, 78 СК РФ). Так, при рассмотрении судами споров, связанных с воспитанием детей, независимо от того, кем предъявлен иск в защиту интересов ребенка, к участию в деле должен быть привлечен орган опеки и попечительства (ст. 78 Семейного кодекса РФ).
Согласно ст. 273 ГПК РФ заявление об усыновлении рассматривается в закрытом судебном заседании с обязательным участием усыновителей (усыновителя), представителя органа опеки и попечительства, прокурора, ребенка, достигшего возраста 14 лет, а в необходимых случаях — родителей, других заинтересованных лиц и самого ребенка в возрасте от 10 до 14 лет.
Вопрос об участии государственного органа, органа местного самоуправления, организации в процессе решается в стадии подготовки дела к судебному разбирательству. Судья должен известить государственный орган о слушании дела. Государственный орган обязан представить к моменту рассмотрения дела свое заключение. Согласно ст. 78 Семейного кодекса РФ орган опеки и попечительства обязан провести обследование условий жизни ребенка и лица (лиц), претендующего на его воспитание, и представить суду акт обследования и основанное на нем заключение по существу спора.
Заключение органа опеки и попечительства должно быть подписано руководителем органа местного самоуправления либо уполномоченного на это должностным лицом подразделения органа местного самоуправления, на которое возложено осуществление функций по охране прав детей.
Заключение указанных органов представляется в письменном виде, оглашается в судебном заседании. После чего суд, лица, участвующие в деле, их представители могут задавать уполномоченным представителям вопросы по поводу данного заключения в целях его разъяснения и уточнения. Представители государственных органов выступают в судебных прениях после сторон и третьих лиц, им предоставлено также право реплики. Если государственный орган привлекается к участию в деле, то его участие в деле является не только правом, но и обязанностью. Заключение государственного органа имеет важное значение для правильного разрешения спора, однако суд не связан доводами и выводами, содержащимися в заключении, и может вынести решение, противоположное мнению, высказанному в заключении. Однако в этом случае требуются аргументированные доводы суда о несогласии с выводами, содержащимися в заключении.
Заключение государственного органа, органа местного самоуправления следует отличать от заключения эксперта. Эксперт — лицо, которое не заинтересовано в исходе дела и отвечает лишь на вопросы, поставленные в определении суда о назначении экспертизы и касающиеся фактов, но не права. Его участие зависит от конкретных обстоятельств дела, в то время как участие в процессе государственного органа, как правило, обусловлено указанием закона.
Заключение
В соответствии с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. В связи с изложенным одной из важнейших задач является более детальная регламентация объема прав и обязанностей участников гражданских правоотношений и гражданского процесса, с тем, чтобы не допускать недобросовестного использования ими своих процессуальных прав и побудить их под угрозой конкретных санкций к добросовестному поведению. Обращение к нормам материального права показывает, что Часть первая ГК РФ содержит специальные нормы, посвященные осуществлению гражданских прав и пределам такого осуществления. Что же касается регулирования пределов осуществления процессуальных прав, то процессуальный кодекс соответствующей нормы не содержит, что, по мнению автора, отрицательно сказывается на эффективности судопроизводства по гражданским делам.
Представляется, что одним из путей совершенствования действующего законодательства является теоретическая разработка и последующее включение в текст закона дефиниций наиболее распространенных проявлений злоупотреблений процессуальными правами.
В связи с этим требуется скорейшее изменение редакции ряда специальных норм, с тем, чтобы исключить имеющиеся между ними противоречия, позволяющие недобросовестным участникам процесса (гражданам, юридическим лицам и их представителям) ущемлять права противоположной стороны, создавая при этом видимость соблюдения закона.
1. Разделяя позицию Конституционного Суда Российской Федерации, высказанную в Постановлении от 25 января 2001 г. № 1-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И. В. Богданова, А. Б. Зернова, С. И. Кальянова и Н. В. Труханова», предлагается в ее развитие предусмотреть в гражданском кодексе обязанность судьи возместить вред, причиненный грубыми нарушениями процессуальных норм, а также волокитой по вине судьи, в порядке регресса перед Российской Федерацией.
2. Гражданские процессуальные права суда должны осуществляться в соответствии с целями и задачами гражданского судопроизводства, с требованиями разумности и справедливости, с тем чтобы обеспечить фактическое равенство лиц, участвующих в деле, перед законом и судом. Соответствующее положение предлагается внести в Раздел I ГПК РФ.
3. Одним из средств упрощения задачи суда по распределению между сторонами обязанностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств может служить включение в тексты материально-правовых актов указаний на перечень юридически значимых обстоятельств и надлежащие средства их доказывания по конкретным видам гражданских правоотношений, подобно тому, как это сделано в ч. 1 ст. 152 и ч. 1 ст. 162 ГКРФ.
4. Следует расширить и дополнить право суда на осуществление самоконтроля, наделив судью полномочиями по отмене собственных определений, выносимых на стадии принятия заявления, а также на стадии подготовки дела к судебному разбирательству (в части распределения между участвующими в деле лицами обязанностей по доказыванию и в части возложения на сторону или другого участника процесса обязанности по предоставлению конкретного доказательства).
5. Судье, как непосредственно рассмотревшему дело, так и рассматривающему другие связанные с ним дела, следует предоставить право инициировать возбуждение надзорного производства с целью отмены неправосудных судебных постановлений по гражданским делам по основаниям, перечисленным в пунктах 1, 3-8 части 2 статьи 364 ГПК РФ.
6. Под злоупотреблением процессуальными правами сторон и третьих лиц следует понимать особый тип правонарушения, связанный с умышленным использованием управомоченным лицом допустимых законом процессуальных средств для достижения целей, несовместимых с целями и задачами гражданского судопроизводства.
7. В целях пресечения попыток недобросовестных истцов (заявителей) искусственно изменить подсудность гражданского дела целесообразно включить перечень надлежащих сторон по той или иной категории дел в текст соответствующих статей материального закона.
8. Исключение представителя из перечня лиц, подлежащих извещению судом о времени и месте судебного разбирательства (статья 113 ГПК РФ), находится в противоречии с требованиями статей 6 и 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности и равенства сторон. В связи с изложенным представитель по-прежнему должен извещаться судом о времени и месте судебного разбирательства.
9. Вывод о том, что в числе основных гражданских процессуальных обязанностей сторон следует выделять обязанность доказывания, подкреплён анализом нормы о том, что у сторон появилась важная составляющая этой обязанности: до начала судебного разбирательства раскрыть имеющиеся у них доказательства. Обосновано предложение о внесении соответствующих изменений в ст. 56 ГПК РФ, предусмотрев следующую санкцию: «неисполнение указанной обязанности влечёт за собой отказ суда в принятии к рассмотрению нераскрытых доказательств».
Библиография
Нормативно-правовые акты
Федеральный Конституционный Закон от 23.06.1999 г. № 1-ФКЗ «О военных судах Российской Федерации» (в ред. от 04.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 26. – Ст. 3170.
Федеральный Конституционный Закон от 31.12.1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» (в ред. от 05.04.2005) // Собрание законодательства РФ. – 1997. – № 1. – Ст. 1.
Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 г. № 138-ФЗ (в ред. от 04.12.2007) // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 46. – Ст. 4532.
Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 г. № 95-ФЗ (с изм. от 25.03.2008) // Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 30. – Ст. 3012.
Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 г. № 223-ФЗ (в ред. от 21.07.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 1. – Ст.16.
Закон РФ от 07.02.1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (в ред. от 25.10.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 140.
Приказ Генерального прокурора РФ от 2 декабря 2003 г. № 51 «Об обеспечении участия прокуроров в гражданском судопроизводстве» // Сборник основных организационно-распорядительных документов Генпрокуратуры РФ. (Том 1) – Тула., Издательский дом «Автограф». 2004. – С. 94.
Информационное письмо Генеральной прокуратуры РФ от 27 января 2003 г. N 8-15-2003 «О некоторых вопросах участия прокурора в гражданском процессе, связанных с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» // Сборник основных организационно-распорядительных документов Генпрокуратуры РФ. (Том 1) – Тула., Издательский дом «Автограф». 2004. – С. 135.
Научная литература
Аббясов, Н.Ф. Стороны в гражданском процессе / Н.Ф. Аббясов. // Арбитражный и гражданский процесс. –2002. – № 4. – С. 21.
Анисимов, А.Л. Рассмотрение и разрешение споров в суде / А.Л. Анисимов. // Трудовое право. – 2008. – № 3. – С. 26.
Арбитражный процесс: Учебник / Отв. ред. Ярков В.В. – М., Волтерс Клувер. 2005. – 638 с.
Боннер, А.Т. Производство по делам, возникающим из административно-правовых отношений: Автореф. дис… канд. юрид. наук. / А.Т. Боннер. – М., 1966. – 38 с.
Борисова, Е.А. Апелляция в гражданском процессе. / Е.А. Борисова. // Арбитражные споры. – 2007. – № 1. – С. 14.
Викут, М.А. Стороны — основные лица искового производства. / М.А. Викут. – Саратов., Изд-во СЮИ. 1968. – 326 с.
Войтович, Л. Права и обязанности представителя в гражданском судопроизводстве / Л. Войтович. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2006. – № 5. – С. 23.
Глазкова, М.Е. Пределы активности суда в состязательном процессе / М.Е. Глазкова. // Журнал российского права. – 2008. – № 2. – С. 21.
Горбашев, В.В. Развитие российского законодательства о соучастии / В.В. Горбашев. // Законодательство и экономика. – 2008. – № 2. – С. 24.
Гражданский процесс России: Учебник / Под ред. Викут М.А. – М., Юристъ. 2004. – 586 с.
Гражданский процесс: Учебник для юридических вузов / Под ред. Абрамова С.Н. – М., Юридическая литература. 1948. – 542 с.
Грось, Л. Институт процессуального соучастия: связь между процессуальным и материальным правом / Л. Грось. // Российская юстиция. – 2008. – № 3. – С. 26.
Грось, Л.А. К вопросу о гражданской процессуальной правоспособности и дееспособности сторон и третьих лиц / Л.А. Грось. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2007. – № 3. – С. 25.
Грудцына, Л.Ю. Конституционные гарантии судебной защиты прав и свобод и особенности их реализации в гражданском судопроизводстве / Л.Ю. Грудцына. // Законодательство и экономика. – 2005. – № 2. – С. 32.
Гукасян Р. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. / Р. Гукасян. – Саратов., Изд-во СЮИ. 1970. – 326 с.
Демократические основы советского социалистического правосудия / Под ред. Строговича М.С. – М., Наука. 1965. – 436 с.
Джалилов, Д.Р. Гражданское процессуальное правоотношение и его субъекты. / Д.Р. Джалилов. – Душанбе., 1962. – 364 с.
Джаникян, М.В. Субъекты гражданского и арбитражного процесса (унификация правового регулирования) / М.В. Джаникян. // Юрист. – 2007. – № 5. – С. 21.
Добровольский, А.А. Участие органов государственного управления в гражданском процессе. / А.А. Добровольский. – М.,Юрлитиздат. 1958.– 368с.
Евстифеева Т.И. Гражданские процессуальные правоотношения. / Т.И. Евстифеева. – Саратов., Изд-во СЮИ. 2006. – 456 с.
Елисеев, Н. Понятие процессуального правового отношения в российском праве / Н. Елисеев. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2008. – № 3. – С. 23.
Ергашев, Е.Р. Принцип ограниченного участия прокурора в рассмотрении судами гражданских / Е.Р. Ергашев. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2007. – № 2. – С. 24.
Жеруолис, И.А. Сущность советского гражданского процесса. / И.А. Жеруолис. – Вильнюс, 1969. – 652 с.
Жильцова, Н., Голиченко, М. К вопросу о понятии гражданского процессуального правоотношения / Н. Жильцова, М. Голиченко. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2007. – № 8. – С. 26.
Жуйков, В. Принцип диспозитивности в гражданском судопроизводстве / В. Жуйков. // Российская юстиция. – 2006. – № 7. – С. 25.
Зейдер Н.Б. Гражданские процессуальные правоотношения. / Н.Б. Зейдер. – Саратов., Изд-во СЮИ. 2000. – 612 с.
Зейдер, Н.Б. Судебное решение по гражданскому делу / Н.Б. Зейдер. – М., Норма. 2006. – 364 с.
Клепикова, М.А. Судебный контроль за распорядительными действиями сторон в гражданском и арбитражном процессе / М.А. Клепикова. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2008. – № 2. – С. 23.
Козлов, А.Ф. Гражданские процессуальные правоотношения, возникающие без участия суда / А.Ф. Козлов. // Вопросы совершенствования гражданско-правового регулирования / Под ред. Щеглова В.Н., Хаскельберга Б.Л., Воловича В.Ф. – Томск., Издательство Томского ун-та. 1990. – 468 с.
Козлов, А.Ф. Место суда среди других субъектов советского гражданского процессуального права / А.Ф. Козлов. // Ученые труды Свердловского юридического института. Свердловск. – 1966. – Вып. 6. – С. 148.
Колесов, П.П. Соединение исков / П.П. Колесов. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2003. – № 9. – С. 21.
Комиссаров, К.И. Некоторые аспекты соотношения гражданского и гражданско-процессуального права / К.И. Комиссаров. – Екатеринбург., 2006. – 354 с.
Комментарий к постановлениям Пленума ВС РФ по гражданским делам / Под ред. Жуйкова В.М. – М., Юридическая литература. 2007. – 568 с.
Кулаков, Г., Орловская, Я. Обязанности сторон в гражданском процессе / Г. Кулаков, Я. Орловская // Российская юстиция. – 2008. – № 1. – С. 21.
Кунин, Л. Иски: распорядительные действия сторон / Л. Кунин. // Бизнес-адвокат. – 2008. – № 1. – С. 15.
Курс советского гражданского процессуального права / Под ред. Мельникова А.А. – М., Наука. 1981. – 648 с.
Мельников, А.А. Гражданские процессуальные правоотношения / А.А. Мельников. // Советское государство и право. – 1977. – № 2. – С. 51.
Мельников, А.А. Защита прав личности в социалистическом гражданском процессе. / А.А. Мельников. – М., Наука. 1986. – 432 с.
Медведев, И. Некоторые аспекты присяги сторон, свидетелей и экспертов в гражданском процессе / И. Медведев. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2007. – № 6. – С. 26.
Мозолин, В.П. О гражданском процессуальном правоотношении / В.П. Мозолин. // Советское государство и право. – 1955. – № 6. – С. 52.
Настольная книга судьи по гражданским делам / Под ред. Толчеева Н.К. — М., ТК Велби. 2006. – 546 с.
Осокина, Г.Л. Гражданский процесс. Общая часть. / Г.Л. Осокина. – М., Юристъ. 2004. – 618 с.
Плешанов, А.Г. Диспозитивное начало в сфере гражданской юрисдикции: проблемы теории и практики. / А.Г. Плешанов. – М., Норма. 2007. – 432 с.
Попов, В.В. Встречный иск как форма реализации принципов гражданского процессуального права / В.В. Попов. // Безопасность бизнеса. – 2007. – № 2. – С. 21.
Правовая реформа. Теория и практика: Учебное пособие. / Под ред. Дорониной Н.Г. – М., Проспект. 2006. – 412 с.
Приходько, И.А. Доступность правосудия в арбитражном и гражданском процессе: основные проблемы / И.А. Приходько. – СПб., Издательство юридического факультета С.-Петербургского государственного университета. 2005. – 468 с.
Прокурорский надзор в Российской Федерации: Учебник / Под ред. Рохлина В.И. – СПб., Питер. 2000. – 678 с.
Семенов, В.М. К вопросу о ценности гражданского процессуального права и гражданской процессуальной формы / В.М. Семенов. – Екатеринбург., 2004. – 268 с.
Строгович, М.С. О системе науки судебного права / М.С. Строгович. // Советское государство и право. – 1939. – № 3. – С. 66-67.
Толстой, Ю.К. К теории правоотношения. / Ю.К. Толстой. – Л., Изд-во ЛГУ. 1959. – 536 с.
Филатова, М.А. Фундаментальные гарантии сторон в гражданском процессе: способы закрепления и тенденции развития / М.А. Филатова. // Журнал российского права. – 2007. – № 5. – С. 23.
Халфина, Р.О. Общее учение о правоотношении. / Р.О. Халфина. – М., Юридическая литература. 1974. – 562 с.
Чечина. Н.А. Гражданские процессуальные правоотношения. / Н.А. Чечина. – Л., Изд-во ЛГУ. 1962. – 536 с.
Чечот, Д.М. Участники гражданского процесса / Д.М. Чечот. // Избранные труды по гражданскому процессу. – СПб., Питер. 2005. – 536с.
Шакарян, М.С. Учение о сторонах в советском гражданском процессе. / М.С. Шакарян. – М., Юрлитиздат. 1983. – 348 с.
Шобухин, В. О некоторых вопросах участия прокурора в гражданском процессе / В. Шобухин. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2007. – № 3. – С. 23.
Юдельсон, К.С. Советский гражданский процесс. / К.С. Юдельсон. – М., Юрлитиздат. 1956. – 562 с.
Яковлев, В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных правоотношений. / В.Ф. Яковлев. – Свердловск., 1972. – 334 с.
Судебная практика
Постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 6/8 от 01.07.1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Вестник ВАС РФ. – 1996. – № 9. – С. 32.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.01.2003 г. № 2 «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» (в ред. от 12.02.2008) // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2003. – № 3. – С. 21.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27.05.1998 г. № 10 «О применении судами законодательства при разрешении споров, связанных с воспитанием детей» (в ред. от 06.02.2007) // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1998. – № 7. – С. 28.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.1994 г. № 7 «О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей» (в ред. от 11.05.2007) // Российская газета. – 1994. – № 230. – С. 12.
Извлечение из постановления Президиума Самарского областного суда N 0706/442 от 17.08.2006//Судебная практика (Приложение к информационному бюллетеню управления Судебного департамента в Самарской области).- 2007.- № 4(23).-С.6.
Извлечение из постановления Президиума Самарского областного суда № 0706/504 от 28.09.2006// Судебная практика (Приложение к информационному бюллетеню управления Судебного департамента в Самарской области).- 2007. — № 4(23).- С.13.
Извлечение из кассационного определения Судебной коллегии по гражданским делам от 11.10.2006// Судебная практика (Приложение к информационному бюллетеню Управления Судебного департамента в Самарской области).- 2007.- № 4(23).- С.6.
Всеобщая декларация прав человека (принята на третьей сессии Генеральной Ассамблеи ООН резолюцией 217 А (III) от 10 декабря 1948 г.)// «Российская газета» от 10 декабря 1998 г.,
Елисеев, Н. Понятие процессуального правового отношения в российском праве / Н. Елисеев. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2008. – № 3. – С. 23.
Жеруолис, И.А. Сущность советского гражданского процесса. / И.А. Жеруолис. – Вильнюс, 1969. – С. 62, 64; Козлов, А.Ф. Место суда среди других субъектов советского гражданского процессуального права / А.Ф. Козлов. // Ученые труды Свердловского юридического института. Свердловск. – 1966. – Вып. 6. – С. 148.
Козлов, А.Ф. Гражданские процессуальные правоотношения, возникающие без участия суда / А.Ф. Козлов. // Вопросы совершенствования гражданско-правового регулирования / Под ред. Щеглова В.Н., Хаскельберга Б.Л., Воловича В.Ф. – Томск., Издательство Томского ун-та. 1990. – С. 129-139.
Жильцова, Н., Голиченко, М. К вопросу о понятии гражданского процессуального правоотношения / Н. Жильцова, М. Голиченко. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2007. – № 8. – С. 26.
Толстой, Ю.К. К теории правоотношения. / Ю.К. Толстой. – Л., Изд-во ЛГУ. 1959. – С. 32; Чечина. Н.А. Гражданские процессуальные правоотношения. / Н.А. Чечина. – Л., Изд-во ЛГУ. 1962. – С. 38; Зейдер Н.Б. Гражданские процессуальные правоотношения. / Н.Б. Зейдер. – Саратов., Изд-во СЮИ. 2000. – С. 58.
Мельников, А.А. Гражданские процессуальные правоотношения / А.А. Мельников. // Советское государство и право. – 1977. – № 2. – С. 51; Халфина, Р.О. Общее учение о правоотношении. / Р.О. Халфина. – М., Юридическая литература. 1974. – С. 102.
Мозолин, В.П. О гражданском процессуальном правоотношении / В.П. Мозолин. // Советское государство и право. – 1955. – № 6. – С. 52; Джалилов, Д.Р. Гражданское процессуальное правоотношение и его субъекты. / Д.Р. Джалилов. – Душанбе., 1962. – С. 25.
Осокина, Г.Л. Гражданский процесс. Общая часть. / Г.Л. Осокина. – М., Юристъ. 2004. – С. 54.
Гражданский процесс России: Учебник / Под ред. Викут М.А. – М., Юристъ. 2004. – С. 58; Евстифеева Т.И. Гражданские процессуальные правоотношения. / Т.И. Евстифеева. – Саратов., Изд-во СЮИ. 2006. – С. 17.
Осокина, Г.Л. Указ. соч. – С. 58.
Собрание законодательства РФ. – 1997. – № 1. – Ст. 1.
Анисимов, А.Л. Рассмотрение и разрешение споров в суде / А.Л. Анисимов. // Трудовое право. – 2008. – № 3. – С. 26.
Собрание законодательства РФ. – 1999. – № 26. – Ст. 3170.
Собрание законодательства РФ. – 2002. – № 46. – Ст. 4532.
Борисова, Е.А. Апелляция в гражданском процессе. / Е.А. Борисова. // Арбитражные споры. – 2007. – № 1. – С. 14.
Настольная книга судьи по гражданским делам / Под ред. Толчеева Н.К. — М., ТК Велби. 2006. – С. 132.
Грудцына, Л.Ю. Конституционные гарантии судебной защиты прав и свобод и особенности их реализации в гражданском судопроизводстве / Л.Ю. Грудцына. // Законодательство и экономика. – 2005. – № 2. – С. 32.
Извлечение из постановления Президиума Самарского областного суда № 0706/504 от 28.09.2006// Судебная практика (Приложение к информационному бюллетеню управления Судебного департамента в Самарской области).- 2007. — № 4(23).- С.13.
Жуйков, В. Принцип диспозитивности в гражданском судопроизводстве / В. Жуйков. // Российская юстиция. – 2006. – № 7. – С. 25.
Семенов, В.М. К вопросу о ценности гражданского процессуального права и гражданской процессуальной формы / В.М. Семенов. – Екатеринбург., 2004. – С. 102-110.
Плешанов, А.Г. Диспозитивное начало в сфере гражданской юрисдикции: проблемы теории и практики. / А.Г. Плешанов. – М., Норма. 2007. – С. 106.
Комиссаров, К.И. Некоторые аспекты соотношения гражданского и гражданско-процессуального права / К.И. Комиссаров. – Екатеринбург., 2006. – С. 146-147.
Правовая реформа. Теория и практика: Учебное пособие. / Под ред. Дорониной Н.Г. – М., Проспект. 2006. – С. 11.
Яковлев, В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных правоотношений. / В.Ф. Яковлев. – Свердловск., 1972. – С. 151-152.
Арбитражный процесс: Учебник / Отв. ред. Ярков В.В. – М., Волтерс Клувер. 2005. – С. 29-30.
Комиссаров, К.И. Некоторые аспекты соотношения гражданского и гражданско-процессуального права / К.И. Комиссаров. – Екатеринбург., 2006. – С. 246.
Плешанов, А.Г. Диспозитивное начало в сфере гражданской юрисдикции: проблемы теории и практики. / А.Г. Плешанов. – М., Норма. 2007. – С. 37.
Медведев, И. Некоторые аспекты присяги сторон, свидетелей и экспертов в гражданском процессе / И. Медведев. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2007. – № 6. – С. 26.
Аббясов, Н.Ф. Стороны в гражданском процессе / Н.Ф. Аббясов. // Арбитражный и гражданский процесс. –2002. – № 4. – С. 21.
Глазкова, М.Е. Пределы активности суда в состязательном процессе / М.Е. Глазкова. // Журнал российского права. – 2008. – № 2. – С. 21.
Джаникян, М.В. Субъекты гражданского и арбитражного процесса (унификация правового регулирования) / М.В. Джаникян. // Юрист. – 2007. – № 5. – С. 21.
Приходько, И.А. Доступность правосудия в арбитражном и гражданском процессе: основные проблемы / И.А. Приходько. – СПб., Издательство юридического факультета С.-Петербургского государственного университета. 2005. – С. 109.
Демократические основы советского социалистического правосудия / Под ред. Строговича М.С. – М., Наука. 1965. – С. 279-280; Боннер, А.Т. Производство по делам, возникающим из административно-правовых отношений: Автореф. дис… канд. юрид. наук. / А.Т. Боннер. – М., 1966. – С. 12.
Викут, М.А. Стороны — основные лица искового производства. / М.А. Викут. – Саратов., Изд-во СЮИ. 1968. – С. 4.
Кулаков, Г., Орловская, Я. Обязанности сторон в гражданском процессе / Г. Кулаков, Я. Орловская // Российская юстиция. – 2008. – № 1. – С. 21.
Мельников, А.А. Защита прав личности в социалистическом гражданском процессе. / А.А. Мельников. – М., Наука. 1986. – С. 163; Гукасян Р. Проблема интереса в советском гражданском процессуальном праве. / Р. Гукасян. – Саратов., Изд-во СЮИ. 1970. – С. 42-44.
Войтович, Л. Права и обязанности представителя в гражданском судопроизводстве / Л. Войтович. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2006. – № 5. – С. 23.
Попов, В.В. Встречный иск как форма реализации принципов гражданского процессуального права / В.В. Попов. // Безопасность бизнеса. – 2007. – № 2. – С. 21.
Филатова, М.А. Фундаментальные гарантии сторон в гражданском процессе: способы закрепления и тенденции развития / М.А. Филатова. // Журнал российского права. – 2007. – № 5. – С. 23.
Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2006. – № 2. – С. 7.
Курс советского гражданского процессуального права / Под ред. Мельникова А.А. – М., Наука. 1981. – С.248.
Клепикова, М.А. Судебный контроль за распорядительными действиями сторон в гражданском и арбитражном процессе / М.А. Клепикова. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2008. – № 2. – С. 23.
Зейдер, Н.Б. Судебное решение по гражданскому делу / Н.Б. Зейдер. – М., Норма. 2006. – С. 123.
Грось, Л. Институт процессуального соучастия: связь между процессуальным и материальным правом / Л. Грось. // Российская юстиция. – 2008. – № 3. – С. 26.
Горбашев, В.В. Развитие российского законодательства о соучастии / В.В. Горбашев. // Законодательство и экономика. – 2008. – № 2. – С. 24.
Шакарян, М.С. Учение о сторонах в советском гражданском процессе. / М.С. Шакарян. – М., Юрлитиздат. 1983. – С. 89.
Колесов, П.П. Соединение исков / П.П. Колесов. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2003. – № 9. – С.21.
Грось, Л.А. К вопросу о гражданской процессуальной правоспособности и дееспособности сторон и третьих лиц / Л.А. Грось. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2007. – № 3. – С. 25.
Шерстюк, В.М. О применении норм АПК РФ 2002 г. / В.М. Шерстюк. // Арбитражная практика. – 2003. – № 9. – С. 74.
Извлечение из кассационного определения Судебной коллегии по гражданским делам от 11.10.2006// Судебная практика (Приложение к информационному бюллетеню Управления Судебного департамента в Самарской области).- 2007.- № 4(23).- С.6.
Извлечение из постановления Президиума Самарского областного суда N 0706/442 от 17.08.2006//Судебная практика (Приложение к информационному бюллетеню управления Судебного департамента в Самарской области).- 2007.- № 4(23).-С.6.
Строгович, М.С. О системе науки судебного права / М.С. Строгович. // Советское государство и право. – 1939. – № 3. – С. 66-67.
Гражданский процесс: Учебник для юридических вузов / Под ред. Абрамова С.Н. – М., Юридическая литература. 1948. – С. 127.
Прокурорский надзор в Российской Федерации: Учебник / Под ред. Рохлина В.И. – СПб., Питер. 2000. – С.260.
Юдельсон, К.С. Советский гражданский процесс. / К.С. Юдельсон. – М., Юрлитиздат. 1956. – С. 105.
Кунин, Л. Иски: распорядительные действия сторон / Л. Кунин. // Бизнес-адвокат. – 2008. – № 1. – С. 15.
Шобухин, В. О некоторых вопросах участия прокурора в гражданском процессе / В. Шобухин. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2007. – № 3. – С. 23.
П. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.01.2003 г. № 2 «О некоторых вопросах, возникших в связи с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» (в ред. от 12.02.2008) // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2003. – № 3. – С. 21.
Ергашев, Е.Р. Принцип ограниченного участия прокурора в рассмотрении судами гражданских / Е.Р. Ергашев. // Арбитражный и гражданский процесс. – 2007. – № 2. – С. 24.
Ефремов, А. Организационно-правовые аспекты применения органами прокуратуры ГПК РФ / А. Ефремов. // Законность. – 2004. – № 1. – С. 7.
Ефремов, А. Указ. соч. – С. 7.
П. 8. Приказа Генерального прокурора РФ от 2 декабря 2003 г. № 51 «Об обеспечении участия прокуроров в гражданском судопроизводстве» // Сборник основных организационно-распорядительных документов Генпрокуратуры РФ. (Том 1) – Тула., Издательский дом «Автограф». 2004. – С. 94.
Информационное письмо Генеральной прокуратуры РФ от 27 января 2003 г. N 8-15-2003 «О некоторых вопросах участия прокурора в гражданском процессе, связанных с принятием и введением в действие Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» // Сборник основных организационно-распорядительных документов Генпрокуратуры РФ. (Том 1) – Тула., Издательский дом «Автограф». 2004. – С.135.
П. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 6/8 от 01.07.1996 г. «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Вестник ВАС РФ. – 1996. – № 9. – С. 32.
Чечот, Д.М. Участники гражданского процесса / Д.М. Чечот. // Избранные труды по гражданскому процессу. – СПб., Питер. 2005. – С. 185.
Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 1. – Ст. 16.
Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1998. – № 7. – С. 28.
Собрание законодательства РФ. – 1996. – № 3. – Ст. 140.
Российская газета. – 1994. – № 230. – С. 12.
Добровольский, А.А. Участие органов государственного управления в гражданском процессе. / А.А. Добровольский. – М., Юрлитиздат. 1958. – С. 35.
Комментарий к постановлениям Пленума ВС РФ по гражданским делам / Под ред. Жуйкова В.М. – М., Юридическая литература. 2007. – С. 301.
Дано:
x=c2t2+c1t+c0,
t2=2с.
-?
-? VM-?
=V0=8; (2)
20см/с2.
и 
(7)
;
VМ=
см/с.
см/с2.
см/с2
см/с2
Дано:
кг
кг
кг
м
м
м
м
(т.к. система состоит из абсолютно твёрдых тел)
(м/с)
м/с
Дано:
=2рад/с.
=
DE=37см
=
м/с.
перпендикулярен О1А и направлен в сторону вращения кривошипа.
, через точку а- прямую, 
=13см/с
, 
, 
;
=ab/AB=14,5/45=0,32 рад/с
=bc/BC=0/54=0
=ed/ED=14/37=0,38 рад/с
=13/29=0,45 рад/с
АРАВ/ВРАВ.
ВРАВ/АРАВ.
см/с.
ЕРED/DPED.
DPED/EPED.
см/с.
АРАВ.
АРАВ.
13,1/29=0,45 рад/с.
EPED.
5,4/14=0,38 рад/с.
и 
. 
.
см/с2.
0,43=19,43 см/с2. 
. Из конца вектора 
, проводя его параллельно ВА. Через конец вектора 
. Однако определить ускорение 
этим построением невозможно, т.к. его направление неизвестно.
см/с2.
, направив его к центру О2. Через конец вектора 
.
80 см/с2.
49 см/с2.
=АВ
, то угловое ускорение звена АВ
выражает ускорение точки В во вращении АВ вокруг полюса А. Ускорение 
, который можно измерить на чертеже.
— мгновенный центр ускорений звена АВ.
.
Дано:
t/3);
4c 
a=25см
, где 
dSr/dt=25cos(
-13,08см/с. 
показывает, что вектор
направлен в сторону убывания Sr.
=
, где
-радиус окружности L, описываемой той точкой тела, с которой в данный момент совпадает точка М, 
-модуль угловой скорости тела.
.
=25см.
=25,22см.
, где 
=d
/dt =4t-0,5
=390,91 см/с.
=AM/
1,704 см/с
403,86см/с.
403,86см/с.
, где в свою очередь
, 
=d2Sr/dt=
23,72см/с2.
23,72см/с2.
=0, т.к. радиус кривизны относительной траектории стремится к бесконечности.
, где 
=
— модуль углового ускорения тела D
d2
/dt2=4рад/с2
одинаковые. Значит вращение тела D ускоренное.
см/с2
=6059,1 см/с2.
, где 
и осью вращения (вектором 
).
, т.к. ось вращения перпендикулярна плоскости вращения тела D.
12118,21 см/с2.
найдем по правилу Н.Е.Жуковского: т.к. вектор 
лежит в плоскости, перпендикулярной оси вращения, то повернем его на 
, т.е. против хода часовой стрелки.
+
=100,88+23,72
-6059
=-663,3см/с2.
18174,22см/с2.
=18186,32см/с2.
403,86см/с.
см/с2, 
=6059,1 см/с2, 
12118,21 см/с2, 
=18186,32
согласно формуле Эйнштейна (12_13) приводит к уменьшению массы системы по сравнению с массой свободных частиц на величину
,
в малых количествах существуют ядра изотопа 
, способных к спонтанному (самопроизвольному) делению на две примерно равные части, сопровождающемуся вылетом двух нейтронов:
.
, что вызывает вынужденное деление изотопа
,
эффективно поглощают нейтроны без последующего деления. Исключение, по-видимому, составляют лишь реакции деления тяжелых ядер, происходящие в недрах некоторых планет (в том числе и Земли).
. Обогащение урана — весьма сложная и дорогостоящая операция, поскольку оба изотопа имеют одинаковые химические свойства и не могут быть разделены стандартными методами. При объединении нескольких небольших объемов обогащенного урана в один, масса которого превышает критическую, потери вылетающих из образца нейтронов уменьшаются, что приводит к возникновению цепной реакции, носящей характер весьма мощного взрыва, сопровождающегося выделением большого количества энергии, возникающей вследствие уменьшения массы участвующих в реакции частиц.
. Реактор на медленных нейтронах представляют собой совокупность стержней из слабо обогащенного урана и замедлителя (вещества, способного эффективно уменьшать скорость образовавшихся при делении быстрых нейтронов, но не поглощающего их). Вылетающие из урановых стержней нейтроны отдают свою энергию замедлителю и попадают в другой стержень уже с малой скоростью, при которой из поглощение невозможно, а реакция вынужденного деления — весьма вероятна. 
K достаточна для поддержания реакций водородного цикла:
.
океанской воды в принципе достаточно для обеспечения сегодняшних энергетических потребностей человечества в течение 1 года ( при этом практически вся вода, оставшаяся после извлечения ничтожной примеси “тяжелой составляющей” может быть возвращена в океан.