МИНИСТЕРСТВО ОБЩЕГО И ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИСКИЙ
ФЕДЕРАЦИИ
КАЗАНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
КАФЕДРА ГРАЖДАНСКОГО ПРАВА И ПРОЦЕССА
Квалификационная работа на тему:
“Правовые аспекты применения сети “Интернет” в России”
Выполнил: студент 5 курса
Дневного отделения
Юридического факультета
И.М. Галимзянов
Научный руководитель:
Ст. преподаватель
В.М. Агашин
Казань
1999г.
Содержание
Введение ……………………………………………………………………………3
Глава 1. Понятие системы. Круг охватываемых отношений и их правовое регулирование. ……………………………………………………………….……5
Раздел: Юридическая природа Интернета.…………………………….…….5
§ 1. История развития сети Интернет …………………………………….…..…..5
§ 2. Подключение к сети Интернет………………………………………….…….9
§ 3. Возможности Интернета …………………………………………………….10
§ 4. Интернет как субъект права……………………………………………….…12
§ 5. Интернет как объект права……………………………………………………15
§ 6. Нормативное регулирование……………………………………………….…18
§ 7. Коллизионные вопросы. ……………………………………………………..21
Глава 2. Возникновение и юридическое содержание прав и обязанностей субъектов……………………………………………………………………………23
§ 1. Способ возникновения прав и обязанностей ………………………….….…23
§ 2. Идентификация «сетевых продавцов».………………………………….……25
Раздел: Объекты правового регулирования в сети Интернет…………..…..26
§ 3. Интернет и авторское право. …………………………………………………26
§ 4. Электронный адрес (Виртуальное имя) …………………………………..…34
§ 5. Сделки в Сети……………………………..……………………………..…….43
§ 6. Формуляр как способ заключения сделки……………………………………45
§ 7. Расчетные отношения, электронные деньги ………….……………………..47
§ 8. Интернет как средство массовой информации. ……….….…………………49
§ 9. Реклама в сети Интернет. ……………………………………………………..52
§ 10. Личные неимущественные права ……………………………………………52
§ 11. Электронная почта и ссылки на сайты — пределы допустимого. …………53
§ 12. Государственный котроль над сетью………………………….……………57
Глава 3. Электронная коммерция…………………………………………………60
§ 1. Совершение сделок путем электронного обмена данными…………………60
§ 2. Правовое регулирование сделок в Интернете. ………………………..……62
Раздел: Электронный документоборот………………………………………64
§ 3. Понятие электронного документа. Правовой режим. ………………………64
§ 4. Электронно-цифровая подпись как элемент подлинности. ……….…….…65
§ 5. Электронный документ как доказательство. ………………………..………67
Раздел: Защита информации.…………………………………………………69
§ 6. Безопасность и конфиденциальность…………………………………………69
§ 7. Разработка средст защиты информации………………………………………70
Заключение………………………………………………………………………….71
Список использованной литературы………………………………………….…..73
Введение.
Все большую роль в нашей жизни начинают играть коммуникации. Расстояния не имеют того значения, что прежде, мир становитья теснее. Количество информации, обрушивающейся на человека, растет в геометрической прогрессии.
Ярким проявлением этих процессов является всемирная компьютерная сеть
«Интернет» или всемирная паутина (world wide web).
К наиболее быстро развивающимся отраслям в мире можно отнести электронику, коммуникации, связь, электронные средства массовой информации.
Этот процесс настолько стремителен, что порой нормы права не поспевают за ним. В частности процесс взаимодействия людей посредством электронных средств коммуникаций, когда многие действия осуществляются не в реальном мире, а в виртульальном. В какой-то степени эти действия выходят за рамки правового поля, поэтому, сеть Интернет сегодня — это целинная земля для юриспруденции. И только в процессе взаимодействия, благодаря прецендентам, выстраится правовая картинка.
На Западе нормы регулирующие отношения в сети Интернет более или менее оформлены. В России Интернет – это правовой ваккум, хотя “наскрести” нормы из общих положений можно. В действительности же не существует норм, которые бы регулировали Интернет, потому что физически сеть Интернет — это огромное количество серверов и компьютеров, имеющих связь друг с другом.
Существуют сложившиеся отношения, урегулированные нормой права. При переносе этих отношений в Интернет они трансформируются настолько, что нормы, их регулировавшие, остаются в лучшем случае невостребованными. Они становятся неуместными. Они не нужны Интернету. Потому что Интернет изначально создавался как саморегулируемая структура.
В данной работе раскрывается юридическая природа Интернета, дается обзор законодательства, как российского так и зарубежного, сложившаяся практика отношений в сети, права и обязанности субъектов в правоотношениях, таких как авторские права и их защита, торговая марка, заключение сделок, расчетные отношения, и другие. Ракрывается понятие электронного документа, его юридической силы и способы его защиты. Ставится вопрос о том, является ли Интернет средством массовой иформации.
Материал основан на таких нормативных актах, как Закон «Об информации, информатизации и защите информации»[1] , Закон «О средствах массовой информации»[2], Закон «Об авторском праве и смежных правах»[3]. В качестве специальной литературы были использованы статьи такого характера как
«Интернет и право» (Якушев М.А., «Законодательство», 1997, N 1),
«Совершение сделок путем электронного обмена данными (Принципы правового подхода)» (Соловяненко Н., «Хозяйство и право», 1997, NN 6-7). Также в качестве источников служили материалы конференций, проводимых в Интернете по изложенным выше вопросам, многочисленные публикации специалистов в этой области Александра Ивлева, Николая Чувахина, Виктора Наумова, а также материалы передач Радио Свобода «Седьмой континент». Судебная практика по данному вопросу, насколько известно, еще не сложилась.
Глава 1.
Раздел: Юридическая природа сети Интернет.
§ 1. История развития сети Интернет.
Что такое «Интернет»? О глобальной компьютерной сети (ее другая обобщающая характеристика — всемирная информационная служба), известной под английским названием INTERNET, часто говорят, что ее возникновение и непредсказуемо бурное развитие может стать крупнейшим событием в истории мировой цивилизации конца XX в. Не будем спорить, насколько соответствует такая оценка действительному положению вещей, но вряд ли еще к какому-либо аспекту развития компьютерных технологий было привлечено столь пристальное внимание не только узких специалистов, но и все возрастающего числа людей самых разных профессий.
Самое простое определение «Интернета» — объединение компьютерных сетей.
А их существует множество — от локальных (например, объединяющих несколько компьютеров на одном предприятии) до региональных и общенациональных коммерческих сетей . Клиенты («пользователи» или «подписчики») «Интернета» так-же могут подключаться к другим компьютерам, обмениваться сообщениями по электронной почте, получать разнообразную информацию с многочисленных баз данных. Но Интернет имеет и существенные отличия от исторически предшествовавших ему коммерческих сетей, что и обеспечило ему столь стремительное развитие в последние годы.
Во-первых, Интернет организационно не является чем-то единым целым. У него нет владельца или владельцев, продающих содержащуюся в нем информацию. Этим занимаются особые организации — производители информации, имеющие возможность доступа к Интернету на практически тех же условиях, что и потребители информации.
Во-вторых, Интернету присущи подлинно глобальные масштабы — он объединяет компьютерные сети абсолютного большинства стран мира. Любой желающий подключиться к Интернету может стать его подписчиком, если у него имеются компьютер, модем, телефонная линия и сравнительно небольшая сумма денег. К концу 1996 г. число пользователей Интернета во всем мире уже исчислялось десятками миллионов, и ежедневно подключаются десятки тысяч новых клиентов.
В-третьих, сложилось так, что среди всех компьютерных сетей именно
Интернет постоянно и успешно прогрессирует в своем развитии не только
«вширь» (за счет постоянно растущего числа пользователей), но и «вглубь»
(путем увеличения количества оказываемых услуг и объемов циркулирующей по сети информации).
Сеть обладает множеством признаков, которые характеризуют ее как особого рода реальность, среди которых можно выделить несколько более важных. К таким наиболее важным относятся внепространственность и вневременность[4]. Для обоих признаков характерно то, что они необъективируются, то есть выводятся только из субъективных ощущений, но также характерно и то, что эти субъективные ощущения существуют вполне объективно.
Внепространственность означает, что Сеть не может быть локализована даже посредством поименного указания серверов. Внепространственность стирает реальные границы, будь то границы между государствами, субъектами федерации, городами, создает впечатление унифицированности Сетевых событий, то есть заставляет мыслить их как нечто единообразное, данное в единой форме при различии содержания.
Вневременность означает, что Сеть безразлична к истории, так как
Сетевые формы избавлены от ее влияния. Сеть внеисторична даже тогда, когда указывает на исторические факты (например, указание на дату правовой охраны авторских прав или указание на update). Вневременность возникает из-за субъективного ощущения Сети как реальности особого рода, для которой свойственна внепространственность.
Юридические факты есть то, что свойственно времени, Сеть же не обладает даже внутренним временем либо можно сказать, что Сетевое время всегда одно и то же; из этого можно сделать вывод что юридический факт и Сеть несовместимы. Юридический факт есть достояние действительности со всеми ее причинно-временными связями.
Вышесказанное (внепространственность (локализованность с бесконечным содержанием) и вневременность (безразличие к истории) раскрывает саму Сеть как некую иллюзорную реальность, которая существует только здесь и сейчас и бесконечна по содержанию.
Парадоксальность подобного утверждения приводится не как что-то, чему нужно найти более внятное объяснение, опровергать и тд. Возможность таких субъективных подходов к описанию Сети лишь указывает на то, что при анализе взаимодействия правовых норм и Сетевого серфинга категории действительности не всегда применимы. Вопрос состоит в том, нужно ли разрабатывать новые категории. Может быть и нужно, но сейчас можно обойтись и без них. Для эффективного правового регулирования не обязательно что-то усложнять.
Приведенный выше субъективный парадокс следует иметь в виду лишь в перспективе, так как со временем возникнут проблемы, которые потребуют серьезного философского переосмысления.
Сеть есть лишь совокупность серверов, не больше, но и не меньше, и все связанные с ней процессы происходят в рамках серверов и средств их коммуникаций. Чтобы стать объектом правового регулирования, СЕТЬ должна быть объективирована, как и любые общественные отношения, и выражаться в конкретных предметах.
Непосредственным предшественником «Интернета» была компьютерная сеть
APRANET Министерства обороны США, объединившая в 1969 г. несколько американских университетов и компаний, выполнявших военные заказы. Это был эксперимент по пакетной коммутации. Управление перспективных исследований
Министерства обороны США хотело выяснить, возможно ли создание системы управления и связи, в которой контакт между отдельными частями системы будет поддерживаться способом иным, нежели схемная коммутация — физическое соединение устройств связи неразрывной электрической цепью. И здесь как нельзя кстати пришлись некоторые новые тогда академические идеи.
В 1961 году Леонард Клейнрок из Массачусетского технологического института опубликовал свою первую статью по пакетной коммутации. Изложенная простым языком, идея пакетной коммутации выглядела так: данные должны передаваться в цифровой форме в виде пакетов — дискретных фрагментов, имеющих некоторую унифицированную структуру. В частности, пакет должен содержать публичную информацию о том, откуда и куда он направляется
(позднее это было реализовано в виде заголовков пакетов). В то же время,
«тело» пакета может быть зашифровано, чтобы, даже перехватив его, посторонние лица не смогли бы его прочесть. Тем не менее, структура сети должна была также быть публичной — иначе оказывалась бы невозможной доставка пакетов по назначению (позже она получила название маршрутизация).
Социальные аспекты развертывания крупных вычислительных сетей были проанализированы задолго до появления первой такой сети. В августе 1962 года Дж.К.Р. Ликлайдер из того же Массачусетского технологического института опубликовал серию аналитических записок под общим названием
«Взаимодействие человека с машиной в реальном времени». Ликлайдер полагал, что со временем множество компьютеров и локальных сетей будут объединены в единую систему, в которой каждый будет иметь возможность воспользоваться любыми находящимися в системе данными и программными продуктами.
В 1964 году вышла в свет книга Леонарда Клейнрока о пакетной коммутации, а группа RAND подготовила статью о применении пакетной коммутации в военных системах телефонной связи.
Таким образом, еще за несколько лет до появления ARPAnet и TCP/IP стал очевиден публично-частный дуализм глобальных компьютерных сетей — информация (в том числе и носящая частный, конфиденциальный характер) должна была передаваться по публичным сетям и могла перехватываться третьими сторонами при передаче.[5]
Сеть оказалась вполне надежной и удобной, особенно для оперативного обмена результатами научных исследований, и к ней стали подключаться другие компьютеры, в первую очередь различных университетов США. Объем чисто гражданских вопросов, решавшихся через эту сеть, постоянно рос, и
Министерство обороны США разделило сеть на две части: одну для военных целей, другую — для гражданских. Они были связаны набором технических и программных средств, составивших так называемый Internet Protocol
(межсетевой протокол). Так появилось само название «интернет».
Постепенно к сети стали подключаться частные компании, некоторые из них продавали возможность входа в сеть всем желающим. «Интернет» был приватизирован. Правительство США перестало его субсидировать и контролировать. С начала 90-х гг. он стал лавинообразно распространяться по странам и континентам, включая в себя все новые локальные сети и базы данных. Такие сети подключаются к более крупным сетям, которые для соединения друг с другом имеют так называемые точки встречи (meeting point).
§ 2. Подключение к сети Интернет.
Как стать пользователем Интернета? Если какое-либо предприятие или частное лицо желает стать клиентом интернета, ему необходимо обратиться с просьбой о подключении к специальным поставщикам (provider) сети — организациям, имеющим прямые входы в сеть (как правило, через телефонные или оптоволоконные кабели). Ими могут быть университеты, специализированные фирмы, телефонные компании и др. На территории стран СНГ обычно это фирмы, имеющие возможность подключения к АТС или ведомственным каналам связи, обеспечивающим скоростную передачу данных. Именно поставщик — то лицо, с которым пользователь «Интернета» непосредственно вступает в отношения по поводу применения сети. Получая возможность подключения к компьютеру поставщика, пользователь тем самым включает собственный компьютер в своего рода локальную сеть (сеть поставщика), которая соединена с другими сетями, образующими Интернет.
Для подключения к Интернету новый клиент должен зарегистрировать свое имя (можно выбрать его произвольно, однако оно не должно совпадать с уже имеющимися), приобрести необходимое программное обеспечение и арендовать линию связи. Эти и другие услуги поставщиков платные, но они имеют постоянную тенденцию к удешевлению. Сейчас аренда одного часа работы телефонного канала стоит примерно 1 доллар США. Впрочем, в некоторых странах поставщики-монополисты могут предлагать свой «товар» существенно дороже.
Оплата услуг производится подобно оплате за междугородные телефонные разговоры, как правило, раз в месяц. Подсчет времени, затраченного клиентом на работу в Интернете, осуществляет поставщик. Если пользователь обращается лишь к бесплатным ус лугам сети, то его затраты ограничиваются оплатой счетов поставщика.
§ 3. Возможности сети Интернет.
Какие возможности предоставляются пользователям Интернета? В настоящее время большое количество услуг клиенты получают бесплатно. Например, при обмене данными между сетями оплачивается лишь использование каналов передачи информации, но не сама информация. Конечно, со временем могут произойти изменения.
Необходимо помнить, что сама сеть никаких услуг, помимо подключения друг к другу компьютеров, оказывать не может. Все услуги в Интернете предоставляются различными организациями. Некоторые из них вообще не имеют отношения к компьютерным технологиям, другие специализируются на сетевых услугах, например, создавая и размещая в Интернете рекламу других фирм или публикуя сетевые версии газет и журналов. Многие организации и частные лица оказывают услуги в рекламных целях. Ряд фирм, ведущих активную коммерческую работу в Интернете, хорошо известен и в «некомпьютерном» мире. Так, крупные авиакомпании не только предлагают потенциальным пассажирам в течение сеанса разработать маршрут авиапутешествия, но и сразу же купить билет.
В целом можно сказать, что в Интернете уже доступна, или в скором времени будет доступна, практически любая услуга, которую можно получить без непосредственного контакта с производителем (например, по телефону): справочная информация, прогноз погоды, консультация юриста, заказ и покупка мебели по каталогу, просмотр видеофильмов и т. д. При этом все соединения между компьютерами происходят практически мгновенно, и только плохое качество каналов связи или недостаточная мощность компьютера могут задержать прохождение ответа до нескольких секунд.
И, конечно, главное предназначение Интернета — осуществлять связь между людьми, а не между их компьютерами. Пользователи сети могут обмениваться письменными сообщениями, компьютерными программами, рисунками, фотографиями. Появилась даже возможность двустороннего аудиоконтакта: специальная программа позволяет преобразовывать звуковые сигналы для их передачи и последующего обратного преобразования в звук на компьютере собеседника. Если субъекты находятся в разных городах или странах, то оплачивается не междугородный или международный телефонный разговор, а только аренда канала связи у местных поставщиков (то есть вместо нескольких долларов США в минуту всего около 1 доллара в час.)
Программные средства для Интернета развиваются и устаревают настолько быстро, что трудно даже представить, какие возможности появятся у его пользователей всего через несколько лет. Но можно уверенно предсказать, что Интернет не только станет мощным фактором, стимулирующим индустрию связанных с ним услуг, но и войдет в повседневную практику любой организации и в жизнь семьи. Причем это наверняка произойдет и в тех странах, где современный уровень развития средств связи недостаточен для устойчивой работы компьютерных сетей, а уровень доходов средней семьи пока не позволяет ей планировать покупку персонального компьютера.
§ 4. Интернет как субъект права.
Интернет пока еще мало мало исследован с точки зрения юридической специфики отношений, возникающих в связи с его существованием и практическим применением. И прежде всего предстоит решить два вопроса принципиального характера.
Первый — о юридической природе самого Интернета[6]. Что это — субъект права, вступающий в различные отношения со своими клиентами, или объект правоотношений, природу которых еще только предстоит уточнить?
Второй вопрос — о праве, применимом к этим правоотношениям. Если оно существует, то какая нормативная база его составляет, к какой системе и отрасли эти правовые нормы можно отнести? Если его до сих пор нет, то на чем же основывалось развитие Интернета до настоящего времени и что стоило бы предпринять в этом отношении в будущем?
Кроме того, можно выделить множество частных проблем. Они либо уже возникали в процессе использования интернета, либо в ближайшее время неизбежно заявят о себе. В конечном итоге вопросы, связанные с функционированием интернета, затрагивают огромные материальные, информационные, людские ресурсы и соответствующие объемы денежных средств.
Все это не может остаться без внимания публичной власти, а значит, и без нормативного регулирования в этой сфере.
Интернет: субъект или объект права? Уже отмечалось выше, что
Интернет не является чем-то единым. Ни в одной стране мира не существует организационной структуры, выступающей в качестве единоличного собственника или владельца данной компьютерной сети.
Не является владельцем Интернета и федеральное Правительство США, практически прекратившее субсидирование даже отдельных сетей на территории государства. Не имеет уже отношения к Интернету и Министерство обороны США, владеющее собственной засекреченной компьютерной сетью.
Для обычного клиента представителем того, что он называет
Интернет, выступает поставщик, предоставляющий ему канал связи с соответствующим програмным обеспечением. Юридическую природу отношений возникающих между клиентом и поставщиком, можно определить по их объектам.
Первый объект – канал связи, предоставленный клиенту только в пользование.
Отношения сторон по поводу этого объекта подпадают под действие норм гл. 34
ГР РФ (аренда)[7]. В соответствии со ст. 606 ГК “по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование”. Однако особенностью договора на использование канала связи является его реальный характер, т.к. права и обязанности сторон возникают не после согласования условий договора – этого этапа здесь нет, а с момента подключения к каналу и внесения абонентской платы.
Второй объект – програмное обеспечение — вид литературного произведения
(ст. 7 Закона об авторском праве и смежных правах)[8] и отношения возникающие по поводу его использования. Таким образом возникает смешанный договор (п. 3 ст. 421 ГК РФ).
В тех случаях, когда клиент совершает возмездную сделку во время сеанса связи в Интернете (например, подписывается на заинтересовавший его журнал в электронной версии), он знает, что его контрагентом выступает не поставщик, а организация, предоставляющая указанную услугу (издательская фирма или редакция), поскольку по сути такая сделка соответствует процессу обычной, «некомпьютерной» подписки на печатные издания.
Для фирмы-производителя сетевых услуг представителем Интернета являются специализированные компании. Такая специализированная компания
(владелец сервера) часто одновременно является и поставщиком, но так бывает не всегда, и в этом случае владелец сервера входит в Интернет на общих основаниях.
Для поставщика представителем Интернета выступают более крупные сети, предоставляющие ему возможность соединения с ними. У каждой из таких сетей есть собственный владелец, но, конечно, по отдельности ни один из них все сети, объединяемые ин тернетом, ни технически, ни юридически контролировать не может.
Представители наиболее крупных сетей Интернета объединены в несколько организаций так называемого «сообщества Интернет. Однако эти организации не являются органами управления сетью. Они занимаются в первую очередь согласованием технических стандартов (обмена данными, соединения сетей и т.д.), а также регистрацией так называемых узловых компьютеров
(соединенных между собой точками встречи) и доменных адресов или имен
(идентификационных названий таких компьютеров). Само по себе это очень важно для технического функционирования сети, но недостаточно для управления организацией.
Все вышесказанное подтверждает, что у Интернета невозможно выделить признаки, обычно характеризующие юридическое лицо. Интернет не обладает организационным единством, не инкорпорирован ни в одной из стран мира и не создан как международная организация. Интернет не имеет собственного обособленного имущества, так как используемые в нем материальные и информационные ресурсы принадлежат на праве собственности самым разным субъектам (каналы связи — телекоммуникационным компаниям; компьютеры, прои зводящие подключение к сети — поставщикам; компьютеры клиентов — самим клиентам; техническое и программное обеспечение работы магистральных сетей — владельцам таких сетей; распространяемая на коммерческих условиях информация — ее производителям и прочим владельцам).
Не способен Интернет и иметь какие-либо самостоятельные права и нести обязанности, так как за каждым возникающим при работе в интернете правоотношением стоит конкретный правоспособный субъект. Скажем, при подключении клиента к сети его контрагентом выступает поставщик, при покупке через сеть какого-либо товара (например, информации о рынке недвижимости, либо самой недвижимости) соответствующая организация- продавец, а при производстве платежа по сделке через сеть — специализированная финансовая фирма (например, так называемый виртуальный банк).
Легко заметить, что во всех возникающих правоотношениях и взаимодействующие субъекты, и характер их отношений совершенно различны.
Иначе говоря, Интернет однозначно не является ни зарегистрированной организацией, ни юридическим лицом вообще.
Является ли Интернет каким-либо субъектом права «нового типа», для которого хотя и неприменимы традиционные признаки юридического лица,
(например, организационное единство), но можно сконструировать нечто, способное свидетельствовать о его «субъектности»? Подобные идеи иногда высказываются участниками дискуссий на юридические темы в самом Интернете
(студентами факультетов права американских университетов). В частности, предложено понятие «множественности субъектного состава» интернета, позволяющее якобы наделить последний характеристикой нового субъекта права.
Мнение о «новизне» Интернета как субъекта права представляется безосновательными. Поскольку он не является юридическим лицом, а организации, вступающие в вышеуказанные правоотношения, способны самостоятельно осуществлять свои права и нести обязанности, нет никакой необходимости искусственно соединять их в некий «множественный субъект».
Множественность субъектов конкретного обязательства может существовать (в том числе и в интернете), но к вопросу о субъектах права это отношения не имеет.
§ 5. Интернет как объект права.
Итак, Интернет не является субъектом права, т. е. участником правоотношений, но, может быть, Интернет — объект права, т. е. то, по поводу чего правоотношения возникают?
Попытаемся рассмотреть уже приводившиеся примеры правоотношений по поводу работы в Интернете с целью выявления их предметного основания.
Подключение компьютера клиента к локальной сети поставщика осуществляется путем совершения нескольких юридически значимых действий, природа которых хорошо известна и не является чем-то исключительным — продажа программного
(программы входа в интернет) и аппаратного обеспечения (модем); аренда канала связи (можно провести аналогию с продажей машинного времени на ЭВМ или с использованием телефонной линии при междугороднем разговоре). Иначе говоря, используются договор купли-продажи, договор аренды, а также в определенной степени нормы об охране исключительных прав на предоставленное программное обеспечение ( его нельзя переустановить еще на один компьютер без регистрации нового пользователя). В случае покупки какого-либо товара через сеть опять-таки применяются достаточно теоретически проработанные понятия — договор купли-продажи, право собственности на прода ваемый товар и т. д. Даже в случае не только сетевой купли-продажи, но и сетевой оплаты
(например, с применением так называемых условных электронных денег) предмет и специфика расчетных отношений хорошо знакомы хотя бы специалисту в области безналичных расчетов кредитными карточками.
Другими словами, правовые отношения порождает не Интернет как компьютерная сеть, а сами объекты, которые тем или иным образом связаны с такой сетью. Эти объекты либо уже хорошо известны (товары, выставленные на продажу по каталогу), либо менее исследованы с точки зрения юридической науки, но не представляющие собой чего-то необычного (например, информация в том или ином виде или услуги по размещению рекламных страниц на серверах). Это легко объяснимо: Интернет как компьютерная сеть не создает каких-либо новых объектов и товаров, а лишь предоставляет возможности для их создания, размещения и реализации между пользователями сети.
Что же касается отношений, которые возникают в связи с функционированием Интернета именно как компьютерной сети (имеются в виду технические — аппаратные и программные — средства соединения компьютеров), то, во-первых, они практически не носят правового характера, а относятся к сфере технических стандартов и спецификаций. Во-вторых, в тех немногих случаях, когда то или иное правовое регулирование все же применяется, его предметом становятся опять-таки услуги, субъективные права и материальные объекты, ничем принципиально не отличающиеся от аналогичных предметов регулирования, существовавших и до появления сети Интернет (например, прокладка кабелей связи, выделение под них земельных участков, порядок производства соответствующих работ; право собственности владельцев отдельных сетей на подсоединяемые компьютеры; порядок использования телефонных линий, принадлежащих телекоммуникационным компаниям). Все эти вопросы либо уже детально регламентированы соответствующими (и достаточно многочисленными) правовыми актами, либо для их урегулирования в будущем достаточно применить методы, аналогичные уже существующим.
Мы приходим к единственно возможному выводу — сам по себе Интернет как компьютерная сеть не является каким-либо новым объектом права, который можно было бы поставить в один ряд, например, с регулированием исключительных прав, права собственности или деликтной ответственности. Не может быть Интернет в строгом смысле и объектом гражданского права подобно имуществу, информации или правам на результаты интеллектуальной деятельности.
Впрочем, это не исключает возможности появления в будущем неких факторов социальной жизни, которые благодаря развитию Интернета потребуют специфической регламентации в рамках отдельного отраслевого (или более частного) регулирования. (Подобно тому, как сто-двести лет назад выявилась социально значимая проблема, связанная с охраной прав авторов литературных произведений, что к настоящему времени привело к созданию целого нормативного массива, относящегося к так называемым исключительным правам,
«интеллектуальной собственности». К сожалению, пока еще преждевременно предполагать, что именно может потребовать столь принципиального изменения точки зрения на Интернет в целом как на возможный объект права.
§ 6. Нормативное регулировние.
На сегоднешний день ни в одной из стран мира нет всеобъемлющего
(кодифицированного) законодательства по Интернету. Существующие нормативные
(подзаконные) акты регулируют частные аспекты функционирования сети, прежде всего вопросы подключения к ней через поставщиков, предоставления соответствующих линий связи и т.д.
Во-вторых, нормы, которые можно было бы применить к отношениям по поводу Интернета, «разбросаны» по законодательным актам иных отраслей права. В первую очередь они содержатся в нормах об интеллектуальной и промышленной собственности, а также в разделе, условно именуемом
«телекоммуникационным правом».
В-третьих, практически отсутствует регулирование отношений по поводу
Интернета на международном (межгосударственном) уровне. Вышеприведенный пример подтверждает, что очень скоро оно потребуется, хотя бы на двусторонней основе.
Вопрос о необходимости регулирования Интернет, думается, имеет две стороны.
С одной стороны, Интернет есть техническая система, и как таковая, уже регулируется существующим на сегодня «согласием по основным вопросам», документированным в RFC[9].
С другой стороны, содержимое Интернет есть явление социальное, и регулировать его или нет — общество либо решает само (и тогда это почти наверняка «нет»), либо позволяет правительству решить это за себя (и тогда это почти наверняка «да»).
Тем не менее Интернет в настоящий момент представляет собой интереснейший пример того, насколько удачно и эффективно может развиваться столь сложная техническая система практически в отсутствие формального правого регулирования. Это ставит важный теоретический вопрос о том, как скоро уровень развития социальных отношений, связанный с существованием подобной системы, потребует разработки и применения соответствующего правового регулирования. Следующим, очевидно, будет вопрос о том, насколько эффективным окажется такое регулирование для развития самой технической системы.
В самом деле, до сих пор нормативное регулирование отношений между пользователями, поставщиками и иными участниками Интернета не носит специального правового характера. Помимо многочисленных регламентов и стандартов технического характера к Интернету применимы нормы, которые относятся к обычным (традиционным), корпоративным или даже этическим отношениям, разумеется, с соответствующей «интернетовской» спецификой. Это связано с историей возникновения и развития данной сети. На протяжении многих лет она объединяла сравнительно ограниченный круг пользователей из университетских исследовательских центров США. Их отношения (разумеется, не только «сетевые») характеризовались высокой степенью доверительности, уважением к мнению собеседника, определенными правилами вежливости, а также использованием терминологии, хорошо известной собеседникам, но мало понятной людям «со стороны». По мере развития Интернета стихийно выработанные, часто нигде не зафиксированные правила «сетевого этикета» становились стандартом поведения и для новых пользователей сети. Сейчас эти правила можно найти в Интернете в подробном изложении с комментариями.
Конечно, речь не идет об их принудительном применении. В лучшем случае на отступление от правил другие пользователи не обратят внимания (или, наоборот, пошлют гневное замечание), в худшем случае (крайне редко) нарушитель будет частично лишен возможности продолжать общение с другими клиентами.
Можно рассмотреть два подхода к вопросам взаимодействия права и сети
Интернет. Первый — по аналогии с конструкцией теории государства и права, можно назвать, естественносетевым. Второй, и тоже по аналогии, нормативистским. Первый — естественносетевой подход утверждает следующее: законов для сети Интернет нет. Существует декларация виртуального независимого пространства, существует этика, существует система единогласного принятия решений — и достаточно. «Правительство, go out!».
Это стандартная формулировка, которая и в самом начале зарождения сети
Интернет, и сейчас постоянно встречается. Второй подход — нормативистский — заключается в следующем. Есть сеть, очень сильный инструмент, серьезное социальное явление, и нужно срочно издать огромное количество каких-либо глобальных актов, чтобы как можно быстрее заурегулировать этот вопрос, и чтобы в дальнейшем данная проблема никоим образом не выходила из-под контроля организаций, государств и мировых сообществ.
Очевидно, именно то, что большинство отношений, возникающих между пользователями «Интернета», по-прежнему не носит коммерческого, возмездного характера, и способствует поддержанию относительно высокой эффективности правил неюридического характера. При этом можно заметить, что осуществление пользователями в сети определенных действий, часто предельно формализованных, алгоритмизированных, преимущественно направлено на возникновение тех или иных прав и обязанностей у них самих или у их
«собеседников». Чаще всего речь идет о способах получения информации, установлении порядка доступа к ней. Уже одно это подчеркивает существенные отличия действий пользователей Интернета, например, от обмена информацией по телефону. Развитие коммерческих отношений в Интернете, безусловно, потребует более детальной проработки правил, регулирующих отношения между пользователями сети. Нынешние же нормы поведения участников сетевого общения носят скорее квазиюридический характер. С одной стороны, они применяются в отсутствие какого-либо общесетевого органа централизованного контроля и принуждения. С другой стороны, они регулируют порядок совершения действий, которые при наличии характеристики возмездности однозначно принято считать имеющими юридическое значение.
§ 7. Коллизионные вопросы.
Глобальный характер Интернета создает значительные проблемы в определении того, какие правоприменительные органы должны рассматривать споры по связанным с сетью правоотношениям и какое право подлежит применению. Приведем два достаточно типичных примера.
Первый относится к области гражданско-правовых отношений. Стала вполне реальной покупка через сеть определенного товара, скажем, электронной версии каталога деталей самолета. Такого рода информация требуется французской авиакомпании. Продавцом выступает фирма, инкорпорированная в американском штате Невада и использующая сервер, физически находящийся в
Англии и принадлежащий английской компании-поставщику. Расчеты производятся через сеть в эквивалентной американским долларам безналичной форме
«электронных наличных», процессинговый центр которых (виртуальный банк) расположен в Австралии и обслуживает, в частности, указанный английский сервер. Сделка заключается в формулярной форме, предложенной фирмой- продавцом. Ссылки на применимое право в формулярном контракте нет. Срок исполнения контракта — немедленно по окончании зачисления денежных средств на счет продавца (обычно максимум несколько часов). Способ исполнения — предоставление покупателю пароля доступа к базе данных, содержащей искомую информацию.
Даже небольшое нарушение обязательств любой из сторон в данном случае способно поставить множество непростых вопросов о подведомственности и подсудности спора, о применении коллизионных норм и собственно материального права. Что считать местом совершения акта (или местом совершения деятельности)? С каким законом может быть наиболее тесно связано данное правоотношение? Кто должен выступать в качестве ответчика?
Правоохранительные органы какого государства должны содействовать принудительному исполнению судебного решения, если оно все-таки будет вынесено? Ясных ответов на все эти вопросы нет, хотя определенные подходы к их решению просматриваются.
Применительно к уголовному (и административному) праву обсуждался закон канадской провинции Британская Колумбия, запрещающий жителям провинции размещать в средствах связи и массовой информации объявления с предложением взять приемного ребенка. Распространяется ли юрисдикция указанной провинции на размещение таких объявлений в Интернете через серверы, расположенные в других провинциях Канады или других странах мира? Основная проблема заключается в том, что Интернет, не имея территориальных границ своего распространения, позволяет любому жителю провинции получить доступ к информации, распространение которой каким-либо иным способом прямо запрещается.
Оптимальным решением указанных проблем стала бы как можно более полная унификация национальных и региональных законодательств. Поскольку в обозримом будущем такая унификация явно невозможна, Интернет даст дополнительный импульс процессу гармонизации, сближения национальных правовых систем (хотя бы в части, призванной регулировать отношения в самой сети).
Глава 2. Возникновение и юридическое содержание прав и обязанностей субъектов.
§ 1. Способ возникновения прав и обязанностей.
Юридическая особенность отношений между пользователями Интернета (как и отношений по поводу производимых в сети действий) заключается в специфическом способе реализации прав и обязанностей лиц — пользователей сети. Чтобы пояснить указанную мысль, для примера рассмотрим с точки зрения применяемого регулирования обычный телефонный разговор, в общих
(технических) чертах сходный с сеансом работы в интернете.
Создает ли сам факт телефонного разговора какие-либо права и обязанности для собеседников? Разумеется, нет, поскольку не существует нормативных правил, которые бы регулировали порядок ведения телефонных разговоров. Значит, телефонный разговор объектом правового регулирования быть не может. Сделаем лишь две оговорки. Во-первых, имеется ряд правил рекомендательного характера (не занимать долго линию, не оставлять трубку неповешенной и т. д.). Но эти правила чаще всего связаны с технической проблемой загруженности линий (а вопрос о лаконичности телефонных разговоров чаще всего снимается введением повременной оплаты телефонных переговоров), и лишь в случае так называемого «телефонного хулиганства» влекут за собой применение административной и иной ответственности (которая в целом мало отличается от ответственности за хулиганские поступки «не по телефону»). Во-вторых, в ряде организаций могут быть ограничения по содержанию информации, передаваемой со служебных телефонов. Такие ограничения (а также ответственность за их нарушение) носят ограниченный
(внутрикорпоративный) характер. Единственный случай, когда можно говорить о совершении собеседниками действий, направленных на возникновение у них прав и обязанностей, происходит при обсуждении ими условий сделки с их участием, например, договора купли-продажи. Если по закону не требуется письменной формы для признания действительности такой сделки, можно считать, что в результате телефонного разговора возникло правоотношение, основанное на устном согласии. Но в то же время оно возникает не из-за факта разговора, а из-за характера передаваемой собеседниками друг другу информации.
Подобным образом строятся взаимоотношения клиентов Интернета со своими поставщиками, а также между собой. Однако в случае компьютерной, а не телефонной сети, заключение договора между пользователями имеет некоторую специфику. Она заключается в существенно больших технических возможностях для совершения юридически значимых действий, чем это возможно по телефону или факсу; в способе направления оферты и акцепта; в числе возможных адресатов оферты; в возможностях обсуждения и изменения условий договора; в способе фиксации условий договора в какой-либо материальной форме; в способе исполнения договора лицом, получающим услугу (например, оплачивающим ее производителю). Чаще всего такие вопросы до сих пор остаются не урегулированными национальными правовыми системами.
К тому же подавляющее большинство сделок (не обязательно возмездных) в сети Интернет осуществляется между лицами, физически находящимися (либо юридически инкорпорированными) в разных странах, что еще более усложняет ситуацию с определением подлежащего применению права.
Следовательно, уже сейчас можно говорить о специфическом способе
(но не основании) возникновения правоотношений между физическими и юридическими лицами, связывающимися между собой посредством компьютерной сети Интернет. Этот специфический способ: а) невозможно свести к какой-либо одной из известных форм заключения договоров или возникновения ответственности; б) связан с использованием исключительно сложного технического оборудования, позволяющего тем не менее обходиться без привлечения специальных познаний для его применения; в ) привлекателен своей оперативностью и удобством применения (в частности, позволяет согласовывать условия сделок и исполнять их в течение нескольких секунд); г) характеризуется высокой степенью алгоритмизации отношений между субъектами; д) дает возможность совершать юридически значимые действия, которыe направлены на объекты, находящиеся за пределами cферы распространения национального законодательства. Причем с точки зрения осуществления этот способ значительно проще любого другого.
Последняя характеристика специфики правоотношений, связанных с интернетом, особенно важна при рассмотрении вопроса о нормах, применимых к таким правоотношениям.
§ 2. Идентификация «сетевых продавцов».
При выходе на потенциального контрагента в Интернете чаще всего используются «сетевые начальные страницы», соединенные между собой так называемыми связями гипертекста, облегчающими поиск нужной информации, товара или услуги.
Однако владелец «начальной страницы» (точнее, «участка сети», на котором она размещена) не обязательно является одновременно ее администратором (тем, кто реально занимается обработкой данных, проходящих через «страницу», и обеспечением ее размещения в сети). Подчас с помощью
«начальной страницы» производится только выход на совершенно иной сервер, где запрошенная услуга может быть реально оказана. Наконец, чаще всего владельцы «участков» не являются владельцами или администраторами тех серверов, где размещены их «страницы» и доменные имена которых являются частью адреса такой страницы. В результате бывают случаи, когда пользователь сети, обратившийся за оказанием какой-либо услуги на определенный сервер и определенную «начальную страницу», достоверно не информируется о полномочиях лица, который осуществляет с ним обмен информацией. Кроме того, такой обмен может производиться не человеком, а компьютерной программой. Вследствие этого заключенную сделку в принципе можно оспаривать по основаниям ultra vires. Для предотвращения таких ситуаций целесообразно было бы создать механизм достоверной идентификации субъекта предлагаемого правоотношения, при котором ответственность за достоверность возлагалась бы на лицо, предлагающее сетевую услугу. Можно было бы, к примеру, установить правило, согласно которому по умолчании о продавце (если прямо не заявлено иное), продавцом услуги (товара, информации) всегда будет владелец «сетевого участка».
Схожие проблемы возникают при определении полномочий собеседника, с которым производится обмен сообщениями по электронной почте. Как уже отмечалось выше, корпоративные правила доступа сотрудников к электронной почте могут значительно различаться, и по крайней мере в будущем была бы желательна унификация (правовая регламентация) их наиболее существенных положений.
Раздел: Объекты правового регулирования в сети Интернет.
§ 3. Интернет и авторское право.
Сфера правоотношений, связанных с Интернетом, во многом «пересекается» со сферой регулирования авторского права. Размещение объектов, охраняемых авторским правом, в компьютерной сети не меняет принципиальных положений об их охране. Но Интернет предоставляет самые широкие возможности для фактически бесконтрольного воспроизведения и распространения таких объектов.
Предполагается, что все пользователи сети, размещающие в ней информацию, содержащую перепечатки, изображения и другие зарегистрированные объекты исключительного права, обязаны предварительно получать согласие официальных владельцев на воспроизведение информации. Это, к сожалению, происходит не всегда. Что касается имеющихся нормативных правовых актов, затрагивающих отношения по поводу Интернета, то их можно охарактеризовать следующим образом. Во-первых, кодифицированного законодательства по
Интернету нет ни в одной из стран мира. Во-вторых, практически отсутствует регулирование отношений по поводу Интернета на межгосударственном уровне.
Подписанная первоначально 14 странами в 1886 году Бернская конвенция предусматривала обеспечение защиты авторских прав не только на родине автора, но и на территории остальных государств, присоединившихся к конвенции. В 1952[10] году было достигнуто еще одно крупномасштабное соглашение о защите авторских прав, согласно которому законы о копирайте, действующие в каждой стране в отношении собственных писателей, распространялись без каких-либо изменений и на иностранных авторов.
Еще не так давно литературные произведения ассоциировалось у нас исключительно с книгами и журналами, а музыкальные — с грампластинками и магнитофонными лентами. Компьютерные технологии радикальным образом изменили эти когда-то казавшиеся неизменными представления. Теперь все — книги, музыкальные произведения, кинопродукция, — оказалось трансформируемым в компьютерные файлы, в последовательности нулей и единиц. Интернет позволил тиражировать и распространять всю эту информацию с минимальными затратами. Однако, помимо повышения удобств для пользователей и снижения затрат для производителей, Интернет привел к нарушению прежнего, казавшегося весьма устойчивым баланса в таких треугольниках, как автор-издатель-читатель или композитор-звукорежиссер-слушатель.
Итак, проблема заключается не в том, что в рамках Интернет нельзя обеспечить должную правовую охрану авторских прав из-за отсутствия ограничений в копировании и использовании авторских материалов. Проблема лишь в том, что пока никто в России не пытался пресечь их нарушение имеющимися в нашем распоряжении законодательными средствами. В древнем Риме говорили: «Закон суров, но это закон». В России говорят по-другому: «Закон суров, но это всего лишь закон. И строгость его компенсируется необязательностью его исполнения».
Для такого принципиального подхода вполне достаточно следующих предписаний законодательства: «воспроизведение произведения — изготовление одного или более экземпляров произведения или его части в любой материальной форме, в том числе в форме звуко- и видеозаписи, изготовление в трех измерениях одного или более экземпляров двухмерного произведения и в двух измерениях — одного или более экземпляров трехмерного произведения; запись произведения в память ЭВМ также является воспроизведением» (ст. 4
ЗоАП)[11].
Не являются объектами авторского права: сообщения о событиях и фактах, имеющие информационный характер (ст.8).
Допускается без согласия автора и без выплаты авторского вознаграждения воспроизведение правомерно обнародованного произведения исключительно в личных целях, за исключением случаев, предусмотренных статьей 26 настоящего
Закона (ст. 18).
То есть надо решать вопрос по такой схеме: webстраница — объект авторского права или нет? В личных целях скопирована или нет?
Принадлежность авторских прав (как имущественных, так и неимущественных) указана или нет? В зависимости от того, как мы ответим на эти вопросы, мы констатируем наличие либо отсутствие нарушения авторского права. Страница помещена на сервер — значит обнародована. Если кто-то скопировал ее
(неважно из какой страны этот кто-то) для того, чтобы любоваться — вопросов нет. Если кто-то воспроизвел ее на свой сервере и выдал за свою — вопросов тоже нет, но есть почва для претензий. Если кто-то переработал ее, то вопросы все же возникают.
ЗоАП[12] РФ при перечислении ограничений ни единым словом не упоминает воспроизведение в электронном виде (указываются только воспроизведение в газетах, передача в эфир и сообщение по кабелю). Тем не менее, общее понятие воспроизведения, данное в статье 2, включает указание «запись произведения в память ЭВМ также является воспроизведением», поэтому, учитывая цели закона, положения статей 18 и 19, где определены пределы воспроизведения без согласия автора и без выплаты авторского вознаграждения, следует толковать расширительно — все это имеет прямое отношение и к Интернету.
В соответствии с современной доктриной российского авторского права охраняются язык (внешняя форма произведения) и система образов (внутренняя форма). Содержание произведения вне связи с формой не охраняется. Поэтому произведение, которое заимствует элементы содержания другого произведения
(тема, сюжетное ядро, материал и т.д.), но имеет новую форму (внешнюю и внутреннюю), признается оригинальным. [13].
Распространена точка зрения, что Интернет с самого начала был задуман и реализован как средство свободного распространения любой информации, и потому категории авторского права к нему не применимы в принципе[14]. Ведь еще за несколько лет до появления ARPAnet и TCP/IP стал очевиден публично- частный дуализм глобальных компьютерных сетей — информация (в том числе и носящая частный, конфиденциальный характер) должна была передаваться по публичным сетям и могла перехватываться третьими сторонами при передаче.
Разработчиками и первыми пользователями Интернет стали ученые, которые
(намеренно или по недосмотру) спроектировали Интернет (и в первую очередь протокол TCP/IP) на базе научного (но не юридического!) мировоззрения. В частности, TCP/IP не приспособлен для защиты авторского права (доставленный по назначению пакет может неконтролируемо модифицироваться получателем), но достаточно хорошо умеет защищать приоритет (получение пакета подтверждается с указанием даты и времени).
Для теоретического решения проблемы копирования webстраниц некоторые американские юристы предлагают использовать концепцию «подразумеваемой лицензии», которой владельцы «сетевых участков» располагают вследствие размещения в сети их информации. Если доступ к такой информации или услуге обеспечивается за плату, то потребителю подробно сообщаются условия, на которых он может воспользоваться предлагаемой услугой (или информацией).
Если же последняя имеет общедоступный (бесплатный) характер, то потребитель вправе использовать ее, но не с целью извлечения прибыли.
Еще в 1994 году, например, объединение американских писателей подготовило отдельный документ, содержавший рекомендации для авторов, заключающих соглашения об электронном воспроизведении созданных ими текстов. Позиция составителей этого документа заключается в том, что и при онлайновых публикациях писатели должны сохранять за собой авторское право и право на отчисления с продаж «виртуальных» экземпляров их книг.
В российском контексте подобная проблема в значительной мере актуальна для авторов, сотрудничающих с периодическими изданиями, выходящими также и в электронном виде. Согласно законодательству Российской
Федерации, право использования редакциями газет или журналов материалов, подготовленных для их изданий, не распространяется по умолчанию на онлайновые[15] публикации, однако на практике при подготовке электронных версий этих изданий отдельные соглашения заключаются отнюдь не всегда.
В США Интернет-провайдеры как коммерческих, так и некоммерческих услуг стараются следить за тем, чтобы требования авторского законодательства неукоснительно соблюдались. Так, при заключении договора с держателями сайтов[16], провайдеры обязательно включают в договор пункт о том, что должен обязательно указываться источник размещаемых на веб-странице материалов. Запрещено коммерческое распространение материалов любого рода без предварительного согласия их автора. В случае нарушения данного предписания возможно расторжение провайдером в одностороннем порядке договора на осуществление услуг с последующим запретом восстановления данных договорных отношений на определенный, оговоренный в первоначальном договоре, срок.[17]
При защите авторских прав в Интернете решающее значение имеет такой фактор как экстерриториальность [18].
Приведем такой пример. Домашняя страничка автора находится на сервере, зарегистрированном в США и физически расположенном в Германии. Автор постоянно проживает в России и ни разу не был ни в США, ни в Германии.
Некто, скопировав материалы с домашней странички автора, разместил их на сервере, физически расположенном в Канаде, имя которого зарегистрировано в стране, не присоединившейся к международной Конвенции по авторским правам. Ставим вопросы:
1. Поставив на своих работах символ защиты «ї», у какой страны (России,
Германии, США) автор будет просить защиты его прав?
2. По законам какой страны должно определяться, совершил ли Некто нарушение «авторского права»?
3. И, наконец, у кого автору искать «защиты» от человека, безвозмездно распространяющего его идеи (хотя бы и без указания авторства)?
1. Чтобы определиться со «страной защиты» (выбрать, но не обязательно констатировать ее), нужно определить, где произошло нарушение авторских прав. Вполне очевидно, что такой страной будет являться Канада, которая, кстати, ратифицировала Всемирную конвенцию об авторском праве (и Германия, и США, и Россия также являются ее участниками). Согласно статье II этой
Конвенции, выпущенные в свет произведения граждан любого Договаривающегося
Государства, равно как произведения, впервые выпущенные в свет на территории такого Государства, пользуются в каждом другом Договаривающемся
Государстве охраной, которую такое Государство предоставляет произведениям своих граждан, впервые выпущенным в свет на его собственной территории.
Таким образом, учитывая, что под «выпуском в свет» в Конвенции следует понимается воспроизведение в какой-либо материальной форме и предоставление неопределенному кругу лиц экземпляров произведения для чтения или ознакомления путем зрительного восприятия (статья VI), произведение было выпущено в свет в Германии, а в Канаде ему должна предоставляться такая правовая охрана, которая предоставляется произведениям, выпушенным на территории Канады согласно канадскому законодательству. Даже если в Канаде и существуют какие-либо формальности относительно регистрации авторских прав, при благоразумно проставленном «ї» они считаются соблюденными (статья
III). Однако напомню, что объект охраны идеален, то есть можно считать, что нарушение произошло в России, то есть ничто не мешает обратиться в наш суд
(по вашему месту жительства), просто в Канаде легче разобраться «на месте».
В соответствии с нашим коллизионным правом подсудность судам Рф гражданских дел по спорам, в которых участвуют иностранные граждане, лица без гражданства, иностранные предприятия и организации, а также по спорам, по которым хотя бы одна из сторон проживает за границей, определяется законодательством Союза ССР, а в случаях, не предусмотренных законодательством Союза ССР, — исходя из правил подсудности, установленных
ГПК РСФСР. В настоящем деле можно выбирать. В настоящем деле важно также, чтобы решение суда было обязательно признано в Канаде, поэтому следует выбирать Канаду.
2. На этот вопрос такой ответ: государства-участники договорились, что каждый будет предоставлять охрану по своему законодательству. Здесь вопросов не должно возникать. Что касается нашего коллизионного права, то следует отметить, что этому произведению предоставляется правовая охрана и в России, поскольку создателем является гражданин РФ (статья 5 ЗоАП)[19].
Если речь идет о защите лишь личных неимущественных прав (право на имя и т.д.), то обратившись в суд в России, можно выбирать между канадским и нашим правом. Если речь идет об имущественных правах, то российский суд будет руководствоваться нашим законодательством.
3. Согласно статье 6 ЗоАП, авторское право не распространяется на идеи, методы, процессы, системы, способы, концепции, принципы, открытия, факты.
Вопрос исчерпан. С аналогичных позиций этот вопрос разрешен и в законодательстве США. Если законодательство какой-либо страны в этом вопросе более либерально, и право нарушено именно там — можно попробовать поискать там защиты.
Если мы утверждаем, что кто-то нарушил наше право в Сети, мы можем зайти на сайт, где содержаться незаконно скопированные материалы и убедиться опосредованно в их существовании, мы можем также констатировать, что то, что они выставлены для всеобщего обозрения, есть нарушение, однако для того, чтобы безусловно доказать факт этого нарушения, мы должны (в идеале, если до конца последовательно мыслить категориями действительности, а не категориями Сети) представить в суд не то, что воспроизвел наш броузер, и не распечатку с чужого сервера, а сам сервер (точно также, как при наличии показаний свидетелей лучше располагать и признанием самого обвиняемого).
Еще одним вариантом решения проблемы авторских прав в сети явлется следующий. Можно создать некий WEB-депозитарий. Что это такое.
Правообладатель копирует на магнитооптический носитель содержание своего сайта в таком формате, в котором оно доступно пользователям сети Интернет.
Он создает электронную копию, подчеркиваю — на неизменяемом носителе, поскольку такова физическая природа магнитооптического диска. После этого c соответствующим сопроводительным письмом и документами, где он утверждает, что именно он является правообладателем на объекты данного сайта, данный CD- диск поступает в какую-либо систему хранения. Система хранения по принадлежности может относиться и к государственной системе, и к коммерческой системе. В итоге ему выдается какое-либо свидетельство, где ставится дата принятия объекта хранения CD-диска от такого-то правообладателя. Далее, в случае спорной ситуации суд, следственные органы могут истребовать данный объект и рассмотреть его с точки зрения относимости и допустимости. Будет иметься свидетельство с датой подачи определенного объекта. Объект неизменяем, и естественно, — самый узкий момент в использовании объектов интеллектуальной собственности, — гарантии со стороны хранителя. Гарантии в том, что никто ничего не подменил. И далее решать, допустим, суду. Хотя, как вы понимаете, для сайта это также привлекательно. Не нужно ничего распечатывать, не нужно организовывать какие-либо публикации в средствах массовой информации, не нужно ставить те самые водяные знаки на сервере. В принципе, такая система, как, впрочем, и любая другая, (так как авторские права защищаются непосредственно по инициативе авторов и правообладателей) это их полное право, то есть, человек или юридическое лицо вправе сами выбрать, как они будут защищать что-либо, такая система, возможно, будет эффективно работать. На Западе такие системы, но правда, не совсем с такой схемой реализации, существуют.
У нас в России, в частности, в Санкт-Петербурге, одна система начала свое существование.
§ 4. Электронный адрес (Виртуальное имя).
Доменное имя — это Ваша вывеска, эмблема, место проживания или почтовый адрес. И служить оно может как удовлетворению личного самолюбия, так и коммерческим целям.
В принципе, каждый может получит доменное имя, но получение конкретного имени не гарантируется: в частности, домен может уже использоваться.
Сложившаяся сетевая практика заключается в том, что получить уже существующее доменное имя Вы можете в случае согласия заинтересованных сторон. Далее Вы распоряжаетесь доменом с правом отказаться от последнего.
Как достигается согласие сторон? Это нигде в этике Сети не оговаривается, но непосредственно в нормативной базе, касающейся Интернета, принятой реально существующими организациями, занимающимися развитием сети, это есть: например, устанавливается запрещение на куплю-продажу доменов.
Плюс, есть этическое соображение эры зарождения сети: каждый имел право что- либо получить первым, но потом распоряжаться им мог только лично.
Из-за невозможности мирного сосуществования в виртуальном пространстве двух одинаково названных субъектов, не столько приобретение виртуального имени как такового, сколько приобретение конкретного имени домена стало быстро превращаться в весьма ощутимую инвестицию. Когда сеть ресторанов
Макдональдс (не нужно забывать, что кроме компьютерных сетей пока еще существуют и иные) послала заявку на регистрацию своего домена под именем mcdonalds.com, выяснилось, что в виртуальном пространстве это имя уже унаследовал кто-то другой. Макдональдсу удалось заполучить обратно свое законное имя с помощью лишь символического подарка опередившему его конкурента, однако, предвидя, что многие компании готовы будут заплатить за восстановление статус-кво немалые деньги, целый ряд виртуальных самозванцев устремился в погоню за невидимой добычей. Кого-то из них, когда возникал вопрос о возвращении «украденного» имени, удавалось задобрить угрозами судебного разбирательства, увещеваниями или деньгами, кого-то, конечно, нет.
Что первично для сети Интернет — норма права, то есть зарегистрированный товарный знак, либо название вашего доменного имени?
Естественно, доменное имя уникально. Что же для сети Интернет будет иметь значение — закон, c зарегистрированныv товарным знаком, либо правило — тот, кто первый зарегистрировал в качестве домена, то его и использует? Вероятно что данные системы благополучно бы существовали независимо друг от друга, если бы в настоящее время сеть Интернет все более и более не становится глобальным и социальным инструментом[20].
Берем в качестве примера — adidas.ru. Марка Adidas зарегистрирована в
Российской Федерации надлежащим образом. По аналогии, работая в сети
Интернет, набираем adidas и добавляем .ru. Мы не знает, есть ли такой домен в действительности, но на самом деле, такой метод срабатывает. Таким образом, фирма Adidas получает реального конкурента на территории
Российской Федерации. Таким образом, нарушается законодательство Российской
Федерации о товарных знаках и знаках обслуживания населения. Спор по этой тематике уже в течение нескольких лет ведется между сетевым сообществом и государственными органами различных стран. ВОИС- Всемирная организация интеллектуальной собственности — пытается найти какой-либо компромисс. Но помимо рекомендательного характера, никаких конкретных решений на настоящий момент не принято. У нас в России споров, судебных прецедентов по данной тематике пока нет.
Кому принадлежит Ваше доменное имя? Первый и самый естественный ответ:
Вам, Вашей фирме, организации. Но, к сожалению, с высокой степенью достоверности можно сказать, что это не так.
На самом деле, Ваше родное доменное имя может принадлежать не Вам, а
Вашему провайдеру или совершенно незнакомой Вам организации или лицу.
В мире вопросами формирования Интернета занимается широкий круг организаций. В основном это общественные организации и объединения крупных корпораций. У нас в стране этим занимается РосНИИРОС[21].
Определим используемую терминологию, руководствуясь указаниями
РосНИИРОС:
Домен — область пространства иерархических имен сети Интернет, которое обслуживается набором серверов доменных имен (DNS) и централизовано администрируется. Домен идентифицируется именем домена (доменным именем).
Регистрация домена — организационные и технические мероприятия, необходимые для обеспечения функционирования соответствующих серверов доменных имен (DNS) в рамках международной системы Интернет.
Делегирование домена — занесение данных о домене в зону *.ru (РосНИИРОСом) и передача прав на его администрирование определенной организации.
Администрирование домена — совокупность мероприятий по организационно- технической поддержке функционирования домена, оплате услуг сторонних организаций по обеспечению функционирования домена, определению порядка использования домена.
Переделегирование домена — организационные и технические мероприятия по передаче прав администрирования другой организации (юридическому лицу).
Практически единственной системой документов, которая регламентирует права по использованию домена — договор о регистрации и технической поддержке доменов РосНИИРОС[22] Указанный комплекс документов регулирует взаимоотношения между Российским НИИ Развития Общественных Сетей и пользователями доменов. Не ставя себе целью анализ указанного договора, можно заметить следующее.
В Регламенте данного договора содержится условие о том, что «Пpи регистрации имени домена, РосНИИРОС не несет ответственности за возможное нарушение Заявителем пpав на тоpговую маpку, pавно как и за конфликтные ситуации, возникающие пpи использовании названий дpугих организаций» (п.
1.6).
Описанная ситуация типична для Итернета: Правила разрешения споров по доменным именам компании Network Solutions, контролирующей развитие сети
Интернет в Западном полушарии[23], расположенные на сайте РосНИИРОС — подтверждают общее положение о том, что регистратор доменных имен не несет никакой ответственности за реальные правовые нарушения.
Это означает, что домен, например, с именем www.qwerty.ru, который был благополучно зарегистрирован РосНИИРОС и функционировал в сети, по решению суда может быть отобран у его заявителя (владельца) из-за нарушения прав на товарный знак или фирменное наименование. От лица, распоряжавшегося доменом, также могут потребовать возмещения ущерба или компенсацию за использование чужого объекта интеллектуальной собственности, например, зарегистрированного знака обслуживания по классу связи qwerty.
Каково же соотношение между понятиями объекта интеллектуальной собственности и доменным именем с точки зрения права и хозяйственного оборота?
Интеллектуальная собственность — это собирательное понятие, которое будет жестко закреплено в нашем правовом поле только после принятия третьей части ГК РФ, проект которой уже длительное время разрабатывается.
Согласно ч. 1 ст. 138 ГК РФ «В случаях и в порядке, установленных настоящим Кодексом и другими законами, признается исключительное право
(интеллектуальная собственность) гражданина или юридического лица на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполняемых работ или услуг (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания и т.п.).»
Это означает, что рассматриваемый объект — доменное имя не может быть отнесено к объектам интеллектуальной собственности.
Но тот факт, что доменное имя служит для индивидуализации лица в пространстве сети Интернет, а равно как и в общей объективной действительности, дает основание полагать, что, с точки зрения функциональности, доменное имя и соответствующий класс объектов интеллектуальной собственности очень похожи, если не сказать большее.
В системе российского законодательства об охране интеллектуальной собственности существует подсистема законодательства о средствах индивидуализации участников гражданского оборота и производимой ими продукции. Об этом будет сказано ниже. Потребность в индивидуализации никогда не подвергалась сомнению. И сейчас отношения, связанные с индивидуализацией регулируются ГК РФ, законами «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»[24], «Защите прав потребителей»[25], и основным актом — законом «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименования мест происхождения товаров» от 23 сентября 1992 года[26], УК РФ.
И, чтобы доменное имя для электронной почты, виртуального или физического сервера, служащее для индивидуализации в Интернете, стало настоящим и полноправным объектом интеллектуальной собственности, охраняемым отечественным законодательством, представляется возможным осуществить перенос объекта Интернета — доменного имени в поле права интеллектуальной собственности. т.е., зарегистрировав доменное имя и/или его существенную различительную часть в качестве словесного товарного знака.
Как известно, регистрация знаков осуществляются по классам
Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее —
МКТУ). Неоднозначно решаемыми будут следующие вопросы при регистрации доменного имени как товарного знака: какие классы задействовать при подаче заявке (подходят, например, классы связи, рекламы, etc.) и какую часть имени www.qwerty.ru регистрировать.
Здесь необходимо отметить следующее существенное ограничение: регистрация у нас в стране товарных знаков осуществляется для юридических лиц, а также для физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. т.е., доменные имена частных лиц останутся без защиты при предложенном выше подходе.
В правовом поле все решает практика применения тех или иных актов.
Судебной практики в РФ по спорам за обладание доменом у нас нет. Но, несомненно, тот, кто будет защищен товарным знаком, в любой ситуации будет иметь более сильную позицию.
В пространстве Интернета удачное или известное доменное имя имеет неоспоримую материальную ценность. И во всю в мире идет активная торговля доменами.
По российскому законодательству оборот доменных имен возможен, т.к., нет нормативно-правововых ограничений на оборотоспособность доменных имен и, поэтому, согласно ст. 129 ГК РФ доменные имена и домены на настоящий момент могут свободно отчуждаться или переходить от одного лица к другому.
Случаи продаж доменных имен в России уже есть. Постепенно формируются обычаи делового оборота по регистрации, администрированию, использованию и уступке доменных имен.
Но проблема обладания доменным именем не является классической проблемой права собственности: владение, пользование, распоряжение доменом в условиях российского Интернета не имеет четкого правового описания.
Каково разграничение прав и обязанностей между: РосНИИРОС, осуществляющий регистрацию и делегирование, провайдером, посылающим заявку, осуществляющим администрирование и переделигирование домена, и клиентом, для которого по договору с провайдером был создан определенный домен?
Основной акцент сейчас необходимо делать на индивидуальные действия между провайдером и клиентом.
Возможно два варианта (помимо их производных).
«Аренда» доменного имени, когда после прекращения действия договора клиент теряет права по использованию домена, и «покупка» доменного имени, когда соглашением для клиента устанавливаются наиболее широкие возможности по использованию домена.
По сравнению с первым вариантом, при «покупке», кроме использования домена во время действия договора при администрировании домена конкретным провайдером, клиенту могут быть предоставлены права по уступке доменного имени третьим лицам, распоряжению перехода домена к другому провайдеру
(управление переделингированием). Также при «покупке» у клиента сохраняются указанные права на домен при прекращении договора.
Анализ действующего законодательства показывает, что каких-то особых препятствий для защиты доменных имен нет. Важно, чтобы хотя бы один прецедент тому был создан. Российское законодательство допускает к регистрации в качестве товарных знаков, знаков обслуживания и мест происхождения товаров широкий круг условных обозначений. Вместе с тем, исходя из общепризнанной мировой законодательной практики и международных обязательств России, российское законодательство указывает и на те обозначения, которые не признаются товарными знаками. Теперь предстоит решить вопрос, может ли, либо не может быть доменное имя быть зарегистрированным в качестве товарного знака или знака обслуживания, либо места происхождения товаров.
Прежде всего необходимо, чтобы обозначения, заявляемые в качестве знаков охраны, обладали различительной способностью (товарный знак и знак обслуживания — это обозначения, способные отличать соответственно товары и услуги одних юридических или физических лиц от однородных товаров и услуг других юридических или физических лиц; при этом словесные обозначения — один из наиболее распространненых видов товарных знаков). www.kadis.spb.ru — полное доменное имя; обладает ли оно различительной способностью? да, по всей видимости, во всяком случае, если это платный вебресурс, его трудно будет перепутать с каким либо другим .
Считается, что к необладающим различительной способностью обозначениям относятся обозначения, состоящие только из отдельных букв и сочетаний букв.
Вполне обоснованно говорить о том, что в данном доменном имени www, spb и ru — лишь сочетания букв, поэтому различительной способностью не обладают, хотя любое слово — это сочетание букв, тем не менее необходимы такие признаки как оригинальность и индивидуальность. Кроме того, не регистрируются в качестве товарных знаков обозначения, являющиеся общепринятыми символами и терминами, с этих позиций все три сочетания букв как раз такие обозначения.
Слово kadis — вполне оригинально, оно индивидуализирует сайт уже потому, что само по себе является средством индивидуализации как фирменное наименование. Таким образом, только этому слову будет предоставляться охрана в качестве товарного знака, все остальные сочетания будут исключены из охраны (исключение из охраны неохраняемых элементов, входящих в состав товарного знака, оформляется в виде специальной записи при внесении товарного знака в Государственный реестр товарных знаков РФ, и в свидетельстве на товарный знак должна содержаться следующая запись — «В зарегистрированном товарном знаке словесные обозначения www, spb, ru исключаются из охраны»).
Будет довольно интересной ситуация, когда после регистрации появится вдруг целая зона *.kadis доменных имен первого или второго уровня — вполне очевидно, что на совершенно законных основаниях провайдеров можно будет попросить… Ведь управление доменами строится по следующей схеме. Домен более высокого уровня регламентирует условия администрирования и использования домена более низкого уровня. Например, если есть домен www.kadis.ru. Использование домена www..kadis.ru уже осуществляется непосредственно по соглашению — правда, это звучит не совсем строго — с собственником вышестоящего домена.
Сейчас России и станах бывшего СССР с распадом Советского Союза, возникла проблема перехода из домена первого уровня su в ru. Может возникнуть ситуация, что организация, имевшая в сети домен, скажем, a.su, обнаруживает, что кто-то по тем или иным причинам уже зарегистрировал за собой домен a.ru. Возникает конфликт. В российском сегменте Интернета, таких прецедентов пока не было. Вопрос, вероятно, будет решаться по аналогии с правом преждепользования, хотя у нас такое право не признается[27].
§ 5. Сделки в Сети.
При заключении сделок в сети Интернет существует несколько затруднительных моментов, таких как: когда считать предложение заключить сделку, размещенную на сайте, офертой?; когда считать, что оферта акцептована?;
как определить аутентичность оферты или акцепта (приемлемы ли с точки зрения действующего законодательства такие формы удостоверения личности стороны по сделке, как электронная подпись и тд)?; Насколько соответствует требованям законодательства о форме сделок та форма, которая имеет место при заключении сделок через Интернет (в том случае, если законодательсовм обязательно предусмотрена письменнная форма). Как вообще можно быть уверенным, что, например, вебформа (формуляр) или же е-message (сообщение по электронной почте), содержащие оферту, действительно выражают волю лица, их отправившего, если удостоверение этой воли не сопровождается ни подписью ни оттиском печати? При этом всегда следует помнить, что налоговые и таможенные органы всерьез к таким сделкам относиться не могут, сделки через
Интеренет можно относительно безбоязненно заключать лишь в отношении тех объектов, которые не относятся к предпринимательской деятельности, либо практиковать их как предварительные договоры, которые влекут обязанность лиц, из заключивших, заключить в будущем договор на предусмотренных в них условиях.
Как только заключение сделки коснется вопросов налогообложения или же таможенного оформления, от заключения договора в обычной форме будет не уйти (если только Вы не практикуете альтруистичный подход в бизнесе и всегда готовы покрыть любые затраты за счет чистой прибыли).
Общие заключения таковы. Правила об оферте и акцепте следует применять в зависимости от государственной принадлежности сторон сделки. Так, из общих положений системы континентального права вытекает, что лицо, сделавшее оферту, в определенной мере связано ею, извещение об отзыве оферты делает оферту неполученной лишь в том случае, если такое извещение поступило ранее самой оферты или же одновременно с ней. в англо-американской системе права оферта не связывает лицо, ее сделавшее, до тех пор, пока она не акцептована, до акцепта она может быть свободно отзвана.
Сама оферта в Сети может подпадать под следующие опеределения: реклама и иные предложения, адресованные неопределенному кругу лиц, рассматриваются как приглашение делать оферты, если иное прямо не указано в предложении.
Содержащее все существенные условия договора предложение, из которого усматривается воля лица, делающего предложение, заключить договор на указанных в предложении условиях с любым, кто отзовется, признается офертой
(публичная оферта).
Существенные условия договора могут быть определены при анализе правовой природы конкретного обязательства — законодательство обычно их предусматривает применительно к каждому виду договоров, вместе с тем, действует общее положение о том, что существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
Когда оферта сделана в письменной форме без указания срока для акцепта, договор считается заключенным, если акцепт получен лицом, направившим оферту до окончания срока, установленого законом или иными правовыми актами, а если такой срок не установлен, то в течение нормально необходимого для этоого времени (ст. 441 ГК).
С учетом того, что, согласно нашему гражданскому законодательству, письменные заявления и извещения, сданные в организацию связи до двадцати четырех часов последнего дня срока, считаются сделанными в срок, можно говорить о том, что акцепт происходит и после того, как полный и безоговорочный ответ заключить договор на предложенных условиях сдан в организацию связи — считается, что оферент акцепт получил.
Как быть в том случае, если оферта — обычная вебформа — Вы ее заполняете, жмете виртуальную кнопку, и все — акцепт как бы отправлен? Или как бы не отправлен? Как быть со сроком? Надо думать, что, по аналогии с обычной почтовой связью, в данном случае акцепт считается отправленным, и даже если оферент не открывал свой почтовый ящик, он считается заключившим с Вами договор.
Заключить сделку можно также посредством электронной почты — это практически то же самое, что и простой обмен обычными почтовыми сообщениями. Именно поэтому защищать свои права по сделке, заключенной через Сеть, очень трудно, никакие ухищрения не сравняться с единым документом или с хотя бы с электронной перепиской, если партнер недобросовестен.
Сделки между юридическими лицами и сделки юдидических лиц с гражданами должны заключаться в простой письменной форме в обязательном порядке. Если простая письменная форма не соблюдена — доказыайте, но ссылайтесь только на письменные доказательства — а вопрос их подлинности непрост и с их оценкой, которая дается на основе внутреннего убеждения судьи, судья встанет в тупик.
Собственно говоря, действующее законодательство само по себе не предъявляет каких-то универсальных требований к реквизитам договора.
Отсутствие оттиска печати на договоре еще ни о чем не говорит, скрепление договора печатью обязательно лишь в том случае, если либо закон на это прямо указывает, либо стороны в самом же договоре прямо это обусловили.
Право в Сети следует выбирать на основе соглашения с контрагентом, или же придется обращаться с коллизионными нормами, в остальном механизм выбора ничем не отличается от того, какой реализуется в обычной действительности.
§ 6. Формуляр как способ заключения сделки.
Исключительно быстро распространяется в Интернете практика применения формулярных норм. Благодаря техническим возможностям так называемых средств гиперсвязи (гипертекста) любой пользователь сети может в режиме реального времени сообщить требуемые сведения о себе и желательных для него условиях заключаемой через сеть сделки с применением форм (формуляров), заранее разработанных и размещенных в сети его потенциальным контрагентом.
Завершение ввода указанных сведений, подтверждаемое, например, набором определенной команды или номера кредитной карточки, означает, что сделка заключена. Аналогичная ситуация складывается при заказе товаров по телефону или факсу, когда покупатель фактом устного или письменного сообщения-заказа принимает предложение продавца на его условиях, не подлежащих изменению.
Однако в Интернете круг возможных сделок несоизмеримо более широк.
В последнее время возникли и применяются даже не просто формулярные контракты «присоединения», в которых одна сторона соглашается с условиями, заранее сообщенными ей второй стороной, но и «формуляры для третьих лиц».
Разработано большое количество контрактов со стандартными условиями, которые предлагаются для применения в сетевом режиме. Их заполнение производится либо обеими сторонами одновременно, либо одной из сторон и за себя, и, по поручению другой стороны, за нее. По окончании сеанса договор считается согласованным (заключенным), а фирма-разработчик формулярного контракта получает плату за консультационные услуги (это является одним из стандартных условий).
Применение формулярных договоров и стандартных условий до сих пор не вызывало больших споров. Как правило, такие договоры имеют срочный характер с небольшими сроками исполнения, не связаны с движением значительных денежных сумм и, несмотря на кажущуюся сложность их содержания (это вопрос уже юридической техники), относятся к сравнительно простым правоотношениям.
Вряд ли такие формулярные контракты когда-нибудь смогут считаться
«полноправным» источником правовых норм, но в настоящее время их применение к соответствующим отношениям достаточно эффективно. Впрочем, в истории права во многих случаях юридическая практика опережала теоретические обоснования создаваемого затем нормативного регулирования.
Итак, отношения между участниками сетевого общения в Интернете, в том числе и по поводу действий, имеющих юридическое значение, регулируются неструктурированным массивом нормативных и иных правил. Последние не были установлены в порядке, характерном для принятия правовых актов, и не могут быть принудительно исполнены с использованием возможностей публичной власти. Тем не менее недостаток собственно правовых методов регулирования не помешал стремительному развитию сети в последние годы. Этот феномен еще будет предметом самого внимательного изучения. В ближайшем же будущем развитие в сети отношений, связанных с куплей-продажей товаров и услуг, непременно потребует разработки и применения чисто юридических способов регулирования отношений, защиты интересов пользователей сети
(потребителей), пресечения возможности злоупотреблений и правонарушений.
§ 7. Расчетные отношения. Электронные деньги.
Заключение возмездных сделок через Интернет требует диверсификации способов оплаты таких сделок и влечет за собой усложнение правоотношений по поводу производимых расчетов. Это происходит как за счет увеличения способов безналичных расчетов, так и за счет вовлечения в процесс расчетов новых, чисто «сетевых» субъектов («виртуальных банков»).
Наряду с традиционными способами безналичной оплаты (банковский перевод, банковский чек, кредитная или дебетная карточка) стали применяться
«Электронные деньги» (лицо, пользующееся сетевой услугой, соглашается на включение платы за нее в счет, выставляемый ему за пользование Интернетом в целом). Как уже говорилось, наиболее распространена оплата услуг поставщика сети, сходная с абонентской платой за телефон. Таким образом, в процесс расчетов вовлекаются по крайней мере два новых субъекта (помимо плательщика и получателя платежа): поставщик Интернета и местная телефонная компания.
Налицо множественность субъектного состава обязательства, требующая серьезного юридического оформления всех «внутренних» и «внешних» правоотношений, носящих договорный характер.
«электронные наличные» («электронные деньги»), которые представляют собой условные расчетные единицы, эквивалентные количеству «реальных» денег на счету пользователя в процессинговой компании («виртуальном банке»), осуществляющей расчеты по сделке. Такой способ исключительно оперативен
(занимает до нескольких минут). Однако он применим только к сделкам, заключаемым в сети. При оформлении отношений пользователя с «виртуальными банками» особенно широко применяются формулярные контракты.
Остаются пока открытыми вопросы о том, какие минимальные требования должны предъявляться к «виртуальным банкам», каковы условия и пределы их ответственности. Представляется, что общие требования к организациям, производящим сетевые расчеты, не должны существенно отличаться от предъявляемых к «несетевым» расчетно-кредитным учреждениям и должны быть закреплены в соответствующих нормативно-правовых актах. Отношения по поводу сетевых расчетов имеют ту же сущность, что и по поводу денежных расчетов вообще, и их специфика связана не с содержательной стороной, а лишь с формой реализации таких отношений сторонами.
За последние годы в Интернете появилось несколько видов так называемых электронных денег (платежных систем) — Netcash, CyberCash и т. п. Образно выражаясь, электронные деньги — это валюта страны Интернет. Обменяв их «на въезде» за обычные деньги, доллары или франки, вы можете использовать эти виртуальные дензнаки для покупок в электронных магазинах.
Электронные деньги оказались далеко не так успешны, как это предсказывали специалисты. Причина — в Интернете отсутствует покупательская цепочка, по которой путешествуют деньги в реальной жизни. Булочник, выручивший деньги от торговли, может пойти и купить себе молока у молочника.
Молочник использует деньги для покупки сапог. А сапожник купит на них хлеба, и деньги вновь окажутся у булочника.
При нынешнем разнобое виртуальных денег, каждый электронный торговец, принимающий их к оплате, вынужден держать у себя в магазине обменный пункт — ссылку на виртуальный банк, где можно разжиться электронными дензнаками ровно на сумму покупки и тут же отдать их в кассу в обмен на товар. Примерно по такому же принципу в 93-году, в разгар инфляции покупались продукты в валютных магазинах. Торговля за валюту была запрещена, но все деньги, разумеется, хранились в долларах. Так вот, при расплате за покупки наличные доллары на ходу как бы “переводились” в рубли, и покупка совершалась в виртуальных рублях. В конце рабочего дня кассирша совершала обратную малоосмысленную операцию – в уме переводила накопившиеся виртуальные рубли обратно на физически собранные доллары. Примерно такой же хитростью пользуются торговцы во всемирной паутине. Поэтому, выручив электронную валюту от продажи своего товара, продавцу некуда ее потратить, кроме как сразу же обменять обратно на реальные деньги. При существующем у нас в России законодательстве такая схема не работоспособна. Она не нарушает, но выходит за рамки правового поля. Следовательно, контрагенты будут подвергать сделку риску. С другой стороны, уместно обратить внимание на трудности налогообложения подобных сделок, т.к. документальных подтверждений покупок не требуется и все расчеты происходят вне поля зрения фискальных органов.
§ 8. Интернет как средство массовой информации.
Тот факт, что владельцы электронных средств массового вещания нуждаются в лицензиях — не новость; такая система типична для многих цивилизованных стран. С другой стороны, как провести четкую границу между средствами массовой коммуникации и просто коммуникации? Достаточно сравнить еженедельник тиражом в двести экземпляров и оратора на многотысячном митинге. Можно предположить, что компьютерная информация одновременно является и массовой информацией, и средством массовой информации, и продукцией средства массовой информации. А передача компьютерной информации является распространением продукции средства массовой информации. Независимо от того, сколько байт, в скольких экземплярах и на какое расстояние передаются. Применить понятие тиража к
Web-странице практически невозможно, физически, как правило, страница существует в одном экземпляре.
Ст. 24 Закона о СМИ[28], гласит: » Правила, установленные настоящим
Законом для радио- и телепрограмм, применяются в отношении периодического распространения массовой информации через системы телетекста, видеотекста и иные телекоммуникационные сети, если законодательством Российской Федерации не установлено иное.» Однако в ст. 2 дано раздельное (естественно) определение для программы и вещания: » под средством массовой информации понимается периодическое печатное издание, радио-, теле-, видеопрограмма, кинохроникальная программа, иная форма периодического распространения массовой информации; под распространением продукции средства массовой информации понимается продажа (подписка, доставка, раздача) периодических печатных изданий, аудио- или видеозаписей программ, трансляция радио-, телепрограмм (вещание), демонстрация кинохроникальных программ; » Cт. 24, расширяющая толкование понятия СМИ (она так и называется — «Иные средства массовой информации», и находится в Главе II — «ОРГАНИЗАЦИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
СРЕДСТВ МАССОВОЙ ИНФОРМАЦИИ», а не в Главе III — «РАСПРОСТРАНЕНИЕ МАССОВОЙ
ИНФОРМАЦИИ»), никоим образом не может быть истолкована как расширяющая понятие «вещания». То есть — регистрации программы, передаваемой через
Интернет, на основании этого закона еще как-то можно требовать а вот лицензирования вещания в Интернете — нет.
Закон о СМИ который регулирует публично-правовые отношения, то есть требуется прямое указание на то, что сайт есть СМИ; «иная форма периодического распространения издания» требует определения периодичности и собственно распространения. С большой натяжкой можно сказать, что сайт периодичен (апдейты и тд), но распространяется ли он в смысле указанного закона?
«Под распространением продукции средства массовой информации понимается продажа (подписка, доставка, раздача) периодических печатных изданий, аудио- или видеозаписей программ, трансляция радио-, телепрограмм (вещание), демонстрация кинохроникальных программ;» таким образом закон четко указывает на пределы своего применения — сайт не продается, не доставлется и не раздается (к тому же и не является печатным изданием, аудио- либо видеозаписью программ и т.д.). Что касается норм статьи 152 ГК (о возможности опровержения сведений в СМИ), то ее можно применять и к сайтам по аналогии закона (статья 6 ГК), так как сайты и СМИ имеют много общего.
Вообще вопрос о соотношении СМИ и вебсайтов должен быть решен в законодательстве как-то более однозначно — либо к таковым нужно относить все вебсайты вообще (что вряд ли целесообразно), либо лишь некоторые из них, удовлетворяющие определенным признакам (тематика, социальная направленность и тд). До внесения изменений в закон о СМИ можно рекомендовать добровольную (но ни в коем случае не обязательную) подачу заявки на регистрацию сайта в качестве СМИ — в этом случае заявитель сам как бы признает, что его сайт является СМИ и соглашается со всеми ограничениями, которые содержит законодательство о СМИ (например, обязательное размещение социальной рекламы). С другой стороны, это дает ему ряд преимуществ перед другими владельцами сайтов (в частности, по его требованию в соответствии с законом о СМИ ему будет предоставлена информация из любых государственных и частных структур). Введение доступа к сайту за плату при этом само по себе предполагает, что сайт продается, следовательно, распространяется, следовательно, является СМИ со всеми вытекающими отсюда последствиями.
§ 9. Реклама в сети Интернет.
Реклама, согласно Закону «О рекламе»[29], может распространяться в любой форме и с помощью любых средств. К рекламе в Интернете применимы все те же требования, которые применяются к любой другой рекламе, в том числе и требование о том, чтобы реклама была надлежащей.
С другой стороны, было показано, что сайт, КАК ПРАВИЛО, не относится к
СМИ, следовательно, те ограничения, которые законодатель предъявляет к рекламе, размещенной в СМИ, на вебсайты не могут быть распространены — так, вполне допустимо размещение на сайте нерекламного характера целенаправленного обращения внимания потребителей рекламы на конкретную марку, модель, артикул товара, либо на его изготовителя и без пометки «на правах рекламы» и вообще без любого специального уведомления о том, что данный материал является рекламным, владельцы сайтов вправе взимать плату за размещение рекламы под видом информационного или авторского материала.
В отношении распространения через Интернет сведений, нарушающих коммерческую тайну, действует общий порядок защиты такой информации.
Разумеется, если на сайте вообще содержится какая бы то ни было информация о хозяйствующем субъекте, эта информация автоматически не может обладать статусом коммерческой тайны, так как очевидно, что обладать не предпринимает мер к ее охране и тем самым нарушает одно из основных условий ее охраноспособности.
§ 10. Личные неимущественные права.
Нормы о неприкосновенности личности распространяются в том числе и на систему Интеренет. Основополагающей является ст.23 Коституции РФ где сказано “Каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения». Однако в соответствии с существующим в России законодательством, спецслужбы могут просматривать электронную корреспонденцию граждан, а провайдеры Интернет обязаны предоставлять такую возможность технически. На практике это означает, что соответствующие органы получают он-лайновый доступ на почтовый сервер, где и могут просматривать электронную почту клиентов.
Распространение через СЕТЬ сведений, порочащих честь, деловую репутацию и достоинство лица неправомерно в силу общих положений о защите личных нематериальных благ. Интересен вопрос — может ли лицо требовать опровержения порочащих его сведений, если докажет, что они не соответствуют действительности, на том же сайте, где эти сведения были размещены.. Чтобы ответить на этот вопрос, следует доказать, что конкретный сайт является средством массовой информации.
§ 11. Электронная почта и ссылки на сайты — пределы допустимого.
Электронная почта «мыло» (e-mail) в меньшей степени касается информации, размещенной на сайтах, однако, безусловно, привязка почтовой программы к строчке, унижающей достоинство «напишите такому-то» породит определенные правовые последствия. Недопустимая форма будет посягательством на личные неимущественные блага (распространением сведений, порочащих честь и достоинство физического лица, либо деловую репутацию юридического лица).
Другой вопрос связан с тем, что некоторые организации пользуются
«мылом» для отправления в массовом порядке рекламных сообщений, деловых предложений и тд. Два года назад один из таких случаев вызвал в США небольшой общественный резонанс (дело расссматривалось в так называемом
«Виртуальном суде» (подобии третейского или арбитражного суда в режиме on- line). На одном из сайтов малоизвестная почтовая служба предлагала такую услугу, как направление любого рекламного объявления почти на 20 миллионов
«мыльных» адресов. Один из подписчиков (объявление располагалось на фирменный сайте СМИ), заявил требование об удалении такого объявления, поскольку считал его вторжением в свою частную жизнь «privacy». Арбитраж встал на защиту его интересов, но его решение ответчик игнорировал (и поступил совершеннно правильно, потому что нельзя сказать, что стороны связывало какое-либо обязательственное правоотношение, и абсолютно никакой юрисдикции у третейского суда в этом случае быть не могло, тем более, что таковая вообще зависит от обоюдного волеизъявления сторон); как бы там ни было, вопрос довольно спорный и касается возможности в целом использовать в рекламных целях чужие почтовые серверы.
Предположим, что обычная почтовая служба дала объявление в газете о том, что напишет на несколько сотен адресов письма с рекламными сообщениями
(адреса не разглашаются — вы просто платите за услугу и несколько сотен человек достают из своих почтовых ящиков ваши рекламки) — это нарушет чье- то «privacy». (частную жизнь лица, согласно нашей Конституции) или нет?
Нельзя сказать, что в данном случае защищаемое 23-ей статьей Конституции РФ право на тайну переписки и почтовых сообщений нарушено (ведь третьим лицам адреса не разглашались), тем не менее, не оставляет ощущение, что здесь что- то не так.
В гражданском праве существует понятие злоупотребления правом (статья
10 ГК РФ), воспользоваться которым, в данном случае, весьма разумно: тот общественный интерес, который представляют почтовые службы, чаще всего не выходит за рамки доставки чьих-то личных почтовых сообщений, целенаправленное распространение рекламы — функция, которая почтовой службе в данном случае не свойственна.
С другой стороны, такие действия организации, предоставляющей «мыльные» услуги, совершенно равнозначны действиям, например, какого-нибудь дилера
(то есть пользователя по договору коммерческой концессии), когда он обзванивает потенциальных клиентов, склоняя их к покупке товара или пользованию услугой — трудно спорить, что это тоже в некотором роде нарушение частной жизни (в этом легко убедиться по реакции клиента).
Масштабы здесь значения не имеют в силу равного положения всех участников гражданских правоотношений (там где один, там и тысяча). По идее, суд неизбежно встанет в тупик при разрешении этого вопроса (а значит, решить его можно лишь путем целенаправленного установления ограничений в законодательство о связи)[30].
Закон РФ «О связи»[31], устанавливающий правовую основу деятельности в области связи, осуществляемой под юрисдикцией РФ, содержит ряд определений, которые, в принципе, применимы и к Интернет, поскольку сформулированы довольно обще и вобщем-то учитывают перспективы развития коммуникаций следует привести эти определения:
. электрическая связь (электросвязь) — всякая передача или прием знаков, сигналов, письменного текста, изображений, звуков по проводной, радио-, оптической и другим электромагнитным системам;
. сети электросвязи — технологические системы, обеспечивающие один или несколько видов передач: телефонную, телеграфную, факсимильную, передачу данных и других видов документальных сообщений, включая обмен информацией между ЭВМ, телевизионное, звуковое и иные виды радио- и проводного вещания;
. сеть связи общего пользования — составная часть взаимоувязанной сети связи Российской Федерации, открытая для пользования всем физическим и юридическим лицам, в услугах которой этим лицам не может быть отказано;
. предприятия, учреждения и организации связи (далее — предприятия связи) — юридические лица независимо от форм собственности, предоставляющие услуги электрической или почтовой связи физическим и юридическим лицам в качестве основного вида деятельности;
Таким образом, трудно сомневаться в том, что сеть Интернет относится к сетям электросвязи общего пользования, а провайдеры — к предприятиям и организациям связи. При принятии подобного утверждения с необходимостью вытекает возможность осуществления и регулирования Интернета на основании указанного нормативного акта (в первую очередь это относится к ограничениям, связанным с деятельностью провайдеров — лицензирование, сертификация и т.д.).
При этом почтовая связь не относится к сетям электросвязи, однако в рамках Интернета такое разделение исчезает, а Закон его не предусматривает, соответственно и Закон РФ «О почтовой связи» к этим отношениям не применим.
Статья 23 Конституции говорит о праве каждого на тайну «иных сообщений»
(то есть не относящихся к почтовым, телефонным, телеграфным и тд). Из этого неизбежно вытекает, что за перехват и «вскрытие» чужих электронных писем может наступить и уголовная ответственность (по статье 138 УК РФ).
Ссылки на страницы других людей или организаций — вещь вполне безобидная, но лишь до определеннного момента. Вопрос, который наиболее часто задается, таков — что делать, если кто-то проставил ссылку на мою страницу без моего разрешения?
А почему это должно Вас беспокоить? Возможно множество причин
(например, ссылка анонсируется таким образом, что у пользователя, переходящего по ссылке, создается искаженое, предвзятое либо какое-нибудь другое негативное впечатление от этой странице. В таких случаях вполне правомерно требовать удаления таких ссылок, но, ссылаясь на различные правовые основания (так, ссылка, которая дает возможность пользователю думать о странице, к которой он переходит, как о результате творческого труда того, кто эту ссылку поставил, будет запрещена законом об авторском праве. Если же тело ссылки составляют слова «страницы самых законченных идиотов» — речь идет о защите личных неимущественных благ «идиотов» (не исключено, что гражданско-правовая ответственность в этом случае не предел, дело может дойти и до уголовного дела (со статьями 129 и 130 УК РФ). При этом ни способ распространения заведомо ложных сведений (клевета), ни способ унижения чести и достоинства другого лица, выраженного в неприличной форме (оскорбление), для законодателя никакого значения не имеют — оба состава являются формальными (то есть преступление считается совершенным с момента совершения описанных действий и закон индифферентен к факту наступления или отсутствия общественно-опасных последствий).
§12. Государственный контроль над Сетью.
Существует проект создания общероссийской телекоммуникационной системы
“Деловая сеть” при участии крупнейшего провайдера АО Релком и ФАПСИ. Работы по созданию Деловой Cети проводятся на основании указов Президента
Российской Федерации N 622 от 3 июля 1995 года[32] и N 6 от 4 января 1996 года[33], определяющих задачу формирования общероссийской телекоммуникационной системы…» Происходит довольно необычная вещь: вполне успешная коммерческая структура вливается в полугосударственный конгломерат при участии спецслужб. И без того самый большой провайдер Интернет становится как бы «провайдером в законе». Для иллюстрации представьте себе аналогичную ситуацию в США: Федеральное правительство покупает контрольный пакет акций America-on-Line и поручает ФБР обеспечить защиту частной электронной переписки ее клиентов.
Но в условиях абсолютного контроля со стороны
Госкомсвязи и Госсвязьнадзора провайдеры не могут позволить себе заявить о ущемлении прав. Госструктуры всегда могут найти формальное нарушение в работе провайдера — и отнять у этого провайдера лицензию. А в сегодняшних жесткоконкурентных условиях достаточно на неделю остаться без лицензии — и провайдер навсегда исчезнет с рынка. Еще одним премером нарушения прав человека является инициатива ФСБ по созданию «Системы оперативно розыскных мероприятий» (СОРМ). Цель — установить неограниченный контроль за электронными коммуникациями в России.
Есть два документа. Первый — это утверждаемые на уровне зам. директора
ФСБ России «Технические требования к Системе технических средств по обеспечению функций оперативно-розыскных мероприятий на сетях документальной электросвязи». Второй документ, также утверждаемый на том же серьезном уровне, это «Порядок внедрения Системы оперативно- розыскных мероприятий (СОРМ) на сетях документальной электросвязи”. В них отсутствует схема проверки наличия санкций прокурора.
Также существует Письмо Минсвязи РФ от 11 ноября 1994 г.
N 252 «О порядке внедрения СОРМ на внутренних сетях связи Российской
Федерации» во исполнение приказа Министерства связи Российской Федерации от
24 июня 1992 N 226 «Об использовании средств связи для обеспечения оперативно-розыскных мероприятий Министерства безопасности Российской
Федерации»[34].
Большинство этих документов даже не было опубликовано, что является обязательным для введения их в действие согласно существующему законодательству. Собственно, именно эти незаконные (неопубликованные) ведомственные акты по «телефонной» СОРМ и легли в основу проекта «сетевой»
СОРМ. Важно вернуться к этой проблеме, но нельзя забывать, что «прослушка» телефонов юридически устроена по другому, нежели «обыск» почтовых ящиков, хищение собственности-информации и т. д.. Устную форму (к чему ближе подслушанная речь) нельзя путать с почти-вещами (собственностью) — документами, например. А поскольку для электронных документов не существует понятия «копии», то можно вести речь о краже оригиналов. С собственностью и документами режим обращения другой, нежели с высказываниями.
Можно отметить три особенности данного проекта ФСБ и ситуации, которая сложилась вокруг него в России. Первое: проект СОРМ фактически устраняет для ФСБ необходимость получать санкцию суда на «прослушивание» кого-либо.
Технические ограничения для ФСБ также отсутствуют, равно как и обязательства оглашать какие-либо аспекты этой деятельности. Таким образом секретная служба оказывается вне всякого контроля.
Второе: СОРМ — не закон (и не законопроект). СОРМ — ведомственный акт. Это значит, что ни Парламент, ни Президент не будут иметь отношения к принятию этого документа. Он должен быть лишь зарегистрирован в Министерстве юстиции.
Третья отличительная черта проекта такова: секретная служба рассчитывает, что все расходы будут покрыты провайдерами. Надо сказать, что действующее российское законодательство подтверждает, что именно государство (а не его граждане) обязано платить за оперативно-розыскную деятельность своих спецслужб.
На Западе строятся гигантские, чрезвычайно дорогие системы, аналог нашего СОРМа, по контролю за сетью. Но с точки зрения вычислительных ресурсов, это практически невозможно на настоящий момент. Чтобы вы представляли, допустим, объем траффика, только электронной почты, у провайдера Дукс — это один из лидирующих провайдеров в Санкт-Петербурге, хотя и не самый крупный, — составляет в день порядка 300-400 мегабайт текста. Это только почта, которая проходит через узел. Представляется, что у этой системы мало шансов оправдать себя.
Глава 3. Электронная коммерция.
§ 1. Совершение сделок путем электронного обмена данными.
Бумажная документация вытесняется средствами электронных сообщений. В зарубежной и международной деловой практике данное явление нашло закрепление в такой юридической категории, как «электронная коммерция».
Причем последняя имеет очень широкое толкование и охватывает вопросы, возникающие в связи со всеми отношениями коммерческого характера, которые включают (но не ограничиваются ими) следующие сделки: куплю-продажу, поставку, соглашение о распределении продукции, торговое представительство или агентство, факторинг, лизинг, проектирование, консалтинг, инжиниринг, инвестиционные контракты, страхование, соглашения об эксплуатации и концессии, банковские услуги, совместную деятельность и другие формы промышленного и делового сотрудничества, перевозку грузов или пассажиров воздушным, морским, железнодорожным транспортом[35].
Основной правовой принцип «электронной коммерции» состоит в том, что стороны не вправе ставить под сомнение законность и действительность сделки только на том основании, что она совершена электронным способом.
Стороны договора не могут эффективно регулировать права, обязанности и ответственность третьих лиц — посредников между составителями и адресатами электронных сообщений. Посредник, не будучи стороной такого соглашения, является тем не менее важнейшим участником «электронной коммерции». Речь идет о названных выше независимых поставщиках услуг, системных службах или сетях, которые оказывают содействие при организации связи, например эксплуатации электронного почтового ящика, куда могут направляться сообщения, хранении сообщений или других более сложных операциях (торговые системы).
Чтобы помочь странам преодолеть подобные правовые препятствия, в 1995 году Комиссией Организации Объединенных Наций по праву международной торговли (ЮНСИТРАЛ) был разработан типовой закон «О правовых аспектах электронного обмена данными». Закон представлен в качестве модели, при помощи которой страны могут в национальном законодательстве решить основные проблемы, связанные с юридической значимостью записей в памяти ЭВМ, требованием письменной формы, удостоверением подлинности, общими условиями, распределением риска и ответственностью при несоблюдении сторонами обязательств, возникающих из договоров, заключенных при помощи электронных средств. Типовой закон предусматривает равный правовой режим бумажной документации и компьютеризированной информации.
На 29-й сессии ЮНСИТРАЛ, проведенной в Нью-Йорке 14 июня 1996 г., был утвержден новый текст типового закона и его новое название: «О коммерческих операциях с применением электронных средств».
Банк России наметил основные среднесрочные пути совершенствования платежной системы. Цель — формирование современной телекоммуникационной и информационной среды, автоматизированной системы расчетов, работающей преимущественно в режиме реального времени.
Создание системы расчетов в режиме реального времени предполагает в ближайшем будущем отказаться от применения в работе Банка России и кредитных организаций бумажных носителей первичной информации и перейти к работе с электронными документами.
Для этого в короткие сроки Банку России предстоит разработать нормативную базу использования «электронных» документов при осуществлении расчетов, определить правила применения электронной подписи, поставить задачу и обеспечить разработку во взаимодействии с ФАПСИ сертифицированных программных средств для ее реализации, найти методы решения проблем защиты электронных документов, внести предложения об ответственности за нарушение установленных правил. Развитие системы платежей в режиме реального времени будет основываться на развертывании телекоммуникационной сети Банка России, обеспечивающей бесперебойное (круглосуточное) и качественное функционирование платежной системы.[36]
§ 2. Правовое регулирование сделок в Интернете.
Как известно, всемирная компьютерная сеть — целинная земля для юриспруденции. Однако не стоит драматизировать существующую ситуацию.
Законы, относящиеся к заключению сделок, во всех странах различны, и когда сделку заключают представители разных государств, всегда возникает вопрос, каким правом решать конфликты между сторонами. Этот вопрос возникает с тех пор, как возникло понятие международной торговли. А регулирование международных торговых отношений складывалось веками, и нормы международного права вполне определенно способствуют решению таких конфликтов. Уже давно существуют международные договоры, регламентирующие торговые отношения.
Если говорить о российском законодательстве и порядке заключения сделок, то следует отличать простую письменную форму сделки от ее
«бумажного» оформления. Гражданский кодекс Российской Федерации не требует, чтобы сделка непременно была отражена на бумажном носителе. Пункт 1 статьи
160 Гражданского кодекса указывает лишь на то, что сделка должна быть совершена путем составления документа, а на бумаге этот документ или нет — закон не упоминает. Кроме того, следующий пункт этой же статьи допускает использование «электронно-цифровой подписи либо иного аналога собственноручной подписи в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон». А как можно поставить электронно-цифровую подпись на бумаге?
Далее Гражданский кодекс утверждает, что «Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору» (п.2 ст. 434). И самое интересное: письменный договор может быть… вообще не «написан», если лицо, получившее оферту, выполняет указанные в ней условия (например, производит оплату, указывает ассортимент, наименование товара, адрес доставки).
Если рассматривать конкретно правовые нормы, регламентирующие виртуальную торговлю, то и здесь нет правового вакуума: помещение на сервере информации о предлагаемых товарах будет рассматриваться как публичная оферта (ст. 494 ГК), а к заключаемым договорам применимы правила продажи товаров по образцам (ст. 494 ГК), которые существовали и до принятия действующего Гражданского кодекса (Постановление Правительства РФ от 19 августа 1994 г. N 970 «Об утверждении Правил продажи товаров по образцам» и Постановление Правительства РФ от 20 февраля 1995 г. N 169 «Об утверждении Правил продажи товаров по заказам и на дому у покупателей»).
Итак, российское законодательство имеет определенные средства для регулирования проводимой в Интернете коммерческой деятельности.
Следовательно, заключенные через Сеть сделки никак нельзя рассматривать как изначально недействительные, и стороны имеют полное право отстаивать в суде свои интересы по «виртуальным» договорам.
Применимо и законодательство касающееся защиты прав потребителей. Если покупатель виртуальных товаров находится в России (и неважно, иностранец он или российский гражданин), то он всегда может обратиться к закону «О защите прав потребителей», причем независимо от гражданства продавца. Если продавец — российское юридическое лицо, то в этом случае сделка будет полностью регламентирована нормами законодательства Российской Федерации.
Если продавец — иностранная компания, то вопрос решается несколько сложнее.
Раздел: Электронный документоборот.
§ 3. Понятие электронного документа. Правовой режим.
Попытки разработать правовую базу электронного документооборота (ЭДО) в нашей стране предпринимались с середины 70-х годов. Был принят ряд ведомственных актов о требованиях к внутриотраслевым машинным документам
(например, Приказом N 158 от 29 декабря 1980 г. Государственный комитет
СССР по делам изобретений и открытий утвердил Положение «О всесоюзной магнитно-ленточной службе патентной информации». Свои положения были разработаны в ЦСУ СССР, Госплане СССР и некоторых других министерствах и ведомствах).
20 апреля 1981 г. Государственный комитет по науке и технике СССР постановлением N 100 утвердил «Временные общеотраслевые руководящие указания о придании юридической силы документам, создаваемым средствами вычислительной техники».[37] В этом акте, в частности, говорилось, что документ на магнитном носителе «используется без преобразования в человекочитаемую (визуальную) форму при передаче информации на предприятия, в организации и учреждения или для обмена информацией между ними» (п. 3).
Государственный комитет СССР по стандартам 9 октября 1984 г. ввел ГОСТ
6.10.4-84 «Придание юридической силы документам на машинном носителе и машинограмме, создаваемым средствами вычислительной техники». Данный стандарт определял требования к составу и содержанию реквизитов, придающих юридическую силу документам на машинных носителях информации, создаваемым средствами вычислительной техники, а также порядок внесения изменений в указанные документы.
Остановимся на некоторых основных его положениях.
Как и во Временных указаниях, в стандарте допускалось
«транспортирование (передача, пересылка и т.д.) документа на магнитном носителе». Правда, при этом требовались сопроводительное письмо на бланке организации с личной подписью уполномоченного лица и передача магнитного носителя, на котором записан документ, что, по существу, ставило вне данного ГОСТа передачу электронных документов (ЭД) по телекоммуникационным каналам.
В ГОСТе подробно описывались требования к реквизитам документов, перечислялись обязательные реквизиты (наименование организации-создателя документа, наименование документа, дата создания, код ответственного лица и т.п.), т.е. устанавливались требования к форме документа, связанные с его информационным наполнением.
Было введено понятие подлинника, дубликата, копии документа на машинном носителе. Подлинник документа на машинном носителе определен как
«первая во времени запись документа на машинном носителе, содержащая указание, что этот документ является подлинником» (п. 3.2). Формулировка понятия подлинника документов на машинных носителях кажется не совсем удачной, поскольку до настоящего времени не существует технических средств и способов, позволяющих точно установить, какая из побитовых копий файла была записана на машинный носитель раньше. Поэтому представляется, что целесообразнее было бы считать, что электронный документ может иметь сколь угодно много подлинников. Вместе с тем существует мнение о том, что электронный документ вообще не может иметь дубликатов и копий[38].
Важным моментом является то, что стандарт признавал за подлинниками, дубликатами, копиями документов на машинном носителе, равно как и за машинограммами (копиями машинных документов на традиционных носителях), одинаковую юридическую силу при соблюдении установленных к ним требований.
§ 4. Электронно-цифровая подпись как элемент подлинности.
Несколько статей Федерального закона «Об информации, информатизации и защите информации» посвящено этим вопросам. В частности, п. 3 ст. 5 данного
Закона гласит: «Юридическая сила документа, хранимого, обрабатываемого и передаваемого с помощью автоматизированных информационных и телекоммуникационных систем, может подтверждаться электронной цифровой подписью.
Юридическая сила электронной цифровой подписи признается при наличии в автоматизированной информационной системе программно-технических средств, обеспечивающих идентификацию подписи, и соблюдении установленного режима их использования». Такая формулировка предполагает, что электронный документ может быть заверен ЭЦП и использован в тех случаях, когда явно не предусмотрены другие требования к форме документа, т. е. введение данной нормы, по существу, не расширило возможности использования ЭДО в гражданском обороте.
Принципиально новая ситуация сложилась после принятия нового ГК.
Обратимся к статьям ГК, касающимся использования электронных документов и электронно-цифровой подписи.
Согласно ст. 160 («Письменная форма сделки»), использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронно-цифровой подписи либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.
В соответствии со ст. 434 («Форма договора») договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.
И наконец, ст. 847 («Удостоверение права распоряжения денежными средствами, находящимися на счете») устанавливает, что договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и другими документами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (п. 2 ст. 160), кодов, паролей и иных средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом.
Таким образом, ГК разрешил использование электронных документов, заверенных электронно-цифровой подписью, во всех случаях, когда требуется письменная форма сделки, за исключением тех, при которых установлены специальные требования к форме документа (специальная бумага, мастичная печать и т. п.). В тех случаях, когда подобные требования установлены подзаконными актами, для применения ЭДО достаточно решения соответствующих органов (на основании норм ГК и Закона «Об информации, информатизации и защите информации») о возможности использования параллельно с традиционными и электронных документов.
§ 5. Электронный документ как доказательство.
Почти одновременно с началом практического применения документов на машинных носителях информации возник вопрос о возможности использования таких документов в качестве доказательств.
Еще в 1979 г. Государственный арбитраж СССР принял инструктивные указания N И-1-4 «Об использовании в качестве доказательств по арбитражным делам документов, подготовленных с помощью электронно-вычислительной техники»[39]. В соответствии с названным актом данные, содержащиеся на машинном носителе информации, могут быть использованы в качестве доказательств по арбитражному делу. Для этого они должны быть преобразованы в форму, пригодную для обычного восприятия и хранения в деле.
С учетом того, что бумажная копия и подлинник электронного документа имеют одинаковую юридическую силу, остается рассмотреть только вопрос о процедуре создания бумажной копии документа.
Частично данная проблема решена в п. IV Информационного письма Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 19 августа 1994 г. N С1-7/ОП-587
«Об отдельных рекомендациях, принятых на совещаниях по судебно-арбитражной практике»[40]. В Письме указывается, что при возникновении спора о наличии документов, подписанных электронно-цифровой подписью, стороны должны предъявить выписку из договора, в котором указана процедура порядка согласования разногласий. Если же такая процедура в договоре отсутствует и одна из сторон оспаривает наличие документа, подписанного ЭЦП, то арбитражный суд вправе не принимать в качестве доказательств документы, подписанные ЭЦП.
Письмо Высшего Арбитражного Суда РФ от 7 июня 1995 г. N С1-7/оз-316 о
Федеральном законе «Об информации, информатизации и защите информации»[41] тоже посвящено обсуждаемому вопросу. В нем говорится, что юридическая сила документа, хранимого, обрабатываемого и передаваемого с помощью автоматизированных информационных и телекоммуникационных систем, может подтверждаться электронной цифровой подписью. Юридическая сила электронной цифровой подписи признается при наличии в автоматизированной информационной системе программно-технических средств, обеспечивающих идентификацию подписи, и при соблюдении установленного режима их использования. При подтверждении юридической силы документа с электронной цифровой подписью такой документ может признаваться в качестве доказательства по делу, рассматриваемому арбитражным судом. Правда, не разъяснено, каким образом
(на основании каких процедур) решаются вопросы, связанные с непризнанием одной из сторон электронной подписи под документом. Имеется лишь указание на то, что право удостоверять идентичность электронной цифровой подписи осуществляется на основании лицензии. Но вопроса о процедуре подобной экспертизы данное указание не снимает.
Если принять такой подход, то по крайней мере в рамках арбитражного процесса отпадет вопрос о возможности использования электронного документа в качестве доказательства и не возникнет потребности во введении нового вида доказательств «информационно-вычислительных»[42].
Раздел: Защита информации.
§ 6. Безопасность и конфиденциальность.
Нельзя не затронуть вопрос о безопасности передачи данных, содержащих конфиденциальную информацию, в более общем плане. Обеспечивает ли Интернет сохранение тайны личной переписки через электронную почту; можно ли скопировать информацию, не предназначенную для передачи третьим лицам; защищена ли информация, передаваемая по сети, от компьютерных вирусов? Пока большинство экспертов дает неутешительный ответ: Интернет не обеспечивает желательного уровня безопасности. Причем это связано даже не столько с отсутствием необходимых технических возможностей, сколько с политикой компаний, предоставляющих сетевые услуги. Можно внедрить уровни защиты, для
«взлома» которых потребуются такие затраты средств и рабочего времени, что они станут просто невыгодными для недобросовестного пользователя сети. Но при этом уменьшатся и удобства для добросовестных клиентов (потребуется запоминать много дополнительной информации, например, паролей; возможно, потребуется приобрести дополнительное оборудование), что снизит для некоторых из них привлекательность оказываемой услуги и побудит обратиться к конкурентам.
Иным методом обеспечения конфиденциальности является применение средств шифрования. Это непосредственно затрагивает интересы государственной безопасности. Особо жестко регулируется (по существу, запрещается) передача и экспорт собственно шифровальных средств — компьютерных программ и аппаратного обеспечения. Возникает коллизия между интересами государства и частного пользователя. Она имеет как теоретический интерес — соответствуют ли вводимые ограничения конституционным правам на свободу слова (в более узком значении — на передачу информации), так и практическое значение для охраны имущественных и иных законных интересов пользователей сети при совершении возмездных сделок.
§ 7. Разработка средст защиты информации.
Федеральный закон «Об информации, информатизации и защите информации» от 25 января 1995 г. устанавливает, что организации, выполняющие работы в области проектирования и производства средств защиты информации, должны получать лицензии на этот вид деятельности (ст. 19, п. 3).
Лицензирование деятельности, связанной с шифровальными средствами и предоставлением услуг по шифрованию информации, осуществляет Федеральное агентство правительственной связи и информации при Президенте Российской
Федерации (ФАПСИ). Выдача лицензий производится на основании «Положения о государственном лицензировании деятельности в области защиты информации», утвержденного решением Государственной технической комиссии при Президенте
РФ и ФАПСИ 27 апреля 1994 г., и «Типовых требований к заявителям на право осуществления деятельности в области разработки, производства и реализации средств криптографической защиты информации (СКЗИ), не содержащей сведений, составляющих государственную тайну», которые утверждены ФАПСИ 15 июня 1995 г.
Указом Президента РФ от 3 апреля 1995 г. N 334[43] «О мерах по соблюдению законности в области разработки производства, реализации и эксплуатации шифровальных средств, а также предоставления услуг в области шифрования информации» запрещена «деятельность юридических и физических лиц, связанная с разработкой, производством, реализацией и эксплуатацией шифровальных средств, а также защищенных технических средств хранения, обработки и передачи информации, предоставлением услуг в области шифрования информации, без лицензий, выданных Федеральным агентством правительственной связи и информации при Президенте Российской Федерации» (п. 4).
Заключение.
Интернет пока еще мало мало исследован с точки зрения юридической специфики отношений, возникающих в связи с его существованием и практическим применением. И прежде всего предстоит решить два вопроса принципиального характера.
Первый — о юридической природе самого Интернета[44]. Что это — субъект права, вступающий в различные отношения со своими клиентами, или объект правоотношений, природу которых еще только предстоит уточнить?
Второй вопрос — о праве, применимом к этим правоотношениям. Если оно существует, то какая нормативная база его составляет, к какой системе и отрасли эти правовые нормы можно отнести? Если его до сих пор нет, то на чем же основывалось развитие Интернета до настоящего времени и что стоило бы предпринять в этом отношении в будущем?
Мнение о «новизне» Интернета как субъекта права представляется безосновательными. Поскольку он не является юридическим лицом, а организации, вступающие в вышеуказанные правоотношения, способны самостоятельно осуществлять свои права и нести обязанности.
Все вышесказанное подтверждает, что у Интернета невозможно выделить признаки, обычно характеризующие юридическое лицо. Интернет не обладает организационным единством, не инкорпорирован ни в одной из стран мира и не создан как международная организация. Интернет не имеет собственного обособленного имущества, так как используемые в нем материальные и информационные ресурсы принадлежат на праве собственности самым разным субъектам (каналы связи — телекоммуникационным компаниям; компьютеры, прои зводящие подключение к сети — поставщикам; компьютеры клиентов — самим клиентам; техническое и программное обеспечение работы магистральных сетей
— владельцам таких сетей; распространяемая на коммерческих условиях информация — ее производителям и прочим владельцам). Не способен Интернет и иметь какие-либо самостоятельные права и нести обязанности, так как за каждым возникающим при работе в Интернете правоотношением стоит конкретный правоспособный субъект.
С другой стороны правовые отношения порождает не Интернет как компьютерная сеть, а сами объекты, которые тем или иным образом связаны с такой сетью. Сам по себе Интернет как компьютерная сеть не является каким- либо новым объектом права, который можно было бы поставить в один ряд, например, с регулированием исключительных прав, права собственности или деликтной ответственности. Не может быть Интернет в строгом смысле и объектом гражданского права подобно имуществу, информации или правам на результаты интеллектуальной деятельности. Здесь больше возникает вопросов чем ответов.
Сеть сейчас — это десятки и сотни миллионов пользователей. Это очень сильное и большое государство. Но государство анархическое, которое не имеет территории и не имеет четких прав и обязанностей. Интернет — это уникальная социальная среда. С момента своего возникновения человечество не предлагало такого инструмента и, скажем так, средства самовыражения. Хотя, на мой взгляд, Интернет в целом — это опасная вещь. Информации в ней много, но опасность социального раздвоения, когда люди не хотят выходить на улицу после сидения за компьютером, как банально это ни звучит, — она очень велика.
Вогнать Интернет в рамки законов крайне сложно. Эта сеть привыкла развиваться самостоятельно, регулируя основные вопросы собственными силами, потому что с самого начала никто не думал о том, что деятельность и жизнь в
Сети надо будет регулировать на уровне законодательных органов. Интернет в настоящий момент представляет собой интереснейший пример того, насколько удачно и эффективно может развиваться столь сложная техническая система практически в отсутствие формального правого регулирования и унификации на международном (межгосударственном) уровне. Здесь необходим минимум императивных норм и максимум диспозитивных.
Развитие сети Интернет в ближайшем будущем превратит сеть в стандартный канал социальных коммуникаций, по которому будут осуществляться подавляющее число розничных торговых операций, перевод денежных средств, будут выполняться все функции связи и вещать средства массовой информации.
Возникнут новые социальные группы, новая идеология, сформируется новый психологический образ жителя планеты XXI века. Тем самым природа открывшихся возможностей позволит успешно дублировать классические социальные связи материального мира, привязанного к географии планеты и, в некоторых случаях, заменять их. Рано или поздно Интернет станет наиболее универсальной формой взамодействия.
Список использованной литературы:
Законы:
1. Конституция Российской Федерации;
2. Гражданский Кодекс Российской Федерации ч.1 ,ч. 2// М. 1998г;
3. Закон РФ от 27 декабря 1991 г. N 2124-1 «О средствах массовой информации» (с изменениями от 13 января, 6 июня, 19 июля, 27 декабря 1995 г., 2 марта 1998 г; // Ведомости Съезда народных депутатов РФ и
Верховного Совета РФ от 13 февраля 1992 г., N 7, ст. 300;
4. Федеральный закон от 20 февраля 1995 г. N 24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации»// СЗ РФ от 20 февраля 1995 г., N 8, ст.609;
5. Федеральный закон от 16 февраля 1995 г. N 15-ФЗ «О связи» (с изменениями от 6 января 1999 г.)// СЗ РФ от 20 февраля 1995 г., N 8, ст. 600;
6. Федеральный закон от 18 июля 1995 г. N 108-ФЗ «О рекламе» // СЗ РФ от 24 июля 1995 г., N 30, ст. 2864;
7. Закон РФ от 9 июля 1993 г. N 5351-I «Об авторском праве и смежных правах»;// Ведомости Cъезда народных депутатов РФ и Верховного Совета
РФот 12 августа 1993 г., N 32, ст. 1242;
8. Закон РСФСР от 22 марта 1991 г. N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (с изменениями от 24 июня 1992 г.)// Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного
Совета РФ от 18 апреля 1991 г., N 16, ст. 499;
9. Закон РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» (с изменениями от 9 января 1996 г,)// Ведомостях Съезда народных депутатов
Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации от 9 апреля
1992 г., N 15, ст. 766// СЗ РФ от 15 января 1996 г. N 3, ст. 140;
10. Закон РФ от 23 сентября 1992 г. N 3520-1 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»//»Ведомости
Съезда Народных Депутатов Российской Федерации и Верховного Совета
Российской Федерации» N 42 от 22 октября 1992 г., ст. 2322;
Подзаконные акты:
1. Указ Президента РФ от 3 апреля 1995 г. N 334 «О мерах по соблюдению законности в области разработки производства, реализации и эксплуатации шифровальных средств, а также предоставления услуг в области шифрования информации»;
2. Временные общеотраслевые руководящие указания «О придании юридической силы документам, создаваемым средствами вычислительной техники» утверждены постановлением Государственного комитета по науке и технике
СССР N 100 от 20 апреля 1981 г;
3. «Придание юридической силы документам на машинном носителе и машинограмме, создаваемым средствами вычислительной техники» утверждены
Государственным комитетом СССР по стандартам от 9 октября 1984 г. ГОСТ
6.10.4-84;
4. Письмо Минсвязи РФ от 11 ноября 1994 г. N 252 «О порядке внедрения
СОРМ на внутренних сетях связи Российской Федерации» во исполнение приказа Министерства связи Российской Федерации от 24 июня 1992 N 226 «Об использовании средств связи для обеспечения оперативно-розыскных мероприятий Министерства безопасности Российской Федерации»;
Нормы международного права:
1. Комиссия Организации Объединенных Наций по праву международной торговли
(ЮНСИТРАЛ), Закон «О коммерческих операциях с применением электронных средств» от 14 июня 1996 г;
2. Комиссия Организации Объединенных Наций по праву международной торговли
(ЮНСИТРАЛ). Закон «О правовых аспектах электронного обмена данными». 1995 г;
3. Всемирная конвенция об авторском праве от 6 сентября 1952 г.
(пересмотрена в Париже 24 июля 1971 г.);
Специальная литература:
1. Карась И.З., «Юридические факты и доказательства в информационных правоотношениях» // «Советское государство и право» 1988. N 11;
2. Косовец А.А., «Правовой режим электронного документа» // «Вестник
Московского университета», Серия 11, Право, 1997, N 5;
3. Косовец А.А., «Правовое регулирование электронного документооборота»//
Вестник Московского университета, Серия 11, Право, 1997, N 4;
4. Hаумов В.Б., Хpамов Ю.Е., «Интеpнет и отечественное пpавовое поле» //
Сборник тезисов докладов III Международной электронной научной конференции «Современные проблемы информатизации-98». Изд. Воронежского педуниверситета, 1998г.;
5. Наумов В.Б., «Правовые проблемы существования информации в сети
Интернет». II Санкт-Петербургская Ассамблея молодых ученых и специалистов, 8 декабря 1997 г. Сб. докл. и тез. Санкт-Петербург;
6. Сергеев А.П., «Право интеллектуальной собственности в Российской
Федерации» // Москва, 1996;
7. Соловяненко Н., «Совершение сделок путем электронного обмена данными
(Принципы правового подхода)»// «Хозяйство и право», 1997, NN 6-7;
8. Степанов В.В., Наумов В.Б., «WEB-Депозитарий: нетрадиционный метод защиты авторских прав» // Тезисы докладов VI Санкт-Петербургской международной конференции «Региональная Информатика-98» РИ-98, Санкт-
Петербург, 2-4 июня 1998г.;
9. Якушев М.А., «Интернет и право»// «Законодательство», 1997, N 1;
Использованы следующие Web-ресурсы:
1. Радио свобода, программа “Седьмой континент” http://www.svoboda.ru ;
2. Ивлев Александр, sasha@kadis.spb.ru http://www.kadis.spb.ru «Право
Интернет Реальность»;
3. Ивлев Александр, sasha@kadis.spb.ru http://www.kadis.spb.ru «Охрана авторских прав в Интернет: проблема, которая выдумана.»;
4. Куприянов Алексей, advocat@apparel.ru http://www.advocat.apparel.ru
«Интернет и право» ;
5. Наумов Виктор, nau@mail.iias.spb.su http://www.vic.spb.ru
«Российские домены: опасности и правовые возможности»;
6. Наумов Виктор, nau@mail.iias.spb.su http://www.vic.spb.ru «Кому принадлежит доменное имя в зоне *.RU ?» ;
7. Наумов Виктор, nau@mail.iias.spb.su http://www.vic.spb.ru
«Организационно-правовое взаимодействие клиента и провайдера
Интернет» ;
8. Наумов Виктор, nau@mail.iias.spb.su http://www.vic.spb.ru «Некоторые организационно-правовые вопросы развития и использования сети
Интернет в РФ.» Предложение концепции;
9. Наумов Виктор, nau@mail.iias.spb.su http://www.vic.spb.ru «Судьба объектов интеллектуальной собственности в российском сегменте сети
Интернет»;
10. Наумов Виктор, nau@mail.iias.spb.su http://www.vic.spb.ru
«Особенности правового регулирования сети Интернет» ;
11. Наумов Виктор, nau@mail.iias.spb.su http://www.vic.spb.ru «Проблемы реализации авторских прав в сети Интернет»;
12. Наумов Виктор, nau@mail.iias.spb.su http://www.vic.spb.ru «Правовые аспекты адресации в Интернете.» ;
13. Наумов Виктор, nau@mail.iias.spb.su http://www.vic.spb.ru
«Нормативизм против энтузиазма прогресса»;
14. Центр «Право и СМИ» http://www.medialaw.ru : комментарий «Борьба с нарушениями авторских прав в сети Интернет: попытка самоурегулирования»;
15. Чувахин Николай, nc@iname.com http://www.vic.spb.ru «Право и
Интернет: а есть ли пересечение?»;
Судебная практика:
1. Письмо Высшего Арбитражного Суда РФ от 7 июня 1995 г. N С1-7/оз-316 о Федеральном законе «Об информации, информатизации и защите информации»;
2. Информационного письма Высшего арбитражного суда Российской
Федерации от 19 августа 1994 г. N С1-7/ОП-587 «Об отдельных рекомендациях, принятых на совещаниях по судебно-арбитражной практике»;
3. 1979 г. Инструктивные указания Государственного арбитража СССР N И-1-
4 «Об использовании в качестве доказательств по арбитражным делам документов, подготовленных с помощью электронно-вычислительной техники» // Текст инструктивных указаний опубликован в
Систематизированном сборнике инструктивных указаний Государственного арбитража при Совете министров СССР, Москва, 1987;
————————
[1] Федеральный закон от 20 февраля 1995 г. N 24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации»// СЗ РФ от 20 февраля 1995 г., N 8, ст.609;
[2] Закон РФ от 27 декабря 1991 г. N 2124-1″О средствах массовой информации» (с изменениями от 13 января, 6 июня, 19 июля, 27 декабря 1995 г., 2 марта 1998 г.) //. Ведомости Съезда народных депутатов РФ и
Верховного Совета РФ от 13;
[3] Закон РФ от 9 июля 1993 г. N 5351-I «Об авторском праве и смежных правах» // Ведомости Cъезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФот
12 августа 1993 г., N 32, ст. 1242;
[4] Ивлев Александр, sasha@kadis.spb.ru http://www.kadis.spb.ru «Право
Интернет Реальность»
[5] Чувахин Николай, nc@iname.com http://www.vic.spb.ru/ «Право и
Интернет: а есть ли пересечение?»
[6] «Интернет и право» (Якушев М.А., «Законодательство», 1997, N 1)
[7] Гражданский кодекс РФ. М. 1998г.
[8] Закон РФ от 9 июля 1993 г. N 5351-I «Об авторском праве и смежных правах» // Ведомости Cъезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФот
12 августа 1993 г., N 32, ст. 1242;
[9] . Портфель документов, в которых опубликованы стандарты Internet, Их число приближается к полутора тысячам. Большинство этих документов имеет сугубо технический характер.
[10] Всемирная конвенция об авторском праве от 6 сентября 1952 г.
(пересмотрена в Париже 24 июля 1971 г.);
[11] Закон РФ от 9 июля 1993 г. N 5351-I «Об авторском праве и смежных правах» //Текст Закона опубликован в «Российской газете» от 3 августа 1993 г., Ведомостях Cъезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного
Совета Российской Федерации от 12 августа 1993 г., N 32, ст. 1242
[12] Закон РФ от 9 июля 1993 г. N 5351-I «Об авторском праве и смежных правах»
[13] А.П. Сергеев. Право интеллектуальной собственности в Российской
Федерации. Москва, 1996.
[14] Чувахин Николай, nc@iname.com http://www.vic.cpb.ru «Право и
Интернет: а есть ли пересечение?»
[15] Режим он-лайн — диалог в реальном времени;
[16] web-страница;
[17] Комментарий Центра «Право и СМИ» Борьба с нарушениями авторских прав в
Сети Интернет. http://www.medialaw.ru
[18] Ивлев Александр, sasha@kadis.spb.ru http:// www.kadis.spb.ru «Охрана авторских прав в Интернет: проблема, которая выдумана»
[19] Закон РФ от 9 июля 1993 г. N 5351-I «Об авторском праве и смежных правах»
[20] В.Б. Наумов. Фрагмент из стенограммы конференции «Актуальные проблемы телекоммуникационного права», 4-5 июля 1998 года, Центр Права и СМИ.
[21] Российский научно-исследовательский институт развития общественных сетей http://www.ripn.net;
[22] http://www.ripn.net:8082/nic/DNS/index.html.ru
[23] перевод документа http://rs.internic.net/domain-info/nic-rev02.html
[24] Закон РСФСР от 22 марта 1991 г. N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (с изменениями от 24 июня 1992 г.)// Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета
РФ от 18 апреля 1991 г., N 16, ст. 499;
[25] Закон РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» (с изменениями от 9 января 1996 г,)// Ведомостях Съезда народных депутатов
Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации от 9 апреля
1992 г., N 15, ст. 766// СЗ РФ от 15 января 1996 г. N 3, ст. 140;
[26] Закон РФ от 23 сентября 1992 г. N 3520-1 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров»//»Ведомости Съезда
Народных Депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской
Федерации» N 42 от 22 октября 1992 г., ст. 2322;
[27] В.Б. Наумов. Фрагмент из стенограммы конференции «Актуальные проблемы телекоммуникационного права», 4-5 июля 1998 года, Центр Права и СМИ.
[28] Закон РФ от 27 декабря 1991 г. N 2124-1″О средствах массовой информации» (с изменениями от 13 января, 6 июня, 19 июля, 27 декабря 1995 г., 2 марта 1998 г.)// Текст Закона опубликован в «Российской газете» от 8 февраля 1992 г. Ведомостях Съезда народных депутатов Российской Федерации и
Верховного Совета Российской Федерации от 13 февраля 1992 г., N 7, ст. 300
[29] Федеральный закон от 18 июля 1995 г. N 108-ФЗ «О рекламе» Принят
Государственной Думой 14 июня 1995 года.// Текст Федерального закона опубликован в «Российской газете» от 25 июля 1995 г., Собрании законодательства Российской Федерации от 24 июля 1995 г., N 30, ст. 2864;
[30] Ивлев Александр, sasha@kadis.spb.ru http://www.kadis.spb.ru «Право
Интернет Реальность»;
[31] Федеральный закон от 16 февраля 1995 г. N 15-ФЗ «О связи» (с изменениями от 6 января 1999 г.)// СЗ РФ от 20 февраля 1995 г., N 8, ст.
600;
[32] Текст Указа опубликован в СЗ РФот 10 июля 1995 г., N 28, ст. 2639;
[33] Текст Указа официально опубликован не был;
[34] Текст приказа официально опубликован не был;
[35] «Совершение сделок путем электронного обмена данными (Принципы правового подхода)» (Соловяненко Н., «Хозяйство и право», 1997, NN 6-7)
[36] Стратегия развития платежной системы России, утверждена Советом директоров Банка России (протокол N 15 от 1 апреля 1996 г.).
[37] Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств СССР. 1981. N 9.
С. 9 (далее — Временные указания).
[38] Правовой режим электронного документа» (Косовец А.А., «Вестник
Московского университета», Серия 11, Право, 1997, N 5)
[39] Текст инструктивных указаний опубликован в Систематизированном сборнике инструктивных указаний Государственного арбитража при Совете министров СССР, Москва, 1987
[40] Текст письма опубликован в Вестнике Высшего Арбитражного Суда
Российской Федерации, 1994, N 11
[41] Текст постановления опубликован в Вестнике Высшего Арбитражного Суда
Российской Федерации, 1995, N9
[42] Карась И.З. Юридические факты и доказательства в информационных правоотношениях // Советское государство и право. 1988. N 11. С. 92.
[43] Указ Президента РФ от 3 апреля 1995 г. N 334 // СЗ РФ от 10 апреля
1995 г., N 15, ст. 1285;
[44] «Интернет и право» (Якушев М.А., «Законодательство», 1997, N 1)
прокачки электролита снижается. Процесс будет неустановившимся с нестационарным по времени режимов обработки.
к детали 2. Межэлектродный зазор S — постоянный, т.е. режим стационарный. Электролит прокачивается со скоростью 
Q, г
— коэффициент пропорциональности (электрохимический эквивалент);
e).
лм, (5.4)