Автор: admin

Семинар: .

1.Причины Великой французской революции

1.1 Особенности социально-экономического развития Франции в 18 веке

Государственная казна была истощена и обременена громадным долгом, средний и особенно низший классы были обременены непосильными налогами и выражали явное неудовольствие привилегиями дворянства и духовенства и злоупотреблениями администрации. Все указы­вало на необходимость коренных реформ. Учитывая общественное мнение, Людовик XVI при самом вступлении на престол уничтожил непопулярные парламенты, уволил в отставку министерство и составил новое, в котором выдающееся положение занял министр финансов Тюрго, образованный в духе «просвещения XVIII в.». Он составил обширный план реформ, которые должны были улучшить экономическое положение страны и уничтожить причины народного недовольства. Предполагалось уничтожить произвол чиновников, создать выборное провинциальное самоуправление; допустить среднее сословие ко всем государственным должностям; уничтожить повинности крестьян по отношению к помещикам; распространить налоги на земли дворянства и духовенства; ограничить чрезмерные расходы двора; поднять торговлю и промышленность уничтожением внутренних таможен и цехов; создать веротерпимость; поднять образование; ослабить цензуру и т. д. Но едва только часть мероприятий Тюрго была приведена в исполнение, как вызвала такой сильный протест в придворных кругах и привилегированных классах, что слабохарактерный король дал ему отставку. С уходом Тюрго были уничтожены и все его нововведения.

Заключенный с Англией торговый договор, снижавший пошлины на ввоз английских промышленных изделий, нанес серьезный удар французским мануфактурам, многие закрылись. В промышленности и торговле наступил кризис. Началась безработица. Неурожай вызвал дороговизну и недостаток продовольствия. В городах участились народные волнения.

Управление государственными финансами было поручено бывшему банкиру Неккеру, который восстановил сильно упавший до него государственный кредит путем займов, а также сокращением пенсий, ограничением расходов двора, уменьшением числа чиновников и другими мерами он в течение 5 лет без увеличения налогов сумел уравнять приход с расходом, несмотря на большие расходы на войну с Англией. Однако займы увеличивали государственный долг, обременяя государство платежом процентов. По его совету король согласился созвать в 1787 г. Генеральные штаты для утверждения новых налогов.

Произведенные выборы депутатов от третьего сословия дали много образованных юристов (судей и адвокатов) и интеллигентных и знающих лиц. Особенно выделялись аббат Сиейес и граф Мирабо, которые более других способствовали проведению в жизнь «наказов» третьего сословия, в которых высказывались не только желания устранить все, что стесняло при старых порядках (неравномерное обложение податями, привилегии дворянства и духовенства, медленное и пристрастное судопроизводство), но и ограничить королевскую власть, дать свободу и равенство граждан и т д.

Депутаты третьего сословия обнаружили такую самостоятельность, которая не только решила в их пользу спорный вопрос, но постепенно передала в их руки всю государственную власть. По предложению аббата Сиейеса они объявили себя Национальным собранием, долженствовавшим выполнить ту задачу, на которую их уполномочили избиратели; дали клятву не расходиться, пока не кончат своего дела, и объявили личность депутатов Национального собрания неприкосновенной. Король уступил и приказал депутатам от дворянства и духовенства войти в состав Национального собрания.

Короля заподозрили в неискренности, когда он под предлогом поддержания порядка и спокойствия стянул около Парижа и Версаля до 35 тысяч войска, составленного по преимуществу из иностранцев. Парижская чернь стала вооружаться, разграбив оружейные мастерские и военные магазины. За оружие взялись ремесленники, рабочие, поденщики, а также торговцы Таким образом, в восстании принимали участие не только городские низы, но и представители мелкой буржуазии.

Городское самоуправление Парижа, чтобы предохранить себя, с одной стороны, от королевских войск, а с другой — от насилий черни, образовало из лучшей части городской молодежи Национальную гвардию (преимущественно из буржуа, так как они должны были на свой счет приобрести нарядный дорогой мундир), которой была присвоена особая кокарда и трехцветное знамя, сделавшееся потом знаменем революции. Начальником был назначен маркиз Лафайет. Образование Национальной гвардии придало особое значение городскому самоуправлению, которое наряду с Национальным собранием образовало вторую силу, ограничивавшую королевскую власть и игравшую впоследствии весьма важную роль.

По своему государственному устройству в XVIII веке Франция была абсолютной монархией, опиравшейся на бюрократическую централизацию и на постоянное войско. Тем не менее, между королевской властью, которая была совершенно независима от господствующих классов, и привилегированными сословиями существовал своего рода союз — за отказ духовенства и дворянства от политических прав государственная власть всей своей силой и всеми бывшими в её распоряжении средствами охраняла социальные привилегии этих двух сословий.

До некоторого времени с королевским абсолютизмом мирилась промышленная буржуазия, в интересах которой правительство тоже делало немало, усиленно заботясь о «национальном богатстве», то есть, о развитии обрабатывающей промышленности и торговли. Однако, оказывалось все более трудным удовлетворять желаниям и требованиям и дворянства и буржуазии, в своей взаимной борьбе искавших поддержки у королевской власти.

С другой стороны, и феодальная, и капиталистическая эксплуатация все больше вооружала против себя народные массы, самые законные интересы которых совершенно игнорировались государством. В конце концов, положение королевской власти во Франции сделалось крайне затруднительным: всякий раз, когда она отстаивала старые привилегии, она встречалась с либеральной оппозицией, которая усиливалась — и всякий же раз, когда получали удовлетворение новые интересы, поднималась консервативная оппозиция, делавшаяся раз от раза более резкой.

Королевский абсолютизм терял кредит в глазах духовенства, дворянства и буржуазии, среди которых утверждалась мысль, что абсолютная королевская власть является узурпацией по отношению к правам сословий и корпораций (точка зрения Монтескье) или по отношению к правам народа (точка зрения Руссо).

Благодаря деятельности Вольтера, Монтескье, Руссо и других писателей, из которых особенно важны группы физиократов и энциклопедистов, даже в умах образованной части французского общества произошёл переворот. Появилось массовое увлечение демократической философией Руссо, Мабли, Дидро и др. Североамериканская война за независимость, в которой приняли участие и французские добровольцы, и само правительство, как бы подсказывала обществу, что и во Франции возможно осуществление новых идей.

1. Что предусматривал заключенный торговый договор между Англией и Францией?

2. Какие мероприятия проводил Неккер для преодоления кризиса?

3. Какие слои населения были недовольны политикой правительства?

1.2 Кризис французского абсолютизма в 18 в.

Во второй половине XVIII в. все население Франции по-прежнему подразделялось на три сословия, причем первые два — духовенство и дворянство — сохраняли все свои старинные привилегии. Буржуазия, крестьянство, плебейские массы городов принадлежали к третьему сословию. Привилегированные сословия Как ни ничтожен был численно весь контингент духовенства (одна двухсотая часть населения Франции), социальные контрасты, характерные для всей страны, воспроизводились внутри этого сословия с поразительной резкостью. Многие деревенские священники были бедны, а по своему социальному происхождению они были непосредственно связаны с третьим сословием. Совсем иным было положение церковной аристократии: архиепископов и епископов (всего 135 человек), аббатов и аббатис, возглавлявших 1100 мужских к 678 женских монастырей (в общем к монашествующему духовенству принадлежало около 60 тыс. человек). Годовые доходы некоторых архиепископов доходили до 100 — 200 тыс. ливров. Архиепископы и епископы жили, как светские аристократы, в роскошных дворцах, часто устраивая пышные приемы и щедро одаряя своих фаворитов и фавориток. При Людовике XV среди епископов были еще выходцы из третьего сословия, однако в следующее царствование, в 80-х годах, лицам недворянского происхождения был полностью закрыт доступ не только в епископат, но и ко всем другим сколько-нибудь выгодным церковным должностям. Не доверяя низшему духовенству, Людовик XVI воспретил приходским священникам собираться на съезды без разрешения епархиальных властей. Епископы перемещали сельских священников из одного прихода в другой по своему произволу. Второе сословие — дворянство состояло из двух различных групп: «дворянства шпаги» и «дворянства мантии». Главной обязанностью дворянства шпаги была военная служба. Однако в 1789 г., по подсчету Лавуазье, только 18 323 дворянина были действительно способны носить оружие. Дворянство шпаги, как и духовное сословие, не было однородно. Иным дворянам и шпагу купить было не на что. В одном и том же втором сословии были и безземельные, и мелкопоместные дворяне, и сеньоры, владевшие тысячами гектаров земли, преимущественно титулованная знать: герцоги, маркизы, графы и виконты. В 1771 г. во Франции было 70 тыс. дворян, из них 3 тыс. титулованных. Королевский двор — эта, по выражению передовых современников, «могила нации» — привлекал аристократов, покидавших свои поместья, чтобы вести паразитическое существование в Париже или в Версале за счет королевских милостей и субсидий. Беспечная, разгульная жизнь и постоянное безделье считались характерными и необходимыми признаками подлинного барства. Король и принцы показывали пример расточительности. Состояние герцога Орлеанского, родственника короля по младшей линии Бурбонов, оценивалось в 114 млн. ливров, а его долги — в 74 млн. ливров. Угождая королю и его фаворитам, дворяне жили выше своих средств, делали долги и даже богатейшие из них нередко разорялись. Провинциальное дворянство относилось недружелюбно и даже враждебно к дворянству придворному, а старые аристократические семьи презирали выскочек-фаворитов, часто приобретавших титулы и влияние при дворе. Существовали, однако, и гораздо более важные различия в среде дворянства: независимо от древности рода одни дворяне были фанатическими защитниками феодальных порядков, другие склонялись к реформам, к капиталистическим, а не к феодальным методам эксплуатации крестьянства. Отдельные аристократы были причастии к колониальной торговле. Банкирские операции, ростовщичество, коммерческое домовладение, добывающая и обрабатывающая промышленность интересовали этих высокопоставленных дворян отнюдь не менее, чем коммерсантов, принадлежавших к бесправному третьему сословию. К дворянству мантии относилась судейская знать, члены высших судебных учреждений — парламентов и высших финансово-административных органов. В XVI—XVII вв. эта чиновная знать носила еще название люди мантии и резко отличалась от дворянства шпаги своим происхождением: люди мантии были выходцами из третьего сословия. Но постепенно их связи с третьим сословием утрачивались, и они превращались в прослойку господствующего класса феодалов — дворянство мантии, которое в XVIII в. было уже тесно связано в лице своих виднейших семейств с родовитой знатью. Социальное лицо основной массы дворянства мантии и его реакционную роль в XVIII в. гневно характеризовали буржуазные просветители. «Высшая судебная магистратура, — писал Дидро, — нетерпима, ханжески лицемерна, глупа; она хранит свои готские и вандальские обычаи … и жадно стремится вмешиваться во все — в религию, в государственные дела, финансы, искусство и науку и вследствие своего невежества, корысти и предрассудков всегда все запутывает». Буржуазия, предпролетариат и крестьянство. К крупной буржуазии принадлежали откупщики, банкиры, судовладельцы, купцы-оптовики, многие домовладельцы-коммерсанты, крупные промышленники—мануфактуристы. Возможностью быстрой наживы за счет бесправного и все более разоряемого народа особенно широко пользовались откупщики налогов. Прогрессивная часть французского общества относилась к откупщикам с нескрываемым презрением. В одном богатом доме, куда был приглашен Вольтер, все гости обязались рассказать что-нибудь о разбойниках. Когда дошла очередь до Вольтера, он сказал: «Жил-был один откупщик… Господа, остальное я позабыл». Задолженность государства вполне отвечала интересам откупщиков, банкиров, всех правительственных кредиторов. Известно, что Маркс считал государственный долг одним из самых сильных рычагов первоначального накопления. Государственные кредиторы составляли наиболее верноподданническую часть буржуазии. Лишь с появлением опасности государственного банкротства отношение и этой части буржуазии к правительству изменилось. Многочисленная мелкая буржуазия состояла из цеховых мастеров, лавочников, владельцев мелких мастерских капиталистического типа. К мелкой буржуазии относилась и часть работников рассеянной мануфактуры, например многие лионские шелкоткачи, имевшие по три-четыре станка, для обслуживания которых сами мастера постоянно нанимали ткачей-подмастерьев. Все эти прослойки мелкой буржуазии мало различались по материальному положению и были объединены ненавистью к засилью привилегированных. Предпролетариат еще не выделялся заметно из общенародной массы, был слаб и сравнительно немногочислен. К различным прослойкам этого класса принадлежали ремесленные подмастерья, поденщики, ученики, рабочие мануфактур, портовые грузчики, шахтеры. Уже задолго до революции происходила глубокая социальная дифференциация в среде французского крестьянства. Подавляющую массу сельского населения составляла беднота. Ужасающая нищета широких слоев крестьянства засвидетельствована многими современниками, в том числе и представителями тогдашней администрации. В 1742 г. один чиновник из Фалеза писал своему начальнику, интенданту: «Некоторые приходы платят очень мало (налогов), другие же — чрезвычайно обременены, чтобы не сказать — раздавлены, и жители этих приходов погибают в нищете. Эти люди голы, как черви, черны, как негры, питаются всю свою жизнь впроголодь и самой дурной пищей». Массовые движения во второй половине XVIII в. Во второй половине XVIII в. как в городе, так и в деревне почти не прекращались народные волнения. В одной Нормандии, где, по признанию местного парламента, голод заставлял целые деревни переходить «на пищу животных», крестьянские восстания вспыхивали шесть раз в течение небольшого периода — с 1752 по 1768 г. В годы феодальной реакции крестьянские волнения усилились, особенно в Пуату, Визилё, районе Севеннских гор, в Виварё, Жеводане. Движения городского населения были тоже довольно часты. Взрывы недовольства низов городского населения отмечались в 1770 г. в Руане и Реймсе, в 1775 г.— в Дижоне, Версале, Сен-Жермене, Понтуазе, Париже, в 1782 г. — в Пуатье. В XVIII в. в связи с ростом капиталистической мануфактуры массовое движение часто приобретало форму стачечной борьбы. В Невере рабочие стачки и восстания (по выражению местных властей, мятежи) происходили в 50 — 60-х годах почти регулярно через каждые два-три года. Значительный конфликт между трудом и капиталом вспыхнул в 1744 г. в Лионе. Это была хорошо организованная стачка лионских шелкоткачей. Местный интендант писал тогда о ткачах-стачечниках: «Они не грабили и не убивали. Но они насильно заставили купеческого старшину подписать приказ … продиктованный ими самими». Речь шла об отмене только что введенного регламента, создававшего более тяжелые условия труда шелкоткачей. Жестокие репрессии, которым подверглись организаторы стачки, не прекратили стачечной борьбы. Стачки в Лионе возникали в 1752, 1759, 1771, 1774, 1778 и 1786 гг.; последняя из этих стачек называется в буржуазной исторической литературе «мятежом 1786 г.». Волнения начались со стачки каменщиков, потребовавших от подрядчиков упорядочения выдачи заработной платы. Затем в связи с ростом дороговизны началась совместная стачка шелкоткачей и шляпников, потребовавших увеличения сдельных расценок. Стачечники-демонстранты двигались по городу стройными колоннами. После кровопролитной схватки с воинскими частями они окружили ратушу и заставили представителей местной власти подписать приказ о повышении сдельных расценок. Но вскоре это движение было подавлено. Руководитель стачечников-повстанцев Пьер Соваж был казнен. Упадок французского абсолютизма во второй половине XVIII в. Во второй половине XVIII в. дальнейший рост производительных сил во Франции был возможен лишь при условии глубоких революционных преобразований. Но французский абсолютизм уже представлял собой в это время реакционную силу. Поэтому даже те мероприятия правительства, которые, по видимости, были направлены на развитие промышленности, не достигали цели. Поддержка абсолютизма банкирами, откупщиками и некоторыми другими элементами верхушки буржуазии, равно как и покровительство абсолютизма этим элементам, не изменяли существа абсолютной монархии как государства, охранявшего классовые интересы привилегированных землевладельцев. Одним из признаков упадка абсолютизма являлась его неспособность завершить формирование политического и административного единства страны. Сосредоточение власти в руках провинциальных интендантов не устранило во Франции чудовищной административной «чересполосицы». Административная терминология соответствовала запутанности административных порядков. Наряду с понятием «интендантство» употреблялись термины «генеральство» и «провинция», причем понятие «провинция» применялось тогда и к генеральствам, и к интендантствам, и к военным округам. Четкого разделения на административные округа, таким образом, во Франции не существовало даже в конце XVIII в. Большая часть Франции управлялась посредством громоздкого бюрократического аппарата, и только некоторые области пользовались кое-какими, притом неодинаковыми, правами самоуправления. Неодинаково управлялись и города. Выборность мэров была по большей части уничтожена; короли продавали должности мэров. Руководство в судебных трибуналах сенешальств и бальяжей (судебных округов, издревле носивших название сенешальств на Юге и бальяжей на Севере) перешла к интендантам. Суд совершался не только на основе королевского законодательства, но и на основе особых для каждой области законов и обычаев, имевших различное историческое происхождение. В условиях бесправия широких масс народа и судебно-административного хаоса допускались невероятные злоупотребления. Особенно ярким проявлением чудовищного произвола были «летр де каше» (lettres de cachet — приказы в запечатанных конвертах), т.е. негласные королевские приказы. Они применялись и для арестов, притом особенно часто во второй половине XVIII в. Посредством «летр до каше» министры, интенданты, придворные фавориты и фаворитки могли по своему произволу избавляться от политических и личных врагов. Для этого достаточно было вписать в такой приказ, снабженный королевской подписью и печатью, желательное имя, и этого человека без суда заключали в тюрьму на неопределенно долгое время. Официально во Франции признана была лишь католическая церковь. Ряд правительственных и церковных мероприятий, последовавших за отменой Нантского эдикта (1685 г.), укреплял полновластное господство католицизма. Протестанты подвергались преследованиям, их били плетьми, бросали в тюрьмы, ссылали на каторгу. Крещение и браки признавались только в тех случаях, когда они совершались католическим духовенством. Члены семьи протестанта, не подчинявшиеся этому требованию, лишались по закону всех гражданских прав. Церковная аристократия отстранила низшее духовенство от участия в церковных ассамблеях и в органах местного самоуправления — провинциальных штатах. Армия рассматривалась наряду с церковью и судом как важнейшая опора трона. Она формировалась путем вербовки, срок службы устанавливался договором. При Людовике XVI в армии были проведены реформы, имевшие немаловажное военное значение. В 70—80-х годах главный инспектор артиллерии Грибоваль почти удвоил численность артиллеристов, рабочих арсенала перевел на положение военных, реконструировал материальную часть артиллерии, ввел новый, усовершенствованный тип орудий, словом, создал по тем временам превосходную артиллерию. Но в то же время командный состав армии приобрел более отчетливо выраженный сословный, кастовый характер. По военному регламенту 1781 г. лица, желавшие получить офицерский чин в пехоте или кавалерии, обязаны были документально доказать свою принадлежность к дворянству в четырех предшествующих поколениях. Исключались, следовательно, не только выходцы из третьего сословия, но и лица, дворянская родословная которых насчитывала менее 100 лет. Внешняя политика Людовика XV Об упадке французского абсолютизма свидетельствовали и неудачи внешней политики, приходящиеся главным образом на время самостоятельного правления Людовика XV (1723—1774). Сам король, пессимистически оценивая ближайшие перспективы абсолютистской Франции ввиду безнадежного состояния финансов и нарастающего протеста народных масс, говорил: «после нас хоть потоп», и все свое время отдавал развлечениям. При нем большое влияние на государственные дела приобрели его фаворитки — сначала маркиза Помпадур, затем графиня Дюбарри. Внешняя политика Франции в это время определялась дальнейшим обострением колониальных и торговых противоречий с Англией, но была авантюристической и принесла правящим кругам большие разочарования. Сначала Франция втянулась в войну за Австрийское наследство (1740—1748), в которой она выступала вместе с Пруссией против англо-австрийского союза. Война принесла Фридриху II богатую провинцию Силезию, Франции же не дала ничего в Европе и ослабила ее позиции в колониях. Несмотря на Ахенский мир 1748 г., положивший конец этой войне, англо-французская борьба в Индии и Северной Америке фактически не прекратилась. Англичане своими каперскими действиями наносили огромные потери французскому торговому флоту. Вооруженные столкновения между французами и англичанами, возобновившиеся в 1653—1654 гг. в Канаде, в долине Огайо и в Индии, также шли успешно для англичан. Поэтому правительство Людовика XV пыталось решить исход борьбы с Англией не в колониях, а на территории Европы, что уже само по себе было грубым просчетом. Вступив в союз с Австрией против Пруссии, опиравшейся на помощь Англии, Людовик XV втянул свою страну в Семилетнюю войну (1756—1763), которая окончательно расстроила финансы Франции и закончилась для нее крупными потерями в колониях. Реформы Тюрго и их неудача В 1774 г. на трон Франции вступил Людовик XVI. Ему были чужды многие пороки Людовика XV. Но Людовик XVI был тупой, ленивый и безвольный человек. По выражению Мирабо, «единственным мужчиной» в семье нового короля была его жена, австрийская принцесса Мария Антуанетта; она и была вдохновительницей реакционных мероприятий. Первые годы царствования Людовика XVI ознаменовались, однако, такими реформами, которые могли бы способствовать развитию капитализма во Франции, если бы их вскоре не отменили. На пост генерального контролера финансов был призван Тюрго, крупный государственный деятель и выдающийся экономист-теоретик, физиократ. Ему и принадлежала инициатива реформ, проведенных в 1774—1776 гг. Тюрго отменил стеснения хлебной торговли, уменьшил пошлины с ввозимых в города продовольственных товаров, распространив одновременно этот налог на привилегированных. Привилегированные сословия были, кроме того, обложены дорожной пошлиной, а государственная крестьянская повинность — дорожная барщина — была упразднена. В 1776 г. Тюрго лишил сеньоров-виноделов важнейшего для них баналитетного права. Все это вызвало против него сильнейшее недовольство аристократии и всего дворянства. Тюрго восстановил против себя и часть буржуазии. По предложению Тюрго в январе 1776 г. король подписал указ, уничтоживший цеховые корпорации и гильдии. За исключением четырех-пяти профессий, все виды торгово-промышленной деятельности были освобождены от всяких ограничений и регламентов. Но, как уже было сказано, часть французской буржуазии извлекала выгоды из монополий. Особенно сильно были возмущены так называемые шесть гильдий города Парижа (меховщики, торговцы колониальными товарами, галантерейщики и др.). По выражению историка Мишле, «надменная потомственная лавка была взбешена не менее, чем Версаль». Перечисленные реформы Тюрго были лишь первым шагом к намечавшимся им дальнейшим, не менее серьезным преобразованиям. Судебная аристократия знала, что Тюрго не сочувствовал восстановлению парламентов, ликвидированных в предшествовавшее царствование канцлером Мопу. Высшему духовенству было известно отрицательное отношение Тюрго к отмене Нантского эдикта. Вскоре после коронации Людовика XVI Тюрго вручил королю свой «Мемуар о веротерпимости». Привилегированная городская магистратура с тревогой ожидала административных преобразований Тюрго, который разработал план единого общинного и городского самоуправления. Органам самоуправления предполагалось передать распределение налогов и руководство местными общественными работами, в первую очередь дорожным строительством. Эти органы должны были состоять из лиц, выбираемых не по сословному принципу, без разделения граждан на курии. Избирательное право предполагалось предоставить землевладельцам с определенным размером дохода. Уничтожение цехов, слухи о муниципальной реформе и почти одновременное появление смелой брошюры «О неудобстве феодальных прав», написанной Бонсерфом, другом и единомышленником Тюрго, умножили число врагов реформатора, объединили против него князей церкви, сеньоров, дворянство мантии и финансистов. Брошюра Бонсерфа была сожжена палачом по приговору парламента. Враги Тюрго воспользовались продовольственными затруднениями 1775 г. и народными волнениями (так называемой мучной войной), чтобы свалить ненавистного министра. В мае 1776 г. Тюрго получил отставку, все реформы были отменены занявшими его место бездарными ставленниками придворной камарильи. Феодально-абсолютистские порядки стесняли развитие производительных сил, препятствовали развитию промышленности и свободному формированию рынка рабочей силы, задерживали рост внутреннего рынка и внешней торговли, затрудняли развитие кредита. Все эти социально-экономические условия и особенно феодальная реакция 70—80-х годов должны были привести к резкому обострению всех классовых противоречий, к мощным народным движениям. Неизбежным было в этих условиях и усиление идеологической борьбы. В 1787—1789 гг. во Франции сложилась революционная ситуация.

1. Чем отличались «дворянство шпаги» и «дворянство мантии»?

2. В чем причина стачки лионских ткачей?

3. Что такое сенешальство?

2. Периодизация Великой французской революции

Франция была одним из самых сильных и развитых государств в Европе. Но к концу 1770 года французское правительство было неспособно управлять страной. Получаемые от народа деньги быстро растрачивались на прихоти знати.

В мае 1789 года Людовик XVI (1754-1793), который пришел к власти во Франции в 1770 году, призвал на совет своих министров и сообщил им о новых повышениях налога. Крестьяне и земледельцы платили большие налоги на землю и за нанятых работников. Знать и духовенство или платили очень мало, или вообще не платили. Среди французов прошли массовые недовольства, стали вспыхивать восстания.

В 1789 году запасы пищи в стране кончились и правительство объявило себя банкротом. Тогда король Людовик XVI собрал совет министров и генералов, спрашивая у них как можно урегулировать конфликт в стране. Многие люди потеряли терпение. Французы третьего сословья вынудили Людовика отказаться от повышения налогов и разрешить создание Национальной Ассамблеи.

14 июля 1789 года парижане-санклюлоты ворвались в оружейную королевских солдат и похитили там 30000 мушкетов. Затем, распределив оружие, парижане пошли на Бастилию. Разгорелось жестокое сражение, после которого гарнизон тюрьмы капитулировал. Восстание охватило всю Францию.

Санклюлотами в Париже называли бедных людей (от слова без клюлот, клюлоты — мужские военные брюки, называемые бриджами).

Национальная Ассамблея приняла «Декларацию о правах человека и гражданина», в которой говорилось, что все жители Франции равны перед законом.

В октябре 1789 года восстание возобновилось. Тысячи голодных женщин окружили царский дворец и стали требовать хлеба. Они были настроены против королевской семьи.

В июне 1790 года дворяне потеряли право наследовать титулы своих предков.

В июне 1791 года Людовик XVI, его жена Мария Антуанетта (1755-1793) и их сын пробовали уехать из Франции. Они уже выедали за город, но их вернули обратно в Париж. Тысячи священников, офицеров и богачей стали уезжать из страны.

Людовику хотели придти на помощь монархи Австрии и Пруссии, которые собрали войско и вторглись во Францию с целью спасти короля и остановить революцию. В апреле Ассамблея объявила войну Австрии и Пруссии. После этих событий многие приближенные короля выедали за границу. Революционная война против Англии, Испании, Пруссии и Австрии продолжалась до 1802 года. Переворот в Америке сильно повлиял на настроение в массах. Многие французы уезжали в Америку. Другие же хотели добиться свержения власти короля, чтобы жить в свободном государстве. В августе 1792 года вновь вспыхнуло восстание. Конституционное собрание передало власть революционному правительству.

В сентябре 1792 года во Франции прошли выборы. В первые в истории страны, каждый житель имел право голоса. Монархия была свергнута. Франция провозгласила себя независимой республикой. Короля Людовика XVI стали называть гражданином.

После восстания в августе 1792 года, которое продолжалось целый месяц, враги Людовика объединились и стали предпринимать серьезные меры, чтобы свергнуть короля и отменить монархию. 21 сентября Ассамблея подписала указ о свержении королевской власти. 11 января 1793 король был обвинен в государственной измене и 21 января 1793 года, через 10 дней, его казнили.

2 июня 1793 года якобинцев возглавил Максимилиан Робеспьер. В 1793 году якобинцы под его предводительством захватили власть в Париже. Они арестовывали и казнили всех, кто мешал революции. Примерно 35000 человек погибли. Предводитель Французской революции Джордж-Якус Дантон (1759-1794), который организовал восстание в 1792 году против монархии был также казнен 5 апреля 1794 года. Вспышка террора закончилась после казни Робеспьера в июле 1794 года.

16 октября 1793 года была казнена супруга короля Мария Антуанетта.

В июле 1794 года закончилась вспышка террора.

Был заключен мир между Францией и Пруссией, а через несколько месяцев между Францией и Испанией. В стране было установлено новое правительство.

Власть перешла в руки к военному генералу Наполеону Бонапарту. Он распустил прежнее правительство и объявил себя Первым Консулом.

18 мая 1804 года Наполеон провозгласил себя императором Франции. Его жена Жозефина стала императрицей.

1) Почему Людовик XVI, придя к власти повысил налоги?

2) Кто такие санклюлоты?

3) За что была казнена Мария Антуанетта?

3. Созыв Генеральных Штатов и начало революции

Во Франции устои старого режима расшатывали не только конфликты между аристократией и королевскими министрами, но также экономические и идеологические факторы. С 1730-х годов в стране происходил постоянный рост цен, вызванный обесцениванием нараставшей массы металлических денег и расширением льгот по кредитам — при отсутствии роста производства. Инфляция больнее всего ударяла по бедным слоям населения.

В то же время часть представителей всех трех сословий находилась под влиянием просветительских идей. Известные писатели Вольтер, Монтескье, Дидро, Руссо предлагали ввести во Франции английскую конституцию и систему судопроизводства, в которых они усматривали гарантии индивидуальных свобод и эффективного правительства. Успех Войны на независимость США вдохнул в решительно настроенных французов новые надежды.

Созыв Генеральных штатов. Перед созванными 5 мая 1789 Генеральными штатами стояла задача разрешения экономических, социальных и политических проблем, стоявших перед Францией в конце 18 в. Король надеялся достичь согласия по новой системе налогообложения и избежать финансового краха. Аристократия стремилась использовать Генеральные штаты для блокирования любых реформ. Третье сословие приветствовало созыв Генеральных штатов, усматривая возможность изложить на их заседаниях свои требования реформ.

Подготовка к революции, в ходе которой ширились дискуссии об общих принципах правления и необходимости конституции, продолжалась 10 месяцев. Повсеместно составлялись списки, так называемые наказы. Благодаря временному ослаблению цензуры страна была наводнена памфлетами. Было принято решение предоставить третьему сословию равное с двумя другими сословиями количество мест в Генеральных штатах. Однако вопрос о том, должны ли сословия голосовать отдельно или вместе с другими сословиями, не был решен, равно как оставался открытым вопрос о характере их властных полномочий. Весной 1789 состоялись выборы по всем трем сословиям на основе всеобщего избирательного права для мужчин. В итоге был избран 1201 депутат, из которых 610 представляли третье сословие. 5 мая 1789 в Версале король официально открыл первое заседание Генеральных штатов.

Первые признаки революции. Генеральные штаты, не получившие каких-либо четких указаний со стороны короля и его министров, увязли в спорах о процедуре. Накаленные политическими дебатами, происходившими в стране, различные группы занимали непримиримые позиции по принципиальным вопросам. К концу мая второе и третье сословия (дворянство и буржуазия) полностью разошлись во мнениях, а первое (духовенство) раскололось и стремилось выиграть время. В период между 10 и 17 июня третье сословие взяло инициативу в свои руки и объявило себя Национальным собранием. Тем самым оно утвердило свое право представлять всю нацию и потребовало полномочий для пересмотра конституции. Поступая, таким образом, оно пренебрегало авторитетом короля и требованиями двух других сословий. Национальное собрание постановило, что в случае его роспуска будет отменена временно одобренная система налогообложения. 19 июня духовенство незначительным большинством проголосовало за то, чтобы присоединиться к третьему сословию. К ним примкнули также и группы либерально мыслящих дворян.

Встревоженное правительство решило перехватить инициативу и 20 июня попыталось изгнать членов Национального собрания из зала заседаний. Тогда собравшиеся в расположенном неподалеку зале для игры в мяч делегаты дали клятву не расходиться до тех пор, пока не будет введена в действие новая конституция. 9 июля Национальное собрание провозгласило себя Учредительным собранием. Стягивание королевских войск к Парижу вызвало брожение среди населения. В первой половине июля в столице начались волнения и беспорядки. Для защиты жизни и собственности граждан муниципальными властями была создана Национальная гвардия.

Эти беспорядки вылились в штурм ненавистной королевской крепости Бастилии, в котором приняли участие национальные гвардейцы и народ. Падение Бастилии 14 июля стало ярким свидетельством бессилия королевской власти и символом крушения деспотизма. Вместе с тем штурм вызвал волну насилия, прокатившуюся по всей стране. Жители сел и небольших городов сжигали дома знати, уничтожали свои долговые обязательства. В то же время среди простого народа ширились настроения «великого страха» — паники, связанной с распространением слухов о подходе «бандитов», якобы подкупленных аристократами. Когда некоторые известные аристократы стали покидать страну и начались периодические армейские экспедиции из голодающих городов в сельские местности для реквизиции продовольствия, волна массовой истерии пронеслась по провинциям, порождая слепое насилие и разрушения.

11 июля со своего поста был смещен министр-реформатор банкир Жак Неккер. После падения Бастилии король пошел на уступки, вернув Неккера и отведя от Парижа войска. Либеральный аристократ маркиз де Лафайет, герой Войны за независимость США, был избран командиром формировавшейся новой Национальной гвардии, состоявшей из представителей средних слоев. Был принят новый государственный трехцветный флаг, сочетавший традиционные красный и голубой цвета Парижа с белым цветом династии Бурбонов. Муниципалитет Парижа, подобно муниципалитетам многих других городов Франции, был преобразован в Коммуну — фактически независимое революционное правительство, признававшее лишь власть Национального собрания. Последнее взяло на себя ответственность за формирование нового правительства и принятие новой конституции.

4 августа аристократия и духовенство отказались от своих прав и привилегий. К 26 августа Национальное собрание утвердило Декларацию прав человека и гражданина, в которой провозглашались свобода личности, совести, слова, право на собственность и сопротивление угнетению. Подчеркивалось, что суверенитет принадлежит всей нации, а закон должен быть проявлением общей воли. Все граждане должны быть равны перед законом, обладать одинаковыми правами при занятии общественных должностей, а также равными обязательствами по уплате налогов. Декларация «подписывала» смертный приговор старому режиму.

Людовик XVI тянул с одобрением августовских декретов, отменявших церковную десятину и большинство феодальных сборов. 15 сентября Учредительное собрание потребовало от короля утвердить декреты. В ответ он начал стягивать войска к Версалю, где заседало собрание. Это оказало возбуждающее действие на горожан, усмотревших в действиях короля угрозу контрреволюции. Условия жизни в столице ухудшались, уменьшались запасы продовольствия, многие остались без работы. Парижская коммуна, настроения которой выражала популярная пресса, настраивала столицу на борьбу против короля. 5 октября сотни женщин прошли пешком под дождем от Парижа до Версаля, требуя хлеба, отвода войск и переезда короля в Париж. Людовика XVI заставили санкционировать августовские декреты и Декларацию прав человека и гражданина. На следующий день королевское семейство, ставшее фактически заложником злорадствующей толпы, под эскортом Национальной гвардии переехало в Париж. 10 дней спустя за ним последовало и Учредительное собрание.

Положение в октябре 1789. К концу октября 1789 фигуры на шахматном поле революции передвинулись на новые позиции, что было вызвано как предшествующими изменениями, так и случайными обстоятельствами. С властью привилегированных сословий было покончено. Значительно увеличилась эмиграция представителей высшей аристократии. Церковь — за исключением части высшего духовенства — связала свою судьбу с либеральными преобразованиями. В Учредительном собрании преобладали либеральные и конституционные реформаторы, вступившие в конфронтацию с королем (теперь они могли считать себя голосом нации).

В этот период многое зависело от лиц, находившихся у власти. Людовик XVI, благонамеренный, но нерешительный и слабовольный король, потерял инициативу и уже не владел ситуацией. Королева Мария Антуанетта — «австриячка» — была непопулярна из-за своей расточительности и связей с другими королевскими дворами Европы. Графа де Мирабо — единственного из умеренных, обладавшего способностями государственного деятеля, — Собрание подозревало в поддержке двора. Лафайету верили куда больше, чем Мирабо, однако он не имел ясного представления о характере сил, которые были вовлечены в борьбу. Пресса, освободившаяся от цензуры и получившая значительное влияние, в основном перешла в руки крайних радикалов. Некоторые из них, например Марат, издававший газету «Друг народа» («Ami du Peuple»), оказывали энергичное воздействие на общественное мнение. Уличные ораторы и агитаторы на Пале-Рояль своими речами возбуждали толпу. Взятые в совокупности, эти элементы составляли гремучую смесь.

1. Какова цель созыва Генеральных Штатов?

2. Почему Марию Антуанетту называли «австриячкой»?

3. Почему Неккер был отправлен в отставку?

4. Конституционно-политическое развитие Франции в 1789-1792 гг.

4.1 Принятие «Декларации прав человека и гражданина», ее содержание и историческое значение

ДЕКЛАРАЦИЯ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА И ГРАЖДАНИНА 1789 г. — один из выдающихся документов Французской буржуазной революции XVIII в. Вошла в качестве введения в конституцию 1791 г. Декларация была принята Учредительным собранием 26 августа 1789 г. Явилась программой революции, ее идеологическим обоснованием. В ней провозглашались демократические и гуманистические принципы государственно-правового строя. В условиях господства в большинстве стран мира феодального средневекового гнета и даже рабства Декларация звучала как революционный вызов старому миру, его категорическое отрицание. Произвела огромное впечатление на современников, сыграв исключительную роль в борьбе против феодализма и его идеологии. Авторы Декларации (Лафайет, Сийес, Мирабо, Мунье и др.) в качестве примера для создаваемого документа имели перед собой американскую Декларацию независимости 1776г., а также декларации французских Генеральных штатов, особенно 1484 г. В идейно-теоретическом плане они стояли на позициях мыслителей Просвещения, особенно Монтескье и Руссо, внесших значительный вклад в развитие теории естественного права. Вслед за просветителями творцы Декларации рассматривали новое политическое мировоззрение как соответствующее требование некоего всеобщего и вневременного разума.,- Демократическая и гуманистическая направленность Декларации во многом определялась атмосферой подъема и ликования, вызванной падением абсолютизма. Декларация открывалась заявлением, имевшим историческое значение:»Люди рождаются и остаются свободными и равными в правах». В духе идей Просвещения в качестве «естественных и неотъемлемых прав человека» назывались: свобода, собственность, безопасность и сопротивление угнетению. Свобода определялась Декларацией как возможность делать все, что не причиняет вреда другому. Осуществление свободы, как и других «естественных» прав человека, встречает «лишь те границы, которые обеспечивают прочим членам общества пользование теми же самыми правами. Границы эти могут быть определены только законом». Декларация выделяла свободу личности, свободу слова и печати, свободу вероисповедания. Отсутствие в Декларации свободы собраний и союзов определялось враждебностью законодателей к массовым выступлениям и общенародным организациям и объяснялось доминировавшим в теории естественного права отрицательным отношением ко всякого рода союзам. По мнению Руссо, союзы ограничивают личную свободу, искажают оформление общей воли народа. Опасались также возможности возрождения цехов, сковавших в прошлом развитие промышленности и торговли. Принципиальное значение имело объявление в Декларации собственности правом «неприкосновенным и священным».Во имя обеспечения безопасности личности декларировался ряд прогрессивных принципов, относящихся к уголовному праву и процессу: никто не может подвергнуться обвинению, задержанию или заключению иначе как в случаях, предусмотренных законом, и при соблюдении форм, установленных законом, т.е. нет преступления без указания о том в законе; никто не может быть наказан иначе как в силу закона, надлежаще примененного, изданного и обнародованного до совершения преступления, т.е. закон не имеет обратной силы; каждый предполагается невиновным, пока не установлено обратное. Обеспечение провозглашенных «прав человека» Декларация возлагала на государство («государственный союз»). В этом она следовала одной из основных идей теории естественного права, которая видела в государстве, возникшем в силу «общественного договора», инструмент защиты «неотъемлемых прав человека». Верховная власть в государстве объявлялась принадлежащей нации. Никакая корпорация, ни один индивид не могут располагать властью, которая не исходит явно из этого источника. Соответственно декларировались политические права граждан: их участие лично или через своих представителей в принятии закона, рассматривавшегося как «выражение общей воли», определении размеров и порядка взимания налогов, в контроле за их расходованием,за деятельностью должностных лиц, а также равный доступ к государственным должностям. Выводы Монтескье, полагавшего, что сохранение свобод и прав граждан во многом достигается введением организационно независимых друг от друга и взаимно уравновешивающих властей (законодательной, исполнительной, судебной), нашли свое отражение в Декларации: «Общество, в котором не обеспечено пользование правами и не проведено разделение властей, не имеет конституции». Во времена революции Декларация звучала как утверждение справедливости, даруемой всем, но абстрактность ее формулировок позволяла наполнить их различным политическим содержанием. Пришедшая к власти буржуазия дала ей свое, по существу, общеобязательное толкование. Вопреки Декларации Учредительное собрание, спустя 3месяца после ее опубликования, приняло декрет о введении имущественных и иных цензов для избирателей. Первая в истории Франции Конституция 1791 г. еще более углубила разрыв между провозглашенными Декларацией демократическими правами и введенным государственно-правовым строем.

1. Кто был составителем Декларации?

2. Что послужило примером Декларации?

3. Почему Декларация не ввела свободу союзов и собраний?

4.2 Разработка и принятие Конституции 1791г.

Конституция 1791 г. При самом создании генеральных штатов в 1789 г. и со стороны привилегированных классов, и со стороны буржуазии одинаково раздавались голоса за ограничение королевской власти. 9 июля национальное собрание, принявшее название учредительного, приступило к рассмотрению вопросов относительно будущей К. и слушало мемуары Мунье об ее основах. Несмотря на то, что большинство членов было на стороне конституционной монархии, выработанная собранием К. лишь по форме была монархической, по существу же — республиканской: тогдашние политические теории (Руссо и Мабли), недоверие к королевской власти, неуверенность в окончательном падении абсолютизма заставляли учредительное собрание всячески урезать королевские права. Большое влияние в этом смысле имело также бегство короля, побудив собрание внести в К. статьи, в силу которых король в некоторых случаях должен был считаться отказавшимся от престола. 3 сент. 1791 г. конституционный акт был предложен королю, который, после долгих колебаний и совещаний, 14 сент., дал присягу в верности нации и закону. Во главе этой К. стояла «декларация прав человека и гражданина» (см.). Верховная власть, «единая, нераздельная, неотчуждаемая и неотъемлемая», принадлежит нации: все власти делегируются нацией; представители ее — законодательное собрание (le corps lйgislatif) и король. Граждане — вопреки «декларации», признавшей общее равенство в правах — делились на активных и пассивных: активными могли быть только те природные и натурализованные французы, которые достигли 25-летнего возраста, имели оседлость в городе или кантоне в течение известного времени, платили прямой налог в сумме не менее трехдневной заработной платы, ни у кого не состояли в услужении и принесли гражданскую присягу. Беднейшая часть нации лишалась, таким образом, политических прав. Активные граждане, на своих «первичных» собраниях, избирали, кроме муниципальных властей, «выборщиков», уже с большим имущественным цензом; в каждом департаменте выборщики образовали избирательное собрание, которое, кроме департаментской администрации, избирало представителей в законодательное собрание из среды всех активных граждан. Члены собрания избирались на два года и считались представителями не отдельного департамента, а целой нации. Законодательный корпус обновлялся на основании закона, без созыва королем; он предлагал и декретировал законы, заведовал финансами, национальными имуществами, сухопутными и морскими силами; ему же принадлежало, совместно с королем, право войны и мира. В руках короля находилась исполнительная власть, которой, однако, он мог пользоваться только через ответственных министров; последними не могли быть члены собрания, что уничтожало единственное связующее звено между королевской властью и народным представительством. Король не мог распускать законодательное собрание, не имел законодательной инициативы и имел право лишь приостанавливающего «veto» (см.). Личность его объявлялась священной и неприкосновенной. Он должен был считаться отказавшимся от престола в трех случаях: если не присягнет К. или возьмет назад данную присягу; если станет во главе армии против нации или формальным актом не воспротивится восстанию, задуманному во имя короля; если, удалившись из королевства, не вернется в назначенный срок, по приглашению законодательного корпуса. Ни король, ни министры не участвовали в замещении административных должностей и не могли смещать чиновников: вся администрация была построена на начале народного избрания в первичных и департаментских собраниях, причем в ведении местных выборных властей находились и общегосударственные дела. Хотя учредительное собрание и указало способ пересмотра К., определив, что она должна оставаться неизменной в течение, по крайней мере, десяти лет, однако К. 1791 г. просуществовала лишь менее года. Причины этого лежали в ней самой. Во-первых, разделяя граждан на активных и пассивных, она противоречила декларации прав, объявлявшей равенство всех граждан, а в вопросе о пересмотре связывала национальную волю. Вторым внутренним противоречием было несоответствие ее монархической формы с республиканским содержанием. Наконец, сделав местные выборные власти почти независимыми, она тем самым разрушала почти всякую возможность управления Францией законной центральной властью (см. Законодательное собрание). Главные принципы К. 1791 г. — индивидуальная свобода, в смысле личной неприкосновенности и независимого проявления личности в области веры, мысли, слова, и свобода политическая, в смысле народного участия через представителей в законодательстве и управлении — легли, однако, в основу последующих французских К., до ныне действующей включительно.

1. Какие полномочия отводила Конституция 1791г.?

2. Какие категории населения обладали избирательными правами?

3. Какие противоречия имела Конституция?

4.3 Законодательное собрание 1791г. и его состав: фельяны, жирондисты, монтаньяры

26 августа 1789 г. Учредительное собрание приняло «Декларацию прав человека и гражданина» — один из первых документов буржуазно-демократического конституционализма, появившийся в самом центре феодальной Европы, в «классической» стране абсолютизма. «Старому режиму», основанному на сословных привилегиях и произволе власть имущих, были противопоставлены равенство всех перед законом, неотчуждаемость «естественных» прав человека, народный суверенитет, свобода взглядов, принцип «дозволено все, что не запрещено законом» и другие демократические установки революционного просветительства, ставшие отныне требованиями права и действующего законодательства. Декларация также утверждала в качестве естественного права — право частной собственности.

5-6 октября состоялся Поход на Версаль к резиденции короля, чтобы силой заставить Людовика XVI санкционировать декреты и Декларацию, от одобрения которых монарх до этого отказывался.

Тем временем, законодательная деятельность Учредительного национального собрания продолжалась и была направлена на решение сложных проблем страны (финансовых, политических, административных). Одной из первых была проведена административная реформа: были ликвидированы сенешальства, женералитеты; провинции были объединены в 83 департамента c единым судопроизводством. Стала утверждаться политика экономического либерализма: было объявлено о снятии всех ограничений на торговлю; были ликвидированы средневековые цеховые гильдии и государственная регламентация предпринимательства, однако одновременно с этим были запрещены (по закону Ле Шапелье) рабочие организации — компаньонажи. Этот закон во Франции, пережив не одну революцию в стране, действовал до 1864 года. Следуя принципу гражданского равенства, Собрание ликвидировало сословные привилегии, отменило институт наследственного дворянства, дворянские титулы и гербы. В июле 1790 г. Национальное собрание завершило церковную реформу: во все 83 департамента страны были назначены епископы; все служители церкви стали получать жалование от государства. Иными словами, католицизм объявлялся государственной религией. Национальное собрание потребовало от священнослужителей присягнуть на верность не Папе Римскому, а французскому государству. Только половина священников решилась на этот шаг и всего лишь 7 епископов. Папа в ответ осудил французскую революцию, все реформы Национального собрания и особо — «Декларацию прав человека и гражданина».

В 1791 г. Национальное собрание провозгласило первую в истории Европы писаную конституцию, утвержденную общенародным парламентом. По ней предлагалось созвать Законодательное собрание — однопалатный парламентский орган на основе высокого имущественного ценза на выборах. «Активных» граждан, получивших право голоса по конституции, оказалось всего 4,3 млн., а выборщиков, избиравших депутатов, — всего 50 тыс. В новый парламент также не могли быть избраны депутаты Национального собрания.

Король тем временем бездействовал. 20 июня 1791 г. он, правда, пытался сбежать из страны, но был узнан на границе (г. Варенн) почтовым служащим, возвращён в Париж, где фактически оказался под стражей в собственном дворце (так называемый «Вареннский кризис»).

1 октября 1791 г., согласно конституции, открылось Законодательное собрание. Этот факт свидетельствовал об установлении в стране ограниченной монархии. Впервые на его заседаниях был поставлен вопрос о развязывании войны в Европе, прежде всего, как средстве для решения внутренних проблем. Законодательное собрание подтвердило существование государственной церкви в стране. Но в целом его деятельность, оказалась малоэффективной, что, в свою очередь, провоцировало французских радикалов на продолжение революции.В условиях, когда требования большинства населения не были удовлетворены, общество переживало раскол, а над Францией нависла угроза иностранной интервенции, государственно-политическая система, основанная на монархической конституции, оказалась обречённой на провал.

Сентябрь 1791 года — первая Конституция. Преамбулой стала «Декларация». Франция провозглашалась конституционной монархией. Исполнительная власть — король, за которым остаются многие права, а законодательная власть — однопалатное Законодательное собрание. Избирательное право имели 60 % мужского населения старше 25 лет. Вводилось новое административное деление на 83 департамента, низшей единицей становилась Коммуна. Конституция не распространялась на колонии, рабство в них не отменялось. Таким образом, Учредительное собрание утвердило и юридически оформило социальное и политическое господство имущих. В лагере революции начался раскол. Идет дифференцирование политических течений, которые по разному видели перспективы, цели и задачи революции. Сторонниками контрреволюции были роялисты (во главе — граф Р’Артуа — брат короля). Были сторонники конституционной монархии (граф Мирабо). Их называли умеренными роялистами. Бритонский (Якобинский) клуб был сформирован из членов Генеральных Штатов, которые прятались в монастыре Св. Якоба (Робеспьер). В июле 1791 года умеренные вышли из состава клуба и образовали клуб друзей конституции — клуб фельянов (Лафайет, Барнав). Клуб кордельеров был более демократичным и радикальным (Марат, Дантон). Поводом для нового политического кризиса стала неудачная попытка бегства Людовика XVI в июле 1792 года. В стране усилилось недоверие к монархии и увеличилось влияние республиканцев. Король все-таки одобрил Конституцию и провозгласил выборы в Законодательное собрание, состав которого отличался от Учредительного. Правые — фельяны — партия крупных финансистов и собственников, заинтересованная в сохранении конституции 1791 года. Левая часть собрания состояла из депутатов, связанных с якобинским клубом. Жирондисты — промышленники, торговцы, заинтересованные в переустройстве общества. Сначала они поддерживают конституцию, но потом стали республиканцами. Монтаньяры — крайне левые — за свержение короля. Несмотря на выборы, политическая ситуация в стране не улучшилась, с конца 1791 года усиливается контрреволюционное движение (заговоры аристократов). Из-за вмешательства из заграницы возникает и мощное народное движение против революции. Так Вандейское восстание отличалось особой жестокостью и было законспирировано католической церковью. Людовик XVI захотел втянуть Францию в войну (тайная переписка с иностранными дворами). 20 апреля 1792 года Законодательное собрание объявило войну Австрии. К июлю армия герцога Брауншвейгского почти окружила Париж. 47 секций из 48 (местное самоуправление) потребовали низложения Людовика и созыва Национального Конвента. Законодательное собрание не согласилось  10августа 1792 года началось восстание. Так возникла Повстанческая Коммуна Парижа, которая взяла власть в свои руки. Она объявила, что собрание предлагает собрать Национальный Конвент. Без голосования вернули всех министров-жирондистов. Восставшие овладели королевским дворцом. Монархия была низложена.

1. Какие мероприятия предусматривал Ле Шапелье ?

2. Кто предложил название «Законодательное собрание»?

3. Каким образом проходили выборы в Законодательное собрание?

4.4 Восстание 10 авг.1792 г. и свержение монархии во Франции

Революция во Франции встревожила европейских монархов. Несмотря на глубокие противоречия, которыми отличались, например, отношения между Пруссией и Австрией, они были вынуждены пойти на сближение перед угрозой событий во Франции. К этому союзу тесно примыкала Англия. Дальнейшим шагом на пути к созданию антифранцузской коалиции стала встреча в августе 1791 г. австрийского императора Леопольда II и прусского короля Фридриха-Вильгельма II в замке Пильниц (Саксония), где они подписали декларацию о готовности Пруссии и Австрии к совместным действиям для восстановления власти Людовика XVI. Над революционной Францией нависла угроза войны.

Российская императрица Екатерина II и английское правительство настойчиво подстрекали Австрию и Пруссию к скорейшему вторжению во Францию. В городе Кобленце вблизи границы, контрреволюционные эмигранты при поддержке Австрии создали вооруженный лагерь роялистов и призывали европейские дворы к интервенции. 7 февраля 1792 г. Австрия подписала с Пруссией союзный договор с условием выставить по двадцатитысячной армии против революционной Франции. Этим договором было положено начало созданию антифранцузской коалиции, к которой присоединился и ряд малых германских государств.

Король и его сторонники рассчитывали на помощь интервентов для восстановления своей власти. Французское правительство, в котором с марта 1792 г. преобладали жирондисты, потребовало от Австрии прекращения поддержки роялистов в Кобленце и отвода войск от французской границы. Новый император Австрии Франц связывал выполнение этих требований с отказом Франции от конституции и передачей всей полноты власти королевскому двору.

Поскольку Австрия открыто вмешивалась во внутренние дела Франции, Законодательное собрание с вынужденного согласия короля объявило Австрии войну. Эта война для Франции носила освободительный, национально-патриотический характер, но аристократическое офицерство и генералы встали на путь измены. Мария Антуанетта тайно передала австрийцам военные планы.

Вскоре во Францию вторглись прусские войска. На действия интервентов французский народ ответил взрывом патриотического во­одушевления. В Париж из всех департаментов стекались отряды национальных гвардейцев. Несмотря на сопротивление короля, Законодательное собрание 11 июля 1792 г. про­возгласило лозунг «Отечество в опасности!» В Париже собрались тысячи людей, которые входили в состав Национальной гвардии.

Тем временем Парижу грозило вторжение прусских войск и разруше­ние столицы. Хотя король заявил о верности конституции, члены Якобинско­го клуба призывали к свержению монархии.

Внутренняя обстановка в стране резко ухудшилась. Крайне болезненно воспринимались поражения французов на фронте, росли цены, распространялась спекуляция товарами первой необходимости и продовольствием. Действия правительства были непоследовательными. Королевский двор фактически предавал интересы страны.

Собравшиеся в Париже сторонники республики требовали низложения короля, но Законодательное собрание боялось народа и не хотело разрыва с Бурбонами. Королевский дворец находился под охраной швейцарской наемной гвардии и роялистов. Изменить положение могло только восстание.

В ночь на 10 августа 1792 г. набат возвестил начало нового восстания в столице. Формировались вооруженные отряды. Комиссары (представители) секций: столицы образовали революционную Коммуну Парижа. Батальоны Национальной гвардии из рабочих предместий, а также отряды сторонников республики, прибывшие из департаментов, двинулись к Тюильрийскому дворцу — резиденции короля.

Этот дворец представлял собой укрепленный замок, на подступах к которому была сосредоточена артиллерия. Но отряд марсельских доб­ровольцев вступил в братание с артиллеристами.

Король и королева укрылись в здании Законодательного собрания. Однако, в момент, когда отряды восставших ворвались во внутренний двор Тюильрийского дворца, засевшие там наемники-швейцарцы и офицеры-монархисты открыли огонь. Начался штурм дворца, в ходе которого восставшие потеряли около 500 человек убитыми и ранеными. Так была свергнута монархия, существовавшая во Франции около тысячи лет.

Законодательное собрание объявило Людовика XVI только временно отстраненным от власти, но, по настоянию Коммуны, король и его семья подверглись аресту. Был издан декрет о созыве Национального Учредительного Конвента, в выборах которого могли участвовать все мужчины, достигшие 21 года, без всякого деления граждан на «активных» и «пассивных».

Законодательное собрание назначило новое правительство — Вре­менный исполнительный совет, состоявший из жирондистов; единственным членом Совета, выступавшим за радикальные преобразования, был Дантон.

14 августа Законодательное собрание приняло декрет о разделе общинных земель. Конфискованные земли эмигрантов было разрешено сдавать мелкими участками (от 0,5 до 1 га) в бессрочное владение за готовую ренту или передавать в полную собственность с уплатой наличными. . • «

Произошел перелом и на фронте. 20 сентября 1792 г. у селения Вальми французские войска, состоявшие преимущественно из добровольцев, нанесли ощутимое поражение интервентам. С пением «Марсельезы», с возгласами «Да здравствует нация!» французские солдаты отбили несколько атак неприятеля и заставили его отступить.

1. Для чего Россия и Англия подстрекали Пруссию вступить во Францию?

2. Какие меры провело Законодательное собрание после ареста Людовика XVI?

3. Каковы причины перелома на фронте, в результате чего иностранные войска отступили?

5. Франция в период якобинской диктатуры

5.1 Причины прихода якобинцев к власти

1793 г. вооруженные граждане и национальные гвардейцы, руководимые якобинцами во главе с повстанческим комитетом Парижской коммуны, свергли правительство жирондистов. 3 июня Конвент, где теперь доминировали якобинцы, принял декрет о льготной продаже крестьянам конфискованных у контрреволюционеров земель. Был разрешен раздел общинных земель между жителями общины (декрет от 10-11 июня 1793 г.). Особое значение имел декрет от 17 июня 1793 г., ликвидировавший все оставшиеся и наиболее защищаемые реакцией феодальные права. Принятые решения начали немедленно претворяться в жизнь. В результате значительная часть крестьян превратилась в свободных мелких земельных собственников. Это не означало, что исчезло крупное землевладение (были конфискованы земли эмигрантов, церкви, контрреволюционеров, а не всех помещиков; много земель скупила городская и сельская буржуазия). Сохранилось и безземельное крестьянство. Одновременно с этим и столь же быстро (в течение первых трех недель) проводились важные преобразования в государственном строе. Была принята новая конституция. Конституция 1793 г. Новая Конституция была принята Конвентом 24 июня 1793 г. По установившейся традиции, она состояла из Декларации прав человека и гражданина и собственно конституционного акта.

Созданная в соответствии с Конституцией 1791 г. новая система государственных органов Франции отражала временное равновесие противостоящих политических сил. В конечном счете она не удовлетворяла обе стороны’ буржуазию, власть которой при сохранении монархического строя не была гарантированной и прочной, и Людовика XVI и дворянство, которые не могли смириться с происшедшими переменами и не оставляли планов реставрации старых порядков.

Состав Законодательного собрания, с первого взгляда, оказался благоприятным для короля: в нем преобладали так называемые фейяны — представители крупной торговой и промышленной буржуазии, либеральные дворяне и другие консервативные силы, стремившиеся не допустить дальнейшего развития революции. Фейянам противостояли жирондисты (лидеры — Бриссо, Верньо, Кондорсе), выражавшие интересы более радикальных торгово-промышленных кругов, а также якобинцы (лидеры — Дантон, Робеспьер и др.), представлявшие собой леворадикальную и наиболее революционно настроенную политическую группировку. Жирондисты и якобинцы, которые были в меньшинстве в Законе-‘ дательном собрании, пользовались огромным авторитетом в органах самоуправления Парижа — в секциях и в генеральном совете Парижской коммуны, а также в Якобинском клубе, ставшем политическим центром революционного Парижа. В этой ситуации возникло и стало быстро нарастать открытое противостояние законодательной и королевской власти. Сгруппировавшиеся вокруг короля силы феодальной реакции, заручившись поддержкой монархической Европы, готовили заговор против Конституции.

Однако окончательный приговор королевской власти, а соответственно и Конституции 1791 г. был вынесен народными массами Франции. Слухи о заговоре короля были умело, использованы вождями якобинцев, выступавшими за дальнейшее развитие революции и оказавшими большое воздействие на низы Парижа. По призыву Коммуны и Якобинского клуба возбужденное разговорами о заговоре население Парижа 10 августа 1792 г. поднялось на восстание, которое привело к свержению королевской власти. Революция вступила в свой второй этап (10 августа 1792 г. — 2 июня 1793 г.), охарактеризовавшийся дальнейшим повышением политической активности масс и переходом власти в руки жирондистов.

Под давлением революционно настроенного народа Законодательное собрание, где жирондисты приобретали все больший политический вес и даже сформировали временное правительство, отменило деление граждан на активных и пассивных. Были назначены выборы в Национальный Учредительный конвент, который должен был выработать новую конституцию Франции.

В ночь с 21 на 22 сентября 1792 г. Конвент своим декретом отменил действие Конституции 1791 г., упразднил королевскую власть, положил тем самым начало республиканскому строю во Франции. Этим же декретом подтверждалось, что Конвент берет на себя подготовку новой конституции, что “личность и собственность находятся под охраной французского народа”.

Состав Конвента отражал новую сложную расстановку политических сил, определившую развитие французской государственности на втором этапе революции. Руководящие позиции в нем заняли жирондисты (Бриссо и др.). Они не имели большинства мест в Конвенте, но их поддерживало “болото” — значительная часть депутатов, которые составляли своеобразный политический центр. Они занимали промежуточное положение между жирондистами и якобинцами, былое единство которых с провозглашением республики все более сменялось политической конфронтацией.

Благодаря поддержке “болота” вожди жирондистов смогли взять в свои руки правительственную власть, которая осуществлялась ими через Исполнительный комитет Конвента. Отражая, прежде всего интересы умеренно-радикальных слоев буржуазии, а также всех тех кругов французского общества, которые устали от революции и не желали ее дальнейшего развития, жирондисты стремились сдержать нарастающее бунтарство народных масс. Не случайно к зиме 1792 г., когда в Париже вновь усилились противоречия в революционном лагере, жирондисты были исключены из Якобинского клуба. Здесь укрепилось влияние монтаньяров, “истинных” якобинцев (Дантон, Робеспьер, Марат), пользовавшихся широкой поддержкой низов Парижа.

По мере развития революционных событий, которые во многом происходили помимо желания и воли жирондистского правительства, ему в Конвенте все более энергично противостояла якобинская оппозиция.

Под напором якобинцев, за которыми шли революционно настроенные низы Парижа, жирондисты провели ряд радикальных мер. В конце сентября был принят декрет Конвента о введении во Франции нового революционного летосчисления, берущего свое начало с установления Французской республики. В связи с опасностью иностранной интервенции и монархических мятежей, угрожавших самому существованию республики, жирондистский Конвент декретировал учреждение комитета общественной безопасности (2 октября 1792 г.), чрезвычайного уголовного трибунала в Париже (10 марта 1793 г.), комитета общественного спасения (6 апреля 1793 г.).

Еще до созыва Конвента 25 августа 1792 г. жирондистское правительство провело через Законодательное собрание новый аграрный закон “Об уничтожении остатков феодального режима”, отменивший выкуп крестьянами феодальных повинностей. Фактически это узаконило положение, уже сложившееся в ходе аграрной революции. Был принят также декрет о разделе конфискованных земель эмигрантов и передаче их путем бессрочной аренды или продажи крестьянам. Однако большая часть этих земель оказалась не у крестьян, а у представителей состоятельных кругов.

В декабре 1792 г. Конвент под влиянием политических эмоций, накопившейся ненависти к монархическому режиму вынес смертный приговор королю Людовику XVI. В мае 1793 г. по требованию якобинцев он декретировал установление максимума (твердые цены) на зерно. Но основная цель жирондистов сводилась к стабилизации политического положения и укреплению сложившихся в ходе революции отношений собственности и новых экономических порядков. 18 марта 1793 г. Конвент под давлением жирондистов, напуганных волнениями среди бедноты, принял закон, установивший смертную казнь для лиц, предлагающих аграрный закон, т. е. требующих уравнительного передела земли, а также для лиц, пропагандирующих какой-либо другой закон, “ниспровергающий земельную, торговую или промышленную собственность”.

Остановить рост революционных настроений в Париже, взять их под контроль жирондистскому правительству не удалось. Его авторитет и влияние на народные массы к весне 1793 г. быстро падали. Резервы демократических преобразований были жирондистами исчерпаны. С другой стороны, именно на них, располагающих властью в Конвенте, падала политическая ответственность за усилившиеся в ходе революции тяготы и лишения населения Парижа, за внешнеполитические промахи и поражения.

Положение жирондистов значительно ухудшилось в связи с нарастающими экономическими трудностями. Политические позиции жирондистов значительно пошатнулись после неудавшегося суда над Маратом и последующим его убийством, а также в связи с усилившимся конфликтом между их лидерами и Парижской коммуной, ставшей оплотом якобинцев.

Падению авторитета жирондистов способствовало и то обстоятельство, что они, отменив Конституцию 1791 г., не смогли дать Франции новый республиканский конституционный документ.

Еще II октября 1792 г. была создана конституционная комиссия Конвента, которая в своей работе проявила нерешительность и медлительность. Составленный одним из вождей жирондистов, известным математиком Кондорсе, конституционный проект был слишком громоздким (насчитывал 400 статей), доктринерским и догматичным, далеким от реальной жизни.

В своих конституционных проектах, стремясь ограничить политическое влияние Парижа, жирондисты выступали за расширение прав департаментов, за ослабление центральной власти. В проекте Кондорсе решительно отвергался принцип разделения властей, которому была противопоставлена “одна власть, власть нации”.

Республика по жирондистскому проекту должна была основываться на принципе единства власти, на закреплении центрального места за представительным органом, выступающим в виде однопалатного законодательного собрания. Представительную форму правления жирондисты пытались дополнить и непосредственной демократией.

Конституционный проект жирондистов дебатировался в Конвенте вплоть до 2 июня 1793 г., т. е. до падения их власти, но он так и не был утвержден. Нарастающая напряженность в обществе, рост политической активности масс, усиление противостояния жирондистов и якобинцев в Конвенте и за его стенами, а также нерешительность лидеров жирондистов препятствовали созданию ими республиканского конституционного строя.

В результате непоследовательной и центристской политики жирондистского Конвента, тогдашние вожди которого к весне 1793 г. все более теряли революционную инициативу, республика оказалась на грани гибели. Внутри страны усиливались роялистские мятежи, извне грозило новое наступление армий феодально-монархической коалиции.

Якобинская диктатура. Народное восстание 31 мая — 2 июня 1793 г., во главе которого стоял повстанческий комитет Парижской коммуны, привело к изгнанию жирондистов из Конвента и положило начало периоду правления якобинцев. Французская революция вступила в свой завершающий третий этап (2 июня 1793 г. — 27 июля 1794 г.). Государственная власть, уже сосредоточенная к этому времени в Конвенте, перешла в руки вождей якобинцев — небольшой политической группировки, настроенной на дальнейшее решительное и бескомпромиссное развитие революции.

5.2 Основные направления внутренней и внешней политики якобинцев. Конституция 1793 г.

Кратковременный период якобинской диктатуры был самым великим временем революции. Якобинцы сумели пробудить дремавшие силы народа, вдохнуть в него неукротимую энергию мужество, смелость, готовность к самопожертвованию, бесстрашие, дерзание. Но при всем своем непреходящем величии, при всей своей исторической прогрессивности якобинская диктатура все же не преодолела ограниченности, свойственной всякой буржуазной революции.

В самой основе якобинской диктатуры, как и в политике, проводимой якобинцами, лежали глубокие внутренние противоречия. Якобинцы боролись во имя полного торжества свободы, демократии, равенства в той форме, в какой эти идеи представлялись великим буржуазным революционерам-демократам XVIII столетия. Но сокрушая и выкорчевывая феодализм, выметая, по выражению Маркса, «исполинской метлой» весь старый, средневековый, феодальный мусор и всех тех, кто пытался его сохранить, якобинцы тем самым расчищали почву для развития буржуазных, капиталистических отношений. Они, в конечном счете, создавали условия для замены одной формы эксплуатации другой: феодальной эксплуатации — капиталистической.

Якобинская революционно-демократическая диктатура подвергала строгой государственной регламентации продажу и распределение продуктов и других товаров, отправляла на гильотину спекулянтов и нарушителей законов о максимуме.

Однако поскольку государственное вмешательство осуществлялось только в сфере распределения, не затрагивая способа производства, вся репрессивная политика якобинского правительства и все его усилия в области государственной регламентации не могли ослабить экономическую мощь буржуазии.

Более того, за годы революции экономическая мощь буржуазии как класса значительно возросла в результате ликвидации феодального землевладения и продажи национальных имуществ. Война, нарушившая обычные экономические связи, предъявлявшая огромные требования ко всем областям хозяйственной жизни, также создавала, вопреки ограничительным мероприятиям якобинцев, благоприятные условия для обогащения ловких дельцов. Из всех щелей, из всех пор общества, освобожденного от феодальных оков, росла предприимчивая, дерзкая, жадная к наживе новая буржуазия, ряды которой беспрестанно пополнялись выходцами из мелкобуржуазных слоев города и зажиточного крестьянства. Спекуляция на дефицитных товарах, игра на меняющемся курсе денег, продажа и перепродажа земельных участков, огромные поставки для армии и военного ведомства, сопровождавшиеся всякого рода мошенничествами и махинациями,- все это служило источником быстрого, почти сказочного обогащения новой буржуазии. Политика репрессий якобинского правительства не могла ни остановить, ни даже ослабить этот процесс. Рискуя сложить голову на плахе, все эти выросшие за годы революции, опьяненные возможностью в кратчайший срок создать огромное состояние богачи неудержимо рвались к барышу и умели обходить законы о максимуме, о запрете спекуляции и другие ограничительные меры революционного правительства.

До тех пор, пока исход борьбы с внешней и внутренней феодальной контрреволюцией не был решен, собственнические элементы вынуждены были мириться с революционным режимом. Но по мере того, как благодаря победам республиканских армий опасность феодальной реставрации ослабевала, буржуазия все решительнее стремилась избавиться от революционно-демократической диктатуры.

Подобно городской буржуазии, эволюционировало зажиточное и даже среднее крестьянство, поддерживавшее якобинцев лишь до первых решающих побед. Как и буржуазия, имущие слои деревни враждебно относились к политике максимума, добивались отмены твердых цен, стремились немедленно и полностью без всяких ограничений, запретов, реквизиций воспользоваться приобретенным за годы революции.

Между тем якобинцы продолжали неуклонно проводить свою политику террора и максимума. В начале 1794 г. они сделали попытку осуществить новые социально-экономические мероприятия в ущерб крупным собственникам. 8 и 13 вантоза (конец февраля — начало марта) Конвент по докладу Сен-Жюста принял важные, имевшие большое принципиальное значение декреты. Согласно этим так называемым вантозским декретам, собственность лиц, признанных врагами революции, подлежала конфискации и бесплатному распределению среди неимущих. Врагами революции в то время считались не только бывшие аристократы, но и многочисленные представители как старой, фельянской и жирондистской, так и новой буржуазии, в частности спекулянты, нарушавшие закон о максимуме. В вантозских декретах отразились уравнительные устремления якобинцев-учеников и последователей Руссо. Если бы вантозские декреты удалось провести в жизнь, это означало бы значительное увеличение числа мелких собственников, прежде всего из рядов бедноты. Однако собственнические элементы воспротивились осуществлению вантозских декретов.

В то же время внутренняя противоречивость политики якобинцев вела к тому, что росло недовольство и на другом полюсе — в рядах плебейских защитников революции.

Якобинцы не обеспечили условий для действительного улучшения материального положения плебейства. Установив под давлением народных масс максимум на продукты питания, якобинцы распространили его и на заработную плату рабочих, причинив им тем немалый вред. Они оставили в силе антирабочий закон Ле Шапелье. Наемные рабочие, преданные борцы революции, самоотверженно трудившиеся на оборону республики, принимавшие активное участие в политической жизни, в низовых органах революционно-демократической диктатуры — революционных комитетах, революционных клубах и народных обществах, также становились все более недовольными политикой якобинцев.

Якобинская диктатура не осуществила и чаяний деревенской бедноты. Распродажу национальных имуществ использовала в основном зажиточная верхушка крестьянства, скупившая большую часть земли. В эти годы безостановочно усиливалась дифференциация крестьянства. Беднота добивалась ограничения размеров «ферм», владений зажиточных крестьян, изъятия у них излишков земли и раздела ее между неимущими, но якобинцы не решались поддержать эти требования. Местные органы власти обычно становились на сторону богатых крестьян в их конфликтах с сельскохозяйственными рабочими. Все это вызывало и среди малоимущих слоев деревни недовольство якобинской политикой.

К. 1793 г. Национальный конвент, собравшийся именно с целью объявления республики и составления новой республиканской К., на самом деле правил государством без всякой К., хотя работал над ее составлением. В 1793 г. был выработан специально для этого назначенной комиссией жирондистский проект К. , который был отвергнут конвентом, а 24 июня была принята К. якобинская. Сравнительно с К. 1791 г., К. якобинская только с большей силой настаивает на верховенстве нации и на праве сопротивления, даже возмущения, в случае нарушения правительством прав народа, и, подобно жирондистскому проекту, содержит в себе постановления об общественной помощи и общественном образовании. Социального строя, установленного К 1791 г., якобинская К. ни в чем не изменяет; только в политическом отношении она отличается большим демократизмом: выборы сделаны прямыми, ценз отменен, возраст избирателей с 25 лет понижен до 21 года. Законодательное собрание предполагалось избирать на год, с правом издавать декреты и предлагать законы: если в течение 40 дней по обнародовании их одна десятая часть первичных собраний в половине общего числа департаментов плюс один не опротестует принятого законодательным собранием проекта закона, то последний делается законом; в противном случае собираются первичные собрания, на которых народ может только вотировать «да» или «нет». Исполнительная власть вручается комитету из 24 лиц, назначаемых законодательным корпусом из числа кандидатов, представленных департаментскими собраниями. Для пересмотра К. требовалось только желание одной десятой части первичных собраний в половине общего числа департаментов плюс один.

К. III года. К. 1793 г., будучи принята народом, не приводилась, однако, в исполнение.

1. Какие изменения произошли в Конституции 1793г. по сравнению с К.1791 г.?

2. Почему К. 1793г. так и не была приведена в исполнение?

3. В чем причины падения авторитета якобинцев?

5.3 Раскол якобинского лагеря и падение якобинской диктатуры

Обострение внутренних противоречий в стране и кризис революционной диктатуры привели к борьбе в рядах якобинцев. С осени 1793 г. среди якобинцев начали оформляться две оппозиционные группировки. Первая из них складывалась вокруг Дантона. Один из влиятельнейших вождей революции на ее предыдущих этапах, пользовавшийся одно время наряду с Робеспьером и Маратом огромной популярностью в народе, Дантон уже в решающие дни борьбы с жирондистами проявил колебания. Группировка дантонистов вскоре определилась как откровенно правое направление, представлявшее разбогатевшую за годы революции новую буржуазию. На страницах редактировавшейся Демуленом газеты «Старый кордельер», в своих речах и статьях дантонисты выступали как сторонники политики умеренности, спуска революции на тормозах. Дантонисты более или менее откровенно требовали отказа от политики террора и постепенной ликвидации революционно-демократической диктатуры. В вопросах внешней политики они стремились к соглашению с Англией и другими участниками контрреволюционной коалиции, чтобы любой ценой поскорее добиться заключения мира.

Но политика робеспьеристского Комитета общественного спасения встречала оппозицию и слева. Парижская коммуна и секции отражали это недовольство. Они искали путей к смягчению нужды бедноты, настаивали на проведении политики суровых репрессий против спекулянтов, нарушителей закона о максимуме и т. д. Впрочем, ясной и определенной программы действий у них не было.

Наиболее влиятельной левой группировкой в Париже после разгрома «бешеных» стали сторонники Шометта и Эбера — левые якобинцы (или эбертисты, как их стали называть позднее историки), воспринявшие ряд требований «бешеных». Степень сплоченности и однородности эбертистов была невелика. Эбер (1757-1794), бывший до революции билетером в театре, выдвинулся как один из активных деятелей клуба кордельеров. Осенью 1793 г., когда прокурором Коммуны стал Шометт, самый выдающийся представитель левых якобинцев, Эбера назначили его заместителем. Способный журналист, Эбер приобрел известность своей газетой «Отец Дюшен», пользовавшейся популярностью в народных кварталах Парижа.

Осенью 1793 г. между эбертистами, влияние которых было тогда сильно в Парижской коммуне, и робеспьеристами обнаружились серьезные расхождения по вопросам религиозной политики. В Париже и кое-где в провинции эбертисты начали осуществлять политику «дехристианизации», сопровождавшуюся закрытием церквей, принуждением духовенства отрекаться от сана и т. д. Эти мероприятия, осуществлявшиеся главным образом административными мерами, натолкнулись на сопротивление народных масс, особенно крестьянства. Робеспьер решительно осудил насильственную «дехристианизацию», и она была прекращена. Но борьба между эбертистами и робеспьеристами продолжалась.

Весной 1794 г. эбертисты в связи с ухудшением продовольственного положения в столице усилили критику деятельности Комитета общественного спасения. Руководимый ими клуб кордельеров готовился вызвать новое народное движение, на этот раз направленное против Комитета. Однако Эбер и его сторонники были арестованы, осуждены Революционным трибуналом и 24 марта казнены.

Спустя неделю правительство нанесло удар по дантонистам. 2 апреля Дантон, Демулен и другие были преданы Революционному трибуналу и 5 апреля гильотинированы.

Разгромив дантонистов, революционное правительство устранило силу, ставшую вредной и опасной для революции. Но, нанося одной рукой удар по врагам революции, якобинские вожди другой рукой наносили удар по ее защитникам. Был удален из военного министерства и вскоре арестован Бушотт. Хотя призыв Эбера к восстанию не был поддержан Шометтом и Парижской коммуной, однако Шометт был также казнен. Из Парижской коммуны, революционной полиции, секций изгнали всех заподозренных в симпатиях к эбертистам. Чтобы урезать самостоятельность Парижской коммуны, во главе ее поставили «национального агента», назначенного правительством. Все эти мероприятия вызвали недовольство в революционной столице. Робеспьеристы отсекли часть сил, поддерживавших якобинскую диктатуру.

Положение революционного правительства внешне как будто упрочилось. Всякое открытое выражение недовольства, всякая форма гласной оппозиции революционному правительству прекратились. Но это внешнее впечатление силы и прочности якобинской диктатуры было обманчивым.

В действительности якобинская диктатура переживала острый кризис, обусловленный новой общественно-политической обстановкой, сложившейся в стране после победы над феодально-монархической контрреволюцией. Между тем якобинцы, встречая все возрастающую враждебность со стороны городской и сельской буржуазии и в то же время утрачивая опору в народных массах, не знали и не могли найти путей для преодоления этого кризиса.

Руководители революционного правительства — Робеспьер и его сторонники пытались укрепить якобинскую диктатуру путем установления новой государственной религии — культа «верховного существа», идея которого была заимствована у Руссо. 8 июня 1794 г. в Париже состоялось посвященное «верховному существу» торжественное празднество, во время которого Робеспьер выступил в роли своего рода первосвященника. Но это мероприятие лишь повредило революционному правительству и Робеспьеру.

10 июня 1794 г. Конвент по настоянию Робеспьера принял новый закон, значительно усиливавший террор. В течение шести недель после издания этого закона Революционный трибунал ежедневно выносил до 50 смертных приговоров.

Победа при Флерюсе укрепила намерение широких слоев буржуазии и крестьян-собственников, крайне недовольных усилением террора, избавиться от тяготившего их режима революционно-демократической диктатуры.

Избежавшие кары дантонисты и близкие к ним депутаты Конвента, а также люди, близкие к эбертистам, вступили в тайные связи с целью устранения Робеспьера и других руководителей Комитета общественного спасения. К июлю 1794 г. в глубоком подполье возник новый заговор против революционного правительства. Главными его организаторами были лица, боявшиеся сурового наказания за свои преступления: беспринципный, запятнавший себя хищениями и беззаконием в бытность комиссаром в Бордо Тальен; такой же вымогатель и взяточник Фрерон; бывший аристократ, развратный циник и стяжатель Баррас: лживый, ловкий, изворотливый Фуше, отозванный из Лиона за соучастие в преступных жестокостях и темных делах. В заговор оказались втянутыми не только многие члены Конвента, в том числе депутаты «болота», но и некоторые члены Комитета общественного спасения (например, близкие к эбертистам Колло д’Эрбуа и Билло-Варенн) и Комитета общественной безопасности. Субъективные настроения и намерения отдельных лиц, участвовавших в заговоре, были различны, но объективно заговор этот носил контрреволюционный характер.

Робеспьер и другие руководители революционного правительства догадывались о подготовлявшемся перевороте, но уже не имели сил предотвратить его.

27 июля 1794 г. (9 термидора II года по революционному календарю) заговорщики открыто выступили на заседании Конвента против Робеспьера, не дали ему говорить и потребовали его ареста. Тут же были арестованы Робеспьер, его младший брат Огюстен и его ближайшие единомышленники — Сен-Жюст, Кутон и Леба.

На защиту революционного правительства поднялась Парижская коммуна. По ее распоряжению арестованные были освобождены и доставлены в ратушу. Коммуна провозгласила восстание против контрреволюционного большинства Конвента и обратилась к парижским секциям с призывом прислать в ее распоряжение свои вооруженные силы. Конвент со своей стороны объявил вне закона Робеспьера и других арестованных с ним лиц, а также руководителей Коммуны и обратился к секциям с требованием оказать помощь Конвенту в подавлении «мятежа».

Половина парижских секций и прежде всего центральные секции, населенные буржуазией, стали на сторону Конвента. Многие другие секции заняли нейтральную позицию или раскололись. Но ряд плебейских секций присоединился к движению против Конвента.

Между тем Коммуна проявляла нерешительность и не предпринимала активных действий против Конвента. Вооруженные отряды, которые по призыву Коммуны собрались на площади перед ратушей, начали расходиться. В два часа ночи вооруженные силы Конвента почти беспрепятственно достигли ратуши и ворвались в нее. Вместе с членами Коммуны были вновь арестованы Робеспьер и его соратники.

28 июля (10 термидора) руководители якобинского правительства и Коммуны, объявленные вне закона, были без суда гильотинированы. Казни приверженцев революционного правительства продолжались и в следующие два дня.

Переворот 9 термидора низверг революционно-демократическую якобинскую диктатуру и тем самым фактически положил конец революции.

1) В чем заключались разногласия между эберистами и робеспьеристами?

2) Что такое «Парижская Коммуна»?

3) Какую религию пытался установить Робеспьер?

6. Термидорианский Конвент. Конституция 1795г.

Термидорианцы разгромили аппарат революционно-демократической диктатуры. Они лишили Комитет общественного спасения его прежних полномочий и функций и изменили его состав. Вместе с Парижской коммуной была ликвидирована и массовая опора революционного правительства — народные общества и революционные комитеты. Простых людей, игравших большую роль в революционных органах, отстранили от участия в политической жизни.

Заключенные в тюрьмах контрреволюционеры уже осенью 1794 г. снова получили свободу и доступ к политической деятельности. В декабре вышли из тюрем и вернулись в Конвент уцелевшие жирондистские депутаты.

Одновременно усиливались репрессии против якобинцев. Банды буржуазной «золотой молодежи», хозяйничавшие на улицах Парижа, разгромили помещение якобинского клуба. В ноябре 1794 г. якобинский клуб был закрыт по постановлению Конвента.

Термидорианцы поспешили ликвидировать социально-экономическое законодательство якобинского Конвента. Все ограничения, введенные против спекуляции, были отменены. Государственное нормирование цен в течение некоторого времени еще номинально сохранялось, но все более нарушалось на практике; в декабре 1794 г. закон о «максимуме» был официально отменен. Вследствие восстановления неограниченной свободы торговли рабочие, мелкие ремесленники, городская и сельcкая беднота стали жертвой произвола торговцев и спекулянтов, сразу взвинтивших цены на все продукты. Беднейшие слои французского народа были обречены на голод. Зато буржуазии ничто более не препятствовало в ее безудержной страсти к наживе. Спекуляция, биржевой ажиотаж, махинации, связанные с падением денежного курса, получили небывалый размах. Количество выпущенных ассигнатов выросло с 8 млрд. ливров в 1794 г. до 20 млрд. к октябрю 1795 г. Курс ассигнатов стремительно падал. В июле 1794 г. за ассигнат в 100 ливров платили 34 ливра звонкой монетой; в ноябре он стоил 24 ливра, в марте 1795 г.- 14, в апреле того же года только 8 ливров. Соответственно возросли цены на товары, в особенности на предметы широкого потребления. Покупка и перепродажа «национальных имуществ» и военные поставки продолжали служить источником быстрого обогащения спекулянтов и дельцов. Казнокрадство, взяточничество стали бытовым повседневным явлением. Видные термидорианцы — Баррас, Тальен, Ровер, Фрерон и др.- первые являли пример хищнической погони за наживой. Кутежи и оргии, грубая показная роскошь, фривольная музыка — так в дни народных бедствий развлекалась захватившая власть термидорианская буржуазия. Весной 1795 г. доведенные до отчаяния жестокой нуждой, возмущенные реакциоиной.политикой термидорианских правителей, трудящиеся Парижа дважды поднимали восстание. 12 жерминаля (1 апреля) население рабочих кварталов столицы вышло на улицу с оружием в руках. Демонстранты заставили термидорианский Конвент выслушать их главные требования: «Хлеб! Конституция 1793 года! Освобождение патриотов!» Но лишенные руководства и четкого плана действий, восставшие не сумели использовать первоначальный успех. Термидорианское правительство сосредоточило в Париже крупные вооруженные силы и на следующий день подавило восстание.

Около двух месяцев спустя, 1 прериаля (20 мая), народные массы Парижа снова восстали. К этому времени положение трудящихся столицы стало еще хуже. С апреля по май цены на хлеб возросли в 2-2,5 раза. Это крайне бедственное положение плебейских масс придало восстанию в прериале широкий размах и большую силу. На сторону восставшего народа перешло несколько батальонов национальной гвардии. Восставшим удалось захватить здание Конвента. Но и на этот раз народное выступление потерпело неудачу. 4 прериаля после ожесточенной борьбы восстание было подавлено вооруженными силами термидорианского Конвента.

Термидорианцы жестоко расправились с трудящимися Парижа. .Рабочее население парижских предместий было обезоружено, несколько тысяч человек арестованы, а затем осуждены и сосланы. «Последние монтаньяры», депутаты-якобинцы Ромм, Гужон, Субрани и трое других, поддержавшие восстание и приговоренные к гильотине, покончили с собой одним кинжалом, который умирающий передавал своему товарищу. Решающая победа при Флерюсе, одержанная за месяц до крушения якобинской диктатуры, была лишь началом последующих крупных успехов французских армий. К концу 1794 г. и началу 1795 г. французы заняли Бельгию и Голландию, весь левый берег Рейна, от моря до Альп.

Антифранцузская коалиция европейских монархий, раздираемая внутренними противоречиями, распалась под ударами французских войск. Из крупных европейских держав первой прекратила борьбу Пруссия. 5 апреля 1795 г. в Базеле был подписан мирный договор между Францией и Пруссией, в силу которого последняя признавала переход левого берега Рейна к Франции. В мае того же года был заключен мир между Францией и Голландией; по этому договору Голландия обязалась принять участие в войне против Англии. В июле 1795 г. подписала мир с Францией также Испания.

Однако другие государства, входившие в антифранцузскую коалицию, продолжали борьбу. Англия становилась все более непримиримой, опасаясь побед. Франции и усиления ее влияния в Западной Европе; не складывала оружия и Австрия; за Англией и Австрией следовали мелкие германские и итальянские государства.

Термидорианцы обещали народным массам, дважды восстававшим против нового режима, введение конституции 1793 года. Но взамен обещанной массам конституции 1793 года явилась на свет Буржуазная по существу Конституция 1795 года. Законодательный корпус по этой конституции состоял из двух палат. Нижняя палата — Совет 500 — имела инициативу законодательства и обсуждала законопроекты. Верхняя палата — Совет старейшин (его члены должны быть не младше 40 лет и быть женатыми или вдовцами — условие «добропорядочности») — принимала или отвергала законопроект (только голосовали: обсуждения не полагалось).

Избирательное право сделалось снова цензовым, выборы — двухстепенными. Избиратель, миссия которого ограничивалась избранием выборщиков, должен был платить налог. Выборщик — лицо, полномочное избирать депутатов обеих палат (Законодательного корпуса), судей и всех выборных должностных лиц вообще, — должен был обладать имуществом, приносящим доход, равный по меньшей мере 150-дневной заработной плате, специально исчисляемой.

Исполнительная власть вручалась особому комитету из 5 членов — Директории — ей подчинялись министры, департаментские власти, военное командование; избиралась она Законодательным корпусом.

1. Каков порядок формирования Законодательного корпуса?

2. Какие изменения проведены Конвентом в социально-экономической области?

3. Какие изменения произошли в избирательном праве?

7. Внешняя и внутренняя политика Директории

Правление Директории замечательно резкими сменами ориентации — “политикой качелей“. Начало правления (1796 год) было омрачено заговором Бабефа — французского коммуниста-утописта (хотел свергнуть господство буржуазии, установить коммунистический общественный строй, но был выдан предателем).

Едва оправившись от страха перед коммунизмом, Директория столкнулась с опасностью роялистского переворота (1797 год) — возобновились преследования эмигрантов и не присягнувших священников; роялисты-депутаты были исключены из Законодательного корпуса.

Реакционность нового режима и его неспособность справиться с экономическими бедствиями вызвали новый подъем демократического движения. В ответ из Законодательного корпуса были удалены депутаты-демократы (1798 год).

Особенно тяжелыми для трудящихся оказались зима и весна 1795-1796 гг. Продолжающаяся инфляция, непрерывное падение курса ассигнатов и неудержимый рост цен создали безвыходное положение для рабочих, ремесленников, служащих, интеллигенции. «Лишь зажиточный класс может пользоваться жизнью в настоящий момент, а трудящиеся находятся в крайней нужде»; ремесленники и рабочие «видят все меньше соответствия между плодами своего труда и своими повседневными потребностями»; «отчаяние и горе достигли высшего предела»- такого рода заявления приводились в эти дни почти в каждом полицейском донесении. Рабочие, служащие вынуждены были продавать и закладывать последнее. По улицам бродили оборванные люди, искавшие в мусоре разные отбросы, чтобы утолить голод. Массовый характер приняли самоубийства.

Особенно горькое разочарование неприглядной буржуазной действительностью испытывали рабочие. Это способствовало пробуждению их классового сознания. Рабочие не только с сочувствием вспоминали время якобинской диктатуры, но и искали каких-то новых путей, чтобы покончить с существующим общественным злом.

Выразителем этих смутных социальных чаяний рабочего класса, постепенно выделявшегося из общей плебейской массы, явился Ноэль-Франсуа Бабеф (1760 — 1797), назвавший себя именем древнеримского трибуна-реформатора Гракха. С первых же дней революции он стал, как он сам говорил, «пропагандистом свободы и защитником угнетенных» и принял активное участие в бурных событиях этой эпохи. Неоднократно подвергаясь арестам и преследованиям, Бабеф уже в первые годы революции выступил решительным противником частной собственности на землю, добивался не распродажи национальных имуществ, а их раздачи в долгосрочную аренду малоимущим крестьянам. Весной 1793 г. Бабеф составил проект «законодательства санкюлотов», которое должно было обеспечить «совершенное равенство». Мужественный революционер, смелый мыслитель, человек действия, искавший решения жгучих социальных вопросов, Бабеф выдвинулся в мрачные годы термидорианской реакции. В 1795 г., сидя в тюрьме, он сблизился с заключенными там революционерами-демократами Буонарроти, Дартэ и некоторыми другими и сплотил их вокруг коммунистических идей и плана нового революционного переворота.

Выйдя из тюрьмы после амнистии, объявленной термидорианским Конвентом, Бабеф и его единомышленники — бабувисты энергично взялись за дело. В начале 1796 г. под руководством Бабефа была создана «Тайная директория общественного спасения», деятельность которой вошла в историю под названием «заговора во имя равенства». Бабувисты считали, что полное равенство осуществимо лишь при коммунизме — общественном строе, не знающем частной собственности. Коммунистическое общество представлялось им основанным на строго равномерном распределении всех материальных благ между гражданами, т. е. на уравнительности. Это был примитивный, уравнительный коммунизм, еще далекий от научного коммунизма. Однако в отличие от Морелли и других французских предреволюционных мыслителей-коммунистов, учеником которых был Бабеф, бабувисты не только рисовали будущее коммунистическое общество, но и ставили вопрос о практических путях его создания. Под влиянием опыта революции они пришли к убеждению в необходимости насильственного революционного переворота, к мысли о необходимости установления революционной диктатуры трудящихся, хотя они не понимали — и на той ступени общественного развития и не могли понять — исторической роли пролетариата.

Новое, революционное правительство должно было, по мнению бабувистов, сразу же принять меры, чтобы облегчить положение народных масс. В этих целях предполагалось организовать бесплатное снабжение населения хлебом, безвозмездно вернуть из ломбардов вещи, заложенные беднотой, вселить неимущих в дома богачей. Но основная задача революционной диктатуры состояла в постепенном установлении во Франции коммунизма. Намечалось организовать большую «национальную коммуну», к которой должны были перейти нераспроданные до термидора церковные земли и земли эмигрантов, а также имущество врагов революции. Наряду с «национальной коммуной» в течение некоторого срока должны были сохраняться и частные хозяйства крестьян и ремесленников. В дальнейшем в результате целой системы мероприятий (налоговой политики, отмены права наследования и др.) частная собственность подлежала окончательной ликвидации.

Вокруг Бабефа и его газеты «Трибун народа» сплотились уцелевшие деятели парижских секций и народных обществ, составившие костяк бабувистского движения. В военной организации, подготовлявшей восстание, активное участие принимал вышедший из плебейской среды генерал Россиньоль. К движению примкнули некоторые робеспьеристы, бывшие депутаты якобинского Конвента, как, например, Друэ (арестовавший в Варение Людовика XVI).

Бабувисты развернули в Париже широкую пропаганду, находившую сочувственный отклик среди трудящихся французской столицы. В апреле 1796 г. одна парижская газета сообщала, что даже на улицах ведутся разговоры о тех благах, которых можно было бы добиться в случае установления общности имуществ.

Тщательно подготовленный «Тайной директорией» план вооруженного восстания был, однако, сорван: провокатор, пробравшийся в ряды участников движения, выдал его правительству. В мае 1796 г. Бабефа и других руководителей «Тайной директории» арестовали. Попытка находившихся под влиянием бабувистов солдат Гренельского лагеря поднять восстание потерпела неудачу. Год спустя Бабеф и Дартэ были казнены. Они встретили смерть так же, как жили, — мужественно и благородно. Разгром заговора Бабефа нанес тяжелый удар по демократическим силам и поощрил роялистов. В 1797 г. на выборах одной трети депутатов в законодательные органы роялисты одержали победу. Имея многочисленных сторонников в государственном аппарате, они почти открыто готовились к перевороту. Директория опередила их. 3 сентября 1797 г. правительственные войска заняли здания Совета пятисот и Совета старейшин и арестовали часть депутатов. На следующий день, 4 сентября (18 фруктидора), было принято решение об аннулировании избрания депутатов-монархистов, о высылке их в колонии, об усилении репрессий против монархической пропаганды в стране.

Ведя борьбу с роялистами, Директория вынуждена была искать поддержки в противоположном лагере, среди уцелевших якобинцев. Но достаточно было несколько ослабить ограничения демократических свобод, как влияние демократических сил в стране опять быстро возросло. На выборах 1798 г. республиканцы-демократы одержали серьезную победу: среди избранных оказалось несколько деятелей периода якобинской диктатуры. Напуганная избирательными успехами левых группировок, Директория теперь качнулась вправо и провела 11 мая (22 флореаля) 1798 г. решение об аннулировании выборов депутатов-демократов. Свои шатания то вправо, то влево Директория пыталась представить политикой «золотой середины». Современники дали ей гораздо более правильное определение, назвав «политикой качелей». Эта политика выражала внутреннюю слабость и гнилость режима Директории.

Беспринципная политика лавирования между противоположными политическими лагерями могла поддерживать неустойчивый режим Директории лишь до тех пор, пока крупными победами на фронтах прикрывались его внутренние пороки.

Французские армии под командованием таких талантливых полководцев, как Гош, Бонапарт, Моро, Журдани др., используя новые, созданные революцией методы ведения войны, новую тактику и стратегию, продолжали побеждать. Они били войска Австрийской империи и ее союзников, в которых царила рутина, насаждавшаяся спесивыми, бездарными военачальниками. Основные удары по австрийским войскам нанесла французская армия в Северной Италии под командованием Бонапарта. Наполеон Бонапарт (1769-1821), сын обедневшего корсиканского адвоката, учившийся на казенный счет в провинциальном Бриеннском военном училище, был одним из тех молодых генералов, которые благодаря своему дарованию быстро выдвинулись в период революции. После подавления им вандемьерского восстания роялистов Директория поставила его во главе французской армии, направленной в апреле 1796 г. в Северную Италию.

Бонапарт принудил сперва Сардинское королевство, а затем и другие итальянские государства заключить мир с Францией. Изолировав таким образом австрийцев, он нанес им ряд решающих поражений на территории Северной Италии. 10 мая он разбил австрийские войска в сражении при Лоди, вошел , в Милан и вскоре приступил к осаде главной австрийской военной , базы — крепости Мантуи. В сражениях при Кастильоне (5 августа), Бассано (8 сентября), Арколе (17 ноября 1796 г.) и Риволи (14 января 1797 г.) французские войска, последовательно разгромили четыре австрийские армии, переброшенные одна за другой в Италию. Добившись капитуляции Мантуи (2 февраля), французские войска предприняли, новое наступление, вторглись через Венецианскую республику на территорию Австрии и стали быстро приближаться к Вене.

В апреле 1797 г. Австрии пришлось заключить перемирие, а 17 октября того же года подписать с Францией мирный договор в Кампо-Формио. Австрия вынуждена была признать присоединение к Франции Бельгии и левого берега Рейна и отказаться от Ломбардии, получив взамен большую часть территории бывшей Венецианской республики, В Северной Италии французы основали две «дочерние» республики — Цизальпинскую и Лигурийскую, поставленные в полную зависимость от Франции.

По мере продолжения войны характер ее начал меняться. На целях войны и способах ее ведения стали сказываться последствия термидорианского переворота и захвата власти крупной буржуазией. Директория не только не снабжала свои армии, кормившиеся за счет населения оккупированных территорий, но и сама жила за их счет. При заключении мирного договора с Голландией Франция принудила выплатить ей 100 млн. флоринов. Крупными контрибуциями были обложены занятые французской армией германские и швейцарские города. Но особенно беззастенчиво действовал Наполеон Бонапарт в Италии. Заключая договоры, он требовал многомиллионных контрибуций, захватывал и вывозил во Францию уникальные памятники искусства и огромные материальные ценности. Получая от своих генералов награбленное ими золото, Директория попадала все в большую от них зависимость. Французская республика превращалась в сильнейшую державу континентальной Европы. Но главный противник Франции — Англия, неуязвимая для французских армий благодаря своему островному положению и сильному морскому флоту, продолжала борьбу. Стремясь нанести чувствительный удар Англии и подорвать ее колониальное могущество, правительство Директории решило подготовить военную экспедицию для завоевания богатейших английских владений в Индии. Так как путь в Индию лежал через арабские страны, Директория одобрила выдвинутое Бонапартом после его возвращения из Италии предложение овладеть Египтом, входившим в состав Османской империи. Захват Египта, издавна являвшегося объектом колониальных устремлений французской буржуазии, преследовал и иную цель. Он должен был восстановить и упрочить экономические и политические позиции Франции на Востоке, утраченные ею в период революции. В июле 1798 г. французские войска под командованием Бонапарта высадились в Александрии. Фактическая власть в Египте принадлежала тогда не туркам, а местным феодальным правителям — мамлюкским беям. Разгромив отряды мамлюков в сражении у пирамид, французы вступили в Каир и оккупировали значительную часть страны. Однако дальнейшее развитие событий оказалось для них неблагоприятным.

Английский флот адмирала Нельсона уничтожил у Абукира корабли, доставившие французский десант, и тем самым лишил французскую армию возможности получать подкрепления и снабжение из Франции. В самом Египте французы столкнулись с сопротивлением народных масс, выступавших против новых захватчиков. К тому же турецкий султан Селим III в ответ на вторжение французов в Египет в сентябре 1798 г. объявил Франции войну, а в начале 1799 г., заключив союз с Россией и Англией, двинул через Сирию войска для наступления против французов.

Бонапарт попытался опередить турок. Ранней весной 1799 г. основные силы французской экспедиционной армии вторглись в южную Сирию и осадили крепость Акку, но после двухмесячной бесплодной осады им пришлось отступить и вернуться в Египет.

Вскоре Наполеон Бонапарт уехал во Францию, передав командование войсками генералу Клеберу. Несмотря на частичные военные успехи Клебера, положение французов в Египте все больше ухудшалось. В Египте росло народное возмущение против французов.

В 1800 г. Клебер был убит арабским патриотом. Год спустя, в августе 1801 г., французские войска, теснимые англичанами и турками, вынуждены были капитулировать и эвакуироваться из Египта. Военные неудачи и опасность вторжения неприятельских армий во Францию заставили Директорию принять ряд чрезвычайных мер. Массовый призыв в армию (второй раз после 1793 г.) дал несколько сот тысяч новых солдат. На руководящие посты были выдвинуты некоторые бывшие якобинцы. Вновь . был легализован якобинский клуб, в котором приняли активное участие уцелевшие бабувисты. Правительство провело принудительный заем за счет богачей и закон о заложниках, направленный против семей эмигрантов и контрреволюционеров. Хотя на деле Директория не думала проводить последовательную демократическую политику, но эти мероприятия всполошили крупную буржуазию; ей казалось, что опять возвращается 1793 год. С другой стороны, усилилась монархическая опасность. Роялисты вновь подняли восстание в Вандее и наводнили страну вооруженными бандитскими шайками, терроризировавшими местные власти и население.

Очевидная для всех слабость Директории, ее непоследовательность и наличие в ней внутренних противоречий наталкивали руководящие круги буржуазии на мысль о необходимости «сильного правительства», опирающегося на армию и способного обеспечить буржуазный «порядок» и интересы буржуазии как внутри, так и вне страны.

Когда в октябре 1799 г. генерал Бонапарт, бросив свою армию в Египте, вернулся в Париж, он застал там почву, подготовленную для изменения политического режима. Влиятельные представители буржуазии усиленно искали кандидата на роль диктатора. Называли имена генералов Моро, Журдана, называли и имя Бонапарта.

Наполеон Бонапарт давно лелеял честолюбивые мечты о власти. Из всех французских генералов он не только был самым талантливым и решительным, но имел наиболее тесные связи с буржуазной верхушкой, в частности с «новыми богачами». Нажитое им в Италии путем взяток и хищений миллионное состояние он приумножил спекуляциями на покупке и перепродаже земельных владений во Франции.

Бонапарту помогли опытные политические деятели буржуазии — бывший лидер конституционалистов Сиейес, умный и вероломный министр иностранных дел Талейран, мастер политического сыска и провокаций министр полиции Фуше, а также влиятельнейшие банкиры и властители биржи. Почувствовав силу Бонапарта и надеясь использовать его в своих интересах, они предложили ему свою поддержку, связи, деньги. Потребовалось всего три недели от возвращения Бонапарта в Париж до осуществления тщательно подготовленного государственного переворота, ликвидировавшего режим Директории.

9 ноября (18 брюмера) 1799 г. под предлогом защиты республики от вымышленного якобинского заговора в Париже было введено военное положение, а Бонапарт назначен командующим войсками Парижского военного округа. Одновременно подали в отставку все члены Директории. На следующий день, 10 ноября (19 брюмера), Бонапарт с помощью верных ему гренадеров разогнал Совет пятисот и Совет старейшин и продиктовал кучке собранных им депутатов декрет о передаче власти трем консулам, первым из которых стал он сам.

Так была установлена военная диктатура Наполеона Бонапарта.

1. Что такое «Тайная Директория»?

2. Каким образом Англия пыталась бороться с Францией?

3. Кто помог Наполеону придти к власти?

8. Итоги и значение Великой французской революции

В. ф. р. имела огромное историческое значение. Будучи по своему характеру народной, буржуазно-демократической, В. ф. р. решительнее и основательнее, чем какая-либо др. из ранних буржуазных революций, покончила с феодально-абсолютистским строем и тем самым способствовала развитию прогрессивных для того времени капиталистических отношений. В. ф. р. заложила основу прочных революционно-демократических традиций французского народа, она оказала серьёзное и длительное влияние на последующую историю не только Франции, но и многих др. стран (их идеологию, искусство и литературу). Великая французская революция 1789 г. способствовала завершению формирования французской нации. 14 июля 1790 г. на празд-нике Федерации по случаю первой годовщины Революции делегаты, прибывшие со всех концов страны, заявили о своей принадлежности к одному национальному сообществу. Провозглашенными ими идеалами были свобода каждого при уважении свободы всех, право народов самим распоряжаться своей судьбой и институтами, призванными обеспечивать социальное благополучие, и т. д. Эти чаяния, сформулированные в принятой 26 августа 1789 г. Декларации прав человека и гражданина, унаследованы из философии Просвещения XVIII в. Ее содержание во многом определило взгляды таких философов, как Монтескье, который в своем сочинении «О духе законов» (1748 г.) выдвигает принцип разделения исполнительной, законодательной и судебной властей, или Жан-Жак Руссо, который развил понятия политического равенства и суверенитета народа в работе «Об общественном договоре» (1762 г.). Эти сочинения вдохновили также и авторов принятой в 1787 г. Конституции США. Таким образом, провозглашенные великими французскими просветителями ценности стали всемирными и по праву считаются основой современной демократии. Они вызвали столь широкий отклик, что в значительной степени вдохновили национально-освободительные движения в XIX в., а позже воплотились во Всеобщей декларации прав человека, принятой Организацией Объединенных Наций 10 декабря 1948 г.

Однако принципы, провозглашенные в Декларации прав человека и гражданина, не сразу стали реальностью. И хотя они большей частью вошли в текст первой конституции Франции (1791 г.) и еще полнее — второй конституции (1793 г.), понадобятся время, многочисленные политические соглашения и социальные битвы, прежде чем они станут действительно неотъемлемыми правами. Первая республика была провозглашена 22 сентября 1792 г., но рожденной ею в 1793 г. демократической конституции не суждено было воплотиться в жизнь. Гражданская война в стране, необходимость отражать на всех фронтах внешнюю агрессию коалиции европейских государств против Франции приводят к установлению режима террора, весьма далекого от благородных идеалов 1789 г. После казни Робеспьера в июле 1794 г. термидорианский Конвент (1794-1795 гг.) и Директория (1795-1799 гг.) завершаются захватом власти Бонапартом, консулом с 1799 по 1804 г., а затем императором французов. Свергнутая в 1792 г. монархия уступает место империи, отличающейся от нее и по форме, и по существу, но в период империи французы вновь становятся подданными, после того как недолго были гражданами.

В ходе войн времен Великой французской революции и империи Франция пыталась навязать значительной части Европы свою модель и свои институты, однако первоначальные намерения принести свободу «угнетенным народам» быстро переродились в захватнические войны и аннексии, а «право народов самим распоряжаться своей судьбой» стало пустой фразой… В 1815 г. империя пала, но Франция не вернулась ни к свободе, ни к демократии. Была восстановлена монархия с Людовиком XVIII. В 1824 г. его сменяет Карл X, после Июльской революции 1830 г. устанавливается 18-летнее правление Луи-Филиппа. Революция 1848 г. провозгласила Вторую республику, которая, как и Первая, закончилась государственным переворотом, совершенным Луи-Наполеоном Бонапартом в 1851 г., установившим затем Вторую империю (1852-1870 гг.). При всех этих режимах мнение большинства граждан игнорировалось: до 1848 г. существовал избирательный ценз, т. е. голосовало меньшинство, а выражение политической воли большинства свелось к отдельным быстро подавленным мятежам.

Тем не менее, за фасадом политической нестабильности происходят глубокие изменения, без которых не было бы современной Франции. Они носят, прежде всего, территориальный и административный характер. В 1789 г. административное единство Франции окончательно еще не оформилось. Страна была разделена на округа, которые были установлены в разное время и которые не совпадали по своим границам: судебные, военные, финансовые, провинциальные, территориальные. Такая сложность административного деления приводила к волоките и распрям по поводу компетенции различных властей, мешала эффективному управлению страной. В этом плане революция и империя усовершенствовали то, что уже было сделано для централизации страны. В 1790 г. ее территория делится на департаменты, они, в свою очередь, — на кантоны, а последние — на коммуны, т. е. устойчивые территориальные единицы, в границах которых французы живут и в настоящее время. Бонапарт дополняет данную схему, делает ее более однородной и эффективной путем принятия закона от 28 плювиоза года VIII (17 февраля 1800 г.) об институте префектов и мэров, которые в то время назначались, а сейчас избираются. Таким образом обеспечивается однородность административных округов на основе равенства; при назначении чиновников на конкурсной основе принимаются во внимание их деловые качества, а не сословные привилегии,как было в прошлом. Именно в ту эпоху зарождаются подлинные государственные службы, усиливается роль государства в обустройстве территории, создании инфраструктуры, градостроительстве. Стремление к унификации находит выражение в создании общих, повсеместно действующих норм и правил, закрепленных Гражданским кодексом, систематическим составлением земельного кадастра, выбором метрической системы мер, признанной сегодня во всем мире.

За период, прошедший от Великой французской революции до Второй империи, глубоко изменились экономика и общество. Хотя события, потрясшие Францию в 1789-1815 гг., позволили Англии явно уйти вперед в экономике, Франция также вступает в век промышленного развития — угольных шахт, парового двигателя, передовых для своего времени металлургических заводов, крупных текстильных фабрик и железных дорог. Эпоха Второй империи представляется в этом отношении решающей, особенно после 1860 г.: демократия упразднена, процветает делячество, завоевание Алжира — колониальная авантюра, которую Франция начала в 1830 г., — продолжается. Тем не менее в стране происходят глубокие и стремительные преобразования, превращающие ее в современную державу: растет промышленное производство, создаются банки и крупные магазины, положившие начало современной системе сбыта, перестраиваются города, значительно расширяется сеть железных дорог, насаждаются леса и ведется борьба с эрозией почв. И все же если экономический подъем неоспорим, то социальный прогресс плетется в хвосте. Первая половина XIX в. отмечена тяжелыми условиями жизни и обнищанием пролетариата, который скапливается в городских промышленных центрах.

1. Какие изменения произошли после прихода к власти Наполеона?

2. Кто стал консулом Франции помимо Наполеона?

3. Какие новые черты приобрела Франция после революции?

Восстание декабристов было подавленно, но оно подчеркнуло неотвратимость перемен, заставило общественное движение последующих десятилетий искать свои решения насущных проблем российской жизни.

Новый этап в общественном движении России начинается в 1830-х гг., когда в Москве возникают кружки А.И. Герцена и Н.В. Станкевича. Внешне они имели вид литературно-философских объединений, на деле же играли важную практическую роль в идейной жизни империи.

Станкевич, вокруг которого собрался замечательный круг людей, боготворил немецкую философию так, как ее мог боготворить только русский интеллигент. Он не только сам с упоением отдавался изучению новых истин, но старался приобщить к этому занятию и всех своих знакомых. Благодаря уникальным душевным качествам Станкевичу удалось собрать вокруг себя и будущих западников, и славянофилов, и революционных демократов.

После разгрома декабристов образовались кружки братьев Критских, Станкевича и др., в которых рассматривались вопросы о положении страны и ее будущем.

Первые либеральные течения, сформировавшие умеренно-оппозиционный лагерь, появляются в России в начале 1840-х гг. Журнальные баталии между западниками и славянофилами начались после публикации в 1836 г. в журнале «Телескоп» Н. И. Надеждина первого философического письма П.Я. Чаадаева. В нем интереснейший мыслитель попытался проанализировать исторический путь, пройденный Россией и заглянуть в ее будущее. Он подверг критике крепостничество, царизм, теорию официальной народности. Он не верил в возможность что-либо изменить в России революционным путем и считал, что все беды происходят от ее одиночества, оторванности от Европы, уповал на католицизм. Чаадаев допускает, что необычная судьба России является неразгаданным замыслом Провидения, однако возможность найти выход из создавшегося положения при данном режиме представляется ему крайне проблематичной.

Вокруг философско-политологических проблем, поднятых в работе Чаадаева, развернулись дискуссии западников и славянофилов. Оба течения не считали положения России безнадежным и настаивали на проведении двух мероприятий: отмене крепостного права и изменении формы правления. Однако методы решения этих проблем ими предлагались различные. Западники во главе с Т. Н. Грановским, К.Д. Кавелиным, Б.Н. Чичериным отстаивали европейский вариант развития России, т.е. превращение ее в буржуазную республику или конституционную монархию. Славянофилы, возглавляемые А. С. Хомяковым, братьями Киреевскими, семейством Аксаковых, отстаивали возвращение к традиционным русским государственным порядкам, измененным Петром I. По их мнению, эти порядки вполне могли бы вывести Россию из кризиса.

Главным устоем народной жизни славянофилы считали крестьянскую поземельную общину, с ее общим землевладением и землепользованием, выборным и подотчетным старостой, с обычаем решать важнейшие вопросы жизни деревни на сходе всех ее членов. Община была для них даже не столько школой жизни, сколько традиционной структурой, учившей и заставлявшей крестьян жить в соответствии с христианскими нормами.

Говоря политическим языком, община для славянофилов являлась средством не столько переустройства общества, сколько возвращения к якобы христианско-коммунальному житью Руси допетровското времени. Традиционным устоям этой жизни, по их мнению, соответствовала московская монархия: царь, советующийся с Земским собором по важнейшим политическим и финансовым вопросам, а в повседневной деятельности — с Боярской думой.

Правительство Николая I с особым пристрастием относилось именно к славянофилам, оставляя западников несколько в тени. Видимо, последние, пытавшиеся бороться с правительством на «чужом», европейском поле, представлялись ему менее опасными, чем славянофилы.

И западники, и славянофилы прекрасно понимали, что страна неудержимо скатывается вниз и что ее ждут страшные социально-политические потрясения. Избежать их можно было только идя на уступки духу времени, стремясь избавиться от главных болезней России — крепостничества и деспотического гнета центральной власти. В конце концов, либералы обоих толков пытались отыскать пути для постепенного перерождения дворянства и феодально-зависимого крестьянства в буржуазные классы, а абсолютистской монархии — в правовое капиталистическое государство.

В первые же годы правления Александра II либеральный лагерь оказался в парадоксальной ситуации. Он обнародовал свою программу, социально-экономический раздел которой, в основном, совпадал с тем, что делало правительство Александра II в начале 1860-х гг. Создалась ситуация, при которой либеральный лагерь вынужден был критиковать не суть, а только методы проведения реформ, что явно недостаточно для того, чтобы стать реальной политической силой. Более того, представителям этого лагеря на время пришлось отказаться от своего основного лозунга о введении в России конституционного правления. Это объясняется тем, что в конце 1850 — начале 1860-х гг. выиграть от введения конституционных институтов мог только один наиболее грамотный и организованный класс — дворянство. Либералов это не устраивало, и им ничего не оставалось, как отойти в тень, сосредоточив усилия на борьбе за земские учреждения и городские думы.

Иными словами, либеральный лагерь постарался принять посильное участие в реформах 1860-х гг., но сделать этого ему не удалось. Можно сказать, что 1860-1870-е гг. — это время внутреннего строительства либерального движения, период осознания собственной политической значимости, поиска своего места среди общественных сил страны.

Впрочем, иногда либералами задумывались крупные самостоятельные акции, но до логического завершения они не доводились из-за сопротивления властей. В результате знания и политический потенциал либерального лагеря в России второй половины XIX в. оказались невостребованными.

Ярчайшим представителем революционного лагеря николаевской эпохи является А. И. Герцен. Он начал с бурного увлечения европейским либерализмом, но в 1830-х гг. стал социалистом. В эти годы Герцен недалеко ушел от идей раннехристианского социализма. Он критиковал европейские власти за их нежелание установить равенство между людьми, братские отношения в обществе. Позже Герцен пришел к выводу, что дело не столько в желаниях людей, сколько в «неразумности» общественного устройства. От идей «первородного» равенства людей русский мыслитель приходит к идее разумной организации общества.

Герцен не был очарован французским утопическим социализмом, но считал, что Европа стоит на пороге нового общества, к которому позже придет и Россия. Правда, каким будет это общество, Герцен не знал и не пытался предугадать, отдавая предпочтение самостоятельным действиям народных масс, а не проектам революционеров. С его точки зрения, именно эта самодеятельность обеспечивала прочность общественных и политических порядков в стране.

Несколько иначе относились к французскому утопическому социализму другие представители революционного течения России. Наиболее известной схваткой николаевского режима с оппозицией стало дело петрашевцев (1849). Вокруг выпускника Царскосельского лицея М.В. Буташевича-Петрашевского собрался кружок утопистов-социальстов. Они заседали у Петрашевского по пятницам, обсуждая важнейшие вопросы российской жизни, излагая свои взгляды на будущее страны и знакомясь с новинками философской и социально-политической литературы. Среди членов кружка были чиновники, военные, литераторы, в том числе, М.Е. Салтыков-Щедрин и Ф.М. Достоевский.

Попытка Петрашевского приступить к практическим делам и организовать у себя в имении коммуну закончилась конфузом: мужики спалили построенное для них как будущих коммунаров помещение. Постепенно среди петрашевцев выделилось радикальное крыло во гласе с Н.А. Спешневым, начавшее строить фантастические планы восстания рабочих уральских заводов, которое должно увлечь за собой массы крестьянства и обеспечить победу революционеров. Никаких конкретных шагов в этом направлении радикалы совершить не успели, но дали повод полиции, давно заславшей к петрашевцам провокатора, разгромить кружок. Руководители петрашевцев были приговорены к смертной казни, но после беспрецедентной инсценировки расстрела она была заменена каторжными работами или отдачей в солдаты. Казалось, что правительству удалось разгромить оппозиционное движение, однако это впечатление было обманчивым.

Европейские революции 1848-1849 гг. оказали огромное влияние на российское революционное движение. Многие его участники вынуждены были отказаться от прежних взглядов и верований, прежде всего от надежды на то, что Европа укажет всему человечеству путь к всеобщему равенству и братству. Герцен, приехавший в 1848 г. в Париж, искренне верил, что начавшаяся революция должна стать истинно социалистическим переворотом. Вместо этого французские средние буржуа, пользуясь восстанием народных масс, потеснили крупную буржуазию и захватили власть в свои руки. После этого переворота, не принесшего Франции социального равенства, вопросы политической борьбы потеряли в глазах русских революционеров всякую ценность. Отныне и до конца 1870-х гг. они признавали значимость только социальных изменений.

Герцен сумел оправиться от тяжелейшего потрясения, отбросить все, чему поклонялся, и в начале 1850-х гг., и выдвинуть теорию общинного социализма, которая часто называется теорией «русского» социализма. Герцен указал на крестьянскую общину как ячейку «социализма», выдержавшую вековой гнет государства и помещиков. По его мнению, крестьянская община — это готовая форма социалистического общества, поэтому Россия сможет миновать капитализм и через народную революцию прийти к общинному социализму.

Герцен считал, что революция в России, если она и понадобится, совсем не обязательно должна вылиться в кровавое действо. С его точки зрения, достаточно было освободить общину от надзора помещиков и чиновников, и общинные порядки, поддерживаемые 90% населения страны, восторжествовали бы.

Излишне, наверное, говорить, что герценовские идеи являлись красивой утопией, поскольку осуществление его плана открыло бы дорогу бурному развитию в России капитализма, но никак не социалистических порядков. Однако теория общинного социализма стала знаменем целого революционного направления, поскольку ее осуществление зависело не от поддержки власть-имущих или богатых меценатов, а от решительности и деятельности самих революционеров. Через десять лет герценовская теория собрала под свои знамена российское революционное народничество.

В начале 1850-х гг. российский народнический, революционно-демократический лагерь только начинал формироваться, а потому был далек от единства и не сказывал заметного влияния на политические дела страны. В нем присутствовали три типа деятелей. Одни (Герцен, Огарев) признавали революцию лишь как последний довод угнетенных. Вторые (Чернышевский, Н. Серно-Соловьевич) верили в революцию как единственный метод общественного переустройства, но считали, что для ее проведения должны созреть определенные социально-экономические и политические предпосылки. Третьи (Заичневский, Ишутин, Нечаев) готовы были совершить переворот просто в силу его самоценности, ради пропагандистского заряда, содержащегося в революционных действиях.

Все деятели революционного лагеря, безусловно, ждали всероссийского крестьянского восстания в 1861-1863 гг. (как ответа на тяжелые для масс условия крестьянской реформы), которое могло бы перерасти в революцию. Однако ждали они его с разными чувствами. Первые два направления в революционном движении не могли расстаться с той тревогой, которая в свое время заставила декабристов уповать на военную революцию и не пытаться привлечь на свою сторону народные массы. Суть этой тревоги заключалась в том, что политически неграмотные, неорганизованные крестьянские массы, как показывает история, легко становятся слепым оружием в руках самых реакционных сил.

По мере уменьшения числа массовых выступлений наиболее зоркие из радикалов (Герцен, Чернышевский и их единомышленники) перестали говорить о близкой революции, предсказывая долгий период кропотливой подготовительной работы в деревне и обществе. Подобная тактика революционеров вполне объяснима, если иметь в виду их малочисленность и слабую организованность. Общество «Земля и воля», организованное Чернышевским, Слепцовым, Обручевым, Серно-Соловьевичем в конце 1861 — начале 1862 г. в Петербурге, отнюдь не было всероссийской организацией. Оно имело отделение в Москве и связи с однотипными кружками в Казани, Киеве, Перми, Харькове, но этого было слишком мало для развертывания серьезной политической работы. Не удивительно, что попытки «Земли и воли» воспользоваться студенческими волнениями в Петербургском университете (1861), поддержать польское восстание 1863 г. ни к чему не привели. Более того, III Отделение и полиция ничего не подозревали о существовании у них под боком тайной организации, которая, в конце концов, тихо самораспустилась в 1863 г.

Зато о другом направлении в революционном движении полиция не только узнала, но и использовала его в своих интересах. В начале только 1860-х гг. оно было представлено группой молодежи во гласе с П. Заичневским и П. Аргиропуло. Весной 1862 г. ими была написана прокламация «Молодая Россия», наполненная угрозами в адрес правительства и кровавыми пророчествами в адрес дворянства и всех членов «правительственной» партии. Ее появление роковым образом совпало с большими пожарами в Петербурге и ряде других городов, и полиция принялась раздувать дело о революционерах-поджигателях.

Эти события явились причиной арестов в 1862 г. Чернышевского, Н. Серно-Соловьевича и других лидеров революционного лагеря.

В 1862 г. в общественном движении России сложилась удивительная ситуация. Полиция, арестовав противников существующего строя, лишь усугубила положение, поскольку к руководству революционным движением вместо трезвых политиков и потенциальных государственных деятелей, пришли экстремисты и догматики, воспринимавшие только букву теории. Н. Ишутин, Н. Утин, а позднее и С. Нечаев, лишь клялись именами и взглядами Герцена и Чернышевского. На деле же они имели с ними мало общего.

Изменения тактики революционных действий долго ждать не пришлось. 4 апреля 1866 г. член кружка ишутинцев Д.В. Каракозов стрелял в Александра II. Ретрограды поспешили использовать этот выстрел для того, чтобы повернуть события вспять. Следствие, однако, обнаружило лишь скромный студенческий кружок, которым руководил Н.А. Ишутин.

Со второй половины 1860-х гг. Зимний дворец все больше отходит от курса реформ. В начале 1860-х гг. изменился в глазах общества и имидж императора: из символа прогресса он превратился в символ государственной машины, враждебной населению страны.

Между тем в революционном движении продолжало набирать силу крайнее направление, ставившее целью тотальное разрушение государства. Ярчайшим его представителем стал в конце 1860-х гг. С.Г. Нечаев, который организовал кружок “Народная расправа”. Помимо подлогов, шантажа единомышленников, беспринципности, убийств нечаевцы внесли в революционное движение нечто действительно новое — строгое и безоговорочное подчинение всех членов организации приказам руководителей, закрепленный в уставе нравственный кодекс революционера. Последний предполагал беззаветную преданность пути, отказ от семейных, родственных и дружеских уз, подчинение желаний меньшинства интересам большинства и т.п. В революционном движении начала 1870-х гг. подобная психологическая черта получила название «генеральства». Генеральство Нечаева имело огромное значение для становления общественного движения в России 1870-1880-х гг.

Если декабристы выступали за буржуазно-демократические преобразования и опирались на военный заговор, то революционеры 30—50-х гг. стояли на позициях утопического социализма, стремились поднять народ на революцию.