Автор: admin

РОССИЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ ДРУЖБЫ НАРОДОВ

ИНСТИТУТ ДИСТАНТНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

ФАКУЛЬТЕТ: ЮРИДИЧЕСКИЙ

СПЕЦИАЛЬНОСТЬ: Юриспруденция

ДИПЛОМНАЯ РАБОТА

Понятие и виды обязательств, возникающих вследствие причинения вреда

СТУДЕНТ: Криницына Анастасия
Александровна

№ СТУД. БИЛЕТА 1032006505

СТРАНА: РФ

Научный руководитель: к.ю.н., доцент Протопопова О.В.

г. Пермь

2004 год

Содержание

Введение ……………………….. ……………………………………………………….……..3

Глава 1. Общие положения об обязательствах, возникающих вследствие причинения вреда……………………………………………………………………………………………..…. ..5

§1. Понятие, признаки и элементы обязательств, возникающих вследствие причинения вреда ……………………………………………………………………………………5

§ 2. Условия возникновения обязательств из причинения вреда

……………………….14

2.1. Вред ………………………………………………………………………..……..17

2.2. Противоправность ………………………………………………………….……20

2.3. Причинная связь …………………………………………………………….……23

2.4. Вина. ……………………………………………………………………….…..…30

Глава 2. Виды обязательств, возникающих вследствие причинения вреда………………36

§1. Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда публичной властью.35

§2. Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда несовершеннолетними и недееспособными гражданами…………………………………………………………………49

§ 3. Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда деятельностью, создающей повышенную опасность………………………………………………………………60

Заключение……………………………………………………………………………………73

Список литературы……. ………………………………………………………………………75

Введение

Формирование правового государства включает в себя сложный и достаточно длительный процесс утверждения законности и правопорядка, роста и совершенствования правосознания всех граждан нашей страны.

Правовое государство призвано развить не только высшие социальные ценности общества в целом, но и стать практическим инструментом, обеспечивающим реализацию организациями и гражданами своих прав, а также их защиту в случае нарушения.

Гражданское законодательство определяет правовое положение участников гражданского оборота, основания возникновения и порядок осуществления прав собственности и других вещных прав. Оно регулирует имущественные и связанные с ним личные неимущественные отношения их участников.

В настоящее время так же велика роль одного из основополагающих институтов права – юридической ответственность, которая является разновидностью ответственности вообще.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом или иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц. Современное положение дел позволяет утверждать, что причинение вреда (ущерба) лицу от различного рода действий
(бездействий) – очень распространенное в России основание возникновения гражданских прав и обязанностей.

Широк круг социальных связей современного человека, велика зависимость его от государства и общества, и, следовательно, высока вероятность претерпевания человеком многочисленных обид на своем жизненном пути. Врачебная ошибка, приведшая к потере трудоспособности, хулиганское поведение детей влекущие к порче имущества, незаконное привлечение к уголовной ответственности – эти и другие правонарушения могут быть совершены в отношении каждого человека, причиняя потерпевшему немало горе.

Конституция России ставит право на жизнь, здоровье, честь и достоинство в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает их эффективную охрану и защиту.

Важнейшей задачей правового государства должно быть обеспечение наиболее справедливого, быстрого и эффективного восстановления нарушенного права и (или) возмещение причиненного вреда. Статья 1 Конституции РФ провозгласила Россию правовым государством. Это означает, что она должна отвечать вышеуказанным критериям.

Указанное подтверждает необходимость изучения такого явления как
«обязательства, возникающие вследствие причинения вреда (деликтные обязательства)».

Эти обязательства занимают наряду с договорными обязательствами основное место в системе гражданско-правовых обязательств. Содержанием деликтных обязательств является ответственность причинителя вреда. Поэтому и в законодательстве, и в литературе понятия «деликтные обязательства» и
«ответственность за вред (то есть деликтная ответственность)» употребляются чаще всего как однозначные.

Нормы гражданско-правового института по возмещению причиненного вреда наряду с нормами соответствующих институтов трудового, административного, уголовного права направлены на охрану жизни и здоровья граждан, защиту их прав и интересов. Закон предусматривает материальное обеспечение лиц, получивших повреждение здоровья или потерявших кормильца, компенсацию понесенных ими имущественных потерь. Именно в этом заключается основная цель законодательства о возмещении вреда.

Споры, возникающие вследствие причинения вреда требуют разрешения широкого круга вопросов: установление условий гражданско-правовой ответственности, определение субъекта ответственности, объема и размера подлежащего возмещению вреда.

Правильное разрешение дел во многом зависит от глубокого понимания действующих в этой области норм права.

Для достижения этой цели в данной работе постараемся выяснить и проанализировать: характерные признаки обязательств, возникающих вследствие причинения вреда, которые предопределяют их функциональное назначение и отдельные виды обязательств исследуемой категории.

Глава 1. Общие положения об обязательствах, возникающих вследствие причинения вреда

§ 1. Понятие, признаки и элементы обязательств, возникающих вследствие причинения вреда

Обязательство представляет собой гражданское правоотношение, в котором одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенные действия (передать вещь, выполнить работу, оказать услуги и др.), а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.[1]

Согласно статей 8 и 307 Гражданского кодекса, основаниями возникновения обязательств служат юридические факты. К ним относятся договоры, иные сделки как предусмотренные законом, так и не предусмотренные, но не противоречащие ему, причинение вреда другому лицу и др.

В зависимости от оснований возникновения обязанности возместить причиненный вред различают договорную и внедоговорную или деликтную (от латинского delictum – нарушение) ответственность.

Договорная ответственность – это ответственность за нарушение не только собственно договора, но любого наличного, то есть уже существующего между сторонами обязательства независимо от оснований его возникновения (из договора, административного акта). Она связана с нарушением конкретной обязанности должника в относительном правоотношении и регулируется, кроме общих положений о гражданско-правовой ответственности, нормами того закона, который регулирует и само нарушенное обязательство. В отличие от этого внедоговорная, или деликтная, ответственность наступает как следствие нарушения абсолютного правоотношения и потому регулируется, помимо общих положений о гражданско-правовой ответственности, нормами, специально относящимися к деликтной ответственности.[2]

Так же как и в советское время, наука российского гражданского права относит обязательства, возникающие вследствие причинения вреда, к категории внедоговорных.

Определение понятия обязательств, возникающих вследствие причинения вреда, закон не дает. Однако основная идея, характеризующая его, содержится в п. 1 ст. 1064 ГК, согласно которой «вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.»

Главное, что изложено в данной норме, заключается в установлении обязанности лица, причинившего вред, возместить причиненный вред. О праве другой стороны прямо не упоминается. Но закон, безусловно, имеет в виду и право потерпевшего требовать возмещения вреда, ибо обязанность может существовать только по отношению к субъекту, имеющему право требовать ее исполнения.

Следовательно, здесь налицо обязательственное правоотношение, которое можно определить следующим образом: в силу обязательства вследствие причинения вреда лицо, причинившее вред личности или имуществу другого лица
(физического или юридического), обязано возместить причиненный вред в полном объеме, а лицо потерпевшее имеет право требовать, чтобы понесенный им вред был возмещен.[3]

Подтверждая выше указанное можно привести следующую информацию о деле:
«П., управляя автомашиной, совершил наезд на пешехода К., которая скончалась от телесных повреждений, полученных при ДТП. Приговором
Нерюнгринского городского суда П. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 211 УК РСФСР.

На иждивении К. находилась несовершеннолетняя дочь — Т., 1983 г. рождения, в интересах которой прокурором г. Нерюнгри предъявлен иск к П. о возмещении вреда в связи со смертью кормильца.

Определением Нерюнгринского городского суда производство по делу было приостановлено на основании ч. 3 ст. 214 ГПК в связи с пребыванием ответчика в действующей части Вооруженных Сил РФ.

Впоследствии решением Нерюнгринского городского суда постановлено: взыскивать с П. в пользу Т. по 451 руб. 50 коп. с последующей индексацией ежемесячно в счет возмещения вреда в связи со смертью кормильца, начиная с
5 августа 1999 г., вплоть до совершеннолетия ребенка.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Постановлением президиума Верховного суда Республики Саха (Якутия) протест прокурора Республики Саха (Якутия) на это решение отклонен.

В протесте заместителя Генерального прокурора РФ был поставлен вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений в связи с неправильным применением судом норм материального права. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ нашла его подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований. Деликтное обязательство составляет обязанность лица, причинившего вред личности или имуществу гражданина, возместить его в полном объеме и право потерпевшего лица требовать такое возмещение.

К. скончалась от телесных повреждений, полученных при ДТП 29 марта 1995 г. Прокурор г. Нерюнгри обратился в суд с исковыми требованиями в интересах несовершеннолетней Т. о возмещении вреда в связи со смертью кормильца 18 июня 1997 г. Право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца возникло у Т. с момента гибели К.

Решением суда возмещение вреда в связи со смертью кормильца в пользу несовершеннолетней Т. взыскано со дня рассмотрения дела в суде, т.е. с 5 августа 1999 г.

Надзорная инстанция согласилась с решением суда, оставив его без изменения, и указала, что доводы в протесте о том, что суду следовало взыскать платежи в возмещение вреда с момента смерти кормильца, не могут служить основанием для отмены решения. При этом сослалась на то, что согласно ст. 1092 ГК РФ суд при наличии уважительных причин, с учетом возможностей причинителя вреда, по требованию заявителя вправе присудить платежи единовременно за прошлые 3 года.

Такое толкование закона ошибочно, поскольку ст. 1092 ГК предусматривает возмещение вреда на будущее время единовременно, но не более чем за 3 года.

В соответствии с п. 1 ст. 1088 ГК РФ в случае смерти потерпевшего
(кормильца) право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания. Таким образом, условием, при котором может быть признано право на получение возмещения вреда в случае смерти кормильца, является иждивенчество детей, которое предполагается и не требует доказательств. Следовательно, несовершеннолетняя дочь умершей приобретает право на возмещение вреда со дня смерти матери (кормильца).

Взыскивая денежную сумму в счет возмещения вреда со дня вынесения решения, суд нарушил право несовершеннолетней Т. на полное возмещение вреда, предусмотренное законодательством, что является основанием к отмене состоявшихся судебных постановлений.

С учетом изложенного судебная коллегия по гражданским делам Верховного
Суда Российской Федерации решение Нерюнгринского городского суда и постановление президиума Верховного суда Республики Саха (Якутия) отменила, дело направила на новое рассмотрение.»[4]

Для раскрытия юридической природы обязательства, возникающего вследствие причинения вреда, необходимо определить его соотношение с категорией ответственности. В литературе понятия «обязательства из причинения вреда» и «ответственность за причинение вреда» нередко употребляются в качестве тождественных, причем понятию «ответственность» уделяется главное место. Такая позиция получила отражение и в Гражданском
Кодексе Российской Федерации: глава 59 ГК названа «Обязательства вследствие причинения вреда», а первая же статья этой главы посвящена общим основаниям ответственности за причиненный вред. В дальнейшем закон употребляет главным образом понятие «ответственность», а не «обязательство». Представляется, что отмеченное употребление понятий не содержит противоречия. Оно обусловлено их тесной взаимосвязью.

Ответственность по гражданскому праву представляет собой применение к правонарушителю мер принуждения – санкций, которые имеют имущественное содержание. Это относится и к договорной, и к внедоговорной ответственности. Но договорная ответственность имеет вторичный характер: она как бы сопровождает договорное обязательство и вступает в действие только в случаях его нарушения. Если же обязательства исполнялось надлежащим образом. Вопрос об ответственности не возникает, ответственность не проявляет себя.

Иное дело ответственность по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда. Здесь обязательство возникает из факта правонарушения. С того момента, когда данное обязательство возникло, оно имеет своим содержанием ответственность, то есть возможность применения санкции к правонарушителю. Следовательно, в данном случае ответственность не дополняет, не «сопровождает» какое-то другое обязательство (как при договорной ответственности), она составляет содержание обязанности правонарушителя в обязательстве, возникшем вследствие причинения вреда.

Правонарушитель несет ответственность за причиненный вред в форме его возмещения при наличии предусмотренных законом условий. Такую ответственность по традиции, идущей из римского права, принято называть деликтной, а обязательство, содержанием которого она является, — деликтным.

Названные категории известны законодательствам и практике большинства стран. Но некоторые зарубежные юристы считают, что деликтное право и соответствующие доктрины быстро устаревают и теряют свое значение. «В век техники эти доктрины похожи на правила управления телегой». Такой взгляд его авторы объясняют тем, что в современном обществе существенная часть перераспределения убытков перешла к системе страхования. Однако это не дает оснований для объявления «похорон деликтного права». Тенденция усиления роли страхования в перераспределении возникающих в обществе убытков, бесспорно, существует. Однако институт страхования давно используется наряду с деликтным правом, и вполне можно считать, что их сосуществование будут продолжаться еще многие столетия.[5]

Из всего изложенного выше можно сделать вывод, что обязательства, возникающие вследствие причинения вреда обладают рядом следующих признаков.

Во-первых, сфера их действия простирается как на имущественные, так и на личные неимущественные отношения, хотя возмещение вреда носит имущественный характер.

Во-вторых, они возникают в результате нарушения прав, носящих абсолютный характер, будь то имущественные права (право собственности, пожизненно наследуемого владения и т.д.) или личные нематериальные блага
(жизнь, здоровье, телесная неприкосновенность, честь, достоинство и т.д.).

В-третьих, обязательства, поскольку нарушено абсолютное право, носит внедоговорной характер, хотя бы право и было нарушено лицом, с которым потерпевший находится (находился) в договорных отношениях. Если вред жизни и здоровью гражданина причинен при исполнении им договорных или иных обязательств, то обязательство, которое возникает в данном случае вследствие причинения вреда, в силу прямого указания закона (ст. 1084 ГК) носит внедоговорной характер. Так если потерпевший утратил трудоспособность вследствие несоблюдения работодателем правил по технике безопасности, обязательство из причинения вреда носит внедоговорной характер, поскольку оно возникло вследствие нарушения абсолютного права.

В-четвертых, обязательство направлено на полное возмещение потерпевшему, насколько это возможно, причиненного вреда, кому бы ни был причинен вред, в чем бы он ни выражался и каковы бы ни были способы (формы) возмещения вреда.

«… Верховным Судом РФ было рассмотрено дело по иску бывшего сотрудника милиции о возмещении вреда здоровью в связи с полученным увечьем при исполнении служебных обязанностей.

Возмещение ему вреда было назначено на основании ч. 4 ст. 29 Закона «О милиции» от 18 апреля 1991 г. и п. 22 Инструкции «О порядке возмещения ущерба в случае гибели (смерти) или причинения ущерба, причиненного имуществу сотрудника милиции» (приказ МВД РФ No. 260 от 31 мая 1993 г.).
Возмещение было назначено с зачетом пенсии по инвалидности.

С таким решением суда Верховный Суд не согласился, указав следующее:
Закон «О милиции», которым руководствовался суд при вынесении решения, условия и порядок возмещения вреда сотрудникам милиции в случае гибели или увечья вообще не регулирует. Пункт 4 ст. 29 Закона «О милиции», на который сослался суд, предусматривает лишь источник финансирования выплачиваемой сотруднику милиции денежной компенсации, превышающей сумму назначенной пенсии. В то же время судом не учтено, что правовую основу деятельности милиции согласно ст. 4 Закона «О милиции» составляют Конституция РФ, законы и иные правовые акты республик, входящих в состав РФ. В своей деятельности милиция руководствуется также законами и правовыми актами Союза ССР, действующими на территории РФ. Следовательно, возможность возмещения вреда по действующим в России общим нормам гражданского законодательства не исключается. Равенство прав граждан перед законом и судом независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, а также других обстоятельств провозглашено в ст. 19
Конституции РФ. В соответствии со ст. 130 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик от 31 мая 1991 г., а также в силу ст. ст. 8, 12 Правил возмещения вреда здоровью, утраченный работником заработок, доходы подлежат возмещению в полном объеме независимо от назначенной пенсии или полученного работником увечья. Взыскивая в пользу истца разницу между полученным им на момент увечья денежным содержанием и назначенной пенсией по инвалидности в связи с полученным увечьем на службе, суд допустил нарушение прав истца на полное возмещение вреда, предусмотренное действующим законодательством.»[6]

При определенных обстоятельствах объем и размер возмещения вреда, причитающегося потерпевшему или его семье, могут даже выйти за пределы полного возмещения вреда, это положение установлено п. 3 ст. 1085 ГК РФ.

В-пятых, в случаях, предусмотренных законом, обязанность возмещения вреда может быть возложена не только на причинителя вреда, но и на иных лиц (например, на лицо, в интересах которого действовал причинитель).

В результате причинения вреда возникает обязательство по его возмещению, элементами которого являются стороны (кредитор и должник), содержание (права и обязанности) и предмет.

Содержание обязательств, возникающих вследствие причинения вреда составляют права и обязанности сторон:

1. право потерпевшего (кредитора) требовать от причинителя вреда восстановления прежнего (до правонарушения) имущественного положения в натуре или возмещения причиненных убытков;

2. обязанность лица, ответственного за причинение имущественного ущерба

(должника), выполнить требование кредитора о возмещение ущерба.

Субъектами обязательств, возникающих вследствие причинения вреда, являются потерпевший (кредитор) и лицо, ответственное за причинение вредом
(должник).

Потерпевшим может быть любой гражданин как дееспособный, так и недееспособный. Потерпевший при исполнении им трудовых обязанностей – рабочий (служащий), работающий по трудовому договору, или член производственного кооператива или работающий по договорам подряда или поручения. Потерпевшей может быть организация, обладающая правосубъектностью. Так, потерпевшим расходы считается учреждение государственной или муниципальной системы здравоохранения, затратившее средства на лечение гражданина пострадавшим от противоправных действий.

Должником является непосредственный причинитель вреда либо лицо, отвечающее за действия непосредственного причинителя вреда.
Непосредственным причинителем вреда выступает физическое лицо независимо от его дееспособности.

В качестве ответственного лица могут выступать юридические лица и дееспособные граждане. Так, если вред непосредственно причинен работником при исполнении им трудовых (служебных, должностных) обязанностей, то ответственной за возмещение вреда считается организация, в которой работает фактический причинитель вреда. Работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора или гражданско-правового договора, если они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица и под его контролем за безопасным ведением работ.

Эту мысль хорошо отражает Обзор законодательства и судебной практики
Верховного Суда Российской Федерации за третий квартал 2001 года по гражданским делам: « Вынесенные по делу по иску о возмещении вреда судебные постановления отменены как постановленные в нарушение норм материального права.

Г. обратился в суд с иском к М. и Ю. о возмещении вреда, причиненного дорожно — транспортным происшествием. В обоснование заявленных требований он указал, что в результате аварии его автомобилю были причинены технические повреждения; виновным признан водитель Ю., управлявший автобусом, собственником которого является предприниматель М.

Решением суда, оставленным без изменения последующими судебными инстанциями, возмещение вреда в пользу истца взыскано с Ю., в иске к М. отказано.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской
Федерации отменила вынесенные по делу судебные постановления и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Возлагая обязанность по возмещению вреда на Ю., суд первой инстанции исходил из наличия у последнего доверенности на управление автобусом и самовольного выезда на линию в день дорожно — транспортного происшествия без уведомления об этом своего работодателя. Президиум областного суда указал, что нормы гражданского законодательства освобождают от ответственности лиц, состоящих в трудовых отношениях с владельцем источника повышенной опасности, вместе с тем Ю., имея доверенность на управление автобусом, в день ДТП самовольно выехал на линию, вследствие чего ответственность за причиненный истцу вред должен нести он.

С данными выводами согласиться нельзя.

В силу ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности. Этой же правовой нормой предусмотрена возможность освобождения владельца источника повышенной опасности от ответственности в случае, если источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред в данном случае несут лица, противоправно завладевшие источником.

При этом следует учитывать, что доверенность на управление автомобилем в интересах собственника на постоянной основе с выплатой денежного вознаграждения за выполненную работу является формой организации трудовых отношений.»[7].

Если в ходе предпринимательской деятельности или иной деятельности хозяйственного товарищества или производственного кооператива причинен вред их участникам (членам), то он подлежит возмещению товариществом или кооперативом.

Если непосредственным причинителем вреда является малолетний до 14 лет, то ответственным за причинение вреда выступают родители (усыновители) или опекуны, если они не докажут, что вред возник не по их вине.

Лица, совместно причинившие вред, несут солидарную ответственность перед потерпевшим (ч. 1 ст. 80 ГК), то есть выступают содолжниками. Для наступления солидарной ответственности необходимо наличие причинной связи между действиями всех сопричинителей и причиненным ими результатом и совместное причинение вреда.

По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, соответствующих степени вины каждого причинителя, а при невозможности определить степень вины, — в равных долях (ч. 2 ст. 1080, п.2 ст. 1081 ГК РФ).

Лицо, возместившее вред, причиненный фактически другим субъектом, имеет право регресса к этому субъекту в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом или законом не введен запрет регресса.

Нередко обязательства по возмещению вреда возникают с множественностью лиц, которая может иметь место на стороне как должника, так и кредитора.
Возможны обязательства со смешанной множественностью. Чтобы определить является ли обязательство долевым или солидарным, необходимо, помимо привлечения общих норм, относящихся к обязательствам с множественностью лиц, руководствоваться указаниями закона, специально рассчитанными на обязательства по возмещению вреда, к примеру, п. 3 ст. 1079
(ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих) и ст. 1080 (ответственность за совместно причиненный вред) ГК РФ, а также положениями, выработанными судебной практикой.

Так, судебной практикой выработано правоположение, согласно которому если вред причинен несколькими несовершеннолетними, то организации и лица, на которые возлагается ответственность за этот вред, отвечают перед потерпевшими не солидарно, а в долевом отношении. Это положение применяется как в случаях, когда сами несовершеннолетние за причиненный вред не отвечают (пп.1-3 ст. 1073 ГК), так и в случаях, когда они сами отвечают за причиненный вред, но на лиц, указанных в п. 2 ст . 1074 ГК РФ (родителей
(усыновителей), попечителей), возлагается субсидиарная (дополнительная) ответственность.[8]

Предметом (объектом) обязательств по возмещению вреда являются действия должника, обеспечивающие наиболее полное, насколько это возможно, восстановление материальных и личных нематериальных благ кредитора, которым причинен вред.

Проблема объектов гражданских правоотношений, в том числе и гражданско-правовых обязательств, не получила в литературе единообразного решения. Правильной представляется концепция «множественности объектов», признающая объектами вещи, иное имущество, действия (работы, услуги), личные неимущественные блага и другие[9]

Применительно к деликтным обязательствам некоторые авторы предлагают считать объектом «возмещение, которое должник (ответственное лицо) обязан предоставить потерпевшему». В приведенном определении дается характеристика не объекта правоотношения, а содержания обязанности правонарушителя.

Представляется, что в понятии объекта деликтного обязательства должен содержаться ответ на вопрос, в связи с чем, по поводу чего возникает данное правоотношение. Деликтное правоотношение возникает в связи с обнаружившимся повреждением, уничтожением какого-то имущества, причинением увечья или смерти человеку и т.д. Объектом обязательств, возникающих вследствие причинения вреда следует считать указанные блага в том состоянии, в котором они оказались после правонарушения, либо их утрату.

С учетом сказанного объект обязательств из причинения вреда можно определить как подвергшиеся вредоносному воздействию со стороны правонарушителя материальные ценности или нематериальные блага, принадлежащие субъекту гражданского права. До такого воздействия эти ценности и блага представляли собой обычные объекты права собственности, иных вещных прав либо личные неимущественные блага. Объектами обязательств, возникающих вследствие причинения вреда они становятся с момента, когда произошло правонарушение и имеются основание ответственности (вред) и условия ответственности (противоправность действий причинителя вреда, причинная связь между этими действиями и вредом, вина причинителя вреда).

Изучив данный параграф настоящей дипломной работы можно сделать вывод о том, что обязательства, возникающие вследствие причинения вреда представляют собой внедоговорные обязательства, возникающие в результате нарушения имущественных и личных неимущественных прав потерпевшего, носящие абсолютный характер, призванные обеспечить наиболее полное восстановление этих прав за счет причинителя вреда либо за счет иных лиц, на которых законом возложена обязанность возмещения вреда.

§2. Условия возникновения обязательств из причинения вреда

Для возникновения обязательств из причинения вреда прежде всего необходимо установление самого факта причинения вреда. Установив этот факт, юрисдикционный орган, рассматривающий дела о возмещении вреда, выявляет наличие и других условий возникновения обязательств: противоправность действия лица, причинившего вред, причинной связи между его действиями и вредом, а также вины причинителя.

Таким образом, для обязательств, возникающих вследствие причинения вреда обязательно наличие следующих условий:

V вред;

V противоправность;

V причинная связь;

V вина.

Каждое из названных условий имеет самостоятельное значение. Отсутствие одного из них исключает возможность удовлетворения иска о возмещении вреда.

«Самарский лесхоз обратился в Арбитражный суд Самарской области с иском к Открытому акционерному обществу «Новокуйбышевский НПЗ» о взыскании
31 579 руб. 84 коп. — ущерба, причиненного лесному хозяйству в результате самовольной порубки и повреждения деревьев до степени прекращения роста.

Решением от 04.04.2001 г. иск удовлетворен.

В апелляционной инстанции дело не рассматривалось.

В кассационной жалобе ответчик просит отменить решение арбитражного суда как незаконное и необоснованное и принять новое решение.

По утверждению заявителя кассационной жалобы, ответчик правил лесопользования не нарушал и деревья не вырубал.

Протокол о лесонарушении был составлен в одностороннем порядке, что является недопустимым нарушением прав и законных интересов завода.

В соответствии со ст. 117 Арбитражного процессуального кодекса
Российской Федерации судом объявлялся перерыв до 11 часов 20.08.2001 г.

Судебная коллегия Федерального арбитражного суда Поволжского округа, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, считает его подлежащим отмене в силу следующего.

Как следует из материалов дела, 07.12.2000 г. в квартале 71
Новокуйбышевского лесничества инженером по охране леса Черныш А.Г. и лесничим Новокуйбышевского лесничества Глушковым С.А. было обнаружено лесонарушение на территории пионерского лагеря им. Гагарина.

По данному факту составлен протокол о лесонарушении от 09.12.2000 г. N
64.

В соответствии со статьей 111 Лесного кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица обязаны возместить вред, причиненный лесному фонду и не входящим в лесной фонд лесам, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 9 Лесного кодекса Российской Федерации к участкам лесного фонда относятся участки лесных земель, не покрытых лесной растительностью. К участкам лесного фонда и правам пользования ими применяются положения гражданского законодательства об объектах гражданских прав, а также положения земельного законодательства Российской Федерации о земельных участках, если иное не предусмотрено федеральными законами.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации элементами состава гражданского правонарушения из причинения вреда являются противоправность, вред, причинная связь и вина.

В соответствии со статьей 53 Арбитражного процессуального кодекса
Российской Федерации обязанность доказывания условий деликтной ответственности возлагается на истца. В соответствии с Инструкцией «О порядке привлечения к ответственности за лесонарушения» в тех случаях, когда лесонарушителями являются предприятия, для подписания протокола должны быть приглашены их представители. При этом, если правонарушитель установлен, но его не оказалось на месте совершения лесонарушения, лесонарушителю вручается под расписку извещение о времени и месте составления протокола.

В имеющихся материалах дела такое извещение вообще отсутствует.

Из текста протокола N 64 от 09.12.2000 г. не усматривается, что ответчик письменно извещался о дне проведения освидетельствования мест рубок и вызывался для подписания протокола о лесонарушении.

При таких обстоятельствах вывод суда о том, что протокол составлен в соответствии с требованиями вышеназванной Инструкции и Правилам отпуска древесины на корню, утвержденному Постановлением Правительства Российской
Федерации от 01.06.98 г. N 551, не соответствует законодательству.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что указанное лесонарушение совершено действиями ОАО «Новокуйбышевский НПЗ».

Кроме того, истец должен был доказать и размер ущерба, который причинен самовольной порубкой леса.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 174, пунктом 2 статьи
175, пунктом 1 статьи 176, статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса
Российской Федерации, судебная коллегия постановила: решение от 04.04.2001 г. Арбитражного суда Самарской области по делу N
А 55-318/01-38 отменить. Самарскому лесхозу в иске о взыскании с ОАО
«Новокуйбышевский НПЗ» 31 579 руб. 84 коп. отказать. Кассационную жалобу удовлетворить.

Поворот исполнения судебных актов в части взыскания расходов по делу в доход федерального бюджета с Открытого акционерного общества
«Новокуйбышевский НПЗ» и выдачу исполнительных листов по данному
Постановлению поручить Арбитражному суду Самарской области согласно п. 3.11
Регламента арбитражных судов.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и обжалованию не подлежит.»[10] Приведенное Постановление Федерального
Арбитражного Суда Приволжского округа подтверждает тот факт, что для возникновения обязательств из причинения вреда необходимо наличие всех четырех условий: противоправность, вред, причинная связь и вина.

Перечисленные основания признаются общими, поскольку для возникновения деликтного обязательства их наличие требуется во всех случаях, если иное не установлено законом. Когда же закон изменяет круг этих обстоятельств, говорят о специальных условиях ответственности. К таковым, к примеру, относятся случаи обязательств, возникающих вследствие причинения вреда источником повышенной опасности, владелец которого несет ответственность независимо от вины.

2.1. Вред

Вред (наличие вреда) является непременным, обязательным условием деликтной ответственности. При отсутствии вреда вопрос о возникновении обязательств, возникающих из причинения вреда возникнуть не может.

ВРЕД — в гражданском праве умаление, уничтожение субъективного права или блага. В юридической литературе, судебной и арбитражной практике используются понятия «вреда», «ущерб», «убытки». Вред и ущерб чаще всего рассматриваются в качестве синонимов. Понятия «Вреда» и «убытки» не совпадают. Первое понятие более широкое, подразделяющееся на имущественный и неимущественный Вред (Вред личности). Под имущественным вредом понимаются материальные (экономические) последствия правонарушения, имеющие стоимостную форму. Денежную оценку имущественного вреда называют убытками
(Большой юридический словарь).

Под вредом как условием обязательств, возникающих из причинения вреда понимают неблагоприятные для субъекта гражданского права имущественные и неимущественные последствия, возникающие в результате повреждения или уничтожения принадлежащего ему имущества, а также в результате причинения увечья или смерти гражданину (физическому лицу).

Как указывается в п. 1 ст. 1064 Гражданского Кодекса Российской
Федерации, вред может быть причинен «личности» или «имуществу».

Причинение вреда имуществу (имущественный вред) означает нарушение имущественной сферы лица в форме уменьшения его имущественных благ либо умаление их ценности. Иногда имущественный вред определяют как разность между материальным положением потерпевшего до причинения вреда и после.

В случае причинения вреда личности объектом нарушения являются нематериальные блага – жизнь и здоровье человека. Но при возникновении обязательства из причинения такого вреда принимаются во внимание главным образом имущественные последствия, то есть возмещению подлежит имущественный вред. Лишь в случаях, предусмотренных законом, допускается также компенсация морального вреда (п. 1 ст. 151, п. 2 ст. 1099 ГК РФ).

Под вредом здоровью, согласно приказу Минздрава России от 10 декабря
1996 г. No. 407 «О введении в практику правил производства судебно — медицинских экспертиз», следует понимать:

— телесные повреждения, т.е. нарушение анатомической целостности органов и тканей или их физиологических функций;

— заболевания или патологические состояния, возникшие в результате воздействия различных факторов внешней среды: механических, физических, химических, биологических, психических.

Вред, причиненный повреждением здоровья, кроме чисто физиологических проявлений имеет весьма широкий спектр и социально — экономических последствий. В этой связи важно правильно оценивать отдельные составляющие этого понятия для их последующего возмещения.

Вред здоровью включает в себя два самостоятельных элемента: имущественный ущерб и моральный вред. При этом оба эти компонента могут рассматриваться как составляющие «вреда здоровью» лишь в том случае, если они непосредственно связаны с возникшим заболеванием или телесным повреждением, вызванным определенным повреждающим фактором.

Например, чувство боли в области шеи, осиплость голоса у пациента, пострадавшего в результате повреждения возвратного нерва при операции по удалению зоба, являются моральным вредом, который однозначно входит в понятие «повреждение здоровья». В подобных случаях моральный вред трактуется как «вид имущественной ответственности для случаев причинения вреда здоровью» (п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. No. 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья»).

В отношении вреда здоровью пациента при оказании медицинской помощи следует отметить, что он может быть как результатом прямого повреждающего воздействия медицинских манипуляций (например, повреждение мочеточника при операции на матке), так и заключаться в ухудшении уже имевшегося заболевания в результате ненадлежащей или несвоевременной медицинской помощи (например, прогрессирование опухолевого заболевания вследствие неправильной диагностики и несвоевременной операции). Частичное или полное восстановление здоровья гражданина к моменту судебного разбирательства не освобождает причинителя вреда от гражданско — правовой ответственности и обязательства по возмещению вреда.[11]

Имущественный вред нередко именуется ущербом. Например, в Конституции
РФ закреплено право гражданина на возмещение ущерба. Гражданский кодекс последовательно употребляет термин «вред». Однако иногда встречается и слово «ущерб». Например, в ст. 1088 предусмотрено возмещение лицам, понесшим ущерб в результате смерти кормильца. В литературе отмечается, что слово «ущерб» является синонимом слова «вред».

С понятием «вред», «ущерб» соприкасается понятие «убыток». Убытком называется вред (ущерб), выраженный в деньгах. Таким образом, убыток – это денежная оценка имущественного вреда.

Самостоятельное значение имеет понятие «моральный вред». С причинением вреда как правонарушением могут быть связаны не только имущественные последствия, но также последствия, не имеющие денежной оценки либо имеющие незначительную стоимость. Например, один человек по грубой небрежности уничтожил письма и фотографии, которые принадлежали другому человеку и были очень дороги для него как память. Денежной ценности эти письма и фотографии практически не имели, но их утрата была связана с глубокими переживаниями и страданиями их собственника, которому в данном случае был нанесен моральный вред.

Наше законодательство в период существования СССР знало лишь понятие имущественного вреда и не предусматривало компенсации морального вреда в имущественной форме. Считалось, что потерпевший может требовать наказания лица, причинившему ему страдания, переживания, душевную боль и тому подобное, в уголовном или административном порядке, но не может требовать денежной компенсации. В работах многих ученых-цивилистов настойчиво высказывались предложения предусмотреть в определенных случаях возмещение и морального вреда. Эта задача получила решение лишь в 90-х годах в Основах гражданского законодательства, Законе РФ от 27.12.1991 г. «О средствах массовой информации», Законе РФ «О защите прав потребителей», а затем в
Гражданском кодексе Российской Федерации (ст. 151, 1099-1101).

Моральный вред – это физические или нравственные страдания, причиненные гражданину действиями. Нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Моральный вред выражается не только в переживаниях и страданиях, но также и в ограничении возможности лица активно участвовать в жизни: свободно передвигаться из-за ампутации ног, видеть или слышать при потере слуха или зрения и так далее. И если невозможно оценить в деньгах душевные страдания, то допустимо было бы взыскание с причинителя средств с целью облегчить существование потерпевшего, прибегнув к деньгам.[12]

Так же Пленум Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 под моральным вредом понимает нравственные и физические страдания, причиненные действиями
(бездействиями), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, права авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможность продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иными повреждениями здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.[13]

Такой вред подлежит компенсации по решению суда независимо от того, был ли одновременно причинен указанными действиями имущественный вред. Если же в результате совершения действий (бездействия) произошло нарушение имущественных прав гражданина, то возникший при этом моральный вред подлежит возмещению только в случаях, предусмотренных законом.

2.2. Противоправность

Следующим обязательным условием обязательств, возникающих вследствие причинения вреда, является противоправность поведения лица, причинившего вред.

На противоправность поведения лица, причинившего вред, как на условие деликтной ответственности Гражданский кодекс указывает путем установления правила о том, что вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом (п. 3 ст. 1064).
Следовательно возмещению подлежит вред, причиненный неправомерными, противоправными действиями (если законом не установлено исключение).

Противоправным признается поведение, если лицо, во-первых, нарушает норму права и, во-вторых, одновременно нарушает субъективное право конкретного лица. Например, неосторожно брошенным металлическим предметом гражданин причинил увечье другому лицу. В результате были нарушены нормы объективного права о защите жизни и здоровья человека и одновременно субъективное право потерпевшего на здоровье.

Закон исходит из презумпции противоправности поведения, повлекшего причинение вреда, то есть всякое причинение вреда личности или имуществу следует рассматривать как противоправное, если законом не предусмотрено иное. Из названного принципа следует также, что на потерпевшего не возлагается обязанность доказывать противоправность поведения причинителя вреда, ибо она предполагается (презюмируется).

Противоправное поведение чаще всего выражается в активных действиях, повлекших потери в имущественной сфере лица. Но возможны и вредоносные активные действия в области неимущественных отношений. Например, подлежит возмещению вред, причиненный гражданину в результате неправомерного использования его имени (п. 5 ст. 19 ГК РФ).

Понятием «поведение причинителя вреда» охватываются не только его активные действия, но и бездействия. Бездействие признается противоправным, если лицо обязано совершить определенное действие, но не сделало этого.
Например, в связи с нарушение обязательных правил по охране труда и технике безопасности на предприятии произошло отравление группы рабочих ядовитым газом. В данном случае вред был результатом противоправного бездействия администрации предприятия.

В жизни нередко встречаются ситуации, когда вред причинен, но поведение лица, причинившего этот вред, закон не признает противоправным.
По общему правилу вред, причиненный правомерными действиями, возмещению не подлежит. Правомерными признаются причинение вреда при исполнении лицом своих обязанностей, предусмотренных законом, иными правовыми актами или профессиональными инструкциями. Например, при тушении пожара обычно повреждается имущество, находящиеся в зоне пожара, но возникший в связи с этим вред не подлежит возмещению, если действия пожарных совершались в рамках соответствующих правил.

Правомерным признается причинение вреда действием, на совершение которого дано согласие самого потерпевшего, если оно выражено дееспособным лицом и свободно (например, согласие на трансплантацию внутренних органов, кожи, крови ….).[14] Кроме того, согласие потерпевшего само должно быть правомерным.

Правомерными являются действия лица, направленные на пресечение хулиганских, а также иных преступных проявлений, или по задержанию преступника.[15] Распространенным случаем правомерного причинения вреда является причинение его в состоянии необходимой обороны.

Под необходимой обороной понимается правомерная защита от общественно опасного посягательства путем причинения вреда посягающему. Каждый человек имеет право на защиту своих прав и законных интересов, прав и законных интересов другого лица, общества и государства от общественно опасного посягательства. Право на необходимую оборону вытекает из естественного, присущего человеку от рождения права на жизнь.

Статья 45 Конституции РФ провозглашает, что каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Необходимая оборона является обстоятельством, исключающим общественную опасность и противоправность.

Осуществление акта необходимой обороны — субъективное право гражданина.
На гражданах не лежит правовая обязанность осуществлять акт обороны. В определенных ситуациях оборона от преступного посягательства может являться моральной обязанностью, общественным долгом гражданина.[16]

Согласно ст. 1066 ГК РФ вред, причиненный в состоянии необходимой, возмещению не подлежит, если при этом не были превышены ее пределы.
«Превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства.»[17] В случае превышения пределов необходимой обороны вред должен возмещаться на общих основаниях. В частности при этом должны учитываться как степени вины потерпевшего, действия которого были причиной вреда, так и вина причинителя вреда.[18]

В рассмотренных случаях отсутствие противоправности исключает возникновение деликтного обязательства и, соответственно, ответственности за причиненный вред.

Однако закон предусматривает один исключительный случай, когда допускается возмещение вреда, причиненного действиями правомерными. Имеется в виду ст. 1067 ГК РФ – причинение вреда в состоянии крайней необходимости.
Состояние крайней необходимости, как следует из абз. 1 ст. 1067 ГК РФ, представляет собой ситуацию, когда действия, причиняющие вред, совершаются в чрезвычайных условиях в целях устранения опасности, угрожающей самому причинителю вреда или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами. Следовательно, имеются ввиду действия правомерные, не нарушающие никаких требований закона. Вред, причиненный такими действиями, тем не менее подлежит возмещению, поскольку это прямо предусмотрено законом (п. 3 ст. 1064, ч. 1 ст. 1067 ГК).

Данное исключение из общего правила о противоправности поведения причинителя вреда как необходимом условии его ответственности на первый взгляд может показаться некорректным, поскольку трудно оправдать возложение ответственности за вред на того, чье поведение было безупречным, не нарушающим закон. Однако необходимо учитывать, что в рассматриваемых отношениях участвуют три лица: причинитель вреда, потерпевший и третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред. Анализ возникших между ними отношений позволяет прийти к выводу, что весьма неточно рассматривать данную ситуацию как возмещение вреда при отсутствии противоправности поведения причинителя вреда. Если понимать противоправность только как нарушение правовых норм, то поведение причинителя вреда в данном случае действительно можно рассматривать как безупречное, не нарушающие норм права. Тем не менее очевидно, что в рассматриваемом случае происходит нарушение субъективных прав потерпевшего, что также охватывается понятием «противоправность». Таким образом, с одной стороны, налицо причинение вреда правомерными действиями, а с другой – неправомерными (противоправными). Возможно, по этой причине закон не возлагает на причинителя вреда обязанность его возмещения в полном объеме, но и не освобождает его во всех случаях от возмещения вреда.

Что касается третьего лица, в интересах которого действовал причинитель вреда, то говорить о противоправности его поведения нет никаких оснований.
Но следует учитывать, что «третье лицо», бесспорно, является заинтересованным, поскольку оно терпело бы определенную убыль в имуществе или неимущественных благах, если бы кто-то не устранил угрожающую ему опасность. Поэтому вполне справедливо привлечение его в возмещению вреда, возникшего у потерпевшего. Согласно ч. 2 ст. 1067 ГК РФ обязанность возмещения вреда, причиненного в состоянии крайней необходимости, может быть возложена судом либо на третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред, либо на лицо, причинившее вред.

Закон предусматривает и третий вариант: освобождение от возмещения вреда и того, кто причинил вред, и третьего лица. В подобной ситуации имущественные потери несет потерпевший. Конкретный вариант определяет суд с учетом обстоятельств, при которых был причинен вред (ч. 2 ст. 1067 ГК РФ).

2.3. Причинная связь

Причинная связь между действием (бездействием) причинителя вреда и наступившим вредом является обязательным условием наступления деликтной ответственности и выражается в том, что: а) первое предшествует второму во времени; б) первое порождает второе.

Закон предусматривает возмещение причиненного вреда лицом, причинившим вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ). Таким образом, причинитель вреда отвечает не за любой, а только за причиненный им вред. Отсутствие причинной связи исключает ответственность причинителя, так как означает, что вред явился следствием не его противоправного поведения, а вызван действием иных причин.

Причинная связь — это объективно существующая связь между явлениями.
Применительно к правовой науке речь идет о приемах выявления юридически значимой причинной связи, необходимой и достаточной для привлечения нарушителя к ответственности. В юридической теории разработано несколько теорий причинной связи: необходимого условия, реальной возможности вмешательства, непосредственного причинения, необходимой и случайной причинной связи, возможного и действительного причинения и др. Наибольшее признание в науке и практике получили теории необходимого и случайного, возможного и действительного причинения.

Теория необходимого и случайного причинения исходит из того, что среди причин, вызвавших результат, одни лишь случайно способствуют его наступлению, тогда как другие с необходимостью порождают результат. Только необходимая причинная связь между противоправным поведением и наступившим вредом может служить достаточным основанием для привлечения к ответственности. Если же причинность случайна, для привлечения к юридической ответственности нет объективных условий.

Категории необходимости и случайности более пригодны для характеристики процесса развития событий, чем для оценки роли каждого из них в этом процессе. Тогда как для практического решения вопроса важно не только проследить процесс развития явлений, который к моменту постановки вопроса о причинности уже совершился, но и установить роль каждого обстоятельства, предшествовавшего результату, в его наступлении. Для этого необходимо воспользоваться категориями возможности и действительности. Дело в том, что вызывающие результат многообразные обстоятельства играют в его наступлении неодинаковую роль: одни создают лишь возможность (абстрактную или конкретную) его возникновения, другие превращают уже возникшую возможность в действительность.

Необходимая для возложения ответственности причинная связь имеется в случаях, когда противоправное поведение человека создает конкретную
(реальную) возможность наступления результата либо превращает его в действительность. Абстрактная возможность не способна вызвать наступление определенного результата сама по себе без присоединения привходящих обстоятельств, непосредственно из нее вытекающих. Так, повреждение ноги в результате наезда автомобиля не могло привести само по себе к смерти от заражения крови, наступившей в результате того, что потерпевший был прооперирован нестирильными инструментами.

Противоправное поведение, создавшее конкретную возможность, превращается в действительность по-разному: 1) непосредственно без присоединения каких-либо посторонних факторов (например, превышение скорости, завершившееся наездом); 2) при присоединении к нему событий, т.е. обстоятельств стихийного характера (например, при установке телефона не было смонтировано грозозащитное устройство, что повлекло за собой гибель работника, дежурившего у телефона, от удара молнии); 3) при присоединении к нему правомерных действий других лиц (например, подрядчик при рытье котлована под жилой дом повредил городскую канализационную трасу из-за неправильного указания ее расположения в документации, представленной заказчиком, на которого и была возложена ответственность за возникшие убытки); 4) при присоединении к нему противоправных действий других лиц, вследствие чего юридически значимая причинная связь устанавливается как с поведением, создавшим конкретную возможность, так и с действиями, превратившими ее в действительность (например, в случае обморожения сторожа в магазине, которого бандиты связанным бросили в подвал, а администрация в результате нарушения режима охраны обнаружила только на второй день).

Поэтому, установив причины (обстоятельства), которые создали конкретную возможность наступления результата или превратили эту возможность в действительность, необходимо затем проследить процесс их развития и характер проявления в наступившем результате.

Если индивидуальные особенности обстоятельства, создавшие конкретную возможность наступления результата (как причины), с необходимостью
(неизбежностью) проявили себя в индивидуальных особенностях результата (как следствия), то налицо причинная связь, которая необходима для возложения ответственности.

Возникновение определенного результата (вреда) может быть вызвано взаимодействиями многих причин, в этом случае суд должен выявить, какое действие следует признать необходимой причиной, а какое – случайной.

При совместном причинении вреда причинная связь должна быть установлена между вредом и действиями нескольких лиц. Иногда вред, причиненный одним лицом, усугубляется последующими действиями нескольких лиц.[19]

Примером необходимости наличия причинной связи для возникновения обязательств, возникающих вследствие причинения вреда, а тем более ответственности из причинения вреда, может служить следующее Постановление
Федерального Арбитражного Суда:

«Федеральный арбитражный суд Волго — Вятского округа в составе: председательствующего Грошевой Г.И., судей: Отдельной Л.И., Терешиной Н.М., при участии представителей истца — Кордонец Е.А., доверенность N 01 от
10.01.01, Васильевой О.И., доверенность N 01 от 10.01.01, ответчика —
Рогова Д.В., доверенность N 2 от 10.01.2000, рассмотрев в заседании кассационную жалобу открытого акционерного общества «Энергомеханический завод «Промэнерго», г. Покров, на решение от 25.06.01 и постановление апелляционной инстанции от 13.09.01 по делу N А11-1577/2001-К1-6/79
Арбитражного суда Владимирской области (судьи: Ушакова Е.П., Евсеева Л.Н.,
Самсонова Т.Е., Митрофанова Л.А.), установил:

Открытое акционерное общество «Энергомеханический завод Промэнерго»
(далее по тексту — ОАО «ЭМЗ Промэнерго») обратилось в Арбитражный суд
Владимирской области с иском о взыскании с администрации города Покрова убытков в виде упущенной выгоды в сумме 1126660 рублей, возникших вследствие незаконного бездействия органа местного самоуправления — невынесения решения о проведении изыскательских работ и выдаче акта выборки земельного участка под строительство кузнечного цеха.

По ходатайству истца определением от 15.05.01 в соответствии со статьей
35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве второго ответчика привлечено городское финансово — экономическое управление при администрации г. Покрова как орган, выступающий от имени казны.

Решением от 25.06.01 на основании пункта 1 статьи 85 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отношении второго ответчика производство по делу прекращено, поскольку названное управление согласно
Положению, утвержденному распоряжением главы г. Покрова от 03.10.2000 N
257, сведениям Инспекции Министерства Российской Федерации по налогам и сборам по Петушинскому району Владимирской области, является структурным подразделением администрации и статусом юридического лица не наделено. В иске к администрации г. Покрова истцу отказано из-за недоказанности ОАО
«ЭМЗ Промэнерго» состава гражданского правонарушения, в частности таких его элементов, как вина ответчика и причинная связь между наступлением вреда и противоправностью поведения органа местного самоуправления.

Постановлением апелляционной инстанции от 13.09.01 решение Арбитражного суда Владимирской области по делу N А11-1577/2001-К1-6/79 оставлено без изменения по тем же мотивам.

Не согласившись с состоявшимися по делу судебными актами, ОАО «ЭМЗ
Промэнерго» обратилось в Федеральный арбитражный суд Волго — Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление суда отменить, дело передать на новое рассмотрение.

По мнению заявителя, арбитражным судом не исследован вопрос о противоправности поведения администрации г. Покрова, не дана оценка доводам истца о наличии вины ответчика в допущенном правонарушении.

Кроме того, судом апелляционной инстанции необоснованно отказано в удовлетворении заявленного акционерным обществом ходатайства об отложении дела слушанием, что лишило последнего возможности представить дополнительные доказательства в обоснование заявленного иска.

Правильность применения норм материального и процессуального права
Арбитражным судом Владимирской области по делу N А11-1577/2001-К1-6/79 проверена Федеральным арбитражным судом Волго — Вятского округа в порядке, установленном статьями 171 — 177 Арбитражного процессуального кодекса
Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, начиная с 14.03.2000 ОАО «ЭМЗ
Промэнерго» неоднократно обращалось в администрацию г. Покрова с просьбой о выделении земельного участка и назначении комиссии по выбору площадки под строительство кузнечно — прессового цеха (письма N 310 от 14.03.2000, N 444 от 14.04.2000, N 489 от 19.04.2000, N 712 от 22.06.2000).

Администрация города приступила к оформлению соответствующих документов лишь 31.01.01. До этого момента орган местного самоуправления считал невозможной подготовку пакета документов на выделение спорного объекта ввиду противоправной деятельности истца по освоению данной территории (том
2 л.д. 142 — 145).

Поскольку в соответствии со статьей 28 Земельного кодекса РСФСР предварительное согласование места размещения объекта местного значения или его расширения проводится в срок до одного месяца, акционерное общество данное нарушение расценило как незаконное бездействие городской администрации, повлекшее за собой неоправданное затягивание начала строительства кузнечно — прессового цеха, и как следствие — недополучение дохода от производства фланцев в размере 1126660 рублей в период с 15.02. по 15.03.01.

Взыскание упущенной выгоды явилось предметом иска, предъявленного ОАО
«ЭМЗ Промэнерго» в Арбитражный суд Владимирской области.

Убытки, причиненные юридическому лицу в результате незаконных действий
(бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежат возмещению в соответствии со статьями 16, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Лицо, требующее их возмещения, должно доказать наличие вреда, его размер, противоправность поведения и вину причинителя вреда, причинную связь между допущенным нарушением и возникшими убытками. Истцом в нарушение статьи 53 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации таковая совокупность доказательств в дело не представлена.

В частности, как отмечено апелляционной инстанцией, ОАО «ЭМЗ
«Промэнерго» не доказана причинно — следственная связь между незаконным бездействием администрации г. Покрова и возникшими убытками. В обоснование искового требования хозяйственным обществом представлен договор подряда на строительство кузнечно — прессового цеха от 01.04.2000, согласно которому окончание данных работ определено 31.12.02. Следовательно, в период с
15.02. по 15.03.01 независимо от действий (бездействия) органов местного самоуправления истец не мог получить доход от эксплуатации нового цеха.

Довод заявителя кассационной жалобы о необоснованном отказе второй судебной инстанцией в удовлетворении ходатайства об отложении дела слушанием, что якобы лишило истца возможности представить дополнительные доказательства, признается судом округа несостоятельным по следующим причинам.

Согласно статье 120 Арбитражного процессуального кодекса Российской
Федерации отложение рассмотрения дела является правом арбитражного суда и возможно при обстоятельствах, препятствующих ведению судопроизводства, в частности, при необходимости представления дополнительных доказательств.
Имевшийся в деле пакет документов достаточен для разрешения спора по существу.

Ссылка ОАО «ЭМЗ «Промэнерго» на нарушение Арбитражным судом
Владимирской области статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса
Российской Федерации также во внимание не принимается. В силу вышеуказанной нормы при решении вопроса о том, какой закон подлежит применению по конкретному спору, арбитражный суд не связан доводами участвующих в деле лиц.

Вывод Арбитражного суда Владимирской области о недоказанности ОАО «ЭМЗ
«Промэнерго» исковых требований сделан на основании всестороннего, полного и объективного исследования материалов дела и им соответствует. Нарушений норм материального либо процессуального права при принятии решения от
25.06.01 и постановления от 13.09.01 кассационной инстанцией не установлено, а потому оснований для отмены названных судебных актов не имеется.

Руководствуясь статьями 174, 175 (пунктом 1), 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральный арбитражный суд
Волго — Вятского округа постановил: решение от 25.06.01 и постановление апелляционной инстанции от 13.09.01
Арбитражного суда Владимирской области по делу N А11-1577/2001-К1-6/79 оставить без изменения, кассационную жалобу открытого акционерного общества
«Энергомеханический завод «Промэнерго» — без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и обжалованию не подлежит.» [20]

Неустановление судом причинной связи при разрешении конкретного дела не позволяет возложить на ответчика обязанность по компенсации возникшего вреда, иными словами, «после того» — не всегда означает «в результате того».

В качестве примера можно привести «медицинское дело», рассмотренное районным судом г. Перми в сентябре 1999 г. Суть дела заключается в том, что через десять дней после хирургической операции, проведенной в одной из больниц г. Перми, наступила смерть пожилого больного при явлениях нарастающей интоксикации и сердечно — сосудистой недостаточности. При патолого — анатомическом вскрытии была обнаружена марлевая салфетка, оставленная во время операции в брюшной полости.

Оценивая данный случай с правовых позиций, следует указать, что сам факт оставления марлевой салфетки в брюшной полости, конечно, является нарушением предписаний и правил проведения хирургических операций и не соответствует обычно предъявляемым требованиям к качеству хирургической работы. Однако в данном случае причинная связь между этим нарушением и смертью больного установлена не была, поэтому судом (в том числе и по другим основаниям) в иске было отказано.

Установление причинной связи в медицинском судебном процессе бывает довольно сложным и, как правило, ставится на разрешение экспертизы. В то же время в ряде случаев причинная связь может быть установлена и без помощи эксперта.[21]

В результате вышеизложенного можно сделать вывод о том, что причинная связь должна отвечать следующим требованиям: o причина всегда предшествует результату; o причина с необходимостью порождает свое следствие, то есть связь между причиной и следствием всегда обязательна; o причина и следствие имеют значение как таковые только в применении к данному конкретному случаю, а не вообще.

2.4. Вина

Четвертым условием возникновения обязательств из причинения вреда является вина причинителя.

«ОАО «Прохоровское АТП» обратилось в арбитражный суд
Белгородской области с иском к АОЗТ «Птичное» о взыскании причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия ущерба.

Суд в иске отказал.

Рассмотрев протест первого заместителя Генерального прокурора РФ, предлагавшего решение отменить и направить на новое рассмотрение, Президиум
ВАС РФ не нашел оснований для его удовлетворения.

Из материалов дела следует, что в пос. Прохоровка произошло столкновение автомобиля ГАЗ-53, принадлежащего ответчику, с автомобилей ПАЗ-
3205, принадлежащим истцу. В результате столкновения автомобилю истца причинены повреждения.

Постановлением начальника отделения ГАИ Прохоровского РОВД водитель
Г., управляющий автомобилем ответчика, подвергнут штрафу за нарушение
Правил дорожного движения. Жалоба Г. на данное постановление отклонена решением Прохоровского районного суда Белгородской области.

В протесте указано, что решение суда противоречит ст. 1079 ГК РФ, согласно которой юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Однако при рассмотрении дела арбитражным судом установлено, что вред имуществу истца причинен в результате столкновения двух движущихся автомобилей, поэтому суд руководствовался абз. 2 п. 3 ст. 1079 ГК РФ, в соответствии с которым вред, причиненный владельцам источников повышенной опасности в результате их взаимодействия, возмещается на общих основаниях по правилам ст. 1064 ГК РФ.

Оценив представленные доказательства и установив отсутствие вины ответчика в повреждении имущества истца, арбитражный суд обоснованно отказал в удовлетворении иска, правомерно применив нормы ст. 1064 ГК
РФ.»[22]

Принцип ответственности за вину имеет общее значение, он является обязательным элементом понятия обязательств из причинения вреда. Иногда закон предусматривает исключение из данного принципа, но они не могут быть основанием для того, чтобы отвергать сам принцип.

Понятие вины является одним из наиболее спорных в науке гражданского права. Долгое время в советской науке господствовало представление о вине как психическом отношении лица к своему поведению в форме умысла или неосторожности. Такое понятие вины распространялось и на деликатную ответственность. Согласно новейшим научным взглядам трактовка вины как
«психологического отношения» нарушителя к своему поведению и его результату практически бесполезна. Решать вопрос о вине и невиновности необходимо путем анализа отношения лица к своим делам и обязанностям. Если оно проявляет необходимую заботливости и осмотрительность, которую можно требовать от него с учетом характера обстановки, в которой оно находится и действует, то такого субъекта следует признать невиновным в причинении вреда. Однако это относится к случаю, когда речь идет о неосторожности.
Вина в форме умысла заключается в намеренных действиях либо бездействии, направленных на причинение имущественного вреда другому лицу.

Общее правило о вине как условии обязательств, возникающих вследствие причинения вреда закон формулирует следующим образом: лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В гражданском праве действует презумпция вины лица, причинившего вред. Причинитель вреда может опровергнуть презумпцию виновности, предоставив доказательства отсутствия своей вины в причинении вреда. По справедливому утверждению В.А. Ойгензихта, презумпция означает лишь то, что предположение является достаточным основание для признания лица виновным.
Не существует, однако, презумпции вины потерпевшего. Вина последнего должна быть доказана причинителем вреда.[23]

Наряду с общим правилом о вине как условии деликтной ответственности в п. 2 ст. 1064 ГК РФ указывается на возможность исключения из него: законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Такие исключения предусмотрены правилами о некоторых специальных обязательств, возникающих вследствие причинения вреда, например обязательства, возникающие: вследствие причинения вреда источником повышенной опасности (п. 1 ст. 1079 ГК РФ); вследствие причинения вреда незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (ст. 1070 ГК РФ).

В практике применения норм уголовного права решение вопроса о форме и виде вины, как правило, не вызывает сложностей. Целесообразно использовать эти наработки в гражданских правоотношениях с учетом их специфики. Так, ч.
2 ст. 25 УК РФ гласит: «Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий
(бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления». Применительно к гражданским правоотношениям это положение могло бы выглядеть так:
«Проступок признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало антиобщественность своего деяния (действия или бездействия) и желало его наступления или предвидело возможность или неизбежность наступления антиобщественных последствий и желало их наступления». При нынешней экономической нестабильности иллюстрацией может служить следующий пример.
Должник, заведомо зная, что кредитор вот-вот обанкротится, отдавать положенные долги не спешит, хотя имеет такую возможность, рассчитывая, что в общей сумятице дел его долг «канет в Лету». Конечно, проступки с прямым умыслом в гражданских правоотношениях могут встречаться гораздо реже, чем с косвенным. Согласно закону определение проступка, совершенного с косвенным умыслом, будет иметь следующее содержание: «Проступок признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало антиобщественность своего деяния (действия или бездействия), предвидело возможность наступления антиобщественных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично».

В деликтном праве известны разные формы вины: умысел, неосторожность, грубая небрежность. Однако нормы гражданского права, в отличие от уголовного, по общему правилу не придают значения тяжести или степени вины при определении размера вреда, подлежащего возмещению.

Например, имущественный вред, выразившийся в сумме 50 тысяч рублей, причинен умышленным преступлением и вред на такую же сумму причинен по грубой неосторожности, причем причинитель вреда не был привлечен к уголовной ответственности. Основная сумма, подлежащая взысканию в пользу потерпевшего, в обоих случаях будет одинаковой.

В виде исключения из настоящего правила законом может быть предусмотрено влияние степени вины участников деликтного обязательства на объем ответственности. Например, размер возмещения, подлежащего взысканию в пользу потерпевшего, должен быть уменьшен, если его грубая небрежность содействовала возникновению или увеличению вреда. При этом учитывается и степень вины причинителя вреда (абз. 1 п. 2 ст. 1083 ГК РФ). Легкая
(простая) неосторожность в подобной ситуации не подлежала бы учету.

В связи с тем, что закон связывает неодинаковые последствия с грубой и легкой (простой) неосторожностью, возникает необходимость их разграничения.
Представляется, что для достижения этого результата необходимо ориентироваться на норму абз. 2 п.1 ст. 401 ГК РФ, которая относится к договорным обязательствам.

Применительно к деликтным обязательствам содержание данной нормы можно выразить следующим образом. Лицо признается невиновным в причинении вреда, если при той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась с учетом характера обстановки, в которой оно находилось или осуществляло свою деятельность, оно приняло все меры для предотвращения причинения вреда.

В данной формулировке отражено общее понятие неосторожности, без разграничения ее на грубую и простую.[24]

Грубую неосторожность можно определить как непростительное нарушение простейших, элементарных требований заботливости и осмотрительности, известных каждому.

О проступках, совершенных по неосторожности (грубая небрежность или простая неосмотрительность) и чаще всего имеющих место в деликтных правоотношениях, необходимо также иметь четкое представление. Такие проступки, говоря языком уголовного права, имеют материальный состав, то есть влекут за собой определенные последствия — причинение материального ущерба и (или) морального вреда. Поэтому и конструкция определения вины при неосторожности будет иметь иной вид, чем при умысле. Например, так: «Под грубой небрежностью понимается проступок, когда лицо предвидело возможность наступления антиобщественных последствий своего деяния (действия или бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий». Скажем, не выбрав безопасную дистанцию, водитель сзади идущего автомобиля совершил наезд на идущий впереди автомобиль, которому пришлось резко затормозить из-за внезапно появившегося велосипедиста, в результате чего здоровью водителя впереди идущего автомобиля нанесен вред, а также причинены механические повреждения автомобилю.

Под простой неосторожностью (неосмотрительностью) понимается проступок, когда лицо не предвидело возможности наступления антиобщественных последствий своего деяния (действия или бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно и могло предвидеть эти последствия. Это, к примеру, может иметь место при причинении вреда в состоянии крайней необходимости (ч. 1 ст. 1067 ГК). Если раскрывать содержание формы вины, то редакция ч. 2 ст. 401 ГК имела бы, на мой взгляд, иное определение: «Деяние (действие, бездействие) лица признается невиновным, если лицо, совершившее проступок, не могло осознавать антиобщественную опасность своего действия (бездействия), не предвидело возможности наступления антиобщественных последствий и по обстоятельствам дела не должно или не могло их предвидеть».

Заимствование гражданским правом понятий из уголовного права представляется рациональным и полезным по следующим соображениям.

Во-первых, исходя из теории права, никакое правоотношение не может возникнуть без юридических фактов, т.е. без условий, при которых возникают, изменяются или прекращаются правоотношения. Юридический факт, в свою очередь, существует в виде события или действия. Действия бывают правомерными и неправомерными. Неправомерные охватываются общим понятием
«правонарушение», которое в широком смысле является антиобщественным деянием (действием или бездействием), причиняющим вред обществу и караемым по закону. Таким образом, правонарушение является родовым понятием как преступления, так и проступка, и первое отличается от второго лишь более высокой степенью и тяжестью характера общественной опасности. И если диспозиция нормы уголовного закона запрещает совершать определенные ею действия под страхом наказания, то диспозиции норм гражданского закона дозволяют вступать в любые предусмотренные ими правоотношения и при этом обязывают соблюдать принятые на себя обязательства, за невыполнение которых наступает принудительное их исполнение или ответственность при наличии вины, а в отдельных случаях — и без вины.

Во-вторых, исходя из сказанного, вину как субъективную сторону деяния
(будь то в уголовных, гражданских, административных и других правоотношениях) всегда характеризуют интеллектуальный и волевой моменты, из сочетания которых определяется ее форма и вид. И если бы законодатель раскрыл содержание форм и видов вины в Гражданском кодексе, то стало бы легче решать вопросы, связанные с определением ответственности за совершенные гражданские правонарушения.[25]

Вина является условием деликтной ответственности как граждан
(физических лиц), так и лиц, юридических, причем общие принципы этой ответственности для них одинаковы, несмотря на наличие ряда особенностей.
Вопрос о понятии вины юридического лица долгое время был предметом научных споров. Например, имела распространение точка зрения, согласно которой вина юридического лица выражается в невнимательном выборе работника.
Следовательно, если при найме рабочего или служащего органы юридического лица всесторонне проверили его, то в случае причинения этим работником вреда при исполнении трудовых обязанностей юридическое лицо признается невиновным и ответственности не несет. Несостоятельность изложенной позиции очевидна.

В действительности чаще всего вина юридического лица заключается в отсутствии необходимой заботы о делах, в непрофессионализме исполнителей, неграмотности, халатности, бездеятельности, повлекших причинение вреда.

Вина юридического лица обнаруживается в поведении определенных физических лиц. Это могут быть лица, входящие в состав органов юридического лица, а также участники юридического лица. Это могут быть представитель юридического лица, а также рабочие и служащие юридического лица либо его члены (например, члены кооперативов). Вина названных физических лиц, если их действия совершались в пределах служебных (трудовых) обязанностей, рассматривается как вина самого юридического лица.

Еще одним очень важным моментом является то, что вина должна быть установлена на момент причинения вреда и только в этом случае она является условием возникновения обязательств из причинения вреда.

Глава 2. Виды обязательств, возникающих вследствие причинения вреда

Из обязательств, возникающих вследствие причинения вреда рассмотренных в главе 1 можно выделить их отдельные виды:

V Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда публичной властью, к ним относятся причинения вреда государственными органами, местного самоуправления, их должностными лицами, а также органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда;

V Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда несовершеннолетними и недееспособными гражданами. Из них выделяются обязательства, возникающие вследствие причинения вреда несовершеннолетними до 14 лет (малолетними), несовершеннолетними от 14 до 18 лет, недееспособными гражданами, признанными таковыми в установленном порядке, а также лицами, неспособными понимать значение своих действий;

V Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда деятельностью, создающей повышенную опасность.

Указанные виды обязательств обладают необходимыми для их возникновения общими условиями (условия подробно исследованы в § 2 главы 1). Но основанием выделения их в отдельные виды является наличие специальных условий, без которых указанные обязательства возникнуть просто не могут.

В данной главе будут исследованы отмеченные выше обязательства с выявлением специальных условий их возникновения.

§1. Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда публичной властью

В данном параграфе дипломной работы мы рассмотрим обязательства, возникающие вследствие причинения вреда публичной властью. Публичную власть можно разделить следующим образом:

— государственные органы, органы местного самоуправления, а также их должностные лица;

— органы дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Как ни прискорбно осознавать, но органы государственной власти и правоохранительные органы нарушают права граждан и юридических лиц, не смотря на то, что их целью является защита этих самых прав. При осуществлении своей деятельности указанные органы не редко причиняют вред.

Имущественный вред, причиненный публичной властью гражданину или юридическому лицу в результате ее незаконных действий или бездействий, подлежит возмещению за счет соответствующей казны (ст. 1069 ГК). Данное правило основано на положении ст. 53 Конституции Российской федерации о праве каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями или бездействиями органов государственной власти или их должностных лиц.

Сначала рассмотрим обязательства, возникающие вследствие причинения вреда государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами.

Ответственность при возникновении указанных обязательств предусмотрена ст. 1069 Гражданского кодекса РФ. Данная статья является специальной, то есть в ней предусмотрены особенности, которые отличают ее от общих правил деликтной ответственности.

Эти особенности выражаются: а) во властно — административном, то есть юридически обязательном, одностороннем характере действий государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц, что отличает данные отношения от гражданско — правовых; б) в причинении вреда в этой сфере противоправными действиями указанных субъектов.

Ответственность по ст. 1069 ГК наступает на общих условиях ответственности за причинение вреда, но при наличии означенных в ней специальных условий.

Ответственность за убытки или вред, причиненные лицам и их имуществу вследствие неправомерных решений, действий (бездействия) органов власти, по общему правилу наступает при наличии следующих условий: а) неправомерность решений государственных или муниципальных органов; б) наличие вреда или убытков, причиненных лицам или их имуществу; в) причинная связь между неправомерными решениями и наступившим вредом
(убытками); г) виновность должностного лица, если вред или убытки наступили вследствие принятия этим лицом не соответствующего закону решения.

Таким образом, по общим основаниям вина является необходимым условием ответственности за незаконные акты власти. Однако в статье 1069 ГК РФ не упоминается о вине причинителя вреда — соответствующих органов или их должностных лиц. Но то обстоятельство, что статья 1069 ГК РФ помещена в параграфе 1 главы 59 ГК РФ «Общие положения о возмещении вреда», свидетельствует о необходимости применения общих правил о гражданском деликте, в том числе и ответственности за вину.[26]

Для правильного понимания факта причинения вреда необходимо определить понятие «незаконных действий (бездействий)». Под ними понимаются деяния, противоречащие не только законам, но и другим правовым актам. Подобные деяния имеют многообразные виды и формы. Ими могут быть различные приказы, распоряжения, указания и иные властные предписания (причем не имеет значения, сделаны они в письменной или устной форме), которые направлены гражданам и юридическим лицам и которые подлежат обязательному исполнению.
Таковым может быть и противоправное бездействие, ибо в области властно — административных отношений требуется активность и непринятие необходимых мер, предусмотренных законами и иными правовыми актами, может привести к причинению вреда.

Если обязательства, возникающие вследствие причинения вреда органами государственной власти возникают не в сфере властно — административных отношений, а в результате их хозяйственной и технической деятельности, ответственность наступает на общих либо на других основаниях (например, обязательства, возникающие вследствие причинения вреда источником повышенной опасности).

В данном виде обязательств учитываются незаконные деяния не любого работника государственных органов и органов местного самоуправления, а лишь должностных лиц. Понятие должностного лица дано в примечании 1 ст. 285 УК
РФ.

Должностными лицами признаются лица, постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляющие функции представителя власти либо выполняющие организационно — распорядительные, административно — хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, а также в
Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации.

При определении причинителя вреда надо иметь в виду, что лицо, временно исполняющее обязанности по определенной должности или осуществляющее специальные полномочия, могут быть признаны причинителем вреда при условии если указанные обязанности или полномочия возложены на данное лицо в установленном законом порядке.[27]

К вопросу, требуется ли предварительное судебное признание недействительным акта (действия, бездействия) государственного органа, имеются два подхода.

Одна точка зрения заключается в том, что предъявлению такого иска должно предшествовать решение суда (а если обжалование акта осуществлялось в административном порядке, то решение соответствующего административного органа) о признании акта недействительным либо о его отмене.

Такой подход основан на статье 13 (абз. второй) ГК РФ, которая гласит, что в случае признания судом акта недействительным нарушенное право подлежит восстановлению либо защите иными способами, предусмотренными статьей 12 настоящего Кодекса.

Итак, сначала признание акта недействительным, а затем восстановление права, нарушенного этим актом.

Другая позиция заключается в том, что в статьях 13 и 16 ГК РФ установлена возможность судебного контроля за законностью деятельности органов власти, законодательной и исполнительной.

В статье 13 ГК РФ предусмотрен прямой контроль, влекущий, при незаконности акта, признание его недействительным. В отношении нормативных актов возможность прибегнуть к такому контролю ограничена «случаями, предусмотренными законом».

В статьях 16 и 1069 ГК РФ имеется в виду косвенный судебный контроль за законностью правовых актов. Основанием для него является требование не о признании акта недействительным, а о возмещении причиненного им вреда
(убытков). Установив, что правовой акт незаконен, а также другие необходимые основания для возмещения причиненного его изданием вреда, суд должен независимо от признания акта недействительным удовлетворить требование о возмещении вреда.

Правомочия суда поступить таким образом основаны на статье 120
Конституции, в силу которой суд, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного органа или иного органа закону, принимает решение в соответствии с законом.

При рассмотрении требований о возмещении вреда на основании статей 16 и
1069 ГК РФ суд вправе оценивать законность практически любого ненормативного акта, тогда как, действуя на основании статьи 13 ГК РФ, он может делать это лишь «в случаях, предусмотренных законом».

Вместе с тем необходимо отметить, что на практике арбитражные суды принимают и рассматривают иски о возмещении вреда независимо от того, имеется ли судебное решение о признании административного акта недействительным или нет.

Одним из условий обязательств, возникающих вследствие причинения вреда органами государственной власти и их должностными лицами является наличие вреда или убытков. Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Таким образом, убытками (вредом) считается всякое умаление имущественного блага.

За причинение вреда в сфере властно — административных отношений граждане, в отличие от юридических лиц, могут требовать компенсации морального вреда.

Необходимо помнить, что в любом виде обязательств, возникающих в следствие причинения вреде необходимо наличие причинной связи между противоправностью ( в данном случае неправомерными решениями, действиями
(бездействиями) и наступившим вредом. Суть сказанного выражена в следующем материале:
|«Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации рассмотрел |
|протест заместителя Генерального прокурора Российской Федерации на решение |
|от 18.02.97, постановление апелляционной инстанции от 17.04.97 Арбитражного|
|суда Алтайского края по делу N А03-2к/129-97 и постановление Федерального |
|арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 01.07.97 по тому же делу. |

|Заслушав и обсудив доклад судьи и выступление заместителя Генерального |
|прокурора Российской Федерации, поддержавшего протест, Президиум установил |
|следующее. |

|Индивидуальное частное предприятия «Инфа» обратилось в Арбитражный суд |
|Алтайского края с иском к Алтайскому краевому Законодательному Собранию и |
|Комитету по финансам, налоговой и кредитной политике администрации |
|Алтайского края о возврате из краевого бюджета 35355472 рублей, уплаченных |
|им в качестве целевого сбора на строительство мостового перехода, и |
|взыскании 869 944 рублей процентов за пользование чужими денежными |
|средствами. |

|Решением от 18.02.97 иск |
|удовлетворен. |

|Постановлением апелляционной инстанции от 17.04.97 решение оставлено без |
|изменения. |

|Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа постановлением от |
|01.07.97 оставил решение и постановление без изменения. |

|В протесте заместителя Генерального прокурора Российской Федерации |
|предлагается состоявшиеся судебные акты отменить и в иске отказать. |

|Президиум считает, что протест подлежит удовлетворению по следующим |
|основаниям. |

|Как видно из материалов дела, Алтайское краевое Законодательное Собрание |
|приняло закон от 30.12.94 «О целевом сборе в 1995 году на строительство |
|мостового перехода через реку Обь», действие которого продлено на 1996 год |
|постановлением от 10.01.96 того же органа. |

|Данными нормативными актами для хозяйствующих субъектов, независимо от форм|
|собственности и ведомственной принадлежности являющихся плательщиками |
|налога на прибыль, а также предпринимателей, осуществляющих свою |
|деятельность без образования юридического лица, в том числе реализующих |
|горюче-смазочные материалы на стационарных и передвижных автозаправочных |
|станциях, установлен сбор в размере 10 процентов от цены реализации каждого|
|литра нефтепродуктов без налога на добавленную стоимость и специального |
|налога с отнесением этого сбора на стоимость отпускаемых потребителям |
|горюче-смазочных материалов. |

|Решением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от|
|23.05.96 названные закон и постановление признаны недействительными, как |
|принятые с превышением полномочий Законодательного Собрания. |

|Принимая решение об удовлетворении иска, арбитражные суды всех инстанций |
|мотивировали его тем, что уплата сбора повлияла на формирование |
|оптово-отпускной цены на горюче-смазочные материалы и в итоге — на |
|финансовые результаты предприятия. Причинение ущерба на сумму сбора |
|подтверждено аудиторским заключением и платежными документами об уплате |
|сбора. |

|Данные выводы не основаны на обстоятельствах дела и действующем |
|законодательстве. |

|Согласно статьям 16 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации |
|необходимым условием ответственности государственного органа в результате |
|издания не соответствующего закону акта является наличие причинной связи |
|между недействительностью акта и причиненными убытками. |

|При решении вопроса о возврате ранее перечисленных сумм налога следует |
|учитывать установленный нормативным актом механизм взимания налога и его |
|правовую природу. |

|Как следует из указанного закона, сумма сбора не влияла на финансовый |
|результат деятельности предприятия, а лишь увеличивала продажную цену |
|горюче-смазочных материалов. Уплаченные суммы платежей сбора возмещались |
|истцу при оплате приобретенной продукции. |

|Следовательно, никаких убытков в связи с надлежащим исполнением закона у |
|истца возникнуть не могло. |

|Выводы аудитора основаны не на конкретных материалах, а на предположениях, |
|поэтому его заключение не могло быть положено в обоснование решения о |
|возмещении убытков. |

|Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 187 — 189 Арбитражного |
|процессуального кодекса Российской Федерации, Президиум Высшего |
|Арбитражного Суда Российской Федерации постановил: |

|решение от 18.02.97, постановление апелляционной инстанции от 17.04.97 |
|Арбитражного суда Алтайского края по делу N А03-2к/129-97 и постановление |
|Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 01.07.97 по |
|тому же делу отменить. |

|Индивидуальному частному предприятию «Инфа» в иске к Алтайскому краевому |
|Законодательному Собранию и Комитету по финансам, налоговой и кредитной |
|политике администрации Алтайского края о возврате из бюджета 35 355 472 |
|рублей, уплаченных в качестве целевого сбора на строительство мостового |
|перехода, и взыскании 869 944 рублей процентов за пользование чужими |
|денежными средствами отказать.» [28] |

Особым случаем возникновения обязательств за вред, причиненный публичной властью являются обязательства, возникающие вследствие причинения вреда гражданину в результате:

. незаконного осуждения;

. незаконного привлечения к уголовной ответственности;

. незаконного применения в качестве меры пресечения под стражу или подписки о невыезде;

. незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Гражданин признается осужденным, если в отношении него имеется приговор суда (судьи), вынесенный в соответствии с главой 39 УПК РФ.
Привлеченным к уголовной ответственности считается гражданин, в отношении которого органами дознания, предварительного следствия и прокуратуры вынесено, согласно ст. 171, 172 УПК РФ, постановление о привлечении в качестве обвиняемого. Заключение под стражу и подписка о невыезде в качестве меры пресечения может быть избрана органами дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке ст. 102, 108 УПК
РФ. Административные взыскания в виде ареста могут применяться судьей в соответствии со ст. 3.9 КоАП РФ. Для наступления деликтной ответственности по п. 1 ст. 1070 ГК необходимо, чтобы перечисленные действия должностных лиц указанных органов носили противоправный характер.

Перечисленные случаи представляют собой нарушения конституционного права каждого гражданина на свободу и личную неприкосновенность, которые обычно влекут для граждан как нравственные страдания, так и неблагоприятные имущественные последствия. Поэтому закон предусматривает для них особые правовые, в том числе гражданско-правовые, последствия.

Ответственность за данные незаконные действия предусмотрено ст. 1070
Гражданского кодекса РФ. Статья детализирует ст. 53 Конституции РФ. Она устанавливает особый режим возмещения вреда, причиненного гражданину незаконными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, более широкую защиту прав граждан при нарушении их личных свобод в рамках исчерпывающего перечня случаев: в сфере правосудия.

Прежде всего, такие ситуации могут возникнуть только в результате незаконных действий правоохранительных органов – органов дознания, предварительного следствия и прокуратуры или суда, которые привели к указанным последствиям в отношении физических лиц. Если вред причинен гражданину в иных случаях, не попавших под указанный выше перечень, например в результате его незаконного задержания в качестве подозреваемого или в результате незаконного применения к нему принудительных мер медицинского характера, он возмещается по общим правилам возмещения вреда, причиненного гражданину актами или действиями публичной власти.[29] Это же относится и к случаям причинения вреда правоохранительными или судебными органами юридическим лицам.

Должностные лица в данном виде обязательств, возникающих вследствие причинения вреда обычно действуют от имени Российской Федерации и на основании федеральных законов. Поэтому имущественную ответственность за результаты их незаконных действий также принимает на себя Российская
Федерация. В случаях, когда должностные лица правоохранительных или судебных органов действуют от имени субъекта Российской Федерации или муниципального образования, имущественную ответственность за их незаконные действия несут соответствующие публично-правовые образования за счет своей казны.

Согласно ст. 1071 ГК от имени казны по общему правилу выступают финансовые органы, которые и являются ответчиками по искам о возмещении вреда, причиненного гражданам указанными ранее незаконными действиями.
Следовательно, и в рассматриваемых случаях причинитель вреда и субъект ответственности не совпадают. Российская Федерация или иное публично- правовое образование в этих случаях имеют право регресса к соответствующему должностному лицу, в соответствии со ст. 1081 ГК РФ, лишь при условии, что его вина установлена вступившим в силу приговором суда.

Право на возмещение вреда в сфере правосудия возникает при условии: постановления оправдательного приговора; прекращения уголовного дела за отсутствием события или состава преступления (пп. 1, 2 ч. 1 ст. 24 УПК); прекращения дела об административном правонарушении.

Право на возмещение такого ущерба возникает лишь в случае полной реабилитации гражданина.

Прекращение дела по так называемым нереабилитирующим основаниям: амнистия; недостижение возраста, с которого наступает уголовная ответственность; примирение обвиняемого с потерпевшим; отсутствие жалобы потерпевшего; смерть обвиняемого; изменение обстановки; передача виновного на поруки и другие основания, предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством, не дают права на возмещение вреда.

Вред причиненный незаконными действиями правоохранительных и судебных органов возмещается независимо от вины должностных лиц, в результате незаконных действий которых он причинен, и в полном объеме.

Убытки определяются на момент причинения ущерба. Поскольку деликт носит здесь длящийся характер, он определяется периодом времени от незаконного привлечения к уголовной ответственности и других действий, указанных в п. 1 ст. 1070, и до вынесения реабилитирующего документа правоприменительного органа. Убытки, возникшие у потерпевшего после вынесения реабилитирующего решения, по п. 1 ст. 1070 возмещаться не должны.

Условия и порядок возмещения вреда в случаях, рассматриваемых в данном виде обязательств из причинения вреда, устанавливает Указ Президиума
Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц» и утвержденное этим Указом Положение
«О порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда». При этом необходимо учесть, что отдельные нормы названных документов, противоречащие действующему российскому законодательству, применению не подлежат. Так, положение ст. 2 Указа от 18 мая 1981 г., ограничивающее право на возмещение ущерба гражданину, незаконно привлеченному к уголовной ответственности, заключенному под стражу, осужденному, если гражданин в процессе дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства путем самооговора препятствовал установлению истины и тем самым способствовал наступлению указанных последствий, не подлежит применению, поскольку ст. 53 Конституции РФ и п. 1 ст. 1070 устанавливают право на возмещение государством вреда без подобных ограничений.

Возмещению подлежат:

1) заработок и другие трудовые доходы, являющиеся основным источников средств к существованию гражданина, которых он лишился в результате незаконных действий;

2) пенсии и пособия, выплата которых была приостановлена в связи с незаконным лишением свободы;

3) имущество (в том числе деньги, денежные вклады и проценты на них, облигации и иные ценности), конфискованное или обращенное в доход государства судом либо изъятое органами дознания или предварительного следствия, а также имущество, на которое наложен арест;

4) штрафы, взысканные во исполнение приговора суда; судебные издержки и иные суммы, выплаченные гражданином в связи с незаконными действиями;

5) суммы, выплаченные гражданином юридической консультации за оказание юридической помощи.[30]

При этом расчет ущерба при возмещении заработной платы, пенсий и приравненных к ним выплат производится с индексацией, размеры которой определяются законодательными актами РФ на момент получения возмещаемых сумм. При возмещении стоимости конфискованных или утраченных вещей применяются индексы цен, исчисленные органами Государственного комитета по статистике.

Возмещение ущерба, причиненного в случаях, предусмотренных п. 1 ст.
1070, производится органами федерального казначейства за счет средств федерального бюджета на основании решений (постановлений, определений) органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Потерпевшему восстанавливаются трудовые права (предоставляется прежняя работа, а при невозможности этого — другая равноценная работа, восстанавливается трудовой стаж, аннулируется порочащая запись об увольнении в трудовой книжке) и жилищные права (возвращается ранее занимаемое жилое помещение, а при невозможности возврата — предоставляется вне очереди равноценное). Подлежат восстановлению личные неимущественные права (возвращаются медали и ордена, восстанавливаются звания и пр.) и компенсируется моральный вред (ст. 151 и 1100 ГК).

Особый порядок возмещения установлен в п. 2 ст. 1070 в отношении вреда при осуществлении правосудия (неправильное применение судом по собственной инициативе мер по обеспечению иска, вынесение незаконного решения по гражданскому делу и т.п.). Право на возмещение вреда в этом случае возникает лишь при виновном поведении судьи, установленном вступившим в законную силу приговором суда.

Надо заметить, что в судебной практике возникает много спорных вопросов при решении исков по рассмотренным обязательствам, возникающих вследствие причинения вреда незаконными действиями правоохранительных и судебных органов: «Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе:

председательствующего судьи М.Е., судей Е.Ю. и Г.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании в гор. Архангельске 27 августа
2001 года дело по кассационной жалобе прокуратуры Архангельской области на решение Октябрьского районного федерального суда гор. Архангельска от 22 июня 2001 года, по которому взыскано с Генеральной прокуратуры Российской
Федерации в лице прокуратуры Архангельской области за счет казны Российской
Федерации из средств федерального бюджета в пользу С. материальный ущерб в сумме 8 424 руб. 34 коп., моральный вред в сумме 30 000 руб., в иске к министерству финансов в лице федерального казначейства по Архангельской области отказано.

Заслушав доклад председательствующего по делу судьи М.Е., судебная коллегия установила:
С. обратился в суд с иском к Федеральному казначейству Министерства финансов РФ по Архангельской области о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

Ответчик с иском не согласен.

Суд привлек к участию в деле в качестве соответчика Прокуратуру
Архангельской области, которая также с иском не согласна.

Суд вынес указанное выше решение, с которым не согласна прокуратура Архангельской области и просит его отменить, ссылаясь в кассационной жалобе на его незаконность.

Рассмотрев материалы дела, заслушав объяснения представителя ответчика — прокуратуры Архангельской области, В., обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия находит решение суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

Судом установлено, что следователем прокуратуры Холмогорского района постановлением от 17.02.1999 г. было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 298 ч. 3 УК РФ.

1 июня 1999 года в отношении истца следователем прокуратуры
Архангельской области была избрана мера пресечения — подписка о невыезде, и он допрошен в качестве подозреваемого.

Постановлением следователя прокуратуры Архангельском области
9.08.1999 г. истец привлечен в качестве обвиняемого и ему предъявлено обвинение в преступлении, предусмотренном ч. 2 cт. 306, ч.1 ст. 285 УК РФ.

11 августа 1999 года С. как обвиняемому по уголовному делу, избрана мера пресечения — подписка о невыезде.

Приговором Новодвинского городского суда oт 28.02.2000 г. оставленного без изменения определением судебной коллегии по уголовным делам Архангельского областного суда oт 18.04.2000 г., С. по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст. 129 ч. 1, ст. 306 ч. 2, ст.
285 ч. 1 УК РФ оправдан.

Приговором того же суда от 13.06.2000 г., оставленного без изменения определением судебной коллегии по уголовным делам Архангельского областного суда от 25.07.2000 г., С. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 129 ч. 3 УК РФ также оправдан.

Постановлениями президиума Архангельского областного суда
6.09.2000 г. указанные судебные постановления оставлены без изменения, протест прокурора области — без удовлетворения.

Таким образом, факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности и применения к нему меры пресечения в виде подписки о невыезде, в силу ст.55 ГПК РСФСР считается установленным судебными постановлениями, имеющими преюдициальное значение.

Суд взыскал с Генеральной прокуратуры РФ в лице прокуратуры
Архангельской области за счет казны Российской Федерации материальный ущерб, выразившийся в не получении надбавки за сложность и напряженность в работе 893 руб. 94 коп., расходах по защите 7 500 руб. — за услуги адвоката, 30 руб. 40 коп. — почтовые расходы, а также компенсация морального вреда, который определил в размере 3 000 рублей.

Ответственность по возмещению вреда на данного ответчика была возложена судом на основании Бюджетного кодекса РФ как главного распорядителя средств федерального бюджета.

Однако судебная коллегия находит указанное применение норм материального права судом первой инстанции неправильным.

Согласно ст.ст. 1069, 1070 ГК РФ ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, их должностными лицами, а также вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской
Федерации или казны муниципального образования.

В силу ст. 1071 РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает
Министерство финансов РФ. Приказом Министерства финансов РФ от 12.02.1998 г. N 26 на управления федерального казначейства Главного управления по республикам, краям, областям, автономной области, округам и городу Санкт-
Петербургу возложены организация и ведение в судах работы по выступлению от имени казны Российском Федерации на основании доверенности, выданной
Министерством финансов РФ, каждому управлению федерального казначейства.

Таким образом, по делам о взыскании денежных средств за счет казны
Российской Федерации от её имени должно выступать Министерство финансов РФ в лице Главного управления федерального казначейства.

Кроме того, судом не учтено, что согласно ст.1 Бюджетного кодекса
РФ регулируются правоотношения между субъектами этих правоотношений в процессе составления проектов бюджетов, их утверждения, формирования доходов и осуществления расходов бюджетов всех уровней.

Перечень участников бюджетного процесса приведен в ст.152 Бюджетного кодекса РФ.

Физические лица в этом перечне не указаны, следовательно, они не являются участниками бюджетного процесса и нормы Бюджетного кодекса РФ к правоотношениям, в которой одной из сторон выступает гражданин, не применимы.

Вывод суда в части определения размера компенсации морального вреда в решении суда фактически отсутствует. В нем содержится только общая ссылка на обстоятельства дела и состояние здоровья, однако в чем конкретно это выражается, суд в нарушение cт. 197 ГПК РСФСР не указал, несмотря на то, что размер компенсации морального вреда в 30 000 рублей является значительным.

Указанное выше свидетельствует о незаконности вынесенного судом решения, в связи с чем оно подлежит отмене.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, определив, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой из сторон они подлежат доказыванию, поставить их на обсуждение, представленным доказательствам дать надлежащую оценку и разрешись спор в соответствии с требованиями закона.

На основании вышеизложенного, руководствуясь п. 2 ст. 305 ГПК
РСФСР, судебная коллегия определила:

Решение Октябрьского районного федерального суда гор. Архангельска от
22 июня 2001 года отменить и дело направить на новое рассмотрение в тот же суд.»[31]

§2. Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда несовершеннолетними и недееспособными гражданами

Общим правилом деликтной ответственности является возложение обязанности возместить вред на лиц, обладающих полной дееспособностью
(деликтоспособностью). Однако в жизни нередка встречается причинение вреда лицами частично недееспособными, а также полностью неделиктоспособными и лицами, не способными понимать значение своих действий. Причиненный вред в указанных случаях также подлежит возмещению в соответствии с общими правилами. Однако деликтное обязательство возникает здесь не только на основании общих положений, но главным образом в соответствии с особыми правилами, относящимися к каждому из названных специальных деликтов.

В данном параграфе будут рассмотрены обязательства, возникающие вследствие причинения вреда следующими субъектами гражданских правоотношений:

1) несовершеннолетними в возрасте до 14 лет;

2) несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет;

3) гражданами, признанными недееспособными;

4) гражданами, не способными понимать значение своих действий.

В рассматриваемом параграфе дипломной работы происходит полное или частичное несовпадение в одном лице причинителя и ответственного за вред в случае, если вред причинен лицами указанными выше.

Несовершеннолетние в возрасте до 14 лет не отвечают за причиненный им вред, то есть они полностью неделиктоспособны.

Надо заметить, что применительно к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда закон не разделяет малолетних на две группы – до 6 лет и от 6 до 14 – и признает неделиктоспособными и тех и других.
Однако для обоснования этого положения необходимо учитывать это разделение.
Полную неделиктоспособность малолетних в возрасте от 6 до 14 лет следует обосновать тем, что дети в этом возрасте имеют определенный уровень интеллектуального развития, но они все же не вполне осознают последствия своих действий и поступков в силу недостаточного жизненного опыта и незрелости воли. Что касается малолетних в возрасте до 6 лет, то они с точки зрения закона полностью лишены способности осознавать последствия своих действий. Тем не менее с точки зрения деликтоспособности и те и другие малолетние в одинаковой степени признаются неделиктоспособными.

Согласно ст. 1073 Гражданского кодекса ответственность за вред, причиненный малолетним, возлагается на его родителей (усыновителей) или опекунов либо на соответствующее учреждение – юридическое лицо, если малолетний находился в нем или был под его надзором во время причинения вреда.

Родители (усыновители) и опекуны отвечают за вред, причиненный малолетними, при наличии общих оснований деликтной ответственности.
Противоправность их поведения обнаруживается в плохом воспитании ребенка, в неосуществлении за ним надлежащего надзора, то есть в ненадлежащем исполнении обязанностей, предусмотренных для них Семейным кодексом
Российской Федерации. Статья 63 Семейного кодекса предусматривает как обязанность, так и ответственность родители за воспитание и развитие своих детей. Аналогичная норма предусмотрена ст. 150 СК РФ в отношении опекунов
(попечителей).

Надо учесть, что ответственность за вред возлагается на обоих родителей, поскольку они в равной мере обязаны воспитывать детей независимо от того, проживают ли они вместе с ними или отдельно. Родители отвечают по принципу равной долевой собственности, установленной ст. 321 ГК
РФ. Но возможны случаи когда родитель может быть освобожден от ответственности, если по вине другого родителя он был лишен возможности принимать участие в воспитании ребенка.[32]

Для возложения на родителей (усыновителей) или опекуна ответственности необходимо установить наличие причинной связи между их противоправным поведением и вредом, то есть определить, что именно вследствие плохого воспитания, неосуществления надзора ребенок совершил действие, повлекшее возникновение вреда.

Что касается третьего условия возникновения обязательств из причинения вреда – вины, то в данном случае действует общее положение о презумпции вины: родители (усыновители), опекуны согласно п. 1 ст. 1073 ГК могут быть освобождены от ответственности, если они докажут, что вред возник не по их вине, то есть докажут отсутствие даже малейших упущений в воспитании ребенка и в надзоре за ним. Можно отметить, что опровергнуть указанную презумпцию практически невозможно. [33]

При рассмотрении дел по искам о возмещении вреда, причиненного несовершеннолетними, необходимо учитывать следующее: под виной родителей или опекунов и попечителей, влекущей ответственность за вред, причиненный несовершеннолетними, следует понимать как неосуществление должного надзора за несовершеннолетними, так и безответственное отношение к их воспитанию или неправомерное использование своих прав по отношению к детям, результатом которого явилось неправильное поведение детей, повлекшее вред (попустительство или поощрение озорства, хулиганских действий, безнадзорность детей, отсутствие к ним внимания и т.п.); под виной учебных, воспитательных и лечебных учреждений понимается неосуществление ими должного надзора за несовершеннолетними в момент причинения вреда; если будет доказано, что причинение несовершеннолетними вреда имело место как по вине родителей или опекунов и попечителей, так и по вине учебных, воспитательных или лечебных учреждений, то вред возмещается по принципу долевой ответственности в зависимости от степени вины каждого.[34]

В Гражданском кодексе выделен случай ответственности родителей, лишенных родительских прав, за вред, причиненный несовершеннолетним (ст.
1075). Так ответственность суд может возложить на них в течение трех лет после состоявшегося лишения их родительских прав. В данном случае, поскольку речь идет о деликтной ответственности, должно быть установлено, очевидно, установлено наличие ее условий — противоправности, причинной связи, вины. Это следует из ст. 1075 ГК, согласно которой на лиц, лишенных родительских прав, ответственность может быть возложена, «если поведение ребенка, повлекшее причинение вреда, явилось следствием ненадлежащего осуществления родительских обязанностей».

Действие ст. 1075 ГК распространяется не только на случаи, когда возникает вопрос о возмещении вреда малолетними (до 14 лет), но и на случаи причинения вреда несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет.

Ответственность за вред, причиненный малолетними, достаточно часто возлагается на соответствующие учреждения – юридические лица (п. 2 и 3 ст.
1073 ГК). К их числу относится, во-первых, учреждения воспитательные, лечебные, социальной защиты и другие аналогичные учреждения, которые осуществляют функции опеки над малолетними детьми, нуждающимися в опеки.
Являясь опекунами, указанные учреждения несут соответствующие обязанности по воспитанию подопечных и надзору за ними. Из ответственность за вред, причиненный подопечными, наступает в случае ненадлежащего исполнения этих обязанностей, то есть противоправного поведения. Условием возникновения обязательства является и вина, причем они считаются виновными в причинении вреда, если не смогут доказать, что вред возник не по их вине.

Во-вторых, за вред, причиненный малолетним, отвечают образовательные, воспитательные, лечебные и иные учреждения, если малолетний причинил вред в то время, когда от находился под их надзоров. Условием для возложения на них ответственности является ненадлежащие осуществление надзора, то есть противоправность поведения. Недостатки воспитания в данном случае закон в качестве условия не указывает. Ответственность за вред, причиненный малолетними, возлагается также на лиц, осуществляющих надзор на основании договора. Если малолетний причинил вред, учреждение, а равно лицо, осуществляющее надзор по договору, предполагается виновным и может освободиться от ответственности, если докажет, что вред возник не по его вине в осуществлении надзора.

Определение суда, приведенное ниже, подтверждает на практике, все теоретические и законодательные положения, обязательств возникающие вследствие причинения вреда.

«Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской
Федерации в составе председательствующего — Кнышева В. П., судей —
Горохова Б. А., Корчашкиной Т.Г. рассмотрела в судебном заседании от 14 января 2000 г. по протесту заместителя Председателя Верховного Суда
Российской Федерации Н.Ю. Сергеевой на решение Биробиджанского городского суда от 25 декабря 1998 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам областного суда Еврейской автономной области от 2 февраля 1999 г. дело по иску Сокотовой Л.Б.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Горохова
Б.А., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации
Гермашевой М.М., согласившейся с протестом, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, установила:

16 ноября 1998 г. несовершеннолетний Родин Виктор, 1985 г. рождения во время перемены в средней школе N 1 г. Биробиджана сбил с ног Сокотову
Марию, 1991 г. рождения, в результате чего девочка получила травму головы.

Сокотова Л.Б., мать Сокотовой Марии, обратилась в суд с иском к родителям Родина Виктора о возмещении затрат на приобретение лекарств в сумме 66 руб. 75 коп. и о компенсации морального вреда в сумме 5 000 руб.

Решением Биробиджанского городского суда от 25 декабря 1998 г., оставленным без изменения определением судебной коллегии по гражданским делам областного суда Еврейской автономной области от 2 февраля 1999 г. с каждого из родителей Родина было взыскано по 33 руб. 37 коп. в счет возмещения расходов на лечение Сокотовой Марии и по 1 500 руб. в счет компенсации причиненного ей морального вреда.

В президиуме областного суда Еврейской автономной области дело не рассматривалось в связи с отсутствием кворума.

В протесте заместителя Председателя Верховного Суда Российской
Федерации Н.Ю. Сергеевой поставлен вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений, как вынесенных с нарушением норм материального и процессуального права.

Проверив материалы дела, Судебная коллегия по гражданским делам
Верховного Суда Российской Федерации находит протест подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Из материалов дела усматривается, что вред здоровью Сокотовой Марии был причинен тринадцатилетним Родиным Виктором в то время, как оба малолетних учащихся находились на занятиях в школе N 1 г. Биробиджана.

Возлагая на родителей Родина Виктора в соответствии с ч. 1 ст. 1073
Гражданского Кодекса Российской Федерации обязанность возместить вред, причиненный их малолетним сыном, суд в решении указал на то, что ответчики не доказали отсутствие их вины в ненадлежащем воспитании сына, состоящего на учете в ИДН и не являющегося, по мнению суда, законопослушным.

Применение судом ч. 1 ст. 1073 Гражданского Кодекса Российской
Федерации при рассмотрении настоящего дела правильным быть признано не может потому, что в соответствии с ч. 3 той же статьи 1073 Гражданского
Кодекса Российской Федерации за вред, причиненный малолетним в то время, когда он находился под надзором образовательного, воспитательного лечебного или иного учреждения, обязанного осуществлять за ним надзор, отвечает это учреждение, если не докажет, что вред возник не по его вине в осуществлении надзора.

Судом при рассмотрении дела было с достоверностью установлено, что вред здоровью дочери истицы малолетний Родин Виктор причинил во время школьных занятий, то есть в то время, когда он находился под надзором средней общеобразовательной школы N 1 г. Биробиджана, которая должна была осуществлять этот надзор надлежащим образом.

От ответственности за вред, причиненный малолетними учениками во время школьных занятий, школа могла быть освобождена только в том случае, если бы в суде она доказала, что вред возник не по ее вине в осуществлении надзора.
Только в этом случае мог бы быть поставлен вопрос об ответственности родителей малолетнего причинителя вреда.

Между тем, к участию в деле в качестве соответчика школа N 1 г.
Биробиджана привлечена не была и доказательств того, что вред здоровью
Сокотовой Марии малолетним Родиным Виктором был причинен не из-за ненадлежащего надзора за поведением учащихся этой школы, а вследствие иных причин, суду не представила. Таким образом, помимо нарушения норм материального права, суд при рассмотрении настоящего дела допустил нарушение норм процессуального права, не выполнив требования ст. 50
Гражданского процессуального кодекса РСФСР и не определив юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию каждой из сторон.

При новом рассмотрении дела суду следует устранить отмеченные недостатки, привлечь к участию в деле в качестве ответчика соответчика школу N 1 г. Биробиджана и разрешить возникший спор в соответствии с нормами материального и процессуального Закона.

На основании ст. ст. 329, 330 Гражданского процессуального кодекса
РСФСР, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской
Федерации, определила: решение Биробиджанского городского суда от 25 декабря 1998 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам областного суда
Еврейской автономной области от 2 февраля 1999 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.»[35]

Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет наделены частичной дееспособностью, объем которой определен ст. 26 Гражданского кодекса и включает главным образом способность совершать сделки. Однако эти несовершеннолетние самостоятельно несут ответственность за причиненный вред на общих основаниях (п. 1 ст. 1074 ГК). Другими словами они признаются полностью деликтоспособными, то есть обладающими достаточной интеллектуальной зрелостью и жизненным опытом, чтобы оценивать свои поступки и отвечать за причиненный вред.

Однако несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет не всегда имеют заработок, доходы, имущество, достаточные для возмещения причиненного ущерба. В данном случае ответственным лицом становиться родитель
(усыновитель), попечитель несовершеннолетнего.

Надо отметить, что родители (усыновители) и попечители (граждане или соответствующие учреждения, которые в силу ст. 35 ГК являются таковыми) несут ответственность за вред, причиненный несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет, при наличии двух обстоятельств: а) собственного виновного поведения (за исключением случая причинения вреда принадлежащим им источником повышенной опасности); б) отсутствии у несовершеннолетнего доходов и иного имущества, достаточных для возмещения вреда. В отличие от случаев причинения вреда малолетними (ст. 1073 ГК), за вред, наступивший в результате противоправных действий несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет, отвечают только родители (усыновители) и попечители, но не учреждения, под надзором которых они состояли в момент причинения вреда.

Вина родителей (усыновителей) и попечителей презюмируется и определяется на основании тех же критериев, что и вина родителей
(усыновителей) и опекунов малолетних. Их ответственность носит дополнительный (субсидиарный) характер и ограничена во времени: а) достижением причинителем вреда совершеннолетия; б) появлением у несовершеннолетнего достаточных средств для возмещения вреда; в) приобретением несовершеннолетним дееспособности в результате эмансипации или вступления в брак.

В случае причинения вреда несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет, потерпевший вправе предъявить иск к этому лицу непосредственно. Если же возникает необходимость в дополнительной ответственности родителей
(усыновителей) и попечителей, то соответчиками в суде выступают причинитель вреда и его законный представитель. Судебное решение, при наличии необходимых оснований, выносится против того и другого. Однако такое решение исполняется в первую очередь за счет имущества непосредственного причинителя вреда. В части же, не компенсированной причинителем, вред возмещается за счет законных представителей. По достижении причинителем вреда 18 лет взыскание с законных представителей прекращается.

Если несовершеннолетний до достижения 18 лет вступил в брак, в порядке предусмотренном ст. 13 Семейного кодекса или признан в порядке эмансипации (см. ст. 21 ГК) полностью дееспособным, он признается самостоятельным и единственным субъектом ответственности за причиненный им вред; субсидиарная ответственность его родителей (усыновителей) исключается.

Оба родителя несут, как и при обязательства, возникающих вследствие причинение вреда малолетними, субсидиарную ответственность за несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет по принципу равной долевой ответственности, независимо от того, живут ли они совместно либо раздельно.

В случае причинения вреда совместными действиями нескольких несовершеннолетних, происходящих от разных родителей (усыновителей) и (или) находящихся под попечительством разных лиц, они возмещают ущерб по принципу солидарной ответственности, а их родители (усыновители) и попечители отвечают по принципам долевой ответственности

Дополнительная ответственность родителей (усыновителей) и попечителей по ст. 1074 ГК является ответственностью за собственную вину. Поэтому они лишены права регрессного требования к непосредственным причинителям вреда, согласно п. 4 ст. 1081 ГК.

Для наглядности рассмотрим следующее постановление.
|«Ставропольским краевым судом 12 мая 1996 г. Федоренко осужден по ч.4 |
|ст.117 УК РСФСР к лишению свободы. Постановлено взыскать с его деда — |
|Гавриленко в пользу матери потерпевшей — Яцуковой в счет компенсации |
|морального вреда 5 млн. рублей. |

|По этому же приговору осуждены Плугатырь и Алешин.|

|Несовершеннолетний Федоренко признан виновным в изнасиловании малолетней|
|Р. |

|Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 27 августа 1996 г. |
|приговор изменила, применила ст.43 УК РСФСР и смягчила Федоренко наказание.|

|Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об |
|отмене приговора и кассационного определения в части разрешения |
|гражданского иска о компенсации морального вреда, причиненного действиями |
|Федоренко, и направлении дела на новое судебное рассмотрение в порядке |
|гражданского судопроизводства. |

|Президиум Верховного Суда РФ 23 апреля 1997 г. протест удовлетворил, указав|
|следующее. |

|Принимая решение о взыскании с Гавриленко 5 млн. рублей, суд исковые |
|требования Яцуковой (матери потерпевшей) удовлетворил, компенсацию |
|морального вреда возложил на законных представителей подсудимых Федоренко, |
|Алешина и Плугатыря, поскольку у них самих нет имущества или заработка для |
|возмещения вреда. Вина законных представителей несовершеннолетних |
|подсудимых выразилась в том, что они недостаточно занимались воспитанием, |
|их дети бесконтрольно проводили время вне дома и употребляли спиртные |
|напитки, это и привело к совершению тяжкого преступления. |

|В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред |
|(физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные |
|неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие |
|нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, |
|суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации |
|указанного вреда. |

|При этом, согласно ст.1074 ГК РФ, несовершеннолетние в возрасте от |
|четырнадцати до восемнадцати лет самостоятельно несут ответственность за |
|причиненный вред на общих основаниях. В случае, когда у несовершеннолетнего|
|в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет нет доходов или иного |
|имущества, достаточных для возмещения вреда, вред должен быть возмещен |
|полностью или в недостающей части его родителями (усыновителями) или |
|попечителем, если они не докажут, что вред возник не по их вине. |

|Между тем, как видно из письма Гавриленко и материалов дела, он не является|
|родителем (усыновителем) или попечителем осужденного Федоренко. У Федоренко|
|есть мать, Николаенко. Ему (Гавриленко) он является внуком. В последнее |
|время внук жил с бабушкой, а сам Гавриленко последние 12 лет проживал с |
|другой женщиной, однако часто навещал внука, поэтому и решил участвовать в |
|деле как его законный представитель. |

|Допрошенная в качестве свидетеля на предварительном следствии Николаенко |
|подтвердила, что Федоренко действительно ее сын от первого брака, но с двух|
|лет он находился у бабушки. Гавриленко является отчимом Николаенко. |

|При таких обстоятельствах приговор в части разрешения иска о компенсации |
|морального вреда, причиненного действиями Федоренко, подлежит отмене, а |
|дело — направлению на новое судебное рассмотрение в порядке гражданского |
|судопроизводства.»[36] |

Следующим рассмотрим обязательства, возникающие вследствие причинения вреда недееспособным.

Гражданин, признанный судом недееспособным по основаниям, предусмотренным ст. 29 ГК, а именно: психическое расстройство, вследствие которого возникла неспособность понимать значение своих действий или руководить ими, считается полностью неделиктоспособным. Это означает, что он не способен отвечать за причиненный им вред. Согласно п. 1 ст. 1076 ГК вред, причиненный таким гражданином, возмещают его опекун или организация, обязанная осуществлять за ним надзор, если не докажут, что вред возник не по их вине. Вина опекуна или учреждения выражается в отсутствии необходимой заботливости и надлежащего надзора за больным.

Родитель недееспособного привлекается к ответственности за вред причиненный недееспособным, лишь в случае если он назначен опекуном.[37]
Например, опекуном назначена мать лица, признанного недееспособным, его отец в этом случае к ответственности за вред, причиненный недееспособным, привлечен быть не может.

До принятия ныне действующего Гражданского кодекса в практике возникал вопрос о возможности освобождения опекуна или учреждения, на котором лежала обязанность осуществлять надзор за недееспособным, от возмещения вреда в случае, если их подопечный или пациент, причинивший вред во время болезни, выздоровел и признан дееспособным. Такая ситуация получила решение в п.2 ст. 1076 ГК, согласно которому обязанность указанных субъектов по возмещению вреда, причиненного гражданином, признанным недееспособным, не прекращается в случае последующего признания его дееспособным.[38]

В некоторых случаях может возникнуть следующая ситуация, что опекун недееспособного причинителя вреда умер либо не имеет достаточных средств для возмещения вреда, а сам недееспособный обладает такими средствами. П. 3 ст. 1076 гражданского кодекса решает этот вопрос. С иском в суд согласно п.
3 ст. 1076 могут обратиться потерпевший, жизни и здоровью которого причинен вред, и опекун, несущий ответственность за причинение такого вреда. Суд вправе с учетом конкретных обстоятельств возложить обязанность по возмещению вреда: а) на причинителя полностью; б) на причинителя и опекуна по принципу долевой ответственности.

Также могут возникнуть обязательства вследствие причинения вреда гражданами признанными ограниченно дееспособными. Данное ограничение происходит в порядке установленном ст. 30 ГК РФ. Это может произойти в результате того, что гражданин злоупотребляет спиртными напитками или наркотическими средствами и вследствие чего ставит свою семью в тяжелое материальное положение.

При возникновении обязательств в результате причинения вреда указанными субъектами ответственность несут сами субъекты при наличии общих оснований деликтной ответственности, предусмотренной ст. 1064 (рассмотрены в §. 2 главы 1 настоящей работы).

И последними в данном параграфе будут рассмотрены обязательства, возникающие вследствие причинения вреда гражданами не способными понимать значение своих действий.

Ответственность, предусмотренная ст. 1078 ГК, распространяется на полностью дееспособных граждан и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет, поскольку они обладают полной деликтоспособностью.

Согласно п. 1 ст. 1078 ГК дееспособный гражданин и несовершеннолетний в возрасте от 14 до 18 лет, причинивший вред в таком состоянии, когда он не мог понимать значение своих действий или руководить ими, не отвечает за причиненный вред.

Признаки указанного в ст. 1078 состояния (человек «не мог понимать значения своих действий или руководить ими») совпадают с признаками, содержащимися в п. 1 ст. 29 ГК, в котором предусматривается признание гражданина недееспособным. Однако, несмотря на совпадение слов, закон в упомянутых случаях имеет в виду два разных состояния. Одно из них подразумевается стойким, длительным и связано с психическим расстройством лица, признанного недееспособным. Другое же, упомянутое в ст. 1078 ГК, возникает у лица дееспособного и является временным, вызванным какими-то неожиданными факторами (сильное душевное волнение, состояние стресса, нетипичное для данного лица влияние алкоголя и т.п.).

Если такое состояние возникло в связи с психическим расстройством, о котором знали близкие данного лица, но не ставили вопрос о признании его недееспособным, то обязанность возместить вред может быть возложена судом на этих лиц. Обязанность возместить вред в данном случае является санкцией за правонарушение – непринятие мер к признанию душевнобольного человека недееспособным. При соблюдении этого порядка гражданин был бы признан недееспособным и ответственность за причиненный им вред нес бы опекун.

Особенностью нормы, содержащейся в п. 1 ст. 1078 ГК, является придание важного правового значения тому факту, что вред причинен в состоянии, когда причинивший вред не мог понимать значение своих действия и ли руководить ими. Именно в связи с этим он освобождается от возмещения вреда, и потерпевший несет прямой убыток. Изложенное правило имеет особое значение, но в ст. 1078 предусмотрены два важных исключения из него.

Во-первых, существенно иные последствия возникают, если причинитель вреда сам привел себя в состояние, в котором не мог понимать значение своих действий или руководить ими, употреблением спиртных напитков, наркотических средств и иным способом. В этом случае причинитель вреда от ответственности не освобождается, то есть отвечает за вред на общих основаниях, его поведение признается виновным.

Представляет интерес толкование слов «сам привел себя» в определенное состояние, поскольку от обоснованности и убедительности такого толкования может зависеть судьба исковых дел о возмещении причиненного вреда.
Существует мнение, что применительно к деликтной ответственности следует различать физиологическое (обычное) и патологическое опьянение.

Физиологическое опьянение – это характерное для данного индивида состояние, когда он, употребив алкоголь, утрачивает контроль над собой и способность понимать значение своих действий. В случае причинения вреда в таком состоянии он признается виновным, поскольку сам привел себя в такое состояние и должен отвечать в полной мере.

Иным должно быть решение вопроса при патологическом опьянении.
Патологическая реакция организма на алкоголь – это своего рода болезнь, которая может быть вызвана минимальной дозой спиртного или даже употреблением лекарства, изготовленного на спиртовой основе. Если человек внезапно испытал подобную реакцию и утратил способность понимать значение своих действий или руководить ими, он должен быть освобожден от ответственности за причиненный вред в таком состоянии.

Второе исключение из общего правила об освобождении от ответственности за причиненный вред по тем мотивам, что причинивший вред находился в таком состоянии, что не мог понимать значения своих действий или руководить ими, связано со случаем, когда это лицо причинило вред жизни или здоровью потерпевшего. При таком фактическом составе безусловное освобождение от ответственности законом не предусмотрено. Напротив, суду предоставлено права возложить обязанность по возмещению вреда полностью или частично на причинителя вреда с учетом имущественного положения потерпевшего и причинителя вреда и других обстоятельств (абз. 2 п. 1 ст. 1078 ГК). Данное исключение из общего правила, содержащегося в п. 1 с. 1078 ГК, продиктовано стремлением законодателя учесть и обеспечить интересы потерпевшего, что вполне соответствует принципу справедливости.

§ 3. Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда деятельностью, создающей повышенную опасность

В связи с развитием технологических процессов в обществе и науки в современных условиях появляются все больше и больше деятельность источников создающих опасность, как для причинения вреда личности, так и имуществу указанными источниками. Следовательно, и увеличиваются случаи возникновения обязательств, вследствие причинения вреда данными объектами.

Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих. Согласно указанной нормы юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В первую очередь необходимо определить круг этих самых источников повышенной опасности.

До настоящего времени в юридической науке нет общепризнанного определения понятия источника повышенной опасности. Одни связывают это в первую очередь с любой деятельностью, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека. Такой позиции придерживаются и суды общей юрисдикции в правоприменительной деятельности, поскольку это, по всей видимости, соответствует замыслу законодателя. Другие настаивают на том, что под источником повышенной опасности необходимо понимать предметы материального мира, обладающие опасными для окружающих свойствами и не поддающиеся полному контролю со стороны человека.[39]

Источником повышенной опасности надлежит признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную опасность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и иных объектов производственного, хозяйственного и иного назначения, обладающих такими же свойствами. Имущественная ответственность за вред, причиненный действием таких источников, должна наступать как при целенаправленном их использовании, так и при самопроизвольном проявлении их вредоносных свойств (например, в случае причинения вреда вследствие самопроизвольного движения автомобиля).[40]

Исходя из понятия источника повышенной опасности как деятельности, данного в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.04.1994 г.
№ 3 указывает, что ответственность за вред здесь наступает только в том случае, если вред возник в результате действия источника повышенной опасности (например, при движении автомобиля, работе механизма, самопроизвольном проявлении вредоносных свойств материалов, веществ и т.п.). Иначе говоря, для применения правила, содержащегося в ст. 1079, необходимо установить причинную связь между возникновением вреда и проявлением характерной (специфической) вредоносности соответствующего объекта источника повышенной опасности при его эксплуатации. Поэтому под действие ст. 1079 не подпадают, к примеру, стоящий поезд, автомобиль или станок.

Таким образом, деятельностью, создающую повышенную опасность для окружающих может быть использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п., а также осуществление строительной и связанной с нею деятельности, но на этом перечь не ограничивается в связи с появлением новых источников и деятельностей.

Гражданский кодекс прямо не указывает на возможность признания источником повышенной опасности диких и домашних животных. Вредоносность и бесконтрольность действий крупных домашних (в т.ч. служебных и сторожевых собак) и диких животных, находящихся у юридических лиц и граждан, позволяет при определенных обстоятельствах относить их к источникам повышенной опасности

Отнесение тех или иных используемых в деятельности юридических лиц и человека объектов к источникам повышенной опасности зависит, как минимум, от двух признаков: а) их вредоносного свойства; б) невозможности полного контроля за ними со стороны человека. С учетом этих критериев не признаются источником повышенной опасности, например, стрельба из охотничьего, газового, помпового, малокалиберного и др. видов оружия.[41]

Вопрос о признании объекта источником повышенной опасности при необходимости может и должен решаться судом на основе заключений соответствующих экспертиз (технической, химической, электротехнической, радиационной и т.д.).

Чаще всего правила ст. 1079 применяются, когда вред причинен при использовании транспортных средств. Судебная практика относит к ним автомобили, мотоциклы, мопеды, электровозы, тепловозы, троллейбусы, трамваи и т.п. Не может быть критерием для отнесения средств транспорта к источникам повышенной опасности признак их регистрации в органах ГАИ, поскольку там не регистрируется механическая сельскохозяйственная и др. техника в сельской местности (тракторы, бульдозеры, комбайны и т.п.), которая должна быть отнесена к источникам повышенной опасности.

Следующие положение, которое регулирует данный вид обязательств, возникающих вследствие причинения вреда, регулирует вопрос о том, что обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Не признается владельцем источника повышенной опасности и не несет ответственность за вред перед потерпевшим лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника
(шофер, машинист, оператор и др.). Автотранспортные и др. предприятия передают по договору аренды принадлежащие им автомашины своим работникам, т.е. лицам, состоящим с предприятием в трудовых отношениях. Если такой работник действует в интересах предприятия, пользуется его ремонтной базой и транспортное средство фактически не выходит из владения предприятия, иначе говоря, когда договор аренды является формой организации трудовых отношений, ответственность за причиненный вред согласно ст. 1079 должно нести предприятие как владелец (собственник) источника повышенной опасности.

Владелец источника повышенной опасности не может быть признан субъектом ответственности за вред, если докажет, что этот источник вышел из его обладания в результате противоправных действий др. (третьих) лиц, например, при угоне транспортного средства. В таких случаях ответственность лиц, фактически владевших источником повышенной опасности, определяется по правилам ст. 1079.

В случае причинения вреда источником повышенной опасности, выбывшим из обладания его владельца в результате противоправных действий др. лиц, но при наличии также вины владельца (например, по вине владельца не была обеспечена надлежащая охрана источника повышенной опасности), ответственность за вред может быть возложена судом как на лицо, использовавшее источник повышенной опасности, так и на его владельца.
Ответственность за вред при таких обстоятельствах возлагается в долевом порядке, в зависимости от степени вины каждого из них.[42]

На собственника, передавшего транспортное средство в техническое управление без надлежащего юридического оформления доверенности также возлагается ответственность по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности.
|Для примера вышесказанного можно привести следующую судебную практику «Г. |
|обратилась в суд с иском к А. и Т. о возмещении ущерба и компенсации |
|морального вреда, сославшись на то, что 13 апреля 1996 г. произошла |
|дорожно-транспортная авария, в результате чего по вине водителя А., |
|управлявшего принадлежащей Т. автомашиной, погиб ее муж В., управлявший |
|мотоциклом, а она получила тяжкие телесные повреждения. |

|По приговору Угличского районного суда Ярославской области от 3 апреля 1997|
|г. А. осужден по ч. 2 ст. 264 УК РФ, а по ч. 1 ст. 148(1) УК РСФСР |
|оправдан. |

|Г. просила компенсировать моральный вред, взыскать стоимость |
|восстановительного ремонта мотоцикла, расходы на погребение мужа, на ее |
|лечение, а также ежемесячные выплаты на содержание дочери (1988 года |
|рождения) по случаю потери кормильца. |

|М. — мать погибшего предъявила иск к тем же гражданам о компенсации |
|морального вреда. |

|Решением Угличского районного суда Ярославской области от 1 апреля 1999 г. |
|постановлено: взыскать с А. и Т. в солидарном порядке в пользу Г. в |
|возмещение материального ущерба 18 465 руб., единовременно пособие по |
|случаю потери кормильца — 12 795 руб., ежемесячно по 355 руб. 42 коп., в |
|счет компенсации морального вреда 40 тыс. рублей, в пользу М. — компенсацию|
|морального вреда в сумме 15 тыс. рублей. В остальной части иска отказано. |

|В кассационном порядке дело не |
|рассматривалось. |

|Постановлением президиума Ярославского областного суда от 12 января 2000 г.|
|решение суда отменено, по делу вынесено новое решение: взыскать с А. в |
|пользу Г. в счет возмещения материального ущерба 18 465 руб., компенсацию |
|морального вреда — 40 тыс. рублей, в пользу М. — компенсацию морального |
|вреда в сумме 15 тыс. рублей, в иске к Т. отказать. В части возмещения |
|вреда по случаю потери кормильца дело направлено на новое рассмотрение. |

|Решением Угличского районного суда Ярославской области от 21 сентября 2000 |
|г. с А. в пользу Г. в возмещение вреда по случаю потери кормильца взыскано |
|единовременно 17 125 руб. 76 коп. и ежемесячно по 324 руб. 79 коп. |

|Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 6 июля 2001 г. |
|протест заместителя Председателя Верховного Суда РФ, в котором ставился |
|вопрос об отмене судебных постановлений в связи с существенным нарушением |
|норм процессуального права, удовлетворила по следующим основаниям. |

|Взыскивая суммы в возмещение ущерба с ответчиков солидарно, районный суд |
|исходил из того, что А. завладел источником повышенной опасности — |
|автомашиной противоправно, и в этом есть вина ее собственника Т., так как |
|он неоднократно передавал управление своей автомашиной А. без надлежащего |
|оформления доверенности и хранил ключи зажигания в известном для последнего|
|месте, чем тот и воспользовался. |

|Кроме того, вина водителя в причинении ущерба истцам установлена вступившим|
|в законную силу приговором Угличского районного суда от 3 апреля 1997 г., |
|поэтому в соответствии со ст. 1064 ГК РФ он должен в бесспорном порядке |
|нести ответственность. |

|Отменяя решение районного суда и отказывая в удовлетворении исков к Т., |
|президиум Ярославского областного суда признал правильным вывод суда о том,|
|что А. завладел источником повышенной опасности — автомашиной |
|противоправно, но вместе с тем посчитал не основанным на законе и не |
|соответствующим обстоятельствам дела заключение о наличии вины владельца |
|источника повышенной опасности в неправомерном завладении транспортным |
|средством. |

|Однако с выводом обеих инстанций о противоправном завладении автомашиной |
|согласиться нельзя, поскольку он сделан без учета требований ст. 55 ГПК |
|РСФСР. |

|Действительно, в силу п. 2 ст. 1079 ГК РФ в случае выбытия источника |
|повышенной опасности из обладания его владельца в результате противоправных|
|действий других лиц ответственность за вред, причиненный источником |
|повышенной опасности, несут лица, противоправно завладевшие таким |
|источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в |
|противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность |
|может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно |
|завладевшее источником повышенной опасности. |

|Между тем, признавая факт противоправного изъятия А. автомашины, |
|принадлежащей Т., судебные инстанции не учли требования ч. 3 ст. 55 ГПК |
|РСФСР. Как указано в этой статье, вступивший в законную силу приговор суда |
|по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о |
|гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого |
|состоялся приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и |
|совершены ли они данным лицом. |

|В материалах дела имеется приговор Угличского районного суда Ярославской |
|области от 3 апреля 1997 г., согласно которому А. по ч. 1 ст. 148(1) УК |
|РСФСР (неправомерное завладение транспортным средством без цели хищения) |
|оправдан. При этом отмечено, что факт неправомерного завладения А. |
|автомашиной отсутствует, так как она была передана ему владельцем для |
|заправки топливом. Приговор вступил в законную силу 20 мая 1997 г. |

|Таким образом, при определении оснований гражданско-правовой |
|ответственности А. в возмещении ущерба и компенсации морального вреда суд в|
|соответствии со ст. 55 ГПК РСФСР обязан был учесть названный приговор суда.|

|То обстоятельство, что А. приговором Угличского районного суда Ярославской |
|области признан виновным по ч. 2 ст. 264 УК РФ, не является основанием для |
|возложения на него ответственности по возмещению ущерба, причиненного Г. и |
|М., в соответствии со ст. 1064 ГК РФ, поскольку в данном случае вред |
|последним причинен деятельностью, создающей повышенную опасность для |
|окружающих, и ответственность должна определяться по правилам ст. 1079 ГК |
|РФ. |

|Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность по возмещению вреда, причиненного |
|источником повышенной опасности, возлагается на юридическое лицо или |
|гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве |
|собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного |
|управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по |
|доверенности на право управления транспортным средством, в силу |
|распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной |
|опасности и т.п.). |

|Указанным выше приговором Угличского районного суда установлено, что |
|собственник автомобиля Т. передал транспортное средство А. в техническое |
|управление, однако, как следует из материалов дела, доверенности не |
|оформил. |

|С учетом изложенного у районного суда не было законных оснований для |
|возложения на А. ответственности по возмещению вреда, причиненного истицам.|

|Так как вывод президиума областного суда о противоправном завладении А. |
|автомашиной, принадлежащей Т., опровергается вступившим в законную силу |
|приговором Угличского районного суда Ярославской области от 3 апреля 1997 |
|г., а А. управлял автомашиной без доверенности, у президиума не было |
|оснований для освобождения Т. от обязанности по возмещению ущерба. |

|Поскольку при определении размера ущерба, подлежащего взысканию с Т., |
|районный суд ошибочно исходил из того, что ответчики должны нести |
|ответственность солидарно, решение суда подлежит отмене с направлением дела|
|на новое рассмотрение. |

|Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила |
|постановление президиума Ярославского областного суда (в части вынесения по|
|делу нового решения и в части мотивов отмены решения Угличского районного |
|суда от 1 апреля 1999 г.) и решение Угличского районного суда Ярославской |
|области от 21 сентября 2000 г., а дело направила на новое рассмотрение в |
|суд первой инстанции.» [43]. |

В главе 1 настоящей дипломной работы были рассмотрены необходимые условия для возникновения обязательств вследствие причинения вреда, но обязательства, возникающие вследствие причинения вреда источником повышенной опасностью имеет свою особенность.

Особенность правил ответственности за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, заключается в том, что для ее возложения достаточны три условия: а) наступление вреда; б) противоправность поведения причинителя вреда; в) наличие причинной связи между противоправным поведением и наступлением вреда.

Это ограничивает круг условий, установленных ст. 1064 ГК и необходимых для возложения ответственности за причиненный вред. Вины причинителя не требуется. Лицо, осуществляющее повышенно — опасную для окружающих деятельность, отвечает и при отсутствии вины, в том числе и за случайное причинение вреда. Ответственность такого лица простирается до границ непреодолимой силы. Поэтому ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, называют повышенной.

Таким образом, при возникновении обязательств рассматриваемого вида вина причинителя вреда, в данном случае это владелец источника повышенной опасности, может быть, а может и не быть. В любом случае владелец становится должником и он несет ответственности по возмещению вреда потерпевшему.

Достаточным основанием для возложения ответственности по возмещению третьему лицу вреда на владельцев двух источников повышенной опасности является сам факт причинения вреда в результате взаимодействия этих источников повышенной опасности.

Существует ряд оснований освобождения владельца источника повышенной опасности от ответственности:

. непреодолимая сила;

. умысел потерпевшего;

. грубая неосторожность потерпевшего;

. неправомерное завладение источником повышенной опасности третьим лицом.

Непреодолимая сила как чрезвычайное и непредотвратимое явление (пп.1 п. 1 ст. 202, п. 3 ст. 401 ГК) может служить основанием освобождения владельца источника повышенной опасности от ответственности, если она непосредственно послужила причиной выхода источника повышенной опасности из- под контроля владельца. Например, сильное землетрясение, повлекшее обвал части скалы, вызвавшей сход с рельсов грузового железнодорожного состава, имевший следствием человеческие жертвы и большие материальные потери.

Умысел потерпевшего освобождает владельца источника повышенной опасности от ответственности перед потерпевшим полностью и безусловно (п. 1 ст. 1083 ГК).

Грубая неосторожность самого потерпевшего может быть основанием как для частичного, так и для полного освобождения от ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности. Если будет доказано, что грубая неосторожность потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, то в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда она может служить основанием частичного освобождения владельца источника повышенной опасности от ответственности, согласно ч. 1 п. 2 ст. 1083 ГК РФ. Если будет доказано, что вины владельца источника повышенной опасности в причинении вреда нет, то грубая неосторожность потерпевшего может служить основание для полного освобождения владельца источника повышенной опасности от ответственности (п.2 ст. 1083 ГК РФ). В соответствии с п.2 ст. 1083 ГК РФ грубая неосторожность потерпевшего не может служить основанием для полного освобождения от ответственности владельца источника повышенной опасности, если вред причинен жизни и здоровью гражданина. Вина потерпевшего, которому вред причинен источником повышенной опасности, не учитывается при возмещении дополнительных расходов, при возмещении вреда в связи со смертью кормильца, а также при возмещении расходов на погребение.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК и п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином – владельцем источника повышенной опасности, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Неправомерное завладение источником повышенной опасности как основание освобождения от ответственности было первоначально признано правоприменительной практикой, а в настоящее время получило закрепление в законе. Согласно норме п. 2 ст. 1079 ГК владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности. В таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником повышенной опасности. Как видно, норма п. 2 ст. 1079 ГК закрепила принцип ответственности фактических причинителей, неправомерно завладевших источником повышенной опасности, по правилам ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности.

Если наряду с противоправным поведением третьих лиц выбытию источника повышенной опасности способствовало и виновное поведение его владельца
(например, ненадлежащая охрана, оставление ключей зажигания в замке автомобиля и т.д.), то ответственность за причиненный вред может быть возложена как на лицо, неправомерно использовавшее источник повышенной опасности, так и на его владельца. В этом случае на каждого из них ответственность за вред возлагается в долевом порядке. В зависимости от степени вины каждого. [44]

В случаях причинения вреда несколькими источниками повышенной опасности в результате их взаимодействия, в силу п. 3 ст. 1079 следует различать причинение вреда третьим лицам и самим владельцам источников повышенной опасности.

Владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред другому лицу, несут перед потерпевшим солидарную ответственность. При возложении такой ответственности подлежит учету грубая неосторожность самого потерпевшего, а также имущественное положение причинителя вреда — гражданина, если вред не причинен умышленными действиями.
|«Супруги Г. обратились в суд с иском к ОАО «Сергиевскавтотранс» и Л. о |
|возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, ссылаясь на|
|то, что 9 декабря 1996 г. в результате столкновения автомашины КамАЗ, |
|принадлежащей ОАО «Сергиевскавтотранс» и управляемой Ю., и автомашины |
|ВАЗ-2108, управляемой Л., погиб их сын А., ехавший в данной легковой |
|автомашине. Истцы просили взыскать материальный ущерб в сумме 2170 руб. 52 |
|коп., затраченных на погребение, и компенсировать моральный вред по 25 тыс.|
|рублей в пользу каждого из них. |

|Сергиевский районный суд Самарской области 10 июня 1999 г. иск о возмещении|
|материального ущерба удовлетворил полностью, а требование о компенсации |
|морального вреда — частично: с ОАО «Сергиевскавтотранс» и Л. солидарно |
|взыскал в пользу Г. 2170 руб. 52 коп. в счет возмещения материального |
|ущерба, в счет компенсации морального вреда — по 15 тыс. рублей в пользу |
|каждого истца. |

|Определением судебной коллегии по гражданским делам Самарского областного |
|суда от 21 июля 1999 г. был снижен размер компенсации морального вреда и |
|уточнена резолютивная часть решения: с ОАО «Сергиевскавтотранс» и Л. в |
|пользу Г. взыскано в возмещение материального ущерба по 1085 руб. 26 коп. с|
|каждого, в качестве компенсации морального вреда — с каждого ответчика |
|каждому истцу по 5 тыс. рублей. |

|Постановлением президиума Самарского областного суда от 4 ноября 1999 г. |
|отклонен протест прокурора области. |

|Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21 апреля 2000|
|г. оставила без удовлетворения протест заместителя Генерального прокурора |
|РФ об отмене судебных постановлений. |

|Президиум Верховного Суда РФ 1 ноября 2000 г. аналогичный протест |
|заместителя Генерального прокурора РФ оставил без удовлетворения, указав |
|следующее. |

|Как установлено по делу, 9 декабря 1996 г. в 18 час. 20 мин. в п.Сургут на |
|улице в результате столкновения автомобиля КамАЗ, управляемого Ю., и |
|автомобиля ВАЗ-2108, управляемого Л., погиб пассажир автомобиля ВАЗ-2108 |
|А., водителю Л. и другому пассажиру Б. причинены соответственно тяжкие |
|телесные повреждения и телесные повреждения средней тяжести. |

|Причиной столкновения стало то, что около автобусной остановки с правой |
|стороны по ходу движения автомобиля КамАЗ в нарушение Правил дорожного |
|движения на проезжую часть выбежала пешеход К., создав помеху для движения |
|КамАЗа. Водитель Ю. во избежание наезда на пешехода К. выехал на полосу |
|встречного движения, где и произошло столкновение с автомобилем ВАЗ-2108. |

|Ю. не располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода К. |
|путем экстренного торможения. Состав преступления в действиях Ю. |
|отсутствует. В отношении К. уголовное дело прекращено вследствие акта |
|амнистии, хотя она нарушила требования пп.4.3, 4.5 Правил дорожного |
|движения и в ее действиях установлен состав преступления, предусмотренный |
|ч.2 ст.268 УК РФ. |

|В соответствии со ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу |
|гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. |

|Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, |
|что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено |
|возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Такая |
|ответственность владельцев источников повышенной опасности предусмотрена |
|ст.1079 ГК РФ. |

|Согласно п.1 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность |
|которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование |
|транспортных средств и т.д.), обязаны возместить вред, причиненный |
|источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник |
|вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. |

|Пункт 3 названной статьи предусматривает, что владельцы источников |
|повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в|
|результате взаимодействия этих источников (столкновение транспортных |
|средств и т.п.) третьим лицам, по основаниям, предусмотренным пунктом 1 |
|данной статьи. |

|Несмотря на то, что действия водителей Л. и Ю. в момент столкновения |
|автомобилей не были противоправными и они к уголовной или административной |
|ответственности не привлекались, поскольку не нарушали ни норм уголовного, |
|ни норм административного закона, владельцы автомобилей несут |
|ответственность за вред, причиненный третьим лицам в результате |
|взаимодействия источников повышенной опасности, в данном случае — смерть А.|

|Изложенный в протесте довод о том, что причинная связь между действиями Л. |
|и Ю. и наступлением вреда отсутствует, не соответствует материалам дела, |
|которыми факт гибели сына истцов в результате столкновения двух автомобилей|
|подтвержден с достоверностью. |

|Как разъяснено в п.20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля|
|1994 г. «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного |
|повреждением здоровья», при причинении вреда другим лицам владельцы |
|источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, несут перед |
|потерпевшими солидарную ответственность. Исходя из этого разъяснения, суд |
|сделал правильный вывод о том, что достаточным основанием для возложения |
|ответственности по возмещению вреда на владельцев двух источников |
|повышенной опасности является сам факт причинения вреда в результате |
|взаимодействия этих источников повышенной опасности. Л., как и ОАО |
|»Сергиевскавтотранс», является причинителем вреда, а то, что он сам |
|пострадал от столкновения, не может быть признано юридически значимым |
|обстоятельством по данному делу. |

|Не основан на нормах гражданского законодательства и довод протеста о том, |
|что для Л. — водителя автомобиля ВАЗ-2108 выезд на встречную полосу |
|движения автомобиля КамАЗ, вызванный неправомерным поведением пешехода К., |
|может быть расценен как непреодолимая сила. Действия пешехода и действия |
|водителя транспортного средства не являются непреодолимой силой, понятие |
|которой дано в подп.1 п.1 ст.202 и в п.3 ст.401 ГК РФ. |

|Судебные постановления соответствуют нормам материального права, оснований |
|для их отмены не имеется. »[45] |

Если вред причинен в результате взаимодействия источников повышенной опасности, то при решении вопроса об имущественной ответственности их владельцев друг перед другом необходимо исходить из общих оснований ответственности, установленных правилами ст. 1064 ГК.

При этом надо иметь в виду следующее: а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; б) при наличии вины владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени виновности каждого; г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда
(независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение.[46]

В гражданском законодательстве не установлена ответственность лица, создавшего аварийную обстановку. Правда в 70-е годы ХХ века вопрос о гражданско-правовой ответственности пешехода обсуждался. И. Майданик, М.
Шиминова и Н. Малени утверждали, что виновный пешеход должен отвечать перед лицом, потерпевшим в результате аварии.[47]

Заключение

В современном гражданском праве обязательства делятся на две группы: договорные и внедоговорные. Одним из видов внедоговорных обязательств являются обязательства, возникающие вследствие причинения вреда. Это внедоговорные обязательства, возникающие вследствие нарушения имущественных и личных неимущественных прав потерпевшего, носящих абсолютный характер, призванные обеспечить полное восстановление этих прав за счет причинителя вреда либо за счет иных лиц, на которых законом возложена обязанность возмещения вреда.

Исследовав тему данной дипломной работы можно сделать вывод о том, что внедоговорные обязательства как подсистема гражданского права — это совокупность обязательств с общей социально-экономической сущностью, базирующихся на органически связанных и взаимодействующих друг с другом правовых нормах и объединенных общностью функций охраны абсолютных имущественных и личных неимущественных отношений, компенсационно- восстановительной, превентивно-воспитательной и организационно- стимулирующей функцией, а также едиными юридическими конструкциями и правовыми принципами. Внедоговорные обязательства — это охранительная подсистема гражданского права.

В процессе исследования, выбранной темы дипломной работы, выяснилось, что для возникновения обязательств вследствие причинения вреда необходимо наличие обязательных условий, ими являются: наличие вреда, противоправность действия лица, причинившего вред, причинная связь между его действиями и вредом, а также вина причинителя.

В некоторых случаях необходимо наличие и специальных условий. В этом случае возникают отдельные виды обязательств из причинения вреда, а именно: обязательства, возникающие вследствие причинения вреда публичной властью, обязательства, возникающие вследствие причинения вреда несовершеннолетними и недееспособными гражданами, обязательства, возникающие вследствие причинения вреда деятельностью, создающей повышенную опасность.

Среди всех возможных в гражданском праве видов обязательств обязательства, возникающие вследствие причинения вреда, имеют большее значение в жизни общества.

Современное положение дел позволяет утверждать, что причинение вреда
(ущерба) от различного рода правонарушений — наиболее распространенный случай нарушения имущественных прав организаций и граждан. Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда направлены именно на защиту этих прав.

Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда предназначены служить обеспечению прав и интересов субъектов гражданского права от различных нарушений и защищать эти права и интересы в случаях, когда их нарушение произошло.

Возмещение причиненного ущерба при возникновении обязательств, вследствие причинения вреда носит задачу устранения отрицательных имущественных последствий, возникших вследствие противоправных действий лица (повреждение, порча, уничтожение имущества другого субъекта права, причинение вреда здоровью и так далее) либо в результате ошибочной передачи другому лицу денег, иных ценностей.

Устранение указанных последствий происходит путем возмещения причиненного вреда. В результате происходит восстановление имущественной сферы потерпевшего.

Помимо возмещения причиненного ущерба в российском законодательстве появился институт компенсации морального вреда, несовершенство которого влечет возникновение большого количества теоретических и правоприменительных проблем. Одна из них — субъектный состав лиц, имеющих право требовать защиты нарушенных гражданских прав путем компенсации морального вреда.

То же можно сказать практически о любом условии и виде обязательств, возникающих вследствие причинения вреда при столкновении с ними в жизни.

Список литературы

I. Официальные нормативные акты и документы

1. Конституция Российской Федерации, принята всенародным голосование

12.12.1993 г., «Российская газета», N 237, 25.12.1993

2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11. 1994 г. № 51-ФЗ, «Собрание законодательства РФ», 05.12.1994, N 32, ст. 3301

3. Семейный кодекс Российской Федерации от 29.12.1995 г. № 223-ФЗ,

«Собрание законодательства РФ», 01.01.1996, N 1, ст. 16

4. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 г. № 14-ФЗ, «Собрание законодательства РФ», 29.01.1996, N 5, ст. 410,

5. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 г. № 63-ФЗ,

«Собрание законодательства РФ», 17.06.1996, N 25, ст. 2954

6. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 г. №

174-ФЗ, «Российская газета», N 249, 22.12.2001

7. Кодекс Российской Федерации об административный правонарушениях от

30.12.2001 г. № 195-ФЗ, «Российская газета», N 256, 31.12.2001

8. Указ Президиума Верховного Совета СССР «О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц» от 18 мая 1981 г.,

«Свод законов СССР», т. 2, с. 60

9. «Инструкция по применению положения о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда» (утв. Минюстом СССР,

Прокуратурой СССР, Минфином СССР 02.03.1982) «Закон», N 4, 1997

II. Документы судебной практики

1. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30.03.1990 г. № 4

2. Постановление Пленума Верховного суда РФ от 28.04.1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» «Российская газета», № 131, 14.07.1994.

3. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10

«Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», «Российская газета», № 29, 08.02.1995

4. Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 23 апреля 1997 г.,

«Бюллетень Верховного Суда РФ», № 10, 1997.

5. Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13.10. 1998 г. № 5016/98

6. Определение Верховного Суда РФ Дело N 65-Вп99-8

7. Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 21 апреля 2000 г.

8. Извлечение из Определения Верховного Суда РФ от 06.07.2001 г.,

«Бюллетень Верховного Суда РФ», № 2, 2002

9. Извлечение из обзора судебной практики Верховного» Вынесенные по делу по иску о возмещении вреда судебные постановления отменены как постановленные в нарушение норм материального права», «Бюллетень

Верховного Суда РФ», № 4, 2002

10. Информация о деле «Деликтное обязательство составляет обязанность лица, причинившего вред личности или имуществу гражданина, возместить его в полном объеме и, соответственно, право потерпевшего лица требовать такое возмещение.», «Законность», № 8, 2002

11. Постановление ФАС Приволжского округа от 16-20 августа 2001 г. дело №

А 55-318/01-38

12. Определение Областного суда Архангельской области Дело 33-2707 от 27 августа 2001 года

13. Постановление Федерального Арбитражного суда Волго-Вятского округа от

22.11.2001 г. № N А11-1577/2001-К1-6/79

III.Учебники и монографии

1. Белякова А.М. Имущественная ответственность за причинение вреда. – М.: юрид.лит.,

1979.

2. Гражданское право. Часть вторая: Учебник/Под общей ред. А.Г. Калпина.

– М.:

Юристъ, 2001.

3. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (часть вторая)

(под ред. О.М. Козырь, А.Л. Маковского, С.А. Хохлова), МЦФЭР, 1996

4. Комментарий к Конституции Российской Федерации/ Под ред. Л.А.

Окунькова)

Издательство БЕК, 1996

5. Гражданское право: В 2 т. Том II Полутом 2: учебник / Отв.ред.проф.
Е.А. Суханов. –

2-е изд., перераб. и доп. – М.: Издательство БЕК, 2002.

6. Гражданское право. Том 3. Учебник. Издание второе, переработанное и дополненное./Под ред. А.п. Сергеева, Ю.К. Толстого. – М.: «ПБОЮЛ Л,В,

Рожников», 2000.

7. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй

(постатейный). Под ред. О.Н. Садикова – М., Юридическая фирма
КОНТРАКТ, издательсткая группа ИНФРА-М – НОРМА, 1996.

8. Комментарий части второй Гражданского кодекса Российской Федерации. –
М.: Фонд

Правовая культура, Фирма Гардарика, 1996.

9. Гражданский кодекс Российской Федерации. С постатейным приложением материалов практики Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ,
Высшего

Арбитражного Суда РФ. –М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА·М, 1999.

10. Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации. (издание третье, измененное и дополненное) (под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева)
(Издательская группа ИНФРА-М-НОРМА, 2000)

11. Гражданское право России. Часть первая: Учебник/ Под ред. З.И.

Цыбуленко. – М.:

Юристъ, 2000.

12. Советское гражданское право. Часть 2/ редактор Е.Л. Тюлина, техн.редактор Е.Г.

Усачева. – Л.: Издательство Ленинградского университета, 1982

IV. Научные статьи

1. Ю. Беспалов «Причинитель вреда — несовершеннолетний», «Российская юстиция», № 10, 1996.

2. Е. Денисова «Возмещение вреда, причиненного работникам при исполнении ими трудовых обязанностей», «Законность», № 2, 1998.

3. В. Емельянов «Всегда ли возникает обязанность возмещения причиненного вреда?», «Российская юстиция», № 1, 2001.

4.Е. Козьминых «Обязательства вследствие причинения вреда здоровью при оказании медицинских услуг » , «Российская юстиция», №2, 2001.

5. С. Киселев «Формы и виды вины в гражданских правоотношениях»,

«Российская юстиция», № 4, 2000

6. В. Казанцев «Гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный действиями судьи», «Российская юстиция», № 2, 2002

7. Р.Н. Любимова «Ответственность органов власти за вред, причиненный актами, несоответствующими закону, незаконными действиями

(бездействиями)», «Вестник ВАС РФ», № 3, 2000

8. В. Оськин, Т. Левинова «Я осужден незаконно. Возместите ущерб.»,»Российская юстиция» No. 7, 1998 г.

9. М. Рожкова « Некоторые аспекты процесса доказывания по делам о возмещении вреда

(на основе анализа практики разрешения споров арбитражными судами)»,
«Хозяйство и право», № 9, 2000

10. С.Шишкин «Деликтные обязательства владельцев источников повышенной опасности перед третьими лицами», «Российская юстиция», № 11, 2001.

11. А. Эрделевский «Ответственность за причинение вреда», «Закон» № 12,

2001 г.

————————
[1] Гражданское право России. Часть первая: Учебник/ Под ред. З.И.
Цыбуленко. – М.: Юристъ, 2000. с. 346
[2] Советское гражданское право. Часть 2/ редактор Е.Л. Тюлина, техн.редактор Е.Г. Усачева. – Л.: Издательство Ленинградского университета,
1982. с. 296.
[3] Гражданское право: В 2 т. Том II Полутом 2: учебник / Отв.ред.проф.
Е.А. Суханов. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Издательство БЕК, 2002. с.363

[4] ИНФОРМАЦИЯ О ДЕЛЕ Деликтное обязательство составляет обязанность лица, причинившего вред личности или имуществу гражданина, возместить его в полном объеме и, соответственно, право потерпевшего лица требовать такое возмещение. «Законность», № 8, 2002

[5] Гражданское право: В 2 т. Том II Полутом 2: учебник / Отв.ред.проф.
Е.А. Суханов. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Издательство БЕК, 2002. с.364

[6] Е. Денисова «Возмещение вреда, причиненного работникам при исполнении ими трудовых обязанностей» «Законность», № 12, 1998
[7] [ИЗВЛЕЧЕНИЕ ИЗ ОБЗОРА СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ] Вынесенные по делу по иску о возмещении вреда судебные постановления отменены как постановленные в нарушение норм материального права. «Бюллетень Верховного
Суда РФ », № 4, 2002

[8] Гражданское право. Том 3. Учебник. Издание второе, переработанное и дополненное./Под ред. А.п. Сергеева, Ю.К. Толстого. – М.: «ПБОЮЛ Л,В,
Рожников», 2000. с. 7.
[9] Гражданское право: В 2 т. Том II Полутом 2: учебник / Отв.ред.проф.
Е.А. Суханов. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Издательство БЕК, 2002. с.389

[10] Постановление ФАС Приволжского округа от 16-20 августа 2001 г. дело №
А 55-318/01-38

[11] Е. Козьминых «Обязательства вследствие причинения вреда здоровью при оказании медицинских услуг «»Российская юстиция» 2001, №2
[12] Белякова А.М. Имущественная ответственность за причинение вреда. – М.: юрид.лит., 1979. с. 10.
[13] п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10
«Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», «Российская газета» № 29 от 08.02.1995
[14] Белякова А.М. Имущественная ответственность за причинение вреда. – М.: юрид.лит., 1979. с. 18.
[15] Там же.
[16] п. 1, 2 комментария к ст. 37 «Комментарий к уголовному кодексу
Российской Федерации» (издание третье, измененное и дополненное) (под ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева) (Издательская группа ИНФРА-М-НОРМА,
2000)
[17] ст. 37 Уголовного кодекса Российской Федерации от 13.06.1996 г. № 63-
ФЗ, СЗ РФ от 17.06.1996 г. № 25
[18] п. 8 постановление пленума Верховного суда РФ от 28.04.1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» «Российская газета», № 131 от 14.07.1994
[19] Белякова А.М. Имущественная ответственность за причинение вреда. – М.: юрид.лит., 1979. с. 24.
[20] Постановление ФедеральногоАрбитражного суда Волго-Вятского округа от
22.11.2001 г. № N А11-1577/2001-К1-6/79
[21] Е. Козьминых «Обязательства вследствие причинения вреда здоровью при оказании медицинских услуг » «Российская юстиция», № 2, 2001

[22] «Закон» № 12, 2001 г. с. 77
[23] Белякова А.М. Имущественная ответственность за причинение вреда. – М.: юрид.лит., 1979. с. 28.

[24] Гражданское право: В 2 т. Том II Полутом 2: учебник / Отв.ред.проф.
Е.А. Суханов. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Издательство БЕК, 2002. с.381
[25] С. Киселев «Формы и виды вины в гражданских правоотношениях»
«Российская юстиция», № 4, 2000.
[26] Р.Н. Любимова «Ответственность органов власти за вред, причиненный актами, несоответствующими закону, незаконными действиями (бездействиями)»
«Вестник ВАС РФ», №3, 2000.
[27] п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 30.03.1990 г. № 4
|[28] Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ |
|от 13.10. 1998 г. № 5016/98 |

[29] П. 2 ст. 1070 Гражданского кодекса РФ
[30] п. 2 Положения о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, утвержденное Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18.05.1981 г. «Свод законов СССР», т. 2, с. 60
[31] Определение Областного суда Архангельской области Дело 33-2707 от 27 августа 2001 года

[32] п. 15 постановление пленума Верховного суда РФ от 28.04.1994 г. № 3
«О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» «Российская газета», № 131, 14.07.1994.

[33] Гражданское право: В 2 т. Том II Полутом 2: учебник / Отв.ред.проф.
Е.А. Суханов. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Издательство БЕК, 2002. с.406

[34] п. 15 постановление пленума Верховного суда РФ от 28.04.1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» «Российская газета», № 131, 14.07.1994.

[35] Определение Верховного Суда РФ Дело N 65-Вп99-8

|[36] Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 23 апреля 1997 г. |
|«Бюллетень Верховного Суда РФ», № 10, 1997. |

[37] Белякова А.М. Имущественная ответственность за причинение вреда. – М.: юрид.лит., 1979. с. 91.
[38] Гражданское право: В 2 т. Том II Полутом 2: учебник / Отв.ред.проф.
Е.А. Суханов. – 2-е изд., перераб. и доп. – М.: Издательство БЕК, 2002. с.410

[39] С.Шишкин «Деликтные обязательства владельцев источников повышенной опасности перед третьими лицами» «Российская юстиция», № 11, 2001.
[40] п. 17 постановление пленума Верховного суда РФ от 28.04.1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» «Российская газета», № 131, 14.07.1994.
[41] п. 4 комментария к ст. 1079 «Комментарий к Гражданскому кодексу
Российской Федерации, части второй (постатейный)» Под ред. О.Н. Садикова –
М., Юридическая фирма КОНТРАКТ, издательсткая группа ИНФРА-М – НОРМА, 1996. с.678
[42] п. 21 постановление пленума Верховного суда РФ от 28.04.1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» «Российская газета», № 131, 14.07.1994.

[43] Извлечение из Определения Верховного Суда РФ от 06.07.2001 г.
«Бюллетень Верховного Суда РФ», № 2, 2002.
[44] п. 21 постановление пленума Верховного суда РФ от 28.04.1994 г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» «Российская газета», № 131, 14.07.1994.

[45] Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 21 апреля 2000 г.
[46] п. 20, 21 постановление пленума Верховного суда РФ от 28.04.1994 г. №
3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» «Российская газета», № 131, 14.07.1994.

[47] Белякова А.М. Имущественная ответственность за причинение вреда. – М.: юрид.лит., 1979. с. 16.