Министерство образования и науки Республики Казахстан
Казахстанско-Российский Университет
КУРСОВАЯ РАБОТА
Тема: «Теории психического развития в современной зарубежной психологии»
Караганда
2009
Содержание
психический детский развитие онтогенез
Введение
Глава 1. Онтогенез психического развития
Глава 2. Принципы исследования психического развития
2.1. Развитие психологического процесса как постепенного биологического созревания
2.2. Отождествление научения и развития
2.3. Теория трех ступеней детского развития
2.4. Концепции конвергенции и противоречия двух факторов детского развития
Глава 3. Психическое развитие в концепциях зарубежных психологов
3.1. З. Фрейд
3.2. Э. Эриксон
3.3. Ж.Пиаже
Заключение
Список использованных источников
Введение
Уже давно пришло то время, когда считали, что между психическими процессами ребенка и психическими процессами взрослого имеется только качественное развитие, что ребенок – это маленький взрослый, который обладает теми же пропорциями тела и теми же психическими особенностями, какими обладает взрослый, но проявляются эти пропорции лишь в уменьшенном, миниатюрном виде.
Если в анатомических представлениях такая идея о ребенке, как о взрослом, была преодолена еще много столетий тому назад, то в психологии преодолении идеи о том, что онтогенетическое развитие есть только количественное увеличения психологического инвентаря, присущего ребенку уже с самых ранних лет жизни, встречала значительные трудности и прошло не без большой борьбы.
Развитие психики человеческого индивида — это обусловленный и вместе с тем активный саморегулирующийся процесс. Это — внутренне необходимое движение, «самодвижение» от низших к высшим уровням жизнедеятельности, в котором внешние обстоятельства, обучение и воспитание всегда действуют через внутренние условия; с возрастом постепенно увеличивается роль собственной активности индивида в его психическом развитии, в формировании его как личности.
Онтогенез человеческой психики носит стадиальный характер. Последовательность его стадий необратима и предсказуема. Филогенез определяет онтогенез путем создания необходимых для него естественных предпосылок и социальных условий. Человек рождается с природными возможностями человеческого психического развития, которые реализуются в общественных условиях его жизни с помощью средств, созданных обществом.
Соответственно, некоторые теоретики предложили стадиальную модель для понимания фаз роста и развития в жизни человека. В качестве примера можно привести концепцию восьми стадий развития Эго, сформулированную Эриксоном Э. Или теорию Пиаже Ж., открывшего ряд особенностей детских представлений о мире, особенности детской логики в разные периоды развития, а так же создавшего концепцию стадиального развития интеллекта.
Актуальность выбранной темы обусловлена тем что психологическое развитие ребенка связано с его качественной трансформацией функциональных систем, это не вызывает теперь сомнений. Как объяснение основных движущих сил психологического развития, так и описание его основных этапов у разных авторов освещается не одинаково; и основные концепции психологического развития, широко распространенные в зарубежной науке, заслуживают особого внимания и интересны для изучения.
Целью данной курсовой работы является раскрытие методов исследования детского психического развития в психологии.
Для достижения данной цели были поставлены следующие задачи:
1. Рассмотреть онтогенез психического развития.
2. Изучить различные принципы исследования психического развития.
Введение
Наука о психическом развитии ребенка — детская психология -зародилась как ветвь сравнительной психологии в конце XIX века. Точкой отсчета для систематических исследований психологии ребенка служит книга немецкого ученого-дарвиниста Вильгельма Прейера «Душа ребенка». В ней В. Прейер описывает результаты ежедневных наблюдений за развитием собственного сына, обращая внимание на развитие органов чувств, моторики, воли, рассудка и языка. Несмотря на то, что наблюдения за развитием ребенка велись задолго по появления книги В. Прейера, его бесспорный приоритет определяется обращением к изучению самых ранних лет жизни ребенка и введением в детскую психологию метода объективного наблюдения, разработанного по аналогии с методами естественных наук.
Какое место занимает детская психология в свете других психологических знаний? И. М. Сеченов писал о том, что психология не может быть ничем иным, как наукой о происхождении и развитии психических процессов.
П.Я. Гальперин создал теорию планомерного и поэтапного формирования умственных действий как основы формирования психических процессов. К генетической психологии относится экспериментальное изучение понятий, осуществленное Л.С. Выготским.
Детская психология тем и отличается от всякой другой психологии, что она имеет дело с особыми единицами анализа — это возраст, или период развития. Следует подчеркнуть, что возраст не сводится к сумме отдельных психических процессов, это не календарная дата. Возраст, по определению Л. С. Выготского,- это относительно замкнутый цикл детского развития, имеющий свою структуру и динамику. Продолжительность возраста определяется его внутренним содержанием: есть периоды развития и в некоторых случаях «эпохи», равные одному году, трем, пяти годам.
Детская психология — учение о периодах детского развития, их смене и переходах от одного возраста к другому. Поэтому вслед за Л. С. Выготским об этой области психологии правильнее говорить: детская, возрастная психология. Типично детскими психологами были Л. С. Выготский, А. Валлон, 3. Фрейд, Д. Б. Эльконин. Как образно говорил Д. Б. Эльконин, общая психология — это химия психики, а детская психология — скорее физика, так как она имеет дело с более крупными и определенным образом организованными «телами» психики. Когда материалы детской психологии используются в общей психологии, то там они раскрывают химию процесса и ничего не говорят о ребенке.
В настоящее время предмет детской психологии — раскрытие общих закономерностей психического развития в онтогенезе, установление возрастных периодов этого развития и причин перехода от одного периода к другому. Продвижение в решении теоретических задач детской психологии расширяет возможности ее практического внедрения. Помимо активизации процессов обучения и воспитания, возникла новая сфера практики. Это контроль над процессами детского развития, который следует отличать от задач диагностики и отбора детей в специальные учреждения. Подобно тому, как педиатр следит за физическим здоровьем детей, детский психолог должен сказать: правильно ли развивается и функционирует психика ребенка, а если неправильно, то в чем состоят отклонения и как их следует компенсировать. Все это можно сделать только на основе глубокой и точной теории, вскрывающей конкретные механизмы и динамику развития психики ребенка.
Что же такое развитие? Чем оно характеризуется? В чем принципиальное различие развития от всяких других изменений объекта? Как известно, объект может изменяться, но не развиваться. Рост, например, это количественное изменение данного объекта, в том числе и психического процесса. Есть процессы, которые колеблются в пределах «меньше-больше». Это процессы роста в собственном и подлинном смысле слова. Рост протекает во времени и измеряется в координатах времени. Главная характеристика роста — это процесс количественных изменений без изменений внутренней структуры и состава, входящих в него отдельных элементов, без существенных изменений в структуре отдельных процессов. Например, измеряя физический рост ребенка, мы видим количественное нарастание. Л. С. Выготский подчеркивал, что имеются явления роста и в психических процессах. Например, рост запаса слов без изменения функций речи.
Но за этими процессами количественного роста могут происходить другие явления и процессы. Тогда процессы роста становятся лишь симптомами, за которыми скрываются существенные изменения в системе и структуре процессов. В такие периоды наблюдаются скачки в линии роста, которые свидетельствуют о существенных изменениях в самом организме. Например, созревают железы внутренней секреции. В подобных случаях, когда происходят существенные изменения в структуре и свойствах явления, мы имеем дело с развитием.
Развитие, прежде всего, характеризуется качественными изменениями, появлением новообразований, новых механизмов, новых процессов, новых структур. X. Вернер, Л. С. Выготский и другие психологи описали основные признаки развития. Наиболее важные среди них: дифференциация, расчленение ранее бывшего единым элемента; появление новых сторон, новых элементов в самом развитии; перестройка связей между сторонами объекта. В качестве психологических примеров можно упомянуть дифференциацию натурального условного рефлекса на положение под грудью и комплекса оживления; появление знаковой функции в младенческом возрасте; изменение на протяжении детства системного и смыслового строения сознания. Каждый из этих процессов соответствует перечисленным критериям развития.
Как показал Л. С. Выготский, существует много различных типов развития. Поэтому важно правильно найти то место, которое среди них занимает психическое развитие ребенка, то есть определить специфику психического развития среди других процессов развития.
Глава 1. Онтогенез психического развития ребёнка
Современная психология четко различает несколько основных этапов онтогенетического развития. Остановимся кратко на каждом их этих этапов, попытаюсь показать, какой основной формой жизнедеятельности характеризуется каждый из них и к каким психическим новообразованиям приводит каждая из этих форм жизнедеятельности.
Первым с полным основанием может быть призван эмбриональный этап развития, или этап внутриутробного детства. Характерным для этого этапа является тот факт, что эмбрион развивается в условиях однородной неизменной среды, и вся жизнедеятельность эмбриона, по сути дела, сводится к процессу роста или созревания. Ведущей силой в этом созревании является реализация наследственно заложенных программ. Концепция, придающее основное ведущее значение созреванию, вполне пригодна именно и только для этого эмбрионального этапа развития.
От эмбрионального этапа развития отличается все дальнейшее прижизненное развитие, которое проделывает ребенок после рождения на свет. Основное новое, что характеризует дальнейшие этапы прижизненного развития ребенка после рождения, заключается в том, что ребенок после рождения вступает в активные взаимоотношения с окружающей средой, и эти отношения со средой меняются на последовательных этапах развития, и с изменением форм жизнедеятельности изменяются и психические процессы ребенка.
Первым этапом прижизненного развития является период младенчества. Этот этап отличается тем, что ребенок, отделившийся от матери, еще полностью остается зависимым от нее физиологически. Мать кормит ребенка, и если бы она не кормила ребенка, он погиб бы. По сути говоря, единицей существования является здесь не ребенок, а ребенок при матери, ребенок связанный с матерью, а основной формой жизнедеятельности – отношение ребенка к кормящей матери.
Характерной чертой для этой ведущей формы жизнедеятельности ребенка является сосание или питание, которое впервые при переходе к условиям самостоятельного существования становится активным процессом. Ребенок начинает ощущать голод и просит еды, проявляя потребность в пище общим беспокойством. Такой активной потребности во внутриутробном развитии не было потому, что ребенок питался автоматически. Здесь он начинает требовать пищу, искать ее. И в этом инстинкте питания возникает первая ориентировочная деятельность ребенка.
Характерной особенностью для этого этапа развития является вместе с тем и то, что мать не только кормит ребенка, она ухаживаете за ним, укачивает его, говорит с ним. И это первое общение матери с ребенком является фактором, который переводит ребенка младенческого периода на следующую, вторую стадию прижизненного развития раннего детства. Эта стадия раннего и преддошкольного детства постепенно складывается к концу первого – к началу второго года жизни ребенка. К этому периоду ребенок отделяется от матери физиологически, мать перестает кормить ребенка грудью. Но ребенок еще не отделяется от матери социально. Ребенок, который перестал уже зависеть от непосредственного питания грудью, продолжает еще социально зависеть от матери. Мать разговаривает с ним, указывает на предметы, дает ему манипулировать вещами и тем самым вводит ребенка в мир социального опыта, в мир социально – сформированных названий, в мир языка.
Первый и весь второй и третий годы развитие ребенка – это и есть период социального формирования психических процессов, которые происходят в общении матери (а позднее и окружающих) с ребенком.
К концу первого года ребенок начинает ползать, а к середине второго года ходить. Мир ребенка расширяется, и его жизнедеятельности возникают новые формы.
У ребенка, который манипулирует вещами, начинают возникать движения, которые уподобляются предметам, и, следовательно, начинают носить новый предметный характер. Ребенок берет большой мяч двумя руками, а маленькое кольцо одной рукой и пальцами: его движения уподобляются предмету и начинают приобретать специфический, человеческий предметный характер. Возникает новая форма жизнедеятельности ребенка, которая не имела место на первом этапе развития: формирование предметных движений и действий является важнейшим фактом этого этапа развития ребенка.
Вместе с тем, важнейшим фактом, формируемым в этот второй, преддошкольный период является и овладение языком и развитие речи. Ребенок, который сначала только слушал речь взрослого и понимал язык взрослого задолго до того, как начал говорить, постепенно переходит от этапа пассивной стадии языка (иногда он понимает слова, но не говорит сам) к активной фазе развития языка, когда он начинает не только понимать обращенную к нему речь, но и активно называть предметы, затем активно обозначать действия и значительно позже начинает активно называть качества и отношения.
В языке ребенка сначала появляется диффузное обозначение предметов, еще не отделенное от обозначения действий: слово «тпру» в этом возрасте может обозначать и «лошадка», и «поедем», и «остановись» и так далее. Постепенно в этой фразе аморфные слова начинают заменяться морфологически дифференцированными словами: вместо обозначения лошадки комплексом звуков «тпру», ребенок говорит «тпрунька», а это уже обозначает лошадку, но никак не обозначает действие. Возникают глаголы – «пойдем, «идем», «едем», возникают прилагательные, а затем целые фразы. Ребенок начинает отражать не только предметы, но и сложные их связи и отношения. Формируются сложные формы отражения действительности в языке, на которых мы останавливались в прошлых лекциях.
Возникновение предметной деятельности и речи есть важнейшее новообразование этой стадии психического развития ребенка. Жизнедеятельность ребенка принимает здесь новые социально складывающиеся формы, а вместе с тем начинают проявляться существенные изменения в строении психических процессов ребенка.
В процессе развития предметной деятельности и речи ребенок начинает выделять важнейшие свойства вещей и обозначает их названиями, а с этим меняется и восприятие ребенка, который приобретает предметный характер и которые все больше превращается в сложные формы наглядного анализа и синтеза. Выделение с помощью речи отдельных предметов и их свойств вносит новые черты в организацию внимания ребенка, придает его ориентировочной деятельности сложный организованный характер.
С развитием фразы и элементарных суждений начинает выделятся отношение вещей, ребенок начинает формировать новые виды отражения действительности, которые еще были недоступны ему на первой раннее стадии развития и которые составляют основу новых форм мышления.
Все это приводит ребенка на третью прижизненную фазу развития – фазу дошкольного детства.
Мы относим к дошкольному детству возраст от двух с половиной – трех лет до 5 – 5,5 лет. Для этого этапа дошкольного детства снова выступают – как характерные – новые формы жизнедеятельности, которые не имели место на предыдущей фазе и которые складываются лишь на этой новой фазе.
Ребенок дошкольного возраста не только начинает говорить, но начинает строить свое поведение согласно тем программам, которые формируют взрослые в языка и которые сам ребенок начинает формулировать своей собственной речью. С помощью своей речи ребенок анализирует те отношения между вещами, которые он воспринимает, а затем постепенно начинает подчиняться этим отношениям между вещами, которые он сформулировал в своей собственной речи и в своем собственном предметном опыте. Возникает то новообразование, которое не имело места на предыдущем этапе и которое нужно обозначить как игру: ребенок начинает играть не так, как играл ребенок преддошкольного возраста.
Ребенок полутора или двух лет тоже играет, но вся его игра исчерпывается манипуляцией вещами. Он тянет за колечко, он схватывает мячик, выбрасывает его из колыбельки и снова поднимает его, он подползает к резиновому мячику и очень быстро начинает его сосать. В дальнейшем эти манипуляции усложняются, но еще не приобретают качественно нового характера.
Ребенок дошкольного возраста обнаруживает более сложные игры – для него игра – это воспроизведение известной ситуации, которую он пережил, которую он усвоил в своей предметной деятельности и которую он сформировал в речи.
Ребенок дошкольного возраста переходит к сюжетным играм. Он берет палочку, садится на эту палочку, говорит: «Но, но, но!» и едет на этой палочки так, как он ехал на игрушечной лошадке.
Ребенок этого возраста может подойти к ковру и начать «собирать цветочки» на этом ковре так, как он собирал цветочки в саду. Ребенок этого возраста обладает богатым воображением, воспринимающим прошлый опыт; он формирует этот опыт в речи и подчиняется этой речи.
Так создается сюжетная игра; в ней ребенок не просто подчиняется непосредственным впечатлениям, получаемым из внешней действительности, перешифровывает эти впечатления соответственно принятому сюжету: палка для него становится лошадкой, ковер становится для него садиком, где он собирает цветы, а какая-нибудь скамейка и несколько чашек становятся кухней или магазином, сюжет которых ребенок и разыгрывает. Возникает поведение в воображаемом плане, то есть поведение, подчиняющееся не столько впечатлениям о внешней среде, сколько осмыслению этой среды, перешифровки среды в известных речевых формулах.
К концу дошкольного возраста возникает еще новый, более сложный вариант игровой деятельности – игра с правилами. Ребенок старшего дошкольного возраста не просто воспроизводит в игре известный сюжет, – он усваивает правила, которым подчиняет все свое поведение. Если он изображает часового, который должен неподвижно стоять, то подчиняется этому правилу игры и застывает на месте, обнаруживая возможности торможения своего поведения, далеко выходящих за пределы обычных. Так возникает новая форма поведения – игра с правилами, и поведение уже целиком подчиняется словесно сформулированным системам намерений. Игра с правилами есть последнее новообразование дошкольного возраста. Она не только развивает воображение, как это делала сюжетная игра, но развивает умение ребенка подчиняться известным инструкциям или правилам, то есть закладываются основы волевой деятельности ребенка. Все это является переходом к следующему этапу психического развития ребенка – к этапу школьного возраста. Этот этап школьного возраста связан опять совершенно новыми формами взаимоотношений со средой, совершенно новыми формами жизнедеятельности. Ребенок приходит в школу, где он должен учиться, и это радикально меняет те формы отношений со средой, которые складывались в дошкольном возрасте. В дошкольном возрасте ребенок, который подчинялся реальной или воображаемой ситуации, а иногда и правилам игры, жил по собственной программе или программе, которую ему давали общающиеся с ним взрослые. В школьном возрасте ребенок начинает жить по программе учителя, по программе школы. Школа формирует для ребенка новые требования, которые не имели места в дошкольном возрасте, создаются новые, не имеющиеся раннее мотивы.
Ребенок, который с первого же дня школы учится сидеть смирно, аккуратно складывать свои книги и тетрадки, учится писать, то есть изображать в тетради совершенно бессмысленные для него палочки и кружочки, начинает тем самым выполнять программу учителя, и эта программа приводит его к овладению новыми системами знаний и новыми системами средств (письмом, счетом, которые являются новыми средствами его интеллектуальной деятельности).
Усвоение этих новых знаний и новых средств интеллектуальной деятельности переводят ребенка на новую фазу и создает новые психические формулы деятельности, психические новообразования.
Такими психическими новообразованиями, формируемыми в школьном возрасте, являются, прежде всего, абстрактные действия (например писать палочки, изображать буквы); отвлеченное восприятие (например, абстрагировать из слов звуки, из которых состоят слова). Это ведет к возникновению отвлеченного мышления, потому что чем, как не отвлеченным мышлением, является элементарный счет, называние предметов, анализ отношений, в которые вступают предметы, отношения, усваиваемые в виде новых систем школьных знаний?
Школьный возраст начинается с внешних действий: для того, чтобы пересчитать, ребенок перебирает вещи рукой. Затем он начинает называть вещи числом, а потом начинает счет в уме. Последним новообразованием школьного возраста и является формирование умственных действий ребенка и тех интеллектуальных процессов, которые кладутся в основу всего дальнейшего развития познавательных процессов. Это создание умственных внутренних действий, которые формируются в школьном возрасте, является основой для переход к следующему этапу – подростковому, юношескому – и наконец к взрослому возрасту, в котором формируются основные сложные виды умственной деятельности, мотивы к труду, моральные ценности, умственные операции – и все это кладет основы для формирования тех видов психической деятельности, которые свойственны зрелому человеку.
Вот краткое перечисление основных этапов, через которые проходит ребенок в онтогенезе.
Раскрытие основных принципов психологического развития надо начать с изучения на трех основных концепций психологического развития в онтогенезе, которые до сир пор остаются широко распространенными в психологической науке. Первая из них – это теория психологического развития как биологического созревания; вторая – теория психологического развития как обучение и третья – теория, которая принята сейчас в психологической науке – теория психологического развития как качественное изменение психологических процессов, формируемых в деятельности ребенка, в его активном общении с окружающей седой. Так как борьба этих трех теории с победой последней теории составляет существенное ядро всей теории психологии, надо остановиться подробнее на их принципиальных основах.
1. Психоанализ
Психоанализ был и остается для нас самым противоречивым и таинственным методом психологии. Слово это знает каждый, даже самый далекий от психологии человек. Ну кто не слышал о Зигмунде Фрейде?
С другой стороны, психоанализ является мало распространенным и доступным, поскольку в Казахстане еще не сформирована практика психоанализа.
Получит ли этот метод у нас такую же широкую популярность, как на Западе, — покажет время.
Психоанализ неотделим от имени Зигмунда Фрейда. Соответствует ли то, чем вы занимаетесь сейчас, классическому образцу, или это уже что-то другое?
Зигмунд Фрейд остается отцом-основателем психоанализа. Знание его теории необходимо для человека, который интересуется психоанализом. Сейчас возникло много разных направлений, которые называют себя фрейдистскими, но они развивают какую-нибудь одну из идей фрейдизма.
Психоаналитикам хорошо известно имя Мелани Кляйн. Она, если можно так сказать, является изобретателем психоанализа для детей. В Англии, например, возникли целые течения, которые основаны последователями М. Кляйн.
Фрейд в 1905 году создал учение о детском психоанализе. Это учение базировалось на его воспоминаниях и на поведении его отца. А Мелани Кляйн, вопреки существовавшему мнению, что на маленького ребенка можно воздействовать только через родителей, стала практиковать общение с ребенком в русле психоанализа. Для этого она использовала массу предметов и игрушек. Ими наполнялась комната, они помогали устанавливать контакт с маленьким человечком.
Хотя английская школа детского психоанализа продолжала называться фрейдистской, она пошла по собственному пути. Акцент, в частности, был сделан на взаимотношениях ребенка с матерью, а не только с отцом. Особое внимание обращалось на отношения человека (ребенка или взрослого) с его окружением.
Во Франции крупнейшим последователем Фрейда был Жак Лакан, который внес свое понимание в психоанализ. Для Лакана основным фактором является речь человека, которая и отражает подсознательное. При этом Лакан считал себя учеником Зигмунда Фрейда.
Учение Фрейда сохранилось, и ему верны очень многие, но возникло как минимум шесть-семь разных направлений в психоанализе, сам Зигмунд Фрейд был бы удивлен, если бы узнал, во что сегодня превратилось его учение.
Работа с детьми остается приоритетной для психоанализа, поскольку чем раньше начинаешь заниматься с ребенком психоанализом, тем больше вероятность того, что он избежит каких-либо проблем в будущем.
Выдающиеся английские детские психоаналитики Джеймс Винникотт и Джон Боулби занимались трудными детьми. Вообще английская школа внесла весомый вклад в развитие психоанализа и стоит того, чтобы труды ее представителей были переведены на русский язык. Английские психоаналитики изучали ребенка в его окружении, занимались предупреждением умственных нарушений и болезней, связанных с расстройством психики.
У детского психоанализа большое будущее, в том числе и в Казахстане, поскольку большинство проблем ребенка лежат к области подсознательного и имеют своей исходной точкой взаимоотношения с родителями.
В процессе психоанализа могут произойти какие-то прояснения (изменения) в отношениях между родителями и родителей с детьми. Причем не только осмысленные, осознанные, но и неосознанные. Наряду с этим открывается возможность увидеть глубинный источник проблем. Понять истинные переживания детей можно через игру, через рисунки. Психоанализ дает возможность найти причины насилия в семье, в том числе и сексуального, поскольку эти причины лежат в области бессознательного. Через психоанализ также можно понять детскую сексуальность, ее выражение у детей.
Психоанализ в свое время дал возможность женщине выговориться, точно так же и ребенок получил право говорить не через родителей, а самостоятельно. Даже если родители не исключаются из этого контакта. При этом психоаналитик никогда не будет говорить что-то матери за спиной у ребенка. Проговаривая свои проблемы, ребенок уже начинает их разрешать. Ведь ребенок — полноценный человек и он имеет право на собственный мир.
Большинство психиатров и психотерапевтов, которые работают с детьми, используют психоанализ. Возможно, что они сами проходили курс психоанализа и знают, что это такое. Это очень важно. Сейчас пациентами психоаналитиков нередко являются преподаватели школ или социальные работники, то есть те люди, которые потом используют этот опыт для работы с детьми. Это помогает им.
Психоаналитики убеждены, что именно слово является главным средством для выявления подсознательных мотивов.
Подобные методы дают хороший эффект даже при работе с новорожденными детьми, не имеющими органических нарушений. Замечено, что соматические нарушения связаны с тем, что родители недостаточно говорят с ребенком, мало общаются с ним, не смотрят на него. Психоаналитик начинает говорить с ребенком в присутствии матери, и это дает потрясающие результаты. Ребенка как бы «опускают в ванночку речи». И он «купается» в окружении этих слов, этой речи, получая то лечение, которое ему необходимо.
Психоанализ в раннем возрасте особенно ценен тем, что его последователи стараются как можно меньше прибегать к лекарственным препаратам. Понятно, что опасно прописать совсем маленькому ребенку в качестве успокоительного химический препарат. Конечно, и это применяется, особенно в США. Но единственное безопасное лекарство — это слово.
Глава 2. Принципы исследования психического развития
2.1 Развитие психологического процесса как постепенного биологического созревания
Обратимся к первой теории – теории развития психологического процесса как постепенного биологического созревания. Характерным для этой теории является одно исходное положение: признавая развитие как трансформацию, систему качественных изменений психологических процессов, сторонники этой теории подходят к развитию как к спонтанно текущему процессу, как к процессу спонтанного биологического созревания, лишь в очень малой степени зависящему от влияния среды.
Исходными из этих представлений являются наблюдения, которые ученые проделали в эмбриогенезе, то есть наблюдения за основными этапами внутриутробного развития ребенка.
Чем характеризуется созревание ребенка во внутриутробного развития? Во – первых, это процесс, который происходит в однородной среде, ибо что может быть более однородным, чем условия существования в околоплодной жидкости, которая заполняет плодный мешок и не изменяется в процессе всего развития эмбриона животного или человеческого эмбриона? При таких однородных условиях существования можно констатировать совершенно закономерное и никогда не меняющее своих этапов морфологическое и функциональное созревание. Морфологически это созревание заключается в постепенном изменении форм тела эмбриона, причем это постепенное созревание подчинено удивительному по своему интересу закону. У ученых, наблюдавших развитие человеческого эмбриона, сложилось впечатление, что человеческий зародыш в своем развитии, которое, как известно, исчерпывается девятью месяцами, проходит все этапы филогенеза, начиная от стадии, характеризующей строение тела у низших позвоночных, рыб, затем низших млекопитающих и кончая той стадией, в которой родится ребенок, – стадией, когда его тело уже имеет существенные очертания тела человека. На ранних стадиях развития у эмбриона есть жаберные щели (такие жаберные щели, как у рыб), но постепенно они зарастают и их функциональное место заменяет легочная ткань. На следующем этапе эмбрион переходит к формам строения тела, характерным для наземных животных. На ранних стадиях развития трудно отличить эмбрион человека от эмбриона морской свинки, собаки, и лишь на поздних стадиях развития эмбрион приобретает все черты развитого человеческого тела.
Значит, говорили эти последователи, основной закон морфологического развития в эмбриогенезе сводится к тому, что, во–первых, это развитие носит биологически спонтанный характер, оно не зависит от влияния среды, оно предначертано, заложено программой, которая записано в зародышевой клетке и затем только спонтанно развертывается. И, во–вторых, развитие эмбриона в своих основных чертах повторяет развитие рода.
Этот последний закон был назван законом рекапитуляции или повторения, или основным биогенетическим законом. Согласно этому закону, все развитие подчинено заранее предначертанной программе, заложенной в яйцеклетке. В силу этого, биогенетический закон носит фатальный характер и может быть иначе обозначен как закон преформизма.
Согласно этой основной концепции, внешняя среда может только либо остановить, либо ускорить процесс развития, но никак не может создать новых форм развития. Новые формы развития складываются только в результате мутаций, а эти мутации, как известно из биологии, появляются очень редко и на очень значительном промежутке времени. Они могут быть искусственно вызваны только специальными экстренными воздействиями, какими, например, являются воздействия рентгеновских лучей или радиации.
Представление о фатальной обусловленности морфологического развития программы, заложенные в зародышевой клетке, переносились этими авторами и на развитие нервной системы и на психологическое развитие.
2.2 Отождествление научения и развития
Другой подход к анализу проблемы развития, имеющий не менее длительную историю, чем только что изложенный, связан с общими установками бихевиоризма. Это направление имеет глубокие корни в эмпирической философии и наиболее соответствует американским представлениям о человеке: человек есть то, что делает из него окружение, его среда. Это направление в американской психологии, для которого понятие развития отождествляется с понятием научения, приобретения нового опыта. Большое влияние на разработку этой концепции оказали идеи И. П. Павлова. Американские психологи восприняли в учении И. П. Павлова идею о том, что приспособительная деятельность характерна для всего живого. Обычно подчеркивают, что в американской психологии был ассимилирован павловский принцип условного рефлекса, который послужил толчком для Дж. Уотсона к разработке новой концепции психологии. Это слишком общее представление. В американскую психологию вошла сама идея проведения строгого научного эксперимента, созданного И. П. Павловым еще для изучения пищеварительной систем. Первое описание И. П. Павловым такого эксперимента было в 1897 г., а первая публикация Дж. Уотсона — в 1913 г.
В наиболее ранних исследованиях научения на передний план выступила идея сочетания стимула и реакции, условных и безусловных стимулов: был выделен временной параметр этой связи. Так возникла ассоцианистическая концепция научения (Дж. Уотсон, Э. Газри). Когда внимание исследователей привлекли функции безусловного стимула в установлении новой ассоциативной стимульно-реактивной связи, возникла концепция научения, в которой главный акцент был сделан на значении подкрепления. Это были концепции Э. Торндайка и Б. Скиннера. Поиски ответов на вопрос о том, зависит ли научение, то есть установление связи между стимулом и реакцией, от таких состояний испытуемого, как голод, жажда, боль, получивших в американской психологии название драйва, привели к более сложным теоретическим концепциям научения — концепциям Н. Миллера и К. Халла. Две последние концепции подняли американскую теорию научения до такой степени зрелости, что она готова была ассимилировать новые европейские идеи из области гештальт-психологии, теории поля и психоанализа. Именно здесь наметился поворот от строгого поведенческого эксперимента павловского типа к изучению мотивации и познавательного развития ребенка.
Позднее всего американские ученые обратились к анализу ориентировочного рефлекса как необходимого условия выработки новой нервной связи, новых поведенческих актов. В 50-х — 60-х годах значительное влияние на эти исследования оказали работы советских психологов, и особенно, исследования Е. Н. Соколова и А. В. Запорожца. Большой интерес вызвало изучение таких свойств стимула, как интенсивность, сложность, новизна, цвет, неопределенность и др., выполненное канадским психологом Д. Берлайном. Однако Д. Берлайн, как и многие другие ученые, рассматривал ориентировочный рефлекс именно как рефлекс — в связи с проблемами нейрофизиологии мозга, а не с позиций организации и функционирования психической деятельности, с позиций ориентировочно-исследовательской деятельности.
Доведенная в концепции Б. Скиннера до своего логического конца механистическая трактовка поведения человека не могла не вызвать бурного возмущения многих гуманистически настроенных ученых.
— «Скиннер? О, да это тот самый, который думает, что люди — это крысы в клетках»;
— «По Скиннеру, мы все под контролем, куклы, и какой-то хозяйский ум дергает наши веревочки»;
— «Скиннер не приемлет человеческих чувств и эмоций, он слишком хладнокровен. Кроме того, он говорит, что нет таких вещей, как свобода и достоинство».
Известный представитель, гуманистической психологии К. Роджерс противопоставлял Б. Скиннеру свою позицию, подчеркивая, что свобода — это осознание того, что человек может жить сам, «здесь и теперь», по собственному выбору. Это мужество, которое делает человека способным вступать в неопределенность неизвестного, которую он выбирает сам. Это понимание смысла внутри самого себя. По мнению Роджерса, человек, который глубоко и смело выражает свои мысли, приобретает свою собственную уникальность, ответственно «выбирает сам себя». Он может иметь счастье выбрать среди сотни внешних альтернатив, или несчастье не иметь ничего. Но во всех случаях, его свобода тем не менее существует [249].
Атака на бихевиоризм и, особенно, на те его стороны, которые наиболее близки психологии развития, начавшаяся в американской науке в 60-х годах, проходила по нескольким направлениям. Одно из них касалось вопроса о том, как следует собирать экспериментальный материал. Дело в том, что опыты Б. Скиннера выполнялись часто на одном или нескольких испытуемых. В современной психологии многие исследователи считали, что закономерности поведения могут быть получены только путем просеивания индивидуальных различий и случайных отклонений. Этого можно достичь, лишь путем усреднения поведения многих испытуемых. Такая установка послужила причиной еще большего расширения масштабов исследования, разработки специальных приемов количественного анализа данных, поиска новых путей исследования научения, а вместе с ним и исследования развития.
2.3 Теория трех ступеней детского развития
Исследователи в европейских странах в большей степени были заинтересованы в анализе качественных особенностей процесса развития. Их интересовали стадии или этапы развития поведения в фило- и онтогенезе. Так, после работ И. П. Павлова, Э. Торндайка, В. Келлера австрийский психолог К. Бюлер предложил теорию трех ступеней развития: инстинкт, дрессура, интеллект. К. Бюлер связывал эти ступени, их возникновение не только с созреванием мозга и усложнением отношений с окружающей средой, но и с развитием аффективных процессов, с развитием переживания удовольствия, связанного с действием. В ходе эволюции поведения отмечается переход удовольствия «с конца на начало». По его мнению, первый этап — инстинкты — характеризуются тем, что наслаждение наступает в результате удовлетворения инстинктивной потребности, то есть после выполнения действия. На уровне навыков удовольствие переносится на самый процесс совершения действия. Появилось понятие: «функциональное удовольствие». Но существует еще предвосхищающее удовольствие, которое появляется на этапе интеллектуального решения задачи. Таким образом, переход удовольствия «с конца на начало», по К. Бюлеру — основная движущая сила развития поведения. К. Бюлер перенес эту схему на онтогенез. Проводя на детях эксперименты, подобные тем, которые В. Келлер проводил на шимпанзе, К. Бюлер заметил сходство примитивного употребления орудий у человекоподобных обезьян и ребенка, и поэтому сам период проявления первичных форм мышления у ребенка он назвал шимпанзеподобным возрастом. Изучение ребенка с помощью зоопсихологического эксперимента было важным шагом к созданию детской психологии как науки. Заметим, что незадолго до этого, В. Вундт писал, что детская психология вообще невозможна, так как ребенку недоступно самонаблюдение.
К. Бюлер никогда не причислял себя к биогенетистам. В его работах можно найти даже критику биогенетической концепции. Однако его взгляды — еще более глубокое проявление концепции рекапитуляции, так как этапы развития ребенка отождествляются со ступенями развития животных [18]. Как подчеркивал Л. С. Выготский, К. Бюлер пытался привести к одному знаменателю факты биологического и социокультурного развития и игнорировал принципиальное своеобразие развития ребенка. К; Бюлер разделял с почти всей современной ему детской психологией односторонний и ошибочный взгляд на психическое развитие как на единый и притом биологический по своей природе процесс.
Много позднее критический анализ концепции К. Бюлера был дан К. Лоренцем. Он указал, что представление К. Бюлера о надстройке в процессе филогенеза высших ступеней поведения над низшими противоречит истине. По мнению К. Лоренца, это три независимые друг от друга, возникающие на определенном этапе животного царства линии развития. Инстинкт не подготавливает дрессуры, дрессура не предшествует интеллекту. Развивая мысли К. Лоренца, Д. Б. Эльконин подчеркивал, что между стадией интеллекта и стадией дрессуры нет непроходимой грани. Навык — это форма существования интеллектуальным образом приобретенного поведения, поэтому может быть иная последовательность развития поведения: сначала интеллект, а затем навык. Если это верно для животных, то тем более это верно для ребенка. В развитии ребенка условные рефлексы возникают на второй-третьей неделе жизни. Нельзя назвать ребенка инстинктивным животным — ребенка надо учить даже сосать!
Истоки возникновения человечества утеряны, также утеряна и история детства. Памятники культуры в отношении детей бедны. Правда, послужить материалом для исследования может то, что народы развиваются неравномерно. В настоящее время есть племена и народы, которые находятся на низком уровне развития. Это открывает возможность проведения сравнительных исследований для изучения закономерностей психического развития ребенка.
Исследования антропологов и этнографов Х1Х-ХХ веков показывают, что ребенок с самого раннего детства — в подлинном смысле слова член общества. Он рано становится реальной частью производительных сил общества, и к нему относятся как к работнику. Так, например, известный исследователь аборигенов Австралии Фредерик Роуз, сообщает, что девушки некоторых австралийских племен выходят замуж в возрасте 8-9 лет, то есть до наступления половой зрелости. Этот парадокс объясняется тем, что аборигены относятся к браку совершенно иначе, чем европейцы. Ф. Роуз писал, что причина женитьбы мужчины на девушке, еще не достигшей половой зрелости, была экономической. Девочка входила в коллектив жен и обучалась у них выполнять возложенные на нее хозяйственные функции. Цель включения девушки в таком раннем возрасте в коллектив жен состояла не в немедленном предоставлении мужу дополнительных половых контактов, а в обучении ее старшими женами в той среде, где ей в будущем предстояло выполнять социальные и экономические задачи. Точно также многодетная семья, как подчеркивал Д. Б. Эльконин, имела не только биологические, но и социальные причины. Содержание детства, считал он, определяется тем положением, которое ребенок занимает в системе общественных отношений, оно различно в разные исторические эпохи. Историческое происхождение периодов детства свидетельствует о невозможности применения биогенетического принципа к характеристике детства. Преодоление биогенетических подходов к психике, ее развитию у ребенка происходило довольно длительное время.
2.4 Концепции конвергенции и противоречия двух факторов детского развития
В опытах Э. Торндайка (исследование приобретенных форм поведения) подчеркивалась возможность возникновения на инстинктивной основе новых форм поведения. Было показано, что под влиянием среды наследственные формы поведения обрастают приобретенными умениями и навыками. В результате этих исследований появилась уверенность в том, что все в поведении человека может быть создано, лишь бы для этого были соответствующие условия. Однако здесь вновь возникает старая проблема: чтов поведении от биологии, от инстинкта, от наследственности и что от среды, от условии жизни? Философский спор нативистов («существуют врожденные идеи») и эмпириков («человек — чистая доска») связан с решением этой проблемы.
Вопрос о том, оправдывается ли теория эмпиризма или теория нативизма при объяснении феноменов детского развития, интересовал одного из основоположников гештальтпсихологии — К. Коффку. В своих исследованиях детского развития К. Коффка выступил против витализма К. Бюлера (витализм — учение о несводимости высших форм поведения к низшим. К. Бюлер рассматривает развитие как «ряд внутренне не связанных друг с другом ступеней, которые не могут быть охвачены единым принципом». Механицизм — сведение сложного к простому. Э. Торндайк считает, что новое поведение возникает по принципу случайных действий, которые отбираются в соответствии с законом эффекта (33; 82]) и механицизма Э. Торндайка. По его мнению, система внутренних условий совместно с системой внешних условий определяет наше поведение. Поэтому развитие заключается не только в созревании, но и в обучении. К. Коффка считал, что поведение только тогда будет полностью описано, когда будут известны обе его стороны, и только такое описание позволит перейти к объяснению поведения. По мнению К. Коффки, надо изучать не только то, что ребенок делает, его внешнее поведение, но и его внутренний мир — мир его переживаний. Это и есть основной метод исследования К. Коффки, названный им психофизическим.
Психофизический метод имеет форму эксперимента. Исследователь создает ситуацию, по возможности, измеряемую, то есть соответствующую требованиям естественнонаучного эксперимента. Затем он изучает поведение испытуемого, планомерно изменяя ситуацию и исследуя изменения в поведении. В дополнение к этому экспериментатор должен учитывать сообщаемые испытуемым переживания, которые возникли у него в ходе эксперимента.
Для объяснения психологических явлений К. Коффка ввел новый принцип- принцип структурности. Он, с точки зрения К. Коффки, в одинаковой мере применим для раскрытия сущности инстинкта, дрессуры и интеллекта. К. Коффка обнаруживает его в поведении животных и в поведении ребенка. Он охватывает этим принципом и самые простые рефлексы новорожденного, и сложные формы детской игры, и обучение в школьном возрасте… Перечисление здесь можно остановить, ибо когда одним и тем же принципом объясняются столь разнородные явления, он становиться бессодержательным и практически ничего не объясняет.
Спор психологов о том, что же предопределяет процесс детского развития — наследственная одаренность или окружающая среда — привел к теории конвергенции этих двух факторов. Основоположник ее — В. Штерн. Он считал, что психическое развитие — это не простое проявление врожденных свойств и не простое восприятие внешних воздействий. Это — результат конвергенции внутренних задатков с внешними условиями жизни. В. Штерн писал, что ни об одной функции, ни об одном свойстве нельзя спрашивать: происходит ли она извне или изнутри? Закономерен лишь вопрос: что именно происходит в ней извне и что изнутри? Потому что в ее проявлении действуют всегда и то, и другое, только всякий раз в разных соотношениях.
За проблемой соотношения двух факторов, которые влияют на процесс психического развития ребенка, чаще всего скрывается предпочтение фактора наследственной предопределенности развития. Но даже и в том случае, когда исследователи подчеркивают примат среды над наследственным фактором, им не удается преодолеть биологизаторский подход к развитию, если среда обитания и весь процесс развития трактуется как процесс приспособления, адаптации к условиям жизни.
В. Штерн, как и другие его современники, был сторонником концепции рекапитуляции. Часто упоминаются его слова о том, что ребенок в первые месяцы младенческого периода с еще неосмысленным рефлекторным и импульсивным поведением находится на стадии млекопитающего; во втором полугодии благодаря развитию схватывания предметов и подражанию, он достигает стадии высшего млекопитающего — обезьяны; в дальнейшем, овладев вертикальной походкой и речью, ребенок достигает начальных ступеней человеческого состояния; первые пять лет игры и сказок он стоит на ступени первобытных народов; затем следует поступление в школу, которое связано с овладением более высокими социальными обязанностями, что соответствует, по мнению В. Штерна, вступлению человека в культуру с ее государственными и экономическими организациями. Простое содержание античного и ветхозаветного мира наиболее адекватно в первые школьные годы детскому духу, средние годы носят черты фанатизма христианской культуры, и только в периоде зрелости достигается духовная дифференциация, соответствующая состоянию культуры Нового времени. Уместно вспомнить, что достаточно часто пубертатный возраст называют возрастом просвещения. Стремление рассматривать периоды детского развития по аналогии с этапами развития животного мира и человеческой культуры показывает, как настойчиво исследователи искали общие закономерности эволюции.
Столь же напряженным был поиск причин детского развития. Поэтому споры о том, что определяет детское развитие, какой из двух факторов имеет решающее значение, не прекратились до сих пор; только теперь они перенесены в экспериментальную сферу. По мнению ряда исследователей, измерение удельного веса наследственности и среды открывает метод изучения близнецов, однако данные, полученные с помощью этого метода, не представляются доказательными. Важно подчеркнуть, что в самом замысле близнецовых исследований лежит предпочтение наследственного фактора, а среда рассматривается как среда обитания, то есть биологически. Как указывал Д. Б. Эльконин, в методологии исследования близнецов есть одно неверное допущение: рассматривается только проблема тождественности или нетождественности наследственного фонда, а проблему средовых влияний всегда рассматривают как тождественную. Но это методологически порочно, так как не существует одной (одинаковой) социальной среды, где воспитываются близнецы, — все дело в том, с какими элементами среды ребенок активно взаимодействует. Поэтому для валидности исследования нужно выбирать такие ситуации, в которых уравнение содержит одно, а не два неизвестных. В настоящее время с помощью близнецового метода изучаются не проблемы развития, а проблемы индивидуальных различий (И. В. Равич-Щербо и др.).
Теория конвергенции рассматривает психическое развитие как процесс, который складывается под влиянием икс-элементов наследственности и игрек-элементов среды. Это самая распространенная концепция в современной психологии, она соответствует здравому смыслу: «яблоко от яблони недалеко падает» и «с кем поведешься, от того и наберешься». До сих пор психологи продолжают взвешивать два этих фактора. Так, английский психолог Г. Айзенк считал, что интеллект определяется на 80% влиянием среды. Все современные теории отличаются друг от друга только тем, как они трактуют взаимодействие наследственности и среды, созревания и научения, биологии и культуры, врожденных и приобретенных способностей в ходе психического развития. Американский психолог Дж. Вулвилл предложил четыре модели влияния опыта на развитие поведения: первая модель — «больничная койка» — субъект находится под влиянием среды как беспомощный пациент (таковы условия первых месяцев жизни); вторая модель — «луна-парк» — субъект выбирает те развлечения, которые он хочет испытать, но он не может изменить их последующее влияние на себя (так, например, как только субъект решил принять участие в езде на американских горках, он мало может изменить опыт своих переживаний); третья модель — «соревнование пловцов» — опыт подобен плавательной дорожке, на которой по стартовому сигналу субъект осуществляет свой путь фактически независимо от внешних стимулов (среда здесь лишь поддерживающий контекст для поведения субъекта); наконец, четвертая модель — «теннисный мяч» — здесь осуществляется постоянное взаимодействие между влиянием среды и субъектом, теннисист должен приспосабливаться к действиям своего противника, и в то же время он влияет на поведение другого игрока способом отражения мяча.
Эти четыре модели показывают, что разные трактовки роли опыта в динамике поведения ставят одну из ключевых проблем психологии — проблему активности субъекта в процессе развития. По мнению многих исследователей, важное значение имеет также и время, когда осуществляется то или иное воздействие среды. Проблема факторов развития породила интерес психологов к проблеме сензитивных периодов детского развития.
Концепция социального научения показывает, как ребенок приспосабливается в современном мире, как он усваивает привычки и нормы современного общества. Представители этого направления считают, что, наряду с классическим обуславливанием и оперантным научением, существует также научение путем имитации, подражания. Такое научение стало рассматриваться в американской психологии как новая — третья форма научения. С самого начала надо подчеркнуть, что в теории социального научения проблема развития поставлена с позиции первоначального антагонизма ребенка и общества, заимствованной от фрейдизма, и отметить некоторые важные частные достижения этой концепции.
Так, А. Бандура правильно и своевременно выступил против произвольного переноса данных, полученных на животных, на анализ человеческого поведения. Р. Сирс предложил принцип диадического анализа личности. Поскольку действия каждого человека всегда зависят от другого и ориентированы на него, то многие свойства личности первоначально формируются в так называемых «диадических ситуациях». Диадические отношения — это отношения ребенка и матери, учителя и ученика, отца и сына и т.п. По мнению Р. Сирса, нет строго фиксированных и неизменных черт личности (например, агрессивности и доброжелательности). Соответствующее поведение всегда зависит от личностных свойств другого члена диады. Дж. Уайтинг с коллегами, продолжив известные исследования М. Мид, показал плодотворность сравнительного изучения детей в разных культурах. Изучив в 70 культурах способы ухода за младенцами (способы кормления, ухода, укладывания спать, а позже- приучения к опрятности и игры детей), исследователи пришли к выводу о детерминирующем влиянии этих аспектов жизни ребенка на его восприятие мира. У. Бронфенбреннер выдвинул идею о том, что результаты коротких лабораторных экспериментов с детьми должны быть проверены в длительных исследованиях естественного хода развития, в которых должны быть учтены факторы воспитания в семье и группе сверстников.
Непосредственное психоаналитическое изучение ребенка в американской психологии также имеет длительную историю, которая связана с именем Э. Эриксона. Анализ детских игр, проведенный Э. Эриксоном, его наблюдения за развитием детей в двух резервациях американских индейцев, а также исследование биографий известных исторических личностей привело его к созданию концепции жизненного пути личности. Сравнение воспитания детей в индейских племенах с воспитанием белых американских детей позволило ему сделать вывод, что в каждой культуре имеется особый стиль воспитания детей — он всегда принимается матерью как единственно правильный. Однако, этот стиль определяется тем, что ожидает от ребенка общество (племя, класс или каста), в котором он живет. Каждой стадии развития человека соответствуют свои, присущие данному обществу ожидания, которые индивид может оправдать или не оправдать. Из этих соображений вытекает идея Э. Эриксона о групповой и личной идентичности. Все детство человека от рождения до юности рассматривается им как длительный, двадцатилетний период формирования зрелой психосоциальной идентичности, в результате которого человек приобретает субъективное чувство принадлежности к своей социальной группе, понимание тождественности и неповторимости своего индивидуально бытия.
Э. Эриксон — последователь 3. Фрейда, однако, по признанию современников, он расширил фрейдовскую концепцию, вышел за ее рамки. Вслед за 3. Фрейдом он принимает неосознанную мотивацию, но посвящает свои исследования главным образом процессу социализации, включению ребенка в общество. Однако, и по этой концепции общество оказывает влияние на развитие личности по бихевиористской модели — по принципу «плюс-минус подкрепление». Если индивид оправдывает надежды общества, он включается в него, если нет — отвергается.
2. Анализ трудов авторов психоаналитической теории детского развития
2.1 Теория Зигмунда Фрейда
В одной из старых книг о психоанализе приводятся слова А. Шопенгауэра о том, что человеческая душа — это тугой узел, который невозможно развязать, и З.Фрейд — первый ученый, сделавший попытку распутать этот узел.
Психоанализ возник как метод лечения, но почти сразу же был воспринят как средство получения психологических фактов, которые стали основой психологической системы.
Анализ свободных ассоциаций пациентов привел З.Фрейда к выводу, что болезни взрослой личности сводятся к переживаниям детства. Детские переживания, по З.Фрейду, имеют сексуальную природу. Это чувство любви и ненависти к отцу или матери, ревность к брату или сестре и т.п. З.Фрейд считал, что этот опыт оказывает неосознанное влияние на последующее поведение взрослого. Несмотря на то, что метод психоанализа был разработан на взрослых испытуемых и требует существенных дополнений для исследования детей, полученные З.Фрейдом данные указывают на определяющую роль детского опыта в развитии личности. Проводя исследования, З.Фрейд был удивлен неспособностью пациентов понимать значение своих воспоминаний, свободных ассоциаций и сновидений. То, что было ясно для самого З.Фрейда, пациенты решительно отрицали. Пациенты думали и жили в одной системе координат, в то время как другой пласт их жизни — уровень бессознательного — крайне важный детерминант их поведения, отвергался ими как не существующий. Только после многих психоаналитических сеансов пациенты начинали понимать неосознанное значение того, что они говорят и делают. Именно эти крайне важные, неосознанные детерминанты поведения стали для З.Фрейда предметом исследования. Два открытия З.Фрейда — открытие бессознательного и открытие сексуального начала — составляют основу теоретической концепции психоанализа.
В первые годы своей работы З.Фрейд представлял психическую жизнь состоящей из трех уровней: бессознательного, предсознательного и сознательного. Источником инстинктивного заряда, придающего поведению мотивационную силу, он считал бессознательное, насыщенное сексуальной энергией. З.Фрейд обозначил ее термином «либидо». Эта сфера закрыта от сознания в силу запретов, налагаемых обществом. В предсознательном теснятся психические переживания и образы, которые без особого труда могут стать предметом осознания. Сознание не пассивно отражает процессы, которые содержатся в сфере бессознательного, но находится с ними в состоянии постоянного антагонизма, конфликта, вызванного необходимостью подавлять сексуальные влечения. Первоначально эта схема и была приложена к объяснению клинических фактов, полученных в результате анализа поведения невротиков.
Позднее в работах «»Я» и «Оно»», «По ту сторону удовольствия» З.Фрейд предложил иную модель человеческой личности. Он утверждал, что личность состоит из трех основных компонентов: «Оно», «Я» и «Сверх-Я».
«Оно» — наиболее примитивный компонент, носитель инстинктов, «бурлящий котел влечений». Будучи иррациональным и бессознательным, «Оно» подчиняется принципу удовольствия.
Инстанция «Я» следует принципу реальности и учитывает особенности внешнего мира, его свойства и отношения.
«Сверх-Я» служит носителем моральных норм. Эта часть личности выполняет роль критика и цензора. Если «Я» примет решение или совершит действие в угоду «Оно», но в противовес «Сверх-Я», то оно испытает наказание в виде чувства вины, укоров совести.
Поскольку требования к «Я» со стороны «Оно», «Сверх-Я» и реальности несовместимы, неизбежно его пребывание в ситуации конфликта, создающего невыносимое напряжение, от которого личность спасается с помощью специальных «защитных механизмов» — таких, например, как вытеснение, проекция, регрессия, сумбимация. Вытеснение означает непроизвольное устранение из сознания чувств, мыслей и стремлений к действию. Проекция — это перенос на другое лицо своих аффективных переживаний любви или ненависти. Регрессия — соскальзывание на более примитивный уровень поведения или мышления. Сублимация — один из механизмов, благодаря которому запретная сексуальная энергия переносится на виды деятельности, приемлемые для индивида и общества, в котором он живет.
Личность, по З.Фрейду, — это взаимодействие взаимно побуждающих и сдерживающих сил. В психоанализе изучается природа этих сил и структуры, в соответствии с которыми это реципрокное взаимодействие осуществляется. Динамика личности определяется действием инстинктов. Они состоят из четырех компонентов: побуждение; цель, т.е. достигнутое удовлетворение; объект, с помощью которого цель может быть достигнута; источник, в котором побуждение порождается. Одно из основных положений психоаналитического учения о развитии личности заключается в том, что сексуальность и есть основной человеческий мотив. Важно подчеркнуть, что З.Фрейд трактовал сексуальность очень широко. По его мнению, это все то, что доставляет телесное удовольствие. Для маленького ребенка — это ласки, прикосновения, поглаживания тела, обнимания, поцелуи, удовольствие от сосания, от освобождения кишечника, от теплой ванны и многое другое, без чего невозможна жизнь и что каждый младенец постоянно в той или иной мере получает от матери. В детстве сексуальные чувства очень общи и диффузны. Инфантильная сексуальность предшествует взрослой сексуальности, но никогда не определяет полностью сексуальные переживания взрослого.
Сексуальные влечения по З.Фрейду носят амбивалентный характер. Существуют инстинкты жизни и смерти, следовательно, личности изначально свойственны конструктивные и деструктивные тенденции.
В соответствии со своей сексуальной теорией психики З.Фрейд все стадии психического развития человека сводит к стадиям преобразования и перемещения по разным эрогенным зонам либидонозной иди сексуальной энергии.
Эрогенные зоны — это области тела, чувствительные к стимулу; будучи стимулированы, вызывают удовлетворение либидонозных чувств. Каждая стадия имеет свою либидонозную зону, возбуждение которой создает либидонозное удовольствие. Перемещение этих зон создает последовательность стадий психического развития. Таким образом, психоаналитические стадии — это стадии психического генеза в течение жизни ребенка. В них отражено развитие «Оно», «Я», «Сверх-Я» и взаимовлияние между ними.
Оральная стадия (0-1 год). Оральная стадия характеризуется тем, что основной источник удовольствия, а, следовательно, и потенциальной фрустрации, сосредоточивается на зоне активности, связанной с кормлением. Оральная стадия состоит из двух «фаз — ранней и поздней, занимающих первый и второй полугодия жизни. Она характеризуется двумя последовательными либидонозными действиями (сосание и укус). Ведущая эрогенная область на этой стадии — рот, орудие питания, сосания и первичного обследования предметов. Сосание, по З.Фрейду, это тип сексуальных проявлений ребенка. Если бы младенец мог выразить свои переживания, то это было бы, несомненно, признание, что «сосание материнской Груди есть самая важная вещь в жизни».
Сначала сосание связано с пищевым наслаждением, но после некоторого времени сосание становится либидонозным действием, на почве которого закрепляются инстинкты «Оно»: ребенок иногда сосет в отсутствии пищи и даже сосет свой большой палец. Этот тип наслаждения в трактовке З.Фрейда совпадает с сексуальным наслаждением и находит предметы своего удовлетворения в стимуляции собственного тела. Поэтому эту стадию он называет аутоэротичной. В первое полугодие жизни, считал З.Фрейд, ребенок еще не отделяет свои ощущения от объекта, которым они были вызваны. Можно предположить, что мир ребенка — это мир без объектов. Ребенок живет в состоянии первичного нарциссизма, при котором он не осознает существования других объектов в мире. Глобальное базисное нарциссическое состояние — это сон, когда младенец ощущает тепло и не имеет никакого интереса к внешнему миру. Во второй фазе младенческого возраста у ребенка начинает формироваться представление о другом объекте (матери) как существе, независимом от него. Можно заметить, что ребенок испытывает беспокойство, когда мать уходит или вместо нее появляется незнакомый человек.
Внутриутробное существование человека, по З.Фрейду, в противоположность большинству животных, относительно укорочено; на свет он появляется менее подготовленным, чем они. Тем самым усиливается влияние реального внешнего мира, развивается дифференциация «Я» и «Оно», повышаются опасности со стороны внешнего мира и чрезмерно вырастает значение объекта, который один может защитить от этих опасностей и как бы возместить потерянную внутриутробную жизнь. И этот объект — мать. Биологическая связь с матерью вызывает потребность быть любимым, которая уже больше никогда не покидает человека. Разумеется, мать не может по первому требованию удовлетворять все желания младенца, при самом лучшем уходе неизбежны ограничения. Они и есть источник дифференциации, выделения объекта. Таким образом, в начале жизни различение между внутренним и внешним, согласно взглядам З.Фрейда, достигается не на основе восприятия объективной реальности, а на основе переживания удовольствия и неудовольствия, связанных с действиями другого человека.
Во второй половине оральной стадии с появлением зубов к сосанию добавляется укус, который придает действию агрессивный характер, удовлетворяя либидонозную потребность ребенка. Мать не позволяет ребенку кусать свою грудь. Таким образом, стремление к наслаждению начинает вступать в конфликт с реальностью. По З.Фрейду, у новорожденного нет «Я». Эта психическая инстанция постепенно дифференцируется от его «Оно». Инстанция «Я» — часть «Оно», модифицированная под прямым влиянием внешнего мира. Функционирование инстанции «Я» связано с принципом «удовлетворение — отсутствие удовлетворения». Как только что отмечалось, первое познание ребенком предметов внешнего мира происходит через мать. При ее отсутствии ребенок испытывает состояние неудовлетворенности и благодаря этому начинает различать, выделять мать, так как отсутствие матери для него есть, прежде всего, отсутствие наслаждения. На этой стадии не существует еще инстанции «Сверх-Я», и «Я» ребенка находится в постоянном конфликте с «Оно». Недостаток удовлетворения желаний, потребностей ребенка на этой стадии развития как бы «замораживает» определенное количество психической энергии, происходит фиксация либидо, что составляет препятствие для дальнейшего нормального развития. Ребенок, который не получает достаточно удовлетворения своих оральных потребностей, вынужден продолжать искать замещение для их удовлетворения и не может поэтому перейти на следующую стадию генетического развития.
Эти идеи З.Фрейда послужили толчком к изучению критических периодов, в течение которых складываются благоприятные условия для решения свойственной возрасту генетической задачи. Если она не решается, то ребенку гораздо труднее решать задачи следующего возрастного периода.
На оральной стадии фиксации либидо у человека, по мнению З.Фрейда, формируются некоторые черты личности: ненасытность, жадность, требовательность, неудовлетворенность всем предлагаемым. Уже на оральной стадии, согласно его представлениям, люди делятся на оптимистов и пессимистов.
Анальная стадия (1-3 года), как и оральная, состоит из двух фаз. На этой стадии либидо концентрируется вокруг ануса, который становится объектом внимания ребенка, приучаемого к опрятности. Теперь детская сексуальность находит предмет своего удовлетворения в овладении функциями дефекации, выделения. Здесь ребенок встречается со многими запретами, поэтому внешний мир выступает перед ним как барьер, который он должен преодолеть, и развитие приобретает здесь конфликтный характер. По отношению к Поведению ребенка на этой стадии можно сказать, что полностью образована инстанция «Я», и теперь она способна контролировать импульсы «Оно». «Я» ребенка научается разрешать конфликты, находя компромиссы между стремлением к наслаждению и действительностью. Социальное принуждение, наказания родителей, страх потерять их любовь заставляют ребенка мысленно представлять себе, интериоризировать некоторые запреты. Таким образом, начинает формироваться «Сверх-Я» ребенка как часть его «Я», где в основном заложены авторитеты, влияние родителей и взрослых людей, которые играют очень важную роль в качестве воспитателей в жизни ребенка. Особенности характера, формирующиеся на анальной стадии, по мнению психоаналитиков, — аккуратность, опрятность, пунктуальность; упрямство, скрытность, агрессивность; накопительство, экономность, склонность к коллекционированию. Все эти качества — следствие разного отношения ребенка к естественным, телесным процессам, которые были объектом его внимания во время приучения к опрятности еще на доречевом уровне развития.
Фаллическая стадия (3-5 лет) характеризует высшую ступень детской сексуальности. Ведущей эрогенной зоной становятся генитальные органы. До сих пор детская сексуальность была аутоэротичной, теперь она становится предметной, то есть дети начинают испытывать сексуальную привязанность к взрослым людям. Первые люди, которые привлекают внимание ребенка, — это родители. Либидонозную привязанность к родителям противоположного пола З.Фрейд назвал Эдиповым-комплексом для мальчиков и комплексом Электры для девочек, определив их как мотивационноаффективные отношения ребенка к родителю противоположного пола.
Латентная стадия (5-12 лет) характеризуется снижением полового интереса. Психическая инстанция «Я» полностью контролирует потребности «Оно»; будучи оторванной от сексуальной цели, энергия либидо переносится на освоение общечеловеческого опыта, закрепленного в науке и культуре, а также на установление дружеских отношений со сверстниками и взрослыми за пределами семейного окружения.
Генитальная стадия (12- I8 лет) — характеризуется возвращением детских сексуальных стремлений, теперь все бывшие эрогенные зоны объединяются, и подросток, с точки зрения З.Фрейда, стремится к одной цели — нормальному сексуальному общению. Однако, осуществление нормального сексуального общения может быть затруднено, и тогда можно наблюдать в течение генитальной стадии феномены фиксации или регрессии к той или другой из предыдущих стадий развития со всеми их особенностями. На этой стадии инстанция «Я» должна бороться против агрессивных импульсов «Оно», которые вновь дают о себе знать. Так, например, на этом этапе может вновь возникнуть Эдипов комплекс, который толкает юношу к гомосексуальности, предпочтительному выбору для общения лиц своего пола. Чтобы бороться против агрессивных импульсов «Оно», инстанция «Я» использует два новых механизма защиты. Это аскетизм и интеллектуализация. Аскетизм с помощью внутренних запретов тормозит этот феномен, а интеллектуализация сводит его к простому представлению в воображении и таким путем позволяет подростку освободиться от этих навязчивых желаний.
Когда ребенок становится взрослым, его характер определяется процессом развития его «Оно», «Я» и «Сверх-Я» и их взаимодействиями. Нормальное развитие, по З.Фрейду, происходите помощью механизма сублимации, а развитие, которое происходит посредством механизмов вытеснения, регрессии или фиксации, рождает патологические характеры.
Описаны два наиболее ярких типа характера, формирующихся на этой стадии; психическая гомосексуальность и нарциссизм. В психоанализе психическую гомосексуальность не всегда рассматривают как грубое половое извращение. Это могут быть такие формы поведения, в которых любовь к другому полу замещается товарищеской привязанностью, дружбой, общественной деятельностью в обществе лиц своего пола. Такие люди строят свою жизнь и поступки на основе предпочтения общества семье и создают тесные социальные связи в компаниях лиц своего пола. Второй тип сексуального характера — нарциссизм. Он характерен тем, что либидо личности как бы отнимается от объекта и направляется на самого себя. Нарциссическая личность рассматривает себя как объект своих сексуальных стремлений; для нее внешние объекты удовольствия отступают на задний план, а главное место занимают самоудовлетворенность и самодовольство. Подобные характеры направляют свое внимание преимущественно на себя, свои действия, свои переживания.
2.2 Оценка психоанализа Выготским Л.С.
Л. С. Выготский так оценивает историю психоанализа: «Идеи психоанализа родились из частных открытий в области неврозов… Постепенно это частное открытие, подтвержденное успехом терапевтического воздействия, …было перенесено на ряд соседних областей — на психопатологию обыденной жизни, на детскую психологию… Эта идея подчинила себе самые отдаленные ветви психологии… психологию искусства, этническую психологию… Сексуальность превратилась в метафизический принцип… Коммунизм и за тем, церковь и творчество Достоевского… — все это переодетый и замаскированный пол, секс и ничего больше».
Л. С. Выготский показал полезное и ценное, что есть в психоанализе, и то, что в нем лишнее и вредное. Так, он писал: «Найденное Фрейдом решение… я не объявил бы большим трактом в науке или дорогой для всех, но альпийской тропинкой над пропастями для свободных от головокружения». В России такие люди были: И. Д. Ермаков, С. Н. Шпильрейн, В. Г. Шмидт и другие.
2.3 Развитие классического психоанализа в работах Анны Фрейд
Анна Фрейд — дочь Зигмунда Фрейда — продолжила и развила классическую теорию и практику психоанализа. Получив педагогическое образование, она работала учительницей в школе для детей пациентов своего отца и с 1923 года начала собственную психоаналитическую практику. А.Фрейд — автор многих трудов о закономерностях развития ребенка, о трудностях, с которыми приходится сталкиваться при его воспитании и обучении; о природе и причинах нарушений нормального развития и путях их компенсации.
В работе «Норма и патология детского развития» (1965) А. Фрейд указала истоки психоаналитического интереса к детям. Она писала, что после выхода в свет книги ее отца «Три очерка по теории сексуальности» (1905), многие аналитики стали наблюдать своих детей и находить подтверждение всем отмеченным З.Фрейдом особенностям детского развития: детской сексуальности, Эдипова и кастрационного комплексов. В этом направлении в 20-30-е годы педагогический факультет Венского психоаналитического института готовил воспитательниц детских садов и учителей. Тогда же известные ученые — психоаналитики (А. Айхорн, С. Бернфельд и др.) вели наблюдения за беспризорными детьми и юными правонарушителями. Во время и после второй мировой войны эти исследования продолжались в специализированных учреждениях, где в центре внимания были наблюдения за младенцами и детьми раннего возраста, лишенными родителей. Большой вклад в разработку психоаналитического изучения детства внесли Р. Спитц, Дж. Боулби, М. Риббл и др. Теоретические идеи развивали Э. Криз и X. Гартман.
Следуя традиции классического психоанализа, А. Фрейд разделяет личность на ее устойчивые составные части: бессознательное или «Оно», «Я», «Сверх-Я». Инстинктивная часть, в свою очередь, делится на сексуальную и агрессивную составляющие (психоаналитический закон биполярности). Развитие сексуального инстинкта определяется, как и в классическом психоанализе, последовательностью либидонозных фаз (оральная, анально-садистическая, фаллическая, латентная, предпубертатная, пубертатная). Соответствующие фазы развития агрессивности проявляются в таких видах поведения, как кусание, плевание, цепляние (оральная агрессивность); разрушение и жестокость (проявление анального садизма); властолюбие, хвастовство, зазнайство (на фаллической стадии); дисоциальные начала (в предпубертатности и пубертатности). Для развития инстанции «Я» А. Фрейд также намечает приблизительную хронологию развития защитных механизмов: вытеснения, реактивные образования, проекции и переносы, сублимация, расщепление, регрессии и др. Анализируя развитие «Сверх-Я», А. Фрейд описывает идентификацию с родителями и интериоризацию родительского авторитета. Каждая фаза развития ребенка, по мнению А. Фрейд, есть результат разрешения конфликта между внутренними инстинктивными влечениями и ограничительными требованиями внешнего социального окружения. А. Фрейд считает, что, учитывая фазы, можно построить линии развития для бесконечного количества сфер детской жизни. Признанной заслугой А. Фрейд считается описание ею линии развития кормления от младенческой стадии до разумных привычек питания взрослых; линии развития опрятности от первоначальной воспитательной программы взрослого до автоматического овладения функциями выделения; линии развития физической самостоятельности, отношения к старшим и т. п. Особое внимание в психоанализе уделяется линии развития от инфантильной зависимости к взрослой половой жизни.
С точки зрения А. Фрейд, не только выявление уровня развития, достигнутого по соответствующей линии, но и соотношение между всеми линиями позволяют поставить диагноз и дать рекомендации для решения практических вопросов детского воспитания. При этом, подчеркивала она, несоответствие, дисгармонию между различными линиями не следует рассматривать как патологическое явление, так как рассогласования в темпе развития, наблюдающиеся у людей с самого раннего возраста, могут быть всего лишь вариациями в пределах нормы. Ступени от незрелости к зрелости, а не хронологический возраст, рассматриваются ею как показатели развития. Если рост происходит путем прогрессивного продвижения к более высокому уровню, то нормальное детское развитие, согласно взглядам А.Фрейд, идет скачками, не постепенно шаг за шагом, а вперед и снова назад с прогрессивными и регрессивными процессами в их постоянном чередовании. Дети в ходе своего развития делают как бы два шага вперед и один назад.
Новорожденный, по мнению А.Фрейд, знает лишь один закон, а именно — принцип удовольствия, которому слепо подчинены все его проявления. Однако, для осуществления таких телесных потребностей ребенка, как голод, сон, температурная регуляция, младенец полностью предоставлен ухаживающему за ним взрослому. И если поиск удовольствия — «внутренний принцип» ребенка, то удовлетворение желаний зависит от внешнего мира.
Мать исполняет или отвергает желания ребенка и благодаря этой роли становится не только первым объектом любви, но также и первым законодателем для ребенка. По мнению А.Фрейд, тот факт, что настроение матери оказывает на ребенка решающее влияние, принадлежит к самым ранним достижениям психоанализа, то есть основополагающим выводам исследований взрослых пациентов. Наблюдения за детьми вновь подтверждают, что индивидуальные пристрастия и антипатии матери оказывают существенное влияние на развитие ребенка. «Быстрее всего развивается то, что больше всего нравится матери и что ею оживленнее всего приветствуется; процесс развития замедляется там, где она остается равнодушной или скрывает свое одобрение», — замечает А. Фрейд .
Несмотря на беспомощность, ребенку очень рано удается научиться проявлять определенные отношения к матери. Уже в этом раннем возрасте можно различать детей послушных, «хороших», легко управляемых, и детей нетерпимых, своевольных, «тяжелых», которые буйно протестуют против каждого требуемого от них ограничения.
Чем самостоятельнее становится ребенок в отношении еды, сна и т.д., считает А. Фрейд, тем более отходят на задний план телесные потребности, уступая место новым инстинктивным желаниям. Ребенок стремится к их удовлетворению с тем же рвением, как прежде стремился к насыщению при чувстве голода. И снова он сталкивается с ограничениями, которые налагает на него внешний мир. Ребенок, естественно, стремится осуществить свои инстинктивные цели безотлагательно, не учитывая внешних обстоятельств, но это может стать опасным для его жизни, поэтому взрослый, хочет он того или нет, вынужден ограничивать ребенка. В результате этого несоответствия между внутренним и внешним, стремлением к удовольствию и учетом реальности все дети этого возраста, по выражению А. Фрейд, «запутаны» в постоянных сложностях внешнего мира и, естественно, непослушны, невежливы и упрямы.
По мнению А. Фрейд, шансы ребенка остаться психически здоровым во многом зависят от того, насколько его «Я» способно вынести лишения, то есть преодолеть неудовольствие. Для некоторых детей совершенно непереносима любая отсрочка или любое ограничение удовлетворения желаний. Они отвечают реакциями гнева, ярости, нетерпения; ничто не может их удовлетворить, любые замещения отвергаются ими как недостаточные. У других детей те же самые ограничения не вызывают такого возмущения. Интересно, что подобные установки, возникая очень рано, сохраняются на долгие годы. А. Фрейд характеризует ребенка как незрелого до тех пор, пока инстинктивные желания и их осуществление разделены между ним и его окружением таким образом, что желания остаются на стороне ребенка, а решение об их удовлетворении или отказе — на стороне внешнего мира. От этой моральной зависимости, которая для детства вполне нормальна, начинается длинный и трудный путь развития к нормальному взрослому состоянию, когда зрелый человек, становясь «судьей в своем деле», способен контролировать свои намерения, подвергать их рассудительному анализу и самостоятельно решать, нужно ли то или иное побуждение отклонить, отложить или превратить в действие. Такая моральная независимость — результат многочисленных внутренних столкновений.
В раннем детстве принцип удовольствия господствует без внутреннего сопротивления. У более старших детей он все еще владеет такими сторонами психики, как бессознательная и, отчасти, сознательная жизнь фантазий, сновидений и др. Тот, кто находится под властью принципа удовольствия, руководствуется в своих действиях исключительно своим стремлением к удовлетворению желаний. Лишь принцип реальности создает, по словам А. Фрейд, пространство для отсрочки, задержки и учета социального окружения и его требований. На этом основании можно предположить, что принцип удовольствия и десоциальное, или асоциальное поведение сплетены так же тесно, как принцип реальности и состоявшаяся социализация. Но все это не так просто, как кажется на первый взгляд.
По мнению А. Фрейд, почти все нормальные элементы детской жизни, особенно такие, как жадность, корысть, ревность, пожелание смерти — толкают ребенка в направлении десоциальности. Социализация — это защита от них. Некоторые инстинктивные желания вытесняются из сознания, другие переходят в свою противоположность (реакционные образования), направляются на другие цели (сублимация), сдвигаются с собственной персоны на другую (проекция) и т.д. С точки зрения А. Фрейд, между процессами развития и защитными процессами нет никакого внутреннего противоречия. Действительные противоречия лежат глубже — они между желаниями индивида и его положением в обществе, поэтому невозможно гладкое протекание процесса социализации. Организация защитного процесса — это важная и необходимая составная часть развития «Я».
Продвижение ребенка от принципа удовольствия к принципу реальности не может наступить раньше, чем различные функции «Я» достигнут определенных ступеней развития. Только после того, как начнет функционировать память, действия ребенка смогут осуществляться на основе опыта и предвидения. Без контроля реальности не существует различия между внутренним и внешним, фантазией и реальностью. Только приобретение речи делает ребенка членом человеческого общества. Логика, разумное мышление способствуют пониманию взаимосвязи причины и следствия, а приспособление к требованиям окружающего мира перестает быть простым подчинением — оно становится осознанным и адекватным.
Становление принципа реальности, с одной стороны, и мыслительных процессов, с другой, открывает путь для новых механизмов социализации — таких, как подражание, идентификация, интроекция, способствующих образованию инстанции «Сверх-Я». Формирование эффективного «Сверх-Я» означает для ребенка решающий прогресс в социализации. Ребенок теперь способен не только подчиняться моральным требованиям своего социального окружения, но и «сам принимает в них участие и может чувствовать себя их представителем». Однако, эта внутренняя инстанция еще очень слаба и долгие годы нуждается в поддержке и опоре со стороны авторитетного лица (родители, учитель) и может легко разрушиться из-за сильных переживаний и разочарования в нем.
Подражание, идентификация, интроекция — необходимые предварительные условия для последующего вступления в социальное сообщество взрослых. Далее должны быть сделаны новые шаги «наружу»: из семьи в школу, из школы в общественную жизнь. И каждый из этих шагов сопровождается отказом от личных преимуществ, от «индивидуально-внимательного» отношения к себе. Так, внутри школьного класса существует одинаковый порядок для всех учеников, хотя они как личности отличаются друг от друга. В общественной жизни все люди равны перед законом. «Законы жестки и безличны, и их нарушение приводит к легальным санкциям, независимо от того, какие жертвы для индивида означает их применение, облегчает или осложняет эту жертву его характер и интеллектуальный уровень», — подчеркивает А. Фрейд. Однако, от нормального человека не требуется, чтобы он знал все общественные предписания, принимал их и делал своими собственными; За исключением основополагающих правил морали от него ожидается, чтобы он признавал необходимость права и закона и в принципе был готов подчиняться им. В сравнении с нормой уголовный преступник похож на ребенка, который игнорирует авторитет родителей. Встречаются и такие люди, чьи моральные требования к себе самому строже и выше, чем от них ожидает окружающий мир. Их идеалы исходят из идентификации не с реальными родителями, а с идеализированным образом родителя. Как замечает А. Фрейд, такие люди ведут себя самоуверенно и морально превосходят своих ближних.
2.4 Эпигенетическая теория развития личности Эрика Эриксона
Теория Эрика Эриксопа так. же, как и теория Анны Фрейд, возникла из практики психоанализа. Как признавал сам Э. Эриксон, в послевоенной Америке, где он жил после эмиграции из Европы, требовали объяснения и коррекции такие явления, как тревожность у маленьких детей, апатия у индейцев, смятение у ветеранов войны, жестокость у нацистов. Во всех этих явлениях психоаналитический метод выявляет конфликт, а работы З.Фрейда сделали невротический конфликт наиболее изученным аспектом человеческого поведения. Э. Эриксон, однако, не считает, что перечисленные массовые явления — лишь аналоги неврозов. По его мнению, основы человеческого «Я» коренятся в социальной организации общества.
Э. Эриксон создал психоаналитическую концепцию об отношениях «Я» и общества. Вместе с тем, его концепция — это концепция детства. Именно .человеку свойственно иметь длительное детство. Более того, развитие общества приводит к удлинению детства. «Продолжительное детство делает из человека виртуоза в техническом и интеллектуальном смыслах, но оно также оставляет в нем на всю жизнь след эмоциональной незрелости», — писал Э. Эриксон.
Э. Эриксон трактует структуру личности так же, как и З.Фрейд. Если в какой-то момент нашей повседневной жизни, писал он, мы остановимся и спросим себя, о чем мы только что мечтали, то нас ожидает ряд неожиданных открытий: мы с удивлением замечаем, что наши мысли и чувства совершают постоянные колебания то в ту, то в другую сторону от состояния относительного равновесия. Уклоняясь в одну сторону от этого состояния, наши мысли порождают ряд фантастических идей относительно того, что нам хотелось бы сделать; уклоняясь в другую сторону, мы внезапно оказываемся под властью мыслей о долге и обязанностях, мы думаем уже о том, что мы должны сделать, а не о том, что нам хотелось бы; третье положение, как бы «мертвую точку» между этими крайностями, вспомнить труднее. Здесь, где мы менее всего осознаем себя, по мнению Э. Эриксона, мы более всего и являемся собою. Таким образом, когда мы хотим — это «Оно», когда мы должны — это «Сверх-Я», а «мертвая точка» — это «Я». Постоянно балансируя между крайностями этих двух инстанций, «Я» использует защитные механизмы, которые позволяют человеку прийти к компромиссу между импульсивными желаниями и «подавляющей силой совести».
Как подчеркивается в ряде публикаций, работы Э. Эриксона знаменуют собой начало нового пути исследования психики — психоисторического метода, который представляет собой применение психоанализа к истории. С помощью этого метода Э. Эриксон проанализировал биографии Мартина Лютера, Махатмы Ганди, Бернарда Шоу, Томаса Джефферсона и других выдающихся людей, а также истории жизни современников — взрослых и детей. Психоисторический метод требует равного внимания как к психологии индивида, так и к характеру общества, в котором живет человек. Основная задача Э. Эриксона состояла в разработке новой психоисторической теории развития личности с учетом конкретной культурной среды.
Помимо исследований клинического характера Э. Эриксон проводил полевые этнографические исследования воспитания детей в двух индейских племенах и сравнивал их с воспитанием детей в городских семьях США. Он обнаружил, как уже упоминалось, что в каждой культуре имеется свой особый стиль материнства, который каждая мать воспринимает как единственно правильный. Однако, как подчеркивал Э. Эриксон, стиль материнства всегда определяется тем, что именно ожидает от ребенка в будущем та социальная группа, к которой он принадлежит — его племя, класс или каста. По мнению Э. Эриксона, каждой стадии развития отвечают свои, присущие данному обществу ожидания, которые индивид может оправдать или не оправдать, и тогда он либо включается в общество, либо отвергается им. Эти соображения Э. Эриксона легли в основу двух наиболее важных понятий его концепции — «групповой идентичности» и «эгоидентичности». Групповая идентичность формируется благодаря тому, что с первого дня жизни воспитание ребенка ориентировано на включение его в данную социальную группу, на выработку присущего данной группе мироощущения. Эгоидентичность формируется параллельно с групповой идентичностью и создает у субъекта чувство устойчивости и непрерывности своего «Я», несмотря на те изменения, которые происходят с человеком в процессе его роста и развития.
Формирование эгоидентичности или, иначе говоря, целостности личности продолжается на протяжении всей жизни человека и проходит ряд стадий, причем, стадии З.Фрейда не отвергаются Э.Эриксоном, а усложняются и как бы заново осмысливаются с позиции нового исторического времени.
В своей первой крупной и самой знаменитой работе Э. Эриксон писал, что изучение личностной индивидуальности становится такой же стратегической задачей второй половины XX века, какой было изучение сексуальности во времена З.Фрейда, в конце XIX века. «Различные исторические периоды, — писал он, — дают нам возможность видеть во временных заострениях разные аспекты по сути своей неразделимых частей человеческой личности».
В табл. 1 представлены стадии жизненного пути личности по Э. Эриксону.
Для каждой стадии жизненного цикла характерна специфическая задача, которая выдвигается обществом. Общество определяет также содержание развития на разных этапах жизненного цикла. Однако решение задачи, согласно Э. Эриксону, зависит как от уже достигнутого уровня психомоторного развития индивида, так и от общей духовной атмосферы общества, в котором этот индивид живет.
Задача младенческого возраста — формирование базового доверия к миру, преодоление чувства разобщенности и отчуждения. Задача раннего возраста — борьба против чувства стыда и сильного сомнения в своих действиях за собственную независимость и самостоятельность. Задача игрового возраста — развитие активной инициативы и в то же время переживание чувства вины и моральной ответственности за свои желания. В период обучения в школе встает новая задача — формирование трудолюбия и умения обращаться с орудиями труда, чему противостоит осознание собственной неумелости и бесполезности. В подростковом и раннем юношеском возрасте появляется задача первого цельного осознания себя и своего места в мире; отрицательный полюс в решении этой задачи — неуверенность в понимании собственного «Я» («диффузия идентичности»). Задача конца юности и начала зрелости — поиск спутника жизни и установление близких дружеских связей, преодолевающих чувство одиночества. Задача зрелого периода — борьба творческих сил человека против косности и застоя. Период старости характеризуется становлением окончательного цельного представления о себе, своем жизненном пути в противовес возможному разочарованию в жизни и нарастающему отчаянию.
Таблица 1. Стадии жизненного пути личности по Э. Эриксону
Старость — интеграция разочарование в жизни
Зрелость — Творчество застои
Молодость — интимность изоляция
Подростковый возраст (латентная ст.) – идентичность, диффузия идентичности
Школьный возраст (латентная ст.) — достижение неполноценность
Возраст игры (фаллическая ст.) — инициативность чувство вины
Ранний возраст (анальная ст.) — автономия сомнение, стыд
Младенчество (моральная ст.) — доверие недоверие
Решение каждой из этих задач, по Э. Эриксону, сводится к установлению определенного динамического соотношения между двумя крайними полюсами. Развитие личности — результат борьбы этих крайних возможностей, которая не затухает при переходе на следующую стадию развития. Эта борьба на новой стадии развития подавляется решением новой, более актуальной задачи, но незавершенность дает о себе знать в периоды жизненных неудач. Достигаемое на каждой стадии равновесие знаменует собой приобретение новой формы эгоидентичности и открывает возможность включения субъекта в более широкое социальное окружение. При воспитании ребенка нельзя забывать, что «негативные» чувства всегда существуют и служат динамическими противочленами «позитивных» чувств на протяжении всей жизни.
Переход от одной формы эгоидентичности к другой вызывает кризисы идентичности. Кризисы, по Э.Эриксону, — это не болезнь личности, не проявление невротического расстройства, а «поворотные пункты», «моменты выбора между прогрессом и регрессом, интеграцией и задержкой».
В результате борьбы положительных и отрицательных тенденций в решении основных задач на протяжении эпигенеза формируются основные «добродетели» личности. Но поскольку позитивные чувства всегда существуют и противостоят негативным, то и «добродетели» имеют два полюса. Так базовая вера против базового недоверия рождает НАДЕЖДУ — ОТДАЛЕНИЕ; автономность против стыда и сомнения — ВОЛЮ — ИМПУЛЬСИВНОСТЬ; инициативность против вины — ЦЕЛЕУСТРЕМЛЕННОСТЬ — АПАТИЮ; трудолюбие против чувства собственной неполноценности — КОМПЕТЕНТНОСТЬ — ИНЕРЦИЮ; идентичность против диффузии идентичности — ВЕРНОСТЬ — ОТРЕЧЕНИЕ; близость против одиночества — ЛЮБОВЬ — ЗАМКНУТОСТЬ; порождение против самопоглощенности — ЗАБОТА — ОТВЕРЖЕНИЕ; эгоинтеграция против потери интереса к жизни — МУДРОСТЬ — ПРЕЗРЕНИЕ.
Завершить изложение концепции Э. Эриксона можно словами его любимого философа Кьеркегора: «Жизнь может быть понята в обратном порядке, но прожить ее надо с начала».
Заключение
В данной работе были описаны основные направления теории детского психоанализа. В заключении можно резюмировать рассмотренные труды ведущих психоаналитиков детского развития.
Необходимо отметить огромное влияние З.Фрейда на всю современную психологию вплоть до наших дней. Во-первых, это динамическая концепция развития, во-вторых, это теория, которая показала, что для развития человека главное значение имеет другой человек, а не предметы, которые его окружают. По словам современных американских психологов Дж. Уотсона и Г. Лидгрена, З.Фрейд был впереди своего века и, подобно Ч. Дарвину, разрушил узкие, ригидные границы здравого смысла своего времени и расчистил новую территорию для изучения человеческого поведения.
«Необычайное развитие учения З.Фрейда — мы не ошибемся, если назовем этот успех необычайным, — писал современник З.Фрейда Освальд Бюмке, — стало возможным только потому, что официальная наука была так далека от действительности; она, по-видимому, так мало знала о действительных душевных переживаниях, что желающему узнать что-нибудь о «душевной жизни» подавала камень вместо хлеба». «Старая «мозаичная» экспериментальная психология исследовала лишь отдельные элементы душевной жизни и мало занималась их функциональным единством в реальной человеческой личности; она почти не изучала ее поступков, поведения, сложных переживаний и динамики,» — писал А. Р. Лурия.
Э. Эриксон — последователь З.Фрейда. В «Словаре знаменитых американцев», вышедшем к 200-летию США, он был назван «наиболее ярким в творческом отношении из всех, кто работал в психоаналитической традиции после Фрейда». Как подчеркивает Д. Н. Ляликов, наиболее ценно у Э. Эриксона главное ядро его учения: разработка понятий личной и групповой идентичности, психического моратория, учения о юношеском кризисе идентичности. Сам Э. Эриксон считал, что он расширил фрейдистскую концепцию, вышел за ее рамки. Вопервых, он перенес ударение с «Оно» на «Я». По словам Э. Эриксона, его книга «Детство и общество» — это психоаналитическая работа об отношении «Я» к обществу. Э. Эриксон принимает идею неосознанной мотивации, но посвящает свои исследования главным образом процессам социализации. Вовторых, Э. Эриксон вводит новую систему, в которой развивается ребенок. Для З.Фрейда — это треугольник: ребенок-мать-отец. Э. Эриксон рассматривает развитие в более широкой системе социальных отношений, подчеркивая историческую реальность, в которой «Я» развивается. Он касается динамики отношений между членами семьи и социокультурной реальностью. В-третьих, теория Э. Эриксона отвечает требованиям времени и того общества, которому он сам принадлежит. Цель Э. Эриксона — выявить генетические возможности для преодоления психологических жизненных кризисов. Если З.Фрейд посвятил свои работы этиологии патологического развития, то Э. Эриксон сосредоточил основное внимание на изучении условий успешного разрешения психологических кризисов, дав новое направление психоаналитической теории.
В отличие от классического психоанализа, изучающего прежде всего скрытые от сознания психические явления, А. Фрейд одна из первых в детской психоаналитической традиции распространяет основные положения З.Фрейда на сферу сознания, изучая инстанцию «Я» личности. А. Фрейд рассматривает детское развитие как процесс постепенной социализации ребенка, подчиняющийся закону перехода от принципа удовольствия к принципу реальности.
Список использованных источников
Божович Л И. Личность и ее формирование в детском возрасте М 1968
Выготский Л, С. Избранные психологические исследования. М.-Л., 1956.
Выготскии Л. С. Собрание сочинений. Т.3, М , 1983, с. 641
Возрастная и педагогическая психология//Под ред А. В. Петровского М 1980
Гальперин П. Я. Метод «срезов» и метод поэтапного формирования в исследовании детского мышления //Вопросы психологии, 1966
Давыдов В. В., Зинченко В. П. Принцип развития в психологии.//Вопросы философии, 1981, No 12.
Куттер Петер Современный психоанализ. Введение в психологию бессознательных процессов, Санкт-Петербург 1997
Обухова Л.Ф. Детская (возрастная) психология, Учебник. — М., Российское педагогическое агентство. 1996, — 374 с.
Обухова Л. Ф. Этапы развития детского мышления. М., 1972.
Фрейд 3. Введение в психоанализ. Лекции. М-, 1991.
Фрейд А. Психология и защитные механизмы. М., 1993.
Фромм Э. Человеческая ситуация. М., 1995.
Эриксон Э. Идентичность: юность, кризис. М., 1996.
Эльконин Б. Д. Введение в психологию развития M., 1995.
Якобсон С. Г. Психологические проблемы этического развития детей, М., 1984.
Глава 3. Психическое развитие в концепциях зарубежных психологов
3.1 З. Фрейд
Не будучи детским психологом в общепринятом смысле, 3. Фрейд разработал метод анализа психических явлений, который привел его к пониманию значения бессознательных переживаний детства в жизни взрослой личности. Первоначально для исследования бессознательного 3. Фрейд использовал методику гипнотического внушения. Позже он перешел к исследованию и интерпретации сновидений, оговорок, феноменов забывания и свободных ассоциаций своих пациентов. Толкование этого материала 3. Фрейд назвал методом психоанализа. В нем он усматривал новые пути и возможности психотерапии. Благодаря длительным беседам с пациентом до его сознания доводится истинная причина психических переживаний. Метод психоанализа позволил 3. Фрейду создать структурную теорию личности, в основе которой лежит конфликт между инстинктивной сферой душевной жизни человека и требованиями общества.
По З.Фрейду, всякий человек рождается с врожденными сексуальными влечениями. Они первичны и обнаруживают себя с первого дня жизни. Эта внутренняя психическая инстанция — «Оно» — существует уже на начальной, оральной стадии развития, в течение которой психическая жизнь ребенка связана, в основном, с удовлетворением потребности в пище. В реальной жизни способы удовлетворения индивидуальных влечений наталкиваются на запреты. Под их влиянием «Оно» выделяет из себя маленький кусочек «Я». За оральной стадией следует анальная стадия. Акты дефекации составляют ту деятельность, в которой инстинктивные влечения должны быть удовлетворены. Здесь запреты родителей становятся еще больше, и «Я» все больше дифференцируется. Наступает такой период в жизни человека, когда удовлетворение сексуальных потребностей начинает связываться со взрослым человеком. Возникает Эдипов комплекс. Появляются не только физические запреты, но и моральные сентенции. Ребенок вынужден ограничивать свои сексуальные влечения новой инстанцией — «Сверх-Я», которая ограничивает наши влечения до самой старости. На «Я» давит «Оно» и «Сверх-Я». Это типичная схема двух факторов развития, но она интересна тем, что здесь средовые влияния вытесняют сексуальные влечения — они находятся с ними в антагонистических, противоречивых отношениях.
В последние годы жизни 3. Фрейда возникли два основных направления в психоаналитическом изучении ребенка. Одно было сосредоточено в Лондоне, другое — в Вене. М. Клейн руководила лондонской группой. Со своими сотрудниками она начала с психоанализа маленьких детей в возрасте двух лет, по отношению к которым нельзя применить метод свободных ассоциаций, поскольку они еще плохо владеют речью и не обладают рефлексией. Поэтому М. Клейн использовала игру в куклы в качестве заместителя свободных ассоциаций взрослых. Дочь 3. Фрейда, Анна Фрейд, в то время работала в основном с детьми младшего школьного и подросткового возраста. В своей психоаналитической практике она дополнила обычный подход «через речь» изучением невербального поведения ребенка. А. Фрейд также считала, что игра детей может стать отправной точкой для исследования скрытых переживаний ребенка. Позднее уже в США метод интерпретации детской игры был использован для диагностических целей. Начиная с середины 30-х годов, в зарубежной психологии игровая терапия стала стандартной процедурой детской психоаналитической практики. Так методы психоанализа включались в экспериментальное изучение детского развития.
В понимании отношений «ребенок — взрослый», «ребенок — общество». Фрейд наметил основные ориентиры. По 3. Фрейду, общество — источник всевозможных травм (рождения, отнятия от груди и т.п.). На этой основе возникла теория развития как теория детских травм. По 3. Фрейду, отношения «ребенок — взрослый», «ребенок — общество» с самого начала антагонистические. Отсюда и возникает проблема включения ребенка в общество — проблема социализации личности. Эту проблему социализации ребенка в системе антагонистических отношений между ребенком и обществом решают американские ученые в теории социального научения.
3.2 Э. Эриксон
Центральным для созданной Эриксоном теории развития личности является положение о том, что человек в течение жизни проходит через несколько универсальных для всего человечества стадий. Процесс развертывания этих стадий регулируется в соответствии с эпигенетическим принципом созревания. Под этим Эриксон понимает следующее:
Личность развивается ступенчато, переход от одной ступени к другой предрешен готовностью личности двигаться в направлении дальнейшего роста, расширения осознаваемого социального кругозора и радиуса социального взаимодействия;
Общество устроено так, что развитие социальных возможностей человека принимается одобрительно, общество пытается способствовать сохранению этой тенденции, а так же поддерживать как надлежащий темп, так и правильную последовательность развития.
В книге «Детство и общество» (1963г.) Эриксон разделил жизнь человека на восемь отдельных стадий психосоциального развития. Он считает, что эти стадии являются результатом развертывающегося генетического «плана личности».
Эпигенетическая концепция Эриксона базируется на представлении о том, что полноценное развитие личности возможно только путем прохождения последовательно всех стадий. Согласно Эриксону, каждая стадия жизненного цикла наступает в определенное для нее время и сопровождается так называемым возрастным кризисом. Кризис наступает в связи с достижением индивидуумом определенного уровня психологической и социальной зрелости, необходимого и достаточного для данной стадии. Каждая из фаз жизненного цикла характеризуется фазо-специфической эволюционной задачей, которая на определенном этапе жизни предъявляется человеку и должна найти свое разрешение. Под фазо-специфической эволюционной задачей Э. Эриксон подразумевал какую-либо проблему в социальном развитии, которую общество ставит перед личностью, и разрешение которой способствует переходу на новый, более успешный уровень социализации.
Характерные для индивидуума модели поведения обусловлены тем, каким образом в конечном итоге разрешается каждая из этих задач или как преодолевается кризис.
Общеизвестно, что движущими силами развития психики человека являются внутренние противоречия, конфликты. Успешно разрешая которые личность развивается. В теории Эриксона, конфликты играют жизненно важную роль, потому что и рост и расширение сферы межличностных отношений связанны с растущей уязвимостью функций эго на каждой стадии. В то же время, он отмечает, что кризис означает «не угрозу катастрофы, а поворотный пункт, и тем самым онтогенетический источник, как силы, так и недостаточной адаптации».
Каждый психосоциальный кризис содержит и позитивный и негативный компоненты. Если конфликт разрешен удовлетворительно, то есть эго обогатилось положительными качествами, следовательно, это гарантирует здоровое развитие личности в дальнейшем. И наоборот, если конфликт остается неразрешенным или получает неудовлетворительное разрешение в развивающееся эго встраивается негативный компонент, что создает предпосылки к развитию невроза данного кризиса и отрицательно влияет на прохождение остальных фаз.
Задача личности, таким образом, заключается в том, что бы адекватно решался каждый кризис, что позволит подойти к следующей стадии развития более адаптивной и зрелой личностью.
Восемь стадий психо-социального развития по Эрику Эриксону
| №
| Стадия
| Возраст
| Кризис
| Сильная сторона |
| 1
| Орально-сенсорная
| до 1года
| Базальное доверие — базальное недоверие
| Надежда |
| 2
| Мышечно-анальная
| 1-3 года
| Автономия — стыд и сомнение
| Сила воли |
| 3
| Локомоторно-генитальная
| 3-6 лет
| Инициативность — вина
| Цель |
| 4
| Латентная
| 6-12 лет
| Трудолюбие — неполноценность
| Компетентность |
| 5
| Подростковая
| 12-19 лет
| Эго-идентичность — ролевое смешение
| Верность |
| 6
| Ранняя зрелость
| 20-25 лет
| Интимность — изоляция
| Любовь |
| 7
| Средняя зрелость
| 26-64 года
| Продуктивность — застой
| Забота |
| 8
| Поздняя зрелость
| 65- смерть
| Эго-интеграция — отчаяние
| Мудрость |
Полагая, что перечисленные восемь стадий представляют собой универсальную особенность человеческого развития, Эриксон указывает при этом на культурные различия в способах разрешения проблем, присущих каждой стадии. Он считает, что в каждой культуре существует «решающая координация» между развитием индивидуума и его социальным окружением. Речь идет о координации, называемой им «зубчатым колесом жизненных циклов» — законе согласованного развития, согласно которому развивающейся личности общество оказывает поддержку именно тогда, когда она особенно остро в этом нуждается. Таким образом, с точки зрения Эриксона, потребности и возможности поколений переплетаются.
3.3 Ж.Пиаже
Ж. Пиаже открыл ряд особенностей детских представлений о мире: неразделенность до определенного возраста мира и собственного Я (своих действий, мыслей), анимизм (одушевление мира), артификализм (понимание мира как созданного руками человека) и др., в основе которых лежит определенная умственная позиция ребенка, названная Пиаже эгоцентризмом.
Эгоцентризм определяет, согласно Ж. Пиаже, и особенности детской логики, для которой свойственны:
синкретизм (от греч. syn — с, вместе и лат. cresco — расту, увеличиваюсь) — это особенность мышления и восприятия ребенка раннего и дошкольного возрастов. Проявляется в тенденции связывать между собой разнородные явления без достаточного внутреннего основания. Пиаже считал синкретизм основной характеристикой детского мышления, объясняющей неспособность ребенка к логическому рассуждению из-за тенденции заменять синтез соположением.
нечувствительность к противоречиям;
переход от частного к частному без обращения к общему;
непонимание относительности некоторых понятий.
Кроме того, эгоцентризм проявляется в эгоцентрической речи. Пиаже считает, что детская речь эгоцентрична, поскольку ребенок говорит лишь «со своей точки зрения» и не пытается стать на точку зрения собеседника. Ребенок думает, что другие его понимают (так же как и он себя), и не испытывает желания воздействовать на собеседника и действительно сообщить ему что-либо. Для него важен лишь интерес со стороны собеседника.
По Пиаже, ребенок не осознает различия собственной и чужой точек зрения. Однако важно отметить, что эгоцентрическая речь не охватывает всю спонтанную речь ребенка. Коэффициент эгоцентрической речи (эгоцентрическая речь/вся спонтанная речь) изменчив и зависит от активности самого ребенка и от типа социальных отношений, установившихся между ребенком и взрослым и между детьми-ровесниками.
С возрастом коэффициент эгоцентрической речи уменьшается:
В 3 года он достигает наибольшей величины (75% от всей спонтанной речи);
От 3 до 6 лет — постепенно убывает;
После 7 лет практически исчезает совсем;
В среде, где господствует авторитет взрослого и отношения принуждения, процент эгоцентрической речи довольно высокий. В среде ровесников, где возможны дискуссии и споры, ее процент снижается.
Эгоцентрическая речь, по мнению Ж. Пиаже, характеризуется тем, что субъект недостаточно осознает значение своей позиции и личных возможностей в картине внешнего мира и проецирует в этом мире свои субъективные представления.
В последствии эгоцентризм преодолевается благодаря процессу социализации.
Пиаже создал концепцию стадиального развития интеллекта, выделив следующие периоды:
период сенсомоторного интеллекта (до 2 лет);
период «конкретных» операций (до 12 лет), куда в качестве подпериода включена стадия дооператорного интеллекта (до 6 – 7 лет);
период формирования «формальных» операций (примерно до 15 лет).
Пиаже рассматривал психическое развитие ребенка как спонтанный процесс, обусловленный в большей степени генетически, нежели воспитанием и обучением.
Заключение
Можно видеть, что все рассмотренные теоретические концепции и методы исследования детского развития в западной психологии были созданы учеными одного поколения. Это указывает на то, что в этот общественно-исторический период существовала объективная необходимость в разработке общей теории развития. Однако единая концепция детского развития так и не была создана. Существует столько разнообразных концепций, сколько было крупных ученых.
При большом разнообразии подходов к проблеме детского развития степень проникновения в сущность этого процесса определяется введением в психологию новых методов исследования. Нетрудно проследить переход от наблюдения к констатирующему эксперименту в его разнообразных проявлениях (поперечные срезы, лонгитюд) и далее к сравнительному изучению развития в норме и патологии, в условиях разных культур, в прошлом и настоящем.
Эволюция учений шла по линии все более глубокого осмысления роли общества в развитии ребенка. Ранние теории рассматривали детское развитие в системе отношений «ребенок — предмет». 3. Фрейд впервые показал, что развитие ребенка определяется противоречием между врожденными потребностями ребенка и ограничениями, которые общество через взрослого накладывает на него. Практически все современные теории рассматривают психическое развитие в системе отношений «ребенок — общество», что свидетельствует о постепенном преодолении биогенетического принципа.
Теория 3. Фрейда, которая занимает центральное положение в этой схеме, связывает и определяет направление основных современных концепций развития личности за рубежом.
Различные теоретики постфрейдистского направления, пересматривая психоаналитическую теорию, придавали особое значение эго и его функциям. Эрик Эриксон, один из наиболее выдающихся эго-психологов, сделал упор на динамику развития личности на протяжении жизненного цикла. Он рассматривал личность как объект влияния социальных и исторических сил.
Согласно его эпигенетической концепции развития человека, каждая стадия жизненного цикла наступает в оптимальное время. Последовательное развертывание жизненных стадий есть результат взаимодействия биологического созревания индивидуума с расширяющимся пространством его социальных связей.
Жан Пиаже придерживался скорее генетического подхода к вопросу развития психики и рассматривал развитие ребенка вне культурно-исторического контекста. Он считал его скорее спонтанным процессом, практически не зависящим от обучения.
Пиаже ввел понятие эгоцентризма и эгоцентрической речи, что позволило провести грань между понятиями инфантилизм и зрелость личности. По мнению Пиаже, по мере взросления процент эгоцентрической речи уменьшается до практически полного ее исчезновения. И таким образом, включенный в социум взрослый индивид имеет возможность продуктивно общаться — получать и реагировать на обратную связь.
Список использованных источников
Психологический словарь /Под ред. В.П. Зинченко, Б.Г. Мещерякова. — 2-е изд., — М.: Педагогика Пресс, 1997. — 440с.
Хьелл Л., Зиглер Д. Теории личности (Основные положения, исследования и применение). — СПб.: Питер, 1997. — 608с.
Киршева Н.В. Проблемы детского развития и психотерапевтические приемы коррекции ребенка // Сборник трудов ученых РГАФК 1999 г. — М., 1999.
Л.Ф. Обухова. ДЕТСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ: ТЕОРИИ, ФАКТЫ, ПРОБЛЕМЫ. М., Тривола, 1995
Рубинштейн С. Д. Основы обшей психологии. (Биогенетическая проблема) М.. 1986
Блюм Д. Психоаналитические теории личности. Екатеринбург, 1999.
Гринсон Р. Техника и практика психоанализа. Воронеж, 1994.
Знаменитые случаи из практики психоанализа. Сб. М., 1995.
Кехеле X. Тома X. Современный психоанализ. М., 1997.
Крайг Г. Психология развития, СПб, 1999.
Пиаже Ж. Речь и мышление ребенка. СПб, 1997.
Психоанализ в развитии: сб. переводов, Екатеринбург, 1998.
Тайсон Ф. Тайсон Р. Психоаналитические теории развития. Екатеринбург, 1998.
Фрейд 3. Психология бессознательного. М., 1990.
Фрейд А. Невротические защиты. М., 1990.
Эриксон Э. Детство и общество. СПб., 1996.
Юнг К.Г. Конфликты детской души. М., 1997.
Юнг К.Г. Структура психики и процесс индивидуации. М., 1996.
Размещено на
Киршева Н.В. Проблемы детского развития и психотерапевтические приемы коррекции ребенка // Сборник трудов ученых РГАФК 1999 г. — М., 1999
Крайг Г. Психология развития, СПб, 1999
Киршева Н.В. Проблемы детского развития и психотерапевтические приемы коррекции ребенка // Сборник трудов ученых РГАФК 1999 г. — М., 1999
Тайсон Ф. Тайсон Р. Психоаналитические теории развития. Екатеринбург, 1998
Тайсон Ф. Тайсон Р. Психоаналитические теории развития. Екатеринбург, 1998
Тайсон Ф. Тайсон Р. Психоаналитические теории развития. Екатеринбург, 1998
Крайг Г. Психология развития, СПб, 1999
Крайг Г. Психология развития, СПб, 1999
Блюм Д. Психоаналитические теории личности. Екатеринбург, 1999
Психоанализ в развитии: сб. переводов, Екатеринбург, 1998
Эриксон Э. Детство и общество. СПб., 1996
Фрейд 3. Психология бессознательного. М., 1990
Эриксон Э. Детство и общество. СПб., 1996
Эриксон Э. Детство и общество. СПб., 1996
Пиаже Ж. Речь и мышление ребенка. СПб, 1997
Пиаже Ж. Речь и мышление ребенка. СПб, 1997
, и имел бы при этом минимальные габариты.
(стр. 23 добавить)
на угол строго противоположный первоначальному без реверса валика.
, и большие нагрузки на опоры валика, вызванные усилием прижима ролика.
, где 
— коэффициент трения.
и 
(2)
(3)
,
Рассчитаем теперь габариты валикокольцевого механизма по схеме вал-кольца:
R (рис. 3), тогда получим
(5)
(6)
(7)
(8)
(9)
(10)
(11)
(12)
(13)
кг (14) [ ]
, 
— допустимая величина контактного напряжения смятия
— приведенный радиус кривизны
(15)
— величины, обратные радиусам главных кривизн в плоскостях I и II вала в точке касания;
— величины, обратные радиусам главных кривизн в плоскостях I и II ролика (кольца) в точке касания;
и 
— коэффициенты, являющиеся функциями эмпирических интегралов, определяемые по величине 
(16)
— угол между соответствующими плоскостями главных сечений обоих соприкасающихся тел (
).
— привиденный радиус кривизны при условии r = 1.
зависят от выбора материала контактирующих тел и являются величинами cons1, поэтому сравнивать схемы вал-колца и вал-ролики на максимальное усилие прижима будем по величине 
.
(17)
(18)
для схем ВКМ сведем в табл. 2.
(19)
(20)
для схем ВКМ.
при 
— неопределенность. Контакт линейный.
(21)
при 
по таблицам (5, 6) и сводим в табл. 4.
при 
и сводим в табл. 5 и рис. 6
при 
и сводим в табл. 8 и рис. 7.
при 
,
(22)
(23)
(24)
и 
для различных углов 
при 
Определим максимальное значение a = R/r при заданном количестве роликов.
ОСА имеем 
, т.к. 
, то 
(25)
из формулы (25) найдем по формуле (19) 
, найдем также 
по формуле (13) и все данные сведем в табл. 19 и рис. 10.
оказывает значительное влияние на нагрузочную способность схемы вал-кольца (BRD). При увеличении 
для r = 1
, тогда
, затем график 
, где 
, М1- масштаб 
см.
[ ]
(26)
недопустим при работе механизма раскладки.
(27)
(28)
, 
, тогда
и 
на рис. 15 зависимость Ф. Угол наклона 
прямой к оси 
(29)
— масштаб 
— масштаб tgB’.
, 
мин./шт (30)
(31)
(32)
=0,575 мин.
шт. (33)
= 1 смена
шт.
(34)
=
0,02 из материала – сталь ШХ 15.
)
, мкм
=17 мкм
— допуск на цилиндричность
— радиальный зазор [ ]
(35)
после токарной обработки:
мкм
мкм
:
(36)
— погрешность базирования,
— погрешность закрепления,
— погрешность положения заготовки в приспособлении.
(37)
— максимальный предельный размер установочного элемента приспособления,
— наименьший предельный размер наружного кольца подшипника
(38)
— погрешность изготовления отдельных деталей приспособления,
— погрешности, обусловленные наличием зазоров при посадке заготовок на установочные элементы приспособления, 
— погрешность установки приспособления на станке из-за неточности изготовления посадочных мест деталей приспособления, 
— погрешность износа деталей приспособления. В расчетах не учитываем, 
мм = 33 мкм
(39)
= 2* 39 мкм
= 55,36 – 2*0,039 = 55,282 мм
= 55,3 – 0,2 = 55,1 мм
=55,36 – 55,002 = 0,358 мм
=55,16 – 54,986 = 0,174 мм
=358 + 2 – 200 = 160 мкм
=55,03 – 0,078 = 54,952 мм
= 55,03 – 0,03 = 55 мм
28 мкм
14 мкм
(40)
— длина резания,
— дополнительная длина хода
6,5 + 5 = 11,5 мм
(41)
= 0,565 [15, с.27]
50 * 0,565 = 28,25 мин
[15, с.29] (42)
= 263,93 об/мин.
=47,1 м/мин
=0,306 мин
(43)
=75 кг [15, с.35]
= 75 * 0,8 * 1,1 = 66 кг
(44)
= 0,2 кВт [15, с.72]
=2,3 (сталь ШХ 15, НВ 200)
= 0,509 кВт
(45)
= 0,6 кВт
[17, с.222]
40 мм
=14 331,21 об/мин
12 600 об/мин
=26,4 м/сек
300 об/мин [17, с.224]
0,3 мм/мин
=0,0467 мин.
, кВт
=0,36
=0.835 кВт
=1,413 м/мин
=0,98 кВт
6 + 1 = 7 мм
=1158 об/мин
=172,7 м/мин
=0,088 мин
, где
(46)
— погрешность настройки станка,
— погрешность обработки,
— смещение центра группирования размеров пробных деталей относительно середины поля рассеивания размеров.
, 
По [10, с.126] 
=12 мкм
= 4 мкм
= 6 мкм
=9 мкм
=15 мкм
= 0,719 мин/шт
при использовании раскладчика по схеме вал-ролики может быть повышена до 
при использовании раскладчика по схеме вал-кольца.
(№ формулы)
— эффективный фонд времени в год при трехмерной работе 
— выпуск продукции в час;
,
,
— эффективный фонд времени в смену, 
мин.
мин.
км
км
км
мин.
мин.
км
км
км
(№ формулы)
=3,9624 руб/км
=5,4687 руб/км
, (№ формулы)
=14,6084*1,6835=24,5932 руб/км
=14,6084*1,4005=20,4591 руб/км
(№ формулы)
= 115,92 руб./км
= 104.95 руб./км
, (№ формулы)
— величина расходов на топливо и энергия на технические нужды, 
= 0,7694руб./км
= 0,6966руб./км
, (№ формулы)
— величина расходов на ремонт, содержание и эксплуатацию оборудования, 
= 3,1804 руб./км
= 2,8796 руб./км
, (№ формулы)
— величина общецеховых затрат, 
= 1,1606 руб./км
= 1,0508 руб./км
, (№ формулы)
— величина общезаводских затрат, 
= 1,4486 руб./км
= 1,3116 руб./км
= 3,9624 + 24,5932 + 115,92 + 0,7694 + 3,18404 + 1,1606 + 1,4486 = 151,03824 руб./км
= 5,4687 + 20,4591 + 104,95 + 0,6966 + 2,8796 + 1,0508+ 1,3116 = 136,8164 руб./км
= (151,03824 – 136,8164)*2116 – 0,15 (64294 – 42 160) = 30093,41344- 3320,1 = 26773,3134 руб.
=(2116-1915)*40 000 * 12/100 = 964 800 руб.
= 964 800 + 26773,3134 = 991573,3134 руб.
= 0,73 года
Электрическую блокировку применяют на электроустановках с напряжением от 500 В и выше, а также на различных видах технологического оборудования с электроприводом. Она обеспечивает включение оборудования только при наличии ограждения. Электромагнитную (радиочастотную) блокировку применяют для предотвращения 
