Авторский материал: Гражданско-правовые отношения в сфере психического здоровья: исторический аспект

Гражданско-правовые отношения в сфере психического здоровья: исторический аспект

М.А.Курбанов

Истории известны два основных типа отношения к людям, страдающих психическими расстройствами, — отвержение и почитание. Согласно первому, деяния таких лиц признавались преступлениями, за которые следует божья кара. В памятниках права, начиная с римского, таких лиц называли «в уме лишенные», «безумные», «умалишенные», «сумасбродные», «действующие в припадке болезни, приводящей в умоисступление или совершенное беспамятство», «душевнобольные и слабоумные» и даже «одержимые бесом», «беснующиеся», «скудоумные», «юродивые», «под видом изумления бываемые» и «лунатики (сонноходцы)».

На всех этапах развития государственности существовал институт общественного призрения душевнобольных. Характер его законодательного регулирования был обусловлен отношением -государства, общества к душевнобольным, степенью понимания причин возникновения и форм проявления психических расстройств. Организация общественного призрения определялась уровнем развития общественных отношений, сословными различиями и накоплениями, естественно-научными знаниями и материальными возможностями государства. Исходным началом служило положение, согласно которому «на государстве лежит обязанность покровительствовать, а в случае нужды и помогать существованию всем, кто по своему умственному состоянию не способен исполнять требования общественного порядка». При этом государство отделяло призрение душевнобольных от призрения других категорий граждан, например, малолетних или лиц с физическими недостатками. Это было связано с необходимостью совмещать процесс лечения и специального врачебного наблюдения с целью охраны как самого душевнобольного, так и общества от опасных проявлений болезни.

В трагический период позднего средневековья считалось, что психическая болезнь есть божье наказание. Распространение христианства в средние века несло с собой идеи гуманности, благотворительности и вызвало к жизни систему монастырского призрения душевнобольных. Однако, факты свидетельствуют и о противоположном подходе к таким больным представителей власти и духовенства: они принимали душевнобольных за колдунов и лиц, угрожающих господствующему строю, применяли к ним жесткие меры наказаний. Множество экзальтированных помешанных были сожжены на кострах для предотвращения воображаемой опасности.

Становление и развитие института общественного призрения в России проходило медленнее по сравнению с другими странами. В начале ХХ в. исследователи правового положения душевнобольных констатировали, что «русское законодательство крайне скудно», что «давно уже сознанная неудовлетворенность нашего законодательства об опеке вызвала неоднократные попытки реформирования его, но проекты, вырабатываемые на протяжении более полувека, все еще не стали законом».

Первое упоминание о призрении душевнобольных относится ко времени правления святого князя Владимира, крестившего Русь (ХII в.). Церковному суду подлежали все дела, касающиеся людей, состоящих в церковных ведомствах, к числу которых относили всех юродивых – «помешанных от рождения». Этот Закон Святого Владимира действовал на Руси долгое время: на него ссылался Московский Собор 1551 г., в конце ХVII в. патриарх Адриан опирался на него для доказательства прав церкви. К правлению Святого Владимира относится принятие «Закона Судного — людям», где впервые был затронут вопрос охраны прав душевнобольных. В отделе о завещаниях указывалось, что завещатель при составлении духовного завещания должен находиться «в здравом уме и твердой памяти». Поэтому безумный и сумасшедший подлежал полному ограничению дееспособности (1). В литературе приводится документ 1568 г., содержащий сведения о выступлении в гражданской сделке сына представителем своего отца, который от старости «опростълъ умомъ».

В принятых позже законоположениях Стоглавого Собора 1551 г. содержится упоминание, «что вследствие неправильного поведения душевнобольных «удручается» жизнь мирных жителей». В связи с этим была признана необходимость попечения о таких людях, которые «одержимы бесом и лишены разума», с тем, чтобы поместить их в монастыри, «дабы не быть помехой для здоровых» и «получать вразумие и приведение в истину» (2). Поскольку лица, находившиеся под опекой, были лишены права управлять своим имуществом, в гражданском обороте от их имени выступал представитель – епископ, который осуществлял эту деятельность через своих служащих.

До ХVII века русское право не знало государственной опеки душевнобольных. Они находились под надзором семьи или органов своего сословия (3). Условия их содержания и охрана прав напрямую зависели от отношения к душевнобольному членов его семьи или уполномоченных лиц (4).

В годы царствования Алексея Михайловича были приняты «новоуказанные статьи» (1669 г.), направленные на охрану общества от возможного вреда, который могли причинить душевнобольные, и одновременно на защиту имущественных интересов самих больных, прежде всего из высших сословий (5). В исследованиях русского законодательства периода царствования Федора Алексеевича упоминается Закон 1677 г., регламентирующий имущественные права слабоумных. Он устанавливал, что глупые (слабоумные) не могут вести дела и управлять своим имуществом, в том числе «меняться своими поместьями». Однако, лишая слабоумных такого права, закон не определял, кому предоставляются полномочия, и кто является ответственным за имущество душевнобольных. Русский ученый А.И.Роте уточнял, что приведенное «законоположение носило чисто семейный характер, фактически возлагая имущественные права и обязанности на членов семьи больного», тем самым, оберегая их от разорения.

Следующим шагом в развитии гражданского законодательства в сфере психического здоровья стали реформы Петра I, когда были изданы первые законодательные акты, регламентирующие гражданско-правовое положение слабоумных. Однако, по мнению русского ученого Ю.В. Каннабиха, это мало отразилось на реальном положении душевнобольных.

Петр I возложил на Главный Магистрат обязанности по организации общественного призрения в России и повелел «добрую полицию учредить», через местные магистраты «заводить смирительные дома, больницы и школы», создавать больницы для призрения «сирых, убогих, больных и увечных» как это устроено в иностранных государствах; и не только в больших, но и в малых городах по почину земства или на благотворительные пожертвования.

В то же время Петр I ставил цель преследования лиц, по тем или иным причинам симулирующих психическое расстройство. Например, в 1722 г. Синод принял решение «О помещении мнимо-юродивых (ханжей) в монастыри с употреблением их в труд до конца жизни».

6 апреля 1722 г. был принят указ «О свидетельствовании дураков в Сенате», который впервые законодательно определил порядок освидетельствования психически нездоровых лиц, относящихся к дворянскому сословию. Его появление было вызвано не столько заботой о призрении слабоумных, сколько государственной необходимостью в борьбе с уклонением дворян от службы, ибо родители молодых людей, остерегаясь их отправки на учебу за рубеж, начали повсеместно ссылаться на их «слабоумие», так как такой способ уклонения от дворянских обязанностей ранее не вызывал каких-либо ограничений в гражданских правах.

В дополнение к Указу 1722 г. 6 декабря 1723 г. был издан Указ, впервые определивший критерии оценки психического состояния испытуемого. Безумных надлежало освидетельствовать таким образом: «Сенату спрашивать их пред собою о всяком домовом состоянии, как бы можно умному человеку ответ в том учинить, и ежели по вопросу отповеди уценить не может, а станет инако о том говорить, что можно из того дурачество познать». Лица, не пригодные к государственной службе вследствие слабоумия, ограничивались в гражданских правах: они не могли наследовать имущество и вступать в брак, на семейство возлагалась обязанность наблюдать за ними и их имуществом.

Законоположения Петра I, регламентирующие правовое положение «безумных», касались только дворянского сословия, об иных упоминаний не встречается. Кроме того, указы 1722 и 1723 гг. определяли порядок освидетельствования только слабоумных лиц. Что касается душевнобольных (по терминологии закона — «сумасшедших»), то относительно них не было установлено никаких правил (6).

С учреждением 7 ноября 1775 г. приказов общественного призрения в России кончилась длительная эпоха монастырского и церковного призрения душевнобольных и слабоумных. Эта функция перешла к государственным органам и частично к общественным организациям. Приказам общественного призрения вменялось в обязанность содержание благотворительных и исправительных общественно-полезных заведений, в том числе забота о домах для умалишенных (долгаузах) . Указ устанавливал покровительство закона над больными из дворянского сословия, причем содержание и уход за ними осуществлялся из доходов принадлежащих им деревень. «Имущие больные обязаны платить годовую плату за содержание и уход, бедные же должны быть принимаемы безденежно». Устав Общественного призрения включал в себя правила содержания и ухода за душевнобольными. Законодательно закреплялись основные правила призрения государством душевнобольных и слабоумных: создание специально приспособленных условий для проживания и лечения больных, гуманное отношение к больным и др.

Следующий этап развития законодательства о призрении душевнобольных со стороны государства начался с издания Свода Законов гражданских (1815) , в котором специально была выделена глава 11 «Об опеке над безумными, сумасшедшими, глухонемыми и немыми».

Впервые Закон определил формы умственного расстройства и произвел градацию субъектов на «безумных» и «сумасшедших», которой руководствовались до реформ 1917 г. (7)

Нормы главы II СЗГ регламентировали порядок установления факта умственного расстройства в ходе освидетельствования испытуемого с целью последующего вынесения Сенатом решения о наложении опеки. Безумными признавались лица, «не имеющие здравого рассудка с самого их младенчества». Сумасшедшими почитались те, «коих безумие происходит от случайных причин, и, составляя болезнь, доводящую иногда до бешенства, может наносить обоюдный вред обществу и им самим, и потому требует особенного за ними надзора» (ст. 365-366 СЗГ). Критериями разграничения служили момент возникновения и характер психического расстройства, что имело практическое значение для процедуры освидетельствования до 1835 г. Установление факта умственного расстройства имело значение для вынесения решения о наложении опеки или при рассмотрении в суде спора о дееспособности лица при совершении действия, имеющего юридическое значение. В первом случае применялся административный порядок производства по делу, во втором — судебный. И тот и другой регламентировались нормами гражданского законодательства.

Для освидетельствования безумные должны были представляться в Сенат, а сумасшедшие — по месту жительства в специальные комиссии при губернских правлениях по инициативе губернатора. В состав комиссии входил врачебный инспектор. Процедура «допроса» предполагала сохранение правил, установленных указами Петра I. Причем состав должностных лиц, присутствующих при освидетельствовании и принимающих решение о наложении опеки, определялся, исходя из принадлежности освидетельствуемого к определенному сословию.

Акт освидетельствования подлежал утверждению в Сенате, который рассматривал представленные документы заочно. Как отмечал Л.3. Слонимский, «такое или иное направление дела во всяком случае зависит от усмотрения местной администрации.

Отметим, что в Своде Законов гражданских личные неимущественные отношения с участием душевнобольных лиц регулировались своеобразно. В соответствии со ст.374, включенной в СЗГ в 1889 г., подлежало опубликованию распоряжение, «по какому поводу и над кем учреждается опека… с указанием звания или чина, имени, отчества, фамилии или прозвища лица». Подобные меры являлись способами правовой защиты и предотвращали заключение недействительных сделок в гражданском обороте, а также причинение возможного вреда, как самому душевнобольному, так и для иным гражданам. В то же время публикация сведений о психическом расстройстве лица была действием, нарушающим его личные неимущественные права, в частности, право на охрану личной жизни, неразглашении врачебной тайны и т.п.

Российское законодательство не употребляло понятия «недееспособность». И если нормы, регламентирующие институт опеки, были сконцентрированы в единой гл.II СЗГ, то законоположения, определяющие основания для признания недействительности юридических актов, совершенных лицами в момент обострения психического расстройства, были помещены в различных разделах Свода. Закон различал опеку над личностью и над имуществом душевнобольного.

Введение новых Судебных Уставов (1864 г.) не внесло существенного вклада в развитие российского законодательства о душевнобольных — ни в отношении правил призрения, освидетельствования, ни относительно покровительства Закона.

С началом становления судебной психиатрии как науки появились исследования русского и зарубежного законодательства о правовом положении душевнобольных. Причем прогрессивные веяния в защиту регламентации в Законе прав психических больных наблюдались в среде как юристов, так и психиатров. В 1879 г. был принят Устав Петербургского общества психиатров, одной из целей которого было изучение отношения психиатрии к законодательству и стремление «провести в жизнь и осуществить на практике судебно-психиатрическое воззрение, выработанное путем научных наблюдений над явлениями психического расстройства человека.

Изложенное позволяет говорить том, что на рубеже XIX-XX вв. в России была подготовлена теоретическая и практическая база для изменения действующего законодательства и издания закона, регламентирующего правовое положение душевнобольных и слабоумных. Но российское законодательство оставалось неизменным. Например, редакция ст.373 СЗГ «О порядке освидетельствования» была незначительно изменена лишь в 1841 г., и до реформ 1917 г. оставалась неизменной. В то же время развитие психиатрической науки, определение критериев недееспособности далеко опережало не только законодательство, но и научные исследования в области права (8). Разработка юридического критерия невменяемости и его трактовка позволили В.П. Сербскому определить понятие «недееспособность» как состояние неспособности человека понимать совершаемое и руководить своими поступками. Это дало ему основание для вывода о том, что только при подобном состоянии психики душевнобольной может быть признан недееспособным и нуждающимся в наложении опеки. Законодатель же обошел молчанием и не внедрил достижения психиатрической науки в практику регулирования правоотношений с участием психически больных граждан. На законодательном уровне не был решен вопрос о проведении предварительной врачебной экспертизы при признании лица безумным либо сумасшедшим (9).

Таким образом, почти полуторавековой период истории развития отечественного законодательства о правовом положении душевнобольных и слабоумных, деятельности по их призрению в России характеризуется следующими признаками:

Гражданское законодательство относило лиц, признанных безумными или сумасшедшими, к специальной категории субъектов.

Законодательно закреплены общие начала регулирования гражданских правоотношений с участием душевнобольных и слабоумных лиц: наличие здравого ума как условия дееспособности субъекта для признания действительности совершаемых им юридических актов. Причем наложение опеки на личность или имущество не являлось фактором, предопределяющим решение вопроса о дееспособности субъекта в сфере имущественного оборота.

Были узаконены способы общественного призрения душевно больных и слабоумных, в том числе со стороны благотворительных обществ. Правовое положение граждан по российскому гражданскому законодательству определялось их социальным статусом, что повлекло за собой создание института сословной опеки.

Поставлена проблема совершенствования способов охраны личности и имущества душевнобольных и слабоумных, в первую очередь из дворянского сословия, а впоследствии из купцов, разночинцев, мещан и крестьян, чтобы не допустить разорения их самих, семей, наследников. Устойчивые и охраняемые государством отношения частной собственности и гарантированность правовой защиты имущественного оборота были одним из условий сохранения экономического потенциала и имущества самого государства.

Узаконена процедура (хотя и довольно длительная) освидетельствования душевнобольных и слабоумных с целью их последующего призрения. Поставлен вопрос о необходимости изъятия дел подобной категории из компетенции административных органов и передачи их судебным, хотя на законодательном уровне не были установлены гарантии обоснованности помещения лиц в психиатрическую больницу.

При оценке психического расстройства использовались законодательно определенные понятия, характеризующие его формы: безумие и сумасшествие.

На основе теоретических разработок критерия невменяемости была произведена попытка определить формулу недееспособности, но не на законодательном уровне. Недееспособность понималась, как состояние неспособности человека понимать совершаемое и руководить своими поступками.

Поставлена задача законодательно регламентировать статус судебно-психиатрической экспертизы для решения вопроса о признании гражданина недееспособным.

На первом этапе судебных реформ, начавшихся в России с событий октября 1917 г., не было внесено принципиальных изменений в законодательные акты о правовом положении душевнобольных и слабоумных. Порядок признания гражданина недееспособным оставался административным и регулировался сначала положениями инструкции 1918 г. об освидетельствовании душевнобольных, а затем нормами Кодекса об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве. Освидетельствование осуществляла врачебная комиссия в присутствии представителя органа власти, народного судьи и лиц, «от коих исходит ходатайство об освидетельствовании больного» (п.5 Инструкции).

Круг субъектов, имеющих право обратиться в компетентные органы с просьбой о признании гражданина недееспособным, был необоснованно расширен. Заявление могло исходить от родственников, опекунов, попечителей лиц, страдающих умственным расстройством, а также от учреждения, в котором больной служит, от союза или организации, к которой душевнобольной принадлежит, а также от совместно живущих с ним лиц (п.2.Инструкции). Столь широкий круг «заинтересованных» лиц вполне мог создать предпосылки для злоупотребления правом, тем более что вопрос об изменении правового статуса гражданина в обществе решался в административном порядке.

Статья 199 КЗоБСО, Инструкция 1918 г, сохранили правило дореволюционного законодательства о публикации в местной печати сведений об учреждении опеки по душевной болезни, чем узаконивалось нарушение личных неимущественных прав гражданина.

К положительным моментам Инструкции 1918 г. следует отнести правило, согласно которому при освидетельствовании гражданина в состав врачебной комиссии из трех человек мог входить также вольнопрактикующий врач-специалист. Началось зарождение института судебно-психиатрической экспертизы в гражданском процессе.

В заседании врачебной комиссии с правом решающего голоса могли участвовать врачи, приглашенные самим больным или лицами, возбудившими ходатайство об освидетельствовании.

К отрицательным сторонам Инструкции 1918 г. следует отнести правило, согласно которому все издержки по освидетельствованию и наложению опеки относились за счет лиц, подвергшихся подобной процедуре. И лишь расходы по освидетельствованию лица, которое по заключению врачебной комиссии было признано здоровым, относились за счет лиц, возбудивших ходатайство об освидетельствовании.

В 1922 г. в законодательстве появились понятия «душевнобольной и слабоумный» (10). Статья 8 ГК РСФСР 1922 г. устанавливала, что «… совершеннолетние могут быть подлежащими учреждениями объявлены недееспособными: I) если они вследствие душевной болезни или слабоумия не способны рассудительно вести свои дела; 2) если они своей чрезмерной расточительностью разоряют находящееся в их распоряжении имущество». В приведенной норме содержатся два основания недееспособности, одно из которых связано с состоянием здоровья лица, а другое — с фактической возможностью лица разумно распоряжаться имуществом. Статья 31 ГК РСФСР 1922 г. разграничивала недееспособных субъектов на две группы: вполне лишенных дееспособности и временно находящихся в таком состоянии. Иначе говоря, в 20-е гг. появился институт «полной», «ограниченной» и “временной дееспособности” (11).

Принятый в 1926 г. в новой редакции Кодекс законов о браке, семье и опеке повторил основные положения действовавшего законодательства о недееспособности и опеке. В то же время в ст.72 КЗоБСО был сужен круг субъектов, уполномоченных принимать решение о психическом состоянии освидетельствуемого (12). К ним были отнесены врач-психиатр и представитель органа здравоохранения. Впервые был узаконен предельный двухмесячный срок содержания испытуемого под наблюдением в лечебном учреждении.

В 70-е гг. правовое положение граждан, страдающих психическими расстройствами, регулировалось наряду с нормами гражданского и семейного законодательства специальным законодательством о здравоохранении. Статья 36 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик о здравоохранении и ст.54 Закона РСФСР «О здравоохранении» закрепляли тезис об общественной опасности психической болезни наряду с другими карантинными заболеваниями. На органы здравоохранения, врачей-психиатров была возложена обязанность не только организовывать и непосредственно оказывать психиатрическую помощь, но и предупреждать социально опасное и неприемлемое поведение психически больных в обществе

Положение об условиях и порядке оказания психиатрической помощи, утвержденное Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 января 1988 г., внесло определенный вклад в разработку основ правового положения граждан, страдающих психическими расстройствами, но явилось все же половинчатым решением давно назревшей проблемы. Уже с конца XIX в. российскими правоведами и психиатрами ставился вопрос о судебном надзоре за осуществлением принуждения в отношении рассматриваемой категории субъектов, который существовал к тому времени во многих зарубежных странах. Положение 1988 г. так и не закрепило порядок принудительного психиатрического освидетельствования или принудительной госпитализации в психиатрический стационар на основании решения судебных органов либо с санкции прокурора. Это было вызвано тем, что развитие гражданского законодательства, в том числе о правовом положении граждан, страдающих психическими расстройствами, прямо отражало общественно-политическую обстановку в государстве. В итоге Закон Российской Федерации «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» был принят в июле 1992 года и вступил в силу с 1 января 1993 года. Он является основным в области оказания психиатрической помощи и характеризуется прямым действием, поскольку его нормы сформулированы таким образом, что не требуют в большинстве случаев дополнительных инструкций и иных ведомственных актов.

Закон призван решать следующие задачи: 1) защитить права и законные интересы граждан при оказании психиатрической помощи от необоснованного вмешательства в их жизнь; 2) защитить лиц, страдающих психическими расстройствами, от необоснованной дискриминации в обществе; 3) защитить общество от возможных опасных действий психически больных; 4) защитить права врачей и медицинского персонала, участвующих в оказании психиатрической помощи.

Для решения этих задач Законом установлены соответствующие нормы и процедуры. Так, добровольное оказание психиатрической помощи строится на принципе информированного согласия (право получать медицинскую информацию, право соглашаться на психиатрическую помощь, право отказываться от нее). Что касается недобровольной помощи, то основанием для ее оказания служит наличие тяжелого психического расстройства (психоза, слабоумия), которое лишает больного способности принимать осознанные решения и обуславливает его опасность (для себя и окружающих), либо его беспомощность, либо существенный вред здоровью, если он будет оставлен без лечения. Применение недобровольных психиатрических мер поставлено под судебный контроль.

Закон устанавливает представительство граждан при оказании психиатрической помощи, комиссионный порядок принятия ответственных медицинских решений, контроль и прокурорский надзор за психиатрической деятельностью, а также контроль общественных объединений за соблюдением прав граждан.

Список литературы

Карамзин Н.М. История Российского Государства. Т.1.Пр. 506.

Дебольский Н.Н. Гражданская дееспособность по русскому правду до конца ХVII века. СПб., 1903. С.44.

Морозов Г.В., Лунц Д.Р., Фелинская Н.И. Основные этапы развития отечественной судебной психиатрии. М., 1976. С.7.

Иванов С.А. Юродство как феномен религии и культуры // Синапс. — М., 1992. — № 2. — С.93-101.

Холодовская Е.М. Дееспособность психических больных в су-дебно-психиатрической практике. М., 1967, С.8.

Хутыз М.Х. Институт признания гражданина недееспособным в дореволюционном русском и советском праве // Учен.заб. ВЮЗИ -М., 1963. — вып. 17 — С.55.

Слонимский Л.З, Умственное расстройство, его значение в праве гражданском и уголовном. — СПб., 1879. С.63.

Зиновьев А.Д. Освидетельствование душевнобольных. СПб., 1910. С.2;

Брикман А.А. Законодательство и практика по ограничению дееспособности безумных и сумасшедших // Право, СПб., 1910. С.59

Шахматов В.П. Философские и правовые аспекты состояния воли при осуществлении дееспособности // Томск, 1966. Т.183. С.79.

Пучинский В. Судебное признание лица недееспособным //Сов. Юстиция. — 1954. -№ 4. — С.42.

Гражданский кодекс: Комментарий. 2-е изд. / Под ред.А. Г. Гойхбарга и И.. Г. Кобленца. М.; Л., 1925. С.78.

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.npar.ru/

Доклад: Предприятие. Экономика

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ УКРАИНЫ
ЗАПОРОЖСКИЙ ИНСТИТУТ ЭКОНОМИКИ
И ИНФОРМАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

ПО КУРСУ “ ЭКОНОМИКА ПРЕДПРИЯТИЯ “

Выполнила студентка II курса з / о гр. ФК -215 Литвинова Ю.В
Проверил:
проф. Семенов Г.А

г.Запорожье
1997 г.

Контрольное задание 1.

Задача 1.

Определить фондоотдачу, фондоемкость и фондовооруженность труда по данным табл.1.1.

Таблица 1.1

Изложение: Иосиф Александрович Бродский. Посвящается Ялте

Несколько человек, подозреваемых в убийстве, дают показания следователю, которые приводятся в том порядке, в котором они снимались. Вопросов следователя мы не слышим, но реконструируем их по содержанию ответов допрашиваемых.

Человек, привлеченный в качестве свидетеля или подозреваемого к расследованию дела об убийстве, отвечает на вопросы следователя. Из его ответов следует, что субботним вечером его знакомый должен был прийти к нему, чтобы разобрать шахматный этюд Чигорина, о чем они условились во вторник по телефону. Однако в субботу днем его приятель позвонил и сообщил, что не сможет прийти вечером. Дающий показания говорит, что не заметил по телефону в голосе собеседника следов волнения, а некоторую странность произношения объясняет только следствием контузии. Разговор протекал спокойно, его знакомый извинился, и они условились встретиться в среду, предварительно созвонившись. Разговор состоялся около восьми часов, после чего он попытался разобрать этюд в одиночку и сделал ход, который ему посоветовал приятель, но ход этот смутил его своей нелепостью, странностью и каким-то несоответствием манере игры Чигорина, ход, сводивший на нет самый смысл этюда. Следователь называет какое-то имя и спрашивает, говорит ли оно что-нибудь допрашиваемому. Выясняется, что он был с этой женщиной в связи, но они расстались пять лет назад. Он знал, что она сошлась с его приятелем и партнером по шахматам, но предполагал, что тот не догадывается об их прежних взаимоотношениях, так как сама женщина едва ли стала бы ему об этом рассказывать, а её фотографию он предусмотрительно убирал перед его приходом. Об убийстве он узнал в ту же ночь. Эта женщина сама позвонила и сообщила. «Вот у кого взволнованный был голос!»

Следующей дает показания женщина, которая сообщает, что на протяжении последнего года она виделась с убитым редко, не чаще двух раз в месяц, и каждый раз он заранее предупреждал её звонком о своем приходе, чтобы не возникло накладок: ведь она работает в театре, а там возможны всякие неожиданности. Убитый знал, что у нее появился мужчина, отношения с которым серьезны, но, несмотря на это, иногда встречалась с ним. Он, по её словам, был странным и непохожим на других, во время встреч с ним весь мир, все вокруг для нее как будто переставало существовать, «на поверхности вещей — как движущихся, так и неподвижных — вдруг возникало что-то вроде пленки, вернее — пыли, придававшей им какое-то бессмысленное сходство». Именно это привлекало её в нем и заставляло не порывать окончательно, даже во имя капитана, с которым она намерена была связать свою судьбу. Она не помнит, когда и где познакомилась с убитым, кажется, это произошло на пляже в Ливадии, но очень хорошо помнит его слова, с которых началось их знакомство. Он сказал: «Понимаю, как я вам противен…» Ей ничего не известно о его семье, он не знакомил её и со своими друзьями, и она не знает, кто убил его, но это явно не его партнер по шахматам, этот безвольный человек, тряпка, который «сошел с ума от ферзевых гамбитов». Она вообще никогда не могла понять их дружбы. А капитан в тот вечер был в театре, они возвращались вместе и нашли в её парадном лежащее тело. Сначала из-за темноты они вообразили, что это пьяный, но тут она узнала его по белому плащу, который был в тот момент весь в грязи. Видимо, он долго полз. Потом они внесли его в её квартиру и позвонили в милицию.

Следом за женщиной показания дает капитан. Но он боится разочаровать следователя, так как ему ничего не известно об убитом, хотя он, по понятным причинам, «ненавидел этого субъекта». Они не были знакомы, он просто знал, что у его подруги бывает кто-то, но кто именно — не знал, а она не говорила, не потому, «чтоб что-то скрыть», а просто ей не хотелось расстраивать капитана, хотя расстраивать там было особенно нечем, потому что почти год, «как ничего уже меж ними не было», в чем она сама призналась ему. Капитан поверил ей, но легче ему не стало. Он просто не мог не поверить, и если следователя удивляет, что с таким отношением к людям он имеет четыре звезды на погонах, то пусть не забывает, что это маленькие звезды, а многие из тех, с кем он начинал, уже имеют по две больших. Следовательно, он неудачник и вряд ли по складу характера мог быть убийцей.

Капитан уже четыре года вдовец, у него есть сын, а вечером в день убийства он был в театре, после спектакля провожал домой свою знакомую, и в её подъезде они обнаружили труп. Он сразу узнал его, так как однажды видел их вместе в магазине, а иногда встречал его на пляже. Как-то раз он даже заговорил с ним, но тот ответил так пренебрежительно, что капитан почувствовал прилив ненависти и даже ощутил, что может убить его, но тогда, по счастью, он еще не знал, с кем разговаривает, так как даже не был знаком с женщиной. Больше они не встречались, а потом капитан познакомился с этой женщиной на вечере в Доме офицеров. Капитан признается, что даже рад такому повороту событий, иначе все это могло тянуться вечно, а всякий раз после встреч с этим человеком его подруга была как бы не в себе. Теперь, он надеется, все наладится, так как, скорее всего, они уедут. У него «есть вызов в Академию», в Киев, где её возьмут в любой театр. Он даже считает, что они еще могут завести ребенка. Да, у него есть личное оружие, еще с войны остался трофейный «парабеллум». Да, он знает, что ранение было огнестрельным.

Рассказывает сын капитана. «В тот вечер батя отвалил в театр, а я остался дома вместе с бабкой». Они смотрели телевизор, была суббота, и уроков не нужно было делать. Передача была про Зорге, но он недосмотрел её. В окно он увидел, что гастроном напротив еще открыт, значит, не было десяти, и ему захотелось мороженого. уходя, он положил в карман куртки пистолет отца, так как знал, куда отец прячет ключ от ящика. Он взял его просто так и не думал ни о чем. Он не помнит, как очутился в парке над портом, было тихо, светила луна, «ну, в общем было здорово красиво». Он не знал, который час, но еще не было двенадцати, так как «Пушкин», который в субботу отправляется в двенадцать, еще не отошел, и освещенные цветные окна в танцевальном салоне у него на корме были похожи на изумруд. Он встретил того человека у выхода из парка и попросил у него папиросу, но мужчина не дал, обозвав его негодяем. «Не знаю, что произошло со мной! Ага, как будто кто меня ударил. Мне словно чем-то залило глаза, и я не помню, как я обернулся и выстрелил в него». Мужчина продолжал стоять на прежнем месте и курить, а потому мальчик решил, что он не попал. Он закричал и бросился бежать. Он не хочет, чтобы об этом рассказали отцу, потому что боится. Пистолет он, вернувшись домой, положил на место. Бабка уже уснула, даже не выключив телевизор. «Не говорите бате! Не то убьет! Ведь я же не попал! Я промахнулся! Правда? Правда? Правда?!»

В салоне теплохода «Колхида» следователь беседует с кем-то. Они говорят о том, что оказалось трое подозреваемых, что само по себе уже красноречиво, так как положение предполагает, что каждый из них был способен совершить убийство. Но это лишает следствие всякого смысла, «поскольку в результате» узнаешь только, кто именно, «но вовсе не о том, что другие не могли…». Да и вообще оказывается, что «убийца тот, кто не имеет повода к убийству…» Но «это — апология абсурда! Апофеоз бессмысленности! Бред!»

Теплоход отошел от причала. Крым «таял в полночной тьме. Вернее, возвращался к тем очертаньям, о которых нам твердит географическая карта».

Авторский материал: Содержание деятельности руководителя

Содержание деятельности руководителя

Юрий Петрович Платонов, доктор психологических наук, профессор Санкт-Петербургского государственного университета, ректор Санкт-Петербургского государственного института психологии и социальной работы, заслуженный работник высшей школы РФ.

Известно, что одни люди успешнее справляются с какими-то видами деятельности, другие — нет; что темп овладения какой-либо деятельностью и достигаемые в ней результаты у разных людей различны. Это обычно объясняют наличием способностей у человека к конкретному виду деятельности. Любая способность представляет собой систему качеств личности. Например, так называемые технические способности включают в себя специфически развитую наблюдательность, пространственное воображение и особый склад мышления. Способности к изобразительной деятельности обусловлены высокой чувствительностью зрительного анализатора, образной памятью и рядом сенсорных качеств, выражающихся в координации движений рук. В общем виде способность можно определить как систему индивидуально-психологических качеств человека, отвечающих требованиям данного вида деятельности и являющихся условием успешного ее выполнения.

Наряду с организаторскими способностями, на эффективность деятельности руководителя, как показывают исследования, оказывает влияние организаторская направленность его личности.

Анализ различных точек зрения на содержание понятия направленности и ее места в структуре личности позволяет нам сделать следующие обобщения:

Направленность является стержневым и многогранным свойством личности, обусловливающим ее индивидуальность и своеобразие.

Направленность определяется потребностями, интересами, склонностями личности.

Направленность характеризуется системой ведущих мотивов, определяющих внутреннюю позицию личности.

На основании системно-параметрического подхода, нами была разработана и апробирована методика измерения психологических характеристик направленности личности руководителя (ПХЛР), к характеристикам которой были отнесены: определенность, валентность, специфичность, креативность, удовлетворенность, целеустремленность, сопротивляемость, избирательность, осознанность и устойчивость.

Так, определенность характеризует уровень сформированности у руководителей интересов, склонностей и стремлений к организаторской деятельности, направленной как на решение производственных задач, так и на создание позитивного морально-психологического климата.

Валентность раскрывает степень связи организаторской направленности с другими видами направленности личности (эмоционально-нравственной и мировоззренческой) и характеризует проявление у руководителя стремления к справедливости, внимательности к людям, увлеченности выполняемым делом, чувства ответственности за результат. Важную роль играет общественно-политическая активность руководителя, его идейная убежденность и искренность.

Специфичность раскрывает степень взаимосвязи организаторской направленности руководителя с психологической структурой его управленческой деятельности. Для раскрытия этой структуры воспользуемся характеристиками функциональных компонентов психологической структуры профессиональной деятельности:

гностический компонент связан с умениями оперировать знаниями, приводить их в мобилизационную готовность для решения производственных задач, анализа достоинств и недостатков в деятельности как подчиненных, так и своей собственной;

проектировочный и конструктивный компоненты связаны с умением определить перспективы планирования работы как конкретного работника, так и всего коллектива в целом; при этом важное значение имеет правильное формулирование задач, стоящих перед коллективом, как в производственной, так и в воспитательной работе;

организаторский компонент связан с умением организовать деятельность как всего коллектива, так и отдельного его члена; большое значение имеет организация руководителем и своей собственной деятельности таким образом, чтобы она наиболее адекватно отражала задачи по организации коллектива;

коммуникативный компонент психологической структуры управленческой деятельности руководителя связан с умениями в области установления целесообразных взаимоотношений в официальной и неофициальной обстановке.

В том случае, когда в психологической структуре деятельности ведущими являются гностические и коммуникативные умения, тесно связанные с организаторской направленностью личности, руководитель организации (коллектива) достигает высокой результативности своей деятельности.

Креативность является одним из ведущих параметров в структуре организаторской направленности руководителя. Она характеризует связь направленности с организаторскими способностями. Необходимость выделения данного параметра обусловлена единым источником развития двух важнейших свойств личности руководителя — потребностями и интересами к организаторской работе.

Удовлетворенность характеризует эмоциональное отношение руководителя к своей деятельности и оказывает решающее влияние на ее результативность. Велико значение руководителя в создании атмосферы взаимопонимания в коллективе, но и настроение, эмоциональный тонус руководителя зависит от настроения коллектива. На психологическом уровне удовлетворенность выражается соотношением субъективной оценки того, что человек отдает группе, коллективу, обществу, и что он получает взамен. Удовлетворенность руководителя обусловлена тремя факторами: содержанием труда, стимулированием труда и социально-психологическими условиями трудовой деятельности.

Целеустремленность, прежде всего, раскрывает волевые качества личности руководителя. Управленческая деятельность по существу является волевой деятельностью. Целеустремленность как волевое качество личности связана со способностью человека совершать преднамеренные действия, направленные на достижение поставленных целей, сознательно регулировать свою деятельность и управлять своим поведением.

Сопротивляемость — параметр, характеризующий субъективно-осознаваемые руководителем трудности, которые он преодолевает в своей практической, управленческой деятельности. В преодолении этих трудностей и проявляется организаторская направленность руководителя.

Избирательность, осознанность, устойчивость являются параметрами, раскрывающими мотивационную сферу личности руководителя.

Так, избирательность характеризуется мотивами выбора руководителем своей управленческой деятельности, при этом важное значение имеет структура мотивов организаторской деятельности. Эти мотивы разделяются на смыслообразующие, придающие деятельности личностный смысл, и на мотивы, выполняющие роль побудительных стимулов. Такое разделение раскрывает отношение руководителя к предстоящей деятельности и характеризует мотивационную сферу его личности. В этой иерархии проявляются как объективные мотивы выбора управленческой деятельности (например, материальное стимулирование, удобное расположение и режим работы), так и мотивы, которые отражают субъективную сторону управленческого труда.

Осознанность раскрывает структуру мотивации управленческой деятельности. Мотивы деятельности отражают соотношение двух типов ориентации личности: на содержание деятельности и на условия ее стимулирования. Ориентация на факторы, стимулирующие деятельность, свидетельствует об отношении руководителя к труду как средству удовлетворения потребностей, лежащих за пределами управленческого труда. Ведущее значение мотивов, отражающих содержание деятельности, свидетельствует о преимущественном отношении к труду как средству удовлетворения потребностей, непосредственно связанных с управленческим процессом.

Устойчивость характеризуется группой мотивов, раскрывающих осознание руководителем своих дальнейших перспектив. На этом этапе возможно проявление ряда противоречивых тенденций и мотивов. Это, прежде всего, различие между желательным и реальным, между потребностью к деятельности и возможностью ее реализации в будущем, противоречивое единство положительной и отрицательной модальности значимости, побуждения к дальнейшей управленческой деятельности.

В реальной управленческой деятельности организаторская направленность личности руководителя может проявляться в его отношениях с подчиненными, в стремлении определенным образом оценивать их действия, эмоционально реагировать на их поведение. В этом проявляется так называемая установка руководителя, характеризуемая качествами его личности.

Основные типы установок руководителей по отношению к подчиненным:

Активно-положительный — руководитель доброжелательно и с уважением относится ко всем людям, их нуждам, проблемам, готов помочь каждому;

Скрыто-отрицательный — руководитель относится ко всем подчиненным предвзято, не доверяет им, считает хорошим работником только себя самого.

Функциональный — руководитель склонен делить всех подчиненных на хороших и плохих работников и распределяет между подчиненными привилегии, льготы и свое внимание в соответствии с их производственными заслугами.

Нейтральный — руководитель безразлично относится ко всем подчиненным, не склонен интересоваться их личными нуждами, вежлив, но не проявляет душевной теплоты.

Ситуативный — руководитель постоянно проявляет эмоциональную неуравновешенность, вспыльчивость, его обращение с подчиненными зависит от его настроения.

Однако организованность коллективной деятельности зависит не только от организаторских качеств личности руководителя, но и от проявления этих качеств в реальной управленческой деятельности. Вопрос о проявлении и формировании качеств личности руководителя в его деятельности должен рассматриваться в непосредственной связи с тем, что деятельность руководителя также существенно изменяется в результате приобретения им новых качеств и изменения существующих.

Таким образом, результативность деятельности руководителя как лидера зависит не только от субъективных факторов, но и от объективных особенностей содержания групповой деятельности.

Для определения лидерских возможностей руководителей важно четко представлять границы их деятельности. Содержание деятельности руководителя обусловлено, прежде всего, выполнением целого ряда управленческих функций по руководству организацией.

Так, административная функция является наиболее важной в деятельности руководителя, поскольку связана с координацией индивидуальной деятельности каждого члена коллектива в рамках одной общей, коллективной деятельности. Специфика этой функции заключается в структурированности и целостности усилий членов коллектива в достижении общих целей.

Целеполагающая функция связана с определением приоритета оперативных и тактических целей коллективной деятельности, определения методов и средств их достижения. Реализация этой функции требует от руководителя умения учитывать особенности текущего момента, способности находить правильное и адекватное решение в конкретной ситуации. Неспособность руководителя к выполнению этой функции приводит к дезорганизации деятельности коллектива. Поскольку целеполагающая функция руководителя заключается в планировании и прогнозировании коллективной деятельности, наиболее эффективным руководителем оказывается тот, кто способен осуществлять оптимальный выбор из ряда возможных решений на основе прогностической оценки ситуации.

Дисциплинарная функция связана с необходимостью поддержания в коллективе в процессе совместной трудовой деятельности должной результативности выполнения каждым членом коллектива своих обязанностей, а также следования принятым в коллективе нормам поведения. В выполнении дисциплинарной функции наиболее отчетливо проявляется ориентация на единоличное или коллегиальное решение вопросов; мера применения тех или иных методов воздействия характеризует личность руководителя.

Экспертно-консультативная функция связана, прежде всего, с профессиональной компетентностью руководителя. В процессе коллективной деятельности руководитель обычно является тем лицом, к которому чаще всего обращаются как к источнику достоверной и надежной информации или как к наиболее знающему человеку.

Коммуникативно-регулирующая функция предполагает регулирование в коллективе функционально-ролевых взаимоотношений и требует от руководителя давать необходимые разъяснения тем или иным управленческим решениям.

Функция представительства. Важную роль в жизнедеятельности любого коллектива играет представительство его руководителя во внешних организациях. Успешное осуществление функции представительства является одним из условий авторитета руководителя. Важную роль в осуществлении этой функции играет компетентность, опрятный внешний вид, спокойная манера поведения, уважительное отношение к своим товарищам, сдержанность в общении, четкое и ясное изложение своих мыслей.

Важнейшим условием выполнения воспитательной функции руководителем является формирование и развитие коллективности в совместной деятельности, максимальной включенности каждого члена коллектива в трудовой процесс, создание морально-психологического климата, основанного на деловом сотрудничестве и взаимопомощи. Межличностные отношения в коллективе, уровень их развития, модальность (эмоциональная окраска) отношений — индикатор реализации руководителем данной функции.

Психотерапевтическая функция раскрывает умение руководителя предотвращать и оперативно решать возникающие в коллективе конфликтные ситуации и устранять стресс-факторы. Эта сторона руководства в значительной степени влияет на результативность коллективной деятельности, повышая ее управленческо-воспитательный потенциал.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.elitarium.ru/

Сочинение: Проблематика романа М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита»

Проблематика романа М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита»

На долю произведений Булгакова выпала непростая судьба. При жизни автора были опубликованы лишь первая часть его романа “Белая гвардия”, книга фантастической и сатирической прозы, цикл рассказов “Записки юного врача” и многочисленные газетные фельетоны. Только в шестидесятые годы к писателю пришла широкая известность и, увы, посмертная слава. Родился Михаил Афанасьевич в Киеве на Воздвиженской улице в мае 1891 года. Отец его был преподавателем Духовной академии, мать в молодости работала учительницей. Дом на Андреевском спуске, атмосфера семейного тепла, интеллигентности и образованности навсегда остались в сознании писателя.

Окончив Первую киевскую гимназию, Булгаков поступает на медицинский факультет университета. Подобно другим деятелям русской культуры, вышедшим из разночинной среды и получившим прекрасное образование, Михаил Булгаков обладал четкими представлениями о чести русского интеллигента, которой ни разу не изменил.

Смело можно сказать, что итоговым произведением Булгакова, вобравшим в себя все идеи и помыслы писателя, звучавшие в более ранних произведениях, стал роман “Мастер и Маргарита”. Неудивительно, что роман этот полифоничен, богат сложными философскими и нравственными проблемами, захватывает широкий круг тем. О “Мастере и Маргарите” написано много критических статей, роман исследовали литературоведы разных стран мира. Роман содержит несколько пластов смысла, он необычайно глубок и сложен.

Попытаемся кратко охарактеризовать проблематику произведения и ее связи с основными героями романа. Глубочайшая философская проблема — проблема взаимоотношений власти и личности, власти и художника — находит отражение в нескольких сюжетных линиях. В романе присутствует атмосфера страха, политических гонений 1930-х годов, с которой столкнулся сам автор. Более всего тема угнетения, преследования неординарной, талантливой личности государством присутствует в судьбе Мастера. Недаром образ этот во многом автобиографичен. Однако тема власти, ее глубинного воздействия на психологию и душу человека проявляется и в истории Иешуа и Пилата.

Своеобразие композиции романа заключается в том, что в сюжетную ткань повествования о судьбах московских обитателей вплетается основанная на евангельском сюжете повесть — повесть об Иешуа Га-Ноцри и Понтии Пилате. Здесь раскрывается тонкий психологизм Булгакова. Пилат — носитель власти. Этим обусловлена двойственность героя, его духовная драма. Власть, которой наделен прокуратор, вступает в противоречие с порывом его души, не лишенной чувства справедливости, добра и зла. Иешуа, беззаветно верящий в светлое начало в человеке, не может осознать и принять действия власти, ее слепого деспотизма. Столкнувшись с глухой властью, бедный философ погибает. Однако в душу Пилата Иешуа заронил сомнение и раскаяние, мучившие прокуратора долгие века. Так, идея власти связана в романе с проблемой милосердия и прощения.

Для понимания этих вопросов важен образ Маргариты и посмертная судьба двух любящих друг друга героев. Для Булгакова милосердие выше мести, выше личных интересов. Маргарита громит квартиру критика Латунского, погубившего Мастера, но отвергает предложение уничтожить своего врага. После бала у Сатаны героиня в первую очередь просит за страдающую Фриду, забывая о собственном страстном желании вернуть Мастера.

Булгаков указывает своим героям путь душевного обновления, преображения. Роман с его мистицизмом, фантастическими эпизодами бросает вызов рационализму, мещанству, пошлости и подлости, а также гордыне и душевной глухоте. Так, Берлиоза с его самодовольной уверенностью в завтрашнем дне писатель приводит к гибели под колесами трамвая. Иван Бездомный, напротив, оказывается способным преобразоваться, отказавшись от прошлых заблуждений. Здесь возникает еще один интересный мотив — мотив духовного пробуждения, наступающего с потерей того, что в косном обществе считается разумом. Именно в психиатрической больнице решается Иван Бездомный не писать более своих жалких стихов. Булгаков осуждает воинствующий атеизм, не имеющий истинной моральной основы. Важная мысль автора, утверждаемая его романом, — мысль о бессмертии искусства. “Рукописи не горят”, — говорит Воланд. Но многие светлые идеи живут среди людей благодаря ученикам, продолжающим дело учителя. Таков Левий Матвей. Таков и Иванушка, которому Мастер поручает “написать продолжение” своего романа. Таким образом, автор заявляет о преемственности идей, их наследовании. Необычно истолкование Булгаковым функции “злых сил”, дьявола. Воланд и его свита, находясь в Москве, возвращали к жизни порядочность, честность, карали зло и неправду.

Именно Воланд приводит Мастера и его подругу в их “вечный дом”, даруя им покой. Мотив покоя также знаменателен в булгаковском романе.

Нельзя забывать и о ярких, замечательных своей выразительностью и сатирической остротой картинах московской жизни. Существует понятие “булгаковской Москвы”, появившееся благодаря таланту писателя подмечать детали окружающего мира и воссоздавать их на страницах своих произведений.

Проблематика романа “Мастер и Маргарита” сложна и разнообразна, понимание ее требует серьезных исследований. Однако можно сказать, что каждый читатель по-своему проникает в глубину булгаковского замысла, открывая для себя новые грани таланта писателя. Читатель с чуткой душой и развитым умом не может не полюбить это необычное, яркое и притягательное произведение. Именно поэтому талант Булгакова завоевал столько искренних поклонников во всем мире.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.coolsoch.ru/

Сочинение: Мужественные герои В. Скотта

Мужественные герои В. Скотта

Роман «Айвенго» принадлежит перу английского романиста Вальтера Скотта. События происходят в XII веке. Тогда королем Англии был Ричард Львиное Сердце. В стране происходила острая борьба между саксами и норманнами, а также между феодалами и землевладельцами. Рыцарские замки стали притоном для разбойников, а бедные люди были беззащитными и бесправными.

В тяжелое для страны время на родину возвращается наследник старого Седрика — Айвенго. До этого юноша путешествовал по Италии, Франции, Греции. Богатый феодал Седрик лишил наследства и выгнал из дома сына, потому что взгляды отца и сына на государственное устройство резко расходились. Айвенго за годы скитаний научился прятать свои настоящие чувства под маской равнодушия. Юноша переоделся в бедного богомольца и, оставшись неузнанным, пробрался в дом отца. Там он встретил воспитанницу Седрика — леди Ровену, к которой хранил любовь на протяжении долгих лет изгнания. Айвенго понимает, что жизнь отца мало в чем изменилась: Седрик такой же суровый и бескомпромиссный.

Молодой рыцарь ценит в людях, прежде всего, порядочность и искренность. Он не хочет отступать от своих принципов и считает, что власть феодалов должна быть ограниченной. Айвенго также верит в то, что все люди равны перед Богом, потому юноша спасает еврея Исака от ограбления.

Юноша не только справедливый, но еще и отважный воин. На рыцарском турнире он прекрасно выглядел в боевом снаряжении. На панцире было написано: «Рыцарь, лишенный наследства». Ловкость и юношеская грация просто очаровали зрителей. Айвенго получил в награду за победу золотой венок. Естественно, юноша подарил его своей любимой девушке — леди Ровене, но при этом остался неизвестным. Однако, когда с Айвенго сняли шлем, то все узнали сына могущественного Седрика.

Тяжелые раны рыцарям обычно лечат друзья и те, кто умеет ценить дружбу, искренность, отзывчивость. Айвенго помогает Исак, его дочь Ребекка, свинопас Гурт и даже сам король Ричард Львиное Сердце. Эти люди сделали все возможное, чтобы юноша выздоровел. Народный герой Локси считает, что его вольные стрелки смогут в любой момент защитить товарища. Свинопас Гурт говорит, что никогда не предаст друга, несмотря на возможное наказание.

Айвенго хорошо понимает, что сила человека — в дружбе, а его счастье — в любви. Всех, кто его окружает, покоряют Щедрость, доброта и простота молодого рыцаря. Едва выздоровев, Айвенго снова становится на защиту обездоленных, спасая Ребекку. Но на этот раз он рисковал своей жизнью.

Большую роль в романе играет легендарный король Англии — Ричард Львиное Сердце. Именно он под маской Черного Рыцаря выносит на руках из горящего замка раненого Айвенго, а потом совершает еще много хороших дел: спасает старого Седрика и леди Ровену, примиряет Айвенго с отцом и благословляет будущий брак юноши и Ровены.

Вальтер Скотт в своем романе рисует образы смелых, бесстрашных, мужественных людей, как рыцарей, так и простолюдинов. Даже грустно становится оттого, что в современном мире нет смелых странников, которые всегда были бы готовы вступиться за честь. Но я понимаю, что там, где есть рыцарь, добро обязательно победит зло. Настоящему рыцарю не нужны похвалы и награда. Смысл его жизни — приносить свободу и добро тем, кто в этом нуждается.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://slovo.ws/

Реферат: Искусство Греческой архаики

Ю.Колпинский

В период архаики (7 — 6 вв. до н.э.) греческое искусство далеко ушло от примитивных форм искусства гомеровского периода. Оно стало несравненно сложнее и, что самое главное, вступило на путь реалистического развития, с трудом преодолевая устойчивую косность давно сложившихся условных форм и борясь с ней. Прогрессивные завоевания и открытия в искусстве периода архаики неодинаково осуществлялись в разных областях искусства; всего больше их было в архитектуре и вазовой живописи, относительно меньше — в скульптуре, еще во многом скованной консервативными культовыми традициями.

Сложность и противоречивость искусства периода архаики объяснялись переходным характером этого исторического этапа в развитии греческого общества.

Власть главы племени, басилевса, еще в 8 в. до н.э. была сильно ограничена господством родовой аристократии — эвпатридов, сосредоточивших в своих руках богатства, землю, рабов, — а затем, в 7 в. до н.э., исчезла вовсе. Разложение старых первобытно-общинных отношений, имущественное неравенство, как и все шире применявшийся рабский труд, привели к сложению в Греции рабовладельческого строя. Развитие торговли и ремесел вызвало расцвет городской жизни и временный рост наряду с рабским и свободного труда, а вместе с ним — демоса, то есть массы свободных граждан полиса, противостоявшей старой родовой аристократии.

Период архаики стал временем ожесточенной классовой борьбы между старой родовой знатью — эвпатридами и народом — демосом, то есть массой свободных членов общины. Демос состоял из нескольких социальных групп (земледельцы, ремесленники, купцы и т. д.); интересы их не всегда совпадали, но эвпатриды были враждебны всем им. Поэтому, хотя формы перехода греческих общин к рабовладельческому строю были различны, наиболее важной и типичной для этого времени была борьба демоса против эвпатридов. Эвпатриды стремились к закабалению свободных общинников, что могло повести развитие греческого общества по пути, в какой-то мере напоминающему путь развития восточных рабовладельческих деспотий. Не случайно поэтому в процессе формирования греческого искусства в 7 и 6 вв. до н.э. встречались произведения, близкие по духу древневосточному искусству.

Значительное влияние древневосточных культур на искусство архаики объяснялось в основном тем, что художники складывавшегося в Греции рабовладельческого общества, решая стоявшие перед ними задачи, широко пользовались опытом и дости-. жениями в области искусства более древних культур рабовладельческого Востока. Вместе с тем по мере того как становилось все более ясным, что путь сложения рабовладельческого общества в Греции существенно отличается от Востока, все ярче выступало и своеобразие путей художественного развития Древней Греции. Восточные влияния, таким образом, отходили на второй план, и собственно античные черты определили характер наиболее передовых и типических явлений в искусстве архаики.

Победа, полная или частичная, широкой массы свободных крестьян, ремесленников, купцов и мореплавателей и ликвидация старых родовых учреждений привели к утверждению собственно античного варианта рабовладельческого общества.

В течение 7 — 6 вв. до н.э. широко раздвинулись границы распространения греческих поселений. Недостаточная плодородность земли приросте населения на материке и островах Греции, развитие морской торговли и в особенности обострение социальных противоречий в городах-государствах привели к образованию греческих колоний по отдаленным берегам Средиземного и Черного морей. Особенно большое значение в дальнейшей, истории древнегреческой культуры имели греческие поселения в Южной Италии и Сицилии (так называемая Великая Греция).

Период архаики был периодом создания греческого рабовладельческого общества и государства и сложения многих важных сторон греческой культуры и искусства. Это был период бурного развития общества, период роста его материальных и духовных богатств.

История архаического искусства в основном была историей преодоления старой художественной культуры родового общества и постепенной подготовки принципов реалистического искусства рабовладельческого полиса, которое утвердилось в дальнейшем, в 5 в. до н.э., после разгрома эвпатридов.

Именно в период архаики складывается система архитектурных ордеров, которая легла в основу всего дальнейшего развития античной архитектуры. В это же время расцветает повествовательная сюжетная вазопись и постепенно намечается путь к изображению в скульптуре прекрасного, гармонически развитого человека. От древнейшего периода культуру архаики отличают также возникновение и расцвет лирической поэзии, чрезвычайно важной для сложения греческого реализма, появление которой связано с выделением личности из рода и интересом к миру личных чувств человека.

Искусство архаики отличается большим своеобразием и обладает при всех его существенных ограниченных чертах своими собственными художественными достоинствами.

В целом изобразительные искусства периода архаики несли в себе еще очень много условности и схематизма. Реалистические черты, возникавшие в архаическом искусстве, не получали последовательно реалистического художественного обобщения. Композиция еще имела условный характер, в особенности групповая: изображение события сводилось нередко к символическому сопоставлению фигур, либо — в вазописи и рельефе — к ряду отдельных изображений, часто не связанных единством действия, а иногда даже и единством места и времени. Вместе с тем многообразные античные мифы и сказания впервые стали предметом широкого отражения в изобразительных искусствах. К концу периода архаики в искусство все чаще стали проникать и темы, взятые из реальной действительности.

К концу 6 в. новые, классические тенденции начинают приходить во все большее противоречие с методами и принципами архаического искусства. Хотя племенные различия давали еще о себе знать в греческом искусстве периода архаики, борьба передовых сил в архаическом искусстве с течениями, им враждебными, происходила во всех местных школах Греции и была важнее и существеннее различий между дорической и ионической школами, хотя эти различия были вполне отчетливыми и довольно значительными.

Ионическое (или ионийское) искусство по преимуществу было связано с культурой торговых полисов островной и малоазийской Греции, большинство которых было населено ионийской группой греческих племен; в целом это искусство отличалось большим изяществом, декоративной утонченностью, интересом к передаче движения. Дорическое (или дорийское) направление было связано главным образом с областями материковой Греции, преимущественно населенной дорийцами.

Дорические мастера особенно настойчиво разрабатывали задачи создания монументального героического искусства; их заслуга заключалась прежде всего в правдивой передаче человеческого тела и его пропорций.

Особое место в искусстве эпохи архаики заняла аттическая школа. В ней с наибольшей полнотой выразились прогрессивные стороны искусства архаики, особенно в конце архаического периода.

***

В архитектуре архаики проявились с наибольшей силой прогрессивные тенденции искусства этого времени. Уже в глубокой древности искусство Греции создало новый тип здания, ставший в ходе веков ярким отражением идей демоса, то есть свободных граждан города-государства.

Таким зданием был греческий храм, принципиальное отличие которого от храмов Древнего Востока заключалось в том, что он являлся центром важнейших событий общественной жизни граждан города-государства. Храм был хранилищем общественной казны и художественных сокровищ, площадь перед ним была местом собраний и празднеств. Храм воплощал идею единства, величия и совершенства города-государства, незыблемость его общественного уклада.

Архитектурные формы греческого храма сложились не сразу и в период архаики претерпели длительную эволюцию. Однако в искусстве архаики была уже в основном создана продуманная, ясная и вместе с тем очень разнообразно применявшаяся система архитектурных форм, которая легла в основу всего дальнейшего развития греческого зодчества.

Времена, когда храм был родовым или царским святилищем, ушли в далекое прошлое. Уже в 7 в. до н.э. жертвенник окончательно был вынесен из здания храма на площадь перед ним. Это было вызвано тем, что храм и площадь перед ним стали центром массовых народных процессий и празднеств, объединявших всех свободных граждан города. В эпоху архаики были опыты создания огромных храмов, в которых могли бы поместиться большие массы народа, но чаще всего греческие храмы были сравнительно с сооружениями Древнего Востока не слишком велики и не подавляли человека своими размерами.

Являясь воплощением гражданского единства города-государства, храм ставился в центре акрополя или городской площади, получая наглядно подчеркнутое господство в архитектурном ансамбле города. Поэтому, хотя в старых священных местах (как, например, в Дельфах), часто находившихся на далеком расстоянии от городов, и сооружались новые более совершенные храмы, самый тип храма развивался, разрешая задачу создания архитектурного центра общественной жизни, способного ясно выразить духовный и гражданский строй города-государства. Ясность и простота основных архитектурных форм храма и их художественное совершенство, доступное и близкое народу, приобретали особое значение.

Общественный смысл и чисто земной, человеческий характер греческого храма не менялся оттого, что он посвящался богу — покровителю города: развитие самой греческой религии шло ко все более решительному очеловечению ее образов. Храм, посвященный богу, был всегда обращен главным фасадом на восток, храмы, посвящавшиеся обожествленным после смерти героям, обращались на запад, в сторону царства мертвых.

Простейшим и древнейшим типом каменного архаического храма был так называемый «храм в антах». Он состоял из одного небольшого помещения — наоса, открытого на восток. На его фасаде, между антами, то есть выступами боковых стен, были помещены две колонны. Всем этим «храм в антах» был близок к древнему мегарону. В качестве главного сооружения полиса «храм в антах» был мало пригоден: он был очень замкнут и рассчитан на восприятие только с фасада. Поэтому он позднее, особенно в 6 в. до н.э., использовался чаще всего для небольших сооружений (например, сокровищниц в Дельфах; илл. 114 б).

Более совершенным типом храма был простиль, на переднем фасаде которого были размещены четыре колонны. В амфипростиле колоннада украшала как передний, так и задний фасад, где был вход в сокровищницу.

Классическим типом греческого храма стал периптер, то есть храм, имевший прямоугольную форму и окруженный со всех четырех сторон колоннадой. Периптер в основных чертах сложился уже во второй половине 7 в. до н.э. Дальнейшее развитие храмовой архитектуры шло главным образом по линии совершенствования системы конструкций и пропорций периптера.

Создание периптера позволило свободно помещать здание в пространстве и придало всему строю храма торжественную строгую простоту.

Основные элементы конструкции периптера также очень просты и глубоко народны по своему происхождению. В своих истоках конструкция греческого храма восходит к деревянному зодчеству с глинобитными стенами. Отсюда идет двускатная крыша и (впоследствии каменные) балочные перекрытия; колонны тоже восходят к деревянным столбам. Но это не значит, что конструкция греческих храмов являлась механическим перенесением деревянных конструкций в каменное зодчество. Архитекторы Древней Греции хорошо понимали и учитывали конструктивные свойства строительных материалов. Вместе с тем они стремились подчеркнуть и развить художественные возможности, скрытые в самой конструкции здания. В результате этой работы сложилась ясная и цельная художественно осмысленная архитектурная система, которая позднее, у римлян, получила название ордера (что означает порядок, строй). Применительно к греческому зодчеству слово ордер подразумевает в широком смысле этого слова весь образный и конструктивный строй греческой архитектуры, главным образом храма, но чаще имеет в виду только порядок соотношения и расположения колонн и лежащего на них антаблемента (перекрытия).

Эстетическая выразительность ордерной системы была основана на целесообразной гармонии соотношения частей, образующих единое целое, и на ощущении упругого, живого равновесия несущих и несомых частей. Даже совсем незначительные изменения пропорций и масштабов ордера давали возможность свободно видоизменять весь художественный строй здания.

В эпоху архаики греческий ордер сложился в двух вариантах — дорическом и ионическом. Это соответствовало и двум основным местным школам в искусстве.

Дорический ордер, по мнению греков, воплощал идею мужественности, то есть гармонию силы и торжественной строгости. Ионический ордер, наоборот, был легок, строен и наряден; когда в ионическом ордере колонны заменялись кариатидами, то не случайно ставились именно изящные и нарядные женские фигуры.

Греческая ордерная система не являлась отвлеченным трафаретом, механически повторяющимся в каждом очередном решении. Ордер был именно общей системой правил, исходящих из общего метода решения. Само же решение всегда носило творческий, индивидуальный характер и сообразовывалось не только с конкретными задачами и целями строительства, но и с окружающей природой, а в период классики — и с другими зданиями архитектурного ансамбля. Каждый храм был создан именно для данных условий, для данного места. Отсюда то ощущение художественной неповторимости, которое вызывают в зрителе греческие храмы.

Все эти замечательные качества и особенности греческой архитектуры получили свое полное развитие лишь в период классики, в 5 — 4 вв. до н.э.) но были подготовлены в значительной мере уже в архаический период.

Дорический храм-периптер был отделен от земли каменным основанием — стереобатом, который был несколько шире колоннады храма и обычно состоял из трех массивных ступеней, шедших вдоль всех четырех фасадов. Верхняя ступень и вся верхняя поверхность стереобата, или стилобат, служила как бы постаментом для храма. В наос, то есть прямоугольное помещение, из которого состоял собственно храм, свет проникал или через световые люки в потолке, или через двери. Вход в наос помещался за колоннадой со стороны главного фасада и был оформлен пронаосом, напоминающим по конструкции портик «храма в антах». Иногда кроме наоса существовал еще опистодом — помещение, находившееся позади наоса, с выходом в сторону заднего фасада.

Наос (с пронаосом и опистодомом) был со всех сторон окружен колоннадой, называвшейся «птерон» («крыло»). Колоннада периптера (то есть храма, «со всех сторон окрыленного»), возвышаясь над горизонталью стилобата, поддерживала перекрытие (опорные балки и карниз), над которым поднималась кровля, покрытая черепицей или мраморными плитками. Внутри наоса было прохладно, царил легкий сумрак. Оживленная игра света и тени в колоннаде создавала переход от яркого света дня к сумраку наоса. Стоявший на стереобате храм создавал у зрителя своей упругой и мощной колоннадой, держащей тяжелое перекрытие, впечатление ясного и гармонического равновесия сил.

Колонна была важнейшей частью ордера, так как она являлась основной несущей частью (см.рисунок). Колонна дорического ордера опиралась непосредственно на стилобат; ее пропорции в архаический период были обычно приземистыми и мощными (высота равна 4 — 6 нижним диаметрам). Дорическая колонна состояла из ствола, заканчивавшегося вверху капителью. Ствол был прорезан рядом продольных желобов — каннелюр; они шли вдоль всего ствола колонны и игрой света и тени подчеркивали ее объемность, а также усиливали общий вертикальный строй всей колоннады. Колонны дорического ордера не были геометрически точными цилиндрами. Кроме общего сужения кверху они имели на высоте одной трети некоторое равномерное утолщение — энтазис, — хорошо заметное на силуэте колонны. Энтазис, подобно напряженным мышцам живого существа, создавал ощущение упругого усилия, с которым колонны несли антаблемент. Дорическая капитель была очень проста; она состояла из эхина — круглой каменной подушки, — и абаки — невысокой каменной плиты, на которую ложилось давление антаблемента.

Искусство Греческой архаики

 Пропорциональное соотношение греческих архитектурных ордеров: дорического, ионического и коринфского

Антаблемент складывался из архитрава, то есть балки, которая лежала непосредственно на колоннах и несла всю тяжесть перекрытия, фриза и карниза. Архитрав дорического ордера был гладким. Дорический фриз состоял из триглифов и метоп. Триглифы по своему происхождению восходили к выступающим торцам балок; они разделялись на три полосы вертикальными желобками. Метопы были прямоугольными плитами, когда-то, в 8 — 7 вв. до н.э., керамическими, а затем, с 7 в. до н.э. — каменными; они заполняли промежутки между триглифами. Карниз завершал антаблемент.

Треугольники, образованные на переднем и заднем, фасадах — под двускатной крышей, — назывались фронтонами. Конек крыши и ее углы венчались скульптурными (обычно керамическими) украшениями, так называемыми акротериями. Фронтоны и метопы заполнялись скульптурой.

Колонна ионического ордера легка и стройна, она выше и тоньше по своим пропорциям, чем дорическая колонна, ее высота равна 8 — 10 нижним диаметрам. Ионическая колонна имела базу, из которой она словно вырастала кверху. Каннелюры, в дорической колонне сходившиеся под углом, в ионической колонне разделены плоскими срезами граней. От этого количество вертикальных линий как бы удваивалось, что сообщало колонне особенную легкость. Благодаря тому что желобки в ионической колонне были врезаны глубже, игра света и тени на ней была богаче и живописнее.

Капитель ионического ордера имела эхин, образующий два изящных завитка — волюты. Из-за волют капители угловых колонн требовали сложного разрешения. Архитрав ионического ордера был разделен по горизонтали на три полосы, отчего он казался более легким. Фриз шел сплошной лентой вдоль всего антаблемента. Карниз был богато декоративно обработан.

Система дорического ордера в своих основных чертах сложилась уже в 7 в. до н.э. и определила собой главную линию развития греческого зодчества на Пелопоннесе и в Великой Греции (то есть Сицилии и Южной Италии). Ионический ордер сложился к концу 7 в. до н.э. Он получил развитие прежде всего в малоазийской и островной Греции, в богатых торговых городах, близко соприкасавшихся с культурой Востока.

Позднее, уже в эпоху классики, получил развитие третий ордер — коринфский, — близкий к ионическому и отличавшийся от него главным образом тем, что в нем колонны, несколько более вытянутые по пропорциям (высота колонны доходит до 12 нижних диаметров), были увенчаны пышной и сложной корзинообразной капителью, составленной из растительного орнамента — стилизованных листьев аканфа — и завитков (волют).

Для эволюции архаических дорических храмов характерен переход от тяжеловесных и приземистых пропорций к пропорциям более стройным и гармонически ясным.

Более ранние храмы нередко имели слишком грузные капители или слишком короткие стволы колонн; соотношение количества колонн на длинных и торцовых сторонах часто было таким, что храм оказывался чрезмерно вытянутым в длину; иногда на фасаде ставилось нечетное число колонн, что не давало возможности выделить главный вход и сделать его главной осью композиции. Постепенно все такие недостатки исчезали.

Одним из древнейших дорических храмов был храм Геры (Герайон) в Олимпии (7 в. до н.э.); сохранившиеся остатки этого храма дают ясное и наглядное представление как о плане храма, так и об общем расположени и соотношении частей архаического дорического периптера (илл. 114 а).

Много дорических храмов было построено в архаический период в Великой Греции. Наиболее известны развалины храмов в Селинунте и так называемая «Базилика» в Пестуме. В «Базилике» подчеркнута прежде всего мощь и устойчивая сила сооружения; гармония пропорций в ней отсутствует, особенно из-за слишком вздутого энтазиса.

Одним из наиболее совершенных сооружений поздней архаики был храм Аполлона в Коринфе (на Пелопоннесе; илл. 115). Его план такасе еще несколько удлинен (на фасадах 6 колонн, на длинных сторонах — 15); крепкие и тяжелые колонны поставлены довольно часто. Но в этом храме на первый план уже выступает ясность и гармоничность пропорций, общая монументальная строгость и сила архитектурных форм.

Храм Аполлона в Коринфе, построенный во второй половине 6 в. до н.э., является произведением зрелого мастерства. Его следует рассматривать как непосредственного предшественника замечательных храмов классического периода. В нем уже с очень большой художественной полнотой выражено нравственное величие и гармония рождающейся новой, демократической художественной культуры Греции. Если в лирике 7 — 6 вв. до н.э. (у Алкея или у Сафо) нашла свое художественное утверждение сила и красота пробудившихся чувств и переживаний человека — гражданина города-государства, то в архитектуре нашли свое выражение идеи величия и красоты родного полиса и единства его наиболее передовых демократических сил.

В архаической архитектуре как ионического, так и дорического ордера, строившейся из известняка, нашла широкое применив яркая раскраска. Основным было чаще всего сочетание красного и синего цветов. Раскрашивались тимпаны фронтонов (то есть их треугольное поле под двускатной крышей) и фоны метоп, триглифы и некоторые другие детали антаблемента. Раскрашивалась и скульптура, украшавшая архаические храмы. Раскраска повышала ощущение праздничности облика архитектуры и, кроме того, особенно в дорическом ордере, подчеркивала архитектонику его частей.

Ионическая архитектура, в целом развивавшаяся в архаический период в том же направлении, что и дорическая, отличалась от нее большим богатством декорации, большим изяществом и легкостью. Даже старому типу храма «в антах» ионический ордер придал необычайно нарядный облик; так строились еще в 6 в. до н.э. небольшие здания, окружавшие главный храм, например, сокровищница сифнийцев в Дельфах с фигурами празднично одетых девушек (кор) вместо колонн.

Храмы Ионии, то есть городов побережья Малой Азии и островов, отличались особенно большими размерами и роскошью убранства. В этом сказалась тесная связь городов-государств малоазийской Греции с культурой Востока. Храмы эти оказались в стороне от основной линии развития греческой архитектуры. Архитектура греческой классики широко разработала все лучшие стороны ионического ордера, но осталась чуждой пышной роскоши этих грандиозных храмов архаической Ионии; эта черта ионической архитектуры получила свое дальнейшее развитие лишь в период эллинизма.

Из архаических храмов Ионии наибольшей известностью пользовался первый храм Артемиды в Эфесе, законченный постройкой во второй половине 6 в. до н.э. и достигавший более 100 м в длину. Храм этот был не периптером, а диптером — его колоннада была двойной. Глубокий пронаос состоял из четырех рядов колонн, по две в каждом ряду. Колонны на западном и восточном фасадах опирались на барабаны, украшенные скульптурными рельефами.

По сравнению с дорическими периптерами храм Артемиды в ЭФесе поражал своей величиной и великолепием, богатой игрой светотени и сложным ритмом сменяющихся рядов колонн, но ему недоставало строгой соразмерности и ясной простоты, присущей дорическим храмам поздней архаики. Именно строители дорических храмов с наибольшей полнотой выразили передовые художественные идеи своего времени, и в дальнейшем выработанный ими продуманный и строгий тип периптера разрабатывался и совершенствовался в качестве ведущего типа архитектурного сооружения в период классики.

***

Период архаики был периодом расцвета художественных ремесел. Потребность в изделиях прикладного искусства вызывалась ростом благосостояния значительной части свободного населения и развитием заморской торговли. Особенно высокого расцвета достигла греческая керамика.

Греческие вазы служили для самых разнообразных целей и потребностей. Они были очень разнообразны по форме и размерам. Обычно вазы покрывались художественной росписью. Лучшие произведения мастеров архаической вазописи были подлинными художественными созданиями, и, видимо, сами мастера относились к ним со всей серьезностью и ответственностью. Не случайно поэтому многие вазы носят подпись создавшего их мастера, а иногда и двух — горшечника и художника. ЭТО5 кстати, указывает на выросшее чувство ценности личности и ее дарований. Конечно, художественно выполненные и богато расписанные вазы не были предназначены для повседневных бытовых нужд. И все же расцвет вазописи тесно связан с творческим отношением ремесленника к своему труду и с его глубоким пониманием единства практической и эстетической ценности вещи, которое так свойственно народному искусству.

В 7 и особенно в 6 в. до н. э- сложилась довольно стройная, хотя и допускающая отдельные вариации система постоянных форм ваз, имевших разное назначение. Так, амфора предназначалась для хранения вина и масла; кратер — для смешивания (во время пИра) воды с вином; из килика пили вино; в стройном лекифе хранились благовония для возлияний на могилах умерших. По сравнению с керамикой гомеровского периода формы и пропорции ваз стали строже и красивее. Своим ясным, тонко почувствованным ритмом, соразмерностью всех частей греческие вазы превзошли сосуды и Древнего Египта и Эгейского мира. Размещение рисунков на вазах и их композиционный строй были тесно связаны с формой вазы.

Эволюция вазовых росписей шла от схематичных и отвлеченно-декоративных изображений к композициям развернуто сюжетного характера, наглядно повествующим о действиях и поступках изображенных героев. Смелые реалистические искания художников-вазописцев часто опережали развитие скульптуры.

Во времена ранней архаики (7 в. до н.э.) в греческой вазописи господствовал так называемый «ориентадизирующий» (то есть подражающий Востоку) стиль. Центрами этого направления были торговые города островной и малоазийской Греции, а также Коринф. Вазы с островов Мелоса, Родоса и из Коринфа (илл. 116 а) отличались нарядностью росписи, носившей в основном декоративный характер. Росписи эти выполнялись коричневой краской нескольких тонов, от почти красного до буровато-коричневого. Целый ряд мотивов орнамента благодаря торговым и культурным связям был заимствован с Востока. Художники этих ваз соединяли в одной композиции схематичные изображения человека, животных или фантастических существ с чисто орнаментальными мотивами, стремясь заполнить все поле композиции, не оставляя пустых мест, и этим создать впечатление декоративного целого. Принципиальной разницы между изображением людей и орнаментом мастер не видел.

В 6 в. до н.э. на смену ориентализирующему стилю пришла так называемая чернофигурная вазопись, зародившаяся еще в 7 в. Узорный орнамент был вытеснен четким силуэтным рисунком, характеризующим общий облик фигуры и более или менее выразительно передающим жест и движение. Рисунки людей и животных заливались черным лаком и отчетливо выделялись на красноватом фоне обожженной глины; иногда добавлялись белый цвет и процарапывание узора одежды, волос и т. п. по поверхности лака. Последовательно проходившая перед зрителем вереница фигур развертывала ясную и понятную ленту повествования.

Так, на одном коринфском кратере середины 6 в. до н.э. изображен бег колесниц, медные треножники, предназначенные в награду победителю, и зрители, приветствующие победителей.

Наибольшего расцвета чернофигурная вазопись достигла в Аттике. Название одного, из предместий Афин, славившегося в 6 и 5 вв. до н.э. своими гончарами, — Керамик — превратилось в название изделий из обожженной глины.

Кратер Клития, выполненный в мастерской Эрготима около 560 г. до н.э. (так называемая «Ваза Франсуа»; илл. 116 6), может дать представление обо всем изобразительном богатстве чернофигурной вазописи. Рисунок на огромном кратере разбит на ряд поясов. Большинство из них носит конкретный сюжетный характер и посвящено рассказам о целом ряде событий (охота на каледонского вепря, состязание колесниц и т. п.). Центральную часть занимает изображение бракосочетания родителей Ахилла — Пелея и Фетиды. Ниже изображен Ахилл, преследующий Троила; самый нижний ряд заполнен изображениями животных и чудовищ. Человеческие фигуры лишены какой-либо индивидуальной характеристики: они плоскостны, и их движения резки и угловаты; животные (особенно лошади) точнее по рисунку, изящнее и живее. Каждая полоса в отдельности дает затейливый ритмический узор и вместе с тем наглядный рассказ, изобилующий подробностями; оформление вазы в целом представляет собой явный пример перехода от «коврового» заполнения всей поверхности вазы к более строгой композиционной архитектонике.

Крупнейшим аттическим вазописцем середины 6 в. до н.э. (550 — 530), с наибольшей силой раскрывшим все живые и прогрессивные стороны чернофигурной вазописи, был Эксекий. В его руках мифологические сказания и эпизоды из гомеровского эпоса превратились в выразительные сцены, хотя он сохранил еще ограниченные стороны силуэтного рисунка. Таков, например, рисунок на амфоре, изображающий Аякса и Ахилла, играющих в кости (илл. 117 б); их восклицания написаны тут же, рядом с фигурами.

Представление о высоком мастерстве Эксекия дает изображение Диониса в ладье (роспись дна килика), отличающееся тонким чувством ритма и мастерством композиции (илл. 117 а). Изображен миф о Дионисе — о его чудесном спасении от морских разбойников, которых он превратил в дельфинов. Удлиненные и изогнутые силуэты корабля и дельфинов великолепно вписаны в круг. Разбросанные по полю композиции дельфины с выгнутыми спинами создают полную беспокойного движения игру линий, напоминающую о плеске волн. Большая по сравнению с ними ладья со стремительно выгнутой линией борта, с наполненным ветром парусом как бы плавно скользит по поверхности моря. Прихотливый узор виноградной лозы, выросшей на мачте, венчает композицию.

Если килик Эксекия поражет утонченной поэзией и глубоким пониманием гармонии композиции, то росписи Андокида (третья четверть 6 в. до н.э.) замечательны смелым введением в силуэтную чернофигурную вазопись обильных реалистических мотивов, вступающих норой в противоречие с приемами плоскостной архаической вазописи. Хорошее представление о творчестве Андокида может дать амфора, выполненная в его мастерской, с изображением Геракла и Цербера (Музей изобразительных искусств имени Пушкина). Следует отметить живое движение Геракла, ставшего на одно колено и приманивающего Цербера.

Росписи поздних чернофигурных ваз дали впервые в греческом искусстве образцы многофигурной композиции, в которой все действующие лица находились в реальной взаимосвязи, диктуемой характером события.

По мере дальнейшего нарастания реализма в греческом искусстве в вазописи наметилась тенденция к преодолению плоскостности и условности, заложенной во всей художественной системе чернофигурной вазописи. Это привело около 530 г. до н.э. к целому перевороту в технике вазовой росписи — к переходу к так называемой краснофигурной вазописи со светлыми фигурами на черном фоне. Законченные образцы новой техники были созданы в мастерской Андокида, но в полную меру все художественные возможности краснофигурной вазописи были раскрыты уже в период классического искусства.

Таким образом, в вазописи, как и в архитектуре, к концу архаического периода получили исключительно важное значение реалистические тенденции, во многом подготовившие победу реализма в искусстве Греции эпохи классики.

***

Гораздо более противоречивым было развитие архаической скульптуры.

Почти до самого конца архаического периода — до середины 6 в. до н.э. создавались строго фронтальные и неподвижные статуи богов, словно застывшихв торжественном покое. На этих статуях, несших в себе сковывающие и далекие от жизни древние традиции, лежала печать канонической схемы, не позволявшей художникам нарушать правила, установившиеся для изготовления такого рода культовой скульптуры. В отвлеченности и даже иногда геометризме форм сказывались приемы, идущие еще от искусства гомеровского периода.

К такому типу статуй относятся «Артемида» с острова Делоса, «Гера» с острова Самоса, «Богиня с гранатовым яблоком» Берлинского музея.

«Артемида» с острова Делоса (7 в. до н.э.), принесенная в дар богине некоей Никандрой (как следует из надписи на статуе), представляет собой почти нерасчлененный каменный блок со слабо намеченными формами тела (илл. 118 а). Голова поставлена прямо, волосы симметрично падают на плечи, руки опущены вдоль тела, Ступни ног кажутся механически приставленными к глыбообразной массе длинной одежды. Происхождение такой статуи от примитивного древнего ксоана не вызывает сомнений, и новым здесь является лишь некоторое стремление к правильной пропорциональности человеческой фигуры.

Что в данном случае нельзя говорить только о неумении изобразить человеческую фигуру или о недостатке мастерства, ясно видно на примере статуи «Геры» с острова Самоса (первая половина 6 в. до н.э.), сделанной примерно через сто лет после предыдущей (илл. 118 6). Художник, создавший эту статую, . очень хорошо передал различные ткани — тяжелой верхней и тонкой нижней одежды, тщательно изобразил складки, несомненно правильно установил пропорции Этой женской фигуры. Однако статуя напоминает скорее ствол дерева, а не живое человеческое тело; она кажется скованнее и мертвеннее, чем самые условные из египетских статуй. По сравнению с искусством гомеровского периода здесь есть, конечно, много нового и прежде всего — строгая, ясная пропорциональность и объемность фигуры. Но подлинно реалистических задач такое искусство еще не ставит: задачей художника было создать торжественное, застывшее изваяние, предмет культа, священный и таинственный образ божества.

В статуе «Богини с гранатовым яблоком» (6 в. до н.э.) сохранилась, в противоположность статуе «Геры», голова, лишенная, как и вся статуя, живого выражения. От этого лишь нагляднее становится общий условный характер такого рода религиозной скульптуры, близко напоминающий аналогичное искусство Древнего Востока. Но складки одежды, симметричными изгибающимися линиями идущие сверху вниз, общая изысканность силуэта и нарядная расцветка придают статуе при всей ее манерности своеобразное чувство праздничности.

«Восточным», ориентализирующим духом отличались сидящие фигуры правителей (архонтов), расставленные вдоль дороги к древнему храму Аполлона (Дидимейону) близ Милета (в Ионии). Эти схематичные, геометрически упрощенные статуи, похожие на каменные глыбы с сухо прочерченными линиями складок одежды, были сделаны очень поздно — в середине 6 в. до н.э. Образы правителей (имя одного из них — Харес — сохранилось в надписи на статуе) трактованы как торжественные культовые изображения. Можно представить себе, что таким могло стать все искусство Греции, если бы в нем не победила передовая гуманистическая и демократическая тенденция художественного развития.

Статуи, созданные художниками этого консервативного и условного направления, нередко были колоссальных размеров, также подражая в этом смысле Древнему Востоку. Такой была, например, несохранившаяся бронзовая статуя Аполлона в Амиклах (6 в. до н.э.), известная по описаниям и изображениям на монетах и достигавшая около 13 м в высоту. Судя по описанию Павсания, этот Аполлон был похож на медную колонну с приставленными к ней головой и руками.

Было бы, однако, совершенно неправильно считать, что в архаической скульптуре господствовало отвлеченное мировоззрение и преобладала мертвая и условная торжественность. Наряду с чуждыми реализму тенденциями, затруднявшими живое развитие искусства, в архаической монументальной скульптуре были тенденции более жизнеспособные и более передовые, и за ними оказалось будущее.

Особенно типичными для периода архаики были прямо стоящие обнаженные статуи героев, или, позднее, воинов, так называемые куросы.

Тип куроса сложился на протяжении 7 и начала 6 в. до н.э. первоначально, повидимому, на Пелопоннесском полуострове. Его появление имело большое прогрессивное значение для дальнейшего развития греческой скульптуры. Самый образ куроса — сильного, мужественного героя или воина — был связан с развитием гражданского самосознания человека; он означал большой шаг вперед по сравнению со старыми художественными идеалами. Связанные сначала с культом героев, эти статуи куросов к 6 в. до н.э. стали связываться с еще более жизненными образами идеальных воинов, — они начали служить надгробиями воинов и ставиться в честь победителей на олимпийских и других состязаниях, которые сами изменили свое первоначальное значение празднеств в честь умершего.

Это выдвижение в качестве героя наряду с богами также и человека — атлета и воина — показывало, что архаическое греческое искусство путем возвеличивания лучших, самых сильных и самых мужественных граждан начало ставить задачи общественного воспитания людей, утверждая передовые этические идеалы своего времени. Хотя в куросах не было никакого индивидуального, портретного характера и никакого определенного переживания, в них явственно ощущался общий дух суровой мужественности и собранной энергии, который сближал строй этих статуй с идейным содержанием ранней дорической архитектуры.

Общее развитие типа куроса шло в сторону все большей верности пропорций, преодоления элементов геометрического упрощения и схематизма, ухода от условной декоративной орнаментальности в трактовке деталей. Однако до самого конца 6 в. до н.э. сохранялся фронтальный и неподвижный строй этих статуй, словно выключавший их из реального пространства, из реальной жизни. Это глубокое противоречие самого типа статуи куроса — между их общественным содержанием и традиционной условностью формы — не могло быть разрешено архаическим искусством. Для этого понадобились радикальные сдвиги и перемены в человеческом сознании, которые произошли после реформ Клисфена и окончания греко-персидских войн. Черты ранней дорической трактовки типа куроса очень наглядно выражены в скульптурной группе Полимеда Аргосского, посвященной легендарным героям — Клеобису и Битону. От этой группы сохранилась лишь одна целая статуя, другая дошла в обломках. Полимед, работавший в Аргосе на Пелопоннесе, — одно из первых исторически достоверных имен мастеров греческого искусства; жил он в первой половине 6 в. до н.э.

Для «Клеобиса» (или Бптона, так как неизвестно, кто из них изображен в сохранившейся статуе) характерна резко и довольно еще грубо подчеркнутая структура человеческого тела; он поставлен строго фронтально и почти симметричен, если не считать того, что его левая нога выдвинута вперед, условно изображая движение фигуры (илл. 119 а). В этом изображений физически развитого и хорошо подготовленного к борьбе бойца-гоплита его духовные качества (мужественность, сила духа, решимость и т. п.) показаны еще в самой примитивной и неопределенной форме.

Другим примером ранней статуи куроса может служить курос Метрополитенского музея в Нью-Йорке (илл. 119 б), более стройный, но не менее схематичный по своей форме (в особенности это относится к геометризированному и орнаментальному исполнению деталей головы).

К середине 6 в. до н.э. куросы начали становиться более живыми и человечными, мышцы тела стали моделироваться лучше, пропорции стали более правильными. Стремление придать выразительность лицу статуи привело к сложению очень часто повторяющейся в архаической скульптуре схемы так называемой «архаической улыбки». Улыбка эта имела вполне условный характер, но все же она, видимо, должна была выражать состояние той жизнерадостности и уверенности в своих силах, которыми был проникнут весь образный строй статуи. Правда, нередко эта «архаическая улыбка», чрезмерно подчеркнутая и орнаментально трактованная, придает куросам несколько манерный облик (как, например, в так называемом «Аполлоне Тенейском», сделанном в первой половине 6 в. до н.э.).

Так называемый «Аполлон Птойос» (из Беотии) является хорошим образцом куроса времен поздней архаики (илл. 121 а). Более точная моделировка формы, благородство пропорций и верное чувство строения человеческого тела придают этой статуе несравненно большую жизненную убедительность; ее строгая простота гораздо более соответствует образу героя, чем преувеличенно подчеркнутая физическая сила более ранних куросов. Тем более неоправданной выглядит здесь традиционная схема фронтальной и неподвижной композиции.

В статуях куросов и других произведениях монументальной архаической скульптуры есть несомненная близость к искусству Древнего Египта, которое было известно в Греции и могло служить примером для греческих художников до тех пор, пока новые идейные задачи греческой демократии окончательно не переросли традиции и влияния искусства Древнего Востока.

Сковывающие тенденции условного и отвлеченного решения человеческого образа в архаическом греческом искусстве особенно наглядно проявились в тех скульптурных произведениях, где нужно было изображать движение.

К таким произведениям относилась статуя богини победы — Ники — с острова Делоса, выполненная в первой половине 6 в. до н.э. ионийским (хиосским) мастером Архермом (илл. 1216). Эта статуя стояла на высокой колонне; фигура вырисовывалась на фоне неба и была рассчитана только на одну точку зрения — спереди. Ника была изображена летящей; статуя дошла до нас сильно поврежденной, но ее первоначальный вид можно представить себе по сохранившемуся фрагменту. Движение было изображено в полной мере символически: верхняя часть тела дана в фас, как и изогнутые, поднятые вверх крылья, а согнутые в коленях ноги — в профиль, без всякой связи с неподвижным торсом. Орнаментальные завитки волос, условная архаическая улыбка и яркая раскраска довершали общее нарядное декоративное впечатление от этой статуи. Однако ни схема «коленопреклоненного бега» (как был назван археологами этот наивный прием изображения движения), ни общая плоскостность и узорность всей фигуры не передавали реального движения.

Чаще, чем в круглой скульптуре, но большей частью столь же условно изображалось движение и в архаических рельефах 7 в. и первой половины 6 в. до н.э.

Такой характер имел, например, рельеф на фронтоне храма Артемиды на острове Корфу (первая половина 6 в. до н.э.), очень плоскостный и примитивный. В центре Этого фронтона находилась большая фигура летящей горгоны Медузы (илл. 120 а) с двумя симметрично расположенными лежащими пантерами по сторонам от нее; по углам фронтона были изображены битва Зевса с гигантом и сидящая Гея. Таким образом, фронтон этот не был посвящен единому событию, а объединял различные (и данные к тому же в очень разных масштабах) фигуры, связанные лишь общим декоративным замыслом. «Коленопреклоненный бег» Медузы изображал ее полет по той же схеме, что и в «Нике» Архерма.

Попытки преодолеть чисто внешний, декоративный способ объединения фигур и показать их взаимную связь через единство действия все же были. Такие попытки видны в рельефных метопах одного из многочисленных храмов в Селинунте (на острове Сицилии) так называемого храма «С» (первая половина 6 в. до н.э.). Наряду с рельефами, выполненными в совершенно плоскостной декоративной манере («Похищение Европы»), среди метоп этого храма есть и такие, где фигуры объемны и их действиям придана наглядность, хоть и очень наивно выраженная. В рельефе «Персей, убивающий Медузу» (илл. 120 6), Персей, напутствуемый Афиной, настигает убегающую Медузу и отрубает ей голову мечом. Однако и Персей, и Афина, и Медуза, вопреки естественным требованиям сюжетной ситуации, повернуты лицами к зрителю, лишь ноги их поставлены в профиль (а «бег» Медузы изображен по привычной схеме). Лица всех трех фигур совершенно одинаковы. Как в этой метопе, так и в другой, где изображен Геракл, несущий карликов-кекропов, фигуры поставлены строго вертикально, ноги и руки резко согнуты под прямым углом, как бы повторяя углы метопы.

Такой условный прием изображения движения держался долго. Еще в середине 6 в. до н.э. он с необычайной последовательностью был применен в метопе одной из сокровищниц в Дельфах, где были изображены Диоскуры, похищающие быков. Однообразное повторение следующих друг за другом фигур и столь же одинаковых групп идущих «в ногу» быков превращает этот рельеф почти что в орнаментальный узор, украшающий архитектурное сооружение.

Со второй половины 6 в. до н.э. в архаической скульптуре (в том числе и в рельефе) начали яснее и отчетливее выступать реалистические искания. Они явно противоречили тем условным и декоративно-орнаментальным схемам, каких было столь много в ранней архаике. Их появление свидетельствовало о приближении глубоких перемен в общественной жизни и в художественной культуре Греции.

Наиболее передовой из греческих художественных школ поздней архаики стала аттическая школа. Афины, главный город Аттики, уже в позднеархаический период получили значение крупнейшего художественного центра, куда стекались мастера со всех концов Греции.

Произведения аттической школы этого времени отличаются глубоким чувством пластики и объемности человеческого тела; мотивы движения в аттическом архаическом искусстве значительно реальнее, чем в дорическом. Лучшие, наиболее передовые скульпторы Ионии нашли применение своим исканиям именно в Афинах, а не на родине. Сочетание достижений дорической и ионической школ на основе развития местной аттической традиции — характерная особенность искусства Аттики.

Афины были свободны от односторонности развития других, преимущественно земледельческих или преимущественно торговых полисов, и процесс формирования рабовладельческого полиса проходил здесь в наиболее последовательной и органической форме. Особенно большое значение здесь получил демос, уже очень рано ставший чрезвычайно грозным врагом для аристократии. В истории Афин с наибольшей полнотой выразились все характерные черты рабовладельческой демократии полиса и его культуры.

Поэтому уже к концу 6 в. до н.э. искусство аттики становится самым прогрессивным; на основе его реалистических исканий складываются наиболее плодотворные предпосылки перехода к искусству классики.

Очень большая разница между аттической скульптурой первой половины 6 в. до н.э. и скульптурой второй половины века свидетельствует о быстроте развития искусства Афин в архаический период. Найденные на Афинском акрополе фрагменты фронтона первого храма Афины (Гекатомпедона), построенного в первой половине века, говорят о еще очень условном и примитивном характере аттической скульптуры в то время. Эти фрагменты, относящиеся к сцене битвы Зевса с фантастическим трехглавым чудовищем Тифоном, интересны, в частности, тем, что на них очень хорошо сохранилась раскраска. Архаического художника не смущали яркосиняя борода Тифона и красный цвет его лица или сочетание зеленых, желтых и красных волос, покрывающих огромный змеиный хвост чудовища (кстати сказать, очень хорошо заполняющий низкий угол треугольника фронтона).

Во второй половине 6 в. до н.э. наиболее значительные черты аттической школы начали выступать вполне явственно. К этому времени художественная жизнь Афин стала очень интенсивной, что объяснялось подъемом экономической мощи и культуры Аттики.

Одна из фронтонных композиций второго Гекатомпедона в Афинах, который был перестроен из старого, писистратовского, около 530 г. до н.э., изображала битву богов с гигантами и резко отличалась от скульптурной декорации прежнего храма. В ней на смену плоскостной резьбе окончательно пришло пластическое, объемное изображение фигур действующих лиц. Главное внимание мастера было обращено на выразительность движений борющихся тел. Контраст между орнаментальным характером более ранней аттической скульптуры и жизненно конкретными чертами этих новых скульптурных произведений Аттики подучил здесь свое яркое выражение.

Среди фрагментов фронтонных скульптур второго Гекатомпедона особенно жизненно выразительна группа, изображающая Афину, которая повергает на землю гиганта Энкелада. Развертывание фигур в одной плоскости, несколько искусственное и нарочитое, так же как и орнаментальная трактовка волос Афины, напоминает,что эта скульптура еще не разрывает рамок архаического искусства. Но в лице Афины есть уже такая ясная соразмерность и одухотворенность, каких раньше греческое искусство не знало (илл. 122).

Одним из высших достижений архаического искусства Афин конца 6 в. до н.э. были найденные на Акрополе прекрасные статуи девушек (кор) в нарядных одеждах. Эти статуи были созданы не только художниками Афин, но и приезжими ионийскими скульпторами, включившимися в общую работу над украшением выросшего и разбогатевшего города. Среди них особенно выделяются «Девушка в пеп-лосе» (илл. 124) и знаменитая статуя девушки, обычно просто называемая «Кора с Акрополя» (илл. 125).

В первой из них особенно хорошо лицо, оживленное ясной, словно немного удивленной улыбкой. Вторая, хорошо сохранившая первоначальную раскраску, отличается верностью и стройностью пропорций, тонкостью и изяществом улыбающегося, хотя и неподвижного лица. Традиционная фронтальность и застылость позы сочетаются здесь с жизненно правдивой передачей всего облика девушки. Тщательно отделанные складки одежды и пряди волос, словно струящиеся и бегущие в мерном и вместе с тем разнообразном ритме, придают этой статуе праздничный и радостный, необычайно жизнеутверждающий строй. Среди всех скульптурных произведений, дошедших до нас от периода архаики, эти акропольские коры несут в себе больше всего предвестий классического искусства. Вместе с тем в них как бы подведены итоги развитию художественного языка архаики. Наивный схематизм искусства гомеровской Греции остался далеко позади, но и пластическая свобода искусства классики оказывалась еще недостижимой. Представление о ценности человека раскрывалось еще в значительной мере косвенно — в праздничном характере целого, в исполненном острого чувства изящного силуэте фигуры.

Живые черты есть и в рельефных изображениях на аттических надгробных плитах или стелах, относящихся к концу 6 и самому началу 5 в. до н.э. Так стела Аристиона дает строгий и спокойный образ гражданина-воина. Аристион изображен в профиль, с копьем в руке. Рельеф очень плоский, но тонкое чувство соотношения планов и несомненное знание строения человеческого тела позволили мастеру достичь достаточно ясной материальности и объемности изображения.

Передовые мастера конца архаики во многих других городах-государствах Греции в целом шли по пути, близкому к достижениям аттической школы и, возможно, иногда под непосредственным воздействием искусства Афин. Так очень близким к принципам аттической школы было найденное в Беотии и выполненное в самом конце 6 или начале 5 в. до н.э. Алксенором, скульптором с о. Наксоса, надгробие, на котором изображен человек, закутанный в длинный плащ (гиматий), стоящий скрестив ноги и опершись на посох; у его ног прыгает собака, стремясь привлечь внимание хозяина. Чувство одухотворенности и жизненной выразительности движения человека подводит эту вещь вплотную к искусству ранней классики. Но вместе с тем некоторый схематизм в моделировке формы и неточности в передаче раккурса, а также столкновение нового реалистического понимания композиции с условностью в трактовке формы говорят о том, что грань, отделяющая искусство архаики от искусства классики, еще не перейдена.

Насколько далеко ушло живое развитие аттического искусства конца 6 в. до н.э. наглядно показывает прекрасный рельеф «Гермес и хариты» (илл. 127), при всех своих ясно ощущаемых архаических чертах полный необычайно естественного и правдивого движения и чувства.

Под несомненным воздействием аттического искусства возникли в городах северного Пелопоннеса опыты более живой трактовки традиционных статуй куросов. Сохраняя всю монументальную строгость и фронтальность статуи и стремясь в то же время придать ей некоторое движение, эти пелопоннесские мастера стали отставлять и сгибать одну ногу куроса, сгибать в локте руку и применять другие такие же приемы, придававшие спокойно стоящей фигуре некоторое оживление. Представление об этих исканиях дает бронзовая статуя юноши, сделанная около 500 г. до н.э., — так называемый «Аполлон из Пьомбино», воспроизводящая утраченную статую работы скульптора Канаха (илл. 126), относительно еще очень мало отличающуюся от старого типа куроса и в то же время трогающую своей несомненной живой правдивостью. Как и в «акропольских корах», мы находимся здесь на пороге классического искусства.

Авторский материал: Практический совет начинающим группам

Практический совет начинающим группам

Дима из Вильнюса.

Хочу ответить на Вопрос (про организацию материальной части репетиций) и рассказать, как оно всё было и до сих пор есть у нас.

Музыкальная аппаратура и инструменты, как правило, очень дорогие, поэтому для того, чтоб начать играть группой нужен немалый капитал. Если он есть, то нужно просто пойти в музыкальный магазин вашего города и подобрать то, что доступно по деньгам. Если начальная сумма невелика, можно искать инструменты и “аппарат” по комиссионкам, газетам, знакомым и т. п. Так было и в случае с моей группой. Комлект-минимум для игры (микшерный пульт, усилитель, 2 колонки + инструменты) был куплен через объявления в газете и знакомых. Естественно всё не новое, и, безусловно, при покупке не обращалось внимание на коэффициент гармоник, отношение знаковый/шум и тому подобное… Были бы деньги, конечно бы учитывали эти параметры. Но для нас вас важнее было просто начать играть. Всё равно деньги на серьёзный “аппарат” будут нескоро.

Сейчас в нашем расположении:

а) 12-канальный пульт Электроника 001 (1 канал не работает);

б) бытовой усилитель Ultrasound (вроде бы немецкого производства) на 100 Ватт, 4 канала;

в) 2 колонки неизвестного происхождения и мощности (при полной мощности усилителя колонки еще “держат”, хотя и похрипывают);

г) 2-бочечная барабанная установка. Собрана из 2 разных установок довольно посредственного качества (2 бочки, 3 тома, 2 floor тома), тарелки (2 ride, 2 crash, splash, hi-hat) тоже собраны из разных источников;

д) бас-гитара — Diamond, довольно потрепанный;

е) электрогитара — корейская, “под Фендер”, за 250 $;

ж) синтезатор — Ямаха PSR-340;

з) микрофон — за 75 $;

и) провода — микрофонные, 0.5 $ за м.

Все инструменты включены в микшер, из которого в нужных пропорциях суммарный знаковый идет в усилитель, потом в колонки. Одна колонка направлена на барабаны (чтоб барабанщик слышал), другая просто в центр комнаты. Музыканты располагаются так, чтоб всем было всё равномерно слышно. Насколько я знаю, в идеале, каждый инструмент должен был бы иметь по “комбику”, чтоб слышать себя, + общий знаковый в микшер, барабанщик его может слушать через наушники.

Наша репточка расположена в подвале административного здания, то есть никому мы шумом не мешаем. Но стены, потолок, пол — бетонные, что плачевно сказывается на звуке. Эту проблему мы решили так: купили несколько блоков листов пенопласта (чем толще — тем лучше; у нас — 2.5 см), и им обклеили все стены. На стенах поверх пенопласта развешаны флаги и просто ткань. Не заглушенными остались потолок и пол. Для заглушения барабанов в басовые барабаны (бочки) засунуты одеяла, к томам изнутри липкой лентой приклеено по кусочку коврового покрытия. Площадь комнаты — 5м х 7м. Поскольку это подвал, то воздух сыроват. Зимой во время репетиций включаем обогреватель, он сушит воздух. Играемую музыку определяю, как авангардный шизо-фолк металл.

Теперь отдельная тема.

Играем мы достаточно давно, уже много песен “выкинули”, забыли. Поэтому естественным было желание и решение записаться. Делать это в специализированной студии для нас очень накладно, поэтому сразу речь шла только о записи собственными силами. И вот наконец собрались записаться через мой компьютер.

Вот его важные для записи параметры:

Sound card — SB Live! Value,

CPU — Pentium III 700 MHz,

RAM — 128 MB,

HDD — 10 GB (свободно около 6 ГБ),

а также для мониторинга:

бытовой усилитель БРИГ неизвестной модели и 2 фирменные колонки AIWA по 110 Ватт.

Софт для записи — Samplitude Producer 2496 6.02.

На данный момент записали только барабанные партии. Я, как барабанщик и звукорежиссер в одном лице, был категорически против электронных барабанов. По моему мнению пускай барабаны будет плохо слышно, но зато они будут с душой.

Качество “не ахти”, но допустимо, потому что всё равно в таких “походно-полевых” условиях толково барабаны не запишешь и всё равно эта запись не пойдет в магазины, а будет распространяться среди друзей. Впрочем запись можно будет использовать и в демо целях. А электронные барабаны мне попросту не по вкусу: в металле всё же должны быть живые барабаны.

Для записи по знакомым было собрано 6 работающих микрофонов: 1 наш вокальный, 1 обычный из комплекта караоке, 4 — троллейбусного” типа (слабая чувствительность, повергающая в ужас АЧХ).

Два микрофона “троллейбусного” типа были в бочках, 2 в томах (high mid tom, low mid tom), караоке микрофон “слушал” сольник, хай-хет, high tom i ride (висит около сольника и хета), немножко один crash, вокальный микрофон (с хорошей чувствительностью и пропускаемой полосой частот) — сплаш, второй crash, второй ride (возле floor томов), напольные томы.

Все эти микрофоны были включены в микшер, отрегулированы их уровни. По сути основной знаковый несли бочечные микрофоны и караоке с вокальным. У последних сравнительно неплохая чувствительность, и поэтому они в общем-то “слышали” больше или меньше все компоненты установки. Суммарный знаковый из микшера шел в line-in звуковой карты. Безусловно при таком способе не может быть и речи об обработке конкретного барабана или тарелки, но в общем-то можно потом обработать эквалайзерами и такими функциями как volume envelope, panning (для переходов на томах) и тому подобное…

Для ограничения ненужных звуковых отражений вокруг установки были понаставлены всевозможные предметы: колонки, ящики, стол, стулья, чехлы от инструментов и тому подобное… Поскольку стиль “метал” предполагает смены ритмов, то просто под метроном с одним заданным BPM (beats per minute) записать не удалось бы. Поэтому записывали по логическим частям композиции, в которых выдерживается один и тот же темп. В некоторых случаях предварительно для лучшей ориентации под метроном записывалась гитара, а потом на другую дорожку, слушая метроном + черновую гитару через радио наушники (в SB Live! 2 выхода — один использовали для мониторов, другой под наушники), собственно барабаны. Мониторные колонки во время записи выключались, чтоб не ловился ненужный знаковый. В результате были записаны серии wav-файлов.

Частота дискретизации — 48 кГц. Эта цифра была выбрана потому, что, как известно, в SB Live! все внутренние расчёты при любой дискретизации производятся на 48 кГц (по крайней мере так написано на сайте производителя), просто перед этим передискретизируется из имеющейся частоты в 48 кГц. Так зачем же лишний раз гонять “туда-сюда”? Пусть лучше всё считается на оптимальной частоте, а потом можно будет один раз перегнать, подобрав соответствующий плагин, в 44.1 кГц для CD формата. Интересно, что по этому поводу могут сказать добрые люди?

Дальнейшие действия: обработать имеющиеся барабанные фрагменты (dehisser, в некоторых местах компрессор, эквалайзеры, панорамирование и так далее). Это будет делаться в Sound Forge 5.0, Cool Edit Pro 1.2, а также при помощи комплекта плагинов отWaves; потом всё это будет расставлено в нужные временные позиции в Samlitude, смикшировано. Таким образом будут получены траки с барабанами. Поверх всего этого в Samlitude запишем гитары, голос, синтезаторы (через МИДИ вход, софт — Cakewalk 9.0 Pro). В результате будет получено далеко не студийное качество. К нему в общем-то глупо стремиться имея посредственные инструменты, совершенно непредназначенные для записи микрофоны и SB Live! (с её-то шумами). Главное, чтоб было записано, что мы играем. А если нужно записаться в домашних условиях с приличным качеством, надо тщательно подходить ко всему, начиная с проводов, штекеров и т. д…

Надеюсь мой рассказ (или его фрагменты) будет полезен и интересен читателям сайта.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.7not.ru

Реферат: Разум: конец эволюции?

Разум: конец эволюции?

Л.Мельников, академик Международной академии информатизации и Академии Космонавтики им. К.Э.Циолковского.

Наука… Казалось бы, царство рассудка, прямо противоположное всякой иллюзии, обману, субъективности и произволу. Однако это — миф о науке, миф сознательно сформированный за сотни лет ее «триумфального шествия». Наука не дает объективной картины мира. Она конструирует эту картину в угоду человеку, точнее, в соответствии с его возможностями воспринимать и познавать мир. В самом деле, у человека, как показал еще известный русский физик и философ начала XX века Н. А. Умов, всего пять чувств — те своеобразные «окна», через которые к нему несутся сигналы Вселенной. Это очень маленькое окошко в мир. Миллионы других сигналов проходят мимо слабеньких органов чувств человека, и он в лучшем случае ощущает их лишь как некий общий смутный фон. Поэтому мир предстает человеку как «капля материи в океане пустоты». Отсюда ложные понятия «вакуума», «пустоты», «эфира» и т. д., которые на самом деле обозначают не что иное, как материю. Между тем в науке до сих пор господствует миф о пустоте. И таких мифов в науке множество.

Наука иллюзорна. Вся фундаментальная наука построена на мифологии. Известно ли это ученым? Да, прекрасно известно. Но здесь о мифологии стараются стыдливо умалчивать. В среде серьезных ученых о научной мифологии говорят как о «научных гипотезах». Но что такое гипотеза? Слово «гипотеза» происходит от греческого «хипотезис», что значит — предположение. Гипотеза — это научное предположение, выдвигаемое для объяснения какого-либо явления и требующее проверки и доказательства для того, чтобы стать достоверной научной теорией или научным законом.

Так гласит определение. Но вся пикантность положения состоит в том, что, как правило, господствующая гипотеза (теория, закон) не получает окончательного подтверждения, более того, постепенно накапливаются факты, противоречащие ей, и поэтому параллельно выдвигаются другие, альтернативные, не менее убедительные гипотезы, иногда их бывает три, четыре, но обычно не меньше двух, и тем не менее данное воззрение преспокойно существует в науке как уже доказанная «теория» или незыблемый «закон». А на самом деле это еще пока только предположение и, следовательно, иллюзия истины, то есть, другими словами, миф. Яркие примеры мифов-гипотез: трехкомпонентная теория зрения Гельмгольца — Ломоносова и противоречащая ей двухкомпонентная Граната; закон сохранения энергии и материи Лавуазье — Ломоносова и противоречащая ей современная теория рождения материи из пустоты (вакуума); теория относительности Эйнштейна и альтернативные концепции современных физиков, отрицающие ее (например, Вейника); три закона движения Ньютона, подвергающиеся непрерывной критике (см., например, работу Е. А.Ларикова «Индуктивные основы механики. Уточнение и развитие понимания»); теория расширяющейся Вселенной Фридмана 1 и отвергающая ее теория стационарной Вселенной; планетарная модель строения атомного ядра Бора — Резерфорда и стохастическая вероятностная модель квантовой физики; гелиоцентрическая модель Солнечной системы Коперника (а до нее столь же непротиворечивая геоцентрическая — Птолемея); законы диалектики Гегеля, теперь уже мало кем не отвергаемые; теория социалистической революции Маркса — Ленина, потерпевшая полный крах при попытке практической реализации и оказавшаяся утопией; теория эволюции Дарвина и современные антропокосмические воззрения, склоняющиеся к концепции единого творения, и т. д. Фактически все теории фундаментальной науки- миф. Скажем, возьмем такой прекрасный миф, как дарвиновская гипотеза об эволюции всего живого на Земле от низшего к высшему, в которую совершенно не вписываются пчелы, комары, мухи: эти и другие насекомые за многие миллионы лет не изменились, то есть не эволюционировали. Что же тогда такое дарвиновская теория, как не миф?! Именно имея в виду опасность мифотворчества, «король науки» Ньютон не спешил с созданием теорий и старался оставаться в рамках эмпирической науки (и он был совершенно прав!), как, например, в своей знаменитой «Оптике», которая есть вся по сути свод эспериментальных наблюдений, выполненных им с цветами спектра,- им же открытого. Именно отсюда знаменитое ньютоновское кредо: «Гипотез не измышляю», заставлявшее его оставаться в рамках фактов и наблюдений. В то же время и Ньютон не удержался от того, чтобы дать в своих знаменитых «Началах» мистическое определение,: пока еще никем не понятой, «врожденной силы материи». Вот вам и «гипотез не измышляю»!

Другое дело, казалось бы, наука прикладная, которая служит для лечения, построения машин и механизмов, выращивания, выкармливания, ирригации, воспитания и т. д. А разве и здесь мало мифов, также не оправдавшихся либо являвшихся определенным модным увлечением и, в свою очередь, замененных другой научной модой? Таковы теории Ламброзо, Павлова, Фрейда, Докучаева, Лысенко, Вавилова, Цепеллина (дирижаблестроение), Оппеля (реактивное автомобилестроение), Макаренко, экономические теории социализма, капиталистические теории демократии (критикуемые самими же ее адептами, среди которых Питирим Сорокин, ученые — деятели Римского клуба, американский социолог Тойфель и его соотечественник политолог и историк Артур М. Шлезингер), наконец, рейганомика, гайдарономика и т. д. Все они подвергаются ожесточенной критике или не оправдали себя на практике и забыты.

Да, прикладная наука сегодня на высоте: химическая технология, микроэлектроника, строительная индустрия, аудиовизуальные системы фантастически усовершенствовали наш быт, увеличили комфорт, позволили создать прекрасные офисы, сделали возможным получение информации из любой точки земного шара и вместе с тем. ухудшили экологию, разделили и духовно опустошили людей, развили до угрожающих размеров смертоносные виды вооружений, не дав никаких положительных целей существования. Перспективы дальнейшего прогресса прикладной науки поставили под угрозу существования само человечество. Поэтому понятие научно-технического прогресса в настоящее время все более воспринимается и трактуется как иллюзия, а достижения цивилизации ставятся под сомнение и рассматриваются как очередной миф человечества. Фактически в развитых странах Запада наиболее передовые слои интеллигенции начинают отказываться по крайней мере от некоторых из этих достижений, например, от услуг химической технологии, а научно-технический прогресс начинает вызывать неприятие: зачем прогресс в частностях, если, в целом он ведет к уничтожению человечества? Поэтому взамен безудержного потребительства Запад переходит на безотходные технологии, энерго- и ресурсосберегающие методы ведения хозяйства. Хотя и тут нелегко разобраться, где истина, а где мифология. Ученые часто лишь запутывают вопрос. Скажем, есть опасность образования озоновых дыр. По одним данным, нужно немедленно прекратить производство некоторых веществ (хладагентов), способствующих уничтожению озонового слоя. По другим же данным, промышленность не влияет на это природное явление, так что увеличение и уменьшение озоновых «окон» в атмосфере Земли подвержено нормальным ритмическим колебаниям, вызванным естественными причинами. Аналогично обстоит дело с запуском космических аппаратов. По одним версиям, запуски оказывают влияние на климат и нарушают экологию, по другим — это влияние ничтожно. Таким образом, даже достижения прикладных наук неоднозначны и оцениваются в таком широком диапазоне версий — от положительных до отрицательных, что это ставит под сомнение саму необходимость этих прикладных знаний, а их интерпретацию позволяет квалифицировать как мифотворчество.

Но есть и другая сторона дела в накоплении прикладных знаний и особенно в развитии на их основе различных теорий: они практически ничего не прибавляют в фундаментальном плане. В самом деле, что проясняют, например, теория «ноосферы» геохимика Вернадского, «либидо» врача Фрейда, условных рефлексов физиолога Павлова? Практически ничего. Наоборот, эти мифы маскируют те положительные знания, которые добыты этими же авторами чисто эмпирическим путем. Скажем, И. П. Павлов при необходимости серьезного объяснения психических процессов и психологии человека пользовался не своей теорией, а «добротным» мифом о темпераменте легендарного Гиппократа, который в свою очередь, основывал свои представления на еще одном мифе — о четырех стихиях, или первоэлемтах, из которых якобы состоит вся природа (при этом никто сейчас не отрицает, что представления Гиппократа, это не более чем гипотеза). Складывается впечатление: пока прикладная наука вращается в узких рамках практических потребностей, она имеет смысл и действенный характер, но, как только переходит к теориям и обобщениям, перестает быть наукой и становится мифологией.

Знаменитая теория «либидо» развитая Фрейдом, как будто бы что-то объяснила в глубинной природе психики человека, однако ее отрицал И. П. Павлов, а сейчас дискуссии (по сути дела, «драчка») последователей Фрейда фактически завели проблему в тупик, то есть к отказу от этого базового понятия (см.: Л. Шерток, Р. Соссюр. Рождение психоаналитика от Месмера до Фрейда). Лет 15-20 назад была модна критика Павлова, взамен теории рефлексов, академиком Анохиным была предложена теория функциональных систем, на основе которой и сформулированы общие закономерности эволюционного процесса. Но Анохин тоже «предложил», то есть в очередной раз была создана гипотеза, еще один кандидат в научные мифы. Неудивительно, что сейчас эта теория как будто бы забыта, во всяком случае, ушла co сцены. Создается впечатление, что научные взгляды тоже подвержены своеобразной моде. Но мода, как известно, это не истина, это фантом, ничего общего с познанием не имеющий. Фундаментальный же труд американского профессора Лорена Р. Грэхэма «Естествознание, философия и науки о человеческом поведении в Советском Союзе» свидетельствует, что научные теории могут быть не только спекулятивными, но и исторически обусловленными, «классовыми», «революционными». Об этом говорит полная прагматизма борьба, которая в свое время велась у нас вокруг генетики, кибернетики, космологии и ряда других дисциплин. Однако в утешение поверженным противникам генетики скажем, что Организация Здравоохранения (ВОЗ) при ООН признала эксперименты в области генетики и генной инженерии противоречащими гуманности. Не менее острая борьба велась в период Великой французской революции, а также вообще в истории мировой науки, где чаще всего пользовались не понятием «истинности», а категориями «прогрессивности» или «реакционности».

А если взять такой тонкий вопрос, как разум и подсознание и их роль в процессе научного познания, то оказывается, что практически все великие научные идеи и теории явились не в результате строгой рассудочной и критической деятельности людей, а, как правило, путем интуиции, озарения, а то и в порядке откровения свыше или видений, то есть извлечены из недр подсознания. А какая же это наука? Если тебе приснилась формула (Кекуле), в результате транса ты увидел будущее человечества (как Иоанн Богослов, Нострадамус), в маниакальном состоянии создаешь этические законы (Лютер Кальвин, Саванаролла) — чем это отличается от созидания мифов, от простого фантазирования, так как критическая мысль здесь вообще не работает: ведь сознание отключено!

Любое знание — прикладное и фундаментальное — развенчивается и таким аргументом: можно обладать удивительной выживаемостью, предвидением, но при этом вовсе не иметь никакого знания о том, что ты делаешь, то есть быть бессознательным, «неразумным», в человеческом смысле. Медведь осенью специально ищет место и устраивает свою берлогу там, где его весной не застанут воды паводка. Собака и кошка, завезенные за сотни километров от дома хозяина, способны вернуться обратно по им одним известным приметам. «Неразумные» животные предвидят так, как не может это делать «человек разумный». Или остается предположить, что животные разумны, и тогда все наши представления о разуме и сознании- тоже миф…

Не поэтому ли у самих ученых не было полного доверия к науке? Так, как указывает Ламброзо, даже такой фанатик науки, как Авиценна (Ибн-Синна) в конце жизни занимался разоблачением тех знаний, которые он накопил в первую половину своей научной карьеры. Многие ученые уходили за пределы науки: Пифагор был чистым мистиком и оккультистом, один из основателей современной науки, Френсис Бэкон, явился и основателем современного масонства, Ньютон занимался астрологией и еще более фанатично алхимией, Парацельс был алхимиком и астрологом, астрологом и астрономом одновременно был Кеплер, Бутлеров занимался спиритизмом, современный американский ученый Джон Лилли, прославившийся в опытах на дельфинах, является представителем современной мистики и оккультизма и т. д. Фактически многие из них вели, да и сейчас ведут, параллельную, как бы раздвоенную, жизнь в науке и паранауке. Разум питается наукой, подсознание — мистикой, оккультизмом, эзотерическими знаниями. Их синтез выдается в виде научных гипотез, теорий, научных идей. Итак, разум — инструмент неразумения, разум — создатель уводящих от действительности иллюзий и фантазий. Посмотрите, кто больше всех фантазеры и фантасты? Физики и математики, представители самых точных наук и самые сухие рационалисты. Именно в их среде родился столь парадоксальный «критерий» истинности, как: «Эта теория недостаточно безумна, для того, чтобы быть верной». Это ли не кризис разума? Это ли не кризис науки? Это ли не торжество мифа?!

Но тогда простите, разум — это инструмент разумения или недоразумения? Вот что думал и писал о разуме великий Цицерон: «Какое распутство, какое стяжательство, какое преступление не бывает заранее обдумано и, когда совершается, не сопровождается ли движением духа и размышлением,. то есть рассуждением?.. Если бы боги хотели причинить вред людям, то лучшего способа, чем подарить им разум, они бы не могли найти. Ибо где еще укрываются семена таких пороков, как несправедливость, разнузданность, трусость, как не в разуме? (Цицерон «Философские трактаты».) Итак, разум — это скорее инструмент недоразумений между людьми, а порой злостного обмана и дезинформации. Это и в быту, и в обыденной жизни, а в науке — это источник мифотворчества, то есть фантастических или спекулятивных теорий и идей.

Человек не может не продуцировать легенды. И мифология эта проистекает из свойств самого разума, ими определяется, ибо разум искажает, а не выявляет истину. Любая самая рациональная, сколь угодно «научная» версия — это прежде всего проекция разума на мир, следовательно, это отражение не мира, а самого разума (сознания). Речь идет о мифологии «трезвых» ученых, рационалистов по духу и по своей сути. Что же тогда говорить о фантазиях мистиков, оккультистов, теософов и вообще людей, склонных к иррациональному? Беда, если ученый, измышляющий мифы,- физик или химик, но подлинная трагедия, если ученый — «прикладник» и особенно имеющий дело с массами людей, каковыми являются врач, юрист, политолог. Особенно опасен последний. Вооруженный разумом, но не сердцем, начиненный им самим созданными (или заимствованными у других, даже из прошлых эпох, из политических соображений) политическими мифами, он может злонамеренным многословием и логикой вызвать много крови. Он плетет легенду за легендой, и при всем том он логичен, действительно разумен, так как доказывает и убеждает, часто исходит из целесообразности, хотя и по своему интерпретированной. Такой рационалист может возбуждать толпы народа или научную аудиторию, вызывать брожение и смятение умов.

Трагедия, если власть в науке, в изолированной социальной группе или в планетарном масштабе попадает в руки мифотворцев — голых рационалистов, которые в угоду своим оторванным от жизни, вздорным, но, может быть, внутренне по-своему непротиворечивым, теориям, рожденным разумом, начинают экспериментировать с обществом, людьми, событиями, а значит, и с самим космосом! Мы знаем, что очень высокоорганизованный менталитет, как правило, ничего, кроме очередных мифов, порождать не может. Рациональные фантазии не отражают объективного хода вещей, реальность, они есть проекция человеческой психики на мир. Мифотворцы всех времен и народов бредят наяву и говорят автоматически, как сомнамбулы или зомби, хотя и могут выглядеть вполне цивилизованно, и вот ради их вздорных вымыслов начинаются подвижки, социальные взрывы, политические или экономические преобразования. Но все они служат, по их уверениям, кумиру разума.

Страшно, если эта мифология начинает обосновываться наукой, к которой у большинства людей бессознательно большое доверие. Обычно научные мифы в политике и политологии действуют наиболее неотразимо. Типичный пример рационалистов-мифотворцев — лидеры Великой французской революции: Дантон, Марат, Робеспьер, а также ее ученые — химик Лавуазье, врач Гильотэн. Недаром в Париже в этот период была воздвигнута статуя, особый кумир, посвященный разуму. Именно в этот период революционеры фанатично поклонялись культу разума, менталитету человека, его превосходству над остальной «неразумной» природой и тысячами отправляли людей на гильотину, изобретенную врачом Гильотэном. Однако дело не только в том, что подвижники разума проливали кровь и в итоге пожрали и уничтожили сами себя (какая страшная судьба!). Глубинная суть этого движения состоит в том, что это происходило ради вздорных иллюзий, ради научного и социального мифа. Но, кажется, даже на этом опыте человечество ничему не научилось…

Какой же выход видится из этого тупикового положения, в котором оказались наука; разум и рассудочность в настоящее время? А он прост и давно уже провозглашается наиболее мудрыми и дальновидными мыслителями Востока и Запада. Необходимо соединить интуитивное и научное знание, следует уравнять в правах на критерий «истинности» то, что получено в результате озарения, транса или наития, и то, что выявил точный эксперимент или логическое построение. Кстати, экспериментально абсолютно все подтвердить в принципе невозможно, поэтому всегда останутся допущения, аксиомы, гипотезы, которые совершенно невозможно доказать (или опровергнуть) и в которые можно только верить (или не верить). Так можно верить или не верить в материализм: ни доказать, ни опровергнуть это невозможно. С неменьшим успехом можно верить в одухотворенность всей Вселенной во всех ее проявлениях — от человеческого сознания до мельчайшего атома. Можно быть глубоко убежденным адептом оккультных знаний, ибо эти знания опираются на столь же непротиворечивые методы, как и научные, скажем, известный «метод аналогий», который позволяет вскрыть принципы построения макромира на основе законов микровселенной… Строгое и стройное здание теософии не менее научно, чем теория относительности Эйнштейна. А если мы сюда добавим, что, по признанию самого Эйнштейна, его теория извлечена им из подсознания, без участия разума, то мы должны неоспоримо признать полное фактическое слияние так называемых «ненаучных» и научных методов и средств постижения истины. Дабы у читателей не оставалось сомнений в истинности сказанного, приведем слова самого великого физика: «К своему пониманийю фундаментальных законов Вселенной я пришел не рациональным умом».

Автор этих строк как ученый в своем восхищении уникальностью, целесообразностью и непостижимостью (принципиальной) Вселенной сам в результате естественной эволюции пришел к идее божественности природы, но не в антропоморфном понимании божества, а как живой, одухотворенной субстанции’ мира, будь то нейтрино, фотон, кристалл, цветок, человек, существо параллельного мира, галактика, планетная система или космическая информационная сеть. Проявления жизни неисчерпаемы. Они не только растительные, животные или антропоморфные (человеческие)! А это и есть признание божественности мироздания. Недаром перед ним преклоняли колени все великие религии мира: христианство, буддизм, зороастризм, друидические верования, древнеегипетский жреческий эзотеризм и т. д. Как же мы можем отбросить этот великий опыт интуитивного, обусловленного архетипами Вселенной внесознательного постижения истины? А откуда явились эти истины в качестве непреложных аксиом? В основном из подсознания. Многие из них также являются врожденными архетипами. И этот уникальный опыт человеческого знания закреплен в религии. Отсюда следует, что научный и духовно-религиозный опыт должны быть соединены, синтезированы, на основе чего возникнет новая парадигма знания, соответствующая более высокому уровню интеллектуально-духовных запросов человека будущего — «хомо суперус».

Возможно, что эволюция разума уже завершена. Поэтому дальнейшее совершенствование человека скорее всего пойдет по пути развития духа, совершенствования духовной сферы. Именно здесь видятся еще не использованные резервы развития «хомо сапиенс». Без слияния науки и духовно-религиозного опыта такое развитие окажется попросту невозможным. Путь духовно-информационной эволюции человечества представляется единственной альтернативой господству бездуховного «Чистого Разума». Поэтому единственный выход из тупикового состояния современной «научной» цивилизации (западной в основном) — соединении науки и мистики, рационального и оккультного, веры и посильных доказательств. Другими словами это есть соединение западной и восточной систем мышления, ибо Запад, как известно, преуспел именно в точном но ограниченном знании, зато Восток — в более общем, всестороннем и правильном понимании мира и человека.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.fund-intent.ru/

Реферат: Новые методы подачи информации

Содержание
Введение
Глава 1
Поиски новых методов и форм работы – главное требование журналистики новой формации
Глава 2
Эвент экшн и акции – эффективные средства в работе журналиста
Заключение
Библиография

Сейчас преимуществом журналистики
является высокая степень информационной
насыщенности текста, быстрота реакции,
и это хорошо и это верно для нашего времени –
эпохи многообразия каналов информации и
растущей их конкуренции.

В. Скоробогатько

ВВЕДЕНИЕ

Уходящее столетие выявило беспрецедентно возросшую роль коммуникации в жизни современного общества. Век радикальных социальных перемен и невидимого технического прогресса породил череду коммуникационных революций, которые, в свою очередь, вызвали к жизни новые отношения, формы и способы общения между людьми. Развитие коммуникаций происходило скачкообразно, порождая качественно новые социально-культурные феномены, радикально меняя привычную направленность, масштабы и наполнение информационных потоков в обществе.
Журналистика представляет собой часть мировой культуры и очень важную часть общественного движения. Это также феномен творчества и политики. В совокупности – это одно из важнейших явлений современной цивилизации. Исторический опыт развития журналистики не так уж велик: зародилась она в начале XVII столетия в Европе. В России это произошло на век позже, в других странах и регионах мира – в различные исторические сроки.
От века в век роль журналистики неуклонно увеличивалась. Сегодня она является мощной идеологической силой. Журналистика создает президентов, влияет на эволюцию общественной мысли, организации общества, на развитие экономики. Являясь одним из феноменов культуры, она сама активно воздействует на духовную и материальную культуру, на ее развитие.
Давно известно, что факты делаются общезначимыми новостями посредством СМИ. Интересной, социально актуальной информация становится в той или иной аудитории, в той или иной, характерной для данного издания, форме.
СМИ должны с максимальной настойчивостью следовать заявленной стратегии преподнесения информации, своей природе.
И первостепенной целью ведущихся сейчас разговоров об усилении новостной составляющей журналистики, на наш взгляд, является привитие работникам СМИ навыков непредвзятого, внимательного отношения к работе всех без исключения институтов общества и его граждан. Меньше словесной чепухи, идеологических и прочих ярлыков, но больше фактов, аргументов, доводов.
Непременным атрибутом современной профессиональной журналистики должны стать честность в отношении фактов – высказываний, дат, имен, цифр и пр., а также по отношению к информатору – собеседнику. Вот, собственно, и все премудрости новостной журналистики.
Конец ХХ столетия – начало новой демократической российской журналистики. Достаточно непросто и нелегко вписывается журналистика в эту новую систему, систему свободы и поиска, систему рыночных отношений, систему нового мышления и мировоззрения. Редакционные коллективы вдумчиво, системно, планомерно создают свой единственный, неповторимый информационный продукт, используя для этого решительно все: и новое, и хорошо забытое старое. И между тем журналисты – практики уже достаточно основательно обжились на высотах новостной журналистики.
Как пишет исследователь М. Шостак: «Каждый автор старается точно представить свою аудиторию, ее особенности и запросы и соответствовать им своим». На подачу новостей влияют: «конкуренция среди изданий и агентств; наличие новостей из других каналов информации; общая линия издания; вынужденное или преднамеренно комбинирование новостей местных и зарубежных, важных и занимательных; размер отводимой площади» 2
Цель работы: рассмотреть новые методы в новостной журналистике, проанализировать на примерах как центральные СМИ, так и республиканские.
Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения, библиографического списка литературы.

ГЛАВА 1

Поиски новых методов
и форм работы – главное
требование журналистики
новой формации

В журналистике сегодня работать сложно, но безумно интересно. Материал любого объема требует по-настоящему творческой работы, поиска формы, шлифовки содержания.
Один из таких методов «ИНФОТЕЙНМЕНТ» – разыгрывание новости. Вот как была разыграна новость по поводу недопущения американского авиалайнера в российское воздушное пространство. Новость разыграна следующим образом:
1) фотография лучшего в мире авиалайнера;
2) тактико-технические данные самолета МД-11 (производство американской фирмы «Макдонелл – Дуглас»);
информация о ситуации (Разворачивай оглобли! – примерно так сказал российский диспетчер американскому летчику, осуществившему перелет через океан». Автор З. Лобанова);
график маршрута рейса Атланта – Токио, выполненный ИТАР – ТАСС;
что такое воздушный коридор и воздушная трасса? Разъясняющая заметка;
рубрика «Кстати». Журналист Роман Попов рассматривает ситуацию с идеей «открытого неба»;
почему пропустили самолет? Автор Игорь Паров. Еще одна заметка, в которой разъясняются причины инцидента;
рубрика из досье «Комсомольской правды», в которой воспроизводится история, генезис проблемы с 1978 по 1981 годы.

Новость – одна, но насколько грамотно, многомерно, профессионально она разыграна. Три автора, ИТАР – ТАССовский график, история проблемы, технические данные лайнера, заметка – разъяснение «что такое воздушный коридор».
Теперь представьте этот же газетный объем, но выданный сплошняком. Даже если бы он был разбит на внутренние подзаголовки, но написан одним автором. Именно участие нескольких авторов, индивидуальный стиль каждого создают выпуклость и наполненность данного явления.
Еще пример разыгрывания новости. «Сергею Доренко грозит три года тюрьмы»1 . С данной новостью ситуация такова: телеведущий Сергей Доренко катался на своем мотоциклу в пешеходной зоне «Крылатское». Прогуливающийся с семьей капитан 1 ранга Валерий Никитин сделал «лихачу» замечание, а в ответ – мотоциклист совершил наезд на офицера. Эти мотоциклистом был
——————
1. Евтушенко А., Скойбеда У., Баранец В., Коц И., Варенов В. Сергею Доренко грозит три года тюрьмы// КП. – 2001. — 18 апреля

популярный телеведущий Сергей Доренко. В таком варианте новость обошла все печатные издания и электронные каналы. Но лучше и интереснее всех это сделала «Комсомолка». Опять же, новость панорамируется, делается выпуклой, идет многоходовое ее решение:
1) из досье «КП» – биографические данные капитана 1 ранга Валерия Никитина;
2) фотография капитана Никитина;
3) интервью А. Евтушенко с капитаном Никитиным;
4) комментарий В. Баранца с вице – адмиралом Михаилом Барсковым;
5) заявление диванной партии «КП» «Почему молчит президент?» И. Коца;
6) карта – схема «Как это случилось в «Крылатском»;
7) комментарий адвоката (что грозит Сергею Доренко, если наезд был? Если же Доренко был пьян, усугубляет ли это его вину? Как должна была действовать милиция после происшествия?);
8) В. Варенов «На каком мотоцикле был Доренко?» – техническая характеристика мотоцикла Доренко;
9) фото А. Жданова с подклишовкой: «Теперь Сергею Доренко придется дать «Интервью» следователю».
Итак, 9 новостных компонентов, 6 авторов и каждый со своим новостным отрезком. После такой точной, выверенной новостной раскрутки, тщательной, скурпулезной, читатель может вынести вердикт: виновен! И на фоне всего этого протест гражданина Доренко смешон и наивен: «Считаю все происходящее со мной политической провокацией, укладывающейся в цепочку политических провокаицй против прессы в последнее время». Как говорится, без комментариев!
Новостные аспекты в разыгрывании новостей – безграничны. Пример этого – разворот «Картина дня» – «Кто в Турции нужнее – русские туристы или чеченские террористы?» Раскручивается ситуация по поводу захвата террористами одной из лучших гостиниц Стамбула, но уже к традиционным рубрикам «свидетельство заложника», «Из досье «КП», «Звонок в турфирму», «Взгляд с шестого этажа», подверстывается новая рубрика «КП» — «Вопрос дня»: «Вы не боитесь лететь в Турцию?»
Чем привлекателен «инфотейнмент»? Высоким творческим потенциалом. Невольно напрашиваются параллели: разыгрывание новостей – разыгрывание спектакля. Действительно, у каждого журналиста своя роль и каждый неповторим в ее исполнении: тональности, оттенки, окраска, звучание. А в итоге — новостной спектакль – полоса.
Другой метод подачи новостей – ФИНИШИНГ. Это доведение новости, откликов на неее до логического конца. Рассмотрим этот метод подачи на примере публикаций «Комсомольской Правды», посвященных первому вице-спикеру Госдумы Любови Слиска. Вице-спикер Госдумы такое и таком количестве наговорила корреспонденту «Комсомольской Правды», что на следующем заседании депутаты устроили ожесточенную разборку статьи. Депутатам показалось, что их оскорбили. Судите сами.
Л. Слиска: «Наши депутаты прошлым летом жили в пансионатах в Сочи в самых задрипанных номерах в одноместных комнатушках. При том, что многие работники аппарата Госдумы обитали в люксовых номерах».
Через несколько дней редакция вновь возвращается к госдумовским разборкам и вторично воспроизводит вопросы интервью, ответы на которые вызвали гнев народных избранников:
— Второй год вы наблюдаете работу Думы изнутри. Были моменты, которые неприятно вспоминать?
— Вы сейчас часто ездите за рубеж представлять российский парламент. Как организованы эти поездки?
— Вы что-нибудь меняли в своей служебной квартире?
Но вопросы эти сопровождаюся новыми комментариями журналиста, так как высвечиваются новые аспекты исследуемой проблемы и делаюься соответственные выводы.
— Нелишне в этой связи будет напомнить, что содержание парламента обходится стране в несколько миллиардов рублей, и очень хочется получить отдачу в виде толковых законов, а не наблюдать, как наши парламентарии в очередной раз спасают свое лицо.
Все! Точка поставлена! Финиш!
Финишинг – абсолютно новое, перспективное направление, явление в новостной журналистике. Прародителями финишинга, но с большой натяжкой, можно назвать рубрику советской печать «Возвращаясь к напечатанному», но в ней, как правило, сообщалось о мерах, принятых по тому или иному выступлению газеты вышестоящими организациями (наказание, снятие, восстановление и т. д.). Финишинг – это журналистский ход, прием, позволяющий обыграть резонанс на выступление газеты, вновь воспроизвести один или несколько аспектов ситуации, но уже в новом, неожиданном повороте, ракурсе. Неожиданность поворота диктует, логически перетекает в неожиданные выводы, комментарии.
Финишинг включает в себя две – три публикации. Главное, чтобы поднятая проблема была доведена до конца, закрыта в плане ее практического решения. Причем при использовании этого приема допускается повтор какой-то ситуации, факта, картинки, вопроса и т. д.
Еще один пример приема финишинга, но не доведенного до конца. Журналист на страницах газеты поднимает проблему протекающих крыш. Проблема неразрешима, в особенности для города Владивостока. Люди же ждут конкретной помощи. Поэтому журналист дважды возвращается к этой проблеме, причем во второй раз – с частичным воспроизведением ситуации первой публикации.
Таким образом, финишинг не состоялся. Пока. По этому поводу планируется еще одно выступление.
Из всего выше сказанного возникает вопрос: что дает этот прием, ход, метод подачи? Если сравнить финишинг с инфотейнментом, то последний делает новость выпуклой, расширяет ее информационно-новостные границы, то финишинг дает возможность углубления ситуации. Журналист уподобляется добытчику нефти, он осваивает пласт за пластом. И вот он – нефтяной фонтан – завершение, решение проблемы.

Журналистика не искусство,
чье неотъемлемое свойство –
вымысел. Журналистика и проще,
и сложнее, потому что в отличие
от искусства в ней правда жизни
совпадает с правдой факта.

П. Вайль

ГЛАВА 2

Эвент экшн и акции –
эффективные средства
в работе журналиста

Эвент экшн (провоцированное событие) – эта форма организации и подачи новостей достаточно активно используется журналистами и требует довольно тщательной проработки и подготовки. Рассмотрим данную форму организации новости на конкретном примере. В «КП» появилось несколько настораживающее объявление «Российско – американский добровольческий центр предлагал работу для настоящих мужчин в жарких странах с оплатой в твердой валюте. Чуть позже уже мусульманское общество приглашало желающих поизучать в экстремальных условиях Священную книгу Коран. Оплата – та же.
Достаточно проницательные читатели догадались, что началась вербовка наемников. Такое же было во время конфликтов в Боснии, Косово, Приднестровье, Чечне. Но ни российско – американского, ни мусульманского центров никогда не существовало, объявления были журналистской провокацией. После появления объявлений, редакционный телефон разрывался. За огромные зарплаты за Америку и Талибов готовы были воевать многие.
Первое впечатление после прочтения материала – шок. И это мы, Господи! Да, это наша жизнь, и каждый выживает в ней, как может. Афган, Чечня, Югославия, мы потеряли поколение здоровых, талантливых, грамотных мужчин. И талантливейший журналистский ход не то чтобы высветил проблему, а сделал ее яркой, значимой, первоочередной. Что же делать людям, профессия которых убивать. Все равно, кого и где.
Еще одно перспективнейшее направление в работе с новостями – Акции.
Акции – это действия, предпринимаемые для достижения какой-то цели. В журналистике, как правило, акции носят гуманитарную направленность. В сегодняшней экономической ситуации, когда появились классы бедных и богатых, столь востребованными стали акции. Их цель, как и цель всей журналистики, — помочь человеку. Журналистские акции многоэтапны. Они состоят из:
1) извещения о начале акции (старт);
2) спонсорской раскрутки (промежуточный этап);
3) подведения итогов.
Рассмотрим данную ситуацию на примере акции «КП» «Поможем любимым актерам». Газета с помощью читателей решила поддержать когда-то блиставших, а ныне забытых звезд – пока еще не поздно их ободрить, обогреть, накормить. Весь газетный разворот был посвящен им, живущим в забытьи и нищете.
Молодым читателям была представлена актриса Татьяна Самойлова, обладательница «Золотой пальмовой ветви» на Каннском фестивале за роль Вероники в фильме «Летят журавли». Испанский «Оскар» за «Анну Каренину» в том же Канне. О ней забыли, живет она одиноко и трудно.
Другой актер – Николай Владимирович Олялин – недавно по указу президента Украины получил орден князя Ярослава Мудрого. Но … творческих планов нет, от украинского кино осталась грызня за бюджетные крохи. В кино его снимают лишь в эпизодах. Здесь же был помещен список народных кумиров, нуждающихся в помощи.
В списке – жесткая констатация фактов, но как страшно и неуютно от этого. В какой цивилизованной стране возможно такое? Вопрос – без ответа. Трагизм и беспросветность ситуации наотмашь бьет по эмоциональному восприятию читателей. А этого газета и добивалась. Эффект усиливается и крошечным блиц — интервью с нынешней звездой Ренатой Литвиновой. Она рассказывает о новом фильме, в котором главные героини – забытые актрисы.
С воспитательной точки зрения, благотворительность как нельзя лучше работает на нашу российскую ментальность – помоги ближнему. С точки зрения новостной – акции открывают новые аспекты в освещении тех или иных событий. И это при том, что акции – дело достаточно трудоемкое в смысле организационной подготовки. Но это надо рассматривать как специфику такогорода материалов.
Современная журналистская практика уже выработала и временную протяженность акций – кратковременные и долговременные, от месяца до года.
Среди новых форм подачи материалов привлекает внимание клиповый за

головок1.
Действительно, заголовки всех изданий строятся по традиционным для российской прессы моделям (повествовательный заголовок – сообщение, заголовок – цитата, заголовок – резюме, составные заголовки, обращение, призыв, восклицание, заголовок с «продолжением», с двоеточием, игровой заголовок и т. д.). Что такое клиповый заголовок? Выделение любыми путями: подчеркиванием, увеличением объема, изменением шрифта ключевого слова.
По-прежнему значительное место занимает текущая информация (бэкграундер), не содержащая сенсацию (бытовка, городской транспорт и т. д.). Такую информацию следует размещать для поддержки новостного потока. Но подобные новостные материалы требуют особого внимания в плане подачи.
В журналистике идет мощнейшая переоценка ценностей, жанров, форм и методов подачи.
А вот архитектуру здания, неповторимость и красоту создают разнообразные методы подачи новостей.

ВЫВОДЫ

ИНФОТЕЙНМЕНТ – читателю все равно, с помощью каких методов, жанров вы расскажите все-все о наводнении в Якутске, авиакатастрофе по Иркутском и т. д. Испытывал ли на себе журналист ситуацию или нет, дополнил рассказ статистическими данными, узнал исторические закономерности явления… Именно инфотейнмент дает возможность играть гранями события, высвечивать тот или иной аспект, 8-10 новостными гранями. Вот что такое инфотейнмент. А уже право читателя – прочитать о событии все или какую-то часть. Но в любом случае – мимо такой новостной раскрутки он не пройдет.
Не меньшие возможности открывает метод подачи «финишинг». Действительно, конец – делу венец. Если проблемы попадает в поле зрения журналистов, то довести ее до логического конца – дело чести, престижа издания. Это одно; а другое – реакция, негативная, позитивная на выступление газеты – позволяет журналисту высветить поднимаемую проблему под новым углом зрения. И тогда факты, соответственно, меняют свою тональность и окрашенность. То есть идет расширение информационного поля, информационных возможностей.
Эвент экшн – одно из перспективных направлений современной журналистики. Провоцированная ситуация дает возможность журналисту копать глубоко. Эвент экшн – это единство метода сбора материалов и метода их подачи.
Ну, и, наконец, акции. Газета, электронные каналы, выступая организаторами акций, работают на свой положительный имидж – социального защитника малообеспеченных слоев населения, инвалидов, находящихся во временной изоляции и т. д. Акции – это находка для спонсоров, читатели узнают о благотворительной деятельности той или иной фирмы, предприятия. Но главный итог акций – конкретная практическая помощь.

БИБЛИОГРАФИЯ

1. Богомолов Н. Н. Психология печати, радио и телевидения. – М., 1991. – 193 с.
2. Васильева Л. А. Делаем новости! – М., Аспект-пресс, 2002. –190 с.
3. Гудимов А. Тайна чужой профессии. Семь дней в такси. С глазу на глаз. – М., 1965. – 171 с.
4. «Комсомольская правда» – 2001
5. Пальгунов Н. Заметки об информации. – М., 1967. – 156 с.
6. Справочник журналиста. – М., 1971. – С. 62-63
7. Шостак М. И. Журналист и его произведение.–М., 1998.–285 с.

Сочинение: Русские мемуары в историко-типологическом освещении: к постановке проблемы

Русские мемуары в историко-типологическом освещении: к постановке проблемы

Илон Фрайман

Д.В. Григорович начинает свои «Литературные воспоминания» следующей фразой: «В кругу русских писателей вряд ли много найдется таких, которым в детстве привелось встретить столько неблагоприятных условий для литературного поприща, сколько их было у меня». Далее речь идет о не замутненном трагедиями детстве автора, которого воспитывали мать и бабушка, обе — француженки; в сложности овладения русским языком, собственно, и состоят неблагоприятные условия, о которых сообщает автор, но эта тема в дальнейшем изложении никак не педалируется. Однако первая фраза сразу задает общую перспективу повествования: встречающий нас на первых страницах маленький мальчик, выучившийся русскому языку у дворовых людей, должен превратиться в автора, чье имя стоит на обложке — известного русского литератора, на закате дней пишущего мемуары.

Специфика любого мемуарного текста состоит в двойственности повествователя, одновременно являющегося в тексте в двух временах: настоящем (время письма) и прошедшем (время действия). Реалистическую литературу часто сравнивали с дагерротипом — фотографическая техника не случайно активно развивается и популяризируется в эпоху «физиологического очерка» и предъявляемых к литературе требований «правдивого воспроизведения действительности». Становящаяся в России именно в эту эпоху фактом литературы мемуарная проза парадоксальным образом ближе всего к антиподу фотографии — рисунку по памяти. Требование достоверности здесь сочетается с требованием индивидуальности, субъектности.

Эта особенность мемуаров роднит их скорее с лирическими жанрами. (Ср. жанр лирического «воспоминания» и лиро-эпические стихотворные тексты, выполняющие по сути роль мемуаров.) Такие жанровые задачи требуют особых приемов построения повествования. Поэтому мемуарная литература должна изучаться как в ряду исторических источников, так и в более широкой перспективе литературных жанров.

В нашем докладе будет предпринята попытка построения внутрижанровой типологии мемуаров, позволяющей корректно описать любой мемуарный текст. До настоящего времени такая типология не была построена, хотя мемуары и становились объектом источниковедческого, исторического и литературоведческого анализа. Из предшествующих исследований о мемуарном жанре для нас наиболее существенными являются книга Л.Я. Гинзбург «О психологической прозе», фундаментальные монографии А.Г. Тартаковского, а также его статья «Мемуаристика как феномен культуры». Специально останавливаться на истории изучения мемуаристики мы не будем, поскольку она подробно освещена в работах Тартаковского. Мы не стремились охватить все возможные источники и рассматривали преимущественно литературные мемуары. Как кажется, мемуары представителей других социальных и профессиональных групп будут менее разнообразны в отношении приемов повествования.

Тартаковский исследует генезис русских мемуаров и дает описание жанра в диахронии, а также рассматривает культурно-исторический статус мемуаристики в русском общественном сознании XIX века. Таким образом решаются задачи первоначального описания жанра в исторической перспективе, но задачу построения внутрижанровой типологии исследователь перед собой не ставит.

В исследовательской традиции существуют расхождения в определении хронологических и жанровых границ мемуаров. Мемуары, как правило, рассматриваются в ряду других жанров документальной литературы, отграниченность которых от художественных текстов кажется достаточной для того, чтобы свободно оперировать этим жанровым определением. Кроме того, нельзя не обратить внимания на неопределенность жанровых границ внутри документальной литературы. (Ср., например, состав недавно вышедшей книги «Жуковский в воспоминаниях современников», в которой наряду с мемуарами публикуются эпистолярные тексты.)

При обращении к конкретным мемуарам исследователь зачастую сталкивается с проблемой определения жанровой природы текста и затруднениями в описании их места внутри системы жанров. Эти трудности обусловлены синтетичностью мемуаров и общей теоретической, равно как и терминологической неразработанностью вопроса. Сама граница между художественной и документальной литературой нуждается в постоянном культурном осмыслении.

Мемуары — нехудожественное повествование, предполагающее доминанту нефикциональности. При этом повествователем является конкретный индивидуум. Такое сочетание невымышленности и субъективности помещает мемуары между историческим повествованием и беллетристикой.

Возникновение мемуаров связано с появлением потребности в историческом повествовании, не преломленном через авторитет, когда свидетельство очевидца или участника событий приобретает отдельную ценность именно как личное свидетельство, выделяется из общего исторического повествования. Потребность читателя в подобном роде текстов позволяет нам говорить о выдвигаемой в системе культуры специфической мемуарной функции. Функция мемуаров заключается в удовлетворении потребности в индивидуализированной и достоверной исторической информации. Установка на достоверность является обязательной для мемуарного текста (функция мемуаров состоит также в том, чтобы служить историческим источником).

Мемуарная функция существует в культуре всегда. Ее могут осуществлять тексты самых разных жанров; в том числе и устные жанры: ср., например, практику рассказывания в деревне: старухи рассказывают истории по заказу, повторения историй неоднократны. Явно связаны с этой разновидностью устных «мемуаров» ахматовские «пластиночки» (рассказы, повторяемые автором почти в неизменном виде для разных слушателей. Об этом см. в воспоминаниях А. Наймана).

Однако не всегда тексты, имеющие мемуарную функцию, поднимались до уровня печатаемых и широко распространенных. Так, например, многие русские мемуары, создававшиеся в XVIII веке, публиковались значительно позднее — в XIX веке.

Произошедшие в России культурные сдвиги середины XVII — начала XVIII вв. обусловили актуализацию категории авторской личности. Создаются предпосылки для появления автобиографии как разновидности мемуарного жанра. Возникают автожития, которые можно рассматривать уже как протомемуары (ср. автожития Елеазара Анзерского и протопопа Аввакума). Основание для подобного рассмотрения — представленное в автожитии превращение собственных воспоминаний в некоторый сюжет и переход «базовых» сюжетов, являющихся моделью для описания своей жизни (пророк, грешник, странник и др.), в более позднюю традицию.

С другой стороны, в эту эпоху получает определенный культурный статус сугубо документальный жанр свидетельских показаний: собираются рассказы очевидцев событий, рассказы группируются в зависимости от объекта повествования и публикуются (например, свидетельства участников военных действий).

Таким образом вырисовываются две линии мемуаров с точки зрения генезиса: одна восходит к юридическим документам (свидетельским показаниям), другая ориентирована, с одной стороны, на житийную традицию в перспективе русской культуры и, с другой стороны — на обширные переводные автобиографические тексты («Мемуары» Сен-Симона и другие французские тексты XVII-XVIII вв., рассматривавшиеся русскими читателями как один из жанров беллетристики). Соотношение этих двух линий должно стать предметом специального рассмотрения.

Мемуары, восходящие к юридическим документам, в своем возникновении оправдываются не значительностью биографии говорящего, а значительностью фиксируемых им событий. Со второй мемуарной линией дело обстоит как раз наоборот: значимость личности и личных событий мемуариста обосновывает его право на говорение о себе.

Эти две линии дают нам два основных типа мемуарных текстов, которые мы можем обозначить как объектно-ориентированный и субъектно-ориентированный типы. Они противопоставлены друг другу и по нарративной организации: в объектно-ориентированных мемуарах нарратив строится вокруг объекта повествования, в субъектно-ориентированных — вокруг субъекта повествования, автора.

Разные типы представлений об истории диктуют выбор стратегии повествования: если описываемые события в сознании автора выглядят как ординарные, повторяющиеся — избирается дескриптивная стратегия, в случае изображения «экстраординарных» событий усиливается сюжетная составляющая текста, т.е. избирается нарративная стратегия. В «дескриптивных» мемуарах будет силен историко-этнографический пласт. Яркий пример «нарративных» мемуаров — исторический анекдот (короткая история с четким сюжетом и финальным пуантом).

Для анекдота характерно повествование о конкретном событии (анекдоты часто начинаются с указания на время события, в зачинах — однажды и как-то). Основным грамматическим временем будет прошедшее совершенное. Противоположность этому — дескриптивные мемуары: даже если они ориентированы на изображение отдаленного временного промежутка, ситуация в них изображается суммарно, это входит в конвенцию, читатель ожидает именно такого повествования. Основные слова-маркеры повествования такого типа — наречия часто, обыкновенно, всегда, иной раз, иногда и т.п.; и несовершенный вид глаголов прошедшего времени. Ср. описание московского бульвара в июне 1812 года в воспоминаниях А.Г. Хомутовой «Москва в 12 году» (РА. 1891. Ч. 29. N 11. С. 311-328):

» тревожные толпы, в мрачном настроении проходили по нем, прислушиваясь к речам говорунов Н.Н. Демидов, в коротком плаще, из-под которого были видны его вышитые панталоны, шел с грустным видом, совершенно растроенный, испуская вздохи — не все однако о бедствиях отечества. В.П. Бахметьев, в изящном костюме, устремлялся вслед за ним со своими племянницами и дочерьми, свеженькими цветочками , но которым суждено было скоро погибнуть. Оне кокетливо кивали головой князю Николаю Гагарину, который в небрежной позе сидел на скамейке, не слушая болтовни семенившего около него Бартенева. Вяземский порхал около хорошеньких женщин, мешая любезности и шутки с серьезными тогдашними толками. Василий Пушкин подвигался за ним тяжелым шагом; его широкое добродушное лицо выражало полнейшую растерянность; впервые, при разговоре о Наполеоне, он не решился рассказать, как имел — счастье представляться ему. В обществе господствовала робкая, но глухая тревога «. (С. 312-313)

В этом отрывке характерна смена вида глагола при введении в «суммарный» описательный текст конкретного анекдота о Василии Львовиче, бытовавшего в 1812 году. Как мы видим, разные принципы повествования могут варьироваться на протяжении одного текста, даже на субфразовом уровне. Однако мемуарный жанр анекдота, случая (строго говоря, «полумемуарный», поскольку чаще мы имеем здесь дело с передачей чужих слов со ссылками или без ссылок на источники, т.е. с фиксацией жанра устной словесности, как и следует из определения анекдота) — жанр этот существует самостоятельно и обладает достаточно жесткими формальными характеристиками: краткость, пуантировка и т.д.

Следует отметить, что, казалось бы, формальный критерий длины текста оказывается критерием содержательным. Разделение мемуарных текстов на «длинные» и «короткие» напрямую соотносится с жанрами художественной прозы. На одном полюсе будут очерк или новелла, а на другом — крупный эпический жанр. (На неразрывную связь психологической прозы и мемуаров указывала Л.Я. Гинзбург. Когда в XIX веке складывается канон обширных мемуарных текстов, то он взаимодействует с основным современным ему прозаическим жанром — романом. Ср. также высказывание Льва Лосева в предисловии к публикации воспоминаний Е. Шварца:

«Нам кажется, что в основном мемуары суть разновидность одного из жанров художественной прозы, а именно романа. Любое мемуарное произведение — это роман, в котором в качестве материала использованы не фиктивные, а реальные события. Разновидности мемуаров легко различимы по тем же структурным принципам, что и разновидности романов: мемуары монологические (в основе — судьба, карьера героя-автора, развитие его отношений с миром ), мемуары полифонические (в основе — многие образы-голоса: 2 и 3 тома «Былого и дум», «Люди. Годы. Жизнь» Эренбурга), мемуары эпические (в основе — ход времени, портрет эпохи: 1 том «Былого и дум», отчасти «На рубеже двух столетий» Белого), мемуары орнаментальные, «с установкой на выражение», пользуясь формалистским жаргоном (Паустовский, Катаев)».

«Короткие» мемуары, в зависимости от их ориентации на нарративный или дескриптивный модус повествования, будут взаимодействовать с жанром новеллы или очерка (например, биографического — так, указывая в качестве жанрового образца на Ретифа де ла Бретона, строит «Капище моего сердца» И.М. Долгорукий). В первом случае повествование оправдывается увлекательностью излагаемого сюжета, во втором — точностью или яркостью в изображении деталей.

«Новеллистические» или очерковые мемуарные фрагменты могут объединяться в более обширные тексты путем «склеивания», иногда весь текст будет строиться именно как ряд «эпизодов» (с промежуточными фразами, призванными заполнить хронологический разрыв — «прошло три года» или «в следующий раз мы встретились уже в Париже»; выбор такой формы повествования зависит от жанрово-тематической природы текста). В крупном жанре, соединяющем автобиографическое хронологическое повествование с историософской рефлексией (лучше всего описанном заглавием эпопеи Герцена) введение новеллистических эпизодов или анекдотов часто будет выполнять иллюстративную функцию, подтверждая обобщающие суждения или характеристики автора мемуаров.

Функция источника, которую выполняют мемуары, обслуживается и другими жанрами: в частности, дневниками и эпистолярием. Однако в исследовательской традиции не всегда разграничивают разные типы документального повествования, несмотря на принципиальную разницу позиции повествователя. По заданному в жанре временному разрыву между повествованием и действием, а также по ориентации не на конкретного адресата (как в переписке) и не на автокоммуникацию (как в дневниковом жанре), мемуары безусловно должны рассматриваться отдельно. Мемуары, впрочем, могут строиться по модели дневников, имитируя отсутствие дистанции между моментами действия и говорения. Таким образом повышается степень предполагаемой достоверности текста. (Ср. «Записки современника» С.П. Жихарева и мемуары Н.В. Кукольника.)

В отличие от дневников, мемуары гораздо активнее взаимодействуют и соприкасаются с жанрами художественной литературы (ср. заглавие мемуаров И Ясинского «Роман моей жизни» (1926). Фикциональность, которая в прозе мотивируется вымыслом, в мемуарах с одной стороны, является их признанным недостатком (ошибки памяти), с другой — она входит в горизонт читательских ожиданий и может включаться в авторское задание.

Элементы документальности вовсе не исключены, когда речь идет о художественных жанрах; достаточно вспомнить о введении реальных персонажей в «Евгении Онегине» — не только в авторских отступлениях: «второй Чадаев, мой Евгений» или «как Дельвиг пьяный на пиру», но и в сюжете: исторический Каверин ждет вымышленного Онегина в модной ресторации. По предположению Ю.М. Лотмана, десятая глава «Евгения Онегина» представляет собой имитацию мемуаров — записок Онегина: здесь реальные и исторические персонажи вводятся в речь героя романического повествования. С этим можно сравнить сложную игру на противопоставлении романа и мемуаров, которую Пушкин демонстрирует в «Отрывке из неизданных записок дамы». Широкое распространение мемуарного жанра в XIX веке способствует появлению мнимых мемуаров (одни — как «Посмертные записки старца Феодора Кузьмича» Л.Н. Толстого, будут чистой беллетристикой в форме мемуарного текста. Другие — как «Записки Омер де Гелль» П.П. Вяземского — будут выполнять функцию мемуаров реальных. О фальсификации мы можем говорить только тогда, когда такая установка сознательно предусмотрена подлинным автором текста).

Русская мемуарная традиция насчитывает уже по меньшей мере три столетия. В XVIII в. складывается мемуарный канон, но мемуары еще, как уже было сказано выше, не предназначены не только для публикации, но и для широкого распространения. В XIX в. складывается традиция публикаций: 1812 год (об этом подробно пишет А.Г. Тартаковский) задает отношение к современности как к истории, а массовое вовлечение образованных слоев общества в описываемые события имеет результатом увеличение количества мемуарных текстов.

Важным для развития мемуарной литературы в XIX в. является становление реалистических жанров в литературе. Значимой вехой в истории жанра стала эпоха реформ, «гласность» — если до этого происходило накопление «критической массы» мемуаров, то после начинается волна публикаций. Волна захватывает не только основные журналы специального направления: «Русский архив», «Русская старина», «Исторический вестник», но и остальные журналы тоже.

В конце XIX — начале XX вв. дистанция между «временем рассказа» и временем действия сокращается настолько, что ломается традиция мемуаров и появляются гибридные жанры — «роман с ключом». На мемуарные тексты начинают оказывать влияние эстетика и идеология модернизма; понятие реальности размывается, а представление об историческом значении современности выходит на первый план.

Ранняя советская эпоха характеризуется всплеском «некрологических» мемуаров, это связано не только с рядом смертей, вполне закономерно сопутствовавших великим катаклизмам (Л. Андреев, Блок, Гумилев), но и историческим сломом: отчуждение от недавнего прошлого (разрушение старого мира) дает возможность писать о недавнем прошлом в плюсквамперфекте. Название мемуарного цикла Вл. Ходасевича — «Некрополь» — демонстрирует отрефлексированность этой особенности. У мемуаристов-эмигрантов временная граница дополняется/ заменяется пространственно-политической.

В советской подцензурной литературе 30-50-х гг. устанавливается «неожитийный», биографический и, соответственно, мемуарный канон, влияющий не только на создаваемые в это время мемуары, но и на отбор старых мемуарных текстов, предназначаемых для публикации. Ослабление цензурного давления в конце 50-х гг. вновь, как и за 100 лет до того, способствует расцвету мемуарного жанра. Это также связано с общей тенденцией к реабилитации культурных фигур 20-30-х, вычеркнутых из официальной истории («Люди. Годы. Жизнь» Эренбурга, «Повесть о жизни» Паустовского и др.) Мемуарные тексты также активно функционирует в неподцензурной литературе — «тамиздате» и «самиздате» (воспоминания Н.Я. Мандельштам, «Крутой маршрут» Е. Гинзбург).

Обширный корпус русских мемуаров можно попытаться классифицировать по разным параметрам.

Во-первых, можно выделить разные виды текстов в зависимости от того, будет ли мемуарист апеллировать к собственным воспоминаниям о событиях («прямые» мемуары), либо пересказывать чужие свидетельства («непрямые»). Возможен тип записи чужих устных рассказов с указанием автора, в этом случае автор-посредник выполняет роль «редактора» (может дополнять, уточнять, придавать связность рассказу). Промежуточный рассказчик (тот, кто фиксирует чужие тексты) может сознательно устранять себя из текста как субъект повествования (см. «Рассказы бабушки» Благово). Если же он не устраняется (например, когда чужой рассказ инкорпорирован в свой текст), будет существенным указание на достоверность или недостоверность передаваемых рассказов, соответственно — на авторитетность или неавторитетность их автора.

Внутри типа прямых мемуаров можно выделять два полюса в зависимости от степени вовлеченности автора в описываемые события. На одном полюсе здесь находятся, например, тексты, написанные с точки зрения стороннего наблюдателя, на противоположном полюсе — тексты, автор которых максимально вовлечен в события. На уровне текста это может сопровождаться смещением точки зрения (введение интроспекции, совмещение точки зрения повествователя и героя. В «Записках» Сушковой точка зрения автора сближается с точкой зрения всезнающего романного повествователя.

Очевидно, возможна классификация мемуарных текстов и по типу объекта. Можно предварительно выделить три типа воспоминаний: воспоминания о событии, воспоминания о времени, воспоминания о лице; при этом второй тип будет синтетическим, сочетая воспоминания и о лицах, и о событиях, приписываемых определенному временному промежутку (ср., например, «Замечательное десятилетие» П.В. Анненкова).

Соотношение субъекта и объекта повествования служит основанием для выделения разных видов мемуарных текстов. Можно классифицировать мемуары по типу амплуа, набор которых существует в социальной практике эпохи и описывается в понятиях общественной, возрастной, семейной иерархии: учитель — ученик, взрослый — ребенок, начальник — подчиненный. Ср. короткие новеллистического типа воспоминания о Николае Павловиче: о его государственной, официальной деятельности рассказывают преимущественно мужчины — военные, чиновники, о частной жизни императора — женщины, придворные дамы (Михаил Соколовский рассказывает об участии Николая в юридических процессах, А. Соколова — о приватной жизни Николая, его домашнем времяпрепровождении). Принципиальную роль будет играть соотношение известности/неизвестности субъекта и объекта воспоминаний: мемуары об известных людях, видимо, будут ориентированы на сложившийся образ этих людей в культурной памяти аудитории. Отдельную группу текстов будут составлять мемуары «о былой любви» (ср., мемуары А.П. Керн о Пушкине или Е.А. Сушковой о Лермонтове), а также детские мемуары (в них выделяются две разновидности: воспоминания ребенка о взрослом или воспоминания о «совместном детстве»).

Переломным этапов в эволюции мемуарного жанра является переход от внутрифамильных по преимуществу целей к предназначению для печати. Отношение автора к печатанию своих воспоминаний является важным структурным признаком текста. Представляется возможным обозначить два основных полюса в отношении мемуариста к этой проблеме:

1. При написании текста воспоминаний автор учитывает вопрос о его публикации/непубликации.

2. Вопрос о публикации не становится предметом отдельной рефлексии автора (здесь мы можем говорить об обращении автора к абстрактному адресату).

В первом случае мы можем выделить несколько подтипов мемуаров:

1) ориентированный на посмертную публикацию, что, как правило, определяет этическую позицию автора по отношению к информации, содержащейся в тексте (объектные мемуары с описанием конкретных (известных) лиц, в том числе и самого автора; например, воспоминания бывших возлюбленных или описывающие чьи-то интимные отношения. Ср. воспоминания Е.Д. Васильевой о Гумилеве и Волошине, которые она отдает на хранение с грифом «опубликовать после моей смерти»), то есть текст, прагматика которого исключает из читательской аудитории определенных лиц. Особо выделяются случаи публикации таких текстов без согласия автора;

2) тексты, ориентированные на прижизненную публикацию. Такого рода тексты по-разному могут структурировать свою аудиторию, но в любом случае будет иметь место ее иерархическое деление: участник; свидетель; читатель, информированный об описываемом событии из других источников (устные/письменные); читатель, минимально информированный о событиях.

Актуальными параметрами в данном случае могут являться место и время публикации, которые могут провоцировать диалогические отношения между данным текстом и предыдущими публикациями, а также вызывать ряд полемических текстов, в том числе мемуарных. Полемический элемент может быть заявлен самим автором, а может присутствовать в тексте имманентно (например, «Мой лунный друг» З. Гиппиус).

Среди этих текстов особое место будут занимать мемуары с четко осознанной причиной их возникновения:

1) некрологические мемуары, мемуары, восходящие к традиции торжественного красноречия (например, мемуарный текст, инкорпорированный в речь М.П. Погодина на обеде, данном в его честь), а также мемуары, написание которых спровоцировано обостренным ощущением финальности предыдущего жизненного отрезка, а также необходимостью «обнародовать» эту финальность (например, эмиграция, революция, переворот и т.д.);

2) мемуары, ориентированные на перлокутивный эффект: т.е. тексты, претендующие на прямую реакцию аудитории. Сюда, в той или иной степени, относятся мемуары, написанные с целью создания репутации. Это может быть, например, вписывание себя в определенный контекст или выражение лояльности по отношению к государству. Возможна крайняя степень такой прагматики: мемуары, пишущиеся ради продвижения по службе, или тип, представленный воспоминаниями Цветаевой о Бальмонте (текст заканчивается прямым призывом к оказанию помощи Бальмонту).

Сочетание невымышленности и субъективности предполагает возможность нескольких описаний одного и того же события. Рефлексия над этой особенностью жанра приводит авторов к осознанию вариативности собственного текста, что зачастую может становиться отдельных рассуждений в метаописательных фрагментах текста. Приведем цитату из мемуаров В. Яновского «Поля Елисейские»: «И пусть живописания часто искривляются, подчиняясь законам искаженной (личной) перспективы. Чем больше таких субъективных свидетельств, тем образ полнее. Так, два глаза воспроизводят предмет выпукло».

Наиболее ярко идея вариативности будет выражена в том случае, когда субъективные точки зрения различных «вариантов» совместятся в одном мемуаристе (как это, например, происходит в двух редакциях «Воспоминаний о Блоке» А. Белого); хотя здесь же нужно отметить, что «переписывание» мемуаров зачастую связано с цензурными запретами.

Отдельных замечаний заслуживает проблема временной дистанции между событием и временем его описания. Идея финальности, лежащая в основе мемуарного жанра, позволяет предположить, что особо значимым будет временной промежуток между окончанием описываемого периода и моментом написания. Здесь возможны две противопоставленные друг другу группы текстов: 1) мемуары, перетекающие в дневники, т.е. доходящие в своем рассказе о событиях до момента повествования, «сейчас»; 2) мемуары со строго осознанной границей между «сейчас» и «тогда». Маркерами такой границы могут выступать в тексте высказывания типа «думал ли я тогда, что буду писать об этом мемуары».

В заключение укажем на некоторые темы, которые остались незатронутыми, но которые необходимо учитывать при описании истории жанра и отдельных текстов.

1. Проблема «канонических» мемуаров. Речь идет, с одной стороны, о жанровом каноне, задаваемом наиболее авторитетными текстами (образцом такого текста будет автобиографическая эпопея Герцена), с другой стороны — о «тематических» канонах: признанных наиболее достоверными/авторитетными текстах, посвященных тому или иному времени, лицу или событию. Введение в культурный обиход новых мемуарных текстов при наличии «канона» всегда будет осуществляться на его фоне.

2. Исследование мемуаров необходимо строить не только на основании источниковедческого критерия «достоверности/недостоверности» (учитывающего осведомленность автора, его объективность, временной промежуток между действием и созданием текста и другие факторы), но и на основании безоценочного анализа поэтики мемуарного текста. Здесь, помимо отмеченных нами особенностей, связанных с использованием глагольных времен, следует обращать внимание на другие способы выражения точки зрения. Особого внимания заслуживают автометаописательные фрагменты (часто приуроченные к зачинам текстов) и другие способы преодоления временного разрыва между «я»-рассказчиком и «я»-персонажем.

Мы попытались указать на параметры, существенные для типологического описания мемуаров. Как нам представляется, при анализе мемуаров следует активно использовать филологическую методику анализа текста (в том числе на низших уровнях структуры). Сказанное, впрочем, относится и к другим нехудожественным жанрам словесности.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.ruthenia.ru

Реферат: Тронь рукою струны лютни

Тронь рукою струны лютни

В современных исследованиях мировой музыкальной культуры содержится немало примеров тому, как неверная интерпретация тех или иных исторических фактов порождает многочисленные заблуждения и, в конечном итоге, искажает истину.

Один из них — восприятие лютни как исторического этапа в развитии всеми любимого и популярного инструмента — гитары. С этой точки зрения лютню («королевский» инструмент, «инструмент Его величества») зачастую характеризуют не иначе как «мать гитары». Тем самым ее роль существенно умаляется, и лютня представляется лишь неким атавизмом, выполнившим свое историческое предназначение и ушедшим вглубь веков.

Цель нашей статьи предоставить читателям некоторые из наиболее достоверных сведений об истории формирования и развития лютни.

Лютня как музыкальный инструмент отнюдь не утратила своего самостоятельного значения и продолжает жить полноценной жизнью, имеет ряд почитателей и приверженцев и обладает богатейшими исполнительскими возможностями и репертуаром. В современной музыкальной культуре лютня прочно занимает свою определенную нишу. В большинстве европейских стран она по-прежнему часто звучит в концертных залах, фундаментально изучается в музыкальных учебных заведениях, где преподается класс лютни, или (по крайней мере) старинной музыки, хорошо знакома как профессионалам, так и широчайшему кругу любителей-меломанов. Этому есть логическое объяснение. Лютня инструмент чисто европейский, и весь лютневый репертуар музыка, понятная и естественная для восприятия европейцев.

К сожалению, в России в силу ряда причин лютня превратилась в своего рода эксклюзив, понимание которого доступно лишь эстетам. Большинство музыкантов (и, как ни странно, даже гитаристов!) в нашей стране не имеют практически никакого представления об истинной природе лютни и ее исполнительских возможностях.

По археологическим данным, появление древнейших лютен можно отнести к IV II тысячелетию до н.э. Это сравнительно поздний период в истории развития щипковых инструментов. Инструменты этого первоначального периода можно классифицировать по главному конструктивному признаку — это лютни с длинной или короткой шейкой. Вероятнее всего, они возникли в районе Месопотамии, а затем постепенно распространились к западу и востоку. Это основное различие сохраняет свою силу на протяжении всей истории формирования семейства лютневых инструментов у разных народов.

Историческим предшественником европейской лютни был арабский уд (‘ud «прут»), а изначально barbat («плектр»). На лютни «барбат» в качестве звучащей деки натягивался пергамент. (Лютни «барбат» из Персии позже стали чисто арабским инструментом). На лютне «уд» дека была деревянной, отсюда и название: «‘ud » прут, дерево.

Инструмент проникал на континент во времена мавританского завоевания Испании (711 — 1492 г.г.) и крестовых походов, начиная с 10 века. По средневековым изображениям, уд того времени по форме был схож с удом, распространенным на Востоке и ныне, но, в отличие от европейских инструментов, на нем не было ладов. Перенесение уда в Европу потребовало ряда некоторых (а позже и более значительных) трансформаций, которые сделали чисто арабский инструмент «уд» важнейшей частью европейской музыкальной культуры — лютней.

В древнегреческой художественной литературе, а также в многочисленных трактатах и предисловиях к сборникам лютневой музыки эпох Ренессанса и Барокко лютня обозначается словом «тестудо» («testudo» — «черепаха»). Так называли лиру, вспоминая о Гермесе, который изготовил первую лиру из черепашьего панциря, а затем поместил ее на небо как созвездие — знак для поэтов и музыкантов. Слово «тестудо» проникло и в новые языки. Неизвестный переводчик стихов Горация, обращенных к лире, заменяет лиру на лютню, (прим. авт. — Позднее эта ода положена на музыку Джоном Блоу и звучит как гимн лютне). Роль поэтического и музыкального символа, который в античной литературе играла лира, в новой европейской литературе заменила лютня. В разных странах слово «лютня» звучало в различных интонациях (арабск. — ‘ud, исп. — Laud, фр. — Luth, нем. — Laute, ит. — Lauto-Liuto-Leuto, англ. — Lute, русское название происходит от польского — Lutnia). На протяжении всей истории бытования лютни в Европе ее конструкция постоянно менялась в соответствии с потребностями, которые диктовали музыкальные вкусы того или иного времени. Из сохранившихся инструментов самые ранние образцы относятся к началу 16 в. То, что происходило с лютней раньше, можно реконструировать лишь по изображениям живописи и описаниям, дошедшим до нас.

Точно известно, что на ранних лютнях, как и на уде, использовались кишковые струны, натягивавшиеся парами. Размеры корпуса (и соответственно мензуры) были разными, чтобы охватить весь диапазон музыки того времени. Парных струн (или как их еще называли «хоров») было четыре. В 15 в. добавился пятый хор. Высота строя была различной. Наиболее распространенным интервальным строем считался квартовый с большой терцией между 3-ей и 4ой струной, но также известны и другие варианты настройки.

Первоначально музыка на лютне исполнялась плектром (как и на уде). Инструмент воспринимался как чисто мелодический, но в течение 15 в. произошел переход к пальцевой технике. В это время основой репертуара становятся переложения многоголосной духовной музыки, появление которых вызвано ростом интереса к полифонии. Запись музыки переносится на табулатуру (лат. Tabulatura от Тabula доска, картина, чертеж) систему цифровой (или буквенной) знаковой нотации. Известно три основных типа табулатур немецкая, французская и итальянская.

Конструкция и струны

Самое раннее описание конструкции лютни относится к 15 в. Основные пропорции и детали остались неизменными и по сей день. Корпус изготавливался из тонких полосок дерева (чаще всего из клена), склеенных в полукупол грушевидной формы, шейка и колковая коробка располагались почти под прямым углом по отношению к корпусу. На шейку навязывалось необходимое количество ладов, тонкая дека изготавливалась из ели. Непосредственно в ней вырезалась фигурная розетка. Конструкция лютни была необычайно легкой (при мензуре 60-65 см, вес лютни не превышал 300-400 гр.).

Ренессансные лютни конструировались разных размеров по аналогии с регистрами человеческого голоса. Например, немецкие источники описывают инструменты семи регистров малая октавная лютня, малый дискант, дискант, альт, тенор, бас и октавный бас. В Италии, Англии, Франции в употреблении, главным образом, были лютни трех регистров: малая, средняя и большая, различаясь по высоте на кварту, а большая на октаву ниже средней. Средняя лютня соответствовала альту и строилась G-c-f-a-d-g или A-D-g-b-e-a. В номинальных величинах эти ноты не обязательно были нотами современного строя. Но именно для лютен этого строя публиковался основной лютневый репертуар как сольные пьесы, так и аккомпанемент вокальных партий.

Сложность изготовления струн заключалась в том, что они должны были быть одинаково плотными и ровными в диаметре по всей их длине. Только в 16 в. новые технологии позволили изготавливать более точно калиброванные струны. Производство таких кишковых (или, как мы их называем, «жильных») струн было весьма трудоемким процессом. Для их изготовления ценились жилы только молодых бычков, особенно если они были выращены в Испании.

Со временем к лютне добавились 6-й и 7-й хоры. Но с расширением басового диапазона лютни возникла проблема звуковысотности. Тембр лютни и без того отличался неярко выраженной первой гармоникой, звук толстой струны даже при точном строе имел расплывчатое звучание, которое мешало восприятию басовой линии в полифонической музыке. Поэтому в каждый из басовых хоров вместо второго унисонного баса включалась тонкая октавная струна.

Успехи в технологии производства струн открывали новые возможности расширения басового диапазона лютни. Прибавились 7,8,9 и 10 хоры, которые настраивались диатонически, но могли перестраиваться в зависимости от тональности. В 17 в. всеобщее признание завоевывает 10-хорная лютня.

Мастера

Первые сведения о знаменитых мастерах-создателях лютен относятся к 16 в. Несколько немецких семейств из района Германии (вблизи Аугсбурга) основали в Италии две прославленные школы изготовления щипковых инструментов. Первая — в Болонье, где трудились Л.Малер, Г.Фрей и др., затем — большое семейство Тиффенбрукер в соседней Венеции и Падуе. Лютни, созданные этими мастерами в 17-18 в.в. и в наши дни считаются непревзойденными.

Настройка

Хочется напомнить, что почти все инструменты того времени были привилегией знати, светского круга. Лютня была придворным инструментом, и если орган называли «Королем всех инструментов», то лютню по праву считали «инструментом всех королей». Научиться на ней музицировать для знатной особы не составляло труда, а вот чтобы настроить (особенно многохорную лютню), требовался навык и тонкий слух.

Анекдот о том, что «лютнист, который играет на лютне сорок лет, тридцать из них тратит на настройку, а остальные десять играет на расстроенном инструменте» имеет под собой основание. Достаточно представить себе быт того времени: большие замки и дворцы, открытый огонь каминов, сквозняки, жара, влажность и т.д. Жилы, сделанные из натурального материала, так остро реагировали на изменения климата, что точный строй порой являлся действительной проблемой. (прим.авт. — Мне приходилось играть на настоящих жильных струнах и, признаюсь, что ощущение аутентичности — непередаваемое, однако удовольствие это весьма дорогое и крайне непрактичное.)

Во время настройки лютню как правило темперировали. Казалось бы, неверное на первый взгляд расширение или сужение некоторых интервалов, создавало в итоге точный строй. Для смены тональностей менялся тон необходимых басов и совершалась темперация в определенном ладу. Навязные лады могли сдвигаться в нужную сторону. (Не случаен интерес композиторов и музыкальных теоретиков тех эпох к вопросу темперации. Они пытались умозрительно решить проблему точного интонирования на лютне на основе пифагорейских натуральных интервалов. Например, знаменитые «лютневые уроки» Дж.Дауленда или книга Л. де Милана для виуэлы).

С расширением басового диапазона шейка лютни постепенно удлинялась, соответственно увеличивалось и число ладов. Если на ранних лютнях их было семь, то со временем — от 9 до 12 (9 навязных и 3 наклеенных на деке). Тем самым диапазон одной струны расширился до полной октавы. Подобное расширение также создавало вероятность нарушений точного строя, что послужило дополнительным импульсом к утверждению равномерной темперации. (Аналогичные процессы происходили со всеми струнными инструментами, включая клавесин).

Разновидности лютен

Вряд ли можно найти инструмент, имеющий такое большое количество себе подобных. В середине 17 в. английский мастер Джон Роуз изобрел лютню с плоской нижней декой, а лады и порожки расположил веером, поставив при этом металлические струны и сохранив традиционный строй. Назвал он этот инструмент «орфарион» (в честь двух античных мифических героев Орфея и Ариона). Плоский корпус и металлические струны употреблялись и раньше (на цитернах, пандорах, китарронах и английских гитарах). Изобретение Дж.Роуза состояло в том, что веерное расположение ладов позволило разместить на одном грифе две мензуры стандартную и более длинную, а инструмент при этом остался достаточно компактным. Металлические струны давали возможность использовать на орфарионе как пальцевую, так и плектрную техники игры.

Самая маленькая лютня мандора с 4 (5,6) струнами была широко распространена во Франции и Италии. Небольшие размеры делали ее удобной в сольном музицировании, а высокий строй позволял использовать в качестве верхнего голоса в ансамблях. В своих концертах для лютни французские и итальянские композиторы (напр., А.Вивальди) часто подразумевали, наряду с традиционными, именно такие маленькие лютни, на которых, в основном, использовалась плектрная техника. (В дальнейшем эти лютни мандоры, или мандолы заменили мандолины).

В 17-18 в.в. наибольшую популярность приобрели большие инструменты. Это лютни с длинной шейкой теорбы, китарроны, архлютни, лютни а теорбато и др. Главным достоинством таких лютен являлась большая длина басовых струн. Применение как хорных, так и одинарных струн облегчало некоторые технические задачи и делало названные инструменты незаменимыми в ансамблях, особенно в группе basso continuo.

Строи

С экспериментами над конструкциями лютен, начались и эксперименты с системами их строев, за несколько десятилетий приведшие к полному отказу от «старого» ренессансного строя.

Первый из таких экспериментов — перестройка внутренних «игровых» хоров, а не басов (например, м3-5-4-б3-4, или 4-4-б3-м3). Всего было предложено около 20 новых систем настройки. Буквально каждый известный лютневый композитор изобретал свои собственные варианты строя (некоторые — как строй для исполнения только определенных произведений). Такой прием настройки назывался «скордатура» и широко применялся на многих инструментах (виолах, гитарах и др.) Лютневый смешанный сохранил свою роль в течение последних полутора столетий расцвета лютневой музыки, несмотря на не прекращавшиеся конструкционные изменения, связанные с добавлением все новых басовых струн. Лютня в итоге приобрела большой корпус, большую длину басовых хоров, которых было 13 (за исключением одинарных первой и второй струны). В общей сумме струн стало 24.

Только теорба, или китаррон сохранили ренессансный квартовый строй от разного основного тона (ля, соль или ре), разве что первые две струны строились на октаву ниже.

Эпоха барокко – вершина популярности лютни благодаря интересу к ней таких ярких личностей композиторов и издателей, как Готье, Дюфо, Дюбю, Галло и др. (во Франции), И.Елинек, А.Дикс, Я.А.Лози (в Праге), Л.де Сен-Люк (бельгиец по происхождению), И.Г.Вайхенбергер и Я.Квестенберг (в Австрии). Многие прекрасные композиторы той эпохи (А. и Д.Скарлатти, Г.Ф.Гендель, А.Корелли, А.Вивальди, Г.Перселл, Г.Ф.Телеман и др.) даже если и не писали для лютни-соло, то почитали ее как обязательный инструмент в своих оркестровых и ансамблевых произведениях.

Наибольшее количество музыки для лютни-соло было написано в форме сонат, сюит или партит, включавших в себя основные европейские танцы: алеманду, куранту, сарабанду, менуэт, жигу и др. К этому времени (17-18 в.в.) лютня как сольный инструмент имела уже две основные школы и стилистических направления — во Франции и в Германии.

Конечно же, вершиной лютневой музыки этого периода по праву является творчество С.Л.Вайса, написавшего более 600 пьес, в том числе более 50 лютневых сюит. Его популярность среди современников была огромна, а творчество оказало влияние на многих композиторов, в том числе и на И.С.Баха. (Впрочем, это – предмет отдельного разговора).

Незаурядными были также труды немецких композиторов и теоретиков Э.Г.Барона и А.Фалькенхагена.

На фоне четырех великих национальных школ (Италии, Англии, Франции, Германии) то, что происходило в лютневой музыке остальных стран Европы, имеет скорее факультативное значение. Но особое место принадлежит Испании, где еще в конце 15 в. после освобождения от мавританского владычества, лютня была вытеснена из обихода (по крайней мере официального) виуэлой, для которой в 16 в. был создан выдающийся репертуар (но об этом поговорим отдельно).

Конец 18 и начало 19 в.в. стали окончательным закатом германской лютневой школы, но в отличие от Франции и Италии, где она уже почти полностью вышла из употребления, Германия осталась единственной страной, где лютня (в других ее конструктивных вариантах), хотя и в очень малой значимости, но сохранила свое место до сих пор.

Несмотря на то, что лютня все же потеряла свое ведущее положение, ее блестящая биография позволяет нам с уверенностью назвать ее одним из самых важных инструментов в истории мировой музыки.

Возрождение интереса к лютне в 20 в. началось задолго до того, как появились первые профессиональные исполнители. Сперва лютневую музыку исполняли чаще всего гитаристы. Бесспорная заслуга этих музыкантов (таких как Дж.Брим) состояла в том, что они способствовали осознанию ценности лютневого репертуара как одной из вершин европейской музыкальной культуры. Тщательное изучение мастерами сохранившихся инструментов и всего комплекса информации, содержащейся в описаниях эпохи Ренессанса и Барокко, привело к копированию образцов старинных мастеров, а затем и к пониманию сущности лютни, к созданию оригинальных аутентичных инструментов. В последние десятилетия развернулась интенсивная исследовательская работа, созданы лютневые общества разных стран, начали публиковаться специальные бюллетени и журналы. Систематическое изучение всех аспектов лютневой музыки привело к формированию особого исполнительского стиля, в котором аутентичный подход является предпосылкой высокого артистизма.

В конце нашего разговора о лютне, вернемся к теме, которая уже была вскользь затронута в начале. Среди современных гитаристов и музыковедов бытует выражение – «лютня – мать гитары», являющееся с точки зрения подлинных исследователей, безграмотным и даже нелепым. Из этой идиомы следует, что лютня, отжив свой век, произвела на свет более жизнеспособное потомство в виде гитары. На самом деле, развитие этих двух инструментов было параллельным! И гитара имеет свою отдельную (но вместе с тем тесно связанную с лютней) богатейшую историю.

ГИТАРА (фр.Quitare, ит. Chitarra, нем. Quitarre, исп. Quitarra, англ. Quitar; в конечном итоге все названия через средневековые последования восходят к древнегреческому Ki apa) – струнный щипковый инструмент лютневого типа, характеризующийся 8-образной формой корпуса и распространившийся в Европе, начиная с 15 века. Размеры и строй гитары в течение веков претерпевали серьезные изменения.

Содержащиеся в современной литературе попытки связать происхождение гитары с египетскими («коптскими лютнями»), месопотамскими и древнегреческими прототипами, и даже с «сарацинскими гитарами» безосновательны. Несмотря на сходство названия с именами некоторых средневековых инструментов («цитоль», «гиттерн» и «цистра»), собственно гитара, точнее тот из множества древних щипковых инструментов, которые мы на основании фактов можем считать первым прямым предком современной гитары, появляется, судя по изображениям 15 в., как новый инструмент, сочетающий черты виуэлы и средневекового гиттерна (8-образный неглубокий корпус с длинной шейкой, розетка в центре верхней деки, октавный нижний хор в одном из вариантов строя). Этот инструмент не всегда и не во всех странах назывался гитарой, поэтому ниже термин «гитара» будем употреблять условно, а терминология, характерная для каждой эпохи, будет обсуждаться отдельно. Кстати, что означает само слово «гитара», вернее его перевод, точно никому не известно.

В 16 в. разновидности гитары были известны под названиями: фр. quiterre, quiterne; ит. chitarrino, chitarra da sette corde (т.е. гитара с семью струнами), chitarra Napolitana; исп. quitarra de quatro ordenes (т.е. гитара с четырьмя хорами). Это был инструмент довольно небольшого (в сравнении с основной «теноровой» разновидностью виуэлы) размера. Такой инструмент, созданный мастером Б.Диасом в 1581 г., при длине 76,5 см имеет длину открытых струн – 55,4 см., с пятью хорами. Вероятнее всего, этот инструмент был экспериментальным, так как основным для того времени количеством хоров было четыре. Подобные гитары имели навязные лады и низкую подставку, а также розетку сложной формы, вырезанную из пергамента. Задняя дека была либо плоской, как у виуэлы, либо несколько выпуклой. В любом случае набиралась она из ребер, как у лютни. За исключением формы корпуса, конструктивные характеристики были аналогом лютневых. Интервальный строй гитары определялся той же формулой, что и строй ранней лютни с четырьмя-пятью хорами. Кстати, главное, что составляло общность инструментов, несмотря на различие форм корпуса и размеров, был именно строй.

С достаточной точностью можно предположить, что первоначальным и наиболее распространенным стилем игры на ренессансной гитаре была импровизация на темы популярных танцев с использованием приема rasqueado (исп.), или battente (ит.), т.е. удара пальцами правой руки по всем струнам. (Многие сборники того времени даже имели заглавие: «Музыка для гитары баттенте», из чего современные гитаристы иногда делают ошибочный вывод, что такой инструмент (battente) является особой разновидностью старинной гитары).

Уже на раннем этапе гитаристы стали имитировать полифонический лютневый и виуэльный стиль. Запись музыки во французской и итальянской табулатуре, техника игры (за исключением нескольких приемов) также как и постановка рук заимствованы у лютни.

Пятихорный инструмент вскоре получил универсальное распространение в Европе под названием «гитары» или «испанской гитары» (в современной литературе принято также название «барочная гитара»). Строй барочной гитары, особенно на первоначальном этапе, испытывался в многочисленных вариантах, прежде чем не утвердился его основной тип Aa-dd-gg-bb-ee с октавами в басах. Наличие октавного удвоения басов сыграло особую роль, став косвенной причиной развития характерных черт барочной гитарной музыки: стоило убрать в одном или в обоих басовых хорах нижнюю струну, или бурдон, и возникал инструмент с новым «ломаным» строем, при котором нижний хор звучал выше, чем средние. Именно такой «ломаный» строй приобретает ведущее значение в начале 17 в. Для него написана большая часть музыки самых выдающихся гитарных композиторов того времени: Ф.Корбетты, А.Бартолотти, Л.Ронкалли, Р. де Визе и др. «Ломаный» строй позволял использовать высоко звучащие нижние струны для проведения высокого голоса в полифонических пьесах, а также (чередуя их с верхними) для исполнения мелодических пассажей. При этом ноты, извлеченные на разных струнах, накладывались друг на друга, создавая особый эффект, напоминающий звучание арфы. Г.Санз называл этот прием «колокольчиками» (campanellas). Фактическое отсутствие басовых струн и являлось основным отличием этого инструмента от других щипковых (в том числе и от лютни), но благодаря чистому светлому тембру и упругому звучанию (особенно при аккордовой технике) обеспечило ему широкую популярность для исполнения basso continuo.

Аккорды для барочной гитары записывались буквами латинского алфавита, начиная с +, а затем – А, В, С, D и т.д. Последовательность букв была ориентирована на логику смены позиций на грифе гитары и не соотносится с современным буквенным обозначением аккордов (например, А – соль мажор, а не Ля, как в современной системе), хотя в обоих принципах заложена общая идея. Некоторые песенные сборники того времени озаглавливались «Музыка для гитары alfabeta», что вводит в заблуждение современных гитаристов, полагающих, что перед ними – музыка для особой разновидности старинного инструмента, хотя это все та же барочная гитара.

До нас дошло немало барочных гитар в хорошем состоянии работ А.Страдивари, И.Тильке, М.Селласа и др.

В наши дни возрождение интереса к старинной гитарной музыке отмечено теми же проблемами, что и возрождение лютни, но в еще более острой форме. Современные гитаристы часто без колебаний пытаются адаптировать старинную гитарную музыку к современным исполнительским приемам. При этом, разумеется, музыка, рассчитанная в основном на «ломаный» строй, не может быть передана адекватно. К тому же много музыки для этого инструмента было рассчитано на «скордатуру», т.е. необходимую перестройку гитары, что окончательно запутывало современных гитаристов. В результате такой исполнительской деятельности сложился довольно значительный репертуар полностью искаженной старинной гитарной музыки. Хочется надеяться, что репринтное переиздание подлинных источников и выполнение более корректных переложений репертуара того времени, а также рост популярности аутентичного исполнительства вскоре исправят настоящее положение дел.

Все, о чем рассказано в данной статье, является лишь малой толикой тех богатейших сведений о старинных инструментах, созданном для них репертуаре, мастерах и исполнительских приемах, которые имеются в анналах мировой музыкальной культуры. Размеры настоящей публикации не позволяют «объять необъятное».

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://guitarists.ru

Доклад: Культура Руси в период раздробленности

Культура Руси в период раздробленности

Для русской духовной культуры середины XII — XIII в. характерно становление «полицентризма» — появление в разных регионах Руси самобытных культурных центров.

Получает дальнейшее развитие летописание. Если в XI — начале XII в. центрами летописной работы были только Киев и Новгород, то в последующий период летописание ведется в большинстве центров образовавшихся феодальных княжеств: Киеве, Чернигове, Переяславле, Владимире-на-Клязьме, Галиче, Новгороде, вероятно, также в Смоленске и Полоцке. Несмотря на «областной» характер летописания, летописцы XII — первой половины XIII в. не замыкались в своих узкорегиональных событиях, в той или иной мере освещая историю всей Руси. Из дошедших до нас летописных текстов летописание центров Южной Руси в наибольшей степени отражает Ипатьевская летопись (конец XIII в.), Северо-Восточной — Лаврентьевская летопись (начало XIV в.), Радзивилловская летопись и летопись Переяславля Суздальского (XIII в.).

В конце XII в. было создано одно из наиболее выдающихся по своим художественным достоинствам произведение мировой средневековой литературы — «Слово о полку Игореве». Оно посвящено упомянутому выше неудачному походу на половцев в 1185 г. новгород-северского князя Игоря Святославича. Не случайно то, что именно этот поход послужил поводом для создания произведения. Ряд обстоятельств — сопутствовавшее походу затмение солнца, невзирая на которое Игорь продолжил поход, гибель и пленение всего войска, бегство князя из плена — были уникальны и произвели сильное впечатление на современников (кроме «Слова» им посвящены две пространные летописные повести).

«Слово о полку Игореве» в дошедшем до нас виде было создано, как считают ученые, осенью 1188 г. (при этом, возможно, основной текст его был написан еще в 1185 г., вскоре после бегства Игоря из плена, а в 1188 г. в него были внесены добавления в связи с возвращением из плена брата и сына Игоря). Неизвестный автор его, разгадка имени которого не перестает занимать исследователей и любителей «Слова» (к сожалению, почти все имеющиеся версии серьезной критики не выдерживают), был, во всяком случае, жителем Южной Руси, лицом светским и принадлежащим к высшему слою древнерусской знати — боярству.

Основная идея «Слова» — необходимость единства действий русских князей перед лицом внешней опасности. Главное зло, препятствующее этому, — княжеские распри и междоусобные войны. При этом автор «Слова» — не сторонник единого государства: разделение Руси на княжества под властью суверенных правителей он воспринимает как должное; его призыв направлен не к государственному объединению, а к внутреннему миру, к согласию в действиях.

Являясь произведением о событиях своего времени, LСлово¦ одновременно представляет собой и яркий памятник исторической мысли. «Нынешнее» время сопоставляется в нем с прошлыми событиями, причем отечественной истории (что было редкостью — обычно исторические примеры в произведениях древнерусской литературы черпались из библейской и римско-византийской истории). Особенностью историзма «Слова» является попытка отыскать в прошлом корни нынешних бед Руси: автор обращается с этой целью к событиям второй половины XI в., когда началась эпоха княжеских распрей, приведших к ослаблению страны перед лицом половецких набегов. В своем обращении к истории автор «Слова» широко использует эпические мотивы.

Во второй половине XII в. (точная датировка » предмет спора) в Севере-Восточной Руси появилось другое примечательное произведение древнерусской литературы «Слово Даниила Заточника». Оно написано в форме обращения к князю: автор, выходец из низших слоев господствующего класса, попавший в опалу, старается вновь заслужить княжескую милость и доказать князю свою полезность в качестве мудрого советника. «Слово» насыщено афоризмами. В 20-е или в первой половине 30-х годов XIII в. была создана вторая редакция этого произведения, именуемая «Молением Даниила Заточника». Она адресована Ярославу Всеволодичу, в то время князю Переяславля Залесского. Автор этой редакции — дворянин, представитель новой категории в рядах господствующего класса. Характерной чертой «Моления» является негативное отношение к высшей знати — боярам.

Еще одно выдающееся произведение древнерусской литературы — «Слово о погибели Русской земли» — было написано в самые тяжелые для Руси дни во время монголо-татарского нашествия. Скорее всего оно было создано в начале 1238 г. в Киеве, при дворе князя Ярослава Всеволодича, занимавшего тогда киевский стол, после получения вестей из Северо-Восточной Руси о вторжении в нее полчищ Батыя и о гибели в бою с татарами на р. Сити брата Ярослава — Юрия.

Это произведение (оставшееся незаконченным) содержит не имеющий себе равных в средневековой литературе гимн-прославление родной земли, воспоминание о ее былом могуществе (при князьях Владимире Мономахе, его сыне Юрии Долгоруком и внуке Всеволоде Большое Гнездо) и рассуждение о «болезни» — усобицах, подтачивавших силу Руси после смерти Ярослава Мудрого. Подобно автору «Слова о полку Игореве», автор «Слова о погибели» обращается к прошлому своего отечества, пытаясь понять причины его сегодняшних бед.

В жанре эпоса середина XII — начало XIII в. — время появления таких былинных сюжетов, как «Саур Леванидович», «Сухман», новгородские былины о Садко, циклы песен о князе Романе (прототип этого героя — князь Роман Мстиславич Галицкий).

Продолжают развиваться каменное строительство (в основном храмовое, но появляются и каменные княжеские дворцы) и церковная живопись. В архитектуре второй половины XII — начала XIII в. наблюдается сочетание местных традиций, заимствованных из Византии форм и элементов западноевропейского романского стиля. Из сохранившихся памятников зодчества этой эпохи особо могут быть выделены Георгиевский собор Юрьева монастыря (первая половина XII в.) и церковь Спаса на Нередице (конец XII в.) под Новгородом, в Северо-Восточной Руси — Успенский и Дмитриевский соборы во Владимире, церковь Покрова на Нерли (вторая половина XII в.), Георгиевский собор в Юрьеве-Польском (1234).

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://russia.rin.ru/

Топик: Название всех стран, жители, столицы, языки (на английском языке)

| Country | Capital |Inhabitant | Language |
|Afghanistan |Kabul |Afghan |Pashtu, Dari |
|Albania |Tirane |Albanian |Albanian, Greek |
|Antigua and |Saint Johns |Antuquan, |English |
|Barbuda | |Barbudan | |
|Angola |Luanda |Angolan |Portuguese, Bantu |
|Argentine |Buenos Aires |Argentine |Spanish |
|Australia |Canberra |Australian |English |
|Austria |Vienna |Austrian |German, Slovene |
|Bahrain |Manama |Bahraini |Arabic |
|Bangladesh |Dhaka |Bangladeshi |Bangla |
|Barbados |Bridgetown |Barbadian |English |
|Belgium |Brussels |Belgian |Dutch, French |
|Bolivia |Sucre |Bolivian |Spanish, Aymara |
|Botswana |Gaborone |Motswana (sing) |Setswana |
| | |Batswana (plural)| |
|Brazil |Brazilia |Brazilian |Portuguese |
|Brunei |Bandar Seri |Bruneian |Malay |
| |Begawan | | |
|Bulgaria |Sofia |Bulgarian |Bulgarian |
|Burundi |Bujumbura |Burundian |Kirundi |
|Burma |Rangoon |Burmese |Burmese |
|Cameroon |Yaounde |Cameroonian |English & 24 MAL |
|Cambodia |Kampuchea |Cambodian |Khmer |
|Canada |Montreal |Canadian |English, French |
|Cape Verde |Praia |Cape Verdean |Portuguese, Crioulo |
|Cayman Islands |Georgetown |Caymanian |English |
|Central African|Bangui |African |French, Sangho |
|Republic | | | |
|Chad |N Djamena |Chadian |French, Arabic |
|China |Beijing |Chinese |Chinese |
|Chile |Santiago |Chilean |Spanish |
|Colombia |Bogota |Colombian |Spanish |
|Comoros |Moroni |Comoran |Comoran |
|Congo |Brazzavile |Congolese |Lingala and |
| | | |Monokutuba |
|Cocos Islands |West Island |Cocos Islander |English, Malay |
|Coral Sea | Canberra |——————|———————|
|Islands | |—— |———- |
|Costa Rica |San Jose |Costa Rican |Spanish |
|Sri Lanka |Sri |Sri Lankan |Sinhala, Tamil |
| |Jayewardenepura| | |
| |Kotte | | |
|Cuba |Havana |Cuban |Spanish |
|Cyprus |Nicosia |Cypriote |Greek, Turkish |
|Cook Islands |Avarua |Cook Islander |Maori |
|Czech Republic |Prague |Czech |Czech |
|Denmark |Copenhagen |Dane |Danish, Faroese |
|Dominica |Roseau |Dominican |English |
|Djibouti |Djibouti |Djiboutian |Somali, Afar |
|Dominican |Santo Doming |Dominican |Spanish |
|Republic | | | |
|Ecuador |Quito |Ecuadorian |Quechua |
|Egypt |Cairo |Egyptian |Arabic |
|El Salvador |San Salvador |Salvadoran |Spanish, Nahua |
|Eritrea |Asmara |Eritrean |Afar, Amharic, Arabic|
|Ethiopia |Addis Ababa |Ethiopian |Amharic, Tigrinya, |
| | | |Oromigna, Guaragigna |
|Equatorial |Malabo |Equatoguinean |English, Fang, Bubi, |
|Guinea | | |Ibo |
|French Guiana |Cayenne |French Guianese |French |
|Fiji |Suva |Fijian |Fijian, Hindustani |
|Finland |Helsinki |Finn |Finnish |
|France |Paris |French |French |
|Gabon |Libreville |Gabonese |French (official), |
| | |(singular and |Fang, Myene, Bateke |
| | |plural) | |
|Gambia |Banjul |Gambian |English, Wolof, Fula |
|Germany |Berlin |German |German |
|Ghana |Accra |Ghanaian |English (official), |
| | | |African languages |
| | | |(including Akan, |
| | | |Moshi-Dagomba, Ewe, |
| | | |and Ga) |
|Gibraltar |Gibraltar |Gibraltarian | Spanish, Italian, |
| | | |Portuguese, Russian |
|Great Britain |London |British |English |
|Greece |Athens |Greek |Greek |
|Grenada |St Georges |Grenadian |English |
|Greenland |Nuuk (Godthab) |Greenlander |Greenlandic |
|Guam |Hagatna (Agana)|Guamanian |English, Chamorro, |
| | | |Japanese |
|Guatemala |Guatemala City |Guatemalan |Quiche, Cakchiquel, |
| | | |Spanish |
|Guernsey |Saint Peter |Channel Islander |English, French |
| |Port | | |
|Guinea |Conakry |Guinean |French |
|Guyana |Georgetown |Guyanese |English, Amerindian |
| | |(singular and |dialects |
| | |plural) | |
|Haiti |Haiti |Haitian |French |
|Honduras |Teguicigalpa |Honduran |Spanish, Amerindian |
| | | |dialects |
|Hungary |Budapest |Hungarian |Hungarian |
|Iceland |Reykjavik |Icelander |Icelandic |
|India | New Delhi |Indian | Hindi, Bengali, |
| | | |Telugu… |
|Indonesia |Jakarta |Indonesian | |
|Iran |Tehran |Iranian |Persian and Persian |
| | | |dialects |
|Iraq |Baghdad |Iraqi |Arabic, Kurdish |
|Ireland | Dublin |Irish |English |
|Israel |Tel –Aviv |Israeli |Hebrew |
|Italy |Rome |Italian |Italian |
|Jamaica |Kingston |Jamaican |English, Creole |
|Japan |Tokyo |Japanese |Japanese |
|Jersey |Saint Helier |Channel Islander |English, French |
|Kenya |Nairobi |Kenyan |English, Kiswahili |
|Kiribati |Tarawa |I-Kiribati |English, I-Kiribati |
| | |(singular and | |
| | |plural) | |
|Korea (South) |Seoul |Korean |Korean |
|Korea (North) |P’yongyang |Korean |Korean |
|Kuwait |Kuwait City |Kuwaiti |Arabic |
|Laos |Vientiane |Lao(s) or |Lao |
| | |Laotian(s) | |
|Lebanon |Beirut |Lebanese |Arabic |
|Lesotho |Maseru |Mosotho |Sesotho (southern |
| | |(singular), |Sotho), English , |
| | |Basotho (plural) |Zulu, Xhosa |
|Liberia |Monrovia |Liberian |English |
|Libya |Tripoli |Libyan |Arabic, Italian, |
| | | |English |
|Liechtenstein |Vaduz |Liechtensteiner | Alemannic, German |
|Madagascar |Antananarivo |Malagasy |Malagasy |
|Malaysia |Kuala Lumpur |Malay |Bahasa Melayu, Tamil,|
| | | |Telugu… |
|Macedonia |Skopje |Macedonian |Macedonian 70%, |
| | | |Albanian 21%, Turkish|
| | | |3%, Serbo-Croatian |
| | | |3%, other 3% |
|Malawi |Lilongwe |Malawian |Chichewa, English |
|Maldives |Male |Maldivian |Maldivian Dhivehi |
|Mali |Bamako |Malian |Bambara |
|Malta |Valletta |Maltese (singular|Maltese |
| | |and plural) | |
|Mauritania |Nouakchott |Mauritanian |Hasaniya Arabic, |
| | | |Pular, Soninke, |
|Mauritius |Port Louis |Mauritian |English, Creole, |
| | | |French, Hindi, Urdu, |
|Marshall |Majuro |Marshallese |English, two major |
|Islands | |(singular and |Marshallese dialects |
| | |plural) |from the |
| | | |Malayo-Polynesian |
| | | |family, Japanese |
|Mexico |Mexico City | Mexican |Spanish, various |
| | | |Mayan, |
|Monaco |Monaco |Monegasque |English, Italian, |
| | | |Monegasque |
|Mongolia |Ulan Bator |Mongolian |Khalkha Mongol 90%, |
| | | |Turkic, Russian |
|Morocco |Rabat |Moroccan |Arabic , Berber |
| | | |dialects |
|Mozambique |Maputo |Mozambican |Portuguese |
|Nauru |Yaren |Nauruan |Nauruan |
|Nepal |Kathmandu |Nepalese |Nepali |
| | |(singular and | |
| | |plural) | |
|Netherlands |The Hague |Dutchman(men), |Dutch |
|(administrative| |Dutchwoman(women)| |
|) | | | |
|Netherlands |Amsterdam |Dutchman(men), |Dutch |
|(official) | |Dutchwoman(women)| |
|New Zealand |Wellington |New Zealander |English , Maori |
|Nicaragua |Managua |Nicaraguan |Spanish |
|Niger |Niamey |Nigerien |French , Hausa, |
| | | |Djerma |
|Nigeria |Abuja |Nigerian |English (official), |
| | | |Hausa, Yoruba, Igbo |
|Norway |Oslo |Norwegian |Norwegian |
|Oman |Muscat |Omani |Arabic, English, |
| | | |Baluchi, Urdu |
|Pakistan |Islamabad |Pakistani |Punjabi , Sindhi, |
| | | |Siraiki… |
|Palau |Koror |Palauan |English, Palauan |
|Panama |Panama City |Panamanian |Spanish , English |
|Papua New |Port Moresby |Papua New Guinean|English |
|Guinea | | | |
|Paraguay |Asuncion |Paraguayan |Spanish , Guarani |
|Peru |Lima |Peruvian |Spanish , Quechua, |
| | | |Aymara |
|Philippines |Manila |Filipino |Filipino (based on |
| | | |Tagalog) and English,|
| | | |Tagalog, Cebuano, |
| | | |Ilocan, Hiligaynon or|
| | | |Ilonggo, Bicol, |
| | | |Waray, Pampango, |
| | | |Pangasinense |
|Poland |Warsaw |Pole |Polish |
|Portugal |Lisbon |Portuguese |Portuguese |
| | |(singular and | |
| | |plural) | |
|Puerto Rico |San Juan |Puerto Rican |Spanish, English |
|Qatar |Doha |Qatari |Arabic |
|Romania |Bucharest |Romanian |Romanian, Hungarian, |
| | | |German |
|Reunion |Saint-Denis |Reunionese |French , Creole |
| | |(singular and |widely used |
| | |plural) | |
|Russian |Moscow |Russian |Russian, other |
|Federation | | | |
|Rwanda |Kigali |Rwandan |Kinyarwanda, Bantu, |
| | | |French |
|Samoa |Apia | | |
|San Marino |San Marino |Sammarinese |Italian |
| | |(singular and | |
| | |plural) | |
|Saint Kitts and|Basseterre |Kittitian, |English |
|Newis | |Nevisian | |
|Saudi Arabia |Riyadh |Saudi |Arabic |
|Senegal |Dakar |Senegalese |French, Wolof, |
| | | |Pulaar, Jola, |
| | | |Mandinka |
|Serbia/Monteneg|Belgrade |Serb; Montenegrin|Serbian, Albanian |
|ro (Yugoslavia)| | | |
|Seychelles |Victoria |Seychellois |English , French , |
| | | |Creole |
|Sierra Leone |Freetown |Sierra Leonean |English, Krio |
| | | |(English-based |
| | | |Creole) |
|Singapore |Singapore |Singaporean |Chinese , Malay |
|Slovenia |Ljubljana |Slovene |Slovenian , |
| | | |Serbo-Croatian |
|Solomon Islands|Honiara | | |
|Somalia |Mogadishu |Somali |Somali, Arabic, |
| | | |Italian, English |
|South Africa |Bloemfontein |South African |Afrikaans, English, |
|(judicial) | | |Ndebele, Pedi, Sotho,|
| | | |Swazi, Tsonga, |
| | | |Tswana, Venda, Xhosa,|
| | | |Zulu |
|South Africa |Cape Town |—Same— |—Same— |
|(legislative) | | | |
|South Africa |Pretoria |—Same— |—Same— |
|(official) | | | |
|Spain |Madrid |Spaniard |Castilian Spanish, |
| | | |Catalan , Galician , |
| | | |Basque |
|St. Lucia |Castries |Saint Lucian |English , French |
|Sudan |Khartoum |Sudanese |Arabic (official), |
| | |(singular and |Nubian, Ta Bedawie, |
| | |plural) |English |
|Suriname |Paramaribo |Surinamer |Dutch, English, |
| | | |Sranang Tongo |
|Swaziland |Mbabane | | |
|Sweden |Stockholm |Swede |Swedish |
|Switzerland |Bern |Swiss (singular |German , French , |
| | |and plural) |Italian , Romansch |
|Syria |Damascus |Syrian |Arabic, Kurdish, |
| | | |Armenian, Aramaic |
|Taiwan |Taipei |Chinese (singular|Mandarin Chinese, |
| | |and plural) |Taiwanese |
|Tajikistan |Dushanbe |Tajikistani |Tajik , Russian |
|Tanzania |Dar es Salaam |Tanzanian |Kiswahili or Swahili,|
|(administrative| | |Kiunguju |
|) | | | |
|Tanzania |Dodoma |—Same— |—Same— |
|(official) | | | |
|Thailand |Bangkok |Thai (singular |Thai, English |
| | |and plural) | |
|Togo |Lome |Togolese |French, Ewe and Mina |
| | |(singular and | |
| | |plural) | |
|Tonga |Nuku’Alofa |Tongan |Tongan, English |
|Trinidad & |Port-of-Spain |Trinidadian, |English , Hindi, |
|Tobago | |Tobagonian |French, Spanish, |
| | | |Chinese |
|Tunisia |Tunis |Tunisian |Arabic, French |
|Turkey |Ankara |Turk |Turkish, Kurdish, |
| | |Adj: Turkish |Arabic, Armenian, |
| | | |Greek |
|Turkmenistan |Ashgabat |Turkmen |Turkmen, Russian, |
| | | |Uzbek |
|Tuvalu |Funafuti |Tuvaluan |Tuvaluan, English |
|Uganda |Kampala |Ugandan |English, Ganda |
| | | |(Luganda) |
|Ukraine |Kiev |Ukrainian |Ukrainian |
|United Arab |Abu Dhabi | Emirati |Arabic (official), |
|Emirates | | |Persian, English, |
| | | |Hindi, Urdu |
|United Kingdom |London |English |English |
|United States |Washington, DC |American |English, Spanish |
|Uruguay |Montevideo |Uruguayan |Spanish, Portunol |
|Vanuatu |Port Vila |Ni-Vanuatu |English , French, |
| | |(singular and |pidgin (Bislama or |
| | |plural) |Bichelama) |
|Venezuela |Caracas | Venezuelan |Spanish |
|Vietnam |Hanoi |Vietnamese |Vietnamese , English |
| | |(singular and | |
| | |plural) | |
|Yemen |Sana |Yemeni |Arabic |
|Zambia |Lusaka |Zambian |English, Bemba, |
| | | |Kaonda, Lozi, Lunda, |
| | | |Luvale, Nyanja, Tonga|
|Zimbabwe |Harare |Zimbabwean | Shona, Sindebele |

Реферат: Промышленные системы газоснабжения

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ

ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

ЛИПЕЦКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

Кафедра промышленной теплоэнергетики

Реферат по курсу «Системы газоснабжения»

На тему

«Промышленные системы газоснабжения»

Выполнил ст. гр. ТЭ-07-2

Ерохин А.В.

Принял: Севостьянов А.В.

Липецк 2010

Оглавление

Введение

Газообразное топливо

Основные элементы промышленных систем газоснабжения

Устройство газопроводов

Регуляторные пункты и установки

Классификация промышленных систем газоснабжения

Одноступенчатые системы газоснабжения

Двухступенчатые схемы газоснабжения

Расход газа промышленными предприятиями

Заключение

Библиографический список

Введение

Газы в технике, применяются главным образом в качестве топлива; сырья для химической промышленности: химических агентов при сварке, газовой химико-термической обработке металлов, создании инертной или специальной атмосферы, в некоторых биохимических процессах и др.; теплоносителей; рабочего тела для выполнения механической работы (огнестрельное оружие, реактивные двигатели и снаряды, газовые турбины, парогазовые установки, пневмотранспорт и др.): физической среды для газового разряда (в газоразрядных трубках и др. приборах). В технике используется свыше 30 различных газов.

Газоснабжение — организованная подача и распределение газового топлива для нужд народного хозяйства.

Газ, добытый из скважины, поступает в сепараторы, где от него отделяются твердые и жидкие механические примеси. Далее по промысловым газопроводам газ поступает в коллекторы и промысловые газораспределительные станции, где он очищается в масляных пылеуловителях, осушается, одорируется; давление газа снижается до расчетного значения, принятого в магистральном газопроводе. Компрессорные станции располагают примерно через 150 км.

Для возможности проведения ремонтов предусматривают линейную запорную арматуру, которую устанавливают не реже, чем через 25 км.

Для выравнивания сезонной неравномерности потребления газа служат подземные хранилища газа, для которых используются истощенные газовые и нефтяные месторождения, а при их отсутствии — в подземных водоносных пластах.

Промышленная система газоснабжения — технический комплекс, состоящий из газовых сетей, газорегуляторных пунктов (ГРП) и газорегуляторных установок (ГРУ), газопроводов и агрегатов, включая контрольно-измерительные приборы и трубопроводы безопасности. Комплекс обеспечивает транспортирование газа по пром. предприятию и распределение его по газовым горелкам агрегатов. По трубопроводам газ поступает на территорию предприятия через ввод, на котором вне предприятия устанавливают главное отключающее устройство. Газ от ввода к цехам транспортируют по межцеховым газопроводам.

На нач. участке межцехового газопровода устанавливают центральный ГРП, на котором снижается и поддерживается требуемое цехам предприятия пост, давление газа. В межцеховых газопроводах поддерживают среднее давление, в газопроводах мелких предприятий — низкое. Высокое давление обусловливается технологией пр-ва. В ГРП предусматривают пункт измерения расхода газа, с помощью которого контролируют потребление газа предприятием. Межцеховые газопроводы при технико-экоиомич. обосновании можно присоединять непосредственно (без ГРП) ч гор. газопроводам среднего или высокого давления. В таком случае в каждом цехе устанавливают ГРУ, которая поддерживает необходимое давление перед газовыми горелками пром. агрегатов.

Газообразное топливо

Газообразное топливо представляет собой смесь горючих и негорючих газов, содержащую некоторое количество примесей. К горючим газам относятся углеводороды, водород и оксид углерода. Негорючие компоненты — это азот, оксид (И) углерода и кислород- Они составляют балласт газообразного топлива, К примесям относят водяные пары, сероводород, пыль. Искусственные газы могут содержать аммиак, цианистые соединения, смолу и пр. Газообразное топливо очищают от вредных примесей. Содержание вредных примесей в граммах на 100 м газа, предназначенного для газоснабжения городов, по ГОСТ 5542 — 78, не должно превышать: сероводорода — 2, меркаптанозой серы — 3,6, механических примесей — 0,1. Отклонение теплоты сгорания от номинального значения не должно быть более

Для газоснабжения применяют, как правило, сухие газы. Содержание влаги не должно превышать количества, насыщающего газ при I— — 20 °С (зимой) и 35 °С (летом).. Если газ транспортируют на большие расстояния, то его предварительно осушают. Большинство искусственных газов.имеет резкий запах, что облегчает обнаружить утечки газа из трубопроводов и арматуры. Природный газ не имеет запаха. До подачи в сеть его одорируют, т. с. придают ему резкий неприятный запах, который ощущается при концентрации а воздухе, равной 1%.

Запах токсичных газов должен ощущаться при концентрации, допускаемой санитарными нормами. Сжиженный газ, используемый коммунально-бытовыми потребителями (по ГОСТ 20448—80*), не должен содержать сероводорода более 5 г на 100 м3 газа, а запах должен ощущаться при содержании з воздухе 0,5%. Концентрация кислорода в газообразном топливе не должна превышать 1 %. При использовании для газоснабжения смеси сжиженного газа с воздухом концентрация газа в смеси составляет не менее удвоенного верхнего предела воспламеняемости. Используя данные этих таблиц, можно рассчитать теплоту сгорания, плотность и другие характеристики газообразного топлива.

Для газоснабжения городов и промышленных предприятий в настоящее время широко применяют природные газы. Их добывают из недр земли. Онн представляют собой смесь различных углеводородов метанового ряда. Природные газы не содержат водорода, оксида углерода и кислорода. Содержание азота и диоксида углерода обычно бывает невысоким. Газы некоторых месторождений содержат сероводород. Природные газы можно подразделить на три группы: 1) газы, добываемые из чисто газовых месторождений. Они в основном состоят из метана и являются тощими или сухими. Тяжелых углеводородов (от пропана и выше) сухие газы содержат менее 50 г/м3; 2) газы, выделяемые из скважин нефтяных месторождений совместно с нефтью, часто называют попутными. Помимо метана они содержат значительное количество более тяжелых углеводородов (обычно свыше 150 г/м3) и являются жирными газами. Жирные газы представляют собой смесь сухого газа, пропан-бутановой фракции и газового бензина; 3) газы, добываемые из конденсатных месторождений, состоят из смеси сухого газа и паров конденсата, который выпадает при снижении давления (процесс обратной конденсации). Пары конденсата представляют собой смесь паров тяжелых углеводородов, содержащих СБ и выше (бензина, лигроина, керосина).

Сухие газы легче воздуха, а жирные легче или тяжелее в зависимости от содержания тяжелых углеводородов. Низшая теплота сгорания сухих газов, добываемых в СССР, составляет 31000-,.38000 кДж/м3. Теплота сгорания попутных газов выше и изменяется от 38000 до 63000 кДж/м3. В табл. 1.4 приведены средние составы и характеристики природных газов некоторых месторождений СССР. На газобензиновых заводах из попутных газов выделяют газовый бензин, пропан и бутан, последние используют дли газоснабжении городов в виде сжиженного газа. Сжиженные газы получают также из газов конденсатных месторождений,

При термической переработке твердых топлив в зависимости от способа переработки получают газы сухой перегонки и генераторные газы. Как те, так и другие в настоящее время весьма редко применяют для газоснабжения городов и промышленности.

Сухая перегонка твердого топлива представляет собой процесс его термического разложения, протекающий без доступа воздуха. При сухой перегонке топливо проходит ряд стадий физики химических преобразований, в результате которых оно разлагается на газ, смолу и коксовый остаток. Характер преобразований, претерпеваемых топливом, определяется его природой и температурой процесса. Сухую перегонку топлива, происходящую при высоких температурах (900… 1100 °С), называют коксованием, в результате которого получают кокс и коксовый газ.

Газификация — процесс термохимической переработки топлива. В результате реакции углерода топлива с кислородом и водяным паром образуются горючие газы: оксид углерода и водород. Одновременно с процессом газификации протекает частичная сухая перегонка топлива. Продуктами газификации топлива являются горючий газ, зола и шлаки. Аппараты, в которых осуществляют газификацию топлива, называют газогенераторами. При подаче в газогенератор паровоздушной смеси получают генераторный. Водяной газ получают путем периодической продувки газогенератора воздухом и паром. При подаче воздуха слой топлива аккумулирует теплоту, выделяющуюся при частичном его сгорании, а при поступлении водяного пара последний взаимодействует с углеродом, используя аккумулированную теплоту и образуя водяной газ. Горючими компонентами будут являться водород и оксид углерода. Уголь можно газифицировать под землей. В этом случае получается газ подземной газификации. Газ подземной газификации имеет невысокую теплоту сгорания, его можно использовать как местное энергетическое топливо.

Основные элементы промышленных систем газоснабжения

Промышленные системы газоснабжения состоят из следующих элементов: 1) вводов газопроводов на территорию предприятия; 2) межцеховых газопроводов; 3) внутрицеховых газопроводов; 4) регуляторных пунктов (ГРП) и установок (ГРУ); 5) пунктов измерения расхода газа (ПИРГ); б) обвязочных газопроводов агрегатов, использующих газ. Газ от городских распределительных сетей поступает в промышленные сети предприятия через ответвления и ввод- На вводе устанавливают главное отключающее устройство, которое следует размещать вне территории предприятия в доступном и удобном для обслуживания месте, максимально близко к распределительному газопроводу, но не ближе 2 м от линии застройки или стены здания. Для газоснабжения промышленных предприятий проектируют тупиковую разветвленную сеть с одним вводом- Только для крупных предприятий, не допускающих перерыва в газоснабжении, ГРЭС и ТЭЦ применяют кольцевые схемы сетей с одним или несколькими вводами.

Транспортирование газа от ввода к цехам осуществляется по межцеховым газопроводам, которые могут быть подземными и надземными. Выбор способа их укладки зависит от территориального расположения цехов, характера сооружений, по которым предполагается прокладка газопроводов, насыщенности проездов подземными сооружениями. Надземная прокладка межцеховых газопроводов имеет ряд преимуществ по сравнению с подземной; исключается подземная коррозия газопроводов; менее опасны утечки газа, так как вытекающий из трубопровода газ рассеивается в атмосфере; утечки легче обнаружить и устранить; проще эксплуатировать и осуществлять наблюдение за состоянием газопроводов. При использовании в качестве опор для газопроводов существующих колонн, эстакад, стен и покрытий зданий надземная прокладка газопроводов экономичнее подземной. Из приведенных данных следует, что надземная прокладка газопроводов предпочтительнее подземной. В конечных точках межцеховых газопроводов следует предусматривать продувочные газопроводы.

Некоторые схемы промышленных систем предусматривают проектирование центрального ГРП, который снижает и регулирует давление газа в межцеховых газопроводах. В этом случае в них устанавливают и пункты измерения расхода газа. В межцеховых газопроводах, как правило, поддерживают среднее давление и только у мелких потребителей — низкое. Высокое давление применяют там, где оно необходимо для газоиспользующих агрегатов. На вводе газопровода в цех снаружи или внутри здания устанавливают отключающее устройство. Внутрицеховые газопроводы прокладывают по стенам и колоннам в виде тупиковых линий. Необходимость кольцевания внутрицеховых газопроводов может возникнуть лишь для особо важных промышленных цехов. На ответвлениях к агрегатам устанавливают главные отключающие устройства. Газопроводы промышленных предприятий и котельных оборудуют специальными продувочными трубопроводами с запорными устройствами. Отводы к продувочным трубопроводам предусматривают от последних участков внутрицеховых газопроводов и от каждого газопровода агрегата перед последним по ходу газа отключающим устройством.

Устройство газопроводов

Промышленные предприятия снабжают газом, как правило, по системам распределительных газопроводов высокого или среднего давления. При малых расходах газа, не нарушающих режим газоснабжения бытовых потребителей, возможно подключение предприятий к газопроводам низкого давления. Система газоснабжения предприятия состоит из ввода на территорию, межцеховых газопроводов, ГРП и ГРУ и внутрицеховых газопроводов. Ввод обычно делают подземным и размещают на нем главное отключающее устройство. Межцеховые газопроводы в зависимости от планировки предприятия, насыщенности его территории подземными и надземными коммуникациями, степени осушенности газа и ряда других факторов могут быть подземными, надземными и смешанными. На предприятиях чаще отдают предпочтение надземной прокладке межцеховых газопроводов, так как они в этом случае не подвержены подземной коррозии, более доступны для осмотра и ремонта, менее опасны при утечках газа и экономичнее подземных.

Подземные газопроводы прокладывают по нормам для уличных распределительных газопроводов. Надземные газопроводы прокладывают на опорах, эстакадах, по огнестойким наружным стенам и перекрытиям зданий с производствами неиожароопасной категории. Высота прокладки надземных газопроводов до низа трубы принимается, м, не менее: в местах прохода людей — 2,2; на участках без проезда транспорта и прохода людей — 0,6; над автодорогами — 4,5; над трамвайными путями и железными дорогами — 5,6—7,1. Под линиями электропередачи в зависимости от напряжения в них газопровод прокладывают на расстояниях от 1 до 6,5 м и заземляют.

На эстакадах или опорах допустима совместная прокладка газопроводов с другими трубопроводами (для пара, воды, воздуха, кислорода) при обеспечения возможности осмотра и ремонта каждого из трубопроводов. При совместной прокладке трубопроводы агрессивных жидкостей должны располагаться на эстакадах ниже газопроводов на 250 мм. Допускается крепление к газопроводам низкого и среднего давлений других газопроводов или трубопроводов, если позволяет несущая способность труб и опорных конструкций.. При пересечениях надземных газопроводов с другими трубопроводами расстояние между ними принимают: при диаметре газопровода до 300 ми — не менее диаметра газопровода, но не менее 100 мм; при диаметре газопровода свыше 300 мм — не менее 300 мм.

По стенам зданий газопроводы прокладывают на кронштейнах, а по перекрытиям — на опорах высотою не менее 0,5 м. Компенсация температурных деформаций надземных газопроводов обеспечивается отводами и поворотами их в горизонтальной и вертикальной плоскостях, а при необходимости — линзовыми или П-образнымн компенсаторами. Часть опор делают неподвижными (мертвыми), а остальные — скользящими. Отводы газопроводов диаметром до 100 мм делают гнутыми или штампе ванными, а при больших диаметрах — сварными.

Надземные газопроводы влажного газа прокладывают с уклоном не менее 0,003, а в нижних точках монтируют дренажные штуцеры; при необходимости такие газопроводы утепляют. На всех ответвлениях к цехам устанавливают отключающие устройства, а на вводах в цеха монтируют продувочные линии для вытеснения воздуха из газопровода при первичном пуске газа. Для защиты от коррозии надземные газопроводы окрашивают масляной краской за два раза.

Внутрицеховые газопроводы прокладывают открыто в крепят к степам, колоннам, перекрытиям зданий и к каркасам газопотребляютцих агрегатов с помощью кронштейнов, крюков или подвесок {на высоте не менее 2,2 м в местах прохода людей). При прокладке газопровода параллельно электрокабель расстояние между ними выдерживается не менее 250Т а при пересечениях — не менее 100 мм.

Отключающие устройства должны быть установлены на вводе газопровода в цех, на всех отводах от цехового коллектора к газопотребляющим агрегатам и перед горелками агрегатов. Для продувки внутрицеховых газопроводов на концевых их участках предусматриваются продувочные газопроводы диаметром не менее 19 мм с запорными устройствами, выводимые вне здания на высоту не менее 1 м выше карниза крыши. Продувочные газопроводы предусматриваются также на отводах к агрегатам после отключающего устройства на агрегат. Окрашивают внутрицеховые газопроводы в светло-коричневый цвет.

Регуляторные пункты и установки

Основное назначение газорегуляторных пунктов (ГРП, ГРПШ) и установок (ГРУ) — снижение входного давления газа (дросселирование) до заданного выходного и поддержание последнего в контролируемой точке газопровода постоянным (в заданных пределах) независимо от изменения входного давления и расхода газа потребителями. Кроме этого, в ГРП (ГРУ) производятся: очистка газа от механических примесей, контроль за входным и выходным давлением и температурой газа, учет расхода (если отсутствует специально выделенный пункт измерения расхода), предохранение от возможного повышения или понижения давления газа в контролируемой точке газопровода сверх допустимых пределов.

Наличие в системе газоснабжения постоянного давления (в заранее заданном диапазоне его колебания) является одним из важнейших условий безопасной и надежной работы этой системы и подключенных к ней газопотребляющих объектов и агрегатов.

ГРП и ГРУ оснащаются практически одним и тем же оборудованием и отличаются друг от друга в основном своим расположением. ГРУ монтируют непосредственно в помещениях, где расположены агрегаты, использующие газовое топливо (цеха, котельные и т. п.). ГРП размещают в зависимости от назначения и технической целесообразности: в отдельно стоящих зданиях; в пристройках к зданиям; на несгораемом покрытии промышленного здания, в котором расположены потребители газа; в шкафах, устанавливаемых на несгораемой стене снаружи газифицируемого здания, на отдельно стоящей несгораемой опоре или (при наличии опорных стоек) на бетонном фундаменте.

В зависимости от давления газа на вводе ГРП и ГРУ подразделяют на:

— ГРП и ГРУ среднего давления (более 0,05 до 3 кгс/см2);

— ГРП и ГРУ высокого давления (более 3 до 12 кгс/см2).

Размещение ГРУ и ГРПШ

ГРУ размещают в непосредственной близости от ввода газопровода в помещение цеха (котельной), так чтобы не создавались помехи при эксплуатации и ремонте основного технологического оборудования. Подача газа от ГРУ к потребителям, расположенным в других зданиях, не допускается. Питание газом агрегатов, расположенных в других помещениях здания, от одной ГРУ допускается, если эти агрегаты работают при одинаковых давлениях газа и в любое время суток обеспечен свободный доступ обслуживающего персонала газовой службы в эти помещения.

ГРУ с давлением газа до 6 кгс/см2 на предприятиях и в отдельно стоящих отопительных котельных разрешается располагать непосредственно в помещении, где находятся агрегаты, использующие газ, или в смежном, соединенном с ним открытым проемом желательно на всю высоту помещения, при обеспечении в них не менее чем трехкратного воздухообмена в час. При этом в одном здании, как правило, устанавливают не более одной ГРУ для газоснабжения агрегатов одного помещения. Если агрегаты работают на различных давлениях газа или расположены в различных помещениях здания, то в таком здании или помещении предусматривают несколько ГРУ. В цехах с расходами газа более 1000 м3/ч и помещениях большой протяженности (литейные цеха и т. п.) для агрегатов, работающих на одинаковых режимах давления газа, также допускается размещение двух и более ГРУ.

ГРУ с давлением газа от 6 до 12 кгс/см2 допускается размещать только в помещениях тех цехов, где такое давление газа необходимо по условиям технологии производства.

Если ГРП расположено на открытой площадке под навесом, эти расстояния отмеряют от края оборудования. Согласно СНиП II—89—80 расстояние от зданий и сооружений I и II степени огнестойкости с производствами категорий А (т. е. для взрывоопасных производств), Б, В и Е до других зданий и сооружений тех же степеней огнестойкости должно составлять не менее 9 м, а при условии оборудования их стационарными автоматическими системами пожаротушения может быть уменьшено до 6 м. К таким зданиям, очевидно, могут быть отнесены ГРП, расположенные в пристройках, а также шкафные ГРП, установленные на стенах зданий.

На промышленных предприятиях ГРП среднего и высокого (до 6 кгс/см2) давления могут размещаться в пристройках к зданиям I и II степени огнестойкости с производствами, отнесенными по пожарной опасности к категориям Г и Д. При технической необходимости допускается размещать ГРП во встроенных помещениях одноэтажных производственных зданий той же степени огнестойкости и категории пожароопасности.

Если агрегаты, расположенные в цехе, по технологии производства должны получать газ с давлением выше 6 кгс/см2, то ГРП высокого давления (свыше 6 до 12 кгс/см2) разрешается размещать в пристройке к данному цеху. При климатических условиях, обеспечивающих нормальную работу оборудования ГРП, последние на территории промышленного предприятия могут размещаться на открытых огражденных площадках под навесом. Если газопроводы прокладываются над перекрытием цеха, агрегаты которого используют газовое топливо, то ГРП может также размещаться на крыше этого цеха. В последнем случае предел огнестойкости покрытия должен быть не менее 0,75 ч, а утеплитель его выполнен из несгораемого материала.

ГРП с давлением газа до 6 кгс/см2, предназначенные для газоснабжения коммунальных предприятий и отопительных котельных, расположенных в отдельно стоящих зданиях, допускается размещать в пристройках к помещениям этих предприятий, в которых находятся газоиспользующие агрегаты.

В отдельных случаях допускается размещение ГРП с давлением газа до 6 кгс/см2 во встроенных помещениях одноэтажных отдельно стоящих котельных, использующих газовое топливо (при этом к помещению ГРП предъявляются те же требования, что и к отдельно стоящим зданиям ГРП).

ГРП с давлением газа до 6 кгс/см2 для газоснабжения промышленных и коммунальных предприятий и ГРП с давлением до 3 кгс/см2 для газоснабжения коммунально-бытовых потребителей в шкафах из несгораемых материалов можно устанавливать на стене газифицируемого здания не ниже III степени огнестойкости на высоте, удобной для обслуживания и ремонта оборудования. Расстояние по горизонтали от шкафного ГРП с давлением до 3 кгс/смг, расположенного на стене, до окна, двери или других проемов должно быть не менее 1 м. Под окнами и балконами шкафные ГРП устанавливать не допускается. Если давление больше 3 (до 6 кгс/см2), то на стене, на которой размещается ГРП, не должно быть дверных и оконных проемов.

При размещении ГРП в пристройке к зданию та часть стены здания, которая становится стеной ГРП, должна быть глухой, несгораемой, противопожарной и газонепроницаемой.

Устройство ГРП в подвальных и полуподвальных помещениях зданий, в пристройках к зданиям школ, больниц, детских учреждений, а также к жилым, зрелищным и административным зданиям не допускается.

Классификация промышленных систем газоснабжения

Давление во внутрицеховых газопроводах определяется давлением газа перед горелками. При установке перед агрегатами регуляторов давления газа давление во внутрицеховых газопроводах может существенно превосходить необходимое давление перед горелками. Основное отличие принципиальных схем промышленных систем газоснабжения заключается в принятых давлениях газа в межцеховых газопроводах, газопроводах перед горелками агрегатов, а также в расположении газорегуляторных пунктов, установок и наличии регуляторов давления перед агрегатами. При решении вопроса о выборе схемы следует учитывать: давление газа в городских распределительных газопроводах в месте присоединения предприятия; необходимое давление газа перед газовыми горелками в отдельных цехах; территориальное расположение цехов, потребляющих газ; расход газа цехами и режим его потребления; удобство обслуживания и экономическую эффективность.

Промышленные системы газоснабжения

В зависимости от конкретных условий проектирования промышленных систем газоснабжения используют различные принципиальные схемы, которые классифицируют следующим образом.

Одноступенчатые системы газоснабжения а) при непосредственном присоединении предприятий к городским распределительным сетям низкого давления (/-/);

б) при присоединении промышленных объектов к городским сетям через центральный ГРП и с низким давлением в промышленных газопроводах (/-2);

в) при присоединении промышленных объектов к городским сетям через центральный ГРП и со средним давлением в промышленных газопроводах (/-3).

Двухступенчатые системы а) при непосредственном присоединении промышленных объектов к городским сетям среднего давления цеховыми ГРУ и с низким давлением и цеховых газопроводах (//-/);

б) при непосредственном присоединении промышленных объектов к городским сетям среднего давления цеховыми ГРУ и со средним давлением в цеховых газопроводах (//-2);

в) при присоединении к городским сетям через центральный ГРП, со средним давлением я межцеховых газопроводах, цеховыми ГРУ и с низким давлением в цеховых газопроводах (//-3); г) при присоединении к городским сетям через центральный ГРП со средним давлением в межцеховых газопроводах, цеховыми ГРУ и со средним давлением в цеховых газопроводах (//-4).

У средних и крупных предприятий агрегаты в отдельных цехах обычно оборудуют горелками, которые работают на различных давлениях. В связи с этим при проектировании возникает необходимость в комбинации приведенных принципиальных схем. Так, часто проектируют промышленную систему газоснабжения с центральным ГРП и ГРУ только у отдельных цехов. Такую систему получают путем комбинации схем 1-3, 11-3 и 11-4,

Одноступенчатые системы газоснабжения

Схема промышленной системы газоснабжения в случае непосредственного присоединения к городским сетям низкого давления показана на рис. Данную схему проектируют для небольших коммунальных и промышленных предприятий. Это объясняется, во-первых, малой пропускной способностью сетей низкого давления, а во-вторых тем, что переменный режим потреблением газа предприятием будет отрицательно сказываться на режиме давлений у газовых приборов жилых, зданий, присоединенных к той же сети низкого давления.

Промышленные системы газоснабжения

Из городской распределительной сети низкого давления газ через задвижку 1 поступает в межцеховой газопровод 2. У небольших предприятий протяженность межцеховых газопроводов обычно невелика, поэтому на ответвлениях от Основного газопровода к цехам отключающие устройства можно не устанавливать. Для продувки межцеховых газопроводов в конце ответвлений предусматривают продувочные свечи. На цеховых вводах устанавливают отключающие устройства. Место установки должно быть доступно для обслуживания, осмотра и ремонта арматуры и обеспечивать возможность быстрого отключения ценового газопровод а-При расположении задвижек или кранов на высоте более 2 м устраивают площадки из несгораемых материалов с ограждениями и лестницами или предусматривают дистанционный привод.

Расход газа предприятием измеряют в центральном пункте учета потребления газа в цехах и зданиях. При необходимости учета расхода газа отдельными цехами или агрегатами следует предусматривать дополнительную установку газовых счетчиков или расходомеров. Для небольших предприятий, состоящих из двух цехов, и при условии незначительного потребления газа одним из них допускается учитывать расход газа по цехам без общезаводского учета (см. рис. II .2).

Внутрицеховые газопроводы тупиковые. На ответвлениях установлены главные отключающие устройства. К последним участкам цеховых газопроводов присоединяют продувочные линии 9 с отключающими кранами 8, а также штуцера с кранами и пробками для отбора пробы газа. В продувочные линии 9 включены продувочные трубопроводы, присоединенные к газопроводам агрегатов перед последним по ходу газа отключающим устройством, перед горелками. Расчетный перепад давления в газопроводах предприятия определяют по выражению

Промышленные системы газоснабжения

Этот перепад не должен превышать определенной доли от номинального значения давления перед горелками газоиспользующих агрегатов рнома, определяемой режимом работы предприятия. Расчетный перепад зависит от давления на вводе рпп,. Чем дальше предприятие расположено это сетевого газорегуляторного пункта и чем крупнее оно, тем стоимость газопроводов предприятия дороже. Расчетный перепад в долях от давления газа перед горелками агрегатов выбирают в зависимости от технологических требований, предъявляемых к стабильности тепловых нагрузок горелок. Чем степень стабильности больше, тем меньше должен быть перепад.

Величина допустимой относительной перегрузки агрегата ее зависит от технологии производства и равна 1,05-1,2.

Если сеть несет нагрузку от максимальной до минимальной (близкой к нулю), то предельной нагрузке горелки будет соответствовать и .предельная нагрузка сети. При максимальной нагрузке сети перед горелками будет номинальное давление, а при минимальной нагрузке давление перед горелками будет максимальным.

Этот случай редко встречается в практике. В условиях формального течения технологического процесса минимальная нагрузка сети не может быть близкой к нулю.

Промышленные системы газоснабженияДвухступенчатая схема

Промышленные системы газоснабжения

Двухступенчатая схема промышленной системы газоснабжения. По этой схеме промышленное предприятие присоединено к городскому газопроводу высокого давления через заводской газорегуляторный пункт. В ГРП давление газа снижается до среднего, которое необходимо для цехов № 2 и 4. Эти цехи присоединены непосредственно к межцеховому газопроводу. Для горелок цехов № 1 и 3 требуется низкое давление, и они присоединены через ГРУ. Внутрицеховые газопроводы имеют продувочные линии. Пункт измерения расхода газа расположен в заводском газорегуляторном пункте. Такая схема является комбинацией схем /-3 и //-3.При гидравлическом расчете данной схемы сначала определяют давление после заводского газорегуляторного пункта рпп исходя из режима заводской сета среднего давления при известном номинальном давлении перед горелками среднего давления ргсном.

Перепад давления между городскими и промышленным сетями распределяют между ответвлением к промышленному предприятию и ГРП таким образом, чтобы их суммарная стоимость была минимальной. Давление после ГРУ находят исходя из режима работы внутрицехового газопровода и давления газа перед горелками низкого давления. ГРУ подбирают на перепад между давлением в межцеховых газопроводах среднего давления и необходимым давлением после ГРУ. Значение расчетного перепада в межцеховых газопроводах является небольшим, что приводит к увеличению стоимости трубопроводов- Вместе с тем некоторые цехи не имеют ГРУ, что снижает стоимость системы. Однако для промышленных предприятий с компактным расположением цехов и стабильным режимом работы агрегатов указанные недостатки не имеют существенного значения и такая схема может оказаться наивыгоднейшей.

Схема промышленной системы газоснабжения с межцеховыми газопроводами, непосредственно присоединенными к городской сети среднего давления показана на рис. Эти газопроводы вводят в каждый цех, где в газорегуляторных установках давление снижается до необходимой величины. Из ГРУ газ поступает только в сети данного цеха. Расход газа учитывается в центральном пункте измерения расхода газа, а также в каждом цехе. Центральный ГРП отсутствует, а межцеховые газопроводы находятся под давлением городской распределительной сети. Эта схема является комбинацией схем //-/ и 1/-2.

Схема отличается меньшей стоимостью межцеховых газопроводов, но дополнительными расходами на сооружение центрального ПИРГ и дополнительных ГРУ, Она имеет экономические преимущества для промышленных предприятий, у которых цехи расположены на значительном расстоянии друг от друга. Окончательные выводы об экономической эффективности схем промышленных систем газоснабжения можно сделать после технико-экономического расчета.

Промышленные системы газоснабжения

По внутрицеховым газопроводам транспортируется газ по цеху от ввода до агрегатов. В большинстве случаев такие газопроводы проектируют тупиковыми. Кольцевание внутрицеховых газопроводов применяют только в особо ответственных цехах. На вводе газопровода в цех устанавливают отключающее устройство и манометр. В конце цехового газопровода расположен продувочный трубопровод, к которому присоединены объединенные продувочные трубопроводы от ответвлений газопроводов к агрегатам. Для учета потребления газа в цехе предусмотрен пункт измерения расхода газа. Если цех оборудован газорегуляторной установкой, то пункт измерения расхода газа совмещают с ней. Принципиальная схема внутрицехового газопровода среднего или низкого давления с пунктом измерения расхода газа показана на рис.

Такую схему применяют для, цехов, получающих газ от центральных ГРП или непосредственно от сетей низкого давления. Расход газа измеряют двумя параллельно соединенными газовыми счетчиками.

Расходы газа промышленными предприятиями

При переводе промышленных предприятий на газовое топливо прежде всего необходимо определить расходы тепла всеми потребителями, выявить режимы их работы и на основе этого определить годовые и часовые расчетные расходы газа. На основании годовых расходов газа составляют заявки, сметы, калькуляции, а на основании часовых расходов газа ведут гидравлический расчет газовых сетей.

Годовые расходы газа могут быть определены по фактическому топлавопотреблению на прежних видах топлива. Однако при этом следует учитывать изменение к. п. д. установок, переводимых на газовое топливо, по сравнению с их работой на прежних видах топлива, обусловленное особенностями сжигания газа. Например, для термических печей, переводимых с твердого на газовое топливо, повышение кпд. составляет в среднем 5—7%, При переводе установок с жидкого на газовое топливо повышенно к.п,д. составляет менее 5%.

Часовой расход газа различными промышленными установками также может быть определен по фактическим данным топливопотребления, но чаще его определяют по удельным расходам условного топлива. Как правило, проектирование систем газоснабжения промышленных предприятий базируется на укрупненных показателях годовых расходов газа потребителями, определяемых с учетом удельных расходов топлива газопотребляющим и установками, режимов их работы и технологической возможности их загрузки.

После определения расчетных расходов газа намечают один или несколько (для технико-экономического сопоставления) вариантов системы газоснабжения предприятия и производят гидравлический расчет газопроводов.

Перепад давлений в газопроводах от общезаводских ГРП или цеховых ГРУ до наиболее удаленных агрегатов выбирается в зависимости от характеристика газогорелочных устройств и технологических условий производства. В практике проектирования за конечное давление в сети предприятия принимается номинальное давление газа для применяемого типа горелок с учетом возможных отклонений от этого давления, %, не более: для инжекционных горелок среднего давления — 10—20; инжекционных горелок низкого давления — 20—25. По выбранным перепадам давления и расчетным расходам газа диаметры участков газовой сети определяются гидравлическим расчетом.

Заключение

Как топливо применяют природные газы горючие и получаемые искусственно в виде основной (генераторный газ) или побочной (коксовый, доменный и др. газы) продукции. Основные потребители природного газа в чёрной металлургии — доменное и мартеновское производство. С использованием природного газа производится ежегодно около 60% цемента, 60% стекла, свыше 60% керамзита, свыше 60% керамики. Перевод стекловаренных печей на природный газ значительно улучшает технико-экономические показатели производства стекла. В топливном балансе машиностроительной промышленности на долю горючего газа приходится около 40%. Основными потребителями являются нагревательные и термические печи. Применение в этих печах природного газа вместо др. видов топлива позволяет снизить стоимость нагрева, улучшить его качество, повысить кпд печей и создать более благоприятные санитарно-гигиенические условия в производственных помещениях. Применение природного газа на электростанциях даёт значительный эффект. Кпд котельных установок на электростанциях при переводе с твёрдого на газовое топливо увеличивается на 1—4%; уменьшается на 21—26% количество обслуживающего персонала. Суммарное снижение расхода топлива за счёт повышения кпд и снижения расхода электроэнергии на собственные нужды составляет 6—7%. Сжигание газа в топках котлов малой производительности увеличивает кпд по сравнению с котлами, использующими твёрдое топливо, на 7—20% (в зависимости от сорта топлива) и позволяет повысить производительность на 30% и более. Использование природного газа открывает широкие возможности для создания простых, менее металлоёмких и более экономичных котлов (паровых и водогрейных), работающих на природном газе.

Библиографический список

Шур И.А. Газорегуляторные пункты и установки – Л.: изд. Недра, 1985. — 288с

Ионин А.А. Газоснабжение – М.: Стройиздат 1983. – 440с,

Скафтынов Н.А. Основы газоснабжения – Л.: изд. Недра 1975. – 339с.

Алабовский, А.Н. Газоснабжение и очистка промышленных газы / Алабовский А.Н., АнцевВ.В., РомановскийО.А. – Киев: Вища школа 1981. — 192с.

Стаскевич, Н.Л. Справочник по газоснабжению и использованию газа / Стаскевич Н.Л., Северинец Г.Н., Вигдорчик В.Я. – Л.: Недра 1985. – 766с.

Реферат: Использование формул, функций и диаграмм в Excel

Реферат

на тему: «Использование формул, функций и диаграмм в Excel»

Оглавление

1 Использование формул, функций и диаграмм в Excel

2 Функции Excel

3 Диаграммы в Excel

4 Источник

1 Использование формул, функций и диаграмм в Excel

Формулы

Формулы – это выражение, начинающееся со знака равенства и состоящее из числовых величин, адресов ячеек, функций, имен, которые соединены знаками арифметических операций. К знакам арифметических операций, которые используются в Excel относятся: сложение; вычитание; умножение; деление; возведение в степень.

Некоторые операции в формуле имеют более высокий приоритет и выполняются в такой последовательности:

возведение в степень и выражения в скобках;

умножение и деление;

сложение и вычитание.

Результатом выполнения формулы является значение, которое выводится в ячейке, а сама формула отображается в строке формул. Если значения в ячейках, на которые есть ссылки в формулах, изменяются, то результат изменится автоматически.

Для внесения изменений в формулу щелкните мышью на строке формул или клавишу F2. Затем внесите изменения и нажмите кнопку Ввода в строке формул или клавишу Enter. Если вы хотите внести изменения в формулу непосредственно в ячейке, где она записана, то дважды щелкните мышью на ячейке с этой формулой. Для отмены изменений нажмите кнопку Отмена в строке формул или клавишу Esc.

Ссылка однозначно определяет ячейку или группу ячеек рабочего листа. С помощью ссылок можно использовать в формуле данные, находящиеся в различных местах рабочего листа, а также значение одной и той же ячейки в нескольких формулах. Можно также ссылаться на ячейки, находящиеся на других листах рабочей книги, в другой рабочей книге, или даже на данные другого приложения. Ссылки на ячейки других рабочих книг называются внешними. Ссылки на данные в других приложениях называются удаленными.

Перемещение и копирование формул

После того как формула введена в ячейку, вы можете ее перенести, скопировать или распространить на блок ячеек. При перемещении формулы в новое место таблицы ссылки в формуле не изменяются, а ячейка, где раньше была формула, становится свободной. При копировании формула перемещается в другое место таблицы, при этом абсолютные ссылки не изменяются, а относительные ссылки изменяются.

При копировании формул можно управлять изменением адресов ячеек или ссылок. Если перед всеми атрибутами адреса ячейки поставить символ “$” (например, $A$1), то это будет абсолютная ссылка, которая при копировании формулы не изменится. Изменятся только те атрибуты адреса ячейки, перед которыми не стоит символ “$”, т.е. относительные ссылки. Для быстрой установки символов “$” в ссылке ее необходимо выделить в формуле и нажать клавишу F4.

Для перемещения формулы подведите указатель мыши к тому месту границы ячейки, где изображение указателя мыши изменяется с белого крестика на белую стрелку. Затем нажмите левую кнопку мыши и, удерживая ее, перемещайте ячейку в нужное место таблицы. Завершив перемещение, отпустите кнопку мыши. Если в записи формулы есть адреса ячеек, они при перемещении формулы не изменяются.

Для копирования формулы подведите указатель мыши к тому месту границы ячейки или блока, где изображение указателя изменяется с белого крестика на белую стрелку. Затем нажмите клавишу Ctrl и левую кнопку мыши и перемещайте ячейку в нужное место таблицы. Для завершения копирования отпустите кнопку мыши и клавишу Ctrl. Если в записи формулы есть относительные адреса ячеек, при копировании формулы они изменятся.

Распространение формул

Помимо копирования и перемещения формулу можно распространить на часть строки или столбца. При этом происходит изменение относительных ссылок. Для распространения формулы необходимо выполнить следующие действия:

1. Установите курсор в ячейку с формулой.

2. Подведите указатель мыши к маркеру заполнения. Изображение указателя изменяется на черный крестик.

3. Нажмите левую кнопку мыши и, удерживая ее нажатой, перемещайте курсор до нужного места. Для завершения распространения формулы отпустите кнопку.

Необходимо отметить, что Excel выводит в ячейку значение ошибки, когда формула для этой ячейки не может быть правильно вычислена. Если формула содержит ссылку на ячейку, которая содержит значение ошибки, то эта формула также будет выводить значение ошибки.

2 Функции Excel

Функции Excel — это специальные, заранее созданные формулы для сложных вычислений, в которые пользователь должен ввести только аргументы.

Функции состоят из двух частей: имени функции и одного или нескольких аргументов. Имя функции описывает операцию, которую эта функция выполняет, например, СУММ.

Аргументы функции Excel — задают значения или ячейки, используемые функцией, они всегда заключены в круглые скобки. Открывающая скобка ставится без пробела сразу после имени функции. Например, в формуле «=СУММ(A2;A9)», СУММ — это имя функции, а A2 и A9 — ее аргументы.

Эта формула суммирует числа в ячейках A2, и A9. Даже если функция не имеет аргументов, она все равно должна содержать круглые скобки, например функция ПИ(). При использовании в функции нескольких аргументов они отделяются один от другого точкой с запятой. В функции можно использовать до 30 аргументов.

Ввод функций в рабочем листе

Вы можете вводить функции в рабочем листе прямо с клавиатуры или с помощью команды Функция меню Вставка. Если вы выделите ячейку и выберете команду Вставка/Функция, Excel выведет окно диалога Мастер функций – шаг 1 из 2. Открыть это окно можно также с помощью кнопки Вставка функции на строке ввода формул.

Использование формул, функций и диаграмм в Excel

В этом окне сначала выберите категорию в списке Категория и затем в алфавитном списке Функция укажите нужную функцию.

Excel введет знак равенства (если вы вставляете функцию в начале формулы), имя функции и круглые скобки. Затем Excel откроет второе окно диалога мастера функций, в котором необходимо установить аргументы функции (в нашем случае ссылки на A2 и A9).

Использование формул, функций и диаграмм в Excel

Второе окно диалога Мастера функций содержит по одному полю для каждого аргумента выбранной функции. Справа от каждого поля аргумента отображается его текущее значение (21 и 33). Текущее значение функции отображается внизу окна диалога (54). Нажмите кнопку ОК или клавишу Enter, и созданная функция появится в строке формул.

3 Диаграммы в Excel

С помощью Microsoft 2003 можно создавать сложные диаграммы для данных рабочего листа. Диаграмма – графическое изображение зависимости между величинами. Диаграммы являются наглядным средством представления данных рабочего листа. Диаграмму можно создать на отдельном листе или поместить в качестве внедренного объекта на лист с данными.

Представление данных на диаграмме

Диаграмма связана с данными, на основе которых она создана, и обновляется автоматически при изменении данных.

Использование формул, функций и диаграмм в Excel

Значения оси. Excel создает значения оси на основе указанных данных. В данном случае значения оси изменяются от 0 до 70, что соответствует значениям ячеек диапазона на листе.

Имена категорий. В качестве имен оси категорий Excel использует заголовки столбцов или строк данных. В приведенном примере в качестве имен оси категорий отображаются заголовки строк, соответствующие первому кварталу, второму кварталу и т.д.

Имена рядов данных диаграммы. Excel также использует заголовки столбцов или строк данных в качестве имен рядов данных. Имена рядов отображаются в легенде диаграммы. В приведенном примере в качестве имен рядов выступают заголовки рядов планируемых и фактических значений.

Маркеры данных. Маркеры данных одного цвета представляют один ряд данных. Каждый маркер соответствует одному значению данных листа. В приведенном примере самый правый маркер данных соответствует фактическому значению за четвертый квартал, равному 60.

Подсказки. При остановке указателя над каким-либо элементом диаграммы появляется подсказка с названием элемента. Например, при остановке указателя над легендой появляется подсказка «Легенда».

Создание диаграммы

Чтобы создать диаграмму, необходимо, прежде всего, ввести данные для диаграммы на лист. Затем выделите любые ячейки, которые содержат исходные данные диаграммы. Далее в меню Вставка выберите команду Диаграмма или нажмите кнопку Мастер диаграмм на стандартной панели инструментов. В любом случае Excel выведет на экран первое окно мастера диаграмм. С помощью четырех окон диалога мастер диаграмм соберет всю информацию, необходимую Excel для построения диаграммы.

Кроме того, можно создать диаграмму за один шаг без использования мастера диаграмм. При создании таким способом диаграммы используются стандартные тип и параметры форматирования, которые позже можно изменить.

Создание диаграммы за один шаг. Самый быстрый способ для создания листа диаграммы, использующего стандартный тип диаграммы, выделите необходимые данные и нажмите клавишу F11. В этом случае лист диаграммы – это лист книги, содержащий только диаграмму.

Шаг 1. Выбор типа диаграммы.

Первое окно диалога Мастера диаграмм, предлагает выбрать тип диаграммы.

Использование формул, функций и диаграмм в Excel

Это окно диалога содержит две вкладки: одну для стандартных и другую для нестандартных типов диаграмм.

Шаг 2. Задание исходных данных диаграммы.

Во втором окне диалога мастера диаграмм можно задать данные, используемые Excel при построении диаграммы.

Использование формул, функций и диаграмм в Excel

Второе окно диалога Мастера диаграмм позволяет задать исходный диапазон и расположение в нем рядов данных. Если перед запуском Мастера был выделен диапазон с исходными данными, то это поле будет содержать ссылку на выделенный диапазон.

Excel выводит подвижную рамку вокруг исходного диапазона. Если по каким-то причинам исходный диапазон указан неправильно, выделите нужный диапазон и введите его прямо в окне диалога Мастера диаграмм.

Excel обычно выбирает ориентацию рядов, предполагая, что диаграмма должна содержать меньше рядов, чем точек. Просматривая образец при разной ориентации рядов, можно выбрать наиболее эффективный способ отображения данных в создаваемой диаграмме.

Второе окно диалога Мастера диаграмм, как и первое, содержит две вкладки. Чтобы убедиться, что Excel использует правильные имена и диапазоны ячеек, для каждого ряда данных, можно перейти на вкладку Ряд. Ннажмите кнопку. Далее, чтобы перейти к следующему шагу.

Шаг 3. Задание параметров диаграммы.

Третье окно диалога Мастера диаграмм содержит шесть вкладок. Они позволяют задать характеристики осей, название диаграммы и заголовки для ее осей, легенду, подписи значений в рядах данных и т.д. Все это можно выполнить при создании диаграммы или после ее построения.

Использование формул, функций и диаграмм в Excel

Шаг 4. Размещение диаграммы.

Excel может внедрить диаграмму в рабочий лист или помесить ее на отдельном листе, так называемом листе диаграммы.

Использование формул, функций и диаграмм в Excel

После построения диаграммы ее можно отредактировать в режиме редактирования диаграммы. Для этого нужно дважды щелкнуть кнопку мыши на диаграмме или воспользоваться контекстным меню.

Иcтoчник

Элeктpoнный учeбник, – «Формулы, функции и диаграммы в Excel» http://www.lessons-tva.info/ дaтa oбpaщeния: 08.11.10

Контрольная работа: Роль простых чисел в математике

ВВЕДЕНИЕ

Простые числа с давних времен привлекают внимание математиков. Простые числа следует одно за другим по закону, который еще не найден. Но простые числа в математике играют важную роль. Среди натурального ряда выделяют простые числа.

В данной работе поставленная цель:

доказать, что простые числа играют большую роль в математике.

Задачи для этой работы следующие:

Показать способы нахождения простых чисел.

Назвать имена математиков, связанных с историей открытия простых чисел.

Составить задачи с использованием простых чисел.

РОЛЬ ПРОСТЫХ ЧИСЕЛ В МАТЕМАТИКЕ

Каждое натуральное число, больше единицы, делится по крайней мере на два числа: на 1 и на само себя. Если ни на какое другое натуральное число оно на целое не делится, то называется простым, а если у него имеются ещё какие- то целые делители, то составным. Не о всяком числе можно сразу сказать, простое оно или составное. Возьмем, например, число 1999. Если нет под рукой специальных справочных таблиц или помощника компьютера, то придется вспомнить о старом, но надежном решете Эратосфена. Старинный способ, придуманный еще в 3 в. До н. э. Эратосфеном Киренским, хранителем знаменитой Александрийской библиотеки.

Выпишем несколько подряд идущих чисел, начиная с 2. Двойку отберем в свою коллекцию, а остальные числа, кратные 2, зачеркнем. Ближайшим не зачеркнутым числом будет 3. Возьмем в коллекцию и его, а все остальные числа, кратные 3,зачеркнем. При этом окажется, что некоторые числа уже были вычеркнуты раньше, как, например, 6, 12 и другие. Следующее наименьшее не зачеркнутое число-это 5. Берем пятерку, а остальные числа, кратные 5, зачеркиваем. Повторяя эту процедуру снова и снова, мы в конце концов добьемся того, что не зачеркнутыми останутся одни лишь простые числа- они словно просеялись сквозь решето. Поэтому такой способ и получил название РЕШЕТО ЭРАТОСФЕНА. Можно ли, повторять поэту, сказать, что простых чисел столько, “ сколько звезд на небе, сколько рыб в воде”? Ответ находим в девятой книге знаменитого сочинения Евклида” Начала”- нетленного памятника Древнего мира. Двадцатая теорема в этой книге утверждает: ”Первых (простых) чисел существует больше любого указанного числа их”.

Вот доказательство этой теоремы. Предположим, что существует некое наибольшее простое число P. Тогда перемножим все простые числа, начиная с 2 и кончая P, и увеличим полученное произведение на единицу: 2 3 5 7*… P + 1 = M. Если число М составное, то оно должно иметь по крайней мере один простой делитель. Но этим делителем не может быть ни одно из простых чисел 2, 3, 5, …, Р, поскольку при делении М на каждое из них получаем в остатке 1. Следовательно, число М либо само простое, либо делится на простое число, большее Р. Значит, предположение, что существует наибольшее простое число Р, наверно и множество простых чисел бесконечно.

Не о всяком числе можно сразу сказать, простое оно или составное. Возьмем, например, число 1999. Если нет под рукой специальных справочных таблиц или помощника-компьютера, то придется вспомнить о старом, но надежном решете Эратосфена.

Первую известную нам таблицу простых чисел составил итальянский математик Пьетро Антонио Катальди в 1603 г. Она захватывала все простые числа от 2 до 743

В 1770 г. Немецкий математик Иоганн Генрих Ламберт опубликовал таблицу наименьших делителей всех чисел, не превосходящих 102000 и не делящихся на 2, 3, 5. Вложив в этот труд поистине колоссальные усилия, Ламберт гарантировал бессмертие тому, кто доведет таблицу делителей до миллиона. На его призыв откликнулись многие вычислители.

К середине 19 века уже были составлены таблицы наименьших делителей не только первого миллиона, но и следующих, в плоть до 9. В это же время в прессе появились сообщения, которые представлялись абсолютно фантастическими: в Венскую академию поступило 7 больших томов рукописных таблиц “Великий канон делителей всех чисел, которые не делятся на 2, 3 и 5, и простых чисел между ними до 100330201”. Автором этого труда был Якуб Филипп Кулик, профессор высшей математики Пражского университета.

В дальнейшем поиске простых чисел уже не носили характера массовой охоты, с которой можно сравнить составление таблиц, а превратились в целенаправленный отбор отдельных представителей. У охотников за числами больше всего популярны простые числа Марсена. Они названы в честь французского ученого Марена Марсенна, Сыгравшего в 18в. Видную роль в становлении европейской науки.

Некоторые представления о распределения простых чисел имели уже древние греки. Из доказательства Евклида следует, например, что они не собраны вместе, а разбросаны по всей числовой оси. Но как часто?

В 1845 г французский математик Жозеф Бертан, исследуя таблицу простых чисел в промежутке от 1 до 6000000, обнаружил, что между числами n и n2 – 2, где n > 3, содержится по крайней мере одно простое число. В последствии это свойство получило название постулата Бертрана, хотя самому Бертану обосновать его так и не удалось. Доказал его в 1852 г русский математик Пафнутий Львович Чебышев. Из результата Чебышева следовала и более точная оценка. Таким образом, даже среди очень больших чисел простые числа не так уж редки.

С другой стороны, существуют промежутки, включающие тысячи, миллионы, миллиарды и вообще какое угодно большое количество подряд стоящих натуральных чисел, среди которых нельзя найти ни одного простого! В самом деле, задавшись произвольным большим натуральным числом к, построим ряд чисел к! +2, к! +3,…, к! + к (здесь к! = 1*2*3*…*к). Каждое из этих чисел составное. Например, число к! + м делится на м, поскольку к! делится на м и само м делится на м.

Простые числа, делящихся только на единицу и на самих себя(2,3,5,7,11,13,17,…), с давних времен привлекают внимание математиков. Более двух тысяч лет назад великий древнегреческий математик Евклид доказал, что ряд простых чисел бесконечен. Простые числа следуют одно за другим по закону, который еще не найден. Эти числа то на долго исчезают из натурального ряда, то по являются в нем часто, а иногда и по соседству: 11,13,;5971847,5971849.

Профессор И.К. Андронов в книге <<Арифметика натуральных чисел>> приводит рассказ о воображаемом путешествии по бесконечной дороге простых чисел:<<Мысленно возьмем прямо линейный провод, выходящий из классной комнаты в мировое пространство, пробивающий земную атмосферу, уходящий туда, где Луна совершает вращение, и далее за огненный шар Солнце, в мировую бесконечность.

Мысленно подвесим на провод через каждый метр электрические лампочки, нумеруя их, начиная с ближней:1,2,3,…,1 000,…,1 000 000,…, включим ток с таким расчетом, чтобы загорелись все лампочки с простыми номерами, и полетим вблизи провода>>.

Вместе с автором этой книги мы начинаем движение с первой электрической лампочки, которая не осветила нам старта; она не горит, так как ее номер (единица) не является простым числом. Сразу за ней две лампочки с номерами 2 и 3 включены, эти числа простые . Оставим позади горящие лампочки 5 и 7. Они пронумерованы простыми числами. На нашем длинном пути очень редко будут попадаться числа-близнецы. Вот промелькнули следующие числа-близнецы: 11 и 13, 17 и 19. Мы быстро набираем скорость; оставляя позади лампочки 101 и 103, 827 и 829; теперь реже и реже встречаются освещенные островки из лампочек, пронумерованы простыми числами-близнецами. Вот на фоне темноты и мрака засверкали лампочки с номерами 10 016 957 и 10 016 959; это последняя пара известных простых чисел-близнецов. Возможно, где то в бесконечных просторах обрадуют наш взор еще пара светящихся лампочек, или такие близнецы исчезнут на всегда. Нам встречаются участки, довольно часто освещаемые лампочками, но чаще путь проходит в темноте. Из первого миллиона промелькнуло всего 78 498 горящих лампочек, 921 502 не горели.

Однако мы только начали движение, они еще встретятся, но в какой миг? Закономерности нет.

Как и пространство, множество простых чисел бесконечно. Бесконечный ряд чисел, который мы в результате счета предметов, называется НАТУРАЛЬНЫМ РЯДОМ ЧИСЕЛ: 1,2,3,4,5,… . Среди натурального ряда чисел мы выделяем простые числа. Простыми числами называются такие, которые делятся на 1 и на самих себя. Наименьшее простое число2.

Выделение простых чисел является сложной задачей математики. Ученые на протяжении многих веков пытаются найти формулу, которая позволила бы из множества натуральных чисел выписать простые. Первый, кто занимался этой задачей, был великий математик древности Эратосфен, живший почти 2 300 лет назад. Эратосфен был главным библиотекарь знаменитой Александрийской библиотеки, математиком, географом, историком, астрономом, философом и поэтом. Эратосфен вычислил наклон эклиптики – большой окружности сферы, по которой проходит видимое годичное движение солнца, расстояние от солнца и луны, длину земного меридиана (измерив расстояние от Асуана до Александрии), составив карту мира с учетом шарообразности Земли и т. д.

Способ Эратосфена составления таблиц простых чисел чрезвычайно прост и не требует проверки чисел на делимость. Он воспользовался особым методом, который был назван в честь ученого <<Решето Эратосфена>>. Чтобы очистить зерно, мы его просеиваем. Подобно этому Эратосфен <<просеивал>> числа натурального ряда, пользуясь особым приёмом.

Допустим, что были выписаны ( в таблице из 10рядов ) все по следовательно от 1 до 100. Прежде всего надо <<выбросить>> все четные числа, кроме 2. Подчеркнув число2, остальные числа, делящиеся на 2, зачеркнем. После 2 в таблице идет простое число 3. Подчеркнем число 3 как простое, а все остальные, делящееся на 3, зачеркнем. ( Числа, кратные 3, стоят на местах через два на третье.) теперь следующее простое число 5,которое опять подчеркиваем; выбрасываем все числа, кратные 5, которые расположены на местах через четвертое на пятое, считая ранее зачеркнутые. Дальше подчеркиваем следующее число 7 и зачеркиваем числа, делящиеся на 7, и т. д. Заметьте, что из всех натуральных чисел не зачеркнутыми остаются простые числа. Эратосфен у каждого составного числа прокладывал отверстие, и получалось нечто вроде решета, через которое эти составные числа <<просеивались>>.

Древне греческих ученых заинтересовало: сколько может быть простых чисел в натуральном ряду? Ответил на этот вопрос Евклид, доказав, что простых чисел бесконечное множество.

Однако способ Эратосфена не смог удовлетворить ученых, и они пытались найти формулу простых чисел. На протяжении многих столетий это сделать не удавалось. В ряду простых чисел были найдены многие интересные закономерности, но поставленная задача оставалась без ответа. Первым приблизился к решению проблем простых чисел П.Л. Чебышев.

В 1750 г. Леонард Эйлер установил, что число 2і№ — 1 является простым. Оно оставалось самым большим из известных простых чисел более ста лет. В 1876 г. Французский математик Лукас установил, что огромное число

2127 — 1 = 170 141 183 560 469 231 731 687 303 715 884 105 727
также простое. Оно содержит 39 цифр. Для его вычисления были механические настольные счетные машины. В 1957 г. было найдено следующее простое число: 23217 – 1. А простое число 244 497 – 1 состоит из 13 000 цифр.

УЗЫ ДРУЖБЫ В МИРЕ ЧИСЕЛ

Два натуральных числа m и n называются дружественными, если сумма собственных делителей m равна n, а сумма собственных делителей n равна m.

История дружественных чисел теряется в глубине веков. По свидетельству античного философа Ямвлиха(III-IV вв.), великий Пифагор на вопрос, кого следует считать своим другом, ответил:<<Того, кто является моим вторым я, как числа 220 и 284>>. Проверьте, пожалуйста, что числа 220 и 284 дружественные.

Для нахождения дружественных чисел арабский ученый Сабит Ибн Курра (IX в. ) предложил хитроумный способ: задавшись натуральным числом n, подсчитать спамогательные величины p= 3*2n-1 – 1, q=3*2n -1 и r= 9*2 2n – 1`-1. Если окажется, что числа p, q, r простые, тогда числа А = 2n p q и В = 2nr дружественные.

Пифагорова пара 220 и 284 получаются по этому методу при n=2. Следующую пару чисел – 17 296 и 18 416 – обнаружили независимо друг от друга марокканский ученый Ибн Аль – Банна и три столетия спустя француз Пьер Ферма. В этом случае n=4. Третью пару – 9 363 584 и 9 437 056 (при n=7) – указал в 1638 г. Рене Декарт. Дальнейшие попытки найти дружественные пары при не больших значениях n к успеху не приводят. Более того способ Сабита ибн Курры не выявляется ни одной новой пары дружественных чисел, если n увеличивать до 20 000! Неужели дружественные числа – алмазы-самородки и для подсчета их пар многовато пальцев одной руки?

В 1747-1750 гг. Леонард Эйлер провел уникальные числовые раскопки. Он придумал оригинальные методы поиска и обнаружил сразу 61 новую пару дружественных чисел. Примечательно, что среди них оказались и не четные числа: 69 615 и 11 498 355; 87 633 и 12 024 045. Сейчас известно около 1100 пар дружественных чисел. Любопытно, что в 1866 г. итальянский школьник Н. Паганини (однофамилец известного скрипача) нашел пару дружественных чисел 1184 и 1210, которую все, в том числе и выдающееся математики, проглядели!

Вот пары дружественных чисел в пределе 100 000:

220 – 284

1184 – 1210

2620 – 2924

5020 – 5564

6232 – 6368

10744 – 10856

12285 – 14595

17296 – 18416

63020 – 76084

66928 – 66992

67095 – 71145

69615 – 87633

79750 – 88730

Дружественные числа продолжают скрывать множество тайн. Есть ли смешанные пары, у которых одно число четное, а другое не четное? Существует общая формула, описывающая все дружественные пары? На эти и другие вопросы ответы пока не найдены.

Из опыта вычисления люди знали, что каждое число является либо простым, либо произведением нескольких простых чисел. Но они не умели этого доказывать. Пифагор или кто-то из его последователей нашел доказательство этого утверждения.

Теперь легко объяснить роль простых чисел в математике: они являются теми кирпичиками, из которых с помощью умножения строят все остальные числа. Хорошо было бы, если все простые числа можно было сосчитать! Пусть их было бы хоть миллион – все равно мы знали бы, что, перемножая эти простые числа, можем получить все остальные. Но это оказалось не так. Через два столетия после Пифагора греческий геометр Евклид написал книгу <<Начала>>. И одними из утверждений этой книги было следующее: самого большого простого числа не существует.

Простые числа в натуральном ряде чисел, расположены очень причудливо. Иногда между ними есть только одно четное число (все простые числа, кроме числа 2, нечетные). Такими близнецами так их зовут в науке, являются: 11 и 13, 17 и 19, 29 и 31. До сих пор не известно, есть ли самые большие близнецы или нет. А иногда между соседними простыми числами лежит пропасть в миллионы и миллиарды чисел. Первым глубокие результаты о том, как разбросаны простые числа среди остальных натуральных чисел, получил великий русский математик Пафнутий Львович Чебышев, основатель и руководитель русских математических исследований в прошлом веке.

ПРОБЛЕМА ГОЛЬДБАХА

Из простых чисел можно получить любое число с помощью умножения. А что будет, если складывать простые числа? Конечно, если брать сколько угодно слагаемых, то можно получить любое число: четные числа получаются путем сложения двоек, а не четные путем сложения одной тройки и нескольких двоек. Но живший в России в XVIII веке математик Гольдбах решил складывать нечетные простые числа лишь попарно. Он обнаружил удивительную вещь: каждый раз ему удавалось представить четное число в виде суммы двух простых чисел. Вот эти разложения для двухзначных чисел (как это было во времена Гольдбаха, мы считаем 1 простым числом):

4=1+3, 6=1+5, 8=1+7, 10=3+7, 12=5+7, 14=3+11,

16=3+13, 18=5+13, 20=3+17, 22=11+11, 24=11+13,

26=13+13, 28=23+5, 30=23+7, 32=19+13, 34=17+17,

36=17+19, 38=19+19, 40=37+3, 42=37+5, 44=37+7,

46=23+23, 48=47+1, 50=47+3, 52=47+5, 54=47+7,

56=53+3, 58=53+5, 60=53+7, 62=31+31, 64=61+3,

66=61+5, 68=61+7, 70=67+3, 72=67+5, 74=37+37,

76=73+3, 78=73+5, 80=73+7, 82=41+41, 84=41=43,

86=43+43, 88=87+1, 90=87+3, 92=87+5,94=87+7,

96=89+7, 98=97+1.

О своем наблюдении Гольдбах написал великому математику XVIII века Леонарду Эйлеру, который был членом Петербургской академии наук. Проверив еще много четных чисел, Эйлер убедился, что все они являются суммами двух простых чисел. Но четных чисел бесконечно много. По этому вычисления Эйлера давали надежду на то, что свойством, которое заметил Гольдбах, обладают все числа. Однако попытки доказать, что это всегда будет так, ни к чему не привели.

Двести лет математики размышляли над проблемой Гольдбаха. И только советскому ученому Ивану Матвеевичу Виноградову удалось сделать решающий шаг. Он установил, что любое достаточно большое натуральное число является суммой трех простых чисел. Но число, начиная с которого верно утверждение Виноградова, невообразимо велико. По этому пока что, к сожалению, нет надежды даже с помощью самых лучших ЭВМ проверить, верно ли это утверждение для всех остальных чисел.

АЛГОРИТМ

Для нахождения всех простых чисел не больше заданного числа n, следуя методу Эратосфена, нужно выполнить следующие шаги:

1) Выписать подряд все целые числа от 2 до n (2,3,4…,n)

2) Пусть переменная p изначально равна 2-первому простому числу.

3) Вычеркнуть из списка все числа от 2p до n, делящиеся на p (то есть, числа 2p,3p,4p,… .)

4) Найти первое невычеркнутое число, большее, чем р, и присвоить значению переменной p это число.

5) Повторять шаги 3 и 4 до тех пор, пока p не станет больше, чем n.

6) Все невычеркнутые числа в списке — простые числа.

На практике, алгоритм можно немного улучшить следующим образом.

На шаге №3, числа можно вычеркивать, начиная сразу с числа p2, потому что все составные числа меньше его уже будут вычеркнуты к этому времени.

И, соответственно, останавливать алгоритм можно, когда p2 станет больше, чем n.

ЗАДАЧИ

В некотором царстве, в некотором государстве жила принцесса. И однажды ей захотелось узнать ответ на свой вопрос о соседнем королевстве. В соседнем королевстве было 12 фей. За ночь всем феям надо было выполнить одинаковое количество желаний. Всего им надо было выполнить 144 желания. И принцессе захотелось узнать, сколько желаний должна выполнить одна фея за ночь. Но чтобы узнать ответ на вопрос, принцессе надо было слетать в соседнее королевство и спросить у фей. Долететь до королевства принцесса поручила дракону и дала ему на всю дорогу 6 часов. Расстояние до королевства 448,8 км. С какой скоростью должен лететь дракон, чтобы успеть слетать и туда, и обратно?

Решение

1) 6:2=3 (часа)- за такое время дракон должен слетать туда или обратно.

2) 448,8:3=149,6 (км/ч)- с такой скоростью должен лететь дракон, что бы прилететь в своё королевство вовремя.

( Задачу придумала Сторожева Яна).

Дракону надо лететь со скоростью 149,6 км/ч, что прилететь в своё королевство вовремя.

Тем времен дракон прилетел в соседнее королевство. Решение вопроса принцессы оказалось очень простым:

Решение

1) 144:12=12(желаний)- должна выполнить 1 фея за ночь.

( Задачу придумала Бордюгова Анастасия).

1 фея должна выполнить 12 желаний за ночь.

Дракон прилетел обратно и получил за ответ на вопрос принцессы вознаграждение: 1,2 кг мороженого. Он решил поделиться мороженым с друзьями. Друзей у него было 7. Сколько мороженого досталось каждому другу и самому дракону?

Решение

1) 7+1=8- друзья и сам дракон.

2) 1,2:8=0,15(кг)- досталось каждому другу и самому дракону.

( Задачу придумала Хисемятдинова Нейля).

0,15 кг мороженого досталось каждому другу и самому дракону.

Принцесса решила позвать к себе на работу 7 гномов, чтобы они искали изумруды. И сказала им, что за неделю они должны найти 147 изумрудов. А сама принцесса решила узнать: сколько 7 гномов должны найти изумрудов за 1 день? Сколько 1 гном должен найти изумрудов за 1 день? Сколько 1 гном должен найти изумрудов за неделю?

Решение

1) 147:7=21(изумруд)- должны найти 7 гномов за 1 день.

2) 21:7=3(изумруда)- должен найти 1 гном за 1 день.

3) 3*7=21(изумруд)- должен найти 1 гном за неделю.

( Задачу придумала Сторожева Яна).

21 изумруд должны найти 7 гномов за 1 день, 3 изумруда должен найти 1 гном за 1 день, 21 изумруд должен найти 1 гном за неделю. Гномам надо было где-то жить. Принцесса решила отдать им подвал. В подвале было 476м2. Сколько каждому гному должно достаться м2, чтобы каждому гному досталось одинаковое количество м2?

Решение

1) 476:7=68(м2)- достанется каждому гному.

( Задачу придумала Бордюгова Анастасия).

Каждому гному достанется по 68м2.

Как-то раз к принцессе пришла Красная шапочка и сказала, что не умеет делить. Она приготовила 381 пирожок и должна раздать его 3 своим бабушкам. Но она не знает, сколько пирожков должно достаться каждой бабушке. Принцесса стала считать:

Решение

1) 381:3=127 (пирожков)- достанется каждой бабушке.

( Задачу придумала Хисемятдинова Нейля).

Принцесса сказала Красной шапочке, что каждой бабушке достанется по 127 пирожков. Красная шапочка п

Индийские математики нашли уникальный алгоритм поиска простых чисел

Индийские математики и специалисты в области компьютерного обеспечения заявляют, что разработали метод, позволяющий безошибочно и быстро определять, простым ли является то или иное число. Проблема быстрого определения простых чисел, над которой исследователи бились в течение более чем 2200 лет, является важнейшей в улучшении современной компьютерной техники.

Простые числа — это ключ к разрешению многих математических проблем, они также играют большую роль в криптографии (шифровании), благодаря чему интересуют не только математиков, но и военных, разведку и контрразведку. Простое число — то, которое делится без остатка только на единицу и на само себя. Так, к простым числам относятся 2, 3, 5, 7, 11, 13 и так далее по возрастающей.

Первым проблему определения простых чисел поставил древнегреческий ученый Эратосфен примерно в 220 году до нашей эры, предложив один из путей определения простых чисел. С тех пор ученые постепенно продвигались вперед, а в последние десятилетия им на помощь в проверке делимости огромных чисел пришли компьютеры. Математики, а позже и специалисты по компьютерному программированию разработали много способов решения этой проблемы, однако все они несут небольшую потенциальную возможность ошибки.

«Наш алгоритм исключает вероятность любой ошибки», — заявил основной разработчик нового метода Маниндра Агравал. Результаты вычислений уже разосланы ведущим компьютерным специалистам и математикам во всем мире. Ученые еже получили несколько отзывов. Никто не высказывает сомнений в новом алгоритме, и все выражают удовлетворение достигнутым результатом, сообщает NTVRU.com.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В данной работе рассмотрены вопросы:

История возникновения простых чисел.

Рассмотрен алгоритм нахождения простых чисел.

Названы имена ученых, которые занимались изучениям простых чисел.

А также подобраны задачи на простые числа.

Данную работу можно использовать на уроках математики, и в кружковой работе, что бы не казалось, что наука математика это сухая, сухая неинтересная наука.

БИБЛИОГРАФИЯ

1. Шейнина О.С., Соловьева Г.М. Математика. Занятия школьного кружка 5 6 кл. М.: изд во нц энас, 2005 208с (портфель учителя)

2. Агеева И.Д. Занимательные материалы по информатике и математике. Методическое пособие. М.: Ту. Сфера, 2006 240с (игровые методы обучения).

3. Математика: Учеб. Для 5 кл. общеобразовательное учреждений / Г.В. Дорофеев, И.Ф. Шарыгин. С.Б. Суворова и др.; Под редакцией Г.В. дорофеева, И.Ф. Шарыгина. М.: Просвещения, 1998. 368с.: ил. ISBN 5 09 008059 3

4. Занимательные дидактические материалы по математике. Сборник заданий. Выпуск 2 В.В. Трошин М.: Глобус, 2008 282с. (учение с увлечением).

Реферат: Проблемы частного предпринимательства в Республике Беларусь на современном этапе

БЕЛОРУССКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИНФОРМАТИКИ И РАДИОЭЛЕКТРОНИКИ

Кафедра менеджмента

РЕФЕРАТ

на тему:

«Проблемы частного предпринимательства в Республике Беларусь на современном этапе»

МИНСК, 2009

Проблемы в целом по республике

В развитии частного предпринимательства в Беларуси со второй половины 80-х гг. можно выделить три основных этапа:

Кооперативное предпринимательство (1988-1991 гг.), при котором основными источниками предпринимательских доходов была разница между государственными и свободными ценами;

Предпринимательство в условиях свободного ценообразования (1992 – 1996 гг.), когда наблюдался предпринимательский бум;

Предпринимательство в условиях жестокого централизованного государственного регулирования (с 1996 г.)

Наиболее благоприятным для становления и развития частного предпринимательства был период по 1996 г., когда в экономике происходили кардинальные сдвиги, разрабатывались и принимались рыночные законодательные акты. К 1996г. насчитывалось более 20 тысяч субъектов малого предпринимательства, общая численность работающих на которых составляла 220 700 чел.. Основными формами осуществления предпринимательской деятельности в республике явились:

акционерные и частные предприятия, общества с ограниченной ответственностью, основанные на национальном капитале;

совместные предприятия с иностранным участием и их дочерние фирмы, иностранные предприятия;

бывшие государственные предприятия, выкупленные или преданные их коллективам в совместное владение;

государственные арендные предприятия;

частные предприятия без образования юридического лица [13].

С 1996 г. темпы роста численности субъектов малого предпринимательства в Беларуси существенно снизились. Наблюдается также снижение количества частных предпринимателей без образования юридического лица.

Факторов, которые тормозят развитие предпринимательства в нашей республике, множество. Но наиболее существенным из них является отсутствие в государственных структурах глубокого понимания стратегического значения частного предпринимательства для становления и развития рыночной экономики.

Мировой опыт показывает, что предпринимательство – это один из важнейших факторов формирования и развития рыночной экономики. В развитых странах малый бизнес вовлек в свою деятельность 50-60 % работоспособного населения и сформировало 70– 80% новых рабочих мест, на его долю приходиться от 20 до 60% валового национального продукта [19].

Как показывает мировой опыт, чем больше в стране субъектов малого бизнеса (количество которых находится в прямой зависимости от условий ведения бизнеса), тем выше доход на душу населения, а, следовательно, и благополучие в обществе (табл. 1):

Таблица 1

Основные показатели, характеризующие состояние сектора

Страна

ВВП на душу населения, у.е.

Количество субъектов МСБ на 1000 чел. населения

Условия ведения бизнеса,

место в рейтинге из 755

1

2

3

4
Швеция

29898

54

14
Литва

14258

17

15
Беларусь

7711

4

106

Таблица 2

Количество субъектов малого бизнеса и его для в ВВП страны

Показатель/год

2005 г.

2006 г.

2007 г.

2008 г.
Количество малых предприятий

29 044

30 987

32 824

33 094
Количество индивидуальных предпринимателей

189 557

188 783

183 887

177 900
Доля малых предприятий в ВВП

7,2%

8,2%

8,8%

8,1%

Малое предпринимательство наиболее развито в Минске, где находиться 52,6% от общего числа юридических лиц малого бизнеса и 27% индивидуальных предпринимателей.

Лидером по количеству субъектов малого бизнеса является сфера торговли и общественного питания – 42,8% от общего числа предпринимателей. В промышленности сосредоточено 21,1% юридических лиц малого предпринимательства, в строительстве — 11,7, в сфере транспорта — 5,8, в сельском хозяйстве — 1,1 %. По итогам 2008 года на субъекты малого бизнеса пришлось 8,2 % от общего объема промышленного производства, 9,7 % от общего объема производства потребительских товаров и 5,9 % общего товарооборота.

На одну тысячу жителей Белоруссии приходится только 4 организаций, имеющих статус субъекта малого предпринимательства, в то время как в России этот показатель равен 6, в странах Евросоюза — 30, в США — 74.

Общее число занятых в сфере малого предпринимательства к 2007 году составило около 700 тыс. чел.. В 2008 эти показатели изменились незначительно. По данным официальной статистики, в стране в 2008 г. зарегистрировано около 33 100 малых и 2 950 средних предприятий, а также около 178 000 индивидуальных предпринимателей. С учетом среднего количества работающих на одном предприятии и ИП, общая численность занятых в секторе МСБ составляет около одного миллиона чел.

Основные проблемы частного предпринимательства, наиболее часто упоминаемые в средствах массовой информации (Белорусская деловая газета, Национальная экономическая газета, газеты «Белорусы и рынок», «Свободные новости») за 2006-2008 гг. представлены в табл. 3. Они практически полностью совпадают с проблемами, выявленными в ходе опросов предпринимателей, проведенных Международной финансовой корпорацией (IFC) и Исследовательским центром института Предпринимательства и Менеджмента (ИПМ).

Таблица 3

Проблемы частного предпринимательства

№ п.п

Основные проблемы
1

Налоги
2

Законодательство
3

Инфляция
4

Макроэкономическая ситуация в республике
5

Поставки, дефицит
6

Трудности получения и высокая ставка за кредит
7

Неплатежеспособность партнёров, клиентов
8

Несовершенство банковской системы
9

Политическая ситуация
10

Бюрократия
11

Действия правительства, властей, ЦБ; коррупция, взятки
12

Трудности с арендой, недостаток площадей, офисов
13

Недостаток информации, культуры, опыта
14

Кадровые проблемы
15

Отрицательное отношение к предпринимателям

Из опроса предпринимателей установлено: главная проблема для предпринимателей Беларуси — административные процедуры.

Среди причин, вызвавших такое негативное отношение к существующим условиям ведения бизнеса, лидируют механизмы прохождения административных процедур (рис 1).

Проблемы частного предпринимательства в Республике Беларусь на современном этапе

Рис. 1 Административные процедуры – основная проблема МСБ

При этом, несмотря на улучшения, имевшие место в отдельных областях административного регулирования, практически все основные процедуры, с которыми субъекты хозяйствования сталкивались в 2008 г., были для них сложными (рис. 2).

Проблемы частного предпринимательства в Республике Беларусь на современном этапе

Рис. 2 Административные процедуры, вызвавшие сложности

В целях ускорения прохождения тех или иных административных процедур, а также при урегулировании спорных вопросов с государственными органами субъектам малого и среднего бизнеса (МСБ) приходится прибегать к неофициальным платежам. По данным опроса, только 70% субъектов МСБ однозначно заявили, что они не осуществляли неофициальных платежей в 2008 г., следовательно, почти треть предпринимателей это практиковали.

Проблемы частного предпринимательства в Республике Беларусь на современном этапе

Рис. 3 Эффективность способов регулирования спорных ситуаций с государственными органами в 2008 году

Две трети субъектов МСБ назвали личные связи наиболее эффективным инструментом урегулирования спорных ситуаций с государственными органами (рис. 3). Около 40% предпринимателей считают, что использование неофициальных платежей более эффективно, чем обращение в суд или в вышестоящие государственные инстанции.

В качестве проблем, присущих всем административным процедурам, можно назвать большой документооборот и объем отчетности, трудности в получении информации о часто меняющихся нормах и правилах, а также высокие штрафные санкции за их несоблюдение. Эти и прочие трудности указаны на рис. 4.

Проблемы частного предпринимательства в Республике Беларусь на современном этапе

Проблемы частного предпринимательства в Республике Беларусь на современном этапе

Рис. 4 Основные препятствия (проблемы) ведению бизнеса в 2008 году по данным IFC, кроме административных процедур

Опрос руководителей МСБ Беларуси подтвердил выводы других исследований о наличии значительных проблем в области регулирования деятельности частных предприятий в Беларуси [28]. В частности, респондентам было предложено ранжировать актуальность 19 проблем, с которыми сталкиваются МСБ (табл. 4). Восемь главных проблем (их оценка оказалась выше 3 баллов) Решение именно этих проблем должно стать актуальной и первоочередной задачей и для правительства, и для парламента, и для бизнес-ассоциаций, с тем, чтобы на деле улучшить состояние регуляторной среды в Беларуси.

Таблица 4

Основные препятствия (проблемы) ведению бизнеса в 2008 году по данным Исследовательского центра Института предпринимательства и менеджмента (ИПМ)

Проблемы

Средний бал

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

Большие штрафные санкции за ошибки

Многочисленные проверки контролирующих и налоговых органов

Получение лицензий

Отсутствие гарантий защиты частной собственности

Процедуры сертификации`

Сложные и непонятные правила налогообложения и бухгалтерского учета

Частые изменения в налоговой отчетности

Нестабильное и запутанное законодательство

Сложность с получением кредита

Полная зависимость от действий контрольных органов

Отчетность органам гос.управления

Разрешения и согласования в предпринимательской деятельности с госорганами

Отсутствие предельного срока давности по налоговым нарушениям

Взаимоотношения с органами местной власти

Неплатежи от клиентов

Чрезмерное регулирование цен

Возможность безакцептного списания денег или внесудебной конфискации активов

Низкий покупательский спрос

Недостаток управленческих и экономических навыков у

руководства

3.21

3.18

3.16

3.15

3.15

3.13

3.06

3.04

3.00

3.00

3.00

2.76

2.74

2.66

2.59

2.57

2.55

2.50

2.24

Примечание. Респонденты должны были оценить каждый из перечисленных пунктов по 5-балльной шкале, где «5»-это наиболее серьезная проблема, «1» -это не является проблемой.

Характер проверок и система наказаний коммерческих организаций в Беларуси – яркое подтверждение кризиса доверия между бизнесом и властью.

Белорусские предприятия проверяют часто и долго, в среднем более 10 раз в год. Когда на протяжении около двух месяцев на предприятии находятся проверяющие и контролеры, сконцентрироваться на инновационной работе очень сложно. Чем больше размер предприятия, тем чаще проверки, больше штрафы, санкции и «добровольные» пожертвования.

Контрольные и фискальные органы препятствуют становлению конкурентного национального бизнеса. Штрафы и санкции часто более чем в сто раз превышают размер доначисленных в бюджет сумм, что приводит к дестабилизации деятельности предприятий, а нередко к их ликвидации. В стране нет единой практики правоприменения в сфере контроля за деятельностью бизнеса. Отсутствует координация между более чем 20 контрольными органами.

Плановые и внеплановые проверки происходят так часто, что более 90% предприятий заявляют о ежегодном контроле со стороны разных государственных структур. Исполкомы, налоговые, КГК, пожарники и санитарный надзор, милиция, лицензирующий орган и структуры, которые следят за ценообразованием – любая проверка может закончиться банкротством предприятия.

При этом индивидуальных предпринимателей проверяют дольше, чем малый и средний бизнес. Коммерческие организации и ИП беззащитны перед контролирующими органами.

Отсутствует четкие правила проведения проверок, прозрачность процедур их проведения. Санкции применяются на основании промежуточных актов проверки. Широко применяется чрезвычайно реакционная практика бесспорного взыскание сумм экономических санкций со счетов предприятия. Контролеры часто подменяют функции судебной системы и нарушают фундаментальные права собственности: изымают и конфисковывают имущество, налагают арест на активы, приостанавливают операции по счетам и т.д.

В законодательстве нет срока давности на привлечение к ответственности за налоговые нарушения, в то время как для возврата излишне взысканных с предпринимателя сумм в бюджет установлен предельный срок один год.

Нет четкого механизма наказания контрольных органов за нанесенный бизнесу ущерб. Не указаны процедуры и сроки возмещения коммерческим организациям ущерба, нанесенного государственными структурами.

По данным пресс-службы Министерства по налогам и сборам Республики Беларусь, в 2007 г. были проведены проверки соблюдения действующего законодательства по налогам и предпринимательству в 31.6% организациях и у 25.8 % индивидуальных предпринимателей, состоящих на учете. По итогам проверок выявлены нарушения у 67% проверенных организаций и 66% индивидуальных предпринимателей. За I квартал 2008 г. налоговой службой проведены проверки соблюдения действующего законодательства по налогам и предпринимательству у 9.9 тыс. организаций и 13.9 тыс. индивидуальных предпринимателей, состоящих на учете. По итогам проверок выявлены нарушения у 67% проверенных организаций и 63.6% индивидуальных предпринимателей По результатам контрольных мероприятий Министерства по налогам и сборам за 2007 г. объем дополнительных поступлений в бюджет составил 172.3 млрд. р. [28].

При этом, несмотря на заявления министерства о сокращении количества и сроков проведения проверок, суммы начисленных санкций не уменьшаются. Так, в январе-мае 2008 г. в доход бюджета дополнительно уже поступило 171.6 млрд. р. (т.е. сумма, сопоставимая с доходами за весь 2007 г.) [30].

Вынужден констатировать, что Беларусь превратилась в страну, опасную для собственности. В стране развита унизительная для имиджа страны сеть магазинов «Конфискат». Внутренние и внешние инвесторы боятся национализации.

Права собственности ущемляются посредством десятков разных инструментов: ценообразования, нормирования затрат, доведения темпов роста производства, лицензирования, навязывания параметров производства, рекламы или условий расчетов с клиентами.

Бюджет и бизнес Беларуси теряют сотни миллионов долларов дохода, потому что транзитные грузы с Запада на Восток огибают нашу страну. Даже российские страховые компании отказываются страховать грузы, перемещаемые через территорию Беларуси.

Правительство наделило себя чрезвычайными полномочиями по управлению активами в виде «золотой акции». В результате парализована инвестиционная деятельность.

Практика применения нормативных актов «задним числом», которые регулируют экономическую деятельность предприятий, противоречивость подзаконных актов, принимаемых разными государственными органами, резко увеличили уровень уязвимости бизнеса, усложнили корпоративное планирование и повысили угрозы совершения производственных и инвестиционных ошибок.

Резко увеличились риски даже тех собственников, которые на законных основаниях приобрели акции государственных предприятий в течение последних лет. Заблокирована чековая приватизация и те средства, которые были вложены в чеки. До сих пор отсутствует цивилизованный, эффективный фондовый рынок, который является самым эффективным способом привлечения инвестиций. Из-за высоких имущественных и финансовых рисков Беларусь остается страной чрезвычайно дорогих кредитных ресурсов, что резко осложняет развитие предпринимательства.

Монополизация государством страхового бизнеса, отсутствие на белорусском рынке современных финансовых институтов и полноценной рыночной инфраструктуры не способствует модернизации экономики, установлению взаимовыгодных отношений между реальным и финансовым секторами.

Налоговое законодательство и администрирование в стране являются серьезной проблемой и нуждаются в изменении не только по оценкам Всемирного банка. Согласно опросу, такие проблемы, как «сложные и непонятные правила налогообложения и бухгалтерского учета» и «частые изменения в налоговой отчетности», заняли шестую и седьмую позиции (табл. 2.4). При этом «большие штрафные санкции за ошибки» и «многочисленные проверки контролирующих и налоговых органов» занимают первое и второе места.

Законодательная база, регулирующая коммерческую деятельность, содержит десятки тысяч документов. Их принимают сотни структур государственного управления. Чтобы выполнять все базовые требования законодательства, предприниматель должен знать около 5000 основных документов.

Постановления, распоряжения и инструкции, которые определяют важные параметры коммерческой деятельности, часто недоступны. Они не публикуются в открытой печати. Их нет на сайтах и даже в специализированных периодических изданиях.

Поиск необходимой информации по выполнению требований государства к бизнесу занимает очень много времени.

Предприниматели испытывают острый дефицит информации по государственным заказам и тендерам, по режиму коммерческой деятельности государственных предприятий, а также по возможности получения кредитов.

Еще хуже обстоят дела с получением информации из-за рубежа. Международные организации, транснациональные корпорации регулярно проводят конкурсы на размещение производств или конкретных заказов.

Малый и средний бизнес страны практически не ощущает пользы от маркетинговой деятельности государственных структур. Развитие ее бизнес-ассоциациями и торгово-промышленной палатой не стимулируется налоговым законодательством.

Степень интеграции Беларуси даже в региональную систему труда остается чрезвычайно низкой.

В результате растут издержки упущенных возможностей. Выгодные ниши на белорусском и внешних рынках занимают зарубежные конкуренты. Возрастает лоббизм отдельных предприятий и секторов. Громче звучат их требования введения дополнительных протекционистских мер.

В результате вместо развития новых динамичных предприятий и целых секторов наша страна консервирует старую структуру производства и занятости.

Вместо поддержки перспективных коммерческих проектов бюджетные и административные ресурсы расходуются на хронически убыточные организации.

Происходит дискриминация малого и среднего бизнеса. Факторы производства концентрируются не в тех местах, где они могли бы дать максимальную отдачу для акционеров, инвесторов и государства. Режим закрытости, в которой работают государственные органы, предприятия и банки, способствует развитию кумовства, взяточничества и коррупции.

Конечно, даже эти проблемы являются решаемыми для большинства белорусских МСП, особенно для тех фирм, которые давно работают на рынке. Однако они затрудняют возникновение новых фирм и их развитие, поскольку такие предприятия не могут себе позволить нанять большой штат специалистов для решения указанных проблем. И хотя к сложной, противоречивой и нестабильной деловой среде белорусский бизнес давно приспособился, издержки этого приспособления оплачивают все жители Беларуси, поскольку более низкая конкуренция приводит к более высоким ценам (по сравнению с соседними странами), узкому ассортименту, некачественному сервису. В силу именно этих ограничений и проблем белорусский бизнес остается, за небольшим исключением, малым.

Следующая по значимости проблема — Отрицательное отношение к предпринимателям, негативный имидж в глазах населения

Главная причина негативного и настороженного отношения подавляющей части населения к частному предпринимательству, состоит в том, что государственные средства массовой информации, а также многие чиновники, в том числе самого высокого уровня, формируют в основном негативный образ частного предпринимателя. Массированное воздействие этих источников информации «заслоняет» для многих людей их собственный жизненный опыт [1, 2].

Энергетический кризис. Как показал опрос, 21% респондентов полностью поддерживают усилия правительства в отстаивании национальных интересов в энергетическом споре с Россией, а еще 40% — скорее поддерживают, чем не поддерживают. Таким образом, 60% представителей малого и среднего бизнеса одобряют действия властей. В то же время значительная часть респондентов пессимистично оценивает перспективы торгово-экономического сотрудничества Беларуси и России. Порядка 27% опрошенных считают, что продавать белорусскую продукцию в России станет труднее, а почти 13% полагают, что трудности возникнут при реализации российской продукции в Беларуси. Треть опрошенных убеждена, что сохранится статус-кво. Среди последствий роста цен на газ значительный рост издержек назвали 42,7% опрошенных менеджеров и руководителей частных МСБ. Незначительными считают их 33,7% предприятий. При этом снижение покупательского спроса почувствовали 12,2% опрошенных, а 15,6% этого не заметили [1,2].

Взятки. О том, что они дают взятки (постоянно или время от времени) представителям госорганов, сообщила значительная часть респондентов. Этот показатель — около 70% — практически не меняется на протяжении уже ряда лет, несмотря на активную борьбу с коррупцией в государстве, и подтверждает выводы международной организации Transparency International о высокой коррумпированности белорусских органов госуправления. При этом фактические данные могут быть еще выше, поскольку часть респондентов, не веря в анонимность опроса и не доверяя интервьюерам, выбирает опции «отказ от ответа» или «такого явления нет».

Чем сложнее регуляторная среда из многочисленных правил и норм, тем чаще приходится платить. Не случайно другие исследования и частные беседы с предпринимателями показывают, что наиболее коррумпированными или «взяткоемкими» являются не налоговая инспекция или госконтроль, а санитарные службы, пожарники, многочисленные организации, выдающие те или иные разрешения.

Количество взяток зависит от размера фирмы. Так, представители крупных фирм говорят, что 60% из них постоянно дают взятки, в то время как 38% маленьких фирм считают, что такого явления нет. Возможно, это частично объясняется тем, что давать взятку зачастую некому (поскольку для этого нужно «обрасти» необходимыми связями и знакомствами) либо незачем (поскольку обороты фирмы недостаточны для такого рода риска), частично — страхом сказать правду интервьюеру.

Этот вывод подтверждается и анализом с точки зрения возраста фирмы. О том, что такого явления, как взятки, в Беларуси нет, заявляют 40% фирм, созданных после 2007 г., против 25% среди фирм-старожилов (созданных до 1996 г.). Более «взрослые» фирмы чаще дают взятки как изредка (48% против 42%), так и постоянно (27% против 18%).

«Откаты» и денежные вознаграждения. Почти треть частных фирм (27%) работает в системе «откатов» (денежного вознаграждения за проведенную сделку, полученный заказ и пр.), а само количество «откатов» с течением времени не уменьшается.

Количество «откатов» зависит от оборотов или размера фирмы (40% фирм с персоналом свыше двухсот человек работают в системе откатов при каждой второй сделке, тогда как среди небольших фирм — 12-15%), а также от возраста фирмы. Более всего «откатанных» схем в таких сферах деятельности, как транспорт, связь, строительство [36].

Теневой оборот. В сфере теневого оборота наметилась небольшая тенденция к улучшению. Теневой оборот, понимаемый как оборот, проходящий без отражения в документах бухгалтерского учета, на протяжении ряда лет снижается (т. е. уменьшается объем схем с неучтенной «наличкой»). Однако это лишь означает, что фирмы переходят на более цивилизованные формы «оптимизации и минимизации налогов», поскольку налоги по-прежнему в Беларуси остаются высокими. Квалифицированные юристы и бухгалтеры могут предложить использовать различные схемы увеличения расходной части и/или уменьшения налогооблагаемой базы (даже с привлечением финансовых фирм-однодневок), проводя необходимые проводки по балансу. Граница между легальными схемами по уменьшению налогов и теневым оборотом зачастую размыта. Причем, как и в других случаях проявления коррупционных и незаконных явлений, наиболее часто теневой оборот имеет место в крупных фирмах и среди фирм-старожилов.

Несмотря на разговоры о неблагоприятной бизнес-среде, частный сектор Беларуси чувствует себя неплохо. Такой вывод можно сделать на основании опроса, проведенного Исследовательским центром Института предпринимательства и менеджмента (ИПМ).

К условиям приспособились лучше те, кто работает на рынке не один год. Это объясняет то, почему средний возраст белорусской фирмы превышает 7 лет, а количество малых и средних предприятий (МСП) в стране за последние 5 лет практически не меняется и остается в пределах 33 тысяч.

Более трети опрошенных оценивают экономическое положение своей фирмы как хорошее, а половина респондентов считают, что их положение не улучшилось, но и не ухудшилось.

В то же время около половины МСБ отмечают рост таких показателей, как объем продаж и прибыль, 30% респондентов — рост занятости, 20% — инвестиций. Примерно столько же респондентов переносят тенденции в развитии своей фирмы за 2008 г. на нынешний год, несмотря на ухудшение условий торговли с Россией.

Выводы

Развитие малого бизнеса имеет большое значение для социально-экономического развития любой страны, поскольку он способствует:

развитию конкуренции на рынке;

развитию экономики через внедрение новых, зачастую рискованных проектов, ведущих к технологическим и организационным инновациям, мобилизации материальных, финансовых и природных ресурсов, которые иначе остались бы невостребованными, а также более эффективному их использованию;

улучшению взаимосвязи между различными секторами экономики, повышению их мобильности и эффективности;

созданию рабочих мест;

селекции наиболее энергичных, активных, мобильных индивидуальностей, для которых малых бизнес становится школой самореализации;

увеличению числа собственников, а значит, формированию среднего класса — главного гаранта политической и социальной стабильности в демократическом обществе.

Анализ проблем развития частного предпринимательства в Беларуси позволяет сделать следующие выводы:

Как и три года, и пять лет назад, проблемы у белорусских предпринимателей все те же: постоянно изменяемые правила игры (нестабильное законодательство), высокие штрафы за допущенные нарушения, многочисленные проверки контрольных органов, сложность налогообложения, процедур сертификации и лицензирования, отсутствие гарантий защиты прав частной собственности.

В результате, динамика развития МСП в Беларуси отстает от динамики развития бизнеса в странах-соседках (как с Востока и Юга, так и Запада). Удельный вес МСП в ВВП по-прежнему составляет всего 8-10%, а в общей занятости — не превышает 20%.

Органы государственного управления создали уникальную ситуацию, когда предприниматели полностью зависят от власти, выступая в роли «просителей» лицензий, сертификатов, разрешений и согласований, которые в любой момент могут быть отозваны.

Частые изменения в «правилах игры» приводят к многочисленным ошибкам, за которые органы госконтроля сурово наказывают. Отсюда возникает необходимость иметь расширенный штат юристов и бухгалтеров. Все это не способствует уверенности и возможности планировать бизнес в средне- и долгосрочной перспективе.

Сравнительное исследование Всемирного банка показывает, что, несмотря на некоторое улучшение ситуации по сравнению с 1999-2000 гг., в Беларуси издержки входа на рынок, ведения бизнеса и его закрытия, расчета и уплаты налогов, получения разрешений и другие показатели качества делового климата остаются высокими по сравнению с показателями ближайших соседей (Латвии, Литвы, Польши, России и Украины).

Исследование Международной финансовой корпорации, проведенное в начале 2008 г., показало, что главная проблема деловой среды Беларуси — сложные административные процедуры.

При этом основными проблемами при получении разрешений являются большое количество документов, многоступенчатость процедуры их получения, сложность норм и правил. Более того, согласно исследованию МФК, получение разрешений становится продолжительнее и дороже.

МСБ Беларуси по-прежнему сталкивается с трудностями при проверках, среди которых: чрезмерные полномочия инспекторов, отсутствие ответственности за необоснованное препятствование деятельности предприятия, неясность самой процедуры проверки, предвзятость инспекторов. Поданным МФК, в 2007 г. 66% МСБ сталкивались с проверками, и вместо одной проверки в год одной контрольной организацией, обещанной правительством и президентом еще два года назад, среднестатистическое предприятие столкнулось с семью проверками.

Исследование Исследовательского центра ИМП показало, что, несмотря на сложные и дорогостоящие административные процедуры, регламентирующие ведение бизнеса в стране, фирмы, которые остаются на рынке, продолжают развиваться. Частный бизнес активно и эффективно использует сложившуюся макроэкономическую ситуацию и рост реальных доходов населения.

В то же время, помимо внутренних факторов роста конкурентоспособности, значительными остаются преимущества по знанию законодательства, наличию «нужных» связей и знакомств. Сектору МСБ Беларуси по-прежнему присущи теневые сделки, а 70% руководителей периодически или регулярно дают взятки и откаты.

Огромной проблемой для предпринимателей страны являются высокая стоимость арендной платы и ограниченный доступ к финансовым ресурсам и недвижимости.

Монополизация рынка недвижимости (владельцами являются крупные промышленные предприятия и государство) привела к высоким ставкам арендной платы. Издержки на аренду помещений иногда достигают, в зависимости от вида деятельности, 20-45% в структуре себестоимости продукции.

Владельцы собственности строят свои отношения с частным бизнесом на договорах краткосрочной аренды, что также влечет дополнительные расходы и создает предпосылки для теневых сделок между органами власти и отдельными предпринимателями.

Вследствие низких темпов развития предпринимательства в стране в бюджет не поступают налоги, не создаются рабочие места, явные и неявные транзакционные издержки по ведению предпринимательской деятельности затрудняют конкуренцию и увеличивают стоимость готовой продукции.

В конечном счете, все издержки такой политики оплачивает рядовой потребитель, довольствуясь низкой конкуренцией и более высокими ценами на готовую продукцию предприятий МСБ.

Возможности предпринимателей по лоббированию собственных интересов в одиночку весьма ограничены. Более 80% малых и средних предприятий не входят ни в какие бизнес-ассоциации или союзы, призванные отстаивать их интересы.

Нежелание предпринимателей объединяться для защиты собственных интересов облегчает задачу властей рассматривать результаты их деятельности как источник пополнения бюджета и личного обогащения. Подавляющее большинство предпринимателей заявили о том, что они вынуждены периодически или постоянно давать взятки.

Изменить отношение к предпринимательству в обществе могут средства массовой информации. Однако только половина руководителей предприятий малого и среднего бизнеса считает, что негосударственные СМИ формируют скорее позитивный образ предпринимателя. Отношение к государственным СМИ еще более настороженное.

Литература

Аналитический отчет «Деловая среда в Беларуси 2009». – Минск: издательский центр Международной финансовой корпорации (IFC), Шведское управление по развитию международного сотрудничества (Sida), группа Всемирного Банка (WBG), 2009. – 82 c.

Аналитический отчет «Деловая среда в Беларуси 2008». – Минск: издательский центр Международной финансовой корпорации (IFC), Шведское управление по развитию международного сотрудничества (Sida), группа Всемирного Банка (WBG), 2008. – 104 c.

Белорусский бизнес-портал. // (www.bel.biz).

Гражданский кодекс Республики Беларусь. – Минск: Национальный центр правовой информации Республики Беларусь, 2005. – 631 с.

Гриб В. Предпринимательство – болезнь, которую не надо лечить // Предпринимательство в Беларуси. 1998. №10. С.11–16.

Декрет президента Республики Беларусь №11 «Об упорядочении государственной регистрации и ликвидации (прекращении деятельности) субъектов хозяйствования» от 06.03.1999.

Декрет президента Республики Беларусь №15 «О внесении изменений и дополнений в некоторые декреты президента Республики Беларусь по вопросам противодействия торговле людьми» от 22.11.2009.

Декрет президента Республики Беларусь №17 «О лицензировании отдельных видов деятельности» от 14.07.2007.

Закон «О внесении изменений и дополнений в Закон Республики Беларусь «Об общественных объединениях» от 04.10.1994.

Закон Республики Беларусь от 16 октября 1996 г. «О государственной поддержке малого предпринимательства в Республике Беларусь» // Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь. – 1996, № 34.

Закон Республики Беларусь от 28 мая 1991 г. «О предпринимательстве в Республике Беларусь» // Ведомости Верховного Совета Белорусской ССР. – 1991, № 19; 1992, № 6, 1994, № 6; // Ведомости Национального собрания Республики Беларусь, 1997, № 27; 1998, № 2; 2000, № 3.

Ильин, А.И. Планирование на предприятии: учеб.пособие. В 2 ч. – Минск: ООО «Новое знание», 2000. – ч.1 – 312 с., ч.2 – 416 с.

Малый бизнес: проблемы развития // НЭГ. 2000. №10. С.7.

Межотраслевая типовая инструкция по охране труда при работе с персональными компьютерами, утвержденная постановлением Министерства труда и социальной защиты Республики Беларусь 30.11.2008 № 138.

Михнюк, Т.Ф. Охрана труда: учеб. пособие. – Минск: ИВЦ Минфина, 2009.

Мишина, Л.А. Организация предпринимательской деятельности: учебно-методическое пособие для студентов ИПП по экономическим специальностям / Л. А. Мишина, Ф. М. Файзрахманов. – Минск: Издательский центр ИПП, 2008. – 50 с.

Муравьев, А. И. Предпринимательство: учебник / А. И. Муравьев [и др.]. – СПб.: Лань, 2005. – 696 с.;

Национальная платформа бизнеса 2008 – 2009 гг. разработанная Минским столичным союзом предпринимателей и работодателей.

Основы предпринимательства: учеб.пособие / Под ред. Э. М. Гайнутдинова. – М.: Вышэйшая школа, 2000. – 182 с.

Положение о государственной регистрации и ликвидации (прекращении деятельности) субъектов хозяйствования: — Утверждено Декретом Президента Республики Беларусь от 16 марта 1999 г. № 11 // Собрание декретов, указов Президента и постановлений Правительства Республики Беларусь. – 1999.

Постановление Комитета по стандартизации, метрологии и сертификации при Совете министров Республики Беларусь № 16 «О внесении изменения и дополнений в Постановление Комитета по стандартизации, метрологии и сертификации от 30 июля 2008 г №35» от 31.03.2008 г.

Постановление Совета министров Республики Беларусь № 799 от 20.07.2009 г.

Постановление Совета министров Республики Беларусь №1280 «Об утверждении перечня товаров, подлежащих маркировке контрольными (идентификационными) знаками» от 14 октября 2008 г.

Постановление Совета министров Республики Беларусь № 943 «Об установлении годовой стоимости патента» от 27.08.2009 г.

Постановление Совета министров Республики Беларусь №1419 «О внесении дополнений в Положение о лицензировании деятельности по оказанию юридических услуг» от 16.11.2008 г.

Постановление Совета министров Республики Беларусь №486 «О внесении дополнений в положение о лицензировании деятельности по заготовке и переработке древесины» от 10.04.2008 г.

Постановление Совета министров Республики Беларусь №669 от 27.05.2008;

Ракова, Е. Белорусский бизнес: состояние, тенденции, перспективы. Аналитический отчет / Е. Ракова [и др.]. – Издательский центр ИПМ, 2008. – 70 с.

Сайт Президента Республики Беларусь. // (www.president.gov.by).

Сайт Министерства статистики и анализа. // (www.belstat.gov.by).

Сайт Министерства по налогам и сборам. // (www.nalog.by).

Сайт Минского столичного союза предпринимателей и работодателей. // (www.allminsk.biz).

Сайт Экономической газеты. // (www.neg.by).

Сайт газеты «Белорусы и Рынок». // (www.belmarket.by).

СанПиН 9-131 РБ 2000 «Гигиенические требования к видеодисплейным терминалам, электронно-вычислительным машинам и организации работы», утвержденные постановлением Главного государственного санитарного врача Республики Беларусь от 10 ноября 2000 г. № 53.

Семич, В. П. Охрана труда при работе на персональных электронно-вычислительных машинах и другой офисной технике: практ. пособие. – Минск: Высш. шк., 2005.

Указ президента Республики Беларусь №110 «О внесении дополнений и изменений в указ президента Республики Беларусь от 19 мая 1999 г. N 285» от 21.02.2008 г.

Указ президента Республики Беларусь №247 «О дополнительных мерах по упорядочению использования слов «национальный» и «белорусский» от 31.05.2009 г.

Указ президента Республики Беларусь №444 «О введении маркировки товаров контрольными (идентификационными) знаками» от 14.09.2008 г.

Указ президента Республики Беларусь №581 «Об усилении ответственности за нарушение правил ведения рыболовного и охотничьего хозяйства, рыболовства и охоты» от 08.12.2009 г.

Указ президента Республики Беларусь №302 «О некоторых мерах по упорядочению деятельности фондов» от 01.07.2009 г.

Указ №760 Президента Республики Беларусь от 12.01.2009 г. «О внесении дополнений и изменений» в Указ Президента Республики Беларусь от 18 июня 2009 г. № 285 ”О некоторых мерах по регулированию предпринимательской деятельности“.

Шехова, М. А. Проблемы и направления развития малого бизнеса в регионах // Бел. эконом. журнал, 2008. №1. С.80–88.

Реферат: Социально-экономическое развитие Казахстана в 1950-1980гг

Министерство образования и науки республики Казахстан

Карагандинский Государственный Университет им. Е.А. Букетова

РЕФЕРАТ

По дисциплине история Казахстана

На тему

«Социально-экономическое развитие Казахстана в 1950-1980гг»

Караганда 2007г.

План

1. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ И СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КАЗАХСТАНА В 50-60-ГГ

2. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ И СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КАЗАХСКОЙ ССР В 70-80 ГОДЫ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ И СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КАЗАХСТАНА В 50-60-ГГ

Как и вся страна, Казахстан с начала 60-х годов, достигнув полной и окончательной победы социализма, вступил в период развитого социализма и перехода к коммунистической фазе — периоду коммунистического строительства.

Развитой социализм означает дальнейшее совершенствование социалистического общества. Одновременно это есть и создание непосредственных предпосылок перехода к коммунизму, его материально технической основы.

На съезде были утверждены контрольные цифры плана развития страны на 1959—1965 гг. Главной задачей семилетки являлось обеспечение подъема народного хозяйства СССР на базе преимущественного роста тяжелой индустрии Коммунистическая партия Советского Союза приняла на XXII съезде новую, третью Программу, освещающую путь советского народа на новом этапе исторического развития. Вместе со всем советским народом трудящиеся Казахстана активно взялись за осуществление семилетнего плана. Но постепенно назрела необходимость в улучшении системы управления народным хозяйством, планирования производства, нужно было покончить с субъективизмом в решении экономических проблем. Центральный Комитет партии принял неотложные меры по исправлению создавшегося положения и ликвидации допущенных ошибок. Октябрьский (1964 г.) Пленум ЦК КПСС осудил субъективизм и волюнтаризм в решении хозяйственных вопросов, увлечение администрированием. 

Выполняя решения XXII съезда КПСС, трудящиеся Казахстана под руководством партийных организаций развернули движение за коммунистический труд, за технический прогресс. Лозунг «Работать и жить по-коммунистически!» стал их повседневным девизом. Так, горняки бригады Карагандинского угольного бассейна не только боролись за перевыполнение производственных заданий, но и одновременно повышали свой общеобразовательный уровень.

В трудовых подвигах коллективов коммунистического труда ярко проявились, нравственные принципы строителей коммунизма: новое отношение к труду, товарищеская взаимопомощь, дружба и братство народов.

За семилетку в Казахстане вступили в строй 729 крупных промышленных предприятий. В Тургайской степи на базе богатого железорудного месторождения вырос Соколовско-Сарбайский горно обогатительный комбинат. Теперь он является основной сырьевой базой черной металлургии не только Казахстана, но и Южного Урала.

Уверенно набирала темпы черная металлургия. В строй действующих предприятий вступил Карагандинский металлургический завод, называемый народом «Казахстанской Магниткой» Усть-Каменогорский титано-магниевый комбинат, Тургайские бокситовые рудники, Павлодарский алюминиево-глиноземный завод еще выше подняли роль Казахстана в производстве цветных металлов в стране. 

В республике появился ряд новых машиностроительных предприятий, среди них Кентауский экскаваторный и Павлодарский машиностроительный заводы. Осуществлялась идея В. И. Ленина о сплошной электрификации всей страны. Казахстан по выработке электроэнергии на душу населения опередил такие развитые страны Западной Европы, как Италия, Дания и Голландия Среди электростанций, вступивших в строй за годы семилетки, назовем Карагандинскую и Алма-Атинскую ГРЭС, Павлодарскую, Петропавловскую, Рудненскую, Гурьевскую, Кзыл-Ординскую и другие теплоцентрали Казахстан сделал большой шаг вперед в развитии химии. Начали работать Чимкентский завод по производству фосфора и фосфорных солей, Актюбинский завод хромовых соединений, Джамбулский завод двойного суперфосфата.

Получила дальнейшее развитие нефтедобывающая промышленность Казахстана, вступили в эксплуатацию месторождения Карсак, Каратон и Прорва, началось успешное освоение нефтяных богатств Мангышлака. Посевные площади сельскохозяйственных культур в республике достигли 31 млн га.

Активно включилась в борьбу за дальнейший подъем животноводства казахстанская молодежь. На X съезде ЛКСМ Казах стана в 1960 году комсомольцы объявили себя шефами животноводства Выпускники многих сельских школ целыми классами шли работать в сельское хозяйство, заявляя, что их место там, куда призывает Родина.

Партия и правительство высоко оценили достижения трудящихся Казахстана. Группе передовиков земледелия и животноводства республики было присвоено высокое звание Героя Социалистического Труда. Награждение орденом Трудового Красного Знамени Зыряновского свинцового комбината, Джезказганского горно-металлургического комбината им. К. И Сатпаева, Лениногорского полиметаллического комбината, Карагандинского мясокомбината— наглядное свидетельство того—вклада, который внес рабочий класс Казахстана за годы семилетки в создание материально-технической базы коммунизма. Однако сельское хозяйство республики, несмотря на определенные достижения, все-таки развивалось замедленными темпами. Семилетний план производства зерна Казахстан не выполнил. Это объяснялось целым рядом ошибок, допущенных в руководстве сельским хозяйством, а также неблагоприятными климатическими условиями. Причины отставания сельского хозяйства, нашей страны были вскрыты мартовским Пленумом ЦК КПСС, который определил пути его подъема.

Повысился жизненный уровень трудящихся республики. В 1960 г. был завершен перевод рабочих и служащих на семи и шестичасовой рабочий- день. Была повышена заработная плата рабочим и служащим, в том числе учителям, врачам и работникам отраслей; обслуживающих население. Колхозники получили гарантированное пенсионное обеспечение за счет средств колхозов и государства. 

Многое было сделано для решения жилищной проблемы; для охраны здоровья населения. Однако не все намеченное для подъема уровня материальной’ жизни народа было выполнено в период семилетки; что объяснялось недовыполнением в масштабах страны- задание по сельскому хозяйству, легкой пищевой промышленности. 

Экономическое и социально-политическое развитие Казахской ССР в годы восьмой- пятилетки (1966 — 1970 гг.).

За годы восьмой пятилетки в Казахстане, как; и по всей стране, произошли изменения в социальной, структуре нашего общества; Увеличилась численность рабочего класса. Упрочился союз рабочего-класса, колхозного крестьянства и интеллигенции республики; Выросло число депутатов-рабочих. Шире стало представительство Казахской’ ССР’ в общесоюзных органах.

Во — второй половине 60х годов в- Казахстане: велась большая работа по претворению в жизнь общесоюзных и республиканских законодательных пактов, направленных на улучшение охраны здоровья населения, по укреплению семьи, совершенствовало трудовых — отношений, по обеспечению охраны природы ее рационального использования. 

Профсоюзы республики в восьмой пятилетке выросли численно, расширили свою деятельность в хозяйственном и культурном строительстве. Велась большая работа по претворению в жизнь нового Положения о социалистическом производственном предприятии, разработанного в связи с постановлением сентябрьского Пленума ЦК КПСС (1965 г.) и повышавшего роль профсоюзов.

В годы восьмой пятилетки в республике, как и по всей стране, проводилась экономическая реформа с целью совершенствования руководства народным хозяйством, повышения эффективности общественного производства. Разрабатывалась новая система планирования -и экономического стимулирования, внедрились экономические .методы хозяйственной деятельности предприятий, в основе которых лежали объем реализованной продукции и полученная прибыль, полный хозяйственный расчет, шире стали возможности для стимулирования труда рабочих и служащих, больше стало отчисляться средств на культурные и бытовые нужды Все эти меры способствовали повышению эффективности общественного .производства в республике. Экономические методы -хозяйствования постепенно вводились в промышленность и сельское хозяйство Казахстана.

Казахская ССР добилась огромных успехов в развитии промышленности, Сельского хозяйства, транспорта, науки и культуры, в повышении благосостояния населения. За годы пятилетки в народное .хозяйство республики вложено 23,8 млрд. рублей. Настроено за эти годы 15.новых городов, 445 новых, промышленных предприятий и- крупных цехов, реконструированы и технически перевооружены сотни заводов и фабрик, тысячи километров железных .дорог. В республике были введены в эксплуатацию огромные энергетические мощности, равные шести Днепрогэсам. Ныне Казахстан дает значительную часть общесоюзного производства свинца, цинка, меди и титана. Продукция-цветной металлургии в республике увеличилась в восьмой пятилетке в 1,5 раза, производство стали в 2 раза, проката черных металлов — в 6,3 раза, продукция химической промышленности в 2,3 раза, объем нефтедобывающей и газовой промышленности возрос в 7 раз. Быстро развиваются легкая, пищевая мясомолочная промышленность. 

В восьмой пятилетке продолжался процесс формирования и развития новых промышленных районов, освоение богатейших запасов полезных ископаемых. Большой удельный вес в экономике республики заняли г. Алма-Ата и столичная область. Мощной сырьевой базой черной металлургии Урала и Казахстана стала Кустанайская область, являющаяся в то же время крупным производителем зерна. 

Большое строительство велось в Карагандинской области. На Казахстанской Магнитке были введены в эксплуатацию сля-бинг-1150, уникальный стан 1700 горячего проката, крупнейший в Европе и Азии кислородно-конвекторный цех.

Новых рубежей достигли труженики Восточно-Казахстанской области. Вошел в строй Лениногорский цинковый завод, Тишинский свинцово цинковый рудник, вторая очередь Усть-Каменогорского титано-магниевого комбината.

В Прииртышье велось строительство колоссального энергетического и промышленного комплекса. Здесь берет начало 500-километровый канал Иртыш-Караганда. Вступили в строй Ермаковский завод ферросплавов, Ермаковская ГРЭС — крупнейшая в Казахстане (ее мощность 24 млн. квтч). Гигантское развитие получила добыча нефти. Западный Казахстан превратился в значительный нефтедобывающий район страны. К концу пятилетки Мангышлак по добыче нефти почти сравнялся с крупнейшими нефтедобывающими районами страны. Годовая добыча нефти в Казахстане составила свыше 13 миллионов тонн.

На юге республики интенсивно развивалась химическая промышленность на базе месторождения фосфоритов в Каратау.

В республике возникли десятки предприятий легкой и пищевой промышленности, среди них такие, как Алма-Атинский хлопчатобумажный комбинат, Кустанайский комбинат костюмных тканей, Джамбулский кожевенно-обувной комбинат и многие другие предприятия, оборудованные по последнему слову техники. Бурное развитие получили железнодорожный, автомобильный и воздушный транспорт. 

В восьмой пятилетке особо высоких показателей в работе добились коллективы Усть-Каменогорского титано-магниевого комбината, горнохимического комбината «Каратау», шахты им. Костенко, Ачисайского полиметаллического комбината, Джамбулской ГРЭС, Чимкентского завода прессов-автоматов, Гурьевского нефтеперерабатывающего завода, Алма-Атинской трикотажной фирмы им. Дзержинского. Пятилетка выдвинула много героев труда, знаменосцев социалистического соревнования. Самоотверженно работала бригада шахты им. Ленина комбината «Карагандауголь», возглавляемая заслуженным горняком КазССР А. Салахозым. Она добывала в сутки до 1 350 тонн угля. Е. П. Аитошкин, экскаваторщик Соколовско-Сарбайского горно-обогатительного комбината, досрочно выполнил пятилетку; выступив инициатором движения за отгрузку более двух миллионов кубометров породы в год. В числе передовиков и новаторов производства сталевар мартеновского цеха Казахстанской Магнитки Жунусов, старший аппаратчик завода химического волокна М. Лосева, нефтяник из Мангышлака Г. Абдирзаков, тракторостроитель В. Мошкин. В восьмой пятилетке заметно шагнуло вперед и сельское хозяйство республики. За пять лет Казахстан дал стране 61,2 миллиона тонн зерна, или более шести годовых планов. Производство риса за это время увеличилось почти в четыре раза. Казахстан был и остается мощной животноводческой базой на Востоке страны. За годы пятилетки государству было продано много мяса, молока и шерсти сверх годовых планов. А всего за пять лет республика продала государству 5,2 млн. тонн мяса. Как и все трудящиеся Советского Союза, трудящиеся нашей республики, развертывая социалистическое соревнование, самоотверженно трудились для того, чтобы успешно и досрочно выполнить задачи пятилетки. Так, труженики колхоза «Красный пахарь» получили на площади 930′ гектаров по 42 центнера пшеницы с каждого гектара, звеньевой совхоза «Енбек» Кзыл-Ординской области Н. Апрезов вырастил по 105 центнеров риса с гектара. Замечательно работали в восьмой пятилетке животноводы: старший чабан совхоза «Балтакульский» Чимкентской области М. Ажикабылов, получивший от каждой сотни овец по 172 ягненка, скотник племхоза «Чапаевский» Уральской области X. Хамидуллин, доярка Алма-Атинской области Г. Байрамова, получившая от каждой коровы до 6 000 кг молока в год. Успешное развитие экономики сопровождалось неуклонным повышением благосостояния трудящихся, дальнейшим подъемом народного образования, науки и культуры республики. За пятилетку три миллиона человек справили новоселье. Поднялся уровень реальных доходов рабочих и служащих, минимальная заработная плата достигла 60 руб. в месяц. Большинство рабочих и служащих получили два выходных дня, была увеличена продолжительность отпусков. Годы восьмой пятилетки ознаменовались такими важными историческими событиями, которые останутся в памяти трудящихся нашей страны, в том числе и Казахстана,— это 50-летие Великой Октябрьской социалистической революции, 100-летие со дня рождения В. И. Ленина, 50-летие Казахской ССР и Коммунистической партии Казахстана. Партия и правительство достойно оценили успехи, достигнутые трудящимися республики. Об этом свидетельствует награждение 15 областей орденом Ленина. Более 500 тыс. трудящихся республики награждены юбилейными медалями. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 августа 1970 года Казахская ССР была награждена орденом Октябрьской Революции. Основные итоги развития промышленности Казахстана за период после ХХШ съезда говорят о том, что твердый курс партии на дальнейший рост: мощных производительных сил восточных районов страны, целиком отвечающий духу ленинской национальной политики,>, получил блестящее воплощение на казахской земле. Достижения Советского Казахстана — это результат поистине героического труда трудящихся-республики под руководством Коммунистической: партии, плоды. великой: дружбы, братства и взаимопомощи всех народов Советского Союза.

2. ЭКОНОМИЧЕСКОЕ И СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ КАЗАХСКОЙ ССР В 70-80 ГОДЫ

Народное хозяйство республики в годы девятой пятилетки (1971 —1975 гг.) С 30 марта по-9 апреля 1971. г. в Москве, в Кремлевском Дворце съездов, проходил XXIV съезд Коммунистической, партии -Советского Союза. Утвержденные съездом Директивы по девятому пятилетнему плану предусматривали новый, крупный шаг страны Советов по пути к коммунизму XXIV съезд КПСС с особой силой подчеркнул дальнейшее укрепление дружбы народов СССР морально-политического единства и сплоченности советского народа. Основной задачей девятой пятилетки было повышение- материального и культурного уровня советских людей, усовершенствование -размещения -производительных -сил страны, управления и планирования на основе высоких темпов развития социалистического производства, повышения его эффективности, научно технического прогресса и роста производительности труда. В феврале 1971 года состоялся ХШ. съезд Компартии Казах стана, который дал высокую оценку трудовым, делам трудящихся, республики и принял проект нового пятилетнего плана В девятой пятилетке на все отрасли народного хозяйства Казахской ССР было, выделено. 28 ,.млрд., рублей. Национальный доход республики превысил .15,- млрд., рублей. В девятой пятилетке все отрасли народного хозяйства, республики развивались высокими темпами, которые были выше, чем: в среднем по стране. Особое внимание уделялось росту промышленного и сельскохозяйственного производства за счет рационального использования производственных возможностей, широкого обновления оборудования, совершенствования структуры и размещения промышленного производства.

Важнейшим итогом девятой; пятилетки в сфере промышленного производства было увеличение его масштабов, возрастание роли республики: в. общественном разделении труда.

Республика участвовала, в, строительстве крупнейших гидроэлектростанций Куйбышевской, Волгоградской, Иркутской, Красноярской, Братской, каналов. Волга Дон и Каракумский Всенародными стройками стали в Казахстане Соколовско-Сарбайский горно-обогатительный комбинат, тракторный завод в Павлодаре, Карагандинский металлургический завод Заказы для этих строек выполняли сотни предприятий нашей страны.

Над Казахстанской Магниткой взял шефство Ленинский комсомол, РСФСР и Украина, готовили кадры, рабочих различных специальностей Гидроузел, плотину и крупнейшее водохранилище Казахстана и Средней Азии Лардаринское помогали строить 150 предприятий братских республик Чердаринское искусственное море помогло обводнить — 4 млн га пустынных пастбищ, освоить новые орошаемые земли.

 За пятилетие в Казахстане было построено 365 новых предприятий и крупных цехов. Объем промышленного производства увеличился по сравнению, с 1970 г в 1,4 раза. В новой пятилетке значительно повысилась роль Казахской ССР в обеспечении железной рудой металлургических заводов Южного Урала, Казахстана и Западной Сибири. Значительно возросли мощности Соколовско-Сарбайского и Лисаковского горно-обогатительных комбинатов.

В настоящее время на базе хромитовых руд Кемпирсайского района на полную мощность работают Актюбинский и Ермаковский заводы ферросплавов.

Неуклонно растет роль Центрального Казахстана в развитии черной и цветной металлургии, угольной и химической промышленности. В Темиртау завершилось строительство Казахстанской Магнитки, в Джезказгане возросла мощность горно-обогатительного комбината. Вдвое, возрос объем производства, Павлодарско-Экибастузского промышленного узла. Здесь создана крупнейшая топливная база республики. Сошел с конвейера 100-тысячный казахстанский трактор. 

За девятое пятилетие выплавка чугуна выросла в 2,1, стали — в 2,2, прокат черных металлов — в 1,6 раза. Казахстан ежегодно добывал 92 млн. тонн угля. 

Западный Казахстан, включающий Урало-Эмбенский и Ман гышлакский нефтеносные бассейны, стал одним из богатейших газонефтяных районов мира. Начал действовать Казахский газоперерабатывающий завод.

Энергетика республики уверенно превзошла рубеж, намеченный девятым пятилетним планом. Производство электроэнергии увеличилось в полтора раза. Построены Капчагайская ГЭС и Ермаковская ГРЭС. В Казахстане вступил в строй крупнейший в мире реактор на быстрых нейтронах. 

В Джамбулской области, на базе уникальных месторождений Каратауского фосфоритоносного бассейна, созданы гиганты большой химии Чимкентский и Джамбулский, начато сооружение Ново-Джамбулского и Каратауского фосфорных заводов, вдвое за пятилетие увеличена добыча фосфорного сырья.

Казахстан, куда до Великого Октября завозили даже гвозди, стал республикой развитого машиностроения, которое представлено всеми основными отраслями и производит свыше двух тысяч различных типов машин. Завершено строительство аккумуляторного завода в Талды-Кургане. 

Выполняя Директивы XXIV съезда, республика добилась больших успехов в развитии отраслей, производящих товары народного потребления. Построено 70 новых крупных предприятий, среди них Кустанайский и Семипалатинский камвольно-суконные комбинаты, Целиноградский и Капчагайский фарфоровые заводы. За пятилетие в республике вдвое увеличился выпуск хлопчатобумажных и шерстяных тканей. Постоянный и бурный рост всех отраслей народного хозяйства требовал усиленного развития в республике транспорта. За девятую пятилетку вошло в строй почти полторы тысячи километров железнодорожных линий. Сейчас нет в республике районного центра, села, которые не были бы связаны между собой, с областными центрами и городами республики и страны. 

Возросла сеть автомобильных дорог с твердым покрытием Значительно увеличились перевозки пассажиров и грузов воздушным, речным и автомобильным транспортом. 

За пятилетие увеличилось количество телевизионных и радиовещательных станций. 

Около половины огромных средств в пятилетии было вложено в отрасли, связанные с ростом народного благосостояния. Миллионы людей въехали в новые благоустроенные квартиры.

Дальнейшее сближение наций находит яркое проявление в социалистическом соревновании как форма сотрудничества и взаимной помощи, метод совместного творческого труда. В девятой пятилетке предприятия Казахстана соревновались с предприятиями РСФСР, Украины, Грузии, Киргизии, Таджикистана, Узбекистана. Соревновались шахтеры Донбасса и Караганды, металлурги Казахстана и Узбекистана. Систематический обмен опытом стал практикой между устькаменогорскими и украинскими машиностроителями, горняками лениногорских и свердловских бокситовых рудников, шахтерами Текели и горняками Криворожья, строителями Алма-Аты и Фрунзе, нефтяниками Гурьева и Баку.

За участие, во Всесоюзном социалистическом соревновании и успешное завершение девятой пятилетки по Казахской ССР награждены памятными знаками ЦК КПСС, Совета Министров СССР и ЦК ВЛКСМ «За трудовую доблесть в девятой пятилетке» 33 коллектива, занесены на Всесоюзную доску почета на ВДНХ СССР 99 коллективов. Около 80 тысяч человек удостоены высоких наград Родины, а 108 — присвоено звание Героя Социалистического Труда. 

За досрочное выполнение заданий девятой пятилетки 187 передовых коллективов республики награждены переходящими Красными знаменами ЦК КПСС, Совета Министров СССР, ВЦСПС, ЦК ВЛКСМ. Среди правофланговых социалистического соревнования — плавильщик Усть-Каменогорского свинцово-цинкового комбината им. В. И. Ленина Ж. Н. Алдабергенов, начальник участка шахты им. 50-летия Октябрьской революции объединения «Карагандауголь» К. Н. Курпебаев, металлург Казахстанской Магнитки А. Адам Юсупов, бригадир B. С. Бабердин из Северо-Казахстанского геологоуправления, ткачиха Алма-Атинского хлопчатобумажного комбината Л. В. Кочетова, швея Петропавловской швейной фабрики C. М. Байсарина, экскаваторщик Соколовско-Сарбайского комбината Е. П. Антошкин. 

Существенные положительные сдвиги произошли в сельском хозяйстве республики. Хлеборобы Казахстана произвели за пятилетку 108 млн. тонн зерна, что на 5 млн. тонн больше, чем в восьмой пятилетке. Выполнен народнохозяйственный план по заготовкам хлопка, овощей, бахчевых культур, мяса, молока, яиц, каракулевых смушек. 

Выросло общественное поголовье скота, повысилась его продуктивность. В республике по призыву трактористки совхоза «Харьковский» Кустанайской области, Героя Социалистического Труда К. Доненбаевой среди женщин широко распространилось движение за овладение специальностями тракториста и комбайнера Многое было сделано за прошедшее пятилетие в деле развития народного образования, культуры и здравоохранения. Открыто 699 новых школ, из них 216 школ на казахском языке.Открыты новые больницы, аптеки, число врачей за пятилетие увеличилось на 11 тыс. человек.

В годы девятой пятилетки в Казахстане осуществлялась широкая социальная программа. Выросла зарплата рабочих и служащих. Увеличены пенсии; пособия и стипендии за счет общественных фондов потребления. 1 В- республике была проведена большая работа по совершенствованию социалистической государственности и демократии, укреплению правовой основы государственной и общественной жизни, активизации деятельности общественных организаций. Усилилась роль Советов, они получили более широкие права и. возможности. Советские профсоюзы активно способствовали претворению в жизнь социалистической демократии. Повысилась роль профсоюзов в совхозах Казахстана.

Комсомол республики с большим подъемом помогал партии в решении общенародных задач.

Юноши и девушки- Казахстана торжественно отметили в июле 1971 г. 50-летие комсомола рее публики, который был награжден орденом Ленина. Неизгладимый след в жизни и деятельности комсомола рее публики оставил XVII съезд ВЛКСМ. Широкий размах в комсомольских организациях получило патриотическое движение «Пятилетке эффективности и качества энтузиазм и творчество молодых». Комсомол республики поддержал начатое молодыми строителями Карагандинского металлургического комбината соревнование «За казахстанский час». Дальнейшее развитие получило движение комсомольцев и молодежи за разработку внедрение в производство средств «малой» механизации — Комсомол республики шефствовал над строительством объектов легкой, пищевой промышленности, над предприятиями торговли и сферы обслуживания. Комсомольцы республики восприняли как кровное дело задание партии по дальнейшему развитию животноводства, в частности овцеводства. Сюда по комсомольским путевкам направлено 37тыс комсомольцев и молодежи. Замечательный патриотический почин сделан выпускниками школ Семипалатинской области. Инициатор движения Чубартауская районная комсомольская организация за создание комсомольско-молодежных овцеводческих бригад награждена орденом Трудового Красного Знамени. В девятой пятилетке это движение охватило все области Казахстана, было создано 1059 комсомольско-овцеводческих бригад Комсомольцы Казахстана участвовали в проведении всесоюзного Ленинского зачета «Мы делу Ленина и партии верны» В 1973 г. был завершен всесоюзный фестиваль советской молодежи, ставший смотром достижений молодежи республики в труде, техническом и художественном творчестве.

Большое место в общественно-политической жизни Казахстана в девятой пятилетке заняли события, связанные с памятными датами.

Было отмечено 30-летие разгрома гитлеровских войск под Москвой, праздновалось 50-летие образования СССР — первого в: истории государства равноправных народов. Социализм создал новую: историческую общность людей— советский народ; который объединяют общая цель и мировоззрение. 15 августа 1973 г. на торжественном заседании ЦК Коммунистической партии Казахстана и Верховного Совета Казахской ССР республике был вручен орден Дружбы- народов за большие заслуги в развитии и упрочении Союза ССР, в укреплении дружбы и братского сотрудничеству социалистических наций и народностей. Трудящиеся Казахстана горячо одобряют работу ЦК КПСС по обеспечению безопасности народов, по укреплению позиций мирового социализма, по претворению в жизнь Программы мира, разработанной XXIV съездом КПСС. Казахская ССР в период десятой пятилетки (1976—1980 гг.). С 24 февраля по 5.марта 1976года в Москве, в Кремлевском дворце съездов, проходил XXV-съезд Коммунистической партии Советского Союза. На съезде были утверждены «Основные направления развития народного хозяйства СССР на 1976—1980 годы».

Главная задача десятой пятилетки состояла в последовательном проведении курса Коммунистической партии на подъем материального и культурного уровня жизни народа на основе динамического и пропорционального развития общественного производства и повышения его эффективности, ускорения научно-технического прогресса, роста производительности труда, всемерного улучшения качества работы во всех отраслях народного хозяйства.

В феврале 1976 г. состоялся XIV съезд Компартии Казахстана, который обстоятельно обсудил итоги проделанной работы и четко определил основные задачи республиканской партийной организации на предстоящее пятилетие

Десятая пятилетка стала новым этапом в претворении в жизнь курса КПСС, в области социально-экономического, развития страны. Перед ;трудящимися Казахстана в десятой пятилетке — пятилетке эффективности и. качества — были поставлены, большие задачи. Партия, как и прежде, проводила — последовательный курс на усиление экономического потенциала восточных районов страны, в том числе и Казахстана, и повышение их роли в общесоюзном разделении труда. Дальнейшее развитие получили отрасли общесоюзного значения: цветная и черная металлургия, машиностроение, угольная, нефтяная, химическая, пищевая и легкая промышленность. Всего на развитие народного хозяйства Казахской ССР было выделено 38 млрд. рублей капитальных вложений. Национальный доход республики за пятилетие достиг 19,3 млрд. рублей. Было освоено более 700 видов продукции, из них 150 — впервые в стране, построено 250 современных предприятий. В десятой пятилетке в республике были созданы новые отрасли промышленности — подшипниковая, аккумуляторная, фарфоро-фаянсовая, производство огнеупоров, шин, пластических масс, химических волокон, резинотехнических изделий. В Казахстане, как и во всей стране, шло формирование территориально-производственных комплексов. Так уникальный территориально-производственный комплекс — Павлодаро-Экибастузский — включает в себя алюминиевый, тракторный и нефтеперерабатывающий заводы, крупную ГРЭС и завод ферросплавов, угольные разрезы, в том числе крупнейший в мире «Богатырь». Этот регион дает сегодня угля в несколько раз больше, чем вся страна в год образования КазССР.

Уверенно наращивает производство металлургия Восточного Казахстана. В Джезказганской области вступила в строй первая очередь Жайремского горно-обогатительного комбината. 

Новых рубежей достигли энергетика и топливная промышленность республики. Всего за десятое пятилетие в республике получено свыше полумиллиарда тонн угля. Более чем вдвое увеличилась первичная переработка нефти.

Выработка электроэнергии к 1980 г. составила 61 млрд. квтч. Вошли в строй первые энергоблоки на Экибастузской ГРЭС. Были введены в действие теплоэлектроцентрали в Алма-Ате, Караганде, Целинограде, Чимкенте. Завершена государственная электрификация сельского хозяйства. Возросла роль республики в формировании единой энергетической системы СССР. 

Высокими темпами развивалась химическая промышленность. Была начата разработка фосфоритов в Актюбинской области. Возросло производство желтого фосфора, серной кислоты, химических волокон. С окончанием строительства завода пластических масс в Шевченко и расширением Гурьевского химзавода в республике начала выпускаться новая продукция — полистирол и полипропилен. Большие успехи были достигнуты в республике в черной и цветной металлургии. Казахстан является ведущей республикой по производству цветных металлов, на его долю приходится вся добыча хромитовых руд и каждая десятая тонна добытой железной руды. За десятую пятилетку на треть увеличилась выплавка чугуна. Освоено производство специальной стали для электро-технической и судостроительной промышленности. Увеличился выпуск меди, титана, магния, большинства редких металлов.

Высокими темпами развивались машиностроение и металлообработка. В республике сформировалось сельскохозяйственное машиностроение, производятся тракторы, почвообрабатывающая, посевная и уборочная техника и орудия для животноводства, орошения земли и обводнения пастбищ. Развивалась легкая и пищевая промышленность республики. Было построено и реконструировано 76 предприятий. Возрос выпуск шерстяных тканей, трикотажа, масла, кондитерских изделий, товаров культурно-бытового назначения. Интенсивное развитие народного хозяйства в десятой пятилетке потребовало дальнейшего развития транспорта. Была завершена прокладка Среднесибирской магистрали, пролегающей по целинным районам республики. Успешно развивалась и оснащалась новейшей техникой гражданская авиация, реконструировались многие аэропорты, которые теперь принимают самые современные лайнеры. Активнее стали использоваться водные пути в республике. За пятилетие вошли в строй 17 железнодорожных, авиа-, авто- и речных вокзалов. Широко велось дорожное строительство в сельской местности. Высокими темпами развивалось в десятой пятилетке жилищное и культурно-бытовое строительство, благоустраивались города и поселки. На стройках широко применялся бригадный подряд по методу Николая Злобина. Политика партии в области сельского хозяйства предусматривала решение двух взаимосвязанных задач: добиться производства необходимого стране продовольствия и сельскохозяйственного сырья и идти дальше по пути сближения города и деревни, как в области экономики, так и культуры и быта. За десятую пятилетку повысилась энерговооруженность хозяйств, поставка минеральных удобрений, сельскохозяйственной техники, заново было орошено 432 тыс. гектаров. В закрома Родины засыпано более 81 млн. тонн хлеба, или в среднем за год почти по миллиарду пудов. Наряду с хлебом перевыполнены планы продажи государству молока, яиц, овощей, картофеля, бахчевых культур, шерсти. Увеличилось поголовье скота.

Большие перемены произошли в укладе жизни села. Здесь построено 12 млн. квадратных метров жилья, новые школы, больницы, детские сады и ясли, клубы, библиотеки, торговые центры. Улучшилось культурно-бытовое обслуживание сельских тружеников, социальное обеспечение, выросли их доходы.

За годы десятой пятилетки 74 тысячи колхозников и рабочих совхозов удостоены наград Родины, а 95 лучшим их них присвоено звание Героя Социалистического Труда. Плоды самоотверженного труда рабочих, колхозников, интеллигенции Казахстана нашли реальное воплощение в улучшении народного благосостояния. Каждый пятый житель справил новоселье. Заработная плата рабочих и служащих увеличилась на 13,5 процента, а оплата труда колхозников — на 19 процентов. Повышены минимальные размеры пенсий. Улучшены материально-бытовые условия жизни участников Великой Отечественной войны. Введены пособия на детей из малообеспеченных семей. Всего на повышение уровня жизни населения республики было израсходовано за пятилетие 8,3 млн. рублей. В десятой пятилетке были увеличены стипендии студентам вузов, учащимся средних специальных учебных заведений и технических училищ. Учащимся первых пяти классов стали выдавать учебники бесплатно. На базе устойчивого подъема экономики продолжала совершенствоваться вся система общественных отношений, наш социалистический образ жизни. За достигнутым стоял самоотверженный труд миллионов советских людей, активность партийных организаций, Советов народных депутатов, профсоюзов, комсомола, размах социалистического соревнования.

Десятая пятилетка раскрыла красоту и одухотворенность труда многомиллионного отряда тружеников Казахстана, показала их новые творческие возможности, приумножила ряды передовиков производства и новаторов, многие из которых были удостоены звания Героя Социалистического Труда, лауреатов Государственных премий СССР и Казахской ССР, награждены орденами и медалями, 8 десятой пятилетке ударно трудились коллективы Соколовско-Сарбайского горно-обогатительного комбината имени В. И. Ленина, Карагандинской шахты им. Костенко, угольного разреза «Центральный», объединения «Эмбанефть», Усть-Каменогорского титано-магниевого комбината, Иртышского химико-металлургического завода, Алма-Атинского станкостроительного завода «XX лет Октября», Чимкентского хлопчатобумажного комбината, Кустанайской швейной фабрики. Социалистическое соревнование охватило в республике свыше 5 миллионов человек, 130 тысяч передовиков труда являются наставниками молодого поколения, помогают своим воспитанникам, овладеть высокой культурой производства. Много славных дел на счету комсомольцев 60—70-х годов. Руками молодых поднята целина, воздвигнуты новые города — Рудный, Каратау, Лисаковск, Аркалык, Джанатас, Шевченко и др. Комсомол республики шефствовал над 36 всесоюзными и 150 республиканскими ударными стройками. 9 марта 1978 г. состоялся XIV съезд комсомола Казахстана, в рядах которого более двух миллионов человек. Сегодня в республике проживает 15 млн. человек, дружно трудятся представители более ста наций и народностей. Все они живут единой братской семьей. Интернационализм стал сущностью нашей действительности. Казахский народ, как и весь советский народ живет и трудится над осуществлением задач коммунистического строительства Казахстанцы вместе со всей страной отметили 60-летие Октябрьской революции, 110-летие со дня рождения В. И Ленина, 60-летие Казахской ССР и Компартии Казахстана,. 25-летие героической целинной эпопеи, 30-летие Победы над фашизмом., приняли новую Конституцию. СССР (7 октября 1977 года) и Конституцию Казахской ССР (19 апреля 1978 г.).

Все, что есть сегодня в республике с. ее современной: индустрией, развитым сельским хозяйством, культурой, наукой,— все это; результат Великого Октября, плоды ленинской национальной политики. Казахская: ССР как полноправный: представитель великой семьи: братских народов СССР служит ярким примером для многих людей земли, ищущих свой путь к демократии и прогрессу. Достижения республики нашли всемирное признание: «Я знал, что Советский Союз многонационален,— писал бельгийский поэт Жорж Буйон,— но я понял это намного лучше, когда увидел гармоничное, сосуществование ста одной национальности только в одной Казахской республике, о которой можно с уверенностью сказать, что она возродилась к жизни только с революцией как советское и современное государство».

казахстан экономический пятилетка политический

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Абылхожин Ж.Б. Очерки социально-экономической истории Казахстана ХХ века. – Алматы, 1997

2. Берденова К.А. Общая и экономическая история Казахстана. – Алматы, 2000

3. История Казахстана и Центральной Азии. – Алматы, 2001

4. Кулаков В. Исторический опыт освоения целинных земель. – М., 1978

Реферат: Сетевая этика

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНЫ

ДОНЕЦКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

СЕТЕВАЯ ЭТИКА

(Этика и Интернет)

Подготовил: Ковалевский
В.О., студ. III курса,

Спец.
«Политология»

Проверила: Стародубцева
В.Н.

ДОНЕЦК – 2000

СОДЕРЖАНИЕ

Введение………….…………………..………………………………………………………….3

1. Сущность и особенности Сетевой этики……..……………………………………..5

2. Основные нормы и принципы этики в Интернет…………………………..……….9

Заключение………………………………………………………………………………..…….15

Список использованных источников и литературы…………………………………….……17

ВВЕДЕНИЕ

Последнее время все сильнее и значимее становятся ранее одиночные голоса футурологов, уверенных в том, что будущее – это Интернет. Очень многие сейчас уже связывают информационное общество именно с Интернетом, как основе новейших информационных отношений. Интернет – это объединяющее начало, с которого собственно и начался переход к информационному обществу.
Интернет – это генератор идей и новых информационных ценностей.

Данная работа – это не ода Сети, это попытка объективно подойти именно к вопросу об этических нормах, ценностях в Сети. Интернет – это целостный организм, это часть общественных отношений и этика присутствует в нем как и в любой другой отрасли этих отношений. Если бы Сеть не основывалась на эстетических нормах, она бы потеряла свое «человеческое лицо», исчез бы объединяющий элемент, а сам Интернет стал бы лишь инструментом кучки негодяев, преступников, душевнобольных.

Однако, несмотря на некоторую пока еще хаотическую направленность информации в Сети, этике в ней придается уже немаловажное значение. С каждым днем вопрос об этических нормах в Сети приобретает все большую актуальность. Ведь для того, чтобы Интернет стал поистине средством массовой коммуникации людей несомненно нужно придерживаться определенных этических норм и ценностей.

Но что такое Интернет? Многие слышали это понятие, некоторые знают, что это информационная библиотека и одно из средств международного общения.
Но, к сожалению, лишь немногие из этих многих представляют себе облик и сущность Сети. Именно с этих позиций вытекает так называемая демонизация
Сети, приписывание многими ей ужасного облика и магической власти, исключающих к тому же какие-либо этические принципы и нормы.

По некоторым данным объем информационного наполнения глобальной информационной сети Интернет составил в прошлом, 1998, году около 12 терабайт (12×1012 байт) информации. Поистине, это ни с чем несравнимо!
Информационная емкость легендарной Александрийской библиотеки примерно 1011 байт. Согласно результатам того же исследования, в среднем в Сети ежедневно появляется полтора миллиона новых страниц — около 20 в секунду.
Информационная перистальтика Сети беспрецедентна![1]

Отсюда вытекает и степень ее этизации. Владелец WEB-страницы если будет заботится о ее популярности и оценке другими пользователями естественно скорее будет придерживаться этических норм, хотя и с некоторой поправкой на особенности Сети.

Итак, понятно, InterNet как средство массовой коммуникации достиг такого уровня развития и воздействия на общественную жизнь, который требует государственного вмешательства в виде принятия законов, регулирующих деятельность, связанную с InterNet, ибо государство выступает защитником своих граждан, в том числе и от некачественной или аморальной информации.
Однако в то же время, и простые пользователи Сети не должны забывать про этические нормы. Сейчас в Интернете уже существуют достаточно много WEB- страниц, чатов и конференций, посвященных данному вопросу. И основная информация бралась, естественно, оттуда за неимением традиционных источников и глубоких исследований на бумаге.

По мнению большинства исследователей, данная проблема очень важна как для более упорядоченного развития Всемирной паутины так и для становления нового высоко морального человека – субъекта информационного общества.

С целью определения направления такого регулирования в ряде стран были проведены специальные исследования, созданы общественные объединения, разрабатываются кодексы поведения в InterNet, разрабатывается InterNet- этика, принимаются законы. Все упомянутые документы доступны в InterNet, что делает излишним их пересказ или подробный анализ. Вместе с тем краткая их характеристика дает возможность понять направления развития сетевого законодательства, этики и опыта регулирования InterNet. «Интернациональная» природа InterNet позволяет утверждать, что проблемы законодательного регулирования деятельности в InterNet носят общий характер и одинаковы для всех стран. И именно страх государства перед перспективой иметь рядом с собой такой не контролируемый организм, все-таки способный влиять на сознание граждан, побуждает активно мыслящее мировое сообщество к правовому регулированию InterNet-отношений, в их числе и создание и поддержка сетевой этики.

1. СУЩНОСТЬ И ОСОБЕННОСТИ СЕТЕВОЙ ЭТИКИ

Итак, начало Интернет было положено 5 декабря 1969 г., когда три компьютера в Калифорнии (Лос-Анджелес, Санта-Барбара, Менлоу-Парк) и один компьютер в штате Юта были соединены друг с другом. Этот момент можно считать официальным началом ARPAnet — сети, которая в итоге мутировала в
Интернет.

На сегодняшний день в мире существует около 2 млн. серверов и по последним данным около 260 млн. пользователей в Интернет. По прогнозам ведущих компаний Великобритании, 20% их продаж в 2000 году будет сделано непосредственно через Интернет… Таким образом Интернет становится тотальным в планетарных масштабах источником всевозможнейшей информации и средой интерактивного общения. Если ЭТОГО нет в Интернете, значит, ЭТОГО не существует в природе!

За время существования Сети появился огромный, совершенно самостоятельный, неимоверными темпами набирающий в весе социокультурный пласт, ей посвященный, ею же сгенерированный. Здесь есть все необходимое для того, чтобы попытаться в нем (или с его помощью) существовать: наука, философия, искусство, этика, религия, эзотерика, экономика, виртуальный секс, хакеры, «Ассоциация подпольной музыки в Интернете»… Короче, здесь есть абсолютно ВСЕ.

Интернет – это большая сложная транспортно-информационная система из грибовидных (дипольных) структур, шляпка каждой из которых (собственно диполи) представляет собой мозг человека, сидящего за компьютером, в совокупности с самим компьютером, который как бы является искусственным продолжением мозга, а ножки — например, телефонная сеть, соединяющая компьютеры, или эфир, через который передаются радиоволны. В отличие от многих других объектов природы Интернет является уникальным объектом, что создает дополнительные сложности в его исследовании.[2]

Итак, Интернет — объект природы. Причем уникальный. Занятно! Тем более что за этой глобальной экспансией Сети никто не стоит, Интернет никем не контролируется и сознательно никем никуда не направляется в своем развитии.

Если бы в Сети существовали свои собственные реальные формы жизни, то для части представителей этих сетевых форм жизни белковое человечество выступало бы в качестве Творца (или Внешнего Ненаблюдаемого Наблюдателя).
Кстати, не такое уж и невероятное допущение.

Многие провидцы, как их называют, принципиально не исключают самой возможности возникновения жизни собственно в Сети. Так, Стивен Хокинг, выдающийся современный английский астрофизик и космолог, еще пять лет назад заявил, что компьютерные вирусы следует считать одной из форм жизни. По его мнению, хотя компьютерные вирусы не имеют собственного «обмена веществ», они вполне могут «паразитировать на зараженном компьютере, используя его метаболизм». Точно так же настоящие вирусы паразитируют на пораженных ими организмах. «Единственная созданная человеком форма жизни, — подчеркнул
Хокинг, имея в виду компьютерные вирусы, — служит исключительно для разрушения. Мы создали жизнь по своему образу и подобию».

Интернет как физическое явление развивается самостоятельно, то есть саморазвивается. Понять тип динамики этого процесса еще предстоит.

Естественно, здесь же поднимается вопрос и этики в Интернете. У нового пользователя сети кажущееся отсутствие этики вызывает беспокойство. В действительности сеть есть общество очень этичное, просто лишь этика его слегка отличается от обычной. Вернее будет сказать, что этика в сети слегка опережает в своём развитии этику обычного общества.

Сеть, являясь передним краем внедрения новых информационных и коммуникационных технологий, пользуется правом изменения и нововведения.
Выделяются зачастую две пересекающиеся посылки сетевой этики, два ее принципиальных аспекта:

V проявление индивидуальности уважается и поощряется;

V Сеть – это действительно хорошо и ее следует защищать.

На пользователях Интернет это сказывается следующим образом.

В обычном обществе каждый может претендовать на индивидуализм, т.е. личную свободу, но во многих случаях индивидуализм должен идти на компромисс с интересами определенной общности, слоя, достаточно большой социальной группы.

Та же ситуация имеет место и в сети. Вы общаетесь, когда вам хочется и как вам хочется — разъездов не требуется. География уже не имеет значения.
Ваш собеседник может быть в сети где угодно (и почти где угодно в мире).
Поэтому возможно любое совершенно необычное сообщество. Возможно даже создание конкурирующих групп. Одни группы могут выбрать «встречи» по e- mail, другие — по доскам объявлений, третьи — через создание общих файлов, а некоторые еще как-нибудь. Люди свободны действовать так, как им нравится.
Уже не нужно присоединяться к большой группе, чтобы обладать критической массой, и поэтому каждый может входить в некоторую более мелкую группу.
Гонения за взгляды и вкусы строго воспрещены, за такие гонения любого могут выставить из сети. Никто поэтому не скажет, что так делать нельзя. Ценность информации для человека — личное дело этого человека: ею он может жить и за нее умереть, другой же не даст за нее и ломанного гроша. В открытом свободном обществе это должен понимать каждый, но все же многие пользователи сети, увы, очень нервны, что иногда накаляет страсти и, тем самым, создает неудобства другим пользователям, что снижает полезность
Сети.

Индивидуализм, в то же время, имеет и обратную сторону. Благодаря ему сеть является прекрасным местом для поиска разнообразной информации и встречи с разными людьми. Он же может подвергнуть испытанию вашу либеральность. Существует великое множество самых разных мнений о приемлемом поведении. Большую часть времени в сети вы проводите, общаясь через ваш компьютер с другим компьютером где-то еще. Как вы себя при этом ведете, другим людям неизвестно. Вы можете, вообще говоря, вытворять весьма нехорошие вещи, все это остается на вашей, и только вашей, совести.
Конечно, кое-кто все же может узнать о ваших мерзких проделках, например, оператор сетевого узла, а может и нет. А те, кто все же узнает, станут ли они заботиться о вашем поведении или оставят все это на вашей же совести?
Ведь у такого поведения есть и другая сторона — страдающая, которой как- нибудь можете оказаться и вы сами. Например, многие пользователи считают, что вполне честно заполучить к себе все файлы, до которых они смогут добраться. Даже до частной переписки, не говоря уже о ваших передовых разработках. Об этом вам всегда следует помнить, когда вы включаете свою машину в сеть. Если вы не намереваетесь допускать всех и вся к своим файлам, вам не следует их помещать туда, куда из сети можно попасть. Лучше бы, конечно, было, если бы все люди были достаточно воспитаны и сознательны, но так как коммунизма нам, видно, не видать, то и защита своей личной информации пока еще звучит актуально.

Активные пользователи Интернета находят его чрезвычайно полезным как для работы, так и для игры, и поскольку доступ в Сеть обычно не требует личных расходов (по крайней мере, больших), они рассматривают эти ценности как нечто, что должно защищать. Угрозы Всемирной паутины исходят из двух общих источников:

> ненамеренное чрезмерное использование;

> политическое давление.

Намеренное чрезмерное использование подразумевает полное осознание последствий такого использования и оценку его целесообразности. Это дело ума, чести и совести человека, решившегося на это. Если он может всем доказать, что такое использование необходимо и оправдано высшими соображениями о благе человечества, что ж, значит надо.

Сети создавались с определенной целью, коммерческое присоединение производится компаниями в определенных целях. Никто не может преследовать лицо, которое использует эти соединения не по предназначению, но желание делать это отбивается по-другому и другими (не владельцами). Если вы используете компьютер работодателя в небольших личных целях, на это, скорее всего, посмотрят сквозь пальцы. Небольшие затраты коммерческого сетевого времени не по предназначению тоже, наверное, будут молчаливо позволены. И только, если некто делает нечто совершенно непотребное, например, общегосударственный день сетевой игры или т.п., что начинает создавать проблемы многим или большие кому-либо, следует принимать меры по пресечению такого разбазаривания общественного достояния или частной собственности.
Частную собственность разбазаривать Вам никто из капиталистов не даст.

Несообразное использование происходит не только в виде игр или других развлечений. Оно может происходить и в форме неразумного использования доступных ресурсов. Сеть совсем не призвана подменять неудовлетворительное пользовательское оборудование. Например, технически возможно использовать доступный удаленный диск в другом полушарии, оправдываясь тем, что ваш наниматель не хочет купить винчестер за $333 для вашей рабочей станции, морально же это совершенно неприемлемо. Вполне возможно диск вам требуется для проведения ценного исследования, но плата за такое использование памяти через сеть совершенно непомерна. Сеть создана для облегчения доступа к уникальным ресурсам, а не для бесплатного доступа к рядовым.

Большинство продвинутых пользователей и владельцев сетей вполне нормальные люди, ничто человеческое им не чуждо. Они, как и другие, с удовольствием играют в игры, читают новости. В сети они работают регулярно.
Если они видят, что работа сети начинает как-то портиться безо всяких видимых причин, они изучают это. Обычно это весьма квалифицированные специалисты и далеко не глупые люди: если они обнаруживают, что в данном районе сетевой поток вдруг возрос на порядки (в десять, сто, раз), они понимают, что это далеко неспроста, совсем не случайность. Им захочется узнать причину. Если вы и есть эта причина и ваше использование неприемлемо, скорее всего, вы получите вежливое послание по e-mail с просьбой прекратить такое поведение. Потом вы можете получить менее вежливые послания, в конце концов, кто-нибудь свяжется с вашим местным
«сетевиком». Вы можете кончить полной потерей доступа или же вашим работодателям или общине впредь придется больше платить за доступ, что их вряд ли осчастливит.

Саморегулирование важно также и из-за политики, окружающей сеть. Никто в здравом рассудке не станет полагать, что сеть живет вообще без проблем и злоупотреблений. Однако, если эти проблемы не разрешаются самим сетевым сообществом, а выносятся в печать и на обсуждение в высших кругах власти, всем только хуже.

Стоит еще перечислить некоторые сферы, считающиеся в сети «политически вредными» и которых, соответственно следует избегать:

* чрезмерные игры;

* чрезмерное несообразное использование;

* злобное, надоедливое и иное антиобщественное поведение;

* умышленное вредительство или вмешательство в дела других, в их оборудование и программное обеспечение;

* обнародование файлов непристойного содержания.[3]

Очень трудно выбивать субсидии для сети в государственном бюджете, если как раз перед слушаниями о финансировании средства массовой информации рассказывают общественности о злоупотреблениях в сети. Например, Сеть клеймят рассадником секса, насилия и порнографии. И так как файлов такого содержания в Сети действительно наверное больше всех, то, с одной стороны, значит так и есть, а с другой работы над сетевой этикой ведутся уже все упорнее и глубже.

2. ОСНОВНЫЕ НОРМЫ И ПРИНЦИПЫ ЭТИКИ В ИНТЕРНЕТ

Итак, мы рассмотрели наиболее общие, уже сложившиеся особенности
Сетевой этики. Однако еще раз следует подчеркнуть, что Интернет-этика находится пока что только в стадии своей разработки и становления, вовлекая в свои проблемы все новых и новых пользователей, представителей услуг (так называемых «провайдеров»), целые социальные группы и слои и, наконец, самого государства. Выстраивая цепочку элементов Сетевой этики следует опереться на этику обычную, естественно, постараясь ее экстраполировать на особенности Интернет.

В чем же состоит закономерность и потребность развития Сетевой этики?
Стоит обратиться к истории морали. Каждый народ, свершивший позже великие деяния, в начале своей истории отбрасывал одряхлевшие и изжившие себя законы предков и сам устанавливал свои, новые. Именно эти законы и рождали новый великий народ.[4]

Информационное же общество просто обязано создать новые законы, потому что оно живёт в совершенно новой среде – Сети. И сеть, поскольку она является первой и наиболее яркой представительницей информационных отношений, имеет на это право.

Всё же, отбрасывая старое, надо всегда брать из него его мудрость, тщательно отыскивать заложенные в нём рациональные зёрна и бережно их сохранять. Это логически исходит из особенностей Сети и закономерно перерастает в ее Законы. Именно поэтому некоторые исследователи выделяют три пересекающиеся посылки сетевой этики:

. анархия, точнее личная свобода;

. здоровый консерватизм;

. инстинкт сохранения популяции в целом.

Анархия означает, что каждый волен делать всё, что ему будет угодно, если это не вредит другим членам общества, не ущемляет их интересов.
Совершенно естественная посылка. Если вы не делаете ничего, что меня напрягает, мне должно быть абсолютно всё равно, что вы там делаете, – это
Ваше Личное Дело.

Инстинкт самосохранения абсолютно необходим, ибо без него само общество может прекратить своё существование. Система устойчива только тогда, когда имеется отрицательная обратная связь. Это означает лишь то, что сетевое сообщество должно беречь и защищать свою среду обитания – Сеть.
Мы же заботимся об охране окружающей среды. Механизм этой заботы несколько схож с заботой о Сети.

Здоровый консерватизм означает бережное отношение к уже достигнутому, умелое его использование для своего развития. Причем «здоровый» здесь имеется ввиду как произошедший от слова «здоровье».

Однако все это проистекает из сущности и особенностей Сетевой этики. А что же конкретно делается в Сети для становления этических норм и принципов? Кроме того, что последнее время организовывается все больше конференций, чатов, личных WEB-страниц пользователей и провайдеров по данной проблеме, сеть и множество различных концепций и даже теоретических программ и моделей сетевых норм и ценностей. Пройдя стадию своего свободного обсуждения, в котором может принимать участие каждый желающий
(ограничением выступает только языковой барьер), эти, уже официальные, документы Сети выставляются в готовом виде на всеобщее обозрение и предполагают теперь только наличие оценок и соответствующих комментариев пользователей.

Логично, что садясь за компьютер и начиная работать с Сетью, человек как бы экстраполирует свой образ на Интернет, закономерно создается двойник и пускает его в Сеть. Этот двойник проявляется, прежде всего, в различных группах новостей, в конференциях, чатах, а также в своей переписке. Но свобода всегда приходит нагая. Отправляя в виртуальные странствия
«двойника» своей существующей личности, мы подспудно и всегда хотим для него только одного – добра. Это аксиома. Но как бы мы не надеялись на лучшее, нам не удается усовершенствовать этого двойника так, как мы хотим.
Наши темные стороны, наша ограниченность и нетерпимость, закостенелость во взглядах и тщательно скрываемые в повседневной жизни комплексы служат ему плохую службу.

Дело усугубляется еще и тем, что Сеть развращает нас кажущейся анонимностью и возможностью вынырнуть из нее в любой момент. Для того, чтобы понять почему анонимность и возможность выхода без последствий являются кажущимися следует показать два основных аспекта.

Первый аспект – технический. Специалисту в области сетевых коммуникаций, облеченному в соответствующие «хардверные» и «софтверные» доспехи, не составляет особого труда отследить абсолютно любого, независимо от способа его вхождения в Сеть и протокола работы. Сеть умеет защищаться от потенциальной и реальной угрозы. Нарушитель будет изолирован от нее – раньше или позже.

Аспект второй – личностный. Мы привыкли к устному диалогу, составляющему основу, львиную долю современных коммуникаций. Интонация, обстановка и выражение лица собеседника порой несут больше информации о нем, чем собственно содержание беседы как таковое. В Интернете такого
«сенсорного» компонента мы лишены начисто. Пока лишены. Можно возразить, что существуют телефонные разговоры по Сети (против которых, кстати, уже ведут серьезную войну лидеры традиционных проводных телефонных коммуникаций), сетевое радио и телевидение. Да, это так, но дело в том, что мы – и утверждающие, и возражающие, — понимаем, что письменная речь, без возможности видеть и слышать собеседника, еще надолго останется главным способом общения в Интернете. Да и нагота пресловутой Свободы так привлекательна.

Ажитация и несдержанность некоторых личностей приводят к созданию в
Сети групп, которые всеми правдами и неправдами ведут долгие войны друг против друга по самым мельчайшим и немыслимым поводам. И вроде бы и ничего страшного (воюют, ну и пусть воюют), однако беда в том, что остальные, большинство, которым, как потребителям информации не имеет значения ее форма, смотрят на потасовку и испытывают от нее неприятные ощущения. Еще большая беда в том, что всю эту убогость видят десяти-пятнадцатилетние жители Интернета. А если они подумают, что в Сети, так принято?! Каков тогда будет портрет следующего поколения пользователей Сети?[5]

В этой связи стоит привести один из наиболее упорядоченных сейчас в
Сети документов относительно Сетевой этики, но следует сразу заметить, что хоть он и приводится на некоторых сайтах как законченный документ, однако работа на проектом все еще продолжается. А оригинал этого Кодекса (как свода законов) можно найти на сайте http://www.zip.com.au/. В то же время, при желании его обсудить или прислать замечания надо это делать по адресам aus.org.efa и comp.org.eff.talk.

Итак, одна из первых, в первом приближении законченных, версий Кодекса поведения в Сети. Предназначение настоящего документа состоит в том, чтобы предоставить этический стандарт, с помощью которого можно будет оценивать нормативы государств и корпораций в отношении Интернета и связанных с ним многопользовательских коммуникационных сетей. Основные его создатели отметили сразу же, что документ этот не создан с намерением быть использованным в качестве законодательства; он создан с целью оценки законодательств.

Кодекс можно условно разделить на 2 основных раздела: Сетевые права и
Сетевая этика, но оба они основаны, прежде всего на становлении именно культуры поведения в Сети.

Первый раздел «Права» представляет права, принадлежащие каждому взрослому участнику Интернета. Законы или нормативы, нарушающие эти права, угрожают свободам личности, собственности, безопасности и способности противостоять притеснениям для всех участников Интернета.

Сюда входят:

. Права на Коммуникации;

. Права на Сохранение Тайны;

. Права на Юрисдикцию;

. Права на Доступ;

. Право на Администрирование.

Права на коммуникации включают в себя:

1) Право принимать любую информацию из любого источника.

2) Право каждого лица контролировать и лицензировать интеллектуальную собственность, инвестированную в его собственное оригинальное произведение, но не в алгоритмы или любую другую собственность математики.

3) Право передавать (распространять) любую информацию любому человеку, ограничиваемое только правами интеллектуальной собственности.

4) Право публиковать любую информацию в любом нередактируемом

(немодерируемом) сетевом форуме, а также предоставлять любую информацию в любой редактируемый сетевой форум, ограничиваемое только правами интеллектуальной собственности.

Права на Сохранение Тайны представляют собой:

А) Право каждого лица отказать в разглашении любой информации, им созданной или полученной.

Б) Право каждого лица зашифровывать, расшифровывать или трансформировать любым путем любую информацию, им созданную или полученную.

В) Право каждого лица отказать в разглашении имен источников информации, им переданной или полученной.

Г) Право наблюдения за другими только по их предшествующему согласию.

Д) Право игнорировать информацию любой природы.

Права на Юрисдикцию состоят из:

— Право каждого лица отвечать только по законам и нормативам, которые применимы к нему в связи с его физическим местоположением.

— Право искать обращение за помощью закона против организаторов действий и других деяний, которые могут повлечь ущерб, но не против любого промежуточного лица, организации или посредника.

Права на Доступ выражены следующими положениями: o Право доступа к любой информации в любой общественной сфере, ограничиваемое только ее ценой. o Право каждого лица на доступ к любому сообщению, записи, акту, нормативу или закону, которые могут быть применены к нему, или которые были созданы – полностью или частично – его представителями или агентами, ограничиваемое только

Правом на Сохранение Тайны.

Право на Администрирование включает в себя: o Право, будучи модератором редактируемого (модерируемого) форума, наблюдать и принуждать участников форума соблюдать устав этого форума. o Право системного администратора запретить доступ в эту систему любому лицу по любой причине, в рамках действующих контрактных обязательств. o Право лица, будучи родителем или законным представителем несовершеннолетнего, контролировать информацию, доступную несовершеннолетнему.

Второй раздел несколько больше и посвящен, как уже упоминалось основным принципам сетевой этики. Здесь выработаны и представлены этические стандарты, которые обеспечивают выполнение изложенных выше прав. Сразу же в документе присутствует оговорка, что эти этические стандарты не гарантированы и не могут быть гарантированы законами, так как любой закон, который обеспечивает такие гарантии, будет нарушать одно или более чем одно изложенное выше право.

Состоит данный раздел из:

. этики терпимости;

. этики доверия;

. этики предупредительности и

. этики регуляции.

Этика Терпимости, прежде всего состоит в том, что: o неэтично подавлять высказывания других, даже в том случае когда эти высказывания впрямую оскорбляют ваши собственные взгляды и веру; o неэтично беспокоить других или угрожать другим; o неэтично апеллировать к беспристрастным (судебным) инстанциям для разрешения спора до того как применены все переговорные и посреднические средства с целью предотвращения вреда и несправедливости.

Этика Доверия выражается в следующем:
. неэтично публично распространять высказывания, изображения или мнения других без их согласия;
. неэтично неверно представлять себя, свои наблюдения и мнения или высказывания других;
. неэтично запрашивать или передавать информацию, созданную посредством принуждения или другим способом, попирающим свободу, за исключением предшествующего соглашения с жертвами подобной практики или, в случае их смерти, недееспособности или неизвестного местонахождения, соглашения с их законными представителями или наследниками;
. неэтично пренебрегать адекватными предупреждениями, сопровождающими любую информацию, которая может быть неверно оценена наивным лицом, воспринимающим информацию; или подвергнуть этого воспринимающего опасности либо испортить удовольствие от восприятия для остальных.

Этика Предупредительности заключается в том, что o неэтично передавать информацию лицам и форума, определенно не согласным с такой информацией; o неэтично выражать несогласие с ценой использования коммуникационной сети и дискового пространства для сохранения информации.

Этика Регуляции состоит из некоторых предписаний:
* представителям государств и корпораций неэтично пренебрегать или противодействовать гарантиями законов или нормативов правам, изложенным в первой части настоящего документа;
* представителям государств и корпораций неэтично представлять или утверждать любыми гарантиями законов этические принципы, изложенные во второй части настоящего документа;
* этично обозревать, обсуждать, уточнять и пропагандировать права и этические нормы, представленные в настоящем документе.[6]

Настоящий документ был разработан на основании суждений и дискуссий со многими участниками Интернета из различных стран и представляющих различные культуры; его создание и развитие поддерживается и пропагандируется EFA,
EFF и CPSR.

Данный документ содержит в себе основные принципы и нормы сетевой этики, однако даже не зная его, каждый пользователь, желая еще большего развития Сети, должен придерживаться хотя бы некоторых, ему наиболее подходящих этических норм. А так как виртуальный портрет среднестатистического Интернет-пользователя уже сложился, то возможно, уже можно говорить о том, что этические нормы в Сети займут отнюдь не последнее место.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Итак, из всего вышеизложенного можно определить главный, претендующий на доминирование принцип Всемирной паутины – Noli nocere («Не навреди»).
Коротко и ясно. Однако, как много смысла заложено в этой мудрой фразе.
Свобода одного пользователя Интернет заканчивается там, где начинается свобода другого. Но не нужно ограничивать себя, свою свободу, запирать свое
«я» в клетку. Однако, в то же время, каждый раз, перед поступком – словом, действием – следует подумать, чтобы не ограничить свободу своего Ближнего.
В Сети он может быть и дальним – Земля большая. Но «дальним» по расстоянию, зато «ближним» по духу и интересам.

Жители Интернет-пространства – это новый, информационный социальный слой, достаточно массовая группа; это специфическое, построенное на принципах объединения интересов надгосударственное образование, а его так называемая анархия – возможно это новейшая форма общественной жизни, за которой будущее.

Конечно же, ясно и понятно, Интернет – это особое место. Живя по законам человеческим, он повторяет нашу реальность. Однако, это повторение не есть слепым и невдумчивым копированием. Человек в Сети старается быть намного лучше, чем на самом деле. В Интернете он воплощает неудавшиеся планы и нереализованные идеи обыденной жизни. Здесь пользователь строит тот идеал, на который всю жизнь хотел быть похож, и который жаждет и приемлет вся его сущность. Но не стоит, в то же время, забывать – «я» в жизни и «я» в Сети – это тоже две стороны одной медали, два стороны одной сущности, два аспекта одной проблемы.

В заключение нельзя не сказать и о роли и диалектики этических норм и все более популярной коммерции в Интернет. Так формируется экономика
Интернет, а ведь можно сказать, что именно экономика есть причиной, а этика есть следствием. Поэтому и уместно этим подытожить всю вышеизложенную информацию. То есть, говоря о каких-либо моральных ценностях в Сети, этических нормах и установках, о которых было сказано уже в работе немало, следует и уделить внимание пока еще острой проблеме взаимодействия этики и капитала.

В последнее время правительства многих государств стараются ограничить свое финансирование Всемирной паутины за счет возрастания доли коммерческого капитала. Здесь выделяются два аспекта проблемы – личностный и коммерческий.

Первый заключается в том, что многие пользователи, несмотря на прекращение финансирования Интернет хотели бы, чтобы расходы на подключения оплачивались не из их кармана. Именно поэтому во многих учреждениях, через которые пользователь использует Сеть могут потребовать соблюдения определенных правил. Мы уже размышляли о свободе в Сети, и здесь пользователю, возможно, придется пожертвовать ее частью, чтобы сохранить это субсидируемое подключение.

Коммерческий аспект, в свою очередь, основывается том, что финансовые дела должны вестись так, как это принято в Интернет. И хотя культура взаимоотношений в Сети находится, как уже не раз упоминалось, еще в стадии становления и этические нормы еще не получили стабильности, в сети еще живы традиции откровенного неприятия проявлений меркантилизма по отношению к
Интернет и во взаимоотношениях через него. Навязывание рекламы в Сети сейчас полуофициально запрещено, что вырабатывает определенное Интернет- сознание: престиж компании раз проделавшей это сильно падает. Реклама отнюдь не исключается, но она должна носить чисто информационный характер.
В принципе как и вся предлагаемая информация в Сети.

В этом и заключаются сущность, особенности, основные нормы и принципы
Сетевой этики, от которых, а точнее от их достаточно бурного сейчас развития будет зависеть, каким будет выглядеть Интернет завтра: грязным, аморальным, упадочным или сущностью красоты глобального человеческого общения и взаимоотношений. Вот она – проблема развития сегодняшней Сети!

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ:

1. http://1001.vdv.ru/books/

2. http://www.alexa.com/

3. http://www.bolizm.ihep.su/

4. http://ng.ru/99-12-15/5_internet.html

5. Михаил Басин, Ипполит Шилович. Синергетика и Internet. — С.-Пб.:

Наука, 1999, с. 29.

6. Крол Эд. Все об Internet: Пер. с англ. – К.: Торгово-издательское бюро

BHV, 1995 – 592 с.

7. Ницше Ф. Сочинения. В 2-х т. Т.1. Как говорил Заратустра.– М.: Мысль,

1990 г.

————————
[1] http://www.alexa.com/
[2] Михаил Басин, Ипполит Шилович. Синергетика и Internet. — С.-Пб.: Наука,
1999, с. 29.

[3] Крол Эд. Все об Internet: Пер. с англ. – К.: Торгово-издательское бюро
BHV, 1995 – 592 с.

[4] Ницше Ф. Сочинения. В 2-х т. Т.1. Как говорил Заратустра.– М.: Мысль,
1990 г.
[5] http://1001.vdv.ru/books/
[6] http://www.zip.com.au/~pete/ere.html

Реферат: Индивидуально–психологические особенности личности успешного предпринимателя

Реферат

Индивидуально–психологические особенности личности успешного предпринимателя

Содержание

1. Основные направления исследования психологии предпринимательской деятельности в России

2. Изучение психологических особенностей личности предпринимателя

1. Основные направления исследования психологии предпринимательской деятельности в России

В последние годы ученые самых разных профессиональных направлений (экономисты, философы, психологи, социологи и др.) уделяют серьезное внимание развитию теории предпринимательства, его сущностным характеристикам, роли в экономическом развитии стран. Серьезным исследованиям подвергаются личностные характеристики предпринимателей, постоянно добивающихся успехов в своем бизнесе.

Психологи В.С. Автономов и С.М. Белозеров считают, что «предпринимательство – особый, связанный с риском вид деятельности по организации нового потенциала, прибыльного дела. Это не управление, это творческая активность в экономике, связанная со специфическими личностными качествами».

И. Бунин определяет предпринимательство как поиск, выявление и использование деловых возможностей, появляющихся в результате перемен в управленческих, маркетинговых, технологических и других подсистемах.

С.К. Рощин пишет, что предпринимательству, как особому виду деятельности, придает своеобразие набор определенных способностей и умений, не только дающих материальное благосостояние, но и накладывающих на человека серьезную ответственность. Каждый имеет право стать предпринимателем, но не каждый может.

П.Г. Щедровицкий определяет предпринимательство как «тип мышления и деятельности. Движущая сила предпринимательства, считает он, — это воля, представления и мысли. Предпринимательская деятельность складывается, когда осознается тот факт, что производство не создает новые ресурсы. Предприниматель в процессе мыследеятельности создает новые функции продукта и заполняет пустоты рынка. Для этой деятельности нужны знания и проекты, в результате чего происходит репрезентация будущего».

Отечественные исследователи А.Д. Смирнов, В.Ф. Максимов, Д.Н. Акуленок и др. видят мотивационную структуру предпринимателя так. Во-первых, необходимо острое желание выделиться, проявить себя, удовлетворить здоровое честолюбие. Во-вторых, стремиться к независимости. В-третьих, желать принести благо обществу. В-четвертых, удовлетворить личные потребности в лидерстве. В-пятых, проявить потребность в самовыражении, самоактуализации, которая является отчаянной борьбой за бессмертие (по А. Маслоу, Г. Олпорту, К. Роджерсу). Наиболее ярко выражена такая мотивация у творческих людей, и заключается она в стремлении «оставить после себя след на земле».

Таким образом, предприниматели – это люди самых разных социальных слоев, которых объединяет неприятие единообразия в экономике и общественно-политической среде, а также для создания успешной предпринимательской деятельности имеющие наличие капитала, социальных связей, обладание определенными личностными характеристиками и индивидуально-психологическими особенностями.

2. Изучение психологических особенностей личности предпринимателя

Предпринимательские способности – это талант особого рода. Психологический портрет отечественных предпринимателей указывает на их отличительные от других людей черты: самостоятельность, ответственность, рискованность, инициативность, склонность к новаторству.

Исследования доктора психологических наук В. Русало дополняют личностный портрет предпринимателя такими качествами:

— выражена жажда деятельности;

— постоянное стремление к напряженному труду;

— избыток сил;

— высокая работоспособность;

— широкий круг контактов;

— высокая общительность;

— легко устанавливают новые социальные связи;

— более выражена скорость движения;

— более высокая эмоциональная стабильность;

— высокая уверенность в себе;

— менее ранимы в случае неудач в работе и общении.

Известный индийский исследователь С. Сингх, изучив личностные свойства предпринимателей, влияющие на их профессиональный рост, нарисовал следующий портрет предпринимателей:

— повышенная дисциплинированность;

— радикальность;

— эмоциональная стабильность;

— самостоятельность;

— экстраверсия;

— высокая мотивация достижений;

— более высокая эмоциональная стабильность;

— более высокая работоспособность и выносливость;

— уверенность в себе;

— более высокая готовность к переменам;

— большая старательность и пунктуальность;

— более выражено чувство соревновательности.

Согласно И. Шумпетеру, главное в личности предпринимателя – это замечать и делать то, чего не замечают и не делают другие люди. Предприниматель ломает старый традиционный кругооборот ради становления нового, обеспечивающего динамизм экономической системе, чтобы быть способным к выполнению предпринимательских функций, надо иметь такие черты, как острота видения, умение идти вперед в одиночку непроторенной дорогой. Лучше всего к этому приспособлен тот, кто обладает ограниченным, избирательным интеллектом в сочетании с развитой интуицией, восполняющей недостаток информации.

Следующее важнейшее качество предпринимателя, по мнению И. Шумпетера, сильная воля. Она помогает преодолевать инерцию собственного мышления, а также активное и пассивное сопротивление среды: традиций, правовых и моральных норм. Вера в свои силы, оптимизм выполняют такую важную функцию: с одной стороны придают предпринимателю упорство при решении проблем, а с другой стороны, позволяют ему спокойно бросить трудную задачу, как только он убедится в ее нерешаемости, при этом самооценка предпринимателя не страдает. Это очень важно, поскольку в реальной жизни от предпринимателя требуется умение быстро пересматривать свои планы в зависимости от обстановки и не «застревать» на безнадежных проектах.

А. Чирикова в результате своих наблюдений выявила, что в большинстве случаев при принятии решений предприниматели в большей степени ориентируются на интуицию, нежели на рациональный расчет. К числу личностных черт, обеспечивающих эффективную деятельность, относятся следующие:

— адекватность самооценки;

— спокойное отношение к недостаткам;

— способность быстро принимать неожиданные решения;

— умение рисковать;

— коммуникативные преимущества;

— агрессивность характера;

— интуитивные способности;

— умение работать с людьми;

— страстность;

— устойчивость поведенческих и ценностных стратегий в различных ситуациях;

— амбициозность;

— эгоизм.

Проведенный анализ психологических особенностей личности успешного предпринимателя позволяет составить портрет личности предпринимателя:

1. Успешный предприниматель обладает хорошим природным интеллектом, который дополняется высоким уровнем профессионализма.

2. Необходимая черта успешного предпринимателя – творческий характер, умелое использование конструктивных идей. Это позволяет избегать стереотипных решений и находить выход из ситуации неопределенности.

3. Успешный предприниматель обычно отличается высокой, трезвой самооценкой, что позволяет ему реалистично взвешивать свои возможности, продуктивно оценивать собственный опыт и восполнять пробелы в знаниях.

Таким образом, успешный предприниматель имеет такие качества, как склонность к действию, наличие образования, квалификации и жизненного опыта; открытость к новым перспективам, преодоление старых ограничений; инициативность, энергичность, приспособляемость к новым условиям существования, способность предвидеть, уметь составлять план; умение обеспечить выгоду, преимущество, личную заинтересованность, высокую мотивацию; умение действовать по интуиции и предвидению, отделять существенное от несущественного. Успешные предприниматели самостоятельны, независимы, умеют принимать решения в неопределенных ситуациях, склонны к риску.

Список литературы

1. Агеев А.И. Предпринимательство: проблемы собственности и культуры. М.: Наука, 2001.

2. Акмеология. Учебник под общ. Ред. А.А. Деркача. – М.: РАГС, 2003. – 783с.

3. Акмеология, психология развития. – Уч. пособие по ред. А.А. Бодалева, Л.Г. Лаптева. – М.: РИЦ «Москва-Санкт-Петербург», 2003. – 473 с.

4. Ананьев Б.Г. Психология и проблемы человекознания. Избранные психологические труды. Москва – Воронеж, 1996. – 384 с.

5. Асмолов А.Г. Историко-эволюционная парадигма конструирования разнообразия миров: деятельность как существование. — Вопросы психологии. № 5, 2008.

6. Бандурка А.М., Бочарова С.П., Землинская Е.В. Психология управления. – Харьков: ООО «Фортуна – пресс», 1998. – 464 с.

7. Батаршев А.В. Психодиагностика способности к общению, или как определить организаторские и коммуникативные качества личности. – М.: Гуманит. Изд. центр ВЛАДОС, 2001. – 176 с.

8. Богачев В.Ф., Кабаков В.С., Ходачек А. Стратегия малого предпринимательства. – СПб, 1995.

9. Брушлинский А.В. Деятельность субъекта и психическая деятельность// Деятельность: теории, методологии, проблемы. – М., 1990.

10. Варфоломеева О.В. Основы психологии деятельности: Учебное пособие. – Симферополь: Таврия, 1999. – 180 с.

11. Вудкок М., Фрэнсис Д. Раскрепощенный менеджер. – М.: Дело, 1990. – 270 с.

12. Выготский Л.С. Собрание сочинений: в 6-ти т. Т.3. Проблемы развития психики. – М.: Педагогика, 1983.

13. Гинс Г.К. Предприниматель. – М.: Посев, 1992.

14. Глущенко Е.В. и др. Основы предпринимательства: Учеб.пособие. М.: Вестник, 2007.

15. Дружинин В.Н. Психология предпринимательства. СПб.: 2002. – 20 с.

16. Друкер П.Ф. Управление, нацеленное на результаты: Пер. с англ. – М.: Технологическая школа бизнеса, 1992. — 349 с.

17. Еникеев М.И. Психологический эциклопедический словарь. – М.: ТК Велби, Изд-во Проспект, 2007. – 560 с.

18. Журавлев А.Л., Позняков В.П. Деловая активность предпринимателей: методы оценки и воздействия. – М.: Институт психологии РАН, 1995. – 58 с.

19. Задорожнюк И.Е. Инновационное предпринимательство // Социологические исследования. 1991. № 3.

20. Зинченко В.П., Мещерякова Б.Г. Психологический словарь. М.: Педагогика – Пресс, 1996. – 440 с.

21. Кларк Д.Б. Распределение богатства: Пер. с англ. М., 1992.

22. Кон И.С. Социология личности. – М.: Политиздат, 1976.

23. Котлер Ф. Основы маркетинга: пер. с англ. – 2-е Европ. Изд. – М., 2000. – 944 с.

24. Кричевский Р.Л. Если вы руководитель. – М.: Дело, 1996. – 384 с.

25. Крупанин А.А. Основы предпринимательства. – СПб.: СПб. ГИЭА, 2002. – 230 с.

26. Кузьмичев А.Д., Шапкин И.Н. Отечественное предпринимательство: Очерки истории. М., 1999.

27. Кураков Л.П. Основы экономической теории: Учебное пособие. 2-е изд. – Чебоксары: Изд-во Чуваш. ун-та, 2001. – 600 с.

28. Лапуста М.Г., Скамай Л.Г. Основы предпринимательства: Учеб.пособие. М.: Финстатинформ, 1999.

29. Лапуста М.Г., Поршнев А.Г., Старостин Ю.Л., Скамай Л.Г. Предпринимательство: Учебник/Под. Ред. М.Г.Лапусты. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: ИНФРА – М, 2002. – 520 с. – (Серия «Высшее образование»).

30. Леонгард К. Акцентуированные личности. – Киев: Высшая школа, 1981. – 390 с.

31. Ломов Б.Ф. Методологические и теоретические проблемы психологии. – М.: Наука, 1984. – 444 с.

32. Малкина – Пых И.Г. Психологическая помощь в кризисных ситуациях. – М.: Эксмо, 2008. – 928 с.

Курсовая работа: Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНТСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Федеральное государственное образовательное учреждение среднего профессионального образования

«Омский химико-механический колледж»

Специальность: 220301 Автоматизация технологических процессов и производств

Курсовая работа

по автоматическому управлению

Тема: Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

студент Колесников Константин Андреевич

группы А- 317

Руководитель Григорьева Л.В.

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

1. Исследование свойств объекта проектирования

2. Проектирование принципиальной схемы стенда

3. Методика выполнения лабораторной работы

4. Расчет надежности проектируемого стенда

Вывод

Литература и нормативно- техническая документация

ВВЕДЕНИЕ

Позиционные регуляторы предназначены для позиционного регулирования, а также они могут применяться в качестве сигнализации крайних значений регулирующего параметра. Регулирующий параметр может быть любым (температура, давление, расход и т.д.)

Позиционные регуляторы реализуют принцип «включено-выключено»

Позиционные регуляторы не сложны по конструкции, надёжны в работе, просты в обслуживании и настройке.

Их применяют на инерционных объектах с малым запаздыванием. Примеры позиционных регуляторов: ПР 1.5; КВД 1; ПР 1.6-М1; Х-2; МРЩПр-54

Внедрение автоматических устройств в нефти – химическое производство ведет к сокращению брака и отходов, уменьшению затрат сырья и энергии, также ведет к повышению производительности труда, улучшению качества выпускаемой продукции.

1. ИСЛЕДОВАНИЕ СВОЙСТВ ОБЪЕКТА ПРОЕКТИРОВАНИЯ

Позиционный регулятор — такой автоматический регулятор, у которого регулирующий орган может занимать ограниченное число определённых положений. Позиционные (Пз) регуляторы относятся к группе регуляторов прерывистого действия. Чаще всего применяются двух- или трёхпозиционные регуляторы.

Классификация:

1) По виду регулируемого параметра:

— давления

— уровня

— расхода

2) По режиму работы:

— непрерывного действия

— прерывистого действия

3) По конструкции:

— приборные

— аппаратные

— агрегатные

4) По способу действия:

— прямого действия

— косвенного действия

5) По виду используемой энергии:

— электрические

— пневматические

— гидравлические

— комбинированные

6) По закону:

— пропорциональные ( П )

— интегральные ( И )

— пропорционально- интегральные ( ПИ)

— пропорционально- дифференциальные ( ПД )

— пропорционально- интегрально- дифференциальные ( ПИД )

Рассмотрим несколько примеров позиционных регуляторов:

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

Рис. 1 Схема трехпозиционного регулятора МРЩПр-54

Регуляторы МРЩПр-54 предназначены для позиционного регулирования и сигнализации предельных значений температуры и подразделяются на двух- и трехпозиционные.

Регулятор состоит из измерительной части 1, двух электронных управляющих устройств 2 и 3, выполняемых на лампах Л1 и Л2, трех электромагнитных реле Р, Р1 и Р2 с контактами и исполнительного механизма ИМ.

Измерительной частью прибора является магнитоэлектрический милливольтметр с присоединенной к нему термопарой, установленной в объекте регулирования.

Каждое из управляющих устройств представляет собой одноламповый генератор высокой частоты. Катушки индуктивности Lн1 и Lн2 сеточных контуров генераторов расположены за шкалой прибора на подвижных кронштейнах и могут устанавливаться вручную во всем диапазоне шкалы около заданного значения температуры. Положение катушек можно определить при помощи двух стрелок индексов, вынесенных на шкалу прибора. Взаимное расположение катушек и флажка-экрана таково, что при повороте рамки милливольтметра флажок входит в зазор одной из катушек. Действие управляющих устройств основано на изменении индуктивности катушек Lк1 и Lк2 сеточных контуров. Параметры управляющих устройств подобраны таким образом, что последние могут находиться в двух состояниях: генерации колебаний высокой частоты, когда в зазоре катушки находится флажок-экран, и срыва генерации, когда флажок вне зазора. В первом случае ток на выходе управляющего устройства равен 5 ма. Во втором случае сила тока повышается до 25 ма.

Выходной ток управляющих устройств поступает в катушки электромагнитных реле Р, Р1 и Р2, которые составляют релейный блок прибора. Каждое реле снабжено парой ртутных контактов (К, К1 и К2). Кроме того, реле Р2 имеет два нормально замкнутых контакта а1 и а2, а реле Р1г — один контакт b.

Контакты К1 и К2 управляют электромоторным исполнительным механизмом, а контакт К включает сигнальную лампу при нормаль-лом значении регулируемой температуры.

Регулятор работает следующим образом. При низкой температуре в объекте флажок-экран находится вне зазоров катушек Lк1 и Lк2. Сила тока на выходе управляющих устройств — 25 ма. Возбуждены включенные последовательно катушки реле Р% и Р. Нормально разомкнутый ртутный контакт К2 замкнут, привод исполнительного механизма срабатывает на увеличение подачи греющего агента в объект регулирования. Нормально замкнутый ртутный контакт К — разомкнут. Нормально замкнутые контакты а1 и а2 разомкнуты. Катушка реле Р1 обесточена вследствие размыкания контакта а2, и ртутный контакт Кг разомкнут.

При повышении температуры и повороте стрелки милливольтметра флажок войдет в зазор катушки Lк2. Управляющее устройство правой части схемы будет работать, как генератор высокой частоты, и сила тока на его выходе снизится до 5 ма. Но это изменение состояния управляющего устройства не вызовет никаких изменений в состоянии релейного блока, так как управляемый реле Р2 контакт а2 остается разомкнутым, а катушка реле Р1 обесточенной.

При достижении температурой заданного значения флажок войдет в зазоры обеих катушек Lк1 и Lк2. Оба управляющих устройства самовозбуждаются и их выходные токи уменьшаются до 5 ма. Сердечники электромагнитов Р и Р2 отпустят поворотные якоря. Ртутный контакт К 2 разомкнется, а контакт К замкнется. Замкнутся также и контакты а1 и а2- Сигнальная лампа загорается, оповещая о том, что температура нормальная.

При дальнейшем подъеме температуры флажок-экран выйдет из зазора катушки LК2, но останется в зазоре LКг В управляющем устройстве 2 произойдет срыв генерации и увеличение выходного тока до 25 ма, в то время как в управляющем устройстве 3 по-прежнему будут генерироваться колебания высокой частоты и выходной ток будет иметь силу около 5 ма. Катушка реле Р1 окажется возбужденной, а ртутный контакт К г замкнутым. Электромоторный привод сработает на уменьшение подачи греющего агента в объект регулирования. Одновременно с замыканием контакта Кг произойдет размыкание контакта b, шунтирующего катушку реле Р, которая оказывается соединенной последовательно с катушкой реле Р1, и ртутный контакт К разомкнется. Сигнальная лампа, показывающая нормальную температуру, погаснет.

Возможность выхода флажка из катушки в направлении повышения температуры исключена благодаря специальному ограничителю хода стрелки милливольтметра. [1, с333]

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

Рис. 2 Двухпозиционный регулятор: дилатометрический термометр с контактной системой

1, а). Термометр состоит из трубки 2, изготовленной из металла с большим коэффициентом линейного расширения (медь, латунь, алюминий, сталь) и стержня 3, изготовленного из материала с малым коэффициентом линейного расширения (кварц, фарфор, инвар). Стержень 3 опирается на пробку в трубке 2, которая ввернута в головку 5. В последней помещен рычажный передаточный механизм 6, 7, 8 и 12, снабженный электрическими контактами. Термометр при помощи ниппеля 4 ввинчивается в бобышку, укрепленную в нагревательной печи 14

Вместе с ним перемещаются вниз концы рычагов 6 и 7. Движение далее передается стрелке 10, которая указывает на шкале 9 температуру в градусах.

При перемещении рычага 7 вниз контакт между ним и рычагом 8 контакта 16 на рис. 10.1,6 размыкается. При этом обесточивается катушка 17 контактора, что обеспечивает размыкание контакта 20 и отключение нагревателя 21. При понижении температуры в печи трубка 2 укорачивается, что вызывает замыкание контактов между рычагами 7 и 8 и в конечном итоге включение электронагревателя 21 печи 14 (рис. 10.1,6).

Установка заданного значения регулируемой величины (температуры) производится изменением жесткости пружины 11.

В реальных двухпозиционных регуляторах изменение выходного сигнала от минимального до максимального значения и наоборот происходит при различных значениях входной величины. Разность между значениями входной величины в моменты изменения выходного сигнала называют зоной нечувствительности регулятора. Минимальная величина зоны нечувствительности зависит от зазоров и сил трения, а также обусловлена необходимостью создания определенных усилий для размыкания электрических контактов. [2, с175]

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

Рис. 3. Принципиальная схема (а) и статическая характеристика (б) Пз регулятора уровня

Принцип действия Пз регулятора следующий. Например, в объекте управления – бак 1 по трубе 2 подается жидкость, а по трубе 10 она расходуется потребителем (рис.3, а).

Чувствительный элемент регулятора – поплавок 6 измеряет уровень в баке; текущее значение уровня определяется положением штока 5 и жестко с ним соединенного рычага – контакта 7, который через пружину 11 соединен с источником питания напряжением U. Заданные значения верхнего и нижнего уровней определяются положением передвижных упоров – контактов 8 и 9, устанавливаемых вручную.

При подъеме уровня выше заданного контакта 7 замкнется с контактом 8 и под напряжением окажется обмотка Б тягового электромагнита, благодаря чему сердечник 4 мгновенно переместится вверх, что приведут к закрытию регулирующего органа 3 (клапана). При понижении уровня ниже заданного контакт 7 замкнется с контактом 9, под напряжением окажется обмотка А тягового электромагнита, якорь 4 переместится вниз, что приведет к открытию регулирующего органа. Приведенная схема является примером двухпозиционного регулирования.

Уравнения регулятора:

m=0 при Dy> 0 и m =1 при D y< 0.

Из статической характеристики двухпозиционного регулятора (рис.3,б) видно, что повышение уровня в баке соответствует перемещению по точкам 1,2,3,4; точки 2 и 3 соответствуют мгновенному перемещению регулирующего органа из положения “открыто” в положение “закрыто”, когда замкнутся контакты 7 и 8. Понижение уровня соответствует перемещению по точкам 4,5,6,1 статической характеристики. [3, с237]

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

Рис. 4 Схема двухпозиционного регулятора температуры

Объект регулирования 1 представляет собой сушильную камеру с электрообогревом, причем система обогрева устроена так, что, если температура станет ниже допустимой, то должна включаться обмотка обогрева w1 большой мощности, а если температура стала выше допустимой, то вместо обмотки w1 должна включиться обмотка обогрева w2 малой мощности, вследствие чего резкого снижения температуры не произойдет.

В качестве чувствительного элемента применяется электрический термометр сопротивления 2 который подключен к электронному автоматическому мосту 3 по трехпроводной схеме. Если температура в сушильной камере изменится, изменится сопротивление термометра и в диагонали a—b моста появится сигнал небаланса. Усиленный электронным усилителем 4 сигнал приводит во вращение ротор реверсивного двигателя 5; направление вращения зависит от знака небаланса, т. е. от того, повысилась или понизилась температура. С ротором реверсивного двигателя кинематически связаны диски б и 7, положение которых зависит от угла поворота ротора, а следовательно, от положения движка а реохорда и показывающей стрелки 10 моста. К профилю дисков с помощью пружин 8 и 9 прижаты ролики направляющих контактов k1 и k2.

Диски 6 и 7 имеют вид профилированных кулачков со впадинами. При их вращении контактная группа k1 замкнута в интервале показаний прибора от начала шкалы до впадины диска 6 и разомкнута в интервале от впадины до максимума шкалы. Контактная группа k2, наоборот, разомкнута в интервале показаний прибора от начала шкалы до впадины диска 7 и замкнута в интервале от впадины до максимума шкалы.

Настройка регулятора на заданное значение температуры в сушильной камере осуществляется вручную установкой впадины диска 6 на нижний предел регулирования, а впадины диска 7 на верхний предел регулирования (для этого диски снабжены специальной шкалой). [4, с223]

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

Рис. 5 Принципиальная схема регулятора ПР 1.5-М1

Принцип действия основан на сравнении двух давлений Р3 и Рп.

Задатчик I и постоянный дроссель II предназначены для изменения давления в камере задания элемента сравнения IV. Задатчик I имеет пружину 1 и шариковый клапан 2, через который воздух из камеры В1 сбрасывается в камеру А1 и далее в атмосферу. Вращая ручку задатчика и изменяя усилие натяжения пружины 1, можно настраивать его выходное давление в пределах 0,02…0,14 МПа. Для контроля заданного значения параметра служит манометр М.

Настройка работы регулятора «на минимум» или «на максимум» выполняется поворотом диска III.

При настройке регулятора «на максимум» текущее значение измеряемого параметра в виде давления сжатого воздуха РП поступает в камеру В4 элемента сравнения IV. Заданное давление РЗ, установленное задатчиком I, подводится к камере Б4 элемента IV.

При работе регулятора «на минимум» заданное давление РЗ подается в камеру В4, а давление от измерительного блока РП – в камеру Б4. Сравнение происходит в трехмембранном элементе сравнения IV (пневматическом усилителе давления), который состоит из двух пневматических сопротивлений типа «сопло-заслонка» (сопла С1, С2 и шток мембранного блока) и мембранного блока, образующего вместе с корпусом глухие камеры. Мембранный блок содержит три эластичные мембраны, соединенные общим штоком, торцы которого и служат заслонками сопл.

Мембранный блок может перемещаться в вертикальном направлении. Его движение останавливается, когда торец штока упирается в сопло. Эффективные площади мембран 3, 5 равны друг другу и значительно меньше эффективной площади мембраны 4. Камеры А4 и Г4, в которых располагаются сопла, соединяются последовательно и образуют тем самым проточную камеру с двумя управляемыми пневматическими сопротивлениями. К соплу С1 подводится давление питания РПИТ, сопло С2 сообщается с атмосферой.

Усилитель мощности предназначен для повторения входного сигнала и усиления его по мощности (расходу воздуха). Усилители применяются в качестве выходных элементов в большинстве приборов, построенных из элементов УСЭППА.

В связи с тем, что в таком усилителе мембранный блок собран из грубых (менее чувствительных) мембран и не разгружен от действия посторонних усилий, повторение сигнала осуществляется со значительной статической ошибкой (до 5 % от стандартного диапазона пневматических сигналов). В то же время большие проходные сечения шариковых клапанов обеспечивают усилителю высокие динамические свойства. [5]

В данном разделе были рассмотрены позиционные регуляторы: МРЩПр-54; Двухпозиционный регулятор: дилатометрический термометр с контактной системой; Позиционный регулятор уровня; Двухпозиционный регулятор температуры; ПР 1.5-М1.

2. ПРОЕКТИРОВАНИЕ ПРИНЦИПИАЛЬНОЙ СХЕМЫ СТЕНДА

Для проектирования принципиальной схемы стенда берется за базовую: схема изображенная на рис. 3, рассмотренная в I разделе.

Для того чтобы этот регулятор можно было использовать в лабораторных условиях в базовую схему добавляем следующие элементы:

1) Тумблер (SA)- для подачи напряжения на стенд.

2) Сигнальная лампа (HL1)- для наличия или отсутствия напряжения на стенде.

3) Предохранитель (FU)- для защиты стенда от скачков напряжения.

4) Трансформатор (TV)- для понижения напряжения.

5) Амперметр(A)- для уведомления о наличии тока в цепи.

6) Задатчик уровня(L заданное)- для изменения заданного значения уровня, путём одновременного перемещения двух жёстко сцепленных между собой контактов.

7) Сигнальная лампа (HL2)-для уведомления о превышении заданного значения уровня.

8)Сигнальная лампа (HL3)-для уведомления о снижении текущего значения ниже заданного.

9) Ёмкость с водопроводной водой- для обеспечения условий проведения лабораторного исследования, которое находится перед исполнительным устройством и в неё обеспечивается сбор вытекающей жидкости из объекта регулирования. Также в ёмкости имеется механический индикатор уровня жидкости.

На лицевой панели изображены приборы:

Тумблер, лампа, предохранитель, задатчик, шкала амперметра, лампы «много-мало».

ЛИЦЕВАЯ ПАНЕЛЬ СТЕНДА

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

3. МЕТОДИКА ВЫПОЛНЕНИЯ ЛАБОРАТОРНОЙ РАБОТЫ

позиционный регулятор проектирование

«Исследование позиционного регулятора уровня»

ЦЕЛЬ РАБОТЫ:

1) Закрепить на практике знания работы регулятора с дистанционной передачей посредством диференциально- трансформаторного передающего преобразователя.

2) Построить временную характеристику и по ней сделать вывод о свойствах регулятора.

ПОРЯДОК ВЫПОЛНЕНИЯ РАБОТЫ:

1) Перед началом выполнения работы необходимо проверить, чтобы тумблер включения находился в положении «выкл.», а ручка задатчика выставлена на «0». При включении системы амперметр, показывающий наличие тока в цепи должен показывать «0» .

2) Ручкой задатчика задать заданное значение до 12 л.

3)Включить тумблер «сеть», загорится сигнальная лампа НL1, засечь время.

4) Снимать показания Lтек через каждые 10 секунд до момента, когда текущее значение сравняется с заданным. Данные заносить в таблицу.

5) Отключить подачу напряжения.

6) Ручкой задатчика задать заданное значение 4 литра.

7) Включить тумблер «сеть», загорится сигнальная лампа НL1 начать отсчёт времени.

8) Повторить пункт №4

t°, сек

0

10

20

30

40

50

60
Lтек, л

9) Построить временные характеристики при разных значениях Lзад.

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

10) Определить показатели качества временных характеристик и сравнить их между собой.

11) Сделать вывод о работе регулятора и качестве его регулирования.

4. РАСЧЕТ НАДЕЖНОСТИ ПРОЕКТИРУЕМОГО СТЕНДА

Надежность — способность любого изделия, в том числе приборов и средств автоматизации, сохранять свои характеристики в заданных пределах в течение заданного промежутка времени.

Работоспособность — это состояние изделия, при котором оно способно выполнять заданные функции с заданными параметрами.

Отказ — событие, которое заключается в нарушении работоспособности прибора.

Безотказность — это свойство изделия сохранять работоспособность в течение некоторого времени без вынужденных перерывов

1) Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторасветодиод – (3шт.)

2) Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятораэлект. маг – (1 шт.)

3) Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора конт– (1 шт.)

4) Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторапруж. – (1 шт.)

5) Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторапредохр. – (1 шт.)

6) Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторарукоят. – (2 шт.)

7) Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторатумбл. – (1 шт.)

8) Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторатрансф. – (1 шт.)

9) Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятораамперм. – (1 шт.)

10) Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятораоси – (3 шт.)

1. По таблице определить интенсивность отказа каждого элемента спроектированной схемы стенда.

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторасветодиод = 0,2∙10-6 (1/ч)

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятораэлект. Маг = 0,5∙10-6 (1/ч)

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора конт. = 0,5∙10-6 (1/ч)

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторапруж. = 0,35∙10-6 (1/ч)

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторапредохр. = 0,5∙10-6 (1/ч)

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторарукоят. = 0,075∙10-6 (1/ч)

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторатумбл. = 0,4∙10-6 (1/ч)

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторатрансф .= 0,2∙10-6 (1/ч)

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятораамперм. = 0,75∙10-6 (1/ч)

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятораоси = 0,35∙10-6 ∙6 (1/ч)

2. Определить интенсивность отказа всех элементов стенда

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора= (0,4+(0,2∙3)+0,5+0,2+0,75+(0,075∙2)+0,35+(0,35∙3)+0,5+0,5)∙10-6 = 5∙10-6 (1/ч)

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятораПроектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора= 5∙10-6 (1/ч)

3. Определить интенсивность отказа всех элементов стенда с учетом монтажа:

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторас = R • Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятораПроектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора, где R=1,2- коэффициент монтажа

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторас = 5∙1,2 = 6∙10-6

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторас =0,000006 (1/ч)

4. Определение среднего времени наработки на отказ: Тср = 1/Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регуляторас

Тср = 1/0,000006 = 166666,67 час

Среднее время наработки на отказ составляет 166666,67 часов или 19 лет 1 месяц.

5. Определить вероятность безотказной работы в течение 1000 часов:

P1000 = Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

P1000 = 1 – 0,000006∙1000 = 99,4%

Вывод: таким образом, расчеты показали, что среднее время наработки на отказ стенда до первой поломки составило 19лет 1 месяц, а вероятность работы стенда без каких- либо изменений в в течении 1000 часов составило 99,4%.

ВЫВОД

В данном курсовом проекте были рассмотрены позиционные регуляторы:

— Трехпозиционный регулятор модификации МРЩПр-54

— Двухпозиционный регулятор: дилатометрический термометр с контактной системой.

— Позиционный регулятор уровня

— Двухпозиционный регулятор температуры

— Регулятор модификации ПР 1.5-М1

На базе позиционного регулятора уровня была спроектирована принципиальная схема и лицевая панель стенда для исследования свойств данного регулятора.

Также были разработаны методические указания для проведения лабораторной работы на спроектированном стенде. На основании этих разработок можно определить свойства и показатели качества работы спроектированного регулятора. Также в данной курсовой работе были произведены расчеты надежности стенда и по данным расчетам выяснили, что среднее время наработки на отказ стенда до первой поломки составило 19лет 1месяц, а вероятность работы стенда без каких- либо изменений в течении 1000 часов составило 99,4%. Эти результаты расчёта дают примерное представление о пригодности спроектированного стенда на практике.

ЛИТЕРАТУРА И НОРМАТИВНО- ТЕХНИЧЕСКАЯ ДОКУМЕНТАЦИЯ

1) Круг Е.К «Электрические регуляторы промышленной автоматики»- М.: Химия, 1962 г.

2) Шарков А.А, Притыко Г.М, Палюх Б.В «Автоматическое регулирование и регуляторы.» -М.: Химия 1990г.

3) Мелюшев Ю.К «Основы автоматики и автоматизации химических производств»-М.: Машиностроение, 1970г.

4) Кошарский «Автоматические приборы, регулирование и автоматические системы»

5) Конспект по дисциплине «Автоматическое управление» за 2009- 2010 у.г. ОХМК студента гр А- 317 Колесникова К. А

Проектирование принципиальной схемы стенда для исследования свойств позиционного регулятора

Контрольная работа: Научение дошкольников рассказыванию по памяти

СОДЕРЖАНИЕ

НАУЧЕНИЕ ДЕТЕЙ РАССКАЗЫВАНИЮ ПО ПАМЯТИ

Обучение дошкольников рассказыванию по памяти из собственного опыта

Ведущие приемы научения детей рассказыванию по памяти

Темы, предлагаемые дошкольникам разных возрастных групп для обучения рассказыванию по памяти

ОПИСАНИЕ ПРОВЕДЕНИЯ ЗАНЯТИЙ И АНАЛИЗ ЭФФЕКТИВНОСТИ ИСПОЛЬЗОВАННЫХ МЕТОДОВ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ПРИЛОЖЕНИЕ 1.

ПРИЛОЖЕНИЕ 2.

НАУЧЕНИЕ ДЕТЕЙ РАССКАЗЫВАНИЮ ПО ПАМЯТИ

1.1 Обучение дошкольников рассказыванию по памяти из собственного опыта

Программой детского сада предусмотрена система занятий по обучению рассказыванию. Обучая ребенка рассказыванию, т. е. самостоятельному связному и последовательному изложению своих мыслей, педагог помогает ему находить точные слова и словосочетания, правильно строить предложения, логически связывать их друг с другом, соблюдать нормы звуко- и слово-произношения. Иными словами, воспитатель совершенствует все стороны речи ребенка — лексическую, грамматическую, фонетическую. При этом выполнение дошкольником заданий по рассказыванию интенсифицирует процесс овладения языковыми средствами. Ведь ребенок, чьи рассказы с интересом и вниманием выслушивают окружающие, испытывает потребность высказываться точнее, понятнее; прилагает усилия для того, чтобы его речь звучала четко, ясно и достаточно громко; он начинает с большим вниманием относиться к помощи взрослого, когда тот в случае необходимости напоминает нужные слова или помогает начать рассказ, перейти от одной его части к другой и т. п.

Важно, чтобы дети говорили о хорошо знакомых им предметах, фактах, событиях. Тогда их речь становится более связной и свободной.

В процессе подготовки к занятиям по развитию речи воспитатель должен отбирать такой материал для рассказов, на основе которого углубляются нравственные представления и чувства ребенка, его эмоциональные и эстетические переживания. B процессе обучения дети овладевают умением составлять рассказы различных видов. Рассказы на реалистические темы требуют от ребенка жизненно достоверного, точного изложения фактов. К таким рассказам, которые в методике развития речи принято называть фактическими, относятся рассказы по восприятию, а также по памяти.

Особая категория детских рассказов по памяти — из индивидуального (личного) опыта ребенка. Ребенку нужно самостоятельно отобрать из своих впечатлений те, которые соответствуют заданию педагога. А рассказывать он должен наиболее понятно, обстоятельно, поскольку описываемый предмет или событие обычно слушателям не известны. Труднее такой деятельностью руководить и педагогу, так как он, не зная точного содержания предстоящего рассказа, не всегда может дополнить или поправить ответ. Для воспитателя такие рассказы — показатель интересов, представлений ребенка.

Рассказывание из личного опыта требует большой помощи воспитателя. На первых занятиях педагог может использовать рассказ-образец. Чтобы приблизить его содержание к рассказам детей, можно использовать форму воспоминания о своем детстве или передачи рассказа своего знакомого ребенка. Содержание образца может быть и вымышленным. Главное, чтобы он натолкнул ребенка на мысль о включении в рассказы наиболее полезного, положительного опыта из своей жизни и жизни сверстников (взаимопомощь, трудолюбие, аккуратность, любовь к животным и т. д.).

Накануне занятий по рассказыванию бывает целесообразно предложить детям понаблюдать за чем-то дома, для того чтобы вызвать произвольное запоминание объекта, события.

1.2 Ведущие приемы научения детей рассказыванию по памяти

Овладение воспитателем методами и приемами обучения рассказыванию — одно из важнейших условий успешной работы по развитию речи дошкольников.

На занятиях используются такие приемы, как объяснения, вопросы, речевой образец, демонстрация наглядного материала, упражнения, опенка речевой деятельности и др.

Специфичным занятием, где дошкольники встречаются с необходимостью достоверно, понятно и кратко рассказать о своем опыте, является составление письма. Переписка детей под руководством педагога — важное средство нравственного и умственного воспитания. Эту работу можно проводить и вне занятий. В младших группах составление письма — коллективная деятельность, общий разговор, из которого педагог выбирает и записывает отдельные фразы, высказывания. С более старшими детьми содержание и форму письма обсуждают более подробно. Для того чтобы дети сознательнее относились к переписке, в старшей и подготовительной к школе группах этому можно посвятить несколько занятий. Текст коллективного письма должен представлять собой большой, развернутый рассказ детей об их жизни, составленный по частям.

Поводы для написания письма могут быть различными: проявить внимание к товарищу (заболевшему, уехавшему), обратиться к интересному человеку (писателю, художнику, передовику производства), установить переписку с детьми из другого детского сада (в другом селе, национальной республике), послать поздравление с праздником солдатам.

Известно, что письменная речь — высшая форма связной монологической речи. Именно она характеризуется большей плановостью и произвольностью. Поскольку педагог будет записывать текст, он предупреждает детей о том, что нужно хорошенько обдумывать предложения. «Коллективное составление письма облегчает воспитателю формирование у детей очень важной способности отбора лучшего, наиболее подходящего варианта предложения (фразы) или более крупной части текста, продолжающих изложение содержания письма. Эта способность, собственно, и является сутью произвольности, осознанности построения высказывания («Я могу сказать так, но, наверное, лучше сказать по-другому»)».

На занятии педагог знакомит детей с традиционными правилами построения письма. Вначале идут обращение и приветствие (обсуждаются его варианты). Затем объясняется причина обращения к адресату с письмом, высказывается желание узнать о его жизни, здоровье, новостях. А уже затем сообщается о собственной жизни.

Если высказывания детей по своему содержанию сводятся к одной фразе (например: «У нас много игрушек»), воспитатель дает небольшой план и побуждает их рассказывать подробнее, предлагает написать о наиболее интересном (самоделках, обитателях уголка природы и др.). В конце занятия педагог читает письмо целиком, затем объясняет, что его нужно переписать аккуратно. Остальная работа с письмом (заклеивание, оформление конверта а опускание в почтовый ящик) проводится уже вне занятия. Если в детском саду есть магнитофон, можно составлять звуковые письма, хотя высказывания детей при этом будут более свободными, в разговорном стиле.

В дальнейшем, вне занятий, педагог не только привлекает к написанию письма группку детей, но и помогает некоторым детям оформить индивидуальные письма.

Закреплять умение рассказывать по представлению можно при помощи дидактических игр. Особенно широко используются для этой цели игры-загадки «Угадай, что за зверь», «Угадай, кто (что) это». Аналогичны игры, в которых дети описывают отсутствующие предметы: «Угадай, что мы задумали», «Когда это бывает?», «Где был Петя?».

Основное правило в этих играх — не называя предмета, который задуман, описать его по главным (существенным) признакам. Выделить эти признаки па первых занятиях помогает план рассказа-описания или образец рассказа.

Например, составляя загадку о животном, надо сказать о его внешнем виде, о том, чем оно питается, где живет; в загадках о профессиях — о трудовых операциях, орудиях труда, спецодежде.

Словесные дидактические игры, включающие рассказы детей по памяти, например «Радио», «Что я видел», «Путешествие утром, вечером», «Отгадай-ка», «Похож — не похож», не должны быть продолжительными, так как сложны для детей. Их проводят после аналогичных занятий и игр, включающих описание предметов, игрушек, картинок по зрительному восприятию.

1.3 Темы, предлагаемые дошкольникам разных возрастных групп для обучения рассказыванию по памяти

Обучение рассказам по памяти начинается с начала года в старшей группе. Более легкие темы — из общего, коллективного опыта, т. е. о том, что было ранее воспринято всеми детьми группы совместно с воспитателем. Этот вид рассказа требует произвольной памяти. Психологами установлено, что самый сильный вид памяти эмоциональный. Поэтому лучше предлагать детям темы, оставившие яркий след не только в их сознании, но и в чувствах. Это могут быть темы «Елка в детском саду», «Наша белочка», «Как мы делаем игрушки малышам», «Праздник урожая» и др. Обычно рассказывание проводят не сразу после события. Впечатления детей сначала закрепляются в разговорах об увиденном в пережитом, играх, рисунках.

В подготовительной к школе группе находят место и темы более общего характера, требующие обобщения опыта, моральных суждений: «Наши любимые игрушки и игры», «Что осень дарит людям», «С кем я люблю играть». Своеобразным обобщением природоведческих знаний является решение речевых логических задач, когда детям приходится искать ответ на какой-то вопрос, продолжать начатый воспитателем рассказ-загадку о природе. Приведем пример такого рассказа.

Разноцветные кораблики

«Пришла я на пруд. Сколько разноцветных корабликов сегодня на пруду — желтые, красные, оранжевые! Они прилетели сюда по воздуху. Опустится такой кораблик на воду и тотчас поплывет. Много еще прилетит их сегодня, завтра и послезавтра. Расскажите, что это за кораблики плавают на пруду, в какое время года они бывают».

Для успешного проведения занятия важное значение имеет эмоциональный настрой детей, который обеспечивается умелым, в образной форме, напоминанием детям воспринятого ими ранее. С этой целью педагог может задать детям вопросы, предложить небольшой рассказ, а также наглядный материал: фотографии, картинки, показать игрушку-самоделку.

Общую тему целесообразно разделить на мелкие подтемы и составить рассказ по частям. Одну и ту же подтему можно предложить последовательно нескольким детям, особенно если первый рассказчик неудовлетворительно справился с задачей. Необходимо приучать детей следить за составлением рассказа по заданной микротеме, не повторять сказанного и не забегать вперед.

Например, небольшие рассказы о празднике елки (как делали елочные игрушки и готовились к празднику; какая елка, как она украшена, как украшен зал; какая игрушка на елке тебе больше всего понравилась; как проходил праздник; выступления наших ребят; новогодние подарки) помогут детям полнее и ярче припомнить это событие, а затем составить подробный рассказ.

Материал для рассказывания должен быть полезным в воспитательном отношении.

В старшей группе в начале года можно предлагать детям для рассказов единичные факты: вспомнить и описать любимую игрушку, которой малыш играет дома, рассказать о своем домашнем животном, о комнате или квартире, где он живет. С течением времени темы усложняются: описать какое-нибудь событие (как прошел день рождения или самый интересный выходной день), любимую книжку.

В подготовительной к школе группе полезны темы этического характера: «Мой друг», «Научился сам — научу другого», «Как мы помогаем малышам», «Хороший поступок моего товарища».

Как это видно, все предлагаемые темы конкретны, посвящены одному определенному узкому вопросу. Отвлеченные темы, например случай из жизни, интересное приключение, смешной случай, часто не вызывают необходимых ассоциаций в памяти детей. Как правило, ребенка затрудняет необходимость анализа своего жизненного опыта. Чаще всего с таким заданием справляются лишь лучшие рассказчики. Но и они или копируют рассказ воспитателя, или откровенно фантазируют.

Темы для рассказов могут быть подсказаны условиями жизни детей.

ОПИСАНИЕ ПРОВЕДЕНИЯ ЗАНЯТИЙ И АНАЛИЗ ЭФФЕКТИВНОСТИ ИСПОЛЬЗОВАННЫХ МЕТОДОВ

Занятия (см. ПРИЛОЖЕНИЕ 1, ПРИЛОЖЕНИЕ 2) были проведены в средней и старшей группах дошкольного учреждения.

Список детей средней группы:

Никитин Влад;

Берестень Оля;

Петрушина Лиза;

Макаров Иван;

Падалец Женя;

В течение проведения занятия все дети данной группы были активны, с интересом включились. Сказка, предложенная для драматизации была знакома и понятна воспитанникам.

Важным этапом занятия было чтение воспитателем начала сказки. Это помогло дошкольникам настроиться на необходимый эмоциональный фон, а также вспомнить сюжет сказки.

Речевое развитие детей данной группы отличается неравномерностью. То есть в группе присутствуют дети с достаточно развитой, логичной и последовательной речью, большим для данного возраста словарным запасом (Петрушина Лиза, Берестень Оля). Однако, есть дети, речь которых требует определенной коррекции и дальнейшего развития.

Данный аспект проявлялся и в ходе проведения занятия. Так, детям с хорошо развитой речью, воспитатель мог дать большую самостоятельность в процессе пересказа. Другим же дошкольникам требовались многочисленные подсказки и помощь воспитателя.

В пересказывании текста опорой для детей служили начала фраз, произносимые воспитателем. Кроме того, правильно вспомнить фразу героя помогали действия, которые выполняли дети совместно с воспитателем (приседания, «поедание пирожка»).

Кроме пересказывания непосредственного текста сказки дети передавали в процессе проигрывания интонации, мимику и жесты героев (удивление, злость медведя).

Список детей старшей группы:

Васильева Анна;

Гусаков Илья;

Пасютин Валера;

Киреева Полина;

Шульц Ксения.

Дети достаточно активно включились в работу над моделированием сказки. Минусом данного метода было то, что большое количество времени было потрачено на рассмотрение и ознакомление детей с игрушками, использованными для моделирования сказки. Кроме того, дети в процессе рассмотрения моделей отвлекались от темы и задания.

Результативным оказался прием беседы с детьми по вопросам. Ответы детей были правильными, развернутые.

При самостоятельной работе дошкольников по моделированию сказки можно отметить, что дети достаточно близко к тексту передавали фразы героев. Следует также сказать о том, что дошкольники передавали текст героев сказки, используя элементы народно-фольклорной лексики.

При моделировании сказки дошкольниками была сохранена и правильно передана последовательность событий, логика рассказывания.

Сложными для детей оказались некоторые вопросы воспитателя (в конце моделирования сказки). Так, детям было сложно ответить на вопрос о том, почему герои представлены в том или ином цвете – и связать качества героев с цветами.

Список литературы:

Алексеева М.М., Яшина В.И. Методика развития речи и обучения родному языку дошкольников — М.: Академия, 1998 – 400 с.

Бородич А. М. «Методика развития речи детей», М., 1981, — 235 с.

Логинова В.И., Максаков А.И., Попова М.И. и др. Развитие речи детей дошкольного возраста — под ред. Ф.А.Сохина — М.: Просвещение, 1984 – 223 с.

Ушакова О.С. Развитие речи и творчества дошкольников: игры, упражнения, конспекты занятий. – М., 2001, — 268 с.

Филичева Т.Б. , Соболева А.В. Развитие речи дошкольника: Методическое пособие с иллюстрациями. – Екатеринбург: Изд-во «АРГО», — 1997. – 80 с.

ПРИЛОЖЕНИЕ 1.

План-конспект занятия в старшей группе по научению рассказыванию по памяти

Цель: Обучение детей рассказыванию методом моделирования сказок.

Задачи:

Учить детей самостоятельно пересказывать и понимать сказки на основе построения наглядной модели.

Уметь строить полные, выразительные ответы на вопросы по содержанию прочитанной сказки.

Развивать умение использовать заместители при пересказе не только всей сказки, но и отдельных эпизодов.

Материал и оборудование: Набор крупных условных заместителей к сказке «Хаврошечка». (Хаврошечка, Одноглазка, Двуглазка, Триглазка, хозяйка, сильный человек, корова, яблоня). Они разного цвета и формы. На каждого ребенка конверт с условными заместителями меньшего размера, столы.

Ход занятия:

Дети играют в группе. Заходят гости, дети здороваются с ними, предлагают им садится.

1. Воспитатель: Ребята, подойдите, пожалуйста ко мне. Я знаю, что вы очень любите сказки. Назовите свои любимые сказки. (ответы детей).

Воспитатель: Недавно мы познакомились еще с одной сказкой «Хаврошечка». Пробовали ее рассказать, но справились с трудом, потому что ее содержание охватывает много действий. Чтобы нам легче рассказать эту сказку можно составить подсказку, т.е. модель этой сказки.

Воспитатель размещает на фланелеграфе фигурки – заместители персонажей и решает с детьми, какая фигура кого будет обозначать.

Воспитатель: Назовите героев сказки? Сколько их? (Дети перечисляют, их – 8). Даем каждому персонажу фигурку – заместитель. Они разного цвета и формы.

Воспитатель: Почему Хаврошечка и сестры красного цвета? (Девицы – красавицы).

Почему хозяйка желтого цвета? (Злая).

Почему сильный человек синего цвета? (Он добрый).

Коричневый круг – кто это? (Корова).

Зеленое деревце? (Это – яблоня).

Воспитатель: Вспоминаем начало сказки и выкладываем в первой рамочке соответствующие фигурки – заместители. (Дети работают самостоятельно).

2. Дети по очереди рассказывают и составляют модель сказки.

3. Воспитатель приглашает детей сесть с ним на коврик и послушать вопросы.

Воспитатель: Дети, понравилось вам составлять сказку по моделям? (Да).

Назовите сказочные волшебные образы? (Одноглазка, триглазка, волшебная яблоня, корова, Хаврошечка).

Сказочные действия? (Хаврошечка влезла в ухо корове).

Бывает такое в жизни? – Нет. Только в наших сказках, каких? (Волшебных).

Назовите еще волшебные сказки? Дети, а с каких слов обычно начинаются сказки? (Жили-были, в некотором царстве, государстве).

Какой фразой начинается наша сказка? («Есть на свете люди хорошие…»).

Какими словами закончилась наша сказка? А еще какими словами заканчиваются сказки, назовите? («Стали они жить поживать, да добра наживать»; или «Так они живут, пряники жуют, медком запивают, нас с вами вспоминают», или «И я там был: мед, пиво пил, по усам текло, а в рот не попало», или «Тут и сказке конец – кто дослушал – молодец!».

Оценка ответов детей.

ПРИЛОЖЕНИЕ 2.

План-конспект занятия в средней группе по развитию навыков рассказывания

Цель: учить детей внимательно слушать сказку, участвовать в ее инсценировании и драматизации ее отрывков.

Задачи:

Воспитывать навыки рассказывания по памяти;

Способствовать интонационной выразительности речи детей.

Предварительная работа: за 2-3 дня до занятия желательно рассмотреть рисунки к сказке, постараться, чтобы дети запомнили слова, которые говорил медведь, намереваясь съесть пирожок, и Машенька, сидя в коробе.

Ход занятия:

Воспитатель рассказывает сказку. Достает игрушки, изображающие Машеньку и медведя. Напоминает детям эпизод из сказки:

«Вернулся вечером медведь, увидел Машеньку, обрадовался: «Ага, — говорит, — теперь не отпущу тебя! Будешь у меня жить. Будешь печку топить, будешь кашу варить».

Воспитатель спрашивает, что же должна была делать Машенька в доме медведя? Отвечает сам, а дети дополняют отдельные слова:

«Будешь печку (топить), будешь кашку (варить)».

Далее драматизируется следующий эпизод:

Воспитатель и дети:

Идет медведь между елками, идет между березами, в овражки спускается, на пригорочки поднимается. Шел-шел, устал и говорит:

«Сяду на пенек» (присаживается);

«Съем пирожок»;

Машенька: (за спиной у медведя). «Вижу, вижу!.. Не садись на пенек, не ешь пирожок…

Медведь: Ишь, какая глазастая. Все видит!

Воспитатель: Поднял он короб и пошел дальше.

Подведение итогов занятия. Воспитатель спрашивает, понравилась ли детям такая игра, будут ли они дома учиться рассказывать.

Реферат: Формирование России как евразийского государства и ее роль в современном цивилизационном процессе

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

Философский факультет

Кафедра социально-политических реформ России

К У Р С О В А Я Р А Б О Т А

По теме: «ФОРМИРОВАНИЕ РОССИИ КАК ЕВРАЗИЙСКОГО ГОСУДАРСТВА И ЕЁ РОЛЬ В

СОВРЕМЕННОМ

ЦИВИЛИЗАЦИОННОМ ПРОЦЕССЕ»

Выполнила: Студентка 3 курса ОЗО

Бодрова Анна Сергеевна

Санкт-Петербург

2002

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3

ГЛАВА 1 Истоки евразийского этноса и его характеристика 5

ГЛАВА 2 Борьба идей «западничества» и «славянофильства» в 40-50-х годах 19 века 12

ГЛАВА 3 Создание концепции «евразийства» в 20-х годах 20 века 17

ГЛАВА 4 Место России в современном мировом цивилизационном процессе

23

ГЛАВА 5 Современная «Евразийская идея» 34

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 38

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

Национальное своеобразие России – самой большой страны в мире, раскинувшейся на два континента – Европу и Азию, – стало предметом многочисленных дискуссий, как в нашей стране, так и за рубежом. Особенно размышления о судьбе России обостряются в переходные периоды, когда рушатся старые устои и появляется необходимость в новых идеях. Современный период, когда произошло крушение большевистского режима, особенно нуждается в плодотворных идеях, которые позволили бы нашей стране подняться из руин и встать в один ряд с самыми цивилизованными государствами мира.

Одной из таких идей является концепция евразийства, возникшая в начале двадцатого века. Ей предшествовала бурная дискуссия в 40-50-х годах девятнадцатого века – так называемых «западников» и «славянофилов». Сейчас теория евразийства приобретает новых сторонников и представляет собою более современную теорию, которая открывает широкие пути будущего преобразования
России.

Как писали основоположники евразийства, «русские люди и люди народов
«Российского мира» не суть ни европейцы, ни азиаты. Сливаясь с родною и окружающей нас стихией культуры и жизни – мы не стыдимся признать себя – евразийцами».1 В формулировке 1927 г. звучало: «Россия представляет собою особый мир. Судьбы этого мира в основном и дальнейшем протекают от судьбы стран к западу от неё (Европа), а также к югу и востоку от неё (Азия).
Особый мир этот должно называть «Евразией». Народы и люди, проживающие в пределах этого мира, способны к достижению такой степени взаимного понимания и таких форм братского сожительства, которые трудно достижимы для них в отношении народов Европы и Азии».2

Сам герб нашего государства – двуглавый орёл с повёрнутыми в разные стороны головами указывает на евразийское своеобразие России. Отсюда происходит уникальность ментальности русского народа, отличие его прошлого от других народов, трудности развития настоящего, и, несомненно, особенности его роли в будущем мировом цивилизационном процессе.

Раскрытию данных вопросов и посвящена эта работа.

ГЛАВА 1 Истоки евразийского этноса и его характеристика

По своему географическому положению Россия находится как в Европе, так и в Азии. Но по своему ландшафту в целом Россия отличается как от Европы, так и от Азии.

Характеризуя природные условия Европы и Азии, великий русский учёный
В.О.Ключевский пишет: «Две географические особенности отличают Европу от других частей света и от Азии преимущественно: это, во-первых, разнообразие форм поверхности и, во-вторых, чрезвычайно извилистое очертание морских берегов. Известно, какое сильное и разностороннее действие на жизнь страны оказывают обе эти особенности. Европе принадлежит первенство в силе, с какой действуют в ней эти условия. Нигде горные хребты, плоскогогорья и равнины не сменяют друг друга так часто на таких сравнительно малых пространствах, как в Европе. С другой стороны, глубокие заливы, далеко выдавшиеся полуострова, мысы образуют как бы береговое кружево западной и южной Европы. Здесь на 30 квадратных миль материкового пространства приходится одна миля морского берега, тогда как в Азии одна миля морского берега приходится на 100 квадратных миль материкового пространства.
Типичной страной Европы в обоих этих отношениях является южная часть
Балканского полуострова, древняя Эллада; нигде море так причудливо не изрезало берегов, как с восточной её стороны; здесь такое разнообразие в устройстве поверхности, что на протяжении каких-нибудь двух градусов широты можно встретить почти все породы деревьев, растущих в Европе, а Европа простирается на 36° широты.»[1]

В отличие от разнообразия растительных и климатических зон Европы, ажурно очерченных кружевом морских берегов, у Евразии «море образует лишь малую часть её границ; береговая линия её морей незначительна сравнительно с её материковым пространством, именно одна миля морского берега приходится на 41 квадратную милю материка. Однообразие – отличительная черта её поверхности; одна форма господствует почти на всём протяжении: эта форма – равнина, волнообразная плоскость,…очень невысоко…приподнятая над уровнем моря.4

Учитывая особенности стран Старого Света, профессор О.С.Широков выделяет шесть субконтинентов: Европу, Евразию, Дальний Восток, Индию,
Афразию (Ближний Восток), тропическую Африку (южнее Сахары). Природные условия этих шести великих зон предопределили этническое разнообразие человечества. Отличительная черта евразийских месторазвитий – это свободное соединение огромных равнинных пространств, их незамкнутость и жизненная взаимозависимость, взаимодействие природных зон, предрешившее пространственное взаимодействие этносов. Отражённая в письменных памятниках история Евразии свидетельствует о взаимодействии на её пространствах различных этносов, принадлежащих к трём великим языковым семействам: индоевропейскому (иранцы, славяне и др.), и алтайскому (тюрки, монголы).5

Русский историк С.М.Соловьёв так описывает, откуда пошла русская земля: «После потопа три сына Ноевы, Сим, Хам и Афет разделили землю: восток достался Симу, южная страна Хаму, Север и Запад – Афету; от племени
Афетова пошёл народ славянский. Спустя много времени славяне сели по Дунаю, где теперь земля Венгерская и Болгарская. От тех славян разошлись по земле многие народы и назвались каждый своим именем, где кто сел на каком месте; так, например, одни поселились на реке именем Морава и назвались моравами, и другие назвались чехами; а вот тоже славяне: белые хорваты, сербы и хорутане. Когда волохи напали на славян подунайских, поселились сзади них и стали их притеснять, то славяне опять стали двигаться к северу: так одни пришли и сели на Висле и прозвались ляхами; от этих ляхов пошли поляки, лутичи, мазовшане, поморяне. Другие славяне пришли и сели по Днепру и назвались полянами, иные – древлянами, потому, что стали жить в лесах; а некоторые стали между Припетью и Двиною и назвались дреговичами; полочане прозвались от речки именем Полота, которая впадает в Двину. Те, которые поселились около озера Ильменя, прозвались своим именем, славянами; они построили себе город и назвали его Новгородом. Так разошёлся славянский народ».6

«Краткие указания на быт славян впервые встречаются у Тацита: сравнивая славян с народами европейскими и азиатскими, оседлыми и кочевыми, среди которых они жили, Тацит говорит, что их должно отнести к первым, потому, что они строят доты, носят щиты и сражаются пеши; всё это отлично от сарматов, которые живут в кибитке и на лошади»7.

Как пишет один из основоположников евразийства, князь Н.С.Трубецкой, основным элементом, образующим русскую национальность, безусловно, является элемент славянский. Общеславянский праязык есть потомок языка индоевропейского праязыка, в котором существовал особый диалект, превратившийся со временем в особый самостоятельный язык. Праславянский диалект вместе с наиболее к нему близким «прибалтийским», занимал некоторое серединное положение. На юге к нему примыкали диалекты праиллирийские и прафракийские, на востоке он соприкасался с очень однородной группой праиндоиранских диалектов, на западе – с группой запдно-индоевропейских диалектов.

Культурная физиополия славянства уже была предрешена с самого начала, т.к. серединное положение этих племён вызывало в них тенденции к связи то с востоком, то с западом, то с югом.

В дальнейшем западные славяне примкнули к романо-германскому миру, южные славяне вошли всецело в сферу влияния Византии, и вместе с другими племенами Балтийского полуострова участвовали в создании особой «балканской культуры».

У восточных славян культурные ориентации носили гораздо менее определённый характер. Не соприкасаясь непосредственно ни с одним из очагов индоевропейской культуры, они могли свободно выбирать между романо- германским «западом» и Византией. Выбор был сделан в пользу Византии.

На русской почве культура Византии развивалась и укреплялась. Все заимствованное усваивалось органически и служило образцом для творчества.
Это относится особенно к области духовной культуры, к искусству и религиозной жизни.

«Западные» же культурные течения напротив, органически не усваивались, не вдохновляли национального творчества».9

Раскол в христианстве на западную и восточную ветвь усилило восточные тенденции в духовной жизни россиян, а православие стало отождествляться с русским этносом. Великий философ Владимир Соловьёв писал об этом: «Как в понятии русских людей, начиная с московской эпохи, само христианство утратило присущее ему универсальное значение и превратилось в религиозный атрибут русской народности, так и церковь перестала быть самостоятельною социальною группою, слилась в одно нераздельное целое с национальным государством».10

«Люди, живущие на земной поверхности, разделяются на группы, присваивающие себе те или иные участки суши, те или иные ландшафты. Такое единство ландшафта и человеческой общности конституирует этнос»11 – писал
Л.Н.Гумилёв.

В начале 20-х годов Л.П. Карсавин попытался наметить в общих чертах основные качества, характерные для русского народа. На передний план выступает «тяготение русского человека к абсолютному, которое не может не приводить к крайностям. Вне отношения к абсолютному для русского человека ничего не существует».12

Вслед за Карсавиным Н.О.Лосский, эмигрировавший на Запад, в середине
20 века также попытался наметить картину русского характера, который образовался за века.

«Основной, наиболее глубокой чертой русского народа является, наверное, его религиозность и связанное с нею искание абсолютного добра.
Идеалом народа стала не могучая, не богатая, а «Святая Русь»13.

Важнейшее выражение религиозности русского народа осуществлено в
Русской Православной Церкви. Иконы русского православия, подобно иконам
Византии, глубоко отличаются от религиозной живописи итальянского
Возрождения: красота их – не земная миловидность, а сверхземная духовность.

Высокое развитие нравственного опыта сказывается в том, что все слои русского народа проявляют особый интерес к различению добра и зла и остро чувствуют примеси зла к добру. Русская литература, начиная с Пушкина и
Лермонтова, продолженная Толстым, Достоевским, Чеховым есть живое доказательство этого факта. С такою же силой эта сосредоточенность на проблемах этики обнаруживается и в русской философии.

У русского народа высоко развито индивидуальное личное и семейное общение. В России нет чрезмерной замены индивидуальных отношений социальными, нет личного и семейного изоляционизма.

К числу первичных основных свойств русского народа принадлежит могучая сила воли. Отсюда страстность многих русских людей. Максимализм, экстремизм и фанатичная нетерпимость суть порождение этой страстности. В религиозной жизни ярким примером массовой страсти и фанатичной нетерпимости служит история старообрядчества. Здесь же, наверное, кроется феномен русских побед при неравном соотношении сил.

Русское революционное движение изобилирует примерами страстности и неимоверной силы воли. Н.О.Лосский пишет: «К недавнему прошлому принадлежит проявление этой силы у Б.Савенкова, а так же несгибаемая воля и крайний фанатизм Ленина вместе с руководимыми им большевиками, создававшими тоталитарное государство в такой чрезмерной форме, какой не было и, даст
Бог, не будет больше на земле»14.

Но в русском народе встречается ещё и «обломовщина», та леность и пассивность, которая изображена Гончаровым в романе «Обломов». Русскому человеку свойственно стремление к абсолютно совершенному царству бытия и вместе с тем чрезмерная чуткость ко всяким недостаткам своей и чужой деятельности. Отсюда возникает охлаждение к начатому делу и отвращение к продолжению его. Таким образом, обломовщина есть во многих случаях оборотная сторона высоких душевных свойств русского человека.

К числу первичных свойств русского народа, вместе с религиозностью, исканием абсолютного добра и силой воли, принадлежит любовь к свободе и высшее выражение её – свобода духа.

В общественной жизни свободолюбие русских выражается в склонности к анархии, в отделении себя от государства. Одна из причин, почему в России смогла установиться абсолютная монархия, иногда граничащая с деспотизмом, заключается в том, что для управления народом, имеющим склонность к анархизму, допустимы иногда только такие методы.

Доброта – одно из основных свойств русского народа. «Жизнь по сердцу» создаёт открытость души русского человека, простоту общения, без условностей, без внешней привитой вежливости, но с теми достоинствами вежливости, которые вытекают из чуткой естественной деликатности.

Доброта, в широком смысле этого слова, есть преобладающая черта русского народа. Но в то же время существует немало примеров проявления жестокости. Эта жестокость, бывает, не проявляется напрямую, но присутствует, как это ни парадоксально, даже и в поведении людей, вовсе не злых по своей природе. Жестокость как средство устранения преступников, есть один из видов этого явления.

Давая характеристику черт русского этноса, Н.О. Лосский вскрывает противоречивый его характер, который образовался вследствие слияния разных этносов, вбирая в себя черты как европейцев, так и азиатов. В то же время русский характер есть образование не похожее ни на одну ментальность в мире, что делает евразийский этнос совершенно самостоятельным творением оригинальных климатических условий, культуры и истории. Надо сказать, что воззрения крупнейших представителей русского зарубежья сходятся в одном – в доказательстве и отстаивании решающей роли духовно – нравственных начал национального единства15.

ГЛАВА 2

Борьба идей «западничества» и «славянофильства» в 40-50х годах 19 века

Многие мыслители России задумывались о её судьбах. Противоречивость её истории и культуры обрисовывалась некоторыми авторами черными красками.
Наиболее отчётливое выражение такого взгляда содержится в «Философическом письме» Петра Чаадаева, написанном в 1829 году. Чаадаев пишет: «Мы никогда не шли вместе с другими народами, мы не принадлежим ни к одному из известных семейств человеческого рода, ни к Западу, ни к Востоку, и не имеем традиций ни того, ни другого. Мы стоим как бы вне времени, всемирное воспитание человеческого рода на нас не распространилось».16

«Мы так странно движемся во времени, что с каждым нашим шагом вперед прошедший миг исчезает для нас безвозвратно. Это — естественный результат культуры, всецело основанной на заимствовании и подражании. У нас совершенно нет внутреннего развития, естественного прогресса; каждая новая идея бесследно вытесняет старые, потому что она не вытекает из них, а является к нам Бог весть откуда. Так как мы воспринимаем всегда лишь готовые идеи, то в нашем мозгу не образуются те неизгладимые борозды, которые последовательное развитие проводит в умах и которые составляют их силу. Мы растем, но не созреваем; движемся вперед, но по кривой линии, то есть по такой, которая не ведет к цели. Мы подобны тем детям, которых не приучили мыслить самостоятельно; в период зрелости у них не оказывается ничего своего; все их знание — в их внешнем быте, вся их душа — вне их.
Именно таковы мы»[2].

Историческое значение России Чаадаев видит исключительно в демонстрации всему остальному миру устрашающего урока жизни в полной исключённости из мирового духовного единства[3].

Несмотря на спорность высказанной точки зрения, П.Я. Чаадаев подметил многие особенности российской истории, русского характера и русской культуры.

Пессимистические взгляды Чаадаева не разделяла русская интеллигенция
40-х годов, но именно в это время велись наиболее жаркие споры о будущих путях развития России. Образовывались кружки «западников» и «славянофилов».
В Москве круг западников образовался из слияния философско-романтического кружка Станкевича и сенсимонического кружка Герцена, к которым примкнуло несколько представителей Московского университета. Центральным лицом здесь довольно скоро становится Т.Н. Грановский, занявший кафедру всеобщей истории. С Грановским тесно сблизились сначала поэт Анчаров, потом Герцен.
Одним из неизменных членов западнического круга был знаменитый актёр того времени, создатель русской реалистической школы на сцене, М. Щепкин.
Белинский, хотя в сороковые годы и жил постоянно в Петербурге, тем не менее, принимал живое участие в жизни этого круга. Источником их вдохновения был Запад, не столько потому, что там видели полное совершенство, сколько смотрели на него как на более культурную форму быта, где есть более или менее свободная общественная деятельность и политическая жизнь, где обитает оно – «просвещение».

Но это был не поверхностный европеизм. Определённо на этот счёт высказался Белинский: «Пора нам перестать казаться и начать быть, пора оставить, как дурную привычку, довольствоваться словами и европейские формы и внешности принимать за вропеизм. Скажем более: пора нам перестать восхищаться европейским только потому, что оно не азиатское, но любить его, уважать его, стремиться к нему потому только, что оно человеческое, и на этом основании всё европейское, в чём нет человеческого, отвергать с такою же энергией, как и всё азиатское, в чём нет человеческого».[4]

В основу западничества сороковых годов легло высокое представление о личности, столь подавленной в ту эпоху русского общества. Но провозглашаемая «народность» вступала в противоречие с полным пренебрежением и презрением к действительности народной жизни, к народной массе. Издавна в русском обществе жил протест, во имя неясного национального чувства, против иноземщины, приносившей в Россию рядом с необходимым обществу и государству, так же и уродливости. И в то время, как одни находили, что мы недостаточно европейцы, другим не могло не казаться, что мы уже слишком европейцы. В эту же сторону направилась работа мысли некоторых представителей русского общества объединившихся в общий кружок, названный славянофильским.

Это, в основном, были помещики не только по положению, но и по роду жизни и занятию сельским хозяйством; они были в этом отношении ближе к народной, крестьянской жизни, чем большинство западников. В основной массе они прошли школу семейного воспитания в строго патриотическом и православном духе, и эта школа была смягчена патриархальностью отношений внутри семьи.

Главные положения их философии: Запад сгнил и от него уже невозможно взять ничего; русская история испорчена Петром. Мы оторваны насильственно от родного исторического основания и живём наудачу; единственная выгода нашей современной жизни в возможности беспристрастно наблюдать чужую историю; вся мудрость человеческая истощена в творениях святых отцов греческой церкви, писавших после отделения от западной. Их нужно только изучать, дополнить нечего – всё сказано.[5]

Общефилософские построения теории даны были Н. Киреевским, богословские обоснования – А. Хомяковым, исторические и общественные тенденции развиты к. Аксаковым.

Краеугольным камнем системы было православие. Киреевский писал, что это «высший идеал, к которому может только стремиться верующий разум, конечный край высшей мысли, руководительная звезда, которая горит на высоте неба и, отражаясь в сердце, освещает разуму его путь к истине».[6]

«Народность» русская в представлении славянофилов наделена чертами поэтической красоты и высоты. Их «народная гордость» питалась не мыслью о военной мощи или восхищением естественными богатствами и многолюдством страны, но и представлением об особо присущих русскому народу демократических свойствах. А. Хомяков писал: «Мы будем, как всегда и были, демократами между прочих семей Европы…невозможно в нас вселить то чувство, тот лад и строй души, из которого развивается майоратство и аристократия, и родовое чванство, и презрение к людям и народам».[7]

Прежде всего, своею страстностью в обсуждении вопроса о «народности», славянофилы толкали и западников внимательнее отнестись к тем народным массам, которые представлялись хранителями существа народности: «Простой народ есть основание всего общественного здания страны» — неустанно твердил
К. Аксаков.[8]

Далее, славянофилы говорили о большом значении в жизни русского народа крестьянской общины. Община дорога славянофилам как единственная общественная среда, в которой возможно осуществление христианкой любви.
Общинное устройство противопоставлялось государственному как осуществление братолюбия и внутренней правды, нравственного закона. Она есть союз людей, отказывающихся от своего эгоизма, от личности своей, и являющей общее их согласие. Выражение её совокупной деятельности – совещание, сходка, вече, собор, душа, в которых дело решает не механическое начало счёта голосов, но общее согласие.

В дальнейшем споры славянофилов и западников отошли на задний план.
В.О. Ключевский так описывает обстановку в русской историографии в конце 19 века: «Былые богатырские битвы западников со славянофилами затихли и вместе со своими богатырями отошли в область героической эпопеи русской историографии. Постепенно растворяясь новыми влияниями и взаимными уступками, оба направления сближались и привыкали друг к другу, теряли сектантскую исключительность и, ассимилируясь, жизненной частью своего состава входили в общее сознание, даже становились общим местом, а что было в них специфического, неуступчивого и нерастворимого, то пыталось кристаллизоваться в новые сочетания воззрений и гипотез под названием государственников и народников…Самый варяжский вопрос, имевший некоторое соприкосновение с обоими этими направлениями и так долго служивший пробным камнем историко-критической мысли для пришлых и туземных историков, вспыхивая по временам случайными столкновениями чуть не осложнившись вопросом болгаро-гуниским, кажется, убедился, что ему не выйти из области уравнений с тремя неизвестными и утратил надежду и охоту сложиться в убеждённую и научно формулированную теорию».[9]

Развитие этих идей произошло уже в следующем веке.

ГЛАВА 3

Создание концепции «евразийства» в 20-х годах 20 века.

В начале 20 века взгляды многих исследователей обратились на Восток, как континент с большим потенциалом: «Нет никакого сомнения, что Восток смог бы и обожать победоносное развитие Европы, если бы не ряд обстоятельств, остановивших развитие восточного хозяйства и приведших его, с одной стороны, к окостенению и застою, а с другой – к такому развитию мистической магической и теократической идеологии, которая, в конце концов, и окрасила собой в глазах европейцев всю восточную культуру».[10]

После октябрьского переворота усилилась тенденция противопоставлять
Россию Западу. Эти настроения ярко выразились в поэме Блока «Скифы»:

«Мильоны – вас. Нас тьмы и тьмы и тьмы.

Попробуйте, сразитесь с нами!

Да, скифы мы! Да, азиаты мы,

С раскосыми и жадными очами».[11]

Русские философы не только на родине, но и в эмиграции, думая о путях развития России, мыслями поворачивались к Востоку как источнику новых начал общественного обустройства России. Так возникла концепция «евразийства».

«Евразийство – политическое и культурно-общественное движение русской эмиграции 20-40-х годов 20 века. Оно признавало самобытный путь развития
России, обусловленный наличием в её культуре откровенно восточных элементов. Первоначально видело в коммунизме органический момент русской истории».[12]

Н.А. Бердяев писал о членах этого движения: «В эти годы в среде русской молодежи, более обращённой к политике, образовались новые течения, отличные от течений старой эмиграции, получивших наименование
«пореволюционных». Таковы были, прежде всего, евразийцы, утвержденцы, впоследствии младороссы. С евразийцами у меня были личные отношения, и они ко мне относились хорошо, искали во мне поддержку от нападений старой эмиграции. Я частично сочувствовал пореволюционным течениям, и вот в чём.
Пореволюционная молодёжь, в противоположность старой эмиграции, признала революцию и пыталась утверждать не дореволюционное, а пореволюционное. Они примирились с тем, что произошёл социальный переворот, и хотели строить новую Россию на новой социальной почве».[13]

Решающая роль в объединении евразийцев принадлежит русскому филологу
Н.С. Трубецкому. Оказавшись после 1917 года в Софии, он выпустил книгу
«Европа и человечество». В ней говорилось об общечеловеческой ценности этнокультурного разнообразия и о необходимости сплочения всех народов для отстаивания этого духовного многоцветия от нивелирующих, материалистических в своей основе идей бездуховного европоцентризма.

На книгу Н.С. Трубецкого первым откликнулся географ П.Н. Савицкий – статьёй «Европа и Евразия». Так был введён в новом, узком значении, термин
«Евразия». П. Н. Савицкий говорил о Евразии, противостоящей как Европе
(западной), так и Азии (переднему Востоку, Индии, Дальнему Востоку).

Третьим основоположником евразийства считается музыковед П.П.
Сувчинский. Ему принадлежит выдвижение и разработка концепции бытового православного исповедничества, обеспечивавшего на всём протяжении этнической истории православного населения Евразии устойчивость жизненных форм приходской общины. Принятое из Византии православие с его глубокой традиционностью и, вместе с тем, веротерпимостью, содействовало духовному и бытовому сближению всех гетерогенных больших и малых этнических групп
Евразии .

К Н.С. Трубецкому, П.Н. Савицкому, П.П. Сувчинскому присоединился историк церкви и теософ Г.В. Флоровский; вместе они выпустили в Софии в
1921г. первый сборник из серии «Утверждение евразийцев» — «Исход к
Востоку». Этот сборник освещал духовные, религиозные различия между Западом и православной Евразией, показывал Россию, как прямую продолжательницу
Византийского христианства, принимавшего в своё лоно все объединившиеся народы и племена на всём огромном пространстве Евразии. Н.С. Трубецкой в статье «Об истинном и ложном национализме» из этого сборника приводит примеры ложного национализма. Чаще всего, пишет он, приходится наблюдать таких националистов, для которых самобытность национальной культуры их народа совершенно не важна. Для того, чтобы их народ был вполне похож на
«настоящих европейцев», стараются навязать этому народу чуждые его духу формы романо-германского государства, его идеологию, искусство и материалистический быт. Другой вид ложного национализма проявляется в воинствующем шовинизме. Здесь дело сводится к стремлению распространить язык и культуру своего народа на возможно большее число иноплеменников, искоренив в них всякую национальную самобытность.

Особой формой ложного национализма следует признать и тот вид культурного консерватизма, который искусственно отождествляет национальную самобытность с какими-нибудь уже созданными в прошлом культурными ценностями или формами быта и не допускает изменение их даже тогда, когда они явно перестали воплощать в себе национальное сознание.

Национализм истинный, вытекая из национального самопознания, весь основан на признании необходимости самобытной национальной культуры.

Старое славянофильство никак нельзя считать чистой формой истинного национализма. В нём нетрудно заметить все три вида ложного национализма, причём сначала преобладал вид третий, позднее первый и второй. Благодаря этим свойствам старое славянофильство и должно было неизбежно выродиться, несмотря на то, что отправной точкой его было ощущение самобытности и начало национального самопознания.[14]

П. Савицкий в статье «Поворот к Востоку» восклицает: «Много ли найдётся на Руси людей, в чьих жилах не течёт хазарской и половецкой, татарской или башкирской, мордовской или чувашской крови? Многие ли из русских всецело чужды печати восточного духа: его мистики, его любви к созерцанию, наконец, его созерцательной лени?»[15] Он утверждает, что
Россия составляет «континент в себе», равноправный Европе.

П. Сувчинский в статье «Сила слабых» пишет, что большевистский интернационал есть лишь волевое последствие космополитических блужданий и соблазнов безбожного, греховного интеллигентского духа; греховного, ибо вне церкви не может быть праведна мечта о всемирности и истине.[16]

Г. Флоровский в статье «О народах не-исторических (страна отцов и страна детей)» пишет, что русская историософия сразу началась с отходной, имея в виду письмо Чаадаеву. Возражая Чаадаеву, он заявляет: «Россия есть в высшей степени сложная историческая формация. Не трудно различить в русском бытие разнородные слои – варяжский, византийский, славянский, татарский, финский, польский, московский, «санкт-питербурхий» и прочая…Как бы сами собой перебрасываются мостики к норманским «вооружённым купцам», к византийскому цезаропапизму, к Номоканону, к Золотой орде и кочующим инородцам, к иезуитам и шляхте и т.д. Но этим бытом русское бытие явным образом не исчерпывается. «В рабском виде Царь Небесный исходил, благославляя» русские степи и леса. И нити паутинной тонкости тянутся от
Достоевского и Толстого, от Гоголя и Самарина, от отца Амвросия и преподобного Серафима куда-то назад, в заволжские чащи, к Нилу Сорскому и преподобному Сергию, а оттуда на Афон и далее, в раскаленные пространства
Фиваиды. Через века и пространства безошибочно осязается единство творческой стихии. И точки ее сгущения почти никогда не совпадают с центрами быта. Не в Петербурге, не в древле-стольном Киеве, не в Новгороде, не даже в «матушке» Москве, а в уединенных русских обителях, у преподобного
Сергия, у Варлаамия Хутынского, у Кирилла Белозерского, в Сарове, в Дивееве чувствуется напряжение русского народного и православного духа».[17]

Обобщая выводы евразийцев, Н.С. Трубецкой пишет, что «национальным субстратом того государства, которое прежде называлось Российской
Империей…может быть только вся совокупность народов, населяющих это государство, рассматриваемая как особая многонародная нация, и в качестве таковой, обладающая своим национализмом.

Эту нацию мы называем евразийской, её территорию – Евразией, её национализм – евразийством».[18]

Концепция евразийства в наши дни получила дальнейшее развитие, а понятие России как Евразии стало повсеместным.

Интересно высказывание Л. Гумилёва: «Когда меня называют евразийцем, я не отказываюсь от этого имени по нескольким причинам. Во-первых, это была мощная школа, и если меня причисляют к ней, то это делает мне честь. Во- вторых, я внимательно изучал труды этих людей. В-третьих, я действительно согласен с основными историко-методологическими выводами евразийцев».[19]
ГЛАВА 4 Место России в современной мировой цивилизации

Социализм, который пытались внедрить большевики в России, имеет свои корни. В частности, «Я думаю, — отмечает Н. Бердяев, — что социализм имеет источники религиозно-иудаистские, связанные с эсхатологическим мифом еврейского народа, с глубокой двойственностью его сознания, трагичной не только для истории еврейства, но и для истории человечества».[20] Маркс считал, что посредством революции пролетариата можно будет целенаправленно осуществить замену превратных отношений истинными. Речь всегда шла об исполнении религиозных императивов в политической форме. И тогда, когда революция реализует данные религией обещания, исчезнет и сама религия».[21]
Последователь славянофилов Н.Я. Данилевский отличает религиозную одарённость России как залог её исторического призвания быть вместе с другими славянскими народами «продолжателями великого дела, выпавшего на долю Израиля и Византии, быть народами богоизбранными».3

Известный политолог А.С. Панарин пишет: «Вина России в 20 веке не в её традиционализме, а в её просвещенческом романтизме, подвигшем страну на исторический эксперимент, посвящённый бесстрашному воплощению последовательной логики европейского Просвещения, связанной и с окончательным выкорчевыванием традиций и самого гнезда её – религии.
Коммунистическая Россия, таким образом, указала своим упадком не на тупики
Востока, как это сегодня утверждают близорукие или недобросовестные критики, а на тупики Запада, породившего тип самонадеянного маргинала истории, выпавшего из системы и природных, и культурных гармоний».1 Далее он пишет: «Мой постулат о конце западной фазы мирового мегацикла, открытой эпохой зарождения европейского модернизма (15 век) может выглядеть парадоксом на фоне победы Запада в холодной войне, крушения СССР и выстраивания однополярного мира. Однако формационно – цивилизационные сдвиги всегда выступали как парадоксальные. Общую парадигмальную форму этих парадоксов дало христианство, заявившее о блаженстве «нищих духом», которым предстоит наследовать землю».2

Россия сегодня выглядит поверженной и очень ослабевшей страной. Но если оценивать потенциал России в альтернативном, социально–культурном измерении, первостепенном в свете восточного духовно–религиозного и исторического опыта, то оценки перспектив России станут выглядеть иначе.

Концептуальное положение А.С. Панарина состоит в том, что без активной роли России и надлежащего статуса её в рамках новой восточной коалиции идейная и политическая консолидация Востока будет невозможна. Сегодняшний
Восток является разнородным в культурном, этноконфессиональном и геополитическом отношениях. Только держава, история, география и культура которой синтезирует импульсы Запада и Востока, Севера и Юга, способна дать насущную критику западных практик не со стороны, а как бы из выстраданного внутреннего опыта. Только тогда поворот к Востоку можно будет назвать осознанным.

Человечество имеет как бы «биполушарное» строение. С глубокой древности сложилось специфическое разделение труда, при котором Запад выступал поставщиком инновационных технологий (в том числе и социальных), а
Восток – духовных инициатив над-эмпирического, не утилитарного характера.
Не случайно, что все великие мировые религии зародились на Востоке.
Различие Запада и Востока, возможно, имеет для человечества то же значение, что и различие левого и правого полушарий человеческого мозга.
Вестернизировать мир, сделать его однополярным – то же самое, что сделать наш мозг однополушарным, лишённым его правой, образно-интуитивной структуры.

Не случайно чрезмерное усиление Запада в ущерб Востоку сопровождается примитивизацией мышления самого Запада, в частности, стратегического, геополитического мышления.

Грядущая «восточная фаза» исторического мегацикла открывает новые возможности. Предстоит, в частности, реабилитировать богатейший опыт индо- буддистской цивилизации.

Своё место в этом альтернативном универсуме грядущего, несомненно, принадлежит и России. Циклы российской истории – то же чередование западно- восточных фаз, только в отличие от цивилизаций Востока, это чередование является внутренней судьбой России, продуцируясь изнутри. Россия – центральное место планеты не только в геополитическом смысле, но и в историософском. Здесь находятся стяжки не только мирового западно- восточного пространства, но и формационного времени.

В самом механизме человеческого целеполагания заложена неизбежность отрыва низших целей от высших. Как пишет А.Тойнби, «парадоксальным, но глубоко истинным и важнейшим принципом жизни является то, что для того, чтобы достигнуть какой-то определённой цели, следует стремиться не к самой этой цели, но к чему-то ещё более возвышенному, находящемуся за пределами данной цели».1

Теория либерализма, которая пришла к нам с Запада, тесно связана с этикой. «Либерализм – это интеллектуальная и нравственная установка на такую организацию общественной жизни, которая построена на признании политических и экономических прав индивида в пределах, ограниченных действием, понимаемых как обобщение естественных потребностей нормальных цивилизованных людей».1 Нравственная философия либерализма раннего капитализма – это этика грубого эгоизма и прагматизма, выраженная Т.
Гоббсом в принципе «война всех против всех».2

Драма современного либерализма состоит в том, то он сегодня выражает позицию победителей, а в сфере духа – это сомнительное преимущество.
Либерализму изменила великая интуиция всех больших идеологий, связанная с парадоксами христианского обетования «нищих духом». Он стал откровенно служить сильным и преуспевшим и тем самым отлучил себя от источников великого духовно-религиозного вдохновения. От Запада сегодня нельзя ждать реформационных инициатив, направленных на обуздание демона техники.
Произошло фактическое самоотождествление Запада с техническим миром. Но сомнительна и стратегия некоторых стран Востока, которую А. Тойнби назвал иродианством (по имени иудейского царя Ирода). Речь идёт о том, чтобы с помощью заимствованной у Запада техники защититься от его экспансии. Такую технику, поменявшую свой пространственно-культурный статус, А. Тойнби назвал «куском европейской культуры», отколовшимся от неё.

Парадокс российского реформаторства состоял в том, что его инициаторы были бульшими западниками, чем сам Запад. Мимо них прошла начавшаяся цивилизационная самокритика Запада, отразившая роковые сомнения фаустовской культуры накануне глобального экономического кризиса. Нажитый человечеством после краха коммунистического мира опыт показал, что в безальтернативном варианте и сам Запад, как цивилизация, и его либеральная идеология быстро вырождаются. Ещё вчера США демонстративно уповали на силу либеральной идеи, мирным путём завоёвывающей мир и сокрушающей тоталитаризм, авторитаризм, национализм и фундаментализм. Сегодня США всё откровеннее заявляют о себе в качестве имперской республики, больше уповающей на военную силу и геополитические решения, нежели на либерально-республиканские принципы.1

После своей победы в холодной войне Запад пошёл в своём духовном развитии не вперёд, к культурному постиндустриализму и постэкономизму, а вернулся назад, к европо — и экономикоцентризму, к просвещенческим иллюзиям относительно миссии белого человека в мире. Это означает, что инициатива глобальной духовной реформации переходит к Востоку и в авангарде этого движения, по-видимому, будет стоять ныне поверженная Россия. Россия всегда представляла собою не обыкновенное национальное государство, а особый тип славяно-православной цивилизации, «третий Рим». И возрождаться она сможет завтра, только вооружившись цивилизационной альтернативой фаустовскому человеку, промотавшему общечеловеческое планетарное наследие в ходе технико- индустриальной авантюры модерна.

Евразийскому пространству, бесспорно, нужны кропотливые организаторы и работники, предприниматели и эксперты, ибо наша повседневность захламлена и запущена. Но никак не меньше ему нужны пламенные носители веры и смысла, ибо только взятое в духовном измерении оно обретает единство.

Цивилизационный процесс имеет два взаимосвязанных аспекта: инструментально-практический, инфраструктурный, призванный обеспечить единое экономическое, информационное, правовое пространство, и духовно- ценностный, призванный сообщить этому пространству высший ценностный смысл.
Но великие альтернативы не рождаются на пустом месте, методом волюнтаристских импровизаций. Великие альтернативы рождаются в лоне великой традиции. У России есть такая: это Православие.1

«Высшие народные идеалы, ( писал Н.Я. Данилевский, ( не сочиняются, не составляются искусственно, а коренятся в этнографической сущности народа.
Они зарождаются и вырабатываются в бессознательно творческий период их жизни, вместе с языком, народной поэзиею и прочими племенными особенностями. Впоследствии, в исторический сознательный период их жизни, эти идеалы только развиваются и укрепляются, или же разрушаются, но не восстанавливаются и не изменяются иными органическими идеями».2

Русскому народу, полагал С.Н. Булгаков, суждено остаться главным, державным в Русском государстве, «но пусть это будет положение первого среди политически равноправных и свободных народностей, соединённых общей государственностью, общим домом».3

Элитой любого современного общества является интеллигенция. А.С.
Панарин пишет, что наша интеллигенция оказалась неподготовленной к той новой встрече с Западом, к открытому диалогу мировых культур, который начался со второй половины 80-х годов 20 века.

Постсоветская интеллигенция пронизана комплексом неполноценности и более всего опасается, как бы её возможная критическая позиция не была истолкована либо как русское почвенничество, либо как наследие коммунистической догматики.

Можно выделить следующие этапы новейшей духовно-политической эволюции нашего общества.

Первый этап идеологического кризиса тоталитарного режима начался в 60- х годах. Интеллигенция начала высмеивать этот режим, а народ всё более охотно воспринимал её сарказм. Этот этап завершился массовым демократическим воодушевлением августа 1991 года. Политическую сцену августа создало соединение либерально-демократической идеи, вынашиваемой интеллектуалами, с народным антитоталитарным движением. Однако за сценой скрывались кулисы, где происходил торг: прежняя властная номенклатура соглашалась «сдать» свой режим лишь в обмен на статус монополистических буржуа. И вот, по мере того, как номенклатурный капитализм выходил на сцену, на глазах захватывая все позиции и лишая общество реальной экономической самодеятельности, в массах происходит разочарование новым официозом либерально-демократической идеологии, тогда как интеллигенция продолжает её поддерживать и насаждать. Народ требовал самодеятельности в сфере материального производства и измерял достижения в основном экономическими критериями, тогда как интеллигенция, по-видимому, готова была довольствоваться интеллектуальными свободами.1

Основная опасность для нашей страны, считает Панарин, это отсутствие настоящей национальной элиты, идентифицирующей себя с её традицией и судьбой. Требуется элита нового типа, умеющая не только организовать население по законам массового производства и потребления, но и формировать народные массы как культурно-исторический субъект, способный мобилизовать своё духовное наследие ввиду предстоящей глобальной реформации.2

Признание современной социальной мыслью глобального характера основных проблем, стоящих перед человечеством, воспроизводит некоторые моменты соборной парадигмы русской философии.

Поразительное сходство взглядов мы можем наблюдать у мыслителей начала
20-го века и современных учёных-политологов. Так, например, Н.С. Трубецкой в 1920г. в своей работе «Европа и человечество» писал:
«Романогерманцы были всегда столь наивно уверены в том, что только они – люди, что называли себя «человечеством», свою культуру – «общечеловеческой цивилизацией», и, наконец, свои шовинизм – «космополитизмом».

В свою очередь, в начале 21-го века, А.С.Панарин говорит о том, что
Соединённые Штаты Америки сейчас, выдвигая концепцию «однополярного мира», рискуют впасть в крайние проявления своего эгоцентризма. «Что означает
«однополярный мир»? Это значит, что в мире существует только одна держава, имеющая подлинный государственный суверенитет. Все остальные страны суверенными быть не могут. Это вполне естественно — раз у мира есть только один полюс, одна держава правит миром, значит, суверенитет остальных весьма условен».[22]

Соединённые Штаты Америки сейчас хотят претендовать на мировое господство, которое может быть достижимо с помощью дробления больших, способных сопротивляться государств, на более мелкие части, которые подчинить «мировому гегемону» гораздо легче.

«Базовыми принципами геополитики являются не столько вариативные факторы, меняющиеся вместе с прогрессом, сколько некоторые «инварианты», связанные со статусом государства в географическом измерении», – пишет А.
Панарин, — «Огромность евразийской равнины в значительной мере предопределила огромность российского государства и известную однотипность административно-управленческих решений. Спрятаться и изолироваться в евразийском пространстве негде; оно ставит народы, его населяющие, перед дилеммой: либо тесный союз и общность исторической судьбы, либо нескончаемая вражда. С этим в значительной степени связана условность этнических границ».[23]

Поэтому исторически так сложилось, что у нашей страны имеется огромный опыт по формированию модели жизнеустройства, основанного на суперэтнических универсалиях – в противовес географически раздробленной Европе, где стабильность основана на модели этнического сепаратизма. Но с настоящими испытаниями Россия столкнулась при столкновении с мусульманским миром, где в полной мере проявились объединительные возможности нашей страны. В этой связи стала ясна возможность устойчивого сосуществования народов, принадлежащих к разным традициям, но обречённых историей и географией на совместное проживание. Не меньшее значение, чем договорный характер славяно- тюркского общежития, имеет и расположение евразийского материка с точки зрения геометрической рациональности.

Однако сегодня активно действуют силы, готовые перечеркнуть этот опыт и взять на вооружение теорию «конфликта цивилизаций».

«Для нейтрализации потенциальных конкурентов и тех, кто имеет возможность хоть как-то противодействовать реализации их стратегических инициатив, США активно используется концепция «конфликта цивилизаций».
Когда нам сейчас говорят о «конфликте цивилизаций», это означает, что пока цивилизации, отличные от той, что претендует сейчас на мировую гегемонию, не сдались, не нивелировались, не исчезли, война не может быть закончена».[24]

Так же сам термин «конфликт цивилизаций», конфликт «христианских» стран с «исламом» звучит на фоне создавшейся ситуации, в частности на фоне событий, произошедших 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке и Вашингтоне, не совсем корректно. «США страна не христианская, а ислам настолько разнороден, что говорить о единой цивилизационной позиции исламских стран неверно, тем более, что исламский радикализм, которому инкриминируется ответственность за теракты, представляет собой маргинальную ересь реформаторского (салафитского) толка. Поэтому переносить ответственность
(еще, кстати, точно не установленных) авторов теракта на мусульман как таковых совершенно неправомочно» — утверждает философ, геополитик, лидер движения «Евразия» А.Г. Дугин. Добавить можно и то, что, реализуя принцип
«око за око», Америка проявляет себя отнюдь не со стороны поборника ветхозаветных заповедей.

Духовная же картина мира также демонстрирует тотальную запрограммированность на мировую войну. Концепция универсалий прогресса, универсалий просвещения, универсалий демократии, сформированная эпохой
Просвещения, не оставляет права на существование разных цивилизаций, у которых может быть разное будущее, разное понимание мира и человека.

Созданная и взлелеянная Соединёнными Штатами иллюзия своего могущества выглядит настолько вызывающе на фоне политической картины мира, что существует предположение, что события, произошедшие 11 сентября 2001 года, были предопределены существующим положением вещей.

«Мировой терроризм порожден самим глобальным сверхобществом во главе с
США. Он порожден социальным строем западных стран, их интеграцией в единое сверхобщество, их жизнедеятельностью по глобализации (по овладению планетой) и по западнизации незападных стран и народов. Он возник как сопротивление этому процессу»[25], — считает философ и социолог Александр
Зиновьев, — «Более того, западный мир во главе с США сам осуществляет глобализацию человечества методами террора, являясь образцом для подражания и оправдывания терроризма в глазах террористов. США фактически превратились в мирового и эпохального террориста с претензией на монополию в этом своем качестве»[26].

Существует несколько мнений по поводу «источника» акций террора
11сентября. Официальная версия СМИ отстаивает причастность исламской организации «Аль-Каида» во главе с бен Ладеном. Есть версия, что теракты – тщательно спланированная операция американских спецслужб как спасение
«новой экономики» США от надвигающегося кризиса. Трудно в сложившейся ситуации утверждать что-либо однозначно. «Мне думается, что стихийное явление, и такие вещи еще будут происходить. Это, на мой взгляд, своего рода месть народов, покинутых и преданных своими элитами. Элиты ушли за
Запад, оставив народы у разбитого корыта. Народы оставшиеся без элит, превратившиеся в молчаливое гетто, лишенное языка, способны на акты отчаяния…»[27] — размышляет А.С. Панарин. «Взрывы в Америке показали, что погоня за новым — это бег в бесконечности, превращающий все сущее в нечто временное, неустойчивое… Американцам и всем нам придется признать, что общечеловеческой цивилизации не существует, что единого человечества нет.
Запад грохочет событиями, Восток таится на глубине, придавай смысл каждому событию. Между ними мы. С окаменевшими чувствами, навечно распятые между смыслами и событиями».[28]

Тем самым хочется подчеркнуть актуальность евразийских идей для нашей страны в начале 21 века.

ГЛАВА 5 Современная «Евразийская идея»

Евразийство снова возникло и вошло в интеллектуальную жизнь Европы и нашей страны после распада государства как результат поисков ответа на мучительные вопросы: есть ли народ, есть ли будущее у русских, что его ждет и каковы интеграторы, если ему суждено существовать в некоем своем многообразном обличии?

«Для того, чтобы Россия могла занять правильную позицию в круговороте происходящих мировых событий, мы должны понять, кто мы и кто не мы, и в какой системе координат мы действуем. Это не вполне очевидно. Наше общество остается глубоко расколотым по мировоззренческому признаку. Оно смущено, растерянно, испугано, подавлено. Российское общество сегодня пребывает в тайной борьбе за альтернативные самоидентификации, за каждой из которых стоят те или иные группы влияния, те или иные пласты населения, но между которыми не существует ни идеологического, ни политического, ни мировоззренческого консенсуса. Можно провести аналогию с эпохой Петра I, когда перед Россией стоял вопрос выбора дальнейшего пути развития, и в обществе не существовало единства мнений по этому вопросу»[29] — считает философ и геополитик, лидер движения «Евразия» А.Г. Дугин.

Позиции этого движения относительно сегодняшней ситуации таковы:

У современной политической элиты очень много общего с мыслителями романо-германского периода. Присутствует, как и тогда, ненависть к русскому народу, который считается недоразвитым европейским народом, живущим в отсталой европейской стране. У российского общества не существует консенсуса относительно путей дальнейшего развития России. Наше общество пронизывают определенные идентификационные мифы, и часто встречаются люди, использующие в своем анализе совершенно противоположные операционные системы. Одни считают, что Россия есть «недоразвитая западная страна».
Сторонники этого тезиса -многочисленны в руководстве страной, среди столичной интеллигенции, столичных бизнес-элит, федеральных СМИ.

Вторая позиция — это самоидентификация России как самобытной цивилизации. По мнению сторонников данной идентификационной модели, главная опасность заключается в движении на Запад в любом вопросе: в геополитическом, культурном, экономическом, технологическом, медиакратическом. Причём в этом патриотическом лагере есть чистые националисты, озабоченные интересами только великороссов, славян с изрядной долей ксенофобии, есть ностальгирующие по советской модели. И есть евразийцы. Главный враг для них – западная цивилизация как таковая. Они обобщают все антизападные тезисы — геополитические, мировоззренческие, религиозные, исторические, культурные и социально-экономические и готовы идти на любые альянсы со всеми патриотами и державниками (как правыми, так и левыми) для спасения российской самобытности перед угрозой глобализации и атлантизма. Евразийцы утверждают идентичность России в широком цивилизационном смысле, где общий знаменатель подводится под разные этические, расовые, культурные и конфессиональные сектора. Все вместе они составляют уникальную евразийскую цивилизацию-Россию-Евразию.

Задача сегодняшних евразийцев – именно русскую самобытность превратить в универсальную модель культуры, в некое альтернативное атлантистскому глобализму, но по-своему тоже глобальное мировоззрение.

Современная евразийская теория так же создала «архетип российского и русского человека, которому присущи такие черты как отсутствие границ, ориентация на огромное пространство»[30]. Сама огромность этого пространства вынуждает прибегнуть к авторитарной модели власти на этой территории. Отсюда постоянная психологическая привязанность к структуре, к государству, к сильной организации.

Интересна и так называемая «теория модуля»:

«Есть некий модуль, который пронизывает все американское общество.
Есть некая парадигма, в соответствии с которой принимаются все решения во властных структурах. Это «атлантистский завет», то, что они называют
«manifest destiny». Это некий код sea power («морского могущества»-) секретная преемственность Левиафана, морского чудовища, ведущего сквозь века и цивилизации нескончаемую войну континентов против чудовища сухопутного, против Бегемота.

У России-Евразии тоже есть аналогичный код – «код Бегемота», парадигма «сухопутной цивилизации». У нас тоже есть своя «проявленная судьба», но она радикально отлична от судьбы Запада. Цивилизационные константы явно проступают при осмыслении русской истории — причем на всех ее этапах. Но складывается впечатление, что это происходит спонтанно, бессознательно, а на субъективном уровне элиты часто уклоняются от предначертания, кидаются в крайности, стремятся сойти (или бывают сбиты) с магистрального евразийского пути.

При этом часто наше русское общество кажется извне сплоченным, а элиты при этом действуют хаотично и разрозненно. В США же наоборот — общество внешне кажется разбросанным, но элиты действуют солидарно и жестко»[31].

На «проблему элит» обращает внимание и А.С. Панарин: «Власть прекрасно отдает себе отчет, что среди народа — мусульман, славян, всего населения
Российской Федерации, и шире, всего постсоветского пространства — есть молчаливый консенсус: Россия ни в коем случае не должна встревать ни в какую американскую авантюру ни против мирового ислама, ни против любой другой части мира. Таким образом, совершенно очевидно, что «партия Кремля»
— это уже не партия национального консенсуса. Власть делает шаги, которые заведомо противоречат не только национальным интересам страны, но и солидарному мнению ее народа»[32].

«Сегодня, как и в другие переходные эпохи в России, главное зависит даже не от того, какими конкретно методами осуществляется модернизация, а от того, кем она осуществляется – сыновьями или пасынками России»[33].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В России, вследствие однообразности равнинного ландшафта как
Европейской, так и Азиатской части произошло тесное слияние различных народов и культур, и возник новый, евразийский этнос, вобравший в себя черты как Запада, так и Востока. Наша страна является как бы моделью всего мира, и в ней внутри происходят такие же процессы, которые происходят также в и в глобальном масштабе.

Основой российского этноса является русский народ, который духовно, культурно и материально вобрал в себя черты многих народов населяющих и населявших Россию. Духовным источником развития евразийского этноса выступает Православие, и главными его чертами являются стремление к абсолютному, борьба добра со злом, стремление к соборности, общинности.

Какие же перспективы раскрываются на данный момент перед нашей страной?

Ещё в 1920 году Н.С. Трубецкой писал: «Весь центр тяжести должен быть перенесен в область психологии интеллигенции европеизированных народов.
Эта психология должна быть коренным образом преобразована. Интеллигенция европеизированных народов должна сорвать со своих глаз повязку, наложенную на них романогерманцами, освободиться от наваждения романогерманской психологии»[34].

В тяжелейших раздумьях начинала Россия XX век. В тяжелейших же и доживает его. Если мы хотим иметь будущее – мы должны научиться оценивать уроки прошлого и делать выводы из событий настоящего.

И тогда появится надежда, что Россия возродится и выполнит вселенскую миссию, используя свой богатейший потенциал.

—

————————
1 Исход к востоку. Под ред. О.С.Широкова – М.:Добросвет,1997 – 264 с.

2 Россия между Европой и Азией: евразийский соблазн. Антология – М.:
Наука,1993 – 368 с.

[1]Ключевский В.О. Курс русской истории – М.,1937
4 Ключевский В.О. Курс русской истории – М.,1937, ч. 5, с.36-37

5 Широков О. С. Проблема этнолингвистических обоснований евразийства — в кн.: Исход к востоку – М.: Добросвет, 1997
6 Соловьёв С.М. Чтения и рассказы по истории России – М: Правда, 1989
7 Там же.
9 Трубецкой Н.С. Верхи и низы русской культуры (этническая основа русской культуры) – В кн. Исход к Востоку – М: Добросвет, 1997. с.170-171
10 Соловьёв В.С. Соч. в 2 т., т. 1 – М, 1989. с.418
11 Гумилёв Л.Н. Онтогенез и биосфера земли – Л.1989
12 Карсавин Л.П. Сочинения. М.: Раритет, 1993
13 Старченко Н.Н. Мир, интуиция и человек в философии Н.О. Лосского. М.:
Знание, 1991
14 Старченко Н.Н. Мир, интуиция и человек в философии Н.О. Лосского. М.:
Знание, 1991

15 Болотоков В.Х., Кумыков А.М Феномен наций и национально-психологические проблемы в социологии русского зарубежья. М.: Логос,1998
16 Ччаадаев П.Я. Сочинения. М.: 1989
[2] Ччаадаев П.Я. Сочинения. М.: 1989

[3] Гройс Б. Поиск русской национальной идентичности. – В кн.: Россия и
Германия: опыт философского диалога. М.: Медиум, 1993
[4] История русской литературы 19 века / под ред. Д.Н. Овсяннико-
Куликовского. М.: Мир 1909
[5] История русской литературы 19 века / под ред. Д.Н. Овсяннико-
Куликовского. М.: Мир 1909
[6] Там же.
[7] Там же.
[8] Там же.
[9] Ключевский В.О. Русская историография 1861-1893гг. – В кн.:
Исторические портреты. Деятели исторической мысли. М.: Правда, 1990
[10] Рейснер М. Идеологии Востока. М-Л.,1927
[11] Блок А. Стихотворения и поэмы. М.: Художественная литература, 1963
[12] Бердяев Н.А. Самопознание. Л.: Лениздат, 1991
[13] Там же.
[14] Трубецкой Н.С. Об истинном и ложном национализме. – В кн. «Исход к
Востоку» — М. Добросвет, 1997
[15] Сувчинский П. Сила слабых. – В кн. «Исход к Востоку» — М. Добросвет,
1997
[16] Там же.
[17] Флоровский Г.В. О народах не-исторических (страна отцов и страна детей). – В кн. «Исход к Востоку» — М. Добросвет, 1997

[18] Трубецкой Н.С. Общеевразийский национализм: евразийская хроника Вып.9
– Париж, 1927
[19] Гумилёв Л.Н. Ритмы Евразии. Эпохи и цивилизации. – М.: Экопрос, 1993
[20]
[21]
3
1
2
1
1
2
1
1
2 Данилевский Н.Я.
3
1
2
[22] А.С.Панарин «Онтология террора»
(выступление на «круглом столе» «Экономико-философского собрания» МГУ,
06.10.01 г.)

[23] А.С.Панарин « В каком мире нам предстоит жить?»
[24] А.С.Панарин «Онтология террора»
(выступление на «круглом столе» «Экономико-философского собрания» МГУ,
06.10.01 г.)

[25] Литературная газета 26 сентября 2001г.
[26] Там же.
[27] А.С. Панарин «Онтология террора»
(выступление на «круглом столе» «Экономико-философского собрания» МГУ,
06.10.01 г.)
[28] Ф.И. Гиренок «Смысл и событие. Брешь в культурном слое» (выступление на «круглом столе» «Экономико-философского собрания» МГУ, 06.10.01 г.)

[29] А.Г. Дугин «Угрозы для России и поиск идентичности» (из интервью лидера ОПОД «Евразия» А. Дугина сетевому порталу km.ru)
[30] Ключников С.Ю. Выступление на круглом столе «Евразийство и современность». Опубликовано в альманахе «Лики России», выпуск второй, на базе журнала Alma Mater (Вестник высшей школы), №5-1993
[31] А.Г. Дугин «Угрозы для России и поиск идентичности» (из интервью лидера ОПОД «Евразия» А. Дугина сетевому порталу km.ru)
[32] А.С. Панарин «Онтология террора» (выступление на «круглом столе»
«Экономико-философского собрания» МГУ, 06.10.01 г.)
[33] А.С.Панарин « В каком мире нам предстоит жить?»

[34] Н.С. Трубецкой «Европа и человечество»

Курсовая работа: Система юридических наук

Содержание

Введение

1. Определение понятий «правоведение», «юриспруденция», «юридические науки»

2. Классификация юридических наук

3. Иерархия и структурные взаимосвязи различных юридических наук в системе

4. Проблемы и перспективы развития юридических наук в 21 веке.

Заключение

Список литературы

Введение

Право в практической жизни людей — явление, относящееся к обы­денным делам, к конфликтам, к согласованию сталкивающихся интересов.­

Выражается и реализуется оно в законах, правительственных постановлениях, судебных решениях, адвокатских документах и, затрагивая, так ска­зать, прозу жизни, текущие дела и заботы, связано главным образом с де­ятельностью законодателей, судей, нотариусов, следователей, других юридических работников.

Поэтому то, что называется «правом», изучал ось с глубокой древности и изучается до настоящего времени прежде всего в практических целях. Юридические знания преподаются в университетах, юридических колледжах, других учебных заведениях для того, чтобы будущие судьи, адвокаты, нотариусы, все юридические работники лучше понимали смысл законов, увязывали их между собой и с иными актами, могли делать на их основе правильные выводы, устраняя при этом возникающие коллизии, несогла­сованности. ­

Надо заметить только, что с самых далеких времен общество стреми­лось познакомить с юридическими знаниями все население, во всяком слу­чае образованную его часть, деловых людей и людей, связанных с государ­ственным управлением.

Сложность таких объектов, как право и государство, приводит к тому, что они изучаются многими юридическими науками. Последние изучают те или иные стороны, элементы и черты государственно-правовой действительности в определенном аспекте, на определенном уровне.

Юриспруденция яв­ляется общественной теоретико-мировоззренческой наукой. Юрис­пруденция призвана раскрывать основные закономерности разви­тия государства и права, их социальную роль, ценность, функции. Юридическая наука в современном виде состоит из ряда отраслей: наука, изучающая конституционное право; наука, изучающая ад­министративное право; наука, изучающая гражданское право и др. История возникновения и развития государства и права является предметом науки «История государства и права». Основопола­гающей юридической наукой является общая теория государства и права, изучающая сущность государства и права, понятия и правовые категории, общие вопросы юридической науки.

Вместе с тем юриспруденция — это не только теоретико­-мировоззренческая, но и практико-прикладная наука. Она при­звана способствовать конкретизации процессов правотворчества, реализации правовых норм, повышению эффективности их при­менения. Важное значение в современный период имеет исследо­вание проблем формирования правового государства, развития демократии и укрепления дисциплины, совершенствования зако­нодательства, улучшения деятельности правоохранительных орга­нов; изучение причин преступности и иных правонарушений, разработка мер, направленных на снижение их роста.

Наряду с законами и закономерностями юридическая наука изучает юридические принципы и аксиомы, т.е. непреложные истины, которые не требуют доказательств. Многие принципы (положения, идеи) и аксиомы были сформулированы еще в древ­ности и они не утратили своего значения и для современной юриспруденции именно в силу простейших элементарных обще­человеческих требований справедливости.

Право и государство как сложные социальные феномены имеют в своем составе большое количество разнокачественных компонентов и подсистем. Их функции многогранны, их структуры сложны. В зависимости от того, какие из этих компонентов, подсистем, структур и функций или их аспектов и уровней изучаются, и подразделяются юридические науки.

Определение понятий «правоведение», «юриспруденция», «юридические науки»

Рассмотрение системы юридических наук необходимо начать с определения термина «юридические науки».

Но при этом возникают определенные затруднения, т.к. в России проблемы, свя­занные с юриспруденцией, оказались основатель­но запутаны. Советская юридическая наука, пы­таясь осмыслить свои собственные параметры в обобщенном виде, то выходила на дисциплину, получившую название «Теория государства и пра­ва», то на общую теорию государства и права. на се­годняшней день в нашей стране нет даже более или менее приемлемого понятия «юриспруден­ция». Так, в новой Российской юридической эн­циклопедии, выпущенной в 1999 г. и содержащей очень много слов и понятий (около 4 тыс.), нет понятия «юриспруденция». В Большом энцикло­педическом словаре также нет этого понятия. Здесь содержится понятие «юридическая наука», которая, с точки зрения авторов, является сино­нимом понятия «юриспруденция».

В отличие от структуры научных и учебных дисциплин в области юриспруденции многих за­рубежных стран, в нашей стране в советское вре­мя была учреждена такая дисциплина, как «Тео­рия государства и права». Однако предмет и со­держание как науки, так и учебной дисциплины под названием «Теория государства и права» или «Теория права и государства» на протяжении уже долгих лет в нашей юридической науке определя­ются неоднозначно. Наиболее обобщенно на этот счет имеется представление в учебнике для юридических вузов под названием «Проблемы общей теории права и государства». Выделяя в системе юридической науки общепринятые три группы дисциплин (юридические науки теорети­ческого и исторического профиля; отраслевые юридические науки; специальные юридические науки)

Между тем юридическая наука представляет собой деятельность по вы­работке юридических знаний1. Юридическая на­ука, как и любая другая, представляет собой сфе­ру человеческой деятельности по «производству» определенных знаний. Представители юридичес­кой науки занимаются поиском знаний в области государства и права. Специалисты, готовящиеся к применению этих знаний на практике, называют­ся юристами, а область их знаний — юриспруден­цией. Юристы — это специалисты в области юри­спруденции, а сама юриспруденция — область зна­ний о государстве и праве. Лишь при таком подходе к понятию «юриспруденция» можно дойти до ее сути и более или менее четко пред­ставлять ее в соотношении с другими областями знаний.

Для более точного определения понятия системы юридических наук необходимо обратиться к функциям этой системы. Правоведение в целом, осуществляет по отношению к юридической практике несколько функций. Аналитическая функция заключается в исследовании действующего законодательства, в его систематическом изложении и истолковании. Функция эта состоит, прежде всего, в выяснении смысла закона, тщательном изуче­нии его содержания. Но это не все. Дело в том, что намерения законо­дателя, те цели, которые он преследовал при принятии закона, и реальные последствия применения этого закона на практике очень часто не совпадают. И задача правоведения, в том числе теории права, состоит в том, чтобы изучить практику применения закона, эффектив­ность его влияния на общественные отношения, иными словами, выявить, реализована цель законодателя или нет. Достигается это главным образом с помощью социологических исследований, выявля­ющих фактическое положение дел, реальную значимость закона. Осу­ществление аналитической функции приводит к выяснению как досто­инств, так и недостатков законодательства. Именно в этой функции сочетаются позитивные и критические начала.

Конструктивная функция служит продолжением аналитической. На основании результатов анализа правоведение, в том числе и теория права, обосновывает предложения по развитию и совершенствованию законодательства.

2. Классификация юридических наук

Юридические науки — это все знания о государстве и праве в целом. Но она подразделяется на от­дельные части, наподобие того, как целостная на­ука химия подразделяется на органическую хи­мию, неорганическую, аналитическую химию и т.д.

В юриспруденции можно выделить такие от­расли, как государственное (или конституцион­ное) право, административное, гражданское пра­во и Т.д. Соответственно потребностям юриспру­денции развивается и чисто теоретическая часть юридической науки, которая имеет различные разветвления. Здесь также можно было бы выде­лить: теорию юриспруденции; историю юриспру­денции; теорию юриспруденции зарубежных стран и Т.д.

Право изучается целым комплексом юридических наук, именуемых в целом правоведением. Теория права занимает в правоведении особое место. Это наука теоретическая, концептуальная. Она исследует содер­жание и сущность права, его структуру, составные элементы, механизм действия, т.е. общие проблемы всего правоведения. На базе теории права, опираясь на выводы этой теории, отраслевые юридические дисциплины исследуют отдельные отрасли законодательства: граждан­ское уголовное, трудовое, процессуальное и др. Вместе с тем теория права опирается на конкретику отраслевых дисциплин, обобщает их положения на более высоком теоретическом уровне.

Существует и другое представление о структуре юридических наук.

Систему юридических наук можно подразделить на три основные группы: теоретико-исторические, отраслевые и специальные.

К теоретико-историческим наукам относятся теория государства и права, истории государства и права, истории политических и правовых учений.

К отраслевым юридическим наукам относятся науки конституционного права, административного, финансового, гражданского, трудового, уголовного права и другие.

Специальные юридические науки — это криминалистика, судебная медицина, судебная психология, судебная бухгалтерия.

Весь комплекс юридических наук по достаточно устоявшейся в науке схеме делится на три большие группы: фундаментальные историко-теоретические, отраслевые и специальные юридические дисциплины. Действующая в настоящее время классификация юридических наук, утвержденная Высшей аттестационной комиссией страны, предусматривает следующие разделы2:

1) теория и история государства и права, история политических и правовых учений;

2) государственное право и управление, государственное строительство, административное право, финансовое право;

3) гражданское право, семейное право, гражданский процесс, международное частное право;

4) хозяйственное право, арбитражный процесс;

5) трудовое право, право социального обеспечения;

6) сельскохозяйственное право, земельное, водное, лесное и горное право, экологическое право;

7) уголовное право и криминология, исправительно-трудовое право;

8) уголовный процесс и криминалистика;

9) международное право;

10) судоустройство, прокурорский надзор, адвокатура. Здесь отдельные науки сведены в группы по некоторым родственным признакам.

Существуют и иные классификации, носящие так или иначе следы быстро меняющегося времени или субъективных представлений авторов. Некоторые из них, например, включают в историко-юридический цикл римское и мусульманское право, а хозяйственно-правовой цикл (хозяйственное право, земельное право, трудовое право и др.) отделяют от гражданско-правового цикла (гражданское право, семейное право и др.).

Здесь нет особой необходимости приводить различные точки зрения. Ясно одно: никакие детальные подразделения юридических наук не смогут адекватно отразить быстро меняющуюся, динамичную картину современной жизни, для которой характерно не только выделение научных направлений, но и становление отраслей, подотраслей права, комплексных отраслевых образований и в то же время отпадение и самоликвидация других направлений отраслевой юридической науки. В самом деле, специализация научного знания, развитие тех или иных процессов вызвали к жизни такие отрасли, как космическое, атомное, компьютерное право. Неблагополучное положение с охраной окружающей среды вынудило научное сообщество заняться разработкой экологического, природоохранительного права. Политическая линия, направленная на развитие рыночных отношений, побуждает юристов заниматься коммерческим, налоговым, биржевым правом и т.п.

Появление новых или усложнение существовавших правовых явлений (ипотека, залог, траст, приватизация, коммерциализация и т.д.), новых субъектов права (банки, акционерные общества, коммерческие структуры и т.д.), расширение сферы гражданского оборота, увеличение прав граждан и т.п. привлекают внимание правоведов, юристов-практиков и стимулируют проведение научных изысканий и появление на дереве юридического знания новых ветвей-направлений.

3. Иерархия и структурные взаимосвязи различных юридических наук в системе

Отраслевые и специальные юридические дисциплины занимаются исследованием, как правило, какой-либо одной области, направлений или сферы государственной или правовой жизни. В отличие от них теория права и государства занимается общими специфическими закономерностями развития права и государства. Теория права и государства выступает своеобразным резервуаром, в который могут «погружаться» или вновь «всплывать» некоторые юридические дисциплины общего или «стыкового» характера. Так, философские, политические и социологические аспекты познания общих закономерностей права и государства в советский период были интегрированы в единой науке — теории государства и права. Однако в последнее время появляются основания для выделения из этой общей основы самостоятельных дисциплин: политической науки, философии права, социологии права, энциклопедии права.

Изучая право и государство в целом, государственно-правовая теория не ограничивается анализом опыта какой-либо страны или отдельного региона, или направления государственно-правовой жизни, а на основе изучения права и государства различных исторических эпох, всех областей и направлений государственно-правовой действительности определяет общие и специфические закономерности их развития, основные признаки и существенные характерные черты.

Общая теория права и государства по отношению к отраслевым и специальным юридическим дисциплинам выступает наукой обобщающей, имеющей руководящее, направляющее, методологическое значение. Она нужна для разработки специальных, достаточно узких проблем, стоящих перед отраслевыми и специальными юридическими науками. Общая теория права и государства обобщает, синтезирует и систематизирует выводы отраслевого знания, включая их в арсенал собственных научных идей. Это не означает, что выводы теории сводятся к совокупности последних.

Можно выделить ряд отличий3 теории государства и права от других юридических наук и тем самым, более четко определить саму структуру юриспруденции. Во-первых, теория государства и права изучает государственно-правовые явления целиком, в комплексе. Остальные юридические науки являются узкоспециализированными, исследуют лишь отдельные юридические аспекты государства и права. Например, наука уголовного права изучает основу уголовно-правовой охраны общественных отношений; наука финансового права — правовое регулирование общественных отношений в сфере финансов; наука конституционного права — конституционные основы государственного устройства. Предметом отраслевого исследования может выступать таможенное дело, исполнительно-распорядительная деятельность, арбитражный процесс, природопользование, налоговая система и т.д. То есть большинство иных юридических наук изучают государство и право только с определенных позиций.

В свою очередь, теорию государства и права характеризует комплексный, всесторонний подход к изучению государственно-правовых явлений. Ее предмет охватывает все основные юридические признаки государства и права, взятые в единстве и взаимодействии.

Во-вторых, теория государства и права — общетеоретическая наука, закладывающая концептуальные основы всех юридических наук. Теория государства и права соотносится с ними во многом как общее и специальное научное знание. Она вырабатывает общеправовые категории, которые носят универсальный характер и в дальнейшем используются остальными юридическими науками. Общие понятия права, государства, правовой отрасли, нормы, правоотношения, правосубъектности, юридической ответственности и многие другие формулируются именно теорией государства и права. Отраслевые науки развивают, конкретизируют общеправовые категории с учетом своей отраслевой специфики. Так, на базе общетеоретических представлений наука уголовного права формулирует понятия уголовно-правовой нормы, источника уголовного права, уголовно-правового отношения, уголовной ответственности. Итак, теория государства и права формирует основы юридического мировоззрения.

В-третьих, теория государства и права обладает высоким уровнем абстракции, изучает основные, глобальные, общие закономерности возникновения и развития государственно-правовых явлений. К последним относятся, прежде всего, понятие, сущность, типы, формы, функции, структура, механизм, исторические тенденции и перспективы государства и права. Главное здесь — общетеоретическое осмысление правовой реальности.

Отраслевые юридические науки носят в большей степени прикладной, практический характер, используя выводы теории государства и права как базис для научных исследований уже в своей сфере. В свою очередь, теория государства и права использует теоретический и эмпирический материал, накопленный отраслевыми науками, анализирует и обобщает его для общетеоретических выводов. Таким образом, происходит взаимообогащение общетеоретического и отраслевого научного знания в системе юридических наук.

В четвертых, большинство юридических наук изучает государственно-правовые явления на примере конкретного государства — Российской Федерации, или зарубежных стран. Существует, например, наука уголовного права России, наука конституционного права России, наука гражданского права России. В отличие от них теория государства и права во главу угла ставит не закономерности какого-то конкретного государства и права или группы государств, а общетеоретические правовые категории. Это универсальная наука, в основе которой — анализ всех без исключения государственно-правовых явлений в общемировом масштабе.

В-пятых, одни юридические науки изучают исторический аспект государства и права, другие — современность. Теория государства и права исследует одновременно и исторический, и современный «разрез» государственно-правовых явлений. Предметом изучения выступают государственные и правовые системы прошлого и настоящего, их закономерности, взаимосвязи, генезис (развитие), общие проблемы и перспективы. Таким образом, теорию государства и права интересует прошлое, настоящее и будущее государства и права.

Замечено, что любая теория несет в себе методологическую нагрузку, тем большую, чем выше уровень теории. Это со всей убедительностью относится к теории права и государства, ибо последняя выступает не как механический итог знаний, накопленных частными науками. Государственно-правовая теория связана с практикой не только через отраслевые и специальные дисциплины, но и непосредственно. Вместе с тем, если отраслевые науки делают упор на современной государственной практике, на действующем праве, то общая теория права и государства отнюдь не ограничена в пространстве и во времени в своих исследованиях. Поэтому интеграция данных всех юридических наук приводит к их взаимному обогащению, а картина государственно-правовой действительности становится более верной и целостной. В конечном счете решение многочисленных проблем юридической практики, реформирование общественных отношений, обеспечение законности действий разнообразных субъектов права, совершенствование работы механизма правового регулирования — а, видимо, в этом и состоит задача любой науки — получают адекватное, объективно-научное обоснование.

Научное значение отдельных юридических дисциплин (харак­тер их взаимосвязей и отноше­ний между собой и взаимодей­ствия с юридической наукой в целом) определяется их местом и функцией в общей системе юридической науки, в структуре целостного юридико-теоретиче­скогo знания4. При этом именно научные свойства целого (то есть специфические теоретико-познавательные свойства и осо­бенности юридической науки в целом с ее единым предметом и методом) определяют научные свойства отдельных юридических дисциплин, их предмет и метод, их научно-познавательный статус и Т.д., а не наоборот. По логике системно-структурных отношений в сфере юридико-теоретическогo знания, свойства целого (юриди­ческой науки в целом) принци­пиально несводимы к сумме свойств составляющих ее юриди­ческих дисциплин и невыводимы из них.

В познавательно концентри­рованном виде эти свойства научно-юридического целого представлены в понятии права, которое исходно определяет предмет и метод юридического познания и которое в теорети­чески развернутой, структурно и функционально конкретизиро­ванной форме представлено во всей юридической науке как единой и целостной системе юридического знания. Поэтому единый предмет и метод юри­дической науки в целом – это одновременно предмет и метод также и каждой юридической науки. Ведь отдельные юриди­ческие науки как составные элементы всей системы юриди­ческой науки в целом являются лишь определенными, относи­тельно самостоятельными фор­мами (структурными частями) выражения понятийно единого юридико-теоретическоro знания, различными формообразованиями единого для всей юридической науки понятия права, то есть различными аспектами одного и того же юридическою предмета и юридического метода. Такое единство предмета и метода всех юридических наук включает в себя два момента5. Во-первых, это единство предполагает, что все юридические дисциплины представляют собой различные формы конкретиза­ции (различные аспекты пре­ломления и выражения) понятия права. Это означает, что юри­дические дисциплины в позна­вательном плане имеют поня­тийно-правовой статус и харак­тер и, следовательно, являются научными формами юридического го познания, формами выражения юридико-теоретическогo знания. Во-вторых, рассматрива­емое единство предполагает, что все юридические дисциплины являются различными формами (аспектами) конкретизации и преломления одного и того же понятия права. А это означает концептуальное единство (с точки зрения определенного поня­тия права) соответствующей; юридической науки в целом всех ее структурных частей ­отдельных юридических наук. Отмеченное единство предмета и метода разных юридиче­ских наук не означает, конечно, их тождества, поскольку при таком тождестве вообще нельзя было бы говорить о наличии разных юридических наук. Каждая юридическая наука — это отдельный элемент структуры всей юридической науки, отно­сительно самостоятельное научное формообразование в общем процессе понятийно-правового изучения и выражения о6ьективной действительности, специфически определенная составная часть теоретико-юридического познания и знания. Если предмет юридической науки в целом. это понятие права во всех аспектах его теоретико-познава­тельного проявления и выраже­ния, то предмет каждой отдель­ной юридической науки как составной части (элемента) предмета юридической науки в целом — это какой-то опреде­ленный аспект данного понятия права, какой-то определенный элемент (составная часть) юри­дической действительности. Тоже самое можно выразить и по-другому: предмет каждой отдельной юридической науки ­это определенный аспект основ­ных свойств объективной дейст­вительности в их понятийно­ — правовом постижении и выра­жении.

Применительно к отдельным отраслевым юридическим нау­кам приведенные определения можно конкретизировать и по­яснить следующим образом. Предметная характеристика науки конституционного права, науки гражданского права, на­уки уголовного права и т.д. в качестве определенных аспектов понятия права прежде всего означает, что предметом науки конституционного права являет­ся понятие конституционного права (а не, скажем, позитивное конституционное право, не соответствующие нормативно-пра­вовые акты и т.п., которые относятся к объекту данной науки), предметом науки граж­данского права является понятие гражданского права (а не пози­тивное гражданское право объект данной науки), предме­том уголовного права является понятие уголовного права (а не позитивное уголовное право объект этой науки) и т.д.

С точки зрения юридической науки (и ее предмета — понятия права) позитивное гражданское право, уголовное право и т.д. — это лишь объекты изучения, эмпирические явления в общем контексте эмпирической дейст­вительности. К этой эмпириче­ской действительности относится и государство, включая его законодательную деятельность. Осмысление всей этой эмпири­ческой действительности как права, как юридической дейст­вительности возможно лишь при наличии понятия права и с помощью понятия права. Поня­тие же права — это продукт неэмпирических явлений, а мыш­ления, мысли о них, то есть юридической науки и прежде всего — теории права и госу­дарства, в которой сконцентри­рованы все наиболее существен­ные достижения научно-теорети­ческой мысли о праве и госу­дарстве, все научно — (и теоретически) наиболее важное и значимое в совокупном знании о праве и государстве.

В соответствии со своим ­местом и значением теории права и государства в системе юридических наук ее основная научно-познавательная функция- это формулирование и обос­нование общего понятия права (включающего в себя и соответствующее понятие государства), разработка на этой поня­тийно-правовой основе –предмета и метода данной концепции юриспруденции, конкретизация исходного общего понятия права — в виде — единой, внутренне со­гласованной и непротиворечивой системы более частных (то есть более детализированных и более конкретных) понятий юридиче­ской науки как целостной сис­темы — различных юридических наук (отдельных – юридических дисциплин). — Сказанное означа­ет, что предмет теории права и государства — это формули­рование, разработка и конкре­тизация единого общего понятия права и государства в качестве предмета и метода юриспруден­ции как системы юридических наук.

Юридическое познание (как и всякое научное познание) объективного мира — это и его изучение с помощью понятия права (понятийно-правовое ос­мысление), и его теоретическое конструирование, моделирование как системы юридических поня­тий, как юридической действи­тельности, как правового мира6. В процессе научного познания юридический метод постигает и выражает объект науки как ее предмет, то есть юридический метод преобразует эмпирический объект в теоретический предмет. Само понятийно-правовое пости­жение и определение соответст­вующего круга эмпирических явлений (объектов) в качестве, (например, действующего пози­тивного) конституционного пра­ва, или гражданского права, или уголовного права и т. д. является результатом познавательных, системообразующих и структу­рообразующих функций юриди­ческого метода, с помощью которого осуществляется конк­ретизация и преломление общего понятия права применительно к познанию особенностей дан­ных объектов. Этим и обусловлены особенности юридического метода в сфере отдельных юридических наук. Юридический метод познавательно овладевает объективной действительностью, и в процессе конкретизации единого понятия права с учетом особенностей объектов (то есть в процессе объектной конкретизации предмета юридической науки) формирует систему, конкретизированных юридических понятий, определений, свойств, взаимодей­ствий, и отношений, словом, систему юридического знания, мир права.

4. Проблемы и перспективы развития юридических наук в 21 веке.

Если исходить из размышлений большинства ученых7, то станет ясно, что для преодоления кризиса теоре­тического правосознания (и правосознания в целом) требуется создание целостной интегративной юриспру­денции, объясняющей весь механизм существования права.

Все предложения по реформированию юридической науки несут в себе заряд положительного знания. Но во главу угла правовых исследо­ваний должен быть поставлен человек со своим свободным социально-твор­ческим потенциалом. Ведь не секрет, что большинство подходов в исследо­вании правовой действительности либо вообще исключали отдельного человека из круга обсуждаемых про­блем, либо лишь косвенно затрагива­ли вопросы правового существования личности. По существу, теоретичес­кие разработки отделяли право от конкретного человека, от его форм су­ществования. Все сводилось лишь к тому, что отдельный индивид должен всегда следовать установкам и прави­лам, которые созданы без него. (Хотя человек тем и ценен, что способен к са­мостоятельному творчеству.) Юриди­ческая наука не должна снимать с себя ответственность за то, что не раз­вивала творческий потенциал лично­сти, а только способствовала созданию правовой отчужденности человека.

Выбор человека в качестве цели правовых исследований не случаен, поскольку все остальные теорети­ческие конструкции устройства об­щества приводили к негативным по­следствиям для всей социальной си­стемы.

Именно идея свободного творче­ства человека должна найти право­вое осмысление в рамках теорети­ческого правосознания, а уже потом воплотиться в повседневной чело­веческой практике8. Переход теоре­тической мысли к идее о правовой свободе есть решающий фактор в становлении юриспруденции ново­го типа.

Все это дает основание говорить о создании такой теории права, кото­рая обеспечивала бы деятельно­ — творческие начала индивида, давая ему возможность самому познавать объективные обстоятельства и дей­ствовать в соответствии с познанным, формируя при этом новое правовое мировоззрение.

В настоящее время право как ни­когда нуждается в теоретическом и практическом обосновании для того, чтобы оно смогло стать реально дей­ствующим социальным феноменом, а не только вымышленным продук­том чистой абстракции. Отсюда и должно следовать такое теоретичес­кое решение, которое позволило бы достичь цели созданию творчес­ки деятельности личности, придаю­щей праву динамические свойства.

Весьма важным направлени­ем развития юридического по­знания, по мнению некоторых авторов9, является формирование таких юридических дисциплин, как философия права, социоло­гия права, юридическая полит­ология, правовая кибернетика, юридическая антропология, юридическая логика, правовая статистика, правовая информа­тика и некоторые другие дис­циплины. Эти и другие юридические дисциплины формируют­ся на стыке юриспруденции со смежными науками. Их появле­ние свидетельствует о том, что прежние междисциплинарные связи юриспруденции со смеж­ными науками (освоение и использование их методов и приемов исследования, некоторых теоретических положений и т.д.) уже не удовлетворяют теоретико-познавательные потребности юриспруденции, и она нуждается в систематической раз работке соответствующего круга проблем в рамках новой самостоятельной юридической науки.

При этом наличие таких юридических (по своему пред­мету и методу) дисциплин, как философия права, социология права, юридическая антропология, правовая кибернетика и т.д. вовсе не исключает фор­мирования таких же по своему наименованию дисциплин, которые, однако, по своему предме­ту и методу относились бы к смежным наукам. Так, наряду с философией права как юридической дисциплиной развива­лась и развивается философия права как философская дисцип­лина, как особенная философ­ская наука (наряду с другими особенными философскими нау­ками — философией природы, философией религии и т.д.). Точно так же возможны (и желательны) и социология права в виде социологической дисциплины, юридическая антропология как антропологическая дисцип­лина, правовая кибернетика – в рамках кибернетики и т.д.

В рамках юриспруденции фи­лософия права, социология пра­ва, юридическая политология, психология права, правовая кибернетика, юридическая антро­пология, юридическая логика, правовая информатика, право­вая статистика и т.д. являются юридическими дисциплинами общенаучного профиля и стату­са. Это обусловлено теми обще­научными теоретико-познавателъ­ными функциями, которые осуществляются ими в системе юриди­ческих наук и юридического по­знания. Применительно к совре­менной отечественной юриспруден­ции речь идет, в лучшем случае, лишь о процессе становления некоторых из них.

Процесс формирования новых юридических дисциплин и на­учных направлений является естественным и плодотворным направлением модернизации юриспруденции, существенным показателем ее соответствия со­временному уровню общенауч­ных достижений и ее способно­сти к дальнейшему развитию. В целом развитие междисцип­линарных связей юриспруденции с другими науками — это непростое заимствование у смеж­ных наук готовых знаний и их непосредственное использование в юридических исследованиях, а творческий процесс совершен­ствования и углубления специ­фического юридического позна­ния с учетом познавательного опыта и достижений других наук.

Только такой путь может привести к действительному углублению и развитию юридической мысли, обогащению и приращению юридических знаний.

Отечественной юриспруден­ции предстоит многое сделать в данном направлении. При этом необходимо учитывать как до­стижения и тенденции развития современной науки и зарубеж­ной юриспруденции, так и опыт, особенности и специфи­ческие задачи формирующейся постсоветской юриспруденции в России. Речь по существу идет о переходе от прежней комму­нистически идеологизированной юриспруденции, пронизанной принудительно­-приказным правопониманием и мировоззренческими установка­ми на отмирание государства и права, к новой концепции юрис­пруденции, ориентированной на ту или иную форму (вариант) юридического правопонимания, признания исходного правового смысла, ценности и неотчужда­емого характера прав и свобод человека, необходимых право­вых основ и характеристик конституционного строя, граж­данского общества, правового государства и правового закона.

В этом плане в постсоветской юриспруденции уже сделаны определенные шаги. Так, и общие теоретические, и отрасле­вые юридические дисциплины многое сделали для становления новой постсоветской правовой системы и государственности в России, изучения тенденции развития и путей совершенство­вания действующего законода­тельства (на общефедеральном, региональном и местном уров­нях), его систематизации и кодификации. Заметным дости­жением постсоветской юриспру­денции является формирование функционирование целого ря­да новых научных дисциплин и исследовательских направлений (по преимуществу в сфере ча­стного права, но также и в области публичного права), отвечающих актуальным потреб­ностям и задачам радикальных преобразований в стране в духе прав6вой демократии, рыночной экономики, политического плю­рализма и конституционно-правовой государственности10.

Вместе с тем остается нераз­работанной, во многом неясной и неопределенной сама концеп­ция (и парадигма) развития юриспруденции в современной России. В потоке нынешних публикаций и представлений о путях развития постсоветской юриспруденции можно выделить несколько концептуально раз­личных направлений: либераль­но-демократическое направле­ние; прежнее (несколько словес­но модернизированное) маркси­стско-ленинское направление; традиционалистское (антизападническое направление, апеллирующее к дореволюционной русской юриспруденции в ее почвенно-славянофильской трак­товке).

Еще одна проблема, по мнению некоторых специалистов11 в области права, — это переход от понятия «правоведение» к понятию «юриспруденция». В целом осмысление движения от правоведе­ния к юриспруденции, наблюдаемого в последние, десятилетия, позволяет сформулировать некоторые выводы, имеющие определенное значение для проникновения в сущность юридико-право­вых явлений. К их числу мы отнесли бы следующие: отправной точкой, побудительной причиной всевозможных исследований в области юридической науки является наличие в человеческом обществе потребности в юристах, специалистах по выработке и применению юридических правил, поведения; потребности в юристах, необходимость в по­стоянном совершенствовании юридических зна­ний побуждают готовить кадры по специальнос­ти «Юриспруденция», что, в свою очередь, влияет; на развитие юридической науки; наличие практически необходимой специаль­ности «Юриспруденция» требует объяснения, из чего она состоит и зачем она нужна обществу. Это и является основанием для возникновения, развития и расширения юридической науки; юриспруденция во всех сферах (не только в области названия профессиональной специальнос­ти) сегодня и в России должна прийти на смену понятию «правоведение». Дело в том, что юриспруденция значительно больше, чем «правоведение», нацелена на раскрытие сущности роли юриста в обществе, на обучение его для правовой практи­ки. Юридические факультеты университетов (уже которое столетие) являются не только мес­том, где обучаются науке права, но и учебными заведениями, где готовят профессиональных юрис­тов.

Заключение

Итак, юридические науки (правоведение, юриспруденция) – это общественная наука, изучающая право как особую систему социальных норм, отдельные отрасли права, историю государства и права, функционирование государства и политической системы общества в целом. Юридическая наука — одна из старейших общественных наук. Исторически ее возникновение связано с появлением и развитием права. Уже в древнегреческой философии были поставлены важнейшие теоретические проблемы юридической науки, а римскими юристами выработаны правовые понятия и конструкции, сохранившие свое значение и в современную эпоху. Проблемы права играют важнейшую роль в современном демократическом обществе и правовом государстве, что способствует тому, что юридическая наука занимает одно из ведущих мест среди общественных наук. Юридическая наука структурно дифференцирована на ряд отраслей: государственное право, гражданское право, уголовное право, международное право, история государства и права, история политических учений. Особое место занимает общая теория государства и права, изучающая сущность государства и права и др. общие вопросы юридической науки. Существует именно система, множество юридических наук. Это объясняется тем, что государство и право — явление сложное и многогранное, имеющее непосредственное отношение к различным сторонам общественной жизни. Изучит их в рамках одной науки невозможно. Поэтому неизбежна специализация научных знаний о различных областях государственной и правовой жизни общества. Таким образом, юридические науки представляют собой систему знаний, с определенной структурой и взаимосвязями. И важное место в системе юридических наук занимает теория государства и права, хотя и не сливается полностью с понятием «юридическая наука», как предполагают многие авторы.

Список литературы

Алексеев С. С. Теория права М.: Бек, 1995. — 320 с.

Брызгалов А. И. Юридическая наука сегодня: теоретико-методологические проблемы, которые ждут решения // Журнал российского права , 2001, № 6

Лившиц Р. З. Теория права М.: Бек, 1994. — 224 с.

Нерсесянц В. С. Юриспруденция. Введение в курс общей теории права и государства. М., 1999

Раянов М. От правоведения к юриспруденции // Государство и право, 2003, 9 , с. 5 – 9.

1 Раянов М. От правоведения к юриспруденции // Государство и право, 2003, 9 , с. 5 – 9.

2 Нерсесянц В. С. Юриспруденция. Введение в курс общей теории права и государства. М., 1999

3 См.: Алексеев С. С. Теория права М.: Бек, 1995. — 320 с.

4 Раянов М. От правоведения к юриспруденции // Государство и право, 2003, 9 , с. 5 – 9.

5 Брызгалов А. И. Юридическая наука сегодня: теоретико-методологические проблемы, которые ждут решения // Журнал российского права , 2001, № 6

6 Брызгалов А. И. Юридическая наука сегодня: теоретико-методологические проблемы, которые ждут решения // Журнал российского права , 2001, № 6

7 См.: Брызгалов А. И. Юридическая наука сегодня: теоретико-методологические проблемы, которые ждут решения // Журнал российского права , 2001, № 6

8 Раянов М. От правоведения к юриспруденции // Государство и право, 2003, 9 , с. 5 – 9.

9 См.: Брызгалов А. И. Юридическая наука сегодня: теоретико-методологические проблемы, которые ждут решения // Журнал российского права , 2001, № 6

10 Брызгалов А. И. Юридическая наука сегодня: теоретико-методологические проблемы, которые ждут решения // Журнал российского права , 2001, № 6

11 См.: Раянов М. От правоведения к юриспруденции // Государство и право, 2003, 9 , с. 5 – 9.

Реферат: Принципи одержання та використання алкінів

НОМЕНКЛАТУРА

Відповідно до вимог ІUPAC назви алкінів утворюють шляхом замінення суфіксів -ан у назвах алканів на -ін (чи -ин) із зазначенням номера атома карбону, з якого починається потрійний звўязок. Деякі алкіни частіше називають за тривіальною номенклатурою, наприклад:

СНєСН Етин (ацетилен)

СНєС-СН3 Пропін (алілен)

СН3-СєС-СН3 Бутин-2 (кротонілен)

ЕЛЕКТРОННА БУДОВА

Обидва атоми карбону при потрійному звўязку перебувають у стані sp-гібридизації, внаслідок якої утворюються по дві гібридизовані орбіталі, напрямлені під валентним кутом 1800. Перекривання гібридизованих орбіталей забезпечує лінійну будову фрагмента -СєС-. Негібридизовані ру- і рz- орбіталі кожного атома С перекриваються на взаємно перпендикулярних площинах, утворюючи два p-звўязки (рис.2).

p Площини

p-звўязків

С s С

p

p

Рисунок 2 – Схема будови потрійного звўязку в молекулі ацетилену

У молекулах гомологів ацетилену інші атоми карбону, які не беруть участі в утворенні потрійного зв’язку, перебувають у стані sp3-гібридизації.

Відмінною рисою потрійного звўязку є висока електронна густина у міжўядерному просторі, що призводить до стягування позитивно заряджених ядер і зближення атомів карбону. Тому довжина потрійного звўязку дорівнює 0,120нм, тобто вона набагато менша, ніж довжина подвійного (0,133нм) і одинарного (0,154нм) звўязків. А енергія потрійного звўязку (828кДж/моль), навпаки, більша, ніж енергія подвійного (606кДж/моль) і одинарного (347 кДж/моль) звўязків.

ІЗОМЕРІЯ

Для алкенів характерна структурна ізомерія, зумовлена такими чинниками:

-різним положенням подвійного звўязку, наприклад:

СН3-СєС-СН3 Бутин-2

СНєС-СН2-СН3 Бутин-1

-будовою вуглецевого скелета (нормальна чи розгалужена), наприклад:

Принципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівСНєС-СН-СН2-СН3 СНєС-СН2-СН-СН3

СН3 СН3

3-Метилпентин-1 4-Метилпентин-1

Крім того, ацетиленові вуглеводні виявляють ще міжкласову ізомерію – метамерію:

-з алкадієнами:

С4Н6: СНєС-СН2-СН3 Бутин-1

СН2=СН-СН=СН2 Бутадієн-1,3

-з циклоалкенами:

Принципи одержання та використання алкінівСН3

Принципи одержання та використання алкінівС6Н10: СНєС–СН2-С-СН3

СН3

4,4-Диметилбутин-1 Циклогексен

Алкіни за кількістю ізомерів займають проміжне положення серед алканів і алкенів (табл. 1).

Таблиця 1 – Порівняння кількості ізомерів для алканів, алкенів і алкінів

Кількість атомів карбону в молекулі вуглеводню

Кількість ізомерів
Алкани СnH2n+2

Алкени CnH2n

Алкіни CnH2n-2
1

1

—

—
2

1

1

1
3

1

1

1
4

2

3

3
5

3

5

3
6

5

13

7
7

9

27

14
8

18

66

32

ФІЗИЧНІ ВЛАСТИВОСТІ

За звичайних умов перші члени гомологічного ряду алкінів (С2-С4) – гази, далі ідуть рідини, а починаючи з С9 – тверді речовини.

Найважливіший із алкінів – ацетилен – безбарвний газ, погано розчинний у воді (при 200С в 1л води розчиняється 1,21г С2Н2), але добре розчинний в ацетоні (в 1л ацетону розчиняється 350л С2Н2 за н.у.) – ця властивість використовується за необхідності збереження та транспортування ацетилену (перевезення ацетилену в газоподібному стані потребує дуже великих ємностей, а під тиском – зовсім неможливе, оскільки при стисканні С2Н2 розкладається на сажу і водень). З повітрям ацетилен утворює самовибухові суміші, при 3350С він самозаймається.

Ацетилен і пропін мають слабкі естерні запахи, що зумовлює їх наркотичну і анестезуючу дію.

ХІМІЧНІ ВЛАСТИВОСТІ

Хімічна поведінка алкінів зумовлюється наявністю в молекулах потрійного звўязку, який за реакційною здатністю подібний до подвійного, але не перевершує його за активністю. З цієї причини алкіни взаємодіють за місцем потрійного звўязку повільніше. Крім того, p-електронна густина потрійного звўязку розміщена більш компактно, ніж в алкенах, тому менш доступна до дії реагентів.

І Реакції електрофільного приєднання АЕ

Реакції за цим типом проходять у дві стадії: спочатку руйнується один p-звўязок і утворюються похідні алкенів (як правило, транс-ізомери), а при розриві другого p-звўязку – похідні алканів.

1 Галогенування проходить повільніше, ніж у алкенів. Подібно до олефінів ацетиленові вуглеводні знебарвлюють бромну воду (якісна реакція на потрійний звўязок):

Принципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінів -20оC H H Br2

Принципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівСНєСН + Br2 —— а C=C ——а CHBr2-CHBr2.

CCl4 Br H

Ацетилен Транс-1,2-диброметан – 1,1,2,2-Тетрабром– етан

Аналогічно проходить і хлорування алкінів.

Зважаючи на те, що потрійний звўязок має меншу реакційну здатність порівняно із подвійним, при обмеженій кількості галогену за певних умов стає можливим селективне приєднання Hal2 саме до подвійного звўязку при одночасній наявності в молекулі і потрійного звўязку, наприклад:

СНєС-СН=СН2 + Br2 ——а CHєC-CHBr-CH2Br.

Бутен-1-ін-3 3,4-Дибромбутин-1

(вінілацетилен)

2 Гідрогалогенування. Галогеноводні приєднуються до алкінів за стадіями за правилом Марковникова з утворенням спочатку моногалогенопохідних алкенів, а при надлишку реагенту – гемінальних дигалогеналканів (в яких атоми галогену сполучені з одним атомом карбону). Іноді для прискорювання взаємодії до реакційної суміші додають каталізатори – HgCl2 чи CuCl2.

Особливо велике значення має гідрохлорування ацетилену з утворенням вінілхлориду, при полімеризації якого добувають поліхлорвініл.

140-200оC

CHєCH + HCl ——————а CH2=CH-Cl.

Ацетилен CuCl2 Хлорвініл

Слід зазначити, що приєднання HBr до несиметричних алкінів проходить за механізхмом АЕ відповідно до правила Марковникова, а за наявності пероксидних сполук (Н2О2 та ін.) проходить за механізмом АR не за правилом Марковникова, оскільки при цьому виявляється пероксидний ефект Харраша:

CH3-CєCH + 2HBr ————а CH3-CH2-CHBr2.

Пропін H2O2 1,1-Дибромпропан

3 Гідратація – реакція Кучерова. Приєднання води до потрійного звўязку проходить за правилом Марковникова при нагріванні (900С) за наявності солей ртуті (ІІ) і сильних кислот. При цьому спочатку як проміжний продукт утворюється вініловий спирт (чи його похідне), який піддається практично миттєвій ізомеризації.

Сполуки, в яких один і той самий атом карбону при подвійному звўязку одночасно сполучений з гідроксильною групою, називаються енолами (загальна структура >C=CH-OH).

Ізомеризація енолів відбувається за правилом Ельтекова:

Еноли у момент утворення піддаються кетоенольному перегрупуванню у карбонільні сполуки: первинні вінілові спирти ізомеризуються в альдегіди, а вторинні – у кетони:

Принципи одержання та використання алкінівO

Принципи одержання та використання алкінівR-CH=CH-OH Я–––––а R-CH2-C

Енол Альдегід H

(первинний)

Принципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівR-C=CH2 Я––––а R-C-CH3.

OH Енол О Кетон

(вторинний)

Реакції нуклеофільного приєднання

Термінальні ацетиленові вуглеводні, що містять потрійний зв’язок у крайньому положенні, здатні виконувати роль нуклеофільної частинки в реакціях з оксигенвмісними сполуками, тобто вступати у реакції нуклеофільного приєднання AN. Така властивість зумовлюється підвищеною електронною густиною потрійного зв’язку і помітною поляризацією зв’язку С-Н.

1 Етинілювання – взаємодія термінальних алкінів з карбонільними сполуками (альдегідами і кетонами) за наявності ацетиленідів важких металів (наприклад, CuC2) чи солей купруму(І) за умов: Т=90-120оС, Р=0,5мПа. Реакції цього типу часто об’єднують однією назвою «синтези Реппе». Внаслідок них утворюються α-ненасичені спирти, що містять у головному ланцюгу потрійний звўязок у α-положенні відносно гідроксильної групи. Причому у реакціях із формальдегідом добувають первинні спирти, з іншими альдегідами – вторинні, а з кетонами – третинні:

Принципи одержання та використання алкінівO

Принципи одержання та використання алкінівR-CєCH + H-C –––––––а R-CєC-CH2-OH,

H Cu2Cl2

Алкін Метаналь Первинний спирт

Принципи одержання та використання алкінівО

Принципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівR-CєCH + Rў-C –––––––а R-CєC-CH-Rў ,

H Cu2Cl2 OH

Алкін Альдегід Вторинний спирт

Принципи одержання та використання алкінівR’

Принципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівR-CєCH + Rў-C-Rўў ––––а R-CєC-C-Rўў.

О Cu2Cl2 ОН

Алкін Кетон Третинний спирт

Реакції етинілювання проходять за механізмом нуклеофільного приєднання АN, причому нуклеофілом виступає алкін, оскільки саме він є атакуючою частинкою, тобто реагентом, а субстратом – карбонільна сполука.

2 Вінілювання – реакції приєднання до потрійного звўязку певних реагентів, які містять рухливий атом Н. Наприклад, при взаємодії із спиртами добувають вінільні похідні, які на відміну від вінілового спирту (СН2=СН-ОН) не піддаються кетоенольному перегрупуванню, оскільки не містять гідроксильної групи при подвійному звўязку. Реакція вінілювання із спиртами і фенолами проходить за механізмом АN на твердому КОН під тиском.

Отже, до реакцій вінілювання належать такі процеси:

-взаємодія із спиртами:

Принципи одержання та використання алкінівR-CєCH + Rў-OH а R-C=CH2.

ORў

Алкін Спирт Простий етер

Наприклад, одержання бутилвінілового етеру, з якого при подальшій полімеризації добувають полімер вінілін – бальзам Шостаковського (паста для загоювання ран і опіків):

P

CHєCH + CH3-(CH2)2-CH2-OH –––––––а CH2=CH-O-C4H9;

Ацетилен Бутанол-1 КОН(т) Бутилвініловий етер

За допомогою окремої групи синтезів Реппе при каталізуючій дії солей ртуті(ІІ) чи купруму(І) одержують ненасичені карбонові кислоти та їх похідні (естери, нітрили тощо);

-взаємодія із карбоновими кислотами:

Принципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівO 170-200оC O

Принципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівCHєCH + CH3-C –––––––––––а CH3-C

OH Cu2Cl2 O-CH=CH2

Оцтова кислота Вінілацетат

-взаємодія з синільною кислотою

80-90оC

CHєCH + HCN ––––––––––а CH2=CH-CN;

Cu2Cl2 Акрилонітрил

-взаємодія з синтез-газом (суміш СО і Н2) – реакція карбонілювання, яку найчастіше застосовують для одержання із ацетилену акролеїну і акрилової кислоти за схемою

Принципи одержання та використання алкінівP O [O]

Принципи одержання та використання алкінівСHєCH + CO + H2 ––––––––а CH2=CH-C –––а CH2=C-COOH

[Ni(CO)4] Акролеїн H Акрилова кислота

Вінілацетат, акрилова кислота, акрилонітрил та їх похідні використовуються як мономери при добуванні відповідних полімерних матеріалів.

КИСЛОТНІ ВЛАСТИВОСТІ

Термінальні алкіни здатні відщеплювати атом гідрогену при потрійному звўязку і виявляти слабкі кислотні властивості за рахунок помітної поляризації звўязку С-Н. Це зумовлюється, по-перше, виникненням часткового негативного заряду на атомі карбону завдяки підвищеній електронній густині потрійного звўязку, а по-друге – sp-гібридизованим станом атома С, який збільшує його відносну електронегативність (порівняно із sp2- i sp3- гібридизованими атомами карбону).

Все це зумовлює можливість заміщення атома гідрогену при потрійному звўязку на метал при дії відповідних реагентів, наприклад:

CHєCH + 2NaNH2 ––––––––––а NaCєCNaЇ + 2NH3,

Амід натрію NH3(рідкий) Ацетиленід натрію

CHєCH + Cu2Cl2 ––а CuCєCCu Ї + 2HCl,

NH4OH Ацетиленід купруму(І) (червоно-бурий осад)

CHєCH + Ag2O –––––––––а AgCєCAg Ї + H2O.

NH4OH Ацетиленід аргентуму(I) (білий осад)

Реакції утворення алкінідів купруму(І) і аргентуму використовують для ідентифікації алкінів з потрійним звўязком у крайньому положенні.

Алкініди металів – це вибухонебезпечні речовини. Їх можна вважати солями слабкої кислоти, оскільки вони дуже легко піддаються повному гідролізу з утворенням алкіну і відповідної основи, наприклад:

NaCєCNa + 2H2O а CHєCH + 2NaOH.

РЕАКЦІЇ ОЛІГОМЕРИЗАЦІЇ

Олігомеризація – це реакція сполучення двох чи декількох молекул алкіну (мономеру), внаслідок чого утворюється ненасичений олігомер – продукт нормальної чи циклічної будови.

1Лінійна димеризація:

CHєCH + CHєCH –––––––––а CH2=CH-CєCH

CuCl/NH4Cl Вінілацетилен

Внаслідок приєднання HCl до потрійного звўязку вінілацетилену одержують хлоропрен, при полімеризації якого добувають хлоропреновий каучук.

2Циклічна тримеризація – реакція Зелінського-Казанського:

600оС

Принципи одержання та використання алкінів3CHєCH ––––––––а .

Сакт. Бензен

Гомологи ацетилену за наявності металоорганічних сполук хрому, нікелю і кобальту перетворюються у похідні бензену:

Принципи одержання та використання алкінів

3 R-CєCH –––––––а

Kat

3 Циклічна тетрамеризація

Принципи одержання та використання алкінів60о, Р.

4CHєCH –––––––––а

Циклооктатетраєн-1,3,5,7

Реакції відновлення і окиснення

1. Відновлення алкінів (каталітичне гідрування) проходить у дві стадії: спочатку утворюються алкени, а потім – алкани.

Алкіни гідруються значно повільніше, ніж алкени. Однак якщо в реакційній суміші одночасно наявні різні види ненасичених вуглеводнів, то спочатку піддаються гідруванню саме алкіни, оскільки вони легше і швидше адсорбуються на поверхні каталізатора й не допускають до нього молекули алкенів.

Залежно від природи каталізатора на першій стадії можуть утворюватися різні просторові ізомери алкенів: при використанні паладієвого каталізатора – цис-ізомери, а відновлення алкінів літієм чи натрієм у рідкому амоніаку (Li + NH3 а LiNH2 + H) приводить до транс-ізомерів.

2. Окиснення. Завдяки великій ненасиченості ацетиленові вуглеводні легко піддаються окисненню: навіть дуже розведений водний розчин KMnO4 руйнує потрійний звўязок. При цьому утворюються a-дикетони, якщо потрійний звўязок знаходиться всередині ланцюга, чи a-кетонокислоти, якщо потрійний звўязок займає крайнє положення:

[O]

Принципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівR-CєC-Rў ––––––––––––а R-C—C-Rў,

KМnO4(розв.); Н2О О О

Алкін a-Дикетон

[O]

Принципи одержання та використання алкінівПринципи одержання та використання алкінівR-CєCH––––––––––––––––––а R-C–COOH.

KМnO4(розв.); Н2О О

a-Кетонокислота

Ацетилен у цьому випадку дає щавлеву кислоту:

[O] О О

НCєCН–––––––––––––––––а C—C

(чи КООС-СООК).

KМnO4(розв.); Н2О НО ОН

Етандіова (щавлева) кислота

Сильні концентровані окисники призводять до повного розщеплення потрійного звўязку і утворення суміші карбонових кислот; якщо потрійний звўязок знаходиться у крайньому положенні, то виділяється вуглекислий газ

[O]

R-CєC-Rў ––––––––––––––а RCООН + RўСООН,

Алкін KМnO4; Н2SО4 Суміш кислот

[O]

R-CєCН –––––––––––––––а R-CООН + СО2­.

Алкін KМnO4; Н2SO4 Кислота

Ацетилен при пропусканні через підкислений розчин перманганату калію піддається повному окисненню:

[O]

CНєCН–––––––––––––а 2CО2 ­.

KМnO4; Н2SO4

Повне окиснення спостерігається і при згорянні алкінів, яке супроводжується виділенням великої кількості теплоти. Наприклад, при спалюванні ацетилену досягається температура 35000С, що застосовується при зварюванні та різанні металів.

CnH2n-2 + (1,5n – 0,5) O2 а nCO2 + (n – 1) H2O + Q.

C2H2 + 2,5 O2 а 2CO2 + H2O + 3200 кДж/моль.

РЕАКЦІЇ ІЗОМЕРИЗАЦІЇ

Під впливом різних каталізаторів потрійний звўязок може переходитися із крайнього положення всередину ланцюга і навпаки, наприклад:

[Na]

R-CєC-СН3 ––––––––а R-CH2—CєCH.

Я––––––––

[C2H5ONa]

За наявності спеціальних каталізаторів (KOH, 170oC) потрійний звўязок ізомеризується у два подвійних:

kat

СН3-CН2-СєCН –––––––а CH2=CH–CH=CH2. Бутин-1 Бутадієн-1,3

ОДЕРЖАННЯ АЛКІНІВ

Найбільше промислове значення має ацетилен, його щорічне світове виробництво перебільшує 5 млн т. У звўязку із цим розроблені специфічні способи добування С2Н2 та його гомологів.

1Гідроліз карбідів кальцію і магнію дає ацетилен і

пропін відповідно:

СаС2 + 2Н2О а Ca(OH)2 + CHєCH,

Mg2C3 + 4H2O а 2Mg(OH)2 + CHєC-CH3.

2 Піроліз вуглеводнів

Ацетилен одержують при швидкому пропусканні (тривалість реакції 0,01-0,1с) метану між електродами під час електричного розряду:

1500оC

2СН4 –––––––––––а CHєCH + H2

Ел. розряд

або через полумўя пальника у суміші з киснем (окиснювальний піроліз).

tоC

4СН4 +2O2 –––––––а CHєCH + 6H2 + H2O + CO + CO2.

Іноді піролізу піддають етан чи етилен.

3 Елімінування дигалогенопохідних, в молекулах яких атоми галогенів містяться біля двох сусідніх атомів карбону (віцинальні дигалогенпохідні) чи біля одного атома карбону (гемінальні дигалогенопохідні) – при дії на них спиртовим розчином лугу:

CH2Cl-CH2Cl + 2KOH ––––––––а CHєCH + 2KCl + 2H2O,

1,2-Дихлоретан Спирт. р-н

CH3-CHCl2 + 2KOH ––––––––––а CHєCH + 2KCl + 2H2O.

1,1-Дихлоретан Спирт. р-н

При елімінуванні несиметричних галогенопохідних виконується правило Зайцева:

CH3 –CH2-CCl2-CH3 + 2KOH ––––––а CH3-CєC-CH3 + 2KCl + 2H2O.

2,2-Дихлорбутан Спирт. р-н Бутин-2

4 Дегалогенування віцинальних тетрагалогенпохідних цинковим пилом чи магнієм

CH3 –CBr2-CBr2-CH3 + 2Zn ––––а CH3-CєC-CH3 + 2ZnBr2.

2,2,3,3-Тетрабромбутан Бутин-2

5 Із напівацетиленідів при їх взаємодії з галогеналканами отримують алкіни з кінцевим потрійним звўязком:

HCєCNa + CH3(CH2)2Br а CH3-CH2-CH2-CєCH + NaBr.

Цим самим способом можна одержувати алкіни, які містять потрійний звўязок усередині ланцюга:

CH3-CєCNa + CH3-Br а CH3-CєC–СH3 + NaBr.

Пропінід натрію Бутин-2

ВИКОРИСТАННЯ АЛКІНІВ

Ацетилен використовується у великих кількостях для зварювання і різання металів, оскільки при його згорянні виділяється багато теплоти. Крім того, він є вихідним продуктом для промислового виробництва численних сполук: ацетальдегіду, оцтової кислоти, етилену, хлороцтової та трихлороцтової кислот, поліхлорвінілу, трихлоретилену, тетрахлоретану, гліцерину, полімерів і каучуків, розчинників, пластмас.

Із інших алкінів найважливішим є вінілацетилен – для одержання хлоропренового каучуку.

Реферат: Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

ЕВРОПЕЙСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

ФИНАНСОВ, ИНФОРМАЦИОННЫХ СИСТЕМ, МЕНЕДЖМЕНТА И БИЗНЕСА /КРЫМСКИЙ ФИЛИАЛ/

Факультет экономики и менеджмента

Реферат

по дисциплине

«ИНФОРМАТИКА И КОМПЬЮТЕРНАЯ ТЕХНИКА»

на тему:

Мастер функций и Мастер диаграмм

в табличном процессоре Excel

Симферополь – 2008г.

СОДЕРЖАНИЕ

1. Мастер функций в табличном процессоре Excel

О формулах

Создание формул с использованием мастера функций

2. Мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Общие сведение о диаграммах

Построение с использованием Мастера диаграмм

Выводы

Литература

Мастер функций в табличном процессоре Excel

О формулах

Формулы представляют собой выражения, по которым выполняются вычисления. Формула всегда начинается со знака равно (=). Формула может включать функции, ссылки, операторы и константы.

Функция — стандартная формула, которая обеспечивает выполнение определенных действий над значениями, выступающими в качестве аргументов. Функции позволяют упростить формулы, особенно если они длинные или сложные.

Ссылка указывает на ячейку или диапазон ячеек листа, которые требуется использовать в формуле. Можно задавать ссылки на ячейки других листов той же книги и на другие книги. Ссылки на ячейки других книг называются связями.

Оператором называют знак или символ, задающий тип вычисления в формуле. Существуют математические, логические операторы, операторы сравнения и ссылок.

Константой называют постоянное (не вычисляемое) значение. Формула и результат вычисления формулы константами не являются.

1.2. Создание формул с использованием мастера функций

Функции используются не только для непосредственных вычислений, но и для преобразования чисел, например для округления, для поиска значений, сравнения и т. д.

Для создания формул с функциями обычно используют мастер функций, но при желании функции можно вводить и с клавиатуры.

Для создания формулы следует выделить ячейку и нажать кнопку Вставка функции в строке формул. Можно также нажать комбинацию клавиш клавиатуры Shift + F3. Например, для создания в ячейке А11 формулы для округления значения в ячейке А10 таблицы на рис. 1, следует выделить ячейку А11.

В диалоговом окне Мастер функций: шаг 1 из 2 (см. рис. 1) в раскрывающемся списке Категория необходимо выбрать категорию функции, затем в списке Выберите функцию следует выбрать функцию и нажать кнопку ОК или дважды щелкнуть левой кнопкой мыши по названию выбранной функции.

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 1. Выбор функции

Например, для округления числа следует выбрать категорию Математические, а функцию ОКРУГЛ.

Если название нужной функции неизвестно, можно попробовать найти ее по ключевым словам. Для этого после запуска мастера функций в поле Поиск функции диалогового окна Мастер функций: шаг 1 из 2 (рис. 2) следует ввести примерное содержание искомой функции и нажать кнопку Найти.

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 2. Поиск функции

Найденные функции будут отображены в списке Выберите функцию. Выделив название функции, в нижней части диалогового окна можно увидеть ее краткое описание. Для получения более подробной справки о функции следует щелкнуть по ссылке Справка по этой функции.

После выбора функции появляется диалоговое окно Аргументы функции (рис. 3). В поля аргументов диалогового окна следует ввести аргументы функции. Аргументами могут быть ссылки на ячейки, числа, текст, логические выражения и т. д. Вид диалогового окна Аргументы функции, количество и характер аргументов зависят от используемой функции.

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 3. Задание аргументов функции

Ссылки на ячейки можно вводить с клавиатуры, но удобнее пользоваться выделением ячеек мышью. Для этого следует поставить курсор в соответствующее поле, а на листе выделить необходимую ячейку или диапазон ячеек. Для удобства выделения ячеек на листе диалоговое окно Аргументы функции можно сдвинуть или свернуть.

Текст, числа и логические выражения в качестве аргументов обычно вводят с клавиатуры.

Аргументы в поля можно вводить в любом порядке.

Например, в таблице на рис. 3 округляемое значение находится в ячейке А10, следовательно, в поле Число диалогового окна Аргументы функции указана ссылка на эту ячейку. А в поле Число разрядов аргумент 2 введен с клавиатуры.

В качестве подсказки в диалоговом окне отображается назначение функции, а в нижней части окна отображается описание аргумента, в поле которого в данный момент находится курсор.

Следует иметь в виду, что некоторые функции не имеют аргументов.

По окончании создания функции следует нажать кнопку ОК или клавишу клавиатуры Enter.

2. Мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

2.1. Общие сведение о диаграммах

Диаграммы являются средством наглядного представления данных и облегчают выполнение сравнений, выявление закономерностей и тенденций данных.

Диаграммы создаются на основе данных, расположенных на рабочих листах. Как правило, используются данные одного листа. Это могут быть данные диапазонов как смежных, так и не смежных ячеек. Несмежные ячейки должны образовывать прямоугольник. При необходимости, в процессе или после создания диаграммы, в нее можно добавить данные, расположенные на других листах.

Диаграмма может располагаться как графический объект на листе с данными (не обязательно на том же, где находятся данные, взятые для построения диаграммы). На одном листе с данными может находиться несколько диаграмм. Диаграмма может располагаться на отдельном специальном листе.

Диаграмму можно напечатать. Диаграмма, расположенная на отдельном листе, печатается как отдельная страница. Диаграмма, расположенная на листе с данными, может быть напечатана вместе с данными листа или на отдельной странице.

Диаграмма постоянно связана с данными, на основе которых она создана, и обновляется автоматически при изменении исходных данных. Более того, изменение положения или размера элементов данных на диаграмме может привести к изменению данных на листе.

2.2. Построение с использованием Мастера диаграмм

Выбор типа диаграммы. В диалоговом окне Мастер диаграмм (шаг 1 из 4): тип диаграммы следует выбрать тип и вид диаграммы. Диалоговое окно имеет две вкладки: Стандартные и Нестандартные.

Во вкладке Стандартные расположены стандартные типы диаграмм Microsoft Excel и их разновидности (виды) (рис. 4).

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 4. Выбор типа и вида стандартной диаграммы

Для просмотра примерного внешнего вида выбранной диаграммы следует нажать и удерживать кнопку Просмотр результата (рис. 5).

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 5. Просмотр внешнего вида создаваемой диаграммы

Выбранный тип и вид диаграммы можно будет изменить в последующем при редактировании и оформлении диаграммы.

По окончании выбора типа и вида диаграммы в диалоговом окне Мастер диаграмм (шаг 1 из 4): тип диаграммы следует нажать кнопку Далее.

Выбор источника данных. В диалоговом окне Мастер диаграмм (шаг 2 из 4): источник данных диаграммы можно уточнить или заново выбрать источник данных для диаграммы. Диалоговое окно имеет две вкладки: Диапазон данных и Ряд.

Если перед началом создания диаграммы на листе были выделены ячейки с данными, то во вкладке Диапазон данных в поле Диапазон указан диапазон ячеек листа, для которого создается диаграмма (рис. 6). А на листе этот диапазон обведен бегущим пунктиром. При необходимости можно очистить поле Диапазон и, не закрывая диалогового окна, на листе выделить другой диапазон ячеек.

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 6. Выбор источника данных

Как правило, независимо от размещения данных на листе, Microsoft Excel правильно выбирает вариант построения рядов данных (по строкам или по столбцам выделенного диапазона) и устанавливает соответствующий переключатель (на строках или на столбцах). Имена рядов данных, показываются в легенде. При необходимости можно выбрать самостоятельно, но это существенно изменит вид диаграммы (рис. 7).

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 7. Выбор источника данных

Содержание вкладки Ряд зависит от типа выбранной диаграммы, а также от выбора варианта построения рядов данных (рис. 8, рис. 9).

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 8. Выбор рядов данных и подписей делений оси Х: ряды данных в столбцах

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 9. Выбор рядов данных и подписей делений оси Х: ряды данных в строках

По окончании работы с источниками данных диаграммы в диалоговом окне Мастер диаграмм (шаг 2 из 4): источник данных диаграммы следует нажать кнопку Далее.

Выбор основных параметров. В диалоговом окне Мастер диаграмм (шаг 3 из 4): параметры диаграммы можно выбрать и установить основные параметры диаграммы. Диалоговое окно, в зависимости от типа создаваемой диаграммы, имеет от трех до шести вкладок: Заголовки, Оси, Линии сетки, Легенда, Подписи данных, Таблица данных.

Во вкладке Заголовки (рис. 10) можно создать основные подписи в диаграмме. Заголовки в соответствующие поля вводятся с клавиатуры. В последующем при редактировании и оформлении диаграммы можно будет изменить названия или сделать так, чтобы соответствующие заголовки автоматически вставлялись из ячеек листа.

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 10. Создание основных подписей в диаграмме

Во вкладке Оси (рис. 11) в большинстве случаев ничего изменять не приходится. При желании можно, например, снять флажки ось Х и ось У и отказаться от осей на диаграмме. Это допустимо в тех случаях, когда на диаграмме отображаются подписи данных.

Задать параметры оси (максимальное и минимальное значения, цену деления и др.) пока невозможно. Это можно будет сделать при редактировании и оформлении оси. Вкладка Оси отсутствует при создании круговых и кольцевых диаграмм.

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 11. Выбор осей диаграммы

Во вкладке Линии сетки (рис. 12) можно установить отображение линий сетки. Шаг линий сетки определяется ценой деления, установленной для соответствующей оси. Линии сетки облегчают восприятие величины данных на диаграмме. С другой стороны, установка всех линий сетки по всем осям затрудняет просмотр диаграммы. Для гистограмм обычно достаточно основных линий сетки по оси значений. Для графиков и точечных диаграмм полезно отобразить основные линии сетки и по оси категорий. Вкладка Линии сетки отсутствует при создании круговых и кольцевых диаграмм.

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 12. Установка линий сетки диаграммы

Во вкладке Легенда (рис. 13) можно установить отображение легенды диаграммы и выбрать ее расположение. Наличие легенды желательно при создании диаграммы для нескольких рядов данных. При создании диаграмм для одного ряда данных или при наличии подписей на элементах данных диаграммы легенда не обязательна. Если в исходные данные диаграммы были включены имена рядов данных, подписи в легенде автоматически формируются из содержимого указанных ячеек, а затем автоматически изменяются при изменении содержимого ячеек. Если же имена рядов не были заданы, то в легенде будет отображен текст Ряд 1, Ряд 2 и т. д. В любом случае произвольно изменять текст легенды нельзя.

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 13. Установка отображения легенды диаграммы

Во вкладке Подписи данных (рис. 14) можно выбрать подписи, помещаемые на элементы данных диаграммы. Одновременно можно выбрать несколько подписей данных. В этом случае в раскрывающемся списке Разделитель можно выбрать символ, разделяющий записи. Содержание подписей данных автоматически формируется из содержимого соответствующих ячеек, а затем автоматически изменяется при изменении содержимого ячеек. Произвольно изменять содержимое подписей данных нельзя.

Задать параметры размещения подписей данных пока невозможно. Это можно будет сделать при оформлении подписей.

Для гистограмм, линейчатых диаграмм, точечных диаграмм и графиков подписи значений существенно облегчают восприятие. Для круговых и кольцевых диаграмм может быть полезно отображение значения доли. При отсутствии легенды или осей можно установить отображение имен рядов и имен категорий.

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 14. Установка отображения подписей данных диаграммы

Во вкладке Таблица данных (рис. 15) можно установить отображение таблицы данных, для которых создается диаграмма, непосредственно на диаграмме. Наличие такой таблицы существенно облегчает восприятие диаграммы, размещенной на отдельном листе, и практически никогда не требуется для диаграммы, размещенной на листе с данными. Содержание таблицы данных автоматически формируется из содержимого соответствующих ячеек, а затем автоматически изменяется при изменении содержимого ячеек. Произвольно изменять содержимое таблицы данных нельзя.

Вкладка Таблица данных отсутствует при создании круговых и кольцевых диаграмм.

Мастер функций и мастер диаграмм в табличном процессоре Excel

Рис. 15. Установка отображения таблицы данных диаграммы

В любом случае основные параметры диаграммы можно будет изменить в последующем при редактировании и оформлении диаграммы.

По окончании установки основных параметров диаграммы в диалоговом окне Мастер диаграмм (шаг 3 из 4): параметры диаграммы следует нажать кнопку Далее.

Выводы

Формулы представляют собой выражения, по которым выполняются вычисления. Формула всегда начинается со знака равно (=). Формула может включать функции, ссылки, операторы и константы.

Функция — стандартная формула, которая обеспечивает выполнение определенных действий над значениями, выступающими в качестве аргументов. Функции позволяют упростить формулы, особенно если они длинные или сложные.

Ссылка указывает на ячейку или диапазон ячеек листа, которые требуется использовать в формуле. Можно задавать ссылки на ячейки других листов той же книги и на другие книги. Ссылки на ячейки других книг называются связями.

Оператором называют знак или символ, задающий тип вычисления в формуле. Существуют математические, логические операторы, операторы сравнения и ссылок

Константой называют постоянное (не вычисляемое) значение. Формула и результат вычисления формулы константами не являются.

Для создания формул с функциями обычно используют мастер функций, но при желании функции можно вводить и с клавиатуры.

Диаграммы являются средством наглядного представления данных и облегчают выполнение сравнений, выявление закономерностей и тенденций данных.

Диаграмма может создаваться при помощи Мастера диаграмм. Это процесс схематично можно представит в следующем виде: Шаг 1. Выбор типа диаграммы → Шаг 2. Выбор источника данных для диаграммы → Шаг 3. Выбор параметров диаграммы → Шаг 4. Заключительный

ЛИТЕРАТУРА

Берлинер Э. М., Глазырина И. Б., Глазырин Б. З. Microsoft Office 2003: Руководство пользователя. — М.: БИНОМ, 2004. – 314 с.

Долженков В.А., Колесников Ю.В. Microsoft Excel 2003. — СПб.: БХВ-Петербург, 2004. – 1023 с.

Каммингс С., Коварт Р. Секреты Office 97: Пер. с англ. — К.: Диалектика, 1997. — 572с.

Компьютерные технологии обработки информации: Учеб. пособие для студ. вузов. / Под ред. С.В. Назарова. — М.: Финансы и статистика, 1995. — 248с.

Новейший самоучитель работы на компьютере / Под ред. С. Симонович. — М. : Десс, 1999. — 653с.

Симонович С.В., Евсеев Г.А., Алексеев А.Г. Специальная информатика: Учеб. пособие. — М. : АСТ-ПРЕСС, 1998. — 480с.

Экономическая информатика. Введение в экономический анализ информационных систем: Учебник для вузов, обучающихся по экон. спец. — М. : Инфра-М, 2005. — 958с.

Реферат: Ценообразование на рынке государственных ценных бумаг

ФИНАНСОВАЯ АКАДЕМИЯ

ПРИ ПРАВИТЕЛЬСТВЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Кафедра менеджмента

КУРСОВАЯ РАБОТА на тему:

Ценообразование на рынке государственных ценных бумаг

Студент группы К 3-6

Данилов Е. Е.

Научный руководитель доц. Чупрякова Л. М.

Москва

1996 г.

Содержание

|Введение |3 |
|………………………………………………………….| |
|…………………………………………. | |
| | |
|I. Сущность государственных ценных бумаг, общие условия их выпуска |4 |
|и обращения, функционирование рынка государственных ценных бумаг | |
|…………. | |
| | |
|II. Модели ценообразования на государственные ценные бумаги, расчет|9 |
|цены и доходности государственных ценных бумаг | |
|………………………………………………. | |
| | |
|III. Внешние факторы ценообразования на государственные |12|
|ценные бумаги | |
|………………………………………………………….| |
|………………………………… | |
| | |
|Заключение |17|
|………………………………………………………….| |
|…………………………………….. | |
| | |
|Литература |19|
|………………………………………………………….| |
|…………………………………….. | |

Введение

В настоящее время в Российской Федерации происходит развитие такого немаловажного сектора экономики, как рынок государственных ценных бумаг, правовые основы которого были заложены еще некоторыми законодательными актами СССР. Однако окончательно рынок государственных долговых обязательств пока не сформировался, и его расширение продолжается.

Так, к концу октября емкость рынка госбумаг достигла 216 трлн. рублей[1] (около 9,9% годового ВВП), увеличившись за 10 месяцев в реальном выражении в 2,4 раза. Примечательно, однако, что в последнее время темпы роста госдолга заметно уменьшились. Если в первом полугодии внутренний долг в ГКО-ОФЗ увеличивался в реальном (с поправкой на инфляцию) выражении в среднем на 10% в месяц, то в августе уже на 8%, а в октябре ( на 6%. Причин тому несколько.

Во-первых, резкое и устойчивое снижение общего уровня доходности.
Средневзвешенные эффективные ставки вторичного рынка сейчас не превышают
60% годовых, в то время как еще в июле они были втрое выше. Во-вторых, сказывается заметное снижение фискальных запросов Минфина. Если в первом полугодии среднемесячный объем нетто-заимствований составлял 4 трлн. рублей
(с абсолютным максимум в марте ( 7,65 трлн.), то в июле-октябре всего 1,5 трлн. (в том числе в прошедшем месяце ( 2,1 трлн. рублей). Несмотря на кардинальное снижение доходности, госбумаги по этому показателю сохраняют лидирующие позиции среди всех финансовых инструментов. Например, прирост индекса цен ГКО (то есть темп увеличения стоимости среднестатистического пакета облигаций) за октябрь составил 5,3% (в сентябре ( 7%), что соответствует месячной валютной доходности чуть более 4% (около 60% годовых). Гораздо интенсивнее дорожали ОФЗ (по среднему индексу котировок за октябрь ( на 9,9 %), однако степень колеблемости их котировок на вторичных торгах (а следовательно, и риск краткосрочных вложений) почти вдвое выше, чем у ГКО.

Таким образом, кратко проанализировав рынок государственных ценных бумаг, мы видим, что операции с ценными бумагами в России являются не только одними из наиболее гарантированных (действительно, в международной практике обязательства правительства относят к первой категории надежности, в Российской Федерации же до сих пор выпущенные Минфином облигации также исправно погашались), но и одними из наиболее прибыльных инструментов. В целом по итогам 10 месяцев валютная доходность вложений в ГКО составила более 100% годовых, в ОФЗ ( около 80% годовых, в то время как в ОВВЗ ( менее 50%.

Данные тенденции позволяют говорить о том, что по показателям доходности и надежности вложения в государственные ценные бумаги РФ можно приравнять к депозитным вкладам в крупных банках. Следовательно, рынок государственных обязательств обладает потенциалом наиболее быстро растущего сектора экономики, что, несомненно, повышает интерес инвесторов к этой области. Однако, проведение успешных операций на данном рынке невозможно без четкого понимания законов ценообразования, наиболее активно влияющих именно на данный сектор экономики. Поэтому в настоящей работе и будут рассмотрены принципиальные подходы и модели ценообразования на государственные ценные бумаги, а также внешние объективные и субъективные факторы, влияющие на формирование цены на государственные обязательства.

I. Сущность государственных ценных бумаг, общие условия их выпуска и обращения, функционирование рынка государственных ценных бумаг

Государственные ценные бумаги ( это долговые обязательства эмитента
(государства, чаще всего в лице казначейства) перед приобретателем данных обязательств (держателем государственных ценных бумаг) в том, что эмитент обязуется в срок и в полной мере погасить ценные бумаги, выплачивать причитающиеся проценты, если таковые следуют из договора о покупке ценных бумаг, а также выполнять прочие обязательства, которые оговорены в договоре.

В мире централизованный выпуск ценных бумаг используется в качестве инструмента государственного регулирования экономики: как рычаг воздействия на денежное обращение и управления объемом денежной массы; а также как средство неэмиссионного покрытия дефицита государственного и местного бюджетов, способ привлечения денежных средств предприятий и населения для решения тех или иных конкретных задач. Накоплен богатый опыт моделирования и выпуска разнообразных финансовых гособязательств, отвечающих потребностям и запросам различных инвесторов ( потенциальных вкладчиков в государственные ценные бумаги.

В распространении и обращении государственных ценных бумаг значительную роль играют коммерческие банки, приобретающие и продающие их на фондовых рынках. Такие банки занимают одно из ведущих мест среди держателей рассматриваемых бумаг (так, в США в конце 80-х годов коммерческие банки были держателями рыночных ценных бумаг федерального правительства на сумму примерно 200 млрд. долл., что составляет около 10% общего объема выпущенных в обращение бумаг). Еще более велика роль коммерческих банков как дилеров, через руки которых проходит значительно большее количество государственных ценных бумаг, нежели аккумулируемое ими как держателями.

Государственные ценные бумаги принято делить на рыночные и нерыночные
( в зависимости оттого, обращаются ли они на свободном рынке (первичном и вторичном) или не входят во вторичное обращение на биржах и свободно возвращаются эмитенту до истечения срока их действия. Основную часть государственных ценных бумаг составляют рыночные.

К числу государственных ценных бумаг, принятых в мировой практике, относятся следующие.
1. Казначейские векселя ( краткосрочные государственные обязательства, погашаемые обычно в пределах одного года со времени их выпуска и реализуемые с дисконтом, т. е. по цене ниже номинала, по которому они погашаются (либо продаваемые по номиналу, а выпускаемые по цене выше номинала).
2. Среднесрочные казначейские векселя, казначейские боны ( казначейские обязательства, имеющие сроки погашения от одного до пяти лет, выпускаемые обычно с условием выплаты фиксированного процента.
3. Долгосрочные казначейские обязательства ( со сроком погашения до десяти лет и более; по ним оплачиваются купонные проценты. По истечении срока обладатели таких государственных ценных бумаг имеют право получить их стоимость наличными или рефинансировать в другие ценные бумаги. В некоторых случаях долгосрочные обязательства могут быть погашены при наступлении предварительной даты, т. е. за несколько лет до официального срока погашения.
4. Государственные (казначейские) облигации ( по своей природе и назначению близки к среднесрочным и долгосрочным казначейским обязательствам (а иногда с ними даже не разграничиваются). Отдельные виды государственных облигаций, в частности, сберегательные облигации, могут распространяться на нерыночной основе.
5. Особые виды нерыночных государственных ценных бумаг в виде иностранных правительственных серий, серий правительственных счетов, серий местных органов власти (например, в советской экономике широкое распространение получили беспроцентные товарные облигационные займы).

Таким образом, займы можно классифицировать:
1. в зависимости от эмитента;
2. от характера выплаты доходов:
3. выигрышные;
4. целевые;
5. беспроцентные;
6. с фиксированным и плавающим процентом;
7. с единовременной суммой выплаты и по частям;
8. бескупонные, где доход равен разнице цены покупки и погашения;
9. по предназначению:
10. для населения;
11. для юридических лиц;
12. по характеру оформления:
13. государственные ценные бумаги (бумажная форма / безбумажная);
14. договором (для внешних займов);
15. ценные бумаги свободно обращающиеся на рынке и займы нерыночного характера.

В последние годы стал быстро развиваться российский рынок государственных ценных бумаг. В этой связи стоит еще раз вспомнить об оригинальной версии государственных ценных бумаг в виде принудительно распределявшихся в СССР облигаций государственных займов, а также о нелегальном рынке подобных облигаций, на котором они скупались за бесценок.

Однако, ближе к собственно рынку государственных ценных бумаг подошли облигации «золотого» займа, не только продававшиеся, но и покупавшиеся сберегательными банками. Но инфляция подорвала основы их функционирования.
Официальные цены на эти государственные ценные бумаги назначались госорганами в виде не только цен продажи, но и цен скупки (облигаций) и выкупа товарных облигационных займов (продолжающегося до сих пор).

Некое подобие рынка государственных ценных бумаг возникло в связи с созданием вторичного рынка купли-продажи приватизационных чеков (
«ваучеров». Цена первичного рынка ( 10 тыс. руб. за «ваучер», учитывая и то, что она не взымалась с приобретателей этой ценной бумаги, оказалась весьма условной. А вот вторичные рынки продемонстрировали применительно к этому виду государственных ценных бумаг возможность действия рыночного механизма ценообразования.

«Ваучеризация» ознаменовала начало реального процесса становления российского рынка государственных ценных бумаг. Сегодня наблюдается довольно быстрое расширение емкости этого рынка, т.е. объема проводимых на нем операций. Все большее число юридических и физических лиц стремится выйти на этот развивающийся сектор отечественного финансового рынка в качестве и покупателей, и продавцов. Некоторые из них становятся подлинными инвесторами, рассчитывая на часть доходов от дел, в которые вложены деньги, затраченные на приобретение ценных бумаг. Значительное же количество участников рынка государственных ценных бумаг предпочитает видеть в них лишь оптимальное орудие спекулятивных операций (тем более, что рынок негосударственных ценных бумаг принес многим разочарования и прямые потери).

Несмотря на это, в настоящее же время рынок государственных ценных бумаг уже в достаточной степени развит: существует целый ряд различных по своей сути государственных обязательств, которые могут являться объектами ценообразования.

1. Облигации федерального займа (для юридических лиц). Срок обращения более
1 года (378 дней), безбумажная форма выпуска. Все операции по ним ведутся на счете-депо. Выплачивается переменный ежеквартальный доход. Купонные среднесрочные ценные бумаги.

2. Государственные краткосрочные бескупонные облигации (ГКО). Выпущены в обращение государственные краткосрочные облигации со сроком обращения 3,
6 и 12 месяцев, с июля 1994 г. эмиссия трехмесячных облигаций проводится дважды в месяц, а шестимесячных и годовых ( ежемесячно. По этому виду облигаций процентные выплаты не производятся, так что доход по ним в течение всего периода обращения равен дисконту, т. е. разнице между номиналом и ценой продажи на первичном рынке. Естественно, что для отдельного владельца облигации, приобретающего ее на первичном или вторичном рынке, доход определяется как разность между ценой последующей продажи (или погашения) и ценой покупки.
Доходность различается по сериям, безбумажная форма.
Начальные крупные сделки с ГКО совершаются в торговой системе Московской межбанковской валютной биржи, а также на Центральной фондовой бирже
(некоторое время операции с ГКО велись и на Московской товарной бирже (
ВДНХ). К торгам допускаются уполномоченные дилеры, которые либо оперируют собственными денежными средствами и облигациями, либо выступают от лица клиентов. Доход, полученный от продажи ГКО, не облагается налогами.
С 1996 года операции с ГКО и ОФЗ ведутся также с нерезидентами.

3. Облигации государственного сберегательного займа (ОГСЗ) выпущены после
1995 года разными сериями в бумажной форме. Срок обращения ( 1 год.
Переменный ежеквартальный купонный доход. Предназначены для населения.

4. Облигации Государственного республиканского внутреннего займа РСФСР 1991 г., именуемые государственными долгосрочными облигациями (ГДО), выпущены на срок 30 лет. Выпускаются серией октябрь / апрель. По ним ежегодно производятся процентные выплаты в размере 15% от номинала, поэтому тридцатилетний заем фактически представляет совокупность тридцати годичных займов. Бескупонные, чаще всего инвесторами используются как годичные: каждый год определяется время для их погашения ( 1 неделя.
Процентные выплаты, не облагаются налогом, тогда как доход от перепродажи этого вида ценных бумаг подлежит налогообложению.

5. Ценные бумаги нерыночного характера. Предназначены для страховых компаний, пенсионных и внебюджетных фондов. Максимальный доход равен 400
% годовых.

6. Облигации выигрышного займа 1992 года. Предназначаются для населения.
Выпущены в бумажной форме. Долгосрочные: сроком на 16 лет. Доход выплачивается в виде выигрышей. В 1992 году облигации 1982 года были обменяны на эти облигации. сейчас облигации 1982 года меняются также на
ОГСЗ.

7. Облигации внутреннего государственного валютного займа (ОВВЗ) выпущены в
1992-93 гг. под обеспечение замороженных счетов Внешэкономбанка СССР (ВЭБ- овки). В 1993 году было принято решение полностью погасить обязательства перед населением. Для юридических же лиц были выпущены в безбумажной форме ОВВЗ. Они деноминированы в долларах США. Заем состоит из 15 ежегодно и поочередно погашаемых траншей с разными сроками погашения (от года до 15 лет). Доход по этим облигациям выплачивается в размере 3% годовых и не подлежит налогообложению. Облигации свободно обращаются на рынке.

8. С 1982 года ведется также выпуск валютных облигаций внешних займов.

9. Золотые сертификаты (ЗС) обращались на рынке ценных бумаг в течение года, с сентября 1993 г. по сентябрь 1994 г., т. е. относятся к числу погашенных ценных бумаг. Вполне возможны, однако, их последующие выпуски.
Процентный доход по золотым сертификатам выплачивался ежеквартально в размере трехмесячной долларовой ставки ЛИБОР (ежедневно публикуемая средняя ставка процента, по которой банки Лондона размещают свои депозиты в других банках, играющая роль международного ориентира) плюс 3% годовых.
Цена на золотой сертификат в виде цены первичного размещения устанавливалась Министерством финансов РФ исходя из золотого эквивалента сертификата на основе второго фиксинга цены золота пробы 0,9999 на
Лондонском рынке. Пересчет этой цены в рубли осуществлялся по официальному курсу, устанавливаемому Центральным банком России. К цене, определенной таким образом, добавлялась премия в виде накопленного процента за период, прошедший с начала квартала, с тем чтобы дифференцировать квартальный доход в зависимости от срока приобретения сертификата.
От налога освобождались процентный квартальный доход и разница между ценой первичной продажи сертификата и его погашения. Тем самым формально прибыль от перепродажи становилась объектом налогообложения.
Обращение золотых сертификатов не было ограничено, но сделки подлежали обязательной регистрации в Министерстве финансов. Несмотря на отсутствие ограничений на перепродажу, вторичный рынок золотых сертификатов не сформировался (информация о нем отсутствовала). Таким образом, вместо свободной рыночной цены на ЗС имела место единственная исходная цена продажи, назначаемая Министерством финансов РФ, или цена первичного размещения.
Предполагается снова выпустить золотой сертификат с квартальным доходом и погашением рублями, валютой или золотом (10 кг). Доходность исчислялась бы по ставке Libor (цена предложения на Лондонском межбанковском рынке;
Lebit ( цена спроса на Лондонском межбанковском рынке; Mebit ( цена спроса на Мадридском межбанковском рынке и т.д.), умноженной на 10 пунктов. Предполагаемый срок действия сертификата ( 3 года.

10. В 1995 году в обращения были выпущены казначейские обязательсятва (не те КО 90-ого года для населения), эмиссия осуществлялась в целях финансирования бюджетного дефицита. Ими можно было погашать налоговые платежи перед бюджетом, рассчитываться с другими предприятиями. После 5 индоссаментов (передаточная надпись на векселе) они могли поступать на свободный рынок. Доходность была 40% годовых, безбумажная форма, т. е. аналогично векселям.
По требованию МВФ выпуск КО прекращен, так как их посчитали денежным суррогатом, т. е. инфляционным источником покрытия бюджетного дефицита.

11. В 1995 году также выпущены казначейские векселя сроком обращения 10 лет, которые получили банки, потому что бюджет был им должен за льготное кредитование с/х предприятий.

В заключение отмечу, что эмитентом государственных ценных бумаг в
Российской Федерации выступает Минфин, а основным оператором по ним ( Банк
России. Тогда возникает вопрос: в какой мере ценообразование на государственные ценные бумаги может быть отнесено к банковскому. Проблема состоит в том, что коммерческие банки не имеют прямого отношения к эмиссии этого вида ценных бумаг и их первичному распространению. Вместе с тем даже первичная продажа государственных ценных бумаг представляет собой операцию центробанка, которая проводится на открытом рынке и в которую вовлекаются коммерческие банки. В последующем же они превращаются едва ли не в главных продавцов и покупателей государственных ценных бумаг. Данные обстоятельства и позволяют рассматривать цены на эти бумаги в качестве цен на банковский продукт (или включать формирование цен на государственные ценные бумаги в банковское ценообразование).

II. Модели ценообразования на государственные ценные бумаги

Анализируя механизм ценообразования на государственные ценные бумаги, следует различать те его части (злементы), которые предопределяются государственными органами, выпускающими ценные бумаги, и те, что формируются под воздействием вторичного рынка, а значит, отражают рыночные процессы столкновения спроса и предложения. Рыночные элементы этого механизма мало чем отличаются от моделей ценообразования на валюту и ценные бумаги. А вот элементы, подверженные государственному влиянию, обретают специфические черты.

Основные особенности ценообразования на государственные ценные бумаги закладываются их эмитентами еще на стадии разработки и принятия условий выпуска ценных бумаг, определения рыночного лространства их распространения и действия. Если такое пространство является крайне узким (как это, например, имело место по отношению к золотым сертификатам), цена государственных ценных бумаг практически однозначно определяется такими установленными заранее параметрами, как цена первичного размещения, цена погашения, процентная ставка и премия. В этом случае цена привязывается к дате продажи ценной бумаги и вполне может быть названа назначаемой. Однако, пространство вторичного рынка, зона его действия не ограничены, и эмитент способен предопределить только начальную цену первичного размещения и конечную цену погашения, тогда как промежуточные цены в течение всего периода действия ценных бумаг устанавливаются рынком, а не выпускающими их государственными органами.

Поскольку государственные ценные бумаги по своей природе являются долговыми (а не долевыми, как, например, акции предприятий), любая государственная ценная бумага обладает фиксированными ценами первичной продажи и погашения, а также сроком действия, датой погашения. Отсюда следует, что основным трендом цены является кривая, соединяющая значения цен в момент первичной продажи и в момент погашения этого вида ценных бумаг
(см. график).

|[pic] |Реальная кривая отклоняется от |
| |тренда, при этом в зависимости от |
| |рыночной ситуации эти отклонения |
| |могут носить разный характер и |
| |быть довольно значительными. Сам |
| |же основной тренд, представляющий |
| |математическое ожидание цены, в |
| |определенных условиях может быть |
| |довольно устойчивым. Например, |
| |если процентная ставка по |
| |облигациям не изменяется |
| |значительным образом во времени, |
| |то (поскольку текущая доходность |
| |облигации теоретически |

равна процентной ставке) тренд становится близким к прямолинейному.

Рассмотрим опорные зависимости, по которым можно установить ориентиры текущих цен на государственные ценные бумаги. Цена-ориентир есть условная базисная (отправная) цена, вокруг которой группируются и по отношению к которой формируются реальные, в том числе рыночные, цены на государственные ценные бумаги.

Если ценная бумага за время от ее приобретения до погашения дает возможность владельцу получить n раз денежные поступления, выплаты (в виде, например, процентов), сумма каждого из которых равна t, то текущая цена такой ценной бумаги выражается формулой P=[pic], где t ( порядковый номер денежного поступления, получаемого владельцем ценной бумаги; n ( общее количество денежных поступлений Сt, Сt ( величина, сумма денежного поступления с номером t, приносимого ценной бумагой ее владельцу, когда наступает срок этого поступления (с учетом налоговых удержаний); r ( средняя процентная годовая ставка (исчисленная в виде десятичной дроби), выплачиваемая банками по депозитам.

Выделяя отдельно конечное поступление в виде цены погашения Pn, формулу текущей цены можно представить в следующем виде: P=[pic]. Если же дополнительно учесть затраты Z, обусловленные приобретением ценной бумаги
(расходы покупателя, связанные c покупкой), формула текущей цены приобретает вид: P=[pic].

Приведенные формулы относятся к продаже среднесрочных и долгосрочных ценных бумаг на финансовых рынках, т. е. к условиям, когда Сt можно считать ежегодными поступлениями процентов, а n ( числом лет до погашения ценной бумаги.

Для краткосрочных ценных бумаг более приемлема формула P=[pic], где a
( часть года, которую составляет период времени, в течение которого происходят денежные поступления (например, при поступлениях два раза в год а = 0,5).

Последнюю формулу также можно представить в виде P=[pic], где С1, С2 ( очередные денежные поступления (выплаты, которые получает владелец ценной бумаги после прохождения определенного периода времени); ra – банковская процентная ставка, исчисленная в виде десятичной дроби, соответствующая периоду, в течение которого владелец ценной бумаги получает очередные поступления от этой бумаги; Pn ( цена погашения ценной бумаги; и – количество периодов, в течение которых производятся выплаты владельцу ценной бумаги от момента ее приобретения до момента погашения; Z ( затраты владельца, связанные с приобретением и хранением ценной бумаги.

В частном случае, когда все денежные выплаты по ценной бумаге
(денежные поступления ее владельцу) происходят одновременно в форме погашения по цене Pn, текущая цена облигации P определяется по следующей зависимости: P=[pic].

Эта формула может быть применена к государственным бескулонным краткосрочным облигациям. Например, если принять годовую ставку банковского процента r = 0,8, а срок обращения облигации равным половине года (т. е. а
= 0,5), цена стотысячерублевой облигации в предположении, что затраты на ее приобретение составляют 10% номинала, будет равной P=[pic]руб.

При наличии налоговых льгот денежные поступления Ct владельцу ценной бумаги корректируются (увеличиваются) на величину льгот, тогда как при отсутствии таковых денежные поступления владельцу исчисляются за вычетом налоговых удержаний.

Отсюда следует, что при введении налоговых льгот растут денежные выплаты Ct владельцу бумаг, а вместе с ними увеличивается значение текущей цены-ориентира. Если же льготы уменьшаются или вообще отсутствуют, цена идет вниз. Таким образом исходя из того, что льготы по налогообложению представляют дополнительные денежные средства, поступающие покупателю ценных бумаг, он готов платить за них более высокую цену. И наоборот, введение налога, снижение льгот заставляет покупателя тратить дополнительные средства; чтобы сохранить доходность, он будет уменьшать цену спроса на ценные бумаги.

Для расчета же доходности ценных бумаг с 1 сентября 1995 г. предлагается использовать следующие формулы[2]: доходность ГКО=(N / P-1)((365 / Т)(100%; доходность ОФЗ=[pic], где N ( номинал облигации в рублях; P ( цена облигации в рублях; С ( величина купона в рублях; A ( накопленный с начала купонного периода доход в рублях; T ( срок до погашения облигации в днях; t ( срок до окончания текущего купонного периода в днях.

Однако, все приведенные выше ценовые зависимости, олицетворяющие модели ценообразования на государственные ценные бумаги, имеют непосредственное отношение только к ценам-ориентирам, устанавливаемым исходя из принципа возмещения всех расходов, связанных с приобретением ценной бумаги, а также с отвлечением средств, обусловленным приобретением и хранением такой бумаги. При подобном (затратном) подходе текущая цена ценной бумаги представляет дисконтированную во времени сумму денежных поступлений, которые получает лицо, приобретающее ценную бумагу (ее владелец), за весь период ее хранения.

При наличии развитого рынка государственных ценных бумаг, где последние свободно продаются и покупаются, реальная ценовая картина не может определенным образом не отличаться от ценовых ориентиров. Дело в том, что в подобных условиях цена купли-продажи ценных бумаг определяется не только по критерию окупаемости затрат с учетом временного фактора, но и другими факторами: соотношением спроса и предложения, ориентацией продавца на получение максимальной прибыли, мерой риска, инфляцией.

Таким образом, исчисленная по приведенным выше зависимостям цена применительно к механизму рыночного ценообразования представляет лишь некоторую среднюю рыночную цену, на которую ориентируются как продавцы, так и покупатели в процессе формирования равновесных цен спроса и предложения.

III. Внешние факторы ценообразования на государственные ценные бумаги

Ценообразование на рынке государственных ценных бумаг находится под значительным влиянием обстоятельств, непосредственным образом не связанных с природой, сущностью, целевым назначением того или иного вида ценных бумаг. Подобного рода факторы можно назвать внешними.

Объективные факторы ценообразования являются параметрами, характеризующие общее состояние экономики страны в целом (состояние производства, денежного обращения, финансов, бюджета) и рынка государственных ценных бумаг (его организационно-правовую оформленность, возможный объем операций, взаимодействие с другими рынками) в частности.
Иногда объективные факторы ценообразования на рынке ценных бумаг разделяют на макро- и микроуровневые. Однако к рынку государственных ценных бумаг такое разделение не применяется. Государство, выступающее в роли эмитента государственных ценных бумаг, является одновременно главным субъектом макроэкономики. Поэтому такие микроуровневые по форме факторы, как имидж и финансовое состояние эмитента, применительно к государственным ценным бумагам становятся макроуровневыми. В общем, на рынке государственных ценных бумаг происходит своеобразное смыкание микро- и макроуровней.

К субъективным факторам рыночного ценообразования на государственные ценные бумаги относят те, что имеют поведенческую природу и характеризуют реакцию отдельных субъектов рынка на складывающуюся на нем (или прогнозируемую) ситуацию. Ведущее место здесь принадлежит рыночным ожиданиям. Это предвидение благоприятной или неблагоприятной для данного лица ситуации на рынке, ощущение опасности и риска, психологические установки участника сделок с ценными бумагами.

Целесообразно выделять из числа субъективных факторы спекулятивной природы; благодаря им происходит переток денежных средств, поступающих на фондовые рынки, в те сегменты, которые обещают принести наибольшую прибыль.
В России эти спекулятивные тенденции проявляются не только в своих естественных (присущих нормальному рынку) формах стремления к увеличению доходности, прибыльности. Наблюдается и погоня за сверхприбылью, оказывающая сильное внешнее воздействие на ценовую ситуацию на рынке ценных бумаг.

Субъективные, в том числе спекулятивные, факторы ценообразования на государственные ценные бумаги, могут быть отнесены к рыночным в узком смысле этого слова, ибо обладают реальной рыночной природой, непосредственно характеризуют рыночное поведение субъектов. Объективные факторы также имеют отношение к рынку, но косвенное.

К числу первичных и наиболее важных объективных внешних факторов ценообразования на государственные ценные бумаги относятся регламентирование способа установления цены и придание определенной направленности процессу дальнейшего изменения текущих цен. Эти возможности заложены в условиях выпуска и распространения ценных бумаг. Стоит отметить два крайних проявления действия подобных факторов.

При жесткой регламентации заранее задаются не только исходная цена продажи и конечная цена выкупа, но и (в той или иной степени) весь тренд изменения цен в пределах между этими полюсными значениями. Цены на государственные ценные бумаги становятся фиксированными ценами продавца, не зависящими от поведения покупателя. Воспроизводится известная по прошлому опыту картина назначаемых государственными органами цен.

При мягкой регламентации эмитент предопределяет только первичную цену и цену выкупа, тогда как на вторичном рынке имеет место свободное рыночное ценообразование.

Применительно к рассмотренным выше видам государственных ценных бумаг, получивших распространение в России в течение последних шести лет, фактор ценовой регламентации проявляется по-разному.

Так, к облигациям внутреннего займа относится действие механизма рыночного ценообразования, при котором цена формируется в процессе взаимодействия (свободного торга) продавцов и покупателей, на основе выравнивания спроса и предложения. В этих условиях существует реальная возможность одновременного осуществления сделок в разных местах и по разным ценам.

Иная ситуация имеет место в отношении государственных краткосрочных облигаций, золотых сертификатов и облигаций Государственного республиканского займа РСФСР 1991 г. (государственных долгосрочных облигаций). Цены ГДО фиксируются на каждую неделю, а место сделок привязано к территориальным отделениям Центрального банка России. Реальные сделки по продаже золотых сертификатов осуществлялись только в Министерстве финансов
РФ по неизменной в течение дня цене. Место проведения сделок купли-продажи государственных краткосрочных обязательств также строго регламентировано; устанавливается единая цена, по которой проводятся сделки в каждый конкретный момент времени, при наличии множественности спектра цен спроса и предложения.

Ряд внешних факторов регулятивной природы оказывает влияние на цены не прямо, а посредством воздействия на величину спроса и предложения, от которых, как известно, зависит рыночная цена государственных ценных бумаг.
В реальной практике чаще всего происходит понижение рыночной цены ценных бумаг вследствие сокращения спроса на них или роста предложения. Наиболее типичные ситуации здесь таковы.

Введение льгот по налогу на получаемую за счет купли-продажи ценных бумаг прибыль побуждает рост цен на них и приводит к «отсечению» от спроса убыточных и скрывающих свою прибыль организаций, а также граждан, доходы которых по депозитам и так не облагаются подоходным налогом. Подобные инвесторы проявляют интерес к приобретению государственных ценных бумаг на рынке только в тех случаях, когда доходность этих бумаг без учета налоговых льгот сопоставима со ставками депозитного рынка, но такое случается редко.

По существующему законодательству налогом на прибыль не облагается пока доход по государственным ценным бумагам, к которому относятся процентные выплаты по ним, но возможно в скором времени введение этого налога. Доход же, получаемый от перепродажи, облагается налогами в общем порядке. Однако отдельными подзаконными актами от налога освобождены доход на рынке ГКО и разница в цене покупки и погашения золотых сертификатов.
Различия в учете дохода от продажи и погашения последних были введены после истечения половины срока их обращения и подорвали вторичный рынок золотых сертификатов. Потеря налоговых льгот продавцами привела к завышению цен и оттолкнула покупателей, сохранивших возможность приобретения сертификатов по более низкой текущей цене первичного размещения, не зависящей от налоговых льгот.

Доказательством влияния налогообложения на спрос и на цены ГКО служит ситуация, возникшая в мае 1994 г. после выхода постановления Правительства
РФ № 490, в соответствии с которым в состав доходов, учитываемых при расчете налогооблагаемой базы для уплаты налога на прибыль, включаются доходы по ГКО. Содержание этого документа было расценено как отмена налоговых льгот по государственным ценным бумагам. В итоге практически сразу же стали наблюдаться снижение цен и резкий рост доходности ГКО всех выпусков, участвовавших в обращении. Министерство финансов РФ было вынуждено распространить письмо, в котором указывалось, что после формирования налогооблагаемой базы она уменьшается на сумму льгот, и, таким образом, налоговые льготы по государственным ценным бумагам сохранены в прежнем объеме. После этого разъяснения курсы облигаций вернулись на прежнюю отметку.

Наряду с льготированием прибыли сделки с государственными ценными бумагами стимулируются также и по налогу на операции с ними. Вместо общей налоговой ставки 0,3% от суммы сделки, исчисляемой для двух контрагентов, уплачивающих налоги, операции с государственными ценными бумагами облагаются налогом только на покупателя и по ставке 0,1%. Тем самым возникают льготы по налогу на операции, приводящие к снижению затрат по сделкам и способствующие повышению цен.

Существенное ограничение спроса на золотые сертификаты произошло вследствие их высокого номинала, который практически исключал покупку их мелкими фирмами и физическими лицами. Между тем именно эти слои покупателей могли прельститься золотым обеспечением. Появление же сертификатов на мелкие суммы (после того, как Министерство финансов РФ разрешило владельцам дробить крупные) породило у участников рынка сомнение в их статусе. Итак, номинал ценной бумаги способен оказывать влияние на спрос, а вместе с этим и на их цену.

Выделение узкой зоны мест проведения сделок с государственными ценными бумагами существенно сокращает спрос на них со стороны потенциальных инвесторов, удаленных от этих мест. Отсутствие прямой продажи государственных краткосрочных облигаций, равно как и необходимость приобретать их через дилеров с выплатой комиссионных вознаграждений им и
ММВБ, также снижает спрос на этот вид ценных бумаг.

К объективным факторам ценообразования на государственные ценные бумаги следует отнести так называемый законодательный риск. Существует опасность выхода в свет новых законодательных актов, нормативных документов, изменяющих правовую базу рынка ценных бумаг в связи с осуществлением экономических реформ или сменой правительственного курса, корректировкой экономической политики. Этот вид риска весьма характерен для условий перевода российской экономики на рыночные рельсы, глубокой перестройки методов хозяйствования. Данные обстоятельства в состоянии значительно трансформировать ценообразующие факторы на рынке ценных бумаг.

Так, в итоге скачка курса доллара в «черный» вторник 11 октября 1994 г. были срочно изменены условия выпуска и аукционной продажи государственных краткосрочных облигаций. С целью увеличения привлекательности аукциона на нем стали размещать краткосрочные трехмесячные облигации, а номинал облигаций был увеличен со 100 тыс. руб. до одного миллиона, что противоречило действовавшим на тот момент «Основным условиям выпуска государственных краткосрочных бескупонных облигаций
Российской Федерации». В итоге были изменены три ценообразующих фактора: дата размещения, срок погашения и номинал облигаций. Более того, изменения были внесены в момент, когда отказаться от поданных заявок на участие в аукционе без убытков уже невозможно.

Объективным фактором, расширяющим спрос на государственные ценные бумаги, являются требования, выдвигаемые со стороны государственных органов, контролирующих страховую деятельность, к структуре активов страховых компаний. Согласно этим требованиям, страховые организации обязаны держать 10% своих резервов в государственных ценных бумагах. В 1994 г. объем таких резервов составил примерно 3 трлн. руб. А это гарантирует дополнительный спрос на государственные ценные бумаги в объеме не менее 300 млрд. руб. Если аналогичные требования будут предъявлены к пенсионным фондам и к чековым инвестиционным фондам, спрос на государственные ценные бумаги еще более возрастет.

Государственная процентная политика олицетворяет еще один фактор ценообразования на рынке государственных ценных бумаг: ею объясняется динамика цен на государственные долгосрочные облигации, доходность по которым является отражением представлений Центрального банка России о средней доходности активов финансового рынка в свете государственной процентной политики.

Столь же чутко реагирует на процентную политику и рынок ГКО, а с ним и цены этого рынка. Есть основания утверждать, что снижение ставки рефинансирования ЦБР, порождающее увеличение потока «дешевых» денег, стимулирует рост цен на ГКО и снижение их доходности.

Рассмотрим теперь рыночные факторы ценообразования на государственные ценные бумаги.

Среди этих факторов следует выделить в первую очередь конъюнктуру смежных секторов финансового рынка: кредитного, валютного, драгоценных металлов. Например, цена золотого сертификата практически в полной мере определялась ценой золота на Лондонском рынке, выраженной в долларах США на
Московской валютной бирже.

Наиболее сильное взаимодействие, являющееся фактором ценообразования на государственные ценные бумаги, имеет место между кредитным и валютным рынками, с одной стороны, и рынком ГКО ( с другой. Три обозначенных сегмента финансового рынка представляют традиционные банковские рынки, на которых активно действуют коммерческие банки. Увеличение доходности одного из этих рынков порождает рост спроса на его продукт и соответствующий переток денежных капиталов. Вследствие этого при относительно стабильной общей денежной массе поток средств на другие рынки ослабевает, что приводит к падению спроса на продукт данного рынка.

Так, цены на ГКО и их доходность коррелированы с кредитной ставкой на рынке ссудного капитала. В зависимости от уровня надежности вложений в тот или иной сектор вкладчик денежных средств решает вопрос о том, какая из цен спроса будет выше, соответственно о том, направить ли свои деньги на кредитный рынок или на рынок ценных бумаг. Так как надежность ГКО в общем случае более высока, чем надежность кредитов, цена на ГКО должна быть выше, а доходность ( ниже, чем на кредитном рынке. Но это будет наблюдаться только при прочих равных факторах.

В 1994 г. усилиями Министерства финансов РФ, направленными на увеличение привлекательности государственных ценных бумаг, была установлена нестандартная иерархия ставок. Доходность ГКО в течение длительного времени превышала межбанковские ставки, что спровоцировало переток средств на рынок этих ценных бумаг весной и летом 1994 г. Как известно, российский валютный рынок привлекает покупателей иностранной валюты, что порождает отток на него средств с рынка ГКО; в результате предложение облигаций превышает спрос, цены на них падают.

К рыночным факторам ценообразования на государственные ценные бумаги относятся и конъюнктурные риски. Риск неплатежа или непогашения проявляется прежде всего в наличии ненулевой вероятности того, что государство не сможет или не пожелает расплатиться с инвесторами. Приводя к снижению спроса и рыночных цен на государственные ценные бумаги, он обусловлен недоверием к российскому государству как к финансовому субъекту, заемщику средств.

Существует риск неудачного выбора времени покупки или продажи государственных ценных бумаг на рынке: в силу чисто случайных обстоятельств его конъюнктура может меняться в ту или иную сторону. Сугубо случайный, стохастический риск в значительной мере зависит от стабильности экономической ситуации, устойчивости государственного управления; чем ниже стабильность, тем выше риск и его влияние на цены. Усиление этой составляющей риска приводит обычно к снижению спроса и цен на государственные ценные бумаги.

В числе других факторов ценообразования на государственные ценные бумаги ( состояние депозитного рынка (депозитная процентная ставка) и рынка коммерческих ценных бумаг, включая акции. Спрос на облигации зависит также от возможности привлечения средств на их покупку на межбанковском кредитном рынке и из других источников. Влияет на цены на государственные ценные бумаги и возможность их страхования.

Таким образом, цены на государственные ценные бумаги формируются в соответствии с общими принципами ценообразования, но под влиянием специфики и многофакторности, т. е. существует основной тренд цен, отклонения от которого и объясняются присутствием или отсутствием какого-либо ряда факторов.

Заключение

В ходе государственных реформ была достигнута некоторая стабилизация в экономике, в частности сильно были замедленны темпы инфляции. Этот фактор очень важен для развития фондового рынка в России и торговли ценными бумагами. Теперь предприятия могут инвестировать средства в государственные ценные бумаги и получать при этом эффективную прибыль даже за вычетом инфляционного процента. Следует также отметить, что повышение доверия к государству как к заемщику также снизило количество негативных факторов, отклоняющих цены государственных обязательств в меньшую сторону.

Однако до идеального состояния с этом секторе еще далеко.
Примечательной здесь стала ситуация, произошедшая 27 сентября с ОГСЗ 1-ой серии[3]. 27 сентября в отделениях Сберегательного банка г. Москвы выстроились внушительные очереди. Причиной которых был не только тот факт. что Сбербанк ( является единственным платежным агентом Минфина и сама
(трогательная традиционность( процесса стрижки купонов, когда последние аккуратно вырезаются сотрудниками банка при помощи ножниц; но гораздо более веские основания:
. по первой версии, руководство Сбербанка в недостаточной степени учло то обстоятельство, что потребности в наличных деньгах у различных отделений банка в этот день оказались различными: в отделениях. расположенных ближе к центру города, а потому испытывавших больший наплыв клиентов, наличные быстро заканчивались, тогда как в других отделениях деньги были;
. по второй неофициальной версии, Сбербанк просто не смог быстро перевести
1,4 триллиона минфиновских безналичных рублей в необходимую сумму наличных.

Из-за чего Сбербанком и было установлено правило: больше 20 млн. в
(одни руки( не давать, что, естественно, не было сообщено в условиях ОГСЗ год назад.

Однако, оставшиеся непогашенными облигации, конечно, не пропали.
Эксперты уверены, что до 26 марта 1997 года (это крайний срок погашения
ОГСЗ 1-ой серии) государство вернет свои долги. Но частные вкладчики своих
164,56 % уже не получат, так как на следующий день они уже превратятся в
162,79 %, а через неделю ( в 152,9 %, а в марте 97 ( всего лишь 55,25% годовых. То есть получается, что обещанный государством доход владельцы
ОГСЗ 1-ой серии так и не получат.

Несмотря на это, государством было обещано полностью погасить задолженность, что, без сомнения, поднимет его статус в глазах частных инвесторов, по прошлому опыту привыкших к процедуре замораживания счетов и самопроизвольной реструктуризации внутреннего госдолга, отодвигавшей ожидаемые выплаты к концу жизни.

Существуют и другие проблемы: например, проблема с которой недавно столкнулось Министерство финансов Российской Федерации ( это доходность казначейских обязательств, которая является наиболее высокой, чем у других финансовых инструментов. Конечно, рынок казначейских обязательств до сих пор продолжает оставаться несбалансированным, спрос на казначейские обязательства явно превышает предложение. ( Доходность казначейских обязательств в февраля 1996 года была 400-600 % годовых).

Тем не менее, процессы, происходящие в нашей стране, должны привести к нормальному функционированию системы ценных бумаг, так как законодательная база в этой области уже создана и последовательное решение здесь проблем
(одна из которых ( улучшение ситуации с ожиданиями инвесторов) не только позволят создать действительно динамичный финансовый рынок в стране, но и дадут государству важный инструмент регулирования экономики. При этом умелое использование государственных ценных бумаг в перспективе станет обоюдовыгодным: предприятия, страховые общества, внебюджетные фонды приобретут еще одну возможность для эффективного вложения средств; правительство же сможет дополнительно финансировать расходы бюджета.

Литература

1. Инструкция Министерства финансов РФ (О правилах выпуска и регистрации ценных бумаг на территории Российской Федерации( от 3 марта 1992 г.
№ 3.
2. Письмо Минфина РФ (Положение о порядке продажи, учета, совершения сделок и погашения именных Золотых сертификатов Министерства финансов Российской
Федерации выпуска 1993 г.( от 18 ноября 1993 г. № 134.
3. Письмо Минфина РФ (Положение о порядке размещения, обращения и погашения
Казначейских обязательств( от 21 октября 1994 г. № 140.
4. Письмо ЦБР (О порядке осуществления на территории Российской Федерации операций с облигациями внутреннего государственного валютного облигационного займа( от 13 апреля 1994 г. № 87 (с изменениями от 5 сентября 1994 г.).
5. Письмо ЦБР (Организациям-дилерам на рынке ГКО и ОФЗ( от 5 сентября 1995 г. № 28-7-3/А-693.
6. Постановление Правительства РФ (О генеральных условиях выпуска и обращения облигаций государственных нерыночных займов( от 21 марта 1996 г. № 316.
7. Постановление Правительства РФ (О выпуске государственных краткосрочных бескупонных облигаций( от 8 февраля 1993 г. № 107 (с изменениями от 27 сентября 1994 г.).
8. Постановление Правительства РФ (О выпуске казначейских обязательств( от
9 августа 1994 г. № 906.
9. Приказ Минфина РФ (О выпуске облигаций государственного сберегательного займа Российской Федерации девятой серии( от 29 июля 199 г. № 70.
10. Условия выпуска облигаций федерального займа с постоянным купонным доходом. Утверждены Минфином РФ 28 июня 1996 г. № 60.
11. Федеральный закон (О рынке ценных бумаг( от 22 апреля 1996 г. № 39-ФЗ.

( ( (
1. Алексеев М. Ю. Рынок ценных бумаг. М. 1993.
2. Астахов В. П. Ценные бумаги. М. 1995.
3. Банк России снизил ставку по сделкам репо // Коммерсантъ-Daily от 5 ноября 1996.
4. Бюджетный кризис не даст погибнуть ГКО. Угроза госзаимствований вновь поднимает ставки // Эксперт от 21 октября 1996. № 40(59).
5. Для своих не жалко! Разрыв доходности рублевых и валютных гособлигаций и не думает сокращаться // Эксперт от 4 ноября 1996. № 42(61).
6. Кролли Л. А. Российский рынок ценных бумаг: состав, структура, проблемы развития // Бухгалтерский учет. № 1. 1996.
7. Кто поддержит рынок. Первичные дилеры предполагают помогать себе, а не
Минфину // Эксперт от 7 октября 1996. № 38(57).
8. Родионова В. М. Финансы. М.: Финансы и статистика. 1992.
9. Усатов И. А. Цена и ценообразование в условиях перехода к рыночной экономике. М. 1995.
10. Финансовый рынок // Эксперт от 28 октября 1996. № 41(60).
————————
[1] Эксперт от 4 ноября 1996 года. № 42 (61).
[2] Письмо ЦБР от 5 сентября 1995 г. № 28-7-3/А-693 (Организациям-дилерам на рынке ГКО и ОФЗ(.
[3] см. Годовщина сберегательного займа. Государство опять сэкономило на честном слове // Коммерсантъот8 октября 1996 года. № 38.

Курсовая работа: Особенности развития сектора банковских услуг в Республике Беларусь

Белорусский государственный университет

Факультет международных отношений

Кафедра международного туризма

Курсовая работа

по курсу Международный рынок услуг

Особенности развития сектора банковских услуг в Республике Беларусь

Выполнил:

студент 3 курса МТ

Поршнёв Александр

Руководитель:

Решетников Д.Г.

Минск

2009

СОДЕРЖАНИЕ

Введение

Глава 1. Общая характеристика сектора банковских услуг

Сущность понятия банковского сектора услуг

Международный опыт развития сектора банковских услуг

Общие тенденции развития банковского сектора услуг в мире

Глава 2. Особенности развития банковского сектора услуг в Республике Беларусь

2.1 Банковская система Республики Беларусь на современном этапе

2.2 Операции, проводимые банками Республики Беларусь

Глава 3. Пути эффективной активизации сектора банковских услуг в Республике Беларусь

3.1 Общие пути решения активизации банковского рынка услуг

3.2 Создание различных каналов продаж банковских услуг

Заключение

Список использованных источников

ВВЕДЕНИЕ

В условиях становления и развития постиндустриального, информационного общества, в котором основная роль отводится человеку, его знаниям и инновациям, сфера услуг становится приоритетной в обеспечении качественного динамичного экономического роста как отдельного государства, так и всего мирового сообщества.

Сейчас, когда в Республике Беларусь складывается система рыночных отношений, банк становится если не главной, то одной из важнейших структурой. Если раньше банковское дело в Беларуси находилось на довольно низком уровне как по развитию, так и по уделяемому вниманию в учебных заведениях, то сейчас это одна из наук, развивающихся наиболее быстрыми темпами.

Актуальности данной темы ярко проявляется именно сейчас, когда экономические процессы приобретают более непредсказуемый характер, вследствие чего банковский сектор услуг становится более востребован в таких условиях.

Банковский сектор услуг не привязан к отдельно взятому экономическому региону или какой-либо одной стране, сфера его деятельности не имеет не географических, ни национальных границ, это планетарное явление, обладающее значительной финансовой мощью, значительным денежным капиталом – именно по этой причине возникает необходимость рассмотрения данной темы в рамках курса «Международный рынок услуг».

Цель написания курсовой работы:

изучить структуру банковской системы в теоретическом аспекте

выявить общие тенденции белорусского банковского сектора услуг

проанализировать перспективы дальнейшего развития банковского сектора услуг, его усовершенствования

Задачи, поставленные в курсовой работе:

рассмотреть теоретические аспекты банковского сектора услуг;

дать характеристику главным составляющими банковской системы;

охарактеризовать операции, проводимые банками;

рассмотреть структуру белорусской банковской системы;

рассказать о проблемах и перспективах развития системы.

Работа состоит из трех основных глав, раскрывающих тему курсовой работы.

Первая из них посвящёна общим вопросам теории банковского сектора услуг, его сущности. Дана краткая характеристика основных банковских услуг. В данной главе раскрываются экономические законы, регулирующие деятельность банковской системы, в частности на международном рынке услуг.

Вторая глава посвящена выявлению особенностей развития банковского сектора услуг. Для того, чтобы придать работе более высокую актуальность для анализа был выбран период развития банковского сектора за последние 10 лет. Большое внимание было уделено рассмотрению тенденций в развитии сектора банковских услуг.

Третья глава носит прикладной характер. Здесь автор после систематического анализа тенденций развития банковского сектора услуг, изучив дополнительные аналитические статьи специализированных периодических изданий, приводит эффективные пути активизации сферы банковских услуг в условиях белорусской экономики.

Дополнительные статистические материалы, помогающие раскрыть тему работы, представлены в приложениях.

При написании курсовой работы использованы материалы белорусских и российских учебников, учебных пособий, справочников. Но все же больший акцент был уделен анализу аналитических статей специализированных газет и журналов таких, как «Банковский вестник», «Вестник Ассоциации белорусских банков» и др. Немаловажную роль при подготовке работы оказали нормативные акты белорусского законодательства, в т.ч. Банковский кодекс, Программа развития банковского сектора экономики РБ и др. Показатели развития банковского сектора услуг в Республики Беларусь были взяты из ежегодных и ежемесячных отчетов Национального Банка РБ. Речь идет о Бюллетенях банковской статистики и Годовые отчеты Национального Банка РБ.

ГЛАВА 1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СЕКТОРА БАНКОВСКИХ УСЛУГ

1.1 СУЩНОСТЬ ПОНЯТИЯ БАНКОВСКОГО СЕКТОРА УСЛУГ

Банковское дело – древняя наука. Она сочетает в себе тысячелетний опыт работы кредитных учреждений, раскрывает то, что на протяжении длительного периода формировалось как обязательные принципы организации банковского хозяйства. [12]

Прежде чем перейти к раскрытию темы, нужно познакомиться с главным определениями.

Банковская услуга – это предоставляемые клиентам технические, финансовые, интеллектуальные и профессиональные виды деятельности банка, сопровождающие и оптимизирующие проведение банковских операций. [13]

Банковский товар — это непосредственно продукт (вклад, карточка, кредит и т.д.) и сопутствующие услуги по продукту, т.е. связка “продукт—услуга”. [27]

Банковская операция представляет собой комплекс взаимосвязанных действий банка и клиента, производимых от имени банка, предусматривающих перемещение средств и направленных на решение конкретной экономической задачи. [13]

Банковские услуги можно классифицировать по нескольким критериям [13]:

А) по направленности на удовлетворение потребностей клиента:

Прямые услуги, удовлетворяющие непосредственные пожелания клиента

Платежные услуги;

Коммерческие услуги;

Инвестиционные услуги.

Косвенные или сопутствующие услуги, облегчающие или делающие более удобным предоставление прямых услуг без получения клиентом дополнительной прибыли

Клиринговые услуги;

Телефонное управление счетом;

Консультационные услуги;

Выдача пластиковой карточки на базе депозитного счета.

Услуги, приносящие дополнительный доход или снижение издержек при использовании прямых услуг

Инвестирование текущих остатков по счетам в однодневные депозиты – овернайты, услуги банка при организации сделки под гарантию Агентства экспортного кредитования.

Б) по степени сложности:

Продукты и услуги, которые могут быть востребованы большим количеством потребителей

Открытие счетов;

Управление денежной наличностью;

Клиринговые услуги.

Услуги, требующие специального уровня подготовки банковских кадров

Управление активами;

Инвестиционные услуги.

Услуги, требующие профессиональных знаний в области использования услуг

Услуги в области корпоративных финансов;

Управление смешанными активами

Услуги, требующие специальных знаний

В сфере финансового планирования;

В сфере финансового инжиниринга.

В) по назначению:

Платежные или корреспондентские услуги;

Услуги на рынке ссудных капиталов;

Коммерческие услуги корпоративным клиентам;

Услуги частным клиентам;

Услуги по банковскому обслуживанию внутренней и внешней торговли;

Электронные банковские услуги;

Услуги по доверительному управлению активами.

Основные виды безналичных платежей. Расчеты в народном хозяйстве осуществляется в формах, устанавливаемых центральным банком. При этом конкретная форма указывается в договоре между поставщиком и покупателем [1].

Вид расчетных документов и организация документооборота в банке, у плательщиков и получателей денег определяют следующие основные формы безналичных расчетов:

платежные требования;

платежные поручения;

расчетные чеки;

аккредитивы.

В соответствии с 14 статьей Банковского кодекса Республики Беларусь к банковским операциям в РБ относят [7]:

привлечение денежных средств физических и (или) юридических лиц во вклады (депозиты);

размещение привлеченных денежных средств от своего имени и за свой счет на условиях возвратности, платности и срочности;

открытие и ведение банковских счетов физических и (или) юридических лиц;

открытие и ведение счетов в драгоценных металлах;

осуществление расчетного и (или) кассового обслуживания физических и (или) юридических лиц, в том числе банков-корреспондентов;

валютно-обменные операции;

купля-продажа драгоценных металлов и (или) драгоценных камней в случаях, предусмотренных законодательством Республики Беларусь;

привлечение и размещение драгоценных металлов и (или) драгоценных камней во вклады (депозиты);

выдача банковских гарантий;

доверительное управление денежными средствами по договору доверительного управления денежными средствами;

инкассация наличных денежных средств, платежных инструкций, драгоценных металлов и драгоценных камней и иных ценностей;

выпуск в обращение банковских пластиковых карточек;

выдача ценных бумаг, подтверждающих привлечение денежных средств во вклады (депозиты) и размещение их на счета;

финансирование под уступку денежного требования (факторинг);

предоставление физическим и (или) юридическим лицам специальных помещений или находящихся в них сейфов для банковского хранения документов и ценностей (денежных средств, ценных бумаг, драгоценных металлов и драгоценных камней и др.);

перевозка наличных денежных средств, платежных инструкций, драгоценных металлов и драгоценных камней и иных ценностей между банками и небанковскими кредитно-финансовыми организациями, их обособленными и структурными подразделениями, а также доставка таких ценностей клиентам банков и небанковских кредитно-финансовых организаций.

Правила и порядок осуществления банковских операций устанавливаются Национальным банком.

Особенности регулирования осуществления банковских операций с драгоценными металлами и драгоценными камнями предусматриваются специальным законодательством.

Банки и небанковские кредитно-финансовые организации помимо банковских операций, указанных в части первой настоящей статьи, вправе осуществлять в соответствии с законодательством Республики Беларусь:

поручительство за третьих лиц, предусматривающее исполнение обязательств в денежной форме;

доверительное управление драгоценными металлами и (или) драгоценными камнями;

операции (сделки) с драгоценными металлами и (или) драгоценными камнями;

лизинговую деятельность;

консультационные и информационные услуги;

выпуск (эмиссию), продажу, покупку ценных бумаг и иные операции с ценными бумагами;

иную деятельность, предусмотренную законодательством Республики Беларусь.

Банки и небанковские кредитно-финансовые организации могут осуществлять отдельные виды деятельности, перечень которых определяется законодательными актами Республики Беларусь, только на основании специального разрешения (лицензии).

Банки и небанковские кредитно-финансовые организации при осуществлении банковской деятельности обеспечивают защиту информационных ресурсов в соответствии с законодательством Республики Беларусь.

Банки и небанковские кредитно-финансовые организации не вправе осуществлять:

производственную и (или) торговую деятельность, за исключением случаев, когда такая деятельность осуществляется для их собственных нужд, а также случаев, предусмотренных законодательными актами Республики Беларусь;

страховую деятельность в качестве страховщиков. [7]

1.2 МЕЖДУНАРОДНЫЙ ОПЫТ РАЗВИТИЯ СЕКТОРА БАНКОВСКИХ УСЛУГ

Межбанковские корреспондентские отношения представляют совокупность различных форм сотрудничества между банками на основе договорных отношений с целью взаимного выполнения операций, включая такие виды деятельности, как установление кредитных линий для банков-партнеров и банков-корреспондентов, организацию взаимодействия с зарубежными филиалами и отделениями банка, развитие отношений и обмен информацией с местными и иностранными банками, сопровождение операций банка по корреспондентским счетам. [13]

Одним из направлений деятельности банка в данной области является создание сети банков-корреспондентов для обслуживания внешнеэкономической деятельности и расширения географии деятельности клиентов. Специализированное подразделение транснационального банка (ТНБ) – Департамент корреспондентских отношений (ДКО) управляет системой корреспондентских счетов, международных операций банка, анализирует финансовое состояние иностранных банков, макроэкономическое развитие страны. [13]

Лидерами в предоставлении банковских услуг в области корреспондентских отношений являются универсальные банки с развитой сетью филиалов и банков-корреспондентов, обладающих гибкой системой управления корреспондентскими счетами и кредитными рисками, оперативностью при принятии решений и конкурентоспособной тарифной политикой. В их числе: Чейз Манхэттен банк, Ситибанк, Бэнк оф Нью-Йорк (США), Дойче банк, Дрезднер банк, Ферайнцбанк (Германия), АБН АМРО Банк, ИНГ-Бэрингз, Рабо-банк (Голландия), Сосьете Женераль, Банг Насиональ де Пари (Франция) и др. Широкая корреспондентская сеть, крупный объем активов, солидная клиентская база и развитая предъявительская инфраструктура позволяют банкам завоевывать новые рынки сбыта банковских продуктов, обеспечивать дополнительную ликвидность за счет остатков средств на счетах банков-корреспондентов и увеличивать доходы от комплексного предоставления банковских услуг. [13]

Наравне с действующими платежными системами банки стран-членов ЕС оказывают традиционные услуги при осуществлении платежей через систему корреспондентских отношений. Данный вид платежных услуг ориентирован на средние и мелкие банки. ТНБ предоставляют банкам-корреспондентам платежные услуги, основанные на использовании собственных локальных сетей — филиалов, дочерних банков и корреспондентских счетов лоро. Они обеспечивают быстроту проведения расчетов и минимальное комиссионное вознаграждение вследствие проведения межбанковских проводок по внутрибанковским корреспондентским счетам лоро. [26]

Наибольшие преимущества в ЕС имеют услуги банков, удовлетворяющие следующим критериям:

1) размер активов и капитала, обеспечивающий достаточный запас ликвидных средств для проведения расчетов;

2) прямой доступ ко всем основным системам проведения расчетов в ЕС и других странах;

3) наличие развитых филиальной и корреспондентской сетей;

4) конкурентоспособные тарифы при высоком качестве обслуживания.

В наибольшей степени вышеуказанным критериям соответствуют «Дойче банк» (Германия), «АБН АМРО Банк» (Голландия), «Сосьете Женераль» (Франция) и «Ситибэнк» (США). Стратегия развития платежных услуг данных банков направлена на привлечение новых клиентов и банков-корреспондентов посредством низких тарифов, высокого качества услуг, развитой филиальной инфраструктуры, адаптации сроков проведения расчетов к условиям исполнения платежей в крупнейших европейских платежных системах (ТАРГЕТ, ЕКА). Обслуживание клиентов производится в течение 24 часов 7 дней в неделю. Эти банки предоставляют такие услуги, как проведение клиринговых трансграничных расчетов и быстрой конверсии долларовых счетов в евро; открытие единого счета в евро в любом регионе мира; пополнение валютных счетов за счет остатков на текущих счетах путем немедленной конверсии в необходимую валюту; инвестирование текущих остатков на счетах в краткосрочные инструменты мировых финансовых рынков; проведение расчетов по внешнеторговым контрактам клиента [19].

В Республике Беларусь [15]:

В течение 2001 – 2005 годов проводились мероприятия в области интеграции денежно-кредитных систем Беларуси и России, а также государств – участников Евразийского экономического сообщества (далее – ЕврАзЭС).

Кроме того, осуществлялось взаимодействие с национальными (центральными) банками государств – участников Соглашения о формировании Единого экономического пространства (далее – ЕЭП). Подготовлены проекты соглашений в области денежно-кредитной и валютной политики, валютного регулирования и валютного контроля, перемещения валюты физическими лицами, страхования вкладов физических лиц в кредитно-финансовых организациях, банковского надзора.

В результате сотрудничества с Бреттон-Вудскими институтами в 2004 году реализован совместный проект МВФ и Всемирного банка ”Программа оценки финансового сектора“, проведено исследование эффективности использования инструментов надзора за деятельностью банков и банковской системы в целом, разработаны мероприятия по борьбе с финансированием терроризма и легализацией доходов, полученных незаконным путем, в Республике Беларусь.

Привлечение финансовых ресурсов в банковскую систему как непосредственно в уставные фонды банков, так и на развитие частной предпринимательской инициативы путем предоставления кредитов через отдельные банки осуществлялось по линии Всемирного банка и Европейского банка реконструкции и развития.

В целях эффективного внедрения международных стандартов банковского надзора используются различные формы сотрудничества с международными финансовыми организациями, прежде всего с МВФ, Всемирным банком, Базельским комитетом по банковскому надзору, а также с надзорными органами стран, имеющих развитые системы банковского надзора.

В рамках этих процессов в конце 2004 года группой экспертов МВФ и Всемирного банка проведена оценка соблюдения Основных принципов эффективного банковского надзора в рамках Программы оценки финансового сектора (FSAP), которой отмечен существенный прогресс в формировании современной системы банковского надзора в 2001 – 2004 годах. Используемая Национальным банком методология осуществления надзора признана достаточно полной и комплексной, в целом приближающейся к оптимальной международной практике [15].

1.3 ОБЩИЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ БАНКОВСКОГО СЕКТОРА УСЛУГ В МИРЕ

Банковская деятельность относится к той сфере услуг, которая обладает особенностями в своем качественном и количественном развитии. Финансовые услуги, безусловно, специфичны, однако они подчинены общей сфере услуг, которая во многом определяет сущность и перспективы развития отдельных отраслей. [26]

В последнее время возрастает доля банковских услуг в международной экономике. Тенденции глобализации мирового хозяйства стимулировали рост слияний и поглощений крупнейших транснациональных банков. При этом следует отметить, что процесс глобализации и централизации международного банковского капитала преобладает над аналогичным процессом в промышленном производстве.

Существует некоторые особенности проведения международных банковских операций [13].

Во-первых, предоставление банковских услуг с использованием различных средств телекоммуникаций является одной из основных тенденций развития банковских услуг. Исследования рынка банковских услуг показывают, что при предоставлении банковских услуг возрастает значение телефона, телефакса и Интернета. В свою очередь, банки вкладывают большие деньги в развитие информационных технологий и персонал, необходимый для управления и обслуживания информационных систем. В соответствии с мировой практикой в среднем доля расходов на компьютеризацию составляет более 17 % от общей сметы годовых расходов банка.

Банк, интегрирующийся в МФС, сталкивается с необходимостью производить расчеты через зарубежные банки и соблюдать стандарты, принятые в мировой банковской практике. Однако для того, чтобы успешно функционировать в условиях МФС, банку необходимо достичь высокого уровня развития в сфере новых технологий. Поэтому второй особенностью является стремление к улучшению своих технологических возможностей.

Третьей особенностью развития международных банковских услуг является возросшее значение консультационных услуг по управлению активами, страхованию, наследованию права.

Четвертая особенность состоит в том, что банковские клиенты предъявляют повышенный спрос на качество услуг. Было установлено, что в Западной Европе 30% рабочего времени банковских служащих тратится на исправление ошибок. Понятие качества банковских услуг заключается в оправдании ожиданий клиентов или превышении их.

Большое влияние на развитие новых банковских услуг оказывает международная конкуренция, особенно между однотипными банковскими учреждениями. В мировом сообществе сформировался ряд межбанковских центров конкурентного противостояния, к которым относятся США, Западная Европа и Япония.

Важным направлением в развитии банковских услуг является концентрация банковского капитала и стремление крупнейших банков к комплексности и универсальности их предоставления. Универсальность банковского учреждения подразумевает возможность предоставления комплексного портфеля услуг независимо от географического положения филиала или отделения транснационального банка.

Развитие информационных технологий позволило определить принципиально новое направление банковского обслуживания клиентов – home-banking (хоум-банкинг) – проведение банковских операций на дому или в офисе клиента с использованием телефонной связи, модема и компьютера. Такой способ предоставления банковских услуг позволил увеличить спектр предоставляемых услуг, ускорить процесс их предоставления, уменьшить их себестоимость и трудоемкость. [25]

В популярной в настоящее время технологии хоум-банкинг можно выделить три основных направления развития: система «Клиент-банк», интернет-банкинг и мобильный банкинг. [25]

С помощью системы «Клиент-банк» клиенты банка могут совершать различные операции из дома или из офиса: управление счетом, получение информации о состоянии счетов и другой банковской информации, проведение платежей и оплата услуг с расчетных и других счетов и с пластиковых карт, а также проведение других операций.

Интернет-банкинг – система получения банковских услуг через выход в Интернет. В отличие от системы «Клиент-банк», система Интернет-банкинг не привязана к конкретному компьютеру с установленным программным обеспечением. Клиент может активизировать систему Интернет-банкинг с любого компьютера при помощи электронного ключа (обычно это дискета). Таким образом, клиент может получить банковские услуги в любом месте земного шара и на любом компьютере. По оценкам специалистов, в 2003 г. около 25 % всех банковских услуг в Европе предоставляются через Интернет.

Мобильный банкинг – получение банковских услуг непосредственно с помощью мобильного телефона или ноутбука при использовании технологии беспроводного доступа. Такая технология позволяет передавать информацию интернет-сайтов на мобильные телефоны с функцией выхода в Интернет. Эта система предоставляет еще большую свободу доступа. Среди потребителей банковских услуг при помощи мобильного телефона первое место занимают Скандинавские страны, и, по оценкам экспертов, в ближайшем будущем более 40 % клиентов перейдут на мобильное обслуживание своих счетов.

Наибольший интерес в условиях современной МФС представляет интернет-банкинг. Интернет дает банкам возможность постепенно перейти к таким формам взаимоотношений с клиентами, при которых эффективность современной коммуникационной техники гармонично сочетается с привлекательностью персональных (индивидуальных) консультаций. Возможно, в будущем возникнут синтетические, оснащенные компьютерами банковские филиалы, в которых клиенты смогут действовать в привычном реальном мире и в то же время обслуживаться виртуальным банковским сотрудником.

Повышается необходимость текущего пересмотра каналов реализации банковских услуг в целом, а не только системы филиалов. Такие факторы, влияющие на эффективность обслуживающей сети, как развитие информационных технологий, стандартизация банковских услуг и улучшение их качества, усиление интеграционных процессов в финансовой сфере, ведут к новым принципам сегментирования клиентов и появлению новых форм обслуживания. Как отмечает Ханс-Ульрих Дерих, видный деятель в банковском мире Швейцарии, пути и характер обслуживания клиентов в современном банке находятся в противоречии между стандартизированными банковскими услугами и индивидуализированными услугами с интенсивными консультациями и микросегментированием [2].

В последние годы четко обозначилась тенденция к увеличению банковских услуг на рынке ссудных капиталов, где банк выступает посредником между заемщиком и кредитором, причем эти услуги относятся к разряду внебалансовых банковских услуг. К таким услугам относятся гарантийные кредитные письма и другие финансовые гарантии, секьюритизация, продажа займов.

Общее увеличение посреднических банковских услуг на рынке ссудных капиталов вызвано тем, что корпорации в целях экономии на банковском проценте напрямую осуществляют заимствования на международных рынках капитала посредством облигационных займов и других инструментов финансового рынка. Данный факт существенно повлиял на перераспределение банковских услуг в сторону увеличения посреднических услуг на рынке ссудных капиталов и снижения классических кредитных банковских услуг.

Совокупность вышеперечисленных тенденций развития банковских услуг совместно с увеличением объемов мировой торговли, активизацией процессов слияния и поглощения в промышленности и финансовой сфере, либерализацией капитальных потоков и транснационализацией обусловили рост международных банковских услуг. К международным банковским услугам относятся услуги, связанные с банковским обслуживанием внешнеэкономической деятельности клиента.

За последние годы значительно увеличился масштаб мировой торговли. Так, мировой товарный экспорт в период с 1990 по 2000 г. увеличился на 59 % с 5985 млрд. долл. США до 9040 млрд. долл. США [4] . Доля мирового товарного экспорта в мировом ВВП за этот же период увеличилась с 16,5 % до 19 %. Рост мировой торговли обусловил увеличение международных банковских услуг по международным расчетам. Современные международные банковские услуги по международным расчетам развиваются в направлении минимизации рисков, благодаря использованию различных новых финансовых инструментов, и предоставляются совместно с пакетами других услуг – по кредитованию, поручительству, консультированию. Базовые услуги носят унифицированный характер.

Процесс слияний и поглощений, который проходил при непосредственном участии банков, способствовал увеличению международных консультационных и инвестиционных банковских услуг. Начинают реализовываться интернет-проекты по предоставлению консультационных услуг по принципу «самоконсультирования», когда на базе структурированного алгоритма «вопрос/ответ» пользователь автоматически получает рекомендации, касающиеся структуры инвестиций.

Транснационализация промышленного производства явилась главной причиной транснационализации банковской деятельности. Появление иностранных филиалов, представительств в немалой степени способствовало увеличению всего спектра международных банковских услуг.

Либерализация капитальных потоков, активные шаги к которой мировое сообщество начало предпринимать в конце 70-х гг., стала возможной, в том числе благодаря разветвленным международным банковским сетям, при помощи которых банки стали предоставлять международные банковские услуги по движению капиталов и сопровождению инвестиционной деятельности своих клиентов [6].

Тенденции развития всей МФС, такие как глобализация, интернационализация, институционализация, дизинтермидация, рост международной конкуренции, интеграция, конвергенция, информатизация и компьютеризация, концентрация мировых рынков и другие тенденции, в свою очередь тоже способствовали увеличению международных банковских услуг [11].

В условиях МФС первостепенное значение имеет организация расчетов. Для организации международных расчетов разработаны различные платежные системы, начиная от глобальных, таких как СВИФ, и заканчивая системами, основанными на корреспондентской сети отдельных банков. Та или иная платежная система имеет свои особенности, которые непосредственным образом оказывают влияние на конкурентоспособность международных расчетно-платежных банковских услуг, что является очень важным в процессе интеграции банка в МФС [16].

Наряду с системой СВИФТ существуют другие системы. Международные расчеты в ЕС осуществляются посредством одной из следующих платежных систем: трансевропейской автоматизированной экспресс-системы валовых расчетов в режиме реального времени ТАРГЕТ, Европейской клиринговой системы (ЕКС) при Европейской банковской ассоциации (ЕБА), национальных платежных систем, межбанковских платежей через систему корреспондентских отношений и клиринга, организуемого крупными европейскими банками [16].

Итак, можно сделать вывод, что тенденции развития мировой экономики и МФС свидетельствуют о том, что современная жизнь приобретает выраженный международный характер. Это нашло свое отражение в активизации международных экономических и торговых отношений, как на уровне индивидуума, так и на государственном уровне, которые стали технически возможными благодаря деятельности банков и предоставляемым ими международным банковским услугам. Таким образом, одной из основных тенденций развития банковского бизнеса становится увеличение роли международных банковских услуг.

ГЛАВА 2. ОСОБЕННОСТИ РАЗВИТИЯ БАНКОВСКОГО СЕКТОРА УСЛУГ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ

2.1 БАНКОВСКАЯ СИСТЕМА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

Эволюционные преобразования в банковской сфере в последней четверти прошлого века ознаменовались созданием в Беларуси принципиально новых ее формирований. Разные мотивы и подходы к исследованию этих событий породили неадекватные трактовки исторического прошлого и даже попытки представить предшествующие события в новом свете, искажающем банковскую действительность. [24]

Устойчивая банковская система является одной из основных предпосылок успешного экономического развития страны. Концепцией развития банковской системы Республики Беларусь на 2001-2005, 2006—2010 годы определено расширение спектра и качества банковских услуг и приближение их к уровню европейских банков путем создания институциональных и функциональных банковских структур. [20]

Рынок банковских услуг Беларуси находится на начальном этапе своего развития. Достаточно велика конкуренция между белорусскими и иностранными банками на рынке электронных банковских услуг (официально она не контролируется). Большое количество белорусских клиентов являются держателями международных карточек, эмитированных иностранными банками. В Республике Беларусь действуют ограничения на открытие счетов в иностранных банках для резидентов республики, что сдерживает конкуренцию иностранных банковских услуг, однако избежать ее невозможно в силу отсутствия действительного контроля. [13]

На макроэкономическом уровне основным показателем, характеризующим текущее состояние банковского сектора Беларуси, является соотношение активов и капитала банков с ВВП, отношение выданных кредитов и привлеченных вкладов к ВВП. В нашей стране отношение активов и капитала банков к ВВП гораздо ниже, чем в развитых странах (рисунок 1).

Особенности развития сектора банковских услуг в Республике Беларусь

РИСУНОК 1. ОТНОШЕНИЕ АКТИВОВ И КАПИТАЛА БАНКОВСКОЙ СИСТЕМЫ К ВВП. ИСТОЧНИК: [20]

Это может свидетельствовать о том, что масштабы банковской системы Республики Беларусь меньше, чем в развитых странах. Данная ситуация оказывает определенное влияние на экономическое и социальное развитие страны, вследствие чего отдельные отрасли вынуждены прибегать к использованию иностранного капитала при принятии инвестиционных решений.

Общепризнано, что одной из основных функций банковской системы является кредитование национальной экономики. Реализацию данной функции можно оценить на основании показателя уровня финансового посредничества, который может быть определен как отношение кредитов секторам экономики к ВВП в процентах (рисунок 2).

Особенности развития сектора банковских услуг в Республике Беларусь

РИСУНОК 2. УРОВЕНЬ ФИНАНСОВОГО ПОСРЕДНИЧЕСТВА НА КОНЕЦ 2004 г. ИСТОЧНИК: [20]

В ситуации, когда конкуренция усиливается, а клиенты придают все большее значение качеству обслуживания и надежности, структура банковской отрасли изменяется: в ней возрастает роль крупнейших банков. Благодаря своей репутации и преимуществам в области привлечения средств они уверенно укрепляют рыночные позиции, оттесняя на задний план менее крупных участников рынка. Им принадлежит ведущая роль в развитии банковского обслуживания корпоративных, частных клиентов, мелких и средних компаний, внедрении новых продуктов и услуг, в расширении банковской сети, а также стандартизации — превращении в массовый, общедоступный товар — банковских депозитов и кредитов. [20]

Хотя большинство белорусских банков продолжает специализироваться на услугах в сфере корпоративного финансирования, многие кредитные организации, стремящиеся диверсифицировать и расширить свои кредитные операции и ресурсную базу, а также повысить рентабельность основной банковской деятельности в условиях снижения процентной маржи, начинают уделять первостепенное внимание развитию розничного направления бизнеса.

Однако розница сопряжена с дополнительными операционными и кредитными рисками, высокими расходами на инфраструктуру, требует выработки долгосрочной концепции и готовности работать над ее реализацией, а также продуманного распределения инвестиций. Успех розничных проектов отдельных банков будет зависеть среди прочего от способности этих банков контролировать риски и издержки. [20]

Развитие экономики, социальной и денежно-кредитной сфер Беларуси в 2001-2005 характеризовалось следующими основными тенденциями, в значительной мере обусловленными реализацией комплексной системы мер по выполнению Программы социально-экономического развития Республики Беларусь на 2001 – 2005 годы [15]:

высокими и динамичными темпами роста объемов производства и реализации товаров и услуг в большинстве секторов экономики;

повышением уровня и качества жизни граждан на основе экономического роста, увеличения реальных денежных доходов населения и повышения его занятости;

улучшением финансового состояния предприятий реального сектора экономики;

активизацией инвестиционной и внешнеэкономической деятельности;

стабилизацией государственных финансов, низкими показателями дефицита консолидированного бюджета и государственного долга;

замедлением инфляционных и девальвационных процессов;

дедолларизацией и монетизацией экономики;

ростом золотовалютных резервов государства;

снижением номинальных процентных ставок на финансовом рынке и поддержанием их реальных значений на положительном уровне;

развитием и укреплением банковского сектора, повышением его роли в социально-экономическом развитии страны, выразившемся в росте ресурсов, собственного капитала и уставного фонда банков, расширении их активных операций, улучшении структуры активов и эффективности, надежности и безопасности функционирования платежной системы.

Развитие банковского сектора в 2001 – 2005 годах было подчинено общим целям и задачам, предусматривающим повышение функциональной роли банковской системы в социально-экономическом развитии государства, укрепление ее устойчивости, расширение состава и улучшение качества банковских услуг. [7]

На этом этапе позитивные тенденции в общей макроэкономической ситуации и денежно-кредитной сфере в целом создали благоприятные предпосылки для динамичного развития банковского сектора.

Активы и капитал банков увеличивались темпами, значительно превышающими темпы роста ВВП и инвестиций в основной капитал; возросло доверие к банкам со стороны инвесторов, кредиторов и вкладчиков, что выражается в увеличении уставных фондов, доли нерезидентов Республики Беларусь в уставных фондах банков, росте объемов привлекаемых средств от физических лиц, коммерческих и бюджетных организаций.

К началу 2006 года соотношение капитала банковского сектора с ВВП составило 6,3 процента (к началу 2001 года – 4,2 процента); в абсолютном выражении собственный капитал банковского сектора увеличился в 10,4 раза. [17]

При этом рост собственного капитала банковского сектора на 64 процента был обеспечен увеличением доли государственных органов и юридических лиц, основанных на государственной форме собственности, в совокупном уставном фонде банковского сектора.

Соотношение активов банковского сектора с ВВП составило 32,2 процента (к началу 2001 года – 27,7 процента), в том числе кредитов предприятиям и населению соответственно 20,8 и 16,5 процента.

В абсолютном выражении активы банковского сектора увеличились в 8,1 раза, кредиты экономике – в 8,8 раза.

Одной из важных особенностей институционального развития банковского сектора в 2001 – 2005 годах является существенное уменьшение количества филиалов банков с 529 до 440, что связано с оптимизацией банками филиальной сети, ликвидацией убыточных филиалов, переходом на современные технологии управления.

Для банковского сектора Республики Беларусь характерны все основные виды рисков, присущие банковской деятельности. К числу важнейших видов рисков, управление которыми играет главную роль в условиях функционирования банковского сектора, относятся кредитный риск и риск ликвидности.

Характерными особенностями институционального развития банков явились [7]:

увеличение доли нерезидентов в совокупном уставном фонде банков с 7,8 до 9,8 процента. При этом количество банков, контролируемых иностранным капиталом, уменьшилось с 18 до 16, в то же время удельный вес этих банков в активах банковского сектора увеличился с 14,7 до 19,7 процента, в совокупном нормативном капитале – с 13,7 до 16,9 процента;

снижение доли резидентов частной формы собственности в совокупном уставном фонде банковского сектора с 4,2 до 3,9 процента. Число банков с преобладающим участием в уставном фонде резидентов частной формы собственности уменьшилось с 7 до 6, удельный вес этих банков в активах банковского сектора снизился с 6,3 до 3,8 процента, в совокупном капитале – с 5,7 до 4,2 процента;

уменьшение доли государственных органов и юридических лиц, основанных на государственной форме собственности, в совокупном уставном фонде банковского сектора на 1,7 процентного пункта (до 86,3 процента). Количество банков с преобладающим участием в их уставном фонде государственных органов и юридических лиц, основанных на государственной форме собственности, осталось неизменным (5). Вместе с тем их доля в активах банковского сектора снизилась с 79 до 76,5 процента, в совокупном капитале – с 80,6 до 78,9 процента.

2.2 ОПЕРАЦИИ, ПРОВОДИМЫЕ БАНКАМИ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

2001 – 2005 годы характеризовались динамичным развитием рынка розничных банковских услуг.

Особенности развития сектора банковских услуг в Республике Беларусь

РИСУНОК 3. УСЛУГИ, ПРЕДОСТАВЛЯЕМЫЕ БЕЛОРУССКИМИ БАНКАМИ НАСЕЛЕНИЮ. ИСТОЧНИК: [25]

Анализ рынка банковских розничных услуг свидетельствует о его многообразии (рисунок 3). Условно по блокам их можно разделить на депозитные, кредитные, услуги по расчетно-кассовым операциям, включая расчетные операции с использованием различных инструментов, услуги по валютно-обменным операциям, по операциям с драгоценными металлами и драгоценными камнями, с ценными бумагами, консультационно-информационные услуги.

Рассмотрим более подробно основные из них. Привлечение денежных средств населения. Из 27 банков, действовавших на 01.10.2007 (в настоящее время на 01.02.2009 – 33 банка) на территории республики (приложение 5), 18 имеют право на привлечение денежных средств физических лиц во вклады (депозиты). В целях поддержания ресурсной базы на необходимом уровне белорусские банки проводили гибкую депозитную политику. С учетом интересов клиентов ими предлагался достаточно широкий спектр новых видов вкладов на различных условиях (возможность досрочного снятия без потери процентов, пополнение вклада, дополнительный доход по достижении оговоренного срока и т. п.).

В результате за январь — сентябрь 2007 г. общий объем привлеченных средств физических лиц увеличился на 1 853,8 млрд. руб., или на 23,2%, и на 01.10.2007 составил 9 849,6 млрд. руб.[17]

Если на 01.01.2007 в среднем на одного жителя республики приходилось 820,1 тыс. руб. сбережений, размещенных в банковских вкладах, облигациях и сберегательных сертификатах, что было эквивалентно 385 долл. США, то на 01.10.2007 данный показатель равен 1013,9 тыс. руб. (эквивалентно 471,82 долл. США). [17]

Основной объем депозитов населения сконцентрирован в Минске и Минской области — 48,2% от общего объема, на долю Гомельской области приходится 12,2%, Витебской и Брестской — по 11%, Гродненской — 9,1%, Могилевской — 8,5%. При этом ведущим банком на рынке депозитов населения традиционно является ОАО “АСБ Беларусбанк”, удельный вес которого в общем объеме привлеченных средств физических лиц составил на 1 октября 2007 г. 60,4%. На долю других банков, в частности ОАО “Белагропромбанк”, приходится 11%, ОАО “Белпромстройбанк” — 8,4%, ОАО “Белинвестбанк” — 7,5% (для сравнения за 2005 г. см рисунок 4).

Кредитование. Наиболее востребованными банковскими услугами являются услуги, связанные с кредитованием физических лиц.

Рост денежных доходов приводит к качественным изменениям структуры потребления домашних хозяйств: увеличивается доля расходов на приобретение товаров длительного пользования, недвижимость, обучение, туризм и другие дорогостоящие товары и услуги. Такое изменение структуры потребления, в свою очередь, повышает спрос населения на кредитные банковские продукты и услуги.

Снижение уровня инфляции и, соответственно, ставок по кредитам, совершенствование законодательства, интенсивная рекламная кампания кредитных продуктов банков также обусловили активизацию процесса кредитования населения в республике. Об этом свидетельствует устойчивая тенденция роста объемов кредитной задолженности физических лиц.

Следует отметить, что в целом в течение 2003—2006 гг. белорусский кредитный рынок пережил бум потребительского кредитования. К началу 2007 г. рынок кредитования населения в своем развитии прошел фазу первоначального становления и насыщения и продолжал демонстрировать достаточно высокие темпы роста (рисунок 5). В период с 01.01.2001 по 01.10.2007 кредитная задолженность физических лиц возросла более чем на 7 трлн. руб., или в 52,6 раза, в том числе за 9 месяцев 2007 г. она увеличилась на 1,7 трлн. руб., или на 31,3%, и достигла 7,2 трлн. руб. [25]

На 01.10.2007 в среднем на одного жителя нашей страны приходилось 738,6 тыс. руб. кредитной задолженности. За период с 01.01.2003 (начальный этап активизации банковского потребительского кредитования) до 01.10.2007 данный показатель возрос более чем в 15 раз.

Наиболее существенна роль банковского кредита как источника финансирования инвестиций в жилищном строительстве. Большая часть кредитов на жилищное строительство (69,8%) выдается на льготных условиях (рисунок 6). Причем объемы льготного кредитования жилищного строительства расширяются высокими темпами. На 01.10.2007 задолженность физических лиц перед банками по льготным кредитам на строительство и приобретение недвижимости составила 2,9 трлн. руб. С начала 2007 г. она увеличилась на 701,3 млрд. руб., или на 32,4%. За 9 месяцев 2007 г. банками выдано 1,4 трлн. руб. льготных кредитов на строительство и приобретение жилья, или 70% от запланированного на год. [16]

Особенности развития сектора банковских услуг в Республике Беларусь

РИСУНОК 6. НАПРАВЛЕНИЕ КРЕДИТОВАНИЯ ФИЗИЧЕСКИХ ЛИЦ (НА 01.10.2007). ИСТОЧНИК: [16]

Одним из направлений, по которому в последнее время развивается потребительское кредитование, стало совершенствование банками процедур выдачи кредитов, сокращение времени анализа кредитной заявки и выдачи кредита, внедрение скоринга. В частности, с целью упрощения процедуры выдачи кредита банки проводят работу по созданию собственной единой базы кредитополучателей и поручителей, внедряют в практику обслуживание клиентов по принципу “одного окна”. Заявительный принцип “одного окна” внедрен ОАО “АСБ Беларусбанк” во всех подведомственных филиалах при предоставлении гражданам льготных кредитов на строительство (реконструкцию) или приобретение жилья. Ряд банков упростили процедуру оформления кредитного договора, исключив необходимость заключения договоров поручительства или договоров залога. Способом обеспечения исполнения обязательства по кредиту на потребительские цели принята неустойка. Благодаря этому рассмотрение пакета документов производится банком в течение одного дня. Кроме того, широко практикуется выдача кредитов путем их зачисления на банковскую пластиковую карточку или овердрафтное кредитование по карт-счету. Кредитование под неустойку с использованием банковской пластиковой карточки существенно ускоряет процесс получения кредита. При этом банки контролируют риски через установление лимитов задолженности по кредиту, связанных с уровнем публичных доходов заемщика и его кредитной историей.

Особенности развития сектора банковских услуг в Республике Беларусь

РИСУНОК 7. КОНЦЕНТРАЦИЯ НА РЫНКЕ КРЕДИТОВ РБ В 2005 Г ИСТОЧНИК: [20]

Лидирующие позиции на рынке кредитных услуг населению занимает ОАО “АСБ Беларусбанк” — более 70% от общего объема кредитной задолженности по республике. Это обусловлено исторически сложившейся специализацией банка на работе с населением, а также предоставлением физическим лицам льготных кредитов на строительство и приобретение жилья. Другим лидирующим банком на данном сегменте банковского рынка является “Приорбанк” ОАО, доля которого в общем объеме кредитной задолженности составляет 8,5%; еще у одного банка — ОАО “Белагропромбанк” — удельный вес составил 3,7%. (для сравнения за 2005 г. см рисунок 7)

Высокая концентрация таких кредитов в системообразующих банках является следствием слабости институциональной инфраструктуры других банков республики. Они имеют незначительное количество пунктов обслуживания физических лиц, которые размещаются, как правило, в Минске и некоторых областных центрах.

Поэтому сегодня одним из основных направлений развития потребительского кредитования для средних и малых банков является создание центров обслуживания физических лиц и расширение сети электронных коммуникаций. Вместе с тем в 2007 г. следует отметить активизацию работы белорусских банков (несистемообразующих) по кредитованию населения. Их доля в общем объеме кредитной задолженности населения увеличилась с 6,9% (на начало 2007 г.) до 11,2% (на 01.10.2007).

В числе важных направлений развития потребительского кредитования — развитие конкуренции банков в области процентной политики, которая ведет к сокращению стоимости потребительского кредитования (рисунок 8)

Таким образом, можно констатировать, что в Беларуси фаза накопления денежных средств физическими лицами сменилась фазой роста потребления ими материальных благ, в том числе и за счет кредитов банков. С точки зрения банковской деятельности, активное расширение кредитования физических лиц, с одной стороны, свидетельствует о возросшей диверсификации банковского кредитного дела в республике. С другой — быстрое сокращение разрыва между привлеченными от физических лиц средствами и выданными им кредитами указывает на то, что уже в ближайшем будущем банки не смогут рассчитывать только на сбережения населения в качестве источника финансирования других секторов экономики и им придется менять стратегию формирования ресурсной базы.

Именно поэтому для отечественных банков существенно актуализируется вопрос привлечения иностранных кредитных ресурсов и капиталов. При сохранении имеющихся темпов роста экономики следует ожидать ускорения проникновения иностранного капитала в банковский сектор экономики Беларуси, что повлияет на изменение позиций банков на сегменте кредитных услуг физическим лицам.

Если рассматривать другие банковские услуги — по расчетно-кассовым операциям, включая расчетные операции с использованием различных инструментов, услуги по валютно-обменным операциям, по операциям с ценными бумагами, драгоценными металлами и драгоценными камнями, можно отметить следующее. В настоящее время при осуществлении банками расчетных операций с физическими лицами применяются современные информационные технологии. В частности, при представлении платежных инструкций в банк кроме бумажных носителей все чаще используются возможности передачи документов в электронном виде посредством сети Интернет (Интернет-банкинг) и мобильной связи (СМС-банкинг).

Одну из лидирующих позиций при осуществлении расчетно-кассовых операций занимают банковские пластиковые карточки, которые стали универсальным финансовым инструментом, интегрирующим воедино расчетные, депозитные и кредитные услуги банков.

Так, на 01.10.2007 эмитировано 4,5 млн. карточек международных и внутренних систем расчетов, функционируют 1772 банкомата, 1202 инфокиоска, 5401 платежный терминал в пунктах выдачи наличных денег и 8098 терминалов, установленных в предприятиях торговли (сервиса) [17]. Набор предоставляемых услуг тем или иным банком держателям пластиковых карточек зависит от степени технической оснащенности и проводимой банком политики на этом сегменте рынка.

За последние 5 лет эмиссия банковских карточек возросла в 16,2 раза, количество установленных банкоматов – в 6,9 раза, количество предприятий торговли (сервиса), принимающих карточки при оплатереализуемых товаров (услуг), – в 3,3 раза. В настоящее время в среднем каждый третий гражданин республики имеет карт-счет в банке и возможность распоряжаться им с использованием карточки [18].

Расширяется система расчетов в рамках Единого расчетного и информационного пространства (ЕРИП), базирующаяся на принципе оплаты за услуги по технологии единого лицевого счета, что дает возможность оплачивать услуги различных поставщиков в любом подразделении банковской системы (примером может служить группа “СБС” — система банковского самообслуживания, включающая ОАО “Белвнешэкономбанк”, ОАО “Технобанк”, ЗАО “Межторгбанк”, ОАО “ Банк Москва — Минск” и ЗАО “БелСвиссБанк”).

Кроме того, активно развиваются системы платежей с использованием электронных денег EasyPay, Берлио и WebMoney.

Валютно-обменные операции. Сегодня в Беларуси функционируют более 3 тыс. пунктов обмена валют, в которых совершаются валютно-обменные операции с 22 иностранными валютами. Основная часть операций на рынке наличной иностранной валюты (около 80%) осуществляется в долларах США.

Пока операции с ценными бумагами для физических лиц занимают незначительный удельный вес, но с развитием рынка ценных бумаг в последующем их доля будет увеличиваться. Так, некоторые банки в качестве одного из инструментов привлечения денежных средств населения используют сберегательные сертификаты, объем выпуска которых на 01.10.2007 составил 20,6 млрд. руб., или 0,2% от общего объема привлеченных в банковскую систему средств физических лиц. [18]

Среди развивающихся направлений розничного банковского бизнеса — операции с драгоценными металлами и драгоценными камнями. Активизировалось такое направление розничного банковского бизнеса, как операции купли-продажи мерных слитков золота, серебра и платины, памятных и юбилейных монет Национального банка. На 01.10.2007 лицензии Национального банка на совершение операций с драгоценными металлами и драгоценными камнями имели семь банков: ОАО “Белагропромбанк”, ОАО “Белинвестбанк”, ОАО “АСБ Беларусбанк”, ОАО “Белпромстройбанк”, ОАО “Белвнешэкономбанк”, ОАО “Белгазпромбанк” и ЗАО “Трастбанк”. За 9 месяцев 2007 г. ими продано 6 кг платины, 305 кг серебра и 487 кг золота. [17]

В целях активизации работы по привлечению денежных средств населения в банковскую систему, расширению спектра банковских услуг банки уделяли внимание рекламному сопровождению процесса оказания розничных банковских услуг (приложение 6). Наряду с традиционными способами информирования клиентов о банковских услугах (телевидение, радио, газеты, рекламные буклеты и наружная реклама) применялись мультимедийные средства (Интернет, видеоэкраны, информационные агентства и др.). Большинством банков созданы и функционируют в актуальном режиме с постоянным информационным наполнением веб-сайты в сети Интернет.

Помимо этого, на качественно новом уровне развивается справочно-информационное консультирование по оказываемым банковским услугам. В банках (например, “Приорбанк” ОАО, ЗАО АКБ “Белросбанк”, ЗАО “Трастбанк”) созданы и действуют Call-центры, специализирующиеся только на обслуживании клиентов по телефону. Данные центры, как правило, укомплектованы специально подготовленными высококвалифицированными операторами банка, предоставляющими клиенту необходимую информацию по различным вопросам банковского обслуживания: справочные сведения по оформлению всех видов кредитов для физических лиц, депозитам, открытию счетов, переводам и перечню совершаемых операций. Во многих белорусских банках выделены специальные справочные телефонные номера для получения клиентами информации по комплексу предоставляемых ими услуг. Например, в ОАО “Белагропромбанк” создан Контакт-центр, осуществляющий телефонное консультирование физических лиц.

Для максимального облегчения доступа к услугам этого центра звонки могут совершаться на единый бесплатный республиканский, городской или номер мобильных операторов (при этом все консультации населению бесплатные).

Сегодня банки проводят активную работу по комплексному обслуживанию клиентов. Создаются и внедряются пакетные продукты, состоящие из набора различных банковских инструментов. Развитие комплексного обслуживания населения в январе — сентябре 2007 г. осуществлялось посредством реализации принципа “одного окна”. Продолжается работа банков по автоматизации процессов.

За счет внедрения программного обеспечения по централизации базы данных клиентов — физических лиц банки предоставляли клиентам возможность осуществлять операции по своим счетам (в пределах одного банка) вне зависимости от территориальной принадлежности счета (например, ОАО “АСБ Беларусбанк”, ОАО “Белагропромбанк”, ОАО “Белпромстройбанк”, ОАО “Банк Москва — Минск”). А в целях определения перспективы спроса на те или иные банковские продукты банки широко практикуют проведение не только собственными силами, но и с участием исследовательских организаций социологических опросов, различных маркетинговых исследований. [30]

Несмотря на то, что все белорусские банки универсальны и спектр оказываемых ими услуг ориентирован на широкий круг потенциальных клиентов, при разработке новых продуктов банки все-таки ориентируются на интересы определенного сегмента клиентуры. Используя результаты социологических опросов и маркетинговых исследований, банки определяют “портрет” своих клиентов, выделяют группу пользователей услугами. Такая работа проводится всеми системообразующими банками (например, в 2006 г. ОАО “Белагропромбанк” провел социологическое исследование с привлечением аналитического центра “ECOOM”).

Наряду с традиционными для банковского сектора направлениями работы на рынке розничных услуг (привлечение денежных средств населения, кредитование, валютно-обменные операции, расчетно-кассовое обслуживание) банки перешли к предоставлению своим клиентам комплексных услуг и продуктов. В республике активно стало развиваться кредитование населения, особенно потребительское. Банки совместно с торговыми организациями начали широко внедрять кредитные проекты по продаже товаров в кредит, а также новые технологии по экспресс-кредитованию. В результате объем кредитной задолженности физических лиц с 1 января 2001 г. по 1 января 2006 г. увеличился в 24 раза и составил 3,3 трлн. рублей, а объем потребительского кредитования за этот период возрос в 103,1 раза. Если на начало 2001 года потребительские кредиты составляли 8,8 процента в общем объеме кредитной задолженности физических лиц, то на 1 января 2006 г. – уже 37,7 процента. [7]

На 1 января 2008 г. средства физических лиц составили 10,62 трлн. рублей, или 25,5 процента пассивов банковского сектора (приложение 1.7), увеличившись за отчетный год на 2,81 трлн. рублей (на 35,9 процента). Почти весь их объем (99,5 процента) представлен в форме депозитов. Депозиты физических лиц за 2007 год выросли на 2,75 трлн. рублей (на 35,2 процента), в том числе рублевые – на 1,45 трлн. рублей (на 27,1 процента), валютные – на 600,3 млн. долларов США (на 51,8 процента). Несмотря на значительный рост депозитов в иностранной валюте, связанный с возрастанием инфляционных и девальвационных ожиданий населения, сложившихся в конце 2006 года – начале 2007 года, в структуре депозитов физических лиц сохранилось преобладание средств в национальной валюте (64,2 процента). В составе средств физических лиц опережающими темпами увеличивался объем сберегательных сертификатов (в 5,5 раза) [18].

Увеличению средств населения, размещенных в банках, способствовали позитивная динамика денежных доходов населения, расширение перечня банковских операций и услуг, повышение их качества, а также поддержание реальной процентной ставки по срочным и условным рублевым и валютным депозитам физических лиц на положительном уровне и обеспечение стабильности курса белорусского рубля. С учетом интересов клиентов банки расширяли практику комплексного обслуживания, предлагали большой спектр вкладов с новыми условиями: возможностью досрочного снятия денежных средств без потери процентов, пополнения вклада, получения дополнительного дохода по достижении оговоренного срока и другими.

Получили дальнейшее развитие Интернет-банкинг и мобильный банкинг. Ряд банков открыли у себя службы обработки телефонных звонков, контакт-центры, работа которых позволяет оперативно осуществлять дистанционное обслуживание клиентов. Развивалась кооперация банков по совместному использованию сети посттерминалов и банкоматов для расширения безналичных расчетов посредством банковских пластиковых карточек.

Значительно активизировался процесс предоставления банками своим клиентам новых современных видов услуг при осуществлении расчетов. Стали разрабатываться и внедряться банковские Интернет-услуги, услуги, оказываемые посредством инфокиосков и мобильной связи. Начиная с 2005 года идет процесс формирования единого расчетного и информационного пространства по оплате услуг населению через банки и небанковские кредитно-финансовые организации, организации почтовой и электрической связи, что позволяет реализовать принцип ”одно окно“ при обслуживании клиентов.

Рассмотрим еще раз такие виды операций, проводимые банками, как операции банка по привлечению средств в депозиты и операции по кредитованию индивидуальных заемщиков, т.к. они являются наиболее важными и доминирующими на рынке банковских услуг Республики Беларусь.

Операции банка по привлечению средств в депозиты. Коммерческие банки выполняют различные операции по обслуживанию своих клиентов. Все операции коммерческих банков обычно делят на три группы [14]:

1. пассивные операции — это операции, посредством которых банки формируют свои ресурсы для проведения кредитных и других активных операций. К ним относятся: привлечение на расчетные и текущие счета юридических и физических лиц, открытие срочных счетов граждан, предприятий, организаций, выпуск ценных бумаг, займы, полученные из других банков и т.д.

2. активные операции — операции, посредством которых банки размещают имеющиеся в их распоряжении ресурсы. К ним относятся: краткосрочное и долгосрочное кредитование производственной, социальной, инвестиционной и научной деятельности предприятий и организаций, предоставление потребительских кредитов населению, приобретение ценных бумаг, лизинг, факторинг, инновационное финансирование и кредитование, долевое участие средствами банка в хозяйственной деятельности предприятий, займы, предоставляемые другим банкам.

3. активно-пассивные операции банков — комиссионные, посреднические операции, выполняемые банками по поручению клиентов за определенную плату — комиссию. Различают комиссионно-расчетные операции, связанные с осуществлением внутренних и международных расчетов, а также торгово-комиссионные или продажа банкам по поручению клиентов ценных бумаг, инвалюты, драгоценных металлов, посредничество в размещении акций и облигаций, бухгалтерское и консультационное обслуживание клиентов и т.д.

Для коммерческих банков вклады — главный вид пассивов, а, следовательно, и важный ресурс для проведения активных кредитных операций. За счет заемных средств, например, формируется почти 93 общей суммы активов коммерческих банков США. От характера, депозитов зависят виды ссудных операций, а соответственно, и размеры доходов банков.

Сбережения населения составляют отдельную группу ресурсов банков. Общая основа оседания денег у населения как сбережений заключается в том что, распоряжаясь своими доходами, граждане соответственно потребностям могут отсрочить расходование денег на какой-либо промежуток времени. Принадлежащая населению масса стоимости, пока она не превратилась из денежной Формы в предметы личного потребления остается временно в распоряжении банка. Возврат этих средств, предоставляемых населением в качестве кредита государству или банку, происходит, по мере того как граждане используют свои денежные средства на покупку товаров и оплату услуг. Параллельно с использованием денежных сбережений одними гражданами образуются новые сбережения другими. Поэтому общая сумма денежных средств населения, которой могут распоряжаться банки в качестве кредитного ресурса, не только не уменьшаются, но и как правило, систематически возрастает.

В зависимости от срока помещения средств во вклады в банки депозиты делятся на вклады до востребования и срочные вклады, разностью которые являются сберегательные вклады. Вклады до востребования могут быть изъяты в любое время без предварительного уведомления банка клиентом, проценты по ним не выплачиваются, по клиентам они выгодны, поскольку позволяют производить расчеты с помощью чеков в любое время с юридическими и физическими лицами без использования наличных денег.

В отличие от вкладов до востребования срочные и сберегательные вклады помещают в банки на определенный срок и приносят доход вкладчикам, обычно зависящий от длительности хранения средств на банковских счетах. Срочные вклады могут быть изъяты только в соответствии со сроком хранения, в противном случае клиент лишается повышенных процентов или уплачивает банку штраф. Такие вклады банку выгодны, поскольку, используя депозиты вкладчиков в качестве ресурса, он может более свободно маневрировать ими, чем средствами во вкладах до востребования.

Клиенты большинства банков не отличаются особой приверженностью к одному банку и легко переходят на обслуживание в другие банки. Требуют дополнительного развития и продвижения как торговые марки и бренды банков, так и отдельные услуги.

Следствием небольшого размера белорусских банков является высокая концентрация кредитного портфеля и ресурсной базы, поскольку размер капитала и совокупных активов таких банков не позволяет им удовлетворять значительные финансовые потребности крупнейших промышленных предприятий страны.

Операции по кредитованию индивидуальных заемщиков. Активными операциями называются операции банков по размещению имеющихся в их распоряжении ресурсов. Важнейшими активными операциями банков являются операции по кредитованию предприятий, организаций и частных лиц.

Основным направлением размещения средств банков являются кредиты субъектам хозяйствования — резидентам. По состоянию на 1 января 2008 г. доля требований к субъектам хозяйствования в структуре активов банков составила 53,6 процента (годом ранее — 52,7 процента). [18]

При этом за 2007 г. их объем увеличился на 7 052,5 млрд. рублей, или на 46,1 процента до 22 335,9 млрд. рублей. Значительный объем средств направлялся также на кредитование физических лиц. [18]

Объем требований банков к физическим лицам увеличился с 5 449,6 млрд. рублей до 8 075,2 млрд. рублей, или на 48,2 процента. Удельный вес требований к физическим лицам в совокупных активах банковского сектора увеличился с 19 до 19,4 процента. [17]

В 2007 году банковская система полностью удовлетворяла предъявляемый экономикой спрос на кредиты. Темпы наращивания кредитования существенно опережали темпы роста ВВП. Так, прирост требований банков к экономике в белорусских рублях и иностранной валюте в реальном выражении в среднем за 2007 год по отношению к 2006 году составил 35 процентов (в белорусских рублях — 29,5 процента) при увеличении реального ВВП на 8,2 процента. [18]

В 2007 году сохранились высокие темпы роста требований и кредитов банков к экономике. При этом на 1 января 2008 г. доля долгосрочных кредитных вложений банков составила 75,7 процента в общей сумме кредитных вложений банков. [18]

В настоящее время банковские ссуды классифицируются по ряду признаков, в том числе по типу заемщика, видам обеспечения, срокам погашения, методам погашения, целевому направлению использования, объектом кредитования, объему и т. д. [14]

По видам обеспечения ссуды подразделяются на:

обеспеченные

необеспеченные, или бланковые.

Обеспечением ссуд могут выступать: залог, гарантии, поручительства, страхование. В качестве их могут выступать различные виды активов.

Классификацию ссуд можно продолжить в зависимости от сроков их погашения. По срокам погашения ссуды делятся на краткосрочные и долгосрочные. К первой группе относятся обычно ссуды, предоставляемые сроком до 1 года. Для коммерческих банков нашей страны в современных условиях это наиболее предпочтительный вид ссуд.

Краткосрочную ссуду модно оформить на определенный срок, в пределах года или до востребования. Ссуда до востребования не имеет фиксированного срока, и банк может потребовать ее погашения в любое время.

Долгосрочные ссуды, сроком выше 1 года, носят сегодня исключительно редкий характер.

По методу погашения ссуды делят на:

ссуды, погашенные единовременно (основной долг по ссуде погашается на одну конечную дату),

ссуды, погашающиеся в рассрочку (периодичное погашение основной суммы долга. Ссуды могут погашаться периодически равномерными и неравномерными платежами. При выдаче ссуды с рассрочкой платежа действует принцип, согласно которому сумма ссуды списывается частями на протяжении периода действия договора. Подобный порядок погашения ссуды не столь обременителен для заемщика, как при единовременной уплате долга. Для банка также выгодно, чтобы ссуда погасилась периодически в течении всего периода действия договора, так как это ускоряет оборачиваемость кредита и высвобождает кредитные ресурсы для новых вложений, повышая таким образом его ликвидность).

По методу взимания процентов ссуды классифицируются следующим образом:

ссуды с удержанием процентов в момент предоставления ссуды

ссуды с уплатой процентов в момент погашения кредита

ссуды с уплатой процентов равными взносами на протяжении всего срока пользования.

По направлениям использования потребительские ссуды в Республике Беларусь подразделяются на:

кредиты на неотложные нужды,

кредиты под залог ценных бумаг,

кредиты на строительство и приобретение жилья,

кредиты на капитальный ремонт жилых домов, их газификацию и присоединения к сетям водоснабжения и канализации.

ссуды на строительство надворных построек для содержания скота и птицы и приобретения средств малой механизации для выполнения работ в личном подсобном хозяйстве (гражданам, проживающим в сельской местности).

На данном сегменте наблюдается снижение доминирующей роли АСБ “Беларусбанк” в связи с развитием розничных банковских услуг и увеличением активности других банков.

Доля кредитов реальному сектору экономики и сектору домашних хозяйств в активах банковского сектора неуклонно возрастает и составила к ачалу 2006 года 64,5 процента (к началу 2001 года – 59,4 процента). [15]

При этом доля кредитов населению в активах банковского сектора увеличилась с 5,4 до 16,1 процента, что обусловлено как активизацией процессов потребительского кредитования и кредитования жилищного строительства, так и повышением платежеспособного спроса физических лиц на банковские услуги. Снижение удельного веса банковских кредитов реальному сектору экономики с 54 процентов до 48,4 процента было вызвано недостаточной кредитоспособностью предприятий и уменьшением доли средств предприятий в ресурсной базе банков.

Опережающий по сравнению с темпами роста экономики рост активов банковского сектора позволил увеличить их отношение к ВВП на конец 2007 года до 43,4 процента против 36,6 процента на начало 2007 года.

Наиболее существенные изменения в активах банков в отчетном году (2007) произошли за счет [16]:

увеличения на 1,3 процентного пункта удельного веса требований банков к экономике. Данный показатель на 1 января 2008 г. сформировался на уровне 73 процентов, в том числе кредиты экономике возросли на 1,7 процентного пункта и достигли 69,5 процента. При этом в активах банковского сектора основной удельный вес (53,6 процента) составили требования к юридическим лицам, объем которых за 2007 год возрос на 7,05 трлн. рублей (на 46,1 процента), до 22,34 трлн. рублей;

сокращения на 2,8 процентного пункта удельного веса требований к Правительству, органам местного управления;

снижения на 1,4 процентного пункта доли денежных средств, размещенных в банках и Национальном банке;

повышения на 3,2 процентного пункта удельного веса средств, размещенных у нерезидентов.

Расширяя объемы кредитования субъектов хозяйствования и населения, банковская система способствует поддержанию высоких темпов экономического роста.

Уровень рентабельности собственного капитала банковского сектора в 2001 – 2005 годах в целом составил от 5,6 до 8,4 процента, по итогам 2005 года – 6,8 процента. Рентабельность активов составляла от 0,8 процента (по итогам 2001 года) до 1,6 процента (по итогам 2003 года). В 2005 году рентабельность активов банковского сектора достигла 1,3 процента. [15]

ГЛАВА 3. ПУТИ ЭФФЕКТИВНОЙ АКТИВИЗАЦИИ СЕКТОРА БАНКОВСКИХ УСЛУГ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ

3.1 ОБЩИЕ ПУТИ РЕШЕНИЯ АКТИВИЗАЦИИ БАНКОВСКОГО РЫНКА УСЛУГ

Для устойчивого инновационного развития экономики Республики Беларусь сфера услуг является наиболее доступным и естественным обеспечением. Увеличение доли услуг в ВВП страны повысит экономическую защищенность государства от промышленных шоков и, соответственно, сократит энергетическую зависимость национальной экономики, поскольку основными потребителями энергии выступают именно промышленные предприятия. Активизация финансовых услуг должна создать климат для изменения отношения потребителей к услугам в Беларуси и их динамичного развития. При этом сами финансовые услуги должны питаться резервными источниками всех отраслей сферы услуг.

Финансовые услуги в Республике Беларусь находятся на этапе становления и обладают резервами, которые позволят увеличить долю данной отрасли услуг в ВВП в десятки раз. Более того, финансовые услуги могут способствовать развитию всей сферы услуг и обеспечат преодоление препятствий, сдерживающих развитие многих отраслей. Так, для решения проблемы учета в сфере услуг, а также для обеспечения количественного и качественного роста финансовых услуг предлагается проведение следующих мероприятий.

Требуется создание полноценной и надежной финансово-банковской инфраструктуры для обслуживания функционирования сферы услуг. Необходимо максимально увеличить безналичный оборот в сфере услуг вплоть до 100 процентов. Для достижения этой цели потребуется широкомасштабное использование безналичных расчетов во всех точках торговли услугами. Полученная банками информация о проведении операций по торговле услугами может быть использована в системе учета, а также налоговыми органами.

Безналичный оборот выгоден для банковской системы, которая будет использовать временно свободные средства населения, находящиеся на пластиковых карточках. Расширение безналичного оборота в сфере услуг, сопровождающееся увеличением номенклатуры банковских услуг, будет способствовать развитию таких отраслей, как телефонная связь, почта и Интернет. Широкое использование возможностей получения информации о проведенных операциях по пластиковым карточкам по почте, телефону и через Интернет расширит количество услуг, предоставляемых данными видами связи.

Целесообразно активизировать экспорт финансовых услуг. Экспорт банковских и страховых услуг возможен несколькими путями. В первую очередь — через открытие филиалов и представительств белорусских банков и страховых компаний за рубежом для привлечения средств и перевод их в Республику Беларусь и инвестирование их в национальную экономику. Наиболее перспективным видится открытие белорусских банковских филиалов в странах СНГ и Китае. Во вторую очередь — через расширение зарубежной клиентуры белорусских банковских и страховых услуг внутри страны. Данная возможность является наиболее реальной ввиду реализации процесса вступления Беларуси в ВТО, который в конечном итоге предполагает либерализацию внешнефинансовых отношений.

Экспорт является резервом роста не только финансовых услуг, но и других отраслей данной сферы. В настоящее время экспорт услуг в Республике Беларусь, так же, как и импорт, находится на достаточно низком уровне, обладая значительным потенциалом для роста.

Ежегодный прирост экспорта услуг в 2000—2005 годах из Беларуси составлял 16 процентов, что ниже, чем в среднем в России, Украине и Казахстане, но выше, чем в иных странах СНГ. В аналогичной динамике находится развитие импорта услуг в Республике Беларусь. [15]

География размещения экспорта белорусских услуг может быть достаточно обширной, но упорядоченной. Целесообразно экспортировать услуги в страны, в которых рынки уже достаточно освоены белорусскими товаропроизводителями. В первую очередь необходимо рассмотреть возможность экспорта в Россию, Азербайджан, Казахстан, Украину и другие страны СНГ, затем в Великобританию, Голландию, Германию.

Экспорт услуг в форме открытия предприятий по предоставлению услуг за рубежом может выражаться в пассивной и активной формах. Пассивная форма предполагает заключение двусторонних инвестиционных соглашений и соглашений об избежание двойного налогообложения. Более сложной является активная форма продвижения прямых инвестиций, предполагающая создание соответствующей сетевой инфраструктуры, специальных рекламных агентств, секретарских компаний по поиску партнеров, консалтинговых и представительских структур, финансово-кредитных учреждений, страховых компаний. На этапе становления белорусских предприятий за рубежом возможна финансовая поддержка как иностранного государства, так и Республики Беларусь. Многие страны с переходной экономикой занимаются соответствующей практикой. Например, экспортно-импортный банк Чехии реализует программы инвестиционных гарантий для чешских инвесторов. Корпорация по гарантии экспортных кредитов в Венгрии предоставляет услуги по страхованию политических рисков в странах, в которые инвестируют венгерские компании. Экспортная корпорация в Словении страхует долгосрочные инвестиции (от 3 до 15 лет) в объеме до 90 процентов от различных экономических и неэкономических рисков (война, введение торговых и валютных ограничений, экологические катастрофы). [26]

Стратегическими целями развития банковской системы Республики Беларусь являются повышение устойчивости и эффективности функционирования банковского сектора, рост потенциала и совершенствование состава банковских инструментов адекватно растущим потребностям экономики и населения. [18]

Стимулирование конкуренции на рынке банковских услуг. В зависимости от используемых методов различают ценовую и неценовую конкуренции. Ценовая конкуренция осуществляется путем изменения цен (как правило, снижения) на предлагаемые товары и услуги открытым путем (фирмы широко оповещают потребителей о снижении цен на свои товары и услуги) и в скрытом виде (выпускают новый товар с существенно улучшенными потребительскими свойствами, а цену поднимают непропорционально мало).

Региональная конкуренция позволит белорусским компаниям сформироваться за рубежом, окрепнуть, получить навыки и опыт для конкурентной борьбы на более развитых и требовательных европейских рынках.

Неценовая конкуренция основана на улучшении качественных характеристик товара и проведении целенаправленной политики дифференциации продукта (включая рекламу и меры по стимулированию сбыта). Цель применения неценовых методов конкуренции — формирование устойчивых потребительских предпочтений. Особенностью банковского дела является то, что банковские услуги и продукты легко воспроизводимы конкурентами (патентная защита на банковские услуги и продукты не распространяется), в результате чего большинство банков предлагают более или менее одинаковый набор услуг. В то же время банк может осуществить дифференциацию своих продуктов и услуг посредством улучшения качества обслуживания. Высокая роль качества обусловлена его непосредственной взаимосвязью с рентабельностью финансово-кредитного института, поскольку улучшение качества привлекает клиентов и способствует увеличению объемов реализуемых банковских продуктов и услуг, что выражается в увеличении прибыли и снижении издержек. По данным американских экономистов, дружелюбие и квалифицированное обслуживание является основным критерием выбора банка для большого числа потребителей [8].

Повышение квалификации работников и улучшение качества предоставляемых услуг на банковском рынке услуг. Для самого банка качественный уровень работы определяют скорость внутренних рабочих процессов, уровень издержек на исправление ошибок, эффективность рабочих процессов, уровень мотивации работников, производительность труда, степень кредитного риска, соотносительные с уровнем затрат на создание банковских продуктов и оказание банковских услуг. С точки зрения клиентов, критериями качества банковского обслуживания являются скорость обслуживания, срочность осуществления операций, наличие ошибок и неточностей, время работы банка, качество консультирования (глубина, активный или пассивный характер), личностная сторона отношений с банком и др. Уровень качества банковских продуктов и услуг клиенты сопоставляют с их ценами.

Профессионализм менеджеров (сотрудников) банка. Нет необходимости доказывать, что высокое качество банковских продуктов и услуг не может быть достигнуто без надлежащего профессионализма работников банка, и, прежде всего, менеджеров высшего (управленческого) звена. Достижение необходимого уровня профессионализма менеджеров и его поддержание в определенной мере зависят от образования и систематического повышения квалификации. В настоящее время не приходится жаловаться на отсутствие в Беларуси образовательной базы для подготовки профессиональных банкиров. Обучение банковскому делу ведется в ряде высших учебных заведений. Появляются условия для самообразования, так как отсутствует дефицит качественной учебной литературы по теории и практике банковского дела. Наличие компетентных сотрудников в фирме (банке) создает условия, когда “сначала убеждаются, что нужные люди — на борту (а ненужные — на берегу), а уж потом решают, куда плыть”.

Также следует отметить, что для того чтобы стать профессиональным менеджером, надо не только усвоить необходимые знания, но и уметь их применять.

Поэтому стратегически важной задачей современного банка при оптимизации своих каналов реализации банковских услуг является определение равновесия между тремя вариантами предоставления услуг: 1) стандартизированные базовые услуги без консультаций; 2) оказание услуги с активными консультациями и 3) решение финансовых проблем с микросегментированием и интенсивными консультациями. Задача состоит в том, чтобы обеспечить отдельные группы клиентов стандартизированными банковскими услугами, основанными на самообслуживании, за счет использования информационных технологий с вариантом получения консультаций. В идеале сочетание стандартизированной и сегментированной услуг становится продуктом индивидуального спроса.

Для обеспечения доступности всего спектра банковских услуг населению банки продолжили процесс оптимизации филиальной сети с учетом повышения ее финансовой устойчивости. Постоянно проводится работа по улучшению обслуживания населения исходя из возможности предоставления максимального количества и объема банковских услуг, потребности в них клиентов, эффективности работы и территориального расположения подразделения банка. В этой связи актуальным и перспективным для банков, особенно для не имеющих развитой филиальной сети, является применение стратегии многоканального обслуживания клиентов, что выражается в расширении каналов поставки банковских услуг путем удаленного обслуживания клиентов, в том числе совместное использование банками определенных каналов реализации (совместная сеть банкоматов, инфокиосков, работа через учреждения почты и др.).

Именно так банки осуществляют оптимизацию своей структуры. Открываются центры банковских услуг в местах наиболее массового скопления потенциальных клиентов, специализирующиеся на выполнении не всего спектра услуг, а наиболее востребованных, либо с применением мобильных решений, дистанционных методов обслуживания через глобальную сеть Интернет и посредством мобильных операторов, как с применением собственной инфраструктуры, так и сторонних предприятий. Широко используется сеть учреждений РУП “Белпочта”, через которую реализуются услуги по погашению потребительских кредитов (ОАО “Белгазпромбанк”, ЗАО АКБ “Белросбанк”, ЗАО “СОМБелБанк”), оформлению и пересылке документов на получение кредита (ОАО “Белгазпромбанк”) и, в случае принятия положительного решения, получению почтой предоплаченной карточки, оформлению депозитов в отделениях связи (ОАО “АСБ Беларусбанк”, “Приорбанк” ОАО). Выездное обслуживание отдаленных населенных пунктов в сельской местности для реализации своих продуктов организовывает ОАО “АСБ Беларусбанк”, при этом клиент обходится однократным посещением банка либо вообще без такового.

Кроме того, значительное внимание банки оказывают повышению качества предоставляемых услуг. В целях совершенствования системы оценки качества обслуживания клиентов банками внедрены автоматизированные системы управления операционным залом, которые позволяют установить объективный и действенный контроль за эффективностью работы сотрудников и накапливать аналитические данные по клиентам за счет встроенных блоков статистики. Разрабатываются и внедряются системы контроля качества услуг (балльные оценки, экспертные заключения консалтинговых фирм и т. п.). Например, в первом полугодии 2007 г. в ОАО “Белагропромбанк” уже введена в действие система управления качеством розничных банковских услуг, которая была утверждена Правлением банка.

Во многих банках рекомендован к применению в повседневной практике Кодекс профессиональной банковской этики, утвержденный Ассоциацией белорусских банков. Качество обслуживания клиентов улучшается также посредством компьютеризации и автоматизации рабочих мест, устанавливаются отдельные кабины для индивидуального обслуживания, разделяются операционные залы на зоны обслуживания, постоянно повышается квалификация персонала.

В целом, перспективы развития банковских услуг на ближайшие годы основаны на следующих трех факторах структурных изменений в банковском секторе [21]:

1) вхождение в отрасль;

2) диверсификация деятельности банка за счет предоставления внебалансовых услуг;

3) развитие услуг на рынке ссудных капиталов.

Понятие «вхождение в отрасль» подразумевает создание транснациональными корпорациями «внутренних банков». Примерами таких банков являются «Вольвобанк», «Бритиш Петролиум», «Рено», которые полностью обслуживают финансовые потребности своих учредителей.

Диверсификация банковской деятельности за счет предоставления внебалансовых услуг обусловлена повышением роли консультационных и информационных услуг. Значительно увеличились консультационные услуги в области финансового консультирования, слияния и поглощения, поиска стратегического инвестора, международного налогового планирования, приватизации и банкротства.

Увеличение внебалансовых услуг также связано с ростом информационных услуг. В условиях современной МФС информационные ресурсы трансформируются в реальные экономические ресурсы, информационные услуги превратились в объект потребления и производства, в результате чего банк выполняет функции информационного и консультационного центра для клиента.

Очевидно, что в своей деятельности банк должен учитывать обе группы критериев (при этом следует иметь в виду, что для различных видов банковских продуктов и услуг набор критериев будет различаться). Однако в условиях усиления банковской конкуренции ведущее значение приобретает точка зрения клиентов банков. Это обстоятельство нашло выражение в концепции воспринимаемого качества банковского обслуживания. Суть ее заключается в том, что менеджеры (сотрудники банков) должны иметь четкое представление о том, что важно для потребителей.

На качество банковских продуктов и услуг влияет множество разнообразных факторов, однако к наиболее значимым из них относятся (рисунок 3.1):

— управленческие решения;

— корпоративная культура банка;

— постоянное улучшение деятельности банка;

— профессионализм менеджеров (сотрудников) банка.

Особенности развития сектора банковских услуг в Республике Беларусь

РИСУНОК 3.1. Факторы, влияющие на качество банковских продуктов и услуг. ИСТОЧНИК: составлено автором в ходе написания работы.

Управленческие решения, принимаемые менеджерами организации (сотрудниками банка), должны удовлетворять целому ряду обязательных требований, в том числе целевой направленности, обоснованности, выполнимости, адресности, правомочности, непротиворечивости, своевременности, результативности. При этом любое решение в банковской сфере связано с определенным риском.

“Невозможно заниматься бизнесом, не рискуя. Не рискуя, вы ничего не заработаете” [Билл Гейтс]. Среди многообразных банковских рисков риск предоставления услуг (сбыта банком продуктов), не удовлетворяющих требованиям потребителей, относится к числу наиболее значимых. Уход клиентов банка из-за предоставления некачественных (ненужных) продуктов и услуг может означать банкротство. Также основным риском прекращения деятельности банка является риск невозврата средств клиентами, который может привести банк к экономическому краху.

Существует целый арсенал методов, обеспечивающих предотвращение или уменьшение негативных последствий, связанных с риском. Например, для предотвращения или уменьшения финансовых потерь от принятых решений используются такие методы, как создание резервных фондов, страхование риска, диверсификация инвестиционного портфеля и др. В связи с этим в последнее время все большее внимание привлекает концепция риск-менеджмента, суть которого заключается не во избежание риска (что иногда просто невозможно), а в управлении им. [4]

Под корпоративной культурой банка следует понимать установленные руководством и поддерживаемые персоналом ценности банка, в том числе и манера поведения персонала (особенно с клиентами). Интерес к корпоративной культуре непрерывно растет, что связано с пониманием значимости ее влияния на успех банковского бизнеса. Мировая практика свидетельствует о том, что процветающие компании отличаются высоким уровнем корпоративной культуры. Для таких компаний, согласно Б. Карлоффу, характерен симбиоз корпоративной культуры и деловой стратегии [9]. В связи с этим составляющими корпоративной культуры банка, как правило, выступают его миссия (позволяет каждому сотруднику банка представить себя частью целостного образования и ощутить свою сопричастность общему делу), видение (попытка заглянуть в будущее лет на 15 вперед, которое может быть достигнуто при благоприятных условиях) и базисные ценности (основополагающие принципы деятельности любой организации).

Постоянное улучшение деятельности банка — следствие непрерывного стремления банка превзойти достигнутые им результаты в различных областях. Диапазон постоянных улучшений исключительно широк: от постепенных (шаг за шагом) и никогда не прекращающихся улучшений до периодически реализуемых проектов прорыва, то есть изменений принципиального характера (инноваций, нововведений). Инновации являются источником постоянного обновления, служат основой для развития банковского бизнеса. Они выражаются в новаторских подходах, методах, приемах и средствах решения актуальных проблем менеджмента. История свидетельствует, что весь ХХ век прошел под знаком постоянных инноваций. В настоящее время это одна из самых важных стратегий для выживания организаций. Можно предположить, что и в ХХI веке инновации станут определять развитие бизнеса. При этом особую роль они будут играть в завоевании лидерства, совершенствовании корпоративной культуры и изменении структуры банков. [11]

Важную роль в улучшении деятельности банка в современных условиях играет использование информационных технологий, под которыми принято понимать применение компьютеризированных телекоммуникационных средств для сбора, хранения и обработки информации. В современном информационном мире любая технология (а тем более технология предоставления банковских продуктов и услуг) рано или поздно становится технологией информационной. Уже более 30 лет информационные технологии используются для управления операционными системами, ведения бухгалтерского учета и др. В 90-х годах ХХ века информационные технологии стали применяться для радикального реконструирования (реинжиниринга) процессов, что ознаменовало наступление нового этапа информационной эры, а именно этапа перехода от автоматизации отдельных функций к комплексной процессно-ориентированной автоматизации. По мнению Б. Гейтса, ключевой концепцией первого десятилетия ХХI века должна стать скорость: скорость изменения характера бизнеса, управления бизнес-процессами, изменения образа жизни потребителей и их запросов. [3]

Сегодня недооценивать или тем более игнорировать роль информационных технологий в повышении качества банковских продуктов и услуг уже нельзя, поскольку они позволяют устранять организационные и информационные разрывы, дублирование функций работников банка, нерациональное использование ресурсов, повышают скорость принятия управленческих решений (например, по выдаче кредита клиенту).

Развитие банковской системы предполагает расширение состава и объема, улучшение качества банковских услуг, повышение доверия к банкам со стороны национальных и иностранных инвесторов и вкладчиков, населения республики, интеграцию банковского сектора Беларуси в региональные, мировую банковскую и финансовую системы. [20]

Разнообразие в выборе банковских услуг. Снова вернемся к первой главе работы и посмотрим на определение «банковского товара»: «Банковский товар — это непосредственно продукт (вклад, карточка, кредит и т.д.) и сопутствующие услуги по продукту, т.е. связка “продукт—услуга”.» И не для кого не секрет, что у разных клиентов — разный интерес. Одним больше интересен сам продукт, другим — комбинация продукта и услуг, третьим — больше услуги, другим — различные комбинации различных продуктов и услуг. Такой разброс диктует разные формы обслуживания клиента и разное время на обслуживание. Поэтому следует разнообразить портфели розничных банковских продуктов и должны быть расширенны.

Вклады. Разные валюты — Br, RUB, USD, EUR, разные сроки — 3 месяца, 6 месяцев, 1 год, 2 года и более, соответственно, разные процентные ставки.

Карточки. Разные платежные системы — VISA, MasterCard, а еще БелКарт, НефтеКарт и так далее. Разные валюты — Br, USD, EUR, разная стоимость обслуживания, разные условия получения наличных, соответственно, разные процентные ставки на карт-счета.

Кредиты. Разные валюты — Br, USD, EUR, разные сроки — 6 месяцев, 1 год, 2 года и более, соответственно, разные процентные ставки, разные комиссионные сборы, непростые документы. Различные формы кредитования — кредит, овердрафт, кредитная карточка.

Как упростить выбор для клиента? Надо его ориентировать. Для этого банку нужны:

1) качественные розничные продукты;

2) квалифицированные сотрудники;

3) продуктивные процедуры работы с клиентами;

4) качественные рабочие места;

5) необходимое время на результативную консультацию.

Сотрудник банка, осуществляющий продажи и обслуживающий клиента, должен измениться, стать сначала консультантом, а потом уже продавцом. При этом консультаций может быть несколько, а клиент после проведенной образовательной работы может уйти в другой банк.

Что делать в настоящей рыночной ситуации? Как справиться с разнообразием запросов, как удержать клиента, как получить доход банку, выполнив большую часть пожеланий клиента? Необходимо строить эффективные процедуры работы с разными клиентами, разными целевыми аудиториями. Как показывает анализ работы банков ряда стран на розничном рынке, решений может быть много (см. следующую подглаву 3.2.).

С учетом вышесказанного дальнейшая работа по развитию рынка банковских розничных услуг будет продолжена по следующим направлениям.

1. Совершенствование действующего законодательства в целях создания необходимых условий для расширения спектра розничных банковских услуг.

2. Внедрение новых видов услуг, обеспечивающих рост депозитов физических лиц.

3. Расширение потребительского кредитования путем разработки и внедрения новых видов кредитов, упрощения процедуры кредитования с целью повышения доступности широким слоям населения.

4. Расширение перечня услуг, оказываемых банками при осуществлении безналичных рас-

четов посредством современных банковских инструментов и технологий.

5. Улучшение качества предоставления банковских услуг путем повышения культуры обслуживания, оптимизации графиков работы подведомственных учреждений, внедрения внутренних систем оценки качества.

Таким образом, для успешной работы банковской системы в области развития рынка розничных банковских услуг, повышения доверия населения к банковской системе и привлечения его к активному участию в сфере банковского рынка необходимо создание соответствующих макроэкономических условий (повышение эффективности производства, уровня доходов населения, поступательное снижение инфляции) и условий, определяемых состоянием банковской системы (повышение капитализации банковских учреждений, расширение их ресурсной базы, увеличение доли активов банковской системы в ВВП). Для создания данных условий важна согласованная деятельность органов власти и управления, Национального банка и банков.

3.2 СОЗДАНИЕ РАЗЛИЧНЫХ КАНАЛОВ ПРОДАЖ БАНКОВСКИХ УСЛУГ

“Западные банки признали свое “родство” с торговыми организациями и сделали соответствующие выводы. При переходе банков от сервисной культуры обслуживания к культуре розничной торговли, нацеленной на продажи, отделения банков достаточно легко превратить в “финансовые магазины” [23].

Одно из решений такой трансформации — построение разнообразных производственных конвейеров обслуживания клиентов разных целевых групп, формирование различных каналов продаж под подготовленные конвейеры, дифференциация розничных продуктов.

В ходе написания работы была составлена таблица различных каналов продаж банковских услуг (Приложение 11). Прокомментируем каждый из них.

Торговая мини-площадка (агентство) банка. Основная задача торговой мини-площадки при массовой продаже стандартизированных розничных продуктов — минимизировать общение с клиентом с точки зрения ресурсозатрат клиента и банка на проведение продажи. Помимо снижения трудоемкости операций и экономии времени как клиента, так и банка срабатывает еще и психологический эффект — обслуживание в банке должно быть чем-то само собой разумеющимся, легким и доступным.

Сотрудник, или агент, банка, предлагающий розничные продукты массовому клиенту, должен завоевать доверие клиента. Это возможно сделать с помощью качественных информационных материалов и дополняющей консультации по мини-портфелю стандартных розничных продуктов, оперативных и умелых действий по оформлению сделки.

При этом основным отличием обслуживания клиента является широкий спектр предлагаемых продуктов и услуг, а не персональное сопровождение клиентов. Таким образом, сотрудник мини-площадки (агентства) банка, находящийся на передовой линии работы с массовым клиентом, должен быть грамотным консультантом-продавцом, нацеленным на продажу продуктов, предоставление информационных услуг по проданным продуктам и оказание консультаций по мини-портфелю розничных продуктов.

Розничный финансовый супермаркет. Основная задача финансового супермаркета при индивидуальных продажах расширенного портфеля розничных продуктов — уделить клиенту время, необходимое для информирования о полезных продуктах и услугах банка. Помимо полезного общения как клиента, так и банка срабатывает еще и психологический эффект — обслуживание в банке должно быть приятным и эффективным.

Сотрудник банка, предлагающий розничные продукты солидному клиенту, должен завоевать уважение и признание клиента. Это возможно сделать с помощью квалифицированной консультации по портфелю розничных продуктов повышенного качества, умения объяснить стоимость продукта и аккуратных действий по оформлению сделки. При этом основным отличием является не спектр предлагаемых продуктов и услуг, а персональное сопровождение клиентов.

Таким образом, сотрудник банка, находящийся на передовой линии работы с солидным клиентом, должен быть квалифицированным финансовым консультантом. Он помогает определиться с розничными продуктами банка в зависимости от задач и приоритетов клиента. В дальнейшем человек может обратиться к своему персональному менеджеру за информацией о новых продуктах, состоянии своего портфеля продуктов и внести необходимые коррективы.

В этом случае происходит трансформация персонального менеджера в финансового консультанта, нацеленного на долгосрочное сотрудничество с клиентом в большей степени, чем на простую продажу продуктов и услуг.

Финансовый бутик. Основная задача финансового бутика при продажах индивидуального портфеля финансовых продуктов с максимальными возможностями — уделить клиенту время, необходимое для выяснения его финансовых потребностей. Помимо результативного общения клиента с сотрудником банка срабатывает еще и психологический эффект — обслуживание в банке должно быть квалифицированным, полезным, комфортным и приятным.

Элитное частное банковское обслуживание призвано комплексно решать проблемы состоятельной части общества. В противоположность ритейловым “частные” банки стремятся создать атмосферу финансового бутика. Его клиенты принципиально отличаются от клиентов супермаркета, и подход к их обслуживанию совсем иной.

Любому розничному банку интересны состоятельные клиенты, потому что есть возможность продать им очень широкий спектр банковских продуктов и услуг. Теряя на одном продукте, банки восполняют эти потери за счет других. Поэтому розничный банк должен найти форму обслуживания состоятельного клиента.

Торговая Internet-площадка банка. Основная задача торговой Internet-площадки банка при индивидуальных продажах полного портфеля розничных банковских продуктов — обеспечить клиенту самостоятельную удобную возможность получить необходимую информацию о продуктах банка, оформить необходимые документы для покупки, контролировать процесс прохождения документов, получить, в случае необходимости, квалифицированную консультацию, даже с временным разрывом.

Помимо полезного общения срабатывает психологический эффект — обслуживание в банке может быть высокоэффективным с возможностью удобной самостоятельной работы. Торговая Internet-площадка банка, предлагающая розничные продукты, должна быть приятной и понятной, завоевать уважение и признание клиента.

Это возможно сделать, оформив торговую Internet-площадку банка по принципу финансового супермаркета из реальной жизни банка. Покупка розничных банковских продуктов в финансовом Internet-супермаркете должна быть легкой и приятной, разумно защищенной и иметь возможность контролировать ход покупки.

При этом основным отличием торговой Internet-площадки от финансового супермаркета является одновременное предложение и полного спектра продуктов, и персонального сопровождения клиента. Она представляет собой новый вариант электронного квалифицированного персонального консультанта-продавца по всему спектру розничных продуктов банка, способного указать и объяснить стоимость продукта, вызвавшего интерес, помочь оформить покупку и довести ее до конца. По сути, каждому Internet-клиенту предоставляется персональный неустающий круглосуточный консультант-продавец. В этом случае торговая Internet-площадка банка становится инструментом продаж и обслуживания, нацеленным на долгосрочное сотрудничество с клиентом.

Важным достоинством для клиента является возможность работать с торговой Internet-площадкой необходимое для него время, уходить и возвращаться необходимое количество раз, решать свои проблемы в удобном временном графике.

Важным достоинством для банка является возможность установить с клиентом постоянно действующую связь путем информирования о новых продуктах, возможностях, скидках по аналогии с финансовым супермаркетом из реальной жизни.

Отличным дополнением торговой Internet-площадки является Internet-банкинг, предоставляющий возможность контроля и осуществления операций по уже приобретенным продуктам.

Отмечу, что торговая Internet-площадка банка отличается от официального Internet-сайта, как традиционное “настоящее” отделение банка от финансового розничного банковского супермаркета.

Традиционные площадки продаж. При использовании новых видов торговых площадок традиционные площадки банка по работе с клиентами в виде центров банковских услуг, расчетно-кассовых центров, имеющие в своем функциональном портфеле операции с наличными деньгами, не только не снижают свою значимость, а даже значительно ее увеличивают.

Фаза осуществления продажи только начинает жизненный цикл розничного финансового продукта, который обязательно включает работу с наличными, — как получение денежных средств, так и погашение задолженностей перед банком. А возможность одновременно получить в одном месте наличные, информацию по выполненным операциям и необходимую консультацию, а также осуществить покупку дополнительного или нового продукта представляет для клиента настоящий жизненный интерес.

Использование пластиковых карточек как интегратора портфеля розничных банковских продуктов увеличивает значение устройств самообслуживания — банкоматов и платежно-информационных киосков, доступных клиенту по схеме 24•7•365.

Таким образом, традиционные площадки банка благодаря своим универсальным возможностям становятся центрами перекрестных продаж.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Рынок банковских услуг Беларуси находится на начальном этапе своего развития. Достаточно велика конкуренция между белорусскими и иностранными банками на рынке электронных банковских услуг. Большое количество белорусских клиентов являются держателями международных карточек, эмитированных иностранными банками. В Республике Беларусь действуют ограничения на открытие счетов в иностранных банках для резидентов республики, что сдерживает конкуренцию иностранных банковских услуг, однако избежать ее невозможно в силу отсутствия действительного контроля.

Тем не менее, несмотря на стабильный рост банковского сектора в последние восемь лет (2001-2008), следует отметить, что его масштабы, характеризующиеся соотношением активов и ВВП, все еще уступают масштабам банковских систем сопредельных стран.

Наряду с традиционными для банковского сектора направлениями работы на рынке розничных услуг (привлечение денежных средств населения, кредитование, валютно-обменные операции, расчетно-кассовое обслуживание) банки перешли к предоставлению своим клиентам комплексных услуг и продуктов.

Совершенствование денежно-кредитной политики и повышение уровня развития банковского сектора в Республике Беларусь осуществляются в едином комплексе преобразований государственной экономической и социальной политики, основываются на устойчивом укреплении потенциала отраслей национальной экономики и социальной сферы и оказывают, в свою очередь, стимулирующее воздействие на дальнейшую динамику их роста, качество и уровень жизни населения.

Важной главой явился анализ тенденций развития современных международных банковских услуг. В условиях глобализации мировой экономики постоянно возрастает значимость банковских услуг по обслуживанию внешнеэкономической деятельности, увеличивается объем инвестиционных, консультационных, информационных услуг, возрастает роль услуг в сфере финансового консультирования, управления активами, на передний план выходят банковские услуги в сфере информационных технологий с использованием Интернета.

Постоянное улучшение деятельности банка — следствие непрерывного стремления банка превзойти достигнутые им результаты в различных областях. Диапазон постоянных улучшений исключительно широк: от постепенных и никогда не прекращающихся улучшений до периодически реализуемых проектов. Инновации являются источником постоянного обновления, служат основой для развития банковского бизнеса. Они выражаются в новаторских подходах, методах, приемах и средствах решения актуальных проблем менеджмента. Приведенные автором в третьей главе нововведения на банковском рынке услуг могут быть приняты во внимание при совершенствовании банковского сектора услуг Республики Беларусь.

Можно предположить, что и в ХХI веке инновации станут определять развитие бизнеса. При этом особую роль они будут играть в завоевании лидерства, совершенствовании корпоративной культуры и изменении структуры банков.

Приведенные в третьей главе разнообразные производственные конвейеры обслуживания клиентов разных целевых групп и сформированные различные каналы продаж под подготовленные конвейеры, дифференциация розничных продуктов, — может помочь регулированию функций различных участников рынка банковских услуг.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

Банковское дело / В. Колесников. – Мн.: Финансы и статистика, 1999. – 448 с.

Банковское дело: Учебник / Под ред. д.э.н., проф. Г.Г. Коробовой. — М.: Юрист, 2002. — С. 86—87.

Банковское дело. Справочное пособие. Под ред. Ю.А.Бабичевой. – М.: экономика, 1994.

Банки и банковские операции: учебн. для ВУЗов под ред. Е.Ф.Жукова – М.: Банки и биржи, юниты, 1997. – 471с.

Банки и банковское дело: учебн. пособие / под ред. И.Т. Балабанова. — Спб: Питер, 2001. -304 с.

Банковские операции: 4.1/ под ред. О.И.Лаврушина – М.: Инф-ка-М, 1996.

Банковский кодекс Республики Беларусь. – Закон Республики Беларусь от 17 июля 2006 №145-З «О внесении изменений и дополнений в Банковский кодекс Республики Беларусь»

Банковские услуги: зарубежный и российский опыт. / Иванов А.Н. – М.: Финансы и статистика, 2002. — С. 21—30.

Деловая стратегия: Пер. с англ. / Карлофф Б. — М.: Экономика, 1991. — 239 с.

Деньги, кредит, банки: учебн./ под ред. Е.Ф.Жукова. – М.: Банки и биржи, юниты, 1999. – 622 с.

Деньги, кредит, банки; курс лекций / Тарасов В.И. — Мн.: ООО»Мисанта» 1997. – 344 с.

Деньги, кредит, банки: учебн.пособие – Ростов-на-Дону, 2000.- 448с.

Международный рынок услуг / В.В.Почекина, Ю.П.Якубук; под ред. В.Ф.Медведева. – Мн.: НО ООО «БИП-С», 2004. – 264 с.

Основы банковского дела: учеб. пособие / Войтешенко Б.С. и др. – Мн.: Тесей, 1999. — 448 с.

Программа развития банковского сектора экономики Республики Беларусь на 2006 – 2010 годы (Указ Президента РБ от 15 января 2007 №27). – Мн.:2006. – 60 с.

Аналитическое обозрение. Основные тенденции в экономике и денежно-кредитной сфере Республики Беларусь 2007 год. – Мн.: НБРБ, 2008. – 135 с.

Бюллетень банковской статистики №№1 (115). – Мн.: НБРБ, 2009. – 210 с.

Годовой отчет Национального Банка РБ за 2007 г. – Мн.: НБРБ, 2008. – 100 с.

Журнал »Вестник Ассоциации белорусских банков» №№3, 9,15 2006 г.

Гамзунов А. Анализ доступности рынка банковских услуг в Республике Беларусь // Банкаўскi веснiк. 2007. — № 1 (366). – с. 50-55.

Кузьмич Н. Современная банковская система: создание, оценки // Банкаўскi веснiк. 2008. — № 22 (423). – с. 57-63.

Леонович Т. Конкурентная среда на рынке банковских продуктов и услуг // Банкаўскi веснiк. 2007. — № 25 (390). – с. 23-31.

Леонович Т. Многоканальность — перспективное направление развития банка // Банкаўскi веснiк. 2006. — № 7 (336). – с. 32-37.

Лузгин Н.В. (доклад). Реализация Концепции развития розничных банковских услуг в Республики Беларусь до 2010 года // Банкаўскi веснiк. 2008. — № 22 (423). — с. 10-15

Полегожко Т. Рынок банковских розничных услуг: современные аспекты и дальнейшее развитие // Банкаўскi веснiк. 2008. — № 1 (402). — с. 5-13

Рудый К. Развитие сферы услуг: сущность, роль и перспективы // Банкаўскi веснiк. 2007. № 10 (375). – с. 12-19.

Скрипко А. Современные технологии организации продаж розничных банковских услуг // Банкаўскi веснiк. 2007. — № 22 (387). – с. 27-33.

Шкирич А. Адаптация банковских систем к процессу глобализации: открытый вариант и его последствия // Банкаўскi веснiк. 2007. — № 25 (390). – с. 44-47.

Шкирич А. Адаптация банковских систем к процессу глобализации: пошаговый вариант и его последствия // Банкаўскi веснiк. 2007. — № 22 (387). – с. 34-37

Национальный Банк Республики Беларусь [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://nbrb.by

Курсовая работа: Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування

Зміст

Вступ

1. Теоретичні основи форм та способів оплати праці

1.1 Поняття та функції оплати праці

1.2 Застосовувані форми й системи оплати праці

2. Аналіз оплати праці на підприємстві на прикладі ТЗОВ «Завод будівельних конструкцій»

2.1 Аналіз фонду заробітної плати та чисельності працюючих

2.2 Аналіз використання робочого часу та продуктивності праці

2.3 Аналіз форми та системи оплати праці на підприємстві

3. Шляхи покращення ефективності від застосування різних форм та систем оплати праці

Висновки та пропозиції

Список використаних джерел

Вступ

На сьогоднішній день наша держава знаходиться в процесі динамічного розвитку соціально-економічних відносин. З кожним роком економіка країни зміцнюється, зростає ВВП, поступово підвищується добробут населення. Такий процес еволюції народного господарства України обумовлений рядом факторів, основними з яких є розміщення іноземних інвестицій, перетворення тіньових капіталів в реальні працюючі кошти, прийняття деяких законів, що створюють сприятливі умови для фінансово-господарської діяльності. Однак, є ще один досить потужний фактор, величина якого може кардинально впливати на розвиток економіки країни – заробітна плата. На сьогодні цей чинник знаходиться майже в неактивному стані.

Від рівня заробітної плати кожного працюючого українця залежить сукупний дохід населення, в залежності до якого формується попит на товари, роботи, послуги. Відповідно відбувається стимул зростання виробництва.

Розглядаючи оплату праці на мікрорівні, необхідно зауважити, що її величина може здійснювати безпосередній вплив на ефективність діяльності окремого суб’єкта господарювання. Саме правильність обрання форм та способів оплати праці може зекономити додаткові кошти підприємству чи підвищити рівень продуктивності праці.

Обрану тему даної курсової роботи розкрили в своїх працях такі науковці як Петрович Й.М., Кіт А.Ф., Семенів О.М., Г.О. Швиданенко, С.Ф. Покропивний, Савицька Г.В., Поддєрьогін А.М., С.М. Клименко Нажаль, сьогодні мало хто приділяє увагу вагомості даного чинника, не усвідомлюючи короткостроковості економічного ефекту від економії на заробітній платі працівників.

Варто зазначити, що актуальність обраної теми даної курсової роботи обумовлена саме вагомим значенням даного фактора як для ефективності роботи окремого підприємства, так і для загального соціально-економічного ефекту держави.

Предметом дослідження даної теми є система оплати праці окремого суб’єкту господарювання.

Метою роботи є визначення найоптимальнішого співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування.

Для досягнення поставленої мети було обрано наступні завдання:

Вивчення теоретичних основ форм та системи оплати праці.

Дослідження форм та методів оплати праці на окремому підприємстві.

Порівняння теоретичних та практичних сторін досліджуваного питання.

Виявлення негативних сторін формування системи оплати праці на підприємстві.

Формування, на основі проведеного дослідження, пропозицій щодо вдосконалення систем оплати праці на підприємствах та щодо підвищення соціально-економічного ефекту заробітної плати.

1. Теоретичні основи форм та способів оплати праці

1.1 Поняття та функції оплати праці

Ефективність функціонування та соціальний розвиток тих чи тих суб’єктів господарювання (трудових колективів) забезпечується передусім формуванням належних індивідуальних і колективних матеріальних стимулів, провідною формою реалізації яких є оплата праці різних категорій персоналу.

Оплата праці – це будь-який заробіток, обчислений, як правило, в грошовому виразі, який за трудовим договором власник або уповноважений ним орган виплачує працівникові за виконану роботу або надані послуги.

Оплата праці складається з основної заробітної плати й додаткової оплати праці. Розміри оплати найманого працівника залежать від результатів його праці з урахуванням наслідків господарської діяльності підприємства.

Основна заробітна плата працівника залежить від результатів його праці й визначається тарифними ставками, відрядними розцінками, посадовими окладами, а також надбавками і доплатами у розмірах, не вищих за встановлені чинним законодавством. Рівень додаткової оплати праці здебільшого залежить від кінцевих результатів діяльності підприємства. Зазвичай до додаткової оплати праці відносять премії, інші заохочувальні та компенсаційні виплати, а також надбавки й доплати, не передбачені чинним законодавством або встановлені понад розміри, дозволені останнім. За розрахунками середньої структури середньомісячного заробітку персоналу на виробничих підприємствах України протягом кількох останніх років, основна заробітна плата й додаткова оплата праці становлять відповідно 70–80 і 20–30% від загальної величини цього заробітку.

За умов розвитку підприємництва та існування різних форм власності заробіток працівника вже не визначається розміром якогось гарантованого фонду оплати праці, а все більше залежить від кінцевих результатів і доходів від діяльності підприємства. Треба враховувати, що й сам працівник усе частіше стає більш-менш реальним співвласником підприємства. Відтак винагороду працівникові-власнику треба нараховувати не тільки за працю, а й за вкладений у підприємство капітал. Ось чому, ураховуючи зміни в природі та механізмі формування заробітку працівника, замість поняття «заробітна плата» усе частіше використовують терміни «трудовий дохід», «винагорода», «оплата праці», «заробіток», «дохід». Але в будь-якому разі повна компенсація (грошова або негрошова) за витрачені зусилля, включаючи заробітну плату, повинна відбивати внесок кожного працівника, ефективність його праці.

Дійовість оплати праці визначається тим, наскільки повно вона виконує свої основні функції – відтворювальну, стимулюючу, регулюючу й соціальну (рис. 1.1).

ФУНКЦІЇ ЗАРОБІТНОЇ ПЛАТИ

Відтворювальна

Стимулююча

Регулююча

Соціальна

Відтворення робочої сили

Стимулювання кількості, якості та результатів праці

Регулювання ринку праці

Однакова оплата за однакову працю

Цільова спрямованість
Забезпечення стану нормальної життєдіяльності

Диференціація рівня оплати праці

Сегментація рівня оплати праці

Солідаризація заробітної плати

Принципи реалізації
Оцінка вартості робочої сили

Оптимізація елементів організації праці

Ціноутворення на ринку праці під впливом попиту й пропонування

Поєднання державного та договірного регулювання

Напрями реалізації
Фізіологічні та соціальні критерії забезпечення простого та розширеного відтворення

Оптимізація співвідношень між зростанням продуктивності та оплати праці

Формування ринкової вартості робочої сили

Диференціація заробітної плати за критерієм соціальної справедливості

Критерії реалізації

Рис. 1.1. Головні функції заробітної плати

Реалізація відтворювальної функції заробітної плати передбачає встановлення норм оплати праці на такому рівні, який забезпечує нормальне відтворення робочої сили відповідної кваліфікації та водночас дає змогу застосовувати обґрунтовані норми праці, що гарантують власнику отримання необхідного результату господарської діяльності. Функція стимулювання зводиться до того, що можливий рівень оплати праці має спонукати кожного працівника до найефективніших дій на своєму робочому місці. Регулююча функція оплати праці реалізує загальноприйнятий принцип диференціації рівня заробітку за професією і кваліфікацією відповідної категорії персоналу, важливістю та складністю трудових завдань. Соціальну функцію заробітної плати спрямовано на забезпечення однакової оплати за однакову роботу; вона має поєднувати державне й договірне її регулювання, а також реалізовувати принцип соціальної справедливості за одержання власного доходу.

Отже, заробітна – це сума коштів, які працівник отримує як винагороду за виконану ним роботу протягом заданого терміну. Заробітна плата є одним з основних економічних елементів, так як включається в собівартість продукції, здійснюючи вплив на ціну товару.

1.2 Застосовувані форми й системи оплати праці

Тарифна система, що її ми назвали основою організації оплати праці робітників виробничого підприємства, не може, проте, забезпечити повних розрахунків місячного заробітку цієї найбільшої за кількістю категорії персоналу, оскільки не бере до уваги реальної результативності їхньої діяльності за відповідний проміжок часу. Цим пояснюється об’єктивна необхідність проведення розрахунків абсолютної величини заробітної плати, виходячи з фактичних результатів (затрат) праці протягом одного місяця. Такі результати (затрати) праці можна визначити за допомогою конкретних форм і систем заробітної плати робітників виробничих підприємств чи виробничо-експериментальних підрозділів науково-технічних та інших подібних організацій.

Основними вимірниками результатів (затрат) праці є кількість виготовленої продукції (обсяг наданих послуг) належної якості або витрачений робочий час, тобто кількість днів (годин), протягом яких працівник фактично був зайнятий (працював) на підприємстві (в організації). Такому поділу вимірників затрат праці відповідають дві форми заробітної плати, що базуються на тарифній системі, – відрядна та почасова.

За відрядної форми оплата праці проводиться за нормами й розцінками, встановленими на підставі розряду працівника. Кваліфікаційний (тарифний) розряд працівника передбачає виконання роботи відповідної складності. Основними умовами застосування відрядної оплати праці є наявність кількісних показників роботи, що безпосередньо залежать від конкретного працівника і піддаються точному обліку, а також необхідність стимулювання зростання випуску продукції та існування реальних можливостей підвищення виробітку на конкретному робочому місці. Використання цієї форми оплати праці потребує встановлення обґрунтованих норм виробітку, чіткого обліку їхнього виконання і, що особливо важливо, воно не повинно призводити до погіршення якості продукції, порушень технологічних режимів, техніки безпеки, а також до перевитрачання сировини, матеріалів, енергії.

За почасової форми заробітної плати оплата праці робітників здійснюється за годинними (денними) тарифними ставками з урахуванням відпрацьованого часу та рівня кваліфікації, що визначається тарифним розрядом. Почасова форма заробітної плати застосовується тоді, коли недоцільно нормувати роботи (наприклад, операції контролю за якістю продукції) або вони взагалі не піддаються нормуванню, оскільки зміст і послідовність виробничих операцій часто змінюються (роботи з ремонту та налагодження устаткування, обслуговування внутрішньозаводського транспорту, дослідно-експериментальні роботи тощо). Сучасна техніка пред’являє підвищені вимоги до точності та чистоти обробки, якості продукції. Саме почасова, а не відрядна оплата праці значно більше сприяє дотриманню цих вимог. Почасова оплата праці керівників, спеціалістів і службовців здійснюється, як правило, за місячними посадовими окладами (ставками).

Кожна з названих форм заробітної плати охоплює кілька систем оплати праці для різних організаційно-технологічних умов виробництва. Можливі та реально застосовувані системи оплати праці робітників виробничих підприємств (підрозділів організацій) показано на рис. 1.2.

Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування

Рис. 2.2. Форми та основні системи оплати праці

За прямої відрядної системи заробіток працівника Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування розраховується множенням кількості одиниць виробленої продукції Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування та розцінки за одиницю продукції Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування:

Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування (1.1)

Розцінка визначається діленням погодинної тарифної ставки на норму виробітку або множенням погодинної тарифної ставки на норму часу (у годинах) на виготовлення одиниці продукції.

За непрямої відрядної системи заробіток працівника залежить не від його особистого виробітку, а від результатів праці працівників, що їх він обслуговує. Вона застосовується для оплати тих категорій допоміжних робітників (наладчиків, ремонтників, кранівників), праця яких не піддається нормуванню та обліку, але значною мірою визначає рівень виробітку основних робітників. Заробіток робітника Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування за цієї системи розраховується за формулою:

Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування, (1.2)

де s – погодинна тарифна ставка; t – фактично відпрацьована кількість годин цим робітником; kвн – середній коефіцієнт виконання норм виробітку всіма робітниками, що обслуговуються.

За відрядно-преміальною системі заробіток працівника (Dвпс) складається з відрядного заробітку (pv) та премії (m) за досягнення певних результатів:

Dвпс = pv + m.(1.3)

Відрядно-прогресивна оплата праці передбачає оплату робіт, виконаних у межах встановленої норми (no) за звичайними відрядними розцінками (ρ), а робіт, виконаних понад нормативний (базовий) рівень (ni) – за підвищеними розцінками (Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування) залежно від ступеня виконання завдання. Отже, заробіток (Dв прог) у цій системі визначається за формулою

Dв прог = ρ · no + ρi · ni. (1.4)

Застосування цієї системи обмежується, як правило, дільницями, що стримують роботу всього підприємства, за браком у них стимулюючих факторів підвищення якості продукції або послуг.

Відмінність акордної системи полягає в тім, що працівникові або групі працівників розцінки встановлюються не за окремі операції, а за весь комплекс робіт із визначенням кінцевого строку його виконання. Ця система заохочує до скорочення строків виконання робіт і тому використовується передовсім за усування наслідків аварій, за термінових ремонтів, будівельних робіт тощо. Треба враховувати необхідність суворого контролю якості, додержання правил безпеки праці за застосування цієї системи оплати.

Почасова оплата праці робітників здійснюється за годинними (денними) тарифними ставками із застосуванням нормованих завдань або за місячними окладами. Почасова оплата праці керівників, спеціалістів і службовців, як уже було сказано проводиться, як правило, за місячними посадовими окладами (ставками).

За простої почасової оплати заробіток працівника (Dпп) розраховується множенням годинної тарифної ставки відповідного розряду (s) на кількість відпрацьованих годин (t):

Dпп = s · t. (1.5)

Через недостатній позитивний вплив на кількість і якість праці робітника цю систему застосовують досить рідко.

У почасово-преміальній системі певною мірою усунуто цей недолік. За цієї системи окрім тарифного заробітку (s · t) працівник одержує премію (m) за досягнення певних кількісних або якісних показників. Загальний заробіток (Dпрем) визначається за формулою

Dпрем = s · t + m. (1.6)

За застосування почасово-преміальної системи з використанням нормованих завдань заробіток може складатися з трьох частин: 1) почасового заробітку, що розраховується пропорційно відпрацьованому часу, і доплат за професійну майстерність та умови (інтенсивність) праці; 2) додаткової оплати за виконання нормованих завдань, що нараховується у процентах до почасової оплати за тарифом; 3) премії за зниження трудомісткості виробів або робіт.

Різновидом почасово-преміальної є система оплати за посадовими окладами, що застосовується на підприємствах усіх галузей економіки. За цією системою оплачуються працівники, робота яких має стабільний характер (комірники, вагарі, прибиральники та ін.).

За ринкових умов господарювання чинне законодавство України забезпечує повну самостійність підприємств та інших суб’єктів бізнесової діяльності щодо питань організації оплати праці всіх категорій персоналу. Засновники (керівники) державних підприємств та установ (організацій) мають право самостійно вибрати форми й системи оплати праці, установити працівникам конкретні розміри тарифних ставок, відрядних розцінок, посадових окладів, премій, винагород, надбавок і доплат, керуючись єдиною тарифною сіткою, а також умовами, передбаченими колективним договором. Що стосується підприємств інших форм власності, то вони можуть: використовувати традиційну тарифну систему; застосовувати тарифні ставки та оклади тільки як орієнтири; запроваджувати власну, індивідуально розроблену модель оплати праці.

Об’єктивний процес усе більшого поширення в усіх галузях народного господарства України умов праці, адаптованих до сучасних вимог науково-технічного та організаційного прогресу і ринкових взаємовідносин між суб’єктами господарювання, зумовлює тенденцію поступового збільшення частки почасової оплати праці в загальному фонді заробітної плати підприємства. Започатковано процес удосконалення форм і систем оплати праці, створення нових моделей заробітної плати. Характерним у цьому процесі є намагання позбутися негативних і поєднати позитивні елементи почасової та відрядної форм оплати праці. Зокрема це стосується поширення моделей безтарифної системи оплати, що базується на частковому розподілі зароблених коштів, призначених для винагородження працівників за певними критеріями, як-от:

кваліфікація та діловитість працівника;

коефіцієнт трудової участі як узагальнююча оцінка реального внеску кожного працівника в результати колективної праці;

ступінь виконання нормованих завдань;

кількість відпрацьованих годин.

З метою ефективного використання робочої сили на засаді активізації творчого потенціалу працівників усіх категорій усе більше розвитку набувають колективні форми організації та оплати праці. Використання колективних розцінок заохочує працівників до суміщення професій, взаємозаміни та взаємодопомоги в процесі праці, практично ліквідує поділ робіт на «вигідні» та «невигідні» і, що дуже важливо, значно більше орієнтує на досягнення позитивних кінцевих результатів діяльності підприємства.

В підсумку, можна сказати, що заробітна плати є досить вагомим показником в фінансово-господарській діяльності підприємства, який може змінювати результати його діяльності шляхом безпосереднього впливу на ціну товарів або на продуктивність праці. Також, можна сказати, що ефективність роботи підприємства може залежати від обраних форм і систем оплати праці, які вибираються в залежності від виду діяльності підприємства та характеру роботи тих чи інших структурних підрозділів.

2. Аналіз оплати праці на підприємстві на прикладі ТЗОВ «Завод будівельних конструкцій»

2.1 Аналіз фонду заробітної плати та чисельності працюючих

Об’єктом дослідження курсової роботи є система оплати праці Товариства з обмеженою відповідальністю «Завод будівельних конструкцій», яке знаходиться за адресою: 58018, м. Чернівці, Шевченківський район, провулок Індустріальний, 2.

Якщо розглянути історію створення товариства, то варто зазначити, що його заснування відбулося згідно наказу Чернівецького обласного будівельного тресту (Облрембудтреста) №160 від 24.08.1957 року, при цьому було створено Чернівецький комбінат виробничих підприємств.

В роки незалежності, а саме 20 травня 1993 року створено орендне колективне підприємство «Завод будівельних конструкцій» за рішенням організації орендарів Управління виробничо-технологічної комплектації Чернівецького облкомунуправління. А в 1995 році дане підприємство шляхом волевиявлення учасників, які добровільно об’єдналися для здійснення підприємницької діяльності було перетворено в Товариство з обмеженою відповідальністю.

Таким чином, 24 серпня 2007 року досліджуваний суб’єкт господарювання відсвяткував своє 50-річчя.

Основними видами діяльності товариства є наступні:

1. Виготовлення та реалізація:

залізобетонних конструкцій;

продукції металообробки;

будівельних матеріалів;

столярних та теслярських виробів;

сільськогосподарської та харчової продукції.

2. Будівництво:

здійснення проектних, монтажних, ремонтно-будівельних, оздоблювальних, реставраційних робіт;

технічне оснащення будівель та споруд механізмами та обладнанням;

будівництво та технічне обслуговування доріг.

3. Виконання робіт:

заготівля та реалізація піщано-гравійної суміші;

пусконалагоджувальні, монтажно-демонтажні, руслорегулюючі, роботи.

розпилювання та обробка деревини.

4. Торгівля:

здійснення торгівельної діяльності, в тому числі оптової, дрібнооптової, роздрібної;

продаж продовольчих та промислових товарів через власну торгівельну мережу.

5. Послуги:

надання послуг у сфері побуту, перевезення, експедиції;

ремонт та обслуговування металообробного та деревообробного технічного обладнання;

організація громадського харчування;

послуги по копіюванню та скануванню.

6. Здійснення зовнішньоекономічної діяльності : імпорт, експорт сировини і матеріалів, устаткування, обладнання, комплектуючих і запасних частин.

7. Пошук, видобування і переробка корисних копалин.

8. Організація лісозаготівель та лісопереробок.

На первинному етапі нашого дослідження проведемо аналіз виробництва продукції та чисельності працівників в цілому по підприємству за даними статистичної звітності «Звіт з праці» (дод. З, К) спеціальної звітної форми, що складається на даному господарюючому суб’єкті (дод. П) і відобразимо в наступній таблиці.

Таблиця 2.1 Аналіз фонду заробітної плати та змін у чисельності працюючих на ТзОВ «Завод будівельних конструкцій» за 2005-2006 роки

Показники

Од. виміру

За 2005 рік

За 2006 рік

Відхилення (+;-)

Темп прир., %
Загальний обсяг виробництва по підприємству
Товарна продукція в оптових цінах

тис. грн.

5818,5

5847,1

28,6

0,5
Чисельність працюючих

чол.

88

87

-1

-1,1
Фонд заробітної плати

тис. грн.

837,0

1061,1

224,1

26,8
Середньомісячна заробітна плата

грн.

792,61

1016,28

223,67

28,2

Отож, відповідно до наведених даних можна побачити, що зростання відбулося по всіх вище названих показниках: по товарній продукцій на 28,6 тис. грн. (5847,1-5818,5), по фонду заробітної плати на 224,1 тис. грн. (1061,1-837,0) та по середньомісячній заробітній платі працівників на 223,67 грн. (1016,28-792,61). Скорочення зафіксовано тільки в чисельності працюючих на 1 чол. (87-88). З цього можна зробити висновок про те, що матеріальне заохочення працівників до праці зростає, що підтверджує середньомісячна заробітна плата, а скорочення персоналу є не дуже вагомим і здійснює не значний впив на діяльність товариства. Більш детальний аналіз змін фонду заробітної плати та чисельності персоналу проведемо по окремих цехах підприємства (табл. 2.2).

Таблиця 2.2 Аналіз фонду заробітної плати та змін у чисельності працюючих на ТзОВ «Завод будівельних конструкцій» за 2005-2006 роки

Показники

Од. виміру

За 2005 рік

За 2006 рік

Відхилення (+;-)

Темп прир., %
Погонажний цех
Товарна продукція в оптових цінах

тис. грн.

430,6

468,1

37,5

8,7
Чисельність працюючих

чол.

11

10

-1

-9,1
Пиломатеріали

куб. м.

1124,0

942,16

-181,84

-16,2
Паркет

куб. м.

487,0

651,0

164,0

33,7
Фонд заробітної плати

тис. грн.

50,1

69,0

18,9

37,7
Середньомісячна заробітна плата

грн.

380,0

575,0

195

51,3
Столярний цех
Товарна продукція в оптових цінах

тис. грн.

125,4

122,7

-2,7

-2,2
Чисельність працюючих

чол.

5

4

-1

-20,0
Столярні вироби

куб. м.

812,8

773,19

-39,61

-4,9
Фонд заробітної плати

тис. грн.

31

37,7

6,7

21,6
Середньомісячна заробітна плата

грн.

516,7

785,42

268,72

52,0
Залізобетонний цех
Товарна продукція в оптових цінах

тис. грн.

3073,7

3711,8

638,1

20,8
Чисельність працюючих

чол.

15

16

1

6,7
Залізобетонні вироби

куб. м.

10680

9871,9

-808,1

-7,6
Фонд заробітної плати

тис. грн.

173,9

190,4

16,5

9,5
Середньомісячна заробітна плата

грн.

966

991,67

25,67

2,7
БЗД
Товарна продукція в оптових цінах

тис. грн.

2188,8

1544,5

-644,3

-29,4
Чисельність працюючих

чол.

6

6

—

0,0
Товарний бетон

куб. м.

9780,5

6065,57

-3714,93

-38,0
Фонд заробітної плати

тис. грн.

76,2

84,2

8,0

10,5
Середньомісячна заробітна плата

грн.

1058,3

1169,44

111,14

10,5

Із табл. 2.2 бачимо, що загальна чисельність робітників в цехах товариства дорівнювала 37 чол. (11+5+15+6) в 2005 і 36 чол. (10+4+16+6) в 2006 році, тобто скоротилася на 1 чол. Загальна ж чисельність персоналу по підприємству склала 88 чол. та 87 чол. відповідно по роках, що свідчить про задіяння у виробничому процесі порівняно незначної чисельності працівників – 42% (37/88*100) в 2005 році та 41,4% (36/87*100) в 2006.

Таким чином, основу персоналу складає адмінперсонал – 51 чол., як для 2005, так і для 2006 року (88-37; 87-36), що визначає неефективний розподіл та використання наявних трудових ресурсів.

Щодо оплати праці по цехах підприємства, то вона безпосередньо залежить від обсягу виробленої продукції. Так, найбільшу середньомісячну заробітну плату отримують працівники бетоно-замішувальної дільниці (БЗД) – 1058,3 тис. грн. та 1169,44 тис. грн. за 2005-2006 роки (обсяг виробленої продукції по даному підрозділу дорівнював 2188,8 тис грн. та 1544,5 тис. грн. протягом досліджуваного періоду), а найменшу погонажний цех, що займається виробництвом паркету – 380 тис. грн. та 575 тис. грн., а вартість товарної продукції в цеху – 380 тис. грн. та 575 тис. грн. відповідно по роках.

Отже, на ТзОВ «Завод будівельних конструкцій» фонд оплати праці підвищився. Скорочення персоналу не здійснило значного впливу на таке підвищення. Слід зазначити, що розподіл працівників на тих, що займаються основною діяльністю і тих, що не беруть участі у виробничому процесі нераціональний, оскільки на підприємстві зростають адміністративні витрати, в тому числі і заробітна плата адмінперсоналу (відповідно до форми 2 «Звіт про фінансові результати» на 190 тис. грн.), а обсяг виробництва залишається майже на тому самому рівні через скорочення чисельності виробничих працівників.

2.2 Аналіз використання робочого часу та продуктивності праці

Поліпшення використання робочого часу – важливий резерв збільшення продуктивності праці та обсягу виробництва. У процесі аналізу виявляється ефективність використання робочого часу і підраховується величина його втрат. Проаналізуємо використання робочого часу на підприємстві за допомогою даних, що наведені в табл. 2.3, дод. Л, М.

Таблиця 2.3 Використання робочого часу на ТзОВ «Завод будівельних конструкцій» за 2005-2006 роки

Показник

За 2005 рік

За 2006 рік

Відхилення (+,-)

Умовні позначення
Середньооблікова чисельність працівників, чол.

88

87

-1

Фрч
Фонд робочого часу, год.

154569

149562

-5007

ЧР
Середня тривалість робочого дня, год.

7,9

8

0,1

Т
Відпрацьовано одним працівником:

а) годин

1756

1719

-37

ЛГр
б) днів

222

215

-5

Д

Як свідчать дані табл. 2.3, загальний фонд робочого часу на підприємстві скоротився на 5007 годин (149562-154569), тобто за рік кожен працівник відпрацював на 37 год. (1719-1756) менше, що становить майже на п’ять днів менше, ніж в 2005 році.

Розрахуємо вплив факторів на зменшення фонду робочого часу у звітному періоді.

Методом ланцюгових підстановок встановлюється вплив цих факторів на величину фонду робочого часу:

Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування

Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування

Співвідношення форм та методів здійснення оплати праці для підприємств різного спрямування

Таким чином, фонд робочого часу зменшився проти 2005 року у 2006 році на 5007 год., у тому числі за рахунок зменшення чисельності працівників на 1756 год., за рахунок не відпрацьованих днів (цілоденних втрат робочого часу) на 5089 год. і зріс за рахунок збільшення тривалості робочого дня – на 1869 год. Тобто загальна зміна дорівнює 4938 год., що на 69 год. (4938-5007) менше, ніж за даними табл. 2.6. Дана ситуація пояснюється здійсненням заокруглень під час розрахунків.

Продуктивність праці – це ефективність затрат конкретної праці, яка визначається кількістю продукції, виробленої за одиницю робочого часу, або кількістю часу, витраченого на одиницю продукції. Зростання продуктивності праці означає збільшення кількості продукції, виробленої за одиницю часу, або економію робочого часу, витраченого на одиницю продукції. Аналіз продуктивності праці на ТзОВ «Завод будівельних конструкцій» проведемо на основі даних табл. 2.4, дод. Д, Е, Є, Ж.

Таблиця 2.4 Аналіз продуктивності праці на ТзОВ «Завод будівельних конструкцій» за 2005-2006 роки

№

Показник

Умовні познач.

За 2005 рік

За 2006 рік

Відхилення (+, -)
абсол.

%
1.

Товарна продукція, тис. грн.

ТП

5818,5

5847,1

28,6

0,5
2.

Чисельність працівників, осіб

ЧП

88

87

-1

-1,1
3.

з них робітників, осіб

ЧР

37

36

-1

-2,7
3а.

Питома вага робітників у загальній чисельності працівників, %

ПВр

42,0

41,4

-0,6

-1,4
4а.

Кількість відпрацьованих робітниками: людино-днів

ЛДр

8226

7736

-490

-6,0
4б.

людино-годин

ЛГр

64989,2

61887,7

-3101,5

-4,8
5.

Кількість днів, відпрацьованих одним робітником: (ряд. 4а / ряд. 3)

Д

222,337

214,888

-7,449

-3,4
6.

Середня тривалість робочого дня

Тс

7,9

8,0

0,1

1,3
7.

Середня кількість годин відпрацьованих одним робітником (ряд 4б / ряд 3)

Гс

1756,5

1719,1

-37,4

-2,1
8.

Середня продуктивність праці одного працівника: (ряд. 1 / ряд. 2)*1000, грн.

РВп

66119,3

67208

1088,7

1,6
9.

Середня продуктивність праці одного робітника: (ряд. 1 / ряд. 3)*1000, грн.

РВр

157257

162419,4

5162,6

3,3
10.

Середньоденна продуктивність праці одного робітника: (ряд. 1 / ряд. 4а)*1000, грн.

ДВр

707,3

755,8

48,5

6,9
11.

Середньогодинна продуктивність праці одного робітника (ряд. 1 / ряд. 4б)*1000, грн.

ГВр

89,5

94,5

5,0

5,6
12.

Витрати людино-годин на виробництво 1 тис. грн. продукції (ряд. 4б / ряд. 1)*1000, грн.

ТМ

11169,4

10584,3

-585,1

-5,2

Аналіз показує, що продуктивність праці в 2006 році зросла в порівнянні з 2005 роком за всіма показниками, але не однаковою мірою.

Різниця в рівнях середньої продуктивності праці одного працюючого і одного робітника 2005 та 2006 років в 1,7% (3,3-1,6) пояснюється зниженням питомої ваги робітників у загальній чисельності працівників основної діяльності на 0,6% (41,4-42,0).

Різниця в рівні середньої продуктивності праці та середньогодинної продуктивності праці одного робітника протягом вище названого періоду в 3,6% (6,9-3,3) виникла у зв’язку з наявністю цілоденних втрат часу, які становили 7 днів або 3,4% на кожного робітника.

Різниця в рівні середньогодинної і середньоденної продуктивності одного робітника праці в -1,3% (5,6-6,9) із скороченням внутрішньо змінних втрат робочого часу, які становили 0,1 години (8-7,9) за кожну зміну на одного робітника. Найбільш узагальненим показником продуктивності праці є середня продуктивність праці одного працюючого. Величина його залежить від продуктивності праці робітників, їхньої питомої ваги в загальній чисельності промислово-виробничого персоналу, а також від кількості відпрацьованих ними днів та тривалості робочого дня. Отже, середня продуктивність праці одного працюючого дорівнюватиме добутку таких факторів:

РВп = ПВр * Д * Т * ГВр (2.1)

Розрахунок впливу цих факторів на зміну рівня середньої продуктивності праці одного працюючого проводиться (ПОД) методом абсолютних різниць:

1. Зміна питомої ваги у складі ПОД:

∆РВп = [∆ПВр * РВр] / 100, тобто (-0,7) * 157256,8 / 100 = -1100,8 грн.

2. Зміна середнього виробітку одного робітника:

∆РВп = [∆РВр * ПВр] / 100, тобто 5162,6 * 41,4 /100 = 2137,3 грн.

Усього: + 1036 грн. (за даними табл. 2.7 – 1088,7 грн.)

Аналогічно аналізується зміна середнього виробітку одного робітника на, яка залежить від кількості відпрацьованих днів у звітному періоді, середньої тривалості робочого дня і середнього денного виробітку

∆РВр = Д * Т * ГВр (2.2.)

1. Зміна кількості відпрацьованих днів одним робітником:

∆РВр = ∆Д * Т2005 * ГВр 2005, тобто (-7,449) * 7,9 * 89,5 = -5266,8 грн.

2. Зміна тривалості робочого дня:

∆РВр = ∆Т * Д2006 * ГВр 2005, тобто -0,1 * 214,888 * 89,7 = 1923,2 грн.

3. Зміна середнього денного виробітку одного робітника:

∆РВр = ∆ ГВр * Д2006 * Т 2006, тобто 5 * 214,888 * 8 = 8595,5грн.

Усього: 5251,9 грн. (за даними табл. 2.7 – 5162,6 грн.)

Отже, за даними аналізу середній виробіток одного працюючого за 2006 рік вищий від цього ж показника за 2005 на 1036 грн. Він збільшився за рахунок зростання середнього денного виробітку одного робітника на 8595,5 грн. та зростання тривалості робочого дня на 1923,2 грн. Негативно вплинуло скорочення кількості днів, відпрацьованих одним робітником, що скоротило середній виробіток на 5266,8 тис. грн.

Аналіз продуктивності праці закінчується розрахунком впливу окремих факторів на обсяг товарної продукції у звітному періоді. Даний розрахунок проводиться методом абсолютних різниць.

1. Зміна кількості робітників:

∆ТП = ∆ ЧР * Д2005 * Т 2005 * ГВр 2005, тобто [(-1) * 222 * 7,9 * 89,5] / 1000 = -157,0 тис. грн.

2. Зміна кількості відпрацьованих одним робітником днів:

∆ТП = ∆ Д * ЧР2006 * Т 2005 * ГВр 2005, тобто [(-7,449) * 36 * 7,9 * 89,5] / 1000 = -(189,6 тис. грн.)

3. Зміна тривалості робочого дня:

∆ТП = ∆ Т * ЧР2006 * Д 2006 * ГВр 2005, тобто [0,1 * 36 * 214 * 89,5] / 1000 = 69,0 (тис. грн.)

4. Зміна середньогодинного виробітку одного робітника:

∆ТП = ∆ ГВр * Д 2006 * Т 2006 * ЧР 2006, тобто [5 * 214 * 8 * 36] / 1000 = -308,2 (тис. грн.)

Загальна зміна (-157) + (-189) + 69,0 + 308,2 = 30,6 тис. грн., що у зв’язку з проведенням заокруглень дещо не відповідає даним табл. 2.7 по ряд. 1 графі 6 – 28,6 тис. грн.

Таким чином, в цілому вартість товарної продукції на ТзОВ «Завод будівельних конструкцій» зросла. Хоча факторний аналіз її зміни показав: на скорочення обсягу виробленої продукції здійснили негативний вплив перших два фактори – скорочення кількості робітників (на 157 тис. грн.) та зменшення кількості днів, відпрацьованих одним робітником (на 189 тис. грн.). Та за рахунок зростання тривалості робочого дня на 0,1 год. вартість товарної продукції розширилася на 69 тис. грн., а за рахунок зміни середньогодинного виробітку на 308,2 тис. грн.

2.3 Аналіз форми та системи оплати праці на підприємстві

Аналіз форми та системи опрати праці на ТзОВ «Завод будівельних конструкцій» проведемо за допомогою «Табелю обліку робочого часу» (дод. З).

В даному документі зафіксовані наступні дані:

посада працівника;

ставка в грн. (за відпрацьовану годину або ж посадовий оклад);

фактична кількість відпрацьованих днів;

кількість невідпрацьованих днів з різних причин – у зв’язку з тимчасовою непрацездатністю, відпустки з дозволу адміністрації, чергові відпустки, відпустки по догляду за дитиною тощо.

Щодо форм оплати праці, які застосовуються на досліджуваному суб’єкті господарювання, то можна сказати, що відрядна форма в даному випадку відсутня. Всі виконані роботи на ТзОВ «Завод будівельних конструкцій» оцінюються відповідно до годинної тарифної ставки відповідного розряду та кількість відпрацьованих годин.

Почасова оплата праці адміністративного персоналу (керівників, спеціалістів і службовців) проводиться за місячними посадовими окладами (ставками).

Таким чином, на підприємстві застосовується така форма оплати праці як почасова, яка розраховується за годинними тарифними ставками із застосуванням нормованих завдань та за місячними окладами.

Щодо систем оплати праці ТзОВ «Завод будівельних конструкцій», то їх на підприємстві використовується дві:

проста почасова;

система оплати праці за посадовими окладами.

Проведемо розрахунок розміру заробітної плати працівників товариства відповідно до використовуваних форм оплати праці:

За посадовими окладами – наприклад, сума нарахованої заробітної плати головного бухгалтера буде рівна 2500 грн., оскільки посадовий оклад даного працівника, визначений штатним розписом дорівнює вище зазначеній сумі; при цьому протягом жовтня 2007 року начальник бухгалтерської служби відпрацювала всі робочі години. Саме тому нарахована заробітна плата буде рівна визначеному посадовому окладу.

Проста почасова – до прикладу візьмемо розрахунок заробітної плати готувача сумішей Ботезату А.М. Даний працівник має присвоєний 4-й розряд тому застосовується найвищий розмір оплати праці за 1 годину – 15 грн.; кількість відпрацьованих годин за місяць 176. Тоді розмір оплати праці становитиме: 15 * 176 = 2640 грн.

Таким чином, ефективна організація оплати праці – одна із найважливіших проблем трудових відносин. На ТзОВ «Завод будівельних конструкцій» система оплати праці є найбільш прийнятною, оскільки враховує внесок кожного працівника (як виробничого, так і невиробничого) в загальний дохід підприємства і забезпечує реальну оцінку затрат праці кожного представника трудового колективу.

3. Шляхи покращення ефективності від застосування різних форм та систем оплати праці

В економічній системі, що ґрунтується на різноманітних формах власності і господарювання, організація заробітної плати, як свідчить світовий досвід, здійснюється поєднанням: державного регулювання; договірного регулювання через укладення генеральної, галузевих, регіональних (регіонально-галузевих) угод і колективних договорів на рівні підприємств, трудових договорів з найманими працівниками; механізму визначення індивідуальної заробітної плати безпосередньо на підприємстві (в структурному підрозділі) з використанням таких елементів, як заводська тарифна система, нормування праці, форми й системи оплати праці.

Глибокі зміни, що відбуваються в Україні в економічній, політичній, соціальній сферах, спрямовані на становлення нової економічної системи, основаної на ринкових відносинах.

Уже нині в Україні є реальністю багатоманітність форм власності і господарювання. Держава перестала бути моновласником, значним є прошарок недержавних підприємств, на нових принципах будується функціонування підприємств, які засновані на державній власності. Якщо зазначене є реальністю, то такою ж реальністю має бути й організація заробітної плати, що будується на поєднанні саме тих елементів, які притаманні економіці змішаного типу.

Мистецтво управління ринковою економікою, на нашу думку, полягає передусім у віднайдені оптимального варіанту поєднання ринкових і державних важелів. Ринок повинен працювати, створювати сильні мотиви, мобільність, ефективність виробництва, а держава – йому активно допомагати, створювати «правила гри», регулювати економіку на макрорівні, всіляко сприяти соціальному миру в суспільстві. Що ж стосується організації оплати праці, то тут украй важливо вирішити аналогічне завдання – віднайти оптимум між державним і договірним регулюванням заробітної плати.

Принцип розмежування державного і договірного регулювання заробітої плати та визначення їх сфери і змісту закріплено в Законі України «Про оплату праці», введеному в дію Постановою Верховної Ради № 144/95-ВР від 20.04.95 з 1 травня 1995 р. Відповідно до ст. 5 цього Закону організація оплати праці здійснюється на підставі законодавчих та інших нормативних актів; генеральної угоди на державному рівні; галузевих, регіональних угод; колективних договорів; трудових договорів.

Суб’єктами організації оплати праці є органи державної влади та місцевого самоврядування, власники, об’єднання власників або їх представницькі органи, професійні спілки, об’єднання професійних спілок або їх представницькі органи, працівники.

В умовах ринкової системи господарювання фонд оплати праці повинен складатися із індивідуальних заробітних плат і визначатися елементами організації оплати праці (тарифна система, нормування, форми і системи заробітної плати), а також сукупністю результатів роботи кожного працівника. Фонд оплати праці відображає сумарні витрати підприємства на оплату праці персоналу. Власник підприємства або його представницький орган вирішує, які витрати на оплату праці він може понести, зважаючи на вартість робочої сили на ринку праці, кон’юнктуру ринку, необхідність забезпечити конкурентноздатність продукції на ринку товарів (послуг), рівень інфляції, державні, галузеві (регіональні) гарантії в оплаті праці та інші чинники. Його рішення повинно бути найоптимальнішим і мати позитивний соціально-економічний ефект, тобто рівень оплати праці не повинен негативно відобразитись в розрізі витрат фірми, а відповідно її прибутку, і водночас зберегти продуктивність праці на необхідному рівні.

Важливу роль в прийнятті рішенні відіграє правильно дібрана система заробітної плати, яка враховує особливості трудового процесу, завдання, що стоять перед конкретним робочим місцем, професію і кваліфікацію робітника, його особисті інтереси, є ефективним організаційним засобом і значним мотивуючим фактором. Тому аналіз практики організації заробітної плати, що включає і оцінювання ефективності використовуваних форм і систем, повинен провадитися систематично і кваліфіковано. Це сприятиме підвищенню результатів виробництва, оптимальному поєднанню інтересів найманого працівника і підприємця (власника).

В організації заробітної плати, коли треба приймати конкретні рішення що до вибору форм і систем оплати праці, умов і розмірів преміювання тощо, необхідно враховувати багато різних чинників.

До найвагоміших об’єктивних чинників належать:

функції працівників у виробничому процесі,

зміст і характер їх роботи,

умови праці,

стратегічні цілі і поточні завдання підприємства,

особливості виробництва на конкретних дільницях.

Поряд з об’єктивними є і суб’єктивні фактори, на які не можна не зважати, консерватизм мислення людей, звички і традиції, що склалися, організаційна інертність, яка чинить опір нововведенням.

Різкі зміни в організаційному механізмі, що склалися, насторожують і лякають людей, спричинюють інколи неусвідомлений опір. Незначні зміни сприймаються колективом легше, але вони, як правило, малоефективні. Тому потрібна певна послідовність, зваженість під час запровадження принципово нових систем заробітної плати.

Спираючись на наукові дослідження, передовий досвід, керівникам і спеціалістам, зайнятим удосконаленням організації оплати праці, можна рекомендувати таку стратегію:

нововведення не слід робити частим явищем, працівник повинен бути впевненим, що прийняті «правила гри» зберігаються на певний період, наприклад, на термін дії колективного договору або галузевої тарифної угоди;

малозначні зміни, як правило, неефективні і на них не слід втрачати час;

суттєві нововведення треба готувати з високою мірою відповідальності за спеціальним планом, продуманим до дрібниць;

у процесі підготовки і запровадження нововведень велику увагу слід звернути на навчання персоналу, його психологічну готовність до сприйняття нового;

нововведення в сфері оплати праці краще приживаються, коли вони поєднуються в часі із значними організаційно – технічними новаціями (реконструкція виробництва, перехід на випуск нової продукції, запровадження нової технології і т.п.);

у період економічної нестабільності в Україні організаційні зміни в оплаті праці доцільно суміщати з введенням нового розміру мінімальної заробітної плати;

нововведення, що зачіпають інтереси великих трудових колективів, доцільно відпрацьовувати і випробовуючи на вужчій соціально – виробничій базі.

Отже, слід зазначити, що для підвищення ефективності оплати праці на підприємстві необхідно застосовувати поєднання кількох форм заробітної плати. Наприклад фіксована ставка та бонус. Фіксована ставка має ефект стабільності як для працівника (забезпечує мінімальний дохід в період низької активності попиту на продукцію), так і для фірми (спрощує планування витрат). Бонус або відсоток від виробітку (продажу) мотивує працівника до більш продуктивної роботи.

Також позитивне значення для ефективної роботи має застосування різноманітних премій та надбавок прив’язаних до результатів роботи окремих структурних підрозділів чи підприємства загалом. Даний фактор формує інтерес кожного працівника в сукупному результаті та успіху фірми.

В ідеалі для забезпечення найбільшої продуктивності праці будь-який суб’єкт господарювання повинен забезпечити кожного працівника найкращими умовами праці, стабільним та справедливим доходом, а також соціальними гарантіями. Фірма повинна гарантувати захист прав своїх працівників не тільки в середині своєї інфраструктури, але й поза її межами. Вона повинна оперативно реагувати на порушення свобод кожного працюючого зі сторони інших структур (приватних, громадських, державних) та захищати його інтереси. Працівник на своєму робочому місці повинен зосереджуватись тільки на своїй безпосередній роботі, а не відволікатись на ряд проблем, що значно знижують продуктивність праці.

Нажаль, такі умови можна зустріти тільки в країнах з високо розвиненою економікою. Наші підприємці мало зважають на інтереси працівників. Іноді це зумовлено неможливістю підприємства забезпечити такі умови тому він обирає оптимальне співвідношення позицій фірми і позицій персоналу. Однак часто таке відношення до персоналу спричинене економією коштів за рахунок заробітних плат працівників, така поведінка неправильна і ефективність від неї має короткостроковий характер. Адже, в першу чергу, знижується продуктивність праці. По-друге, дана фірма стає транзитною для кадрових ресурсів. Тобто, висококваліфікований працівник ніколи не піде працювати на таке підприємство, так як сьогодні існує багато фірм, які охоче приймають спеціалістів пропонуючи їм високий рівень оплати праці і різноманітні соціальні пакети. Тим паче, за професіоналами зараз все активніше полюють рекрутингові агентства. Отже, на такі «транзитні» фірми в більшості влаштовуються початківці, тобто працівники без значного стажу роботи. Пізніше, пропрацювавши деякий час на цих підприємствах, отримавши досвід роботи, вони перетворюються в кваліфікованих спеціалістів. Такі працівники починають усвідомлювати, що їхні набуті професійні якості оцінюються досить низько і починають шукати нового роботодавця з вищим рівнем заробітної плати і перспективами кар’єрного росту. Тому можна зробити висновок, що власники таких фірм глибоко помиляються в тому, що економлять ресурси, вони їх втрачають навчаючи все нових і нових професіоналів для своїх конкурентів.

Для вирішення проблеми можна запропонувати керівникам переглянути системи оплати праці на своїх підприємствах та більше уваги приділити саме цьому питанню, проводити постійний моніторинг процесу оплати праці, визначити реальну ефективність заробітної плати зважаючи на всі фактори, в тому числі психологічні.

Загалом можна передбачити, що в недалекому майбутньому вище описані суб’єкти господарювання втратять свої позиції через відсутність необхідних спеціалістів. Виграють тільки ті, які роблять ставку не тільки на матеріально-грошові ресурси, але й на інтелектуальні активи, на професійні здібності персоналу. Адже в більшій мірі людський фактор відіграє вирішальну роль в процвітанні будь-якої компанії.

Висновки та пропозиції

Зважаючи на опрацьований матеріал та проведене в даній курсовій роботі дослідження можна зробити висновок, що перебудова організації заробітної плати відповідно до вимог ринкової економіки не знімає необхідності рішення наступних задач, які стоять перед системами заробітної плати:

підвищення матеріальної зацікавленості кожного у виявленні і використанні резервів ефективності своєї праці, виключення можливостей одержання незароблених грошей;

поєднання різних форм оплати праці;

усунення випадків зрівняльності в оплаті праці, досягнення прямої залежності заробітної плати всіх працівників від індивідуальних і колективних результатів праці;

поліпшення співвідношень в оплаті праці працівників різних категорій і професійно – кваліфікаційних груп з урахуванням складності виконуваних робіт, умов праці, відповідальності, сформованих пріоритетів в оплаті праці працівників, що враховують дефіцитність тих або інших професій, вплив різних груп працюючих на досягнення високих кінцевих результатів і конкурентноздатність виробництва;

активне залучення трудового колективу до участі в оцінці індивідуальних результатів праці працівника і розподілові колективного заробітку, особливо при розвитку ринкових форм економічних відносин усередині підприємств (внутрівиробничого госпрозрахунку, орендних відносин, підряду і т.п.).

Розвиток економіки в напрямку всілякого вдосконалення ринкових відносин як неодмінну умову повинна супроводжуватися посиленням соціальної підтримки працівників всіх галузей. Стосовно до заробітної плати він повинен складатися насамперед у тім, щоб рівень оплати забезпечував нормальне відтворення робочої сили відповідної кваліфікації, а зростання прибутку здійснювалося не за рахунок надмірної інтенсивності праці працівника, а за рахунок раціональної організації виробничого процесу і підвищення технічного рівня виробництв, полегшення процесів праці. Соціальна підтримка персоналу в умовах ринкової економіки складається також і в тому, щоб йому були надані всі можливості для росту індивідуальної заробітної плати за рахунок власних трудових зусиль у рамках державних гарантій мінімальної оплати праці й угод профспілкових організацій або інших представницьких органів працівників із власником або відповідною адміністрацією.

Список використаних джерел

Конституція України: Прийнята на п’ятій сесії Верховної Ради України 28 червня 1996 р. — К.: Офіційне видавництво Верховної Ради України, 1996.–115 с.

Закон України «Про підприємства в Україні» // Відомості ВРУ, 1991, № 24, С. 611-629.

Інструкція зі статистики заробітної плати: Затверджено наказом Міністерства статистики від 19.01.2004 р. №5//Все про бухгалтерський облік .-2004.-№13 С.8-12

Про оплату праці: Закон України //Голос України. –.1995. – №94.

Бажан І.І. Сучасні ринкові трансформації трудового потенціалу в трудовий капітал // Формування ринкових відносин в Україні – 2004 – вип. 3 – с. 69-74

Г.О.Швиданенко, С.Ф.Покропивний, С.М.Клименко та. iн. Економiка пiдприємства: Навч.-метод. посiбник для самост. вивч. дисц. / — К.: КНЕУ, 2000. — 248 с.

Зятковський І.В. Фінанси підприємства: Навчальний посібник. — Тернопіль: Економічна думка, 1999. — 248 с.

Кірейцев Г.Г. Фінанси підприємств: Навч.посібник / Курс лекцій. – Київ: ЦУЛ,2002. – 268с.

Коробов М.Я. Фінансово-економічний аналіз діяльності підприємства: Підручник. — К.: Либідь, 2002. — 282 с.

Матвієнко А.С. Економічна оцінка трудового потенціалу // Економіка і держава – 2005 — №6 – с. 68-71

Мних Є.В. Економічний аналіз: Підручник. – Київ: Центр навчальної літератури, 2003р. – 412 с.

Павловський Н., Шелешкова С. Стан та тенденції витрат на оплату праці в структурі операційних витрат// Україна: аспекти праці. – 2002 — №7. – С. 24-30.

Петрович Й. М. Економіка виробничого підприємства: Навч. Посібник. – К.-2001, 405с.

Петрович Й.М., Кіт А.Ф., Семенів О.М. Економіка підприємств: Підручник. – Львів: Новий світ-2000, 2004 – 680 с.

Поддєрьогін А.М., Білик М.Д., Буряк П.Д. та ін. Фінанси підприємств: Підручник. – К.: «КНЕУ», 2004. – 546 с.

Покропивноий С. Ф.. Економіка підприємства: Підручник. — К.: КНЕУ, — 1999. — 256 с.

Савицька Г.В. Економічний аналіз діяльності підприємств: Навчальний посібник. – К.: Знання, 2004. – 654 с.

Строїч С. Мінімальна заробітна плата знову зросла // Баланс, 2007.-№7.-С.27

Хотомлянський О., Перната Т. Створення фондів оплати праці на основі бюджетного планування структурних підрозділів підприємства //Економіка України. — 2005.- №10. – С.53

Контрольная работа: Использование Excel для решения статистических задач

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ УКРАИНЫ

Кафедра прикладной математики

КОНТРОЛЬНАЯ РАБОТА

по дисциплине «Информатика»

2007

Задания к контрольной работе

Задача №1 Выполнить расчеты с использованием финансовых функций. Оформить таблицу и построить диаграмму, отражающую динамику роста вклада по годам. Описать используемые формулы, представить распечатку со значениями и с формулами:

15.1 Вклад размером 500 тыс. грн. положен под 12% годовых. Рассчитайте, какая сумма будет на сберегательном счете через шесть лет, если проценты начисляются каждые полгода

15.2 Определить текущую стоимость обычных ежегодных платежей размером 20 тыс. грн. в течение трех лет при начислении 16% годовых.

Задача №2 Произвести экономический анализ для заданных статистических данных и сделать вывод.

Таблица 1 – Статистические данные

X

1,01

1,51

2,02

2,51

3,01

3,49

3,98

4,48

4,99

5,49
Y

5,02

5,92

7,14

8,32

9,02

9,58

11,06

11,96

12,78

13,98

Задача №3 Связь между тремя отраслями представлена матрицей прямых затрат А. Спрос (конечный продукт) задан вектором Использование Excel для решения статистических задач. Найти валовой выпуск продукции отраслей Использование Excel для решения статистических задач. Описать используемые формулы, представить распечатку со значениями и с формулами.

Использование Excel для решения статистических задач Использование Excel для решения статистических задач

Задача №4 Решить задачу линейного программирования.

Вариант 15 Коммерческий магазин хочет закупить овощи А и В. Количество овощей, закупочные цены и цены, по которым магазин продает овощи, приведены в таблице 8.

Таблица 8

Овощи

Цены

Количество овощей
Закупка

Реализация

А

1,6

2,4

60
В

1,7

2,2

70

Как выгоднее вложить деньги, если общая сумма, которой располагается магазин в данное время, составляет 180 д.е., причем овощей А нужно приобрести не менее 10 тонн.

Задача №1

15.1 Вклад размером 500 тыс.грн. положен под 12% годовых. Рассчитайте, какая сумма будет на сберегательном счете через шесть лет, если проценты начисляются каждые полгода

Решение

Для расчета текущей стоимости вклада будем использовать функцию

БЗ (норма; число_периодов; выплата; нз; тип),

где норма – процентная ставка за один период. В нашем случае

величина нормы составляет 13% годовых.

число периодов – общее число периодов выплат. В нашем случае

данная величина составляет 6 лет.

выплата – выплата, производимая в каждый период. В нашем

случае данная величина полагается равной -100000.

нз – текущая стоимость вклада. Равна 0.

тип – данный аргумент можно опустить (равен 0).

Получим следующее выражение БЗ (12/2; 12; 0; – 500; 0) = 1006.10 тыс. грн.

Расчет будущей стоимости вклада по годам приведен в таблице 3.

Таблица 3 – Расчет будущего вклада

РАСЧЕТ ТЕКУЩЕГО ВКЛАДА

ГОД

СТАВКА

ЧИСЛО

ВЫПЛАТА

ВКЛАД, тыс. грн

ТИП

ВЕЛИЧИНА

(ГОД)

ПЕРИОДОВ

ВКЛАДА, тыс. грн

1

12%

2

0

-500

0

561.80
2

12%

4

0

-500

0

631.24
3

12%

6

0

-500

0

709.26
4

12%

8

0

-500

0

796.92
5

12%

10

0

-500

0

895.42
6

12%

12

0

-500

0

1006.10

Гистограмма, отражающая динамику роста вклада по годам представлена ниже.

Использование Excel для решения статистических задач

Рисунок 1 – Динамика роста вклада по годам

Вывод: Расчеты показывают, что на счете через шесть лет будет 1006.10 тыс. грн.

15.2 Определить текущую стоимость обычных ежегодных платежей размером 20 тыс. грн. в течение трех лет при начислении 16% годовых.

Решение

Для расчета используем функцию

ПЗ (норма; Кпер; выплата; бс; тип),

где норма = 16% – процентная ставка за один период;

Кпер = 3 – общее число периодов выплат;

выплата = 20 тыс. грн. – Ежегодные платежи;

При этом:

ПЗ (16%; 3; 20) = – 44,92 тыс. грн.

Результат получился отрицательный, поскольку это сумма, которую необходимо вложить.

Вывод: Таким образом при заданных условиях текущая стоимость вклада составляет 44,92 тыс. грн.

Задача №2

1.2. Произвести экономический анализ для заданных статистических данных и сделать вывод.

Таблица 4 – Заданные статистические данные

X

1,01

1,51

2,02

2,51

3,01

3,49

3,98

4,48

4,99

5,49
Y

5,02

5,92

7,14

8,32

9,02

9,58

11,06

11,96

12,78

13,98

Решение

Вводим значения X и Y, оформляя таблицу;

По данным таблицы строим точечную диаграмму (см. рисунок 2);

Выполнив пункты меню Диаграмма – Добавить линию тренда, получаем линию тренда (см. рисунок 2);

Из возможных вариантов типа диаграммы (линейная, логарифмическая, полиномиальная, степенная, экспоненциальная), выбираем линейную зависимость, т. к. она обеспечивает наименьшее отклонение от заданных значений параметра Y.

y = 1.9733x + 3.0667 – уравнение зависимости;

R2 = 0.9962 – величина достоверности аппроксимации;

Для обоснования сделанного выбора оформим таблицу 5 – сравнительный анализ принятых и заданных значений параметра Y.

В этой таблице:

Y1 – значение параметра Y, согласно принятой гипотезе;

Y – значение параметра Y, согласно заданным данным.

ε – величина арифметического отклонения ε = Y — Y1;

Использование Excel для решения статистических задач

Рисунок 2 – график зависимости у=f(x)

Таблица 5 – Сравнительный анализ заданных и принятых значений Y

X

1.01

1.51

2.02

2.51

3.01

3.49

3.98

4.48

4.99

5.49
Y

5.02

5.92

7.14

8.32

9.02

9.58

11.06

11.96

12.78

13.98
Y1

5.06

6.05

7.05

8.02

9.01

9.95

10.92

11.91

12.91

13.90
E

-0.04

-0.13

0.09

0.30

0.01

-0.37

0.14

0.05

-0.13

0.08

Вывод: На основе собранных статистических данных, представленных в таблице находим экономическую модель – принятая гипотеза имеет степенную зависимость и выражается уравнением

y = 1.9733x + 3.0667

Экономическое прогнозирование на основе уравнения данной зависимости отличается достоверностью в области начальных значений параметра X – величина ε принимает малые значения и неточностью в долгосрочном периоде – в области конечных значений параметра X.

Задача №3

7. Связь между тремя отраслями представлена матрицей прямых затрат А. Спрос (конечный продукт) задан вектором X. Найти валовой выпуск продукции отраслей Х. Описать используемые формулы, представить распечатку со значениями и с формулами.

Использование Excel для решения статистических задач Использование Excel для решения статистических задач

Решение

Данная задача связана с определением объема производства каждой из N отраслей, чтобы удовлетворить все потребности в продукции данной отрасли. При этом каждая отрасль выступает и как производитель некоторой продукции и как потребитель своей и произведенной другими отраслями продукции. Задача межотраслевого баланса – отыскание такого вектора валового выпуска X, который при известной матрице прямых затрат обеспечивает заданный вектор конечного продукта Y.

Матричное решение данной задачи:

X = (E-A)-1Y. [2]

Из существующих в пакете Excel функций для работы с матрицами при решении данной задачи будем использовать следующие:

МОБР – нахождение обратной матрицы;

МУМНОЖ – умножение матриц;

МОПРЕД – нахождение определителя матрицы;

Также при решении данной задачи использовали сочетание клавиш:

F2 CTRL + SHIFT + ENTER – для получения на экране всех значений результата.

Расчетные формулы для решения данной задачи показаны в таблице 7.

Результат решения показан в таблице 6.

Таблица 6 – Расчетные формулы

Затраты

Выпуск (потребление)

Конечный

Валовый

(отрасли)

отрасль А

отрасль B

отрасль C

продукт

выпуск

отрасль А

0.05

0.1

0.4

47

=МУМНОЖ (F12:H14; E3:E5)

отрасль B

0.1

0.1

0.3

58

=МУМНОЖ (F12:H14; E3:E5)

отрасль C

0.3

0.15

0.2

81

=МУМНОЖ (F12:H14; E3:E5)

Решение
Е =

1

0

0

0

1

0

0

0

1

Е-А =

=B8 B3

=C8 C3

=D8 D3

(Е-А)-1 =

=МОБР (B12:D14)

=МОБР (B12:D14)

=МОБР (B12:D14)
=B9 B4

=C9 C4

=D9 D4

=МОБР (B12:D14)

=МОБР (B12:D14)

=МОБР (B12:D14)
=B10 B5

=C10 C5

=D10 D5

=МОБР (B12:D14)

=МОБР (B12:D14)

=МОБР (B12:D14)
Det (E-A)=

=МОПРЕД (B12:D14)

Таблица 7 – Результат решения

Затраты

Выпуск (потребление)

Конечный

Валовый

(отрасли)

отрасль А

отрасль B

отрасль C

продукт

выпуск

отрасль А

0.1

0.1

0.4

47

140

отрасль B

0.1

0.1

0.3

58

140

отрасль C

0.3

0.15

0.2

81

180

Решение
Е =

1

0

0

0

1

0

0

0

1

Е-А =

1

-0.1

-0.4

(Е-А)-1 =

1.322880941

0.27438

0.76433
-0.1

0.9

-0.3

0.333170015

1.25429

0.63694
-0.3

-0.2

0.8

0.558549731

0.33807

1.65605
Det (E-A)=

0.51025

Вывод: Для удовлетворения спроса на продукцию отрасли А величиной 47 д.е., отрасли В – 58 д.е. и отрасли С – 81 д.е. необходимо произвести продукции отрасли А на сумму 140 д.е., отрасли В на сумму 140 д.е., отрасли С – на сумму 180 д.е.

Задача №4

Вариант 15 Коммерческий магазин хочет закупить овощи А и В. Количество овощей, закупочные цены и цены, по которым магазин продает овощи, приведены в таблице 8.

Таблица 8

Овощи

Цены

Количество овощей
Закупка

Реализация

А

1,6

2,4

60
В

1,7

2,2

70

Как выгоднее вложить деньги, если общая сумма, которой располагается магазин в данное время, составляет 180 д.е., причем овощей А нужно приобрести не менее 10 тонн.

Решение

Решение данной задачи состоит из трех основных этапов:

составление математической модели (формализация задачи);

Обозначим величину прибыли от овоща А как А, а величину прибыли от обоща В как В, тогда получим, что прибыль от продажи овоща А составляет (2,4–1,6) А, соответственно овоща В – (2,2–1,7) В. Суммарная прибыль магазина от продажи овощей составит (2,4–1,6) А+(2,2–1,7) В=0,8А+0,5В.

Тогда целевая функция имеет вид Z=0,8А – 0,5В

суммарная прибыль должна быть наибольшей (максимальной).

Данная задача содержит две неизвестных переменных, т.е. ее можно назвать плоской и она может быть решена графически.

Составим систему ограничений, исходя из условия задачи:

ограничение на покупку овощей по деньгам:

На покупку овоща А расходуется 1,6 д.е на 1 тонн. На все количество овоща А расходуется 1,6 А д.е. На овощ В расходуется 1,7 д.е. на 1 тонну на закупку овоща В тратят 1,7 В. Значит, исходя из условия задачи, суммарная сумма на которую закупаются овоща не должна превышать 180 д.е. Получим первое неравенство системы:

1,6 А + 1,7 В ≤ 180;

– дополнительные условия:

В условии задачи содержится дополнительное условие – закупка овоща А не менее 10 тонн и не более 60 тонн. т.е. имеем дополнительные неравенства для овоща А:

А ≥ 10;

А ≤ 60;

Для овоща В наложено верхнее ограничение не более 70 тонн, из условия задачи понятно что нижним ограничение является 0. Получаем дополнительные неравенства для овоща В:

В ≥ 0;

В ≤ 70;

Получили математическую модель задачи:

Использование Excel для решения статистических задач1,6А + 1,7В ≤ 180;

А ≥ 10; А ≤ 60;

В ≥ 0; В ≤ 70;

решение формализованной задачи;

Решив задачу графически и с использованием пакета Excel, получим одинаковое решение:

А = 60 тонн.

В = 49,412 тонн.

Ход решения – см. таблица 9 и рисунок 3

Вывод: Для получения максимальной прибыли в размере 72,7 ден. ед. необходимо следующим образом потратить существующие деньги:

овощ А закупить в количестве 60 тонн.

овощ В закупить в количестве 49,412 м.

При этом необходимо потратит все деньги: 180 д.е.

Графическое решение задачи 4

Необходимо найти значения (А, В), при которых функция Z=0,8 А – 0,5 В достигает максимума. При этом А и В должны удовлетворять системе ограничений, приведенной ранее:

Использование Excel для решения статистических задач1,6А + 1,7В ≤ 180;

А ≥ 10; А ≤ 60;

В ≥ 0; В ≤ 70;

Решение

Строим область, являющуюся пересечением всех полуплоскостей, уравнения которых приведены в системе ограничений. Например, полуплоскость 1,6А + 1,7В ≤ 180; представляет собой совокупность точек, лежащих ниже прямой, соединяющей точки с координатами (65; 44,705) и (32,813; 75). Аналогично – остальные. Построение – рисунок 3.

Находим градиент функции Z.

grad z = {0,8; 0,5}

Строим вектор с началом в точке (0; 0) и концом в точке (0,8; 0,5).

Построение – рисунок 3.

Строим прямую, перпендикулярную вектору градиента. Так как по условию мы ищем максимум функции Z, то передвигаем прямую в направлении указанном вектором. Точка максимума – последняя точка области, которую пересечет эта прямая. В нашем случае, искомая точка лежит на пересечении прямых А=60 и 1,6 А + 1,7 В = 180;

Построение – рисунок 3

Решаем систему уравнений

Использование Excel для решения статистических задачА=60;

1,6А + 1,7В = 180; В = 49,412;

Т.е графическое построение дало результат (60; 49,412).

Максимальное значение функции Z = 0,8*60+0,5*49,412=72,7.

Использование Excel для решения статистических задач

Рисунок 3 – Графическое решение задачи 4

Решение задачи 4 с использованием пакета Excel

В пакете Excel решение задачи линейного программирования осуществляется с помощью пункта меню Сервис – Поиск решения.

Распечатка решения задачи в Excel приведена в таблице 9.

Формулы, по которым был произведен расчет, приведены в таб. 10.

Таблица 9 – Решение задачи в Excel

Переменные

A

B

Значения

60

49.412

Нижняя граница

10

0

Верхняя граница

60

70

Z=(2.4–1.6) A+(2.2–1.7) B

0.8

0.5

72.706

max

Коэффициенты целевой функции

Коэффициенты

Значение

Фактические ресурсы

Неиспользованные ресурсы
Система ограничений

1.6

1.7

180

<=

180

0

Таблица 10 – Формулы для расчета в Excel

Переменные

A

B

Значения

60

49.412

Нижняя граница

10

0

Верхняя граница

60

70

Z=(2.4–1.6) A+(2.2–1.7) B

0.8

0.5

=СУММПРОИЗВ

(B3:C3; B6:C6)

max

Коэффициенты целевой функции

Коэффициенты

Значение

Фактические ресурсы

Неиспользо-

ванные ресурсы

Система ограничений

1.6

1.7

=СУММПРОИЗВ

(B3:C3; B10:C10)

<=

180

=F10 D10

Список используемой литературы

Финансово-экономические расчеты в Excel. – 2-е изд., доп. – М: Информационно-издательский дом «Филинъ», 2005. – 184 с.

Методический указания и контрольные задания по дисциплине «Информатика» для студентов заочного факультета экономического направления обучения. Ч. 3/ Сост. В.Н. Черномаз, Т.В. Шевцова, О.А. Медведева. – ДГМА, 2006 – 40 стр.

Контрольная работа: Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду

ФОТ-объем средств, предназначенных на оплату труда (фонд оплаты труда предприятия). Система поощрений в рамках штатного расписания позволяет учесть различия в уровне сложности выполняемой работы и индивидуальные типы трудовой мотивации каждого из участников бизнес-процесса. Система позволяет и моделировать общий фонд оплаты труда сотрудника с учетом каждого из компонентов и результатов работы. Появляется возможность моделировать общий фон оплаты труда компании в зависимости от сценариев развития бизнеса. В сочетании с системой бюджетирования данный подход дает огромные преимущества, позволяя оптимизировать штатное расписание, индивидуальную систему оплаты с учетом потенциала и профессионализма работников, снизить риск переплаты нерадивым сотрудникам либо недоплаты.

Фонд оплаты труда формируется из: фонда, рассчитанного в соответствии с утвержденным штатным расписанием на основе тарифных ставок (окладов) ЕТС (единой тарифной системы), определенных в соответствии с разрядами оплаты труда, утвержденными постановлением Министерства труда Российской Федерации, разряды оплаты труда устанавливаются по результатам аттестации служащих.

Расчет фонда оплаты труда: ФОНД ОПЛАТЫ ТРУДА — суммарные издержки предприятия на оплату труда всех работников за определенный период и выплаты социального характера. В условиях рыночных отношений величина фонда оплаты труда определяется самим предприятием с учетом конъюнктуры рынка, ситуации со стоимостью рабочей силы, уровня инфляции и других факторов. При расчете фонда оплаты труда предприятия, как правило, используют прямой метод исходя из общей численности работающих, объема выполняемых работ, тарифной системы и применяемых систем оплаты труда. Согласно ст. 77 КЗоТ РФ величина оплаты труда каждого работника непосредственно зависит от его личного вклада в результаты труда, причем максимальный ее размер не ограничивается. Месячный заработок работника при полном выполнении им своих должностных обязанностей не может быть ниже установленного минимума размера оплаты труда в месяц.

В состав фонда заработной платы включаются начисленные учреждениями, организациями суммы оплаты труда в денежной и натуральной формах за отработанное и неотработанное время, компенсационные выплаты, связанные с режимом работы и условиями труда, стимулирующие доплаты и надбавки, премии, единовременные поощрительные выплаты, а также оплата питания, жилья, топлива, носящая систематический характер.

Состав расходов на оплату труда, принимаемых в целях налогообложения, определен статьей 255 Налогового кодекса Российской Федерации (далее НК РФ).

В расходы налогоплательщика на оплату труда включаются любые начисления работникам в денежной и (или) натуральной формах, стимулирующие начисления и надбавки, компенсационные начисления, связанные с режимом работы или условиями труда, премии и единовременные поощрительные начисления, расходы, связанные с содержанием этих работников, предусмотренные нормами законодательства Российской Федерации, трудовыми договорами (контрактами) и (или) коллективными договорами.

К расходам на оплату труда в целях налогообложения прибыли, в частности, относятся:

— суммы, начисленные по тарифным ставкам, должностным окладам, сдельным расценкам или в процентах от выручки в соответствии с принятыми у налогоплательщика формами и системами оплаты труда;

— начисления стимулирующего характера, в том числе премии за производственные результаты, надбавки к тарифным ставкам и окладам за профессиональное мастерство, высокие достижения в труде и иные подобные показатели;

— начисления стимулирующего и (или) компенсирующего характера, связанные с режимом работы и условиями труда, в том числе надбавки к тарифным ставкам и окладам за работу в ночное время, работу в многосменном режиме, за совмещение профессий, расширение зон обслуживания, за работу в тяжелых, вредных, особо вредных условиях труда, за сверхурочную работу и работу в выходные и праздничные дни, производимые в соответствии с законодательством Российской Федерации;

— стоимость бесплатно предоставляемых работникам, в соответствии с законодательством Российской Федерации, коммунальных услуг, питания и продуктов, предоставляемого работникам налогоплательщика в соответствии с установленным законодательством Российской Федерации порядком бесплатного жилья (суммы денежной компенсации за непредоставление бесплатного жилья, коммунальных и иных подобных услуг);

— стоимость выдаваемых работникам бесплатно, в соответствии с законодательством Российской Федерации, предметов (включая форменную одежду, обмундирование), остающихся в личном постоянном пользовании (сумма льгот в связи с их продажей по пониженным ценам);

— сумма начисленного работникам среднего заработка, сохраняемого на время выполнения ими государственных и (или) общественных обязанностей и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации о труде;

— расходы на оплату, сохраняемую работникам на время отпуска, предусмотренного законодательством Российской Федерации, фактические расходы на оплату проезда работников и лиц, находящихся у этих работников на иждивении, к месту использования отпуска на территории Российской Федерации и обратно (включая расходы на оплату провоза багажа работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях) в порядке, предусмотренном действующим законодательством — для организаций, финансируемых из соответствующих бюджетов и в порядке, предусмотренном работодателем — для иных организаций, доплата несовершеннолетним за сокращенное рабочее время, расходы на оплату перерывов в работе матерей для кормления ребенка, а также расходы на оплату времени, связанного с прохождением медицинских осмотров;

— денежные компенсации за неиспользованный отпуск в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации;

— начисления работникам, высвобождаемым в связи с реорганизацией или ликвидацией налогоплательщика, сокращением численности или штата работников налогоплательщика;

— единовременные вознаграждения за выслугу лет (надбавки за стаж работы по специальности) в соответствии с законодательством Российской Федерации;

— надбавки, обусловленные районным регулированием оплаты труда, в том числе начисления по районным коэффициентам и коэффициентам за работу в тяжелых природно-климатических условиях,

— надбавки за непрерывный стаж работы в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в районах европейского Севера и других районах с тяжелыми природно-климатическими условиями;

— расходы на оплату труда, сохраняемую в соответствии с законодательством Российской Федерации на время учебных отпусков, предоставляемых работникам налогоплательщика;

— расходы на оплату труда за время вынужденного прогула или время выполнения нижеоплачиваемой работы в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации;

— расходы на доплату до фактического заработка в случае временной утраты трудоспособности, установленную законодательством Российской Федерации;

— суммы платежей (взносов) работодателей по договорам обязательного страхования, а также суммы платежей (взносов) работодателей по договорам добровольного страхования (договорам негосударственного пенсионного обеспечения), которые заключены в пользу работников со страховыми организациями (негосударственными пенсионными фондами), имеющими лицензии, выданные в соответствии с требованиями законодательством Российской Федерации, на ведение соответствующих видов деятельности на территории Российской Федерации.

Согласно статье 318 НК РФ к прямым расходам относятся расходы на оплату труда персонала, участвующего в процессе производства товаров, выполнения работ, оказания услуг, а также суммы единого социального налога, начисленного на указанные суммы расходов на оплату труда. Эти расходы включаются в состав расходов текущего отчетного (налогового) периода, за исключением сумм прямых расходов, распределяемых на остатки незавершенного производства, готовой продукции на складе и отгруженной, но не реализованной в отчетном (налоговом) периоде продукции.

Федеральный закон от 6 июня 2005 года №58-ФЗ внес изменения в статью 318 НК РФ, по сути расширив состав прямых расходов. Причем изменения, внесенные в статью 318 НК РФ распространяются на правоотношения, возникшие с 1 января 2005 года.

Согласно новой редакции данной статьи: «к прямым расходам могут быть отнесены, в частности: материальные затраты, определяемые в соответствии с подпунктами 1 и 4 пункта 1 статьи 254 настоящего Кодекса;

расходы на оплату труда персонала, участвующего в процессе производства товаров, выполнения работ, оказания услуг, а также суммы единого социального налога и расходы на обязательное пенсионное страхование, идущие на финансирование страховой и накопительной части трудовой пенсии, начисленные на указанные суммы расходов на оплату труда; суммы начисленной амортизации по основным средствам, используемым при производстве товаров, работ, услуг».

С указанного момента в состав прямых расходов у налогоплательщика включаются не только суммы ЕСН, начисленные на оплату труда, но и расходы на обязательное пенсионное страхование, идущие на финансирование страховой и накопительной части трудовой пенсии.

Налоговые органы исключали указанные расходы из состава прямых, аргументируя эту точку зрения тем, что указанные суммы не признаются единым социальным налогом (Письмо МНС Российской Федерации от 5 сентября 2003 года № ВГ-6-02/945@ «По вопросам, связанным с применением главы 25 Налогового кодекса Российской Федерации», Письмо Минфина РФ от 16 февраля 2004 года №04-02-05/1/14). В связи с чем, налогоплательщики налога на прибыль отражали указанные суммы в составе прочих расходов, и соответственно, учитывали их как косвенные расходы.

Расходы на оплату труда работников, не занятых непосредственно в производстве продукции, относятся к косвенным расходам и в полном объеме включаются в состав расходов текущего отчетного (налогового) периода.

Задачи анализа заработной платы заключаются в том, чтобы установить степень обоснованности и правильности использования фонда оплаты труда, выявить непроизводительные затраты по заработной плате, установить влияние расхода заработной платы на себестоимость продукции.

Источниками информации для анализа расхода средств на оплату труда служат данные бизнес-плана, формы № 5-3 «Сведения о затратах на производство и реализацию продукции (работ, услуг) предприятия», формы № П-4 «Сведения о численности, заработной плате и движении работников», формы № 1 -т «Сведения о численности и заработной плате работников по видам деятельности». Кроме того, для анализа привлекаются материалы бухгалтерского и оперативного учета.

Экономия или перерасход по фонду оплаты труда всего персонала, в том числе и по отдельным категориям, возникают под влиянием двух факторов: изменения численности персонала и его средней заработной платы. Влияние изменения численности работающих, на фонд оплаты труда определяют путем умножения отклонения численности работающих на базисную или плановую среднюю заработную плату одного работника.

Расчет влияния на фонд оплаты труда изменения средней заработной платы производят путем умножения отклонения средней заработной платы одного работника на фактическую численность работающих в отчетном периоде.

Дальнейший анализ использования фонда оплаты труда предполагает изучение его состава и структуры по каждой категории работников. Анализ структуры и состава фонда оплаты труда позволяет вскрыть причины образования перерасхода средств и выявить резервы сокращения расходов на оплату труда.

Фонд оплаты труда анализируется по категориям и видам выплат. Зависимость выплат от объема и структуры выпуска продукции подсказывает сравнение их в динамике не только в абсолютном, но и в относительном выражении.

Увеличение размера оплаты по сдельным расценкам без изменения объема продукции и численности рабочих, часто является следствием недостатков в тарификации и нормировании труда рабочих. Поэтому использование фонда по сдельным расценкам нужно изучить детально по отдельным цехам, участкам и профессиям рабочих. Прежде всего, изучению подвергаются: выполнение мероприятий по снижению трудоемкости выпускаемой продукции, своевременность пересмотра норм выработки и расценок, качество тарификации работ и рабочих. В ходе анализа изучают качество действующих норм, степень их выполнения, проверяют соответствие разряда рабочих разряду работ, установленных в тарифно-квалификационном справочнике, и т. д.

С особой тщательностью следует проанализировать затраты по статье «Прочие виды оплаты труда». Дело в том, что в отчетности они показываются общей суммой. В эту сумму включаются: доплаты за работу в ночное время, доплата до среднего заработка, надбавка бригадирам за руководство бригадой, оплата перерыва кормящим матерям, выходные пособия, оплата времени выполнения государственных и общественных обязанностей и др. При анализе важно выяснить причины и обоснованность этих доплат.

На каждом предприятии рост производительности труда должен опережать рост заработной платы, чтобы обеспечить снижение себестоимости продукции и увеличение прибыли, необходимой для расширения производства и повышения благосостояния работников. В связи с этим в плане по труду предприятия рост производительности труда планируется таким образом, чтобы он опережал показатель повышения средней заработной платы.

Анализ соотношения темпов роста производительности труда и средней заработной платы осуществляют путем сопоставления фактических и плановых показателей повышения средней заработной платы и производительности труда. При этом следует помнить, что средняя заработная плата (доход) работника предприятия состоит из двух частей: выплат из фонда оплаты труда и выплат из фонда потребления, образованного за счет отчисления из чистой прибыли.

В себестоимость продукции включают только выплаты из фонда оплаты труда. Поэтому, чтобы изучить влияние изменения соотношения темпов роста производительности труда и заработной платы на расходование фонда оплаты труда и снижение себестоимости продукции, применяют ту часть средней заработной платы, которая выплачена работникам из фонда оплаты труда.

Соотношение между темпами роста производительности труда и средней заработной платы характеризуется коэффициентом опережения, который определяется как соотношение индексов производительности труда и средней заработной платы.

Коэффициент опережения показывает, на сколько процентов (во сколько раз) рост производительности труда опережал или отставал от повышения средней заработной платы. Однако он не определяет величину соотношения между этими показателями. Поэтому в процессе анализа важно выяснить, какой процент роста средней заработной платы намечался по плану и получен фактически на каждый процент повышения производительности труда.

Показатели труда в коммерческом предприятии представляют интерес с точки зрения их влияния на финансовые средства предприятия. Так, например, правильный расчет и учет показателей оплаты труда позволяет правильно и эффективно организовать распределение денежных средств предприятия, что в свою очередь позволяет организовывать бесперебойную работу различных структур и всего предприятия в целом.

В целом же для эффективного осуществления хозяйственной деятельности коммерческого предприятия, в частности в сфере оплаты труда работников, необходимо совмещать теоретические аспекты данного вида деятельности, методологические основы расчетов с практическими приемами и навыками осуществления предпринимательской деятельности.

Помимо этого хотелось бы отметить необходимость развития применения новых прогрессивных методов в изучении показателей оплаты труда в предприятиях. Для чего используются электронно-вычислительная техника, новые методики расчета. Развитие этих направлений предопределяется фондом технической оснащенности предприятия, применением и использованием в практической деятельности научных подходов к изучению, анализу и прогнозированию положения и состояния своего предприятия.

Практическое задание

оплата труд тарифный налогообложение

На основании приведенных данных проанализируйте ритмичность выполнения плана розничного товарооборота ООО «Луч» за отчетный год, с этой целью исчислите:

— процент выполнения плана по месяцам, кварталам и за год;

— удельный вес товарооборота каждого квартала в общем объеме, по плану и фактически;

— коэффициенты вариации и ритмичности, а также их изменение (в прошлом году эти показатели соответственно составили 8,9 и 91,1);

— построить график ритмичности выполнения плана розничного товарооборота по месяцам;

сделайте выводы.

Месяцы и кварталы

Розничный товарооборот, тыс. руб.
По плану

Фактически
Январь

320

320
Февраль

342

345
Март

425

420
Итого 1 квартал

Апрель

385

380
Май

360

370
Июнь

370

375
Итого 2 квартал

Июль

320

320
Август

370

370
Сентябрь

330

340
Итого 3 квартал

Октябрь

320

340
Ноябрь

240

341
Декабрь

345

390
Итого 4 квартал

Итого за год

Решение:

1) процент выполнения плана по месяцам, кварталам и за год:

Месяцы и кварталы

Розничный товарооборот, тыс. руб.

% выполнения плана

Удельный вес (%)
По плану

Фактически

По плану

Фактически
Январь

320

320

100

7,7

7,4
Февраль

342

345

101

8,3

8
Март

425

420

99

10,3

9,7
Итого 1 квартал

1087

1085

99,8

26,3

25,1
Апрель

385

380

98,7

9,3

8,8
Май

360

370

102,8

8,7

8,6
Июнь

370

375

101,4

9

8,9
Итого 2 квартал

1115

1125

100,9

27

26,1
Июль

320

320

100

7,7

7,4
Август

370

370

100

9

8,6
Сентябрь

330

340

103

8

7,9
Итого 3 квартал

1020

1030

101

24,7

23,9
Октябрь

320

340

106

7,8

7,9
Ноябрь

240

341

142

5,8

7,9
Декабрь

345

390

113

8,4

9,1
Итого 4 квартал

905

1071

118,3

22

24,9
Итого за год

4127

4311

104,5

100

100

2) Удельный вес товарооборота каждого квартала в общем объеме, по плану и фактически:

по плану: 1087/4127х100%=26,3%

1115/4127х100%=27%

1020/4127х100%=24,7%

905/4127х100%=22%

в общем объеме: 26,3%+27%+24,7%+22%=100%

фактически: 1085/4311х100%=25,1%

1125/4311х100%=26,1%

1030/4311х100%=23,9%

1071/4311х100%=24,9%

в общем объеме: 25,1%+26,1%+23,9%+24,9%=100%

Вывод: удельный вес товарооборота каждого квартала колеблется от 22% до 27%, т.е. в районе 25%, следовательно предприятие работает ритмично в течение года, сезонных колебаний нет.

3) коэффициент ритмичности:

Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду где

Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду — товарооборот фактический, но не выше планового,

Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду— товарооборот по плану.

Крит=(320+342+420+380+360+370+320+370+330+320+240+345)/4127х100==4117/4127х100=99,8

Крит = 99,8 — 91,1 = +8,7

Вывод: коэффициент ритмичности близок к 100%, следовательно предприятие работает ритмично в течение года.

4) коэффициент вариации:

Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду где

Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду— выполнение плана за i- период

Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду

Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду

Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду

Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду = 7,4% Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду8,9% =Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду1,5%

Вывод: так как коэффициент вариации показывает отклонение от среднего уровня выполнения плана в процентном выражении, то его уменьшение свидетельствует о том, что предприятие стало работать более ритмично.

5) график ритмичности выполнения плана (% из таблицы) розничного товарооборота по месяцам:

Фонд оплаты труда и анализ расходов по труду

Список используемой литературы

1. Ефимова М.Р., Рябцев В.М. Общая теория статистики: Учебник. — М.: Финансы и статистика, 1999

2. Булатова З.Г., Юдина Л.Н. Технико-экономический анализ хозяйственной деятельности предприятий бытового обслуживания. Издание 2-е, переработанное и дополненное. М.: Легпромбытиздат, 2001

3. Кондраков Н.П. Бухгалтерский учет, анализ хозяйственной деятельности и аудит в условиях рынка. — М.: Перспектива, 2002

4. Кравченко Л.М. Анализ хозяйственной деятельности в торговле: Учебник для вузов. — Мн.: Выш. шк., 2005

5. Кравченко Л.М. Анализ хозяйственной деятельности предприятий общественного питания: Учебно-практическое пособие. — Мн.: «Финансы, учет, аудит», 2003

6. Ковалев В.В., Патров В.В. Как читать баланс. — М.: Финансы и статистика, 1999

7. Любушин М.П., Лещева В.Б., Дьякова В.Г. Анализ финансово-экономической деятельности предприятия. Учебное пособие для вузов. — М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2002

8. Савицкая Г.В. Анализ хозяйственной деятельности предприятия АПК: Учебное пособие. — Мн.: ИП «Экоперспектива»,2004

9. Торговое дело: экономика, маркетинг, организация. Учебник под редакцией Л.А. Брагина, Т.П. Данько. М., Инфра, 2005

10. Шишкин А.К., Микрюков В.А., Дышкант И.Д. Учет, анализ, аудит на предприятии: Учебное пособие для вузов. — М.: Аудит, ЮНИТИ, 200

11. Шеремет А.Д. Комплексный экономический анализ деятельности предприятия (вопросы методологии). — М.: Экономика, 2003

Курсовая работа: Детерминанты (причины и условия) преступности

Федеральное агентство железнодорожного транспорта ГОУ ВПО «Сибирский государственный университет путей сообщения»

Кафедра «Уголовно-правовые дисциплины»

Дисциплина: «Криминология»

Курсовая работа по теме:

«Детерминанты (причины и условия) преступности»

Выполнил:

студент заочного факультета ЮП

Проверил:

Зав. каф., к. ф. н., профессор

Копылов Анатолий Александрович

Новосибирск 2010

Содержание

Введение

Понятие факторов, детерминирующих преступность и преступление

Различные подходы к детерминации преступности в современной отечественной криминологии

Классификации факторов, детерминирующих преступность, и их значение

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Причины преступности являются фундаментальной и самой острой проблемой науки криминологии.

Исследование причин преступности раскрывает природу этого социально-негативного явления, объясняет его происхождение, показывает, от чего зависит существование преступности, что способствует ее сохранению, в настоящее время его оживлению, а что этому противодействует.

Как известно, все виды взаимосвязи явлений принято называть детерминизмом. В данном смысле причинность понимается как одна из форм детерминации, отражающих существенную особенность бытия — всеобщую связь, взаимозависимость и взаимообусловленность явлений и процессов.

При изучении и описании детерминант преступности часто используется понятие «фактор». В ходе исследования это понятие используется обычно для первоначального анализа изучаемого явления и общей ориентированности в круге явлений и процессов, которые взаимосвязаны между собой. По мере углубления познания задача исследователя состоит в определении степени и интенсивности взаимодействия, взаимовлияния выявленных факторов, установлении между ними функциональных и причинных зависимостей. В результате отдельные факторы, обладающие причинной связью с преступностью, рассматриваются в качестве ее причин, другие выступают условиями, ей способствующими.

Данная работа является актуальной, т.к. только на основе знаний о детерминантах преступности можно обеспечить эффективную борьбу с преступностью: предвидеть происходящие в ней изменения, определить и осуществить необходимые мероприятия по предупреждению преступных проявлений, их сокращению.

Целью настоящей работы является анализ понятий «причины преступности» и «условия преступности». Исходя из поставленной цели, задачами данной работы являются: раскрытие понятия факторов, детерминирующих преступность и преступление; определение классификации и выявление их значения; а так же раскрытие содержания различных подходов к детерминации преступности в современной отечественной криминологии.

Нужно отметить, что в последнее время интерес к изучению данной проблемы довольно высок и широко изучен в работах В.Н. Кудрявцева, А.И. Долговой, В.А. Номоконова и Г.Г. Смирнова.

Понятие факторов, детерминирующих преступность и преступление

Задача криминологии — увидеть место преступности в общем массиве социальной патологии и выявить специфику детерминации преступного поведения. Именно в этой сфере, этой плоскости криминологии находится проблема определения основной парадигмы.

Проблема причин преступности — одна из важнейших в криминологии. В наши дни она стала несравненно более актуальной, чем когда-либо в прошлом. Это объясняется возросшей потребностью населения в защите от преступности, необходимостью выявления и устранения ее новых причин и условий, недопущения совершения преступлений.

Изучение преступности, ее изменений, региональных различий — это начальный пункт криминологического исследования. Само по себе выявление фактической картины преступности и ее развития еще не дает ответ на вопрос, что же делать. Этого недостаточно, ведь совершение определенного преступления, например, в общественном месте еще не означает, что причина — плохая охрана порядка в общественных местах. Поэтому, прежде чем приступить к освещению одного из наиболее сложных и по своей сути действительно центральных вопросов криминологической науки о причинах преступности, следует заметить, что система данного криминологического знания охватывает не только собственно причины в их философском понимании, переведенном на криминологический язык.

Для создания систематизированного учения о причинах преступности необходимо учитывать, что они прямо связаны с действием весьма широкого спектра предопределяющих, стимулирующих либо сопутствующих причинам преступности условий, факторов, обстоятельств, ситуаций и др. Более того, для криминологии важно оценить значение самих этих терминов: «причины», «условия», «обстоятельства», «факторы», причем применительно как к преступности в целом (и отдельным ее видам), так и к конкретным преступлениям.

Надо иметь в виду, что анализ причин, условий, факторов, обстоятельств преступности, а также причин, условий, факторов и обстоятельств конкретных преступлений предполагает, прежде всего, поиск того единого языка, без которого дальнейшее развитие этого раздела криминологии стало бы делом совершенно безнадежным. Это важно для решения как теоретических, так и практических задач, для изучения соответствующих проблем теории и практики предупреждения преступности.

Детерминация — понятие, производное от латинское слово determinare означает, означающего «определять». Детерминант соответственно означает «определитель», детерминировать — «определять, обусловливать», а детерминация — «процесс обусловливания, определения». Когда говорят о детерминизме, то имеют в виду признание всеобщей взаимосвязи, взаимодействия всех вещей, объектов, явлений и процессов. Причем здесь пока не выделяются разные виды взаимосвязей, хотя их насчитывается более трех десятков. Просто говорят о детерминантах, или «обстоятельствах». Слово «обстоятельства» употребляется как объединяющий термин для причин и условий.

Общее определение причин преступности, оцениваемое как исходная научная позиция, сводится к тому, что под причиной понимается явление (или совокупность взаимосвязанных явлений), которое порождает, производит другое явление (явления), рассматриваемое в этих случаях как следствие (или действие). Имея в виду причины преступности (совокупность взаимосвязанных явлений), их следствием выступает преступность (преступность как явление). Но причина создает возможность определенного следствия, для наступления которого необходимы еще и условия. Сами по себе условия не могут породить, произвести следствие, но в соответствующей ситуации (обстановке, обстоятельствах) способствуют реализации действия причины.

Это относится и к причинам преступности и к ее условиям тоже. Однако при решении проблемы причин преступности надо учитывать различные типы связей: связи строения, связи

функционирования, социально-генетические связи, причинно-следственные, многие друге связи и взаимозависимости. Некоторые из них имеют общие черты, но, безусловно, обладают самостоятельными особенностями.

Изучая причины преступности, ученые обычно акцентируют внимание на причинно-следственных связях. Но абсолютизация их недопустима. Это может привести к изоляции отдельных явлений, к отчленению их от взаимосвязей с другими явлениями. Поэтому при изучении преступности нельзя видеть только одну связь — связь между причиной и следствием. Причина и следствие в таких случаях выступают в единстве, взаимно заменяют друг друга, порой даже не различаются. Стало быть, изучая причины преступности, надо иметь в виду и их следствия — саму преступность.

Какой по характеру является преступность? Это зависит от ее причин. Здесь встает вопрос о причинных связях. Криминологией они изучаются как общие связи. Имеется в виду, что причинность — это постоянная связь между причиной и следствием, причинами преступности и самой преступностью как явлением. В криминологии причинная связь характеризуется несколькими признаками, в совокупности присущими только этому виду взаимосвязи явлений. «Будучи разновидностью закономерной связи, причинность обладает такими чертами, как всеобщность, необратимость, пространственная и временная непрерывность». Причинность в криминологии, рассматриваемая в широком смысле слова, включает следующие понятия: причина, условие, следствие (результат), связь между причиной и следствием (условием и причиной, условием и следствием), обратная связь между следствием и причинами (условиями). Как видно, речь идет об общих связях.

Для криминологии анализ таких связей имеет большое теоретическое и практическое значение. Именно они и характеризуют преступность. Однако важно отметить еще одно обстоятельство. Для более глубокого изучения причин преступности, с учетом указанных связей, необходимо исследовать не только причины подъема (роста) данного явления, но и причины его спада (снижения). Надо соотносить друг с другом и те, и другие причины. Это дает возможность достаточно полно проанализировать общие связи преступности, действительно разобраться в причинности (причина, условие, следствие, результат). Не случайно даже на индивидуальном уровне, изучая причины и условия совершения конкретного преступления, мы наряду с этим исследуем и причины того, почему преступления не совершаются. Но такой подход особенно необходим на уровне явления. В противном случае при изучении преступности как явления не представляется возможным увидеть, во-первых, корни этого явления, во-вторых, специфические особенности его причин. Это будет скольжение по поверхности явлений. В итоге причины преступности как явления окажутся описательными, не разъясняющими сути дела и вопроса о том, почему уровень преступности снижается или, напротив, повышается.

Приступая к познанию криминологической теории причинности, представляется необходимым, прежде всего, рассмотреть соотношение понятий «причины» и «условия». Как уже отмечалось ранее, причина рассматривается в системе необходимой связи явлений, из которых одно (причина) обусловливает, порождает другое (следствие или действие). Здесь можно говорить не только о причинах преступности, но и о причинах конкретного преступления: в одном случае причина (причины) порождает следствие (преступность как явление); в другом — причина (причины) порождает действие (преступление, конкретное деяние).

Относительно и первого, и второго случая, можно сказать, что причинная связь — особая форма закономерных взаимосвязей, ибо в ней проявляется возникновение явления. Однако своеобразными оперативными факторами данного процесса являются как причины, так и условия. Связано это с тем, что в различных общественных явлениях одно и то же условие может квалифицироваться как причина и может оставаться в качестве условия. Это важно учитывать как при изучении причин преступности в целом, так и при анализе причин конкретного преступления. Однако не следует сбрасывать со счета и то, что причины и условия не идентичные категории, хотя и не противоположные понятия, так как причина проявляется через условия в ходе их взаимного влияния. Условие — это то, что само по себе не порождает преступность или преступление, но влияет на процессы порождения, участвует в детерминации преступности. Условия, играющие роль в каком-либо явлении, не всегда квалифицируются как причины. Между причинами и условиями, таким образом, имеются схожие черты и различия.

Можно говорить о многочисленных условиях преступности, наличие которых, их взаимное влияние приводят к тому, что совокупность условий (или определенное условие), оказывая своеобразное стимулирующее воздействие, порождает преступность, становясь ее причинами. Следует иметь в виду также, что условия преступности, взятые в совокупности с ее причинами в узком смысле слова, образуют так называемую полную причину следствия — именно полную причину преступности.

Указывая на это, ученые отмечают, что иногда такую причину преступности можно именовать совокупной. Условия преступности подразделяются обычно на следующие группы: сопутствующие (они образуют общий фон событий и явлений, обстоятельства места и времени), необходимые (без таких условий событие не могло бы наступить), достаточные (это — совокупность всех необходимые условий). Когда все эти условия преступности налицо, можно говорить об их целостном комплексе.

Данные понятия широко используются в криминологических исследованиях. Поэтому криминологи выделяют: полную (или совокупную) причину преступности; специфические причины преступности (первые и вторые увязываются с условиями и способствуют переходу от причин к условиям); сопутствующие условия преступности; необходимые условия преступности; достаточные условия преступности. Но такие причины и условия (как и многие другие) связаны с факторами преступности.

Понятие «фактор» означает лишь то, что соответствующее явление имеет определенное значение, оказывает влияние на ход или результаты какого-то процесса. Как видно, такое понятие не может разъяснить, каково значение фактора, в чем состоит его влияние. Поэтому в процессе исследования (на первом его этапе) это понятие используется обычно лишь для первоначальной, общей ориентировки в кругу явлений и процессов, взаимосвязанных между собой. Но на следующем этапе научного поиска уже раскрывается взаимодействие выявленных факторов, осуществляется переход к изучению функциональных, а затем и причинных зависимостей между ними. Это и дает возможность установить значение фактора и степень его влияния. Имея в виду именно такое понимание факторов, философы, социологи, экономисты, демографы, представители других общественных наук относят к их числу различные аспекты общественной жизни, общественного развития: социально-экономические, научно-технические, демографические и т.д.

Аналогична позиция многих юристов, в том числе и криминологов. Поэтому применительно к криминологическим исследованиям обычно выделяются такие факторы, как урбанизация, миграция, рождаемость, изменение половозрастной структуры населения, свободное время, занятость женщины в общественном производстве, образовательный и культурный уровень населения и многие другие.

Можно вести речь о целом комплексе факторов. Но главное, видимо, в том, что все они рассматриваются в тесной взаимосвязи друг с другом. Изолированное изучение того или иного фактора ненаучно.

В общественной жизни нет однозначных факторов, имеющих только положительную либо отрицательную направленность. Обычно все факторы в криминологии делятся на две основные группы: криминогенные и антикриминогенные. Совокупность факторов является своеобразным фоном общественного развития, на котором происходят (под воздействием криминогенных и антикриминогенных факторов) изменения преступности. Это как бы исходное измерение, являющееся основой криминологических исследований, обеспечивающих познание преступности на фоне происходящих изменений общественной жизни, общественного развития. Конечно, механизм воздействия факторов на преступность весьма сложен. Поэтому часто о влиянии того или иного фактора можно говорить лишь условно, ибо положительное или отрицательное влияние той или иной стороны общественной жизни (явления, процесса) зависит от конкретной комбинации факторов. Криминогенные факторы сами не порождают преступность. Воздействие таких факторов, а иногда и влияние последствий их развития, выражается в том, что они объективно способствуют преступности, облегчают ее существование. Это происходит наряду с действием антикриминогенных факторов, объективно способствующих сокращению преступности.

Задачей криминологии является познание системы криминогенных и антикриминогенных факторов, ранжирование их по степени значимости и влияния на преступность, установление степени взаимосвязи между собой и группами наиболее значимых иных явлений.

Сложность оценки факторов, влияющих на преступность, не изученность механизма их действия не могут служить основанием для отказа от анализа (хотя бы в самом общем виде) различных сторон общественной жизни с точки зрения их криминогенной либо антикриминогенной значимости.

Отлично от «причин», «условий» и «факторов» понятие «обстоятельства». Оно обычно употребляется тогда, когда необходимо выразить то, что конкретно возникло, сложилось на данный момент вокруг того или иного человека. Поэтому данное понятие в какой-то степени отождествляется с понятием «ситуация», которое означает положение, обстановку, совокупность обстоятельств. Любой поступок человека есть в конечном счете результат реагирования личности на соответствующую ситуацию. Поступок всегда индивидуален, как индивидуальны сама личность и та ситуация, которая обусловила данное поведение. Однако понятие «ситуация», как мне представляется, более широкое и менее конкретизированное, чем понятие «обстоятельства». Обстоятельства, с моей точки зрения, напрямую связаны с конкретным человеком и его действиями. Это тот внешний фактор, который можно назвать объективным содержанием конкретного окружения человека в данный момент. Именно в этом смысле решение вопроса связано с человеком, конкретной личностью и ее окружением. Не случайно ученые, ведя речь о причинах преступлений, относящихся к самой личности, говорят о «внешних обстоятельствах», о том, что преступление может быть совершено в силу «неблагоприятного стечения обстоятельств», что совершению конкретного преступления иногда способствуют «случайные обстоятельства» и т.д. Конечно, человек не властен над обстоятельствами, иногда они сильнее его и потому могут помешать принять правильное решение. Но в принципе человек может подняться выше сложившихся обстоятельств, при этом для данной личности исчезнут причины и условия преступления, и оно не совершится.

Может случиться (и довольно часто случается) обратное. Но, так или иначе, на выбор варианта поведения влияют именно конкретные обстоятельства, которые, однако, оценивает сам человек. Поэтому мы используем понятие «обстоятельства» применительно только к конкретному преступлению, ведя при этом речь также о причинах и условиях. При этом вовсе не отвергается очень большая схожесть обстоятельств и ситуации. Но между ними все же имеются различия.

Итак, подводя итог, необходимо сказать, что между этапом познания, оценки преступности и этапом организации борьбы с ней обязателен этап выявления детерминации и причинности преступности.

Говоря об уровнях причин преступности следует иметь в виду взаимосвязь причин преступления и причин преступности. Преступления, если каждое из них рассматривать как единичное, обладают своеобразием, благодаря которому отличаются друг от друга. Именно поэтому причины конкретного преступления воспринимаются как нечто единичное. Однако уже элементарная практика обнаруживает в преступлениях (в их причинах и условиях) повторяющиеся признаки. Следовательно, единичное обладает и общими чертами и свойствами. Эти общие черты и свойства, если говорить о причинах и условиях преступлений, присущи или только отдельным элементам общего — видам (или виду) преступности и тогда выступают как особенное, или всему целому (преступности в целом) и тогда они являются общими.

Следует помнить, что преступления совершаются людьми. Преступность, таким образом, складывается просто из преступлений, представляемых вне связи с людьми, а именно из соответствующих человеческих действий. При анализе отдельных преступлений следует изучать личность преступника, а также объективные условия, связанные с преступлением.

Затем нужно выяснить вопрос о том, имеют ли вскрытые таким образом факторы и взаимосвязи общий характер, т.е. проявляются ли они на уровне малого явления. При этом, однако, нужно учитывать еще два следующих обстоятельства:

преступность — это такое явление, которое включает в себя преступления различной тяжести, различных видов, категорий и групп. В соответствии с этим и причины, условия преступности неоднородны.

изучая причины и условия преступности следует иметь в виду, что это явление находится во взаимной диалектической связи со многими другими явлениями, стало быть, причинная связь не может быть сведена на линейно-механический уровень, ибо в рассматриваемой области каждая причина (условие) представляет собой комплекс явлений. Иногда это называют комплексом причин, или причинным комплексом.

Посредством исследования единичных явлений и фактов, произведенных в массовом количестве, можно успешно приблизиться к уровню массового явления. Путем раскрытия единичных фактов или связей, встречающихся в большом числе или же часто повторяющихся, исследователь приходит к выводам общего характера в отношении изучаемого множества. Надо, безусловно, признать верным и то, что такие выводы служат основанием для исследования связей преступности с другими массовыми явлениями на уровне обобщения. Они (эти выводы) служат реальной научной базой для разработки мер предупреждения преступности как социально-правового явления и профилактики антиобщественного поведения.

Различные подходы к детерминации преступности в современной отечественной криминологии

Определение криминологической детерминации является одной из наиболее острых проблем в криминологии. И отечественные и зарубежные криминологи настолько по разному понимают дифференциацию факторов, детерминирующих преступность как свое следствие, что до сих пор в современной криминологии однозначно не решен вопрос о необходимости выделения собственно причин и условий в общей совокупности таких факторов.

Оказалось, что на преступность действуют не только индивидуальные свойства человека (например, темперамент или круг его интересов), но и условия семейного воспитания, особенности ближайшего окружения, уровень образования, профессия, а так же крупные социальные процессы: уровень цен, войны, безработица и т.п. Подобное перечисление различных явлений и обстоятельств неупорядочено, случайно, и не связано какой бы то ни было последовательностью или системой.

Неужели в действительности всю общественную среду со всеми ее конкретными составляющими элементами можно считать источником преступного поведения? Очевидно, в этом бесконечном наборе обстоятельств, порождающих преступность есть какой-то дефект.

Дефект, действительно имеется, и далеко не один. Теория факторов преступности:

смешивает главное и второстепенное, существенное и несущественное, ведущее и зависимое от него, в том числе причины преступлений и условия, им способствующие;

данная теория не рассматривает соответствующие факторы в системе и не раскрывает механизма влияния на преступность перечисленных ею обстоятельств.

На фоне этих недостатков возникли попытки, направленные на выяснение удельного веса различных факторов и установление тем самым факторов главных и второстепенных. Соответственно, определение количественного значения факторов, не приведенных в какую-либо систему, оказалось занятие непродуктивным и появилась необходимость установить интегрирующий эти факторы механизм, порождающий преступность. На базе значительного опыта проведения криминологических исследований в нашей стране проблему причин детерминации преступности нужно решать, как считает Кудрявцев В.Н., с учетом ниже определенных обстоятельств.

Ряд ученых в основу классификации положили философское понятие о полной причине как совокупности всех обстоятельств, вызывающих наступление следствия, и причине специфической, т.е. конкретных обстоятельствах, которые ведут к следствию. Данный вид классификации слишком абстрактен.

Так же отечественные криминологи классифицировали причины преступности на:

причины преступности как социального явления в целом;

причины отдельных видов преступности;

причины конкретного преступления;

условия, способствующие совершению преступлений.

Еще один метод классификации преступности заключается в том, чтобы рассматривать их на разных уровнях.

Нижний уровень — психологический. На нем изучаются психологические причины совершения преступления конкретными людьми.

Общей причиной преступного поведения на индивидуальном уровне является недостаточная социализация личности, т.е. неполное освоение ею норм социальной жизни, слабая адаптация к окружающим условиям.

Более высокий уровень — социологический. На нем рассматриваются пороки и недостатки общественной системы, т.е. социальные, экономические, политические и духовные явления, их взаимосвязь и взаимная обусловленность. Эти явления влияют на формирование личности будущего преступника, мотивацию его поступков и реализацию задуманного.

Самый высокий уровень — философский. На нем мы получаем ответ на вопрос о причинах негативных явлений в обществе в целом. Ею можно считать объективно существующие социальные противоречия. Эти противоречия не одинаковы в различных социально-экономических формациях, но они не устранимы, пока та или иная формация существует. А из этого следует, что преступность будет существовать, пока существует человеческое общество. Но с нею можно и нужно бороться, как мы боремся с болезнями, признавая их объективное происхождение и невозможность абсолютной ликвидации.

Выделяют четыре основных подхода к пониманию причинности в криминологии и, соответственно, к анализу детерминант преступности. Эти же четыре подхода выделяются философами как универсальные, применяющиеся в разных областях научного знания. Каждый из них выполняет специфическую роль и присущ определенным этапам развития исследования, все они логически взаимосвязаны.

Кондиционалистский (лат. conditio — «условие, требование») или условный. Сторонники данного подхода под причиной понимают всю совокупность обстоятельств, при которых имело место следствие, включающую необходимые и достаточные условия данного следствия.

В рамках данной концепции не выделяются причины и условия, говорится только о факторах или обстоятельствах, влияющих на преступность. В рамках кондиционализма возможен однофакторный или многофакторный подход к пониманию причин преступности. Однофакторный подход придаёт определяющее значение какому-то одному обстоятельству (например, Эмиль Дюркгейм называл преступность реакцией на социальные изменения и платой за них). С указанными выводами связан целый ряд интересных криминологических рассуждений. Однако выделение только одного фактора (хотя и сложного самого по себе) в качестве причинного не объясняет происхождения преступности в разных условиях и в разных общественных системах, а также всего ее многообразия. И надо признать, что указанные выводы сохраняют свою актуальность. Многофакторный же исследует некую совокупность таких обстоятельств. Многофакторный подход распространен и сейчас. Правда, при этом всегда выделялись объективные и субъективные причины, а также антропологические, социальные, космические и т.п. В зависимости от того, каким именно факторам отдавал предпочтение автор, его подход называли антропологическим, психологическим, социологическим или иным. В принципе, как видно из изложенного, именно кондиционалистский подход в его однофакторном или многофакторном вариантах развивается на ранних этапах развития науки. Он присущ периоду накопления данных о взаимосвязанных с преступностью обстоятельствах.

Традиционный подход объясняет совершение преступлений внешним силовым воздействием. В криминологии такое воздействие понимается не только как физическое, но и психическое в разных его вариантах. Согласно ему, человека должно что-то толкнуть на совершение преступления (например, подстрекательство со стороны третьих лиц, провоцирующее поведение жертвы преступления и т.д.).

В криминологии данный подход практически никогда не рассматривался в качестве единственного и обычно сочетался с многофакторным подходом. Философами отмечалась ценность традиционного подхода с позиции проведения эксперимента. Именно он позволяет увидеть, воздействуют или нет те или иные процессы, акции на изучаемое явление.

Традиционно-диалектический подход. В нём выделяются условия внешней материальной среды, воздействующее как на общественное

сознание в целом, так и на конкретного человека, и непосредственные или ближайшие причины преступления, которые связываются с характеристиками конкретной личности. В рамках данного подхода воздействие условий на причины и причин на поведение является однонаправленным: условия, преломляясь в сознании человека формируют причины, которые определяют совершение конкретного поступка. Традиционно-диалектический подход, не охватывая весь механизм причинного комплекса, все-таки выделяет в нем объективный и субъективный факторы, одновременно представляет их влияние как последовательное и одностороннее: материальные условия жизни людей определяют общественное сознание, а уже оно — преступность.

Интеракционистский подход называет в качестве причины преступности взаимодействие личности и общества, опосредованное условиями преступности. Данное взаимодействие является двунаправленным, а его результатом является переход всей системы (личности, общества и условий среды) в новое состояние: общество криминализуется, а человек приобретает преступный опыт, его личность приобретает качества, характерные для личности преступника. И внутренние и внешние причины выступают как производящие, действующие одновременно.

Классификации факторов, детерминирующих преступность, и их значение

Причины преступности не могут рассматриваться сами по себе, изолированно, вне связи с явлениями и процессами общественного развития. Эти явления и процессы криминология обычно именует факторами, а если речь идет о криминогенных факторах, то «факторами преступности».

Определение места и роли каждого фактора в системе мер предупреждения преступности становится сейчас одной из наиболее важных задач криминологического исследования. Но это не означает, что тот или иной отдельно взятый фактор может рассматриваться вне связи с другими факторами. Все явления и процессы общественной жизни взаимосвязаны. Следовательно, изучение указанных факторов необходимо осуществлять комплексно. Это позволит раскрыть механизм их влияния на преступность.

Как уже говорилось, все факторы подразделяются на две основные группы: криминогенные и антикриминогенные. К числу первых относятся явления и процессы, которые порождают, оживляют, укрепляют или поддерживают негативные взгляды, привычки, тенденции, лежащие в основе антиобщественного поведения, либо непосредственно вызывают или облегчают совершение преступления. К числу же вторых, напротив, относятся явления и процессы, противостоящие антиобщественному поведению, препятствующие появлению такового. Следует иметь в виду, однако, что оценка того или иного явления или процесса как криминогенного или антикриминогенного фактора не всегда является неизменной, а в ряде случаев зависит от сочетания с другими явлениями и процессами. Понятия криминогенного и антикриминогенного одинаково применимы к факторам, выступающим в роли как причин, так и условий преступности. Но здесь проблема увязывается уже с последствиями факторов. Очевидно, в связи с причинами преступности речь может идти не столько о факторах, сколько об их последствиях.

Отсюда повышается актуальность криминологического исследования как положительных, так и отрицательных последствий социальных явлений и процессов, взаимосвязи и взаимодействия этих последствий во всей их полноте и противоречивости. Здесь совершенно четко надо уяснить, что нельзя ставить знак равенства между понятиями «отрицательные последствия» тех или иных явлений или процессов и «криминогенные последствия». Если последние увязываются с причинами и условиями преступности, то первые к этому не имеют прямого отношения. Сама же преступность есть результат криминогенных последствий в целом. Она может быть представлена и как наиболее яркий криминогенный фактор в системе общественного развития. Для правильного понимания причин преступности необходимо иметь четкое представление о всей совокупности факторов, об их питательной среде, характере взаимодействия друг с другом, о механизме их влияния на преступность и противодействии этому влиянию. Организация предупреждения преступности невозможна без глубокого изучения именно совокупности факторов — как криминогенных, так и антикриминогенных. В целях повышения эффективности этой работы необходимо исходить из того, что в современных условиях совокупность факторов, воздействующих на поведение человека, значительно возрастает, а их взаимодействие становится все более сложным. Однако, несмотря на то, что факторы влияют на поведение человека именно в совокупности, необходима их классификация. В зависимости же от критериев, лежащих в основе этой классификации, допустимы различные ее варианты. Многие из них имеют не только теоретическую, но и практическую значимость.

Так в криминологической литературе принято выделять следующие основания классификации детерминантов преступности: механизм действия, уровень функционирования, содержание, сущность и природа их возникновения.

Необходимо отметить, что различные группы факторов играют неодинаковую роль в механизме детерминации преступного поведения. Однако имеют место некоторые негативные последствия положительных в целом социальных явлений и процессов. Очевидно, что у позитивного в принципе явления могут быть отрицательные последствия. Например, промышленное развитие, активное привлечение женщин к общественному производству и т.д. представляют собой, безусловно, положительные явления, служащие целям прогресса, и тем не менее они тоже имеют отрицательные последствия, хотя бы и временного характера. Позитивные явления и процессы ослабляют и нейтрализуют действие негативных, способствуют их устранению из жизни общества. Это, конечно, не снимает с повестки дня проблему раскрытия характера взаимодействия криминогенных и антикриминогенных факторов и их комплексного влияния на преступность.

Появляется проблема «измерения» роли и места какого-либо фактора в обществе, относительная точность которого зависит и от того, насколько полно и правильно учтены определяющие общественное развитие причинно-следственные зависимости, насколько полно представлена реальная картина того или иного явления, процесса. Здесь необходимо учитывать множество показателей, связанных с особенностями экономики, социологии, психологии, криминологии, права в целом, других отраслей знания.

Думается, что все факторы преступности целесообразно делить на четыре группы:

постоянно действующие;

переменные, периодически действующие;

переменные, не периодически действующие;

случайно действующие.

При этом кроме понятия «фактор», можно использовать и понятие «реализация фактора», которое связывается с тем, что фактор сам по себе может оставаться неизменным, но по-разному реализуется в различные периоды времени. Ведь фактор детерминирует конкретное событие не непосредственно, а через свою реализацию. Поэтому основные задачи в плане определения факторов и их реализации такие: выявление основных криминогенных и антикриминогенных факторов, воздействующих на преступность; качественная количественная оценка меры влияния каждого из факторов (или комбинации) на преступность; установление динамики криминогенных и антикриминогенных факторов; определение альтернативных путей развития преступности на основе возможной динамики криминогенных и антикриминогенных факторов, изменений в их комбинация и интенсивности действия; выявление возможностей и направлений активного воздействия на преступность на основе выбора таких мероприятий, которые максимально благоприятствуют устранению криминогенных факторов и, следовательно, сокращению преступности.

Исследования показывают, что факторов, действующих на преступность, много и что степень влияния некоторых из них велика, других — меньше, а третьих — незначительна. Установлено также то, что с течением времени, во-первых, действующие факторы качественно изменяются, во-вторых, одни факторы исчезают и появляются другие.

Исследования помогли также определить группы факторов, связанных с природой преступности как социально-правового явления. Исходя из такой природы преступности, все факторы, влияющие на нее, можно разделить на пять конкретных групп:

социально-демографического характера (факторы, связанные с урбанизацией, миграцией населения, изменением половозрастной структуры населения и т.п.);

экономического характера;

социального и социально-психологического характера;

4. организационно-правового характера (факторы, связанные с принятием новых законов, предусматривающих уголовную ответственность за совершение преступлений; с пробелами в уголовном и другом законодательстве; с недостаточно высокой эффективностью отдельных правовых норм, регламентирующих порядок назначения и исполнения наказания; факторы, связанные сдеятельностью органов, осуществляющих контроль над преступностью; с принятием актов об амнистии; практикой помилования преступников и т.п.);

другие факторы, не относящиеся к вышеназванным четырем группам.

Заметим здесь же, что диапазон факторов, оказывающих влияние на преступность, весьма широк. Для их всестороннего и глубокого изучения необходимы специальные криминологические исследования.

Весьма продуктивной кажется мысль проф. Д.А. Шестакова о том, что развитие вопроса о причинах преступности должно идти в направлении выделения из всего причинного комплекса такого количества факторов, которыми можно управлять в конкретных условиях места и времени.

Заключение

Одна из наиболее важных составных частей науки криминологии — детерминанты преступности. Проблема причинности — одна из ключевых и трудных проблем в общественных науках и, конечно, в криминологии, в то же время она имеет не только теоретический, но и практический характер, ибо без изучения причин такого явления, как преступность, причин и условий, им способствующих, нельзя на научной основе, со знанием дела вести борьбу с преступностью, причем не силами только правоохранительной системы и с помощью закона, но, приводя в движение экономические, социальные и иные рычаги, которыми общество и государство располагают.

В принципе, причинами преступности в широком смысле этого слова можно считать все те обстоятельства, без которых она не могла бы возникнуть и не может существовать. Но не все эти обстоятельства играют одинаковую роль. Одни из них создают лишь реальную возможность преступных действий, а другие превращают эту возможность в действительность. Поэтому первые следует рассматривать как условия, а вторые как причины. Причинами на самом деле являются, как и вообще причиной, те активные силы, которые своим действием порождают ее существование. Причины конкретного преступления — это, таким образом, те активные силы, которые вызывают у субъектов интересы и мотивы для его совершения. Западные ученные, разрабатывая проблему причин преступности, создали так называемую теорию факторов как явлений, порождающих преступность. В результате подсчетов этих факторов оказалось, что все они различаются по важности, силе влияния, в том числе на преступность, кроме того, они столь многочисленны, что разные исследователи запутались в их числе и многообразии.

За период господства административно-командной системы были определены основные направления работы по устранению условий, способствующих совершению преступлений. В условиях рыночных отношений многое складывается по-новому, в большинстве своем неблагоприятным переменам, добавились новые, ранее неизвестные криминогенные факторы, причины и условия преступлений, которые прежде не действовали или были едва заметны, находились в зародышевом состоянии. И хотя в соответствии с статистическими данными Министерства внутренних дел Российской Федерации к концу первого десятилетия ХХI века наметился спад по многим показателям, только время, социальная практика и осмысление общественных отношений наукой, включая их узкие места (что должна делать криминология), смогут помочь выработке мер контроля за ней.

Список использованной литературы

Зарубежная и российская криминология сегодня /В.Н. Бурлаков, Я.И. Гилинский, А.Л. Сморгунова, Д.А. Шестаков. // Правоведение. — 2000. — № 4. — С.234-240.

Иванов В.Г. Причинность и детерминизм. // Закон и право. — 2004. — № 3. — С.11-15.

Криминология: Учебник / Под ред.В.Н. Кудрявцева и В.Е. Эминова. — 3-е изд., перераб. и доп. — М.: Юристъ, 2007. — 734 с.

Криминология: учебник / под общ. ред.А.И. Долговой. — 4-е изд., перераб. и доп. — М.: Норма: Инфра-М, 2010. — 1008 с.

Криминология: Учебник для вузов / под ред. проф.В.Д. Малкова. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: ЗАО «Юстицинформ», 2006. — 528 с. (Серия «Образование»).

Кудрявцев В.Н. Генезис преступления. Опыт криминологического моделирования. Учебное пособие / Кудрявцев В.Н. — М.: Инфра-М, 1998. — 216 c.

Кудрявцев В.Н. Причины преступности в России: Криминологический анализ. М.: НОРМА, 2006. — 112с.

Лунеев В.В. Преступность XX века: мировые, региональные и российские тенденции / В.В. Лунеев. — Изд.2-е, перераб. и доп. — М.: Волтерс Клувер, 2005. — 912 с.

Номоконов В.А. Парадигмы криминологии. // Правоведение. — 1994. — № 3. — С.106-110.

Российская криминология в конце XX столетия: Семинар Криминологического центра Санкт-Петербурга / В.Н. Бурлаков, Я.И. Гилинский, Д.А. Шестаков. // Правоведение. — 1999. — № 3. — С.261-268.

Смирнов Г.Г. Причинный комплекс преступности как объект криминологического предупреждения // Правоведение. — 2005. — № 2. — С.104-117.

http://www.mvd.ru/ — официальный сайт Министерства внутренних дел Российской Федерации.

Курсовая работа: Система денежных переводов Western Union

Курсовая работа

На тему: «Система денежных переводов Western Union»

1. История появления и развития Western Union

1.1 История возникновения Western Union

До телеграфа

Одно из самых ранних описаний прототипа электрического телеграфа было опубликовано в 1753 году в журнале «Scot’s Magazine» по письму «Быстрый способ передачи известий» (англ. «An Expeditious Method of Conveying Intelligence»), полученного редакцией издания от таинственного отправителя – «C.M.». В этом письме был впервые описан практический способ передачи сообщений с применением статического электричества.

В 1832 году Сэмюэл Морзе при содействии Альфреда Вэйла начал работы по созданию электромеханического телеграфа, который назывался «записывающим телеграфом». Морзе и Вэйл продолжали совершенствовать свою разработку в течение нескольких лет. Однако постепенно они стали чувствовать, что их разработке практически наступали на пятки другие конкурирующие изобретения из Германии, Франции и Англии. Более того, до них дошли сообщения о том, что кем-то из их конкурентов была построена экспериментальная линия длиной в 7,5 миль.

В 1837 году Сэмюэл Морзе представил документы для регистрации патента на своё изобретение в Патентное бюро. Метод работы телеграфного аппарата Морзе для передачи сигнала по электрическим каналам связи заключалась в прерывании течения электрического тока на более короткие и более длинные периоды времени специальной клавишей на устройстве. Получающиеся таким образом длинные и короткие сигналы, так называемых «тире» и «точки» (а также паузы, разделяющие буквы) по специальной таблице кодов переводились в слова. В 1838 году Морзе завершил разработку телеграфного аппарата и создал свою компанию, взяв в партнёры Альфреда Вэйла и Леонарда Гейла.

В 1843 году Морзе получил субсидию от Конгресса в размере 30 тыс. долларов для строительства первой телеграфной линии от Балтимора до Вашингтона. Однако, к сожалению, он не был проницательным бизнесменом и не обладал практическим планом сооружения линии. После неудачной попытки прокладывания телеграфного кабеля под землёй совместно с Эзрой Корнеллом, изобретателем траншейного плуга, который одновременно рыл траншею, укладывал кабель и закапывал траншею, Морзе переключился на возведение телеграфных столбов вместо траншей, что было более удачным решением. Удачность решения была обусловлена дешевизной и скоростью прокладки линий, так как телеграфные провода подвешивались к столбам оголёнными, без дорогостоящей изоляции. 24 мая 1844 года из здания Верховного суда в Капитолии Морзе отправил сообщение в Балтимор своему компаньону Альфреду Вэйлу: «What hath God wrought!» (русск. Вот что творит Бог!; фраза из «Книги Числа»).

В 1845 году Морзе нанял к себе в компанию бывшего генерального почтмейстера в кабинетах президентов Эндрю Джексона и Мартина Ван Бюрена – Амоса Кендалла – на должность агента по поиску потенциальных покупателей телеграфа. Кендалл осознал истинную ценность разработки Морзе и ему не составило труда убедить остальных в её потенциале для получения прибыли. К началу осени этого же года он привлек небольшую группу инвесторов. Была создана Magnetic Telegraph Company и группой инвесторов было открыто финансирование для компании в размере 15 тыс. долларов. В то же время было создано много других телеграфных компаний, так как Морзе продавал лицензии на свою разработку кому только мог.

Компанией Magnetic Telegraph Company весной 1846 года была построена и введена в эксплуатацию первая коммерческая телеграфная линия между Вашингтоном и Нью-Йорком. Сразу после этого экс-конгрессмен, Фрэнсис Смит – один из владельцев прав на патент – построил линию между Нью-Йорком и Бостоном. Многие из тех ранних компаний имели лицензии, которые им выдавали владельцы патентов Сэмюэля Морзе.

К 1851 году на территории Соединённых Штатов Америки существовало около 50 независимых телеграфных компаний. Такое изобилие компаний на телеграфном рынке было обусловлено тщетными попытками владельцев патентов на телеграфную связь убедить правительство США и правительства других стран в потенциальной перспективности изобретения. В частном секторе у владельцев патентов возникли затруднения в убеждении капиталистов в большой коммерческой ценности изобретения. Поэтому это привело к тому, что лицензии на телеграфную связь продавались всем желающим предпринимателям, которые создавали отдельные компании и потом строили независимые телеграфные линии в разных частях Соединённых Штатов.

1.2 Основание и развитие компании

Хайрам Сибли приехал в Рочестер, Нью-Йорк, чтобы заниматься банковской деятельностью и недвижимостью. Позже он был избран шерифом графства Монро, Нью-Йорк. В Рочестере он был представлен судье Сэмюэлю Селдену, который владел правами на патенты на телеграф Рояла Хауса. В 1849 году Селден и Сибли создали New York State Printing Telegraph Company, но они поняли, что столкнутся с сильной конкуренцией со стороны успешно развивающейся компании New York, Albany, and Buffalo Telegraph.

После анализа конкурентной среды Селден предложил вместо создания новой телеграфной линии бросить усилия на приобретение всех телеграфных компаний западнее Буффало и объединить их в единственную единую систему.

Селден обратился к нью-йоркским влиятельным бизнесменам с просьбой профинансировать новое дело в обмен на долю в бизнесе. В апреле 1851 года компаньоны зарегистрировали в Олбани New York and Mississippi Valley Printing Telegraph Company (NYMVPTC), в которую вошла созданная двумя годами ранее New York State Printing Telegraph Company.

Первые офисы компании располагались в здании Reynolds Arcade в Рочестере, Нью-Йорк. Вывеска над главным входом в здание – «Western Union Telegraph and Cable Office» (1932)

В 1856 году, через 7 лет после основания New York State Printing Telegraph Company, компания сменила вывеску на Western Union Telegraph Company. По мнению её основателей, новое название («Western Union» переводится на русский как «Западный союз») отражало цели компании – объединение телеграфных линий на западе Соединённых Штатов. За три года (1851–1854) количество телеграфных офисов Western Union увеличилось со 132 до 4 000, а капитал компании – с 220 тыс. до 48 млн долларов.

В пяти штатах на западе Соединённых Штатов действовали две конкурирующие системы телеграфной связи, принадлежащие 13 разным компаниям. Стоимость телеграфных услуг, несмотря на конкуренцию, была очень высока – небольшая телеграмма стоила около 20 долларов. Разочаровавшись в малодоходном телеграфном бизнесе, владельцы этих компаний с радостью приняли предложение Хайрама Сибли купить их дело. В том же году Сибли удалось выкупить патент на телеграф Морзе, на тот момент самый совершенный.

1.3 Открытие новых маршрутов телеграфа

Первые трансатлантические телеграммы, которыми обменялись президент США Джеймс Бьюкенен и королева Великобритании Виктория, посылались по подводным линиям, которые строил Сайрус Филд. Однако данные подводные линии просуществовали недолго из-за несовершенства технологии их строительства и вскоре перестали работать. В 1864 году, опасаясь прокладки длинных подводных линий, Вестерн Юнион предложила осуществить прокладку телеграфных линий в Европу через Русскую Аляску под узким Беринговым проливом и далее по территории Сибири с разветвлением в важнейшие города Европы.

Линейные монтёры компании начали устанавливать телеграфные столбы в Аляске вдоль тихоокеанского побережья, причём территории, где происходила прокладка линии, не были картографированы. Но в 1866 году проект был заморожен в связи с успешной прокладкой конкурирующими компаниями двух новых трансатлантических линий по новой, более надежной технологии. Тем не менее, неуспешное предприятие преподнесло приятный сюрприз Правительству Соединённых Штатов. Во время переговоров Хайрама Сибли с премьер-министром Российской империи по вопросу строительства линии по её территории, президент Вестерн Юнион сообщил ему, что компания Hudson Bay требует 6 млн долларов за право прокладки телеграфа по её территории, на что премьер воскликнул: «Мы продадим вам Аляску за примерно ту же сумму!». Сибли по данному факту проинформировал президента США Франклина Пирса. Полагаясь на тщательно собранную информацию компанией по запасам минерального сырья, а также огромных лесных ресурсов, правительство Соединённых Штатов приняло решение приобрести территории Русской Америки за 7,2 млн долларов. Сделка по продаже Аляски состоялась 18 октября 1867 года. В этой связи Конгресс предоставил Вестерн Юнион право прокладки линий вдоль военных и почтовых путей, включая линии железнодорожного сообщения. Немногим позже Вестерн Юнион разработала собственную технологию прокладки подводного кабеля. На протяжении всей первой половины XX века компания управляла собственным флотом кабелеукладчиков и были первопроходцами в использовании многих новых технических достижений.

В 1866 году компания представила тикерный аппарат.

В этом же году Джепта Уэйд сменил Хайрама Сибли на посту президента компании. Вместе с президентом конкурирующей компании The United States Telegraph Company – Уильямом Ортоном – Уэйд продолжал осуществлять успешные попытки по консолидации компаний телеграфных услуг. А в апреле 1866 года между компаниями было достигнуто соглашение, согласно которому The United States Telegraph Company стала частью компании The Western Union Telegraph Company. За акции поглощённой компании было заплачено 3,885 млн долларов США. В июле 1867 года Уэйд отказался от переизбрания на пост президента компании и его место занял бывший глава поглощённой компании – Ортон.

В октябре 1871 года компанией начали предоставляться услуги денежных переводов с опорой на собственную разветвлённую телеграфную сеть. Прибыль, полученная от предоставления данного сервиса превзошла ожидания компании. В первые девять месяцев она составила $8,9 тыс., а по итогам 1892 года она составила $58 тыс. В том самом году компания обработала 20 тыс. денежных переводов на сумму $1,6 млн при средней его сумме в размере $80. К 1876 году бизнес денежных переводов расширился до 37 190 переводов в год на общую сумму $2,624 млн при средней сумме перевода, составлявшей $70.

В 1877 году, начиная с сентября у жителей Нью-Йорка появилась возможность сверять время на своих часах с «шаром времени», который располагался на крыше построенной в том же году новой корпоративной штаб-квартиры компании – Western Union Building. Здание, располагавшееся на улице 195 Broadway, насчитывало 10 этажей и в то время считалось самым высоким в Нью-Йорке и вообще в Соединённых Штатах. С дистанции шар казался сплошной сферой, но на самом деле он представлял собой дюжину медных пластин в форме полуокружности для уменьшения сопротивления ветра. За пять минут до полудня специальный служащий поднимал шар до почти самого верха конструкции, напоминающей шпиль.

За две минуты до полудня в Морскую обсерваторию США в Вашингтоне телеграфировался сигнал о статусе положительной готовности шара для спуска. После этого шар поднимался на самый верх металлического шпиля на высоту 315 футов над уровнем улицы. Ровно в полдень оператор из обсерватории в Вашингтоне активировал спусковой механизм и шар падал вниз по всей длине шпиля – 23 фута. Когда шар достигал нижней части шпиля сигнал о том, что шар успешно опустился, автоматически телеграфировался в обсерваторию. В случае же если по каким-либо причинам шар не активировался для спуска в полдень, то поднимался красный флаг и постепенно припускался в период с 12:01 до 12:10 пополудни. Сигнал о наступлении полудня также использовался мореплавателями для сверки своих хронометров для точной навигации в море. Аналог американского «шара времени» располагался в Англии в Королевской обсерватории в Гринвиче. Услуга «телеграфного времени», после её запуска в 1870 году для стандартизации времени по всей стране, стала особенно востребована после того, как в 1883 году в Соединённых Штатах была официально внедрена система часовых поясов из-за возникшей необходимости более точной и удобной системы синхронизации в связи с развитием железных дорог и систем связи. Предоставление услуги сообщения времени принесло компании имя – «Хранитель времени нации». Это имя компания носила по праву в течение почти всего следующего века.

Ещё одним важным событием 1877 года в истории компании стало поглощение The Atlantic and Pacific Company путём выкупа 75 202 акций конкурирующей организации. Компания была основана в 1875 году и контролировалась Джеем Гулдом, Сиднеем Диллоном, Оливером Эймсом и другими. На пост президента новосозданной компании был приглашён Томас Экерт, который покинул службу в компании Western Union ради должности в новой компании. Между компаниями обострилась тарифная война, которая которая продлилась многие годы.

В 1879 году Western Union покинула телефонный бизнес, проиграв судебный процесс против Александра Белла – владельца патента на телефон. При этом сам Александр Белл предлагал Western Union выкупить у него патент на изобретение телефона в 1876 году за 100 тыс. долларов США. Телефонная связь вытеснила телеграфную и спрос на телеграфные услуги сократился. Поэтому услуги телеграфной связи, будучи некогда важной статьёй дохода компании, перестали быть для компании основным бизнесом. Основным направлением получения прибыли стали услуги денежного посредничества или, проще говоря, услуги перевода денежных средств.

3 июля 1884 года акции компании были включены в базу расчёта новосозданного фондового индекса Dow Jones Transportation Average. В базу расчёта указанного индекса также были включены акции девяти компаний, связанных с железнодорожными перевозками, и одной судоходной компании.

Телеграмма Western Union (1935 год)

1914 год – вводятся потребительские платежные карточки.

1920 год – внедрён телетайп, с помощью которого были объединены филиалы и отдельные компании.

1933 год – изобретены поющие телеграммы.

1935 год – введена в эксплуатацию первая внутригородская факсимильная связь.

1943 год – впервые использована коммерческая внутригородская система микроволновой передачи информации.

1951-Вход в здание «60 Hudson Street», известное также как «Western Union Building». До 1973 года здание служило штаб-квартирой компании.

1958 год – в компании внедрён телекс, с помощью которого осуществляется прямая телетайпная связь между клиентами.

1964 год – введена в эксплуатацию трансконтинентальная система микроволновой передачи данных с помощью радиоволн, полностью заменяющую паутину телеграфных столбов и проводов.

1970 год – внедрена новая услуга «Western Union Mailgram» – доставка сообщений по почте на следующий день.

1974 год – осуществлён запуск первого на американском континенте коммуникационного спутника «Вестар-1».

1980 год – впервые в истории компании доходы от услуг денежных переводов превысили поступления от услуг телеграфа.

В 1988 году компания провела масштабную реорганизацию в ответ на быстро изменяющиеся условия ведения бизнеса. В частности, данная необходимость возникла из-за многих технологических изменений, происходивших в то время. Наименовании компании было изменено с Western Union Telegraph Co. на Western Union Corp.

В 1990 году компания учредила Western Union Financial Services, Inc. в виде дочернего общества, находящегося в полной собственности. В него были переданы операции по осуществлению финансовых транзакций, а также оказанию услуг передачи сообщений.

В 1991 году компания продала некоторые низкорентабельные подразделения компаниям AT&T, GM Hughes Electronics и некоторым другим. В том же году компания изменила наименование на New Valley Corp. В 1993 году компания инициировала процедуру банкротства и немногим позднее после её завершения продала своё последнее из крупных подразделений – Western Union Financial Services Inc. – компании First Financial Management Corp. за $1,19 млрд. В 1995 году First Financial Management была поглощена компанией First Data Corp. (сумма сделки составила $7 млрд), и Western Union Financial Services стала дочерним обществом компании First Data.

1998 год – количество пунктов денежных переводов компании по всему миру достигает 50 тысяч. Сеть денежных переводов становится самой крупной в мире [источник не указан 195 дней]. Открываются международные региональные операционные центры в Коста-Рике.

2000 год – запущен веб-сайт westernunion.com, с помощью которого клиенты из некоторых стран могут самостоятельно осуществлять денежные переводы онлайн.

2 октября 2006 года компания осуществила первичное публичное предложение акций на Нью-Йоркской фондовой бирже, став независимой от First Data компанией. На рынке было размещено около 765 млн обычных акций компании. В первый же день торгов на бирже акции компании выросли на 3,3% и их стоимость достигла $19,96. Разделение компаний преследовало две цели: во-первых, дать Western Union возможность развиваться интенсивнее, а во-вторых, помочь First Data вернуться к своей изначальной деятельности (в 1992 году компания выделилась из платежной системы American Express в качестве самостоятельной финансовой компании).

В 2007 году компания осуществила 167,7 миллионов операций по денежным переводам между физическими лицами и 404,6 миллионов транзакций между физическими и юридическими лицами. Количество активных держателей «Золотых карт» составило 9,5 миллионов человек по всему миру.

В феврале 2009 года компания заключила соглашение с компанией Fexco о приобретении 100% акций последней за $159,9 млн. Cделка позволила Western Union непосредственно контролировать более 10‏‏‏ тыс. пунктов обслуживания, которые принадлежали Fexco в 7 странах Европы (Великобритании, Испании, Ирландии, Швеции, Норвегии, Дании и Финляндии).

1.4 Деятельность Western Union в России

По итогам 3 квартала 2008 года компания насчитывала более 365 тыс. пунктов обслуживания более чем в 200 странах мира. Доходы компании за 2007 год составили $4,9 млрд долларов США. Более 572 млн транзакций было осуществлено за 2007 год.

Количество отделений в пределах СНГ – более 35 тыс.

В России компания (посредством дочерней ООО «НКО «Вестерн Юнион ДП Восток») начала оказывать услуги по переводу денежных средств в октябре 1991 года.

В 2006 году компания заключила соглашение с ФГУП «Почта России» об открытии 2,5 тыс. пунктов обслуживания компании в отделениях почты.

По состоянию на 2008 год количество пунктов обслуживания компании составило более 12 тыс.

В июле 2008 года Российская Федерация вошла в число 65 стран, в которых действует программа лояльности «Золотая карта Western Union», направленная на поощрение постоянных клиентов.

2. Система осуществления денежных переводов

2.1 Денежные переводы «Вестерн Юнион» (Western Union)

В век скоростей, для любого человека актуально быстро и с гарантией надежности осуществлять денежные переводы в любую точку планеты. С этой задачей отлично справляются денежные переводы «Western Union» (Вестерн Юнион), которые по праву считаются одной из самых популярных и распространенных в мире систем денежных переводов. Western Union гарантирует быстрое и качественное оказание услуг. Международная система Вестерн Юнион, функционирует на рынке денежных переводов с 1851 года, то есть более 150 лет. Организатором системы денежных переводов является Американская Компания WesternUnion (NYSE: WU), которая осуществляет переводы денег по своей уникальной всемирной компьютерной сети с использованием новейших электронных технологий.

Международная система денежных переводов «Вестерн Юнион» (Western Union) позволяет быстро и просто отправлять и получать деньги по глобальной сети Western Union, которая насчитывает более 379000 пунктов обслуживания клиентов в более чем 200 странах и территориях мира. Пункты обслуживания Вестерн Юнион могут быть расположены в банках, почтовых отделениях, магазинах, обменных пунктах и т.д.

На российский рынок Western Union пришла в 1991 году, открыв дочернюю компанию ООО «Небанковская кредитная организация «Вестерн Юнион ДП Восток» (лицензия Банка России №2726-С). Головной офис Вестерн Юнион ДП Восток расположен в Москве, где также находится справочно-информационный центр. По состоянию на 2008 год общее количество пунктов обслуживания клиентов Western Union на территории России насчитывает свыше 12300. В странах СНГ к сети Western Union подключено более 35000 точек приема и выплаты денежных переводов. Некоторые из них открыты круглосуточно и работают без выходных.

Большинство Российских банков, параллельно с отечественными системами переводов, используют в обслуживании населения международную систему денежных переводов Вестерн Юнион. Приведу ряд крупных банков России, которые работают с системой «Western Union», это: Газпромбанк, ВТБ 24, «МДМ-Банк», Банк Москвы, КМБ-БАНК, Альфа-Банк, Абсолют Банк, Балтинвестбанк, Проминвестбанк, Банк24.ру, Балтийский Банк, ОАО КБ «Восточный Экспресс» и т.д. Зная место расположение этих крупных банков адреса пунктов Вестерн Юнион найти значительно легче. А вот самый крупный банк России – Сбербанк России – с Компанией «Western Union» не сотрудничает.

В 2007 году к системе денежных переводов Вестерн Юнион (Western Union) подключилась и Почта России со своей уникальной сетью почтовых отделений. Правда Почта России, во избежание конкуренции с собственными услугами по почтовым переводам денег, осуществляет денежные переводы Вестерн Юнион только в страны дальнего зарубежья. Но даже это, значительно приближает всех Россиян, проживающих в самых отдаленных глубинках страны к мировой цивилизации. Более 3 000 почтовых отделений Почты России обслуживают переводы «Western Union» в страны Дальнего зарубежья.

Денежные переводы Вестерн Юнион выплачиваются только наличными денежными средствами. Валюта, в которой осуществляются переводы:

По переводам в пределах России – российские рубли.

По переводам в/из стран ближнего и дальнего зарубежья – доллары США или российские рубли (с конвертацией в валюту страны получения перевода).

По переводам со странами Дальнего зарубежья, осуществляемым через отделения Почты России – только российские рубли. При этом, конвертация денежных средств в иностранную валюту и обратно в рубли, осуществляется самой системой Wester Union по своим курсам, что обеспечивает системе дополнительные доходы от этой процедуры.

Размер стоимости денежного перевода устанавливается согласно тарифам Western Union и зависит от размера отправляемой суммы денег и валюты перевода. Тарифы Вестер Юнион на дополнительные услуги от суммы перевода не зависят и приводятся в соответствующих разделах тарифов на переводы, так как устанавливаются в долларах США или рублях.

С 15 июля 2009 года для всех стран ближнего зарубежья России компания Western Union, один из мировых лидеров в сфере денежных переводов без открытия банковского счета, ввела новые тарифы на осуществление денежных переводов, которые можно посмотреть там же.

Плата за денежный перевод по системе Western Union, взимается только с отправителя денежного перевода. С получателя перевода плата не взимается. При отправке перевода из России иногда необходимо представить документ, подтверждающий легальность происхождения иностранной валюты (таможенную декларацию или справку ф. 0406007). Для отдельных стран установлены индивидуальные тарифы за перевод.

Система денежных переводов Western Union предлагает своим клиентам дополнительную, сопутствующую переводу, услугу в виде отправки бесплатного текстового сообщения вместе с переводом.

2.2Система «Вестерн Юнион» (Western Union) обеспечивают 3 принципиальных условия осуществления денежных переводов

Скорость перевода денег. Денежный перевод осуществляется за считанные минуты, на любое расстояние. Получить денежный перевод всего через несколько минут после его отправления, это на грани фантастики. Правда, при этом необходимо учитывать расписание работы пунктов выдачи денег и разницу во времени между часовыми поясами.

Надежность перевода денег. Каждый денежный перевод «Вестерн Юнион» защищается надежной системой безопасности, которая гарантирует получение денег только указанному в переводе лицу. Денежный перевод сопровождается контрольным номером. Для отдельных нестандартных ситуаций применяется и тестирование в контрольном поле – «вопрос» и «ответ».

Удобство перевода денег. Для осуществления денежного перевода «Вестерн Юнион» (WesternUnion) отправителю и получателю не нужно открывать счет в банке. Отправить или получить денежный перевод можно в любом из пунктов обслуживания «Вестерн Юнион», клиент не привязан к конкретному пункту. Это позволяет клиенту выбрать удобный пункт – большинство пунктов работает в удобное для клиентов время, в течение всей недели. Правда, в отдельных странах, предоставляются услуги только по выплате денежных переводов.

2.3 Способы отправления и получения денег по системе Western Union

Отправление денежного перевода по системе Western Union в России:

Прийти в любой пункт обслуживания международной системы денежных переводов «Вестерн Юнион» «(Western Union) – это может быть быть отделение банка или почтовое отделение; Заполнить бланк «Заявление для отправления денег»;

Предоставить информацию о получателе перевода (Полное имя получателя, как указано в документе, удостоверяющем личность, страну и город назначения перевода). Большинство пунктов Вестерн Юнион использует безбланковую технологию – информация предоставляется клиентом устно или заполняется краткая форма, в незначительном числе пунктов Вам могут предложить заполнить бланк «Заявление для отправления денег»);

Предъявить действительный документ, удостоверяющий личность и Золотую Карту «Western Union» (при наличии);

Заполнить Анкету на получение Золотой Карты Western Union, если Вы не имеете Карту и хотите ее получить, при условии, что Вы постоянно пользуетесь данной системой переводов;

Внести в кассу переводимую сумму и оплатить услугу по действующим тарифам;

Получить у оператора копию бланка, где указан Контрольный Номер Денежного Перевода, и карту.

Сообщить получателю сведения об отправке денежного перевода (правописание имени Отправителя, страну и город отправления перевода, а также сумму без комиссии). Получателю желательно также сообщить Контрольный Номер Денежного Перевода.

Получение денежного перевода по системе Western Union в России:

Получить сведения от отправителя о Правильном написании полного имени Отправителя, страну отправления и сумму денежного перевода (без комиссии) – данная информация содержится на копии бланка, которую получает Отправитель при отправлении денежного перевода. Желательно (но не обязательно) также знать Контрольный Номер Денежного Перевода. Кроме того, надо уточнить наличие контрольного вопроса-ответа;

Посетить любой пункт обслуживания системы денежных переводов «Вестерн Юнион» (банк или почтовое отделение);

Предоставить полученную от Отправителя информацию о переводе (Большинство пунктов Вестерн Юнион использует безбланковую технологию – информация предоставляется клиентом устно или заполняется краткая форма, в незначительном числе пунктов Вам могут предложить заполнить бланк «Заявление для получения денег»);

Предъявить оператору действительный документ, удостоверяющий личность, заполненный бланк и Карту «Western Union» (при наличии);

Получить в кассе переведенную Вам сумму и квитанцию (копию бланка) на выдачу средств. Комиссия за выдачу денежного перевода с получателя денежного перевода не взимается.

У системы «Вестерн Юнион» есть одна особенность. Переписка с Центром обслуживания клиентов компании Western Union, заполнение Фамилии, Имени и Отчества в Заявлениях на получение или отправления перевода, а также подбор точек обслуживания системы по всему миру осуществляются путем написания русских слов с использованием знаков латиницы, что для некоторых людей затруднительно. Так, например, в переписке с системой Western Union, Москва пишется как – Moskva, Санкт – Петербург пишется как – Sankt Peterburg, слово «вопрос» – как «vopros» и т.д.

С целью роста конкурентоспособности и расширения рынка своих услуг, Компания Western Union с июля 2008 года запустила в России программу лояльности Western Union Gold Card для клиентов, неоднократно осуществляющих денежные переводы по системе Вестерн Юнион. Такая система лояльности действует уже в 65 странах мира. Программа лояльности Золотая карта Western Union®, направлена на поощрение постоянных клиентов системы начислением бонусов.

Суть в том, что программа лояльности Western Union Gold Card основана на внедрении специальных карт, которые позволяют сократить время обработки перевода и идентифицирование постоянных клиентов по базе данных. Карты Western Union (Золотые карты Western Union), это карты лояльности только для клиентов, регулярно отправляющих переводы по системе Western Union (более 1 раза в год). После каждого перевода денег с применением карты, клиенту начисляются бонусы, которые в дальнейшем можно использовать на удешевление стоимости перевода.

Отдельные особенности отправления денежных переводов Western Union из России:

Клиент – резидент имеет право отправить перевод в иностранной валюте за границу, в сумме, не превышающей 5000 долларов США.

Перевод денег может быть осуществлен Клиентом-резидентом не более одного раза в один операционный день «на текущие расходы» без представления подтверждающих документов.

Перевод денег на другие цели, не связанные с коммерцией, осуществляется в соответствии с действующим законодательством с предоставлением соответствующих документов, подтверждающих основание осуществления перевода.

Клиент-нерезидент вправе отправить перевод в пределах суммы, ограниченной максимальной суммой перевода, установленной Системой «Вестерн Юнион».

Переводы в страны СНГ из отдельных регионов России пока ограничены максимальной суммой перевода в 1000 долларов США в день. К таким регионам отнесены: Тюмень, Ханты-Мансийский округ – Югра (Белоярский, Березово, Игрим, Излучинск, Кагалым, Лангепас, Лянтор, Малиновский, Мегион, Междуреченский, Нижневартовск, Новоаганск, Нягань, Пойковский, Покачи, Пыть-Ях, Радужный, Советский, Сургут, Нефтеюганск, Урай, Федоровский, Ханты-Мансийск, Югорск), Ямало-Ненецкий автономный регион (Губкинский, Лабытнанги, Муравленко, Надым, Новозаполярный, Новый Уренгой, Ноябрьск, Понгоды, Пурпе, Салехард, Тарко-Сале, Харп, Уренгой).

Банки и Почта России принимают и выдают денежные переводы при предъявлении следующих документов, удостоверяющих личность:

Для граждан Российской Федерации.

Внутренний общегражданский паспорт или документ его заменяющий;

Удостоверение личности офицера или военный билет (для военнослужащих РФ);

Паспорт моряка (удостоверение личности моряка);

Для иностранных граждан.

Паспорт иностранного гражданина либо иной документ, установленный Федеральным законом или признаваемый в соответствии с международным договором Российской Федерации в качестве документа, удостоверяющего личность иностранного гражданина и вид на жительство в Российской Федерации для постоянно проживающих иностранных граждан.

Для лиц без гражданства.

Документ, выданный иностранным государством и признаваемый в соответствии с международным договором Российской Федерации в качестве документа, удостоверяющего личность лица без гражданства;

разрешение на временное проживание или вид на жительство на территории Российской Федерации.

2.4 Особенности при оформлении перевода

При оформлении перевода случаются и ошибки, которые могут заблокировать выдачу денежного перевода получателю. Выдача перевода блокируется в следующих случаях:

Допущена ошибка при заполнении Ф.И.О. получателя или отправителя денежного перевода.

Допущена ошибка при передаче Контрольного Номера Денежного Перевода

оператор пункта приема денежных переводов перепутал при передаче данных Ф.И.О. получателя и отправителя средств.

Такие ошибки исправляются при посещении отправителем пункта перевода, из которого производилось отправление, и предъявлении копии бланка с указанием Контрольного Номера Денежного Перевода.

Существуют и некоторые тонкости при оформлении переводов Вестерн Юнион:

Невостребованный перевод находится в системе Вестерн Юнион в течение 4 месяцев. В этот период отправитель всегда может его отозвать. Затем перевод передается в архив системы или возвращается отправителю. Из архива его получить тоже можно, но это более сложная и длительная процедура с написанием заявления о восстановлении перевода.

Отправленную, но еще не полученную получателем сумму денежного перевода можно, в случае необходимости возвратить, посетив пункт перевода, из которого производилось отправление. При себе необходимо иметь копию бланка с указанием Контрольного Номера Денежного Перевода и удостоверение личности. Правда, комиссионное вознаграждение за денежный перевод вам не возвратят.

Система Вестерн Юнион не осуществляет денежные переводы на территории России, в которых одним из участников является юридическое лицо.

Переводы этой системы выплачиваются только наличными денежными средствами, зачисление на текущие счета и дебетовые карточки не предусмотрено.

В целях выполнения требований Федерального закона №115-ФЗ от 07.08.2001 г. «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», при осуществлении переводов по системам Western Union, плательщику необходимо указывать в заявлении фамилию, имя и отчество, а также адрес места жительства (регистрации) или места пребывания. При отсутствии данной информации банки будут отказывать плательщику в отправлении перевода.

Денежные переводы «Вестер Юнион» разрешены только для личных нужд и не могут быть использованы в коммерческих или предпринимательских целях, для покупки недвижимости или инвестиционных целей.

Статья: Русское искусство конца XIX–начала XX века

Ильина Т.

С кризисом народнического движения, в 90-е годы, «аналитический метод реализма XIX в.», как его называют в отечественной науке, себя изживает. Многие из художников-передвижников испытывали творческий упадок, ушли в «мелкотемье» развлекательной жанровой картины. Традиции Перова сохранялись более всего в Московском училище живописи, ваяния и зодчества благодаря преподавательской деятельности таких художников, как С.В. Иванов, К.А. Коровин, В.А. Серов и др.

Сложные жизненные процессы обусловили многообразие форм художественной жизни этих лет. Все виды искусства – живопись, театр, музыка, архитектура выступили за обновление художественного языка, за высокий профессионализм.

Для живописцев рубежа веков свойственны иные способы выражения, чем у передвижников, иные формы художественного творчества – в образах противоречивых, усложненных и отображающих современность без иллюстративности и повествовательности. Художники мучительно ищут гармонию и красоту в мире, который в основе своей чужд и гармонии, и красоте. Вот почему свою миссию многие видели в воспитании чувства прекрасного. Это время «канунов», ожидания перемен в общественной жизни породило множество течений, объединений, группировок, столкновение разных мировоззрений и вкусов. Но оно породило также универсализм целого поколения художников, выступивших после «классических» передвижников. Достаточно назвать только имена В.А. Серова и М.А. Врубеля.

Большую роль в популяризации отечественного искусства, особенно XVIII в., а также и западноевропейского, в привлечении к выставкам мастеров Западной Европы играли художники объединения «Мир искусства». «Мирискусники», собравшие лучшие художественные силы в Петербурге, издававшие свой журнал, самим своим существованием способствовали консолидации художественных сил и в Москве, созданию «Союза русских художников».

Импрессионистические уроки пленэрной живописи, композиция «случайного кадрирования», широкая свободная живописная манера – все это результат эволюции в развитии изобразительных средств во всех жанрах рубежа веков. В поисках «красоты и гармонии» художники пробуют себя в самых разных техниках и видах искусства – от монументальной живописи и театральной декорации до оформления книги и декоративно-прикладного искусства.

На рубеже веков сложился стиль, затронувший все пластические искусства, начиная прежде всего с архитектуры (в которой долго господствовала эклектика) и кончая графикой, получивший название стиля модерн. Явление это не однозначное, в модерне есть и декадентская вычурность, претенциозность, рассчитанные главным образом на буржуазные вкусы, но есть и знаменательное само по себе стремление к единству стиля. Стиль модерн – это новый этап в синтезе архитектуры, живописи, декоративных искусств.

В изобразительных искусствах модерн проявил себя: в скульптуре – текучестью форм, особой выразительностью силуэта, динамичностью композиций; в живописи – символикой образов, пристрастием к иносказаниям.

Появление модерна не означало, что идеи передвижничества умерли к концу века. В 90-х годах развивается жанровая живопись, но развивается она несколько иначе, чем в «классическом» передвижничестве 70–80-х годов. Так, по-новому раскрывается крестьянская тема. Раскол в сельской общине подчеркнуто обличительно изображает Сергей Алексеевич Коровин (1858–1908) в картине «На миру» (1893, ГТГ). Бызысходность существования в тяжелом изнуряющем труде сумел показать Абрам Ефимович Архипов (1862– 1930) в картине «Прачки» (1901, ГТГ). Он достиг этого в большой степени благодаря новым живописным находкам, по-новому понятым возможностям цвета и света.

Недоговоренность, «подтекст», удачно найденная выразительная деталь делают еще трагичнее картину Сергея Васильевича Иванова (1864–1910) «В дороге. Смерть переселенца» (1889, ГТГ). Торчащие, как воздетые в крике, оглобли драматизируют действие значительно больше, чем изображенный на переднем плане мертвец или воющая над ним баба. Иванову принадлежит одно из произведений, посвященных революции 1905 г., – «Расстрел». Импрессионистический прием «частичной композиции», как бы случайно выхваченного кадра сохранен и здесь: лишь намечена линия домов, шеренга солдат, группа демонстрантов, а на переднем плане, на освещенной солнцем площади, фигура убитого и бегущей от выстрелов собаки. Для Иванова характерны резкие светотеневые контрасты, выразительный контур предметов, известная плоскостность изображения. Язык его лапидарен.

В 90-х годах XIX в. в искусство входит художник, который главным героем своих произведений делает рабочего. В 1894 г. появляется картина Н.А. Касаткина (1859–1930) «Шахтерка» (ГТГ), в 1895 г. – «Углекопы. Смена».

На рубеже веков несколько иной путь развития, чем у Сурикова, намечается в исторической теме. Так, например, Андрей Петрович Рябушкин (1861–1904) работает скорее в историко-бытовом, чем чисто историческом жанре. «Русские женщины XVII столетия в церкви» (1899, ГТГ), «Свадебный поезд в Москве. XVII столетие» (1901, ГТГ), «Едут. (Народ московский во время въезда иностранного посольства в Москву в конце XVII века)» (1901, ГРМ), «Московская улица XVII века в праздничный день» (1895, ГРМ) и пр. – это бытовые сцены из жизни Москвы XVII столетия. Рябушкина особенно привлекал этот век, с его пряничной нарядностью, полихромией, узорочьем. Художник эстетски любуется ушедшим миром XVII в., что приводит к тонкой стилизации, далекой от монументализма Сурикова и его оценок исторических событий. Стилизация сказывается у Рябушкина в плоскостности изображения, в особом строе пластического и линейного ритма, в колорите, построенном на ярких мажорных цветах, в общем декоративном решении. Рябушкин смело вводит в пленэрный пейзаж локальные цвета, например в «Свадебном поезде…» – красный цвет возка, крупные пятна праздничных одежд на фоне темных строений и снега, данного, однако, в тончайшей цветовой нюансировке. Пейзаж всегда поэтично передает красоту русской природы. Правда, иногда Рябушкину свойственно и ироническое отношение в изображении некоторых сторон быта, как, например, в картине «Чаепитие» (картон, гуашь, темпера, 1903, ГРМ). Во фронтально сидящих статичных фигурах с блюдечками в руках читаются размеренность, скука, сонность, мы чувствуем и давящую силу мещанского быта, ограниченность этих людей.

Еще большее внимание уделяет пейзажу в своих исторических композициях Аполлинарий Михайлович Васнецов (1856–1933). Его любимой темой также является XVII век, но не бытовые сцены, а архитектура Москвы. («Улица в Китай-городе. Начало XVII века», 1900, ГРМ). Картина «Москва конца XVII столетия. На рассвете у Воскресенских ворот» (1900, ГТГ), возможно, была навеяна вступлением к опере Мусоргского «Хованщина», эскизы декораций к которой незадолго до этого исполнил Васнецов.

A.M. Васнецов преподавал в пейзажном классе Московского училища живописи, ваяния и зодчества (1901–1918). Как теоретик он изложил свои взгляды в книге «Художество. Опыт анализа понятий, определяющих искусство живописи» (М., 1908), в которой выступил за реалистические традиции в искусстве. Васнецов явился также учредителем «Союза русских художников».

Новый тип картины, в которой совершенно по-особому освоены и переложены на язык современного искусства фольклорные художественные традиции, создал Филипп Андреевич Малявин (1869–1940), в юности занимавшийся в Афонском монастыре иконописью, а затем учившийся в Академии художеств у Репина. Его образы «баб» и «девок» имеют некое символическое значение – здоровой почвенной Руси. Картины его всегда экспрессивны, и хотя это, как правило, станковые произведения, но они получают под кистью художника монументально-декоративную трактовку. «Смех» (1899, Музей современного искусства, Венеция), «Вихрь» (1906, ГТГ) – это реалистическое изображение крестьянских девушек, заразительно звонко смеющихся или безудержно несущихся в хороводе, но это реализм иной, чем во второй половине века. Живопись размашистая, эскизная, с фактурным мазком, формы обобщены, пространственная глубина отсутствует, фигуры, как правило, расположены на переднем плане и заполняют весь холст.

Малявин соединял в своей живописи экспрессивный декоративизм с реалистической верностью натуре.

К теме Древней Руси, как и ряд мастеров до него, обращается Михаил Васильевич Нестеров (1862–1942), но образ Руси предстает в картинах художника как некий идеальный, почти зачарованный мир, находящийся в гармонии с природой, но навек исчезнувший подобно легендарному граду Китежу. Это острое ощущение природы, восторг перед миром, перед каждым деревом и травинкой особенно ярко выражены в одном из самых известных произведений Нестерова дореволюционного периода – «Видение отроку Варфоломею» (1889–1890, ГТГ). В раскрытии фабулы картины есть те же стилизаторские черты, что и у Рябушкина, но неизменно выражено глубоко лирическое чувство красоты природы, через которую и передается высокая духовность героев, их просветленность, их чуждость мирской суете.

До обращения к образу Сергия Радонежского Нестеров уже высказал интерес к теме Древней Руси такими произведениями, как «Христова невеста» (1887, местонахождение неизвестно), «Пустынник» (1888, ГРМ; 1888–1889, ГТГ), создав образы высокой одухотворенности и тихой созерцательности. Самому Сергию Радонежскому он посвятил еще несколько произведений («Юность преподобного Сергия», 1892–1897, ГТГ; триптих «Труды преподобного Сергия», 1896–1897, ГТГ; «Сергий Радонежский», 1891–1899, ГРМ).

М.В. Нестеров много занимался религиозной монументальной живописью: вместе с В.М. Васнецовым расписывал Киевский Владимирский собор, самостоятельно – обитель в Абастумане (Грузия) и Марфо-Мариинскую обитель в Москве. Росписи всегда посвящены древнерусской теме (так, в Грузии –Александру Невскому). В настенных росписях Нестерова много наблюденных реальных примет, особенно в пейзаже, портретных черт – в изображении святых. В стремлении же художника к плоскостной трактовке композиции нарядности, орнаментальности, утонченной изысканности пластических ритмов проявилось несомненное влияние модерна.

Стилизация, в целом столь характерная для этого времени, в большой степени коснулась и станковых произведений Нестерова. Это можно наблюдать в одном из лучших полотен, посвященных женской судьбе, – «Великий постриг» (1898, ГРМ): нарочито плоскостные фигуры монахинь, «черниц» и «белиц», обобщенные силуэты, как бы замедленный ритуальный ритм светлых и темных пятен – фигур и пейзажа с его светлыми березами и почти черными елями. И как всегда у Нестерова, пейзаж играет одну из главных ролей. «Люблю я русский пейзаж, – писал художник, – на его фоне как-то лучше, яснее чувствуешь и смысл русской жизни, и русскую душу».

Собственно пейзажный жанр развивается в конце XIX столетия также по-новому. Левитан, по сути, завершил искания передвижников в пейзаже. Новое слово на рубеже веков предстояло сказать К.А. Коровину, В.А. Серову и М.А. Врубелю.

Уже в ранних пейзажах Константина Алексеевича Коровина (1861–1939) решаются чисто живописные проблемы – написать серое на белом, черное на белом, серое на сером. «Концепционный» пейзаж (термин М.М. Алленова), такой, как саврасовский или левитановский, его не интересует.

Для блестящего колориста Коровина мир представляется «буйством красок». Щедро одаренный от природы, Коровин занимался и портретом, и натюрмортом, но не будет ошибкой сказать, что любимым его жанром оставался пейзаж. Он принес в искусство прочные реалистические традиции своих учителей из Московского училища живописи, ваяния и зодчества – Саврасова и Поленова, но у него другой взгляд на мир, он ставит другие задачи. Он рано стал писать на пленэре, уже в портрете хористки 1883 г. видно самостоятельное развитие им принципов пленэризма, воплощенных затем в ряде портретов, сделанных в имении С. Мамонтова в Абрамцеве («В лодке», ГТГ; портрет Т.С. Любатович, ГРМ и др.), в северных пейзажах, исполненных в экспедиции С. Мамонтова на север («Зима в Лапландии», ГТГ). Его французские пейзажи, объединенные названием «Парижские огни», – это уже вполне импрессионистическое письмо, с его высочайшей культурой этюда. Острые, мгновенные впечатления от жизни большого города: тихие улочки в разное время суток, предметы, растворенные в световоздушной среде, лепленые динамичным, «дрожащим», вибрирующим мазком, потоком таких мазков, создающих иллюзию завесы дождя или городского, насыщенного тысячами разных испарений воздуха,– черты, напоминающие пейзажи Мане, Писсарро, Моне. Коровин темпераментный, эмоциональный, импульсивный, театрализованный, отсюда яркая красочность и романтическая приподнятость его пейзажей («Париж. Бульвар Капуцинок», 1906, ГТГ; «Париж ночью. Итальянский бульвар». 1908, ГТГ). Те же черты импрессионистической этюдности, живописную маэстрию, поразительный артистизм сохраняет Коровин и во всех других жанрах, прежде всего в портрете и натюрморте, но также и в декоративном панно, в прикладном искусстве, в театральной декорации, которой он занимался всю жизнь (Портрет Шаляпина, 1911, ГРМ; «Рыбы, вино и фрукты» 1916, ГТГ).

Щедрый живописный дар Коровина блистательно проявился в театрально-декорационной живописи. Как театральный живописец он работал для абрамцевского театра (и Мамонтов едва ли не первый оценил его как театрального художника), для Московского Художественного театра, для Московской частной русской оперы, где началась его дружба с Шаляпиным, длившаяся всю жизнь, для дягилевской антрепризы. Коровин поднял театральную декорацию и значение художника в театре на новую ступень, он произвел целый переворот в понимании роли художника в театре и имел большое влияние на современников своими красочными, «зрелищными» декорациями, выявляющими самое суть музыкального спектакля.

Одним из самых крупных художников, новатором русской живописи на рубеже веков явился Валентин Александрович Серов (1865–1911). Его «Девочка с персиками» (портрет Веруши Мамонтовой, 1887, ГТГ) и «Девушка, освещенная солнцем» (портрет Маши Симанович, 1888, ГТГ) –целый этап в русской живописи. Серов воспитывался в среде выдающихся деятелей русской музыкальной культуры (отец – известный композитор, мать – пианистка), учился у Репина и Чистякова, изучал лучшие музейные собрания Европы и по возвращении из-за границы вошел в среду абрамцевского кружка. В Абрамцеве и были написаны упоминавшиеся два портрета, с которых началась слава Серова, вошедшего в искусство со своим собственным, светлым и поэтичным взглядом на мир. Вера Мамонтова сидит в спокойной позе за столом, перед ней на белой скатерти раскиданы персики. Она сама и все предметы представлены в сложнейшей световоздушной среде. Солнечные блики ложатся на скатерть, на одежду, настенную тарелку, нож. Изображенная девочка, сидящая за столом, находится в органичном единстве со всем этим вещным миром, в гармонии с ним, полна жизненной трепетности, внутреннего движения. Еще в большей мере принципы пленэрной живописи сказались в портрете кузины художника Маши Симанович, написанном прямо на открытом воздухе. Цвета здесь даны в сложном взаимодействии друг с другом, они прекрасно передают атмосферу летнего дня, цветовые рефлексы, создающие иллюзию скользящих сквозь листву солнечных лучей. Серов отходит от критического реализма своего учителя Репина к «реализму поэтическому» (термин Д.В. Сарабьянова). Образы Веры Мамонтовой и Маши Симанович пронизаны ощущением радости жизни, светлого чувства бытия, яркой победной юности. Это достигнуто «легкой» импрессионистической живописью, для которой столь свойствен «принцип случайного», лепкой формы динамичным, свободным мазком, создающим впечатление сложной световоздушной среды. Но в отличие от импрессионистов Серов никогда не растворяет предмет в этой среде так, чтобы он дематериализовался, его композиция никогда не теряет устойчивости, массы всегда находятся в равновесии. А главное, он не теряет цельной обобщенной характеристики модели.

Серов часто пишет представителей художественной интеллигенции: писателей, артистов, художников (портреты К. Коровина, 1891, ГТГ; Левитана, 1893, ГТГ; Ермоловой, 1905, ГТГ). Все они разные, всех он интерпретирует глубоко индивидуально, но на всех них лежит свет интеллектуальной исключительности и вдохновенной творческой жизни. Античную колонну, вернее, классическую статую напоминает фигура Ермоловой, что еще более усиливается вертикальным форматом холста. Но главным остается лицо – красивое, гордое, отрешенное от всего мелочного и суетного. Колорит решен всего на сочетании двух цветов: черного и серого, но во множестве оттенков. Эта правда образа, созданная не повествовательными, а чисто живописными средствами, соответствовала самой личности Ермоловой, которая своей сдержанной, но глубоко проникновенной игрой потрясала молодежь в бурные годы начала XX столетия.

Портрет Ермоловой парадный. Но Серов такой великий мастер, что, избирая иную модель, в этом же жанре парадного портрета, по сути, при тех же выразительных средствах умел создать образ совсем иного характера. Так, в портрете княгини Орловой (1910–1911, ГРМ) утрирование некоторых деталей (огромная шляпа, слишком длинная спина, острый угол колена), подчеркнутое внимание к роскоши интерьера, переданного лишь фрагментарно, как выхваченный кадр (часть стула, картины, угол стола), позволяют мастеру создать почти гротескный образ высокомерной аристократки. Но та же гротескность в его знаменитом «Петре I» (1907, ГТГ) (Петр в картине просто гигантского роста), позволяющая Серову изобразить стремительное движение царя и нелепо поспешающих за ним придворных, приводит к образу не ироническому, как в портрете Орловой, а символическому, передающему смысл целой эпохи. Художник восхищается неординарностью своего героя.

Портрет, пейзаж, натюрморт, бытовая, историческая картина; масло, гуашь, темпера, уголь – трудно найти и живописные, и графические жанры, в которых бы не работал Серов, и материалы, которые бы он не использовал.

Особая тема в творчестве Серова –крестьянская. В его крестьянском жанре нет передвижнической социальной заостренности, но есть ощущение красоты и гармоничности крестьянского быта, восхищение здоровой красотой русского народа («В деревне. Баба с лошадью», б. на карт., пастель, 1898, ГТГ). Особенно изысканны зимние пейзажи с их серебристо-жемчужной гаммой красок.

Совершенно по-своему Серов трактовал историческую тему: «царские охоты» с увеселительными прогулками Елизаветы и Екатерины II переданы художником именно нового времени, ироничным, но и неизменно восхищающимся красотой быта XVIII в. Интерес к XVIII веку возник у Серова под влиянием «Мира искусства» и в связи с работой над изданием «Истории великокняжеской, царской и императорской охоты на Руси».

Серов был глубоко думающим художником, постоянно ищущим новые формы художественного претворения реальности. Навеянные модерном представления о плоскостности и повышенной декоративности сказались не только в исторических композициях, но и в его портрете танцовщицы Иды Рубинштейн, в его эскизах к «Похищению Европы» и «Одиссею и Навзикае» (оба 1910, ГТГ, картон, темпера). Знаменательно, что Серов в конце жизни обращается к античному миру. В поэтической легенде, интерпретированной им свободно, вне классицистических канонов, он хочет найти гармонию, поиску которой художник посвятил все свое творчество.

Трудно сразу поверить, что портрет Веруши Мамонтовой и «Похищение Европы» писал один и тот же мастер, столь многогранен Серов в своей эволюции от импрессионистической достоверности портретов и пейзажей 80–90-х годов к модерну в исторических мотивах и композициях из античной мифологии.

Творческий путь Михаила Александровича Врубеля (1856– 1910) был более прямым, хотя при этом и необычайно сложным. До Академии художеств (1880) Врубель окончил юридический факультет Петербургского университета. В 1884 г. он едет в Киев руководить реставрацией фресок в Кирилловской церкви и сам создает несколько монументальных композиций. Он делает акварельные эскизы росписей Владимирского собора. Эскизы не были перенесены на стены, поскольку заказчик был напуган их неканоничностью и экспрессивностью.

В 90-е годы, когда художник обосновывается в Москве, складывается полный таинственности и почти демонической силы стиль письма Врубеля, который не спутаешь ни с каким другим. Он лепит форму как мозаику, из острых «граненых» кусков разного цвета, как бы светящихся изнутри («Девочка на фоне персидского ковра», 1886, КМРИ; «Гадалка», 1895, ГТГ). Цветовые сочетания не отражают реальности отношения цвета, а имеют символическое значение. Натура не имеет над Врубелем никакой власти. Он знает ее, прекрасно владеет ею, но творит свой собственный фантастический мир, мало похожий на реальность. В этом смысле Врубель антиподен  импрессионистам (про которых не случайно сказано, что они то же, что натуралисты в литературе), ибо он никак не стремится к фиксации непосредственного впечатления от действительности. Он тяготеет к литературным сюжетам, которые толкует отвлеченно, стремясь создать образы вечные, огромной духовной мощи. Так, взявшись за иллюстрации к «Демону», он скоро отходит от принципа прямого иллюстрирования («Пляска Тамары», «Не плачь дитя, не плачь напрасно», «Тамара в гробу» и пр.) и уже в этом же 1890 году создает своего «Демона сидящего» –произведение, по сути, бессюжетное, но образ вечный, как и образы Мефистофеля, Фауста, Дон Жуана. Образ Демона –центральный образ всего творчества Врубеля, его основная тема. В 1899 г. он пишет «Демона летящего», в 1902 г.– «Демона поверженного». Демон Врубеля – существо прежде всего страдающее. Страдание в нем превалирует над злом, и в этом особенность национально-русской трактовки образа. Современники, как справедливо замечено, видели в его «Демонах» символ судьбы интеллигента – романтика, пытающегося бунтарски вырваться из лишенной гармонии реальности в ирреальный мир мечты, но повергаемого в грубую действительность земного. Этот трагизм художественного мироощущения определяет и портретные характеристики Врубеля: душевный разлад, надлом в его автопортретах, настороженность, почти испуг, но и величавую силу, монументальность – в портрете С. Мамонтова (1897, ГТГ), смятение, тревогу –в сказочном образе «Царевны-Лебедь» (1900, ГТГ), даже в его праздничных по замыслу и задаче декоративных панно «Испания» (1894, ГТГ) и «Венеция» (1893, ГРМ), исполненных для особняка Е.Д. Дункер, отсутствуют покой и безмятежность. Врубель сам сформулировал свою задачу – «будить душу величавыми образами от мелочей обыденности».

Уже упоминавшийся промышленник и меценат Савва Мамонтов сыграл очень большую роль в жизни Врубеля. Абрамцево связало Врубеля с Римским-Корсаковым, под влиянием творчества которого художник пишет и свою «Царевну-Лебедь», исполняет скульптуры «Волховы», «Мизгиря» и пр. В Абрамцеве он много занимался монументальной и станковой живописью, он обращается к фольклору: к сказке, к былине, итогом чего явились панно «Микула Селянинович», «Богатыри». Врубель пробует силы в керамике, делая скульптуры в майолике. Его интересует языческая Русь и Греция, Ближний Восток и Индия – все культуры человечества, художественные приемы которых он стремится постигнуть. И каждый раз почерпнутые им впечатления он претворял в глубоко символические образы, отражающие все своеобразие его мироощущения.

Самые зрелые свои живописные и графические произведения Врубель создал на рубеже веков – в жанре пейзажа, портрета, книжной иллюстрации. В организации и декоративно-плоскостной трактовке холста или листа, в соединении реального и фантастического, в приверженности к орнаментальным, ритмически сложным решениям в его произведениях этого периода все сильнее заявляют о себе черты модерна.

Как и К. Коровин, Врубель много работал в театре. Лучшие его декорации исполнены к операм Римского-Корсакова «Снегурочка», «Садко», «Сказка о царе Салтане» и другим на сцене Московской частной оперы, т. е. к тем произведениям, которые давали ему возможность «общения» с русским фольклором, сказкой, легендой.

Универсализм дарования, беспредельная фантазия, необычайная страстность в утверждении благородных идеалов отличают Врубеля от многих его современников.

Творчество Врубеля ярче других отразило противоречия и мучительные метания рубежной эпохи. В день похорон Врубеля Бенуа говорил: «Жизнь Врубеля, какой она теперь отойдет в историю,– дивная патетическая симфония, то есть полнейшая форма художественного бытия. Будущие поколения… будут оглядываться на последние десятки лет XIX в., как на «эпоху Врубеля»… Именно в нем наше время выразилось в самое красивое и самое печальное, на что оно было способно».

С Врубелем мы входим в новое столетие, в эпоху «серебряного века», последнего периода культуры петербургской России, находящейся вне связи как с «идеологией революционаризма» (П. Сапронов), так и «с давно переставшими быть культурной силой самодержавием и государством». С началом века связан взлет русской философско-религиозной мысли, высочайший уровень поэзии (достаточно назвать Блока, Белого, Анненского, Гумилева, Георгия Иванова, Мандельштама, Ахматову, Цветаеву, Сологуба); драматического и музыкального театра, балета; «открытие» русского искусства XVIII века (Рокотов, Левицкий, Боровиковский), древнерусской иконописи; тончайший профессионализм живописи и графики самого начала столетия. Но «серебряный век» был бессилен перед надвигающимися трагическими событиями в шедшей к революционной катастрофе России, продолжая пребывать в «башне из слоновой кости» и в поэтике символизма.

Если творчество Врубеля можно соотнести с общим направлением символизма в искусстве и литературе, хотя, как всякий большой художник, он и разрушал границы направления, то Виктор Эльпидифорович Борисов-Мусатов (1870–1905) –прямой выразитель живописного символизма и один из первых ретроспективистов в изобразительном искусстве порубежной России. Критики того времени даже называли его «мечтателем ретроспективизма». Умерший накануне первой русской революции, Борисов-Мусатов оказался совершенно глух к новым, стремительно врывающимся в жизнь настроениям. Его произведения – это элегическая грусть по старым опустевшим «дворянским гнездам» и гибнущим «вишневым садам», по прекрасным женщинам, одухотворенным, почти неземным, одетым в какие-то вневременные костюмы, не несущие внешних примет места и времени.

Его станковые произведения более всего напоминают даже не декоративные панно, а гобелены. Пространство решено предельно условно, плоскостно, фигуры почти бесплотны, как, например, девушки у пруда в картине «Водоем» (1902, темпера, ГТГ), погруженные в мечтательное раздумье, в глубокую созерцательность. Блеклые, бледно-серые оттенки цвета усиливают общее впечатление хрупкой, неземной красоты и анемичности, призрачности, которое распространяется не только на человеческие образы, но и на изображаемую им природу. Не случайно одно из своих произведений Борисов-Мусатов назвал «Призраки» (1903, темпера, ГТГ): безмолвные и бездействующие женские фигуры, мраморные статуи у лестницы, полуобнаженное дерево – блеклая гамма голубых, серых, лиловых тонов усиливает призрачность изображенного.

Эта тоска по ушедшим временам роднила Борисова-Мусатова с художниками «Мира искусства» – организации, возникшей в Петербурге в 1898 г. и объединившей мастеров самой высокой художественной культуры, художественную элиту России тех лет. («Мирискусники», кстати сказать, не поняли искусства Борисова-Мусатова и признали его лишь под конец жизни художника.) Начало «Миру искусства» положили вечера в доме А. Бенуа, посвященные искусству, литературе и музыке. Людей, собиравшихся там, объединяла любовь к прекрасному и уверенность, что его можно найти только в искусстве, так как действительность безобразна. Возникнув также как реакция на мелкотемье позднего передвижничества, его назидательность и иллюстративность, «Мир искусства» превратился вскоре в одно из крупных явлений русской художественной культуры. В этом объединении участвовали почти все известные художники –Бенуа, Сомов, Бакст, Е.Е. Лансере, Головин, Добужинский, Врубель, Серов, К. Коровин, Левитан, Нестеров, Остроумова-Лебедева, Билибин, Сапунов, Судейкин, Рябушкин, Рерих, Кустодиев, Петров-Водкин, Малявин, даже Ларионов и Гончарова. Огромное значение для формирования этого объединения имела личность Дягилева, мецената и организатора выставок, а впоследствии – импресарио гастролей русского балета и оперы за границей («Русские сезоны», познакомившие Европу с творчеством Шаляпина, Павловой, Карсавиной, Фокина, Нижинского и др. и явившие миру пример высочайшей культуры формы разных искусств: музыки, танца, живописи, сценографии). На начальном этапе формирования «Мира искусства» Дягилев устроил выставку английских и немецких акварелистов в Петербурге в 1897 г., затем выставку русских и финских художников в 1898 г. Под его редакцией с 1899 по 1904 г. издается журнал под тем же названием, состоящий из двух отделов: художественного и литературного (последний – религиозно-философского плана, в нем сотрудничали Д. Философов, Д. Мережковский и 3. Гиппиус до открытия в 1902 г. своего журнала «Новый путь». Тогда религиозно-философское направление в журнале «Мир искусства» уступило место теории эстетики, и журнал в этой своей части стал трибуной других символистов во главе с А. Белым и В. Брюсовым).

В редакционных статьях первых номеров журнала были четко сформулированы основные положения «мирискусников» об автономии искусства, о том, что проблемы современной культуры -– это исключительно проблемы художественной формы и что главная задача искусства – воспитание эстетических вкусов русского общества, прежде всего через знакомство с произведениями мирового искусства. Нужно отдать им должное: благодаря «мирискусникам» действительно по-новому было оценено английское и немецкое искусство, а главное, открытием для многих стала живопись русского XVIII века и архитектура петербургского классицизма. «Мирискусники» боролись за «критику как искусство», провозглашая идеалом критика-художника, обладающего высокой профессиональной культурой и эрудицией. Тип такого критика воплощал один из создателей «Мира искусства» А.Н. Бенуа. «Мирискусники» устраивали выставки. Первая была и единственной международной, объединившей, помимо русских, художников Франции, Англии, Германии, Италии, Бельгии, Норвегии, Финляндии и пр. В ней приняли участие как петербургские, так и московские живописцы и графики. Но трещина между этими двумя школами – петербургской и московской – наметилась уже почти с первого дня. В марте 1903 г. закрылась последняя, пятая выставка «Мира искусства», в декабре 1904 г. вышел последний номер журнала «Мир искусства». Большая часть художников перешла в организованный на почве московской выставки «36-ти» «Союз русских художников», литераторы – в открытый группой Мережковского журнал «Новый путь», московские символисты объединились вокруг журнала «Весы», музыканты организовали «Вечера современной музыки», Дягилев целиком ушел в балет и театр. Последним его значительным делом в изобразительном искусстве была грандиозная историческая выставка русской живописи от иконописи до современности в парижском Осеннем салоне 1906 г., экспонированная затем в Берлине и Венеции (1906–1907). В разделе современной живописи основное место занимали «мирискусники». Это был первый акт всеевропейского признания «Мира искусства», а также открытия русской живописи XVIII –начала XX в. в целом для западной критики и настоящий триумф русского искусства.

В 1910 г. была предпринята попытка вновь вдохнуть жизнь в «Мир искусства» (во главе с Рерихом). В среде живописцев в это время происходит размежевание. Бенуа и его сторонники порывают с Союзом русских художников», с москвичами, и выходят из этой организации, но они понимают, что вторичное объединение под названием «Мир искусства» не имеет ничего общего с первым. Бенуа с грустью констатирует, что «не примирение под знаменем красоты стало теперь лозунгом во всех сферах жизни, но ожесточенная борьба». К «мирискусникам» пришла слава, но «Мира искусств», по сути, уже не было, хотя формально объединение существовало до начала 20-х годов (1924) –при полном отсутствии цельности, на безграничной терпимости и гибкости позиций, примиряя художников от Рылова до Татлина, от Грабаря до Шагала. Как здесь не вспомнить импрессионистов? Содружество, которое когда-то рождалось в мастерской Глейра, в «Салоне отверженных», за столиками кафе Гербуа и которому предстояло оказать огромное влияние на всю европейскую живопись, также распалось на пороге своего признания. Второе поколение «мирискусников» менее занято проблемами станковой картины, их интересы лежат в графике, в основном книжной, и театрально-декоративном искусстве, в обеих сферах они произвели настоящую художественную реформу. Во втором поколении «мирискусников» были и крупные индивидуальности (Кустодиев, Судейкин, Серебрякова, Чехонин, Григорьев, Яковлев, Шухаев, Митрохин и др.), но художников-новаторов не было вовсе, ибо с 1910-х годов «Мир искусства» захлестывает волна эпигонства. Поэтому при характеристике «Мира искусства» речь пойдет в основном о первом этапе существования этого объединения и его ядре – Бенуа, Сомове, Баксте.

Ведущим художником «Мира искусства» был Константин Андреевич Сомов (1869–1939). Сын главного хранителя Эрмитажа, окончивший Академию художеств и изъездивший Европу, Сомов получил блестящее образование. Творческая зрелость пришла к нему рано, но, как верно замечено исследователем (В.Н. Петров), в нем всегда сказывалась некоторая раздвоенность – борьба между мощным реалистическим чутьем и болезненно-эмоциональным мироощущением.

Сомов, каким мы его знаем, проявился в портрете художницы Мартыновой («Дама в голубом», 1897–1900, ГТГ), в картине-портрете «Эхо прошедшего времени» (1903, б. на карт., акв., гуашь, ГТГ), где он создает поэтическую характеристику хрупкой, анемичной женской красоты декадентского образца, отказываясь от передачи реальных бытовых примет современности. Он облачает модели в старинные костюмы, придает их облику черты тайного страдания, грусти и мечтательности, болезненной надломленности.

Сомову принадлежит серия графических портретов его современников – интеллектуальной элиты (В. Иванов, Блок, Кузмин, Соллогуб, Лансере, Добужинский и др.), в которых он употребляет один общий прием: на белом фоне – в некой вневременной сфере – рисует лицо, сходство в котором достигается не через натурализацию, а смелыми обобщениями и метким отбором характерных деталей. Это отсутствие примет времени создает впечатление статичности, застылости, холодности, почти трагического одиночества.

Раньше всех в «Мире искусства» Сомов обратился к темам прошлого, к интерпретации XVIII в. («Письмо», 1896; «Конфиденции», 1897), явившись предшественником версальских пейзажей Бенуа. Он первый создает ирреальный мир, сотканный из мотивов дворянско-усадебной и придворной культуры и собственных сугубо субъективных художественных ощущений, пронизанных иронией. Историзм «мирискусников» был бегством от действительности. Не прошлое, а его инсценировка, тоска по невозвратимости его – вот основной их мотив. Не истинное веселье, а игра в веселье с поцелуями в аллеях – таков Сомов.

Другие работы Сомова – это пасторальные и галантные празднества («Осмеянный поцелуй», 1908, ГРМ; «Прогулка маркизы», 1909, ГРМ), полные едкой иронии, душевной опустошенности, даже безысходности. Любовные сцены из XVIII –начала XIX в. даны всегда с оттенком эротики. Последнее особенно проявилось в его фарфоровых статуэтках, посвященных как бы одной теме – призрачной погоне за наслаждениями.

Сомов много работал как график, он оформил монографию С. Дягилева о Д. Левицком, сочинение А. Бенуа о Царском Селе. Книга как единый организм со своим ритмическим и стилевым единством была поднята им на необычайную высоту. Сомов – не иллюстратор, он «иллюстрирует не текст, а эпоху, пользуясь литературным приемом как трамплином»,–писал о нем А.А. Сидоров, и это очень верно.

Идейным вождем «Мира искусства» был Александр Николаевич Бенуа (1870–1960) –необычайно разносторонний талант. Живописец, график-станковист и иллюстратор, театральный художник, режиссер, автор балетных либретто, теоретик и историк искусства, музыкальный деятель, он был, по выражению А. Белого, главным политиком и дипломатом «Мира искусства». Происходивший из высшего слоя петербургской художественной интеллигенции (композиторов и дирижеров, архитекторов и живописцев), он учился сначала на юридическом факультете Петербургского университета. Как художника его роднят с Сомовым стилизаторские тенденции и пристрастие к прошлому («Я упоен Версалем, это какая-то болезнь, влюбленность, преступная страсть… Я совершенно переселился в прошлое…»). В версальских пейзажах Бенуа слились историческая реконструкция XVII в. и современные впечатления художника, его восприятие французского классицизма, французской гравюры. Отсюда четкая композиция, ясная пространственность, величие и холодная строгость ритмов, противопоставление грандиозности памятников искусства и малости человеческих фигурок, являющихся среди них только стаффажем (1-я версальская серия 1896–1898 гг. под названием «Последние прогулки Людовика XIV»). Во второй версальской серии (1905–1906) ирония, которая свойственна и для первых листов, окрашена почти трагедийными нотами («Прогулка короля», к., гуашь, акв., золото, серебро, перо, 1906, ГТГ). Мышление Бенуа – мышление театрального художника по преимуществу, который прекрасно знал и чувствовал театр.

Природа воспринимается Бенуа в ассоциативной связи с историей (виды Павловска, Петергофа, Царского Села, исполненные им в технике акварели).

В серии картин из русского прошлого, исполненных по заказу московского издательства Кнебель (иллюстрации к «Царским охотам»), в сценах дворянской, помещичьей жизни XVIII в. Бенуа создал интимный образ этой эпохи, хотя и несколько театрализованный («Парад при Павле I», 1907, ГРМ).

Бенуа-иллюстратор (Пушкин, Гофман) – целая страница в истории книги. В отличие от Сомова Бенуа создает иллюстрацию повествовательную. Плоскость страницы для него не самоцельна. Иллюстрации к «Пиковой даме» были скорее законченными самостоятельными произведениями, не столько «искусство книги», по определению А.А. Сидорова, сколько «искусство в книге». Шедевром книжной иллюстрации явилось графическое оформление «Медного всадника» (1903,1905,1916,1921–1922, тушь и акварель, имитирующие цветную гравюру на дереве). В серии иллюстраций к великой поэме главным героем становится архитектурный пейзаж Петербурга, то торжественно-патетический, то мирный, то зловещий, на фоне которого еще ничтожнее кажется фигура Евгения. Так Бенуа выражает трагический конфликт между судьбами российской государственности и личной судьбой маленького человека («И во всю ночь безумец бедный,/Куда стопы ни обращал,/3а ним повсюду Всадник Медный/С тяжелым топотом скакал»).

Как театральный художник Бенуа оформлял спектакли «Русских сезонов», из которых самым знаменитым был балет «Петрушка» на музыку Стравинского, много работал в Московском Художественном театре, впоследствии – почти на всех крупных европейских сценах.

Деятельность Бенуа – художественного критика и историка искусства, обновившего вместе с Грабарем методы, приемы и темы русского  искусствознания,– это целый этап в истории искусствоведческой науки (см. «Историю живописи XIX века» Р. Мутера – том «Русская живопись», 1901–1902; «Русская школа живописи», издание 1904 г.; «Царское Село в царствование императрицы Елизаветы Петровны», 1910; статьи в журналах «Мир искусства» и «Старые годы», «Художественные сокровища России» и т. д.).

Третьим в ядре «Мира искусства» был Лев Самуилович Бакст (1866–1924), прославившийся как театральный художник и первым среди «мирискусников» приобретший известность в Европе. Он пришел в «Мир искусства» из Академии художеств, затем исповедовал стиль модерн, примыкал к левым течениям в европейской живописи. На первых выставках «Мира искусства» он экспонировал ряд живописных и графических портретов (Бенуа, Белого, Сомова, Розанова, Гиппиус, Дягилева), где натура, предстоящая в потоке живых состояний, преображалась в некое идеальное представление о человеке-современнике. Бакст создал марку журнала «Мир искусства», ставшую эмблемой дягилевских «Русских сезонов» в Париже. В графике Бакста отсутствуют мотивы XVIII в. и усадебные темы. Он тяготеет к античности, причем к греческой архаике, толкованной символически. Особым успехом пользовалась у символистов его картина «Древний ужас» – «Terror antiquus» (темпера, 1908, ГРМ). Страшное грозовое небо, молния, освещающая пучину моря и древний город, – и над всей этой вселенской катастрофой господствует архаическая кора с загадочной застывшей улыбкой. Вскоре Бакст целиком ушел в театрально-декорационную работу, а его декорации и костюмы к балетам дягилевской антрепризы, исполненные с необычайным блеском, виртуозно, артистично, принесли ему мировую славу. В его оформлении шли спектакли с Анной Павловой, балеты Фокина. Художник делал декорации и костюмы к «Шехеразаде» Римского-Корсакова, «Жар-птице» Стравинского (оба –1910), «Дафнису и Хлое» Равеля, к балету на музыку Дебюсси «Послеполуденный отдых фавна» (оба –1912).

Из первого поколения «мирискусников» более молодым по возрасту был Евгений Евгеньевич Лансере (1875–1946), в своем творчестве затронувший все основные проблемы книжной графики начала XX в. (см. его иллюстрации к книге «Легенды о старинных замках Бретани», к Лермонтову, обложку к «Невскому проспекту» Божерянова и пр.). Лансере создал ряд акварелей и литографий Петербурга («Калинкин мост», «Никольский рынок» и др.). Архитектура занимает огромное место в его исторических композициях («Императрица Елизавета Петровна в Царском Селе», 1905, ГТГ). Можно сказать, что в творчестве Серова, Бенуа, Лансере был создан новый тип исторической картины – она лишена фабулы, но при этом прекрасно воссоздает облик эпохи, вызывает множество историко-литературных и эстетических ассоциаций. Одно из лучших созданий Лансере – 70 рисунков и акварелей к повести Л.Н. Толстого «Хаджи-Мурат» (1912–1915), которые Бенуа считал «самостоятельной песней, прекрасно ввязывающейся в могучую музыку Толстого». В советское время Лансере стал видным художником-монументалистом.

В графике Мстислава Валериановича Добужинского (1875– 1957) представлен не столько Петербург пушкинской поры или XVIII века, сколько современный город, который он умел передать с почти трагической выразительностью («Старый домик», 1905, акварель, ГТГ), равно как и человека –обитателя таких городов («Человек в очках», 1905–1906, пастель, ГТГ: одинокий, на фоне унылых домов печальный человек, голова которого напоминает череп). Урбанизм будущего внушал Добужинскому панический страх. Он много работал и в иллюстрации, где самым замечательным можно считать его цикл рисунков тушью к «Белым ночам» Достоевского (1922). Добужинский работал также в театре, оформлял у Немировича-Данченко «Николая Ставрогина» (инсценировка «Бесов» Достоевского), тургеневские пьесы «Месяц в деревне» и «Нахлебник».

Особое место в «Мире искусства» занимает Николай Константинович Рерих (1874–1947). Знаток философии и этнографии Востока, археолог-ученый, Рерих получил прекрасное образование сначала дома, затем на юридическом и историко-филологическом факультетах Петербургского университета, потом в Академии художеств, в мастерской Куинджи, и в Париже в студии Ф. Кормона. Рано обрел он и авторитет ученого. Его роднила с «мирискусниками» та же любовь к ретроспекции, только не XVII–XVIII вв., а языческой славянской и скандинавской древности, к Древней Руси; стилизаторские тенденции, театральная декоративность («Гонец», 1897, ГТГ; «Сходятся старцы», 1898, ГРМ; «Зловещие», 1901, ГРМ). Ближе всего Рерих был связан с философией и эстетикой русского символизма, но его искусство не укладывалось в рамки существовавших направлений, ибо оно в соответствии с мировосприятием художника обращалось как бы ко всему человечеству с призывом дружеского союза всех народов. Отсюда особая эпичность его полотен.

После 1905 г. в творчестве Рериха нарастают настроения пантеистического мистицизма. Исторические темы уступают место религиозным легендам («Небесный бой», 1912, ГРМ). Огромное влияние на Рериха имела русская икона: его декоративное панно «Сеча при Керженце» (1911) экспонировалось при исполнении фрагмента того же названия из оперы Римского-Корсакова «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии» в парижских «Русских сезонах».

Во втором поколении «Мира искусства» одним из одареннейших художников был Борис Михайлович Кустодиев (1878–1927), ученик Репина, помогавший ему еще в работе над «Государственным Советом». Кустодиеву тоже свойственна стилизация, но это стилизация народного лубка. Отсюда яркие праздничные «Ярмарки», «Масленицы», «Балаганы», отсюда его картины из мещанского и купеческого быта, переданные с легкой иронией, но не без любования этими краснощекими полусонными красавицами за самоваром и с блюдцами в пухлых пальцах («Купчиха», 1915, ГРМ; «Купчиха за чаем», 1918, ГРМ).

В объединении «Мир искусства» участвовали также А.Я. Головин – один из крупнейших художников театра первой четверти XX в., И. Я. Билибин, А.П. Остроумова-Лебедева и др.

«Мир искусства» явился крупным эстетическим движением рубежа веков, переоценившим всю современную художественную культуру, утвердившим новые вкусы и проблематику,  вернувшим искусству –на самом высоком профессиональном уровне –утраченные формы книжной графики и театрально-декорационной живописи, которые приобрели их усилиями всеевропейское признание, создавшим новую художественную критику, пропагандировавшим русское искусство за рубежом, по сути, даже открывшим некоторые его этапы, вроде русского XVIII века. «Мирискусники» создали новый тип исторической картины, портрета, пейзажа со своими собственными стилевыми признаками (отчетливые стилизаторские тенденции, преобладание графических приемов над живописными, чисто декоративное понимание цвета и пр.). Этим определяется их значение для отечественного искусства.

Слабые стороны «Мира искусства» сказались прежде всего в пестроте и непоследовательности программы, провозглашающей образцом «то Бёклина, то Мане»; в идеалистических взглядах на искусство, аффектированном безразличии к гражданственным задачам искусства, в программной аполитичности, в потере социальной значимости картины. Камерность «Мира искусства», его чистый эстетизм определили и недолгий исторический срок его жизни в эпоху грозных трагических предвестий надвигающейся революции. Это были лишь первые шаги на пути творческих исканий, и очень скоро «мирискусников» обогнали молодые.

Для некоторых «мирискусников», однако, настоящим переворотом в мировоззрении явилась первая русская революция. Мобильность и доступность графики вызвала ее особую активность в эти годы революционной смуты. Возникло огромное число сатирических журналов (подсчитано 380 наименований с 1905 по 1917 г.). Своей революционно-демократической направленностью выделялся журнал «Жало», но наиболее крупные художественные силы группировались вокруг «Жупела» и его приложения «Адская почта». Неприятие самодержавия объединило либерально мыслящих художников самых разных направлений. В одном из номеров «Жупела» Билибин помещает карикатуру «Осел в 1/20 натуральной величины»: в рамке с атрибутами власти и славы, где обычно помещали изображение царя, нарисован осел. Лансере в 1906 г. печатает карикатуру «Тризна»: царские генералы в мрачном застолье слушают не поющих, а орущих солдат, стоящих навытяжку. Добужинский в рисунке «Октябрьская идиллия» остается верен теме современного города, только в этот город врываются зловещие приметы событий: окно, разбитое пулей, валяющаяся кукла, очки и пятно крови на стене и на мостовой. Кустодиев исполнил ряд карикатур на царя и его генералов и исключительные по остроте и злой иронии портреты царских министров – Витте, Игнатьева, Дубасова и пр., которых он так хорошо изучил, помогая Репину в работе над «Государственным Советом». Достаточно сказать, что Витте под его рукой предстает шатающимся клоуном с красным знаменем в одной руке и царским флагом – в другой.

Но самыми выразительными в революционной графике тех лет следует признать рисунки В.А. Серова. Его позиция была совершенно определенной во время революции 1905 г. Революция вызвала к жизни целый ряд карикатур Серова: «1905 год. После Усмирения» (Николай II с ракеткой под мышкой раздает георгиевские кресты усмирителям); «Урожай» (на поле в снопы уложены винтовки). Самая знаменитая в этом ряду композиция «Солдатушки, бравы ребятушки! Где же ваша слава?» (1905, ГРМ). Здесь в полной мере проявились гражданская позиция Серова, его мастерство, наблюдательность и мудрый лаконизм рисовальщика. Серов изображает начало атаки казаков на демонстрантов 9 января 1905 г. На заднем плане общей массой даны демонстранты; спереди, у самого края листа, крупно –отдельные фигуры казаков, а между первым и задним планом, в центре – призывающий их в атаку офицер на коне, с саблей наголо. Название как бы заключает в себе всю горькую иронию ситуации: русские солдаты подняли оружие на свой народ. Так было и так это трагическое событие виделось не только Серову из окна его мастерской, но и (позволим себе выразиться фигурально) из глубины либерального сознания русской интеллигенции в целом. Русские художники, сочувствующие революции 1905 года, не знали, на пороге каких катаклизмов отечественной истории они стоят. Встав на сторону революции, они предпочли, условно говоря, террориста-бомбиста (из наследников нигилистов-разночинцев, «с их навыками политической борьбы иидеологической обработки широких слоев общества», по верному определению одного историка) городовому, стоящему на охране порядка. Они не ведали, что «красное колесо» революции сметет не только ненавистное им самодержавие, но и весь уклад русской жизни, всю русскую культуру, которой они служили и которая была им дорога.

В 1903 г., как уже говорилось, возникло одно из самых крупных выставочных объединений начала века – «Союз русских художников». В него вошли на первых порах почти все видные деятели «Мира искусства» – Бенуа, Бакст, Сомов, Добужинский, Серов, участниками первых выставок были Врубель, Борисов-Мусатов. Инициаторами создания объединения явились московские художники, связанные с «Миром искусства», но тяготившиеся программным эстетством петербуржцев. Лицо же «Союза» определили преимущественно московские живописцы передвижнического направления, выученики Московского училища живописи, ваяния и зодчества, наследники Саврасова, ученики Серова и К. Коровина. Многие одновременно выставлялись и на передвижных выставках. Экспонентами «Союза» были разные по мироощущению художники: С. Иванов, М. Нестеров, А. Архипов, братья Коровины, Л. Пастернак. Организационными делами ведали А.М. Васнецов, С.А. Виноградов, В.В. Переплетчиков. Столпы передвижничества В.М. Васнецов, Суриков, Поленов состояли его членами. Лидером «Союза» считался К. Коровин.

Национальный пейзаж, любовно написанные картины крестьянской России –один из основных жанров художников «Союза», в котором своеобразно выразил себя «русский импрессионизм» с его преимущественно сельскими, а не городскими мотивами. Так пейзажи И.Э. Грабаря (1871–1960) с их лирическим настроением, с тончайшими живописными нюансами, отражающими мгновенные изменения в подлинной природе,– своеобразная параллель на русской почве импрессионистическому пейзажу французов («Сентябрьский снег», 1903, ГТГ). В автомонографии Грабарь вспоминает об этом пленэрном пейзаже: «Зрелище снега с ярко-желтой листвой было столь неожиданно и в то же время столь прекрасно, что я немедленно устроился на террасе и в течение трех дней написал… картину». Интерес Грабаря к разложению видимого цвета на спектральные, чистые цвета палитры роднит его и с неоимпрессионизмом, с Ж. Сера и П. Синьяком («Мартовский снег», 1904, ГТГ). Игра красок в природе, сложные колористические эффекты становятся предметом пристального изучения «Союзников», творящих на полотне живописно-пластический образный мир, лишенный повествовательности и иллюстративности.

При всем интересе к передаче света и воздуха в живописи мастеров «Союза» никогда не наблюдается растворение предмета в световоздушной среде. Цвет приобретает декоративный характер.

«Союзники» в отличие от петербуржцев – графиков «Мира искусства» – в основном живописцы, обладающие повышенным декоративным чувством цвета. Прекрасный пример тому – картины Ф.А. Малявина.

Среди участников «Союза» были художники, близкие «мирискусникам» самой темой творчества. Так, К.Ф. Юона (1875–1958) привлекал облик старинных русских городов, панорама старой Москвы. Но Юон далек от эстетского любования мотивами прошлого, призрачным архитектурным пейзажем. Это не версальские парки и царскосельское барокко, а архитектура старой Москвы в ее весеннем или зимнем обличье. Картины природы полны жизни, в них ощущается натурное впечатление, от которого прежде всего отталкивался художник («Мартовское солнце», 1915, ГТГ; «Троицкая лавра зимой», 1910, ГРМ). Тонкие изменчивые состояния природы переданы в пейзажах еще одного участника «Союза» и одновременно члена Товарищества передвижных выставок – С.Ю. Жуковского (1873–1944): бездонность неба, меняющего свою окраску, медленное движение воды, сверкание снега под луной («Лунная ночь», 1899, ГТГ; «Плотина», 1909, ГРМ). Част у него и мотив заброшенной усадьбы.

В картине живописца петербургской школы, верного члена «Союза русских художников» А.А. Рылова (1870–1939), «Зеленый шум» (1904) мастеру удалось передать как бы само дыхание свежего ветра, под которым колышутся деревья и раздуваются паруса. В ней ощущаются какие-то радостные и тревожные предчувствия. Сказались здесь и романтические традиции его учителя Куинджи.

В целом «Союзники» тяготели не только к пленэрному этюду, но и к монументальным картинным формам. К 1910 г., времени раскола и вторичного образования «Мира искусства», на выставках «Союза» можно было увидеть интимный пейзаж (Виноградов, Петровичев, Юон и др.), живопись, близкую к французскому дивизионизму (Грабарь, ранний Ларионов) или близкую символизму (П. Кузнецов, Сапунов, Судейкин); в них участвовали и художники дягилевского «Мира искусства» –Бенуа, Сомов, Бакст, Лансере, Добужинский.

«Союз русских художников», с его твердыми реалистическими основами, сыгравший значительную роль в отечественном изобразительном искусстве, имел определенное воздействие и на формирование советской живописной школы, просуществовав до 1923 г.

Годы между двумя революциями характеризуются напряженностью творческих исканий, иногда прямо исключающих друг друга. В 1907 г. в Москве журналом «Золотое руно» была устроена единственная выставка художников –последователей Борисова-Мусатова, получившая название «Голубая роза». Ведущим художником «Голубой розы» стал П. Кузнецов. Вокруг него еще в годы обучения сгруппировались М. Сарьян, Н. Сапунов, С. Судейкин, К. Петров-Водкин, А. Фонвизин, скульптор А. Матвеев. Ближе всего «голуборозовцы» к символизму, что выразилось прежде всего в их «языке»: зыбкости настроения, смутной, непереводимой  музыкальности ассоциаций, утонченности цветовых соотношений. В русском искусстве символизм скорее всего сформировался в литературе, в самые первые годы нового века уже звучали такие имена, как А. Блок, А. Белый, В. Иванов, С. Соловьев. Отдельные элементы «живописного символизма» проявились и в творчестве Врубеля, о чем уже говорилось, Борисова-Мусатова, Рериха, Чюрлениса. В живописи Кузнецова и его сподвижников оказалось немало точек соприкосновения с поэтикой Бальмонта, Брюсова, Белого, только они приобщались к символизму через оперы Вагнера, драмы Ибсена, Гауптмана и Метерлинка. Выставка «Голубой розы» представляла некий синтез: на ней выступали поэты-символисты, исполнялась современная музыка. Эстетическая платформа участников выставки сказалась и в последующие годы, и название этой выставки стало нарицательным для целого направления в искусстве второй половины 900-х годов. На всей деятельности «Голубой розы» лежит также сильнейший отпечаток воздействия стилистики модерна (плоскостно-декоративная стилизация форм, прихотливость линейных ритмов).

В произведениях Павла Варфоломеевича Кузнецова (1878– 1968) отражены основные принципы «голуборозовцев». В его творчестве воплощена неоромантическая концепция «прекрасной ясности» (выражение поэта М. Кузмина). Кузнецов создал декоративное панно-картину, в котором стремился абстрагироваться от житейской конкретности, показать единство человека и природы, устойчивость вечного круговорота жизни и природы, рождение в этой гармонии человеческой души. Отсюда стремление к монументальным формам живописи, мечтательно-созерцательной, очищенной от всего мгновенного, общечеловеческие, вневременные ноты, постоянное желание передать одухотворенность материи. Фигура – только знак, выражающий понятие; цвет служит для передачи чувства; ритм – для того, чтобы ввести в определенный мир ощущений (как в иконописи – символ любви, нежности, скорби и пр.). Отсюда и прием равномерного распределения света по всей поверхности холста как одна из основ кузнецовской декоративности. Серов говорил, что природа у П. Кузнецова «дышит». Это прекрасно выражено в его Киргизской (Степной) и Бухарской сюитах, в среднеазиатских пейзажах. («Спящая в кошаре» 1911 г., как пишет исследователь творчества Кузнецова А. Русакова, – это образ мечтательного степного мира, покоя, гармонии. Изображенная женщина – не конкретное лицо, а киргизка вообще, знак монгольской расы.) Высокое небо, безбрежная пустыня, пологие холмы, шатры, стада овец создают образ патриархальной идиллии. Извечная, недосягаемая мечта о гармонии, о слиянии человека с природой, которая во все времена волновала художников («Мираж в степи», 1912, ГТГ). Кузнецов изучал приемы древнерусской иконописи, раннего итальянского Возрождения. Это обращение к классическим традициям мирового искусства в поисках своего большого стиля, как верно замечено исследователями, имело принципиальное значение в период, когда нередко вообще отрицались какие-либо традиции.

Экзотика Востока – Ирана, Египта, Турции – претворена в пейзажах Мартироса Сергеевича Сарьяна (1880–1972). Восток был естественной темой для художника-армянина. Сарьян создает в своей живописи мир, полный яркой декоративности, более страстный, более земной, чем у Кузнецова, причем живописное решение всегда построено на контрастных соотношениях цвета, без нюансов, в резком теневом сопоставлении («Финиковая пальма, Египет», 1911, карт., темпера, ГТГ). Заметим, что ориентальные произведения Сарьяна с их цветовыми контрастами появляются раньше работ Матисса, созданных им после путешествия в Алжир и Марокко.

Образы Сарьяна монументальны благодаря обобщенности форм, большим красочным плоскостям, общей лапидарности языка – это, как правило, обобщенный образ Египта ли, Персии, родной Армении, сохраняющий при этом жизненную естественность, как будто написан с натуры. Декоративные полотна Сарьяна всегда жизнерадостны, они отвечают его представлению о творчестве: «…произведение искусства – само результат счастья, то есть творческого труда. Следовательно, оно должно разжечь в зрителе пламя творческого горения, способствовать выявлению присущего ему от природы стремления к счастью и свободе».

Кузнецов и Сарьян разными путями создавали поэтический образ красочно-богатого мира, один – опираясь на традиции древнерусского искусства иконы, другой –древнеармянской миниатюры. В период «Голубой розы» их объединял также интерес к ориентальским мотивам, символические тенденции. Импрессионистическое восприятие действительности художникам «Голубой розы» свойственно не было.

 «Голуборозовцы» много и плодотворно работали в театре, где тесно соприкоснулись с драматургией символизма. Н.Н. Сапунов (1880–1912) и С.Ю. Судейкин (1882–1946) оформляли драмы М. Метерлинка, один Сапунов –Г. Ибсена и блоковский «Балаганчик». Эту театральную фантастику, ярмарочно-лубочную стилизацию Сапунов перенес и в свои станковые произведения, остро-декоративные натюрморты с бумажными цветами в изысканных фарфоровых вазах («Пионы», 1908, темпера, ГТГ), в гротескные жанровые сцены, в которых реальность смешивается с фантасмагорией («Маскарад», 1907, ГТГ).

В 1910 г. ряд молодых художников – П. Кончаловский, И. Машков, А. Лентулов Р. Фальк, А. Куприн, М. Ларионов, Н. Гончарова и другие –объединились в организацию «Бубновый валет», имевшую свой устав, устраивавшую выставки и издававшую собственные сборники статей. «Бубновый валет» фактически просуществовал до1917 г. Как постимпрессионизм, в первую очередь Сезанн, явился «реакцией на импрессионизм», так «Бубновый валет» выступил против смутности, непереводимости, тончайших нюансов символического языка «Голубой розы» и эстетского стилизма «Мира искусства». «Бубнововалетовцы», увлеченные материальностью, «вещностью» мира, исповедовали четкую конструкцию картины, подчеркнутую предметность формы, интенсивность, полнозвучие цвета. Не случайно натюрморт становится излюбленным жанром «валетовцев», как пейзаж –любимым жанром членов «Союза русских художников». Илья Иванович Машков (1881–1944) в своих натюрмортах («Синие сливы», 1910, ГТГ; «Натюрморт с камелией», 1913, ГТГ) в полной мере выражает программу этого объединения, как Петр Петрович Кончаловский (1876–1956) – в портретах (портрет Г. Якулова, 1910, ГРМ; «Матадор Мануэль Гарт», 1910, ГТГ). Тонкость в передаче смены настроений, психологизм характеристик, недосказанность состояний, дематериализация живописи «голуборозовцев», их романтическая поэзия отвергаются «валетовцами». Им противопоставляется почти стихийная праздничность красок, экспрессия контурного рисунка, сочная пастозная широкая манера письма, которыми передается оптимистическое видение мира, создается настроение почти балаганное, площадное. Кончаловский и Машков в портретах дают яркую, но одноплановую характеристику, заостряя почти до гротеска какую-то одну черту; в натюрмортах подчеркивают плоскость холста, ритм цветовых пятен («Агава», 1916, ГТГ, – Кончаловского; портрет дамы с фазаном, 1911, ГРМ,– Машкова). «Бубнововалетовцы» допускают такие упрощения в трактовке формы, которые сродни народному лубку, народной игрушке, росписи изразцов, вывеске. Тяга к примитивизму (от латинского primitivus – первобытный, первоначальный) проявилась у разных художников, подражавших упрощенным формам искусства так называемых примитивных эпох – первобытных племен и народностей – в поисках обретения непосредственности и целостности художественного восприятия. «Бубновый валет» черпал свои восприятия и у Сезанна (отсюда иногда название «русский сезаннизм»), вернее, у декоративного варианта сезаннизма – фовизма, еще больше – у кубизма, даже у футуризма; от кубизма «сдвиг» форм, от футуризма –динамика, различные модификации формы, как в картине «Звон. Колокольня Ивана Великого» (1915, ГТГ) у А.В. Лентулова (1884–1943). Лентулов создал очень выразительный образ, построенный на мотиве старой архитектуры, гармония которой нарушена нервным, острым восприятием современного человека, обусловленным индустриальными ритмами.

Портреты P.P. Фалька (1886–1958), остававшегося верным кубизму в понимании и трактовке формы (недаром говорят о «лирическом кубизме» Фалька), разработаны в тонких цветопластических гармониях, передающих определенное состояние модели.

В натюрмортах и пейзажах А. В. Куприна (1880–1960) проявляется иногда эпическая нота, прослеживается тенденция к обобщению («Натюрморт с тыквой, вазой и кистями», 1917, ГТГ, справедливо именуется исследователями «поэмой, воспевающей орудия труда живописца»). Декоративное начало у Куприна сочетается с аналитическим проникновением в натуру.

Крайнее упрощение формы, прямая связь с искусством вывески особо ощутима у М.Ф. Ларионова (1881–1964), одного из основателей «Бубнового валета», но уже в 1911 г. порвавшего с ним и организовавшего новые выставки: «Ослиный хвост» и «Мишень». Ларионов пишет пейзажи, портреты, натюрморты, работает как театральный художник дягилевской антрепризы, затем обращается к жанровой картине, его темой становится быт провинциальной улицы, солдатских казарм. Формы плоскостны, гротескны, как бы нарочито стилизованы под детский рисунок, лубок или вывеску. В 1913 г. Ларионов опубликовал свою книгу «Лучизм» – по сути, первый из манифестов абстрактного искусства, подлинными создателями которого в России являлись В. Кандинский и К. Малевич.

Художница Н.С. Гончарова (1881–1962), жена Ларионова, развивала те же тенденции в своих жанровых картинах, в основном на крестьянскую тему. В рассматриваемые годы в ее творчестве, более декоративном и красочном, чем искусство Ларионова, монументальном по внутренней силе и лаконизму, остро ощущается увлечение примитивизмом. Характеризуя творчество Гончаровой и Ларионова, часто употребляют термин «неопримитивизм». В эти годы им близки по художественному мировосприятию, поискам выразительного языка А. Шевченко, В. Чекрыгин, К. Малевич, В. Татлин, М. Шагал. Каждый из этих художников (исключение составляет лишь Чекрыгин, который умер очень рано) скоро нашел свой собственный творческий путь.

М.З. Шагал (1887–1985) создавал фантазии, преобразованные из скучных впечатлений местечкового витебского быта и трактованные в наивно-поэтическом и гротескно-символическом духе. Ирреальным пространством, яркой красочностью, нарочитой примитивизацией формы Шагал оказывается близок как западному экспрессионизму, так и народному примитивному искусству («Я и деревня», 1911, Музей совр. искусства, Нью-Йорк; «Над Витебском», 1914, собр. Зак. Торонто; «Венчание», 1918, ГТГ).

Многие из названных выше мастеров, близких «Бубновому валету», входили в петербургскую организацию «Союз молодежи», сложившуюся почти одновременно с «Бубновым валетом» (1909). Помимо Шагала в «Союзе» экспонировались П. Филонов, К. Малевич, В. Татлин, Ю. Анненков, Н. Альтман, Д. Бурлюк, А. Экстер и др. Главенствующую роль в нем играл Л. Жевержеев. Так же, как «валетовцы», члены «Союза молодежи» выпускали теоретические сборники. Вплоть до распада объединения в 1917г. «Союз молодежи» не имел определенной программы, исповедуя и символизм, и кубизм, и футуризм, и «беспредметничество», но каждый из художников имел собственное творческое лицо.

Наиболее сложен для характеристики П.Н. Филонов (1883– 1941). Д. Сарабьянов правильно определил творчество Филонова как «одинокое и уникальное». В этом смысле он справедливо ставит художника в один ряд с А. Ивановым, Н. Ге, В. Суриковым, М. Врубелем. Тем не менее фигура Филонова, появление его в русской художественной культуре 10-х годов XX в. закономерны. Своей ориентацией на «своеобразное саморазвивающееся движение форм» (Д. Сарабьянов) Филонов ближе всего футуризму, но проблематикой своего творчества далек от него. Скорее он ближе не живописному, а поэтическому футуризму Хлебникова с его поисками первоначального значения слова. «Нередко начиная писать картину с какого-нибудь одного края, передавая формам свой творческий заряд, Филонов сообщает им жизнь, и они затем уже будто не по воле художника, а своим собственным движением развиваются, видоизменяются, обновляются, растут. Это саморазвитие форм у Филонова поистине поразительно» (Д. Сарабьянов).

Искусство предреволюционных лет в России отмечено необыкновенной сложностью и противоречивостью художественных искании, отсюда сменяющие друг друга группировки со своими программными установками и стилистическими симпатиями. Но наряду с экспериментаторами в области абстрактных форм в русском искусстве этого времени одновременно продолжали работать и «мирискусники», и «голуборозовцы», «союзники», «бубнововалетовцы», существовала также мощная струя неоклассицистического течения, примером которого может служить творчество активного члена «Мира искусства» в его «втором поколении» З.Е. Серебряковой (1884–1967). В своих поэтических жанровых полотнах с их лаконичным рисунком, осязаемо-чувственной пластической лепкой, уравновешенностью композиции Серебрякова исходит из высоких национальных традиций русского искусства, прежде всего Венецианова и еще далее – древнерусского искусства («Крестьяне», 1914, ГРМ; «Жатва», 1915, Одесский художественный музей; «Беление холста», 1917, ГТГ).

Наконец, блестящим свидетельством жизненности национальных традиций, великой древнерусской живописи является творчество Кузьмы Сергеевича Петрова-Водкина (1878–1939), художника-мыслителя, ставшего впоследствии виднейшим мастером искусства уже советского периода. В знаменитом полотне «Купание красного коня» (1912, ПТ) художник прибегнул к изобразительной метафоре. Как было верно замечено, юноша на ярко-красном коне вызывает ассоциации с излюбленным в народе образом Георгия Победоносца («святого Егория»), а обобщенный силуэт, ритмизированная, компактная композиция, насыщенность звучащих в полную силу контрастных цветовых пятен, плоскостность в трактовке форм приводят на память древнерусскую икону. Гармонически-просветленный образ создает Петров-Водкин в монументальном полотне «Девушки на Волге» (1915, ГТГ), в котором также ощущается его ориентация на традиции отечественного искусства, приводящие мастера к подлинной народности.

Эпоха высокоразвитого промышленного капитализма вызвала существенные изменения в архитектуре, прежде всего в архитектуре города. Возникают новые типы архитектурных сооружений: фабрики и заводы, вокзалы, магазины, банки, с появлением кинематографа – кинотеатры. Переворот произвели новые строительные материалы: железобетон и металлические конструкции, которые позволили перекрывать гигантские пространства, делать огромные витрины, создавать причудливый узор из переплетов.

В последнем десятилетии XIX столетия архитекторам стало ясно, что в использовании исторических стилей прошлого архитектура зашла в некий тупик, нужна была уже, по словам исследователей, не «переаранжировка» исторических стилей, а творческое осмысление того нового, что накапливалось в среде стремительно растущего капиталистического города. Последние годы XIX – начало XX в.– это время господства в России модерна, сформировавшегося на Западе прежде всего в бельгийской, южногерманской и австрийской архитектуре, явления в общем космополитического (хотя и здесь русский модерн имеет отличие от западноевропейского, ибо представляет собой смесь с историческими стилями неоренессанса, необарокко, неорококо и пр.).

Ярким примером модерна в России было творчество Ф.О. Шехтеля (1859-–1926). Доходные дома, особняки, здания торговых фирм и вокзалы – во всех жанрах оставил Шехтель свой почерк. Ему действенна асимметричность постройки, органическое наращиваете объемов, разный характер фасадов, использование балконов, крылец, эркеров, сандриков над окнами, введение в архитектурный декор стилизованного изображения лилий или ирисов, применение окнах витражей с таким же мотивом орнамента, разной фактуры материалов в оформлении интерьеров. Причудливый рисунок, построенный на извивах линий, распространяется на все части здания: излюбленный модерном мозаичный фриз, или пояс поливных керамических плиток в блеклых декадентских тонах, переплеты витражных окон, узор ограды, балконные решетки; на композицию лестницы, даже на мебель и т. д. Во всем господствуют капризные криволинейные очертания. В модерне можно проследить определенную эволюцию, две стадии развития: первая – декоративистская, с особым увлечением орнаментом, декоративной скульптурой и живописностью (керамика, мозаика, витраж), вторая – более конструктивная, рационалистическая.

Модерн прекрасно представлен в Москве. В этот период здесь строятся вокзалы, гостиницы, банки, особняки богатой буржуазии, доходные дома. Особняк Рябушинского у Никитских ворот в Москве (1900–1902, арх. Ф.О. Шехтель) –типичный образец русского модерна.

Обращение к традициям древнерусской архитектуры, но через приемы модерна, не копируя натуралистически детали средневекового русского зодчества, что было характерно для «русского стиля» середины XIX в., а свободно варьируя его, стремясь передать сам дух Древней Руси, породило так называемый неорусский стиль начала XX в. (иногда называемый неоромантизмом). Отличие его от собственно модерна прежде всего в маскировке, а не в выявлении, что характерно для модерна, внутренней конструкции здания и утилитарного назначения за причудливо-сложной орнаментацией (Шехтель – Ярославский вокзал в Москве, 1903–1904; А.В. Щусев –Казанский вокзал в Москве, 1913–1926; В.М. Васнецов – старое здание Третьяковской галереи, 1900–1905). И Васнецов, и Щусев, каждый по-своему (а второй под очень большим влиянием первого), прониклись красотой древнерусского зодчества, особенно новгородского, псковского и раннемосковского, оценили его национальное своеобразие и творчески интерпретировали его формы.

Модерн получил развитие не только в Москве, но и в Петербурге, где он развивался под несомненным влиянием скандинавского, так называемого «северного модерна»: П.Ю. Сюзор в 1902–1904 гг. строит здание компании Зингер на Невском проспекте (теперь Дом книги). Земная сфера на крыше здания должна была символизировать международный характер деятельности фирмы. В облицовке фасада использованы ценные породы камня (гранит, лабрадор), бронза, мозаика. Но на петербургский модерн оказали влияние традиции монументального петербургского классицизма. Это послужило толчком для появления еще одной ветви модерна – неоклассицизма XX в. В особняке А.А. Половцова на Каменном острове в Петербурге (1911–1913) архитектора И.А. Фомина (1872–1936) в полной мере сказались черты этого стиля: в ионическом ордере решен фасад (центральный объем и боковые крылья), а интерьеры особняка в уменьшенном и более скромном виде как бы повторяют анфиладу зал Таврического дворца, но огромные окна полуротонды зимнего сада, стилизованный рисунок архитектурных деталей четко определяют время начала века. Произведения чисто петербургской архитектурной школы начала века –доходные дома –в начале Каменноостровского (№ 1–3) проспекта, графа М.П. Толстого на Фонтанке (№ 10–12), здания б. Азово-Донского банка на Большой Морской и гостиницы «Астория» принадлежат архитектору Ф.И. Лидвалю (1870–1945), одному из наиболее видных мастеров петербургского модерна.

В русле неоклассицизма работал В.А. Щуко (1878–1939). В доходных домах на Каменноостровском (№ 63 и 65) в Петербурге он творчески переработал мотивы раннеитальянского и высокого Возрождения палладианского типа.

Стилизацией итальянского ренессансного палаццо, конкретнее – венецианского Дворца дожей, является здание банка на углу Невского и Малой Морской в Петербурге (1911–1912, арх. М.М. Перетяткович), особняк Г.А. Тарасова на Спиридоновке в Москве, 1909–1910, арх. И.В. Жолтовский (1867–1959); образ флорентийских палаццо и архитектура Палладио вдохновляли А.Е. Белогруда (1875–1933), а в одном из его домов на Архиерейской площади в Петербурге интерпретируются мотивы архитектуры раннего средневековья.

Модерн явился одним из самых значительных стилей, завершающих XIX столетие и открывающих следующее. В нем были использованы все современные достижения архитектуры. Модерн – это не только определенная конструктивная система. Со времени господства классицизма модерн, возможно, самый последовательный стиль по своему целостному подходу, ансамблевому решению интерьера. Модерн как стиль захватил искусство мебели, утвари, тканей, ковров, витражей, керамики, стекла, мозаики, он узнается везде своими тянутыми контурами и линиями, своей особой колористической гаммой блеклых, пастельных тонов, излюбленным рисунком лилий и ирисов, на всем лежащим привкусом декаданса «fin de siecle».

Русская скульптура рубежа XIX–XX вв. и первых предреволюционных лет представлена несколькими крупными именами. Это прежде всего П.П. (Паоло) Трубецкой (1866–1938), детство и юность которого прошли в Италии, но лучший период творчества связан с жизнью в России. Его ранние русские работы (портрет Левитана, изображение Толстого верхом на лошади, оба – 1899, бронза) дают полное представление об импрессионистическом методе Трубецкого: форма как бы вся пронизана светом и воздухом, динамична, рассчитана на осмотр со всех точек зрения и с разных сторон создает многогранную характеристику образа. Самой замечательной работой П. Трубецкого в России был бронзовый памятник Александру III, установленный в 1909 г. в Петербурге, на Знаменской площади (теперь во дворе Мраморного  дворца). Здесь Трубецкой оставляет свою импрессионистическую манеру. Исследователями неоднократно замечено, что образ императора у Трубецкого решен как бы в контрасте с фальконетовским, и рядом с «Медным всадником» это почти сатирический образ самодержавия. Нам представляется, что этот контраст имеет другой смысл; не Россию, «поднятую на дыбы», как корабль спущенную в европейские воды, а Россию покоя, устойчивости и силы символизирует этот тяжело сидящий на грузном коне всадник.

Импрессионизм в своеобразном, очень индивидуальном творческом преломлении нашел выражение и в работах Анны Семеновны Голубкиной (1864–1927), после Московского училища учившейся в Париже и пользовавшейся советами Родена. Несомненно, под влиянием Родена сделаны скульптуры «Идущий» (1903, ГРМ), «Сидящий» (гипс, 1912, ГРМ). В образах Голубкиной, особенно женских, много высокой нравственной чистоты, глубокого демократизма. Это чаще всего изображения простых бедных людей: изнуренных трудом женщин или болезненных «детей подземелья».

Самое интересное в творчестве Голубкиной – ее портреты, всегда драматически напряженные, что в целом свойственно творчеству этого мастера, и необыкновенно разнообразные, достаточно назвать портрет В.Ф. Эрна (дерево, 1913, ГТГ) или бюст Андрея Белого (гипс, 1907, ГТГ), по меткому определению исследователей, как бы подхваченного вихрем снежной метели –образа, столь любимого символистами.

В творчестве Трубецкого и Голубкиной при всей их разности есть общее: черты, роднящие их не только с импрессионизмом, но и с ритмикой текучих линий и форм модерна.

Импрессионизм, захвативший скульптуру начала века, мало затронул творчество Сергея Тимофеевича Коненкова (1874–1971). Образами микеланджеловских рабов вдохновляется Коненков, исполняя в 1902 г. «Самсона, разрывающего узы». Скульптор впоследствии объяснял, что замыслил «Самсона» для того, чтобы выразить образ предреволюционного времени.

Мраморная «Нике» (1906, ГТГ) с явно портретными (причем славянскими) чертами круглого лица с ямочками на щеках предвещает работы, которые исполнил Коненков после поездки в Грецию в 1912 г. Образы греческой языческой мифологии переплетаются с мифологией славянской. Коненков начинает работать в дереве, черпает многое из русского фольклора, русской сказки. Отсюда его «Стрибог» (дерево, 1910, ГТГ), «Великосил» (дерево, частн., собр.), образы нищих и стариков («Старичок-полевичок», 1910).

В возрождении деревянной скульптуры огромная заслуга Коненкова. Любовь к русскому эпосу, к русской сказке совпала по времени с «открытием» древнерусской иконописи, древнерусской деревянной скульптуры, с интересом к древнерусской архитектуре. В отличие от Голубкиной у Коненкова отсутствует драматизм, душевный надлом. Его образы полны народного оптимизма.

В портрете Коненков одним из первых в начале веке ставит проблему цвета. Подцвечивание камня или дерева у него всегда очень деликатно, с учетом особенностей материала и особенностей пластического решения.

Из монументальных работ начала века надо отметить памятник Н.В. Гоголю Н.А. Андреева (1873–1932), открытый в Москве в 1909 г. Это Гоголь последних лет жизни, неизлечимо больной. Необычайно выразительны его грустный профиль с острым («гоголевским») носом, худая, кутающаяся в шинель фигура; лапидарным языком скульптуры Андреев передал трагедию великой творческой личности. В барельефном фризе на пьедестале в многофигурных композициях совсем в ином ключе, с юмором или даже сатирично, изображены бессмертные гоголевские герои.

Учеником Трубецкого в Московском училище был Александр Терентьевич Матвеев (1878–1960). Он преодолел импрессионистское влияние своего учителя и в ранних работах – в обнаженной натуре (основной теме тех лет), в образах юношей и мальчиков следует традициям греческой классики, увиденной и понятой глазами русского художника начала XX в. («Спящий мальчик», 1907; «Сидящий мальчик», 1909; «Юноша», 1911, все –мрамор, ГРМ; скульптуры паркового ансамбля в Крыму).

Строгая архитектоника, лаконизм устойчивых обобщенных форм, состояние просветленности, покоя, гармонии отличают Матвеева, прямо противопоставляя его творчество скульптурному импрессионизму.

Как верно замечено исследователями, работы мастера рассчитаны на длительное, вдумчивое восприятие, они требуют внутренней настроенности, «тишины» и тогда открываются наиболее полно и глубоко. В них есть музыкальность пластических форм, огромный художественный вкус и поэтичность. Все эти качества присущи надгробию В.Э. Борисова-Мусатова в Тарусе (1910, гранит). В фигуре уснувшего мальчика трудно увидеть грань между сном и небытием, и это исполнено в лучших традициях мемориальной пластики XVIII в. Козловского и Мартоса, с ее мудрым спокойным приятием смерти, что в свою очередь ведет нас еще далее, к архаическим античным стелам со сценами «погребального угощения». Это надгробие – вершина в творчестве Матвеева дореволюционного периода, которому предстояло еще плодотворно трудиться и стать одним из известных советских скульпторов. В предоктябрьскую пору в русской скульптуре появляется ряд талантливых молодых мастеров (С.Д. Меркуров, В.И. Мухина, И.Д. Шадр и др.), которые в 1910-е годы только начинали свою творческую деятельность. Они работали в разных направлениях, но сохраняли реалистические традиции, которые принесли уже в новое искусство, сыграв важную роль в его формировании и развитии.

Реферат: Africa

AFRICA
AFRICA, the name of a continent representing the largest of the three great southward projections from the main mass of the earth’s surface. It includes within its remarkably regular outline an area, according to the most recent computations, of 11,262,000 sq. m., excluding the islands.1
Separated from Europe by the Mediterranean Sea, it is joined to Asia at its
N.E. extremity by the Isthmus of Suez, 80 m. wide. From the most northerly point, Ras ben Sakka, a little west of Cape Blanc, in 37 deg. 21′ N., to the most southerly point, Cape Agulhas, 34 deg. 51′ 15» S., is a distance approximately of 5000 m.; from Cape Verde, 17 deg. 33′ 22» W., the westernmost point, to Ras Hafun, 51 deg. 27′ 52» E., the most easterly projection, is a distance (also approximately) of 4600 m. The length of coast-line is 16,100 m. and the absence of deep indentations of the shore is shown by the fact that Europe, which covers only 3,760,000 sq. m., has a coast-line of 19,800 m.

I. PHYSICAL GEOGRAPHY
The main structural lines of the continent show both the east-to-west direction characteristic, at least in the eastern hemisphere, of the more northern parts of the world, and the north-to-south direction seen in the southern peninsulas. Africa is thus composed of two segments at right angles, the northern running from east to west, the southern from north to south, the subordinate lines corresponding in the main to these two directions.
Main Geographical Features.—The mean elevation of the continent approximates closely to 2000 ft., which is roughly the elevation of both
North and South America, but is considerably less than that of Asia (3117 ft.). In contrast with the other continents it is marked by the comparatively small area both of very high and of very low ground, lands under 600 ft. occupying an unusually small part of the surface; while not only are the highest elevations inferior to those of Asia and South
America, but the area of land over 10,000 ft. is also quite insignificant, being represented almost entirely by individual peaks and mountain ranges.
Moderately elevated tablelands are thus the characteristic feature of the continent, though the surface of these is broken by higher peaks and ridges. (So prevalent are these isolated peaks and ridges that a special term [Inselberg-landschaft] has been adopted in Germany to describe this kind of country, which is thought to be in great part the result of wind action.) As a general rule, the higher tablelands lie to the east and south, while a progressive diminution in altitude towards the west and north is observable. Apart from the lowlands and the Atlas range, the continent may be divided into two regions of higher and lower plateaus, the dividing line (somewhat concave to the north-west) running from the middle of the Red Sea to about 6 deg. S. on the west coast. We thus obtain the following four main divisions of the continent:—-(1) The coast plains—- often fringed seawards by mangrove swamps—never stretching far from the coast, except on the lower courses of streams. Recent alluvial flats are found chiefly in the delta of the more important rivers. Elsewhere the coast lowlands merely form the lowest steps of the system of terraces which constitutes the ascent to the inner plateaus. (2) The Atlas range, which, orographically, is distinct from the rest of the continent, being unconnected with any other area of high ground, and separated from the rest of the continent on the south by a depressed and desert area (the Sahara), in places below sea-level. (3) The high southern and eastern plateaus, rarely falling below 2000 ft., and having a mean elevation of about 3500 ft. (4) The north and west African plains, bordered and traversed by bands of higher ground, but generally below 2000 ft. This division includes the great desert of the Sahara.
The third and fourth divisions may be again subdivided. Thus the high plateaus include:—(a) The South African plateau as far as about 12 deg. S., bounded east, west and south by bands of high ground which fall steeply to the coasts. On this account South Africa has a general resemblance to an inverted saucer. Due south the plateau rim is formed by three parallel steps with level ground between them. The largest of these level areas, the
Great Karroo, is a dry, barren region, and a large tract of the plateau proper is of a still more arid character and is known as the Kalahari
Desert. The South African plateau is connected towards the north-east with
(b) the East African plateau, with probably a slightly greater average elevation, and marked by some distinct features. It is formed by a widening out of the eastern axis of high ground, which becomes subdivided into a number of zones running north and south and consisting in turn of ranges, tablelands and depressions. The most striking feature is the existence of two great lines of depression, due largely to the subsidence of whole segments of the earth’s crust, the lowest parts of which are occupied by vast lakes. Towards the south the two lines converge and give place to one great valley (occupied by Lake Nyasa), the southern part of which is less distinctly due to rifting and subsidence than the rest of the system.
Farther north the western depression, sometimes known as the Central
African trough or Albertine rift-valley, is occupied for more than half its length by water, forming the four lakes of Tanganyika, Kivu, Albert Edward and Albert, the first-named over 400 m. long and the longest freshwater lake in the world. Associated with these great valleys are a number of volcanic peaks, the greatest of which occur on a meridional line east of the eastern trough. The eastern depression, known as the East African trough or rift-valley, contains much smaller lakes, many of them brackish and without outlet, the only one comparable to those of the western trough being Lake Rudolf or Basso Norok. At no great distance east of this rift- valley are Kilimanjaro—with its two peaks Kibo and Mawenzi, the former
19,321 ft., and the culminating point of the whole continent—and Kenya
(17,007 ft.). Hardly less important is the Ruwenzori range (over 16,600 ft.), which lies east of the western trough. Other volcanic peaks rise from the floor of the valleys, some of the Kirunga (Mfumbiro) group, north of
Lake Kivu, being still partially active. (c) The third division of the higher region of Africa is formed by the Abyssinian highlands, a rugged mass of mountains forming the largest continuous area of its altitude in the whole continent, little of its surface falling below 5000 ft., while the summits reach heights of 15,000 to 16,000 ft. This block of country lies just west of the line of the great East African trough, the northern continuation of which passes along its eastern escarpment as it runs up to join the Red Sea. There is, however, in the centre a circular basin occupied by Lake Tsana.
Both in the east and west of the continent the bordering highlands are continued as strips of plateau parallel to the coast, the Abyssinian mountains being continued northwards along the Red Sea coast by a series of ridges reaching in places a height of 7000 ft. In the west the zone of high land is broader but somewhat lower. The most mountainous districts lie inland from the head of the Gulf of Guinea (Adamawa, &c.), where heights of
6000 to 8000 ft. are reached. Exactly at the head of the gulf the great peak of the Cameroon, on a line of Volcanic action continued by the islands to the south-west, has a height of 13,370 ft., while Clarence Peak, in
Fernando Po, the first of the line of islands, rises to over 9000. Towards the extreme west the Futa Jallon highlands form an important diverging point of rivers, but beyond this, as far as the Atlas chain, the elevated rim of the continent is almost wanting.
The area between the east and west coast highlands, which north of 17 deg. N. is mainly desert, is divided into separate basins by other bands of high ground, one of which runs nearly centrally through North Africa in a line corresponding roughly with the curved axis of the continent as a whole. The best marked of the basins so formed (the Congo basin) occupies a circular area bisected by the equator, once probably the site of an inland sea. The arid region, the Sahara—the largest desert in the world, covering
3,500,000 sq. m.—extends from the Atlantic to the Red Sea. Though generally of slight elevation it contains mountain ranges with peaks rising to 8000 ft. Bordered N.W. by the Atlas range, to the N.E. a rocky plateau separates it from the Mediterranean; this plateau gives place at the extreme east to the delta of the Nile. That river (see below) pierces the desert without modifying its character. The Atlas range, the north-westerly part of the continent, between its seaward and landward heights encloses elevated steppes in places 100 m. broad. From the inner slopes of the plateau numerous wadis take a direction towards the Sahara. The greater part of that now desert region is, indeed, furrowed by old water-channels.
The following table gives the approximate altitudes of the chief mountains and lakes of the continent:—
Mountains. Ft. Lakes. Ft.
Rungwe (Nyasa) . 10,400 Chad . . . . 8502
Drakensberg . . 10,7002 Leopold II . . 1100
Lereko or Sattima . 13,2143 Rudolf . . . 1250

(Aberdare Range) Nyasa . . . 16453
Cameroon . . 13,370 Albert Nyanza . 20282
Elgon . . . 14,1523 Tanganyika . . 26243
Karissimbi . . Ngami . . . . 2950

(Mfumbiro) . 14,6833 Mweru . . . . 3000
Meru . . . 14,9553 Albert Edward . 30043
Taggharat (Atlas) . 15,0002 Bangweulu. . . 3700
Simen Mountains, . 15,1602 Victoria Nyanza. 37203

Abyssinia Abai . . . . 4200
Ruwenzori . . 16,6193 Kivu . . . . 48293
Kenya . . . 17,0073 Tsana . . . . 5690
Kilimanjaro . . 19,3213 Naivasha . . . 61353
The Hydrographic Systems.—-From the outer margin of the African plateaus a large number of streams run to the sea with comparatively short courses, while the larger rivers flow for long distances on the interior highlands before breaking through the outer ranges. The main drainage of the continent is to the north and west, or towards the basin of the Atlantic
Ocean. The high lake plateau of East Africa contains the head-waters of the
Nile and Congo: the former the longest, the latter the largest river of the continent. The upper Nile receives its chief supplies from the mountainous region adjoining the Central African trough in the neighbourhood of the equator. Thence streams pour east to the Victoria Nyanza, the largest
African lake (covering over 26,000 sq. m.), and west and north to the
Albert Edward and Albert Nyanzas, to the latter of which the effluents of the other two lakes add their waters. Issuing from it the Nile flows north, and between 7 deg. and 10 deg. N. traverses a vast marshy level during which its course is liable to blocking by floating vegetation. After receiving the Bahr-el-Ghazal from the west and the Sobat, Blue Nile and
Atbara from the Abyssinian highlands (the chief gathering ground of the flood-water), it crosses the great desert and enters the Mediterranean by a vast delta. The most remote head-stream of the Congo is the Chambezi, which flows south-west into the marshy Lake Bangweulu. From this lake issues the
Congo, known in its upper course by various names. Flowing first south, it afterwards turns north through Lake Mweru and descends to the forest-clad basin of west equatorial Africa. Traversing this in a majestic northward curve and receiving vast supplies of water from many great tributaries, it finally turns south-west and cuts a way to the Atlantic Ocean through the western highlands. North of the Congo basin and separated from it by a broad undulation of the surface is the basin of Lake Chad—-a flat-shored, shallow lake filled principally by the Shad coming from the south-east.
West of this is the basin of the Niger, the third river of Africa, which, though flowing to the Atlantic, has its principal source in the far west, and reverses the direction of flow exhibited by the Nile and Congo. An important branch, however—the Benue—comes from the south-east. These four river-basins occupy the greater part of the lower plateaus of North and
West Africa, the remainder consisting of arid regions watered only by intermittent streams which do not reach the sea. Of the remaining rivers of the Atlantic basin the Orange, in the extreme south, brings the drainage from the Drakensberg on the opposite side of the continent, while the
Kunene, Kwanza, Ogowe and Sanaga drain the west corst highlands of the southern limb; the Volta, Komoe, Bandama, Gambia and Senegal the highlands of the western limb. North of the Senegal for over 1000 m. of coast the arid region reaches to the Atlantic. Farther north are the streams, with comparatively short courses, which reach the Atlantic and Mediterranean from the Atlas mountains.
Of the rivers flowing to the Indian Ocean the only one draining any large part of the interior plateaus is the Zambezi, whose western branches rise in the west coast highlands. The main stream has its rise in 11 deg. 21′
3» S. 24 deg. 22′ E. at an elevation of 5000 ft. It flows west and south for a considerable distance before turning to the east. All the largest tributaries, including the Shire, the outflow of Lake Nyasa, flow down the southern slopes of the band of high ground which stretches across the conbnent in 10 deg. to 12 deg. S. In the south-west the Zambezi system interlaces with that of the Taukhe (or Tioghe), from which it at times receives surplus water. The rest of the water of the Taukhe, known in its middle course as the Okavango, is lost in a system of swamps and saltpans which formerly centred in Lake Ngami, now dried up. Farther south the
Limpopo drains a portion of the interior plateau but breaks through the bounding highlands on the side of the continent nearest its source. The
Rovuma, Rufiji, Tana, Juba and Webi Shebeli principally drain the outer slopes of the East African highlands, the last named losing itself in the sands in close proximity to the sea. Another large stream, the Hawash, rising in the Abyssinian mountains, is lost in a saline depression near the
Gulf of Aden. Lastly, between the basins of the Atlantic and Indian Oceans there is an area of inland drainage along the centre of the East African plateau, directed chiefly into the lakes in the great rift-valley. The largest river is the Omo, which, fed by the rains of the Abyssinian highlands, carries down a large body of water into Lake Rudolf. The rivers of Africa are generally obstructed either by bars at their mouths or by cataracts at no great distance up-stream. But when these obstacles have been overcome the rivers and lakes afford a network of navigable waters of vast extent.
The calculation of the areas of African drainage systems, made by Dr A.
Bludau (Petermanns Mitteilungen, 43, 1897, pp. 184-186) gives the following general results:—
Basin of the Atlantic . . . . . 4,070,000 sq. m.
» » Mediterranean . . . 1,680,000 »
» » Indian Ocean . . . . 2,086,000 »
Inland drainage area . . . . . 3,452,000 »
The areas of individual river-basins are:—
Congo (length over 3000 m.) . . 1,425,000 sq. m.
Nile ( » fully 4000 m.) . . 1,082,0004 »
Niger ( » about 2600 m.) . . 808,0005 »
Zambezi ( » » 2000 m.) . . 513,500 »
Lake Chad . . . . . . . . . 394,000 »
Orange (length about 1300 m.) . . 370,505 »

» (actual drainage area) . . 172,500 »

The area of the Congo basin is greater than that of any other river except the Amazon, while the African inland drainage area is greater than that of any continent but Asia, in which the corresponding area is
4,000,000 sq. m.
The principal African lakes have been mentioned in the description of the
East African plateau, but some of the phenomena connected with them may be spoken of more particularly here. As a rule the lakes which occupy portions of the great rift-valleys have steep sides and are very deep. This is the case with the two largest of the type, Tanganyika and Nyasa, the latter of which has depths of 430 fathoms. Others, however, are shallow, and hardly, reach the steep sides of the valleys in the dry season. Such are Lake
Rukwa, in a subsidiary depression north of Nyasa, and Eiassi and Manyara in the system of the eastern rift-valley. Lakes of the broad type are of moderate depth, the deepest sounding in Victoria Nyanza being under 50 fathoms. Apart from the seasonal variations of level, most of the lakes show periodic fluctuations, while a progressive desiccation of the whole region is said to be traceable, tending to the ultimate disappearance of the lakes. Such a drying up has been in progress during long geologic ages, but doubt exists as to its practical importance at the present time. The periodic fluctuations in the level of Lake Tanganyika are such that its outllow is intermittent. Besides the East African lakes the principal are:—-
Lake Chad, in the northern area of inland drainage; Bangweulu and Mweru, traversed by the head-stream of the Congo; and Leopold II. and Ntomba
(Mantumba), within the great bend of that river. All, exceot possibly
Mweru, are more or less shallow, and Chad appears to by drying up. The altitudes of the African lakes have already been stated.
Divergent opinions have been beld as to the mode of origin of the East
African lakes, especially Tanganyika, which some geologists have considered to represent an old arm of the sea, dating from a time when the whole central Congo basin was under water; others holding that the lake water has accumulated in a depression caused by subsidence. The former view is based on the existence in the lake of organisms of a decidedly marine type. They include a jelly-fish, molluscs, prawns, crabs, &c., and were at first considered to form an isolated group found in no other of the African lakes; but this supposition has been proved to be erroneous.
Islands.—With one exception—-Madagascar—the African islands are small.
Madagascar, with an area of 229,820 sq. m., is, after New Guinea and
Borneo, the largest island of the world.
It lies off the S.E. coast of the continent, from which it is separated by the deep Mozambique channel, 250 m. wide at its narrowest point.
Madagascar in its general structure, as in flora and fauna, forms a connecting link between Africa and southern Asia. East of Madagascar are the small islands of Mauritius and Reunion. Sokotra lies E.N.E. of Cape
Guardafui. Off the north-west coast are the Canary and Cape Verde archipelagoes. which, like some small islands in the Gulf of Guinea, are of volcanic origin.
Climate and Health.—-Lying almost entirely within the tropics, and equally to north and south of the equator, Africa does not show excessive variations of temperature. Great heat is experienced in the lower plains and desert regions of North Africa, removed by the great width of the continent from the influence of the ocean, and here, too, the contrast between day and night, and between summer and winter, is greatest. (The rarity of the air and the great radiation during the night cause the temperature in the Sahara to fall occasionally to freezing point.) Farther south, the heat is to some extent modified by the moisture brought from the ocean, and by the greater elevation of a large part of the surface, especially in East Africa, where the range of temperature is wider than in the Congo basin or on the Guinea coast. In the extreme north and south the climate is a warm temperate one, the northern countries being on the whole hotter and drier than those in the southern zone; the south of the continent being narrower than the north, the influence of the surrounding ocean is more felt. The most important climatic differences are due to variations in the amount of rainfall. The wide heated plains of the Sahara, and in a lesser degree the corresponding zone of the Kalahari in the south, have an exceedingly scanty rainfall, the winds which blow over them from the ocean losing part of their moisture as they pass over the outer highlands, and becoming constantly drier owing to the heating effects of the burning soil of the interior; while the scarcity of mountain ranges in the more central parts likewise tends to prevent condensation. In the inter- tropical zone of summer precipitation, the rainfall is greatest when the sun is vertical or soon after. It is therefore greatest of all near the equator, where the sun is twice vertical, and less in the direction of both tropics. The rainfall zones are, however, somewhat deflected from a due west-to-east direction, the drier northern conditions extending southwards along the east coast, and those of the south northwards along the west.
Within the equatorial zone certain areas, especially on the shores of the
Gulf of Guinea and in the upper Nile basin, have an intensified rainfall, but this rarely approaches that of the rainiest regions of the world. The rainiest district in all Africa is a strip of coastland west of Mount
Cameroon, where there is a mean annual rainfall of about 390 in. as compared with a mean of 458 in. at Cherrapunji, in Assam. The two distinct rainy seasons of the equatorial zone, where the sun is vertical at half- yearly intervals, become gradually merged into one in the direction of the tropics, where the sun is overhead but once. Snow falls on all the higher mountain ranges, and on the highest the climate is thoroughly Alpine. The countries bordering the Sahara are much exposed to a very dry wind, full of fine particles of sand, blowing from the desert towards the sea. Known in
Egypt as the khamsin, on the Mediterranean as the sirocco, it is called on the Guinea coast the harmattan. This wind is not invariably hot; its great dryness causes so much evaporation that cold is not infrequently the result. Similar dry winds blow from the Kalahari in the south. On the eastern coast the monsoons of the Indian Ocean are regularly felt, and on the south-east hurricanes are occasionally experienced.
While the climate of the north and south, especially the south, is eminently healthy, and even the intensely heated Sahara is salubrious by reason of its dryness, the tropical zone as a whole is, for European races, the most unhealthy portion of the world. This is especially the case in the lower and moister regions, such as the west coast, where malarial fever is very prevalent and deadly; the most unfavourable factors being humidity with absence of climatic variation (daily or seasonal). The higher plateaus, where not only is the average temperature lower, but such variations are more extensive, are more healthy; and in certain localities
(e.g. Abyssinia and parts of British East Africa) Europeans find the climate suitable for permanent residence. On tablelands over 6500 ft. above the sea, frost is not uncommon at night, even in places directly under the equator. The acclimatization of white men in tropical Africa generally is dependent largely on the successful treatment of tropical diseases.
Districts which had been notoriously deadly to Europeans were rendered comparatively healthy after the discovery, in 1899, of the species of mosquito which propagates malarial fever, and the measures thereafter taken for its destruction and the filling up of swamps. The rate of mortality among the natives from tropical diseases is also high, one of the most fatal being that known as sleeping sickness. (The ravages of this disease, which also attacks Europeans, reached alarming proportions between 1893 and
1907, and in the last-named year an international conference was held in
London to consider measures to combat it.) When removed to colder regions natives of the equatorial districts suffer greatly from chest complaints.
Smallpox also makes great ravages among the negro population.
Flora.—The vegetation of Africa follows very closely the distribution of heat and moisture. The northern and southern temperate zones have a flora distinct from that of the continent generally, which is tropical. In the countries bordering the Mediterranean are groves of oranges and olive trees, evergreen oaks, cork trees and pines, intermixed with cypresses, myrtles, arbutus and fragrant tree-heaths. South of the Atlas range the conditions alter. The zones of minimum rainfall have a very scanty flora, consisting of plants adapted to resist the great dryness. Characteristic of the Sahara is the date-palm, which flourishes where other vegetation can scarcely maintain existence, while in the semidesert regions the acacia
(whence is obtained gum-arabic) is abundant. The more humid regions have a richer vegetation —dense forest where the rainfall is greatest and variations of temperature least, conditions found chiefly on the tropical coasts, and in the west African equatorial basin with its extension towards the upper Nile; and savanna interspersed with trees on the greater part of the plateaus, passing as the desert regions are approached into a scrub vegetation consisting of thorny acacias, &c. Forests also occur on the humid slopes of mountain ranges up to a certain elevation. In the coast regions the typical tree is the mangrove, which flourishes wherever the soil is of a swamp character. The dense forests of West Africa contain, in addition to a great variety of dicotyledonous trees, two palms, the Elaeis guincensis (oil-palm) and Raphia vinifera (bamboo-palm), not found, generally speaking, in the savanna regions. The bombax or silk-cotton tree attains gigantic proportions in the forests, which are the home of the indiarubber-producing plants and of many valuable kinds of timber trees, such as odum (Chlorophora excelsa), ebony, mahogany (Khaya senegalensis),
African teak or oak (Oldfieldia africana) and camwood (Baphia nitida.) The climbing plants in the tropical forests are exceedingly luxuriant and the undergrowth or «bush» is extremely dense. In the savannas the most characteristic trees are the monkey bread tree or baobab (Adanisonia digitata), doom palm (Hyphaene) and euphorbias. The coffee plant grows wild in such widely separated places as Liberia and southern Abyssinia. The higher mountains have a special flora showing close agreement over wide intervals of space, as well as affinities with the mountain flora of the eastern Mediterranean, the Himalayas and Indo-China (cf. A. Engler, Uber die Hochgebirgsflora des tropischen Afrika, 1892).
In the swamp regions of north-east Africa the papyrus and associated plants, including the soft-wooded ambach, flourish in immense quantities—- and little else is found in the way of vegetation. South Africa is largely destitute of forest save in the lower valleys and coast regions. Tropical flora disappears, and in the semi-desert plains the fleshy, leafless, contorted species of kapsias, mesembryanthemums, aloes and other succulent plants make their appearance. There are, too, valuable timber trees, such as the yellow pine (Podocarpus elongatus), stinkwood (Ocotea), sneezewood or Cape ebony (Pteroxylon utile) and ironwood. Extensive miniature woods of heaths are found in almost endless variety and covered throughout the greater part of the year with innumerable blossoms in which red is very prevalent. Of the grasses of Africa alfa is very abundant in the plateaus of the Atlas range.
Fauna.—The fauna again shows the effect of the characteristics of the vegetation. The open savannas are the home of large ungulates, especially antelopes, the giraffe (peculiar to Africa), zebra, buffalo, wild ass and four species of rhinoceros; and of carnivores, such as the lion, leopard, hyaena, &c. The okapi (a genus restricted to Africa) is found only in the dense forests of the Congo basin. Bears are confined to the Atlas region, wolves and foxes to North Africa. The elephant (though its range has become restricted through the attacks of hunters) is found both in the savannas and forest regions, the latter being otherwise poor in large game, though the special habitat of the chimpanzee and gorilla. Baboons and mandrills, with few exceptions, are peculiar to Africa. The single-humped camel—as a domestic animal—is especially characteristic of the northern deserts and steppes.
The rivers in the tropical zone abound with hippopotami and crocodiles, the former entirely confined to Africa. The vast herds of game, formerly so characteristic of many parts of Africa, have much diminished with the increase of intercourse with the interior. Game reserves have, however, been established in South Africa, British Central Africa, British East
Africa, Somahland, &c., while measures for the protection of wild animals were laid down in an international convention signed in May 1900.
The ornithology of northern Affica presents a close resemblance to that of southern Europe, scarcely a species being found which does not also occur in the other countries bordering the Mediterranean. Among the birds most characteristic of Africa are the ostrich and the secretary-bird. The ostrich is widely dispersed, but is found chiefly in the desert and steppe regions. The secretary-bird is common in the south. The weaver birds and their allies, including the long-tailed whydahs, are abundant, as are, among game-birds, the francolin and guinea-fowl. Nany of the smaller birds, such as the sun-birds, bee-eaters, the parrots and halcyons, as well as the larger plantain-eaters, are noted for the brilliance of their plumage. Of reptiles the lizard and chameleon are common, and there are a number of venomous serpents, though these are not so numerous as in other tropical countries. The scorpion is abundant. Of insects Africa has many thousand different kinds; of these the locust is the proverbial scourge of the continent, and the ravages of the termites or white ants are almost incredible. The spread of malaria by means of mosquitoes has already been mentioned. The tsetse fly, whose bite is fatal to all domestic animals, is common in many districts of South and East Africa. Fortunately it is found nowhere outside Africa. (E. HE.; F. R. C.)
1 With the islands, 11,498,000 sq. m.
2 Estimated.
3 See the calculations of Capt. T. T. Behrens, Geog. Journal, vol. xxix.
(1907).
4 The estimate of Capt. H. G. Lyons in 1905 was 1,107,227 sq. mi.
5 including waterless tracts naturally belonging to the river-basin.

II. GEOLOGY
In shape and general geological structure Africa bears a close resemblance to India. Both possess a meridional extension with a broad east and west folded region in the north. In both a successive series of continental deposits, ranging from the Carboniferous to the Rhaetic, rests on an older base of crystalline rocks. In the words of Professor Suess,
«India and Africa are true plateau countries.»
Of the primitive axes of Africa few traces remain. Both on the east and west a broad zone of crystalline rochs extends parallel with the coast-line to form the margin of the elevated plateau of the interior. Occasionally the crystalline belt comes to the coast, but it is usually reached by two steps known as the coastal belt and foot-plateau. On the flanks of the primitive western axis certain ancient sedimentary strata are thrown into folds which were completed before the commencement of the mesozoic period.
In the south, the later palaeozoic rocks are also thrown into acute folds by a movement acting from the south, and which ceased towards the close of the mesozoic period. In northern Africa the folded region of the Atlas belongs to the comparatively recent date of the Alpine system. None of these earth movements affected the interior, for here the continental mesozoic deposits rest, undisturbed by folding, on the primary sedimentary and crystalline rocks. The crystalline massif, therefore, presents a solid block which has remained elevated since early palaeozoic times, and against which earth waves of several geological periods have broken.
The formations older than the mesozoic are remarkably unfossiliferous, so that the determination of their age is frequently a matter of speculation, and in the following table the European equivalents of the pre-Karroo formations in many regions must be regarded as subject to considerable revision.
Rocks of Archean age cover wide areas in the interior, in West and East
Africa and across the Sahara. Along the coastal margins they underlie the newer formations and appear in the deep valleys and kloofs wherever denudation has laid them bare. The prevailing types are granites, gneisses and schists. In the central regions the predominant strike of the fohae is north and south. The rocks, for convenience classed as pre-Cambrian, occur as several unconformable groups, chiefly developed in the south where alone their stratigraphy has been determined. They are unfossiliferous, and in the absence of undoubted Cambrian, Ordovician and Silurian strata in Africa they may be regarded as of older date than any of these formations. The general occurrence of jasper-bearing rocks is of interest, as these are always present in the ancient pressure-altered sedimentary formations of
America and Europe. Some unfossiliferous conglomerates, sandstones and dolomites in South Africa and on the west coast are considered to belong to the Cambrian, Ordovician and Silurian formations, but merely from their occurrence beneath strata yielding Devonian fossils. In Cape Colony the
Silurian age of the Table Mountain Sandstone is based on such evidence.
The Devonian and Carboniferous formations are well represented in the north and south and in northern Angola.
Up to the close of the palaeozoic period the relative positions of the ancient land masses and oceans remain unsolved; but the absence of marine strata of early palaeozoic age from Central Africa points to there being land in this direction. In late Carboniferous times Africa and India were undoubtedly united to form a large continent, called by Suess Gondwana
Land. In each country the same succession of the rocks is met with; over both the same specialized orders of reptiles roamed and were entombed.
The interior of the African portion of Gondwana Land was occupied by several large lakes in which an immense thickness—amounting to over 18,000 ft. in South Africa—-of sandstones and marls, forming the Karroo system, was laid down. This is par excellence the African formation, and covers immense areas in South Africa and the Congo basin, with detached portions in East Africa. During the whole of the time—-Carboniferous to Rhaetic—that this great accumulation of freshwater beds was taking place, the interior of the continent must have been undergoing depression. The commencement of the period was marked by one of the most wonderful episodes in the geological history of Africa. Preserved in the formation known as the Dwyka
Conglomerate, are evidences that at this time the greater portion of South
Africa was undergoing extreme glaciation, while the same conditions appear to have prevailed in India

TABLE OF FORMATIONS

Sedimentary. Igneous.
Recent Alluvium; travertine; coral; sand dunes; continental } Some volcanic islands; dunes. Generally distributed } rift-valley volcanoes.
Pleistocene. Ancient alluviums and } gravels; travertine. }

Generally distributed. } A long-continued
Pliocene. N. Africa; Madagascar. } succession in the

} central and northern
Miocene. N. Africa. } regions and among

} the island groups.
Oligocene. N. Africa. } Doubtfully represented

} south of the
Zambezi.
Eocene. N. Africa, along east and } west coasts; Madagascar. }
Cretaceous Extensively developed in } Diamond pipes of S.

N. Africa; along coast } Africa; Kaptian and foot-plateaus in east } fissure eruptions; and west; Madagascar. } Ashangi traps of

} Abyssinia

{Jurassic N. Africa; E. Africa;
K{ Madagascar; Stormberg } Chief volcanic period a{ period (Rhaeric) in S. } in S. Africa r{ Africa } r{Trias. Beaufort Series in S. } o{ Africa; Congo basin; } o{ Central Africa; Algeria; }

{ Tunis. }

{Permian. Ecca Series in S. Africa. } Feebly, if anywhere

} developed.
Carboniferous. N. Africa; Sabaki Shales } in E. Africa; Dwyka } and Wittebery Series in }

South Africa }
Devonian. N. Africa; Angola; Bokkeveld } Not recorded.

Series in S. Africa }
Silurian. {Table Mountain Sandstone }

{ in S. Africa, Silurian(?). }
Ordovician. { Doubtfully represented } Klipriversberg and

{ in N. Africa, French } and Ventersdorp
Series
Cambrian { Congo, Angola. and by } of the Transvaal (?).

{ Vaal River and Waterberg }

{ Series in S. Africa }
Pre-Cambrian. Quartzites, conglomerates } phyllites, jasper-bearing } S. Africa and generally. rocks and schists. }

Generally distributed. }
Archeaan. Gneisses and schists of the } Igneous complex of continental platform. } sheared igneous

} rocks;granites.

and Australia. At the close of the Karroo period there was a remarkable manifestation of volcanic activity which again has its parallel in the
Deccan traps of India.
How far the Karroo formation extended beyond its present confines has not been determined. To the east it reached India. In the south all that can be said is that it extended to the south of Worcester in Cape Colony. The
Crystal Mountains of Angola may represent its western boundary; while the absence of mesozoic strata beneath the Cretaceous rocks of the mid-Sahara indicates that the system of Karroo lakeland had here reached its most northerly extension. Towards the close of the Karroo period, possibly about the middle, the southern rim of the great central depression became ridged up to form the folded regions of the Zwaarteberg, Cedarberg and Langeberg mountains in Cape Colony. This folded belt gives Africa its abrupt southern termination, and may be regarded as an embryonic indication of its present outline. The exact date of the maximum development of this folding is unknown, but it had done its work and some 10,000 ft. of strata had been removed before the commencement of the Cretaceous period. It appears to approximate in time to the similar earth movement and denudation at the close of the palaeozoic period in Europe. It was doubtless connected with the disruption of Gondwana Land, since it is known that this great alteration of geographical outline commenced in Jurassic times.
The breaking up of Gondwana Land is usually considered to have been caused by a series of blocks of country being let down by faulting with the consequent formation of the Indian Ocean. Other blocks, termed horsts, remained unmoved, the island of Madagascar affording a striking example. In the African portion Ruwenzori is regarded by some geologists to be a block mountain or horst.
In Jurassic times 1he sea gained access to East Africa north of
Mozambique, but does not appear to have reached far beyond the foot-plateau except in Abyssinia.
The Cretaceous seas appear to have extended into the central Saharan regions, for fossils of this age have been discovered in the interior. On the west coast Cretaceous rocks extend continuously from Mogador to Cape
Blanco. From here they are absent up to the Gabun river, where they commence to form a narrow fringe as far as the Kunene river, though often overlain by recent deposits. They are again absent up to the Sunday river in Cape Colony, where Lower Cretaceous rocks (for long considered to be of
Oolitic age) of an inshore character are met with. Strata of Upper
Cretaceous age occur in Pondoland and Natal, and are of exceptional interest since the fossils show an intermingling of Pacific types with other forms having European affinities. In Mozambique and in German East
Africa, Cretaceous rocks extend from the coast to a distance inland of over
100 m.
Except in northern Africa, the Tertiary formations only occur in a few isolated patches on the east and west coasts. In northern Africa they are well developed and of much interest. They contain the well-known nummulitic limestone of Eocene age, which has been traced from Egypt across Asia to
China. The Upper Eocene rocks of Egypt have also yielded primeval types of the Proboscidea and other mammalia. Evidences for the greater extension of the Eocene seas than was formerly considered to be the case have been discovered around Sokoto. During Miocene times Passarge considers that the region of the Zambezi underwent extreme desiccation.
The effect of the Glacial epoch in Europe is shown in northern Africa by the moraines of the higher Atlas, and the wider extension of the glaciers on Kilimanjaro, Kenya and Ruwenzori, and by the extensive accumulations of gravel over the Sahara.
The earliest signs of igneous activity in Africa are to be found in the granites, intrusive into the older rocks of the Cape peninsula, into those of the Transvaal, and into the gneisses and schists of Central Africa. The
Ventersdorp boulder beds of the Transvaal may be of early palaeozoic age; but as a whole the palaeozoic period in Africa was remarkably free from volcanic and igneous disturbances. The close of the Stormberg period
(Rhaetic) was one of great volcanic activity in South Africa. Whilst the later Secondary and Tertiary formations were being laid down in North
Africa and around the margins of the rest of the continent, Africa received its last great accumulation of strata and at the same time underwent a consecutive series of earth-movements. The additional strata consist of the immense quantities of volcanic material on the plateau of East Africa, the basalt flows of West Africa and possibly those of the Zambezi basin. The exact period of the commencement of volcanic activity is unknown. In
Abyssinia the Ashangi traps are certainly post-Oolitic. In East Africa the fissure eruptions are considered to belong to the Cretaceous. These early eruptions were followed by those of Kenya, Mawenzi, Elgon, Chibcharagnani, and these by the eruptions of Kibo, Longonot, Suswa and the Kyulu
Mountains. The last phase of vulcanicity took place along the great meridional rifts of East Africa, and though feebly manifested has not entirely passed away. In northern Africa a continuous sequence of volcanic events has taken place from Eocene times to latest Tertiary; but in South
Africa it is doubtful if there have been any intrusions later then
Cretaceous.
During this long continuance of vulcanicity, earth-movements were in progress. In the north the chief movements gave rise to the system of latitudinal folding and faulting of the Moroccan and Algerian Atlas, the last stages being represented by the formation of the Algerian and Moroccan coast-outline and the sundering of Europe from Africa at the Straits of
Gibraltar. Whilst northern Africa was being folded, the East African plateau was broken up by a series of longitudinal rifts extending from
Nyasaland to Egypt. The depressed areas contain the long, narrow, precipitously walled lakes of East Africa. The Red Sea also occupies a meridional trough.
Lastly there are the recent elevations of the northern coastal regions, the Barbary coast and along the east coast. (W. G.*)

III. ETHNOLOGY In attempting a review of the races and tribes which inhabit Africa, their distribution, movements and culture, it is advisable that three points be borne in mind. The first of these is the comparative absence of natural barriers in the interior, owing to which intercommunication between tribes, the dissemination of culture and tribal migration have been considerably facilitated. Hence the student must be prepared to find that, for the most part, there are no sharp divisions to mark the extent of the various races composing the population, but that the number of what may be termed «transitional» peoples is unusually large.
The second point is that Africa, with the exception of the lower Nile valley and what is known as Roman Africa (see AFRICA, ROMAN), is, so far as its native inhabitants are concerned, a continent practically without a history, and possessing no records from which such a history might be reconstructed. The early movements of tribes, the routes by which they reached their present abodes, and the origin of such forms of culture as may be distinguished in the general mass of customs, beliefs, &c., are largely matters of conjecture. The negro is essentially the child of the moment; and his memory, both tribal and individual, is very short. The third point is that many theories which have been formulated with respect to such matters are unsatisfactory owing to the small amount of information concerning many of the tribes in the interior.

The chief African races.
Excluding the Europeans who have found a home in various parts of Africa, and the Asiatics, Chinese and natives of India introduced by them (see section History below), the population of Africa consists of the following elements: —the Bushman, the Negro, the Eastern Hamite, the Libyan and the
Semite, from the intermingling of which in various proportions a vast number of «transitional» tribes has arisen. The Bushmen (q.v.), a race of short yellowish-brown nomad hunters, inhabited, in the earliest times of which there is historic knowledge, the land adjoining the southern and eastern borders of the Kalahari desert, into which they were gradually being forced by the encroachment of the Hottentots and Bantu tribes. But signs of their former presence are not wanting as far north as Lake
Tanganyika, and even, it is rumoured, still farther north. With them may be classed provisionally the Hottentots, a pastoral people of medium stature and yellowish-brown complexion. who in early times shared with the Bushmen the whole of what is now Cape Colony. Though the racial affinities of the
Hottentots have been disputed, the most satisfactory view on the whole is that they represent a blend of Bushman, Negroid and Hamitic elements.
Practically the rest of Africa, from the southern fringe of the Sahara and the upper valley of the Nile to the Cape, with the exception of Abyssinia and Galla and Somali-lands, is peopled by Negroes and the «transitional» tribes to which their admixture with Libyans on the north, and Semites
(Arabs) and Hamites on the north-east and east, has given rise. A slight qualification of the last statement is necessary, in so far as, among the
Fula in the western Sudan, and the Ba-Hima, &c., of the Victoria Nyanza,
Libyan and Hamitic elements are respectively stronger than the Negroid. Of the tracts excepted, Abyssinia is inhabited mainly by Semito-Hamites
(though a fairly strong negroid element can be found), and Somali and Galla- lands by Hamites. North of the Sahara in Algeria and Morocco are the
Libyans (Berbers, q.v.), a distinctively white people, who have in certain respects (e.g. religion) fallen under Arab influence. In the north-east the brown-skinned Hamite and the Semite mingle in varied proportions. The
Negroid peoples, which inhabit the vast tracts of forest and savanna between the areas held by Bushmen to the south and the Hamites, Semites and
Libyans to the north, fall into two groups divided by a line running from the Cameroon (Rio del Rey) crossing the Ubangi river below the bend and passing between the Ituri and the Semliki rivers, to Lake Albert and thence with a slight southerly trend to the coast. North of this line are the
Negroes proper, south are the Bantu. The division is primarily philological. Among the true Negroes the greatest linguistic confusion prevails; for instance, in certain parts of Nigeria it is possible to find half-a-dozen villages within a comparatively small area speaking, not different dialects, but different languages, a fact which adds greatly to the difficulty of political administration. To the south of the line the condition of affairs is entirely different; here the entire population speaks one or another dialect of the Bantu Languages (q.v..) As said before, the division is primarily linguistic and, especially upon the border line, does not always correspond with the variations of physical type. At the same time it is extremely convenient and to a certain extent justifiable on physical and psychological grounds; and it may be said roughly that while the linguistic uniformity of the Bantu is accompanied by great variation of physical type, the converse is in the main true of the
Negro proper, especially where least affected by Libyan and Hamitic admixture, e.g. on the Guinea coast. The variation of type among the Bantu is due probably to a varying admixture of alien blood, which is more apparent as the east coast is approached. This foreign element cannot be identified with certainty, but since the Bantu seem to approach the Hamites in those points where they differ from the Negro proper, and since the physical characteristics of Hamites and Semites are very similar, it seems probable that the last two races have entered into the composition of the
Bantu, though it is highly improbable that Semitic influence should have permeated any distance from the east coast. An extremely interesting section of the population not hitherto mentioned is constituted by the
Pygmy tribes inhabiting the densely forested regions along the equator from
Uganda to the Gabun and living the life of nomadic hunters. The affinities of this little people are undecided, owing to the small amount of knowledge concerning them. The theories which connected them with the Bushmen do not seem to be correct. It is more probable that they are to be classed among the Negroids, with whom they appear to have intermingled to a certain extent in the upper basin of the Ituri, and perhaps elsewhere. As far as is known they speak no language peculiar to themselves but adopt that of the nearest agricultural tribe. They are of a dark brown complexion, with very broad noses, lips but slightly everted, and small but usually sturdy physique, though often considerably emaciated owing to insufficiency of food. Another peculiar tribe, also of short stature, are the Vaalpens of the steppe region of the north Transvaal. Practically nothing is known of them except that they are said to be very dark in colour and live in holes in the ground, and under rock shelters.

Principal ethnological zones.
Having indicated the chief races of which in various degrees of purity and intermixture the population of Africa is formed, it remains to consider them in greater detail, particularly from the cultural standpoint. This is hardly possible without drawing attention to the main physical characters of the continent, as far as they affect the inhabitants. For ethnological purposes three principal zones may be distinguished; the first two are respectively a large region of steppes and desert in the north, and a smaller region of steppes and desert in the south. These two zones are connected by a vertical strip of grassy highland lying mainly to the east of the chain of great lakes. The third zone is a vast region of forest and rivers in the west centre, comprising the greater part of the basin of the
Congo and the Guinea coast. The rainfall, which also has an important bearing upon the culture of peoples, will be found on the whole to be greatest in the third zone and also in the eastern highlands, and of course least in the desert, the steppes and savannas standing midway between the two. As might be expected these variations are accompanied by certain variations in culture. In the best-watered districts agriculture is naturally of the greatest importance, except where the density of the forest renders the work of clearing too arduous. The main portion therefore of the inhabitants of the forest zone are agriculturists, save only the nomad Pygmies, who live in the inmost recesses of the forest and support themselves by hunting the game with which it abounds. Agriculture, too, flourishes in the eastern highlands, and throughout the greater part of the steppe and savanna region of the northern and southern zones, especially the latter. In fact the only Bantu tribes who are not agriculturists are the Ova-Herero of German South-West Africa, whose purely pastoral habits are the natural outcome of the barren country they inhabit. But the wide open plains and slopes surrounding the forest area are eminently suited to cattle-breeding, and there are few tribes who do not take advantage of the fact. At the same time a natural check is imposed upon the desire for cattle, which is so characteristic of the Bantu peoples. This is constituted by the tsetse fly, which renders a pastoral life absolutely impossible throughout large tracts in central and southern Africa. In the northern zone this check is absent, and the number of more essentially pastoral peoples, such as the eastern Hamites, Masai, Dinka, Fula, &c., correspondingly greater. The desert regions yield support only to nomadic peoples, such as the Tuareg, Tibbu, Bedouins and Bushmen, though the presence of numerous oases in the north renders the condition of life easier for the inhabitants. Upon geographical conditions likewise depend to a large extent the political conditions prevailing among the various tribes. Thus among the wandering tribes of the desert and of the heart of the forests, where large communities are impossible, a patriarchal system prevails with the family as the unit. Where the forest is less dense and small agricultural communities begin to make their appearance, the unit expands to the village with its headman. Where the forest thins to the savanna and steppe, and communication is easier, are found the larger kingdoms and «empires» such as, in the north those established by the
Songhai, Hausa, Fula, Bagirmi, Ba-Hima, &c., and in the south the states of
Lunda, Kazembe, the Ba-Rotse, &c.
But if ease of communication is favourable to the rise of large states and the cultural progress that usually accompanies it, it is, nevertheless, often fatal to the very culture which, at first, it fostered, in so far as the absence of natural boundaries renders invasion easy. A good example of this is furnished by the history of the western Sudan and particularly of
East and South-East Africa. From its geographical position Africa looks naturally to the east, and it is on this side that it has been most affected by external culture both by land (across the Sinaitic peninsula) and by sea. Though a certain amount of Indonesian and even aboriginal
Indian influence has been traced in African ethnography, the people who have produced the most serious ethnic disturbances (apart from modern
Europeans) are the Arabs. This is particularly the case in East Africa, where the systematic slave raids organized by them and carried out with the assistance of various warlike tribes reduced vast regions to a state of desolation. In the north and west of Africa, however, the Arab has had a less destructive but more extensive and permanent influence in spreading the Mahommedan religion throughout the whole of the Sudan.

The characteristic African culture.
The fact that the physical geography of Africa affords fewer natural obstacles to racial movements on the side most exposed to foreign influence, renders it obvious that the culture most characteristically
African must be sought on the other side. It is therefore in the forests of the Congo, and among the lagoons and estuaries of the Guinea coast, that this earlier culture will most probably be found. That there is a culture distinctive of this area, irrespective of the linguistic line dividing the
Bantu from the Negro proper, has now been recognized. Its main features may be summed as follows:—-a purely agricultural life, with the plantain, yam and manioc (the last two of American origin) as the staple food; cannibalism common; rectangular houses with ridged roofs; scar-tattooing; clothing of bark-cloth or palm-fibre; occasional chipping or extraction of upper incisors; bows with strings of cane, as the, principal weapons, shields of wood or wickerwork; religion, a primitive form of fetishism with the belief that death is due to witchcraft; ordeals, secret societies, the use of masks and anthropomorphic figures, and wooden gongs. With this may be contrasted the culture of the Bantu peoples to the south and east, also agriculturists, but in addition, where possible, great cattle-breeders, whose staple food is millet and milk. These are distinguished by circular huts with domed or conical roofs; clothing of skin or leather; occasional chipping or extraction of lower incisors; spears as the principal weapons, bows, where found, with a sinew cord, shields of hide or leather; religion, ancestor-worship with belief in the power of the magicians as rain-makers.
Though this difference in culture may well be explained on the supposition that the first is the older and more representative of Africa, this theory must not be pushed too far. Many of the distinguishing characteristics of the two regions are doubtless due simply to environment, even the difference in religion. Ancestor-worship occurs most naturally among a people where tribal organization has reached a fairly advanced stage, and is the natural outcome of patriotic reverence for a successful chief and his councillors. Rain-making, too, is of little importance in a well- watered region, but a matter of vital interest to an agricultural people where the rainfall is slight and irregular.
Within the eastern and southern Bantu area certain cultural variations occur; beehive huts are found among the Zulu-Xosa and Herero, giving place among the Bechuana to the cylindrical variety with conical roof, a type which, with few exceptions, extends north to Abyssinia. The tanged spearhead characteristic of the south is replaced by the socketed variety towards the north. Circumcision, characteristic of the Zulu-Xosa and
Bechuana, is not practised by many tribes farther north; tooth-mutilation, on the contrary, is absent among the more southern tribes. The lip-plug is found in the eastern area, especially among the Nyasa tribes, but not in the south. The head-rest common in the south-east and the southern fringe of the forest area is not found far north of Tanganyika until the Horn of
Africa is reached.
In the regions outside the western area occupied by the Negro proper, exclusive of the upper Nile, the similarities of culture outweigh the differences. Here the cylindrical type of hut prevails; clothing is of skin or leather but is very scanty; iron ornaments are worn in profusion; arrows are not feathered; shields of hide, spears with leather sheaths are found and also fighting bracelets. Certain small differences appear between the eastern and western portions, the dividing line being formed by the boundary between Bornu and Hausaland. Characteristic of the east are the harp and the throwing-club and throwing-knife, the last of which has penetrated into the forest area. Typical of the west are the bow and the dagger with the ring hilt. The tribes of the upper Nile are somewhat specialized, though here, too, are found the cylindrical hut, iron ornaments, fighting bracelets, &c., characteristic of the Sudanese tribes.
Here the removal of the lower incisors is common, and circumcision entirely absent. Throughout the rest of the Sudan is found Semitic culture introduced by the Arabized Libyan. Circumcision, as is usual among
Mahommedan tribes, is universal, and tooth-mutilation absent; of other characteristics, the use of the sword has penetrated to the northern portion of the forest area. The culture prevailing in the Horn of Africa is, naturally, mainly Hamito-Semitic; here are found both cyhnddcal and bee- hive huts, the sword (which has been adopted by the Masai to the south), the lyre (which has found its way to some of the Nilotic tribes) and the head-rest. Circumcision is practically universal.
As has been said earlier, the history of Africa reaches back but a short distance, except, of course, as far as the lower Nile valley and Roman
Africa is concerned; elsewhere no records exist, save tribal traditions, and these only relate to very recent events. Even archaeology, which can often sketch the main outlines of a people’s history, is here practically powerless, owing to the insufficiency of data. It is true that stone imple. ments of palaeolithic and neolithic types are found sporadically in the
Nile valley, Somaliland, on the Zambezi, in Cape Colony and the northern portions of the Congo Free State, as well as in Algeria and Tunisia; but the localities are far too few and too widely separated to warrant the inference that they are to be in any way connected. Moreover, where stone implements are found they are, as a rule, very near, even actually on, the surface of the earth; nothing occurs resembling the regular stratification of Europe, and consequently no argument based on geological grounds is possible.
The lower Nile valley, however, forms an exception; flint implements of a palaeolithic type have been found near Thebes. not only on the surface of the ground, which for several thousand years has been desert owing to the contraction of the river-bed, but also in stratified gravel of an older date. References to a number of papers bearing on the discussion to which then discovery has given rise may be found in an article by Mr H. R. Hall in Man, 1905, No. 19. The Egyptian and also the Somali land finds appear to be true palaeoliths in type and remarkably similar to those found in
Europe. But evidence bearing on the Stone age in Africa, if the latter existed apart from the localities mentioned, is so slight that little can be said save that from the available evidence the palaeoliths of the Nile valley alone can with any degree of certainty be assigned to a remote period of antiquity, and that the chips scattered over Mashonaland and the regions occupied within historic times by Bushmen are the most recent; since it has been shown that the stone flakes were used by the medieval
Makalanga to engrave their hard pottery and the Bushmen were still using stone implements in the 19th century. Other early remains, but of equally uncertain date, are the stone circles of Algeria, the Cross river and the
Gambia. The large system of ruined forts and «cities» in Mashonaland, at
Zimbabwe and elsewhere, concerning which so many ingenious theories have been woven, have been proved to date from medieval times.

Origin and spread of the racial stocks.
Thus while in Europe there is a Stone age. divided into periods according to various types of implement disposed in geological strata, and followed in orderly succession by the ages of Bronze and Iron, in Africa can be found no true Stone age and practically no Bronze at all. The reason is not far to seek; Africa is a country of iron, which is found distributed widely throughout the continent in ores so rich that the metal can be extracted with very little trouble and by the simplest methods. Iron has been worked from time immemorial by the Negroid peoples, and whole tribes are found whose chief industry is the smelting and forging of the metal. Under such conditions, questions relating to the origin and spread of the racial stocks which form the population of Africa cannot be answered with any certainty; at best only a certain amount of probability can be attained.
Five of these racial stocks have been mentioned: Bushman, Negro, Hamite,
Semite, Libyan, the last three probably related through some common ancestor. Of these the honour of being considered the most truly African belongs to the two first. It is true that people of Negroid type are found elsewhere, principally in Melanesia, but as yet their possible connexion with the African Negro is little more than theoretical, and for the present purposes it need not be considered.
The origin of the Bushman is lost in obscurity, but he may be conceived as the original inhabitant of the southern portion of the continent. The original home of the Negro, at first an agriculturist, is most probably to be found in the neighbourhood of the great lakes, whence he penetrated along the fringe of the Sahara to the west and across the eastern highlands southward. Northerly expansion was prevented by the early occupation of the
Nile valley, the only easy route to the Mediterranean, but there seems no doubt that the population of ancient Egypt contained a distinct Negroid element. The question as to the ethnic affinities of the pre-dynastic
Egyptians is still unsolved; but they may be regarded as, in the main,
Hamitic, though it is a question how far it is just to apply a name which implies a definite specialization in what may be comparatively modern times to a people of such antiquity.
The Horn of Africa appears to have been the centre from which the Hamites spread, and the pressure they seem to have applied to the Negro tribes, themselves also in process of expansion, sent forth larger waves of emigrants from the latter. These emigrants, already affected by the Hamitic pastoral culture, and with a strain of Hamitic blood in their veins, passed rapidly down the open tract in the east, doubtless exterminating their predecessors, except such few as took refuge in the mountains and swamps.
The advance-guard of this wave of pastoral Negroids, in fact primitive
Bantu, mingled with the Bushmen and produced the Hottentots. The penetration of the forest area must certainly have taken longer and was probably accomplished as much from the south-east, up the Zambezi valley, as from any other quarter. It was a more peaceful process, since natural obstacles are unfavourable to rapid movements of large bodies of immigrants, though not so serious as to prevent the spread of language and culture. A modern parallel to the spread of Bantu speech is found in the rise of the Hausa language, which is gradually enlarging its sphere of influence in the western and central Sudan. Thus those qualities, physical and otherwise, in which the Bantu approach the Hamites gradually fade as we proceed westward through the Congo basin, while in the east, among the tribes to the west of Tanganyika and on the upper Zambezi, «transitional» forms of culture are found. In later times this gradual pressure from the south-east became greater, and resulted, at a comparatively recent date, in the irruption of the Fang into the Gabun.
The earlier stages of the southern movement must have been accompanied by a similar movement westward between the Sahara and the forest; and, probably, at the same time, or even earlier, the Libyans crossing the desert had begun to press upon the primitive Negroes from the north. In this way were produced the Fula, who mingled further with the Negro to give birth to the Mandingo, Wolof and Tukulor. It would appear that either
Libyan (Fula) or, less probably, Hamitic, blood enters into the composition of the Zandeh peoples on the Nile-Congo watershed. These Libyans or
Berbers, included by G. Sergi in his «Mediterranean Race,» were active on the north coast of Africa in very early times, and had relations with the
Egyptians from a prehistoric period. For long these movements continued, always in the same direction, from north to south and from east to west; though, of course, more rapid changes took place in the open country, especially in the great eastern highway from north to south, than in the forest area. Large states arose in the western Sudan; Ghana flourished in the 7th century A.D., Melle in the 11th, Songhai in the 14th, and Bornu in the 16th.
Meanwhile in the east began the southerly movement of the Bechuana, which was probably,spread over a considerable period. Later than they, hut proceeding faster, came the Zulu-Xosa («Kaffir») peoples, who followed a line nearer the coast and outflanked them, surrounding them on the south.
Then followed a time of great ethnical confusion in South Africa, during which tribes flourished, split up and disappeared; but ere this the culture represented by the ruins in Rhodesia had waxed and waned. It is uncertain who were the builders of the forts and «cities,» but it is not improbable that they may be found to have been early Bechuana. The Zulu-Xosa, Bechuana and Herero together form a group which may conveniently be termed
«Southern Bantu.’,
Finally began a movement hitherto unparalleled in the history of African migration; certain peoples of Zulu blood began to press north, spreading destruction in their wake. Of these the principal were the Matabele and
Angoni. The movement continued as far as the Victoria Nyanza. Here, on the border-line of Negro, Bantu and Hamite, important changes had taken place.
Certain of the Negro tribes had retired to the swamps of the Nile, and had become somewhat specialized, both physically and culturally (Shilluk,
Dinka, Alur, Acholi, &c.). These had blended with the Hamites to produce such races as the Masai and kindred tribes. The old Kitwara empire, which comprised the plateau land between the Ruwenzori range and Kavirondo, had broken up into small states, usually governed by a Hamitic (Ba-Hima) aristocracy. The more extensive Zang (Zenj) empire, of which. the name
Zanzibar (Zanguebar) is a lasting memorial, extending along the sea-board from Somaliland to the Zambezi, was also extinct. The Arabs had established themselves firmly on the coast, and thence made continual slave-raids into the interior, penetrating later to the Congo. The Swahili, inhabiting the coast-line from the equator to about 16 deg. S., are a somewhat heterogeneous mixture of Bantu with a tinge of Arab blood.
In the neighbourhood of Victoria Nyanza, where Hamite, Bantu, Nilotic
Negro and Pygmy are found in close contact, the ethnic relations of tribes are often puzzling, but the Bantu not under a Hamitic domination have been divided by F. Stuhlmann into the Older Bantu (Wanyamwezi, Wasukuma,
Wasambara, Waseguha, Wasagara, Wasaramo, &c.) and the Bantu of Later
Immigration (Wakikuyu, Wakamba, Wapokomo, Wataita, Wachaga, &c.), who are more strongly Hamitized and in many cases have adopted Masai customs. These peoples, from the Victoria Nyanza to the Zambezi, may conveniently be termed the «Eastern Bantu.»
Turning to the Congo basin in the south, the great Luba and Lunda peoples are found stretching nearly across the continent, the latter, from at any rate the end of the 16th century until the close of the 19th century, more or less united under a single ruler, styled Muata Yanvo. These seem to have been the most recent immigrants from the south-east, and to exhibit certain affinities with the Barotse on the upper Zambezi. Among the western Baluba, or Bashilange, a remarkable politico-religious revolution took place at a comparatively recent date, initiated by a secret society termed Bena Riamba or «Sons of Hemp,» and resulted in the subordination of the old fetishism to a cult of hemp, in accordance with which all hemp-smokers consider themselves brothers, and the duty of mutual hospitality, &c., is acknowledged. North of these, in the great bend of the Congo, are the
Balolo, &c., the Balolo a nation of iron-workers; and westward, on the
Kasai, the Bakuba, and a large number of tribes as yet imperfectly known.
Farther west are the tribes of Angola, many of whom were included within the old «Congo empire,» of which the kingdom of Loango was an offshoot.
North of the latter lies the Gabun, with a large number of small tribes dominated by the Fang who are recent arrivals from the Congo. Farther to the north are the Bali and other tribes of the Cameroon, among whom many primitive Negroid elements begin to appear. Eastward are the Zandeh peoples of the Welle district (primitive Negroids with a Hamitic or, more probably,
Libyan strain), with whom the Dor trine of Nilotes on their eastern border show certain affinities; while to the west along the coast are the Guinea
Negroes of primitive type. Here, amidst great linguistic confusion, may be distinguished the tribes of Yoruba speech in the Niger delta and the east portion of the Slave Coast; those of Ewe speech, in the western portion of the latter; and those of Ga and Tshi speech, on the Gold Coast. Among the last two groups respectively may be mentioned the Dahomi and Ashanti.
Similar tribes are found along the coast to the Bissagos Islands, though the introduction in Sierra Leone and Liberia of settlements of repatriated slaves from the American plantations has in those places modified the original ethnic distribution. Leaving the forest zone and entering the more open country there are, on the north from the Niger to the Nile, a number of Negroids strongly tinged with Libyan blood and professing the Mahommedan religion. Such are the Mandingo, the Songhai, the Fula, Hausa, Kanuri,
Bagirmi, Kanembu, and the peoples of Wadai and Darfur; the few aborigines who persist, on the southern fringe of the Chad basin, are imperfectly known.

Peculiar conditions in Madagascar.
The island of Madagascar, belonging to the African continent, still remains for discussion. Here the ethnological conditions are people were the Hova, a Malayo-Indonesian people who must have come from the Malay
Peninsula or the adjacent islands. The date of their immigration has been line subject of a good deal of dispute, but it may be argued that their arrival must have taken place in early times, since Malagasy speech, which is the language of the island, is principally Malayo-Polynesian in origin, and contains no traces of Sanskrit. Such traces, introduced with Hinduism, are present in all the cultivated languages of Malaysia at the present day.The Hova occupy the table-land of Imerina and form the first of the three main groups into which the population of Madagascar may be divided.
They are short, of an olive-yellow complexion and have straight or faintly wavy hair. On the east coast are the Malagasy, who in physical characteristics stand halfway between the Hova and the Sakalava, the last occupying the remaining portion of the island and displaying almost pure
Negroid characteristics.
Though the Hova belong to a race naturally addicted to seafaring, the contrary is the case respecting the Negroid population, and the presence of the latter in the island has been explained by the supposition that they were imported by the Hova. Other authorities assign less antiquity to the
Hova immigration and believe that they found the Negroid tribes already in occupation of the island.
As might be expected, the culture found in Madagascar contains two elements, Negroid and Malayo-Indonesian. The first of these two shows certain affinities with the culture characteristic of the western area of
Africa, such as rectangular huts, clothing of bark and palm-fibre, fetishism, &c., but cattle-breeding is found as well as agriculture.
However, the Negroid tribes are more and more adopting the customs and mode of life of the Hova, among whom are found pile-houses, the sarong, yadi or tabu applied to food, a non-African form of bellows, &c., all characteristic of their original home. The Hova, during the 19th century, embraced Christianity, but retain, nevertheless, many of their old animistic beliefs; their original social organization in three classes, andriana or nobles, hova or freemen, and andevo or slaves, has been modified by the French, who have abolished kingship and slavery. An Arab infusion is also to be noticed, especially on the north-east and south-east coasts.
It is impossible to give a complete list of the tribes inhabiting Africa, owing to the fact that the country is not fully explored. Even where the names of the tribes are known their ethnic relations are still a matter of uncertainty in many localities.
The following list, therefore, must be regarded as purely tentative, and liable to correction in the light of fuller information:-

AFRICAN TRIBAL DISTRIBUTION

LIBYANS

(North Africa, excluding Egypt)
Berbers, including – Kabyles, Mzab, Shawia, Tuareg

LIBYO-NEGROID TRANSITIONAL
Fula (West Sudan)
Tibbu (Central Sudan)

HAMITES

(East Sudan and Horn of Africa)
Beja, including – Ababda, Hadendoa, Bisharin, Beni-Amer, Hamran, Galla,
Somali, Danakil (Afar)
Ba-Hima, including — Wa-Tussi, Wa-Hha, Wa-Rundi, Wa-Ruanda

HAMITO-SEMITES
Fellahin (Egypt)
Abyssinians (with Negroid admixture)

HAMITO-NEGROID TRANSITIONAL
Masai
Wa-Kuafi

NEGROID TRIBES

West Sudan Central Sudan Eastern
Tukulor Songhai Fur Kargo
Wolof Hausa Dago Kulfan
Serer Bagirmi Kunjara Kolaji
Leybu Kanembu Tegele Tumali
Mandingo, including— Kanuri Nuba

Kassonke Tama

Yallonke Maba Zandeh Tribes

Soninke Birkit (Akin to Nilotics, but

Bambara Massalit probably with
Fula

Vei Korunga element)

Susu Kabbaga Azandeh (Niam
Niam)

Solima &c. Makaraka

Malinke Mundu

Mangbettu
Probably also— Ababwa

Mossi Mege

Borgu Abisanga
Tombo } Mabode{ probably
Gurma } Momfu { with Pygmy
Gurunga } { element
Dagomba } Probably with Mandingan element Allied are—
Mampursi } Banziri Languassi
Gonja } Ndris Wia-Wia
&c. } Togbo Awaka

&c.

NEGROES

West African Tribes

Tribes of Tshi and Ga Tribes of Yeruba speech, including—- speech, including—
Khabunke
Balanta Ashanti Yoruba
Bagnori Safwi Ibadan
Bagnum Denkera Ketu
Felup, including— Bekwai Egba

Ayamat Nkoranza Jebu

Jola Adansi Remo

Jigush Assin Ode

Vaca Wassaw Illorin

Joat Ahanta Ijesa

Karon Fanti Ondo

Banyum Angona Mahin

Banjar Akwapim Bini

Fulum Akim Kakanda

Bayot Akwamu Wari

&c. Kwao Ibo
Bujagos Ga Efik
Biafare Andoni
Landuman Tribes of Ewe speech, Kwa
Nalu including— Ibibio
Baga Ekoi
Sape Dahomi Inokun
Bulam Eweawo Akunakuim
Mendi Agotine Munshi
Limba Krepi Ikwe
Gallina Avenor
Timni Awuna
Pessi Agbosomi
Gola Aflao
Kondo Ataklu
Bassa Krikor
Kru Geng
Grebo Attaldoami
Awekwom Aja
Agni Ewemi
Oshiu Appa

Central Negroes Eastern Negroes
Bolo Pure Nilotics
Yako Shilluk
Tangala Nuer
Kali Dinka
Mishi Jur (Diur)
Doma Mittu
Mosgu, including— Jibbeh

Mandara Madi

Margi Lendu

Logon Alur (Lur)

Gamergu Acholi

Keribina Abaka

Kuri Golo

&c.

Nilotics with affinity
Nilotics with Affinity with Masai with Zandeh tribes Latuka

Dor (Bongo) Bari

NEGRO-BANTU NILOTIC-BANTU

TRANSITIONAL TRANSITIONAL
Bali Ba-Kwiri Ja-Luo
Ba-Kossi Abo
Ba-Ngwa Dualla
Ba-Nyang Bassa PYGMY TRIBES
Ngolo Ba-Noko Central Arica
Ba-Fo Ba-Puko Akka
Ba-Kundu Ba-Koko Ja-Mbute
Isubu Ba-Bongo

Ashango

&c.

BANTU NEGROIDS

Western Central Eastern
Ogowe Luba-Lunda Group Lacustrians
Ashira Ba-Luba, including— Ba-Nyoro
Ishogo Ba-Songe Ba-Toro
Ashango Wa-Rua Wa-Siba
Bakalai Wa-Guha Wa-Sinja
Nkomi Katanga Wa-Kerewe
Orungu Ba-Shilange (with Wa-Shashi
Mpongwe Ba-Kete element) Wa-Rundi
Oshekiani Ba-Iro
Benga Ba-Lunda Ba-Ganda
Ininga Probably connected Ba-Soga
Galao are— Ba-Kavirondo,
Apingi Manyema including—
Okanda Ba-Kumu Awaware
Osaka Wa-Regga Awarimi
Aduma Ba-Rotse, including— Awakisii
Mbamba Ma-Mbunda &c.
Umbete Ma-Supia
Bule Ma-Shukulumbwe
Bane Ba-Tonga Bantu of Recent
Yaunde and probably Immigration
Maka Va-Lovale
Bomone Wa-Kikuyu
Kunabembe Tribes of the Congo Wa-Kamba
Fang (recent immigrants bend Wa-Pokomo from the Congo group) Ba-Kessu Wa-Duruma

Ba-Tetela Wa-Digo

Ba-Songo Mino Wa-Giriama

Ba-Kuba Wa-Taita
Ba-Kongo, Ba-Lolo Wa-Nyatura including— Ba-Kuti Wa-Iramba

Mushi-Kongo Ba-Mbala Wa-Mbugwe

Mussorongo Ba-Huana Wa-Kaguru

Kabinda Ba-Yaka Wa-Gogo { possible

Ka-Kongo Ba-Pindi Wa-Chaga { Masai

Ba-Vili Ba-Kwese { element

Ma-Yumbe &c.

Ba-Lumbo Older Bantu

Ba-Sundi Tribes of the Congo Wa-Nyamwezi,

Ba-Bwende bank including—

Ba-Lali Wa-Genia Wa-Sukuma
}Trans-

Ba-Kunya Ba-Soko Wa-Sumbwa
}itional

Ba-Poto Wa-Nyanyembe }to

Mobali Wa-Jui
}Bantu

Mogwandi Wa-Kimbu }of

Na-Ngala{ Connected Wa-Kanongo
}recent

Ba-Bangi{ with Zandeh Wa-Wende
}immi-

{ group
}gration

Wa-Buma

Ba-Nunu Wa-Gunda

Ba-Loi Wa-Guru

Ba-Teke Wa-Galla

Wa-Pfuru Wa-Sambara

Wa-Mbundu Wa-Seguha

Wa-Mfumu Wa-Nguru

Ba-Nsinik Wa-Sagara

Ma-Wumba Wa-Doe

Ma-Yakalia Wa-Khutu

&c Wa-Sarmo

Wa-Hehe
TRANSITIONAL Wa-Bena
FROM CENTRAL Wa-Sanga
TO SOUTHERN Wa-Swahili (with Arab

BANTU elements)
Amoela Connected are—
Ganguela Wa-Kisi
Kioko Wa-Mpoto }
Minungo Ba-Tonga }
Imbangala Ba-Tumbuka }
Ba-Achinji Wa-Nyika }
Golo Wa-Nyamwanga }
Akin to
Hollo A-Mambwe }
Luba-

&c. Wa-Fipa }
Lunda
Mbunda peoples, Wa-Rungu } group including— A-Wemba }

Bihe A-Chewa }

Dembo A-Maravi }

Mbaka Ba-Senga }

Ngola Ba-Bisa }

Bondo A-Jawa (Yaos)

Ba-Ngala Wa-Mwera

Songo Wa-Gindo

Haku Ma-Konde

Lubolo Ma-Wia

Kisama Ma-Nganja

&c. Ma-Kua

SOUTHERN BANTU

(South and South-East Africa)
Ba-Nyai } Ama-Zulu, including—
Ma-Kalanga, } Affinity Ama-Swazi including } with Ama-Tonga

Mashona } Bechuana Matabele
Ba-Ronga } Angoni
Ba-Chuana, Ma-Gwangwara including— Ma-Huhu

Ba-Tlapin Ma-Viti

Ba-Rolong Ma-Situ

Ba-Ratlou Ma-Henge

Ba-Taung &c.

Ba-Rapulana Ama-Xosa, including—

Ba-Seleka Ama-Gcaleka

Ba-Hurutsi Ama-Hahebe

Ba-Tlaru Ama-Ngqika

Ba-Mangwato Ama-Tembu

Ba-Tauana Ama-Pondo

Ba-Ngwaketse &c.

Ba-Kuena Ova-Herero

&c. Ova-Mpo
HAMITO-BANTU BUSHMEN

BUSHMEN
TRANSITIONAL
Hottentots, } including— } S. W.

Namaqua } Africa

Koranna }

TRIBES IN MADAGASCAR
MALAYO-INDONESIANS BANTU-NEGROIDS
Hova Sakalava, including—
Betsileo (slight Bantu admixture) Menabe

Milaka

HOVA-BANTU Ronandra

TRANSITIONAL Mahafali

&c.
Malagasy, including—

Bestimisaraka Antanosi

Antambahoaka Antsihanaka

Antaimoro Antanala

Antaifasina Antaisara

Antaisaka &c.

IV. HISTORY
The origin and meaning of the name of the continent are discussed elsewhere (see AFRICA, ROMAN.) The word Africa was applied originally to the country in the immediate neighbourhood of Carthage, that part of the continent first known to the Romans, and it was subsequently extended with their increasing knowledge, till it came at last to include all that they knew of the continent. The Arabs still confine the name Ifrikia to the territory of Tunisia.

Phoenician and Greek colonization.
The valley of the lower Nile was the home in remotest antiquity of a civilized race. Egyptian culture had, however, remarkably little direct influence on the rest of the continent, a result due in large measure to the fact that Egypt is shut off landwards by immense deserts. If ancient
Egypt and Ethiopia (q.v.) be excluded, the story of Africa is largely a record of the doings of its Asiatic and European conquerors and colonizers,
Abyssinia being the only state which throughout historic times has maintained its independence. The countries bordering the Mediterranean were first exploited by the Phoenicians, whose earliest settlements were made before 1000 B.C. Carthage, founded about 800 B.C., speedily grew into a city without rival in the Mediterranean, and the Phoenicians, subduing the
Berber tribes, who then as now formed the bulk of the population, became masters of all the habitable region of North Africa west of the Great
Syrtis, and found in commerce a source of immense prosperity. Both
Egyptians and Carthaginians made attempts to reach the unknown parts of the continent by sea. Herodotus relates that an expedition under Phoenician navigators, employed by Necho, king of Egypt, c. 600 B.C., circumnavigated
Africa from the Red Sea to the Mediterranean, a voyage stated to have been accomplished in three years. Apart from the reported circumnavigation of the continent, the west coast was well known to the Phoenicians as far as
Cape Nun, and c. 520 B.C. Hanno, a Carthaginian, explored the coast as far, perhaps, as the Bight of Benin, certainly as far as Sierra Leone. A vague knowledge of the Niger regions was also possessed by the Phoenicians.
Meantime the first European colonists had planted themselves in Africa.
At the point where the continent approaches nearest the Greek islands,
Greeks founded the city of Cyrene (c. 631 B.C..) Cyrenaica became a flourishing colony, though being hemmed in on all sides by absolute desert it had little or no influence on inner Africa. The Greeks, however, exerted a powerful influence in Egypt. To Alexander the Great the city of
Alexandria owes its foundation (332 B.C.), and under the Hellenistic dynasty of the Ptolemies attempts were made to penetrate southward, and in this way was obtained some knowledge of Abyssinia. Neither Cyrenaica nor
Egypt was a serious rival to the Carthaginians, but all three powers were eventually supplanted by the Romans. After centuries of rivalry for supremacy1 the struggle was ended by the fall of Carthage in 146 B.C.
Within little more than a century from that date Egypt and Cyrene had become incorporated in the Roman empire. Under Rome the settled portions of the country were very prosperous, and a Latin strain was introduced into the land. Though Fezzan was occupied by them, the Romans elsewhere found the Sahara an impassable barrier. Nubia and Abyssinia were reached, but an expedition sent by the emperor Nero to discover the source of the Nile ended in failure. The utmost extent of geographical knowledge of the continent is shown in the writings of Ptolemy (2nd century A.D.), who knew of or guessed the existence of the great lake reservoirs of the Nile and had heard of the river Niger. Still Africa for the civilized world remained simply the countries bordering the Mediterranean. The continual struggle between Rome and the Berber tribes; the introduction of Christianity and the glories and sufferings of the Egyptian and African Churches; the invasion and conquest of the African provinces by the Vandals in the 5th century; the passing of the supreme power in the following century to the
Byzantine empire—all these events are told fully elsewhere.
In the 7th century of the Christian era occurred an event destined to have a permanent influence on the whole continent.

North Africa conquered by the Arabs.
Invading first Egypt, an Arab host, fanatical believers in the new faith of Mahomet, conquered the whole country from the Red Sea to the Atlantic and carried the Crescent into Spain. Throughout North Africa Christianity well-nigh disappeared, save in Egypt (where the Coptic Church was suffered to exist), and Upper Nubia and Abyssinia, which were not subdued by the
Moslems. In the 8th, 9th and 10th centuries the Arabs in Africa were numerically weak; they held the countries they had conquered by the sword only, but in the 11th century there was a great Arab immigration, resulting in a large absorption of Berber blood. Even before this the Berbers had very generally adopted the speech and religion of their conquerors. Arab influence and the Mahommedan religion thus became indelibly stamped on northern Africa. Together they spread southward across the Sahara. They also became firmly established along the eastern sea-board, where Arabs,
Persians and Indians planted flourishing colonies, such as Mombasa, Malindi and Sofala, playing a role, maritime and commercial, analogous to that filled in earlier centuries by the Carthaginians on the northern sea-board.
Of these eastern cities and states both Europe and the Arabs of North
Africa were long ignorant.
The first Arab invaders had recognized the authority of the caliphs of
Bagdad, and the Aghlabite dynasty—founded by Aghlab, one of Haroun al
Raschid’s generals, at the close of the 8th century—ruled as vassals of the caliphate. However, early in the 10th century the Fatimite dynasty established itself in Egypt, where Cairo had been founded A.D. 968, and from there ruled as far west as the Atlantic. Later still arose other dynasties

Appearance of the Turks. such as the Almoravides and Almohades. Eventually the Turks, who had conquered Constantinople in 1453, and had seized Egypt in 1517, established the regencies of Algeria, Tunisia and Tripoli (between 1519 and 1551),
Morocco remaining an independent Arabized Berber state under the Sharifan dynasty, which had its beginnings at the end of the 13th century. Under the earlier dynasties Arabian or Moorish culture had attained a high degree of excellence, while the spirit of adventure and the proselytizing zeal of the followers of Islam led to a considerable extension of the knowledge of the continent. This was rendered more easy by their use of the camel (first introduced into Africa by the Persian conquerors of Egypt), which enabled the Arabs to traverse the desert. In this way Senegambia and the middle
Niger regions fell under the influence of the Arabs and Berbers, but it was not until 1591 that Timbuktu—a city founded in the 11th century—became
Moslem. That city had been reached in 1352 by the great Arab traveller Ibn
Batuta, to whose journey to Mombasa and Quiloa (Kilwa) was due the first accurate knowledge of those flourishing Moslem cities on the east African sea-boards. Except along this sea-board, which was colonized directly from
Asia, Arab progress southward was stopped by the broad belt of dense forest which, stretching almost across the continent somewhat south of 10 deg. N., barred their advance as effectually as had the Sahara that of their predecessors, and cut them off from knowledge of the Guinea coast and of all Africa beyond. One of the regions which came latest under Arab control was that of Nubia, where a Christian civilization and state existed up to the 14th century.
For a time the Moslem conquests in South Europe had virtually made of the
Mediterranean an Arab lake, but the expulsion in the 11th century of the
Saracens from Sicily and southern Italy by the Normans was followed by descents of the conquerors on Tunisia and Tripoli. Somewhat later a busy trade with the African coast-lands, and especially with Egypt, was developed by Venice, Pisa, Genoa and other cities of North Italy. By the end of the 15th century Spain had completely thrown off the Moslem yoke, but even while the Moors were still in Granada, Portugal was strong enough to carry the war into Africa. In 1415 a Portuguese force captured the citadel of Ceuta on the Moorish coast. From that time onward Portugal repeatedly

Spain and Portugal invade the Barbary States. interfered in the affairs of Morocco, while Spain acquired many ports in
Algeria and Tunisia. Portugal, however, suffered a crushing defeat in 1578 at al Kasr al Kebir, the Moors being led by Abd el Malek I. of the then recently established Sharifan dynasty. By that time the Spaniards had lost almost all their African possessions. The Barbary states, primarily from the example of the Moors expelled from Spain, degenerated into mere communities of pirates, and under Turkish influence civilization and commerce declined. The story of these states from the beginning of the 16th century to the third decade of the 19th century is largely made up of piratical exploits on the one hand and of ineffectual reprisals on the other. In Algiers, Tunis and other cities were thousands of Christian slaves.
But with the battle of Ceuta Africa had ceased to belong solely to the
Mediterranean world. Among those who fought there was

Discovery of the Guinea coast—Rise of the slave trade. one. Prince Henry «the Navigator,» son of King John I., who was fired with the ambition to acquire for Portugal the unknown parts of Africa.
Under his inspiration and direction was begun that series of voyages of exploration which resulted in the circumnavigation of Africa and the establishment of Portuguese sovereignty over large areas of the coast- lands. Cape Bojador was doubled in 1434, Cape Verde in 1445, and by 1480 the whole Guinea coast was known. In 1482 Diogo Cam or Cao discovered the mouth of the Congo, the Cape of Good Hope was doubled by Bartholomew Diaz in 1488, and in 1498 Vasco da Gama, after having rounded the Cape, sailed up the east coast, touched at Sofala and Malindi, and went thence to India.
Over all the countries discovered by their navigators Portugal claimed sovereign rights, but these were not exercised in the extreme south of the continent. The Guinea coast, as the first discovered and the nearest to
Europe, was first exploited. Numerous forts and trading stations were established, the earliest being Sao Jorge da Mina (Elmina), begun in 1482.
The chief commodities dealt in were slaves, gold, ivory and spices. The discovery of America (1492) was followed by a great development of the slave trade, which, before the Portuguese era, had been an overland trade almost exclusively confined to Mahommedan Africa. The lucrative nature of this trade and the large quantities of alluvial gold obtained by the
Portuguese drew other nations to the Guinea coast. English mariners went thither as early as 1553, and they were followed by Spaniards, Dutch,
French, Danish and other adventurers. Much of Senegambia was made known as a result of quests during the 16th century for the «hills of gold» in
Bambuk and the fabled wealth of Timbuktu, but the middle Niger was not reached. The supremacy along the coast passed in the 17th century from
Portugal to Holland and from Holland in the 18th and 19th centuries to
France and England. The whole coast from Senegal to Lagos was dotted with forts and «factories» of rival powers, and this international patchwork persists though all the hinterland has become either French or British territory.
Southward from the mouth of the Congo2 to the inhospitable region of
Damaraland, the Portuguese, from 1491 onward, acquired influence over the
Bantu-Negro inhabitants, and in the early part of the 16th century through their efforts Christianity was largely adopted in the native kingtom of
Congo. An irruption of cannibals from the interior later in the same century broke the power of this semi-Christian state, and Portuguese activity was transferred to a great extent farther south, Sao Paulo de
Loanda being founded in 1576. The sovereignty of Portugal over this coast region, except for the mouth of the Congo, has been once only challenged by a European power, and that was in 1640-1648, when the Dutch held the seaports.
Neglecting the comparatively poor and thinly inhabited regions of South
Africa, the Portuguese no sooner discovered than they coveted the flourishing cities held by Arabized peoples between Sofala and Cape
Guardafui. By 1520 all these Moslem

The Portuguese in East Africa and Abyssinia. sultanates had been seized by Portugal, Mozambique being chosen as the chief city of her East African possessions. Nor was Portuguese activity confined to the coast-lands. The lower and middle Zambezi valley was explored (16th and 17th centuries), and here the Portuguese found semi- civilized Bantu-Negro tribes, who had been for many years in contact with the coast Arabs. Strenuous efforts were made to obtain possession of the country (modern Rhodesia) known to them as the kingdom or empire of
Monomotapa, where gold had been worked by the natives from about the 12th century A.D., and whence the Arabs, whom the Portuguese dispossessed, were still obtaining supplies in the 16th century. Several expeditions were despatched inland from 1569 onward and considerable quantities of gold were obtained. Portugal’s hold on the interior, never very effective, weakened during the 17th century, and in the middle of the 18th century ceased with the abandonment of the forts in the Manica district.
At the period of her greatest power Portugal exercised a strong influence in Abyssinia also. In the ruler of Abyssinia (to whose dominions a
Portuguese traveller had penetrated before Vasco da Gama’s memorable voyage) the Portuguese imagined they had found the legendary Christian king, Prester John, and when the complete overthrow of the native dynasty and the Christian religion was imminent by the victories of Mahommedan invaders, the exploits of a band of 400 Portuguese under Christopher da
Gama during 1541-1543 turned the scale in favour of Abyssinia and had thus an enduring result on the future of North-East Africa. After da Gama’s time
Portuguese Jesuits resorted to Abyssinia. While they failed in their efforts to convert the Abyssinians to Roman Catholicism they acquired an extensive knowledge of the country. Pedro Paez in 1615, and, ten years later, Jeronimo Lobo, both visited the sources of the Blue Nile. In 1663 the Portuguese, who had outstayed their welcome, were expelled from the
Abyssinian dominions. At this time Portuguese influence on the Zanzibar coast was waning before the power of the Arabs of Muscat, and by 1730 no point on the east coast north of Cape Delgado was held by Portugal.
It has been seen that Portugal took no steps to acquire the southern part of the continent. To the Portuguese the Cape of

English and Dutch at Table Bay—Cape Colony founded.
Good Hope was simply a landmark on the road to India, and mariners of other nations who followed in their wake used Table Bay only as a convenient spot wherein to refit on their voyage to the East. By the beginning of the 17th century the bay was much resorted to for this purpose, chiefly by English and Dutch vessels. In 1620, with the object of forestalling the Dutch, two officers of the East India Company, on their own initiative, took possession of Table Bay in the name of King James, fearing otherwise that
English ships would be «frustrated of watering but by license.» Their action was not approved in London and the proclamation they issued remained without effect. The Netherlands profited by the apathy of the English. On the advice of sailors who had been shipwrecked in Table Bay the Netherlands
East India Company, in 1651, sent out a fleet of three small vessels under
Jan van Riebeek which reached Table Bay on the 6th of April 1652, when,
164 years after its discovery, the first permanent white settlement was made in South Africa. The Portuguese, whose power in Africa was already waning, were not in a position to interfere with the Dutch plans, and
England was content to seize the island of St Helena as her half-way house to the East3. In its inception the settlement at the Cape was not intended to become an African colony, but was regarded as the most westerly outpost of the Dutch East Indies. Nevertheless, despite the paucity of ports and the absence of navigable rivers, the Dutch colonists, freed from any apprehension of European trouble by the friendship between Great Britain and Holland, and leavened by Huguenot blood, gradually spread northward, stamping their language, law and religion indelibly upon South Africa. This process, however, was exceedingly slow.
During the 18th century there is little to record in the history of
Africa. The nations of Europe, engaged in the later half of the

Waning and revival of interest in Africa. century in almost constant warfare, and struggling for supremacy in America and the East, to a large extent lost their interest in the continent. Only on the west coast was there keen rivalry, and here the motive was securance of trade rather than territorial acquisitions. In this century the slave trade reached its highest development, the trade in gold, ivory, gum and spices being small in comparison. In the interior of the continent—Portugal’s energy being expended—no interest was shown, the nations with establishments on the coast «taking no further notice of the inhabitants or their land than to obtain at the easiest rate what they procure with as little trouble as possible, or to carry them off for slaves to their plantations in America» (Encyclopaedia Britannica, 3rd ed.,
1797). Even the scanty knowledge acquired by the ancients and the Arabs was in the main forgotten or disbelieved. It was the period when — Geographers, in Afric maps, With savage pictures filled their gaps, And o’er unhabitable downs Placed elephants for want of towns.

(Poetry, a Rhapsody. By Jonathan Swift.)
The prevailing ignorance may be gauged by the statement in the third edition of the Encyclopaedia Britannica that «the Gambia and Senegal rivers are only branches of the Niger.» But the closing years of the 18th century, which witnessed the partial awakening of the public conscience of
Europe to the iniquities of the slave trade, were also notable for the revival of interest in inner Africa. A society, the African Association,4 was formed in London in 1788 for the exploration of the interior of the continent. The era of great discoveries had begun a little earlier in the famous journey (1770-1772) of James Bruce through Abyssinia and Sennar, during which he determined the course of the Blue Nile. But it was through the agents of the African Association that knowledge was gained of the
Niger regions. The Niger itself was first reached by Mungo Park, who travelled by way of the Gambia, in 1795. Park, on a second journey in 1805, passed Timbuktu and descended the Niger to Bussa, where he lost his life, having just failed to solve the question as to where the river reached the ocean. (This problem was ultimately solved by Richard Lander and his brother in 1830.) The first scientific explorer of South-East Africa, Dr
Francisco de Lacerda, a Portuguese, also lost his life in that country.
Lacerda travelled up the Zambezi to Tete, going thence towards Lake Mweru, near which he died in 1798. The first recorded crossing of Africa was accomplished between the years 1802 and 1811 by two half-caste Portuguese traders, Pedro Baptista and A. Jose, who passed from Angola eastward to the
Zambezi.
Although the Napoleonic wars distracted the attention of Europe from exploratory work in Africa, those wars nevertheless

Effects of the Napoleonic wars—Britain seizes the Cape. exercised great influence on the future of the continent, both in Egypt and
South Africa. The occupation of Egypt (1798-1803) first by France and then by Great Britain resulted in an effort by Turkey to regain direct control over that country,5 followed in 1811 by the establishment under Mehemet Ali of an almost independent state, and the extension of Egyptian rule over the eastern Sudan (from 1820 onward). In South Africa the struggle with
Napoleon caused Great Britain to take possession of the Dutch settlements at the Cape, and in 1814 Cape Colony, which had been continuously occupied by British troops since 1806, was formally ceded to the British crown.
The close of the European conflicts with the battle of Waterloo was followed by vigorous efforts on the part of the British government to become better acquainted with Africa, and to substitute colonization and legitimate trade for the slave traffic, declared illegal for British subjects in 1807 and abolished by all other European powers by 1836. To
West Africa Britain devoted much attention. The slave trade abolitionists had already, in 1788, formed a settlement at Sierra Leone, on the Guinea coast, for freed slaves, and from this establishment grew the colony of
Sierra Leone, long notorious, by reason of its deadly climate, as «The
White Man’s Grave.»6 Farther east the establishments on the Gold Coast began to take a part in the politics of the interior, and the first British mission to Kumasi, despatched in 1817, led to the assumption of a protectorate over the maritime tribes heretofore governed by the Ashanti.
An expedition sent in 1816 to explore the Congo from its mouth did not succeed in getting beyond the rapids which bar the way to the interior, but in the central Sudan much better results were obtained. In 1823 three
English travellers, Walter Oudney, Dixon Denham and Hugh Clapperton, reached Lake Chad from Tripoli—the first white men to reach that lake. The partial exploration of Bornu and the Hausa states by Clapperton, which followed, revealed the existence of large and flourishing cities and a semi- civilized people in a region hitherto unknown. The discovery in 1830 of the mouth of the Niger by Clapperton’s servant Lander, already mentioned, had been preceded by the journeys of Major A.G. Laing (1826) and Rene Caillie
(1827) to Timbuktu, and was followed (1832-1833) by the partial ascent of the Benue affluent of the Niger by Macgregor Laird. In 1841 a disastrous attempt was made to plant a white colony on the lower Niger, an expedition
(largely philanthropic and antislavery in its inception) which ended in utter failure. Nevertheless from that time British traders remained on the lower Niger, their continued presence leading ultimately to the acquisition of political rights over the delta and the Hausa states by Great Britain.7
Another endeavour by the British government to open up commercial relations with the Niger countries resulted in the addition of a vast amount of information concerning the countries between Timbuktu and Lake Chad, owing to the labours of Heinrich Barth (1850-1855), originally a subordinate, but the only surviving member of the expedition sent out.
Meantime considerable changes had been made in other parts of the continent, the most notable being—the occupation of Algiers by France in
1830, an end being thereby put to the piratical proceedings of the Barbary states; the continued expansion southward of Egyptian authority with the consequent additions to the knowledge of the Nile; and the establishment of independent states ((Orange Free State and the Transvaal) by Dutch farmers
(Boers) dissatisfied with British rule in Cape Colony. Natal, so named by
Vasco da Gama, had been made a British colony (1843), the attempt of the
Boers to acquire it being frustrated. The city of Zanzibar, on the island of that name, founded in 1832 by Seyyid Said of Muscat, rapidly attained importance, and Arabs began to penetrate to the great lakes of East
Africa,8 concerning which little more was known (and less believed) than in the time of Ptolemy. Accounts of a vast inland sea, and the discovery in
1848-1840, by the missionaries Ludwig Krapf and J.Rebmann, of the snow-clad mountains of Kilimanjaro and Kenya, stimulated in Europe the desire for further knowledge.
At this period, the middle of the 19th century, Protestant missions were carrying on active propaganda on the Guinea

The era of great explorers. coast, in South Africa and in the Zanzibar dominions. Their work, largely beneficent, was being conducted in regions and among peoples little known, and in many instances missionaries turned explorers and became pioneers of trade and empire. One of the first to attempt to fill up the remaining blank spaces in the map was David Livings tone, who had been engaged since
1840 in missionary work north of the Orange. In 1849 Livingstone crossed the Kalahari Desert from south to north and reached Lake Ngami, and between
1851 and 1856 he traversed the continent from west to east, making known the great waterways of the upper Zambezi. During these journeyings
Livingstone discovered, November 1855, the famous Victoria Falls, so named after the queen of England. In 1858-1864 the lower Zambezi, the Shire and
Lake Nyasa were explored by Livingstone, Nyasa having been first reached by the confidential slave of Antonio da Silva Porto, a Portuguese trader established at Bihe in Angola, who crossed Africa during 1853-1856 from
Benguella to the mouth of the Rovuma. While Livingstone circumnavigated
Nyasa, the more northerly lake, Tanganyika, had been visited (1858) by
Richard Burton and J. H. Speke, and the last named had sighted Victoria
Nyanza. Returning to East Africa with J. A. Grant, Speke reached, in 1862, the river which flowed from Victoria Nyanza, and following it (in the main) down to Egypt, had the distinction of being the first man to read the riddle of the Nile. In 1864 another Nile explorer, Samuel Baker, discovered the Albert Nyanza, the chief western reservoir of the river. In 1866
Livingstone began his last great journey, in which he made known Lakes
Mweru and Bangweulu and discovered the Lualaba (the upper part of the
Congo), but died (1873) before he had been able to demonstrate its ultimate course, believing indeed that the Lualaba belonged to the Nile system.
Livingstone’s lonely death in the heart of Africa evoked a keener desire than ever to complete the work he left undone. H. M. Stanley, who had in
1871 succeeded in finding and succouring Livingstone, started again for
Zanzibar in 1874, and in the most memorable of all exploring expeditions in
Africa circumnavigated Victoria Nyanza and Tanganyika, and, striking farther inland to the Lualaba, followed that river down to the Atlantic
Ocean—reached in August 1877—and proved it to be the Congo. Stanley had been preceded, in 1874, at Nyangwe, Livingstone’s farthest point on the
Lualaba, by Lovett Cameron, who was, however, unable farther to explore its course, making his way to the west coast by a route south of the Congo.
While the great mystery of Central Africa was being solved explorers were also active in other parts of the continent. Southern Morocco, the Sahara and the Sudan were traversed in many directions between 1860 and 1875 by
Gerhard Rohlfs, Georg Schweinfurth and Gustav Nachtigal. These travellers not only added considerably to geographical knowledge, but obtained invaluable information concerning the people, languages and natural history of the countries in which they sojourned.9 Among the discoveries of
Schweinfurth was one that confirmed the Greek legends of the existence beyond Egypt of a pygmy race. But the first discoverer of the dwarf races of Central Africa was Paul du Chaillu, who found them in the Ogowe district of the west coast in 1865, five years before Schweinfurth’s first meeting with the Pygmies; du Chaillu having previously, as the result of journeys in the Gabun country between 1855 and 1859, made popular in Europe the knowledge of the existence of the gorilla, perhaps the gigantic ape seen by
Hanno the Carthaginian, and whose existence, up to the middle of the 19th century, was thought to be as legendary as that of the Pygmies of
Aristotle.
In South Africa the filling up of the map also proceeded apace. The finding, in 1869, of rich diamond fields in the valley of the Vaal river, near its confluence with the Orange, caused a rush of emigrants to that district, and led to conflicts between the Dutch and British authorities and the extension of British authority northward. In 1871 the ruins of the great Zimbabwe in Mashonaland, the chief fortress and distributing centre of the race which in medieval times worked the goldfields of South-East
Africa, were explored by Karl Mauch. In the following year F. C. Selous began his journeys over South Central Africa, which continued for more than twenty years and extended over every part of Mashonaland and Matabeleland.
(F. R. C.)

V. PARTITION AMONG EUROPEAN POWERS
In the last quarter of the 19th century the map of Africa was transformed. After the discovery of the Congo the story of exploration takes second place; the continent becomes the theatre of European expansion. Lines of partition, drawn often through trackless wildernesses, marked out the possessions of Germany, France, Great Britain and other powers. Railways penetrated the interior, vast areas were opened up to civilized occupation, and from ancient Egypt to the Zambezi the continent was startled into new life.
Before 1875 the only powers with any considerable interest in Africa were
Britain, Portugal and France. Between 1815 and 1850, as has been shown above, the British government devoted much energy, not always informed by knowledge, to western and southern Africa. In both directions Great Britain had met with much discouragement; on the west coast, disease, death, decaying trade and useless conflicts with savage foes had been the normal experience; in the south recalcitrant Boers and hostile Kaffirs caused almost endless trouble. The visions once entertained of vigorous negro communities at once civilized and Christian faded away; to the hot fit of philanthropy succeeded the cold fit of indifference and a disinclination to bear the burden of empire. The low-water mark of British interest in South
Africa was reached in 1854 when independence was forced on the Orange River
Boers, while in 1865 the mind of the nation was fairly reflected by the unanimous resolution of a representative House of Commons committee:10
«that all further extension of territory or assumption of government, or new treaty offering any protection to native tribes, would be inexpedient.» For nearly twenty years the spirit of that resolution paralysed British action in Africa, although many circumstances—the absence of any serious European rival, the inevitable border disputes with uncivilized races, and the activity of missionary and trader—conspired to make British influence dominant in large areas of the continent over which the government exercised no definite authority. The freedom with which blood and treasure were spent to enforce respect for the British flag or to succour British subjects in distress, as in the Abyssinian campaign of 1867-
68 and the Ashanti war of 1873, tended further to enhance the reputation of
Great Britain among African races, while, as an inevitable result of the possession of India, British officials exercised considerable power at the court of Zanzibar, which indeed owed its separate existence to a decision of Lord Canning, the governor-general of India, in 1861 recognizing the division of the Arabian and African dominions of the imam of Muscat.
It has been said that Great Britain was without serious rival. On the
Gold Coast she had bought the Danish forts in 1850 and acquired the Dutch,
1871-1872, in exchange for establishments in Sumatra. But Portugal still held, both in the east and west of Africa, considerable stretches of the tropical coast-lands, and it was in 1875 that she obtained, as a result of the arbitration of Marshal MacMahon, possession of the whole of Delagoa
Bay, to the southern part of which England also laid claim by virtue of a treaty of cession concluded with native chiefs in 1823. The only other
European power which at the period under consideration had considerable possessions in Africa was France. Besides Algeria, France had settlements on the Senegal, where in 1854 the appointment of General Faidherbe as governor marked the beginning of a policy of expansion; she had also various posts on the upper Guinea coast, had taken the estuary of the Gabun as a station for her navy, and had acquired (1862) Obok at the southern entrance to the Red Sea.
In North Africa the Turks had (in 1835) assumed direct control of
Tripoli, while Morocco had fallen into a state of decay though retaining its independence. The most remarkable change was in Egypt, where the
Khedive Ismail had introduced a somewhat fantastic imitation of European civilization. In addition Ismail had conquered Darfur, annexed Harrar and the Somali ports on the Gulf of Aden, was extending his power southward to the equatorial lakes, and even contemplated reaching the Indian Ocean. The
Suez Canal, opened in 1869, had a great influence on the future of Africa, as it again made Egypt the highway to the East, to the detriment of the
Cape route.
Any estimate of the area of African territory held by European nations in
1875 is necessarily but approximate, and varies chiefly

The division of the continent in 1875. as the compiler of statistics rejects or accepts the vague claims of
Portugal to sovereignty over the hinterland of her coast possessions. At that period other European nations—with the occasional exception of Great
Britain—were indifferent to Portugal’s pretensions, and her estimate of her
African empire as covering over 700,000 sq. m. was not challenged.11 But the area under effective control of Portugal at that time did not exceed
40,000 sq. m. Great Britain then held some 250,000 sq. m., France about
170,000 sq. m. and Spain 1000 sq.m. The area of the independent Dutch republics (the Transvaal and Orange Free State) was some 150,000 sq. m., so that the total area of Africa ruled by Europeans did not exceed 1,271,000 sq. m.; roughly one-tenth of the continent. This estimate, as it admits the full extent of Portuguese claims and does not include Madagascar, in reality considerably overstates the case.
Egypt and the Egyptian Sudan, Tunisia and Tripoli were subject in differing ways to the overlordship of the sultan of Turkey, and with these may be ranked, in the scale of organized governments, the three principal independent states, Morocco, Abyssinia and Zanzibar, as also the negro republic of Liberia. There remained, apart from the Sahara, roughly one half of Africa, lying mostly within the tropics, inhabited by a multitude of tribes and peoples living under various forms of government and subject to frequent changes in respect of political organization. In this region were the negro states of Ashanti, Dahomey and Benin on the west coast, the
Mahommedan sultanates of the central Sudan, and a number of negro kingdoms in the east central and south central regions. Of these Uganda on the north- west shores of Victoria Nyanza, Cazembe and Muata Hianvo (or Yanvo) may be mentioned. The two last-named kingdoms occupied respectively the south- eastern and south-western parts of the Congo basin. In all this vast region the Negro and Negro-Bantu races predominated, for the most part untouched by Mahommedanism or Christian influences. They lacked political cohesion, and possessed neither the means nor the inclination to extend their influence beyond their own borders. The exploitation of Africa continued to be entirely the work of alien races.
The causes which led to the partition of Africa may now be considered.
They are to be found in the economic and political

Causes which led to partition. state of western Europe at the time. Germany, strong and united as the result of the Franco-Prussian War of 1870, was seeking new outlets for her energies —new markets for her growing industries, and with the markets, colonies. Yet the idea of colonial expansion was of slow growth in Germany, and when Prince Bismarck at length acted Africa was the only field left to exploit, South America being protected from interference by the known determination of the United States to enforce the Monroe Doctrine, while
Great Britain, France, the Netherlands, Portugal and Spain already held most of the other regions of the world where colonization was possible. For different reasons the war of 1870 was also the starting-point for France in the building up of a new colonial empire. In her endeavour to regain the position lost in that war France had to look beyond Europe. To the two causes mentioned must be added others. Great Britain and Portugal, when they found their interests threatened, bestirred themselves, while Italy also conceived it necessary to become an African power. Great Britain awoke to the need for action too late to secure predominance in all the regions where formerly hers was the only European influence. She had to contend not only with the economic forces which urged her rivals to action, but had also to combat the jealous opposition of almost every European nation to the further growth of British power. Italy alone acted throughout in cordial co-operation with Great Britain.
It was not, however, the action of any of the great powers of Europe which precipitated the struggle. This was brought about by the ambitious projects of Leopold II, king of the Belgians. The discoveries of
Livingstone, Stanley and others had aroused especial interest among two classes of men in western Europe, one the manufacturing and trading class, which saw in Central Africa possibilities of commercial development, the other the philanthropic and missionary class, which beheld in the newly discovered lands millions of savages to Christianize and civilize. The possibility of utilizing both these classes in the creation of a vast state, of which he should be the chief, formed itself in the mind of
Leopold II. even before Stanley had navigated the Congo. The king’s action was immediate; it proved successful; but no sooner was the nature of his project understood in Europe than it provoked the rivalry of France and
Germany, and thus the international struggle was begun.

Conflicting ambitions of the European powers.
At this point it is expedient, in the light of subsequent events, to set forth the designs then entertained by the European powers that participated in the struggle for Africa. Portugal was striving to retain as large a share as possible of her shadowy empire, and particularly to establish her claims to the Zambezi region, so as to secure a belt of territory across
Africa from Mozambique to Angola. Great Britain, once aroused to the imminence of danger, put forth vigorous efforts in East Africa and on the
Niger, but her most ambitious dream was the establishment of an unbroken line of British possessions and spheres of influence from south to north of the continent, from Cape Colony to Egypt. Germany’s ambition can be easily described. It was to secure as much as possible, so as to make up for lost opportunities. Italy coveted Tripoli, but that province could not be seized without risking war. For the rest Italy’s territorial ambitions were confined to North-East Africa, where she hoped to acquire a dominating, influence over Abyssinia. French ambitions, apart from Madagascar, were confined to the northern and central portions of the continent. To extend her possessions on the Mediterranean littoral, and to connect them with her colonies in West Africa, the western Sudan, and on the Congo, by establishing her influence over the vast intermediate regions, was France’s first ambition. But the defeat of the Italians in Abyssinia and the impending downfall of the khalifa’s power in the valley of the upper Nile suggested a still more daring project to the French government—none other than the establishment of French influence over a broad belt of territory stretching across the continent from west to east, from Senegal on the
Atlantic coast to the Gulf of Aden. The fact that France possessed a small part of the Red Sea coast gave point to this design. But these conflicting ambitions could not all be realized and Germany succeeded in preventing
Great Britain obtaining a continuous band of British territory from south to north,while Great Britain, by excluding France from the upper Nile valley, dispelled the French dream of an empire from west to east. King
Leopold’s ambitions have already been indicated. The part of the continent to which from the first he directed his energies was the equatorial region.
In September 1876 he took what may be described as the first definite step in the modern partition of the continent. He summoned to a conference at
Brussels representatives of Great Britain, Belgium, France, Germany,
Austria-Hungary, Italy and Russia, to deliberate on the best methods to be adopted for the exploration and civilization of Africa, and the opening up of the interior of the continent to commerce and industry. The conference was entirely unofficial. The delegates who attended neither represented nor pledged their respective governments. Their deliberations lasted three days and resulted in the foundation of «The International African
Association,» with its headquarters at Brussels. It was further resolved to establish national committees in the various countries represented, which should collect funds and appoint delegates to the International
Association. The central idea appears to have been to put the exploration and development of Africa upon an international footing. But it quickly became apparent that this was an unattainable ideal. The national committees were soon working independently of the International
Association, and the Association itself passed through a succession of stages until it became purely Belgian in character, and at last developed into the Congo Free State, under the personal sovereignty of King Leopold.
At first the Association devoted itself to sending expeditions to the great central lakes from the east coast; but failure, more or less complete attended its efforts in this direction, and it was not until the return of
Stanley, in January 1878, from his great journey down the Congo, that its ruling spirit, King Leopold, definitely turned his thoughts towards the
Congo. In June of that year, Stanley visited the king at Brussels, and in the following November a private conference was held, and a committee was appointed for the investigation of the upper Congo.
Stanley’s remarkable discovery had stirred ambition in other capitals than Brussels. France had always taken a keen interest

The struggle for the Congo. in West Africa, and in the years 1875 to 1878 Savorgnan de Brazza had carried out a successful exploration of the Ogowe river to the south of the
Gabun. De Brazza determined that the Ogowe did not offer that great waterway into the interior of which he was in search, and he returned to
Europe without having heard of the discoveries of Stanley farther south.
Naturally, however, Stanley’s discoveries were keenly followed in France.
In Portugal, too, the discovery of the Congo, with its magnificent unbroken waterway of more than a thousand miles into the heart of the continent served to revive the languid energies of the Portuguese, who promptly began to furbish up claims whose age was in inverse ratio to their validity.
Claims, annexations and occupations were in the air, and when in January
1879 Stanley left Europe as the accredited agent of King Leopold and the
Congo committee, the strictest secrecy was observed as to his real aims and intentions. The expedition was, it was alleged, proceeding up the Congo to assist the Belgian expedition which had entered from the east coast, and
Stanley himself went first to Zanzibar. But in August 1879 Stanley found himself again at Banana Point, at the mouth of the Congo, with, as he himself has written, «the novel mission of sowing along its banks civilized settlements to peacefully conquer and subdue it, to remould it in harmony with modern ideas into national states, within whose limits the
European merchant shall go hand in hand with the dark African trader, and justice and law and order shall prevail, and murder and lawlessness and the cruel barter of slaves shall be overcome.» The irony of human aspirations was never perhaps more plainly demonstrated than in the contrast between the ideal thus set before themselves by those who employed Stanley, and the actual results of their intervention in Africa. Stanley founded his first station at Vivi, between the mouth of the Congo and the rapids that obstruct its course where it breaks over the western edge of the central continental plateau. Above the rapids he established a station on Stanley
Pool and named it Leopoldville, founding other stations on the main stream in the direction of the falls that bear his name.
Meanwhile de Brazza was far from idle. He had returned to Africa at the beginning of 1880, and while the agents of King Leopold were making treaties and founding stations along the southern bank of the river, de
Brazza and other French agents were equally busy on the northern bank. De
Brazza was sent out to Africa by the French committee of the International
African Association, which provided him with the funds for the expedition.
His avowed object was to explore the region between the Gabun and Lake
Chad. But his real object was to anticipate Stanley on the Congo. The international character of the association founded by King Leopold was never more than a polite fiction, and the rivalry between the French and the Belgians on the Congo was soon open, if not avowed. In October 1880 de
Brazza made a solemn treaty with a chief on the north bank of the Congo, who claimed that his authority extended over a large area, including territory on the southern bank of the river. As soon as this chief had accepted French protection, de Brazza crossed over to the south of the river, and founded a station close to the present site of Leopoldville. The discovery by Stanley of the French station annoyed King Leopold’s agent, and he promptly challenged the rights of the chief who purported to have placed the country under French protection, and himself founded a Belgian station close to the site selected by de Brazza. In the result, the French station was withdrawn to the northern side of Stanley Pool, where it is now known as Brazzaville.
The activity of French and Belgian agents on the Congo had not passed unnoticed in Lisbon, and the Portuguese government saw that no time was to be lost if the claims it had never ceased to put forward on the west coast were not to go by default. At varying periods during the 19th century
Portugal had put forward claims to the whole of the West African coast, between 5 deg. 12′ and 8 deg. south. North of the Congo mouth she claimed the territories of Kabinda and Molemba, alleging that they had been in her possession since 1484. Great Britain had never, however, admitted this claim, and south of the Congo had declined to recognize Portuguese possessions as extending north of Ambriz. In 1856 orders were given to
British cruisers to prevent by force any attempt to extend Portuguese dominion north of that place. But the Portuguese had been persistent in urging their claims, and in 1882 negotiations were again opened with the
British government for recognition of Portuguese rights over both banks of the Congo on the coast, and for some distance inland. Into the details of the negotiations, which were conducted for Great Britain by the 2nd Earl
Granville, who was then secretary for foreign affairs, it is unnecessary to enter; they resulted in the signing on the 26th of February 1884 of a treaty, by which Great Britain recognized the sovereignty of the king of
Portugal «over that part of the west coast of Africa, situated between 8 deg. and 5 deg. 12′ south latitude,» and inland as far as Noki, on the south bank of the Congo, below Vivi. The navigation of the Congo was to be controlled by an Anglo-Portuguese commission. The publication of this treaty evoked immediate protests, not only on the continent but in Great
Britain. In face of the disapproval aroused by the treaty, Lord Granville found himself unable to ratify it. The protests had not been confined to
France and the king of the Belgians. Germany had not yet acquired formal footing in Africa, but she was crouching for the spring prior to taking her part in the scramble, and Prince Bismarck had expressed, in vigorous language, the objections entertained by Germany to the Anglo-Portuguese treaty.
For some time before 1884 there had been growing up a general conviction that it would be desirable for the powers who were interesting themselves in Africa to come to some agreement as to «the rules of the game,» and to define their respective interests so far as that was practicable. Lord
Granville’s ill-fated treaty brought this sentiment to a head, and it was agreed to hold an international conference on African affairs. But before discussing the Berlin conference of 1884-1885, it will be well to see what was the position, on the eve of the conference, in other parts of the
African continent. In the southern section of Africa, south of the Zambezi, important events had been happening. In 1876 Great Britain had concluded an agreement

British influence consolidated in South Africa. with the Orange Free State for an adjustment of frontiers, the result of which was to leave the Kimberley diamond fields in British territory, in exchange for a payment of L. 90,000 to the Orange Free State. On the 12th of April 1877 Sir Theophilus Shepstone had issued a proclamation declaring the Transvaal— the South African Republic, as it was officially designated—to be British territory (see TRANSVAAL.) In December 1880 war broke out and lasted until March 1881, when a treaty of peace was signed.
This treaty of peace was followed by a convention, signed in August of the same year, under which complete self-government was guaranteed to the inhabitants of the Transvaal, subject to the suzerainty of Great Britain, upon certain terms and conditions and subject to certain reservations and limitations. No sooner was the convention signed than it became the object of the Boers to obtain a modification of the conditions and limitations imposed, and in February 1884 a fresh convention was signed, amending the convention of 1881. Article IV. of the new convention provided that «The
South African Republic will conclude no treaty or engagement with any state or nation other than the Orange Free State, nor with any native tribe to the eastward or westward of the Republic, until the same has been approved by Her Majesty the Queen.» The precise effect of the two conventions has been the occasion for interminable discussions, but as the subject is now one of merely academic interest, it is sufficient to say that when the
Berlin conference held its first meeting in 1884 the Transvaal was practically independent, so far as its internal administration was concerned, while its foreign relations were subject to the control just quoted.
But although the Transvaal had thus, between the years 1875 and 1884, become and ceased to be British territory, British influence in other parts of Africa south of the Zambezi had been steadily extended. To the west of the Orange Free State, Griqualand West was annexed to the Cape in 1880, while to the east the territories beyond the Kei river were included in
Cape Colony between 1877 and 1884, so that in the latter year, with the exception of Pondoland, the whole of South-East Africa was in one form or another under British control. North of Natal, Zululand was not actually annexed until 1887, although since 1879, when the military power of the
Zulus was broken up, British influence had been admittedly supreme. In
December 1884 St Lucia Bay—upon which Germany was casting covetous eyes—had been taken possession of in virtue of its cession to Great Britain by the
Zulu king in 1843, and three years later an agreement of non-cession to foreign powers made by Great Britain with the regent and paramount chief of
Tongaland completed the chain of British possessions on the coast of South
Africa, from the mouth of the Orange river on the west to Kosi Bay and the
Portuguese frontier on the east. In the interior of South Africa the year
1884 witnessed the beginning of that final stage of the British advance towards the north which was to extend British influence from the Cape to the southern shores of Lake Tanganyika. The activity of the Germans on the west, and of the Boer republic on the east, had brought home to both the imperial and colonial authorities the impossibility of relying on vague traditional claims. In May 1884 treaties were made with native chiefs by which the whole of the country north of Cape Colony, west of the Transvaal, south of 22 deg. S. and east of 20 deg. E., was placed under British protection, though a protectorate was not formally declared until the following January.
Meanwhile some very interesting events had been taking place or: the west coast, north of the Orange river and south of the Portuguese province of
Mossamaede. It must be sufficient here to touch very briefly on the events that preceded the foundation of the colony of German South-West Africa. For many years before 1884 German missionaries had settled among the Damaras
(Herero) and Namaquas, often combining small trading operations with their missionary work. From time to time trouble arose between the missionaries and the native chiefs, and appeals

Germany enters the field. were made to the German government for protection. The German government in its turn begged the British government to say whether it assumed responsibility for the protection of Europeans in Damaraland and
Namaqualand. The position of the British government was intelligible, if not very intelligent. It did not desire to see any other European power in these countries, and it did not want to assume the responsibility and incur the expense of protecting the few Europeans settled there. Sir Bartle
Frere, when governor of the Cape (1877-1880), had foreseen that this attitude portended trouble, and had urged that the whole of the unoccupied coastline, up to the Portuguese frontier, should be declared under British protection. But he preached to deaf ears, and it was as something of a concession to him that in March 1878 the British flag was hoisted at
Walfish Bay, and a small part of the adjacent land declared to be British.
The fact appears to be that British statesmen failed to understand the change that had come over Germany. They believed that Prince Bismarck would never give his sanction to the creation of a colonial empire, and, to the
German inquiries as to what rights Great Britain claimed in Damaraland and
Namaqualand, procrastinating replies were sent. Meanwhile the various colonial societies established in Germany had effected a revolution in public opinion, and, more important still, they had convinced the great chancellor. Accordingly when, in November 1882, F. A. E. Luderitz, a Bremen merchant, informed the German government of his intention to establish a factory on the coast between the Orange river and the Little Fish river, and asked if he might rely on the protection of his government in case of need, he met with no discouragement from Prince Bismarck. In February 1883 the German ambassador in London informed Lord Granville of Luderitz’s design, and asked «whether Her Majesty’s government exercise any authority in that locality.» It was intimated that if Her Majesty’s government did not, the German government would extend to Luderitz’s factory «the same measure of protection which they give to their subjects in remote parts of the world, but without having the least design to establish any footing in
South Africa.» An inconclusive reply was sent, and on the 9th of April
Luderitz’s agent landed at Angra Pequena, and after a short delay concluded a treaty with the local chief, by which some 215 square miles around Angra
Pequena were ceded to Luderitz. In England and at the Cape irritation at the news was mingled with incredulity, and it was fully anticipated that
Luderitz would be disavowed by his government. But for this belief it can scarcely be doubted that the rest of the unoccupied coast-line would have been promptly declared under British protection. Still Prince Bismarck was slow to act. In November the German ambassador again inquired if Great
Britain made any claim over this coast, and Lord Granville replied that Her
Majesty exercised sovereignty only over certain parts of the coast, as at
Walfish Bay, and suggested that arrangements might be made by which Germany might assist in the settlement of Angra Pequena. By this time Luderitz had extended his acquisitions southwards to the Orange river, which had been declared by the British government to be the northern frontier of Cape
Colony. Both at the Cape and in England it was now realized that Germany had broken away from her former purely continental policy, and, when too late, the Cape parliament showed great eagerness to acquire the territory which had lain so long at its very doors, to be had for the taking. It is not necessary to follow the course-of the subsequent negotiations. On the
15th of August 1884 an official note was addressed by the German consul at
Capetown to the high commissioner, intimating that the German emperor had by proclamation taken «the territory belonging to Mr A. Luderitz on the west coast of Africa under the direct protection of His Majesty.» This proclamation covered the coast-line from the north bank of the Orange river to 26 deg. S. latitude, and 20 geographical miles inland, including «the islands belonging thereto by the law of nations.» On the 8th of September
1884 the German government intimated to Her Majesty’s government «that the west coast of Africa from 26 deg. S. latitude to Cape Frio, excepting
Walfish Bay, had been placed under the protection of the German emperor.»
Thus, before the end of the year 1884, the foundations of Germany’s colonial empire had been laid in South-West Africa.
In April of that year Prince Bismarck intimated to the British government, through the German charge d’affaires in London,

Nachtigal’s mission to West Africa. that «the imperial consul-general, Dr Nachtigal, has been commissioned by my government to visit the west coast of Africa in the course of the next few months, in order to complete the information now in the possession of the Foreign Office at Berlin, on the state of German commerce on that coast. With this object Dr Nachtigal will shortly embark at Lisbon, on board the gunboat `Mowe.’ He will put himself into communication with the authorities in the British possessions on the said coast, and is authorized to conduct, on behalf of the imperial government, negotiations connected with certain questions. I venture,» the official communication proceeds,
«in accordance with my instructions, to beg your excellency to be so good as to cause the authorities in the British possessions in West Africa to be furnished with suitable recommendations.» Although at the date of this communication it must have been apparent, from what was happening in South
Africa, that Germany was prepared to enter on a policy of colonial expansion, and although the wording of the letter was studiously vague, it does not seem to have occurred to the British government that the real object of Gustav Nachtigal’s journey was to make other annexations on the west coast. Yet such was indeed his mission. German traders and missionaries had been particularly active of late years on the coast of the
Gulf of Guinea. German factories were dotted all along the coast in districts under British protection, under French protection and under the definite protection of no European power at all. It was to these latter places that Nachtigal turned his attention. The net result of his operations was that on the 5th of July 1884 a treaty was signed with the king of Togo, placing his country under German protection, and that just one week later a German protectorate was proclaimed over the Cameroon district. Before either of these events had occurred Great Britain had become alive to the fact that she could no longer dally with the subject, if she desired to consolidate her possessions in West Africa. The British government had again and again refused to accord native chiefs the protection they demanded. The Cameroon chiefs had several times asked for
British protection, and always in vain. But at last it became apparent, even to the official mind, that rapid changes were being effected in
Africa, and on the 16th of May Edward Hyde Hewett, British consul, received instructions to return to the west coast and to make arrangements for extending British protection over certain regions. He arrived too late to save either Togoland or Cameroon, in the latter case arriving five days after King Bell and the other chiefs on the river had signed treaties with
Nachtigal. But the British consul was in time to secure the delta of the river Niger and the Oil Rivers District, extending from Rio del Rey to the
Lagos frontier, where for a long period British traders had held almost a monopoly of the trade.
Meanwhile France, too, had been busy treaty-making. While the British government still remained under the spell of the

French and British rivalry in West Africa. fatal resolution of 1865, the French government was strenuously endeavouring to extend France’s influence in West Africa, in the countries lying behind the coastline. During the year 1884 no fewer than forty-two treaties were concluded with native chiefs, an even larger number having been concluded in the previous twelve months. In this fashion France was pushing on towards Timbuktu, in steady pursuance of the policy which resulted in surrounding all the old British possessions in West Africa with a continuous band of French territory. There was, however, one region on the west coast where, notwithstanding the lethargy of the British government, British interests were being vigorously pushed, protected and consolidated. This was on the lower Niger, and the leading spirit in the enterprise was Mr Goldie Taubman (afterwards Sir George Taubman Goldie). In
1877 Sir George Goldie visited the Niger and conceived the idea of establishing a settled government in that region. Through his efforts the various trading firms on the lower Niger formed themselves in 1879 into the
«United African Company,» and the foundations were laid of something like settled administration. An application was made to the British government for a charter in 1881, and the capital of the company increased to a million sterling. Henceforth the company was known as the «National
African Company,» and it was acknowledged that its object was not only to develop the trade of the lower Niger, but to extend its operations to the middle reaches of the river, and to open up direct relations with the great
Fula empire of Sokoto and the smaller states associated with Sokoto under a somewhat loosely defined suzerainty. The great development of trade which followed the combination of British interests carried out under Goldie’s skilful guidance did not pass unnoticed in France, and, encouraged by
Gambetta, French traders made a bold bid for a position on the river. Two
French companies, with ample capital, were formed, and various stations were established on the lower Niger. Goldie realized at once the seriousness of the situation, and lost no time in declaring commercial war on the newcomers. His bold tactics were entirely successful, and a few days before the meeting of the Berlin conference he had the satisfaction of announcing that he had bought out the whole of the French interests on the river, and that Great Britain alone possessed any interests on the lower
Niger.
To complete the survey of the political situation in Africa at the time the plenipotentiaries met at Berlin, it is necessary to

The position in Tunisia and Egypt. refer briefly to the course of events in North and East Africa since 1875.
In 1881 a French army entered Tunisia, and compelled the bey to sign a treaty placing that country under French protection. The sultan of Turkey formally protested against this invasion of Ottoman rights, but the great powers took no action, and France was left in undisturbed possession of her newly acquired territory. In Egypt the extravagance of Ismail Pasha had led to the establishment in 1879, in the interests of European bondholders, of a Dual Control exercised by France and Great Britain. France had, however, in 1882 refused to take part in the suppression of a revolt under Arabi
Pasha, which England accomplished unaided. As a consequence the Dual
Control had been abolished in January 1883, since when Great Britain, with an army quartered in the country, had assumed a predominant position in
Egyptian affairs (see EGYPT.) In East Africa, north of the Portuguese possessions, where the sultan of Zanzibar was the most considerable native potentate, Germany was secretly preparing the foundations of her present colony of German East Africa. But no overt act had warned Europe of what was impending. The story of the foundation of German East Africa is one of the romances of the continent. Early in 1884 the Society for German
Colonization was founded, with the avowed object of furthering the newly awakened colonial aspirations of the German people.12 It was a society inspired and controlled by young men, and on the 4th of November 1884, eleven days before the conference assembled at Berlin, three young Germans arrived as deck passengers at Zanzibar. They were disguised as mechanics, but were in fact Dr Karl Peters, the president of the Colonization Society,
Joachim Count Pfeil, and Dr Juhlke, and their stock-in-trade consisted of a number of German flags and a supply of blank treaty forms. They proposed to land on the mainland opposite Zanzibar, and

The German flag raised in East Africa. to conclude treaties in the back country with native chiefs placing their territories under German protection. The enterprise was frowned upon by the
German government; but, encouraged by German residents at Zanzibar, the three young pioneers crossed to the mainland, and on the 19th of November, while the diplomatists assembled at Berlin were solemnly discussing the rules which were to govern the game of partition, the first «treaty» was signed at Mbuzini, and the German flag raised for the first time in East
Africa.
Italy had also obtained a footing on the African continent before the meeting of the Berlin conference. The Rubattino Steamship Company as far back as 1870 had bought the port of Assab as a coaling station, but it was not until 1882 that it was declared an Italian colony. This was followed by the conclusion of a treaty with the sultan of Assab, chief of the Danakil, signed on the 15th of March 1883, and subsequently approved by the king of
Shoa, whereby Italy obtained the cession of part of Ablis (Aussa) on the
Red Sea, Italy undertaking to protect with her fleet the Danakil littoral.
One other event must be recorded as happening before the meeting of the
Berlin conference. The king of the Belgians had

Recognition of the International Association. been driven to the conclusion that, if his African enterprise was to obtain any measure of permanent success, its international status must be recognized. To this end negotiations were opened with various governments.
The first government to «recognize the flag of the International
Association of the Congo as the flag of a friendly government» was that of the United States, its declaration to that effect bearing date the 22nd of
April 1884. There were, however, difficulties in the way of obtaining the recognition of the European powers, and in order to obtain that of France,
King Leopold, on the 23rd of April 1884, while labouring under the feelings of annoyance which had been aroused by the Anglo-Portuguese treaty concluded by Lord Granville in February, authorized Colonel Strauch, president of the International Association, to engage to give France «the right of preference if, through unforeseen circumstances, the Association were compelled to sell its possessions.» France’s formal recognition of the Association as a government was, however, delayed by the discussion of boundary questions until the following February, and in the meantime
Germany, Great Britain, Italy, Austria-Hungary, Holland and Spain had all recognized the Association; though Germany alone had done so—on the 8th of
November—before the assembling of the conference.
The conference assembled at Berlin on the 15th of November 1884, and after protracted deliberations the «General Act of

The Berlin Conference of 1884-85.

the Berlin Conference» was signed by the representatives of all the powers attending the conference, on the 26th of February 1885. The powers represented were Germany, Austria-Hungary, Belgium, Denmark, Spain, the
United States, France, Great Britain, Italy, Holland, Portugal, Russia,
Sweden and Norway, and Turkey, to name them in the alphabetical order adopted in the preamble to the French text of the General Act.
Ratifications were deposited by all the signatory powers with the exception of the United States. It is unnecessary to examine in detail the results of the labours of the conference. The General Act dealt with six specific subjects: (1) freedom of trade in the basin of the Congo, (2) the slave trade, (3) neutrality of territories in the basin of the Congo, (4) navigation of the Congo, (5) navigation of the Niger, (6) rules for future occupation on the coasts of the African continent. It will be seen that the act dealt with other matters than the political partition of Africa; but, so far as they concern the present purpose, the results effected by the
Berlin Act may be summed up as follows. The signatory powers undertook that any fresh act of taking possession on any portion of the African coast must be notified by the power taking possession, or assuming a protectorate, to the other signatory powers. It was further provided that any such occupation to be valid must be effective. It is also noteworthy that the first reference in an international act to the obligations attaching to
«spheres of influence» is contained in the Berlin Act.
It will be remembered that when the conference assembled, the
International Association of the Congo had only been

Constitution of the Congo State. recognized as a sovereign state by the United States and Germany. But King
Leopold and his agents had taken full advantage of the opportunity which the conference afforded, and before the General Act was signed the
Association had been recognized by all the signatory powers, with the not very important exception of Turkey, and the fact communicated to the conference by Colonel Strauch. It was not, however, until two months later, in April 1885, that King Leopold, with the sanction of the Belgian legislature, formally assumed the headship of the new state; and on the 1st of August in the same year His Majesty notified the powers that from that date the «Independent State of the Congo» declared that «it shall be perpetually neutral» in conformity with the provisions of the Berlin Act.
Thus was finally constituted the Congo Free State, under the sovereignty of
King Leopold, though the boundaries claimed for it at that time were considerably modified by subsequent agreements.
From 1885 the scramble among the powers went on with renewed vigour, and in the fifteen years that remained of the

The chief partition treaties. century the work of partition, so far as international agreements were concerned, was practically completed. To attempt to follow the process of acquisition year by year would involve a constant shifting of attention from one part of the continent to another, inasmuch as the scramble was proceeding simultaneously all over Africa. It will therefore be the most convenient plan to deal with the continent in sections. Before doing so, however, the international agreements which determined in the main the limits of the possessions of the various powers may be set forth. They are:— I. The agreement of the 1st of July 1890 between Great Britain and
Germany defining their spheres of influence in East, West and South-West
Africa. This agreement was the most comprehensive of all the «deals» in
African territory, and included in return for the recognition of a British protectorate over Zanzibar the cession of Heligoland to Germany.
II. The Anglo-French declaration of the 5th of August 1890, which recognized a French protectorate over Madagascar, French influence in the Sahara, and British influence between the Niger and Lake Chad.
III. The Anglo-Portuguese treaty of the 11th of June 1891, whereby the

Portuguese possessions on the west and east coasts were separated by a broad belt of British territory, extending north to Lake Tanganyika.
IV. The Franco-German convention of the 15th of March 1894, by which the

Central Sudan was left to France (this region by an Anglo-German agreement of the 15th of November 1893 having been recognized as in the

German sphere). By this convention France was able to effect a territorial )unction of her possessions in North and West Africa with those in the Congo region.
V. Protocols of the 24th of March and the 15th of April 1891, for the demarcation of the Anglo-Italian spheres in East Africa.
VI. The Anglo-French convention of the 14th of June 1898, for the delimitation of the possessions of the two countries west of Lake Chad, with the supplementary declaration of the 21st of March 1899 whereby

France recognized the upper Nile valley as in the British sphere of influence.
Coming now to a more detailed consideration of the operations of the powers, the growth of the Congo Free State, which

The growth of the Congo State. occupied, geographically, a central position, may serve as the starting- point for the story of the partition after the Berlin conference. In the notification to the powers of the 1st of August 1885, the boundaries of the
Free State were set out in considerable detail. The limits thus determined resulted partly from agreements made with France, Germany and Portugal, and partly from treaties with native chiefs. The state acquired the north bank of the Congo from its mouth to a point in the unnavigable reaches, and in the interior the major part of the Congo basin. In the north-east the northern limit was 4 deg. N. up to 30 deg. E., which formed the eastern boundary of, the state. The south-eastern frontier claimed by King Leopold extended to Lakes Tanganyika, Mweru and Bangweulu, but it was not until some years later that it was recognized and defined by the agreement of May
1894 with Great Britain. The international character of King Leopold’s enterprise had not long been maintained, and his recognition as sovereign of the Free State confirmed the distinctive character which the Association had assumed, even before that event.
In April 1887 France was informed that the right of pre-emption accorded to her in 1884 had not been intended by King Leopold to prejudice Belgium’s right to acquire the Congo State, and in reply the French minister at
Brussels took note of the explanation, «in so far as this interpretation is not contrary to pre-existing international engagements.» By his will, dated the 2nd of August 1889, King Leopold made Belgium formally heir to the sovereign rights of the Congo Free State. In 1895 an annexation bill was introduced into the Belgian parliament, but at that time Belgium had no desire to assume responsibility for the Congo State, and the bill was withdrawn. In 1901, by the terms of a loan granted in 1890, Belgium had again an opportunity of annexing the Congo State, but a bill in favour of annexation was opposed by the government and was withdrawn after King
Leopold had declared that the time was not ripe for the transfer.
Concessionaire companies and a Domaine de la Couronne had been created in the state, from which the sovereign derived considerable revenues—facts which helped to explain the altered attitude of Leopold II. The agitation in Great Britain and America against the Congo system of government, and the admissions of an official commission of inquiry concerning its maladministration, strengthened, however, the movement in favour of transfer. Nevertheless in June 1906 the king again declared himself opposed to immediate annexation. But under pressure of public opinion the Congo government concluded, 28th of November 1907, a new annexation treaty. As it stipulated for the continued existence of the crown domain the treaty provoked vehement opposition. Leopold II. was forced to yield, and an additional act was signed, 5th of March 1908, providing for the suppression of the domain in return for financial subsidies. The treaty, as amended, was approved by the Belgian parliament in the session of 1908. Thus the
Congo state, after an existence of 24 years as an independent power, became a Belgian colony. (See CONGO FREE STATE.)
The area of the Free State, vast as it was, did not suffice to satisfy the ambition of its sovereign. King Leopold maintained that the Free State enjoyed equally with any other state the right to extend its frontiers. His ambition involved the state in the struggle between Great Britain and
France for the upper Nile. To understand the situation it is necessary to remember the condition of the Egyptian Sudan at that time. The mahdi,
Mahommed Ahmed, had preached a holy war against the Egyptians, and, after the capture of Khartum and the death of General C. G. Gordon, the Sudan was abandoned to the dervishes. The Egyptian frontier was withdrawn to Wadi
Haifa, and the vast provinces of Kordofan, Darfur and the Bahr-el-Ghazal were given over to dervish tyranny and misrule. It was obvious that Egypt would sooner or later seek to recover her position in the Sudan, as the command of the upper Nile was recognized as essential to her continued prosperity. But the international position of the abandoned provinces was by no means clear. The British government, by the Anglo-German agreement of
July 1890, had secured the assent of Germany to the statement that the
British sphere of influence in East Africa was bounded on the west by the
Congo Free State and by «the western watershed of the basin of the upper
Nile»; but this claim was not recognized either by France or by the Congo
Free State. From her base on the Congo, France was busily engaged pushing forward along the northern tributaries of the great river. On the 27th of
April 1887 an agreement was signed with the Congo Free State by which the right bank of the Ubangi river was secured to French influence, and the left bank to the Congo Free State. The desire of France to secure a footing in the upper Nile valley was partly due, as has been seen, to her anxiety to extend a French zone across Africa, but it was also and to a large

The contest for the upper Nile. extent attributable to the belief, widely entertained in France, that by establishing herself on the upper Nile France could regain the position in
Egyptian affairs which she had sacrificed in 1882. With these strong inducements France set steadily to work to consolidate her position on the tributary streams of the upper Congo basin, preparatory to crossing into the valley of the upper Nile. Meanwhile a similar advance was being made from the Congo Free State northwards and eastwards. King Leopold had two objects in view—-to obtain control of the rich province of the Bahr-el-
Ghazal and to secure an outlet on the Nile. Stations were established on the Welle river, and in February 1891 Captain van Kerckhoven left
Leopoldville for the upper Welle with the most powerful expedition which had, up to that time, been organized by the Free State. After some heavy fighting the expedition reached the Nile in September 1892, and opened up communications with the remains of the old Egyptian garrison at Wadelai.
Other expeditions under Belgian officers penetrated into the Bahr-el-
Ghazal, and it was apparent that King Leopold proposed to rely on effective occupation as an answer to any claims which might be advanced by either
Great Britain or France. The news of what was happening in this remote region Of Africa filtered through to Europe very slowly, but King Leopold was warned on several occasions that Great Britain would not recognize any claims by the Congo Free State on the Bahr-el-Ghazal. The difficulty was, however, that neither from Egypt, whence the road was barred by the khalifa
(the successor of the mahdi), nor from Uganda, which was far too remote from the coast to serve as the base of a large expedition, could a British force be despatched to take effective occupation of the upper Nile valley.
There was, therefore, danger lest the French should succeed in establishing themselves on the upper Nile before the preparations which were being made in Egypt for «smashing» the khalifa were completed.
In these circumstances Lord Rosebery, who was then British foreign minister, began, and his successor, the 1st earl of

The Anglo-Congolese agreement of 1894.
Kimberley, completed, negotiations with King Leopold which resulted in the conclusion of the Anglo-Congolese agreement of 12th May 1894. By this agreement King Leopold recognized the British sphere of influence as laid down in the Anglo-German agreement of July 1890, and Great Britain granted a lease to King Leopold of certain territories in the western basin of the upper Nile, extending on the Nile from a point on Lake Albert to Fashoda, and westwards to the Congo-Nile watershed. The practical effect of this agreement was to give the Congo Free State a lease, during its sovereign’s lifetime, of the old Bahr-el-Ghazal province, and to secure after His
Majesty’s death as much of that territory as lay west of the 30th meridian, together with access to a port on Lake Albert, to his successor. At the same time the Congo Free State leased to Great Britain a strip of territory, 15 1/2 m. in breadth, between the north end of Lake Tanganyika and the south end of Lake Albert Edward. This agreement was hailed as a notable triumph for British diplomacy. But the triumph was short-lived. By the agreement of July 1890 with Germany, Great Britain had been reluctantly compelled to abandon her hopes of through communication between the British spheres in the northern and southern parts of the continent, and to Consent to the boundary of German East Africa marching with the eastern frontier of the Congo Free State. Germany frankly avowed that she did not wish to have a powerful neighbour interposed between herself and the Congo Free State.
It was obvious that the new agreement would effect precisely what Germany had declined to agree to in 1890. Accordingly Germany protested in such vigorous terms that, on the 22nd of June 1894, the offending article was withdrawn by an exchange of notes between Great Britain and the Congo Free
State. Opinion in France was equally excited by the new agreement. It was obvious that the lease to the Congo Free State was intended to exclude
France from the Nile by placing the Congo Free State as a barrier across her path. Pressure was brought to bear on King Leopold, from Paris, to renounce the rights acquired under the agreement, and on the 14th of August
1894 King Leopold signed an agreement with France by which, in exchange for
France’s acknowledgment of the Mbomu river as his northern frontier, His
Majesty renounced all occupation and all exercise of political influence west of 30 deg. E., and north of a line drawn from that meridian to the
Nile along 5 deg. 30′ N.
This left the way still open for France to the Nile, and in June 1896
Captain J. Marchand left France with secret instructions to lead an expedition into the Nile valley. On the 1st of March in the following year he left Brazzaville, and began a journey which all but plunged Great
Britain and France into war. The difficulties which Captain Marchand had to overcome were mainly those connected with transport. In October 1897 the expedition reached the banks of the Sue, the waters of which eventually flow into the Nile. Here a post was established and the «Faidherbe,» a steamer which had been carried across the Congo-Nile watershed in sections, was put together and launched. On the 1st of May 1898 Marchand started on the final stage of his journey, and reached Fashoda on the 10th of July, having established a chain of posts en route. At Fashoda the French flag was at once raised, and a «treaty» made with the local chief. Meanwhile other expeditions had been concentrating on

The French at Fashoda.
Fashoda—a mud-flat situated in a swamp, round which for many months raged the angry passions of two great peoples. French expeditions, with a certain amount of assistance from the emperor Menelek of Abyssinia, had been striving to reach the Nile from the east, so as to join hands with Marchand and complete the line of posts into the Abyssinian frontier. In this, however, they were unsuccessful. No better success attended the expedition under Colonel (afterwards Sir) Ronald Macdonald, R.E., sent by the British government from Uganda to anticipate the French in the occupation of the upper Nile. It was from the north that claimants arrived to dispute with the French their right to Fashoda, and all that the occupation of that dismal post implied. In 1896 an Anglo-Egyptian army, under the direction of
Sir Herbert (afterwards Lord) Kitchener, had begun to advance southwards for the reconquest of the Egyptian Sudan. On the 2nd of September 1898
Khartum was captured, and the khalifa’s army dispersed. It was then that news reached the Anglo-Egyptian commander, from native sources, that there were white men flying a strange flag at Fashoda. The sirdar at once proceeded in a steamer up the Nile, and courteously but firmly requested
Captain Marchand to remove the French flag. On his refusal the Egyptian flag was raised close to the French flag, and the dispute was referred to
Europe for adjustment between the British and French governments. A critical situation ensued. Neither government was inclined to give way, and for a time war seemed imminent. Happily Lord Salisbury was able to announce, on the 4th of November, that France was willing to recognize the
British claims, and the incident was finally closed on the 21st of March
1899, when an Anglo-French declaration was signed, by the terms of which
France withdrew from the Nile valley and accepted a boundary line which satisfied her earlier ambition by uniting the whole of her territories in
North, West and Central Africa into a homogeneous whole, while effectually preventing the realization of her dream of a transcontinental empire from west to east. By this declaration it was agreed that the dividing line between the British and French spheres, north of the Congo Free State, should follow the Congo-Nile water-parting up to its intersection with the
11th parallel of north latitude, from which point it was to be «drawn as far as the 15th parallel in such a manner as to separate in principle the kingdom of Wadai from what constituted in 1882 the province of Darfur,» but in no case was it to be drawn west of the 21st degree of east longitude, or east of the 23rd degree. From the 15th parallel the line was continued north and north-west to the intersection of the Tropic of Cancer with 16 deg. E. French influence was to prevail west of this line, British influence to the east. Wadai was thus definitely assigned to France.
When, by the declaration of the 21st of March 1899, France renounced all territorial ambitions in the upper Nile basin, King

Fate of the Bar-el-Ghazal.
Leopold revived his claims to the Bahr-el-Ghazal province under the terms of the lease granted by Article 2 of the Anglo-Congolese agreement of 1894.
This step he was encouraged to take by the assertion of Lord Salisbury, in his capacity as secretary of state for foreign affairs during the negotiations with France concerning Fashoda, that the lease to King Leopold was still in full force. But the assertion was made simply as a declaration of British right to dispose of the territory, and the sovereign of the
Congo State found that there was no disposition in Great Britain to allow the Bahr-el-Ghazal to fall into his hands. Long and fruitless negotiations ensued. The king at length (1904) sought to force a settlement by sending armed forces into the province. Diplomatic representations having failed to secure the withdrawal of these forces, the Sudan government issued a proclamation which had the effect of cutting off the Congo stations from communication with the Nile, and finally King Leopold consented to an agreement, signed in London on the 9th of May 1906, whereby the 1894 lease was formally annulled. The Bahr-el-Ghazal thenceforth became undisputedly an integral part of the Anglo-Egyptian Sudan. King Leopold had, however, by virtue of the 1894 agreement administered the comparatively small portion of the leased area in which his presence was not resented by France. This territory, including part of the west bank of the Nile and known as the
Lado Enclave, the 1906 agreement allowed King Leopold to «continue during his reign to occupy.» Provision was made that within six months of the termination of His Majesty’s reign the enclave should be handed over to the
Sudan government (see CONGO FREE STATE.) In this manner ended the long struggle for supremacy on the upper Nile, Great Britain securing the withdrawal of all European rivals.
The course of events in the southern half of the continent may now be traced. By the convention of the 14th of February

Portugal’s trans-African schemes.
1885, in which Portugal recognized the sovereignty of the Congo Free State, and by a further convention concluded with France in 1886, Portugal secured recognition of her claim to the territory known as the Kabinda enclave, lying north of the Congo, but not to the northern bank of the river. By the same convention of 1885 Portugal’s claim to the southern bank of the river as far as Noki (the limit of navigation from the sea) had been admitted.
Thus Portuguese possessions on the west coast extended from the Congo to the mouth of the Kunene river. In the interior the boundary with the Free
State was settled as far as the Kwango river, but disputes arose as to the right to the country of Lunda, otherwise known as the territory of the
Muato Yanvo. On the 25th of May 1891 a treaty was signed at Lisbon, by which this large territory was divided between Portugal and the Free State.
The interior limits of the Portuguese possessions in Africa south of the equator gave rise, however, to much more serious discussions than were involved in the dispute as to the Muato Yanvo’s kingdom. Portugal, as has been stated, claimed all the territories between Angola and Mozambique, and she succeeded in inducing both France and Germany, in 1886, to recognize the king of Portugal’s «right to exercise his sovereign and civilizing influence in the territories which separate the Portuguese possessions or
Angola and Mozambique.» The publication of the treaties containing this declaration, together with a map showing Portuguese claims extending over the whole of the Zambezi valley, and over Matabeleland to the south and the greater part of Lake Nyasa to the north, immediately provoked a formal protest from the British government. On the 13th of August 1887 the British charge d’affaires at Lisbon transmitted to the Portuguese minister for foreign affairs a memorandum from Lord Salisbury, in which the latter formally protested «against any claims not founded on occupation,» and contended that the doctrine of effective occupation had been admitted in principle by all the parties to the Act of Berlin. Lord Salisbury further stated that «Her Majesty’s government cannot recognize Portuguese sovereignty in territory not occupied by her in sufficient strength to enable her to maintain order, protect foreigners and control the natives.»
To this Portugal replied that the doctrine of effective occupation was expressly confined by the Berlin Act to the African coast, but at the same time expeditions were hastily despatched up the Zambezi and some of its tributaries to discover traces of former Portuguese occupation.
Matabeleland and the districts of Lake Nyasa werespecially mentioned in the
British protest as countries in which Her Majesty’s government took a special interest. As a matter of fact the extension of British influence northwards to the Zambezi had engaged the attention of the British authorities ever since the appearance of Germany in South-West Africa and the declaration of a British protectorate over Bechuanaland. There were rumours of German activity in Matabeleland, and

Rhodesia secured for Great Britain. of a Boer trek north of the Limpopo. Hunters and explorers had reported in eulogistic terms on the rich goldfields and healthy plateau lands of
Matabeleland and Mashonaland, over both of which countries a powerful chief, Lobengula, claimed authority. There were many suitors for
Lobengula’s favours; but on the 11th of February 1888 he signed a treaty with J. S. Moffat, the assistant commissioner in Bechuanaland, the effect of which was to place all his territory under British protection. Both the
Portuguese and the Transvaal Boers were chagrined at this extension of
British influence. A number of Boers attempted unsuccessfully to trek into the country, and Portugal opposed her ancient claims to the new treaty. She contended that Lobengula’s authority did not extend over Mashonaland, which she claimed as part of the Portuguese province of Sofala.
Meanwhile preparations were being actively made by British capitalists for the exploitation of the mineral and other resources of Lobengula’s territories. Two rival syndicates obtained, or claimed to have obtained, concessions from Lobengula; but in the summer of 1889 Cecil Rhodes succeeded in amalgamating the conflicting interests, and on the 29th of
October of that year the British government granted a charter to the
British South Africa Company (see RHODESIA.) The first article of the charter declared that «the principal field of the operations» of the company «shall be the region of South Africa lying immediately to the north of British Bechuanaland, and to the north and west of the South
African Republic, and to the west of the Portuguese dominions.» No time was lost in making preparations for effective occupation. On the advice of
F. C. Selous it was determined to despatch an expedition to eastern
Mashonaland by a new route, which would avoid the Matabele country. This plan was carried out in the summer of 1890, and, thanks to the rapidity with which the column moved and Selous’s intimate knowledge of the country, the British flag was, on the 11th of September, hoisted at a spot on the
Makubusi river, where the town of Salisbury now stands, and the country taken possession of in the name of Queen Victoria. Disputes with the
Portuguese ensued, and there were several frontier incidents which for a time embittered the relations between the two countries.
Meanwhile, north of the Zambezi, the Portuguese were making desperate but futile attempts to repair the neglect

Anglo-Portuguese disputes in Central Africa. of centuries by hastily organized expeditions and the hoisting of flags. In
1888 an attempt to close the Zambezi to British vessels was frustrated by the firmness of Lord Salisbury. In a despatch to the British minister at
Lisbon, dated the 25th of June 1888, Lord Salisbury, after brushing aside the Portuguese claims founded on doubtful discoveries three centuries old, stated the British case in a few sentences:—
It is (he wrote) an undisputed point that the recent discoveries of the
English traveller, Livingstone, were followed by organized attempts on the part of English religious and commercial bodies to open up and civilize the districts surrounding and adjoining the lake. Many British settlements have been established, the access to which from the sea is by the rivers Zambezi and Shire. Her Majesty’s government and the British public are much interested in the welfare of these settlements. Portugal does not occupy, and has never occupied, any portion of the lake, nor of the Shire; she has neither authority nor influence beyond the confluence of the Shire and
Zambezi, where her interior custom-house, now withdrawn, was placed by the terms of the Mozambique Tariff of 1877.
In 1889 it became known to the British government that a considerable
Portuguese expedition was being organized under the command of Major Serpa
Pinto, for operating in the Zambezi region. In answer to inquiries addressed to the Portuguese government, the foreign minister stated that the object of the expedition was to visit the Portuguese settlements on the upper Zambezi. The British government was, even so late as 1889, averse from declaring a formal protectorate over the Nyasa region; but early in that year H. H. (afterwards Sir Harry) Johnston was sent out to Mozambique as British consul, with instructions to travel in the interior and report on the troubles that had arisen with the Arabs on Lake Nyasa and with the
Portuguese. The discovery by D. J. Rankin in 1889 of a navigable mouth of the Zambezi—the Chinde—and the offer by Cecil Rhodes of a subsidy of L.
10,000 a year from the British South Africa Company, removed some of the objections to a protectorate entertained by the British government; but
Johnston’s instructions were not to proclaim a protectorate unless circumstances compelled him to take that course. To his surprise Johnston learnt on his arrival at the Zambezi that Major Serpa Pinto’s expedition had been suddenly deflected to the north. Hurrying forward, Johnston overtook the Portuguese expedition and warned its leader that any attempt to establish political influence north of the Ruo river would compel him to take steps to protect British interests. On arrival at the Ruo, Major Serpa
Pinto returned to Mozambique for instructions, and in his absence
Lieutenant Coutinho crossed the river, attacked the Makololo chiefs and sought to obtain possession of the Shire highlands by a coup de main. John
Buchanan, the British vice-consul, lost no time in declaring the country under British protection, and his action was subsequently confirmed by
Johnston on his return from a treaty-making expedition on Lake Nyasa. On the news of these events reaching Europe the British government addressed an ultimatum to Portugal, as the result of which Lieutenant Coutinho’s action was disavowed, and he was ordered to withdraw the Portuguese forces south of the Ruo. After prolonged negotiations, a convention was signed between Great Britain and Portugal on the 20th of August 1890, by which
Great Britain obtained a broad belt of territory north of the Zambezi, stretching from Lake Nyasa on the east, the southern end of Tanganyika on the north, and the Kabompo tributary of the Zambezi on the west; while south of the Zambezi Portugal retained the right bank of the river from a point ten miles above Zumbo, and the western boundary of her territory south of the river was made to coincide roughly with the 33rd degree of east longitude. The publication of the convention aroused deep resentment in Portugal, and the government, unable to obtain its ratification by the chamber of deputies, resigned. In October the abandonment of the convention was accepted by the new Portuguese ministry as a fait accompli; but on the
14th of November the two governments signed an agreement for a modus vivendi, by which they engaged to recognize the territorial limits indicated in the convention of 20th August «in so far that from the date of the present agreement

British and Portuguese spheres defined.

to the termination thereof neither Power will make treaties, accept protectorates, nor exercise any act of sovereignty within the spheres of influence assigned to the other party by the said convention.» The breathing-space thus gained enabled feeling in Portugal to cool down, and on the 11th of June 1891 another treaty was signed, the ratifications being exchanged on the 3rd of July, As already stated, this is the main treaty defining the British and Portuguese spheres both south and north of the
Zambezi. It contained many other provisions relating to trade and navigation, providing, inter alia, a maximum transit duty of 3% on imports and exports crossing Portuguese territories on the east coast to the
British sphere, freedom of navigation of the Zambezi and Shire for the ships of all nations, and stipulations as to the making of railways, roads and telegraphs. The territorial readjustment effected was slightly more favourable to Portugal than that agreed upon by the 1890 convention.
Portugal was given both banks of the Zambezi to a point ten miles west of
Zumbo—the farthest settlement of the Portuguese on the river. South of the
Zambezi the frontier takes a south and then an east course till it reaches the edge of the continental plateau, thence running, roughly, along the line of 33 deg. E. southward to the north-eastern frontier of the
Transvaal. Thus by this treaty Portugal was left in the possession of the coast-lands, while Great Britain maintained her right to Matabele and
Mashona lands. The boundary between the Portuguese sphere of influence on the west coast and the British sphere of influence north of the Zambezi was only vaguely indicated; but it was to be drawn in such a manner as to leave the Barotse country within the British sphere, Lewanika, the paramount chief of the Marotse, claiming that his territory extended much farther to the west than was admitted by the Portuguese. In August 1903 the question what were the limits of the Barotse kingdom was referred to the arbitration of the king of Italy. By his award, delivered in June 1905, the western limit of the British sphere runs from the northern frontier of German South-
West Africa up the Kwando river to 22 deg. E., follows that meridian north to 13 deg. S., then runs due east to 24 deg. E., and then north again to the frontier of the Congo State.
Before the conclusion of the treaty of June 1891 with Portugal, the
British government had made certain arrangements for the administration of the large area north of the Zambezi reserved to British influence. On the
1st of February Sir Harry Johnston was appointed imperial commissioner in
Nyasaland, and a fortnight later the British South Africa Company intimated a desire to extend its operations north of the Zambezi. Negotiations followed, and the field of operations of the Chartered Company was, on the
2nd of April 1891, extended so as to cover (with the exception of
Nyasaland) the whole of the British sphere of influence north of the
Zambezi (now known as Northern Rhodesia). On the 14th of May a formal protectorate was declared over Nyasaland, including the Shire highlands and a belt of territory extending along the whole of the western shore of Lake
Nyasa. The name was changed in 1893 to that of the British Central Africa
Protectorate, for which designation was substituted in 1907 the more appropriate title of Nyasaland Protectorate.
At the date of the assembling of the Berlin conference the German government had notified that the coast-line on the

Germany’s share of South Africa. south-west of the continent, from the Orange river to Cape Frio, had been placed under German protection. On the 13th of April 1885 the German South-
West Africa Company was constituted under an order of the imperial cabinet with the rights of state sovereignty, including mining royalties and rights, and a railway and telegraph monopoly. In that and the following years the Germans vigorously pursued the business of treaty-making with the native chiefs in the interior; and when, in July 1890, the British and
German governments came to an agreement as to the limits of their respective spheres of influence in various parts of Africa, the boundaries of German South-West Africa were fixed in their present position. By
Article III. of this agreement the north bank of the Orange river up to the point of its intersection by the 20th degree of east longitude was made the southern boundary of the German sphere of influence. The eastern boundary followed the 20th degree of east longitude to its intersection by the 22nd parallelof south latitude, then ran eastwards along that parallel to the point of its intersection by the 21st degree of east longitude. From that point it ran northwards along the last-named meridian to the point of its intersection by the 18th parallel of south latitude, thence eastwards along that parallel to the river Chobe or Kwando, and along the main channel of that river to its junction with the Zambezi, where it terminated. The northern frontier marched with the southern boundary of Portuguese West
Africa. The object of deflecting the eastern boundary near its northern termination was to give Germany access by her own territory to the upper waters of the Zambezi, and it was declared that this strip of territory was at no part to be less than 20 English miles in width.
To complete the survey of the political partition of Africa south of the
Zambezi, it is necessary briefly to refer to the events

Fate of the Dutch Republics. connected with the South African Republic and the Orange Free State. In
October 1885 the British government made an agreement with the New
Republic, a small community of Boer farmers who had in 1884-85 seized part of Zululand and set up a government of their own, defining the frontier between the New Republic and Zululand; but in July 1888 the New Republic was incorporated in the South African Republic. In a convention of July-
August 1890 the British government and the government of the South African
Republic confirmed the independence of Swaziland, and on the 8th of
November 1893 another convention was signed with the same object; but on the 19th of December 1894 the British government agreed to the South
African Republic exercising «all rights and powers of protection, legislation, jurisdiction and administration over Swaziland and the inhabitants thereof,» subject to certain conditions and provisions, and to the non-incorporation of Swaziland in the Republic. In the previous
September Pondoland had been annexed to Cape Colony; on the 23rd of April
1895 Tongaland was declared by proclamation to be added to the dominions of
Queen Victoria, and in December 1897 Zululand and Tongaland, or
Amatongaland, were incorporated with the colony of Natal. The history of the events that led up to the Boer War of 1899-1902 cannot be recounted here (see TRANSVAAL, History), but in October 1899 the South African
Republic and the Orange Free State addressed an ultimatum to Great Britain and invaded Natal and Cape Colony. As a result of the military operations that followed, the Orange Free State was, on the 28th of May 1900, proclaimed by Lord Roberts a British colony under the name «Orange River
Colony,» and the South African Republic was on the 25th of October 1900 incorporated in the British empire as the «Transvaal Colony.» In January
1903 the districts of Vryheid (formerly the New Republic), Utrecht and part of the Wakkerstroom district, a tract of territory comprising in all about
7000 sq. m., were transferred from the Transvaal colony to Natal. In 1907 both the Transvaal and Orange River Colony were granted responsible government.
On the east coast the two great rivals were Germany and Great Britain.
Germany on the 30th of December 1886, and Great

Anglo-German rivalry in East Africa.
Britain on the 11th of June 1891, formally recognized the Rovuma river as the northern boundary of the Portuguese sphere of influence on that coast; but it was to the north of that river, over the vast area of East or East
Central Africa in which the sultan of Zanzibar claimed to exercise suzerainty, that the struggle between the two rival powers was most acute.
The independence of the sultans of Zanzibar had been recognized by the governments of Great Britain and France in 1862, and the sultan’s authority extended almost uninterruptedly along the coast of the mainland, from Cape
Delgado in the south to Warsheik on the north—a stretch of coast more than a thousand miles long—though to the north the sultan’s authority was confined to certain ports. In Zanzibar itself, where Sir John Kirk,
Livingstone’s companion in his second expedition, was British consul- general, British influence was, when the Berlin conference met, practically supreme, though German traders had established themselves on the island and created considerable commercial interests. Away from the coasts the limits and extent of the sultan’s authority were far from being clearly defined.
The sultanhimself claimed that it extended as far as Lake Tanganyika, but the claim did not rest on any very solid ground of effective occupation.
The little-known region of the Great Lakes had for some time attracted the attention of the men who were directing the colonial movement in Germany; and, as has been stated, a small band of pioneers actually landed on the mainland opposite Zanzibar in November 1884, and made their first
«treaty» with the chief of Mbuzini on the 19th of that month Pushing up the Wami river the three adventurers reached the Usagara country, and concluded more «treaties,» the net result being that when, in the middle of December, Karl Peters returned to the coast he brought back with him documents which were claimed to concede some 60,000 sq. m. of country to the German Colonization Society. Peters hurried back to Berlin, and on the
17th of February 1885 the German emperor issued a «Charter of Protection» by which His Majesty accepted the suzerainty of the newly-acquired territory, and «placed under our Imperial protection the territories in question.» The conclusion of these treaties was, on the 6th of March, notified to the British government and to the sultan of Zanzibar.
Immediately on receipt of the notification the sultan telegraphed an energetic protest to Berlin, alleging that the places placed under German protection had belonged to the sultanate of Zanzibar from the time of his fathers. The German consul-general refused to admit the sultan’s claims, and meanwhile agents of the German society were energetically pursuing the task of treaty-making. The sultan (Seyyid Bargash) despatched a small force to the disputed territory, which was subsequently withdrawn, and in May sent a more imposing expedition under the command of General Lloyd Mathews, the commander-in-chief of the Zanzibar army, to the Kilimanjaro district, in order to anticipate the action of German agents. Meanwhile Lord
Granville, then at the British Foreign Office, had

Lord Granville’s complaisance towards Germany. taken up an extremely friendly attitude towards the German claims. Before these events the sultan of Zanzibar had, on more than one occasion, practically invited Great Britain to assume a protectorate over his dominions. But the invitations had been declined. Egyptian affairs were, in the year 1885, causing considerable anxiety to the British government, and the fact was not without influence on the attitude of the British foreign secretary. On the 25th of May 1885, in a despatch to the British ambassador at Berlin, Lord Granville instructed Sir E. Malet to communicate the views of the British cabinet to Prince Bismarck:—
I have to request your Excellency to state that the supposition that Her
Majesty’s Government have no intention of opposing the German scheme of colonization in the neighbourhood of Zanzibar is absolutely correct. Her
Majesty’s Government, on the contrary, view with favour these schemes, the realization of which will entail the civilization of large tracts over which hitherto no European influence has been exercised, the co-operation of Germany with Great Britain in the work of the suppression of the slave gangs, and the encouragement of the efforts of the Sultan both in the extinction of the slave trade and in the commercial development of his dominions.
In the same despatch Lord Granville instructed Sir E. Malet to intimate to the German government that some prominent capitalists had originated a plan for a British settlement in the country between the coast and the lakes, which are the sources of the White Nile, «and for its connexion with the coast by a railway.» But Her Majesty’s government would not accord to these prominent capitalists the support they had called for,
«unless they were fully satisfied that every precaution was taken to ensure that it should in no way conflict with the interests of the territory that has been taken under German protectorate,» and Prince
Bismarck was practically invited to say whether British capitalists were or were not to receive the protection of the British government. The reference in Lord Granville’s despatch was to a proposal made by a number of British merchants and others who had long been interested in Zanzibar, and who saw in the rapid advance of Germany a menace to the interests which had hitherto been regarded as paramount in the sultanate. In 1884 H. H.
Johnston had concluded treaties with the chief of Taveta in the Kilimanjaro district, and had transferred these treaties to John Hutton of Manchester.
Hutton, with Mr (afterwards Sir William) Mackinnon, was one of the founders of what subsequently became the Imperial British East Africa Company. But in the early stages the champions of British interests in East Africa received no support from their own government, while Germany was pushing her advantage with the energy of a recent convert to colonial expansion, and had even, on the coast, opened negotiations with the sultan of Witu, a small territory situated north of the Tana river, whose ruler claimed to be independent of Zanzibar. On the 5th of May 1885 the sultan of Witu executed a deed of sale and cession to a German subject of certain tracts of land on the coast, and later in the same year other treaties or sales of territory were effected, by which German subjects acquired rights on the coast-line claimed by the sultan. Inland, treaties had been concluded on behalf of
Germany with the chiefs of the Kilimanjaro region, and an intimation to that effect made to the British government. But before this occurred the
German government had succeeded in extracting an acknowledgment of the validity of the earlier treaties from the sultan of Zanzibar. Early in
August a powerful German squadron appeared off Zanzibar, and on the 14th of that month the sultan yielded to the inevitable, acknowledged the German protectorate over Usagara and Witu, and undertook to withdraw his soldiers.
Meanwhile negotiations had been opened for the appointment of an international commission, «for the purpose of inquiring

Partition of the sultanate of Zanzibar. into the claims of the sultans of Zanzibar to sovereignty over certain territories on the east coast of Africa, and of ascertaining their precise limits.» The governments to be represented were Great Britain, France and
Germany, and towards the end of 1885 commissioners were appointed. The commissioners reported on the 9th of June 1886, and assigned to the sultan the islands of Zanzibar, Pemba, Lamu, Mafia and a number of other small islands. On the mainland they recognized as belonging to the sultan a continuous strip of territory, 10 sea-miles in depth, from the south bank of the Minengani river, a stream a short distance south of the Rovuma, to
Kipini, at the mouth of the Tana river, some 600 m. in length. North of
Kipini the commissioners recognized as belonging to the sultan the stations of Kismayu, Brava, Marka and Mukdishu, with radii landwards of 10 sea- miles, and of Warsheik with a radius of 5 sea-miles. By an exchange of notes in October—November 1886 the governments of Great Britain and Germany accepted the reports of the delimitation commissioners, to which the sultan adhered on the 4th of the following December. But the British and German governments did more than determine what territories were to be assigned to the sultanate of Zanzibar. They agreed to a delimitation of their respective spheres of influence in East Africa. The territory to be affected by this arrangement was to be bounded on the south by the Rovuma river, «and on the north by a line which, starting from the mouth of the
Tana river, follows the course of that river or its affluents to the point of intersection of the equator and the 38th degree of east longitude, thence strikes direct to the point of intersection of the 1st degree of north latitude with the 37th degree of east longitude, where the line terminates.» The line of demarcation between the British and the German spheres of influence was to start from the mouth of the river Wanga or Umba
(which enters the ocean opposite Pemba Island to the north of Zanzibar), and running north-west was to skirt the northern base of the Kilimanjaro range, and thence to be drawn direct to the point on the eastern side of
Victoria Nyanza intersected by the 1st degree of south latitude. South of this line German influence was to prevail; north of the line was the
British sphere. The sultan’s dominions having been thus truncated, Germany associated herself with the recognition of the «independence» of Zanzibar in which France and Great Britain had joined in 1862. The effect of this agreement was to define the spheres of influence of the two countries as far as Victoria Nyanza, but it provided no limit westwards, and left the country north of the Tana river, in which Germany had already acquired some interests near the coast, open for fresh annexations. The conclusion of the agreement immediately stimulated the enterprise both of the German East
African Company, to which Peters’s earlier treaties had been transferred, and of the British capitalists to whom reference had been made in Lord
Granville’s despatch. The German East African Company was incorporated by imperial charter in March 1887, and the British capitalists formed themselves into the British East Africa Association, and on the 24th of May
1887 obtained, through the good offices of Sir William Mackinnon, a concession of the 10-miles strip of coast from the Umba river in the south to Kipini in the north. The British association further sought to extend its rights in the sphere reserved to British influence by making treaties with the native chiefs behind the coast strip, and for this purpose various expeditions were sent into the interior. When they had obtained concessions over the country for some 200 m. inland the associated

Formation of British East Africa. capitalists applied to the British government for a charter, which was granted on the 3rd of September 1888, and the association became the
Imperial British East Africa Company (see BRITISH EAST AFRICA).
The example set by the British company in obtaining a lease of the coast strip between the British sphere of influence and the sea was quickly followed by the German association, which, on the 28th of April 1888, concluded an agreement with the sultan Khalifa, who had succeeded his brother Bargash, by which the association leased the strip of Zanzibar territory between the German sphere and the sea. It was not,however, until
August that the German officials took over the administration, and their want of tact and ignorance of native administration almost immediately provoked a rebellion of so serious a character that it was not suppressed until the imperial authorities had taken the matter in hand. Shortly after its suppression the administration was entrusted to an imperial officer, and the sultan’s rights on the mainland strip were bought outright by
Germany for four millions of marks.
Events of great importance had been happening, meanwhile, in the country to the west and north of the British sphere of influence. The British company had sent caravans into the interior to survey the country, to make treaties with the native chiefs and to report on the commercial and agricultural possibilities. One of these had gone up the Tana river. But another and a rival expedition was proceeding along the northern bank of this same river. Karl Peters, whose energy cannot be denied, whatever may be thought of his methods, set out with an armed caravan up the Tana on the pretext of leading an expedition to the relief of Emin Pasha, the governor of the equatorial province of the Egyptian Sudan, then reported to be hemmed in by the dervishes at Wadelai. His expedition was not sanctioned by the German government, and the British naval commander had orders to prevent his landing. But Peters succeeded in evading the British vessels and proceeded up the river, planting German flags and fighting the natives who opposed his progress. Early in 1890 he reached Kavirondo, and there found letters from Mwanga, king of Uganda, addressed to F. J. Jackson, the leader of an expedition sent out by the British East Africa

Uganda secured by Great Britain.
Company, imploring the company’s representative to come to his assistance and offering to accept the British flag. To previous letters, less plainly couched. from the king, Jackson had returned the answer that his instructions were not to enter Uganda, but that he would do so in case of need. The letters that fell into Peters’s hands were in reply to those from
Jackson. Peters did not hesitate to open the letters, and on reading them he at once proceeded to Uganda, where, with the assistance of the French
Roman Catholic priests, he succeeded in inducing Mwanga to sign a loosely worded treaty intended to place him under German protection. On hearing of this Jackson at once set out for Uganda, but Peters did not wait for his arrival, leaving for the south of Victoria Nyanza some days before Jackson arrived at Mengo, Mwanga’s capital. As Mwanga would not agree to Jackson’s proposals, Jackson returned to the coast, leaving a representative at Mengo to protect the company’s interests. Captain (afterwards Sir) F. D. Lugard, who had recently entered the company’s employment, was at once ordered to proceed to Uganda. But in the meantime an event of great importance had taken place, the conclusion of the agreement between Great Britain and
Germany with reference to their different spheres of influence in various parts of Africa.
The Anglo-German agreement of the 1st of July 1890 has already been referred to and its importance insisted upon. Here we have to deal with the provisions in reference to East Africa. In return for the cession of
Heligoland, Lord Salisbury obtained from Germany the recognition of a
British protectorate over the dominions of the sultan of Zanzibar, including the islands of Zanzibar and Pemba, but excluding the strip leased to Germany, which was subsequently ceded absolutely to Germany. Germany further agreed to withdraw the protectorate declared over Witu and the adjoining coast up to Kismayu in favour of Great Britain, and to recognize as within the British sphere of influence the vast area bounded, on the south by the frontier line laid down in the agreement of 1886, which was to be extended along the first parallel of south latitude across Victoria
Nyanza to the frontiers of the Congo Free State, on the west by the Congo
Free State and the western watershed of the Nile, and on the north by a line commencing on the coast at the north bank of the mouth of the river
Juba, then ascending that bank of the river until it reached the territory at that time regarded as reserved to the influence of Italy13 in Gallaland and Abyssinia, when it followed the frontier of the Italian sphere to the confines of Egypt. To the south-west of the German sphere in East Africa the boundary was formed by the eastern and northern shore of Lake Nyasa, and round the western shore to the mouth of the Songwe river, from which point it crossed the Nyasa-Tanganyika plateau to the southern end of the last-named lake,

Limits of German East Africa defined. leaving the Stevenson Road on the British side of the boundary. The effect of this treaty was to remove all serious causes of dispute about territory between Germany and Great Britain in East Africa. It rendered quite valueless Peters’s treaty with Mwanga and his promenade along the Tana; it freed Great Britain from any fear of German competition to the northwards, and recognized that her influence extended to the western limits of the
Nile valley. But, on the other hand, Great Britain had to relinquish the ambition of connecting her sphere of influence in the Nile valley with her possessions in Central and South Africa. On this point Germany was quite obdurate; and, as already stated, an attempt subsequently made (May 1894) to secure this object by the lease of a strip of territory from the Congo
Free State was frustrated by German opposition.
Uganda having thus been assigned to the British sphere of influence by the only European power in a position to contest its possession with her, the subsequent history of that region, and of the country between the
Victoria Nyanza and the coast, must be traced in the articles on BRITISH
EAST AFRICA and UGANDA, but it may be well briefly to record here the following facts:—The Imperial British East Africa Company, finding the burden of administration too heavy for its financial resources, and not receiving the assistance it felt itself entitled to receive from the imperial authorities, intimated that it would be compelled to withdraw at the end of the year 1892. Funds were raised to enable the company to continue its administration until the end of March 1893, and a strong public protest against evacuation compelled the government to determine in favour of the retention of the country. In January 1893 Sir Gerald Portal left the coast as a special commissioner to inquire into the «best means of dealing with the country, whether through Zanzibar or otherwise.» On the 31st of March the union jack was raised, and on the 29th of May a fresh treaty was concluded with King Mwanga placing his country under British protection. A formal protectorate was declared over Uganda proper on the
19th of June 1894, which was subsequently extended so as to include the countries westwards towards the Congo Free State, eastwards to the British
East Africa protectorate and Abyssinia, and northwards to the Anglo-
Egyptian Sudan. The British East Africa protectorate was constituted in
June 1895, when the Imperial British East Africa Company relinquished all its rights in exchange for a money payment, and the administration was assumed by the imperial authorities. On the 1st of April 1902 the eastern province of the Uganda protectorate was transferred to the British East
Africa protectorate, which thus secured control of the whole length of the so-called Uganda railway, and at the same time obtained access to the
Victoria Nyanza.
Early in the ‘eighties, as already seen, Italy had obtained her first formal footing on the African coast at the Bay of Assab

Italy in East Africa.
(Aussa) on the Red Sea. In 1885 the troubles in which Egypt found herself involved compelled the khedive and his advisers to loosen their hold on the
Red Sea littoral, and, with the tacit approval of Great Britain, Italy took possession of Massawa and other ports on that coast. By 1888 Italian influence had been extended from Ras Kasar on the north to the northern frontier of the French colony of Obok on the south, a distance of some 650 m. The interior limits of Italian influence were but ill defined, and the negus Johannes (King John) of Abyssinia viewed with anything but a favourable eye the approach of the Italians towards the Abyssinian highlands. In January 1887 an Italian force was almost annihilated at
Dogali, but the check only served to spur on the Italian government to fresh efforts.
The Italians occupied Keren and Asmara in the highlands, and eventually, in May 1889, concluded a treaty of peace and friendship with the negus
Menelek, who had seized the throne on the death of Johannes, killed in battle with the dervishes in March of the same year. This agreement, known as the treaty of Uccialli, settled the frontiers between Abyssinia and the
Italian sphere, and contained the following article:—
XVII. His Majesty the King of Kings of Ethiopia consents to avail himself of the Italian government for any negotiations which he may enter into with the other powers or governments.
In Italy and by other European governments this article was generally regarded as establishing an Italian protectorate over Abyssinia; but this interpretation was never accepted by the emperor Menelek, and at no time did Italy succeed in establishing any very effective control over
Abyssinian affairs. North of the Italian coast sphere the Red Sea littoral was still under Egyptian rule, while immediately to the south a small stretch of coast on the Gulf of Tajura constituted the sole French possession on the East African mainland (see SOMALILAND.) Moreover, when
Egyptian claims to the Somali coast were withdrawn, Great Britain took the opportunity to establish her influence on the northern Somali coast, opposite Aden. Between the 1st of May 1884 and the 15th of March 1886 ten treaties were concluded, placing under British influence the northern
Somali coast from Ras Jibuti on the west to Bandar Ziada on the east. In the meantime Italy, not content with her acquisitions on the Red Sea, had been concluding treaties with the Somali chiefs on the east coast. The first treaty was made with the sultan of Obbia on the 8th of February 1889.
Later in the same year the British East Africa Company transferred to
Italy—the transference being subsequently approved by the sultan of
Zanzibar—the ports of Brava, Marka, Mukdishu and Warsheik, leased from
Zanzibar. On the 24th of March 1891 an agreement between Italy and Great
Britain fixed the northern bank of the Juba up to latitude 6 deg. N. as the southern boundary of Italian influence in Somaliland, the boundary being provisionally prolonged along lines of latitude and longitude to the intersection of the Blue Nile with 35 deg. E. longitude. On the 15th of
April 1891 a further agreement fixed the northern limit of the Italian sphere from Ras Kasar on the Red Sea to the point on the Blue Nile just mentioned. By this agreement Italy was to have the right temporarily to occupy Kassala, which was left in the Anglo-Egyptian sphere, in trust for
Egypt—a right of which she availed herself in 1894. To complete the work of delimitation the British and Italian governments, on the 5th of May 1894, fixed the boundary of the British sphere of influence in Somaliland from the Anglo-French boundary, which had been settled in February 1888.
But while Great Britain was thus lending her sanction to Italy’s ambitious schemes, the Abyssinian emperor was becoming more and more incensed at Italy’s pretensions to exercise a protectorate over Ethiopia.
In 1893 Menelek denounced the treaty of Uccialli, and eventually, in a great battle, fought at Adowa on the 1st of March 1896, the Italians were disastrously defeated. By the subsequent treaty of Adis Ababa, concluded on the 26th of October 1896, the whole of the country to the

The independence of Abyssinia recognized. south of the Mareb, Belesa and Muna rivers was restored to Abyssinia, and
Italy acknowledged the absolute independence of Abyssinia. The effect of this was practically to destroy the value of the Anglo-Italian agreement as to the boundaries to the south and west of Abyssinia; and negotiations were afterwards set on foot between the emperor Menelek and his European neighbours with the object of determining the Abyssinian frontiers. Italian
Somaliland, bordering on the south-eastern frontier of Abyssinia, became limited to a belt of territory with a depth inland from the Indian Ocean of from 180 to 250 m. The negotiations concerning the frontier lasted until
1908, being protracted over the question as to the possession of Lugh, a town on the Juba, which eventually fell to Italy. After the battle of Adowa the Italian government handed over he administration of the southern part of the country to the enadir Company, but in January 1905 the government resumed control and at the same time transformed the leasehold rights it held from the sultan of Zanzibar into sovereign rights by the payment to the sultan of L. 144,000. To facilitate her communications with the interior, Italy also secured from the British government the lease of a small area of land immediately to the north of Kismayu. In British
Somaliland the frontier fixed by agreement with Italy in 1894 was modified, in so far as it marched with Abyssinian territory, by an agreement which
Sir Rennell Rodd concluded with the emperor Menelek in 1897. The effect of this agreement was to reduce the area of British Somaliland from 75,000 to
68,000 sq. m. In the same year France concluded an agreement with the emperor, which is known to have fixed the frontier of the French Somali
Coast protectorate at a distance of 90 kilometres (56 m.) from the coast.
The determination of the northern, western and southern limits of Abyssinia proved a more difficult matter. A treaty of July 1900 followed by an agreement of November 1901 defined the boundaries of Eritrea on the side of
Abyssinia and the Sudan respectively. In certain details the boundaries thus laid down were modified by an Anglo-Italian-Abyssinian treaty signed at Adis Ababa on the 15th of May 1902. On the same day another treaty was signed at the Abyssinian capital by Sir John Harrington, the British minister plenipotentiary, and the emperor Menelek, whereby the western, or
Sudan-Abyssinian, frontier was defined as far south as the intersection of
6 deg. N. and 35 deg. E. Within the British sphere were left the Atbara up to Gallabat, the Blue Nile up to Famaka and the Sobat up to the junction of the Baro and Pibor. While not satisfying Abyssinian claims to their full extent, the frontier laid down was on the whole more favourable to
Abyssinia than was the line fixed in the Anglo-Italian agreement of 1891.
On the other hand, Menelek gave important economic guarantees and concessions to the Sudan government.
In Egypt the result of the abolition of the Dual Control was to make
British influence virtually predominant, though theoretically Turkey remained the suzerain power; and after the reconquest of the Sudan by the
Anglo-Egyptian army a convention between the British and Egyptian governments was signed at Cairo on the 19th of January 1899, which, inter alia, provided for the joint use of the British and Egyptian flags in the territories south of the 22nd parallel of north latitude. From the international point of view the British position in Egypt was strengthened by the Anglo-French declaration of the 8th of April 1904. For some time previously there had been

The Anglo-French agreements of April 1904. a movement on both sides of the Channel in favour of the settlement of a number of important questions in which British and French interests were involved. The movement was no doubt strengthened by the desire to reduce to their least dimensions the possible causes of trouble between the two countries at a time when the outbreak of hostilities between Russia (the ally of France) and Japan (the ally of Great Britain) rendered the European situation peculiarly delicate. On the 8th of April 1904 there was signed in
London by the British foreign secretary, the marquess of Lansdowne, and the
French ambassador, M. Paul Cambon, a series of agreements relating to several parts of the globe. Here we are concerned only with the joint declaration respecting Egypt and Morocco and a convention relating, in part, to British and French frontiers in West Africa. The latter we shall have occasion to refer to later. The former, notwithstanding the declarations embodied in it that there was «no intention of altering the political status» either of Egypt or of Morocco, cannot be ignored in any account of the partition in Africa. With regard to Egypt the French government declared «that they will not obstruct the action of Great
Britain in that country by asking that a limit of time be fixed for the
British occupation or in any other manner.» France also assented—as did subsequently the other powers interested—to a khedivial decree simplifying the international control exercised by the Caisse de la Dette over the finances of Egypt.
In order to appreciate aright that portion of the declaration relating to
Morocco it is necessary to say a few words about the course of French policy in North-West Africa. In Tunisia the work of strengthening the protectorate established in 1881 had gone steadily forward; but it was in
Algeria that the extension of French influence had been most marked. The movement of expansion southwards was inevitable. With the progress of exploration it became increasingly evident that the Sahara constituted no insurmountable barrier between the French possessions in North and West
Central Africa. But France had not only the hope of placing Algeria in touch with the Sudan to spur her forward. To consolidate her position in
North-West Africa she desired to make French influence supreme in Morocco.
The relations between the two countries did not favour the realization of that ambition. The advance southwards of the French forces of occupation evoked loud protests from the Moorish government, particularly with regard to the occupation in 1900-1901 of the Tuat Oases. Under the Franco-Moorish treaty of 1845 the frontier between Algeria and Morocco was defined from the Mediterranean coast as far south as the pass of Teniet el Sassi, in about 34 deg. N.; beyond that came a zone in which no frontier was defined, but in which the tribes and desert villages (ksurs) belonging to the respective spheres of influence were named; while south of the desert villages the treaty stated that in view of the character of the country
«the delimitation of it would be superfluous.» Though the frontier was thus left undefined, the sultan maintained that in her advance southwards
France had trespassed on territories that unmistakably belonged to Morocco.
After some negotiation, however, a protocol was signed in Paris on

France’s privileged position in Morocco. the 20th of July 1901, and commissioners appointed to devise measures for the co-operation of the French and Moorish authorities in the maintenance of peaceful conditions in the frontier region. It was reported that in
April 1902 the commissioners signed an agreement whereby the Sharifan government undertook to consolidate its authority on the Moorish side of the frontier as far south as Figig. The agreement continued: «Le
Gouvernement francais, en raison de son voisinage, lui pretera son appui, en cas de besoin. Le Gouvernement francais etablira son autorite et la paix dans les regions du Sahara, et le Gouvernement marocain, son voisin, lui aidera de tout son pouvoir.» Meanwhile in the northern districts of
Morocco the conditions of unrest under the rule of the young sultan, Abd el
Aziz IV., were attracting an increasing amount of attention in Europe and were calling forth demands for their suppression. It was in these circumstances that in the Anglo-French declaration of April 1904 the
British government recognized «that it appertains to France, more particularly as a power whose dominions are conterminous for a great distance with those of Morocco, to preserve order in that country, and to provide assistance for the purpose of all administrative, economic, financial and military reforms which it may require.» Both parties to the declaration, «inspired by their feeling of sincere friendship for Spain, take into special consideration the interests which that country derives from her geographical position and from her territorial possessions on the
Moorish coast of the Mediterranean. In regard to these interests the French government will come to an understanding with the Spanish government.» The understanding thus foreshadowed was reached later in the same year, Spain securing a sphere of interest on the Mediterranean coast. In pursuance of the policy marked out in the Anglo-French declaration, France was seeking to strengthen her influence in Morocco when in 1905 the attitude of Germany seriously affected her position. On the 8th of July France secured from the
German government formal «recognition of the situation created for France in Morocco by the contiguity of a vast extent of territory of Algeria and the Sharifan empire, and by the special relations resulting therefrom between the two adjacent countries, as well as by the special interest for
France, due to this fact, that order should reign in the Sharifan Empire.»
Finally, in January-April 1906, a conference of the powers was held at
Algeciras to devise, by invitation of the sultan, a scheme of reforms to be introduced into Morocco (q.v..) French capital was allotted a larger share than that of any other power in the Moorish state bank which it was decided to institute, and French and Spanish officers were entrusted with the organization of a police force for the maintenance of order in the principal coast towns. The new regime had not been fully inaugurated, however, when a series of outrages led, in 1907, to the military occupation by France of Udja, a town near the Algerian frontier, and of the port of
Casablanca on the Atlantic coast of Morocco.
It only remains to be noted, in connexion with the story of French activity in North-West Africa, that with such energy was the penetration of the Sahara pursued that in April 1904 flying columns from Insalah and
Timbuktu met by arrangement in mid-desert, and in the following year it was deemed advisable to indicate on the maps the boundary between the Algerian and French West African territories.
Brief reference must be made to the position of Tripoli. While Egypt was brought under British control and Tunisia became a French protectorate,
Tripoli remained a province of the Turkish empire with undefined frontiers in the hinterland, a state of affairs which more than once threatened to lead to trouble with France during the expansion of the latter’s influence in the Sahara. As already stated, Italy early gave evidence that it was her ambition to succeed to the province, and, not only by the sultan of Turkey but in Italy also, the Anglo-French declaration of March 1899, respecting the limits of the British and French spheres of influence in north Central
Africa, was viewed with some concern. By means of a series of public utterances on the part of French and Italian statesmen in the winter 1901-
1902 it

Italy’s interest in Tripoli. was made known that the two powers had come to an understanding with regard to their interests in North Africa, and in May 1902 Signor Prinetti, then
Italian minister for foreign affairs, speaking in parliament in reply to an interpellation on the subject of Tripoli, declared that if «the status quo in the Mediterranean were ever disturbed, Italy would be sure of finding no one to bar the way to her legitimate aspirations.»
At the opening of the Berlin conference Spain had established no formal claim to any part of the coast to the south of Morocco; but while the conference was sitting, on the 9th of January 1885, the Spanish government intimated that in view of the importance of the Spanish settlements on the
Rio de Oro, at Angra de Cintra,

Spanish colonies. and at Western Bay (Cape Blanco), and of the documents signed with the independent tribes on that coast, the king of Spain had taken under his protection «the territories of the western coast of Africa comprised between the fore-mentioned Western Bay and Cape Bojador.» The interior limits of the Spanish sphere were defined by an agreement concluded in 1900 with France. By this document some 70,000 sq. m. of the western Sahara were recognized as Spanish.
The same agreement settled a long-standing dispute between Spain and
France as to the ownership of the district around the Muni river to be south of Cameroon, Spain securing a block of territory with a coast-line from the Campo river on the north to the Muni river on the south. The northern frontier is formed by the German Cameroon colony, the eastern by
11 deg. 20′ E., and the southern by the first parallel of north latitude to its point of intersection with the Muni river.
Apart from this small block of Spanish territory south of Cameroon, the stretch of coast between Cape Blanco and the

Division of the Guinea coast. mouth of the Congo is partitioned among four European powers—Great Britain,
France, Germany and Portugal —and the negro republic of Liberia. Following the coast southwards from Cape Blanco is first the French colony of
Senegal, which is indented, along the Gambia river, by the small British colony of that name, and then the comparatively small territory of
Portuguese Guinea, all that remains on this Coast to represent Portugal’s share in the scramble in a region where she once played so conspicuous a part. To the south of Portuguese Guinea is the French Guinea colony, and still going south and east are the British colony of Sierra Leone, the republic of Liberia, the French colony of the Ivory coast, the British Gold
Coast, German Togoland, French Dahomey, the British colony (formerly known as the Lagos colony) and protectorate of Southern Nigeria, the German colony of Cameroon, the Spanish settlements on the Muni river, the French
Congo colony, and the small Portuguese enclave north of the Congo to which reference has already been made, which is administratively part of the
Angola colony. When the General Act of the Berlin conference was signed the whole of this coast-line had not been formally claimed; but no time was lost by the powers interested in notifying claims to the unappropriated sections, and the conflicting claims put forward necessitated frequent adjustments by international agreements. By a Franco-Portuguese agreement of the 12th of May 1886 the limits of Portuguese Guinea—surrounded landwards by French territory—were defined, and by agreements with Great
Britain in 1885 and France in 1892 and 1907 the Liberian republic was
Confined to an area of about 43,000 sq. m.
The real struggle in West Africa was between France and Great Britain, and France played the dominant part, the exhaustion of Portugal, the apathy of the British government and the late appearance of Germany in the field being all elements that favoured the success of French policy. Before tracing the steps in the historic contest between France and Great Britain it is necessary, however, to deal briefly with the part played by Germany.
She naturally could not be disposed of by the chief rivals as easily as were Portugal and Liberia. It will be remembered that Dr Nachtigal, while the proposals for the Berlin conference were under discussion, had planted the German flag on the coast of Togo and in Cameroon in the month of July
1884. In Cameroon Germany found herself with Great Britain for a neighbour to the north, and with France as her southern neighbour on the Gabun river.
The utmost activity was displayed in making treaties with native chiefs, and in securing as wide a range of coast for German enterprise as was possible. After various provisional agreements had been concluded between
Great Britain and Germany, a «provisional line of demarcation» was adopted in the famous agreement of the 1st of July 1890, starting from the head of the Rio del Rey creek and going to the point, about 9 deg. 8′ E., marked «rapids» on the British Admiralty chart. By a further agreement of the 14th of April 1893, the right bank of the Rio del Rey was made the boundary between the Oil Rivers Protectorate (now Southern Nigeria) and
Cameroon. In the following November (1893) the boundary was continued from the «rapids» before mentioned, on the Calabar or Cross river, in a straight line towards the centre of the town of Yola, on the Benue river.
Yola itself, with a radius

Germany in West Central Africa.

of some 3 m., was left in the British sphere, and the German boundary followed the circle eastwards from the point of intersection as it neared
Yola until it met the Benue river. From that point it crossed the river to the intersection of the 13th degree of longitude with the 10th degree of north latitude, and then made direct for a point on the southern shore of
Lake Chad «situated 35 minutes east of the meridian of Kuka.» By this agreement the British government withdrew from a considerable section of the upper waters of the Benue with which the Royal Niger Company had entered into relations. The limit of Germany’s possible extension eastwards was fixed at the basin of the river Shari, and Darfur, Kordofan and the
Bahr-el-Ghazal were to be excluded from her sphere of influence. The object of Great Britain in making the sacrifice she did was two-fold. By satisfying Germany’s desire for a part of Lake Chad a check was put on
French designs on the Benue region, while by recognizing the central Sudan
(Wadai, &c.) in the German sphere, a barrier was interposed to the advance of France from the Congo to the Nile. This last object was not attained, inasmuch as Germany in coming to terms with France as to the southern and eastern limits of Cameroon abandoned her claims to the central Sudan. She had already, on the 24th of December 1885, signed a protocol with France fixing her southern frontier, where it was coterminous with the French
Congo colony. But to the east German explorers were crossing the track of
French explorers from the northern bank of the Ubangi, and the need for an agreement was obvious. Accordingly, on the 4th of February 1894, a protocol—which, some weeks later, was confirmed by a convention— was signed at Berlin, by which France accepted the presence of Germany on Lake Chad as a fait accompli and effected the best bargain she could by making the left bank of the Shari river, from its outlet into Lake Chad to the 10th parallel of north latitude, the eastern limit of German extension. From this point the boundary line went due west some 230 m., then turned south, and with various indentations joined the south-eastern frontier, which had been slightly extended so as to give Germany access to the Sanga river— a tributary of the Congo. Thus, early in 1894, the German Cameroon colony had reached fairly definite limits. In 1908 another convention, modifying the frontier, gave Germany a larger share of the Sanga, while France, among other advantages, gained the left bank of the Shari to 10 deg. 40′ N.
The German Togoland settlements occupy a narrow strip of the Guinea coast, some 35 m. only in length, wedged in between the British Gold Coast and French Dahomey. At first France was inclined to dispute Germany’s claims to Little Popo and Porto Seguro; but in December 1885 the French government acknowledged the German protectorate over these

Exclusion of Germany from the Niger. places, and the boundary between French and German territory, which runs north from the coast to the 11th decree of latitude, was laid down by the
Franco-German convention of the 12th of July 1897. The fixing of the 11th parallel as the northern boundary of German expansion towards the interior was not accomplished without some sacrifice of German ambitions. Having secured an opening on Lake Chad for her Cameroon colony, Germany was anxious to obtain a footing on the middle Niger for Togoland. German expeditions reached Gando, one of the tributary states of the Sokoto empire on the middle Niger, and, notwithstanding the existence of prior treaties with Great Britain, sought to conclude agreements with the sultan of that country. But this German ambition conflicted both with the British and the
French designs in West Africa, and eventually Germany had to be content with the 11th parallel as her northern frontier. On the west the Togoland frontier on the coast was fixed in July 1886 by British and German commissioners at 1 deg. 10′ E. longitude, and its extension towards the interior laid down for a short distance. A curious feature in the history of its prolongation was the establishment in 1888 of a neutral zone wherein neither power was to seek to acquire protectorates nor exclusive influence.
It was not until November 1899 that, as part of the Samoa settlement, this neutral zone was partitioned between the two powers and the frontier extended to the 11th parallel.
The story of the struggle between France and Great Britain in West Africa may roughly be divided into two sections, the

Anglo-French rivalry in West Africa. first dealing with the Coast colonies, the second dealing with the struggle for the middle Niger and Lake Chad. As regards the Coast colonies, France was wholly successful in her design of isolating all Great Britain’s separate possessions in that region, and of securing for herself undisputed possession of the upper Niger and of the countries lying within the great bend of that river. When the British government awoke to the consciousness of what was at stake France had obtained too great a start. French governors of the Senegal had succeeded, before the Berlin Conference, in establishing forts on the upper Niger, and the advantage thus gained was steadily pursued. Every winter season French posts were pushed farther and farther along the river, or in the vast regions watered by the southern tributaries of the Senegal and Niger rivers. This ceaseless activity met with its reward. Great Britain found herself compelled to acknowledge accomplished facts and to conclude agreements with France, which left her colonies mere coast patches, with a very limited extension towards the interior. On the 10th of August 1889 an agreement was signed by which the
Gambia colony and protectorate was confined to a narrow strip of territory on both banks of the river for about 200 m. from the sea. In June 1882 and in August 1889 provisional agreements were made with France fixing the western and northern limits of Sierra Leone, and commissioners were appointed to trace the line of demarcation agreed upon by the two governments. But the commissioners failed to agree, and on the 21st of
January 1895 a fresh agreement was made, the boundary being subsequently traced by a mixed commission. Sierra Leone, as now definitely constituted, has a coast-line of about 180 m. and a maximum extension towards the interior of some 200 m.
At the date of the Berlin conference the present colonies of Southern
Nigeria and the Gold Coast constituted a single colony under the title of the Gold Coast colony, but on the 13th of January 1886 the territory comprised under that title was erected into two separate colonies—Lagos and the Gold Coast (the name of the former being changed in February 1906 to the colony of Southern Nigeria). The coast limits of the new Gold Coast colony were declared to extend from 5 deg. W. to 2 deg. E., but these limits were subsequently curtailed by agreements with France and Germany.
The arrangements that fixed the eastern frontier of the Gold Coast colony and its hinterland have already been stated in connexion with German
Togoland. On the western frontier it marches with the French colony of the
Ivory Coast, and in July 1893, after an unsuccessful attempt to achieve the same end by an agreement concluded in 1889, the frontier was defined from the neighbourhood of the Tano lagoon and river of the same name, to the 9th degree of north latitude. In August 1896, following the destruction of the
Ashanti power and the deportation of King Prempeh, as a result of the second Ashanti campaign, a British protectorate was declared over the whole of the Ashanti territories and a resident was installed at Kumasi. But no northern limit had been fixed by the 1893 agreement beyond the 9th parallel, and the countries to the north—Gurunsi (Grusi), Mossi and Gurma—- were entered from all sides by rival British, French and German expeditions. The conflicting claims established by these rival expeditions may, however, best be considered in connexion with the struggle for supremacy on the middle Niger and in the Chad region, to which it is now necessary to turn.
A few days before the meeting of the Berlin conference Sir George Goldie had succeeded in buying up all the French interests on the lower Niger. The
British company’s influence had at that date been extended by treaties with the native chiefs up the main Niger stream to its junction with the Benue, and some distance along this latter river But the great Fula states of the central Sudan were still outside European influence, and this fact did not escape attention in Germany. German merchants had been settled for some years on the coast, and one of them, E. R. Flegel, had displayed great interest in, and activity on, the river. He recognized that in the densely populated states of the middle Niger, Sokoto and Gando, and in Bornu to the west of Lake Chad, there was a magnificent field for Germany’s new-born colonizing zeal. The German African Company14 and the German Colonial
Society listened eagerly to Flegel’s proposals, and in April 1885 he left
Berlin on a mission to the Fula states of Sokoto and Gando. But it was impossible to keep his intentions entirely secret, and the (British)
National African Company had no desire to see the French rivals, whom they had with so much difficulty dislodged from the river, replaced by the even more troublesome German. Accordingly Joseph Thomson, the young Scottish explorer, was sent out to the Niger, and had the satisfaction of concluding on the 1st of June 1885 a treaty with «Umoru, King of the Mussulmans of the Sudan and Sultan of Sokoto,» which practically secured the whole of the trading rights and the control of the sultan’s foreign relations to the
British company. Thomson concluded a similar treaty with the sultan of
Gando, so as to provide against the possibility of its being alleged that
Gando was an independent state and not subject to the suzerainty of the sultan of Sokoto. As Thomson descended the river with his treaties, he met
Flegel going up the river, with bundles of German flags and presents for the chiefs. The German government continued its efforts to secure a footing on the lower Niger until the fall of Prince Bismarck from power in March
1890, when opposition ceased, and on the failure of the half-hearted attempt made later to establish relations with Gando from Togoland, Germany dropped out of the competition for the

The Niger Company granted a charter. western Sudan and left the field to France and Great Britain. After its first great success the National African Company renewed its efforts to obtain a charter from the British government, and on the 10th of July 1886 the charter was granted, and the company became «The Royal Niger Company, chartered and limited.» In June of the previous year a British protectorate had been proclaimed Over the whole of the coast from the Rio del Rey to the Lagos frontier, and as already stated, on the 13th of
January 1886 the Lagos settlements had been separated from the Gold Coast and erected into a separate colony. It may be convenient to state here that the western boundary of Lagos with French territory (Dahomey) was determined in the Anglo-French agreement of the 10th of August 1889, «as far as the 9th degree of north latitude, where it shall stop.» Thus both in the Gold Coast hinterland and in the Lagos hinterland a door was left wide open to the north of the 9th parallel.
Notwithstanding her strenuous efforts, France, in her advance down the
Niger from Senegal, did not succeed in reaching Sego on the upper Niger, a considerable distance above Timbuktu, until the winter of 1890-1891, and the rapid advance of British influence up the river raised serious fears lest the Royal Niger Company should reach Timbuktu before France could forestall her. It was, no doubt, this consideration that induced the French government to consent to the insertion in the agreement of the 5th of
August 1890, by which Great Britain recognized France’s protectorate over
Madagascar, of the following article:
The Government of Her Britannic Majesty recognizes the sphere of influence of France to the south of her Mediterranean possessions up to a line from Say on the Niger to Barrua on Lake Chad, drawn m such a manner as to comprise in the sphere of action of the Niger Company all that fairly belongs to the kingdom of Sokoto; the line to be determined by the commissioners to be appointed.
The commissioners never were in fact appointed, and the proper meaning to be attached to this article subsequently became a subject of bitter controversy between the two countries. An examination of the map of West
Africa will show what possibilities of trouble were left open at the end of
1890 by the various agreements concluded up to that date. From Say on the
Niger to where the Lagos frontier came to an abrupt stop in 9 deg. N. there was no boundary line between the French and British spheres of influence.
To the north of the Gold Coast and of the French Ivory Coast colony the way was equally open to Great Britain and to France, while the vagueness of the
Say-Barrua line left an opening of which France was quick to avail herself.
Captain P. L. Monteil, who was despatched by the French government to West
Africa in 1890, immediately after the conclusion of the August agreement, did not hesitate to pass well to the south of the Say-Barrua line, and to attempt to conclude treaties with chiefs who were, beyond all question, within the British sphere. Still farther south, on the Benue river, the two expeditions of Lieutenant Mizon—in 1890 and 1892—failed to do any real harm to British interests. In 1892 an event happened which had an important bearing on the future course of the dispute.

French advance Timbuktu.
After a troublesome war with Behanzin king of to the native state of
Dahomey, France annexed some portion of Dahomeyan territory on the coast, and declared a protectorate over the rest of the kingdom. Thus was removed the barrier which had up to that time prevented France from pushing her way
Nigerwards from her possessions on the Slave Coast, as well as from the upper Niger and the Ivory Coast. Henceforth her progress from all these directions was rapid, and in particular Timbuktu was occupied in the last days of 1893.
In 1894 it appears to have been suddenly realized in France that, for the development of the vast regions which she was placing under her protection in West Africa, it was extremely desirable that she should obtain free access to the navigable portions of the Niger, if not on the left bank, from which she was excluded by the Say-Barrua agreement, then on the right bank, where the frontier had still to be fixed by international agreement.
In the neighbourhood of Bussa there is a long stretch of the river so impeded by rapids that navigation is practically impossible, except in small boats and at considerable risk. Below these rapids France had no foothold on the river, both banks from Bussa to the sea being within the
British sphere. In 1890 the Royal Niger Company had concluded a treaty with the emir and chiefs of Bussa (or Borgu); but the French declared that the real paramount chief of Borgu was not the king of Bussa, but the king of
Nikki, and three expeditions were despatched in hot haste to Nikki to take the king under French protection. Sir George Goldie, however, was not to be baffled. While maintaining the validity of the earlier treaty with Bussa, he despatched Captain (afterwards General Sir) F.D. Lugard to Nikki, and
Lugard was successful in distancing all his French competitors by several days, reaching Nikki on the 5th of November 1894 and concluding a treaty with the king and chiefs. The French expeditions, which were in great strength, did not hesitate on their arrival to compel the king to execute fresh treaties with France, and with these in their possession they returned to Dahomey. Shortly afterwards a fresh act of aggression was committed. On the 13th of February 1895 a French officer, Commandant
Toutee, arrived on the right bank of the Niger opposite Bajibo and built a fort. His presence there was notified to the Royal Niger Company, who protested to the British government against this invasion of their territory. Lord Rosebery, who was then foreign minister, at once made inquiries in Paris, and received the assurance that Commandant Toutee was
«a private traveller.» Eventually Commandant Toutee was ordered to withdraw, and the fort was occupied by the Royal Niger Company’s troops.
Commandant Toutee subsequently published the official instructions from the
French government under which he had acted. It was thought that the recognition of the British claims, involved in the withdrawal of Commandant
Toutee, had marked the final abandonment by France of the attempt to establish herself on the navigable portions of the Niger below Bussa, but in 1897 the attempt was renewed in the most determined manner. In February of that year a French force suddenly occupied Bussa, and this act was quickly followed by the occupation of Gomba and Illo higher up the river.
In November 1897 Nikki was occupied. The situation on the Niger had so obviously been outgrowing the capacity of a chartered company that for some time before these occurrences the assumption of responsibility for the whole of the Niger region

The Franco-British settlement of 1898. by the imperial authorities had been practically decided on; and early in
1898 Lugard was sent out to the Niger with a number of imperial officers to raise a local force in preparation for the contemplated change. The advance of the French forces from the south and west was the signal for an advance of British troops from the Niger, from Lagos and from the Gold Coast protectorate. The situation thus created was extremely serious. The British and French flags were flying in close proximity, in some cases in the same village. Meanwhile the diplomatists were busy in London and in Paris, and in the latter capital a commission sat for many months to adjust the conflicting claims. Fortunately, by the tact and forbearance of the officers on both sides, no local incident occurred to precipitate a collision, and on the 14th of June 1898 a convention was signed by Sir
Edmund Monson and M. G. Hanotaux which practically completed the partition of this part of the continent.
The settlement effected was in the nature of a compromise. France withdrew from Bussa, Gomba and Illo, the frontier line west of the Niger being drawn from the 9th parallel to a point ten miles, as the crow flies, above Giri, the port of Illo. France was thus shut out from the navigable portion of the middle and lower Niger; but for purely commercial purposes
Great Britain agreed to lease to France two small plots of land on the river-the one on the right bank between Leaba and the mouth of the Moshi river, the other at one of the mouths of the Niger. By accepting this line
Great Britain abandoned Nikki and a great part of Borgu as well as some part of Gando to France. East of the Niger the Say-Barrua line was modified in favour of France, which gained parts of both Sokoto and Bornu where they meet the southern edge of the Sahara. In the Gold Coast hinterland the
French withdrew from Wa, and Great Britain abandoned all claim to Mossi, though the capital of the latter country, together with a further extensive area in the territory assigned to both powers, was declared to be equally free, so far as trade and navigation were concerned, to the subjects and protected persons of both nationalities. The western boundary of the Gold
Coast was prolonged along the Black Volta as far as latitude 11 deg. N., and this parallel was followed with slight deflexions to the Togoland frontier. In consequence of the acute crisis which shortly afterwards occurred between France and Great Britain on the upper Nile, the ratification of this agreement was delayed until after the conclusion of the Fashoda agreement of March 1899 already referred to. In 1900 the two patches on the Niger leased to France were selected by commissioners representing the two countries, and in the same year the Anglo-French frontier from Lagos to the west bank of the Niger was delimited.
East of the Niger the frontier, even as modified in 1898, failed to satisfy the French need for a practicable route to Lake Chad, and in the convention of the 8th of April 1904, to which reference has been made under
Egypt and Morocco, it was

Further concessions to France. agreed, as part of the settlement of the French shore question in
Newfoundland, to deflect the frontier line more to the south. The new boundary was described at some length, but provision was made for its modification in points of detail on the return of the commissioners engaged in surveying the frontier region. In 1906 an agreement was reached on all points, and the frontier at last definitely settled, sixteen years after the Say-Barrua line had been fixed. This revision of the Niger-Chad frontier did not, however, represent the only territorial compensation received by France in West Africa in connexion with the settlement of the
Newfoundland question. By the same convention of April 1904 the British government consented to modify the frontier between Senegal and the Gambia colony «so as to give to France Yarbutenda and the lands and landing- places belonging to that locality,» and further agreed to cede to France the tiny group of islands off the coast of French Guinea known as the Los
Islands.
Meantime the conclusion of the 1898 convention had left both the British and the French governments free to devote increased attention to the subdivision and control of their West African possessions. On the 1st of
January 1900 the imperial authorities assumed direct responsibility for the whole of the territories of the Royal Niger Company, which became henceforth a purely commercial undertaking. The Lagos protectorate was extended northwards; the Niger Coast protectorate, likewise with extended frontiers, became Southern Nigeria; while the greater part of the territories formerly administered by the company were constituted into the protectorate of Northern Nigeria—all three administrations being directly under the Colonial Office In February 1906 the administration of the
Southern Nigerian protectorate was placed under that of Lagos at the same time as the name of the latter was changed to the Colony of Southern
Nigeria, this being a step towards the eventual

Organization of the British and French protectorates. amalgamation of all three dependencies under one governor or governor- general. In French West Africa changes in the internal frontiers have been numerous and important. The coast colonies have all been increased in size at the expense of the French Sudan, which has vanished from the maps as an administrative entity. There are carved out of the territories comprised in what is officially known as French West Africa five colonies—Senegal,
French Guinea, the Ivory Coast, Dahomey and the Upper Senegal and Niger, this last being entirely cut off from the sea—and the civil territory of
Mauritania. To the colony of the Upper Senegal and Niger is attached the military territory of the Niger, embracing the French Sahara up to the limit of the Algerian sphere of influence. Not only are all these divisions of French West Africa connected territorially, but administratively they are united under a governor-general. Similarly the French Congo territories have been divided into three colonies—the Gabun, the Middle Congo and the
Ubangi-Shari-Chad—all united administratively under a commissioner-general.
There are, around the coast, numerous islands or groups of islands, which are regarded by geographers as outliers of the

Ownership of the African Islands.
African mainland. The majority of these African islands were occupied by one or other of the European powers long before the period of continental partition. The Madeira Islands to the west of Morocco, the Bissagos
Islands, off the Guinea coast, and Prince’s Island and St Thomas’ Island, in the Gulf of Guinea, are Portuguese possessions of old standing; while in the Canary Islands and Fernando Po Spain possesses remnants of her ancient colonial empire which are a more valuable asset than any she has acquired in recent times on the mainland. St Helena in the Atlantic, Mauritius and some small groups north of Madagascar in the Indian Ocean, are British possessions acquired long before the opening of the last quarter of the
19th century. Zanzibar, Pemba and some smaller islands which the sultan was allowed to retain were, as has already been stated, placed under British protection in 1890, and the island of Sokotra was placed under the
«gracious favour and protection» of Great Britain on the 23rd of April
1886. France’s ownership of Reunion dates back to the 17th century, but the
Comoro archipelago was not placed under French protection until April 1886.
None of these islands, with the exception of the Zanzibar group, have, however, materially affected the partition of the continent, and they need not be enumerated in the table which follows. But the important island of
Madagascar stands in a different category, both on account of its size and because it was during the period under review that it passed through the various stages which led to its becoming a French colony. The first step was the placing of the foreign relations of the island under French control, which was effected by the treaty of the 17th of December 1885, after the Franco-Malagasy war that had broken out in 1883. In 1890 Great
Britain and Germany recognized a French protectorate over the island, but the Hova government declined to acquiesce in this view, and in May 1895
France sent an expedition to enforce her claims. The capital was occupied on the 30th of September in the same year, and on the day following Queen
Ranavalona signed a convention recognizing the French protectorate. In
January 1896 the island was declared a French possession, and on the 6th of
August was declared to be a French colony. In February 1897 the last vestige of ancient rule was swept away by the deportation of the queen.
Thus in its broad outlines the partition of Africa was begun and ended in the short space of a quarter of a century. There are still many finishing touches to be put to the structure. The southern frontiers of Morocco and
Tripoli remain undefined, while the mathematical lines by which the spheres of influence of the powers were separated one from the other are being variously modified on the do ut des principle as they come to be surveyed and as the effective occupation of the continent progresses. Much labour is necessary before the actual area of Africa and its subdivisions can be accurately determined, but in the following table the figures are at least approximately correct. Large areas of the spheres assigned to different
European powers have still to be brought under European control; but this work is advancing by rapid strides.

BRITISH— Sq. m.

Cape Colony . . . . . . . . . . . . . . 276,995

Natal and Zululand . . . . . . . . . . . 35,371

Basutoland . . . . . . . . . . . . . . . 10,293

Bechuanaland Protectorate . . . . . . . 225,000

Transvaal and Swaziland . . . . . . . . 117,732

Orange River Colony . . . . . . . . . . 50,392

Rhodesia . . . . . . . . . . . . . . . . 450,000

Nyasaland Protectorate . . . . . . . . . 43,608

British East Africa Protectorate . . . . 240,000

Uganda Protectorate . . . . . . . . . . 125,000

Zanzibar Protectorate . . . . . . . . . 1,020

Somaliland . . . . . . . . . . . . . . . 68,000

Northern Nigeria . . . . . . . . . . . 258,000

Southern Nigeria (colony and protectorate) 80,000

Gold Coast and hinterland . . . . . 82,000

Sierre Leone (colony and protectorate) . 34,000

Gambia . . . . . . . . . . . . . . . . . 4,000

Total British Africa . . . . . . . 2,101,411

Egypt and Libyan Desert . . . . . . . . 650,000

Anglo-Egyptian Sudan . . . . . . . . . . 950,000

1,600,000

FRENCH—

Algeria and Algerian Sahara . . . . . . 945,000

Tunisia . . . . . . . . . . . . . . . . 51,000

French West Africa—

Senegal . . . . . . . . . . . . . . . 74,000

French Guinea . . . . . . . . . . . . 107,000

Ivory Coast . . . . . . . . . . . . . 129,000

Dahomey . . . . . . . . . . . . . . . 40,000

Upper Senegal and Niger, and

Mauritania (including French West

African Sahara) . . . . 1,581,000 1,931,000

French Congo . . . . . . . . . . . . . . 700,000

French Somaliland . . . . . . . . . . . 12,000

Madagascar . . . . . . . . . . . . . . . 227,950

Total French Africa . . . . . . . 3,866,950

GERMAN—

East Africa . . . . . . . . . . . . . . 364,000

South.West Africa . . . . . . . . . . . 322,450

Cameroon . . . . . . . . . . . . . . . . 190,000

Togoland . . . . . . . . . . . . . . . . 33,700

Total German Africa . . . . . . . . 910,150
ITALIAN—

Eritrea . . . . . . . . . . . . . . . . 60,000

Somaliland . . . . . . . . . . . . . . . 140,000

Total Italian Africa . . . . . . . . 200,000

PORTUGUESE—

Guinea . . . . . . . . . . . . . . . . . 14,000

West Africa . . . . . . . . . . . . . . 480,000

East Africa . . . . . . . . . . . . . . 293,500

Total Portuguese Africa . . . . . . 787,500

SPANISH—

Rio de Oro . . . . . . . . . . . . . . . . 70,000

Muni River Settlements . . . . . . . . . . 9,800

Total Spanish Africa . . . . . . . . 79,800

BELGIAN—

Congo State . . . . . . . . . . . . . . . 900,000

TURKISH—

Tripoli and Benghazi . . . . . . . . . . 400,000

SEPARATE STATES—

Liberia . . . . . . . . . . . . . . . . . 43,000

Morocco . . . . . . . . . . . . . . . . . 220,000

Abyssinia . . . . . . . . . . . . . . . . 350,000

Total Independent Africa . . . . . . 613,000

Thus, collecting the totals, the result of the «scramble» has been to divide Africa among the powers as follows:—

Sq. m.

British Africa . . . . . . . . . . . . 2,101,411

Egyptian Africa . . . . . . . . . . . . 1,600,000

French Africa . . . . . . . . . . . . . 3,866,950

German Africa . . . . . . . . . . . . . . 910,150

Italian Africa . . . . . . . . . . . . . 200,000

Portuguese Africa . . . . . . . . . . . . 787,500

Spanish Africa . . . . . . . . . . . . . 79,800

Belgian Africa . . . . . . . . . . . . . 900,000

Turkish Africa . . . . . . . . . . . . . 400,000

Independent Africa . . . . . . . . . . . 613,000

11,458,811

(J. S. K.)

1. Commercial treaties between Carthage and Rome were made in the 6th and
5th centuries B.C.. The first armed conflict between the rival powers, begun in 264 B.C., was a contest for the possession of Sicily.
2. This river was called by the Portuguese the Zaire. They appear to have made no attempt to trace its course beyond the rapids which stop navigation from the sea.
3. France acquired, as stations for her ships on the voyage to and from
India, settlements in Madagascar and the neighbouring islands. The first settlement was made in 1642.
4. The Association, in 1831, was merged in the Royal Geographical Society.
5. The Mamelukes, whom the Turks had overthrown in the 16th century, had regained practically independent power.
6. In imitation of the British example, an American society founded in 1822 the negro colony (now republic) of Liberia.
7. The first territorial acquisition made by Great Britain in this region was in 1851, when Lagos Island was annexed.
8. As early as 1848 an Arab from Zanzibar journeying across the continent had arrived at Benguella.
9. Another great traveller of this stamp was Wilhelm Junker, who spent the greater part of the period 1875-1886 in the east central Sudan.
10. Specially appointed to consider West African affairs.
11. See the tables in Behm and Wagner’s Bevolkerung der Erde (Gotha, 1872).
12. in 1887 this society united with the German Colonial Society, an organization founded in 1882. The united society took the title of the
German Colonial Company.
13. At this period negotiations between Great Britain and Italy had begun but were not concluded.
14. This association, formed in 1878 by a union of associations primarily intended for the exploration of Africa, ceased to exist in 1891.

VI. EXPLORATION AND SURVEY SINCE 1875
In giving the history of the partition of the continent, the later work of exploration, except where, as in the case of de Brazza’s expeditions, it had direct political consequences, has of necessity not been told. The results achieved during and after the period of partition may now be indicated. Stanley’s great journey down the Congo in 1875-1876 initiated a new era in African exploration. The numbers of travellers soon became so great that the once marvellous feat of crossing the continent from sea to sea became common. With increased knowledge and much ampler means of communication trans-African travel now presents few difficulties. While d’Anville and other cartographers of the 18th century, by omitting all that was uncertain, had left a great blank on the map, the work accomplished since 1875 has filled it with authentic topographical details. Moreover surveys of high accuracy have been made at several points. As the work of exploration and survey progressed journeys of startling novelty became impossible—save in the eastern Sahara, where the absence of water and boundless wastes of sand render exploration more difficult, perhaps, than in any other region of the globe. Within their respective spheres of influence each power undertook detailed surveys, and the most solid of the latest accessions to knowledge have resulted from the labours of hard- working colonial officials toiling individually in obscurity. Their work it is impossible here to recognize adequately; the following lines record only the more obvious achievements. The relation of the Congo basin to the neighbouring river systems was brought out by the journeys of many travellers. In 1877 an important expedition was sent out by the Portuguese government under Serpa Pinto, Brito Capello and Roberto

Work in the Congo.
Ivens for the exploration of the interior of Angola. The first named made his way by the head-streams of the Kubango to the upper Zambezi, which he descended to the Victoria Falls, proceeding thence to Pretoria and Durban.
Capello and Ivens confined their attention to the south-west Congo basin, where they disproved the existence of Lake Aquilunda, which had figured on the maps of that region since the 16th century. In a later journey (1884-
1885) Capello and Ivens crossed the continent from Mossamedes to the mouth of the Zambezi, adding considerably to the knowledge of the borderlands between the upper Congo and the upper Zambezi. More important results were obtained by the German travellers Paul Pogge and Hermann von Wissmann, who
(1880-1882) passed through previously unknown regions beyond Muata Yanvo’s kingdom, and reached the upper Congo at Nyangwe, whence Wissmann made his way to the east coast. In 1884-1885 a German expedition under Wissmann solved the most important geographical problem relating to the southern
Congo basin by descending the Kasai, the largest southern tributary, which, contrary to expectation, proved to unite with the Kwango and other streams before joining the main river. Further additions to the knowledge of the
Congo tributaries were made at the same time by the Rev. George Grenfell, a
Baptist missionary, who (accompanied in 1885 by K. von Francois) made several voyages in the steamer «Peace,» especially up the great Ubangi, ultimately proved to be the lower course of the Welle, discovered in 1870 by Schweinfurth.
In East as in West Africa operations were started by agents of the
Belgian committee, but with less success than on the Congo.

Opening up East Africa.
The first new journey of importance on this side was made (1878-1880) on behalf of the British African Exploration Committee by Joseph Thomson, who after the death of his leader, Keith Johnston, made his way from the coast to the north end of Nyasa, thence to Tanganyika, on both sides of which he broke new ground, sighting the north end of Lake Rukwa on the east. In 1882-
1884 the French naval lieutenant Victor Giraud proceeded by the north of
Nyasa to Lake Bangweulu, of which he made the first fairly correct map.
North of the Zanzibar-Tanganyika route a large area of new ground was opened in 1883-1884 by Joseph Thomson, who traversed the whole length of the Masai country to Lake Baringo and Victoria Nyanza, shedding the first clear light on the great East African rift-valley and neighbouring highlands, including Mounts Kenya and Elgon. A great advance in the region between Victoria Nyanza and Abyssinia was made in 1887-1889 by the
Austrians, Count Samuel Teleki and Lieut. Ludwig von Hohnel, who discovered the large Basso Norok, now known as Lake Rudolf, till then only vaguely indicated on the map as Samburu. At this time Somaliland was being opened up by English and Italian travellers. In 1883 the brothers F. L. and W. D.
James penetrated from Berbera to the Webi Shebeli; in 1892 Vittorio Bottego
(afterwards murdered in the Abyssinian highlands) started from Berbera and reached the upper Juba, which he explored to its source. The first person, however, to cross from the Gulf of Aden to the Indian Ocean was an
American, A. Donaldson Smith, who in 1894-1895 explored the headstreams of the Webi Shebeli and also explored the Omo, the feeder of Lake Rudolf.
In the region north-west of Victoria Nyanza the greatest additions to geographical knowledge were made by H. M. Stanley in his last expedition, undertaken for the relief of Emin Pasha. The expedition set out in 1887 by way of the Congo to carry supplies to the governor of the old Egyptian
Equatorial province. The route lay up the Aruwimi, the principal tributary of the Congo from the north-east, by which the expedition made its way, encountering immense difficulties, through the great equatorial forest, the character and extent of which were thus for the first time brought to light. The return was made to the east coast, and resulted in the discovery of the great snowy range of Ruwenzori or Runsoro, and the confirmation of the existence of a third Nile lake discharging its waters into the Albert
Nyanza by the Semliki river. A further discovery was that of a large bay, hitherto unsuspected, forming the south-west corner of the Victoria Nyanza.
Great activity was also displayed in completing the work of earlier explorers in North and West Africa. Morocco was in

Expeditions in North and West Africa.
1883-1884 the scene of important explorations by de Foucauld, a Frenchman who, disguised as a Jew, crossed and re-crossed the Atlas and supplied the first trustworthy information as to the orography of many parts of the chain. In 1887-1889 Louis Gustave Binger, a French officer, made a great journey through the countries enclosed in the Niger bend, and in 1890-1892
Col. P. F. Monteil went from St Louis to Say, on the Niger, thence through
Sokoto to Bornu and Lake Chad, whence he crossed the Sahara to Tripoli.
Meantime explorers had been busy in the region between Lake Chad, the Gulf of Guinea and the Congo. The Sanga, one of the principal northern tributaries of the Congo, was reached from the north by Lieut. Louis Mizon, a French naval officer, who drew the first line of communication between the Benue and the Congo (1890-1892). In 1890 Paul Crampel, who in the previous year had explored north of the Ogowe, undertook a great expedition from the Ubangi to the Shari, but was attacked and killed, with several of his companions, on the borders of the Bagirmi. Several other expeditions followed, and in 1806 Emile Gentil reached the Shari, launched a steamer on its waters and pushed on to Lake Chad. Early in 1900 Lake Chad was also reached by F. Foureau, a French traveller, who had already devoted twelve years to the exploration of the Sahara and who on this occasion had crossed the desert from Algeria and had reached the lake via Air and Zinder.
The last ten years of the 19th century also witnessed many interesting expeditions in east Central Africa. In 1891 Emin

Lakes and mountains of Equatorial Africa.
Pasha, accompanied by Dr F. Stuhlmann, made his way south of Victoria
Nyanza to the western Nile lakes, visiting for the first time the southern and western shores of Albert Edward. Stuhlmann also ascended the Ruwenzori range to a height of over 13,000 ft. In the same year Dr O. Baumann, who had already done good work in Usambara, near the coast, started on a more extended journey through the region of steppes between Kilimanjaro and
Victoria Nyanza, afterwards exploring the headstreams of the Kagera, the ultimate sources of the Nile. In the steppe region referred to he discovered two new lakes, Manyara and Eiassi, occupying parts of the East
African valley system. This region was again traversed in 1893-1894 by
Count von Gotzen, who continued his route westwards to Lake Kivu, north of
Tanganyika, which, though heard of by Speke over thirty years before, had never yet been visited. He also reached for the first time the line of volcanic peaks north of Kivu, one of which he ascended, afterwards crossing the great equatorial forest by a new route to the Congo and the west coast.
Valuable scientific work was done in 1893 by Dr J.W. Gregory, who ascended
Mount Kenya to a height of 16,000 ft. In 1893-1894 Scott Elliot reached
Ruwenzori by way of Uganda, returning by Tanganyika and Nyasa, and in 1896
C. W. Hobley made the circuit of the great mountain Elgon, north-east of
Victoria Nyanza. In 1899 Mount Kenya was ascended to its summit by a party under H. J. Mackinder. The exploration of Mount Kilimanjaro has been the special work of Dr Hans Meyer, who first directed his attention to it in
1887.
The region south of Abyssinia proper and north of Lake Rudolf, being largely the basin of the Sobat tributary of the Nile, was traversed by several explorers, among whom may be mentioned Capt. M. S. Wellby, who in
1898-1899 explored the chain of small lakes in south-east Abyssinia, pushed on to Lake Rudolf, and thence traversed hitherto unknown country to the lower Sobat. Donaldson Smith crossed from Berbera to the Nile by Lake
Rudolf in 1899-1900, and Major H. H. Austin commanded two survey parties between the Anglo-Egyptian Sudan and Lake Rudolf during 1899-1901. Meantime in south Central Africa the Barotse country had been partly made known by the missionary F. Coillard, who settled there in 1884, while the middle and upper Zambezi basin were scientifically explored and mapped by Major A. St
H. Gibbons and his assistants in 1895-1896 and 1898-1900. In the same period the Congo-Zambezi watershed was traced by a Belgian officer, Capt.
C. Lemaire, who had ascended one of the upper tributaries of the Kasai.
In the early years of the 19th century the first recorded crossing of
Africa took place. That crossing and all subsequent crossings had been made either from west to east or east to west. The first journey through the whole length of the continent was accomplished in the two last years of the century when a young Englishman, E. S. Grogan, starting from Cape Town reached the Mediterranean by way of the Zambezi, the central line of lakes and the Nile. Other travellers followed in Grogan’s footsteps, among the first, Major Gibbons.
Additions to topographical knowledge were made from about 1890 onwards by the international commissions which traced

Work of international commissions and surveying parties. the frontiers of the protectorates of the European powers. On several occasions the labours of the commissions disclosed errors of importance in the maps upon which international agreements had been based. Among those which yielded valuable results were the Anglo-French commission which in
1903 traced the Nigerian frontier from the Niger to Lake Chad, and the
Anglo-German commission which in 1903-1904 fixed the Cameroon boundary between Yola, on the Benue, and Lake Chad. These expeditions and French surveys in the same region during 1902-1903 resulted in the discovery that
Lake Chad had greatly decreased in area since the middle of the 19th century. In 1903 a French officer, Capt. E. Lenfant, succeeded in establishing the fact of a connexion between the Niger and Chad basins.
Subsequently Lenfant explored the western basin of the Shari, determining
(1907) the true upper branch of that river.
In East Africa a German-Congolese commission surveyed (1901-1902) Lake
Kivu and the volcanic region north of the lake, R. Kandt making a special study of Kivu and the Kagera sources, while the Anglo-German boundary commission of 1902-1904 surveyed the valley of the lower Kagera, and fixed the exact position of Albert Edward Nyanza. Much new information concerning the border-lands of British East Africa and Abyssinia between Lake Rudolf and the lower Juba was obtained by the survey executed in 1902-1903 by a
British officer, Captain P. Maud.
While political requirements led to the exact determination of frontiers, administrative needs forced the governments concerned to take in hand the survey of the countries under their protection. Before the close of the first decade of the 20th century tolerably accurate maps had been made of the German colonies, of a considerable part of West Africa, the Algerian
Sahara and the Anglo-Egyptian Sudan, mainly by military officers. A British naval officer, Commander B. Whitehouse, mapped the entire coastdine of
Victoria Nyanza. Government and railway surveys apart, the chief points of interest for explorers during 1904-1906 were the Ruwenzori range and the connexion of the basin of Lake Chad with the Niger and Congo systems.
Lieut. Boyd Alexander was the leader of a party which during the years named surveyed Lake Chad and a considerable part of eastern Nigeria, returning to England via the Shari, the Ubangi and the Nile. Two members of the party, Capt. Claud Alexander and Capt. G. B. Gosling, died during the expedition. The Ruwenzori Mountains proved a great source of attraction.
Sir H. H. Johnston had in 1900 ascended beyond the snow-line to 14,800 ft.; in 1903 Dr J. J. David had reached from the west to a height he believed to exceed 16,000 ft.; and in the same year Capt. T. T. Behrens, of the Anglo-
German Uganda boundary commission, fixed the highest summit at 16,619 ft.
During 1904-1906 some half-dozen expeditions were at work in the region.
That of the duke of the Abruzzi was the most successful. In the summer of
1906 the duke or members of his party climbed all the highest peaks, none of which reaches 17,000 ft., and determined the main lines of the watershed. Major Powell-Cotton, a British officer who had previously done good work in Abyssinia and British East Africa, spent 1905-1906 in a detailed examination of the Lado enclave and the country west of Ruwenzori and Albert and Albert Edward lakes. This expedition was specially fruitful in additions to zoological knowledge.
Archaeological research, stimulated by the reports of Thomas Shaw,
British consular chaplain at Algiers in 1719- 1731, by James Bruce’s exploration, 1765-1767, of the ruins in Barbary, and by the French conquest of Egypt in 1798, has been systematically carried out in North Africa since the middle of the 19th century (see EGYPT and AFRICA, ROMAN.) In South
Africa the first thorough examination of the ruins in Rhodesia was made in
1905, when Randall-MacIver demonstrated that the great Zimbabwe and similar buildings were of medieval or post-medieval origin. (F. R. C.)

VII. SOCIAL AND ECONOMIC CONDITIONS
The eagerness with which the nations of western Europe partitioned Africa between them was due, as has been seen, more to the necessities of commerce than to mere land hunger. Yet, except in the north and south temperate regions, the commercial intercourse of the continent with the rest of the world had been until the closing years of the 19th century of insignificant proportions. In addition to slaves, furnished by the continent from the earliest times, a certain amount of gold and ivory was exported from the tropical regions, but no other product supplied the material for a flourishing trade with those parts. To their Asiatic and European invaders the Africans indeed owed many creature comforts—the introduction of maize, rice, the sugar cane, the orange, the lemon and the lime, cloves, tobacco and many other vegetable products, the camel, the horse and other animals—but invaluable to Africa as were these gifts they led to little development of commerce. The continent continued in virtual isolation from the great trade movements of the

Causes of isolation. world, an isolation due not so much to its poverty in natural resources, as to the special circumstances which likewise caused so large a part of the continent to remain so long a terra incognita. The principal drawbacks may be summarized as: (1) the absence of means of communication with the interior; (2) the unhealthiness of the coast-lands; (3) the small productive activity of the natives; (4) the effects of the slave trade in discouraging legitimate commerce. None of these causes is necessarily permanent, that most difficult to remove being the third; the negro races finding the means of existence easy have little incentive to toil. The first drawback has almost disappeared, and the building of railways and the placing of steamers on the rivers and lakes—a work continually progressing
—renders it year by year easier for producer and consumer to come together.
As to the second drawback, while the coast-lands in the tropics will always remain comparatively unhealthy, improved sanitation and the destruction of the malarial mosquito have rendered tolerable to Europeans regions formerly notorious for their deadly climate.
At various periods since the partition of the continent began, united action has been taken by the powers of Europe in the interests of African trade. The Berlin conference of 1884-1885 decreed freedom of navigation and trade on the Congo and the Niger, and the Anglo-Portuguese treaty of 1891 secured like privileges for the Zambezi. The Berlin conference likewise enacted that over a wide area of Central Africa—the conventional basin of the Congo—there should be complete freedom of trade, a freedom which later on was held to be infringed in the Congo State and French Congo by the granting to various companies proprietary rights in the disposal of the product of the soil. More important in their effect on the economic condition of the continent than the steps taken to ensure freedom of trade were the measures concerted by the powers for the suppression of the slave trade. The British government had for long borne the greater part of the burden of combating the slave trade on the east coast of Africa and in the
Indian Ocean, but the changed conditions which resulted from the appearance of other European powers in Africa induced Lord Salisbury, then foreign secretary, to address, in the autumn of 1888, an invitation to the king of the Belgians to take the initiative in inviting a conference of the powers at Brussels to concert measures for «the gradual suppression of the

Suppression of the slave trade. slave trade on the continent of Africa, and the immediate closing of all the external markets which it still supplies.» The conference assembled in
November 1889, and on the 2nd of July 1890 a general act was signed subject to the ratification of the various governments represented, ratification taking place subsequently at different dates, and in the case of France with certain reservations. The general act began with a declaration of the means which the powers were of opinion might be most effectually adopted for «putting an end to the crimes and devastations engendered by the traffic in African slaves, protecting effectively the aboriginal populations of Africa, and ensuring for that vast continent the benefits of peace and civilization.» It proceeded to lay down certain rules and regulations of a practical character on the lines suggested. The act covers a wide field, and includes no fewer than a hundred separate articles. It established a zone «between the 20th parallel of north latitude, and the
22nd parallel of south latitude, and extending westward to the Atlantic and eastward to the Indian Ocean and its dependencies, comprising the islands adjacent to the coast as far as 100 nautical miles from the shore,» within which the importation of firearms and ammunition was forbidden except in certain specified cases, and within which also the powers undertook either to prohibit altogether the importation and manufacture of spirituous liquors, or to impose duties not below an agreed-on minimum.1 An elaborate series of rules was framed for the prevention of the transit of slaves by sea, the conditions on which European powers were to grant to natives the right to fly the flag of the protecting power, and regulating the procedure connected with the right of search on vessels flying a foreign flag. The
Brussels Act was in effect a joint declaration by the signatory powers of their joint and several responsibility towards the African native, and notwithstanding the fact that many of its articles have proved difficult, if not impossible, of enforcement, the solemn engagement taken by Europe in the face of the world has undoubtedly exercised a material influence on the action of several of the powers. Moreover, with the increase of means of communication and the extension of effective European control, slave- raiding in the interior was largely checked and inter-tribal wars prevented, the natives being thus given security in the pursuit of trade and agriculture.
Other important factors in the economic as well as the social conditions of Africa are the advance in civilization made by the natives in several regions and the increase of the areas found suitable for white colonization. The advance in civilization among the natives, exemplified by the granting to them of political rights in such countries as Algeria and
Cape Colony, leads directly to increased commercial activity; and commerce increases in a much greater degree when new countries— e.g. Rhodesia and
British East Africa—become the homes of Europeans. Finally, in reviewing the chief factors which govern the commercial development of the continent, note must be taken of the sparsity of the population over the greater part of Africa, and the efforts made to supplement the insufficient and often ineffective native labour by the introduction of Asiatic labourers in various districts—of Indian coolies in Natal and elsewhere, and of Chinese for the gold mines of the Transvaal.
The resources of Africa may be considered under the head of: (1) jungle products; (2) cultivated products; (3) animal

Chief economic resources. products; (4) minerals. Of the first named the most important are india- rubber and palm-oil. which in tropical Africa supply by far the largest items in the export list. The rubber-producing plants are found throughout the whole tropical belt, and the most important are creepers of the order
Apocynaceae, especially various species of Landolphia (with which genus
Vahea is now united). In East Africa Landolphia kirkii (Dyer) supplies the largest amount, though various other species are known Forms of apparently wider distribution are L. hendelotii, which is found in the Bahr-el-Ghazal, and extends right across the continent to Senegambia; and L. (formerly
Vahea) comorensis, which, including its variety L. florida, has the widest distribution of all the species, occurring in Upper and Lower Guinea, the whole of Central Africa, the east coast, the Comoro Islands and Madagascar.
In parts of East Africa Clitandra orienitalis is a valuable rubber vine. In
Lagos and elsewhere rubber is produced by the apocynaceous tree, Funtumia elastica, and in West Africa generally by various species of Ficus, some species of which are also found in East Africa. The rubber produced is somewhat inferior to that of South America, but this is largely due to careless methods of preparation. The great destruction of vines brought about by native methods of collection much reduced the supply in some districts, and rendered it necessary to take steps to preserve and cultivate the rubber-yielding plants. This has been done in many districts with usually encouraging results. Experiments have been made in the introduction of South American rubber plants, but opinions differ as to the prospects of success, as the plants in question seem to demand very definite conditions of soil and climate. The second product, palm-oil, is derived from a much more limited area than rubber, for although the oil palm is found throughout the greater part of West Africa, from 10 deg. N. to 10 deg. S., the great bulk of the export comes from the coast districts at the head of the Gulf of Guinea. A larger supply, equal to any market demand, could easily be obtained. A third valuable product is the timber supplied by the forest regions, principally in West Africa. It includes
African teak or oak (Oldfieldia africana), excellent for shipbuilding; the durable odum of the Gold Coast (Chlorophora excelsa); African mahogany
(Khaya senegalensis); ebony (Diospyros ebenum); camwood (Baphia nitida); and many other ornamental and dye woods. The timber industry on the west coast was long neglected, but since 1898 there have been large exports to
Europe. In parts of East Africa the Podocarpus milanjianus, a conifer, is economically important. Valuable timber grows too in South Africa, including the yellow wood (Podocarpus), stinkwood (Ocotea), sneezewood or
Cape ebony (Euclea) and ironwood.
Other vegetable products of importance are: Gum arabic, obtained from various species of acacia (especially A. senegal), the chief supplies of which are obtained from Senegambia and the steppe regions of North Africa
(Kordofan, &c.); gum copal, a valuable resin produced by trees of the leguminous order, the best, known as Zanzibar or Mozambique copal, coming from the East African Trachylobium hornemannianum, and also found in a fossil state under the soil; kola nuts, produced chiefly in the coast-lands of Upper Guinea by a tree of the order Sterculiaceae (Kola acuminata); archil or orchilla, a dye-yielding lichen (Rocella tinctoria and triciformis) growing on trees and rocks in East Africa, the Congo basin,
&c. cork, the bark of the cork oak, which flourishes in Algeria; and alfa, a grass used in paper manufacture (Machrochloa tenacissima), growing in great abundance on the dry steppes of Algeria, Tripoli, &c. A product to which attention has been paid in Angola is the Almeidina gum or resin, derived from the juice of Euphorbia tirucalli.
The cultivated products include those of the tropical and warm temperate zones. Of the former, coffee is perhaps the most valuable indigenous plant.
It grows wild in many parts, the home of one species being in Kaffa and other Galla countries south of Abyssinia, and of another in Liberia. The
Abyssinian coffee is equal to the best produced in any other part of the world. Cultivation is, however, necessary to ensure the best results, and attention has been given to this in various European colonies. Plantations have been established in Angola, Nyasaland, German East Africa, Cameroon, the Congo Free State, &c.
Copra, the produce of the cocoa-nut palm, is supplied chiefly by Zanzibar and neighbouring parts of the east coast. Groundnuts, produced by the leguminous plant, Arachis hypogaea, are grown chiefly in West Africa, and the largest export is from Senegal and the Gambia; while Bambarra ground- nuts (Voandzeia subterranea) are very generally cultivated from Guinea to
Natal. Cloves are extensively grown on Zanzibar and Pemba islands, Pemba being the chief source of the world’s supply of cloves. The chief drawbacks to the industry are the fluctuations of the yield of the trees, and the risk of over-production in good seasons.
Cotton grows wild in many parts of tropical Africa, and is exported in small quantities in the raw state; but the main export is from Egypt, which comes third among the world’s sources of supply of the article. It is also cultivated in West Africa—the industry in the Guinea coast colonies having been developed since the beginning of the 20th century—and in the Anglo-
Egyptian Sudan, whence came the plants from which Egyptian cotton is grown. Sugar, which is the staple crop of Mauritius, and in a lesser degree of Reunion, is also produced in Natal, Egypt, and, to a certain extent, in
Mozambique. Dates are grown in Tunisia and the Saharan oases, especially
Tafilet; maize in Egypt, South Africa and parts of the tropical zone; wheat in Egypt, Algeria and the higher regions of Abyssinia; rice in Madagascar.
Wine is largely exported from Algeria, and in a much smaller quantity from
Cape Colony; fruit and vegetables from Algeria. Tobacco is widely grown on a small scale, but, except perhaps from Algeria, has not become an important article of export, though plantations have been established in various tropical colonies. The cultivation of cocoa has proved successful in the Gold Coast, Cameroon and other colonies, and in various districts the tea plant is cultivated. Indigo, though not originally an African product, has become naturalized and grows wild in many parts, while it is also cultivated on a small scale. The main difficulty in the way of tropical cultivation is the labour question, which has already been referred to.
Of animal products one of the most important is ivory, the largest export of which is from the Congo Free State. The diminution in the number of elephants with the opening up of the remoter districts must in time cause a falling-off in this export. Beeswax is obtained from various parts of the interior of West Africa, and from Madagascar. Raw hides are exported in large quantities from South Africa, as are also the wool and hair of the merino sheep and Angora goat. Both hides and wool are also exported from
Algeria and Morocco, and hides from Abyssinia and Somaliland. Ostrich feathers are produced chiefly by the ostrich farms of Cape Colony, but some are also obtained from the steppes to the north of the Central Sudan. Live stock, principally sheep, is exported from Algeria and cattle from Morocco.
The exploited minerals of Africa are confined to a few districts, the resources of the continent in this respect being largely

Mineral Wealth. undeveloped. Since the discovery of gold in the Transvaal, particularly in the district known as the Rand (1885), the output has grown enormously, so that in 1898 the output of gold from South Africa was greater than from any other gold-field in the world. The Anglo-Boer War of 1899-1902 lost the
Rand the leading position, but by 1905 the output—in that year over L.
20,800,000—was greater than it had ever been. The supply of gold from South
Africa is roughly 25% of the world’s output. The gold-yielding formations extend northwards through Rhodesia. The Gold Coast is so named from the quantity of gold obtained there, and since the close of the 19th century the industry has developed largely in the hands of Europeans. In the Galla countries gold has long been an article of native commerce. It is also found in various parts of the Anglo-Egyptian Sudan and along the western shore of the Red Sea. Diamonds are found in large quantities in a series of beds known as the Kimberley shales, the principal mines being at Kimberley,
Cape Colony. Diamonds are also found in Orange River Colony, while one of the richest diamond mines in the world—the Premier—is situated in the
Transvaal near Pretoria. Some 80% of the world’s production of diamonds comes from South Africa. Copper is found in the west of Cape Colony, in
German South-West Africa, and in the Katanga country in the southern Congo basin, where vast beds of copper ore exist. There are also extensive deposits of copper in the Broken Hill district of Northern Rhodesia. It also occurs in Morocco, Algeria, the Bahr-el-Ghazal, &c. Rich tin deposits have been found in the southern Congo basin and in Northern Rhodesia. Iron is found in Morocco, Algeria (whence there is an export trade), and is widely diffused, and worked by the natives, in the tropical zone. But the deposits aregenerally not rich. Coal is worked, principally for home consumption, in Cape Colony, Natal, the Transvaal, Orange River Colony, and in Rhodesia in the neighbourhood of the Zambezi. Coal deposits also exist in the German territory north of Lake Nyasa. Phosphates are exported from
Algeria and Tunisia. Of other minerals which occur, but are little worked, zinc, lead and antimony are found in Algeria, lead and manganese in Cape
Colony, plumbago in Sierra Leone.
The imports from foreign countries into Africa consist chiefly of manufactured goods, varying in character according to the development of the different countries in civilization. In Egypt, Algeria and South Africa they include most of the necessaries and luxuries of civilized life, manufactured cotton and woollen goods, especially the former, taking the first place, but various food stuffs, metal goods, coal and miscellaneous articles being also included. In tropical Africa, and generally where few
Europeans have settled, the great bulk of the imports consists as a rule of cotton goods, articles for which there is a constant native demand.
No continent has in the past been so lacking in means of communication as
Africa, and it was only in the last decade

Development of means of communication. of the 19th century that decided steps were taken to remedy these defects.
The African rivers, with the exception of the middle Congo and its affluents, and the middle course of the three other chief rivers, are generally unfavourable to navigation, and throughout the tropical region almost the sole routes have been native footpaths, admitting the passage of a single file of porters, on whose heads all goods have been carried from place to place. Certain of these native trade routes are, however, much frequented, and lead for hundreds of miles from the coast to the interior.
In the desert regions of the north transport is by caravans of camels, and in the south ox-wagons,before the advent of railways, supplied the general means of locomotion. The native trade routes led generally from the centres of greatest population or production to the seaports by the nearest route, but to this rule there was a striking exception. The dense forests of Upper
Guinea and the upper Congo proved a barrier which kept the peoples of the
Sudan from direct access to the sea, and from Timbuktu to Darfur the great trade routes were either west to east or south to north across the Sahara.
The principal caravan routes across the desert lead from different points in Morocco and Algeria to Timbuktu; from Tripoli to Timbuktu, Kano and other great marts of the western and central Sudan; from Bengazi to Wadai; and from Assiut on the Nile through the Great Oasis and the Libyan desert to Darfur. South of the equator the principal long-established routes are those from Loanda to the Lunda and Baluba countries; from Benguella via
Bihe to Urua and the upper Zambezi; from Mossamedes across the Kunene to the upper Zambezi; and from Bagamoyo, opposite Zanzibar, to Tanganyika.
Many of the native routes have been superseded by the improved communications introduced by Europeans in the utilization of waterways and the construction of roads and railways. Steamers have been conveyed overland in sections and launched on the interior waterways above the obstructions to navigation. On the upper Nile and Albert Nyanza their introduction was due to Sir S. Baker and General C. G. Gordon (1871-1876); on the middle Congo and its affluents to Sir H.M. Stanley and the officials of the Congo Free State, as well as to the Baptist missionaries on the river; and on Lake Nyasa to the supporters of the Scottish mission. A small vessel was launched on Victoria Nyanza 1896 by a British mercantile firm, and a British government steamer made its first trip in November 1900. On the other great lakes and on most of the navigable rivers steamers were plying regularly before the close of the 19th century. However, the shallowness of the water in the Niger and Zambezi renders their navigation possible only to light-draught steamers. Roads suitable for wheeled traffic are few. The first attempt at road-making in Central Africa on a large scale was that of Sir T. Fowell Buxton and Mr (afterwards Sir W.)
Mackinnon, who completed the first section of a track leading into the interior fromDar-es-Salaam (1879). A still more important undertaking was the «Stevenson road,» begun in 1881 from the head of Lake Nyasa to the south end of Tanganyika, and constructed mainly at the expense of Mr James
Stevenson, a director of theAfrican Lakes Company—a company which helped materially in the opening up of Nyasaland. The Stevenson road forms a link in the «Lakes route» into the heart of the continent. In British East
Africa a road connecting Mombasa with Victoria Nyanza was completed in
1897, but has since been in great measure superseded by the railway. Good roads have also been made in German East Africa and Cameroon and in
Madagascar.
Railways, the chief means of affording easy access to the interior of the continent, were for many years after their first introduction to Africa almost entirely confined to the extreme north and south (Egypt, Algeria,
Cape Colony and Natal). Apart from short lines in Senegal, Angola and at
Lourenco Marques, the rest of the continent was in 1890 without a railway system. In Egypt the Alexandria and Cairo railway dates from 1855, while in
1877 the lines open reached about 1100 miles, and in 1890, in addition to the lines traversing the delta, the Nile had been ascended to Assiut. In
Algeria the construction of an inter-provincial railway was decreed in
1857, but was still incomplete twenty years later, when the total length of the lines open hardly exceeded 300 miles. Before 1890 an extension to Tunis had been opened, while the plateau had been crossed by the lines to Ain
Sefra in the west and Biskra in the east. In Senegal the railway from Dakar to St Louis had been commenced and completed during the ‘eighties, while the first section of the Senegal-Niger railway, that from Kayes to
Bafulabe, was also constructed during the same decade. In Cape Colony, where in about 1880 the railways were limited to the neighbourhood of Cape
Town, Port Elizabeth and East London, the next decade saw the completion of the trunk-line from Cape Town to Kimberley, with a junction at De Aar with that from Port Elizabeth. The northern frontier had, however, nowhere been crossed. In Natal, also, the main line had not advanced beyond Ladysmith.
The settlement, c. 1890, of the main lines of the partition of the continent was followed by many projects for the opening up of the possessions and spheres of influence of the various powers by the building of railways; several of these schemes being carried through in a comparatively short time. The building of railways was undertaken by the governments concerned, nearly all the African lines being state-owned. In the Congo Free State a railway, which took some ten years to build, connecting the navigable waters of the lower and middle Congo, was completed in 1898, while in 1906 the middle and upper courses of the river were linked by the opening of a line past Stanley Falls. Thus the vast basin of the Congo was rendered easily accessible to commercial enterprise.
In North Africa the Algerian and Tunisian railways were largely extended, and proposals were made for a great trunk-line from Tangier to Alexandria.
The railway from Ain Sefra was continued southward towards Tuat, the project of a trans-Saharan line having occupied the attention of French engineers since 1880. In French West Africa railway communication between the upper Senegal and the upper Niger was completed in 1904; from the
Guinea coast at Konakry another line runs north-east to the upper Niger, while from Dahomey a third line goes to the Niger at Garu. In the British colonies on the same coast the building of railways was begun in 1896. A line to Kumasi was completed in 1903, and the line from Lagos to the lower
Niger had reached Illorin in 1908. Thence the railway was continued to the
Niger at Jebba. From Baro, a port on the lower Niger which can be reached by steamers all the year round, another railway, begun in 1907, goes via
Bida, Zungeru and Zaria to Kano, a total distance of 400 miles. A line from
Jebba to Zungeru affords connexion with the Lagos railway.
But the greatest development of the railway systems was in the south and east of the continent. In British East Africa a survey for a railway from
Mombasa to Victoria Nyanza was made in 1892. The first rails were laid in
1896 and the line reached the lake in December 1901. Meanwhile, there had been a great extension of railways in South Africa. Lines from Cape Town,
Port Elizabeth, East London, Durban and Delagoa Bay all converged on the newly risen city of Johannesburg, the centre of the Rand gold mines. A more ambitious project was that identified with the name of Cecil Rhodes, namely, the extension northward of the railway from Kimberley with the object of effecting a continuous railway connexion from Cape Town to Cairo.
The line from Kimberley reached Bulawayo in 1897. (Bulawayo is also reached from Beira on the east coast by another line, completed in 1902, which goes through Portuguese territory and Mashonaland.) The extension of the line northward from Bulawayo was begun in 1899, the Zambezi being bridged, immediately below the Victoria Falls, in 1905. From this point the railway goes north to the Katanga district of the Congo State. In the north of the continent a step towards the completion of the Cape to Cairo route was taken in the opening in 1899 of the railway from Wadi Haifa to Khartum. A line of greater economic importance than the lastnamed is the railway
(completed in 1905) from Port Sudan on the Red Sea to the Nile a little south of Berber, thus placing the Anglo-Egyptian Sudan within easy reach of the markets of the world. A west to east connexion across the continent by rail and steamer, from the mouth of the Congo to Port Sudan, was arranged in 1906 when an agreement was entered into by the Congo and Sudan governments for the building of a railway from Lado, on the Nile, to the
Congo frontier, there to meet a railway starting from the river Congo near
Stanley Falls. A railway of considerable importance is that from Jibuti in the Gulf of Aden to Harrar, giving access to the markets of southern
Abyssinia.
Besides the railways mentioned there are several others of less importance. Lines run from Loanda and other ports of Angola towards the
Congo State frontier, and from Tanga and Dar-es-Salaam on the coast of
German East Africa towards the great lakes. In British Central Africa a railway connects Lake Nyasa with the navigable waters of the Shire, and various lines have been built by the French in Madagascar.
All the main railways in South Africa, the lines in British West Africa, in the Anglo-Egyptian Sudan and in Egypt south of Luxor are of 3 ft. 6 in. gauge. The main lines in Lower Egypt and in Algeria and Tunisia are of 4 ft. 8 1/2 in. gauge. Elsewhere as in French West and British East Africa the lines are of metre (3.28 ft.) gauge.
The telegraphic system of Africa is on the whole older than that of the railways, the newer European possessions having in most cases been provided with telegraph lines before railway projects had been set on foot. In
Algeria, Egypt and Cape Colony the systems date back to the middle of the
19th century, before the end of which the lines had in each country reached some thousands of miles. In tropical Africa the systems of French West
Africa, where the line from Dakar to St Louis was begun in 1862, were the first to be fully developed, lines having been carried from different points on the coast of Senegal and Guinea towards the Niger, the main line being prolonged north-west to Timbuktu, and west and south to the coast of
Dahomey. The route for a telegraph line to connect Timbuktu with Algeria was surveyed in 1905. The Congo region is furnished with several telegraphic systems, the longest going from the mouth of the river to Lake
Tanganyika. From Ujiji on the east coast of that lake there is telegraphic communication via Tabora with Dar-es-Salaam and via Nyasa and Rhodesia with
Cape Town. The last-named line is the longest link in the trans-continental line first suggested in 1876 by Sir (then Mr) Edwin Arnold and afterwards taken up by Cecil Rhodes. The northern link from Egypt to Khartum has been continued southward to Uganda, while another line connects Uganda with
Mombasa. At the principal seaports the inland systems are connected with submarine cables which place Africa in telegraphic communication with the rest of the world.
Numerous steamship lines run from Great Britain, Germany, France and other countries to the African seaports, the journey from any place in western Europe to any port on the African coast occupying, by the shortest route, not more than three weeks. (E. HE., F. R. C.)
1 Further conferences respecting the liquor traffic in Africa were held in Brussels in 1899 and 1906. In both instances conventions were signed by the powers, raising the minimum duty on imported spirituous liquors.

BIBLIOGRAPHY.—Authoritative works dealing with Africa as a whole in any of its aspects are comparatively rare. Besides such volumes the following list includes therefore books containing valuable information concerning large or typical sections of the continent:— sec. I. General Descriptions.—(a) Ancient and Medieval. Herodotus, ed. G.
Rawlinson, 4 vols.1 (1880); Ptolemy’s Geographia, ed. C. Muller, vol. i.
(Paris, 1883-1901); Ibn Haukal, «Description de l’Afrique (transl. McG. de
Slane), Nouv. Journal asiatique, 1842; Edrisi, «Geographie» (transl.
Jaubert), Rec. de voyages . . . Soc. De Geogr. vol. v. (Paris, 1836);
Abulfeda, Geographie (transl. Reinaud and Guyard, Paris, 1848-1883); M. A.
P.d’Avezac, Description de l’Afrique ancienne (Paris, 1845); L. de Marmol,
Description general de Africa (Granada, 1573); L. Sanuto, Geografia dell’
Africa (Venice, 1588); F. Pigafetta, A Report of the Kingdom of Congo, &c.
(1597); Leo Africanus, The History and Description of Africa (transl. J.
Pory, ed. R. Brown), 3 vols. (1896); O. Dapper, Naukeurige beschrijvinge der afrikaensche gewesten, &c. (Amsterdam, 1668) (also English version by
Ogilvy, 1670, and French version, Amsterdam, 1686); B. Tellez, «Travels of the Jesuits in Ethiopia,» A New Collection of Voyages, vol. vii. (1710);
G. A. Cavazzi da Montecuccolo, Istorica Descrittione de tre Regni Congo,
Matamba, et Angola (Milan, 1690) (account of the labours of the Capuchin missionaries and their observations on the country and people); J. Barbot,
«Description of the Coasts of North and South Guinea and of Ethiopia
Inferior,’, Churchill’s Voyages, vol. v. (1707); W. Bosman, A New . . .
Description of the Coasts of North and South Guinea, &c., 2nd ed. (1721);
J. B. Labat, Nouvelle relation de l’Afrique occidentale, 5 vols. (Paris,
1728); Idem, Relation historique de l’Ethiopie occidentale, 5 vols. (Paris,
1732). (b) Modern. B. d’Anville, Memoire conc. les rivieres de l’interieur de l’Afrique (Paris, n.d.); M. Vollkommer, Die Quellen B. d’Anville’s fur seine kritische Karte von Afrika Munich, 1904); C. Ritter, Die Erdkunde, i.
Theil, 1. Buch, «Afrika» (Berlin, 1822); l. M`Queen, Geographical and
Commercial View of Northern and Central Africa (Edinburgh, 1821 ); Idem,
Geographical Survey of Africa ( 1840); W. D. Cooley, Inner Africa laid open
(1852); E. Reclus, Nouvelle geographie universelle, vols. x.-xiii. (1885-
1888); A. H. Keane, Africa (in Stanford’s Compendium), 2 vols., 2nd ed.
(1904-1907); F. Hahn and W. Sievers, Afrika, 2. Aufl. (Leipzig, 1901); M.
Fallex and A.Mairey, L’Afrique au debut du XXe siecle (Paris, 1906); Sir C.
P. Lucas, Historical Geography of the British Colonies, vols. iii. and iv.
(Oxford, 1894, 1904); F. D. and A. J. Herbertson, Descriptive Geographies from Original Sources: Africa (1902); British Africa (The British Empire
Series, vol. ii., 1899); Journal of the African Society; Comite de l’Afrique francaise, Bulletin, Paris; Mutteilungen der afrikan.
Gesellschaft in Deutschland (Berlin, 1879-1889); Mitteilungen . . . aus den deutschen Schutzegebieten (Berlin); H. Schirmer, Le Sahara (Paris, 1893);
Mary H.Kingsley, West African Studies, 2nd ed. (1901); J. Bryce,
Impressions of South Africa (1897); Sir Harry Johnston, The Uganda
Protectorate, 2 vols. (1902) (vol ii. is devoted to anthropology); E. D.
Morel, Affairs of West Africa (1902).

sec. II. Geography (Physical), Geology, Climate, Flora and Fauna. — (For
Descriptive Geogr. see sec. I.)—G. Gurich, «Uberblick uber den geolog. Bau des afr. Kontinents,» Peterm. Mitt., 1887; A. Knox, Notes on the Geology of the Continent of Africa (1906) (includes a bibliography); L. von Hohnel,
A. Rosiwal, F. Toula and E. Suess, B eitrage zur geologischen Kenntniss des omstlichcn Afrika (Vienna, 1891);
E. Stromer, Die Geologie der deutschen Schutzgebieten in Afrika (Munich,
1896); J. Chavanne, Afrika im Lichte uniserer Tage: Bodengestalt, &c.
(Vienna, 1881); F.Heidrich, «Die mittlere Hohe Afrikas,» Peterm. Mitt.,
1888; J. W. Gregory, The Great Rift-Valley (1896); H. G.Lyons, The
Physiography of the River Nile and its Basin (Cairo, 1906); S. Passarage,
Die Kalahari: Versuch einer physischgeogr. Darstellung . . . des sudafr.
Beckens (Berlin, 1904); Idem, «Inselberglandschaften im tropischen
Afrika,» Naturw. Wochenschrift, 1904. 654-665; J. E. S. Moore, The
Tanganyika, Problem (1903); W. H. Hudleston, «On the Origin of the Marine
(Halolimnic) Fauna of Lake Tanganyika,» Journ. Of Trans. Victoria Inst.,
1904, 300-351 (discusses the whole question of the geological history of equatorial Africa); E.Stromer, «Ist der Tanganyika ein Rellikten-See?»
Peterm. Mitt., 1901, 275-278; E. Kohlschutter, «Die . . . Arbeiten der
Pendelexpedition . . . in Deutsch-Ost-Afrika,» Verh. Deuts.
Geographentages Breslau, 1901, 133-153; J. Cornet, «La geologie du bassin du Congo,» Bull. Soc. Beige geol., 1898; E. G. Ravenstein, «The
Climatology of Africa» (ten reports), Reports Brit. Association, 1892-
1901; Idem, «Climatological Observations . . . I. Tropical Africa»
(1904); H. G. Lyons, «On the Relations between Variations of Atmospheric
Pressure . . . and the Nile Flood,» Proc. Roy. Soc., Ser. A, vol. lxxvi.,
1905; P. Reichard, «Zur Frage der Austrocknung Afrikas,» Geogr.
Zeitschrift, 1895; J. Hoffmann, «Die tiefsten Temperaturen auf den
Hochlandern,» &c., Peterm. Mitt., 1905; G. Fraunberger, «Studien uber die jahrlichen Niederschlagsmengen des afrik. Kontinents,» Peterm. Mitt.,
1906; D. Oliver and Sir W. T. Thiselton-Dyer, Flora of) Tropical Africa, 10 vols. (1888-1906); K. Oschatz, Anordnung der Vegetation in Afrika
(Erlangen, 1900); A. Engler, Hochgebirgs-flora des tropischen Afrika
(Berlin, 1892); Idem, Die Pflanzenwelt Ostaftikras und der Nachbargebiete,
3 vols. (Berlin, 1895); Idem, Beitrage zur Flora von Afrika (Engler’s
Botan. Jahrbucher, 14 vols. &c.); W. P. Hiern, Catalogue of the African
Plants Collected by Dr Friedrich Welwitsch in 1853-1861, 2 vols. (1896-
1901); R. Schlechter, Westafrikanische Kautschuk-Expedition (Berlin, 1903);
H. Baum, Kunene-Sambesi-Expedition (Berlin, 1903) (largely concerned with botany); W. L. Sclater, «Geography of Mammals, No. iv. The Ethiopian
Region,» Geog. Journal, March 1896; H. A. Bryden and others, Great and
Small Game of Africa (1899); F. C. Selous, African Nature Notes and
Reminiscences (1908); E. N. Buxton, Two African Trips: with Notes and
Suggestions on Big-Game Preservation in Africa (1902) (contains photographs of living animals); G. Schillings, With Flash-light and Rifle in Equatorial
East Africa (1906); Idem, In Wildest Africa (1907) (striking collection of photographs of living wild animals); Exploration scientifique de l’Algerie:
Histoire naturelle, 14 vols. and 4 atlases, Paris (1846-1850); Annales du
Musee du Congo: Botanique, Zoologie (Brussels, 1898, &c.). The latest results of geographical research and a bibliography of current literature are given in the Geographical Journal, published monthly by the Royal
Geographical Society.

sec. III. Ethnology.—H. Hartmann, Die Volker Afrikas (Leipzig, 1879); B.
Ankermann, «Kulturkreise in Afrika,» Zeit. f. Eth. vol. xxxvii. p. 34;
Idem, «Uber den gegenwartigen Stand der Ethnographie der Sudhalfte
Afrikas,» Arch. f. Anth. n.f. iv. p. 24;G.Sergi, Antropologia della stirpe camitica (Turin, 1897); J. Deniker, «Distribution geogr. et caracteres physiques des Pygmees africains,» La Geographie, Paris, vol. viii. pp. 213-
220; G. W. Stow and G. M. Theal, The Native Races of South Africa (1905);
K. Barthel, Volkerbewegungen auf der Sudhalfte des afrik. Kontinents
(Leipzig, 1893); A. B. Ellis, The Tshi-speaking Peoples of the Gold Coast
(1887); Idem, The Ewe-speaking Peoples of the Slave Coast (1890); Idem, The
Yoruba-speaking Peoples of the Slave Coast (1894); H. Ling Roth, Great
Benin, its Customs, &c. (Halifax, 1903); H. Frobenius, Die Heiden-Neger des agyptischen Sudan (Berlin, 1893); Herbert Spencer and D. Duncan,
Descriptive Sociology, vol. iv. African Races (1875); A. de Preville, Les
Societes africaines (Paris, 1894); D. Macdonald, Africana or, the Heart of
Heathen Africa, 2 vols. (1882); L. Frobenius, Der Ursprung der afrikanischen Kulturen (Der Ursprung der Kultur, Band i.) (Berlin, 1898);
Idem, «Die Masken und Geheimbunde Afrikas,» Abhandl. Kaiserl. Leopoldin.-
Carolin. Deuts. Akad. Naturforscher, 1899, 1-278; G. Schweinfurth, Artes africanae Illustrations and Descriptions of . . . industrial Arts, &c. (in
German and English) (Leipzig, 1875); F. Ratzel, Die afsikanischen Bogen . .
. eine anthrop. geographische Studie (Leipzig, 1891); K. Weule, . Der afrikanische Pfeil (Leipzig, 1899); H. Frobenius, Afrikanische Bautypen
(Dauchau bei Munchen, 1894); H. Schurtz, Die afrikan. Gewerbe (Leipzig,
1900); E. W. Blyden, Christianity, Islam and the Negro Race (1887); James
Stewart, Dawn in the Dark Continent, or Africa and its Missions (Edinburgh and London, 1903); W. H. J. Bleek, Comparative Grammar of South African
Languages, 2 parts (1862-1869); Idem, Vocabularies of the Districts of
Lourenzo Marques, &c., &c. (1900); R. N. Cust, Sketch of the Modern
Languages of Africa, 2 vols. (1993): F. W. Kolbe, A Language Study based on
Bantu (1888); J. T. Last, Polyglotta Africana orientalis (1885); J.
Torrend, Comparative Grammar of the South African Bantu Languages (1891);
S. W. Koelle, Polyglotta Africana (1854); C. Velten, Schilderungen der
Suaheli von Expeditionen v. Wissmanns, &c., &c. (1900) (narratives taken down from the mouths of natives); A. Vierkandt, Volksgedichte im westlichen
Central-Afrika (Leipzig, 1895). For latest information the following periodicals should be consulted:— Journal of the Anthropological Institute of Great Britain and Ireland; Man (same publishers); Zeitschrift f.
Ethnologie; Archiv f. Anthropologie; L’Anthropologie.

sec. IV. Archaeology and Art.— Publications of the Egyptian Exploration
Fund; A. Mariette-Bey, The Monuments of Upper Egypt (1890); H. Brugsch, Die
Agyptologie (Leipzig, 1891); G. Maspero, L’ Archeologie egyptienne (Paris,
1890?); R. Lepsius, Denkmaler aus Agypten und Athiopien . . ., 6 vols.
(Berlin, 1849-1859); G. A. Hoskins, Travels in Ethiopia . . . illustrating the Antiquities of the Ancient Kingdom of Meroe (1835); Records of the
Past: being English Translations of . . . Egyptian Monuments, vols. 2, 4,
6, 8, 10, 12 (1873-1881); Ditto, new series, 6 vols. (1890-1892); D.
Randall-MacIver and A. Wilkin, Libyan Notes (1901) (archaeology and ethnology of North Africa); G. Boissier, L’Afrique romaine Promenades archeologiques en Algerie et en Tunisie, 2nd ed. (Paris, 1901); H. Randall-
MacIver, Mediaeval Rhodesia (1906); Prisse d’Avennes, Histoire de l’art egyptien d’apres les monuments, &c. with atlas (Paris, 1879; G. Perrot and
C. Chipiez, History of Art in Ancient Egypt, 2 vols. (1993); H. Wallis,
Egyptian Ceramic Art (1900); C. H. Read and O. M. Dalton, Antiquities from the City of Benin and from other parts of West Africa (1899).

sec. V. Travel and Exploration.—Dean W. Vincent, The Commerce and
Navigation of the Ancients, vol. 2, The Periplus of the Erythraean Sea
(1807); G. E. de Azurara, Chronicle of the Discovery and Conquest of Guinea
(Eng. trans., 2 vols., 1896, 1899); R. H. Major, Life of Prince Henry the
Navigator (1868); E. G. Ravenstein, «The Voyages of Diogo Cao and Barth.
Diaz,» Geogr. Journ., Dec. 1900; O. Hartig, «Altere Entdeckungsgeschichte und Kartographie Afrikas,» Mitt. Geogr. Gesells. Wien, 1905; J. Leyden and
H. Murray, Historical Account of Discoveries, &c., 2 vols., 2nd ed. (1818);
T. E. Bowditch, Account of the Discoveries of the Portuguese in the
Interior of Angola and Mozambique (1824); P. Paulitschke, Die geogr.
Forschung des afrikan. Continents (Vienna, 1880); A. Supan, «Ein
Jahrhundert der Afrika-Forschung,» Peterm. Mitt., 1888; R. Brown, The
Story of Africa and its Explorers, 4 vols. (1892-1895); Sir Harry Johnston,
The Nile Quest (1903); James Bruce, Travels to discover the Source of the
Nile in 1768-1773, 5 vols., Edinburgh (1790); Proceedings of the
Association for . . . Discovery of!the Interior Parts of Africa, 1790-1810;
Mungo Park, Travels into the Interior Districts of Africa (1799); Idem,
Journal of a Mission, &c. (1815); Capt. J. K. Tuckey, Narrative of an
Expedition to explore the River Zaire or Congo in 1816 (1818): D. Denham and H. Clapperton, Narrative of Travels and Discoveries in N. and Cent.
Africa (1826); R. Caillie, Journal d’un voyage a Temboctu et a Jenne, 3 vols., Paris (1830); D. Livingstone, Missionary Travels . . . in South
Africa (1857); The Last Journals of David Livingstone in Central Africa, ed. H. Waller (1874); H. Barth, Travels and Discoveries in North and
Central Africa, 5 vols. (1857); J. L. Krapf, Travels, Researches, &c., in
Eastern Africa (1860); Sir R. F. Burton, The Lake Regions of Central
Africa, 2 vols. (1860); J. H. Speke, Journal of the Discovery of the Source of the Nile (1863).: Sir S. W. Baker, The Albert Nyanza, 2 vols. (1866); G.
Schweinfurth, The Heart of Africa, 2 vols. (1873); V. L. Cameron, Across
Africa, 2 vols. (1877); T. Baines, The Gold Regions of South-Eastern Africa
(1877); Sir H. M. Stanley, Through the Dark Continent, 2 vols. (1878);
Idem, In Darkest Africa, 2 vols. (1890); G. Nachtigal, Sahara und Sudan, 3 vols. (Berlin, 1879-1889); P. S. De Brazza, Les Voyages de . . . (1875-
1882), Paris, 1884; i. Thomson, Through Masai Land (1885); H. von Wissmann,
Unter Deutscher Flagge quer durch Afrika, &c. (Berlin, 1889); Idem, My
Second Journey through Equatorial Africa (1891); W. Junker, Travels in
Africa 1875-1886, 3 vols. (1890-1892); L. G. Binger, Du Niger au Golfe de
Guinee, &c. (Paris, 1892); O. Baumann, Durch Masailand zur Nilquelle
(Berlin, 1894); R. Kandt, Caput Nili (Berlin, 1904); C. A. von Gotzen,
Durch Afrika von Ost nach West (Berlin, 1896); L. Vanutelli and C. Citerni,
Seconda spedizione Bottego: L’Omo (Milan, 1899); P. Foureau, D’Alger au
Congo par le Tchad (Paris, 1902); C. Lemaire, Mission scientifique du Ka-
Tanga: Journal de route, 1 vol., Resultats des observations, 16 parts
(Brussels, 1902); A. St. H. Gibbons, Africa from South to North through
Marotseland, 2 vols. (1904); E. Lenfant, La Grande Route du Tchad (Paris,
1905); Boyd Alexander, From the Niger to the Nile, 2 vols. (1907).

sec. VI. Historical and Political.—H.Schurtz, Africa (World’s History, vol.
3, part 3) (1903); Sir H. H. Johnston, History of the Colonization of
Africa by Alien Races (Cambridge, 1899) (reprint with additional chapter
«Latest Developments,» 1905); A. H. L. Heeren, Reflections on the
Politics, Intercourse and Trade of the Ancient Nations of Africa, 2 vols.
(Oxford, 1832); G. Rawlinson, History of Ancient Egypt (1881); A. Graham,
Roman Africa (1902); J. De Barros, Asia: Ira Decada, Lisbon (1552 and 1777-
1778); J. Strandes, Die Portugiesenzeit von . . . Ostafrika (Berlin, 1899);
R. Schuck, Brandenburg- Preussens Kolonial-Politik . . . 1641-1721, 2 vols.
Leipzig, 1889): G. M`Call Theal, History and Ethnography of Africa south of the Zambesi . . . to 1795, 3 vols. (1907-1910), and History of South
Africa since September 1795 (to 1872) 5 vols. (1908); Idem, Records of
South-Eastern Africa, 9 vols., 1898-1903; Lady Lugard, A Tropical
Dependency: Outline of the History of the Western Sudan, &c. (1905); Sir
F. Hertslet, The Map of Africa by Treaty, 3 vols. (3rd ed., 1909); J . S.
Keltie, The Partition of Africa, 2nd ed. (1895); F. Van Ortroy, Conventions internationales definissant les limites . . . en Afrique (Brussels, 1898);
General Act of the Conference of Berlin, 1885: The Surveys and Explorations of British Africa (Colonial Reports, No. 500) (1906), and annual reports thereafter; Sir F. D. Lugard, The Rise or our East African Empire, 2 vols.
(1893); E. Petit, Les colonies francaises, 2 vols. (Paris, 1902-1904); E.
Rouard de Card, Les Traites de protectorat conclus par la France en
Afrique, 1870-1895 (Paris, 1897); A. J. de Araujo, Colonies portuguaises d’Afrique Lisbon, 1900); B.Trognitz, «Neue Arealbestimmung des Continents
Afrika,» Petermanns Mitt., 1893, 220-221; A. Supan, «Die Bevolkerung der
Erde,» xii., Peterm. Mitt. Erganzungsh. 146 (Gotha, 1904) (deals with areas as well as population).

sec. VII. Commerce and Economics.—A. Silva White, The Development of
Africa, 2nd ed. (1892): K. Dove, «Grundzuge einer Wirtschaftsgeographie
Afrikas,» Geographische Zeitschrift, 1905, i-18; E. Hahn, «Die Stellung
Afrikas in der Geschichte des Welthandels,» Verhandl. 11. Deutsch.
Geographentags zu Bremen (Berlin, 1896); L. de Launay, Les Richesses minerales de l’Afrique (Paris, 1903); K. Futterer, Afrika in seiner
Bedeutung fur die Goldproduktion (Berlin, 1894); P. Reichard, «Das afrikan. Elfenbein und sein Handel,» Deutsche geogr. Blatter (Bremen,
1889); Sir A. Moloney, Sketch of the Forestry of West Africa (1887);
Dewevre, «Les Caoutchoucs africains,» Ann. Soc. Sci. Bruxelles, 1895; Sir
T. F. Buxton, The African Slave Trade and its Remedy (1840); C. M. A.
Lavigerie, L’Esclavage africain (Paris, 1888); E. de Renty, Les chemins de fer coloniaux en Afrique, 3 vols. (Paris, 1903-1905); H. Meyer, Die
Eisenbahnen im tropischen Afrika (Leipzig, 1902); G. Grenfell, «The Upper
Congo as a Waterway,» Geogr. Journ., Nov. 1902; A. St. H. Gibbons, «The
Nile and Zambezi Systems as Waterways,» Journ. R. Colon. Inst., 1901; K.
Lent, «Verkehrsmittel in Ostafrika,» Deutsches Kolonialblatt, 1894;
«Trade of the United Kingdom with the African Continent in 1898-1902,»
Board of T. Journ., 1903; Diplomatic and Consular Peports, Annual Series;
Colonial Reports; T. H. Parke, Guide to Health in Africa (1893); R. W.
Felkin, Geographical Distribution of Tropical Diseases in Africa (1895)

The following bibliographies may also be consulted: J. Gay, Bibliographie des ouvrages relatifs a l’Afrique, &c. (San Remo, 1875); P. Paulitschke,
Die Afrika-Literatur von 1500 bis 1750 (Vienne, 1882); Catalogue of the
Colonial Office Library, vol. 3, Africa (specially for government publications). (E. HE.) 1 Where no place of publication is given, London is to be understood.

Реферат: Измерительные трансформаторы напряжения

Министерство высшего профессионального образования.

Самарский Государственный Технический Университет.

Кафедра: «ЭПП»

Реферат по предмету ПЭЭ

Измерительные трансформаторы напряжения

Работу выполнил: студент III-ЭТ-10

Ломакин С. В.

Проверил:

ДашковВ. М.

Самара 2003г.

Измерительные трансформаторы напряжения.

а)Общие сведения и схемы соединения

Трансформатор напряжения предназначен для понижения высокого напряжения до стандартного значения 100 или 100/(3 В и для отделения цепей измерения и релейной защиты от первичных цепей высокого напряжения. Схема включения однофазного трансформатора напряжения показана на рис. 1; первичная обмотка включена на напряжение сети U1, а ко вторичной обмотке
(напряжение U2) присоединены параллельно катушке измерительных приборов и реле. Для безопасности обслуживания один выход вторичной обмотки заземлен.
ТН в отличие от трансформатора тока работает в режиме, близкому к ХХ, т.к. сопротивление параллельных катушек приборов и реле большое, а ток, потребляемый ими, не велик.

Рис.1 Схема включения трансформатора напряжения :

первичная обмотка;

магнитопровод;

вторичная обмотка;

Номинальный коэффициент трансформации определяется следующим выражением:

[pic] где U1ном , U2ном – номинальные первичное и вторичное напряжение соответственно.

Рассеяние магнитного потока и потери в сердечнике приводят к погрешности измерения

[pic](100

Так же как и трансформаторах тока , вектор вторичного напряжения сдвинут относительно вектора первичного напряжения не точно на угол 1800.
Это определяет угловую погрешность.

В зависимости от номинальной погрешности различают классы точности
0,2; 0,5; 1; 3.

Погрешность зависит от конструкции магнитопровода, магнитной проницаемости стали и от cos ( вторичной нагрузки. В конструкции трансформаторов напряжения предусматривается компенсация погрешности по напряжению путем некоторого уменьшения числа витков первичной обмотки, а также компенсация угловой погрешности за счет специальных компенсирующих обмоток.

Суммарное потребление обмоток измерительных приборов и реле, подключенных ко вторичной обмотке ТН, не должно превышать номинальную мощность ТН, т.к. в противном случае это приведет к увеличению погрешностей.

В зависимости от назначения могут применятся ТН с различными схемами соединения обмоток. Для измерения трех междуфазных напряжений можно использовать два однофазных двухобмоточных трансформатора НОМ, НОС, НОЛ, соединенных по схеме открытого треугольника ( рис. 2, а), а также трехфазный двухобмоточный трансформатор НТМК, обмотки которого соединены в звезду (рис.2,б). Для измерения напряжения относительно земли могут применяться 3 однофазных трансформатора, соединенных по схеме Y0/Y0, или трехфазный трехобмоточный трансформатор НТМИ (рис.2, в). В последнем случае обмотка, соединенная в звезду, используется для присоединения измерительных приборов, а к обмотке, соединенной в разомкнутый треугольник, присоединяется реле защиты от замыканий на землю. Таким же образом в трехфазную группу соединяются однофазные трехобмоточные трансформаторы типа
ЗНОМ и каскадные трансформаторы НКФ.

Рис. 2. Схемы соединения обмоток трансформаторов напряжения.

б) Конструкции трансформаторов напряжения

По конструкции различают трехфазные и однофазные трансформаторы.
Трехфазные трансформаторы напряжения применяются при напряжении до 18 кВ, однофазные – на любые напряжения. По типу изоляции трансформаторы могут быть сухими, масляными и с литой изоляцией.

Обмотки сухих трансформаторов выполняются проводом ПЭЛ а изоляцией между обмотками служит элетрокартон. Такие трансформаторы применяются в установках до 1000 В (НОС-0,5- трансформатор напряжения однофазный, сухой, на 0,5 кВ).

Трансформаторы напряжения с масляной изоляцией применяются на напряжение 6-1150 кВ закрытых и открытых РУ. В таких трансформаторах обмотки и магнитопровод залиты маслом, которое служит для изоляции и охлаждения. Следует отличать однофазные двухобмоточные трансформаторы НОМ-
6, НОМ-10, НОМ-15, НОМ-35 от однофазных трехобмоточных ЗНОМ-15, ЗНОМ-20,
ЗНОМ-35.
Схема обмоток первых показана на рис.3,а.Такие трансформаторы имеют два ввода ВН и два ввода НН, их можно соединить по схемам открытого треугольника, звезды, треугольника. У трансформаторов второго типа
(рис.3,б) один конец обмотки ВН заземлен, единственный ввод ВН расположен на крышке, а вводы НН – на боковой стенке. Обмотка ВН рассчитана на фазное напряжение, основная обмотка НН – на100/(3 В, дополнительная обмотка – на
100/3 В. Такие трансформаторы называются заземляемыми и соединяются по схеме, показанной на рис. 2,в.

Рис.3. Трансформаторы напряжения однофазные масляные: а- НОМ-35; б-
ЗНОМ-35; 1- ввод ВН; 2- коробка вводов НН; 3- бак.
Рис. 4. Установка трансформатора напряжения ЗНОМ-20 в комплектном токопроводе.
Трансформаторы типов ЗНОМ-15, ЗНОМ-20, ЗНОМ-24 устанавливаются в комплектных шинопроводах мощных генераторов.Для уменьшения потерь от намагничивания их баки выполняются из немагнитний стали.

На рисунке 3 показана установка такого трансформатора в комплектном токопроводе. Трансформатор с помощью ножевого контакта 3, расположенного на вводеВН, присоединяется к пружинящим контактам, закреплённым на токопроводе1, закрытом экраном 2. К патрубку 5 со смотровыми люками 4 болтами 6 прикреплена крышка трансформатора. Таким образом, ввод ВН трансформатора находится в закрытом отростке экрана токопровода. Зажимы обмоток НН выведены на боковую стенку бака и закрываются отдельным кожухом.

Трехфазные масляные трансформаторы типа НТМИ имеют пятистержневой магнитопровод и три обмотки, соединенные по схеме, показанной на рисунке 2, в. Такие трансформаторы предназначены для присоединения приборов контроля изоляции.

Все шире применяются трансформаторы напряжения с литой изоляцией.
Заземляемые трансформаторы напряжения ЗНОЛ-06 имеют пять исполнений по номинальному напряжению: 6, 10,15, 20 и 24 кВ. Магнитопровод в них ленточный, разрезной, С-образный, что позволило увеличить класс точности до
0,2. Такие трансформаторы имеют небольшую массу, могут устанавливаться в любом положении, пожаробезопасны. Трансформаторы ЗНОЛ-06 предназначены для установки в КРУ и комплектных токопроводах вместо масляных трансформаторов
НТМИ и ЗНОМ, а трансформаторы серии НОЛ.08 – для замены НОМ-6 и НОМ-10.

На рис. 5. показан однофазный двухобмоточный трансформатор с незаземленными выводами типа НОЛ.08-6 на 6 кВ. Трансформатор представляет собой литой блок, в который залиты обмотки и магнитопровод. Выводы первичной обмотки А,Х, выводы вторичной обмотки расположены Рис.
5. Трансформатор напряжения на переднем торце трансформатора НОЛ.08-6. и закрыты крышкой.

В установках 110 кВ и выше применяются трансформаторы напряжения каскадного типа НКФ. В этих трансформаторах обмотка ВН равномерно распределяется по нескольким магнитопрводам, благодаря чему облегчается ее изоляция. Трансформатор НКФ-110 (рис.6) имеет двухстержневой магнитопровод, на каждом стержне которого расположена обмотка ВН, рассчитанные на Uф/2.

Т.к. общая точка обмотки ВН соединена с магнитопроводом, то он по отношению к земле находится под потенциалом Uф/2. Обмотки ВН изолируются от магнитопровода также на Uф/2. Обмотки НН (основная и дополнительная) намотаны на нижнем стержне магнитопровода. Для равномерного распоределения нагрузки по обмоткам ВН служит обмотка связи П. Такой блок, состоящий из магнитопровода и обмоток, помещается в фарфоровую рубашку и заливается маслом. Трансформаторы напряжения (TV) на 220 кВ состоят из двух блоков, установленных один над другим, т.е. имеют два магнитопровода и четыре ступени каскадной обмотки ВН с изоляцией на
Uф/4. Трансформаторы напряжения НКФ-330 и НКФ-500 соответственно имеют четыре блока, т.е. 6 и 8 ступеней обмотки ВН. Чем больше каскадов обмотки, тем больше их активное и реактивное сопротивление, возрастают погрешности и поэтому трансформаторы НКФ 330 и НКФ-500 выпускаются только в классах точности 1 и 3. Кроме того, чем выше напряжение тем сложнее конструкция трансформаторов напряжения, поэтому в установках 500 кВ и выше применяются трансформаторные устройства с емкостным отбором мощности, присоединенные к конденсаторам высокочастотной связи С1 с помощью конденсатора отбора мощности С2 (рис.6). Напряжение, снимаемое с С2 (10-15 кВ), подается на трансформатор TV, имеющий две вторичные обмотки, которые соединяются по такой же схеме, как и у трансформаторов НКФ или ЗНОМ. Для увеличения точности работы в цепь его первичной обмотки включен дроссель L, с помощью которого контур отбора напряжения настраивается в резонанс с конденсатором
С2. Дроссель L и трансформатор TV встраиваются в общий бак и заливаются маслом. Заградитель ЗВ не пропускает токи высокой частоты в трансформатор напряжения. Фильтр присоединения Z предназначен для подключения высокочастотных постов защиты, Такое устройство получило название емкостного трансформатора напряжения НДЕ. На рис 6,б показана установка
НДЕ-500-72.

При надлежащем выборе всех элементов и настройке схемы устройство НДЕ может быть выполнено на класс точности 0,5 и выше. Для установок 750 и 1150 кВ применяется трансформаторы НДЕ-750 и НДЕ-1150.

Рис. 6 трансформатор напряжения НДЕ: а) схема б) установка НДЕ-500-72:

1- делитель

2- разъединитель

3- трансформатор напряжения и дроссель

4- заградитель высокочастотный

5- разрядник

6- привод

в) Выбор трансформаторов напряжения

Трансформаторы напряжения выбираются: по напряжению установки

Uуст( Uном; по конструкции и схеме соединения обмоток; по классу точности; по вторичной нагрузке

S2( ( Sном, где Sном- номинальная мощность в выбранном классе точности, при этом следует иметь в виду, что для однофазных трансформаторов, соединенных в звезду, следует взять суммарную мощность всех трех фаз, а для соединенных по схеме открытого треугольника — удвоенную мощность одного трансформатора;
S2( — нагрузка всех измерительных приборов и реле, присоединенных к трансформатору напряжения, В(А.

Для упрощения расчетов нагрузку можно не разделять по фазам, тогда

[pic]

Если вторичная нагрузка превышает номинальную мощность в выбранном классе точности ,то устанавливают второй трансформатор напряжения и часть приборов присоединяют к нему.

Сечение проводов в цепях трансформаторов напряжения определяются по допустимой потере напряжения. Согласно ПУЭ потеря напряжения от трансформаторов напряжения до расчетных счетчиков должна быть не более 1.5% при нормальной нагрузке.

Контрольная работа: Герои и труженики тыла. Рубцовчане в ходе Великой Отечественной войны

Муниципальное образовательное учреждение «Средняя общеобразовательная школа № 1»

Реферат

«Герои и труженики тыла.

Рубцовчане в ходе Великой Отечественной Войны»

Выполнил учащийся 9 «Д» класса

Григорьева Т. Е.

Проверила Осипова Л. В.

Оценка_________________________

«_____»__________________200__г.

Подпись________________________

Рубцовск 2006 г.

Великая Отечественная война для рубцовчан, как и для всего советского народа, началась неожиданно и вызвала большой патриотический подъем и стремление каждого внести свой посильный вклад в дело скорейшего разгрома напавшего врага. Уже 22 июня, как сообщала газета «Алтайская правда», «К Рубцовскому райвоенкомату в одиночку и группами до глубокой ночи шли сотни патриотов — мужчины и женщины. Они принесли с собой заявления, в которых просят райвоенкомат зачислить их добровольцами в ряды РККА» (1).В числе добровольцев были и 29 учащихся Рубцовской школы медицинских сестер. Их просьба была удовлетворена. 27 июня1941 года ушел добровольцем и сын героя гражданской войны Ефима Мамонтова — Степан Мамонтов. В это время он работал председателем районного совета ОСОАВИАХИМА. В заявлении в военкомат он писал: «Мой отец погиб за власть Советов, а потому в наступивший грозный час, когда на нашу Родину напала клика фашистов, разбойников, я прошу зачислить меня в ряды рабоче-крестьянской Красной Армии. Я буду громить фашистских захватчиков так же, как мой отец в былые времена громил колчаковских карателей и иностранных интервентов».(2).

Степан Ефимович на фронте был политруком стрелковой роты. Погиб в мае 1942 года в боях за город Изюм Харьковской области, где и похоронен в братской могиле.

В течение нескольких дней в Рубцовский райвоенкомат было подано более 300 заявлений с просьбами зачислить добровольцами в Красную Армию. А всего за годы войны из Рубцовска в действующую армию было призвано 18358 человек, из них погибло 3484. Из Рубцовского района призвано 5439 человек, погибло 2780. (3).

Рубцовские мужчины уходили на фронт целыми семьями, и сегодня их могилы разбросаны по всей Европе. Особенно много их погибло в1941-1942 гг. Они воевали в Польше и Венгрии, Румынии и Болгарии, брали Берлин. А до этого многие из них защищали Москву, сражались на Курской дуге и под Сталинградом, освобождали от блокады Ленинград. В Безрукавке это были: Абраменко, Дежкины, Нестеровы; в Бобково — Вольных Нагих; Большой Шелковке — Горбачевы, Гребенниковы, Толмачевы; в Веселоярске — Бороденчик, Водолазские, Евтушенко, Кулибаба, Пономаренко, Ходоренко и многие, многие другие. Всего по Безрукавскому сельсовету погибли 271 человек, Бобковскому — 269, Вишневскому — 133, Дальнему — 114, Куйбышевскому — 88, Мамонтовскому — 87, Новоалександровскому — 152,Новониколаевскому — 139, Новороссийскому — 140, Новосклюихинскому — 232, Половинкинскому — 137, Ракитовскому — 137, Рубцовскому — 181, Самарскому — 157, Тишинскому — 121, Большешелковниковскому — 185, Веселоярскому — 323 (4).

Очень многие из сражавшихся рубцовчан за проявленные мужество и героизм были награждены орденами и медалями, а несколько человек стали Героями Советского Союза. Среди них гвардии рядовой Михаил Семенович Ребров, уроженец села Титовка Егорьевского района, воспитанник Рубцовского детдома. Отличился в боях за Днепр. В этих же боях отличился и майор Иван Павлович Зима, уроженец Веселоярска. Капитан Анафасий Иванович Семакин стал рубцовчанином в 1918 году, откуда и был призван в Красную Армию в1929 году. Капитан Семакин особо отличился во время боев за Берлин. Батальон под его командованием уничтожил более 500 солдат и офицеров врага, 3 бронетранспортера, взял в плен 600 гитлеровцев, освободил военнопленных из 3 лагерей, захватил аэродром и 8 самолетов, мост на одном из берлинских каналов. Сын бобковского крестьянина Иван Сергеевич Федоренко был командиром орудия, отличился при форсировании реки Одер и удержании плацдарма. Огнем из своего орудия уничтожил несколько танков и бронетранспортеров врага, десятки солдат. Будучи раненым не оставил поле боя. Гвардии лейтенант Петр Степанович Пивень родился в Веселоярске, до призыва в армию работал в колхозе. Звание Героя Советского Союза удостоен за то, что в числе первых со своим взводом форсировал Днепр и обеспечил переправу батальона. В 1939 году Рубцовским райвоенкоматом был призван в армию уроженец с.Катково Петр Васильевич Шередегин.

В сентябре 1943 года капитан Шередегин был назначен комендантом переправы через Днепр. Под его руководством было построено 3 парома, расширен плацдарм и переправлено 4 дивизии и стрелковая бригада. Командир стрелкового взвода А.Г. Алейников до войны жил и работал в Рубцовске. В рукопашном бою в траншее противника он уничтожил трех солдат, а также вражеский пулемет. Был ранен, но не ушел с поля боя (5).

На рубцовской земле некоторое время жил и учился легендарный политрук панфиловской дивизии Василий Георгиевич Клочков, погибший вместе со своими товарищами в 1941 году у разъезда Дубосеково под Москвой. В 1929 году он был курсантом окружных курсов подготовки работников физкультуры. В 1921 году его семья из-за голода уехала из Саратовской области на Алтай. Поселились Клочковы в с. Николаевка Локтевского района. Василий Георгиевич в детстве пас скот, работал избачом, продавцом в магазине, контролером сберкассы в с. Угловское. (6).

Всей стране стал известен подвиг и еще одного нашего земляка гвардии капитана Гавриила Павловича Масловского, уроженца села Большая Шелковка. Он закончил школу крестьянской молодежи, работал в колхозе «Путь революции». Гавриил Масловский был вожаком сельской комсомолии, после окончания курсов овцеводов работал бригадиром. В 1939 году был послан на учебу в пехотное училище. В 1944 году его не стало. Капитан Масловский, получив особое задание, проник во фронтовой склад боеприпасов немцев и взорвал его ценой собственной жизни. Идя на смертельно опасное задание, он написал письмо своему сыну, которое потом было опубликовано в газете «Красная Звезда»: «Ну вот, мой милый сын, мы больше не увидимся. Час назад я получил задание, выполняя которое живым не вернусь. Этого ты, мой малыш, не пугайся и не унывай. Гордись такой гордостью, с какой идет твой папа на смерть: не каждому доверено умирать за Родину. Прощай мой сын, прощай дорогая жена». (7).

Так воевали и умирали рубцовчане, защищая свой отчий дом, родной край и всю страну. Они нежно любили свою малую родину и надеялись вернуться с победой. Очень проникновенно об этом написал житель Рубцовска Николай Меркурьевич Ильин, погибший в последние дни войны: «Многие реки я переходил. Но нет воды слаще, чем в родном Алее. Во многих прекрасных домах мне пришлось побывать, но уютней и теплей родной избы моих родителей не пришлось встречать. Многие женщины кормили и поили меня, воина-освободителя, но нигде лучше мамы и ласковых сестер этого не делают. Сколько встречалось красивых девушек. Но нет красивей и милей наших рубцовчанок». (8).

Не отставали от фронтовиков и труженики рубцовского тыла. Они работали и за себя и за товарищей. В 1941 году колхозы Рубцовского района досрочно рассчитались с государством, сдав хлеба намного больше чем в 1940 году. В 1942 году по результатам работы в период весеннего сева Веселоярской МТС были вручены переходящее Красное Знамя крайкома ВКП (б) и крайисполкома. Перевыполнил план сева и весь Рубцовский район. В крае было организовано соревнование комсомольско-молодежных тракторных бригад и комбайновых агрегатов. В числе лучших в августе 1943 года была названа транспортная бригада колхоза им. Шевченко Рубцовского района (бригадир Петр Назаров). (9).

От взрослых в труде не отставали подростки и дети. По итогам Всесоюзного социалистического соревнования средних и семилетних школ на сельскохозяйственных работах 1945-1946 гг. ЦК ВЛКСМ, Министерство земледелия СССР и Министерство просвещения РСФСР наградили премией и Почетной грамотой Веселоярскую семилетнюю школу. Детский труд в годы войны — это особая страница в истории. Вот что вспоминала по этому поводу Фекла Васильевна Митусова, председатель колхоза «Страна Советов» того времени: «Не хочу как-то умалять великий подвиг наших воинов на огневых рубежах. Этот подвиг бессмертен. Но думается, так же велик и так же бессмертен подвиг тех, кто в войну работал на наших полях и фермах . И сейчас, перед глазами картины тех тяжелых времен. Ни одной свободной пары рук, а работы невпроворот. Доярки Настасья Макаренко, Анна Зубкова, Мария Гайдай, чабаны Иван Балюк, Степан Матвеев и все-все закончат свою работу затемно, а я зову их молотить клади. Ни голоса возражений. Собираются, идут. До кровавых мозолей работали. И все-таки настоящие герои труда были колхозные мальчишки девяти-двенадцати лет. Уборка тогда длилась два, а то и три месяца. И мальчишки с утра до утра на бричках возили хлеб от комбайнов и стационарных молотилок. Выпадет утренняя роса, остановится комбайн — и мальчишки выпрягали лошадей, ложились под бричку и засыпали. Через час-другой ветер высушит поле, комбайнам надо трогаться, и мы начинаем будить ребятишек. Поднимешь его запыленную головенку, а она, как у хилого утенка, падает. Не может проснуться — ребенок есть ребенок. Плачут. И ты с ним плачешь от сострадания. Наконец, разбудим, и они снова за работу. И все это на одном кусочке хлеба да на обрате. Сердце обливалось кровью. Ну, не герои ли были эти мальчишки!». (10).

Одним из наиболее значительных дел рубцовчан в годы войны стал сбор средств на покупку вооружения для Красной Армии. Рубцовские комсомольцы внесли предложение собрать силами комсомола края средства на строительство танковой колонны «Комсомолец Алтая». За несколько дней они собрали свыше 30 тыс. рублей деньгами и облигациями. Это предложение патриотов Рубцовского района поддержали все комсомольские организации края. Газета «Большевистский призыв» в эти дни сообщала: «Комсомольцы Рубцовской машинно-тракторной мастерской вместе с коллективом предприятия собрали для строительства танковой колонны 17 тонн металлолома. На днях металлолом будет отгружен на заводы. Комсомольцы единодушно решили в нерабочее время провести 3-дневный субботник. Заработанные деньги перечислить на счет строительства боевых машин». Члены колхоза «Сибмеринос» Рубцовского района собрали 500 тыс. рублей деньгами и более 150 пудов хлеба на строительство боевой техники. Предприятия Рубцовска весной 1942 года послали на работу в село 125 человек и на 286 тыс. рублей запасных частей. (11).

На фронтах Великой Отечественной шли ожесточенные бои за сохранение независимости нашей страны, а оставшимся дома, в тылу пришлось взять на себя двойную трудовую нагрузку. В сельском хозяйстве к весне 1942 года значительная часть машин и механизмов была направлена на фронт, в результате чего сложилась критическая ситуация. В Алтайском крае почти четвертая часть всех тракторов выбыла из строя, обеспеченность МТС бензином составляла 55 процентов от потребности. Почти на 10 процентов за годы войны увеличилась доля женщин в промышленности края. (1).

Продолжало сокращаться поголовье КРС, свиней, овец и коз. Тягловой силы не хватало и во многих хозяйствах на сельскохозяйственных работах продолжал широко использоваться даже молочный скот. Так, в 1944 году в трех областях Западной Сибири на полевых работах использовалось более 130 тыс. коров. (2).

В 1943 г. СНК СССР принял решение о неотложных мерах по ремонту и восстановлению тракторов к полевым работам 1944 года по Алтайскому краю. Возросший уровень механизации, трудовой порыв оставшихся работников позволили значительно увеличить посевные площади. Площадь посева яровых по новым землям составила в 1944 году 11 процентов от общей площади посевов. (3).

В каждом хозяйстве, каждом селе и поселке были свои передовики, вносившие наибольший вклад в выполнение установленных заданий. В постановлении III Пленума крайкома ВЛКСМ наряду с другими комсомольцами, успешно поработавшими на уборке урожая, отмечались и рубцовчане. В нем сообщалось: «Комсомольская организация Рубцовского семеноводческого совхоза (секретарь организации т. Буханько) также систематически и по-деловому обсуждает жизненные вопросы своего хозяйства, она выступила инициатором создания молодежного комбайнового агрегата. Агрегат, возглавляемый т. Буханько, убирает 45-60 га вместо 25 га по плану». (4).

В числе передовиков этого времени назывались также комбайнер Попов из совхоза «Овцевод», который на сцепе двух комбайнов скосил 1350 га, комбайнер Е.С. Буханько из семеноводческого совхоза убрал зерновые на 1154 га. Больше одной тысячи га убрал комбайнер Волошин из колхоза «Новая жизнь» Веселоярской МТС. Трактористка Ф. Любивая выполняла по две, две с половиной нормы. Комсомольцы Черкашин, Кисляков, Кудинов на косовице хлеба на лобогрейках при норме 4 га скашивали по 6-8. (5).

С самого начала войны в районе начался сбор теплых вещей для Красной Армии. На начало октября 1941 года в районе было сдано 480 валенок, 237 шапок, 66 полушубков, 449 пар рукавиц, шерсти 1700 кг, а также овчины, полотенца, костюмы, носки. Колхоз им. 25-тысячников сдал 50 пар пимов, колхоз «Ясное солнце» — 15 пар пимов, 30 овчин. (6).

Продолжал помогать селу город. Так партийная организация АТЗ взяла шефство над МТС Рубцовского и Угловского районов. Туда были направлены специалисты для подготовки бригадиров тракторных бригад, изготовлен и раздан инструмент (сверла, метчики, зубила) на сумму 14 тыс. рублей. (7).

Война нанесла сельскому хозяйству страны серьезный урон, что сказалось и на экономике такого отдаленного района как Алтайский край. 3-го февраля 1945 года было принято постановление ЦК ВКП(б) и Советского правительства «О мерах по дальнейшему подъему сельского хозяйства Алтайского края». В крае внедрялись севообороты, улучшалось семенное дело. Уже в первом послевоенном году посевная площадь под зерновыми культурами в колхозах края увеличилась на 37 тыс. га. Отлично потрудились в этом году механизаторы Веселоярской МТС. Коллектив выполнил план тракторных работ на 139 процентов. На каждый 15-сильный трактор было выработано по 214 га условной пахоты, а в бригаде Василия Коробко — по 428. Большинство тракторов МТС весеннее задание перевыполнило. Самую высокую выработку в Рубцовском районе в эту первую послевоенную весну дали девушки-трактористки Елена Гапонова и Анастасия Старикова. На тракторе АТЗ-НАТИ они выработали по 460 га. Хорошо показали себя колхозники, работавшие на живом тягле. Мария и Василий Лежкины на волах вспахали по 40 га. Сеяльщики Петр Еньшин, Николай Соболев, Федор Черников 12-дисковой сеялкой засеяли по 175 га каждый, а Павел Черепанов тракторной сеялкой — 500 га. (8). Во главе звена косарей в колхозе имени Шевченко встал секретарь комсомольской организации В. Дьяконов. Члены его звена ежедневно скашивали по две нормы зерновых. Первое место по количеству перевезенного зерна на лошадях заняло звено М. Кобзевой из колхоза им. 25-тысячников, секретарь комсомольской организации колхоза КИМ М. И. Петровская днем вела занятие в школе, а вечером была в составе молотильной бригады. Комсомолец колхоза им. Чапаева Колабухов днем пахал зябь, ночью отгружал зерно. Район выполнил план хлебозаготовок к 20 сентября. Бюро крайкома комсомола вручило Рубцовскому РК ВЛКСМ переходящее Красное знамя. (9).

1947 год климатически был более благоприятным. Весной в Рубцовском районе было вспахано 19300 га целинных, залежных и мягких земель, на 22800 га проведено боронование паров и зяби. Обязательство вырастить на 38 тыс. га стопудовый урожай труженики Рубцовского района с честью выполнили. В числе лучших была отмечена бригада Федора Бойко из Веселоярской МТС, которая выработала 424 га, сэкономила 2752 кг горючего. В совхозе «Рубцовский» коллектив ремонтников МТМ перешел на бригадно-узловой метод ремонта техники. Были приняты меры, устраняющие обезличку в использовании машин, для оказания оперативной помощи в поле начала действовать походная мастерская. За отличное качество работ на ремонте коллективу в 1946, 1947 гг. ВЦСПС, Наркомат совхозов СССР вручал переходящее Красное Знамя. (10).

Всего в 1947 году в районе было 63 колхоза и совхоза. Согласно сводным отчетам райсельхозотдела средняя урожайность зерновых по району составила: в 1947 году — 13 ц/га; 1948 — 7,8; 1949 — 7,9. (11). В 1948 году в соревновании по хлебосдаче по итогам двух пятидневок первое место занял колхоз имени Гетманского (председатель Коровин, бригадир тракторного отряда Попов). На втором месте колхоз «Новая жизнь» (председатель Пикалов, бригадир тракторного отряда Вельма). Среди комбайнеров первое место занял Петр Степанович Чухлов, за ним шел Алексей Степанович Буряк. Большой урожай получило звено Зои Шевцовой из колхоза «Чайка». В 1948 году звено получило по 138 пудов пшеницы с площади 20 га. (12).

Большую помощь району в эти годы в уборке урожая оказывал город. Как сообщала рубцовская городская газета «Большевистский призыв» в номере от 15 августа 1948 года, в 1947 году на 10 августа в колхозы из города было направлено 2780 чел, в 1948 году на эту же дату — 1103 человека. Любопытно, что к уклоняющимся, а такие находились, применялись довольно жесткие наказания. Каждый направленный был обязан отработать не менее 50-60 дневных норм, а учащиеся школ 25-30 дневных норм. Уклоняющиеся привлекались к ответственности по ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 15 апреля 1948 года. Так одна гражданка, не желавшая потрудиться в колхозе, была приговорена к исправительно-трудовым работам на 6 месяцев с удержанием 25 процентов заработка и отправлена на полевые работы.

В 1949 году средняя урожайность зерновых по району составила 7,8 ц/га, в том числе проса 3,4 ц/га, гречихи — 3,9; гороха — 5,5.Подсолнечник дал всего по 3,9 ц/га, силосные — 29,3 ц/га. Год был явно неурожайный, хвалиться нечем, но все же в одном из хозяйств, а может быть и в нескольких, нашли возможным сочинить письменное обращение к вождю всех времен и народов с рапортом о достигших успехах. Колхозники колхоза имени Политотдела, существовавшего в эти годы на территории Ракитовского сельсовета, сообщали в нем: «Мы счастливы доложить Вам, дорогой товарищ Сталин, что в борьбе за дальнейший подъем сельского хозяйства труженики колхоза имени Политотдела в четвертом году послевоенной пятилетки с планом хлебозаготовок на 20 сентября рассчитались полностью». И далее… «В эти радостные дни наши сердца полны одним стремлением передать Вам, товарищ Сталин, горячую благодарность за Вашу неустанную заботу о послевоенном подъеме сельского хозяйства, о дальнейшем укреплении колхозного строя, о новом небывалом расцвете колхозной жизни». (13).

В начале 50-х годов в крае была проведена большая работа по улучшению организации и оплаты труда, по рациональному использованию трудовых ресурсов. Важным мероприятием стало укрупнение колхозов. Они окрепли экономически. В результате в 1951году пять сельхозартелей района (колхозы «Страна Советов», «Путь к коммунизму», им. Сталина, им. Хрущева, им. Ленина) имели более чем миллионный доход. И этот год выдался засушливым. Об этом говорят данные по одному из хозяйств — колхозу им. Сталина. В 1951 году общий посев в хозяйстве был равен 5914 га, в том числе пшеницы 4114 га. Средняя урожайность зерновых составила 2 ц/га при плане 14,5.Травы выгорели и колхозники заготавливали сено в Чарышском районе, солому в Сорокинском. На 1.01.52г. в колхозе было 378 дворов, в них населения 1536 человек, число работников составляло 924 человека. На эту же дату в колхозе было КРС — 756, лошадей — 456, свиней — 214, овец — 4955.

Административно колхоз относился к Саратовскому сельсовету, руководил им Н. Ф. Бондарев. В числе лучших колхозников, выработавших больше всех трудодней были П. И. Ставицкий, Я. С. Макарычев, Н. Костыркин, М. Данилкина, Л.Т. Блощицина, Г. Блощицин. (14).

Приведем данные о хозяйственной деятельности одного из крупнейших колхозов района тех лет — колхоза им. Карла Маркса с центром в Ново-Склюихе. В 1950 году в него входило 633 колхозника. Колхоз засеял зерновыми 3756 га. В колхозе было: коров — 294, свиней — 340, овец — 4776, птицы — 1590, лошадей — 107, пчелосемей — 365.Колхозники сдавали государству зерно, молоко, мясо, яйца, делали брынзу, ловили рыбу. Средний удой на корову составлял 1058 кг. В колхозе было две грузовых машины, 50 конных плугов, 17 сеялок. Возглавлял хозяйство И. Л. Калямин. (15).

На страницах районной газеты сохранились имена лучших работников. В 1952 году высоких показателей добились члены полеводческой бригады Павла Музыченко из колхоза имени Сталина. Этот коллектив в содружестве с тракторной бригадой Григория Блощицина получил по 32 ц ячменя и по 17 ц пшеницы с гектара. Члены полеводческой бригады Ильи Шпак колхоза «Страна Советов» и тракторной бригады Николая Буц получили по 16 ц/га пшеницы с площади 270 га и по 10 ц/га подсолнечника с площади 60 га. Хороших показателей добилась свекловодческая бригада Антона Мастицкого из свеклосовхоза. На площади 29 га она собрала по 272 ц/га сахарной свеклы, а на площади 7 га по 322 ц/га. (16).

Постепенно в районе начинает увеличиваться производство молока, расти надои. За первое полугодие 1953 года надой молока на корову в районе составил 785 кг. За это достижение Рубцовскому району было вручено переходящее Красное Знамя крайисполкома и крайкома КПСС. За 9 месяцев этого года Е. Бевзюк, доярка Рубцовского свеклосовхоза, надоила на корову в среднем 2644 кг. Ее коллега из этого же хозяйства Т. Гнипп получила на корову по 2733 кг молока. Высоки были показатели доярок Л. Боженовой, В. Боровских, Л.Оборовской.

По колхозу «Страна Советов» надой молока на корову за 9 месяцев 1953 года составил 1774 кг, в свеклосовхозе — 2552 кг. (17).

В годы освоения целины наряду с первоцелинниками на полях и фермах района продолжали успешно трудиться и добиваться больших успехов и старожилы. Именно в эти годы на весь край начинает греметь коллектив хлеборобов Романовки во главе с А. Беккером. В 1945 году в бригаде было собрано по 27,4 ц/га пшеницы. Рядом с бригадиром ударно трудились агроном А. Водолазский, хлеборобы Андрей и Александр Пропп, Родион Винк, Василий Кандауров, Федор Бетхольд, Роман Майер (18). Росли надои. В 1955 году на корову по району было надоено 1936 кг молока, настрижено по 5,6 кг шерсти с овцы, получено по 63,5 яйца от несушки. В свеклосовхозе годовой надой на корову составил 3455 кг, в племовцесовхозе — 2600, в колхозе им. Куйбышево — 2300, «Стране Советов» — 2253. Больше других получили молока доярки Беккер, Бехтольд, Гайдай из «Страны Советов»; Колесникова, Ускова — из «Красного Знамени»; Просолова из колхоза им. Куйбышева, Мирошниченко из колхоза им. Тельмана. (19).

Успешно велась сельскохозяйственная деятельность тружениками Рубцовского свеклосовхоза. В 1956 году у совхоза было 3319 га пахотных земель, в том числе 2653 га орошаемых. Основной зерновой культурой была яровая пшеница. Из технических культур главной стала сахарная свекла. Совхоз выращивал также картофель, овощи, бахчевые культуры. Средняя урожайность пшеницы составила 15,6 ц/га, картофеля — 100 ц/га, валовой надой на корову — 2709 кг. Рекордных урожаев на выращивании сахарной свеклы добились А. Сиденко, Е. Ординат, У. Руль, Е. Пархоменко — по 419 ц/га. Высокими трудовыми показателями славились трактористы И. Егерь, М. Шлей, Ф. Гептин, З. Стахурский, доярки Е. Бевзюк, Г. Гнипп. (20).

На весь район славились высокими надоями доярки колхоза «Страна Советов». В 1955 году надой на корову по колхозу составил 2253 кг. В 1956 году по колхозам Рубцовского района на одну корову было надоено 2019 кг молока. Этот показатель стал одним из лучших в крае. (21).

В 1958 году труженики Рубцовского района завоевали переходящее Красное Знамя крайкома и крайисполкома за получение высоких урожаев. Район выполнил план-заказ государства по продаже хлеба на 164,7 процента, надои молока на корову довел до 2236 кг, настриг шерсти с овцы — 5,1 кг. Первое место в социалистическом соревновании колхозов района заняли члены сельхозартели «Страна Советов», второе — коллектив свеклосовхоза. Доярки комсомольско-молодежной фермы колхоза «Страна Советов» надоили на корову по2873 кг молока. Лучшие доярки колхоза надоили за год соответственно: В. Гриценко — 3087 кг, У. Балюк — 2950, М. Любивая — 2927, Т. Пичугина — 2867, Е. Терновая — 2858, В. Разводовская — 2719, В. Исаенко — 2586. За выдающиеся успехи в труде крайком КПСС и исполком краевого Совета депутатов трудящихся наградил Почетными грамотами и ценными подарками группу кукурузоводов края, и в их числе Г.К. Захарова, тракториста колхоза «Россия», получившего на площади 150 га по 312 центнеров зеленой массы кукурузы с одного гектара. (22).

За успехи этого года колхоз «Путь к коммунизму» был награжден дипломом II степени с вручением грузовой автомашины, свеклосовхоз премирован библиотекой — наградой главного комитета Всесоюзной сельскохозяйственной выставки.

По району 12 доярок надоили за год больше 3 тысяч кг молока.Выше всех этот показатель был у Л. Оборовской — 3783 кг, у Т. Гнипп он равнялся 3592 кг, у П. Бобб — 3504 кг. (23).

В 1958 году на Алтае развернулось движение за коммунистическое отношение к труду. Одним из его зачинателей стала комплексная бригада А. Беккера из колхоза «Страна Советов». Рубцовские же хлеборобы выступили инициаторами краевого соревнования за досрочное выполнение семилетки и взяли на себя обязательство получить 11 млн. пудов зерна. В 1959 году колхоз «Страна Советов» (председатель Н.Н. Буханько, секретарь партийной организации И.В. Сизиков, агроном Водолазский) получил по 20,2 ц/га зерновых и выполнил план продажи хлеба государству на 126,9 процента. Он был признан победителем краевого социалистического соревнования. Была отмечена также работа Рубцовского свеклосовхоза(директор В.И. Турок, агроном А. И. Серго), колхоза им. Кирова (председатель Т.А. Артюх, агроном В. Д. Горбачев). Выдающегося результата добилось комплексное звено колхоза «Россия» в составе А. Саплина и В. Старостина. Они собрали с гектара по 511 центнеров зеленой массы вместе с крупными початками. (24).

Не менее успешно продолжало развиваться и рубцовское животноводство. В 1959 году лучшие доярки района добились следующих результатов: В. Гриценко из «Страны Советов» надоила на корову 3421 литр молока, Л. Бишева из свеклосовхоза — 3414 литров, У. Балюк из «Страны Советов» — 3340. В этом году в районе было 19 чабанов, получивших по 118 и более ягнят на 100 маток. Наиболее высоки эти показатели были у И. Г. Устилко, чабана колхоза им. Сталина (140 ягнят), К.Н. Ниязов из «Страны Советов» получил по 136 ягнят, Ф.А. Гуров (им. Кирова) — 134, Я. А. Баум (им. Сталина) — 134. В сентябре 1959 года с достижениями рубцовских животноводов знакомилась делегация ученых-животноводов США, которые побывали в Рубцовском племовцесовхозе и колхозе «Страна Советов»(25).

Подводя краткий итог, можно отметить, что если в 40-е годы труженики района в основном занимались восстановлением хозяйства и достижением полученных еще в 30-е годы результатов, то 50-е годы для района стали годами усиленного развития всех отраслей сельскохозяйственного производства. Именно в эти годы была заложена та основа, которая является основой материального существования населения района в наши дни.

Список литературы:

Акулов М.Р., Анисков В.Т. и др. Подвиг земли богатырской (Сибирь в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.).М.,1970,сс. 95, 169.

История Сибири. Ленинград, 1969,с.119.

Документы по истории комсомола Алтая. Барнаул, 1974,с.135.

Алтай в годы Великой Отечественной войны. Сборник документов. Барнаул, 1966,с.97.

«Большевистский призыв», 4 марта 1945г.

Алтай в послевоенный период. Барнаул, 1974,с.106.

Очерки истории Алтайской организации ВЛКСМ. Барнаул,1988, с.121.

Алтай в послевоенный период, с.120 — 121; Документы по истории комсомола Алтая,с.171; Очерки истории Алтайской организации ВЛКСМ,с.116.

Архивный отдел администрации г. Рубцовска, ф.66, д.17, л.179; ф.120, д.18, л.15.

Архивный отдел администрации Рубцовского района, ф.4, д.3, л. 33.; «Большевистский призыв» 31 марта 1949 года.

Архивный отдел администрации г.Рубцовска, ф.120, д.19, л.15; «Хлебороб Алтая», 1 декабря 1993г.

«За победу», 1 февраля 1953г.; Архивный отдел администрации Рубцовского района,ф.26, д.21, лл. 47, 64, 66, 78, 92.

Архивный отдел администрации города Рубцовска, ф.79.

«За победу», 22 марта 1953 года

«За победу», 20 августа, 8 октября 1953 г.

Наш край родной. Барнаул, 1969, с.23.

«За победу'», 17 декабря 1955г.

«Хлебороб Алтая», 9 сентября 1987 г.

Архивный отдел администрации Рубцовского района,ф.32, д.13,л.64; Развитие экономики и культуры Алтайского края за 40лет. Барнаул, 1957,с.120.

«За победу», 10 января 1958г.; 1,13 января 1959 г.

«За победу», 13, 15 января 1959 г.

Житников А.И. К победе коммунистического труда. Барнаул,1972,с. 280; «За победу», 25 апреля, 15 сентября, 3 декабря 1959 г.

«За победу», 9 июня, 15 сентября, 8 декабря 1959 г.

«Алтайская правда», 25 июня 1941 года.

Гришаев В.Ф. Сыны Алтая и Отечества. III, Барнаул, 1989,с.189.

Книга памяти, т.4., Барнаул, 1994, с.589,702

Там же,с.702-783.

См. Боевая слава Алтая. Барнаул, 1978; Кузнецов И. И., Джога И.М. Золотые 3везды Алтая. Барнаул, 1982.

Кузнецов И.И., Джога И.М. Золотые звезды Алтая,с.248-250;Очерки истории Алтайской организации ВЛКСМ, Барнаул, 1988, с.74.

Письма огненных лет. Барнаул,1975,с.235-236; Ни сил, ни жизни не щадя. Документы и материалы о комсомольцах и молодежи Алтая в годы Великой Отечественной войны. Барнаул, 1985,с.138-139.

Письма огненных лет,с.278.

Медников В.П. Союз, закаленный в борьбе и труде. Барнаул,1973,с.168; Алтай в годы Великой Отечественной войны. Барнаул,1960,с.175; Документы по истории комсомола Алтая, Барнаул,1974,с.147.

Очерки истории алтайской организации ВЛКСМ,с.122-123;Медников В.П., указ. соч, с.200.

«Алтайская правда», 24 сентября 1941г.; «Большевистский призыв», 21 сентября.1941г.; Гаврилов Н.С. Алтай в Великой Отечественной войне. Барнаул, 1990 с.149; Преображенный Алтай.Барнаул,1971, с. 121.

Реферат: Проблемы экологии в энергетике Украины

Содержание

Предисловие …………………………………………..………

1
Введение ………………………………………………………..

2
Проблемы экологии в энергетике Украины и пути их решения …………………………………………………..….

3

Перспективные воздухоохранные технологии в энергетике…………………………………………………….…….

5

Сокращение выбросов твёрдых частиц в атмосферу.

7
Эффектные методы снижения выбросов оксидов азота в атмосферу газомазутными котлами ТЭС……

9

Рассеивание и трансформация некоторых веществ в атмосфере………………………………………….…………

10

Основные загрязнители атмосферного воздуха.…..…

12
Выброс в атмосферу твёрдых частиц………………..…

15
Оксиды серы……………………………………………..……..

16
Оксиды азота..……………………………………….….……

17
ПДК оксидов азота в атмосферном воздухе населённых пунктов..……………………………………………..……

18

Кислотные дожди..……………………………………………

20
Оксид углерод.……………………………………………..….

21

Экология – это древнее слово, что означает «семья, домашнее хозяйство». Экология изучает взаимоотношения организмов друг с другом и с изменяющимися условиями окружающей среды.

Предисловие. Защита атмосферного воздуха от загрязнения является одной из наиболее острых проблем современности. К настоящему времени достигнуты значительные успехи в борьбе за снижение содержания отдельных веществ в воздухе. Но углубление урбанизации приводит к увеличению газообразных выбросов (оксидов углерода, азота и серы), поступающих главным образом с продуктами сгорания топлива, в воздушном бассейне городов. Методы, исключающие или снижающие поступление в атмосферный воздух таких токсичных веществ, образующихся в процессе горения, как оксиды азота, оксид углерода, альдегиды, не освещены в достаточной мере.

Несмотря на то, что на долю природных источников загрязнения воздуха приходится свыше 50% соединений серы, 93% оксидов азота, значительная доля оксида углерода и ряд других загрязнителей, всё же наибольшую опасность создают искусственные источники загрязнения воздуха, связанные с деятельностью человека.

В отличие от природных искусственные источники загрязнения отличаются крайней неравномерностью распределения. Более значительная неравномерность распределения концентрации загрязнителей отмечается между сельскими и городскими местностями. Большим городам обычно соответствует более высокое содержание загрязнителей в воздухе.

Автомобили, речные, морские суда и самолёты являются наиболее мощными источниками поступления в атмосферный воздух вредных веществ.

Введение

Состояние генерирующего оборудования ТЭС Украины в настоящее время характеризуется высокой степенью физического и морального износа. Большая часть ТЭС была спроектирована и введена в эксплуатацию в 1960-70-е годы. Оборудование всех электростанций не соответствует современным экологическим требованиям.

К тому же, за последние 20 лет резко ухудшилось качество угля, поставляемого на электростанции. Так, средняя зольность угля составляет 35-40%, а в ряде случаев возрастает до 60%, сернистость достигает 3%. Котельные агрегаты не приспособлены для сжигания угля такого качества и способны работать только с подсветкой газом или мазутом. В связи с тем, что Украина не имеет собственных промышленных ресурсов газа и нефти, энергетика в дальнейшем вынуждена ориентироваться только на использование низкокачественного отечественного угля.

При работе на низкокачественном топливе газоочистное оборудование работает в непроектном режиме, в связи с чем имеет место недостаточная степень очистки дымовых газов. Большинство электростанций оборудованы морально устаревшими установками золоулавливания. Эффективность работы установок мокрого золоудаления (скрубберов) составляет 89-93%. Средняя эксплуатационная степень очистки дымовых газов электрофильтрами составляет 95-98%.

Установки серо- и азотоочистки на электростанциях отсутствуют, и до настоящего времени их промышленное изготовление в Украине не начато.

Проблемы экологии в энергетике Украины

и пути их решения

Украина – одна из крупных стран Европы: 52 млн. человек проживают на территории 603,7 кв. км. Народное хозяйство Украины представляет собой сложную экономическую структуру, отягощенную чрезмерным объёмом отраслей тяжёлой промышленности. Это, в свою очередь, обуславливало существование высокоразвитого комплекса по производству, распределению и сбыту электрической и тепловой энергии.

В настоящее время установленная мощность электростанций составляет 55,1 млн. кВт.

С начала 90-х годов в результате разрушения единого народно-хозяйственного комплекса бывшего Союза, начался беспрецедентный спад производства и сопутствующие кризисные явления во всех сферах экономической жизни страны.

В существующих условиях отрасли топливно-энергетического комплекса, имея негативное влияние на стабилизацию экономики Украины, сами оказались в исключительно тяжёлом состоянии.

Состояние генерирующего оборудования ТЭС в настоящее время характеризуется высокой степенью физического и морального износа. Большая часть ТЭС была спроектирована и введена в эксплуатацию в 60-70-е годы. Оборудование всех электростанций не соответствует современным экологическим требованиям.

Предприятия энергетики относятся к основным загрязнителям воздушного бассейна. На их долю приходится свыше 30% выбросов вредных веществ от общего объёма выбросов стационарными источниками, в том числе 59% окислов серы, 27% золы, 12% окислов азота.

По данным Европейской Экономической Комиссии ООН общие выбросы серы Украиной составляют 7% всех европейских выбросов этого загрязнителя.

13 основных украинских электростанций (Криворожская, Змиёвская, Старобешевская, Запорожская, Кураховская, Углегорская, Бурштынская, Трипольская, Луганская, Приднепровская, Ладыжинская, Зуевская и Славянская) включены ею в список 100 наиболее крупных источников загрязнения атмосферы Европы диоксидом серы. В списке 100 крупнейших источников Криворожская и Бурштынская ТЭС занимают 14 и 15 места по мощности выбросов диоксида серы.

Общее снижение техногенного воздействия на атмосферный воздух до недавнего достигалось за счёт увеличения доли газа в топливном балансе ТЭС, а в последнее время – преимущественно как следствие деструктивных явлений в экономике. Доля газа в общем расходе органического топлива достигла 49,7%.

Перспективные воздухоохранные технологии в энергетике

Качество окружающего нас воздуха влияет на здоровье людей, развитие животных и растений, на состояние зданий и сооружений. Основными загрязнителями атмосферы при работе тепловых электростанций являются образующиеся при сжигании топлив оксида азота, серы и летучая зола. Эти вещества рассеиваются в атмосфере и претерпевают в ней химические превращения. Их негативное действие носит локальный, иногда региональный характер. Выбросы золы, NOx, SO2, а также в разной степени токсичных продуктов неполного сгорания регламентируются действующими в стране стандартами.

Атмосферу могут загрязнять также летучие вещества, выделяющиеся при хранении угля на открытых складах, выпары мазутных баков, унос из градирен (если вода обрабатывается токсичными присадками), тяжёлые металлы и микроэлементы.

Сжигание органических топлив, содержащих углерод, связано с образованием CO2. Его накопление в атмосфере вызывает опасения насчёт глобального изменения климата (потепления).

Наиболее важными факторами при развитии воздухоохранных технологий в энергетике являются:

виды и свойства энергетических топлив;

экологические стандарты;

состояние экономики страны.

Природный газ, не содержащий золы, соединений серы и азота, является экологически наиболее чистым топливом.

Наибольшие выбросы, прежде всего летучей золы, характерны для угольных ТЭС. Они особенно велики в России, т. к. на электростанциях у нас используются главным образом высокозольные необогащённые угли. В углях содержится связанный азот и сера.

Нормирование выбросов от действующих на ТЭС котлов должно быть более гибким. Не стоит, например, устанавливать новые нормативы для тех из них, которые будут выводиться из эксплуатации. Для остальных нормативы удельных выбросов целесообразно устанавливать по лучшим экологическим показателям, достигнутым в эксплуатации с учётом мощности котельных установок, сжигаемого топлива, возможностей размещения нового и показателей имеющегося пылегазоочистного оборудования, дорабатывающего свой ресурс.

Сокращение выбросов твёрдых частиц в атмосферу

Для обеспечения требуемых нормативами выбросов твёрдых частиц в атмосферу необходима установка на ТЭС золоуловителей с эффективностью от 98,6 до 99,8%.

Необходимые для глубокой очистки дымовых газов от золы технологии и оборудование освоены и широко применяются. Наиболее эффективными являются электрические и тканевые фильтры, обеспечивающие конечную запылённость очищенных газов на уровне 10-25 мг/м3. Для этого скорости газов в активной зоне многопольных горизонтальных электрофильтров поддерживают Ј (0,8 – 1,0) м /с, а время пребывания в ней Ј 30 с.

Котлы многих действующих ТЭС оснащены мокрыми золоулавливателями. Они просты, системы с ними в 2-3 раза дешевле, чем с электрофильтрами и нормально работают на продуктах сгорания углей, золы которых содержат не более 15% СаО. При больших концентрациях Са в мокрых аппаратах могут образовывать отложения. Разновидностью мокрых золоулавлевателей являются внедряющиеся в последние годы на ТЭС батарейные эмульгаторы. Стоимость их, однако, существенно выше не только скруберов, но и электрофильтров. В мокрых аппаратах обоих типов возможно достижение высоких степеней золоулавливания – до 99-99,8%. Однако это требует увеличения интенсивности орошения до 0,25-1,3 л /м3, которое приводит к увеличению аэродинамических потерь (до 1,2 кПа) и снижению температуры дымовых газов до точки росы дымовых паров.

Радикальным путём уменьшения выбросов золы в атмосферу является оснащение отечественных ТЭС электрическими и рукавными фильтрами, соответствующими современному мировому уровню. Уже имеются примеры установки высокоэффективных электрофильтров западных фирм действующих ТЭС. Электрофильтры должны применяться не только для вновь разрабатываемых ТЭС, но и для технически перевооружаемых.

Во многих случаях существенного снижения выбросов золы удаётся достичь с помощью паллиативных мер. Для этого разрабатывают различные способы подготовки дымовых газов перед электрофильтрами. Наиболее простым является снижение их температуры путём отвода тепла в пароводяной контур в теплообменных аппаратах или прямого впрыска воды. Дополнительный эффект возникает если это стоки химводоподготовки.

Уже несколько лет эксплуатируется рукавный фильтр производительностью 9,1×106 м3/ч. На нём получены вполне удовлетворительные показатели: эффективность улавливания 99,5-99,7%, потери давления меньше 1,5 кПа. Фильтр нормально регенерировался, работал при температурах газов до 180 С.

Эффективные методы снижения выбросов оксидов азота в атмосферу газомазутными котлами ТЭС

Оксиды азота снижают урожайность сельскохозяйственных культур, инициируют ряд опасных фотохимических реакций в атмосфере, «съедают» озон в дымовой струе электростанций и способствует увеличению озона до опасных концентраций на больших расстояниях от электростанций в сельскохозяйственных районах (юг Украины, Крым). Кроме того, для Украины, Белоруссии и ряда районов России имеет значение подкисление верхнего слоя почв и усиление сорбции радионуклидов в поверхностном слое. Актуальной проблемой теплоэнергетики Украины является эффективное снижение выбросов оксидов азота при минимальных капитальных и эксплуатационных затратах.

Энергетика Украины поставляет в атмосферный воздух свыше 60% сернистого ангидрида и свыше 50% оксидов азота от общего выброса стационарными установками.

Ещё в 70-х годах полагали, что кислотные дожди определяются на 90-92% оксидами серы и лишь на 8-10% оксидами азота. Однако в 80-90-е годы в связи с увеличением доли природного газа, вводом в некоторых странах Европы систем сероочистки, а также с развитием автотранспорта, вклад оксидов азота в образование кислотных дождей увеличился в несколько раз и составляет 20-57%.

Обычно оксиды серы и азота находятся в атмосферном воздухе до 2-5 суток, перемещаясь с потоками воздуха на расстояния до 1000 км.

Рассеивание и трансформация некоторых веществ в атмосфере

Вещества

Масштабы трансформации

Расстояние, км Время

NO

10

1 час
NO2

100-200

2 суток
HNO3

До 1000

4 суток
SO2

100-200

2 суток
H2S

100

1сутки
H2SO4

До 1000

5 суток
CH4

В глобальном масштабе

10 лет

За это время происходит их превращение в кислоты и сток из атмосферы с осадками в почву и поверхностные воды, главным образом, в виде слабых растворов серной, сернистой, а также азотной и азотистой кислот.

Проблемы экологии в энергетике УкраиныNO + O3 NO2 + O2

Проблемы экологии в энергетике УкраиныNO + HO2 NO2 + OH

Проблемы экологии в энергетике Украины2NH2 + H2O поверхность HNO2 + HNO3

Азотная кислота оказывает существенное влияние на образование кислотных дождей. Если для ряда стран Европы её вклад в кислотные дожди 10-20%, то для Украины вклад оксидов азота в кислотные дожди находится в пределах от 35 до 50%. При этом имеется выброс с Украины на территорию России, Белоруссии, Турции, Молдовы и других стран и поступление оксидов азота из Германии, Польши, Румынии и других стран в соизмеримых количествах. Перенос оксидов азота с территории Германии в Украину, обычно в 5-7 раз превышает обратный перенос.

В 1991-94 годы за счёт снижения выработки электроэнергии и применения мероприятий по снижению образования оксидов азота выброс снизился на 36%.

Оксиды азота при горении топлив образуются по трём механизмам: «термическому», «топливному» и «быстрому». При сжигании газов образования оксидов азота идёт по двум основным механизмам: «термическому», разработанному Я.Б. Зельдовичем, имеющему очень сильную зависимость от температуры и «быстрому». Для «быстрого» механизма, разработанного С. Фенимором характерны:

а) слабая зависимость от температуры;

б) сравнительно сильная зависимость от избытка окислителя;

в) образование в начальной зоне горения.

Приведённые в Институте газа экспериментальные исследования позволили подтвердить взаимосвязь выхода «быстрых» NO с содержанием HCN в пламенах, а также подтвердить, что выход «быстрых» оксидов азота зависит от состава газообразных топлив.

По данным исследований, проведённых на специально сконструированной установке, позволяющей выделить «быстрые» NOx, их концентрации при сжигании CO и H2 существенно ниже, чем при горении метана и других углеводородных газов.

Основные загрязнители атмосферного воздуха

Загрязнители

Основные источники

Среднегодовая концентрация в воздухе мг / м3
природные

искусственные

Твёрдые частицы (пыль, зола и др.)

Вулканические извержения, пылевые бури, лесные пожары, испарения морской соли и др. (94% от общего количества)

Сжигание топлива в промышленных и бытовых установках

В городских районах 0,04-0,4
Сернистый ангидрид

Вулканические извержения, окисление серы и сульфатов, рассеянных в море (50% от общего количества)

Сжигание топлива, нефтепереработка, чёрная и цветная металлургия

В городских районах до 0,5-1
Оксиды азота

Лесные пожары (93%)

Окисление атмосферного азота и азота топлива при высокой температуре – энергетика, промышленность, автомобили

В районах с развитой промышленностью и автотранспортом – до 0,2, в других до 0,05
Оксид углерода

Лесные пожары, выделения океанов, окисление терпенов (5-10% от общего количества)

Неполное сгорание топлива (автомобили, промышленность)

1-50 (в зависимости от интенсивности автотранспорта, близости металлургических производств)
Летучие углеводороды и их продукты

Лесные пожары, поступления природного метана (из почвы болот) и природных терпенов

Неполное сгорание органического топлива (автомобили), дожигание отходов, испарения растворителей и продуктов нефтепереработки

В районах с развитым автотранспортом и промышленностью – до 3

Весьма существенное значение имеет химический состав пыли. Например, содержание оксидов кремня в пыли более 10% делает её опасной для здоровья человека. По данным М. С. Гольденберга содержание оксидов кремня в пыли в воздухе большого города составляет 20,1-22,8%.

Б. П. Гуринов и Н. Я. Янышева, проводившие обследования загрязнения воздуха в районе одиннадцати ТЭЦ (теплоэлектроцентраль), работающих на угле, обнаружили, что максимальные концентрации твёрдых частиц в атмосферном воздухе имеют место на расстояниях в 8-10 раз больших высоты трубы. При отсутствии средств пылеулавливания в котельных установках малой производительности со слоевыми топками выброс твёрдых частиц в атмосферу соизмерим с выбросом их на ТЭЦ. Однако при слоевом сжигании только 3% выбрасываемых частиц имеет d < 10 мкм, а при пылеугонном – не менее 20-45%. При отсутствии систем пылеулавливания твёрдое топливо (уголь) поставляет в атмосферу в 100-200 раз больше твёрдых частиц, чем жидкое топливо. Выбросы твёрдых частиц в атмосферу всё ещё являются одним из наиболее серьёзных видов загрязнений, вносимых процессами горения в атмосферу городов.

Выброс в атмосферу твёрдых частиц

Потребитель топлива

Уголь

Жидкое топливо

Природный газ

Кг/Гкал

%

Кг/Гкал

%

Кг/Гкал

%

Электростанции

1,83

100

0,102

5,6

0,0255

1,4

Промышленные котлы и печи

1,83

100

0,102

5,6

0,0312

1,7

Жилые здания, домовые котельные

1,83

100

0,151

8,2

0,0330

1,8

Оксиды серы

Одним из наиболее крупных и трудно поддающихся отчистке загрязнителей атмосферного воздуха, выбрасываемых главным образом энергетическими установками, являются оксиды серы. Ежегодный выброс в нижние слои атмосферы превышает 150 млн. т; при этом от 60 до 80% этого количества выбрасывается с продуктами сгорания котлов и печей.

Оксиды серы, а также образующиеся при их соединении с водяными парами кислоты оказывает вредное воздействие на здоровье людей, вызывает разрушение стальных конструкций и строительных материалов, снижение прозрачности атмосферы, гибель хвойных лесов и плодовых деревьев, снижают урожайность сельскохозяйственных культур. Диоксид серы нарушает процесс фотосинтеза и дыхания, вызывает острые и хронические повреждения листьев. Растения ещё более чувствительны к оксидам серы, чем человек.

Вредное воздействие оксидов серы на растения резко увеличивается при наличии в атмосфере диоксида азота и повышении влажности.

У нас в стране заканчивается строительство опытно-промышленной аммиачно-циклической системы очистки от оксидов серы на Дорогобужской ТЭС производительностью 1млн м3/ч. ТЭС сжигает подмосковный бурый уголь с содержанием серы 2,5-3%, в качестве конечного продукта будет получаться жидкий сернистый ангидрид. В течение нескольких лет на одной из ТЭС работает оригинальная опытно-промышленная установка одновременной очистки от оксидов серы и оксидов азота путём подачи озона в скруббер. Установка обеспечивает очистку газов по сернистому ангидриду до 90%, по оксидам азота до 65%.

Оксиды азота

В ряду основных загрязнителей атмосферного воздуха специальное место занимают оксиды азота. В связи с тем, что большинство приборов и методов измерения основано на определении диоксида азота с предварительным доокислением оксида в диоксид, а также вследствие того, что до 1983 года были установлены нормы только на содержание оксидов азота в атмосферном воздухе, обычно фиксировалась сумма оксидов азота (NO2 + NO2 = NOx). До 1950-1960 годов исследование оксидов азота как загрязнителей атмосферы, выбрасываемых с продуктами сгорания топлива, практически не проводилось, и всё внимание было сосредоточено на твёрдых частицах (зола, пыль, сажа) и сернистом ангидриде. Между тем, как показали исследования, проведённые ещё в 1960-х годах, содержание оксидов азота определяет токсичность продуктов сгорания угля и мазута на 40-50%, а природного газа на 90-95%. Валовой выброс оксидов азота в атмосферный воздух в различных регионах и городах составляет 6-8% общего выброса всех вредных веществ, уступая лишь выбросу оксида углерода, оксидов серы и твёрдых частиц.

До 1980-х годов во всех исследованиях по образованию оксидов азота в процессах горения исходили из следующих предпосылок.

В процессе горения топлива в котлах и других топливосжигающих устройствах образуется только оксид азота.

При выходе из дымовой трубы оксид азота сравнительно быстро полностью доокисляется до диоксида азота.

Вместе с тем исследованиями института газа показано, что только 40-80% оксида азота, содержащегося в дымовой струе, превращается в диоксид азота

ПДК оксидов азота в атмосферном воздухе населённых пунктов

Вещество

Предельно допустимая концентрация мг/м3
Максимальная разовая

Среднесуточная
Диоксид азота

0,085

0,04
Оксид азота

0,6

0,06

Более 95% от общего количества выбросов оксидов азота (51 млн. т /год) во всём мире поступает в атмосферу с продуктами сгорания и жидкого топлива и газа, и лишь 2,4 млн. т выбрасывает химическая промышленность. Следует отметить, что образующиеся в результате атмосферных явлений оксиды азота в количестве 770 млн. т /год не представляют опасности, т. к. они равномерно распределяются по поверхности земного шара в малых концентрациях.

После выхода из дымовой трубы в атмосферу основная часть оксида азота переходит в диоксид азота по двум основным реакциям:

а) при высоких концентрациях в корне факела за счёт окисления кислородом в результате экзотермических реакций

Проблемы экологии в энергетике Украины2NO + O2 2NO2 + 188 к Дж /моль;

б) при низких концентрациях в результате окисления атмосферным озоном:

Проблемы экологии в энергетике УкраиныNO + O3 O2 +205 кДж /моль.

Последняя реакция при низких концентрациях, имеющих место в приземной области дымовой струи, протекает в 105 раз скорее реакции и является превалирующей.

Общее количество озона в атмосфере невелико – толщина приземного слоя 3 мм, масса 3,29 . 109 т. обычное содержание О3 в атмосфере городов составляет 0,02-0,10 мг/м3, при этом максимум концентраций имеет место в дневные (12-17 часов), а минимум – в ночные или утренние часы.

Кислотные дожди

В последние годы особое внимание привлечено к проблеме перемещения соединений серы и азота в атмосферном воздухе на большие расстояния (до 1000 км) от источника выброса. Эта проблема имеет важное значение в связи с наличием регионов с высокой концентрацией промышленности внутри страны, строительством мощных топливно-энергетических комплексов, а также в связи с трансграничным переносом загрязнителей из-за рубежа через западную границу.

Проблема обострилась в последние годы в связи со строительством электростанций большой мощности на низкосортных топливах с высоким содержанием серы и применением дымовых труб 250 м и более.

Она связана как с перемещением, так и с превращением в атмосфере оксидов серы и азота, выбрасываемых главным образом электростанциями, а также другими крупными топливосжигающими установками.

В ряде случаев в результате последующих реакций в атмосфере токсичность первичных загрязнителей воздуха существенно повышается.

Обычно оксиды серы и азота находятся в атмосферном воздухе до 2-5 суток, перемещаясь с потоками воздуха на расстояние до 1000 км. При этом происходит их превращение в кислоты и сток из атмосферы с осадками в почву и в поверхностные воды, главным образом в виде слабых растворов серной, азотной и азотистой кислот в результате ряда реакций, в которых отметим следующие:

Проблемы экологии в энергетике УкраиныSO2 + OH M HSO3;

Проблемы экологии в энергетике УкраиныHSO3 + O2 SO3 + HO2;

Проблемы экологии в энергетике УкраиныHSO3 + OH M H2SO4.

Оксид углерода

Одной из наиболее значительных групп токсичных веществ, попадающих в атмосферный воздух, являются продукты неполного сгорания топлива: оксид углерода, альдегиды, органические кислоты и углеводороды. В этой группе наибольшее значение имеет оксид углерода. Если содержание пыли, оксидов серы и оксидов азота в атмосферном воздухе городов определяется уровнем выброса токсичных веществ с продуктами сгорания топлива, сжигаемого в топках котлов и печах, то содержание оксидов углерода на улицах больших городов на 75-97% определяется автотранспортом. Загрязнение воздухом оксидом углерода в Москве и Санкт-Петербурге определяется автотранспортом на 96,3 и 88,1%, а углеводородами на 64 и 79%. Такое же положение характерно для подавляющего числа крупных городов с развито металлургической промышленностью, в которых при наличии агломерационных фабрик и других производств в городе, содержащие оксиды углерода в атмосферном воздухе определяется примерно в равной степени металлургией и автотранспортом.

Оксид углерода – высокотоксичное вещество. Составляет около половины от общего весового количества всех вредных веществ, поступающих в воздушный бассейн городов. При вдыхании в течение нескольких часов возможно отравление.

Проблемы экологии в энергетике Украины

Список литературы:

Сигал И. Я. Защита воздушного бассейна при сжигании топлива – Москва: Недра, 1998 – 312 с.

А. Г. Тумановский, А. Г. Берсенев. Перспективы развития технологий сжигания топлив на тепловых электростанциях России – Киев, Минэнерго Украины, 1996 – 15 с.

С. В. Яцкевич, И. И. Ярошевская, Ю. В. Струц. Проблемы экологии в энергетике Украины и пути их решения — Киев, Минэнерго Украины, 1996 – 12 с.

С. И. Ожегов. Словарь русского языка – Москва, изд. 14-е стереотипное, 1983 – 815 с.

Послесловие. Наша планета Земля.

Наша планета – это маленькая песчинка во Вселенной. В то же время Земля является уникальной планетой, поскольку на ней существуют различные формы жизни, включая разумную. В настоящее время мнения учёных по поводу существования жизни в других точках Вселенной различны. Одни считают, что среди космического холода и мрака Земля является единственным оазисом, на котором существует жизнь, другие предполагают возможность существования жизни и в других звёздных системах, но человек никогда не сможет их посетить.

Нашу планету подстерегают различные космические опасности. 65 млн. лет назад падение астероида в районе полуострова Юкатан (Центральная Америка) привело к глобальной катастрофе, погубившей динозавров. Существует гипотеза, что примерно 12 тысяч лет назад на Земле произошла ещё одна катастрофа, также связанная с падением космического тела. В результате этой катастрофы безвозвратно погибли многие виды живых организмов, а человечество было отброшено назад в своём развитии на многие тысячелетия.

Но самой большой опасностью для жизни на Земле является деятельность человека. За тысячелетия цивилизации человеком истреблены многие виды животного мира. В результате неконтролируемой распашки земель навсегда уничтожены различные виды растений. Многие виды находятся на грани исчезновения, и занесены в Красную книгу. Активное наступление человека на природу происходит с конца XIX – начала XX столетий в связи с технической революцией. Человек изобрёл ядерное оружие, которое способно в считанные секунды уничтожить большую часть земной фауны и флоры, обеспечить существование нашей планеты в условиях «ядерной зимы» в течение долгих тысячелетий, отбросить человека обратно в каменный век. Бурное развитие промышленности, в том числе энергетики, привело к значительному увеличению выбросов в земную атмосферу вредных веществ, таких как сернистый ангидрид, оксиды азота, сероводород, соединения ванадия, парниковые газы и др. Накопление этих веществ в атмосфере отрицательно влияет на жизнеспособность представителей земной фауны и флоры, в том числе и человека. Необходимо принятие срочных мер по ограничению загрязнения атмосферы. Это станет возможным только в случае внедрения промышленностью новых передовых технологий.

Я с раннего детства интересовалась природой, появлением и развитием жизни на Земле. Меня всегда поражали красота и многообразие земной фауны и флоры. Поэтому тема «Проблемы экологии в энергетике» меня очень заинтересовала. Мне бы очень хотелось передать ту красоту и необычность природы, которую я вижу сейчас, нашим потомкам. Я ещё не знаю, какую профессию выберу после окончания школы, но независимо от выбранной специальности я всегда буду заботиться о сохранении и приумножении природных богатств.

Мой реферат может быть использован в качестве материала для экологического обучения учащихся средних и старших классов общеобразовательных школ.

Реферат: Технологии поиска работы

Содержание

Введение

1. Технология поиска работы

1.1 Роль анкетных данных (резюме), стандартных анкет для поступающих на работу и собеседований при отборе

1.2 Составление письма с просьбой о приеме на работу

1.3 Составление резюме

2. Телефонный разговор по поводу трудоустройства

Заключение

Список используемой литературы

Введение

В условиях рыночной экономики качество персонала стало главнейшим фактором, определяющим выживание и экономическое положение российских организаций. Отбор работников всегда старались проводить достаточно тщательно, поскольку качество людских ресурсов во многом определяет возможности и эффективность последующего использования. В настоящее время работодатели перешли к активным методам поиска и вербовки персонала; стремятся привлечь в организацию как можно больше соискателей, удовлетворяющих требованиям, совершенствуется процедура самого отбора.

Отбор новых работников не только призван обеспечить режим нормального функционирования, но и закладывает фундамент будущего успеха организации. Актуальность исследования поиска и отбора персонала как функции управления персоналом на современном этапе заключается в том, что с переходом к рыночной экономике стало невозможным использовать старые методы поиска и отбора персонала, которые использовались в административной системе.

Управление персоналом состоит в подборе и сохранении требуемого организации персонала, его профессиональном обучении и развитии, оценке деятельности каждого из работников с точки зрения реализации целей организации, дающей возможность скорректировать его поведение, вознаграждении персонала за его усилия.

Работники кадровых служб давно ощущали потребность в более обоснованных и надежных процедурах. Повышение эффективности и надежности отбора связывается с последовательным проведением проверки деловых и личностных качеств кандидата, основанной на взаимодополняющих методах их выявления и источниках информации. Осуществляется поэтапный отбор кандидатур. Каждый раз отсеивают тех, кто обнаружил явное несоответствие предъявляемым требованиям. Одновременно применяют, по возможности, объективную оценку фактических знаний и степени; владения кандидатом необходимыми производственными навыками. Таким образом, формируется сложная многоступенчатая система проведения отбора человеческих ресурсов.

Традиционно выделяют четыре такие системы, соответствующие основным функциям управления человеческими ресурсами — подбор персонала, обучение и развитие персонала, оценка персонала и вознаграждение персонала.

Цель данной работы в том, чтобы раскрыть роль анкетных данных, резюме и собеседований при поступлении на работу, а также особенности проведения телефонных разговоров по поводу трудоустройства.

Работа состоит из введения, двух частей, заключения и списка используемой литературы. Общий объем работы 16 страниц.

1. Технология поиска работы

В центре отбора персонала лежит стремление работодателя установить пригодность возможного будущего работника. С помощью методов отбора персонала специалисты должны сориентироваться, действительно ли рассматриваемое соответствие можно истолковывать как необходимое. Методы отбора персонала могут быть следующими: 1) предварительная отборочная беседа; 2) анкетирование; 3) собеседование; 4) тестирование; 5) проверки рекомендаций и послужного списка; 6) испытание; 7) оценка кандидатов.

1.1 Роль анкетных данных (резюме), стандартных анкет для поступающих на работу и собеседований при отборе

Претенденты, прошедшие предварительную отборочную беседу, должны заполнить бланк заявления и анкету. Именно от того, как вы ответите на вопросы анкеты, и зависит первое впечатление о вас. Анкета (фр. еnquete — расследование) — опросный лист, самостоятельно заполняемый опрашиваемым по указанным в нем правилам. Несмотря на то, что она является одним из основных документов личного дела, утвержденной формы анкеты не существует. Это всегда собственная разработка компании, и в зависимости от того, какому подразделению нужна информация (службе кадров, юридической службе, др.) задающими генеральное направление выступают специалисты этих структурных единиц (кадровики, юристы, др.). 

Назначение анкетирования двоякое. Наряду с решением задачи отсева менее подходящих кандидатов определяется круг факторов, нуждающихся в особо пристальном изучении на последующих этапах, а также источники, из которых можно получить необходимую информацию.

Число пунктов анкеты должно быть минимальным и они должны запрашивать информацию, более всего характеризующую эффективность претендента. Пункты анкеты должны быть сформулированы в нейтральном стиле и предполагать любые возможные ответы, включая возможность отказа в ответе.

Анализ анкетных данных в сочетании с другими методами отбора выявляет следующую информацию:

1) соответствие образования заявителя минимальным квалификационным требованиям;

2) соответствие практического опыта характеру должности;

3) наличие ограничений иного рода на выполнение должностных обязанностей;

4) готовность к принятию дополнительных нагрузок (сверхурочно, в командировках);

5) круг лиц, которые могут рекомендовать работника, помочь наведению справок и получению дополнительной информации.

Одна из задач анкетирования заключается в том, чтобы определить личностные качества и обстоятельства, которые могут помочь кандидату в работе в случае найма.

О чем может рассказать анкета.

1. Биографические сведения (фамилия, имя отчество, дата и место рождения, сведения о семье). По этим сведениям можно представить обстановку, в которой рос человек. Так, наличие или отсутствие братьев или сестер позволяет сделать некоторые предположения о личностных особенностях. Младшие дети, как правило, больше нацелены на достижения и успех. А у старших, лучше развиты качества лидера, они легче находят взаимопонимание с другими людьми.

Порядок перечисления членов семьи также говорит о многом. Если женатый мужчина 30 лет сначала дает сведения о родителях, а лишь потом указывает свою жену, это может свидетельствовать о его несамостоятельности. Или женщина дает сведения о своих родителях, проживающих в чужом городе, муже, его родителях, но забывает сказать о бабушке, с которой вместе живет. Это непростительно даже молоденькой девушке и уж тем более зрелому человеку.

2. Место проживания. В анкете, помимо указания адреса, иногда требуют уточнить, живете ли вы в квартире родителей, супруга, собственной либо снимаете. Для работодателя важно, не где и с кем вы конкретно проживаете, а как вы решаете эту проблему. Достаточно ли вы независимы, чтобы снять квартиру или за нее платят родители? Если квартиру вы снимаете сами, то хватит ли заработной платы на то, чтобы ее снимать, или вам придется искать дополнительные источники дохода?

3.Образование. Всегда важно знать, как человек выбирал себе профессию. Шел по стопам родителей, подобрал институт, где был наименьший конкурс, или, наоборот, поступал в престижный вуз? Если не удалось поступить с первого раза, то поступал ли в тот же институт еще раз? А может, вообще после неудачи решил не рисковать и переключился на другую профессию. Само по себе наличие «корочки» еще ни о чем ни о чем не говорит, важен подход. Например, какой путь выбирает человек, вынужденный поменять свою прежнюю специальность — краткосрочные курсы недалеко от дома, или более качественное образование?

4. Опыт работы. Во многих анкетах предлагается кратко изложить круг обязанностей, и здесь обращается внимание на то, как человек излагает сведения — сумбурно или последовательно, что выдвигает на первый план, а о чем упоминает вскользь. Описание работы может сказать о кандидате гораздо больше, чем кажется на первый взгляд.

Что для человека, представляет собой, каждая новая работа? Аналогична предыдущей или расширяет прежние обязанности? Какая карьера привлекает: вертикальная — стремление занять руководящий пост или профессиональная — стать специалистом высокого класса? Все эти вопросы работодатель наверняка пожелает прояснить на собеседовании, но возникают они при чтении анкеты.

5. Хобби. Увлечение футболом, хоккеем, волейболом свидетельствует об умении работать в команде. Рыбалка, фотография, коллекционирование говорят о склонности к уединению, выдержке в сложных ситуациях, о необходимости подумать, перед принятием решения. Экстремальные виды спорта — привлекают стрессоустойчивых, склонных к рискованным ситуациям и достаточно самостоятельных людей.

В анкетах встречаются также вопросы на свободную тему — назовите свои сильные и слабые стороны, какие цели вы ставите перед собой. Эта графа может смутить соискателя, но зато дает простор работодателю для получения информации. Например, в одной из анкет, кандидат описал себя как яркого лидера (умение руководить людьми, организаторские способности, энергичность), а претендовал на должность маркетолога, где требовались аналитические способности и умение работать с информацией.

Читая анкету, можно еще обратить внимание на разные «мелочи». Как человек отвечает на вопросы — полно или ограничивается минимумом, следует инструкциям или вносит в нее собственные изменения. Такие детали — это тоже штрихи к портрету.

Круг вопросов, на которые организация стремится получить ответ, нанимая работника определенной профессии и квалификации, примерно задан. Однако конкретная форма и степень детализации анкеты могут быть разными. В одних случаях кадровые службы и руководство организации полагаются на анкету, в других (чаще) — уточняют нужные сведения в процессе собеседования с работником и проверяя сведения у прежних работодателей и знакомых претендента.

Собеседования до сих пор являются наиболее распространенным методом отбора кадров. По результатам таких встреч с кандидатами принимаются решения о приеме их на работу.

При кажущейся внешней простоте применения оно является одним из самых трудоемких процессов, требующим обязательной подготовки проводящего его сотрудника.

Основная цель собеседования — получение информации, которая позволит:

1) оценить, насколько данный кандидат подходит для предполагаемой должности (то есть, провести оценку профессиональной пригодности соискателя (его профессиональных знаний и навыков, деловых, психофизиологических качеств);

2) определить, насколько данный кандидат выделяется из всех заявивших свои кандидатуры на замещение вакантной должности (какие качества и навыки преобладают, а какие, наоборот, нуждаются в дальнейшем развитии; насколько эти качества важны для вакантной должности; возможен ли прием на работу сотрудника с условием дальнейшего роста; будет ли вакантная должность «шагом вперед» для соискателя или он давно «перерос» предполагаемую должность);

3) установить, достоверна ли предоставляемая кандидатом информация (имеется в виду только первичная оценка достоверности информации).

В последнее время все больше внимания уделяется не только определению соответствия кандидата требуемой квалификации, но и выяснению того, насколько новый человек «впишется» в корпоративную культуру организации, сможет ли он принять действующие в организации принципы и нормы поведения.

В процессе собеседования обмен информацией происходит в форме вопросов и ответов.

Проведение собеседования требует тщательной подготовки. Перед началом собеседования желательно лишний раз просмотреть анкету или резюме соискателя и отметить вопросы, которые следует уточнить в процессе беседы. Для качественного проведения собеседования вам понадобятся:

Биографическая анкета. Возможно использование и иных анкет, с помощью которых можно получить не только биографические сведения, но и представление о личностных качествах кандидата или его профессиональных воззрениях.

Должностная инструкция или квалификационная характеристика, личностная спецификация (документ, описывающий параметры, которыми должна обладать личность для успешного выполнения работы). В отдельных компаниях применяется документ, называемый «заявка на подбор», где перечисляются знания, умения, навыки и качества, которыми должен обладать кандидат для успешной работы в предполагаемой должности. В документах подобного рода обычно указываются и обязательные требования, и желательные.

В ряде компаний используется еще один документ, чаще всего именуемый «схема отбора», в котором описывается порядок проведения собеседования (кто из сотрудников и на каком этапе подключается к проведению собеседования; как распределяются обязанности между сотрудниками компании в целях обеспечения наилучшего подбора специалистов; какие тесты, опросники и деловые игры используются). Безусловно, над созданием этого документа придется поработать. Однако впоследствии он обеспечит значительную экономию времени при подготовке материалов для оценки соискателей.

Целесообразно разработать еще один документ — для отражения результатов собеседования.

В некоторых компаниях информацию по результатам собеседования включают в бланк анкеты.

В любом случае информация об итогах собеседования должна содержать сведения о том, кто и когда проводил собеседование с соискателем, каково мнение сотрудников, проводивших собеседование, о данном кандидате, насколько кандидат соответствует заявленной должности, есть ли возможность использовать кандидата на других работах, какое принято решение (о приеме на работу или об отказе в приеме).

1.2 Составление письма с просьбой о приеме на работу

Существует два типа писем с просьбой о приеме на работу:

а) самостоятельные («холодные») письма, которые отправляются в компанию, где вы бы хотели работать, даже если компания не давала объявления о вакансии;

б) письма с просьбой о приеме на работу, являющиеся ответом на рекламное объявление в газете или периодическом журнале о конкретной вакансии.

В обоих случаях письмо с просьбой о приеме на работу («сопроводительным письмом») должно сопровождаться резюме. В идеале резюме и сопроводительное письмо составляют единый пакет документов, который необходимо положить на стол работодателю.

Основная цель письмаспросьбойоприеменаработу — заинтересовать собой как специалистом и пробудить желание познакомиться поближе. В сопроводительном письме Вы должны поведать работодателю, почему хотите работать именно у него, а также, почему именно Вас он должен взять на работу. Первая установка, которую должны воплотить в ситуации поиска нового места работы, состоит в привлечении внимания к своей персоне.

С помощью сопроводительного письма вы представляетесь работодателю и показываете, почему именно вы должны работать на этом месте. В сопроводительном письме также может объясняться причина, побудившая вас искать новое место работы. Резюме — это всего лишь список ваших достижений и трудовая биография, но эти данные не помогают полностью представить самого человека, сопроводительное письмо — это первое, что видит и получает работодатель. Многие работодатели не станут даже смотреть резюме, если сопроводительное письмо не привлекло их внимания.

Формат. Используйте шрифт, который легко прочитать. Будьте предельно точны, убедительны и конструктивны. Письмо должно быть максимально кратким — лучше несколько абзацев, но не больше, чем на одну страницу. Работодателю приходится читать сотни (а то и тысячи) писем по вакансиям, поэтому не стоит усугублять их проблемы.

Обращение и приветствие. Убедитесь в том, что вы правильно написали имя работодателя и название компании. Важно, чтобы обращение было адресным. Перед тем как отправлять письма, наведите справки, соберите информацию. В этом тоже проявляется профессионализм.

Вступительный абзац. Обозначьте должность, на которую вы претендуете, а также то, откуда вы узнали о вакансии (кто-то порекомендовал эту фирму, узнали о вакансии через рекламу, вы встречались с работодателем на презентации этой компании). Укажите вашу профессиональную специализацию и название должности, которую вы в данный момент занимаете. Постарайтесь продемонстрировать, что вы приложили усилия для того, чтобы выяснить подробности об этой должности и компании.

Первые два основных абзаца. Постарайтесь выяснить, какие навыки (опыт, интересы) ищут работодатели, и покажите, как вам приходилось применять эти требуемые навыки. Все работники отдела кадров ищут таких работников, которые обладают качествами лидера и хорошими коммуникативными навыками. Но при этом вы также должны показать, что вы обладаете и другими важными навыками, необходимыми для работы в этой должности. Например, инвестиционные компании ищут людей, имеющих опыт работы с различными балансовыми и прочими финансовыми отчетами, консалтинговым компаниям нужны сотрудники с аналитическим мышлением, журналисты ищут людей, хорошо владеющих пером.

В письме надо вкратце обсудить (а не просто заявить), насколько и почему ваши навыки и опыт работы позволяют вам претендовать на эту должность. Отведите пару предложений в вашем письме на то, чтобы заострить внимание на каком- либо аспекте вашей предыдущей деятельности. Но при этом помните: будьте точными и немногословными — постарайтесь изложить ваши мысли лишь в нескольких параграфах.

Завершающие предложения. Сообщите, что вы свяжетесь с ним через некоторое время. Напишите что-нибудь вроде «Спасибо за Ваше внимание».

Пример сопроводительного письма

10943, Волгоград – 43, ул. Малышева, 33, кв.15 15 марта 2000 г. Г-ну Иванову Петру Васильевичу, Менеджеру по персоналу Компании ВСС, 10946, Волгоград – 46, ул. Валдая, 47

Уважаемый г-н Иванов!

От вашего сотрудника, Игоря Петровича Серова, узнал о том, что в вашей компании есть вакантная должность менеджера по маркетингу. Игорь Петрович в общих чертах ознакомил с тем, в чем заключается эта работа, в результате чего я пришел к выводу, что могу принести значительную пользу вашей компании, работая в этой должности.

В настоящее время являюсь менеджером по маркетингу корпорации XYZ . У меня прекрасные отношения с XYZ, но, учитывая свои профессиональные достижения и сильные стороны, я пришел к выводу, что мои деловые качества больше соответствую той атмосфере предпринимательского бизнеса, которая присуща компании ВСС.

Как будет видно из прилагаемого к этому письму резюме, широкий диапазон маркетинговых функций, которые я выполнял на протяжении всей своей карьеры, вполне соответствует сфере деятельности фирмы ВСС, распространившейся в последнее время на 15 новых регионов. Кроме того, у меня имеется обширный опыт в следующих областях: совместная торгово-промышленная реклама, региональные продвижения продуктов, маркетинговые исследования рынка — т.е. в тех сферах деятельности, которые, как я предполагаю, были бы моими основными должностными обязанностями, если бы я был принят на работу в вашу компанию. Как может подтвердить Игорь Петрович, я чрезвычайно прилежный и преданный работник, хорошо адаптируюсь в любом коллективе.

Если у вас есть какие-то вопросы, связанные с любым аспектом моей трудовой биографии, можете обращаться ко мне в любое удобное для вас время. С удовольствием приму предложение встретиться с вами и рассказать несколько больше о том, какую пользу, по моему мнению, я мог бы принести вашей фирме.

Чрезвычайно признателен вам за интерес и внимание, проявленные к моему резюме.

1.3 Составление резюме

Основные требования и правила составления резюме.

Стиль написания резюме: краткость; конкретность; активность (никогда не пишите участвовал, оказывал помощь и т.п. Это позволяет думать, что Вы лишь оказывали разовые услуги); честность. Избегайте использовать местоимение Я.

Необходимо быть предельно конкретным в выборе формулировок:

Не следует писать: занимался обучением; помогал уменьшить ошибки; быстро усваиваю новые знания. Пишите: обучил двух новых служащих; сократил ошибки на 15%, чем сэкономил фирме $50 000; освоил новые процедуры в рекордно короткий срок — за две недели.

Не будьте многословны и избегайте пассивных форм:

Не следует писать: отвечал за выполнение; находил применение следующим возможностям; нес ответственность за… Пишите: выполнил; эффективно использовал; отвечал за…

Предпочитайте позитивную информацию негативной:

Не следует писать: улаживал жалобы на; препятствовал снижению доли продаж; перешел с должности. Пишите: помогал клиентам в; повысил потенциал продукта на рынке; продвинулся на должность.

Концентрируйте внимание на Ваших достижениях:

Не следует писать: проработал там три года; выполнял дополнительную работу.

Пишите: получил повышение в должности и два повышения оплаты; всегда выполнял работу в срок.

О чем не следует писать в резюме? Всю Вашу трудовую биографию. На самом деле Вашего потенциального работодателя интересуют только последние 3-5 мест работы и период не более 10 лет. Ваши физические данные. Причины, по которым Вы уходили с работы. Имена людей, которые дают Вам рекомендацию (этот список может пригодиться на собеседовании).

И, наконец, не стоит слишком приукрашивать действительность, тем более, писать в резюме о том, что никогда в вашей жизни не имело места. За все слова, написанные вами в этом документе, как это не странно прозвучит, придется отвечать. И если вы сообщаете об отличном знании какой-либо компьютерной программы и свободном владении английским языком – будьте готовы к тому, что вам предложат продемонстрировать свои знания на практике.

В общем и целом, резюме желательно составлять под конкретную вакансию (для этого тщательно фильтруем наш жизненный и профессиональный опыт). Прежде всего, резюме должно характеризовать вас как профессионала (личностью интересуются на собеседовании). Следует помнить, что работодатель принимают окончательное решение о найме только после устного собеседования, поэтому резюме и сопроводительное письмо служат лишь средством для получения аудиенции с работодателем.

Пример составления (написания) резюме

Сидоров Иван Петрович

Домашний телефон:

99-99-99 (звонить с 19:00 до 23:00)
Рабочий телефон:

88-88-88 (звонить с 8:30 до 18:00)
Дата рождения:

02.01.1969 г., (35 полных лет)
Семейное положение:

женат, сын 12 лет

Цель:

Должность главного бухгалтера предприятия

Образование:

1990г. — 1995г.

Уральский государственный университет, экономический факультет. Получен диплом о высшем образовании. Присвоена квалификация – экономист

Опыт работы:

1999г. — по наст. время

Акционерный коммерческий банк. Заместитель главного бухгалтера. Основные обязанности:

анализ финансово-хозяйственной деятельности;

операции с ценными бумагами;

управление активами банка

Приобрел опыт организации руководства финансово-экономической деятельностью банка

1995г. — 1999г.

Муниципальное предприятие. Начальник финансового отдела. Основная обязанность — руководство отделом. За время работы разработал и внедрил принципиально новую модель учета и контроля финансовых потоков предприятия

Дополнительная информация:

Свободно владею персональным компьютером как пользователь.

Иностранный язык — английский (хорошо).

Имею водительские права кат. «В», личный автомобиль, стаж вождения — 8 лет.

Личные качества:

Аналитический склад ума, работоспособность, способность к прогнозированию, настойчивость.

Заработная плата на время испытательного срока — от $700.

25 января 2010 г.

2. Телефонный разговор по поводу трудоустройства

Телефонный разговор – самый простой и быстрый способ связи с работодателем. Первый телефонный разговор с работодателем – очень важен. Главная задача переговоров — договориться о личной встрече. От того впечатления, которое вы произведете, будет зависеть, пригласят ли вас на собеседование или нет. Если будете путаться в ответах, говорить невпопад и т.д. – это верный способ «завалить» разговор. Для того чтобы подобного не произошло, необходимо соблюдать несколько простых правил.

1. Нужно поприветствовать собеседника и представиться. При этом указать вакансию, на которую претендуете и источник информации, из которого вы узнали о вакансии. Обязательно называйте вакансию! Помните, что работодатель может публиковать много объявлений с перечнем нескольких вакансий.

2. После приветствия не нужно спрашивать: «А какие у вас требования?» Правильнее будет: «В чем заключается работа? Какие обязанности необходимо будет выполнять?» Тем самым вы сразу покажите свой профессионализм. Если работодатель захочет узнать, соответствуете ли вы необходимым требованиям, он сам вас об этом спросит.

4. После названных выше начальных вопросов, уместно будет уточнить некоторые важные дополнительные моменты, касающиеся будущей работы (график работы, заработная плата и др.). Только не нужно задавать слишком много вопросов! Спрашивайте только то, что действительно важно. Многочисленные и малозначительные вопросы оставляют отрицательное впечатление. Помните, что ваши вопросы – это часть вашего имиджа, причем немаловажная. Главная цель разговора – получить приглашение на собеседование. Многие же воспринимают это, как возможность сразу же получить работу. Так бывает очень редко! цель – приглашение на собеседование или, в крайнем случае, запрос вашего резюме.

5. Не перебивайте собеседника. Это невежливо и производит удручающее впечатление. В этом случае возникает желание поскорее закончить разговор, а не выяснять подробности вашего впечатляющего опыта работы.

6. Имейте под рукой ручку и блокнот. В разговоре практически всегда появляется необходимость сделать записи по ходу разговора. А уж если вас пригласят на собеседование, то нужно будет записать всю контактную информацию. Переспрашивая и делая жалкие попытки запомнить полученную информацию, вы производите крайне неблагоприятное впечатление. А уж если при звонке вас переадресуют к другому специалисту, назвав номер телефона и его фамилию имя и отчество, то запомнить навскидку эти данные будет практически невозможно. А перезванивать и уточнять – сильный удар по вашему имиджу. А уж если позвонить по названному телефону и исковеркать при этом имя собеседника…

7. Будьте готовы ответить на вопросы работодателя. Фразы типа: «А разве это важно?», «Я не хочу говорить на эту тему» ставят крест на результативности вашего разговора. Не забывайте, что разговор – диалог, а не монолог, не старайтесь выпаливать все на одном дыхании. Ситуация сложится не в вашу пользу, если, произнеся без запинки подготовленный текст, вы не сумеете ответить на простейший заданный вам вопрос. Кроме того, имейте под рукой все необходимые документы (резюме, дипломы, свидетельства и т.д.). Чем четче и без запинки вы ответите на вопросы, тем лучшее впечатление сложится у работодателя. А, следовательно, и шансов на собеседовании у вас будет гораздо больше.

8. Помните, что к первому телефонному разговору с работодателем нужно готовиться. Имея под рукой информацию о фирме и упомянув некоторые положительные моменты в истории или нынешнем положении фирмы, вы выгодно себя зарекомендуете, оставив благоприятное впечатление. А, иногда, и получив гораздо больше информации о фирме-работодателе или интересующей вас вакансии, которую с успехом сможете использовать во время последующего собеседования. Нужные факты, упомянутые к месту и ко времени, способны открыть многие двери.

Для успешного телефонного звонка необходимы:

Подготовка к звонку. Необходимо иметь перед собой ручку и бумагу, если потребуется что-то записать. Имейте перед глазами объявление о вакансии, которая Вас интересует. Продумайте и запишите для себя вопросы, которые Вы хотите задать, зафиксируйте краткие сведения о себе и своей профессиональной деятельности, которые Вы намерены сообщить или держите перед собой экземпляр резюме.

Прежде чем звонить, оденьтесь в привычном вам деловом стиле, даже если вы звоните из дома. Доказано, что внешний вид человека отражается на его внутреннем состоянии, собранности и т.п. Не курите и тем более не жуйте (например, жевательную резинку) – это ощущается собеседником на слух и воспринимается как неуважение к нему. На ваш голос оказывает влияние и то, как вы сидите, поэтому сядьте прямо, не облокачиваясь.

Начало разговора. Обязательно поздоровайтесь; уточните название фирмы; выясните, кто конкретно в фирме отвечает за набор новых сотрудников, его должность, имя, отчество. Например:

Соискатель: Здравствуйте. Это фирма «Заря»?

Приемная: Да.

Соискатель: Скажите, пожалуйста, кто на Вашем предприятии занимается приемом на работу?

Приемная: Иван Иванович Иванов.

Обращайтесь к человеку по имени, отчеству (имени). Это сокращает психологическую дистанцию между Вами, создает эффект знакомства. Лучше всего разговаривать с руководителем предприятия, сотрудником отдела кадров или менеджером по персоналу. Проявите настойчивость в том, чтобы разговор состоялся именно с человеком, который отвечает за подбор кадров. Если адресат звонка занят или отсутствует, не соглашайтесь на разговор с другим абонентом. Уточните, когда нужный Вам сотрудник вернется и перезвоните в указанное время.

Предложение услуг. Сразу представьтесь, объясните собеседнику причину своего звонка. Кратко изложите, какого рода услуги Вы хотите предложить. Формулируйте их коротко и четко. Сообщите о своем опыте, образовании, интересах, навыках и способностях. Коротко рассказав о своем образовании и опыте работы, постарайтесь договориться о личной встрече.

Например: «Здравствуйте… (имя Собеседника). Меня зовут… (Ваше имя), или Вам звонит (имя или фамилия, имя, отчество) по поводу вакансии (название вакансии). У меня техническое образование, есть опыт работы, владею компьютером, коммуникабелен (ьна). Ищу работу по специальности. Я хотел(а) бы встретиться с Вами, чтобы обсудить возможность трудоустройства в Вашу организацию».

Не говорите, что хотите узнать, нет ли какой-нибудь вакансии. Чаще всего это провоцирует просто отказ. Лучше сказать что-то вроде: «Я слышал(а), что вы развиваете свое производство, и мои знания, опыт работы, я полагаю, могли бы Вам пригодиться, для чего хотел(а) бы с Вами встретиться».

Будьте готовы ответить на любые вопросы, которые Вам может задать работодатель.

Вам отказали в вакансии. Беседуя с работодателем, будьте внимательны и, как только почувствуете, что собеседник хочет закончить разговор, сделайте это сами. Этим Вы предотвратите окончательное решение, в случае, когда работодатель склоняется отказать Вам. Нужно быть готовым к получению отрицательного ответа. Однако не стоит сразу класть трубку, а можно предпринять следующие действия:

уточните, можно ли надеяться на появление вакансий в будущем;

можно ли будет Вам позвонить еще раз через несколько недель;

спросите, можно ли выслать резюме на случай, если появится вакансия;

если вы готовы на временную работу, скажите об этом работодателю;

работодатель хорошо знает работу своей отрасли, поэтому спросите, нет ли у него сведений о других предприятиях, которым требуется сотрудник.

Закончите разговор в позитивном ключе. Заканчивая разговор, непременно поблагодарите собеседника за внимание, которое Вам оказали, и время, которое Вам уделили. Проанализируйте свой телефонный разговор, что получилось, а что нет, как более эффективно действовать в следующий раз.

Заключение

Управление персоналом – многогранный и сложный процесс, имеющий специфические особенности и закономерности. Знание их крайне необходимо руководителям и специалистам современного производства, работникам кадровых служб и социального развития для постоянного обеспечения повышения эффективности, качества работы и производительности труда.

Для наибольшей эффективности процесса поиска и отбора кадров отдел человеческих ресурсов должен владеть всем набором приемов для привлечения кандидатов и использовать их в зависимости от конкретной задачи.

Методы отбора принимаемых работников должны отвечать двум важнейшим критериям: во-первых, они должны давать достоверный результат, во-вторых, они должны быть надежны. Методы отбора для каждого предприятия (фирмы) должны учитывать их производственную специфику, размеры, сложность и технологическую изменчивость.

К числу наиболее распространенных и часто применяемых методов отбора следует отнести: заполнение анкет и написание автобиографий; проведение бесед в форме интервью. Резюме — один из эффективных способов знакомства с претендентом на ту или иную вакансию.

В данной работе мы рассмотрели роль анкетных данных и собеседований при отборе кандидатов на вакантные должности; привели пример составления резюме и сопроводительного письма, а также разобрали особенности ведения телефонного разговора по поводу трудоустройства.

Таким образом, существуют различные методы отбора кандидатов на вакантную должность. Целесообразность использования конкретных методов зависит от конкретной ситуации, целей и имеющихся ресурсов в организации.

Список используемой литературы

Генкин Б.М. Основы управления персоналом / Б.М. Генкин, Г.А. Коновалова, В.И. Кочетков и др. — М.: Высш. школа, 2006. – 518 с.

Головина А.С. Деловые переговоры. Стратегия победы / А.С.Головина. — СПб.: Питер, 2007. – 192 с.

Кибанов А.Я. Управление персоналом организации: отбор и оценка при найме, аттестация / А.Я. Кибанов, И.Б. Дуракова — М.: Экзамен, 2005. — 416 с.

Корнюшин В.Ю. Основы управления персоналом. Учебный курс / В.Ю. Корнюшин. — М.: МИЭМП, 2009. – 80 с.

Пул М. Управление человеческими ресурсами. Энциклопедия / Под ред. М. Пула, М. Уорнера; пер. с англ. А. Година, В. Елизарова, С. Илизирова и др. – СПб.: Питер «Бизнес класс», 2002. – 1200 с.

Спивак В.А. Организационное поведение и управление персоналом / В.А. Спивак. — СПб: ПИТЕР, 2000. — 416 с.

Федосеев В.Н. Методы управления персоналом / В.Н. Федосеев, С.Н. Капустин. — М.: изд-во «Экзамен», 2006. – 528 с.