Содержание

§ 1. Экономическое содержание услуг 3

§ 2. Гражданско-правовое регулирование отношений

по оказанию услуг в России 22

Литература 49

§ 1. Экономическое содержание услуг

Исследование любого гражданско-правового явления невозможно без уяснения его социально-экономической сущности. Большинство теоретических конструкций, используемых в гражданском праве, существует, как известно, на протяжении многих столетий еще со времен римского права. Сохраняя свои основные черты, свой каркас, они тем не менее трансформируются в зависимости от конкретных социально-экономических условий. Анализ экономического содержания изучаемого правового феномена (в качестве которого в настоящей работе выступают услуги) способствует, как представляется, выявлению тех его существенных характеристик, появление которых обусловлено новыми экономическими условиями и которые еще не нашли адекватного отражения ни в правовой доктрине, ни в законодательстве.

Изменение места и значения услуг в социально-экономических системах развитых стран конца XX — начала XXI вв. наиболее полно отражено в теории постиндустриального общества. В рамках данной социологической концепции, родоначальником которой считается Д. Белл , получили объяснение основные тенденции развития ведущих западных стран после Второй мировой войны. На основе их анализа был сделан вывод о формировании в этих странах общества нового типа — постиндустриального.

Понятие «постиндустриальное» Д. Белл противопоставляет понятиям «доиндустриальное» и «индустриальное», которые применяются им для обозначения типов общества, являющихся этапами развития человеческой цивилизации. В основу выделения доиндустриального, индустриального и постиндустриального общества положены тип производства и разновидность используемого знания.

Характеристика типов производства основана на трехсекторной модели структуры общественного производства К. Кларка . В соответствии с этой моделью первичный сектор экономики составляют добывающие отрасли и сельское хозяйство, вторичный — обрабатывающая промышленность, а третичный — услуги. Любая экономика представляет собой смешение этих секторов, но в каждом из типов общества доминирует один из секторов, который в итоге и является определяющим.

Третичный сектор экономики — сфера услуг — присутствует в экономике любого типа общества, но объем услуг и их характер различны в зависимости от эпохи. В доиндустриальном обществе преобладали услуги личного характера. Так, по свидетельству Д. Белла, в Англии до 1870 г. самой крупной по численности профессиональной группой была именно домашняя прислуга .

В индустриальном обществе на первый план выходят услуги, занимающие вспомогательное положение при производстве, к которым относятся транспорт, коммунальное хозяйство, финансы, управление недвижимостью, а также бытовые услуги (общественное питание, химчистки и др.). Расширение сферы услуг в индустриальном обществе происходило, по мнению Д. Белла, поэтапно . На первом этапе развитие промышленности обусловливало экспансию транспорта и услуг, связанных с движением товара. На следующем этапе наблюдается рост сфер распределения (оптовая и розничная торговля), финансов, операций с недвижимостью, страхования. Третий этап характеризуется расширением сферы обслуживания населения. По мере роста национального дохода доля денег, расходуемых на питание, снижается, а остаток направляется сначала на приобретение товаров длительного пользования, предметов роскоши, а затем на путешествия, развлечения, спорт и другие услуги личного характера.

В конечном итоге потребности населения концентрируются вокруг здоровья и образования: «Устранение болезней и рост числа людей, которые могут прожить все отпущенные им годы на фоне попыток увеличить продолжительность жизни, делают услуги здравоохранения чрезвычайно значимыми в современном обществе; а рост технических потребностей и профессионального мастерства делает образование, и, в частности, доступ к высшему образованию, условием самого вхождения в постиндустриальное общество» . В связи с этим в постиндустриальном обществе следует ожидать превалирование так называемых гуманитарных услуг, к которым и относят здравоохранение и образование. Кроме того, возрастает роль и профессиональных услуг, под которыми понимаются услуги, связанные с информацией и информационными технологиями.

Преобладание в структуре экономики сектора услуг рассматривается в литературе в качестве одного из основных признаков постиндустриального общества.

Теория постиндустриального общества была подтверждена ходом экономического развития ведущих западных стран. Их экономику называют «экономикой услуг», так как доля услуг во внутреннем валовом продукте составляет в среднем 2/3 — 3/4 (см. табл. 1).

Таблица 1

Удельный вес сферы услуг в валовом внутреннем

продукте и общей численности занятых в развитых

зарубежных странах, 2000 г. (%)

Динамику сферы услуг определяет ряд следующих долговременных основополагающих факторов экономического характера: действие закона возвышения потребностей, процесс урбанизации, увеличение расходов государства на широкий круг услуг, реализация программ дерегулирования и приватизации, структурно-технологическая перестройка материального производства, сравнительно благоприятные условия ресурсного обеспечения сферы услуг, научно-технический прогресс .

Таким образом, расширение сферы услуг в экономике ведущих развитых стран следует рассматривать как долгосрочную, довольно устойчивую тенденцию, обусловленную их вступлением в постиндустриальный этап развития.

Но говорить об этапах развития общества применительно к концепции постиндустриализма можно лишь с определенной долей условности, так как в теории постиндустриального общества отсутствуют хронологические рамки эпох, наоборот, подчеркивается эволюционность перемен: «Новый тип общества не замещает предшествующие формы, а главным образом сосуществует с ними, усугубляя комплексность общества, усложняя социальную структуру и внося новые элементы в саму ее природу» . Поэтому элементы постиндустриального общества можно наблюдать и в странах, пока не примкнувших к постиндустриальному сообществу, к которым следует отнести и Россию.

В России также наблюдается определенный рост доли услуг ВВП. Он вызван, прежде всего, внутренними процессами, происходящими в стране. Среди них выделяют следующие:

— увеличение количества платных услуг, особенно в образовании и медицине, в связи с сокращением государственного финансирования;

— становление малого бизнеса, для которого данная область предпочтительна в силу незначительного стартового капитала, требующегося для открытия «своего дела»;

— потребность рыночной экономики в новых услугах (например, в консалтинге, маркетинге, аудите и т.п.); и др. .

Кроме того, рост доли услуг в ВВП ведущих западных стран обеспечивался в значительной степени за счет увеличения объема предоставляемых производственных услуг и других услуг, связанных с производством товаров. Спад промышленного производства в России в период экономических реформ постепенно преодолевается, что также способствует развитию третичного сектора.

Основным аргументом, свидетельствующим об устойчивости тенденции развития сферы услуг в России, является движение нашей страны в последние десятилетия в русле ведущих мировых держав, что позволяет сделать вывод о неизбежности ее вступления в постиндустриальный этап развития со всеми вытекающими последствиями.

Несмотря на то что в современной экономике роль услуг существенно возросла, экономической наукой до сих пор не выработано единого общепринятого понятия услуг.

В советской экономической науке понятие услуг базировалось на определении К. Маркса: «Особая потребительная стоимость этого труда получила здесь специфическое название «услуги», потому что труд оказывает услуги не в качестве вещи, а в качестве деятельности» . При этом сформировались две основные позиции по вопросу о сущности услуг: одни ученые рассматривали услуги как саму деятельность, специфическую форму труда, а другие под услугами понимали результат труда, полезный эффект деятельности .

В современной экономической литературе эти различия в толковании услуг сохранились. Так, авторы коллективной монографии «Сфера сервиса: особенности развития, направления и методы исследования» полагают, что «услуга является отдельным законченным результатом или продуктом деятельности в сфере сервиса, предоставленным производителем потребителю, в соответствии со спросом, установленными требованиями к его свойствам» .

Н.Н. Иванов считает целесообразным рассматривать услугу в триединстве с понятиями «потребность» и «благо». Под потребностью им понимается надобность, нужда в чем-либо, требующая удовлетворения, под благом — то, что удовлетворяет потребности. Исходя из этих трактовок, услуга определяется им «как деятельность, направленная на удовлетворение потребности путем предоставления (производства) соответствующих этой потребности благ материального и нематериального характера» .

Подход к определению услуг через категорию «благо» представляется довольно перспективным. Учения об экономических благах базируются на философском понимании категории «благо» — предмет или явление, удовлетворяющие определенную человеческую потребность, отвечающие интересам, целям и устремлениям людей . А. Маршалл определял блага как «желаемые нами вещи или вещи, удовлетворяющие человеческие потребности» . К. Менгер называл полезностями предметы, которые обладают способностью быть поставленными в причинную связь с удовлетворением человеческих потребностей. Они становятся благами по мере познания человеком этой причинной связи и обладания действительной властью применить данные предметы к удовлетворению своих потребностей. Наряду с материальными благами он предлагал выделять полезные человеческие действия (а в соответствующих случаях и бездействие), из которых наибольшую важность представляет труд .

В современной экономической теории наиболее распространено деление благ на материальные и нематериальные, критерием которого выступает форма бытия блага, с точки зрения его вещественности или отсутствия таковой. Соответственно, к материальным благам относятся вещи, а к нематериальным — услуги .

Услуги как благо, по мнению Т.Н. Софиной, представляют собой «отношение между людьми, невещественный полезный эффект непосредственных взаимодействий экономических субъектов, т.е. результат материальной деятельности независимо от приобретения этим результатом (эффектом) материально-вещественной формы» .

Н.В. Миронова под услугой предлагает понимать «экономическое благо в форме деятельности, это действие (или последовательность действий), цель которого — повышение потребительской полезности объекта услуги, а задача — воздействие на этот объект услуги» . Приведенное определение представляет интерес и попыткой включения в него такой составляющей, как объект услуги, в то время как большинство исследователей подчеркивает его значение лишь при проведении классификации услуг. В качестве объекта услуги, по ее мнению, может выступать сам человек, его материальные и нематериальные активы и др. Однако не вполне ясно, в чем именно может выражаться повышение потребительской полезности объекта, если в качестве такового выступает человек или его нематериальные активы.

Нетрудно заметить, что и в этих определениях прослеживаются отголоски давнего спора. В конечном итоге Т.Н. Софина сводит определение услуг к результату деятельности, а Н.В. Миронова — к самой деятельности.

Два, казалось бы, противоположных подхода к сущности услуг, сформировавшиеся в экономической теории, были объединены в определении услуг, которое дается в ГОСТ Р 50646-94 «Услуги населению. Термины и определения» (утв. Постановлением Госкомстата России от 21 февраля 1994 г. N 34): «…результат непосредственного взаимодействия исполнителя и потребителя, а также собственной деятельности исполнителя по удовлетворению потребности потребителя». Исходя из приведенной дефиниции, услуги состоят из двух частей: результата и процесса.

В зарубежной экономической науке феномен услуг исследуется преимущественно в рамках маркетинга услуг. Интерес маркетологов обусловлен особенностями продвижения на рынке услуг по сравнению с товарами. Следует отметить, что маркетинг услуг развивается на Западе с 70-х гг. прошлого века, однако, как считает Х. Ворачек, завершенной «теории маркетинга услуг» в настоящее время не существует и, возможно, она и не будет создана . Не выработано и единого понятия услуг, способного охватить все многообразие данного явления. В литературе встречается довольно широкий диапазон мнений по этому вопросу.

Различные дефиниции услуг содержатся в работах известного зарубежного экономиста, которого называют отцом маркетинга, Ф. Котлера. В своей книге «Основы маркетинга» он рассматривает услугу как «любое мероприятие, деятельность или выгода, которые одна из сторон может предложить другой стороне и которые в основном неосязаемы и не приводят к овладению чем-либо» . В учебнике «Маркетинг. Гостеприимство и туризм» определение услуги сформулировано уже: «…действие, направленное на удовлетворение нужд потребителей. В одних случаях она (услуга. — Прим. авт.) привязана к материальному товару, в других… нет. Она является исконно неосязаемой, и в результате ее потребитель не приобретает товар в вещественной форме» .

Особого внимания заслуживает определение услуг Т. Хилла: «…изменение состояния человека или предмета, принадлежащего любому участнику экономических отношений, с их предварительного согласия» . При этом он указывает, что изменение является результатом деятельности другого участника экономических отношений. В отличие от других экономистов, Т. Хилл пытается охарактеризовать действия, совершаемые при оказании услуги, путем указания на их общую цель.

Обзор суждений по вопросу о понятии услуг подтверждает справедливость вывода Х. Ворачек о том, что ни одна из попыток дать определение услуги не увенчалась успехом . В приведенных выше определениях преобладает толкование услуг как деятельности, но существенные признаки этой деятельности, необходимые и достаточные для формирования понятия, в них не названы.

Наряду с попытками сформулировать понятие услуги, маркетологи прилагают усилия к раскрытию сущности услуг через описание признаков, отличающих их от товара (вещи). В качестве таковых обычно называют: неосязаемость, непостоянство качества, недолговечность (несохраняемость), неразрывность производства и потребления.

Под неосязаемостью (нематериальностью) услуг в маркетинге понимают невозможность продемонстрировать услуги до их предоставления. Товар можно осмотреть, оценить, сравнить с конкурирующим товаром до его покупки. Услугополучатель лишен такой возможности. Степень неосязаемости услуг различна. Материальные услуги, результат которых заключается в изменении (улучшении) вещи или изготовлении новой вещи, довольно осязаемы. У потребителя таких услуг формируется относительно четкое представление о качественных характеристиках результата, аналогичного товару. Результат нематериальных услуг может быть оценен потребителем только после его получения и лишь на уровне субъективных представлений и ощущений (например, понравился ли концерт, наступило ли улучшение самочувствия пациента и т.д.).

При этом не имеет значения использование при оказании услуги осязаемых вещей, на что указывает В.П. Бугаков . Услуги музыканта не более осязаемы, чем услуги певца, хотя музыкант использует при их оказании музыкальный инструмент.

Непостоянство качества (или изменчивость) услуг обусловлено большей зависимостью их, чем товара, от так называемого человеческого фактора. Услуги, как правило, оказываются людьми, а не механизмами. Люди не могут, подобно машинам, совершенно одинаково совершать одну и ту же операцию. Результаты их действий всегда будут в той или иной степени различны, отсюда и колебания качества услуг. С другой стороны, услуги призваны удовлетворять потребности конкретного потребителя, что объясняет высокую степень их индивидуализации, а значит, и необходимость учета индивидуальных требований потребителя к качеству. Относительная стабильность качества может быть достигнута за счет использования механизмов при оказании услуг, а также стандартизации услуг.

Недолговечность (несохраняемость) означает невозможность хранения услуг подобно товару. Если услуги не использованы в момент их предоставления, то они, как правило, становятся бесполезными. Следовательно, услуги невозможно заготовить впрок для дальнейшей реализации, что вызывает сложности в регулировании спроса и предложения. Выделение данного свойства услуг необходимо для разработки правильной стратегии маркетинга услуг, позволяющей минимизировать убытки, возникающие вследствие колебания спроса и предложения.

Очевидно, что в этом аспекте рассматривается не физическое свойство результата услуги, который может им обладать в большей или меньшей степени, как полагает М.А. Николаева , а свойство самой услуги как деятельности. Тот факт, что в материальных услугах результат имеет овеществленную форму и может храниться как товар, не имеет принципиального значения. Как уже отмечалось, услуги индивидуальны, следовательно, если ателье шьет школьные платья в расчете на то, что они хранятся и будут иметь спрос перед началом школьных занятий, то речь должна идти о производстве товара. Ателье оказывает услуги лишь тогда, когда выполняет конкретный индивидуальный заказ потребителя. Поэтому ателье при разработке своей стратегии маркетинга должно учитывать повышение спроса на изготовление школьных платьев, а не изготавливать их.

Неразрывность (одновременность) производства услуг и их потребления проявляется при рассмотрении стадий движения товара и услуг. Товар сначала производится, затем продается, а потом уж потребляется. Услуги, наоборот, сначала продаются, а затем производятся и потребляются. Неразрывность процессов производства и потребления услуг обусловливает и неотделимость услуг как от исполнителя, так и от потребителя. Последний, потребляя услуги, вовлекается в процесс их производства, что для производителя услуг создает дополнительный риск. Кампания — производитель услуг может лишиться клиента, если конкретный исполнитель услуг окажет ее ненадлежащим образом. Степень контакта исполнителя и потребителя различна в зависимости от того, используются ли механизмы при оказании услуг. Наиболее высока она при оказании услуг непосредственно человеком — исполнителем. В этих случаях услуги неотделимы от ее исполнителя.

Наряду с перечисленными признаками в литературе по маркетингу выделяются и другие характерные признаки услуг. М.А. Николаева указывает на отсутствие количественных характеристик услуг; опосредованное измерение их качества; взаимозаменяемость услуг товарами. Е.В. Песоцкая называет невозможность транспортировки и хранения Выявление сущности услуг как экономической категории через описание их свойств трудно признать эффективным. Во-первых, ни один из выделяемых признаков не является универсальным для всех видов услуг. Во-вторых, данные признаки услуг имеют довольно узкое прикладное значение, и лишь в рамках маркетинга.

Неудачи с формированием единого понятия услуг связаны, прежде всего, с тем, что к сфере услуг относится слишком широкий круг общественных отношений. В.П. Бугаков отмечает: «Широта и разнообразие индустрии услуг затрудняет возможности определения у различных секторов услуг общих закономерностей, характерных для сферы услуг» . Н.В. Миронова конкретизирует причины, затрудняющие, по ее мнению, формирование понятия услуги:

— к услугам относятся все экономические блага, которые нельзя отнести к сельскому хозяйству или промышленному производству;

— к услугам относятся многочисленные и разнообразные действия, направленные на различные объекты;

— эти многочисленные и разнообразные действия относятся существующей официальной статистикой к одному классу экономических благ;

— услуга — гибкий объект, границы которого легко меняются .

Остаточный принцип формирования сектора услуг, в который включаются все виды деятельности, не относящиеся к сельскому хозяйству и промышленности, в значительной степени повлиял на то, что термин «услуги», по мнению Д. Белла, является «довольно расплывчатым и в экономическом смысле «бесформенным» .

Однако широкое понимание сферы услуг присуще лишь рыночной экономике. В условиях административно-командной экономики в СССР для макроэкономического анализа использовался баланс народного хозяйства, в котором «все подчинено одной цели — получению информации о производстве материального продукта» . Баланс народного хозяйства базировался на так называемой узкой концепции материального производства, в соответствии с которой народное хозяйство делится на две части: сферу материального производства и непроизводственную сферу.

В сфере материального производства создается общественный продукт и национальный доход, а непроизводственная сфера функционирует за счет перераспределения национального дохода. К сфере материального производства относятся не только отрасли, непосредственно создающие материальный продукт, но и те, которые завершают производственный процесс продвижением товара от производителя к потребителю. Это:

— грузовой транспорт;

— связь (в части обслуживания производства);

— торговля, снабжение, сбыт;

— заготовки.

Непроизводственная сфера определяется Е.В. Песоцкой как сфера приложения труда, в которой в рамках производственных отношений производятся как материальные, так и нематериальные услуги, а также организуется обслуживание процесса потребления с целью удовлетворения спроса населения на эти услуги. С некоторой долей условности в качестве синонимов непроизводственной сферы, по ее мнению, могут быть использованы термины «сфера услуг», «социальная сфера», «сфера обслуживания».

Узкий подход отечественных экономистов к определению сферы услуг проявился во включении в этот сектор экономики лишь услуг населению. За его рамками остались все производственные и профессиональные услуги. На неадекватность такого подхода указывалось в работах по экономике как советского периода , так и в современных . Нельзя не отметить и тот факт, что до сих пор в России стандарты разработаны только для услуг населению (ГОСТ Р 50646-94).

Статистика стран с рыночной экономикой ведется на основе системы национальных счетов, в которой границы экономической деятельности определяются исходя из расширенной концепции производства. Согласно системе национальных счетов в эти границы включены все виды деятельности по производству услуг, в том числе оплачиваемые услуги домашней прислуги и услуги по проживанию в собственном жилище. Исключение составляет деятельность домашних хозяйств по оказанию личных и домашних услуг для собственного потребления (услуги, оказываемые одним членом семьи для других: уход за больными, уборка помещения, приготовление пищи и др.). Исходя из этого, к производству услуг относятся:

— транспорт;

— связь;

— торговля;

— информационно-вычислительное обслуживание;

— жилищное хозяйство;

— заготовки;

— коммунальное хозяйство;

— финансы, кредит, страхование;

— наука и научное обслуживание;

— здравоохранение, физическая культура и социальное обеспечение;

— образование, культура, искусство;

— управление;

— оборона;

— прочие виды деятельности .

В мировой практике, по свидетельству В.Д. Марковой, в наиболее полный перечень услуг, помимо перечисленных, включают также: туризм, строительство и инжиниринг, операции с недвижимостью и в области аренды оборудования, услуги по найму рабочей силы, прокат фильмов и телепрограмм, рекламу, бухгалтерское дело, юридические, технические и прочие профессиональные услуги .

Расширенная концепция производства предполагает разграничение рыночного и нерыночного производства по двум критериям: целям использования производимых услуг и характеру цен, по которым они реализуются потребителем. Целью рыночного производства является получение прибыли, соответственно, услуги реализуются по экономически значимым ценам, т.е. складывающимся под влиянием спроса и предложения. К нерыночным относятся производства, в которых услуги предназначены для собственного конечного использования или предоставляются потребителям бесплатно или по экономически незначимым ценам.

В настоящее время в России осуществляется поэтапный переход от баланса народного хозяйства к системе национальных счетов, необходимый для успешной интеграции нашей страны в мировое экономическое пространство. Соответственно, меняется и подход к определению границ сферы услуг в сторону их расширения.

Сфера услуг, как уже отмечалось, довольно неоднородна. Только в Общероссийском классификаторе услуг населению содержится 1500 их наименований. В связи с этим особое значение приобретает классификация услуг. При классификации исследуемое явление разделяется на отдельные группы (типы, виды и т.д.), что позволяет выявить характерные признаки каждой группы. В экономической литературе, преимущественно по маркетингу, приводится большое количество классификаций услуг по самым разным критериям.

В системе национальных счетов услуги как вид экономической деятельности подразделяются на четыре категории:

— потребительские (рестораны, гостиницы, домашние услуги);

— социальные (образование, медицинская помощь, благотворительные услуги);

— производственные (инжиниринг, консультации, финансовые и кредитные услуги);

— распределительные (торговые, транспортные, фрахт) .

В противоположность функциональному подходу авторы монографии «Services in the global market» предлагают более общую, по их мнению, классификацию услуг , аналогичную классификации товаров в Международных стандартах торговой классификации ООН. В указанной классификации в качестве основного критерия используется степень обработки продукции. Соответственно, в отношении услуг «степень обработки» будет определяться количеством знаний: чем выше квалификация лица, оказывающего услугу, тем выше степень обработки услуги. Услуги, в зависимости от степени обработки, делятся на первичные (primary), промежуточные (intermediate) и заключительные (final). Под первичными услугами понимается неквалифицированный труд, который существует практически в любом виде деятельности, поэтому термин «услуги» в данном случае применяется с определенной долей условности. В отличие от первичных услуг, промежуточные услуги помимо труда включают в себя еще и такие производственные факторы, как человеческий и физический капитал. Они являются результатом комплексной деятельности, включающей в себя сбор и передачу данных, а также простейшую их организацию и структурирование в то, что именуется информацией. Информация в свою очередь является «сырьем» для окончательного сервисного продукта.

Авторы данной классификации излагают лишь ее основные положения, считая, что ее более тщательная разработка потребует значительного количества исследований и кооперации специалистов в международном масштабе. Однако ее вряд ли можно признать удачной, так как она предполагает использование таких категорий, как «знания», «информация», формализация которых чрезвычайно затруднена.

В отечественной экономической литературе услуги традиционно делятся на материальные и нематериальные. Теоретической основой такой классификации является высказывание К. Маркса о двух типах услуг: «Известного рода услуги, иными словами потребительные стоимости, представляющие собой результат известных видов деятельности или труда, воплощаются в товарах, другие же услуги, напротив, не оставляют осязательных результатов, существующих отдельно от исполнителей этих услуг; иначе говоря, результат их не есть пригодный для продажи товар» . В качестве критерия данной классификации используется результат, который может быть как осязаемым, будучи воплощенным в товаре, так и неосязаемым.

Современные авторы при разграничении услуг на материальные и нематериальные указывают не только на результаты, но и на объекты услуг, т.е. на кого или на что направлена деятельность. Объектами материальных услуг, по их мнению, являются предметы материального мира, а нематериальных услуг — физическое, умственное или экономическое состояние потребителей. Соответственно, материальные услуги имеют своим результатом изменения в состоянии каких-либо предметов (перевозка, ремонт, окраска и т.д.), а нематериальные услуги удовлетворяют личные и коллективные потребности и выражаются в изменении физического, умственного или экономического состояния потребителя (лечение, обучение, юридическая и страховая защита) .

— осязаемые действия, направленные на тело человека (здравоохранение, пассажирский транспорт, парикмахерские услуги и др.);

— осязаемые действия, направленные на товары и другие физические объекты (грузовой транспорт, ремонт, прачечная, химчистка, ветеринарные услуги и др.);

— неосязаемые действия, направленные на сознание человека (образование, радио- и телевещание, музеи, театры и др.);

— неосязаемые действия с неосязаемыми активами (банки, страхование, юридические и консультационные услуги и др.).

В зависимости от степени осязаемости услуг Г. Ассэль предлагает разделить услуги на три класса: связанные с товарами, основанные на использовании оборудования, основанные на труде человека . Услуги, связанные с товарами, выполняют вспомогательную роль: гарантийное обслуживание, ремонт, профилактика. К услугам, основанным на использовании оборудования, относятся те услуги, для оказания которых необходимо оборудование: полностью автоматизированные (торговые автоматы, банкоматы, мойка автомобилей); неквалифицированный труд (стрижка газонов, химчистка, такси); квалифицированный труд (операторы компьютеров, авиалинии). Услуги, основанные на труде человека, в большей степени зависят от деятельности человека, чем от оборудования. Они включают в себя неквалифицированный труд (охранники, привратники), квалифицированный труд (уход за детьми, подбор кадров управленцев, общественное питание), услуги специалистов (юристов, врачей, бухгалтеров).

Традиционно в качестве критерия классификации услуг выступает услугополучатель. В зависимости от его статуса выделяют личные и деловые (или профессиональные) услуги. Оказание личных услуг направлено на удовлетворение потребностей населения, а деловых — потребностей лиц, осуществляющих предпринимательскую или иную профессиональную деятельность.

В ГОСТе Р 50646-94 услуги населению по функциональному назначению подразделяются на материальные и социально-культурные.

Термин «материальная услуга» раскрывается как «услуга по удовлетворению материально-бытовых потребностей потребителя услуг». Материальные услуги обеспечивают восстановление (изменение, сохранение) потребительских свойств изделий или изготовление новых изделий по заказам граждан, а также перемещение грузов и людей, создание условий для потребления. В частности, к ним могут быть отнесены бытовые услуги, связанные с ремонтом и изготовлением изделий, жилищно-коммунальные услуги, услуги общественного питания и транспорта.

Под социально-культурными услугами понимаются услуги по удовлетворению духовных, интеллектуальных потребностей и поддержанию нормальной жизнедеятельности. Социально-культурные услуги обеспечивают поддержание и восстановление здоровья, духовное и физическое развитие личности, повышение профессионального мастерства. К ним могут быть отнесены медицинские услуги, услуги культуры, туризма, образования и т.д.

Неоднозначные суждения высказываются в литературе по поводу деления услуг на платные и бесплатные. Платными именуются услуги, оплачиваемые непосредственно потребителем. Бесплатные услуги оплачиваются потребителем опосредованно. Как справедливо отмечает М.А. Николаева, бесплатность услуги для потребителя — видимая . Услуги всегда кто-то оплачивает: либо государство (бесплатные медицинские, образовательные услуги), либо организация (оплата обучения сотрудников, оказание им медицинской помощи), либо оплата услуги закладывается в издержки и цену товара (услуги по доставке, упаковке и др.). Следовательно, при получении бесплатной услуги потребитель оплачивает ее опосредованно через налоги, доплату к основной зарплате, цену на основной товар или услугу.

Некорректной с позиций экономической теории признает приведенную классификацию Н.Н. Голик, по словам которого «в действительности бесплатных услуг в экономике не бывает по той простой причине, что на их оказание расходуются ресурсы и всякая деятельность требует затрат на предварительную профессиональную подготовку работника» .

Представляется важным подразделение услуг на основные и дополнительные. Основные услуги — это услуги, удовлетворяющие основные потребности, а дополнительные — вторичные потребности. К последним можно отнести, в частности, послепродажные услуги (их также именуют сопутствующими, сервисными), включающие в себя услуги по доставке, установке, обучению, гарантийному и постгарантийному обслуживанию. Выделение дополнительных услуг позволяет более четко обозначить сферу услуг. Как справедливо отмечает Дж. Хауэллс, «исследование современной сферы услуг требует прежде всего отделения отраслей, относящихся к этой сфере, от сервисных компонентов, имеющихся во всех других отраслях» .

В экономической литературе приводятся и другие многочисленные критерии классификации, которые довольно специфичны и имеют узкую сферу применения. Вместе с тем подчеркивается, что «в силу эмержентности услуг их исчерпывающая классификация в принципе невозможна» .

Таким образом, услуги как экономическая категория имеют два значения.

Во-первых, услуги — это вид экономической деятельности. Соответственно, к услугам относятся все виды экономической деятельности, за исключением промышленного производства и сельского хозяйства.

Во-вторых, услуги — это экономическое благо. С этой точки зрения под услугами одни экономисты понимают саму деятельность, направленную на удовлетворение индивидуальной потребности, другие — результат, удовлетворяющий индивидуальную потребность, а третьи — диалектическое единство деятельности и результата, достигаемого в ходе этой деятельности.

§ 2. Гражданско-правовое регулирование отношений

по оказанию услуг в России

2.1. История правового регулирования отношений

по оказанию услуг в России

Как показало исследование экономического содержания понятия услуг, сфера услуг присутствует в экономике любого типа общества. Соответственно, и элементы правового регулирования отношений по оказанию услуг встречаются в правовых источниках различных общественно-экономических формаций. Правовые формы, опосредовавшие данные отношения, довольно разнообразны, но весьма далеки от современных договоров об оказании услуг, так как сфера услуг того времени отождествляется прежде всего со сферой применения свободного наемного труда. Так, большинство исследователей в качестве первоисточников правового регулирования отношений по оказанию услуг называют договор найма услуг в римском праве и договор личного найма в российском дореволюционном гражданском праве.

По договору найма услуг (locatio-conductio operarum) «одна сторона — нанявшийся (locator) принимает на себя обязательство исполнять в пользу другой стороны — нанимателя (conductor) определенные услуги, а наниматель принимает на себя обязательство платить за эти услуги условленное вознаграждение» . В системе римского частного права договор найма услуг являлся одним из видов договора найма (locatio-conductio), наряду с договорами найма вещей (locatio-conductio rerum) и наймом работ (locatio-conductio operis). Объединение в один договорный тип проводилось по единому для данных договоров признаку, в качестве которого традиционно выделялась передача во временное пользование определенного блага. В римском обществе применялся преимущественно труд рабов и вольноотпущенников, поэтому договор найма услуг, субъектами которого могли быть лишь свободные граждане, не получил широкого распространения.

Рецепция римского частного права в правовые системы ряда буржуазных государств обусловила закрепление конструкции договора найма услуг в их законодательстве как основной правовой формы, опосредующей отношения по применению свободного наемного труда. В гражданском праве государств с континентальной системой права (Германия, Франция) в значительной степени была сохранена структура римского частного права, в том числе объединение договоров найма услуг и найма вещей в одном договорном типе — договоре найма.

Несмотря на значительную рецепцию римского права в русском гражданском праве, в вопросе о месте договора личного найма в системе гражданского законодательства позиции российского и западного законодателей существенно отличаются. В Своде гражданских законов Полного собрания законов Российской Империи договор личного найма помещен в разделе «Личные обязательства» вместе с договорами подряда, хранения, поручения, что обусловлено, в первую очередь, исторической традицией правового регулирования отношений по применению наемного труда.

Нормы, посвященные правовой регламентации данных отношений, встречаются в различных правовых источниках, действовавших до XIX в. (Русская Правда, Псковская Судная грамота, Судебники 1497 г. и 1589 г., Соборное уложение 1649 г.). Д.И. Степанов, отрицая необходимость в глубоком историческом анализе, тем не менее утверждает, что в «указанных источниках труд, исполняемый одним лицом в пользу другого, подвергается правовой регламентации лишь тогда, когда такой труд связан с ограничением или с потерей свободы работником» .

С ним можно согласиться лишь отчасти. Анализ основных правовых форм найма труда в России — закупничества, служилой кабалы, жилой записи — показал, что для них присуще внеэкономическое принуждение работника, характерное для феодального права. Однако основные конструктивные особенности этих правовых форм сохранились в договоре личного найма, что обусловливает их значимость в развитии правового регулирования отношений по применению наемного труда .

Вместе с тем в правовых источниках Древней Руси содержатся положения, свидетельствующие о существовании так называемого договора свободного найма, в котором отсутствовали механизмы порабощения работника . Так, в Русской Правде встречаются упоминания о регламентации отношений с отдельными категориями работников на основе свободного найма. Согласно ст. 2 Правды Ярослава обидчик должен был уплатить лекарю за услуги, оказанные им потерпевшему.

В Псковской Судной грамоте, отражающей более высокий уровень экономического развития, регламентируются не только отношения изорничества (аналогичные закупничеству), но и отношения свободного найма (ст. ст. 39, 40, 41). Последние могут быть названы свободными, так как в качестве нанимателя (наймита) выступал свободный человек, гражданские права которого сохранялись в полном объеме, хотя он и находился в определенной экономической зависимости от феодала. Договор найма заключался на определенное время («отстоит свой урок») или для выполнения определенной работы («свое дело отделает»).

Нормы о договоре свободного найма встречаются и в Судебнике 1497 г.: наймит, ушедший от хозяина до окончания срока договора («не дослуживший своего урока»), терял право на оплату труда («найму лишен»). Вероятно, положение наймита регулировалось Псковской Судной грамотой, а данное ограничение явилось следствием ужесточения ее нормы о праве нанимателя лишать наймита, ушедшего досрочно, платы за последний год работы. В Судебнике 1589 г. нанимателю предоставлялось право досрочно расторгнуть договор с выплатой наймиту «по расчету», т.е. деньги за фактически отработанное время без каких-либо штрафных санкций. Штраф в тройном размере наемной платы предусматривался в том случае, если наниматель не захочет оплатить работу наймита, а последний его в этом уличит.

Малочисленность норм, регулирующих договор свободного найма, свидетельствует о редкости его применения в древнерусском обществе, что вполне закономерно для эпохи феодализма. Однако это не может служить основанием для пренебрежительного отношения к истории отечественного права.

Нельзя не отметить и тот факт, что договор найма услуг (locatio-conductio operarum), субъектами которого могли быть лишь свободные граждане, также не получил широкого распространения, так как в римском обществе применялся преимущественно труд рабов и вольноотпущенников . Но это обстоятельство не помешало Д.И. Степанову довольно глубоко исследовать данную правовую конструкцию римского права и сделать восторженный вывод, что «римское право классического периода предстает перед нами как колыбель юриспруденции, заложившая на тысячелетия основу для развития конструкции генерального договора возмездного оказания услуг, а отсюда также базис для понимания сущности услуг как уникального объекта гражданских прав» .

Исследование правовых форм найма в России в IX — XVIII вв. позволило прийти к несколько иному выводу: эволюционное развитие правового регулирования отношений по применению наемного труда исходит из древнерусского права, несмотря на рецепцию римского права. Собственно, это и был вынужден признать Д.И. Степанов, отмечая отсутствие «определяющего влияния римской правовой традиции» .

Договор личного найма может рассматриваться в качестве источника договора оказания услуг лишь до известной степени. Положения, содержащиеся в главе «Личный наем» т. Х Свода гражданских законов, рассчитаны прежде всего на регулирование отношений найма труда, а не отношений по оказанию услуг. Согласно ст. 2201 Свода гражданских законов предмет договора личного найма составляют:

— домашние услуги;

— земледельческие, ремесленные, фабричные и заводские работы, торговые и др. промыслы;

— услуги по отправлению другого рода работ и должностей, не воспрещенных законом.

С точки зрения современных представлений к услугам может быть отнесена деятельность врачей, учителей, управляющих и т.д. Их услуги в правовой литературе XIX в. именовались умственными и включались в предмет договора личного найма. Однако, как отмечает Д.И. Мейер, «общественное воззрение смотрит на отношения по оказанию умственных услуг не как на отношения договорные, юридические, а скорее как на отношения нравственные, не входящие в область права» . Именно поэтому, считает он, «если представится необходимость определить юридические отношения по личному найму для каких-либо умственных услуг, в законодательстве не найдется данных для определения этих отношений» . Тем не менее общие положения о личном найме, которые весьма немногочисленны, распространяются и на отношения по оказанию умственных услуг. В связи с этим они представляют определенный интерес для настоящего исследования.

Сторонами в договоре личного найма выступали, с одной стороны, работодатель — наниматель, хозяин, с другой стороны, наемный работник — нанявшийся или наемщик. Нанимателем могли быть как физические, так и юридические лица, а наемщиком только физические, личным трудом выполняющие условия договора. Равенство и свобода сторон при заключении договора личного найма законодателем презюмировались.

Для договора личного найма согласно ст. 2224 Свода гражданских законов предусматривалась письменная форма, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом. Применение устной формы договора возможно было лишь при найме слуг и рабочих людей, нанимаемых по узаконенным видам на жительство. Договор, заключенный в письменной форме, по желанию сторон мог быть засвидетельствован у нотариуса либо у заменяющего его должностного лица. Однако в литературе вопрос о форме договора личного найма являлся дискуссионным. Г.Ф. Шершеневич и К. Анненков придерживались мнения, что письменная форма для данного договора не является обязательной, так как закон допускает и устную форму . К.П. Победоносцев, напротив, высказывался за обязательность письменной формы, а применение устной формы считал допустимым только в случаях, прямо предусмотренных в законе .

Позиция Сената в данном вопросе непоследовательна. Первоначально Сенатом признавался легитимным лишь формальный порядок заключения договора личного найма, несоблюдение которого лишало контрагентов права при возникновении спора обращаться к полицейскому или судебной власти для его разрешения. Но в силу существовавшего в обществе обычая «безмолвного» заключения договора личного найма, Сенат был вынужден пойти на уступки, объяснив их тем, что «в действительности незначительные сделки личного найма совершаются обыкновенно словесно, и закон таких сделок не воспрещает» . Из общего правила об обязательности письменной формы для договора личного найма Сенатом были сделаны многочисленные исключения, касающиеся отдельных его видов. Кроме того, по введении в действие Судебных уставов от 20 ноября 1864 г. сторонам по договору личного найма было предоставлено право и при несоблюдении ими письменной формы обращаться в суд на общих основаниях.

Последствием несоблюдения письменной формы договора являлось недопущение свидетельских показаний о заключении договора. Данный факт мог доказываться только письменными доказательствами, например записью в расчетной книжке и др. Ответчик при признании факта заключения договора был не вправе ссылаться на отсутствие письменного акта как на причину, освобождающую его от ответственности по договору.

Но недоказанность факта заключения договора не лишала наемного работника права на получение вознаграждения за выполненные работы и оказанные услуги. При установлении факта исполнения договора, а также размера причитающегося вознаграждения, допускалось использование любых доказательств: свидетельских показаний, осмотров, заключений экспертов и др.

Договор личного найма — срочный договор, максимальный предел которого ограничивался пятью годами. Пятилетний срок договора, как и при найме по жилым записям, устанавливался с целью предотвращения закабаления наемных работников, в основном для слуг и работных людей. Срок договора не должен превышать срок, определенный паспортом или видом на жительство. Договоры личного найма, заключенные на срок, превышающий законодательно установленный, по разъяснению Сената следовало признавать недействительными с момента их заключения. Мнение Сената не разделяли И.Г. Оршанский и другие цивилисты, высказывавшиеся за признание договоров недействительными в части, превышающей установленный законом срок .

Законодатель предоставил контрагентам широкие возможности при определении взаимных прав и обязанностей, закрепив норму о том, что «договор личного найма исполняется соблюдением договаривающимися сторонами постановленных в оном условий» (ст. 2228 Свода гражданских законов). В специальных законодательных актах, регулирующих такие виды личного найма, как найм на сельские, фабричные, заводские работы и др., права и обязанности сторон разработаны более детально. К. Анненков отмечал, что выделить систему прав и обязанностей по договору личного найма «в виду крайнего разнообразия видов личного труда, могущего быть предметом его найма, представляется чрезвычайно затруднительным» . К основным обязанностям наемного работника относятся следующие: приступить к работе в срок, установленный в договоре; исполнить договор путем выполнения работ и оказания услуг, предусмотренных в нем. Наниматель обязан, соответственно, предоставить наемщику работу, обусловленную договором, и не вправе требовать выполнения иной работы, кроме той, которая составляет предмет договора, а также оплатить выполненную работу. Юридический характер придавался и этическим нормам, относящимся к взаимоотношениям нанимателя и наемщика .

Особый интерес представляет условие об оплате труда — рядной плате, порядок выплаты и размер которой устанавливался сторонами в договоре. Рядная плата по соглашению сторон могла выплачиваться полностью или частично либо в денежном выражении, либо производимой продукцией, а управляющим делами купцов или фабрикантов — в виде процентов от полученной суммы или некоторой части от доставленной хозяину прибыли. Отсутствие в договоре личного найма условия о рядной плате не лишало наемщика права на оплату своего труда. При этом, как и в случае недоказанности заключения договора личного найма, размер причитающейся оплаты устанавливался в судебном порядке посредством свидетельских показаний, заключений экспертов, исходя из таксы максимального размера вознаграждения, определенного в нормативных актах для отдельных категорий работников: врачей, адвокатов и др.

Особое внимание следует уделить ответственности сторон по договору личного найма. Ответственность по данному договору носила имущественный характер и строилась на принципе вины. За неисполнение или ненадлежащее исполнение договора гражданско-правовая ответственность устанавливалась в двух формах: возмещение убытков и уплата неустойки.

На наемщика возлагалась обязанность возместить нанимателю причиненный реальный ущерб в полном объеме. Основаниями ответственности наемщика являлись неисполнение или ненадлежащее исполнение им своих обязанностей по договору («небрежением своим» — ст. 2231 Свода гражданских законов) либо совершение уголовного преступления («промотает имущество хозяина» — ст. 2232 Свода гражданских законов). Ущерб, причиненный наемщиком «небрежением своим», возмещался им путем выплаты денежных средств, а при их отсутствии — службой у нанимателя.

Возмещение убытков нанимателем предусматривалось как в виде реального ущерба, так и неполученных доходов. При увольнении нанимателем работника без законных на то оснований наниматель должен был возместить ему убытки в виде неполученных доходов, выплатой наемной платы за все время, на которое был заключен договор. Взыскание неустойки по договору личного найма в Своде гражданских законов предусматривалось лишь при досрочном расторжении договора наемщиком.

По общему правилу, установленному в ст. 2238 Свода гражданских законов, стороны не могли досрочно расторгнуть договор. Поэтому досрочное расторжение договора рассматривалось в качестве ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение. Но в этом документе не были перечислены основания для его досрочного расторжения, хотя и содержалась ссылка на «законные основания».

Таковы основные черты договора личного найма, сложившиеся к концу XIX в. Заключением данного договора опосредовался довольно широкий круг отношений, в том числе и отношения по оказанию услуг. Однако представляется неточным утверждение, что он «включал в себя как элементы договора возмездного оказания услуг, так и элементы маклерского договора, договора бытового подряда, а кроме того, также трудового договора» . Он не мог включать в себя элементы перечисленных договоров, так как они не были известны дореволюционному российскому гражданскому праву. Договор найма услуг можно рассматривать лишь в качестве источника, прообраза для ряда договоров, в частности и для договоров об оказании услуг.

В советское время была прервана традиция правового регулирования всей совокупности отношений по оказанию услуг в рамках самостоятельного договорного типа в кодифицированном правовом акте. Договор найма услуг трансформировался в трудовой договор, а категория «услуги» использовалась в ГК РСФСР 1922 г. и 1964 г. спорадически. В ГК РСФСР 1922 г. услуги упоминались лишь в качестве вклада, вносимого участником простого товарищества (ст. 277). В ст. 228 ГК РСФСР 1964 г. устанавливалось, что «организация, оплатившая товары и услуги, должна получить от другой стороны документ, удостоверяющий уплату денег и ее основание».

В то же время продолжалось совершенствование правового регулирования отдельных видов услуг, которые получили правовую регламентацию в Основах гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г., ГК РСФСР 1964 г., иных актах. При этом наибольшее внимание уделялось отношениям по обслуживанию населения, складывавшимся в розничной торговле, общественном питании, при выполнении по заказам населения всевозможных работ, прокате предметов домашнего обихода и другого имущества личного пользования, перевозке пассажиров и багажа, хранении вещей, по операциям Сберегательного банка СССР, при государственном личном и имущественном страховании, найме жилых помещений, в сфере культурного обслуживания и др. .

2.2. Состав и структура российского гражданского

законодательства об услугах

Возрастание роли услуг в российской экономике обусловило закрепление категории «услуги» в Конституции РФ , ГК РФ , федеральных законах и иных правовых актах гражданского законодательства РФ.

В Конституции РФ гарантируется свободное перемещение услуг наряду с товарами и финансовыми средствами (ч. 1 ст. 8). Ограничения перемещения товаров и услуг могут вводиться в соответствии с федеральным законом, если это необходимо для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей (ч. 2 ст. 74). Данные конституционные положения нашли отражение в п. 3 ст. 1 ГК РФ.

В ГК РФ регулированию отношений по оказанию услуг отводится значительное место. Принципиальное значение имеет признание услуги самостоятельным объектом гражданских прав (ст. 128 ГК РФ). Получил закрепление в гл. 39 ГК РФ и новый тип договора — договор о возмездном оказании услуг. Кроме того, в ГК РФ отношения по оказанию услуг урегулированы также и в рамках иных договорных типов.

Буквальное толкование п. 2 ст. 779 ГК РФ позволяет отнести к отношениям по оказанию услуг подряд, выполнение научно-исследовательских, опытно-конструкторских и технологических работ, перевозку, транспортную экспедицию, банковский вклад, банковский счет, расчеты, хранение, поручение, комиссию, доверительное управление имуществом, которые получили регламентацию в отдельных главах ГК РФ. К ним правила гл. 39 ГК РФ не применяются. Можно согласиться с М.И. Брагинским, который в качестве одного из недостатков данного перечня называет то, что «он… включает такие договоры, которые не обладают признаками договора возмездного оказания услуг» .

Согласно п. 1 ст. 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Исходя из легального определения договора возмездного оказания услуг, его предметом является оказание услуг. Допускаемая законодателем тавтология, когда в названии договора и в его понятии используется одно выражение — «оказание услуг», обусловливается отсутствием, как в гражданском законодательстве, так и в гражданско-правовой доктрине, дефиниции услуг.

Проблема определения круга услуг, составляющих предмет данного договора, решается в гл. 39 ГК РФ двумя способами. Во-первых, значение словосочетания «оказание услуг» раскрывается в скобках как совершение определенных действий или осуществление определенной деятельности. Во-вторых, в п. 2 ст. 779 ГК РФ содержится открытый перечень услуг, на которые распространяется действие гл. 39 ГК РФ: услуги связи, медицинские, ветеринарные, аудиторские, консультационные, информационные услуги, услуги по обучению, туристическому обслуживанию.

В ст. 780 ГК РФ устанавливается обязанность для исполнителя лично оказать услуги, если иное не предусмотрено договором. По мнению М.В. Кротова, «поскольку в обязательствах по оказанию услуг результат неотделим от деятельности исполнителя, а процесс потребления услуги осуществляется, как правило, в момент ее оказания, важнейшее значение имеют личность самого исполнителя, его индивидуальные данные, опыт, профессионализм, знания и т.п.» . С ним можно было бы согласиться, если бы исполнителями по договору выступали только граждане. Однако в современной экономике подавляющее большинство услуг оказывается юридическими лицами, а в качестве непосредственных исполнителей выступают их работники. В договоре личность работника может быть конкретизирована, но при этом он не становится стороной по договору, а следовательно, норма ст. 780 ГК РФ в данном случае не применима. Не работает она и в тех случаях, когда для заказчика важна степень известности, солидности и авторитетности фирмы. Как признает М.В. Кротов, «юридическое лицо вправе прибегать к использованию любых специалистов, как собственных, так и привлеченных» . Таким образом, если цель законодателя при установлении требования личного исполнения обязательства по оказанию услуг заключалась в усилении защиты прав заказчика, то вряд ли можно считать ее достигнутой.

На заказчика возлагается обязанность оплатить оказанные ему услуги в сроки и порядке, предусмотренные в договоре (п. 1 ст. 781 ГК РФ). Возмездность является существенным признаком договора возмездного оказания услуг, что нашло отражение и в самом его наименовании. Безвозмездные отношения по оказанию услуг не подпадают под действие гл. 39 ГК РФ.

Особые правила о расчетах между сторонами предусмотрены на случаи невозможности исполнения обязательства об оказании услуг. Если невозможность исполнения возникла по вине заказчика, то он обязан, по общему правилу, оплатить услуги в полном объеме (п. 2 ст. 781 ГК РФ).

При невозможности исполнения обязательства по обстоятельствам, за которые ни одна из сторон не отвечает, на заказчика возлагается обязанность по возмещению исполнителю фактически понесенных расходов. Тем самым риск невозможности исполнения обязательства возлагается на заказчика, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 3 ст. 781 ГК РФ). Однако можно согласиться с предположением В.А. Кабатова, что «поскольку в роли исполнителя по рассматриваемому договору выступают обычно лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, то можно предположить, что случаи, когда за невозможность исполнения они не будут отвечать, вряд ли станут встречаться часто» . Согласно п. 3 ст. 401 ГК РФ предприниматели освобождаются от ответственности только в том случае, если невозможность исполнения возникла вследствие действия непреодолимой силы.

В порядке исключения из общего правила ст. 310 ГК РФ сторонам по договору возмездного оказания услуг предоставляется право одностороннего отказа от его исполнения. В ст. 782 ГК РФ не установлены основания для одностороннего отказа, следовательно, отказ одной из сторон от исполнения договора возможен не только при существенном его нарушении другой стороной, но и в иных случаях. В зависимости от того, какая из сторон договора является инициатором прекращения договора, определяются и последствия. Если от исполнения договора отказался заказчик, то он обязан возместить исполнителю фактически понесенные им расходы (п. 1 ст. 782 ГК РФ). При отказе исполнителя от исполнения договора заказчику возмещаются убытки в полном объеме (п. 2 ст. 782 ГК РФ).

Анализ положений гл. 39 ГК РФ показывает явную недостаточность правовых норм для эффективного регулирования отношений по возмездному оказанию услуг. Представляется, что именно это обстоятельство обусловило необходимость применения к договору возмездного оказания услуг общих положений о подряде и бытовом подряде, если это не противоречит специальным правилам о возмездном оказании услуг, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (ст. 783 ГК РФ). Распространение этих положений на отношения возмездного оказания услуг представляется вполне разумным, исходя из единства экономической сущности отношений по оказанию услуг и по выполнению работ. Опыт правового регулирования данных отношений в советский период в рамках договора подряда также подтверждает оправданность использования такого приема законодательной техники, позволяющего избежать повтора нормативного материала.

Однако применение данного приема ставит под сомнение целесообразность выделения главы, посвященной возмездному оказанию услуг. Так, Д.В. Мурзин не без оснований полагает, что «в нынешнем виде договор оказания услуг вообще не имеет права на выделение его в самостоятельный институт: было бы вполне достаточно, если бы ст. ст. 779 — 783 ГК РФ оказались включенными в нормы, посвященные договору подряда. Чуть ли не единственным оправданием обособления договора возмездного оказания услуг выступает его нацеленность на будущее» .

Недостаточность норм гл. 39 ГК РФ восполняется также нормами федеральных законов и иных правовых актов, посвященных отдельным видам деятельности по оказанию услуг, к которым согласно п. 2 ст. 779 ГК РФ относятся: услуги связи, медицинские, ветеринарные, аудиторские, консультационные, информационные услуги, услуги по обучению, туристическому обслуживанию. Данные правовые акты носят преимущественно комплексный характер, но для целей настоящего исследования интерес представляют только гражданско-правовые нормы, регулирующие отношения по оказанию услуг.

Под услугами связи в соответствии со ст. 2 Федерального закона от 7 июля 2003 г. N 126-ФЗ «О связи» (далее — Закон о связи) понимается деятельность по приему, обработке, хранению, передаче, доставке сообщений электросвязи или почтовых отправлений. Их вправе оказывать операторы связи, т.е. юридическое лицо или индивидуальный предприниматель, имеющие соответствующую лицензию. Между оператором связи и пользователем услуг связи заключается договор об оказании услуг связи. В Законе о связи определены лишь общие положения о данном договоре: основания для одностороннего приостановления оказания услуг связи или расторжения договора (п. 3 ст. 44); особенности договора об оказании услуг связи, заключаемого с гражданами (ст. 45), обязанности операторов связи (ст. 46).

Более детальная регламентация договоров на оказание отдельных видов услуг связи содержится в соответствующих правилах, утверждаемых Правительством РФ. Среди них следует назвать:

— Правила оказания услуг связи по передаче данных, утв. Постановлением Правительства РФ от 23 января 2006 г. N 32 ;

— Правила оказания услуг телеграфной связи, утв. Постановлением Правительства РФ от 15 апреля 2005 г. N 222 ;

— Правила оказания услуг подвижной связи, утв. Постановлением Правительства РФ от 25 мая 2005 г. N 328 ;

— Правила оказания услуг связи проводного радиовещания, утв. Постановлением Правительства РФ от 6 июня 2005 г. N 353 ;

— Правила оказания услуг местной, внутризоновой, междугородной и международной телефонной связи, утв. Постановлением Правительства РФ от 18 мая 2005 г. N 310 .

Услуги почтовой связи, под которыми понимаются действия или деятельность по приему, обработке, перевозке, доставке (вручению) почтовых отправлений, а также по осуществлению почтовых переводов денежных средств, урегулированы специальным Федеральным законом от 17 июля 1999 г. N 176-ФЗ «О почтовой связи» (далее — Закон о почтовой связи) и Правилами оказания услуг почтовой связи, утв. Постановлением Правительства РФ от 15 апреля 2005 г. N 221 . По договору оказания услуг почтовой связи оператор почтовой связи обязуется по заданию отправителя переслать вверенное ему почтовое отправление или осуществить почтовый перевод денежных средств по указанному отправителю адресу и доставить (вручить) их адресату, а пользователь услуг почтовой связи обязан оплатить оказанные им услуги (ст. 16 Закона о почтовой связи).

Отношения по осуществлению медицинской деятельности регламентируются в Основах законодательства РФ об охране здоровья граждан, утв. Верховным Советом РФ 22 июля 1993 г. N 5487-1 (далее — Основы законодательства об охране здоровья граждан), Программе государственных гарантий оказания гражданам РФ бесплатной медицинской помощи на 2006 г., утв. Постановлением Правительства РФ от 28 июля 2005 г. N 461 , Правилах предоставления платных медицинских услуг населению медицинскими учреждениями, утв. Постановлением Правительства РФ от 13 января 1996 г. N 27 (далее — Правила N 27).

В данных правовых актах под медицинскими услугами подразумевается только платная медицинская деятельность. Так, в ст. 30 Основ законодательства об охране здоровья граждан закрепляется право пациента на получение медицинских и иных услуг в рамках программ добровольного медицинского страхования. Однако в определении медицинской услуги, содержащемся в Отраслевом классификаторе «Простые медицинские услуги» (ОК ПМУ 91500.09.0001-2001), утв. Приказом Минздрава РФ от 10 апреля 2001 г. N 113 , такой признак, как платность (возмездность), отсутствует. Под медицинской услугой понимается мероприятие или комплекс мероприятий, направленных на профилактику заболеваний, их диагностику и лечение, имеющих самостоятельное законченное значение и определенную стоимость.

Платные медицинские услуги согласно п. 2 Правил N 27 предоставляются медицинскими учреждениями в виде профилактической, лечебно-диагностической, реабилитационной, протезно-ортопедической и зубопротезной помощи на основе договоров с гражданами или организациями на оказание медицинских услуг работникам и членам их семей. В договоре должны быть определены условия и сроки получения платных медицинских услуг, порядок расчетов, права, обязанности и ответственность сторон (п. 11 Правил N 27).

Ветеринарной деятельности посвящен Закон РФ от 14 мая 1993 г. N 4979-1 «О ветеринарии» , однако в нем получили отражение преимущественно публично-правовые аспекты регулирования данной деятельности. Гражданско-правовые отношения, возникающие между потребителем и исполнителем при оказании платных ветеринарных услуг, регламентируются в Правилах оказания платных ветеринарных услуг, утв. Постановлением Правительства РФ от 6 августа 1998 г. N 898 . Перечень платных ветеринарных услуг, оказываемых на договорной основе, содержится в п. 2 указанных Правил. Необходимо отметить, что договор, заключаемый между потребителем и исполнителем, в данных Правилах именуется и договором выполнения работ, и договором оказания услуг. При этом ряд норм Правил оказания платных ветеринарных услуг по своей правовой природе являются подрядными. Например, полностью соответствует норме п. 3 ст. 716 ГК РФ положение п. 12 Правил, согласно которому исполнителю предоставляется право расторгнуть договор и требовать возмещения убытков, если потребитель в разумный срок не заменит непригодный или недоброкачественный материал, не изменит указаний о способе оказания ветеринарных услуг либо не устранит иных обстоятельств, которые могут снизить качество оказываемых услуг.

Аудиторская деятельность, осуществляемая на основании договора об оказании аудиторских услуг, регулируется Федеральным законом от 7 августа 2001 г. N 119-ФЗ «Об аудиторской деятельности» (далее — Закон об аудиторской деятельности). Под аудиторской деятельностью понимается предпринимательская деятельность по независимой проверке бухгалтерского учета и финансовой (бухгалтерской) отчетности организаций и индивидуальных предпринимателей. Помимо собственно аудиторских услуг по договору могут оказываться и сопутствующие аудиту услуги, открытый перечень которых содержится в п. 6 ст. 1 Закона об аудиторской деятельности.

Основные права и обязанности сторон по договору оказания аудиторских услуг определяются в ст. ст. 5, 6 Закона об аудиторской деятельности. Рекомендации по заключению договора оказания аудиторских услуг даются в Правиле (стандарте) аудиторской деятельности N 12 «Согласование условий проведения аудита», введенном Постановлением Правительства РФ от 7 октября 2004 г. N 532 (далее — Правило N 12). В п. п. 6 — 8 Правила N 12 приводятся примерные условия договора оказания аудиторских услуг.

Однако в п. 2 Правила N 12 аудитору предоставляется право использовать помимо договора оказания услуг и письмо о проведении аудита — документ, направляемый аудитором предполагаемому аудируемому лицу и подписываемый руководством аудируемого лица в случаях согласия с основными условиями задания по проведению аудита. В приложении к Правилу N 12 приводится и пример такого письма. В тексте Правила N 12 соотношение договора оказания аудиторских услуг и письма о проведении аудита определяется по-разному: в п. 4 письмо рассматривается как предшествующее договору, а в п. 5 договор и письмо употребляются в качестве синонимов. Представляется, что рекомендуемое письмо о проведении аудита может квалифицироваться как оферта при условии включения в него всех существенных условий. Его подписание руководителем аудируемого лица будет являться, соответственно, акцептом. Если же в письме отсутствуют существенные условия, то оно может рассматриваться только в качестве протокола о намерениях.

Под информационными услугами согласно ст. 2 Федерального закона от 4 июля 1996 г. N 85-ФЗ «Об участии в международном информационном обмене» понимаются действия субъектов (собственников и владельцев) по обеспечению пользователей информационными продуктами, т.е. документированной информацией, подготовленной в соответствии с потребностями пользователей и предназначенной или применяемой для удовлетворения потребностей пользователя. Правовая регламентация отношений по оказанию информационных услуг содержится в различных правовых актах, посвященных отдельным разновидностям данных услуг.

Так, в п. 1 ст. 5 Федерального закона от 30 декабря 2004 г. N 218-ФЗ «О кредитных историях» договор, заключаемый между бюро кредитных историй и источниками формирования кредитных историй — займодавцы по договору займа (кредита), именуется договором об оказании информационных услуг. В соответствии с ним источники формирования кредитных историй представляют в бюро кредитных историй информацию в отношении своих заемщиков, давших на это разрешение. Договором возмездного оказания информационных услуг является и договор, по которому бюро кредитных историй предоставляет пользователю кредитной истории кредитный отчет, т.е. документ, содержащий информацию, входящую в состав кредитной истории (п. 2 ст. 6 Федерального закона «О кредитных историях»).

Образовательная деятельность регулируется Законом РФ от 10 июля 1992 г. N 3266-1 «Об образовании» (далее — Закон об образовании) и Федеральным законом от 22 августа 1996 г. N 125-ФЗ «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» . В Законе об образовании категория «образовательные услуги» используется только в отношении платной деятельности образовательного учреждения. В ст. 45 Закона об образовании государственным и муниципальным учреждениям предоставляется право оказывать платные дополнительные образовательные услуги (обучение по дополнительным образовательным программам, преподавание специальных курсов и циклов дисциплин, репетиторство, занятия с обучающимися углубленным изучением предметов и другие услуги), не предусмотренные соответствующими образовательными программами и государственными образовательными стандартами. Негосударственные образовательные учреждения согласно ст. 46 Закона об образовании вправе взимать плату с обучающихся, воспитанников за образовательные услуги, в том числе за обучение в пределах государственных образовательных стандартов. В соответствии со ст. 29 Федерального закона «О высшем и послевузовском профессиональном образовании» платную образовательную деятельность вправе осуществлять и высшие учебные заведения, но не взамен и в рамках образовательной деятельности, финансируемой за счет средств бюджета. Причем вопросы по заключению договоров, определению обязательств и иных условий отданы на усмотрение высших учебных заведений.

Требования к договору на оказание платных образовательных услуг и его содержание устанавливаются в Правилах оказания платных образовательных услуг, утв. Постановлением Правительства РФ от 5 июля 2001 г. N 505 . Согласно п. 14 указанных Правил договор заключается в письменной форме и должен содержать сведения об исполнителе и потребителе образовательных услуг, сроки оказания услуг, уровень и направленность основных и дополнительных образовательных программ, перечень (виды) образовательных услуг, их стоимость и порядок оплаты, а также другие необходимые сведения, связанные со спецификой оказываемых образовательных услуг. Данные положения конкретизируются в Методических рекомендациях по заключению договоров для оказания платных образовательных услуг в сфере образования (письмо Минобразования РФ от 1 октября 2002 г. N 31ю-31нн-40/31-09) , в приложении к которым содержится примерная форма договора на оказание платных образовательных услуг.

Правовую базу для регулирования отношений в сфере туризма составляет Федеральный закон от 24 ноября 1996 г. N 132-ФЗ «Об основах туристской деятельности в Российской Федерации» (далее — Закон о туристской деятельности). Туристская деятельность, под которой понимается деятельность по организации путешествий, осуществляется туроператорами или турагентами в соответствии с договорами, заключаемыми ими с туристами.

Существенные условия договора, заключаемого с туристом, перечислены в ст. 10 Закона о туристской деятельности. Его специфика заключается в возложении исполнения обязательства на третье лицо, так как услуги, составляющие тур, предоставляются другими лицами, с которыми у туроператоров заключены соответствующие договоры (ст. 9 Закона о туристской деятельности). Следует отметить, что данное положение не вполне согласуется с правилом ст. 780 ГК РФ, в соответствии с которым исполнитель обязан лично исполнить обязательство возмездного оказания услуг исполнителем. Норма ст. 780 ГК РФ носит диспозитивный характер, однако, исходя из ее буквального толкования, исключение из этого правила может устанавливаться только в договоре возмездного оказания услуг. Поэтому трудно согласиться с выводом М.И. Брагинского, что «возможность использования такой конструкции (возложение исполнения на третье лицо. — Прим. авт.) применительно к договору услуг прямо вытекает из ст. 780 ГК» . Тем не менее правила гл. 39 ГК РФ подлежат применению к договорам по оказанию услуг по туристическому обслуживанию в силу прямого указания в п. 2 ст. 779 ГК РФ.

Правовая природа данного договора активно обсуждается в правовой литературе, поскольку в ст. 6 Закона о туристской деятельности он назван договором розничной купли-продажи туристического продукта. Мнение цивилистов по этому вопросу единодушно: договор, заключаемый туроператором или турагентом с туристом, является договором возмездного оказания услуг .

Таково в целом правовое регулирование отдельных видов деятельности, при осуществлении которых оказываются услуги, перечисленные в п. 2 ст. 779 ГК РФ. Так как данный перечень носит открытый характер, к услугам могут быть отнесены и отношения, складывающиеся при осуществлении иных видов деятельности, таких как оценочная, рекламная, детективная и охранная.

Частная детективная и охранная деятельность определяется в ст. 1 Закона РФ от 11 марта 1992 г. N 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» как оказание на возмездной договорной основе услуг физическим и юридическим лицам предприятиями, имеющими специальное разрешение (лицензию) органов внутренних дел, в целях защиты законных прав и интересов своих клиентов. Виды услуг, оказываемые при осуществлении частной детективной и охранной деятельности, перечислены в ст. 3 указанного Закона. Договор, заключаемый между частным детективным или охранным предприятием (объединением) и клиентом, является договором оказания услуг. В ст. 9 этого Закона установлены требования, предъявляемые к форме и содержанию данного договора.

Под оценочной деятельностью согласно ст. 3 Федерального закона от 29 июля 1998 г. N 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» (далее — Закон об оценочной деятельности) понимается деятельность субъектов оценочной деятельности, направленная на установление в отношении объектов оценки рыночной или иной стоимости. Основанием для проведения оценки объекта оценки является договор между оценщиком и заказчиком (ст. 9 Закона об оценочной деятельности), но ни его наименование, ни его правовая природа в Законе не определены.

Данный договор может квалифицироваться как договор возмездного оказания услуг исходя, прежде всего, из экономической сущности опосредуемых им отношений. В качестве подтверждения этого довода может рассматриваться норма ст. 4 Закона об оценочной деятельности, в которой деятельность оценщиков косвенно именуется услугами: «Субъектами оценочной деятельности признаются, с одной стороны, юридические лица и физические лица (индивидуальные предприниматели), деятельность которых регулируется настоящим Федеральным законом (оценщики), а с другой — потребители их услуг (заказчики)». Следовательно, деятельность оценщика состоит в оказании услуг по оценке. Особо подчеркнем, что данные услуги носят возмездный характер, так как существенным условием договора между оценщиком и заказчиком является денежное вознаграждение за проведение оценки объекта оценки (ст. 10 Закона об оценочной деятельности).

Исходя из п. 2 ст. 779 ГК РФ, к отношениям по оказанию услуг по оценке применимы и правила гл. 39 ГК РФ. Однако при сопоставлении норм гл. 39 ГК РФ и норм Закона об оценочной деятельности обнаруживается ряд коллизий. Так, в ст. 14 Закона об оценочной деятельности оценщику предоставляется право привлекать по мере необходимости к участию в проведении оценки объекта оценки других оценщиков, что не согласуется с правилом ст. 780 ГК РФ о личном исполнении обязательства. Отказ от проведения оценки для оценщика возможен только в случаях, если заказчик нарушил условия договора (не обеспечил предоставление необходимой информации об объекте оценки либо не обеспечил соответствующие договору условия работы), хотя согласно п. 2 ст. 782 ГК РФ исполнитель вправе в любой момент отказаться от исполнения договора при условии полного возмещения заказчику убытков.

К отношениям по оказанию услуг может быть отнесена и рекламная деятельность. Однако в Федеральном законе от 18 июля 1995 г. N 108-ФЗ «О рекламе» категория «рекламные услуги» не используется. На практике получили широкое распространение договоры на оказание рекламных услуг, опосредующие отношения по производству, размещению и распространению рекламы. Правовая природа заключаемых договоров на оказание рекламных услуг различна: это может быть и договор подряда, и договор на возмездное оказание услуг, и смешанный договор, и др. К договорам возмездного оказания услуг в правовой литературе относят, как правило, договоры на распространение (размещение) рекламы . В Федеральном законе «О рекламе» отсутствуют какие-либо правила об этом договоре, но к нему применимы правила гл. 39 ГК РФ.

В законодательстве об услугах особое место занимает Закон РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее — Закон о защите прав потребителей), который регулирует не отдельные виды услуг, а определенную совокупность общественных отношений по оказанию услуг. Под его действие подпадают отношения по оказанию услуг, возникающие между организацией или индивидуальным предпринимателем и потребителем — гражданином, имеющим намерение заказать или приобрести либо заказывающим, приобретающим или использующим услуги исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Однако отношения по оказанию услуг не получили в данном Законе самостоятельной правовой регламентации. Правовой режим работ распространяется и на услуги. Исключительно услугам посвящена лишь одна статья рассматриваемого Закона — ст. 39 «Регулирование оказания отдельных видов услуг», согласно которой последствия нарушения условий договоров об оказании отдельных видов услуг, если такие договоры по своему характеру не подпадают под действие главы III, определяются законом. Тем самым подчеркиваются различия между работами и услугами, обусловливающие невозможность применения к отдельным договорам об оказании услуг правил о последствиях нарушения договора подряда. Особые последствия нарушения условий договоров об оказании услуг установлены, в частности, в ГК РФ в отношении тех договоров, которые урегулированы в отдельных главах ГК РФ.

В ст. 38 Закона о защите прав потребителей предусматривается регулирование отдельных видов услуг правилами, утверждаемыми Правительством РФ:

— Правила бытового обслуживания населения в Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства РФ от 15 августа 1997 г. N 1025 ;

— Правила оказания услуг общественного питания, утв. Постановлением Правительства РФ от 15 августа 1997 г. N 1036 ;

— Правила предоставления коммунальных услуг и Правила предоставления услуг по вывозу твердых и жидких бытовых отходов, утв. Постановлением Правительства РФ от 26 сентября 1994 г. N 1099 ;

— Правила оказания услуг (выполнения работ) по техническому обслуживанию и ремонту автомототранспортных средств, утв. Постановлением Правительства РФ от 11 апреля 2001 г. N 290 .

К гражданскому законодательству отчасти может быть причислен и Федеральный закон от 27 декабря 2002 г. N 184-ФЗ «О техническом регулировании» (далее — Закон о техрегулировании), предусматривающий возможность установления на добровольной основе требований к оказанию услуг. Правила данного Закона, как и Закона о защите прав потребителей, распространяются на все услуги, а не на отдельные их виды.

Проведенное исследование гражданско-правового регулирования отношений по оказанию услуг не может претендовать на всеобъемлющий охват нормативного материала об услугах. Проанализированы были основные правовые акты, посвященные наиболее распространенным видам услуг. Полагаю, что их вполне достаточно для выявления структуры гражданского законодательства РФ об услугах. Исходя из иерархии правовых актов, она может быть представлена в следующем виде (см. табл. N 2).

Таблица 2

Так как гражданское законодательство об услугах является частью гражданского законодательства РФ, то предложенная структура в полной мере соответствует ст. 3 ГК РФ.

Однако данная структура не единственно возможная. В философской науке отмечается полиструктурность объектов . Гражданское законодательство об услугах может быть структурировано и в зависимости от объекта правового регулирования:

— правовые акты, регулирующие отношения по оказанию услуг в целом;

— правовые акты, регулирующие отношения по оказанию отдельных видов услуг.

К первым относятся Конституция РФ, ГК РФ и Закон о защите прав потребителей. Следует отметить, что в ГК РФ содержатся как общие положения об услугах, так и правила об отдельных видах услуг. Причем к общим положениям об услугах гл. 39 ГК РФ может быть причислена лишь отчасти, так как ее действие не распространяется на все виды услуг.

Гораздо больший объем составляют правовые акты, регулирующие отдельные виды услуг, к которым помимо ГК РФ относятся федеральные законы и правила оказания отдельных видов услуг.

Предложенная структура представлена в табл. N 3.

Таблица 3

Представляется, что совершенствование гражданского законодательства об услугах должно вестись по двум указанным направлениям. Необходимо дополнять и развивать общие положения об услугах в целях восполнения пробелов в правовом регулировании отношений по оказанию услуг.

Повысить эффективность правового регулирования позволит разработка специальных правил для отдельных видов услуг. При этом важно учитывать и иерархию правовых актов. Уровень правового акта должен соответствовать степени распространенности того или иного вида услуг, его социальной значимости и т.п. Так, на сегодняшний день явно недостаточен уровень правовой регламентации таких важнейших услуг, как платные образовательные и медицинские услуги.

Литература

Бачило И.Л., Лопатин В.Н., Федотов М.А. Информационное право: Учебник. СПб., 2005.

Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество: Опыт социального прогнозирования. М., 1999.

Белов В.А. «Больной» вопрос: Гражданские правоотношения с медицинскими организациями // Законодательство. 2004. N 11.

Белозеров А.В. Понятие и содержание обязательства по возмездному оказанию образовательных услуг: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2000.

Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право: Общие положения. М., 1997.

Брауде И.Л. Договор подряда // Отдельные виды обязательств. М., 1954.

Брычева Л.И. О некоторых вопросах совершенствования законодательства в сфере обслуживания // Актуальные проблемы гражданского права. Свердловск, 1986.

Голик Н.Н. Основы экономической теории и рынок услуг: Учеб. пособ. Шахты, 2005.

Гражданское право: Учебник. Ч. 1 / Под ред. А.Г. Калпина, А.И. Масляева. М., 2001.

Гражданское право: Учебник. Ч. I / Под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. М., 2004.

Гражданское право: Учебник. Ч. II / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 2005.

Зулпакаров К.З. К вопросу о категории услуги. Фрунзе, 1978.

46. Иванов Н.Н. Сфера услуг как объект исследования и управления. СПб., 2000.

Измайлова Е.В. Договор на выполнение маркетинговых исследований: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2000.

Кабалкин А.Ю., Мозолин В.П. Охрана прав граждан и потребителей // Сов. гос-во и право. 1983. N 4.

Кабалкин А.Ю., Санникова Л.В. Договор проката // Российская юстиция. 2006. N 6.

Кабатов В.А. Возмездное оказание услуг // Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая. Текст, комментарии, алфавитно-предметный указатель / Под ред. О.М. Козырь, А.А. Маковского, С.А. Хохлова. М., 2005.

51

Тема:.

Вступ.

Поняття та види товарних бірж.

Організаційно-правова форма товарної біржі.

Порядок створення й реєстрації товарної біржі.

Функції. Права й обов’язки товарної біржі.

Господарсько-правова відповідальність товарної біржі.

Висновок.

Список використаної літератури.

Вступ.

У сучасній економіці особливе місце належить діяльності товарних бірж, що впливає на розвиток національного й регіонального товарно-фінансового обороту. При цьому конкурентна основа функціонування товарних бірж об’єктивно передбачає прояв певних закономірностей, пов’язаних як зі змістом цієї діяльності,, так і з формами її організації.

Метою здійснення торгово-біржової діяльності є організація й регулювання торгівлі, шляхом надання послуг суб’єктам господарювання в здійсненні ними торгівельних операцій, спеціально створеною господарською організацією — товарною біржею.

Саме така постановка мети в зазначених нормативно-правових актах, є підставою для того, щоб розглядати торгово-біржову діяльність як певний вид господарської діяльності, призначений для досягнення конкретного соціально значимого результату в сфері матеріального виробництва.

Такий результат виражається в створенні товарною біржею певних умов для організованої торгівлі, які дозволяють задовольнити економічні інтереси суб’єктів господарювання, які беруть участь у біржовій торгівлі. Насамперед діяльність товарної біржі дає можливість отримувати високі прибутки учасникам біржової торгівлі при скороченні власних витрат під час купівлі або продажу продукції на біржових торгах. Торгово-біржова діяльність дозволяє домогтися зниження цінового ризику за рахунок страхування від несприятливих змін кон’юнктури ринку. Крім цього, результатом діяльності товарних бірж виступає й прискорення обороту капіталів на біржовому ринку, і проведення біржею офіційного котирування цін.

1. Поняття й види товарних бірж

Поняття «біржа» досить давно є предметом дослідження філологів, економістів, юристів. Відповідно до однієї з версій, його джерела лежать у латинському слові «bursa», (нім. «borse) — шкіряний гаманець. Подібність однокореневих слів простежується у французькій й італійській мовах. Існує також версія, пов’язана з ім’ям бельгійського купця Van der Burse, що жив у місті Брюгге й мав на фасаді свого будинку зображення трьох гаманців. Місце знаходження його будинку було зручним місцем для зборів торговців. Тут у Брюгге затвердився тип біржових зборів, і вперше встановилися деякі види біржових угод.

У тлумачному словнику В. Даля щодо біржі є такі пояснення: будова, або місце, де в певний час збираються купці з торгівельних питань; самі збори; місце збори купців.

О. Штиллих відзначав той факт, що істотні ознаки особливого роду виду ринку, називаного «біржею», на жаль ще не досить установлені наукою. Жодне з визначень, запропонованих дотепер економістами, не виявилося цілком переконливим. Найчастіше дослідники розглядають біржу як постійно діючий організований оптовий ринок, на якому здійснюється торгівля біржовими товарами (сировиною, продуктами харчування, промисловими товарами, цінними паперами й т.д.). Всі теоретики згодні між собою лише в тому, що всяка біржова торгівля представляє торгівлю замінними цінностями й, що в біржовому залі немає ні товарів, ні грошей. При цьому автор підкреслює, що «біржа — це організація, що має за мету не тільки торгівлю замінними цінностями, але також і встановлення цін. Установлення цін на біржі відбувається регулярно й під загальним контролем, тобто покривається авторитетом усіх зборів або його правління. Де такого офіційного котирування цін нема, там немає й біржі. Утворення цін, це велика функція торгівлі, служить центральним завданням біржі. З вищевикладеного видно, що біржа є організований ринок для замінних цінностей, на якому процес утворення цін протікає під суспільним контролем. У цих пунктах: ринок для замінних цінностей, організація й офіційне котирування цін — полягає вся сутність біржі».

Відомий юрист Г. Ф. Шершеневич указував, що зі словом «біржа» поєднуються три різних подання. Під цим ім’ям розуміються: 1) сукупність торгуючих людей, які збираються постійно в певному місці для взаємних зносин — таке визначення «багатолюдна біржа»; 2) саме місце зборів, наприклад, у вислові «московська біржа на Ільїнці»; 3) сукупність угод, укладених у цьому місці, наприклад у виразі «вчорашня біржа пройшла тихо»/

Такий підхід одержав певний розвиток й у сучасних умовах ринкових відносин. Так, В. С Щербина вказує, що терміном «біржа» визначаються: сукупність осіб, які в певному місці здійснюють торгівельні операції; місце їхніх зборів; сукупність угод, які укладаються в цьому місці. Є.Н. Сохацька, розглядаючи питання економічної природи біржі, робить висновок, що біржа — це постійно діючий ринок масових замінних цінностей, що функціонує за певними правилами, у конкретному місці, і в призначений час. В.В. Хахулін визначає біржу як постійно діючий організований оптовий ринок, на якому здійснюється торгівля біржовими товарами (сировиною, продуктами харчування, промисловими товарами, цінними паперами й т.д.).

Розкриваючи зміст поняття «біржа», варто враховувати, що та або інша позиція дослідників багато в чому ґрунтується на певних історичних традиціях, що склалася в праві. Так, у російському законодавстві XIX століття (Торгівельний Устав 1857 p.), було закріплено наступне поняття: біржа — це місце зустрічі, засноване за необхідності по торгівельних звичаях, для одержання інформації про ціни на товари, про прибуття й від’їзд суден, а також для встановлення вексельного курсу, прейскурантів й аксекурацій. Устави бірж того часу трохи розширюють це визначення, додаючи, наприклад, вказівка на те, що біржа — це також місце одержання необхідних для торгівлі й промисловості відомостей, і що вона має на меті впорядкування місцевої торгівлі й ін.

Тому можна констатувати, що законодавство того часу поєднує два поняття, коли визначає, що суть біржі соборні місця або збори належних до торгівельного класу осіб, для взаємних по торгівлі зносин й угод.

У цей час товарна біржа розглядається як самостійний суб’єкт господарювання, що виконує певні функції в економіці. Так в офіційній доповіді 1993 року (A Survey of Commodity Risk Management Instuments. Report by the UNCTAD secretariat. UNCTAD. 15 March 1993, p.6) експерти ЮНКТАД сформулювали наступне визначення, що «сучасна товарна біржа — це фінансовий ринок, на якому різні групи його учасників (хеджери й спекулянти) торгують контрактами, прив’язними до цін на сировину або на так називані «нетоварні цінності», з метою зняття із себе цінового ризику й передачі його іншим учасни кам ринку, або, навпаки, з метою прийняття цього ризику на себе в розрахунку дістати прибуток». Така точка зору багато в чому відображає економічну природу товарної біржі, що вимагає відповідного законодавчого закріплення. Тому варто звернути увагу на положення ГК України й Закону.

Так, ст. 279 ГК України визначає товарну біржу як особливий суб’єкт господарювання, що надає послуги в укладанні біржових угод, виявленні попиту та пропозицій на товари, товарних цін, вивчає, упорядковує товарообіг і сприяє пов’язаних з ним торгівельних операцій. Товарна біржа як господарська організація є юридичною особою, має відособлене майно, самостійний баланс, розрахунковий, валютний й інший рахунки в банках, печатка зі своїм найменуванням.

У свою чергу, законодавство багатьох країн СНД містить трохи інше визначення товарної біржі. Так, ст. 2 Закону Російської Федерації «Про біржу й біржову торгівлю» передбачає, що під товарною біржею розуміється організація із правами юридичної особи, що формує оптовий ринок шляхом організації й регулювання біржової торгівлі, здійснюваної у формі голосних публічних торгів, проведених у заздалегідь певному місці й у певний час за встановленими нею правилами. Закон Республіки Молдова визначає товарну біржу як підприємство з організації біржової торгівлі за стандартами або зразкам товарів, проведеної в заздалегідь певному місці (біржовому залі) і в певний час за встановленим на біржі правилам (ст. 2).

Запропоновані визначення мають як схожі риси, так і деякі відмінності. Тому, з огляду на різні підходи сформовані в законодавстві й науковій літературі досить важливе значення має висновок який робить B.C. Щербина: біржа є господарською організацією, що виконує певні, а саме регулятивні (організаційної й економічні) функції в економіці завдяки виявленню курсу товарних цін, попиту та пропозиції. Основна її ціль — сприяння зібранню в одному місці (на біржі) попиту та пропозиції на певні товари, обслуговування їхнього обороту.

Види товарних бірж.

Розподіл товарних бірж на певні види можна провести за декількома критеріями: вид біржового товару, принцип організації, правовий статусу, рівень спеціалізації, місце й роль світовій торгівлі, форми участі відвідувачів у біржових торгах й ін.

Залежно від характеру асортиментів товарів товарні біржі діляться на вузькоспеціалізовані (предметом торгівлі на таких біржах є тільки один вид товару); спеціалізовані (предметом біржової торгівлі є, як правило, однотипні групи товарів); універсальні (предметом торгівлі є різноманітні асортименти різноманітних товарів). Так, наприклад, у Донецькій області за станом на 1 жовтня 2004 р. торгово-біржову діяльність здійснювали 31 біржа, у т.ч. 22 товарні, 6 універсальних, 1 спеціалізована, 1 фондова, 1 нерухомості.

Залежно від організації розрізняють публічно-правові (відкриті) біржі й приватноправові (закриті). Публічно-правові біржі функціонують у Європі (Франції, Бельгії, Нідерландах). Приватноправові біржі (закритого типу) діють у Великобританії, США й інших країнах. У той же час варто підкреслити, що в умовах посилення публічного початку в економіці розвинених країн приймається відповідне законодавство, що передбачає посилення державного контролю за діяльністю товарних бірж. Е.Н. Сохацька підкреслює, що сьогодні майже не залишилося приватних бірж, які працюють на принципах самоврядування. У діяльність приватноправових бірж втручається держава шляхом прийняття відповідного законодавства й створення спеціальних органів для контролю за їхньою діяльністю. Тому можна говорити, про виникнення змішаного типу організації біржової торгівлі. В Україні товарні біржі належать до приватноправових тому що ступінь державного регулювання торгово-біржової діяльності вкрай незначний й самі біржі носять закритий характер.

В залежності від характеру діяльності розрізняють біржі прибуткові (комерційні) і неприбуткові (некомерційні).

Товарні біржі в Україні є некомерційними організаціями. Це означає, що кошти, отримані за рахунок джерел дозволених законодавством (оплата послуг біржі, плата за реєстрацію контрактів, вступні й періодичні внески й т.д.). направляються на компенсацію витрат, пов’язаних з функціонуванням біржі, на відновлення оснащення й технологічного процесу, стимулювання працівників біржі й т.п.

Такий підхід є характерним для більшості країн, зокрема, і країн СНД. У літературі таку форму часто називають своєрідним «клубом посередників», які в обмін на відмову від одержання доходів у вигляді належної частини прибутку біржі одержують право доступу до використання інфраструктури, а також право брати участь (наприклад, через членство в комітетах біржі) у вирішенні яких-небудь важливих питань її діяльності. Це повинне запобігати потенційним конфліктам інтересів між біржею і її членами, сприяти вдосконаленню інфраструктури ринку й зниженню вартості особистої участі в операціях на ринку.

Прибуткові товарні біржі здійснюють діяльність у формі закритого або відкритого акціонерного товариства. Рішення про утворення біржі у формі акціонерного товариства приймається самостійно засновниками (Великобританія, Канада й деякі інші країни).

Залежно від місця й ролі у світовій біржовій торгівлі розрізняють міжнародні й національні товарні біржі. Міжнародні біржі обслуговують конкретні товарні ринки. У їхній роботі можуть брати участь представники ділових кіл різних країн. Ці біржі можуть надати право укладати спекулятивні (арбітражні) угоди, які дають можливість діставати прибуток від різниці в котирувальних цінах на біржах різних країн. Країни, у яких функціонують міжнародні біржі, беруть на себе зобов’язання чітко дотримуватися відповідного валютного, торгівельного й податкового режимів, які забезпечують їхню діяльність.

Міжнародні товарні біржі функціонують у країнах з розвинутою ринковою економікою й надійною кредитно-фінансовою системою. Такі біржі функціонують у США, Франції й Китаї (Гонконгу) і деяких інших країнах. На території СНД міжнародними називають Московську міжнародну фондову біржу, Міжнародну продовольчу біржу, Кузбаську міжнародну товарно-сировинну біржу, Українську міжбанківську валютну біржу. Однак такі біржі вважати міжнародними в повному розумінні цього слова не можна, оскільки ні валютний, ні торгівельний, ні податковий режими, які діють у Росії й Україні, не забезпечують у достатньому ступені вільного переміщення прибутку, отриманого в процесі біржової діяльності.

Національні біржі діють у межах однієї країни. Вони враховують особливості розвитку виробництва, обігу й споживання матеріальних ресурсів, що властивій даній країні. При цьому валютний, податковий і торгівельний режими забороняють проведення арбітражних угод й участь у біржових торгах фірм й осіб — нерезидентів країни місцезнаходження біржі.

Залежно від сфери діяльності біржі розділяють на центральні, міжрегіональні й регіональні (локальні). Як показує практика торгово-біржової діяльності в багатьох країнах, територіальне розташування бірж може збігатися із центрами торгівельних зв’язків і транспортних шляхів. Наприклад, Гамбурзька біржа кави й Міжнародна Нью-Йоркська біржа кави, цукру й какао перебувають не в місцях виробництва, а в центрах міжнародної торгівлі. Міжрегіональні біржі, як правило, поєднують райони виробництва й споживання товарів.

В Україні до таких бірж можна віднести — Товарну біржу АПК центральних областей України (м. Черкаси), Кримську універсальну біржу, Українську універсальну товарну біржу й ін. Регіональні біржі — це здебільшого обласні біржі, які охоплюють своєю діяльністю території, що збігаються з адміністративно-територіальним поділом. В Україні — це Донецька товарна біржа, Харківська товарна біржа. Одеська товарна біржа, Полтавська регіональна агропромислова біржа, Західно-Українська регіональна агропромислова біржа, Чернігівська обласна агропромислова біржа «Сівера» й ін.

За основними видами угод, що укладають у ході біржової торгівлі виділяє наступні види бірж: біржі реального товару, ф’ючерсні біржі, опціонні біржі, змішані.

У цей час, домінуюче положення в практиці світової біржової торгівлі займають ф’ючерсні біржі. Фактично інфраструктура світового ф’ючерсного ринку являє собою сукупність всіх існуючих товарних бірж (за винятком бірж реального товару, що збереглися в деяких країнах, що розвиваються). Серед найбільших світових лідерів міжнародних ф’ючерсних бірж можна назвати такі: Чиказька торгівельна біржа (Chicago Board of Trade), Чиказька товарна біржа (Chicago Mercantile Exchange), Лондонська міжнародна фінансова ф’ючерсна біржа (London International Financial Futures Exchange), Чиказька біржа опціонів (Chicago Board Options Exchange), Бразильська товарна й ф’ючерсна біржа (Brasil Mercantile Futures Exchange), німецька електронна біржа ДТБ (Deutsche Terminborse), французька біржа МА-ТИФ (Marche a Terme International de Franse), Нью-Йоркська товарна біржа «Наймекс» (New York Mercantile Exchange), Лондонська біржа металів (London Metal Exchange).

Слід зазначити той факт, що в Україні в 2003 р. була створена Українська ф’ючерсна біржа для здійснення ф’ючерсної торгівлі торгівельною продукцією. Однак дотепер частка ф’ючерсних контрактів, укладених на товарних біржах України становить приблизно від 1 до 2 відсотків від всіх укладених біржових угод. Так, у Донецькій області за 9 місяців 2004 р. ф’ючерсних угод укладене всього 0,4% від загальної кількості укладених біржових угод. Тому товарні біржі в Україні варто розглядати як біржі реального товару.

2. Організаційно-правова форма товарної біржі.

Організаційно-правова форма — це передбачена або санкціонована правом організаційна структура, у якій діє суб’єкт господарського права. Організаційно-правова форма діяльності юридичної особи є істотною ознакою у визначенні характеру його діяльності як комерційної або некомерційної організації. Розглядаючи торгово-біржову діяльність як вид некомерційної господарської діяльності, варто враховувати загальні вимоги ст. 53 ГК України, яка визначає, що некомерційна господарська діяльність може здійснюватися суб’єктами господарювання на основі права власності або права оперативного управління в організаційних формах, обумовлених власником або відповідним органом управління або органом місцевого самоврядування з урахуванням вимог, передбачених дійсним кодексом й іншими законами.

Конкретна організаційно-правова форма визначається законом і залежить від виду некомерційного господарювання, цілей діяльності, правовий режим майна суб’єкта господарювання. Аналіз основних положень ГК України свідчить, що щодо товарної біржі одночасно використовуються такі терміни як «спеціально утворена господарська організація» (ст. 278) і «особливий суб’єкт господарювання» (ст. 279). З урахуванням цього визначальне значення щодо організаційної форми товарної біржі має положення ст. 1 Закону що встановлює, що товарна біржа є організацією.

У той же час й у теорії, і на практиці існують різні підходи до визначення організаційної форми товарної біржі. Так, є практика, коли товарна біржа реєструється як акціонерне товариство, товариство з обмеженою відповідальністю або навіть приватним підприємством. При цьому слова «товарна біржа» розглядається як найменування підприємства. Такий підхід є помилковим, оскільки суперечить основним вимогам законодавства. Мова йде про те, що товарна біржа є некомерційною організацією. У той же час відповідно до Закону України «Про господарчі товариства» й акціонерне товариство й товариство з обмеженою відповідальністю мають на меті своєї діяльності одержання прибутку.

З метою усунення цього протиріччя в науковій літературі пропонується використовувати при створенні товарної біржі організаційну форму кооперативу. На думку дослідників, створення товарної біржі у вигляді кооперативу відповідає цілям і принципам створення біржі: принцип добровільності й відкритого членства, принцип демократичного управління, принцип економічної участі, вигоди об’єднання й т.п. Підкреслюється, що обрання кооперативної форми створення товарної біржі значно спростить процедуру вступу до складу учасників біржі нових членів.

З урахуванням вищевикладеного, проявляється інтерес до закордонного досвіду. Так, А.Г.Грязнова відзначає той факт, що починаючи з 1990 р. у Російській федерації, створювані біржі в основному реєструвалися як акціонерні товариства або товариства з обмеженою відповідальністю. Особливо на периферії біржі засновувались як товариства з обмеженою відповідальністю (Воркутинська товарна біржа, Алтайська товарна біржа, Приволжська товарно-сировинна біржа, Кузбаська міжнародна товарно-сировинна біржа т.д.), що можна було пояснити рівнем ділової й економічної культури, традицій, а також відсутністю жорсткої правової основи, яка б регламентувала їх створення та функціонування. Це надало засновникам біржі велику свободу при підготовці необхідних документів, дозволило закласти такий механізм управління й розподілу прибутку, який у найбільшій степені задовольняв би їх. Засновників приваблювало й те, що біржа у формі товариства могла бути зареєстрована в місцевих органах влади. Окремі біржі реєструвалися як приватні індивідуальні підприємства (наприклад, біржа «Аліса»). В зв’язку з тим, що держава повинна надавати допомогу біржам, орієнтованих на некомерційний характер діяльності, з 1993 р. біржі починають перетворюватись в некомерційні асоціації. Як відзначає автор, організаційно-правова форма у вигляді асоціації відповідає Закону РФ «Про товарні біржі і біржової торгівлі» й сприяє більш ефективній структурі її управління.

Відсутність чіткої визначеності з організаційно-правовою формою як в Україні, так й в інших країнах вимагає уточнення підходів законодавства у визначенні організаційної форми товарної біржі.

Відповідно до законодавства України, товарна біржа є некомерційною організацією, що має статус юридичної особи. З погляду на, що товарна біржа є суб’єктом господарської діяльності, треба, насамперед, звернутися до положень ГК України. Ст. 55 ГК України вводить загальне поняття господарської організації, під якою розуміються юридичні особи, створені відповідно до ГК України, державні, комунальні й інші підприємства, створені відповідно до ГК, а також інші юридичні особи, які здійснюють господарську діяльність і зареєстровані у встановленому законом порядку.

Таким чином, товарна біржа як господарська організація, що має статус юридичної особи, створюється відповідно до положень ГК України. Згідно ст. 80 ГК України будь-яка юридична особа є організацією, створеною й зареєстрованою у встановленому порядку. У свою чергу ст. 83 ГК України передбачає, що юридичні особи можуть створюватися у формі товариств, установ й в інших формах, установлених законом. При цьому кодекс не містить вичерпного переліку організаційно-правових форм юридичних осіб. Так, товариством є організація створена шляхом об’єднання осіб (учасників), які мають право участі в цьому товаристві. Товариства діляться на підприємницькі й непідприємницькі. Зокрема, згідно ст. 85 ГК України непідприємницьким товариством є товариства, які не мають на меті одержання прибутку для наступного розподілу між учасниками.

З огляду на основні вимоги Закону, а також положення ГК України й ГК України щодо організаційно-правової форми товарної біржі, можна зробити наступні висновки:

По-перше, біржа — це некомерційна організація, що утворюється засновниками й членами для полегшення проведення комерційних операцій (для обслуговування потреб засновників і членів у купівлі-продажу).

По-друге, товарна біржа як некомерційна господарська організація, повинна створюватися у формі непідприємницького Товариства (ст.85 ГК України).

Така організаційно-правова форма товарної біржі вимагає відповідних змін на рівні спеціального законодавства — Закону, що дозволяють усунути наявні в законодавстві протиріччя й недоліки, а також привести норми Закону у відповідність із вимогами ГК України й ГК України.

3. Порядок створення й реєстрації товарної біржі.

Згідно ст. 279 ГК України товарна біржа створюється на основі добровільного об’єднання зацікавлених суб’єктів господарювання. Створення товарної біржі здійснюється шляхом укладання засновниками угоди, що визначає порядок її створення, склад засновників, їхнього обов’язку, розмір і строки сплати пайових вступних і періодичних внесків. Аналогічні положення містить ст.5 Закону. Таким чином, укладання угоди засновниками товарної біржі має на меті створення товарної біржі. Вона служить, насамперед, для визначення порядку й умов погодженої діяльності засновників зі створення біржі.

Згідно ГК і Закону України товарна біржа діє на підставі уставу, затверджуваного засновниками. При цьому законодавство встановлює певні вимоги, що пропонуються до уставу товарної біржі. Так, устав товарної біржі повинен містити такі положення як склад засновників, предмет і цілі діяльності біржі, види фондів, органи управління біржею, організаційна структура біржі, права й обов’язки членів біржі й інших питань. З урахуванням цього варто звернути увагу також на загальні положення ч. З ст. 57 ГК України, що встановлює загальні вимоги щодо установчих документів суб’єктів господарювання.

У цьому контексті необхідно вказати кілька особливостей створення товарної біржі як суб’єкта господарювання. Зокрема ГК України передбачає, що товарна біржа створюється на основі добровільного об’єднання зацікавлених суб’єктів господарювання. У свою чергу стаття 1 Закону передбачає, що товарна біржа є організацією, що поєднує юридичних і фізичних осіб, які здійснюють виробничу й комерційну діяльність.

Таким чином, при визначенні кола суб’єктів, що мають право створення товарної біржі, варто керуватися вимогами ст.55 ГК України, що визначає загальне поняття суб’єкта господарювання. Так, суб’єктами господарювання визнаються учасники господарських відносин, які здійснюють господарську діяльність, реалізуючи господарську компетенцію (сукупність господарських прав й обов’язків), мають відособлене майно, несуть відповідальність за своїми обов’язками в межах цього майна, крім випадків, передбачених законодавством. Відповідно суб’єктами господарювання є господарські організації, громадяни України, іноземці й особи без громадянства, що здійснюють господарську діяльність і зареєстровані відповідно до закону як підприємці, філії, представництва й інші відособлені підрозділи господарських організацій (структурні одиниці), створені ними для здійснення господарської діяльності. Таким чином, засновниками й членами товарної біржі можуть бути тільки особи, що мають статус суб’єкта господарювання.

У той же час ГК України й Закон обмежують коло суб’єктів, які можуть виступати як засновники і члени товарної біржі. До суб’єктів, що не мають права виступати в ролі засновників товарної біржі, належать органи державної влади й органи місцевого самоврядування, а також державного й комунального підприємства, установи й організації, які повністю або частково втримуються за рахунок Державного бюджету України або місцевих бюджетів.

Чинне законодавство щодо товарної біржі одночасно використовує поняття «створення» й «реєстрація». Якщо створення розуміти в широкому змісті, то в цей процес входять і такі етапи як укладання угоди про створення біржі, затвердження уставу й державна реєстрація біржі.

Згідно ст. 7 Закону державна реєстрація товарної біржі здійснюється в порядку, передбаченому для підприємств. На порядок реєстрації бірж указує й ч. 6 ст. 279 ГК України, що, у свою чергу, носить відсильний характер і передбачає, що державна реєстрація товарної біржі здійснюється згідно ст. 58 ГК України. Крім цього, варто взяти до уваги вимоги Закону України «Про державну реєстрацію юридичних осіб і фізичних осіб — підприємців», щодо порядку державної реєстрації юридичних осіб..

Зазначені нормативно-правові акти передбачають загальні положення щодо всіх суб’єктів господарювання, тому в цей час для державної реєстрації товарної біржі діє загальний правовий режим державної реєстрації, установлений для всіх суб’єктів господарювання — юридичних осіб.

Порядок проведення державної реєстрації визначається ст. 25 Закону України «Про державну реєстрацію юридичних осіб і фізичних осіб-підприємців». З урахуванням основних положень цього нормативно-правового акту при державній реєстрації товарної біржі державному реєстраторові надаються наступні документи:

— заповнена реєстраційна картка на проведення державної реєстрації;

— копія угоди засновників про створення товарної біржі;

— два екземпляри уставу товарної біржі;

— документ, що підтверджує сплату реєстраційного збору за проведення державної реєстрації.

Державному реєстраторові забороняється вимагати додаткові документи для проведення державної реєстрації товарної біржі. Строк державної реєстрації товарної біржі, як юридичної особи, не повинен перевищувати трьох робочих днів від дня надходження документів для проведення державної реєстрації. Датою державної реєстрації товарної біржі є дата внесення в Єдиний державний реєстр запису про державну реєстрацію. Свідоцтво про державну реєстрацію товарної біржі повинне бути оформлене й видано засновникам не пізніше наступного робочого дня після державної реєстрації.

Варто підкреслити, що на відміну від державної реєстрації фондової біржі для реєстрації товарної біржі передбачений більш спрощений порядок тому що не потрібне рішення якого-небудь державного органа, а також не встановлений мінімальний розмір статутного фонду. Так, сукупний статутний фонд бірж Донецької області в 2004 р. склав 1283,6 тис. грн. (це на 24% більше, ніж в 2003 р. за рахунок створення нових бірж). Однак, з огляду на, те що товарна біржа є публічним інститутом досить обґрунтованим можна визнати пропозицію про встановлення певних нормативів при формуванні статутного фонду товарної біржі. Зокрема, законопроект, внесений на розгляд Верховної Ради України «Про внесення змін і доповнень у Закон України «Про товарну біржу» в 2003 році, передбачає формування статутного фонду в розмірі одного млн. грн.

4. Функції, права й обов’язки товарної біржі

Товарна біржа є господарською організацією, що виконує певні, а саме ринкові регулятивні (організаційної й економічні) функції в економіці завдяки виявленню курсу товарних цін, попиту та пропозиції. При цьому функції (основні напрямки діяльності) біржі випливають, насамперед, з поняття товарної біржі як особливого суб’єкта господарювання (ст. 279 ГК України). До таких функцій можна віднести:

1. Організація проведення торгів — це напрямок, що вимагає належного матеріально-технічного забезпечення торгів, розробки правил біржової торгівлі, проведення торгів у певному місці й у певний час, здійснення контролю за дотриманням правил біржової торгівлі всіма учасниками торгів;

2. Розробка біржових контрактів — це напрямок, що припускає розробку й затвердження біржею стандартних умов типових біржових контрактів (якісна характеристика біржових товарів, розміри партії товарів, розробка однакових вимог до розрахунків по біржових угодах і т.п.).

3. Вирішення спірних питань — це напрямок діяльності біржі забезпечує розгляд третейським судом товарної біржі всіх суперечок, які виникають між учасниками біржової торгівлі із приводу укладання, зміни або виконання біржових угод, організації й проведенням біржових торгів. Загальні умови діяльності третейського суду біржі визначаються Законом України «Про третейські суди»;

4. Котирування й регулювання біржових цін — це визначення спеціальної (котирувальної) комісією біржових цін, станом на початок і закінчення торгів. Котирування цін носить офіційний характер і біржі зобов’язані публікувати ціни на товари в біржових бюлетенях.

5. Біржове страхування (хеджування) учасників біржової торгівлі від несприятливих для них коливань цін — це одна з найважливіших функцій, що дозволяє знижувати цінові ризики учасників, що виникають внаслідок нестабільності ринку. Дана функція підвищує довіру до біржі, залучає до участі в ній ринкових спекулянтів, підвищує кількість продавців, покупців і посередників.

6. Гарантування виконання угод — це напрямок забезпечує належне виконання зобов’язань сторін біржової угоди за рахунок системи гарантійних внесків, а також діяльності спеціального підрозділу біржі — клірингового центра;

7. Інформаційна функція — це напрямок припускає надання клієнтам, іншим зацікавленим організаціям інформації про наявність товарів, публікація такої інформації в газетах, журналах, інформаційних агентствах. Крім цього кожний учасник біржових торгів забезпечується всією необхідною інформацією для ухвалення відповідного рішення й покупці або продажу товару (інформація про укладені угоди, утворені ціни у т.ч. і на інших біржах, найважливіші політичні й економічні події і т.д.)

Зазначений перелік функцій не є вичерпним і може бути доповнений залежно від конкретних економічних умов діяльності біржі (див. таблицю).

Функції товарної біржі можна класифікувати на три категорії — обов’язкові, довільно-обов’язкові й довільні.

Відповідно, до обов’язкових належать функції, які диктує законодавство й які є природними для товарної біржі, як основної ланки ринкової інфраструктури — створення рівноправного й справедливого торгівельного простору, що відображає інтереси фінансового ринку в цілому.

Довільно-обов’язкові включають ті функції, які не розглядаються як обов’язкові в законодавчому порядку, але є необхідними для ефективного функціонування біржі, як ринкової інфраструктури. До таких функцій належать: усунення недоліків ринку, стимулювання розвитку ринку шляхом зниження вартості біржової торгівлі, забезпечення ліквідності ринків, навчання учасників ринку, розширення кола фінансових інструментів на біржі.

До категорії довільних біржових функцій належать послуги фінансовому ринку в цілому, які біржова організація може ефективно надавати поряд з основною, торгівельною діяльністю біржі в результаті переваг централізації функцій і наявності необхідних навичок і ноу-хау. До таких функцій належать забезпечення клірингу й розрахунків, надання депозитарних послуг, поширення інформації й т.д.

Залежно від узятих на себе функцій товарна біржа має певні права й обов’язки, сукупність яких становить правосуб’єктність товарної біржі як суб’єкта господарського права. Обсяг цих прав й обов’язків визначається, насамперед, цілями й завданнями товарної біржі як особливого суб’єкта господарювання, наділеного відповідною компетенцією в сфері господарювання.

З урахуванням цього, необхідно вказати на існуючу відмінність між поняттям «компетенція» й «правосуб’єктність». Відповідно під компетенцією товарної біржі розуміється сукупність прав й обов’язків, які безпосередньо закріплені за організацією чинним законодавством — ГК України й Законом. Господарська компетенція має видовий характер, оскільки вона пов’язана з товарною біржею, як певним видом господарської організації. До складу компетенції входять: коло питань, які може вирішувати товарна біржа; обов’язки, які покладають на товарну біржу; форми відповідальності за порушення покладених законом обов’язків; способи захисту порушених прав. У свою чергу господарська правоздатність — це здатність товарної біржі мати права й обов’язки, які безпосередньо законом не встановлені, але необхідні для виконання покладених на неї функцій і завдань. Господарська правоздатність товарної біржі виникає завдяки закріпленому в законі дозволу мати права й обов’язки, якщо вони не суперечать основним нормам законодавства, правам і законним інтересам інших осіб. Правоздатність на відміну від компетенції, має індивідуальний характер, оскільки пов’язана із завданнями й функціями конкретної товарної біржі.

Товарна біржа, як і будь-який суб’єкт господарювання, має загальні права й обов’язки, закріплені в нормативно-правових актах загального характеру — ГК України, «Про захист економічної конкуренції» й ін. Так, згідно ч. 1 ст. 19 ГК України суб’єкти господарювання мають право без обмежень самостійно здійснювати господарську діяльність, що не суперечить законодавству. Дане положення повною мірою належить й до товарної біржі, що, як і будь-який суб’єкт господарювання реалізує це право, а також має право на захист своїх інтересів.

Серед загальних обов’язків можна назвати обов’язок товарної біржі як платника податків, передбаченого податковим законодавством. Крім цього згідно ст. 54 ГК України товарна

біржа, як суб’єкт господарювання, що здійснює некомерційну діяльність, зобов’язана забезпечити належні й безпечні умови праці й інші соціальні гарантії, передбачені законом, для працівників біржі.

Як особливий суб’єкт господарювання товарна біржа наділяється спеціальною компетенцією, обумовленою цілями й завданнями цієї організації. Так, згідно ГК України (ст. 280):

— установлювати відповідно Закону й чинного законодавства України власні правила біржової торгівлі й біржового арбітражу, які є обов’язковими для всіх учасників торгів;

— створювати підрозділи біржі й затверджувати положення про них;

— розробляти з урахуванням державних стандартів власні стандарти й типові контракти;

— зупиняти на якийсь час біржову торгівлю, якщо ціни біржових угод протягом дня піднімаються більше ніж на визначений біржовим комітетом (радою біржі) розмір;

— установлювати вступні й періодичні внески для членів біржі, плату за послуги, які надаються біржею;

— установлювати інші грошові збори;

— установлювати й стягувати відповідно уставу біржі плату за реєстрацію угод на біржі, штрафи та інші санкції за порушення уставу біржі й біржових правил;

— створювати арбітражні комісії для вирішення спорів у торгівельних угодах;

— укладати міжбіржові угоди з іншими біржами, мати своїх представників на них, у тому числі на біржах, розташованих за межами України;

— вносити в державні органи пропозиції з питань, які стосуються біржової діяльності;

— видавати біржові бюлетені, довідники та інші інформаційні й рекламні видання;

_ здійснювати інші права, передбачені уставом біржі. При цьому біржа наділяється також і певними обов’язками:

— створення умов для проведення біржової торгівлі;

— регулювання біржових операцій;

— регулювання цін на підставі співвідношення попиту та пропозиції на товари, які допускаються до обігу на біржі;

— надання членам і відвідувачам біржі організаційних й інших послуг;

— збір, обробка й поширення інформації, пов’язаної з кон’юнктурою ринку.

Варто підкреслити, що перелік прав й обов’язків товарної біржі, передбачений законодавством, не є вичерпним і відповідно може бути розширений у т.ч. і підзаконними й локальними нормативно-правовими актами, за умови, якщо це відповідає цілям і завданням товарної біржі як суб’єкта господарювання.

Прикладом такого підходу є наділення товарної біржі правами податкового агента. Так, відповідно до листа ДПАУ від 2 березня 2004 р. № 1547/17 — 3116 дані деякі роз’яснення з питань оподатковування серед платників податків відповідно до Закону України «Про податок з доходів фізичних осіб». Зокрема, при укладенні на товарній біржі угоди купівлі — продажу рухомого майна, що належить продавцеві — фізичній особі, податковим агентом такого платника — фізичної особи в частині оподатковування доходів, отриманих ним від такого продажу, є товарна біржа.

5. Господарсько-правова відповідальність товарної біржі

Господарсько-правова відповідальність — це несення господарським органом несприятливих економічних наслідків безпосередньо в результаті застосування до нього передбачених законом санкцій (мір відповідальності) економічного характеру. Відповідно товарна біржа як учасник господарських відносин несе господарсько-правову відповідальність за правопорушення в сфері господарювання при застосуванні, відносно товарної біржі, господарських санкцій на підставах й у порядку, передбаченому ГК України, іншими законами й договором. Застосування господарських санкцій, щодо товарної біржі, у випадку правопорушення з її боку гарантує захист законних прав й інтересів громадян й організацій, що є учасниками біржової торгівлі, а також публічних інтересів держави. Реалізація відповідальності товарної біржі забезпечує не тільки спеціальну мету, але й загальну ціль — дотримання правопорядку в цій сфері господарювання.

Господарськими санкціями визнаються заходи впливу на правопорушника, в сфері господарювання, у результаті застосування яких для нього наступають несприятливі економічні наслідки й /або правові наслідки (ст. 217 ГК України).

Розглядаючи відповідальність товарної біржі, як суб’єкта господарювання, необхідно враховувати загальні положення, передбачені розділом 5 ГК України, що визначає загальні принципи й підстави відповідальності учасників господарських відносин. Відповідальність товарної біржі наступає відповідно до загальних принципів відповідальності учасників господарських відносин, установлених розділом 24 ГК України. Щодо товарної біржі можуть застосовуватися наступні види санкцій: відшкодування збитків, штрафні санкції, оперативно-господарські й адміністративно-господарські санкції. Підставою господарсько-правової відповідальності товарної біржі є здійснення правопорушення в сфері господарювання.

Аналіз діяльності товарних бірж в Україні показує, що найбільш часто правопорушення з боку товарної біржі, як організатора торгів, проявляються під час порядку допуску осіб до біржових торгів, реєстрації біржових угод, порушення інтересів членів товарної біржі при наданні послуг низького якісного рівня. Так, наприклад, на окремих біржах має місце практика, коли до участі в біржових торгах допускаються фізичні особи громадяни, що не мають статусу члена товарної біржі. Як свідчить судова практика, має місце також факти, коли товарні біржі різних регіонів України в порушенні законодавства здійснюють комерційне посередництво між продавцями й покупцями, реєструють фіктивні контракти. Крім цього ряд товарних бірж здійснюють торгівлю сільськогосподарською продукцією без відповідного висновку про відповідність з боку Міністерства аграрної політики України. Якщо в першому випадку правопорушення тягне застосування такі санкції як відшкодування збитків потерпілій стороні, то в другому — потрібно вести мову про визнання діяльності товарної біржі, що суперечить законодавству.

Товарна біржа, як суб’єкт господарювання, відповідає за невиконання або неналежне виконання господарських зобов’язань або порушення правил ведення господарської діяльності, якщо не доведе, що прийнято всі залежні від неї міри для недопущення господарського правопорушення. Підставою для звільнення від господарсько-правової відповідальності є доказ настання обставин непереборної сили (форс-мажор). Ці обставини не залежать від волі учасників господарського зобов’язання, мають надзвичайний і невідворотний характер.

Відповідальність товарних бірж передбачена й у законодавстві інших країн. Так, у Російській Федерації Комісія з товарних бірж вправі застосувати до біржі санкцію у вигляді штрафу у випадках:

— проведення торгів без ліцензії або у випадку анулювання або призупинення;

— порушення порядку інформування членів біржі й учасників біржової торгівлі про майбутні й попередні торги;

— порушення встановленого біржею порядку контролю за механізмом ціноутворення;

— непредставлення Комісії в тижневий термін інформації або документації, необхідної від біржі відповідно до законодавства;

— порушення положень установчих документів про максимальну кількість її членів;

— використання юридичними особами в їхньому найменуванні або рекламі слів «біржа» або «товарна біржа».

Крім цього, законодавчі акти інших країн передбачають можливість застосування до товарної біржі таких санкцій як призупинення дії ліцензії або її анулювання. Так, наприклад, рішення про анулювання або призупинення дії ліцензії товарної біржі в Російській Федерації приймається Комісією з товарних бірж при Державному комітеті Російської Федерації з антимонопольної політики й підтримки нових економічних структур. Дане рішення приймається на підставі:

— матеріалів здійснених фінансовими органами перевірок, які встановили факти порушень у діяльності біржі;

— офіційних повідомлень територіальних управлінь Державного комітету Російської Федерації з антимонопольної політики й підтримки нових економічних структур, а також державних комісарів на товарних біржах про факти порушень Закону РФ «Про товарні біржі й біржову торгівлю» й інших законодавчих актів РФ.

За матеріалами перевірок й офіційних повідомлень Комісія направляє товарній біржі офіційний припис про усунення відзначених порушень. Товарна біржа після одержання припису зобов’язана протягом 3-х денного строку інформувати Комісію про його одержання, а в місячний строк — про усунення визначених у ньому порушень.

При невиконанні в місячний строк товарною біржею офіційних приписів Комісія направляє матеріали в арбітражний суд. Така практика може бути покладена в основу вдосконалення законодавства України.

Таким чином, залежно від змісту застосовуваних до товарної біржі, як правопорушника, санкцій і тих несприятливих наслідків, які вона перетерпить, в результаті їхнього застосування, можна говорити про такі форми господарсько-правової відповідальності як: відшкодування збитків, сплата штрафних санкцій, обмеження правоздатності, застосування оцінних санкцій.

Висновок.

Правова основа торгово-біржової діяльності, як виду господарської діяльності, включає такі джерела господарського права як нормативно-правовий акт, правовий звичай і нормативний договір.

Нормативно-правовий акт. Нормативно-правовий акт являє собою офіційно прийнятий компетентними органами правотворчий документ, за допомогою якого, по-перше, у систему господарського права (законодавства) уводяться господарсько-правові норми, по-друге, який містить саме ці норми. Згідно ст. 7 ГК України відносини в сфері господарювання регулюються Конституцією України, дійсним Кодексом, законами України, нормативно-правовими актами Президента України й Кабінету Міністрів України, нормативно-правовими актами інших органів державної влади й органів місцевого самоврядування, а також іншими нормативними актами.

Торгово-біржова діяльність являє собою складний комплексний предмет правового регулювання, що регулюється як загальними, так і спеціальними нормами різних нормативно-правових актів.

Поряд із законами, значну роль у регулюванні торгово-біржової діяльності грають підзаконні нормативно-правові акти: Укази Президента України, постанови Кабінету Міністрів України й ін.

Важлива роль належить постановам і розпорядженням уряду.

Крім цього є й ряд відомчих нормативно-правових актів, прийнятих різними міністерствами й комітетами.

Істотна роль у регулюванні біржової-торгово-біржової діяльності приділяється таким локальним нормативним актам, як Правила біржової торгівлі й Устав біржі, які затверджуються конкретною товарною біржею.

Правовий звичай. Правовий звичай, як джерело права, являє собою історично сформоване правило поведінки, що одержало офіційне визнання й забезпеченість державним примусом. Згідно ЦК України звичай визначається, як правило поведінки, що не встановлено актами цивільного законодавства, однак є устояним у певній сфері цивільних відносин. Звичай може бути зафіксований у відповідному документі.

Різновидом правового звичаю є звичай ділової практики, що займає особливе місце в регулюванні біржової діяльності. У сфері діяльності товарних бірж звичаї ділового обороту мають досить широке поширення, засновані на історичних традиціях. До основних ознак, що характеризують звичай ділової практики як регулятор торгово-біржової діяльності варто віднести: тривалість існування, постійність дотримання, визначеність, не протиріччя законодавству.

На підставі вищевикладеного можна зробити висновок, що правова основа здійснення торгово-біржової діяльності представлена сукупністю різних нормативно-правових й інших актів, що мають як загальний, так і спеціальний характер, їхня безліч, а також наявність однорідних суспільних відносин, що складаються в процесі організації й здійснення торгово-біржової діяльності дозволяє затверджувати, що сформувалося законодавство про торгово-біржову діяльність як правовий інститут господарського законодавства.

Список використаної літератури:

Цивільний кодекс України прийнятий на сесії ВР України 16 січня 2003 року, який набрав чинності 1 січня 2004 року.

Господарський кодекс України прийнятий на сесії ВР України 16 січня 2003 року, який набрав чинності 1 січня 2004 року.

ЗУ «Про державну реєстрацію юридичних осіб та фізичних осіб — підприємців» від 01.07.2004 року.

ЗУ «Про захист економічної конкуренції» від 28.02.2002 року.

Закон України «Про товарну біржу» від 26 січня 1993 року.

Пилипенко А.Я., Щербина В.С. Господарське право: Курс лекцій: Навч.посіб.для юрид.ф-тів вузів. – К.: Вентурі, 1996р.

Підопригора О.А., Сумін В.О., Підопригора О.О. Цивільне право України Правові основи підприємництва. – К.: Юрінформ, 1994р.

Курсовая работа.

Структура и техника уголовного закона.

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Глава 1. Понятие и структура уголовного закона

1.1. Понятие уголовного закона

1.2. Структура уголовного закона

Глава 2. Особенности техники уголовного закона

2.1. Понятие и состав законодательной техники

2.2. Проблемы терминологии уголовного закона

2.3. Проблемы уголовного законотворчества

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

Концепция правового государства, а также проводимая в России правовая реформа требуют кардинального преобразования всего законодательства, в том числе и уголовного. Такое преобразование должно идти в четком соответствии с принципами, определяющими качественно новые приоритеты и основные направления построения правового государства, в частности, связанные с ориентацией на максимальное обеспечение прав и свобод человека и гражданина.

В уголовном праве особенно важна четкая и ясная формулировка правовых норм, так как именно в уголовных правоотношениях происходят наиболее серьезные столкновения интересов личности, общества и государства.

К сожалению, российский законодатель не всегда использует достижения науки уголовного права при создании тех или иных уголовно-правовых норм. Кроме того, меняется ситуация в стране, меняются тенденции правоприменительной практики. Именно поэтому ученые-правоведы всегда находят определенные недостатки, пробелы в действующем законодательстве. В связи с изложенным, очевидна актуальность исследований в области техники уголовного закона.

Объектом данного исследования являются общественные отношения по поводу конструирования уголовного закона. Предметом же выступает уголовный закон, его структура и особенности техники.

Целью исследования является изучение особенностей структуры и техники уголовного закона. К задачам исследования можно отнести следующие:

определение понятия «уголовный закон»;

анализ структуры Уголовного кодекса Российской Федерации;

определение понятия «техника уголовного закона»;

определение понятия «терминология уголовного закона» и ее проблем;

определение особенностей и проблем уголовного законотворчества.

Задачи исследования определяют его структуру. Работа состоит из двух глав, каждая из которых делится на параграфы. Первая глава посвящена структуре уголовного закона. Вторая глава представляет собой анализ законодательной техники, используемой при конструировании уголовного закона. Особенное внимание уделено терминологии уголовного закона и особенностям конструирования его структуры.

К общенаучным методам исследования можно отнести методы анализа, синтеза, индукции, дедукции, аналогии, формально-логический метод. К частнонаучным методам исследования относится, прежде всего, формально-юридический метод. Он включает в себя: а) описание норм права; б) установление юридических признаков определенных явлений; в) выработку правовых понятий; г) классификацию правовых понятий; д) установление их природы с точки зрения положений юридической науки; е) объяснение правовых понятий под углом зрения юридических теорий; ж) описание, анализ и обобщение юридической практики.

Также автором были использованы метод сравнительного правоведения, метод системного анализа и некоторые другие.

Тема техники уголовного закона является довольно хорошо изученной проблемой. Ей посвящали свои труды такие ученые как Н. Ф. Кузнецова, И. В. Наумов, В. Н. Кудрявцев, М. В. Шаргородский, Л. В. Иногамова, М. Б. Кострова, Н. Г. Кадников и многие другие.

Признавая авторитет этих ученых, тем не менее, можно утверждать, что данная проблема является настолько многогранной, что любой исследователь может найти в ней новые аспекты.

Таким образом, данная работа представляет собой комплексный анализ проблем структуры и техники уголовного закона.

Глава 1. Понятие и структура уголовного закона

1.1. Понятие уголовного закона

Уголовный закон – это нормативный акт, принятый уполномоченным органом государственной власти (Государственной Думой РФ), содержащий юридические нормы, устанавливающие основания и принципы уголовной ответственности, определяющие, какие общественно опасные деяния признаются преступлениями, какие наказания предусмотрены за их совершение и в каких случаях возможно освобождение от уголовной ответственности или наказания.

В соответствии со ст. 71 Конституции Российской Федерации1 принятие уголовного законодательства отнесено к компетенции Российской Федерации.

Реализуя это предписание Конституции РФ, Государственная Дума приняла 24 мая 1996 года Уголовный кодекс Российской Федерации (далее – УК РФ), введенный в действие 1 января 1997 года2.

Как это определено в ч. 1 ст. 1 УК РФ, уголовное законодательство Российской Федерации состоит только из Уголовного кодекса. Новые законы, предусматривающие уголовную ответственность (а, следовательно, и законы, сопутствующие ей), подлежат кодификации – включению в УК РФ.

Наличие одного нормативного источника облегчает практику реализации уголовно-правовых предписаний. Следовательно, УК РФ, являясь Федеральным законом, имеет юридическую силу на территории всей Российской Федерации.

УК РФ отражает тенденцию к мировой интеграции и подчеркивает приоритет Конституции РФ в сфере нормативной деятельности государства. В ч. 2 ст. 1 УК РФ указано, что он основывается на Конституции РФ и общепринятых принципах и нормах международного права1.

В ч. 1 ст. 15 Конституции РФ установлено, что она имеет высшую юридическую силу и прямое действие. В постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31 октября 1995 года «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»2 по рассматриваемой проблеме отмечено, что «любые законы и иные правовые акты, применяемые в Российской федерации, не должны противоречить Конституции РФ. Суд, разрешая дело (в том числе уголовное), применяет непосредственно нормы Конституции, в частности, в том случае, когда он придет к убеждению, что федеральный закон находится в противоречии с соответствующими положениями Конституции. В случае неопределенности в вопросе о том, соответствует ли Конституции РФ применяемый или подлежит применению по конкретному делу закон, суд исходит из положений ч. 4 ст. 125 Конституции РФ, обращается в Конституционный Суд с запросом о конституционности этого закона. Такой запрос может быть сделан судом первой, кассационной или надзорной инстанции. В любой стадии рассмотрения дела суд выносит мотивированное определение (постановление), а сам оформляет решение в письменной форме в виде от дельного документа. В связи с обращением в Конституционный Суд производство по делу или исполнение принятого решения приостанавливается до разрешения запроса Конституционным Судом, о чем должно быть указано в означенном выше определении (постановлении) суда».

В ч. 4 ст. 15 Конституции РФ определено, что общепринятые принципы и нормы международного права и международные договоры РФ являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором РФ установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора. Пленум Верховного Суда РФ, о котором говорилось выше, предписал судам при осуществлении правосудия исходить из того, что общепризнанные принципы и нормы международного права закреплены в международных пактах, конвенциях и иных документах, в частности, во Всеобщей декларации прав человека, Международном пакте о гражданских и политических правах, Международном пакте об экономических, социальных и культурных правах и международных договорах РФ. При этом судам необходимо иметь в виду, что в соответствии с ч. 3 ст. 5 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации»1 положения официально опубликованных договоров РФ, не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в РФ непосредственно. В иных случаях наряду с международным договором РФ следует применять и соответствующий внутригосударственный правовой акт, принятый для осуществления положений указанного международного договора.

Так, с принятием России в Совет Европы и подписанием осенью 1997 года протокола № 6 на применение смертной казни в нашей стране наложен мораторий2. Смертная казнь в России практически не применялась с августа 1997 года.

Необходимо отметить, что ряд статей включен в УК РФ в соответствии с международными конвенциями, например, с Единой конвенцией о наркотических средствах 1961 года, Венской конвенцией о психотропных веществах 1971 года и Конвенцией ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ 1988 года (ст. 228-234).

Уголовный закон – федеральный закон, действующий на территории всей Российской Федерации. Субъекты Федерации не правомочны принимать уголовные законы.

Уголовный закон имеет высшую юридическую силу – он постоянно действует, порождая юридические последствия. Отмена или изменение уголовного закона осуществляются только Федеральным Собранием РФ. Только Конституционный Суд правомочен прекратить действие тех уголовных законов, которые противоречат Конституции.

Ни один нормативный акт не может противоречить уголовному закону. При наличии противоречия действует последний. УК РФ является единственным законом, регламентирующим применение уголовной ответственности, освобождение от нее или другие положения материального уголовного права.

Уголовный закон характерен и своей нормативностью, так как он регламентирует общеобязательное поведение людей в течение срока своего действия.

В ст. 2 УК РФ определены задачи УК РФ, каковыми являются охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя РФ от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества и предупреждение преступлений.

Как мы видим, уголовный закон ставит перед собой две задачи. Прежде всего, это уголовно-правовая борьба с преступностью с целью охраны интересов человека, общества и государства, а также человечества и мира. Это основная, кардинальная задача.

Вторая задача – предупреждение преступлений. Оно охватывает общее и частное (специальное) предупреждение, превенция нацелена на привитие осужденному в процессе исполнения наказания навыков непреступного поведения. О том, что решение этой задачи уголовно-правовыми средствами сопряжено с большими сложностями, свидетельствуют следующие данные. В настоящее время в местах лишения свободы мужчины, отбывающие это наказание, в среднем имеют примерно 2,4 судимости к лишению свободы, женщины – 1,9, а несовершеннолетние – 1,21. Следовательно, более половины осужденных не впервые находятся в местах лишения свободы.

Общая превенция заключается в привитии уважения к закону, законопослушанию у иных граждан со склонностью к совершению преступлений, определяемой по совершению ими непреступных правонарушений.

Для решения перечисленных задач уголовное законодательство устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступными, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовного характера за совершение преступлений (ч. 2 ст. 2 УК РФ).

Рассматриваемое предписание закона носит рамочный характер. Помимо перечисленного уголовный закон содержит и иные предписания, такие, например, как правила, на основе которых решается вопрос о том, умышленно или неосторожно совершено преступление, регламентация соучастия, виды и основания освобождения от уголовной ответственности и наказания, обстоятельства, исключающие преступность деяния, судимость и т.д.

Уголовный закон под угрозой наказания запрещает совершать те или иные преступные действия (бездействие). Вместе с тем, он предписывает соответствующим органам и должностным лицам устанавливать в содеянном наличие признаков состава преступления и подвергать виновных уголовной ответственности или же, при наличии законных оснований, освобождать их от уголовной ответственности или наказания. Следовательно, уголовно-правовые нормы, устанавливающие ответственность за конкретные деяния, являются запретительными. Они имеют воспитательное и предупредительное значение.

Предупредительная функция уголовно-правовой нормы базируется на установленной в ней санкции – возможном наказании за содеянное. Тем самым оказывается предупредительно-воспитательное воздействие на лиц, способных совершить преступление. Уголовно-правовые нормы помимо этого ориентированы на воспитание у граждан потребности неуклонно соблюдать законы, на создание атмосферы нетерпимости к лицам, совершающим преступление.

Государственные органы и должностные лица ориентируются законом на надлежащую борьбу с преступностью, на профилактику правонарушений, их предупреждение.

Нормы уголовного права не только охраняют общественные отношения, но и регулируют их. Право, устанавливая определенные правила поведения, тем самым и регулирует их.

Вместе с тем вполне очевидно, что основная часть населения нашей страны не совершает преступления не потому, что опасается подвергнуться уголовной ответственности, а вследствие убежденности в их безнравственности. Однако это обстоятельство не исключает общепредупредительное воздействие уголовно-правовых норм, которые осуществляют свое регулятивное воздействие, способствуя формированию и укреплению атмосферы нетерпимости, презрения к преступной деятельности.

Приговоры, определения и постановления суда не являются источниками права. Они лишь толкуют, раскрывают истинное значение правовых норм применительно к конкретной жизненной ситуации. Приговор, постановление и решение суда обязательны только по каждому конкретному делу. Точно так же разъяснения Пленума Верховного Суда РФ не создают норм права. Они лишь толкуют, разъясняют, раскрывают истинное содержание той или иной нормы права.

В юридической литературе встречается и иная точка зрения. Так, в учебнике по уголовному праву под редакцией И. Я. Козаченко и З. А. Незнамовой указано, что «…Верховный Суд Российской Федерации, являющийся высшей судебной инстанцией по уголовным делам, имеет право издавать разъяснения по вопросам применения уголовного права. По закону данные разъяснения имеют обязательный характер для всех судов. Поскольку все иные правоохранительные органы, применяющие нормы уголовного права (органы дознания, следствия, прокуратуры), в конечном итоге работают на суд, то следует признать, что разъяснения Верховного Суда РФ имеют обязательный характер и для них»1. Изложенное можно понимать так, что авторы учебника считают подобного рода деятельность Верховного Суда РФ нормотворческой.

Однако приведенная точка зрения противоречит ст. 1 УК РФ, в соответствии с которой уголовное законодательство РФ состоит только из УК РФ, и ст. 3 УК РФ, определяющей, что преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только УК РФ. Напомним, что в соответствии с ч. 1 ст. 120 Конституции РФ судьи независимы и подчиняются только Конституции РФ и федеральному закону.

Нашему уголовному праву чужд прецедент – решение суда по конкретному делу, являющееся обязательным для судей той или иной инстанции при решении аналогичных или близких по характеру дел. Судебный прецедент является источником права в ряде стран (Великобритании, Канаде и др.). Определяя виновному лицу уголовную ответственность, суд толкует, оценивает предписание закона и содеянное. Так, в ст. 60 УК РФ установлены общие начала назначения наказания. Лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части УК РФ, и с учетом положений Общей части УК РФ. Более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания. При этом учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Из приведенных предписаний закона следует, что суд, назначая наказание, руководствуется своим правосознанием. Но вместе с тем правосознание суда источником права не является. Оно лишь призвано правильно понимать содержание правовых норм при их применении1.

В ч. 2 ст. 3 УК РФ определено, что применение уголовного закона по аналогии не допускается. Аналогией является применение к деянию, не подпадающему под признаки состава преступления, близкой по характеру нормы.

1.2. Структура уголовного закона

Уголовный закон является формой выражения норм уголовного права. Следовательно, закон является формой, а норма – его содержанием.

УК РФ состоит из Общей и Особенной частей. Общая часть УК РФ состоит из шести разделов, которые делятся на главы.

Общая часть определяет задачи и принципы УК РФ, понятие преступления и его виды, основания уголовной ответственности, неоконченное преступление, соучастие в преступлении, обстоятельства, исключающие преступность деяния, понятие и цели наказания, виды наказаний, общие начала назначения наказания и иные общие положения уголовно-правовой борьбы с преступностью.

Большинство норм Общей части УК РФ имеет позитивный (регулятивный) характер, их применение само по себе не сопряжено с конкретным преступлением1. Но вместе с тем в Общей части УК имеются нормы правоприменительного характера, включающие в себя и принуждение. Так, в ч. 3 ст. 50 УК РФ предусмотрена замена исправительных работ в случае злостного уклонения от их исполнения ограничением свободы, арестом или лишением свободы.

Позитивные нормы делятся на следующие виды.

Декларативные, устанавливающие задачи и принципы уголовного законодательства (ст. 1-7).

Общерегулятивные, устанавливающие общие предписания и понятия преступления, соучастия в преступлении, судимости и т.д. Такие нормы составляют основу Общей части УК РФ.

Поощряющие, устанавливающие, например, порядок применения условного осуждения (ст. 73), условно-досрочного освобождения от отбывания наказания (ст. 79), замену лишения свободы другим, более мягким видом наказания (ст. 80).

Разрешающие, например, определяющие право на необходимую оборону (ст. 37), причинение вреда при задержании лица, осуществляющего преступление (ст. 38).

Освобождающие от уголовной ответственности, например, в связи с истечением срока давности (ст. 78) или же в связи с примирением с потерпевшим (ст. 37). Освобождающие от наказания, например, в порядке условно-досрочного освобождения (ст. 79) или в связи с болезнью осужденного (ст. 81). Подобные нормы, кроме того, носят и поощрительный характер.

Рассматриваемое деление норм Общей части УК РФ носит условный характер. Оно призвано облегчить изучение этой части Кодекса, ибо перечисленные группы норм имеют ряд общих признаков.

Правоприменительных норм в Общей части УК РФ немного. Это нормы, устанавливающие замену одного наказания другим в случаях злостного уклонения от уплаты штрафа (ст. 46), исполнения обязательных работ (ст. 49), исправительных работ (ст. 50) и ограничения свободы (ст. 53), При несоблюдении определенных в законе требований во время испытательного срока при условном осуждении (ст. 73), условно-досрочном освобождении (ст. 79) и отсрочке отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей (ст. 82), предусмотрены различные варианты реального отбывания условно назначенного наказания или исполнения его неотбытой части.

Как правило, нормы Общей части имеют описательный характер с четким изложением сути того или иного предписания. Такое оформление имеют, например, статьи, определяющие суть уголовного наказания и цели, стоящие перед ним (ст. 43 УК), статья, предусматривающая досрочное освобождение от отбывания наказания по болезни (ст. 81 УК), и т.д.

Вместе с тем ряд норм Общей части включают в себя ссылочные (отсылочные) или бланкетные предписания. Так, ссылочное предписание содержится в п. «в» ч. 7 ст. 79 УК РФ, регламентирующем условно-досрочное освобождение от наказания. В нем сказано, что если условно-досрочно освобожденный в течение испытательного срока совершит умышленное преступление, то наказание ему назначается по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ (по совокупности приговоров).

Бланкетные нормы имеются, например, в некоторых статьях, определяющих виды наказаний. Так, в ч. 5 ст. 46 УК РФ установлено, что в случае злостного уклонения от уплаты штрафа он заменяется обязательными работами, исправительными работами или арестом. Понятие злостного уклонения от уплаты штрафа дано в ст. 32 УИК РФ1.

В ст. 53, 54, 55, 56 и 57 УК РФ дано рамочное изложение содержания ограничения свободы, ареста, содержания осужденного в дисциплинарной воинской части и лишения свободы. Собственно говоря, в перечисленных статьях предусмотрены различные виды лишения свободы, но в чем его содержание, УК РФ не разъясняет. Точно так же в ст. 58 приведены правила определения осужденному вида места лишения свободы или же вида исправительной колонии, но в чем состоит отличие между ними, эта норма не устанавливает. Следовательно, рассматриваемые нормы носят бланкетный характер – отсылку к уголовно-исполнительному законодательству. В ст. 82 УИК РФ определено, что режим места лишения свободы – это «установленный законом и соответствующими закону нормативными актами порядок и условия исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание различных категорий осужденных, различие условий содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания». Это основа режима лишения свободы. В последующих нормах уголовно-исполнительного законодательства режим исполнения (отбытия) лишения свободы дополняется и уточняется (ст. 82-142 УИК). В УИК РФ четко и развернуто определены режимные правила отбывания ареста (ст. 68-72), содержание осужденных в дисциплинарных воинских частях (ст. 155-171), ограничение свободы (ст. 47-60).

Статьи Особенной части УК РФ устанавливают ответственность за отдельные преступления, которые определяются в соответствии с предписаниями и Общей части. Следовательно, УК РФ – система, слагаемая из двух подсистем: Общей и Особенной частей.

Отражая характер общественной опасности ряда преступлений лиц, их совершивших, законодатель делит ряд норм на части, в которых, при наличии установленных в законе обстоятельств, преступление становится более общественно опасным, что отражается в санкциях частей статей, то есть имеются в виду так называемые квалифицирующие признаки. Так, в ст. 105 УК РФ предусмотрена ответственность за умышленное убийство. В ч. 1 этой статьи имеется в виду «простое» убийство, за совершение которого возможно назначение наказания в виде лишения свободы на срок от шести до пятнадцати лет. В ч. 2 ст. 105 УК РФ дан перечень квалифицирующих это преступление признаков: убийство двух или более лиц; лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо с захватом заложника, и т.д. За подобного рода квалифицированное убийство предусмотрено более тяжкое наказание: лишение свободы на срок от восьми до двадцати лет либо смертная казнь или пожизненное лишение свободы.

Характер общественной опасности некоторых преступлений в зависимости от ряда точно установленных в законе обстоятельств может значительно меняться. В этих случаях ответственность за них устанавливается в различных статьях. В этом отношении, например, характерно убийство, ответственность за совершение которого предусмотрена ст. 105 (убийство), ст. 106 (убийство матерью своего ребенка), ст. 107 (убийство, совершенное в состоянии аффекта), ст. 108 (убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление), ст. 109 (причинение смерти по неосторожности).

Статьи Особенной части, как правило, устанавливают ответственность за одно преступление (простое или квалифицированное). Однако не исключено установление в одной статье ответственности за два преступления. Так, в ч. 1 ст. 183 УК РФ предусмотрена ответственность за собирание сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну, а в ч. 2 этой статьи – за незаконное разглашение или использование сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну, без согласия их владельца, совершенные из корыстной или иной личной заинтересованности и причинившие крупный ущерб.

В соответствии с многолетней практикой кодификации новые законоположения включаются в УК (как в Общую, так и в Особенную часть) под дополнительной нумерацией для сохранения их системы и обеспечения работы органов правосудия, статистических научных исследований в будущем.

Отмена уголовной ответственности за какое-либо преступление или какого-нибудь предписания Общей части не влечет за собой изменение нумерации УК РФ1.

Правовая норма Особенной части состоит из гипотезы, диспозиции и санкции.

Гипотеза в уголовно-правовой норме не приводится. Она предполагается примерно в следующей форме: «…если кто-либо совершит убийство…», а далее следует диспозиция, определяющая, что следует понимать под убийством.

Диспозицией называется та часть уголовно-правовой нормы (статьи), которая содержит определение предусмотренного ею преступного деяния и его составов. В Особенной части УК РФ имеются следующие виды диспозиций: простая, описательная, ссылочная, бланкетная и смешанная (комбинированная).

Простая диспозиция называет преступление без раскрытия его признаков. Она применяется в тех случаях, когда смысл преступления достаточно ясен в общих чертах без его описания или же наоборот – его описание сложно, громоздко. Простая диспозиция, например, приведена в ст. 211 УК РФ – угон судна. Что следует понимать под угоном судна, в данной статье не уточняется вследствие его ясности.

В качестве примера иного рода можно привести ст. 242 УК РФ, устанавливающую ответственность за незаконное распространение порнографических материалов или предметов. По поводу понятия «порнография» нет единого и четкого мнения, вследствие чего оно в диспозиции ст. 242 УК РФ не расшифровано, несмотря на то, что на практике из-за этого возникают большие трудности. А вот понятие «притон для проституции» понятно, но требует многословного описания, и поэтому оно не включено в диспозицию ст. 241 УК РФ.

Более предпочтительной является описательная диспозиция, включающая ряд признаков, наличие которых в совокупности определяет содеянное как преступление1. Такая диспозиция, например, определена в ст. 213 УК РФ, в соответствии с которой хулиганством является «грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия».

Бланкетная диспозиция не содержит конкретных признаков преступления, а отсылает к нормам других отраслей права – гражданского, административного, трудового и т.д. Такие диспозиции доминируют в главах УК РФ, предусматривающих ответственность в сфере экологии (гл. 26), экономической деятельности (гл. 22), безопасности движения и эксплуатации транспорта (гл. 27), и т.д. Много таких диспозиций в главе, устанавливающей ответственность в сфере общественной безопасности в связи с нарушением специальных правил (строительных, горных работ и иных), обращения с оружием, боеприпасами, радиоактивными веществами и т.д.

Бланкетной, например, является диспозиция ст. 218 УК РФ, устанавливающая ответственность за нарушение правил учета, хранения, перевозки и использования взрывоопасных, легковоспламеняющихся веществ и пиротехнических изделий.

Ссылочной является диспозиция, которая для установления признаков преступления в интересах устранения повторений отсылает к иной статье или части статьи УК. Так, в ст. 112 УК РФ, устанавливающей ответственность за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, указано, что оно не опасно для жизни человека и не влечет последствий, указанных в ст. 111 УК. В ч. 2 ст. 111 УК предусмотрена ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при наличии квалифицирующих это преступление обстоятельств. При этом сделаны ссылки на ч. 1 этой же статьи, определяющей признаки тяжкого вреда здоровью.

Помимо перечисленных существуют смешанные, или комбинированные, диспозиции, содержащие признаки ссылочной или бланкетной диспозиции и помимо этого какой-либо иной диспозиции. Такой смешанной диспозицией наделена ст. 236 УК РФ, устанавливающая ответственность за нарушение санитарно-эпидемиологических правил (бланкетная часть), повлекшее по неосторожности массовое заболевание или отравление людей (описательная часть).

Санкцией называется часть уголовно-правовой нормы (статьи), в которой определяются вид и размер наказания за конкретное преступление.

Санкция по существу представляет собой законодательную оценку опасности предусмотренного в конкретной норме деяния. В санкциях УК РФ обычно устанавливаются альтернативные наказания по принципу «или-или». Так, в ч. 1 ст. 129 УК РФ за клевету предусмотрены наказания в виде штрафа в размере от 50 до 100 минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного месяца, либо обязательных работ на срок от 120 до 180 часов, либо исправительных работ на срок до одного года. За ряд преступлений санкции предусматривают один вид наказания. За убийство, например, в ч. 1 ст. 105 УК РФ предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от шести до пятнадцати лет.

Уголовные наказания, в зависимости от возможности суда в приговоре варьировать их размеры, делятся на абсолютно определенные и относительно определенные.

Абсолютно определенными являются смертная казнь, пожизненное лишение свободы и лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград. Перечисленные наказания не допускают дозировки при их назначении судом. Их индивидуализация невозможна в приговоре суда.

Относительно определенные наказания указывают вид наказания и его размеры (пределы) – «от и до» или «до». Так, в ст. 105 УК РФ за убийство предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от шести до пятнадцати лет.

Существует иной вид относительно определенных наказаний – с указанием только максимума наказания. В подобных случаях низший предел наказания определяется минимально возможным размером (пределом) этого наказания, предусмотренным Общей частью УК. Например, такая конструкция относительно определенного наказания определена в ч. 1 ст. 108 УК РФ, устанавливающей ответственность за убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление. За это преступление предусмотрено наказание в виде ограничения свободы на срок до двух лет или лишение свободы на тот же срок. Следовательно, в соответствии со ст. 53 УК РФ минимальный срок ограничения свободы равен одному году, а если это лишение свободы – то равен двум месяцам (ч. 2 ст. 56 УК).

За ряд преступлений, таких, например, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК), угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного состава (ст. 211 УК), в санкции предусмотрено одно наказание – лишение свободы.

Большинство санкций предусматривают альтернативу двух или более видов наказаний, что предоставляет суду широкие возможности определять степень опасности содеянного, и в соответствии с этим индивидуализировать наказание виновному лицу. Так, в ч. 2 ст. 129 УК РФ за клевету предусмотрена возможность назначения четырех видов наказания: штраф, обязательные работы, исправительные работы или арест.

В статье 45 УК РФ наказания разделены на основные и дополнительные.

Обязательные работы, исправительные работы, ограничение по военной службе, ограничение свободы, арест, содержание в дисциплинарной воинской части, лишение свободы на определенный срок, пожизненное лишение свободы, смертная казнь применяются только в качестве основных видов наказаний.

Штраф и лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью применяются в качестве как основных, так и дополнительных видов наказаний.

Лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград применяется только в качестве дополнительных видов наказаний.

Санкции, в которых предусмотрена возможность назначения как основного, так и дополнительного наказания, именуются кумулятивными. Как правило, суд правомочен решать вопрос о назначении виновному лицу основного наказания в совокупности с дополнительным наказанием или без него, в зависимости от учета обстоятельств дела.

К закону (норме права) предъявляются многие требования. Он должен быть четким, ясным, не противоречащим иным нормам (в том числе – нормам других отраслей права). К тому же нормы права должны быть, с одной стороны, стабильными, а с другой – динамичными.

Стабильную норму можно тщательно изучить и проанализировать. Со временем возрастает круг лиц, ее знающих, руководствующихся ею. Возникает возможность изучения и обобщения практики применения нормы вместе с увеличением срока ее действия, стабильности. Тем самым улучшается правоприменительная деятельность, и устраняются типичные ошибки, обнаруживаемые в процессе анализа обобщения практики применения нормы права. Продолжительная жизнь нормы повышает ее авторитет, значимость.

С другой стороны – норма может отстать от потребностей жизни, устареть. В процессе применения нормы могут быть обнаружены ее недостатки. В таких случаях возникает необходимость в отмене или изменении нормы, в динамичной реакции законодателя. Это принцип динамичности нормы.

Глава 2. Особенности техники уголовного закона

2.1. Понятие и состав законодательной техники

Юридическая (законодательная) техника – это совокупность правил и приемов, относящихся к подготовке, формулированию и опубликованию законов. Действительно, только умение пользоваться этими правилами и приемами позволяет создать качественный акт. Существуют многочисленные научные труды, посвященные юридической технике. Здесь же уместно привести лишь самые общие соображения на этот счет. Прежде всего, юридическая техника – это, по существу, деловые обыкновения, сложившиеся в разных странах в ходе правотворческих процессов. Они могут быть закреплены в специальном нормативном акте, но могут действовать и на основе сложившихся обычаев. Конечно, это не самый эффективный способ «делать» законы1.

По крайней мере, мечтой многих ученых-юристов является принятие специального нормативно-правового акта о нормативно-правовых актах – как и кто их должен готовить, какие общественные отношения должны быть урегулированы законом, а какие подзаконными актами и т.п. Но пока в этой области действуют деловые обыкновения и рекомендации, в частности по подготовке ведомственных актов, доктринальные положения.

Юридическая техника охватывает вопросы построения актов (преамбулы, разделы, главы, статьи), определение терминов, использование формулировок (четкость, однозначность, грамотность и т.д.). Но юридическая техника – это не только приемы подготовки нормативно-правовых актов (логические, грамматические, структурные и т.п.). Это еще и оценка акта с позиции выражения социального заказа, отсутствия пробелов, недопустимости внутренних и внешних противоречий, наличия компромиссов и т.п. Например, нельзя писать, что закон распространяется на «граждан (физических лиц)», т.к. здесь допускается логическая ошибка: физическое лицо – это не только гражданин; нельзя в одном законе писать, что кандидат в депутаты на период избирательной кампании должен уйти с государственной должности (взять отпуск), а в другом – что он может это сделать по своему усмотрению. Увы, не счесть числа в законах противоречий, ошибок, недоразумений. Но таково реальное правотворчество – и теория права всячески стремится описать, объяснить как состояние правовой системы, так и пути ее совершенствования. Одним из таких путей является «вооружение» законодателей могучей юридической техникой.

Юридическому языку также уделяется большое внимание в теоретико-правовых размышлениях. Действительно, сформировался на протяжении веков специализированный понятийный аппарат права, используемый для обеспечения точности, однозначности, понимания юридических текстов. Это не литературный язык. Там, где литератор для образности, красочности, эмоционального воздействия использует множество определений, там юрист обойдется одним, но четко определенным термином, понятием.

Юридический язык требует однозначности используемых в конкретном акте грамматических форм, смыслового однообразия. Необходимо подчеркнуть, что юридический язык динамичен, обогащается порой за счет иностранных терминов, как правило, на этапах социальных, экономических реформ. Так, в настоящее время в российскую правовую систему с учетом экономических реформ на современном этапе входят совершенно новые юридические понятия: договоры «франчайзинг», факторинга, агентирования, селенга, понятие «траст», термины брокеры, маклеры, дилеры, дистрибьютеры и ряд других. Происходит усложнение договорных отношений как объективный процесс становления рыночной экономики, и он также требует глубокого выражения в юридических понятиях, их уяснения.

Для юридического языка характерным является законодательное закрепление смыслового значения того или иного понятия. Юридическое лицо, лишение свободы, кредитор и т.п. – все это четкие, определенные законом понятия, которые и даются в нормативно-правовых актах. Зачастую юридическая наука использует термины, понятия, почерпнутые из других областей знания, модифицирует их. Впоследствии они приобретают строгое юридическое значение, подчас меняя даже свое первоначальное значение. В юридическом языке многих стран присутствуют иностранные термины, главным образом почерпнутые из латыни.

2.2. Проблемы терминологии уголовного закона

Еще в 1992-1996 годах при разработке проектов нового Уголовного кодекса России предлагалось ввести главу о толковании терминов. Однако достичь единогласия, сколько терминов следует толковать и каким образом, не удалось. Поэтому разработчики отказались от этой цели. Но идея о включении в УК РФ самостоятельного структурно-композиционного элемента (статьи, главы или раздела), содержащего разъяснения (или толкования, или определения) отдельных терминов, используемых в Кодексе, сохранила свою актуальность. Она продолжает последовательно отстаиваться учеными, понимающими важность разъяснения именно на законодательном уровне значения тех терминов, неясность, неопределенность которых выявлена практикой и наукой за годы действия УК РФ 1996 года.

Продолжая отечественную традицию участия науки в законотворческом процессе, секция уголовного права и криминологии учебно-методического объединения Совета по правоведению университетов России по инициативе ее председателя доктора юридических наук, профессора МГУ, лауреата Государственной премии СССР, заслуженного деятеля науки РФ Н.Ф. Кузнецовой предприняла практические меры по решению указанной проблемы. Подготовлена в сентябре 2001 года и обсуждена теоретическая модель статьи о толковании терминов в гл. 22 УК РФ «Преступления в сфере экономической деятельности», а в мае 2002 года принято решение о разработке теоретической модели нового, XIII раздела УК РФ с рабочим названием «Толкование терминов»1.

Цель создания модельного раздела – дополнение УК РФ 1996 года новым структурно-композиционным элементом, унификация толкования вошедших в него терминов в правоприменительной деятельности, достижение стабильности и единообразия в применении уголовно-правовых норм. Для ее достижения предполагалось решить две основные задачи: 1) отбор отдельных терминов, допускающих в настоящее время различную семантическую (смысловую) интерпретацию, их группировка и обособление в модельном разделе; 2) закрепление в его тексте максимально точного и ясного значения таких терминов путем разъяснения (дефинирования).

Обозначенная проблема не является чисто уголовно-правовой, что обусловлено комплексностью логико-языковой и правовой природы терминологии уголовного закона. Поэтому ее решение должно осуществляться с учетом совокупности научных положений логики и лингвистики, основные из которых состоят в следующем.

В лингвистике термином (от латинского terminus — граница, предел) называется слово или словосочетание, обозначающее понятие специальной области знания или деятельности2. В логике «понятие» определяется как «форма мышления, отражающая предметы в их существенных признаках»3.

Дефиниция – краткое определение какого-либо понятия, отражающее существенные признаки предмета или явления; в лингвистике – толкование слова. Дефиниция должна быть построена четко, логично, последовательно.

Теоретическую основу отраслевого законодательного дефинирования, кроме того, составляют научные положения общей теории права, в частности: 1) о правовой природе дефиниций, включенных в текст законов; 2) о принципах отбора терминов (понятий), подлежащих дефинированию.

Общий принцип отбора терминов, требующих разъяснения, теоретически достаточно прост. Определяя необходимый «для целей настоящего закона» объем разъясняемых терминов (понятий, ими обозначаемых), законодатель должен руководствоваться потребностями практики единообразного толкования и применения уголовно-правовых норм, в которых используются эти термины (понятия). Вербальная (словесная) законодательная дефиниция должна быть значима. Главный показатель – обнаружившиеся в практике (или смоделированные на стадии разработки законопроекта) различные варианты толкования того или иного термина (понятия) либо полное отсутствие практики применения уголовно-правовой нормы с соответствующим неясным признаком.

В научной общетеоретической и уголовно-правовой литературе излагаются и иные, частные рекомендации по установлению нужного количества нормативных определений терминов (понятий). Например, В. С. Устинов предлагает следующие: а) если термины без дополнительного пояснения представляются недостаточно ясными; б) если термин имеет два и более значения; в) если термин является техническим или носит специально-юридический характер; г) если термин употребляется в законе в более узком или существенно ином значении по сравнению с общеизвестным; д) если данный термин не определен в другом (равном) законе иной отрасли права. Если термин определен в нормативном акте более низкого уровня, то это не является препятствием для дачи дефиниции в уголовном законе; е) если уголовного законодателя не удовлетворяет дефиниция термина в другом законе (что возможно только в исключительных случаях)1.

Из всех существующих в отечественном неуголовном и зарубежном уголовном законодательстве вариантов предпочтение отдано самостоятельному разделу, сконструированному по типу «термин – значение термина» в алфавитном порядке, без разделения на главы, статьи, части, пункты (как это сделано в единственном из известных нам УК Республики Узбекистан).

Выбор места расположения раздела является вынужденным и обусловлен стремлением не ломать сложившуюся структуру Кодекса. Дополнительный аргумент в пользу помещения сгруппированных дефиниций в последний раздел Особенной части УК РФ состоит в том, что любой иной вариант месторасположения потребует включения его в УК под номером со значком, однако такая графика не будет отражать значимость новеллы.

Если руководствоваться логикой изложения нормативного материала в УК РФ, то «законное» место раздела по его функциональному назначению – в конце Общей части. Это подтверждается и обобщением зарубежного опыта законотехнического решения рассматриваемого вопроса. При многообразии форм обособления сгруппированных дефинитивных предписаний (отдельная статья, например, в уголовных кодексах Республики Беларусь (ст. 4) и Швейцарии (ст. 110), отдельная глава – в уголовных кодексах ФРГ (гл. 2) и Республики Польша (гл. 14), отдельный раздел – в уголовных кодексах Австрии (разд. 8) и Голландии (разд. 9) прослеживается устойчивая традиция расположения их в Общей части.

Следует признать, что избранный вариант ни по форме обособления, ни по месторасположению не соответствует современной российской законотехнической традиции. В настоящее время в большинство законов Российской Федерации, в том числе и кодифицированных, включается отдельная статья «Основные понятия…», где сгруппированы нормативные предписания-дефиниции (с количественной вариативностью от трех до шестидесяти). Как правило, такие статьи помещены в основной (постатейной) части законодательного акта, в начальном разделе или в начальной главе «Общие положения» или «Основные положения» и имеют нумерацию чаще в первом десятке, реже – во втором десятке.

С учетом специфики структуры Уголовного кодекса, материал которого подразделяется на Общую и Особенную части, предлагаемое месторасположение модельного раздела вполне оправданно. В Общей части УК и содержатся дефиниции основных собственно уголовно-правовых понятий. Это, прежде всего, дефиниции категорий «преступление» (ч. 1 ст. 14) и «наказание» (ч. 1 ст. 43), а также понятий, потенциально применимых к любым нормам Особенной части УК (например, «время совершения преступления», «неоднократность преступлений», «соучастие в преступлении» и др.; всего около 50, если учитывать только классические родо-видовые дефиниции).

В модельный же раздел предполагается включить разъяснения отдельных терминов, допускающих в настоящее время различную семантическую (смысловую) интерпретацию в правоприменительной деятельности и доктрине уголовного права, отвечающих четырем критериям в совокупности:

обозначающих упоминаемые в Общей части и (или) используемые при конструировании многих либо нескольких диспозиций статей Особенной части УК РФ общеупотребительные понятия и понятия иных отраслей права в специфическом уголовно-правовом значении;

не обозначающих основополагающие, собственные уголовно-правовые понятия Общей части УК РФ, а также не являющихся номинациями (названиями) видов преступлений, предусмотренных Особенной частью УК РФ;

имеющих одно значение в пределах всего УК РФ;

значение которых может быть представлено в виде классических родо-видовых дефиниций или исчерпывающих перечневых определений, то есть имеющих строго фиксированное содержание.

Сравнительно-правовой анализ показывает, что в Общей части УК РФ не содержатся дефиниции следующих понятий и терминов, нашедших законодательное закрепление в уголовных кодексах государств ближнего зарубежья1:

«уголовная ответственность» (ч. 1 ст. 44 УК Республики Беларусь);

«деяние», «действие», «бездействие» (разд.8 «Правовое значение терминов» УК Республики Узбекистан);

«общественная опасность деяния» (ч. 2 ст. 14 «Понятие преступления» УК Республики Узбекистан);

«вина» (ч. 1 ст. 21 «Вина и ее формы» УК Республики Беларусь; ст. 23 «Вина» УК Украины);

«вменяемость» (ст. 19 «Вменяемость» УК Украины) или «вменяемое лицо» (ст. 18 «Вменяемость» УК Республики Узбекистан);

«длящееся преступление», «продолжаемое преступление» (ч. 4, 5 ст. 32 «Повторность преступлений» УК Республики Узбекистан; ст. 13 «Длящееся преступление», ст. 14 «Продолжаемое преступление» УК Грузии с выделением отдельной гл. IV «Виды единого преступления»); «Продолжаемое преступление» (ч. 4 ст. 11 «Неоднократность преступлений» УК Республики Казахстан; ч. 2 ст. 32 «Повторность» УК Украины — определение не классическое, через отрицание повторности);

«преступление, совершенное на территории:» (ч. 2 ст. 5 «Действие настоящего Кодекса в отношении лиц, совершивших преступления на территории Республики Беларусь» УК Республики Беларусь; ч. 2, 3 ст. 6 «Действие закона об уголовной ответственности в отношении преступлений, совершенных на территории Украины» УК Украины; ст. 11.1 «Действие уголовного закона в отношении лиц, совершивших преступление на территории Азербайджанской Республики» УК Азербайджанской Республики;

«обстоятельства, исключающие преступность деяния» (ч. 1 ст. 35 «Понятие обстоятельств, исключающих преступность деяния» УК Республики Узбекистан);

«мнимая оборона» (ст. 37 «Мнимая оборона» УК Украины).

Дефиниции перечисленных понятий и терминов необходимы и в Уголовном кодексе России.

Поэтому было бы целесообразно рассмотреть вопрос о дополнении Общей части УК РФ дефинициями. В частности: «уголовной ответственности» (в ч. 1 или ч. 2 ст. 8, с изменением названия ст. 8 — «Уголовная ответственность и ее основание»); «деяния» (ввести в текст ч. 1 ст. 14 в виде скобочного уточнения); «общественно опасного деяния» (в ч. 2 ст. 14, с переводом ч. 2 в ч. 3); «малозначительного деяния» (в виде дополнения к ч. 2 ст. 14); «вины» (в ч. 1 ст. 24, с изменением названия ст. 24 — «Вина и ее формы» и переводом настоящих ч. 1, 2 соответственно в ч. 2, 3); «продолжаемого преступления», «длящегося преступления» (в ст. 141 и 142); «преступления, совершенного на территории Российской Федерации» (в ч. 2 ст. 11, с изменением нумерации имеющихся ч. 2-4 ст. 11 на 3-5); «субъекта преступления» (в ст. 19, с изменением названия гл. 4 «Лицо, подлежащее уголовной ответственности (субъект преступления)»).

Третий и четвертый критерии отбора терминов вытекают из рабочего названия раздела «Толкование терминов». В него могут быть включены исключительно термины – слова или словосочетания, обозначающие понятия специальной области знания или деятельности. Согласно теории терминоведения, термин отличается от обычного слова (словосочетания) следующими признаками: 1) имеет специальную область применения; 2) принадлежит к конкретному терминологическому полю; 3) служит для называния (наименования) понятия; 4) обладает строго фиксированным содержанием; 5) должен быть дефинированным, то есть основанным на определении (дефиниции) понятия; 6) характеризуется тенденцией к системообразованию.

Суммируя перечисленные признаки применительно к рассматриваемому вопросу, подчеркнем главное свойство идеального законодательного термина – заданную контекстом моносемичность, то есть ограниченность и строгую фиксацию содержания, однозначность. Будучи материальным носителем, языковой формой выражения и закрепления специального понятия, термин, соответственно, обозначает точное понятие и сам должен иметь точное значение. Поэтому дефиниция, раскрывающая значение термина, может быть сконструирована только в виде либо классического родо-видового (через ближайший род и видовое отличие понятия), либо исчерпывающего перечневого (путем казуистического перечисления частей или признаков понятия) определения.

Изложенные суждения, основанные на концептуальных положениях логики и лингвистики, приводят к очень важному уголовно-правовому выводу: в модельный раздел (если остановиться на его рабочем названии «Толкование терминов») нельзя включить как раз те понятия и термины УК РФ, которые более всего нуждаются в дефинировании, – оценочные понятия и многозначные термины.

Во-первых, содержание многозначных терминов изменчиво в разных главах и даже в пределах одной главы УК РФ. Поэтому невозможно сформулировать общую для всего УК РФ одну-единственную дефиницию, с исчерпывающей полнотой раскрывающую все значения таких терминов.

К примеру, широко употребляемый в Особенной части УК РФ многозначный термин «насилие» обозначает и способ действия, и компонент составного деяния, и его результат. При этом законодатель либо уточняет насилие, как опасное для жизни или здоровья (в 14 статьях УК), как не опасное для жизни или здоровья (в 12 статьях), либо не уточняет вообще (в 25 статьях). Установить содержание понятий «насилие» (без определительной конструкции) и «насилие, опасное для жизни или здоровья» невозможно без обращения к ст. 111, 112, 115 УК РФ. В каждом составе преступления, где используется многословное словосочетание «насилие, опасное для жизни или здоровья», его семантическое поле то сужается, то расширяется1. Происходит это потому, что «квалификация должна базироваться на сопоставлении категорий составного преступления и его компонента – насилия: памятуя: что часть (насилие) не может относиться к более тяжкой категории, чем составное деяние в целом. При совпадении категорий учитывается общественная опасность внутри категории по разнице санкций»2. Термин «насилие» имеет еще более широкое содержание, так как обозначает родовое понятие, потенциально включающее в себя «насилие, не опасное для жизни или здоровья» (побои или совершение иных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы), и «насилие, опасное для жизни или здоровья». Реально это можно уяснить только в контексте каждого конкретного состава преступления.

Во-вторых, оценочные понятия («особая жестокость», «общеопасный способ», «крупный ущерб», «тяжкие последствия», «существенный вред» и т.п.) «характеризуются тем, что субъект, который их использует, осуществляет две функции: он не только сравнивает рассматриваемое явление с некоторым общим понятием, но и формулирует (конечно, в определенных пределах) содержание самого этого общего понятия»3. Следовательно, обозначающие их словосочетания, не имея точного значения, не являются терминами как таковыми.

Законодатель не вправе игнорировать потребности практики единообразного толкования и применения уголовно-правовых норм, в которых используются указанные понятия и термины. Именно они составляют внушительную группу неточных, неясных признаков многих составов преступлений, уже выявленную наукой и практикой за годы действия УК РФ 1996 года.

В рамках рассматриваемой проблемы выход из создавшейся ситуации видится в комплексном ее решении по двум направлениям.

Во-первых, необходимо придать точное значение словосочетаниям, обозначающим такие оценочные понятия, как «крупный размер» и «крупный ущерб», путем формализации их величины в стоимостном выражении. Одновременно это конкретизирует содержание понятия «крупный ущерб», доктринальное толкование которого сейчас весьма вариативно1.

Во-вторых, необходимо включить в модельный раздел: а) термины, то есть отдельные слова и словосочетания, состоящие из двух слов, имеющие точное значение; б) многословные словосочетания, состоящие из четырех и более слов, употребляемых для выражения сложных понятий, каждому из которых соответствует свой термин (например, «предметы, используемые в качестве оружия»); в) оценочные понятия с примерными критериями оценки; г) многозначные термины с указанием вариантов уяснения их значений.

Таким образом, с учетом принципов отбора терминов, требующих разъяснения, и понятий, нуждающихся в определении, в модельном разделе целесообразно сформулировать дефиниции следующих понятий и терминов: «близкие», «близкие родственники», «беспомощное состояние», «заведомость», «злостность», «имущество», «использование служебного положения», «корыстные побуждения», «крупный размер (ущерб)», «насилие», «насилие, не опасное для жизни или здоровья», «насилие, опасное для жизни или здоровья», «общеопасный способ», «особая жестокость», «предметы, используемые в качестве оружия», «систематичность», «служебная деятельность», «хулиганские побуждения».

Как видно, в процессе подготовки модельного раздела фактически мы сталкиваемся не с одной, а с множеством теоретических и прикладных проблем, требующих предварительного осмысления и разрешения.

Существуют две чисто прикладные проблемы, решение которых потребует частичной корректировки уже существующего текста УК РФ.

Во-первых, необходимо добиваться большей унификации терминологии. Законодатель иногда использует разные термины для обозначения одних и тех же понятий (синонимия), или одни и те же термины используются в разных значениях (полисемия). Кроме того, некоторые однозначные слова, будучи использованы в разных словосочетаниях, принимают терминологическую форму с соответствующим словосочетанию различным содержанием. Так, в Особенной части УК употребляются три словосочетания: «корыстные побуждения» и «корыстная цель». Неясно, какое из них выбрать для дефинирования имени прилагательного «корыстный», но ясно, что в разъяснении нуждается именно оно, а не все три словосочетания или какое-то одно из них. Поэтому указанную и подобную терминологию целесообразно унифицировать.

Во-вторых, прогнозируемое введение в УК РФ нового раздела должно повлечь основательную структурно-композиционную перестройку Особенной части, заключающуюся в значительном сокращении количества примечаний к статьям. Следовало бы в модельный раздел перенести уже имеющиеся дефиниции, применимые ко всем нормам УК, такие как «должностное лицо» (примеч. 1 к ст. 285), «жилище» (примеч. к ст. 139), «представитель власти» (примечание к ст. 318) и др. Возможно, что потребуется и определенная корректировка уже сформулированных дефиниций с учетом их более широкого значения в контексте всего УК РФ. Например, термин «представитель власти» используется в Общей части (п. «н» ст. 63) и в Особенной части (ч. 1 ст. 212, п. «б» ч. 2 ст. 213, примеч. к ст. 285, 315, ч. 1 ст. 318, 319). Но его дефиниция, сформулированная в примечании к ст. 318 УК РФ, не вполне удачна. Поэтому ее можно было бы позаимствовать из п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 года «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе»1.

Главной теоретико-прикладной проблемой остается достижение консенсуса по содержанию как раздела в целом (то есть по количеству понятий и терминов, нуждающихся в дефинировании), так и отдельных дефиниций. Основная трудность заключается в том, что законодательная дефиниция должна не только отвечать логико-языковым требованиям, но и иметь конвенциональный характер, базироваться на определенном научном признании, консенсусе (насколько это возможно). Пока эта трудность в нашей отраслевой науке не преодолена.

2.3. Проблемы уголовного законотворчества

За время действия Уголовного кодекса РФ 1996 года прошло больше 10 лет. Однако уже сейчас, сопоставляя цели и задачи, которые ставились законодателем при разработке УК, с реализацией их как в тексте Кодекса, так и в правоприменительной практике, можно определить, оправдались ли надежды и перспективы, связанные с его принятием. Законодательные органы поддерживали и постоянно поддерживают курс на внесение изменений и дополнений в Кодекс, тем самым признавая необходимость его совершенствования.

Так, Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» практически была проведена ревизия уголовного законодательства: существенно реконструирован ряд институтов уголовного права и радикально изменена вся картина наказаний, принятая ранее в российских судах.

Как известно, ко времени введения в действие нового УК РФ 1996 года Россия жила уже в эпоху кардинальных политических и экономических реформ, и уголовное законодательство должно было отвечать проходящим социально-политическим и экономическим требованиям. Время потребовало создания Уголовного кодекса, основанного на иных исходных принципах, на отказе от старой идеологии и признании новой – идеологии приоритета общечеловеческих ценностей, в том числе классовых и национальных, решительного поворота в проблеме уголовно-правовой охраны, прав и свобод человека и гражданина как основополагающей идее уголовного законодательства, соответствия уголовно-правовых запретов основам конституционного строя Российской Федерации, равной защиты всех форм собственности (включая частную), рыночной экономики, общепризнанных принципов и норм международного права. Однако любые законы, в том числе и уголовные, со временем отстают от темпов общественных преобразований, и в них необходимо вносить определенные поправки, адекватно отражающие потребности уголовно-правового регулирования качественно новых общественных отношений и соответствующие мировым стандартам. Кроме того, изменение динамики общественно-экономических процессов в России, качественное и количественное изменение преступности в стране и изменение позитивного смежного законодательства также настоятельно требуют текущей реконструкции действующего уголовного законодательства1.

Следует иметь в виду, что объективная оценка действующего УК РФ и выявление в нем тех пробелов и недостатков, которые обусловлены определенными изменениями в социально-экономической, политической и нравственной сферах жизни общества, возможна лишь с учетом изучения результатов отечественной правоподготовительной и правоустановительной стадий законотворчества и правоприменительной деятельности, в том числе и правообеспечительной функции государства.

Несмотря на то, что правоподготовительная деятельность представляет собой многообразное поле социального и правового обеспечения, считаем целесообразным выделить ряд положений, которые могут быть использованы в этой сфере.

Необходимо ввести более жесткие критерии оценки правоустанавливающего механизма применения новых уголовно-правовых норм и правовых систем.

Уголовно-правовая модель (норма, система норм) должна строиться с учетом тех коллизий и недостатков, которые существовали при правоприменении прежних уголовно-правовых моделей и законодательных массивов.

Сформулированная уголовно-правовая модель должна технологически и системно позволять осуществить последующие дополнения и изменения уголовного законодательства.

Новый уголовный закон должен оптимально соотноситься с мерой ответственности и учитывать регулятивные и охранительные возможности либо неблагоприятную динамику других отраслей права.

Возникновение, существенное развитие новой группы общественных отношений либо неблагоприятная динамика правонарушений настоятельно требуют соответствующей уголовно-правовой защиты.

Устранение пробелов в общих уголовно-правовых нормах возможно только путем конструирования специальных норм.

Наличие высокой социально-психологической реакции граждан, должностных лиц, юридического персонала требует законодательного запрета конкретного поведения.

Обнаруживается наличие особо вредных последствий производственной и иной деятельности человека и необходимость ограничения ее форм и пределов.

Следует сделать вывод о том, что судебная практика исчерпала карательные возможности действующих санкций отдельных уголовно-правовых норм.

Общеизвестно, что принципы планирования уголовно-правовых норм в правотворчестве предполагают предварительное изучение общественных отношений, подлежащих правовому регулированию и охране; определение наиболее оптимальных средств и методов криминализации и пенализации; предварительное обсуждение законопроектов; проведение экспериментов или сравнительно-правовых исследований для определения возможных результатов принятия уголовно-правовой нормы1.

Заметим, что уголовно-правовое законотворчество – это внешняя и не всегда окончательная форма правообразования. Правовые нормы УК РФ должны являться результатом длительного становления и апробации предлагаемых правовых идей и традиций, гармонизации интересов личности, общества и государства, а также отвечать задачам, предмету и методам уголовно-правового регулирования.

Правоустановительная стадия уголовно-правового законотворческого процесса в настоящее время действует на соответствующих организационных правилах законодательной техники и экспертизы законопроектов, а также на процедурных правилах, регулирующих деятельность органов, обладающих компетенцией по изданию нормативных актов.

В рамках правоустановительной стадии уголовно-правового законотворчества при использовании законодательной техники, на наш взгляд, следует учитывать следующее2:

Нормы Общей части УК в целом должны носить более абстрактный характер, а нормы Особенной части – более казуистичный.

Нужна четкость и ясность формулировок, их удобство для применения. Употребление специальных терминов должно быть ограничено.

Следует стремиться к однозначности и точности употребляемых понятий и терминов, а также свести к минимуму число оценочных понятий, разъяснение которых должно быть дано в примечаниях к закону.

Должен быть соблюден единый порядок в оформлении статей УК (название, нумерация статей, их частей и пунктов и т.п.).

Целесообразно отказаться от громоздких по своему объему статей и стремиться к их разукрупнению.

Надо соблюдать логические и технико-юридические правила описания объективных и субъективных признаков при формулировании основных и квалифицированных составов преступлений.

Наказание должно определяться таким образом, чтобы дать возможность сочетать принцип законности с принципом индивидуализации наказания.

Вид и размер наказания могут определяться лишь с учетом соотношения между наказанием и тяжестью содеянного.

Содержание уголовно-правовой нормы, выраженной с помощью абстракции, должно конкретизироваться путем перечисления отдельных формализованных понятий и терминов.

Необходимо обратить внимание на определение объема, правильной «дозы» при использовании того или иного технологического правила, а также на возможность их сочетания между собой.

Экспертиза уголовно-правовых законопроектов предполагает прежде всего анкетирование и интервьюирование. Путем анкетирования и интервьюирования изучается мнение правоведов, теоретиков и практиков относительно совершенствования уголовного законодательства. Метод интервьюирования и экспертных оценок позволяет глубже познать отношение к изменениям уголовного закона наиболее компетентных лиц.

В законопроектной деятельности по уголовному законодательству нельзя исключать и экспертизу соответствия изменений и дополнений в УК РФ концептуальным положениям модельного Уголовного кодекса для государств – участников СНГ (1996 год), особенно в тех случаях, когда преступные проявления носят транснациональный характер. Представляется, что экспертную оценку законопроектов могут дать ведущие научно-исследовательские и учебные заведения России, научно-консультативные советы при МВД РФ, Генеральной прокуратуре и Верховном Суде РФ.

Юридическая наука должна непосредственно участвовать в законотворчестве и быть критичнее к слабым, неудачным проектам. В 60-е годы прошлого столетия профессор М. Д. Шаргородский высказал справедливую мысль: наука начинается там, где она может сказать «нет» законодателю. Думается, эта мысль очень актуальна и в наши дни.

Полагаем, что чрезвычайно важными в плане повышения эффективности законопроектной деятельности являются понимание и учет тех обязательных процессуальных правил, которыми руководствуются Комитет Государственной Думы по законодательству и судебно-правовой реформе и Комитет Совета Федерации по конституционному законодательству и судебно-правовым вопросам.

Давно назрела необходимость указанным комитетам Федерального Собрания РФ при осуществлении подготовительно-экспертной оценки уголовно-правовых законопроектов не только создавать комитеты, но и восстановить ранее существовавшие рабочие группы, куда следует приглашать экспертов, представителей заинтересованных государственных органов и общественных объединений, средств массовой информации, а также вовлекать в обсуждение значимых законодательных моделей и систем независимых ведущих специалистов развитых в правовом отношении государств. Ведь ни для кого не секрет, что с принятием нового УК мы столкнулись с «эффектом перевернутой пирамиды»: охранное («сторожевое») законодательство подверглось реформированию до того, как было реформировано гражданское, банковское, налоговое, таможенное и т.д. Целесообразно расширить круг субъектов, наделенных правом законодательной инициативы, включив сюда, например, исполнительные органы государственной власти и законодательные органы субъектов РФ, аудиторов Счетной палаты. Это позволит расширить репрезентативность при внесении поправок к законопроекту, принятому в первом чтении.

Базисом развития механизма уголовно-правового законотворчества должна, на наш взгляд, быть алгоритмизация процессов и процедур, исполнение которых позволит повысить эффективность и обоснованность принимаемых законодательных актов. Изучение уголовного права методами математической логики уже осуществлялось при конструировании санкций норм Особенной части нового УК РФ, чем была доказана объективная возможность преобразования качественных показателей в количественные и интерпретация количественных зависимостей и связей, полученных в результате математических методов.

Применение моделирования в области формально-юридического анализа текстов проектов уголовно-правовых актов и моделей, хотя и сопряжено с рядом известных существенных ограничений, связанных с допустимостью получения возможных промежуточных результатов, однако при определении правового статуса средств моделирования и результатов его использования может являть собой действенный инструментарий уголовно-правового законотворчества.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Анализируя изложенное, можно сделать ряд выводов.

Во-первых, проблема конструирования уголовного закона всегда особенно актуальна, так как именно в уголовных правоотношениях происходят наиболее серьезные столкновения интересов личности, общества и государства.

Во-вторых, в понятие «уголовный закон» включается только Уголовный кодекс, а, следовательно, все рекомендации по его конструированию относятся только к законодательным органам. Здесь можно отметить не столько уголовно-правовую, сколько общую проблему создания одного сводного документа о законодательной технике.

В-третьих, в российском уголовном праве традиционно в состав уголовного законодательства не входит специальный раздел об уголовной терминологии. Это ведет к разнице в толковании судами тех или иных понятий, и, как следствие, не всегда справедливому применению уголовного закона. Законодатель не вправе игнорировать потребности практики единообразного толкования и применения уголовно-правовых норм. Именно они составляют внушительную группу неточных, неясных признаков многих составов преступлений, уже выявленную наукой и практикой за годы действия УК РФ 1996 года.

Для ликвидации указанных недостатков предлагается дополнить действующий Уголовный кодекс Российской федерации Разделом XIII «Понятия, используемые в настоящем Кодексе», где дать толкование всех используемых понятий, а существующие толкования перенести туда.

В-четвертых, необходим постоянный мониторинг уголовного законодательства с целью выяснения проблем его применения.

Наконец, следует отметить, что изменение каких-либо правовых норм должно осуществляться на строго научной основе, что позволит более справедливо применять уголовный закон.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

I. Нормативные правовые акты

Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 года) // Российская газета. 1993. 25 декабря.

О международных договорах Российской Федерации: Федеральный закон № 101-ФЗ от 15 июля 1995 года // Российская газета. 1995. 21 июля.

Протокол № 6 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод Относительно отмены смертной казни ETS № 114 (Страсбург, 28 апреля 1983 года) // Международное уголовное право. Сборник документов. Составитель И. И. Лукашук. М.: Проспект, 2005. С. 311.

Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон № 1-ФЗ от 8 января 1997 года // Российская газета. 1997. 8 января.

Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон № 64-ФЗ от 24 мая 1996 года // Российская газета. 1996. 30 мая, 6, 7, 8 июня.

II. Материалы судебной практики

О делах о взяточничестве и коммерческом подкупе: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 10 февраля 2000 года // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. № 4. С. 13-18.

О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1996. № 1. С. 13.

III. Литература

Архипцев Н. И. Уголовно-правовое законотворчество: проблемы и перспективы совершенствования // Журнал российского права. 2004. № 2. С. 97-110.

Венгеров А. Б. Теория государства и права: Учебник. М.: Юриспруденция, 2000. 528 с.

Иванчин А. В. Уголовно-правовые конструкции и язык уголовного закона // Нормотворческая и правоприменительная техника в уголовном и уголовно-процессуальном праве: Сборник научных статей. Ярославль, 2000. С. 107-116.

Иногамова Л. В. Уголовно-правовая норма, статья закона и состав преступления: понятие и связи // Государство и право: проблемы, поиски решений, предложения: Учен. зап. Ульяновск, 1999. Вып. 2 (9). С. 13-28.

Кириллов В. И., Старченко А. А. Логика: Учебник для юридических вузов. М.: Юристъ, 2000. 377 с.

Коняхин В. П. Теоретические основы построения общей части российского уголовного права: Автореф. дис….д-ра юрид. наук. Краснодар, 2002. 42 с.

Кострова М. Б. Дефинирование терминов и понятий, используемых в УК РФ // Журнал российского права. 2003. № 12. С. 111-120.

Криминология: Учебник / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой. М.: Юрист, 2003. 522 с.

Кудрявцев В. Н. Общая теория квалификации преступлений. М.: Юристъ, 1999. 324 с.

Кузнецова Н. Ф. Главные тенденции развития российского уголовного законодательства // Уголовное право в ХХI веке. М.: ЛексЭст, 2002. С. 9-18.

Кузнецова Н. Ф. Квалификация сложных составов преступлений // Уголовное право. 2000. № 1. С. 26-27.

Курс уголовного права. Том 1. Общая часть. Учение о преступлении / Под ред. доктора юридических наук, профессора Н. Ф. Кузнецовой, кандидата юридических наук, доцента И. М. Тяжковой. – М.: ИКД «Зерцало-М», 2002. 511 с.

Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономической деятельности (Комментарий к главе 22 УК РФ). Ростов н/Д: Феникс, 1999. С. 41, 64.

Мальцев В. В. Проблемы законотворчества: об изменениях и дополнениях, внесенных в Уголовный кодекс Российской Федерации // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сборник статей. М., 2001. С. 251-263.

Никонов В. А. Понятие и система Особенной части уголовного права. Процесс квалификации преступлений: Лекция. М., 1999.

Русский язык. Энциклопедия / Гл. ред. Ю. Н. Караулов. М.: Большая Российская энциклопедия, 1997. 677 с.

Уголовное право. Общая часть: учебник / Под ред. З. А. Незнамовой, И. Я. Козаченко. М.: Норма, 2004. 634 с.

Устинов В. С. Техника конструирования дефиниций в уголовном законодательстве // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сб. статей / Под ред. В. М. Баранова. Н. Новгород, 2001. Т. 2. С. 206-207.

1 Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 года) // Российская газета. 1993. 25 декабря.

2 Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон № 64-ФЗ от 24 мая 1996 года // Российская газета. 1996. 30 мая, 6, 7, 8 июня.

1 Курс уголовного права. Том 1. Общая часть. Учение о преступлении / Под ред. доктора юридических наук, профессора Н. Ф. Кузнецовой, кандидата юридических наук, доцента И. М. Тяжковой. – М.: ИКД «Зерцало-М», 2002. С. 66.

2 О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1996. № 1. С. 13.

1 О международных договорах Российской Федерации: Федеральный закон № 101-ФЗ от 15 июля 1995 года // Российская газета. 1995. 21 июля.

2 Протокол № 6 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод Относительно отмены смертной казни ETS № 114 (Страсбург, 28 апреля 1983 года) // Международное уголовное право. Сборник документов. Составитель И. И. Лукашук. М.: Проспект, 2005. С. 311.

1 Криминология: Учебник / Под ред. Н. Ф. Кузнецовой. М.: Юрист, 2003. С. 498.

1 Уголовное право. Общая часть: учебник / Под ред. З. А. Незнамовой, И. Я. Козаченко. М.: Норма, 2004. С. 53-54.

1 Никонов В. А. Понятие и система Особенной части уголовного права. Процесс квалификации преступлений: Лекция. М., 1999.

1 Коняхин В. П. Теоретические основы построения общей части российского уголовного права: Автореф. дис….д-ра юрид. наук. Краснодар, 2002. С. 8.

1 Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон № 1-ФЗ от 8 января 1997 года // Российская газета. 1997. 8 января.

1 Иванчин А. В. Уголовно-правовые конструкции и язык уголовного закона // Нормотворческая и правоприменительная техника в уголовном и уголовно-процессуальном праве: Сборник научных статей. Ярославль, 2000. С. 107-116.

1 Иногамова Л. В. Уголовно-правовая норма, статья закона и состав преступления: понятие и связи // Государство и право: проблемы, поиски решений, предложения: Учен. зап. Ульяновск, 1999. Вып. 2 (9). С. 13-28.

1 См.: Венгеров А. Б. Теория государства и права: Учебник. М.: Юриспруденция, 2000. С. 328.

1 Кострова М. Б. Дефинирование терминов и понятий, используемых в УК РФ // Журнал российского права. 2003. № 12. С. 111.

2 См.: Русский язык. Энциклопедия / Гл. ред. Ю. Н. Караулов. М.: Большая Российская энциклопедия, 1997. С. 556.

3 Кириллов В. И., Старченко А. А. Логика: Учебник для юридических вузов. М.: Юристъ, 2000. С. 30.

1 См.: Устинов В. С. Техника конструирования дефиниций в уголовном законодательстве // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сб. статей / Под ред. В. М. Баранова. Н. Новгород, 2001. Т. 2. С. 206-207.

1 Кострова М. Б. Указ. соч. С. 112.

1 Кострова М. Б. Указ. соч. С. 112.

2 Кузнецова Н. Ф. Квалификация сложных составов преступлений // Уголовное право. 2000. № 1. С. 26-27.

3 Кудрявцев В. Н. Общая теория квалификации преступлений. М.: Юристъ, 1999. С. 116.

1 См.: Лопашенко Н. А. Преступления в сфере экономической деятельности (Комментарий к главе 22 УК РФ). Ростов н/Д: Феникс, 1999. С.41, 64.

1 О делах о взяточничестве и коммерческом подкупе: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 10 февраля 2000 года // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2000. № 4. С. 13-18.

1 См.: Кузнецова Н. Ф. Главные тенденции развития российского уголовного законодательства // Уголовное право в ХХI веке. М.: ЛексЭст, 2002. С. 9.

1 Мальцев В. В. Проблемы законотворчества: об изменениях и дополнениях, внесенных в Уголовный кодекс Российской Федерации // Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, совершенствование: Сборник статей. М., 2001. С. 257.

2 Архипцев Н. И. Уголовно-правовое законотворчество: проблемы и перспективы совершенствования // Журнал российского права. 2004. № 2. С. 97.