Право собственности в древнем Риме
1. Введение
На всем протяжении истории общества трудно найти другой системы частного права, достигшей такой детализации и столь высокого уровня юридической формы и юридической техники, как римское частное право. Следует в особенности отметить два правовых института, которые вызвали в Риме подробную регламентацию, имевшую особое значение для хозяйственного оборота Рима, для закрепления и усиления эксплуатации рабов и малоимущих свободных, производившейся верхушкой рабовладельческого общества: институт индивидуальной частной собственности и институт договора.
Теоретическое осмысление правовых аспектов отношений собственности вызывает значительный интерес не только у юристов, но также и у историков и экономистов. Такое осмысление нуждается, в свою очередь, в широком и представительном историко-правовом анализе собственности как капиталистического, так и докапиталистических обществ. В этом отношении к числу наиболее интересных историко-правовых объектов изучения относится право римской частной собственности. Его научная характеристика все еще не может считаться законченной и требует дальнейшего углубления. В литературе распространено представление о праве римской частной собственности (классического периода) как предельно близком, по своей юридической конструкции праву буржуазной частной собстве6нности. Такое представление не вполне корректно в методологическом отношении, а главное не в полной мере соответствует реалиям римского права развитой эпохи (II в. до н. э. – III в). Расцвет рабовладельческой системы хозяйства Древнего Рима во II – I веках до нашей эры обусловил необходимость определить правовой статус римской собственности. Господствующей ей формой становится частная собственность, а наиболее типичным объектом – рабы. Право частной собственности на землю оформляется сравнительно поздно – в конце II века до нашей эры.
Римское частное право является предельным выражением индивидуализма и наибольшей свободы правового самоопределения свободного населения. К началу нашей эры уже давно исчезли пережитки первобытно-общинного строя, проявления семейной общности имущества. В центре частного права стоит единоличный субъект собственности, самостоятельно выступающий в обороте и единолично несущий ответственность за свои действия. Индивидуализм в римском частном праве – это индивидуализм домохозяина, рабовладельца, ведущего хозяйство и сталкивающегося на рынке с другими такими же хозяевами. Последовательное проведение этих начал, имеющих огромную ценность для господствующего класса общества, основанного на эксплуатации, сочеталось в Риме с находящейся на весьма высоком уровне формой выражения юридических норм. Точность формулировок, ясность построения и аргументации и глубокая жизненность, конкретность и практичность права и вместе с тем полное соответствие всех юридических выводов интересам господствующего класса – все это является отличительными признаками частного римского права. Недаром многие римские юридические выражения и формулы перешли в века.
Римское частное право, с точки зрения, способа фиксирования и выражения юридических норм, в корне отличается от современных систем частного (гражданского) права большинства государств. Источники римского частного права представляют собой, главным образом, совокупность решений конкретных казусов, и в этом большое внешнее сходство римского частного права с англо-американским общим правом (common law).
Римское право непрерывно развивалось – оно непрерывно освобождалось от всего устаревшего, не выдержавшего проверки жизни и ни на минуту не окостеневало, но в каждый данный момент соответствовало потребностям современной жизни. Римские юристы путем бесконечных наслоений создавали перешедшее в века здание римского частного права. Труд римских юристов – это многовековой и лишь в незначительной степени дошедший до нас труд, приведший в первые века нашей эры к детальной разработке всех юридических вопросов, связанных с относительно сложной хозяйственной жизнью того времени. Римские юристы придали римскому частному праву тот вид, который обеспечил римскому праву его место в истории. Недаром еще в древности говорили, что юристы “создали” римское право. И, когда, начиная в особенности с конца III века нашей эры, ослабла, а затем исчезла прежняя творческая работа юристов-практиков и преобладающее значение получила законодательная деятельность императоров, то римское частное право начало застывать.
2. Институт права собственности в Древнем Риме
2.1 Становление классического понятия права собственности
Доклассический период
Как выражение начального состояния центральный институт гражданского права – институт частной собственности – в полной мере еще не сложился. Земля являлась племенной или государственной собственностью. Право на нее со стороны отдельных членов римского народа первоначально ограничивалось простым владением. Лишь с течением времени на основе разложения коллективной собственности развивается частная собственность, которая впоследствии окончательно вытеснила более раннюю форму.
В условиях неразвитой частной собственности большое значение имел институт владения. Исторически владение предшествовало праву собственности, составляло начальную ступень его развития. Значительно позднее оно определялось римскими юристами как фактическое господство лица над вещью. Владелец земельного участка был ограничен в праве распоряжаться ею. Наряду с правом собственности и владением в квиритском праве получают развитие и сервитуты – правовой институт, предусматривающий пользование чужой вещью в каком – либо отношении.
Классический период.
Этот период характеризуется тем, что “утверждается наиболее абсолютное право индивидуальной частной собственности[1] [1]”. Собственник обладал тремя правомочиями: правом владения – держать вещь в своих руках, пользования – извлекать хозяйственную выгоду из самой вещи и её продуктов, распоряжения — решать судьбу самой вещи.
Важным моментом в утверждении наиболее неограниченного права частной собственности был переход земельных владений в собственность отдельных лиц и семей. Сохранение общинно – государственной собственности был переход земельных владений в собственность отдельных лиц и семей. Сохранение общинно – государственной собственности на землю пришло в противоречие с интересами наилучшей обработки земли. Результатом поражения движения Гракхов было принятие закона Спурия Тория(111 г. до н. э.), которым переделы земли общинно – государственной земли преращались. Отныне земельный наделы становились полной частной собственностью их владельцев. Укреплению частной земельной собственности способствовало и перераспределение земель в ходе гражданских войн, в особенной степени наделение землей ветеранов. Однако более общее значение для утверждения частной собственности имело развитие преторской (бонитарной собственности). В нем преодолеваются черты былой коллективности и скованности права собственности, получает яркое выражение индивидуализм римского классического права. Преторская собственность возникла и утвердилась в деятельности претора в связи с необходимостью регулировать развитие товарно-денежные отношения.
Утверждение наиболее абсолютного права индивидуальной частной собственности проявлялось также в постепенном разложении семейной собственности, например в расширении права завещательного распоряжения, расширении имущественных прав женщины, все более частом предоставлении взрослым детям имущественной самостоятельности.
Таким образом, частная собственность утверждается как единое, наиболее неограниченное, исключительное для данного лица правовое господство над вещью, как право, дающее всестороннюю возможность владеть, пользоваться и распоряжаться ею. Принципиальная позиция римских юристов, по мнению Косарева, состояла в том, что “собственник может делать со своей вещью все, не запрещенное законом[2] [2]”. Наиболее неограниченное право частной собственности не следует понимать в смысле полного отсутствия стеснений. Такие стеснения частной собственности продолжали существовать, отчасти возникали вновь. Например, представление о полном разложении к концу республики и в ранней Империи семейной собственности и фамилии преувеличено. В сознании римлян все еще сохранялись представления о первичности, приоритете прав гражданской общины, разросшейся до масштабов огромной державы, на всю совокупность имуществ и, в частности, на землю.
Наряду с правом частной собственности развивается, обогащается содержанием институт владения. Оно четко отграничивается от собственности с точки зрения способов и средств защиты.
Право частной собственности и другие вещные права в Риме энергично защищались как с помощью норм уголовного права, так и средствами гражданского права.
2.2 Определение и признаки права собственности в Древнем Риме
Савельев в своей статье написал: “Сложность понимания римской частной собственности в значительной мере вытекает из малочисленности сохранившихся юридических текстов[3] [3]”. В ходе экономической реформы вследствие создания новых форм и видов собственности все более настоятельной становится необходимость изменений в правовом статусе последней. Это неизбежно приводит к новому осмыслению теории права собственности. Учитывая неоднозначность понимания наукой современной юридической конструкции собственности и выдвижения экономической жизнью новых к ней требований, особый интерес приобретает обращение к истории права собственности в историко правовой системе докапиталистического общества Древнего Рима.
Сложившийся в нашей юридической, главным образом в учебной, литературе теоретические представления о римском праве собственности не вполне соответствуют римским юридическим источникам. “Обращение непосредственно к Институциям Гая и Дигестам Юстиниана позволяет обнаружить оригинальную и отличную от традиционной теоретическую концепцию римской частной собственности[4] [4]”,- такую точку зрения выдвинул Савельев. Римская юриспруденция не выработала “единого” и “абсолютного” права собственности, общеизвестного в интерпретации буржуазной юриспруденции. Древнеримскому праву был свойственен иной, отличного от современного подход к пониманию права собственности. Не пытаясь сформулировать его, римская юриспруденция даже классического периода нередко удовлетворялась для обозначения собственности местоимениями “мое (моя)” и “наше (наша)”. Нашим представлениям о праве собственности в наибольшей мере соответствуют характеристики доминия и проприетас. Выявление юридических свойств и элементов, составляющих содержание доминия и проприетас позволит определить характерные черты и особенности концепции собственности в классическом праве.
Наиболее распространенным был доминий. Он используется в Дигестах (в книгах V, VIII, XIII, XLI). В источниках он применяется:
1. Для обозначения субъектов собственности в общих случаях.
2. При сопоставлении собственности по основным подсистемам римского частного права (цивильной, преторской, ius gentum).
3. Для выделения аспекта легальности, правомерности собственности.
4. Для выделения аспекта власти лица над вещью.
5. Для обозначения правового статуса имущества, приобретенного строго установленными цивильными способами.
6. Основное средство защиты собственности – виндикация – упоминается в источниках только в связи с доминием.
Отмеченные черты характеризуют особый правовой режим доминия как власти над вещью, приобретенной цивильными (позднее и преторскими), то есть легальными способами. Именно юридическим текстам классического периода присуще использование термина dominium в связке с другими видами вещно-правового господства над вещами: владением (possessio) и бонитарным обладанием. Правовые аспекты проприетас в римских юридических текстах традиционное понимание проприетас в литературе по римскому праву как синониму доминия, по мнению Савельева, глубоко ошибочно. Он пишет: “Оно существенно деформирует понимание соответствующих текстов римских юридических источников и не отражает выработанной римскими классическими юристами плюралистической концепции частной собственности[5] [5]”.
В отличие от упомянутых выше случаев применения в Дигестах доминия, применение проприетас в целом строго локализовано книгами “Об узуфрукте”(VII) и “О предоставлении в качестве легата (фидеикомисса) пользование, узуфрукта”(XXXIII,2). Именно в этих и главным образом в этих книгах сконцентрировано использование римскими юристами термина проприетас. Для случаев в источниках проприетас можно выделить следующие важнейшие черты:
1.Проприетас употребляется в контексте источников чаще всего в качестве термина – оппонента узуфрукта.
2. На одну и ту же вещь возможна proprietas двоих (и более) лиц.
3. Обладатель проприетас зачастую не имеет права пользоваться вещью и извлекать плоды. Такое право находится у узуфруктария.
4. У обладателя проприетас недопустима установление и утрата сервитутов. “Proprietas не может ни устанавливать, ни утрачивать сервитут[6] [6]”.
5. Правовой режим проприетас может носить условный характер.
6. Для проприетас распространенным способом установления является легат (завещательный отказ).
7. Проприетас не упоминается в источниках в связи с основным средством защиты собственности – виндикация.
Приведенные характеристики не только ограничивают категории доминия и проприетас, но дают определенное представление о правовом статусе последней. Она употребляется в источниках для корреляции главным образом с узуфруктом.
В римском классическом праве не существовало аналога (смыслового и лингвистического) современному, традиционно понимаемому праву собственности. Римскому праву не присуще понимание права собственности посредством перечисления его основных правомочий. Для римского права характерно понимание собственности через категории “власть” и “принадлежность”. В нем вырабатывалась по существу своеобразная концепция права частной собственности. Она нашла свое выражение в формировании правовых режимов, обозначаемых устойчивыми терминами (словосочетаниями).
Таким образом римская концепция права собственности может быть охарактеризована как плюралистическая, существенно отличная от выработанной в период раннего капитализма концепции единого и абсолютного права буржуазной собственности.
2.3 Приобретение и прекращение права собственности в Древнем Риме
Право собственности возникает или прекращается на основании определенных юридических фактов. Всю совокупность юридических фактов римские юристы делили на следующие категории: первоначальные и производные. Критерием данного разграничения выступает воля лица, выраженная при передачи права собственности другому лицу. В первом случае право собственности возникает у определенного лица впервые независимо от предшествующего собственника, в другом случае право собственности переходит от одного лица к другому в порядке правопреемственности: универсального (наследование) или сингулярного (частного правопреемства по договору). Важным обстоятельством является то, что во втором случае воля собственника, а в первом нет. Переход собственности допускался между лицами способными отчуждать и приобретать имущество. Каждая сделка, направленная на перенесение права собственности, требовала на стороне отчуждателя действительного права собственности, так как иначе и другая сторона не могла приобрести этого права согласно правилу, сформулированному классиками: “Никто не может перенести на другого больше прав, чем имел бы сам[7] [7]”.
Первоначальные способы
1.Оккупация (захват вещи путем наложения руки).
Под ней понимается приобретение права собственности на так называемые бесхозные вещи, которые находятся в обороте. Оккупация осуществлялась при наличии следующих условий:
а) вещь должна находиться без хозяина.
б) вещь изначально никому не принадлежит или собственник отказался от вещи публично.
Специфической разновидностью оккупации являлась находка и клад. Под кладом понимались любые ценности сокрытые в земле или ином объекте недвижимости собственник которых неизвестен. Если клад найден на своем земельном участке, то он поступает в собственность находчика. Если на участке, которым находчик обладает по какому-либо правовому титулу, то клад подлежит распределению между собственником участка и находчиком пополам, если иное не установлено договором.
2. Спецификация
Под ней понималась обработка чужого материала с целью придания ему иной формы и она считалась состоявшейся, если изготовленную вещь нельзя вернуть в прежнюю форму. В классический период вопрос о приобретении права собственности решался неоднозначно. Юристы прокулианской школы, следую Аристотелю и перипатетикам, считали форму доминирующей и существенной, тогда как материя была вещью побочной, придаточной и несуществующей, пока не получит формы и решали вопрос утвердительно, а именно, если прежняя вещь погибла окончательно, то и право собственности прежнего владельца прекращалось, а новая вещь может быть оккупирована переработчиком. По мнению юристов сабинианской школы, последователей стоиков, по учению которых материал доминирует над формой, вопрос должен решаться отрицательно, а именно, собственник материала оставался собственником вещи и в её новом виде.
Новицкий писал, что “собственник материала имеет к создателю actio furti (иск из воровства об уплате штрафа) и condictio furtiva (о возвращение владения), а при невозможности возврата – об уплате вознаграждения[8] [8]”. В праве Юстиниана возобладало мнение, по которому новая вещь принадлежит собственнику материала или спецификатору, в зависимости от того, может ли она быть обращена в прежнюю форму или нет. Спецификатор всегда становился собственником новой вещи, если он к чужому материалу прибавил частично и свой собственный.
3. Приобретательная давность
Приобретательная давность есть приобретение лицом права собственности в силу того, что это лицо провладело (при наличии определенных условий) вещью в продолжение известного времени. По законам XII таблиц недвижимость приобреталась по истечении двух лет, движимое имущество в течение года. Кроме того вводились ряд ограничений. Сроки приобретательной давности вводились лишь для квиритов, он мог виндицировать свою вещь у перегрина в любое время независимо от истечения срока приобретательной давности. Приобретательная давность не применялась к земельным участкам, находящимся в провинции и ворованным вещам ни при каких обстоятельствах. В период правления Караковвы наряду с цивильной давностью была образована преторская давность. Её отличие заключалось в том, что она применялась к квиритам и перегринам, её объектом являлись любые вещи, в том числе и манципируемые. Были установлены следующие сроки: для движимых вещей – 3 года, недвижимых – 10 лет. При Юстиниане был установлен общий институт приобретательной давности: 3 года для движимых вещей, 10 лет для италийской собственности, 20 лет для имперской собственности, а по истечении 40 лет собственником по данному основанию мог стать вор.
4. Смешение жидких, твердых, сыпучих тел
Оно происходило при соединении принадлежащих разным собственникам однородных жидких, твердых, сыпучих тел. Она признавалась состоявшейся, если невозможно было выделить вещи в их первоначальное состояние. В случае смешения собственником признавался собственник наиболее ценной вещи, а другим он возмещал стоимость их частей.
5. Соединение недвижимых вещей
Присоединение происходило как и в предыдущем случае.
6. По судебному решению
а) Принудительный раздел имущества по суду
Его необходимо отличать от добровольного раздела имущества, так как при добровольном разделе имущество приобретается по производному способу.
б) В случае продажи имущества должника с публичных торгов
Производные способы
Производные способы включали в себя все виды договоров, направленных на передачу права собственности: договор купли-продажи, дарения, мены, федуции (доверительная продажа), а также включала следующие способы:
1. Манципация (mancipatio)
Манципация была древним способом квиритского права, представлявшим вначале реальную передачу вещи путем специальной процедуры в присутствии пяти свидетелей и весовщика (libripens). Это была одновременно и купля, и передача, но акт разыгрывался, как внесудебное истребование своей вещи. Этот способ применялся в отношении всех объектов, входящих в число res mancipi. Новицкий, ссылаясь на труды Ульпиана, говорит, что к манципируемым вещам относились “… земельные участки на италийской земле и притом как сельские, каким считается поместье, так и городские, каков дом; также права сельских участков, например дорога, тропа, прогон, водопровод; также рабы и четвероногие, которые приручаются к упряжке или ярму, например, быки, мулы, лошади и ослы[9] [9]”. Все остальные вещи относились к неманципируемым (res nec mancipi). Это деление определялось тем, что к числу res mancipi относились вещи, которые издревле и еще ко времени законов XII таблиц рассматривались как наиболее ценные вещи римского земельного хозяйства. С экономическим значением res mancipi была связана и основная особенность их юридического положения: особо усложненный порядок перенесения права собственности на эти вещи. Для отчуждения res mancipi требовалось применение формальных и сложных способов – mancipatio и in iure cessio. Первоначально передававшийся покупателем металл взвешивался реально, но позднее, с появлением чеканной монеты и по мере развития оборота, взвешивание стало представляться символическим, и ко времени Гая манципация превратилась в фиктивную продажу.
Манципация предполагала наличие у сторон права на участие в обороте (ius commercii). Если отчуждатель не был собственником манципируемой вещи, а действительный собственник истребовал затем её у приобретателя, то отчуждатель присуждался по иску приобретателя к уплате двойной цены, заявленной при манципации по аналогии с кражей. Точно также ложное указание размера продаваемого участка открывало место для actio de modo agri (иск о размере земле), по которому взыскивалась двойная цена недостающего количества земли.
2. In iure cessio
Этот способ перенесения права собственности представлял собой мнимый судебный процесс о собственности, который был приспособлен для перенесения права собственности. Он был доступен только лицам, допускавшимся к участию в римском процессе. Приобретатель требовал вещь, которую он приобретал, утверждая, что она принадлежит ему, а отчуждатель либо не защищался, либо признавал право истца. Претор, перед которым осуществлялась эта процедура в производстве in iure cessio констатировал право истца и выдавал акт, подтверждающий волю сторон.
3. Передача (traditio)
В качестве способа перенесения права собственности, традиция была усвоена правом народов – ius gentium – как составной частью римского права. Традиция состояла в передаче фактического владения вещью от отчуждателя приобретателю. Передача эта была выполнением предварительного соглашения сторон о том, что право собственности переносится одним лицом на другое. В классическом праве применение традиции к res mancipi приводило к приобретению не квиритской, а лишь преторской бонитарной собственности. В постклассическое время традиция вытеснила старые формальные способы и стала единственным способом передачи собственности.
Для перенесения права собственности при помощи traditio имело значение основание, по которому передача совершалась. Этим основанием должна была быть взаимная воля сторон совершить сделку. Она должна быть предшествовать передаче вещи и последняя была лишь заключающим актом. Но для римлян этот предшествующий целевой акт согласования всегда представлялся в форме одной из существующих сделок: продажи, дарения, отказа. Как сказано выше, передающий (tradens) должен был быть собственником или быть правомочен на передачу собственности. Если отчуждатель после совершения традиции приобретет потом на неё собственность, или действительный собственник унаследует имущество передавшего, то традиция не становится сама по себе действительной, так как вначале, при передаче, отсутствовало правомочие на её совершение. Однако претор оказывал приобретателю содействие, предоставляя ему против предъявленного к нему иска о возражении о продаже и передачи вещи (exceptio rei vebditae et traditae).
Выделялось несколько видов традиции:
а) передача короткой рукой (traditio brevi manu)
Прежний держатель с согласия прежнего владельца становился сам владельцем, что бывало, например, когда наниматель покупал вещь у наймодателя.
б) передача длинной рукой (traditio longa manu)
Продавцу при отчуждении недвижимости достаточно было показать покупателю передаваемый участок с соседней башни, чтобы совершить акт передачи участка.
в) передача артефакта (символа) от вещи
Например, передача ключей от помещения, где находились проданные товары. Она рассматривалась как установление власти над всем, что находилось в запертом помещении. Требовалось, чтобы передача ключей происходила перед складами, чем подчеркивается наличие товара.
Прекращение права собственности
Прекращение права собственности могло быть как добровольным, так и принудительным. Добровольно право собственности прекращалось в следующих случаях:
а) добровольное уничтожение вещи
б) публичный отказ от права собственности на вещь
Принудительно право собственности прекращалось в следующих случаях:
а) обращение взыскания на имущество должника
б) изъятие вещи у собственника, которое не может принадлежать ему по закону.
в) в случае лишения гражданина полной римской правоспособности (превращение в раба, лишение гражданства).
2.4 Виды собственности в Древнем Риме
В древнейшем праве собственность имела однородный характер. Однородностью собственности римское право закончило свой путь в законодательстве Юстиниана. В классическую же эпоху, под определяющим влиянием изменений в характере экономических отношений, формы собственности разветвлялись и появлялись новые виды собственности.
Прежде всего смягчился формализм прежней квиритской собственности и появилась более гибкая преторская собственность. Выделилось вступившее в широкий оборот право собственности перегринов. Наконец, встал вопрос о признании прав частных лиц на провинциальные земли.
Квиритская собственность
Квиритская собственность – dominium ex iure Quiritium – могла принадлежать только полноправным римским гражданам и тем, кто был наделен ius commercii. Кроме римской правоспособности лица требовалось, чтобы и вещь была способна к участию в римском обороте. Такими вещами, прежде всего, были res mancipi, к числу которых принадлежал строго очерченный круг субъектов. Для квиритской собственности на res mancipi существовали специальные способы приобретения по договорам, как манципация или in iure cessio. Сюда относились далее res nec mancipi, приобретение которых не требовало особых формальностей (впоследствии говорили, что оборот с res nec mancipi регулируется началами ius gentium). Передача владения посредством традиции была усвоена, на почве общеиталийских обычаев, и римским квиритским правом.
Собственность перегринов
Неримские граждане (латины и перегрины) подчинялись в Риме праву своей родины. Доступ к римской собственности путем совершения сделок правом народов, ius gentium, был открыт в начале республики, главным образом, в области оборота движимых вещей, в интересах самих римлян. По цивильному праву некоторым общинам и даже отдельным лицам из иностранцев предоставлялось право участия в обороте римлян – ius commercii. Оно относилось только к сделкам между живыми и определялось, как взаимное право купли – продажи. Это не называлось даже передачей собственности и отнюдь не означало участия в квиритском праве, а только в отдельных квиритских оборотных сделках. Из этих сделок иностранцам были доступны манципация и литеральные (счетно — письменные) договоры. Приобретаемое иностранцами право защищалось только эдиктом перегринского претора при помощи фиктивных исков. Эти иски были направлены против частых нарушений права и влекли наложение права.
Провинциальная собственность
Провинциальная земля была собственностью римского народа по праву завоевания и носила публично — правовой характер. Обыкновенно ее делили на две части: первая – государственная, а вторая предоставлялась прежним владельцам для пользования, согласно их национальным законам. Но по воле римского государства в любое время владельцы могли быть лишены предоставленного им права пользования. Государственный провинциальный факт рано был захвачен лицами, принадлежавшими к верхушке класса рабовладельцев. Во II веке за владельцами провинциальных земель было признано право, которое обозначалось, как владение или узуфрукт.
Провинциальная собственность отличалась от квиритской собственности на италийские земли в области публичного права, главным образом, тем, что с провинциальных земель взимались в пользу казны особые платежи – tributum. В сфере частного оборота провинциальные собственники не могли пользоваться юридическими актами цивильного права, а обращались исключительно к праву народов. Это упрощало и облегчало установление и передачу права собственности и не мало способствовало развитию в провинциях оборота недвижимостей.
Преторская собственность
Все те вещи, которые переходили из рук в руки с помощью mancipatio и in iure cessio были вещами цивильного (квиритского) права. Traditio некоторое время стояла на рубеже квиритского и преторского права собственности. С развитием ремесла и торговли, включая международную, не раз случались случаи, что сделки купли-продажи не могли совершаться с помощью квиритских способов, — потому, что совершались через представителя (представительство уже практиковалось), каким мог быть и раб-управляющий, по той ли причине, что было практически невозможно прибегнуть к mancipatio или in iure cessio (нелепо было хватать каждого раба и совершать обряд mancipatio столько раз, сколько рабов). Но даже при добросовестном продавце покупатель, не совершивший mancipatio, был лишен искать в случае пропажи, хищения, чужого неправомерного завладения через претора в суд свою оплаченную, но не узаконенную покупку. Когда же продавец был не добросовестный, нечто не мешало ему возвратить себе проданное на том основании, что покупатель не сделался квиритским собственником.
На помощь покупателю снова приходит претор. В случае, если продавец, сославшись на бесформенную продажу, требовал реституции (возвращение в первоначальное состояние), претор снабжал формулу эксцепцией, которая обязывала судью отказать в иске, если будет установлено, что спорная вещь была передана ответчику по свободному волеизъявлению сторон и оплачено денежной суммой, о которой стороны договорились при совершении сделки. Право истца (продавца) не отменялось, но оно становилось “голым” – не обеспеченным защитой.
Кем же становился приобретатель, выиграв иск – владельцем или собственником? Но владельцем нельзя стать через покупку вещи. К тому же никто не может помешать приобретателю свободно, по совей воле распоряжаться купленной вещью. Значит он становился собственником. Конечно, не квиритским, а преторским (бонитарным), так как его вещь твердо удерживалась в его имуществе – in bonis essio. По истечении срока приобретательной давности, бонитарный собственник приобретал титул квиритского собственника.
С течением времени цивильно правовому иску могла быть противопоставлена эксцепция об обмане (exeptio doli), которая, если с ней соглашались, обесценивала формально правильный иск. Exeptio doli была тем более неблагоприятной для истца, когда обнаруживалось, что, заявляя иск, он уже знал, что отступает от требований “справедливости”. То же относилось к сделкам, совершенным под влиянием угроз или из нарушения слова, заверения, обещания, данного истцом по неформально заключенным договорам купли-продажи, займа и т. д. В случаях когда обман, нарушения слова (клятвы) обнаруживались, никаких других оснований для отклонений иска не требовалось. Так преторы настойчиво и планомерно добивались добросовестного отношения сторон к заключаемым сделкам, а значит, и самой атмосферы деловых отношений. Так возникает перемторная эксцепция – возражение, основанное на факте, разрушающим правовую основу притязания, выраженную в иске.
Около 70 года до нашей эры появляется эдикт претора Публициана. Бонитарный собственник получал, по существу, виндикационный иск по тому фактическому основанию, будто он провладел оспариваемой вещью законный давностный срок и сделался квиритским собственником.
Собственность в праве Юстиниана
Постепенное сглаживание после III века противоположности между цивильным и преторским правом, признание возможности простой передачей переносить право собственности даже на манципируемые вещи, побудили законодательство Юстиниана отменить дуализм квиритской и бонитарной собственности. Распространение на италийские земли земельного налога, применение к сделкам относительно земли публичной регистрации сгладили всякое различие между италийскими и провинциальными землями. Поэтому в законодательстве Юстиниана возрождается единый вид собственности, называемый старым именем – квиритская собственность.
2.5 Способы защиты права собственности
Право собственности во всякой системе права является центральным правовым институтом, который обуславливает характер всех других институтов частного права. Так как институт права собственности являлся центральным институтом и в системе римского права, то понятно, что охране этого института римское общество уделяло исключительное большое внимание. Наиболее важными гражданско–правовыми средствами охраны права собственности были вещные иски.
Под иском римские юристы понимали судебное юридическое действие, вытекающие из притязаний истца к ответчику, влекущее за собой производство по делу и последующее вынесения решения. По воззрениям –римских юристов – классиков каждый свободный индивидуум является носителем определенного комплекса имущественных и личных прав и обязанностей. Причем права и обязанности всех свободных участников обеспечиваются встречными обязанностями других участников правоотношений. Содержанием каждого субъективного является возможность управомоченного лица притязать на действия обязанного субъекта в случае нарушения или неудовлетворения его интересов. Участники могут находиться в состоянии конфликта, если обязанное лицо нарушает или не исполняет предписания управомоченного лица. Таким образом, неудовлетворенный или нарушенный интерес всегда формулируется в виде иска. Иск – признанное, установленное правопорядком форма предъявления претензий к обязанной стороне.
Если претор признавал претензию истца обоснованной, то таким образом он подтверждал на стороне ответчика наличие определенной обязанности и давал ход процессу. Если в суде будет доказано нарушение прав, то ответчик будет обязан возместить все убытки. Иск – процессуальное средство защиты нарушенных прав. Римские юристы рассматривали иск как средство материального права. Если претор давал управомоченному лицу иск, то только в этих случаях можно говорить о наличие материальных прав.
Римское право необходимо рассматривать как систему исков, но поскольку товарно – денежные отношения, разнообразны и многогранны, то существовало большое количество исков, каждый из которых защищал то или иное право, но не смотря на это система исков представляла их себя строго упорядоченную и иерархическую систему.
На защиту права собственности были направлены ряд исков, как вещ- ных, которых римское право знало несколько видов: виндикационный (rei vindicatio), негаторный (actio negatoria), иск Публициана (actio Publiciana), иск о воспрещении (actio prohibitiria),так и личные.
Виндикационный иск
По мнению Новицкого: “Виндикационный иск носил исторически процессуальное наименование rei vindicatio, регламентированного правом поведения собственника по розыску и возвращения своей вещи – где нахожу свою вещь, там и виндицирую её (ubi rem meam invenio, ibi vindico)[10] [10]”. Параллельно развивалось и материально- правовое понятие виндикации как требование не владеющего собственника к владеющему несобственнику о возврате ему вещи. Истцом в этом иске выступал собственник, утверждавший, что требует свою вещь. Ответчиком признавался всякий владелец вещи в момент возбуждения спора. Отношение между сторонами устанавливалось при содействии магистрата, позднее судьи, выяснявшего кто из сторон владеет спорной вещью (независимо от основания владения) и, следовательно, кто явится ответчиком в процессе о собственности.
Материальное содержание виндикации было раскрыто при формулярном процессе, в так называемой петиторной формуле, которая выдавалась претором истцу и направлялась на реституцию вещи. Интенция этого иска прямо ставила вопрос о принадлежности предмета спора истцу на праве собственности, а также уточняла и индивидуализировала предмет о котором идет спор. Истец должен был установить тождество принадлежавшего ему и отыскиваемого им предмета. Это доказательство могло иногда быть достаточным, чтобы избавить от дальнейшего видения процесса при безнадёжности шансов ответчика. Вот почему юристы прибегали, прежде чем предъявить виндикацию, к личному иску против того, у кого находился предмет с требованием предъявить его для осмотра истцом. Этот иск носил личный характер и назывался actio ad exhibendum. Этим иском пользуется собственник для определения, является ли сторона, с которой он начнет петиторное производство, владеющей. Практически круг ответчиков по виндикации был очень расширен. Наряду с владельцами этот иск охватывал и простых держателей – нанимателей, арендаторов, поклажепринимателей и т. д., которые отвечали и по искам из-за заключенных ими договоров, и по искам собственника. По – видимому, это тяжело отразилось на их положении, так как понадобился специальный закон (начало IV века нашей эры), предоставивший держателям, у которых вытребовался участок, называть суду лиц, от имени которых они осуществляли держание, с тем, чтобы тяжесть процесса на последних.
Ответчик мог отказаться вступить в спор о собственности, так как никто против воли не принуждается отстаивать вещь. Наконец, упомянутая выше actio ad exhibendum в качестве личного иска не допускала уклонение ответчика. В праве Юстиниана к уклоняющемуся от выдачи предмета ответчику применялось принуждение.
При вступлении ответчика в процесс за ним оставалась возможность оспаривать приводимые истцом доказательства своего права собственности. При договорных способах приобретения ответчик мог оспаривать основания и способы приобретения не только истца, но и всех предшественников, восходя до законного начала владения. Истцу приходилось воспроизводить всю историю переходов права собственности от начала завладения. Средневековые юристы называли по этому доказательство в виндикационном иске дьявольским. Правда, благодаря введению сроков приобретательной давности, это доказывание законных переходов могло ограничиваться приделами законных сроков давности.
Основной целью иска, было, как указывает петиторная формула, возвращение вещи в соответствующем состоянии, со всеми плодами и приращениями, с обязанностью возмещения ущерба от гибели, повреждения, ухудшения, а также представление обеспечения на случай возможного ущерба. Однако при возращении вещи истцу судья обязывал последнего возместить ответчику издержки, понесенные им на вещь.
В соответствии с общей тенденцией формулярного процесса и формулы петиторного иска ответчик по виндикации мог быть присужден к уплате истцу определенной денежной суммы, а не к выдаче самой вещи. Поэтому важно было сделать из оценки предмета средство побудить ответчика к выдаче вещи. Истец давал оценку вещи под присягой.
Таким образом создавалась конструкция процессуальной продажи объекта виндикации истцом ответчику, чтобы оправдать сохранение последним объекта спора за собой.
Негаторный иск
Он понимался как требование собственника не утратившего обладание вещью об устранении препятствий в осуществлении права собственности. Таким образом, этот иск принадлежал владеющему собственнику и был направлен против всяких серьезных и реальных посягательств с чьей – либо стороны на его собственность в виде присвоения право сервитутного или сходного пользования (прохода или проезда через его участок, пристройки к его стене своих сооружений). Собственник отрицал за ответчиком такого права (почему иск и назывался негаторным). Истец должен был доказать свое право собственности и нарушение его ответчиком. Свободу своей собственности он не должен был доказывать, ибо это всегда предполагалось, а за ответчиком оставалось доказывать своё право на ограничение полноты прав истца. Истец при этом мог требовать гарантии своей собственности от нарушений в будущем. Связанные с нарушением выгоды ответчика и нанесенные убытки подлежали возвращению и возмещению истцом. В случае оспаривания размеров возмещения на помощь приходила оценка спора по аналогии с виндикацией.
Прогибиторный иск
Параллельно негаторному иску существовал еще иск о воспрещении – actio prohibitoria. Здесь интенция выражена положительно в пользу истца, который требовал свободы своей собственности и доказывал только своё право воспрещения вмешательства со стороны ответчика. Последний мог выставлять возражение и доказывать свои полномочия подобно преторскому собственнику против иска квиритского собственника.
Иск Публициана
Этот иск был создан в I веке до н. э. Для защиты бонитарного собственника и лица, добросовестно приобретшего вещь от несобственника. Новицкий считал, что “… это был петиторный иск, существенно отличавшийся от владельческих интердиктов. В последних допускались только возражения о порочности владения противника (но не об отсутствии у него права), в публициановском же иске ответчик, у которого требовали спорную вещь, мог доказывать свое право на неё[11] [11]”. Поэтому классическая юриспруденция разделяла фигуры добросовестного владельца и публициановского собственника, ставя право последнего наряду с квиритской собственностью. Этот иск одинаково защищал бонитарного собственника и добросовестного владельца, получивших вещь, относившуюся к числу res mancipi, путем traditio. Классическая же юриспруденция расширила действие иска и на случай приобретения res nec mancipi.
В публициановском иске допускалась фикция, что владелец провладел давностный срок. В остальном требовалось соблюдение тех же реквизитов, которые были установлены для давности. В частности, истец должен был быть добросовестным владельцем и основывать свое владение на законном основании, способном оправдать переход права собственности. Доказательство этих моментов (владение, bona fides, iustus titulus) дополнялось еще особым требованием относительно объекта добросовестного владения: он должен был быть вещью, годной к давностному владению (res habilis), которое не допускалось в отношении вещей ворованных или насильно отнятых. Значение этого иска для добросовестных владельцев и для собственников, в деле охраны и возвращения им вещей от третьих лиц было велико. Таким образом публицианов иск, наряду с виндикацией, служил делу охраны той же собственности.
Личные иски
Кроме указанных выше исков, которые могли предъявляться против любого нарушителя права собственности, она защищалась и рядом исков, направленных лично против нарушителя в соответствии с особым характером его действий. Сюда относились многочисленные иски из правонарушений – actio furti, actio legis Aguiliae, actio iniuriarum и другие.
3. Институт владения
3.1 Понятие владения
Владением – possessio – называется фактическое владение господства лица над вещью. Исторически оно предшествует праву собственности и отличается от него. Первоначально, передвигаясь по земле, кочевники стали искать места для поселения, перед ними стали искать места для поселения, перед ними стоял выбор: либо завоевать их, подчинив себе аборигенов, либо довольствоваться худшим, но незаселенным пространством. Оседание на земле было вместе с тем её завладением, обращение в собственность. Во всех таких случаях завладение имело коллективный характер, и потому земля, находясь в коллективном обладании, получила название “общего поля”. В Риме – агер публикус. С течением времени, с развитием землевладения “общее поле стало” дробиться на участки, выделявшиеся по жребию.
Владение – господство лица над вещью, реальное, фактическое обладание ею. Анализируя состав фактического отношения лица к вещи при владении, римские юристы по мнению Хутыза, выделяли во владении “… два элемента: тело владения (corpus possidendi) и намерение или воля владеть для себя (animus possidendi)[12] [12]”.
Corpus possidendi – сам факт обладания вещью. Он считается наступившим, если позиция обладателя такова, что позволяет ему в любой момент оказать на вещь нужное воздействие. Это бывает, когда вещь находится у самого обладателя или подвластных ему лиц. Владение может быть установлено и через лиц, никому не подвластных, если такова специальная направленность совершенного акта. Например, после приобретения вещи покупатель оставляет её по договору найма у продавца. Теперь уже бывший собственник владеет вещью не для себя, а для нового собственника, который поэтому и признается её подлинным владельцем.
Animus possidendi – намерение владеть вещью, причем намерение владеть ею для себя, а не для другого. По этой причине владения нет как в случае, если вещь положили кому – то в карман и обладатель об этом не знает, так и тогда, когда, подобно обладанию нанимателя, оно носит срочный характер, предполагая необходимость к установленному сроку возвратить вещь собственнику или другому управомоченному субъекту. Но если animus possidendi налицо, то уже не имеет значения, сопряжено ли это с каким – либо правом (например, правом собственности), либо при отсутствии права основывается на добросовестности владельца (possessor bona fides), например похитителем вещи.
Владение утрачивается при отпадении любого из двух названных элементов: в результате как выбытия вещи из обладания данного лица (в связи с утерей или похищением), так и отказа от намерения владеть ею для себя.
Из признания реального господства над вещью основным признаком владения вытекало далее, что это господство распространяется целиком на всю вещь в совокупности всех её свойств и отношений. Поэтому невозможно одновременное владение одной и той же вещью со стороны двух или нескольких лиц; допустимо только их владение в идеальных, нераздельных частях.
С другой стороны, материальный характер владения исключал возможность для лица владеть сразу совокупностью раздельных вещей; в этих случаях владение осуществляется в отношении каждого отдельного предмета (лошади, раба), входящего в состав совокупности вещей. Однако, уступая требованиям оборота, римляне допускали в области прав на эти вещи также и влияние целостного представления; например, собственник стада мог истребовать все стадо, доказав право собственности на большую часть отдельных животных, ответчику же предоставлялось право доказывать, что остальные не принадлежат истцу; при узуфрукте и залоге стада управомоченный должен был нормально эксплуатировать именно все стадо, пополняя убыль из приплода или путем прикупки, убоя и отчуждения негодного материала.
3.2 Виды владения
Римские юристы различали несколько видов владения.
1) Цивильное владение (possessio civilis)
Начало цивильному владению было заложено еще до издания законов XII таблиц, которым уже известны особые сроки для обращения владения в право собственности – possessio ad usucapionem – для приобретения права собственности по давности владения. В древнейшем праве от цивильного владельца требовалось, чтобы он был самостоятельным лицом – persona sui iuris. Если он располагал имущественной дееспособностью и проявил в отношении своего владения требуемые элементы намерения и фактического господства, то получал для защиты и охраны его владельческие интердикты.
Главным случаем цивильного владения являлось владение домовладыки собственно для себя, на свое имя, причем уверенности в своем праве собственности не требовалось. Подвластные осуществляли corpus possessio для домовладыки, кто бы он ни был и хотя он даже не знал об этом.
2) Посредственное владение
Если же corpus possidendi имеется, а animus possidendi отсутствует, тогда речь должна идти не о владении, а о держании.
Это было фактическое осуществление владения за других лиц на почве экономической зависимости от них. Оно не признавалось владением и характеризовалось как держание, то есть хотя это и было фактическое воздействие на вещь, но без признания правом за держателем воли владеть вещью для себя. Такое отношение выражало противоречие интересов обеспеченных и необеспеченных слоев населения. Существовал ряд безвозмездных договоров, в силу которых одни лица осуществляли для других владение, которое по усмотрению последних, как настоящих господ владения, могло быть прекращено в любой момент. Так, давший поручение относительно вещи (мандат) или отдавший вещь на хранение (депозит) или предоставивший вещь в пользование (ссуда), могли в любой момент взять обратно свое поручение, потребовать возвращения сданной на хранение или ссуженной вещи. Для римского права поверенный (мандатарий), поклажеприниматель (депозитарий) и ссудоприниматель (коммодатарий) представлялись простыми держателями – они были экономически и социально слабейшими. Они владели для других
Держание, а не владение было налицо и в тех случаях, когда оно ограничено определенным сроком (например, при сдаче внаем или в ссуду, то есть в срочное бесплатное пользование). Если срок владения ограничен и установлен срок возврата вещи, то обладание не может быть связано с намерением владеть ею для себя. Но римляне считали, что если animus possidendi отпадает при срочном владении, то оно имеется при владении бессрочном, когда вещь передается кому – либо в пользование на началах прекария (до востребования); или поскольку эмфитевзис означает предоставление земли в пользование на столь длительный срок, как 100 лет, то это уже находится на грани бессрочности и потому также предполагает animus possidendi.
Следует отметить, что приведенные и другие искусственные построения, используемые для обоснования владения там, где на самом деле есть лишь держание, устремлены к достижению вполне определенной цели практической цели: допустить, когда это необходимо, применение специальных способов защиты, рассчитанных не на держание, а единственно на владение.
За держателями признавалось право извлечения плодов и пользования, но всегда с оговоркой – по воле собственника
3) Преторское владение
Практика претора предоставляла еще до истечения срока давности владельцу защиту интердиктами – possessio ad interdicta – владение приводило к интердиктам. В итоге развития эта защита предоставлялась всякому, кто осуществлял фактическое господство над вещью, при наличии обоих элементов владения. Таким считалось всякое владение на себя, осуществляемое не только лично и непосредственно, но и через посредников.
Недопущение при владельческом интердикте постановки вопроса о правомерности или неправомерности владения в отношении прочих лиц, кроме самих спорящих сторон, оставляя место лишь для рассмотрения фактов и исключая всякие правовые вопросы. Мотивировка положения, что сам факт владения сообщает владельцу больше права, чем лицу не владеющему, подразумевает признание преторским правом за фактами значения основания права владения.
Владение неправомерное могло быть одновременно недобросовестным, а именно, если владелец знал или должен был знать о неправомерности своего владения, или добросовестным, если он не знал и не должен был знать об этом.
3.3 Способы защиты владения
Владение защищалось путем преторских интердиктов. Наряду с обычным исковым порядком рассмотрения частных споров, существовало особое интердиктное производство. Оно отличается от обычного искового порядка рассмотрения частных споров тем, что судебный магистрат здесь выступает исключительно как носитель высшей власти, издающий приказы по отношению к гражданам. Интердикты издревле издавались претором по расследовании дела. Поэтому интердикты были безусловными приказами, санкционированные штрафами и взятием залога. Интердиктное производство было проявлением административной власти преторов. В классическом праве интердикт претора стал условным приказом, которым начиналось условное производство. Оно могло стать базой для последующего судебного разбирательства, перейти из области управления в область юрисдикции. Этот акт принимался магистратом для скорейшего разрешения частных споров по просьбе одной из сторон.
Общей чертой средств этой защиты было нормирование, как общественно признанного факта пользовании вещами, и недопущение вопросов права при разбирательстве дел о владении. Ни тот, кто желал охранить свое владение, ни тот, кто оспаривал его, не могли приводить правовых обоснований своих претензий. Природа владельческой защиты и интердиктов определялась тем, что они были продуктом административной деятельности претора. В данном случае эта деятельность не ставила себе задачи разрешения вопросов о правовом основании владения, а ограничивалась сохранением существующего фактического состояния, которое оказалось, таким образом, юридически защищенным. В этом отличие посессорной защиты от петиторной, при которой, наоборот выяснялся вопрос о праве.
Владельческие интердикты известны трех категорий:
1) Интердикты, направленные на удержание существующего владения, в которых за лицом утверждалось осуществление владения и воспрещались какие-либо посягательства на его нарушения другой стороной.
2) Интердикты о возвращении насильственно или тайно утраченного владения, с помощью которых вытребовалось и возвращалось утраченное таким образом владение.
3) Интердикты об установлении владения впервые. По мнению Черниловского: “Интердикты этой категории носят особый квази — владельческий характер[13] [13]”. Например, в области наследования для защиты своих прав цивильному наследнику давался особый иск: petitio hereditatis – иск об истребовании всей наследственной массы целиком, во многом напоминавший rei vindicatio. Преторскому наследнику давался интердикт для ввода во владение входившими в состав наследства вещами, который распространялся как на вещи, так и на требование наследодателя, и с переходом к экстраординарному процессу слилась воедино c petitio hereditatis.
Также предоставлялась защита держателям, так как римское право знало таких держателей, которые в собственных интересах охранялись путем интердиктной защиты. Владение как бы раздвоялось: одни владели для давности, другие для защиты.
Залоговые кредиторы, как правило, получавшие до уплаты долга вещи должника в залог, рассматривались как юридические владельцы, хотя хранили вещи для залогодателя.
Пережитком прежних аграрных отношений было признание юридическим владельцем того, кто владел вещью прекарно, до востребования.
Юридическими владельцами считались также и секвесторы, то есть лица, которым отдавались на хранение предметы, по поводу которых велся судебный спор.
4. Заключение
Из числа всех правовых систем исторического прошлого в качестве предмета специального изучения выделяется лишь римское право в границах частного права. Необходимость изучения римского частного права вытекает из того, оно сохранило жизнедеятельность даже после гибели породившего его государства. Свидетельство тому – рецепция римского права Европой. Влияние римского права на формирование правовых систем стран Европы было неодинаковым. Но несмотря на это римское частное право стало, таким образом фундаментом дальнейшего развития и феодального, и буржуазного права. Оно приобрело уже через ряд столетий после падения Рима значение действующего права в государствах Европы. Менее всего это влияние сказалось на России.
В ходе экономических реформ и обновления законодательства в России, особенно гражданского, требуется четкая и детальная разработка центрального института гражданского права – института частной собственности. В этом нам может помочь изучение права Древнего Рима, так как там впервые в истории человечества были детально разработаны два института, имеющих важное значение для хозяйственного оборота:
1) Институт неограниченной индивидуальной частной собственности
2) Институт договора
Поэтому необходимы исследования в этом направлении развития юридической науки.
Список литературы
Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://tarasei.narod.ru
[1] [1] Косарев, стр. 61
[2] [2] Косарев, стр.64
[3] [3] Савельев Право собственности в римской классической юриспруденции стр. 122
[4] [4] Савельев Юридическая концепция собственности в Древнем Риме и современность стр. 136
[5] [5] Савельев Юридическая концепция собственности в Древнем Риме и современность стр. 137
[6] [6] Там же, стр.138
[7] [7] Дигесты. 50.17.54
[8] [8] Новицкий стр. 193
[9] [9] Новицкий, стр. 149
[10] [10] Новицкий, стр. 197
[11] [11] Новицкий, стр. 201
[12] [12] Хутыз, стр. 77
[13] [13] Черниловский, стр.97
— количество списанных в утиль из числа восстановленных.
— на сколько своевременно получает предприятие шины после восстановления и сколько полностью вводят их в эксплуатацию.
=1,17;
=1;
=1;
=0,98.
=1,11.
По тимократической реформе все афинские граждане были разделены по имущественному положению на 4 разряда. Лица, получившие 500 (1 медимн – ок.52 кг) медимнов, были отнесены к первому разряду и стали называться пентакосиомедимнами. Второй разряд составили те, кто получал доход в 300 мер, их называли всадниками. Граждане третьего разряда – зевгиты – имели 200 мер. В четвертый разряд входили так называемые феты, получавшие доход менее 200 мер. 
= 0,75 — КПД привода
при пределе прочности материала проволок 1770 мПа. Канат крепим к барабану прижимными планками.
= 12 мм.
] СЖ = 130 
— для чугуна СЧ15
— расстояние до начала нарезки
— длина рабочей части барабана
— число рабочих витков
— длина барабана, на которой располагаются разгружающие витки
— длина барабана, на которой располагается крепление каната.
— расстояние между щеками подвески
= 2 — число подшипников в блоке.
=0,7
— плечо силы тяжести противовеса (противовес вдвое уменьшает опрокидывающий момент, реакции горизонтальных подшипников и момент, изгибающий колонну, если он уравновешивает стрелу и половину номинального груза).
.
— коэффициент запаса прочности [2, с.114] ; 
— коэффициент безопасности [2, с.115].
толщина стенки 
.
. Обозначение заготовки трубы колонны в спецификации:
, 
— угол между оттяжками стрелы
, действующее на верхнюю опору:
, где
из условия 
высота 
наружный диаметр 
статическая грузоподъемность 
Для равномерного нагружения шариков установлена выпуклая и вогнутая сферические шайбы радиусом R из центра верхнего радиального подшипника.
Реакции радиальных подшипников
статическая грузоподъемность 
наружный — 
ширина 
Нижнюю опорную часть выполним в виде круга катания, имеющих с внутренней стороны замкнутую дорожку катания для опорных роликов, а в центре полую ступицу для размещения вала ОПУ. На круге катания закреплен зубчатый венец, вокруг которого обкатывается шестерня механизма поворота, установленного на опорной части.
(1)
— момент сил трения; 
— динамический момент.
— приведенный коэффициент трения в подшипниках [6, с.49],
(2)
— момент инерции крана и механизма поворота относительно оси вращения; 
— угловое ускорение крана.
1,3-1,4 — коэффициент, учитывающий инерционность поворотной части крана (без груза и противовеса); 
1,05-1,1 — коэффициент, учитывающий инерционность механизма поворота.
— минимальное линейное ускорение груза.
— КПД механизма, 
здесь 
— КПД одноступенчатого червячного редуктора (примем 
), 
— КПД открытой зубчатой пары.
при 
Для заданной группы классификации механизма М6 имеем 
(табл.1). Частота вращения 
Момент инерции электродвигателя 
(прилож.4).
диаметром 
[8, с.84].
. Это несколько меньше расчетного значения, но значение 
дано для непрерывной работы в течение 24 ч. Согласно ГОСТ 16162-78 редукторы общего назначения, в том числе планетарные, в период пуска должны допускать кратковременные перегрузки, в 2 раза превышающие номинальные. Тогда допускаемый крутящий момент на тихоходном валу редуктора при пуске составит
имеет: 
конец тихоходного вала — конический, диаметром 50 мм, длиной 110 мм, с посадочной частью вала длиной 82 мм; конец быстроходного вала — конический, диаметром 32 мм, длиной 58 мм.
, минимальное число зубьев шестерни 
17-25.
мм; 
0,1-0,4 — коэффициент ширины зубчатых колес.
и ширину открытой зубчатой передачи.
Малюнок 2. Системи обмінних курсів національної валюти.
, 
(2)
(3)
= (0,4 + 1) : (0,4 + 0,2 + 0,05) = 2,15
, 
Рассмотрим функциональную схему и принцип работы устройства.
t
ЗП/Ц
ЗП/Ц2
ЗП/Ц
