Оглавление

Введение

Глава 1. Понятие общества с ограниченной отвественностью и его правовой статус

1.1 Характеристика правового статуса общества с ограниченной ответственностью

1.2 Правоспособность общества с ограниченной ответственностью

Глава 2. Формирование уставного капитала и управление в обществе с ограниченной ответственностью

2.1 Функции и структура уставного капитала общества с ограниченной ответственностью

2.2 Обеспечение прав и интересов участников общества с ограниченной ответственностью с помощью уставного капитала

2.3 Организация управления в обществе с ограниченной ответственностью

Глава 3. Осуществление прав участниками общества с ограниченной ответственностью

3.1 Специфика прав участников общества с ограниченной ответственностью

3.2 Защита прав участников общества с ограниченной ответственностью

Заключение

Библиографический список

Введение

Актуальность темы исследования. В последнее время было опубликовано немало работ, посвященных изучению правовой формы ООО, однако лишь некоторые из них затрагивали вопрос взаимосвязи общества и его участников, многие же ограничивались лишь простым перечислением их прав. Права участников ООО представляют собой весьма интересный предмет исследования не только с научной, но и с практической точки зрения. Правоотношения, возникающие между обществом и его участником, составляют основу внутренней структуры любого юридического лица, отличают одну правовую форму от другой и наряду с другими характеристиками определяют выбор учредителей при создании организации.

Правовая форма ООО характерна прежде всего тем, что представляет собой синтез капиталистических и личных объединений. Эта черта и обусловливает как специфику набора, так и специфику содержания прав ее участников. Объединяя лишь капиталы, участники ООО наделяются целым рядом правомочий, позволяющих значительно усилить личный элемент в конструкции данного вида обществ.

По данным Министерства РФ по налогам и сборам, в Единый государственный реестр юридических лиц по состоянию на 1 октября 2006 года было включено более 2 млн. организаций, из которых 1,5 млн. — коммерческие. Из общего числа коммерческих юридических лиц около 1,1 млн. (77%) составляют общества с ограниченной ответственностью, второе место занимают акционерные общества — 170 тыс. компаний (12%), производственных кооперативов насчитывается 25,6 тыс. (2%), унитарных предприятий — 16 тыс. (1%), полных товариществ всего 520 компаний и товариществ на вере — 6881.

Степень научной разработанности темы. Правовое положение обществ с ограниченной ответственностью освещена в трудах таких авторов как Авилов Г.Е., Борякова С.А., Борисов А.Н., Бушева С.Г., Воинов В.Р., Горлов В.А., Горяинова Е.И., Игнатова Е.А., Каминка А.И., Камышанский В.П., Кашанина Т.В. Кротов А.В., Кулагин М.И., Макаров С.А., Лытнева Н.А., Могилевский С.Д., Опыхтина Е.Г., Пахомова Н.Н., Петникова О.В., Победоносцев К.П., Попондопуло В.Ф., Разумовская Е.А., Рогожин Н.А., Саяпина И.А., Серова О.А., Степанов А.Н., Сумской Д.А., Суханов Е.А., Тарасенко Ю.А., Тихомиров М.Ю., Урюжникова А.В., Файзутдинов И.Ш., Филиппова С.Ю., Фоломина Л.В., Шершеневич Г.Ф., Юкша Я.А. и других авторов.

Целями дипломного исследования является изучение и анализ вопросов связанных с функционированием такой организационно-правовой формы юридических лиц как общество с ограниченной ответственностью. Целевая направленность исследования обусловила необходимость решения следующих задач:

Изучение понятия общества с ограниченной ответственностью;

Рассмотрение вопросов правоспособности общества с ограниченной ответственностью;

Рассмотрение вопросов формирования уставного капитала общества и управления в обществе;

Рассмотрение вопросов формирования уставного капитала и права на него;

Оценка осуществления участниками общества своих прав;

Исследование вопросов защиты прав участников обществ с ограниченной ответственностью.

Объектом исследования дипломной работы являются общественные отношения, возникающие в области обеспечения функционирования обществ с ограниченной ответственностью, а также вопросы обеспечения и реализации прав участников обществ.

В зависимости от объекта находится предмет исследования, который составляют:

нормы Гражданского кодекса РФ и федеральных законов;

литература применительно к теме исследования;

материалы судебной практики.

Методологическую основу исследования составляет диалектико-материалистический метод. В работе использованы общие и частные методы научного исследования, в том числе: социологический, статистический, логико-юридический, структурно-системный, сравнительно-правовой и др. Сделанные выводы и предложения базируются на положениях Конституции РФ, положениях действующего гражданского законодательства и федеральных законах.

Структура работы. Дипломная работа состоит из введения, трех глав, включающих в себя семь параграфов, заключения и библиографического списка.

Глава 1. Понятие общества с ограниченной отвественностью и его правовой статус

1.1 Характеристика правового статуса общества с ограниченной ответственностью

Общество с ограниченной ответственностью является востребованной на сегодняшний день формой ведения бизнеса. В России в настоящее время, по данным регистрирующих органов, общества с ограниченной ответственностью составляют более 70% от числа всех коммерческих юридических лиц.

Широкое распространение обществ с ограниченной ответственностью — явление, характерное не только для нашей страны. Так, в Пруссии в 1893 г. существовало 183 товарищества с ограниченной ответственностью, а в 1907 г. их было уже 90022. Такое распространение обусловлено формой общества, удачно соединяющей в себе черты как объединения лиц, так и объединения капиталов. При этом, с одной стороны, отсутствует «громоздкость» акционерных обществ, а с другой — нет практически неограниченной ответственности участников товариществ. Кстати, название общества как общества «с ограниченной ответственностью» не совсем верно отражает его суть, т.к участники несут не ответственность по долгам общества, ограниченную размерами их вкладов, а риск утраты этих вкладов3.

В дореволюционной России существовали товарищества, правовое положение которых закреплялось в «Своде Законов Гражданских» и «Уставе Торговом». Перечень законодательно закрепленных товариществ включал в себя полное товарищество, товарищества на вере, акционерное (товарищество на паях), артельное. Большинство дореволюционных ученых-цивилистов, например Г.Ф. Шершеневич, придерживались мнения, что данный перечень являлся закрытым4, однако существовала и другая точка зрения. Так, К. Победоносцев указывал, что общие законодательные формы не исчерпывают всего содержания товарищества5.

После революции 1917 г. были сохранены некоторые товарищеские формы хозяйствования — товарищество лиц и товарищество капиталов. Несмотря на то что Гражданский кодекс 1922 г. назвал среди прочих товариществ также товарищество с ограниченной ответственностью, по своей юридической сути оно существенно отличалось от существующих западных аналогов. К концу 20-х годов прежние товарищеские объединения вовсе исчезли, возродившись лишь в 90-х годах с принятием Закона СССР от 26 мая 1988 г. № 8998-XI «О кооперации в СССР»6, Закона РСФСР от 24 декабря 1990 г. № 443-I «О собственности в РСФСР»7, Закона РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 445-I «О предприятиях и предпринимательской деятельности»8.

В тот период государство создавало предприятия, оставаясь собственником их имущества, но не отвечая по их долгам. Основами гражданского законодательства Союза СССР и республик, принятыми в 1991 г., предусмотрено, что юридическое лицо отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом. Действующие до принятия Основ статьи Гражданского кодекса 1964 г. и Гражданского процессуального кодекса 1964 г. исключали из числа возможных объектов взыскания по долгам юридического лица принадлежащие ему основные средства. Не допускалось также обращение взыскания на оборотные средства, если юридическое лицо могло доказать, что они ему необходимы для осуществления нормальной деятельности. В результате такого законодательного решения практически единственным объектом взыскания по долгам юридического лица до принятия Основ были денежные средства на банковских счетах. С принятием Гражданского кодекса РФ (далее — ГК РФ) были закреплены существующие в настоящее время организационно-правовые формы юридических лиц. Хозяйствующим субъектам была предоставлена возможность организовывать свою предпринимательскую деятельность по принципу общества с ограниченной ответственностью. В ст.56 ГК РФ было воспроизведено положение, содержащееся в ст.15 Основ 1991 г., в соответствии с которым юридическое лицо по своим обязательствам отвечает всем принадлежащим ему имуществом9.

Правовую основу создания и деятельности обществ с ограниченной ответственностью в Российской Федерации составляют два базовых акта гражданского законодательства — ГК РФ и Федеральный закон от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»10.

Согласно п.3 ст.87 ГК РФ правовое положение обществ с ограниченной ответственностью, а также права и обязанности его участников определяются ГК РФ и законом об обществах с ограниченной ответственностью. Таким образом ГК РФ ограничивает круг нормативных правовых актов, регулирующих юридический статус хозяйственных обществ данного вида, права и обязанности их участников. Иные вопросы деятельности обществ с ограниченной ответственностью могут регулироваться другими федеральными законами, а также подзаконными правовыми актами (главным образом это отношения, участниками которых могут быть юридические лица независимо от их видов, а также отношения, отражающие специфику деятельности некоторых обществ с ограниченной ответственностью). Примером регулирования отношений первого вида может служить Федеральный закон РФ от 21 ноября 1996 г. № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете»11 который регламентирует отношения, связанные с ведением бухгалтерского учета и представлением отчетности всеми организациями, находящимися на территории Российской Федерации, в т. ч. учрежденными в форме обществ с ограниченной ответственностью. 12

Устанавливая основы статуса обществ с ограниченной ответственностью, ГК РФ определяет понятие и основы правового положения таких хозяйственных обществ (ст.87 ГК), правила об участниках обществ (ст.88 ГК), основные требования к учредительным документам (ст.52, 89 ГК), формированию уставного капитала (ст.90 ГК), основы организации управления в обществе с ограниченной ответственностью (ст.91 ГК), особенности реорганизации и ликвидации таких обществ (ст.92 ГК), правила о переходе доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу (ст.93 ГК) и о выходе из общества его участника (ст.94 ГК).

Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью», принят Государственной Думой на основании прямого указания п.3 ст.87 ГК РФ и введен в действие с 1 марта 1998 г. Согласно ст.1 Закона он определяет в соответствии с ГК РФ правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников, порядок создания, реорганизации и ликвидации общества. При этом особенности правового положения, порядка создания, реорганизации и ликвидации обществ с ограниченной ответственностью в сферах банковской, страховой и инвестиционной деятельности, а также в области производства сельскохозяйственной продукции определяются федеральными законами. Данная статья констатирует зависимость норм Закона от общих гражданско-правовых норм, установленных ГК РФ, и подчиненность Закона этим общим нормам, подчеркивает взаимосвязь указанных законов, а также определяет пределы конкретизации норм ГК РФ в нормах Закона13.

Таким образом, Закон является специальным актом гражданского законодательства, регулирующим правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников, а также порядок создания, реорганизации и ликвидации такого общества. В Законе развиты и конкретизированы соответствующие нормы ГК РФ о хозяйственных обществах и, в частности, об обществах с ограниченной ответственностью. Кроме того, установлено много новых правил, которые ранее ГК РФ не регламентировались. Закон состоит из шести глав, содержащих пятьдесят девять статей, в которых детально регулируются отношения, связанные с созданием и деятельностью обществ с ограниченной ответственностью. В большинстве случаев нормы Закона являются нормами прямого действия, которые не нуждаются в конкретизации при помощи других правовых актов.

Согласно ст.2 Закона, таким обществом признается учрежденное одним или несколькими лицами хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли определенных учредительными документами размеров; участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости внесенных ими вкладов.

«При определении правового положения ООО, с одной стороны, следует рассматривать взаимоотношения общества и его участников, с другой стороны, рассматривать ООО как одну из организационно-правовых форм юридического лица» 14.

Общество с ограниченной ответственностью относится к категории хозяйственных обществ, характеризуемых как коммерческая организация, основной целью деятельности которой является извлечение прибыли.

Общество с ограниченной ответственностью может быть учреждено одним лицом или несколькими лицами. Учредителями (участниками) общества могут быть граждане, а также юридические лица.

Общество с ограниченной ответственностью имеет уставный капитал, разделенный на доли, размер которых определяется в учредительных документах общества.

Общество с ограниченной ответственностью самостоятельно отвечает по своим обязательствам, его имущественная ответственность не связана с имущественной ответственностью его участников. Участники общества с ограниченной ответственностью несут риск убытков, которые могут у них возникнуть в связи с деятельностью общества, только в пределах своих вкладов в его уставный капитал.

«Принцип ограниченной ответственности базируется на том положении, что обязательства участника общества существуют отдельно и независимо от обязательств самого общества с ограниченной ответственностью, поскольку и участник общества, и само общество выступают в гражданском обороте каждый от своего имени и являются самостоятельными субъектами гражданского права. Имущество участников общества обособлено от имущества общества с ограниченной ответственностью, и при убыточной деятельности общества его участники рискуют лишь в пределах стоимости внесенных ими вкладов. Принцип ограниченной ответственности не позволяет кредиторам такого хозяйственного общества при удовлетворении своих требований рассчитывать на любое иное имущество, помимо имущества общества»15.

Важной особенностью общества с ограниченной ответственностью является и то, что по своей природе оно является закрытым хозяйственным обществом, т.е. предполагает стабильный состав участников.

В соответствии с п.2 ст.2 Закона общество с ограниченной ответственностью имеет в собственности обособленное имущество, учитываемое на его самостоятельном балансе, может от своего имени приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде. Эти правила основываются на понятии юридического лица, содержащемся в п.1 ст.48 ГК РФ. Учредители и другие участники имеют в отношении этого имущества не вещные (право собственности, право хозяйственного ведения, право оперативного управления), а обязательственные права. 16

Общество с ограниченной ответственностью как собственник своего имущества вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие законодательству и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в т. ч. отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Имущественная обособленность — классический признак юридического лица, подразумевающий в данном случае, что имущество ООО, находящееся в его собственности, обособлено (отделено) от имущества его участников. Будучи коммерческой организацией, общество имеет самостоятельный баланс, фиксирующий стоимость его имущества. В самостоятельном балансе общества с ограниченной ответственностью и находит свое конкретное выражение имущественная обособленность общества как юридического лица — самостоятельного участника гражданского оборота. В свою очередь, имущество участников общества, которыми могут являться как юридические лица, так и граждане, существует отдельно от имущества общества и не связано с ним. 17

Самостоятельность бухгалтерского баланса заключается в том, что он отражает денежную стоимость всего имущества общества с ограниченной ответственностью в динамике. В отличие, например, от баланса, который могут иметь некоторые структурные подразделения (например, филиалы), самостоятельный баланс ООО отражает все поступления, активы, пассивы общества, а также затраты, многие из которых могут не учитываться в балансе структурного подразделения.

Еще один существенный признак общества с ограниченной ответственностью как юридического лица — самостоятельная имущественная ответственность (см. ст.48 ГК РФ).

Признаком общества с ограниченной ответственностью как юридического лица является также способность выступать в гражданском обороте (быть его участником) от своего имени — приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в суде.

Традиционным признаком общества с ограниченной ответственностью является его организационное единство. Целостность, организационное единство ООО подразумевает, что общество имеет устойчивую структуру и стабильные органы управления, обладающие собственной компетенцией. Органы управления ООО осуществляют внутреннюю организационную и исполнительно-распорядительную деятельность в обществе и представляют данное хозяйственное общество во внешних отношениях по горизонтали и вертикали (с контрагентами, дочерними и зависимыми обществами, основными и преобладающими (участвующими) обществами, государственными, муниципальными и другими органами. Определяя компетенцию органов управления, закон не диктует ООО, какая внутренняя организационная структура должна быть в нем. 18

Общество с ограниченной ответственностью должно иметь круглую печать, содержащую его полное фирменное наименование на русском языке и указание на место нахождения общества. Печать общества может содержать также фирменное наименование общества на любом языке народов РФ и (или) иностранном языке. Юридическое значение круглой печати ООО заключается в удостоверении ее оттиском подписи лиц, управомоченных представлять общество вовне, а также того факта, что соответствующий документ исходит от общества как юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота. Общество вправе иметь штампы и бланки со своим фирменным наименованием, собственную эмблему, а также зарегистрированный в установленном порядке товарный знак и другие средства индивидуализации (п.5 ст.2 Закона). Право на товарный знак (знак обслуживания) охраняется законом, но такая охрана предоставляется лишь тем знакам, которые зарегистрированы в установленном Законом РФ от 23 сентября 1992 г. № 3520-1 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» порядке. 19

Правила о фирменном наименовании и месте нахождения общества с ограниченной ответственностью установлены в ст.4 Закона, которая воспроизводит основные правила, содержащиеся в ст.54 и 87 ГК РФ.

Каждое общество с ограниченной ответственностью обязано иметь полное и вправе иметь сокращенное фирменное наименование на русском языке. Полное и сокращенное фирменные наименования общества с ограниченной ответственностью в обязательном порядке должны быть зафиксированы на русском языке в уставе общества (ст.12 Закона), а полное фирменное наименование — также в круглой печати общества (п.5 ст.2 Закона).

Полное фирменное наименование общества на русском языке должно содержать полное наименование общества и слова «с ограниченной ответственностью». Сокращенное фирменное наименование общества на русском языке должно содержать полное или сокращенное наименование общества и слова «с ограниченной ответственностью» или аббревиатуру ООО (п.1 ст.4 Закона). Указанные требования к содержанию полного и сокращенного фирменного наименования общества являются обязательными.

Место нахождения общества с ограниченной ответственностью, по общему правилу, установленному п.2 ст.4 Закона, определяется местом его государственной регистрации. Однако учредительными документами общества может быть установлено, что местом нахождения общества является место постоянного нахождения его органов управления или основное место его деятельности. Место нахождения общества с ограниченной ответственностью имеет значение для осуществления его прав и обязанностей в сфере гражданского права, гражданского и арбитражного процесса.

Общество должно иметь почтовый адрес, по которому с ним осуществляется связь, и обязано уведомлять органы, осуществляющие государственную регистрацию юридических лиц, об изменении своего почтового адреса.

«Почтовый адрес может совпадать с местом нахождения общества, но может быть и иным. Почтовый адрес не обязательно должен быть указан в уставе общества с ограниченной ответственностью, поскольку при изменении такого адреса требуются и изменения устава» 20.

Существенную особенность правового статуса общества с ограниченной ответственностью, которую обычно имеют в виду учредители при создании такого общества и которая имеет немаловажное значение при организации внутреннего управленческого процесса, составляют правила о публичной отчетности общества, установленные п.5 ст.91 ГК РФ и ст.49 Закона. Общество не обязано публиковать отчетность о своей деятельности, за исключением случаев, предусмотренных Законом и иными федеральными законами. Один из случаев, когда обязательность публичной отчетности предусмотрена для обществ с ограниченной ответственностью Законом, указан в п.2 ст.49 — если общество публично размещает облигации и иные эмиссионные ценные бумаги.

Документы и документооборот обеспечивают само существование соответствующей корпорации как юридического лица и всю юридически значимую деятельность общества с ограниченной ответственностью. Поэтому для оптимальной организации управленческого процесса в обществе с ограниченной ответственностью принципиально важными являются правила о хранении документов общества, установленные в ст.50 Закона21.

Общество обязано хранить следующие документы: учредительные документы общества, протокол общего собрания учредителей общества, содержащий решение о создании общества и об утверждении денежной оценки не денежных вкладов в уставный капитал общества, а также иные решения, связанные с созданием общества, документ, подтверждающий государственную регистрацию общества, документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе; внутренние документы общества, положения о филиалах и представительствах общества, документы, связанные с эмиссией облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг общества, протоколы общих собраний участников общества, заседаний совета директоров (наблюдательного совета), коллегиального исполнительного органа и ревизионной комиссии, заключения ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, государственных и муниципальных органов финансового контроля, иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами РФ, уставом общества, его внутренними документами.

ООО действует на основании учредительных документов: устава и учредительного договора. В юридической литературе уже обращалось внимание на то что использование для создания и функционирования ООО двух учредительных документов неразумно: необходимо отказаться от учредительного договора, поскольку многие его положения дублируются в уставе. 22 Думаю что подобная точка зрения неверна поскольку не отражает в полной мере двойственную природу ООО.

По мнению профессора Цибуленко З.И. поскольку члены ООО не несут своим имуществом ответственности по долгам общества, то существенное значение приобретает уставный капитал общества, являющийся по мнению профессора главной гарантией интересов его кредиторов. 23 Представляется, что в современных условиях когда Закон устанавливает минимальный размер уставного капитала — 100 минимальных размеров оплаты труда (ст.14 Закона) при выборе делового партнера необходимо обращать внимание не столько на размер уставного капитала, сколько на наличие имущества, финансовое состояние и деловую репутацию ООО.

Уставный капитал общества с ограниченной ответственностью по Закону составляется из номинальной стоимости долей его участников (ст.14 Закона). Он, различает номинальную стоимость доли участника, по соотношению которой с уставным капиталом и определяется размер его доли, и действительную стоимость доли, которая соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру доли участника (п.2 ст.14 Закона). Номинал доли определяется ее первоначальной оценкой, а ее действительная стоимость — реальной оценкой, которая в обычном случае должна быть выше номинала, поскольку нормально работающее общество должно иметь имущество большее, чем его уставный капитал.

«Для поддержания сложившегося между участниками общества баланса интересов уставом общества или единогласным решением его общего собрания (вносящего соответствующие положения в устав) возможно ограничение максимального размера доли участника (если, например, участники общества хотят исключить возможность господства одного из них) либо ограничение возможности изменения соотношения их долей, то есть, по сути, запрет неограниченного увеличения доли одного или нескольких участников при соответствующем уменьшении долей остальных участников. Однако такое решение должно носить общий характер, касающийся любых участников общества, и не может быть принято в отношении конкретного участника или участников» 24.

Вкладом в уставный капитал общества могут служить либо вещи (включая деньги и ценные бумаги), либо права требования или пользования, имеющие денежную оценку. В этом качестве не могут выступать профессиональные и иные знания и навыки, оказанные обществу услуги или обещания предоставления услуг, деловая репутация и деловые связи, ибо они не смогут составить объект требований возможных кредиторов общества. 25

«При передаче обществу в качестве вклада в уставный капитал права пользования имуществом на определенный срок следует иметь в виду, что в случае досрочного прекращения такого права участник, передавший имущество, обязан предоставить обществу по его требованию денежную компенсацию, равную плате за пользование таким же имуществом на подобных условиях в течение оставшегося срока» 26.

В качестве вклада в уставный капитал ООО участниками могут быть внесены нематериальные активы, в том числе организационные расходы: оплата регистрационного сбора, расходы на изготовление печатей, расходы на юридические консультации и другие. Такой порядок должен быть предусмотрен учредительным договором. 27

Для сохранения размера имеющихся у участников долей и поддержания сложившегося баланса их взаимных имущественных интересов установлены специальные правила об изменении (увеличении и уменьшении) размера уставного капитала общества.

Увеличение уставного капитала общества по Закону допускается тремя способами. Во-первых, оно возможно за счет имущества самого общества (без дополнительных вкладов его участников), то есть за счет его чистых активов (ст.18 Закона). При этом размер долей участников общества остается неизменным, но увеличивается их номинал28. Во-вторых, такое увеличение возможно за счет дополнительных вкладов участников в уставный капитал (ст. 19 Закона). Дополнительные вклады могут быть произведены всеми участниками общества пропорционально их долям, что также приведет к увеличению их номинальной стоимости при сохранении размера доли каждого из участников. 29 В-третьих, увеличение уставного капитала возможно и за счет вкладов вновь принимаемых участников (если эта возможность прямо не исключена уставом конкретного общества) (п.2 ст. 19 Закона). Оно также допускается лишь по решению общего собрания.

Уставный капитал может быть уменьшен как по решению общества (при выходе участника из ООО, реорганизации ООО, уменьшении уставного капитала до минимального размера) так и в случаях предусмотренных Законом (в случае неполной оплаты уставного капитала в течении года с момента его регистрации, если по окончании второго и каждого последующего финансового года стоимость чистых активов общества окажется меньше его уставного капитала) 30. Общество обязано письменно уведомить об уменьшении уставного капитала всех известных ему кредиторов, а также опубликовать сообщение о принятом решении для сведения остальных заинтересованных лиц.

Основные правила об участниках общества с ограниченной ответственностью установлены ст.66 и 88 ГК РФ и ст.7-9 Закона.

В Российской Федерации участниками общества с ограниченной ответственностью могут быть граждане и юридические лица с соблюдением правил о правоспособности и дееспособности31.

Статус участника приобретается посредством заключения учредительного договора до регистрации ООО либо путем приобретения доли и присоединения к данному договору после регистрации общества32.

Общество с ограниченной ответственностью может быть учреждено одним лицом, которое становится его единственным участником. Общество не может иметь в качестве единственного участника другое хозяйственное общество, состоящее из одного лица (п.2 ст.7 Закона). Если общество учреждено одним лицом, данное лицо становится и его единственным участником, что не исключает в дальнейшем возможности приема третьих лиц в состав участников общества соблюдением установленных Законом правил. И наоборот, общество с ограниченной ответственностью, имеющее несколько участников, может впоследствии трансформироваться в общество с одним участником.

Закон регулирует количественный состав участников ООО. Закон (п.3 ст.7) определяет, что число участников общества не должно быть более пятидесяти. В случае, если число участников общества превысит данный предел, общество в течение года должно преобразоваться в открытое акционерное общество или в производственный кооператив.

ООО вправе создавать филиалы и открывать представительства по решению общего собрания участников общества. Филиалом ООО является его обособленное подразделение, расположенное вне места нахождения общества и осуществляющее все его функции или их часть. Представительством же является его обособленное подразделение, представляющее интересы общества и осуществляющее их защиту. Филиалы и представительства не приобретают прав юридического лица, они действуют на основании положений утверждаемых общим собранием. Они осуществляют свою деятельность от имени создавшего их общества.

1.2 Правоспособность общества с ограниченной ответственностью

Общество с ограниченной ответственностью считается созданным как юридическое лицо с момента его государственной регистрации в порядке, установленном законом. Соответственно с этого момента и возникает его правоспособность. На объем и структуру правоспособности так же влияют такие процессы как внесение изменений в учредительные документы, реорганизация, ликвидация ООО.

Следует дать общее определение правоспособности юридических лиц. Это возможность иметь субъективные права и юридические обязанности, которые предусмотрены нормами права. Особое правило действует для коммерческих организаций (за исключением унитарных предприятий) — они могут иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных законом. 33

ООО, согласно второму абзацу п.2 ст.2 Закона, может иметь гражданские права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных федеральными законами, если это не противоречит предмету и целям деятельности общества. ООО обладает общей правоспособностью и может осуществлять любые виды предпринимательской деятельности, не запрещенные законом, если в учредительных документах не содержится исчерпывающий перечень видов деятельности, которыми общество вправе заниматься. 34

П.2 ст.2 Закона одновременно предусматривает возможность своеобразного «самоограничения» общей правоспособности общества с ограниченной ответственностью, устанавливая, что если предмет и цели его деятельности определенно ограничены уставом, то такое общество может осуществлять лишь те гражданские права и нести лишь те обязанности, которые не вступают в противоречие с указанными положениями устава. Таким образом, при упомянутых условиях общество с ограниченной ответственностью в силу данного правила может стать носителем не общей, как у всех хозяйственных обществ и товариществ, но также и элементов специальной правоспособности, т.е. его общая правоспособность в таких случаях будет ограничена. 35

Если же учредители общества самостоятельно или по требованию регистрирующего органа включат в его устав исчерпывающий перечень видов деятельности, которыми вправе заниматься такое общество, то следует помнить, что после государственной регистрации общества в качестве юридического лица его правоспособность будет ограничена уставом и в силу этого будет не общей — универсальной, а специальной — уставной.

Отдельными видами деятельности, перечень которых установлен законом, общество может заниматься только на основании специального разрешения — лицензии. Если условиями ее предоставления предусмотрено требование осуществлять такою деятельность как исключительную, общество в течении срока действия лицензии вправе осуществлять только данный вид деятельности. Эти правила установлены третьим абзацем п.2 ст.2 Закона и третьим абзацем п.1 ст.49 ГК РФ.

Лицензия является официальным документом, разрешающим осуществление указанного в нем вида деятельности в течение установленного срока. В ряде случаев в лицензии могут быть указаны и условия осуществления соответствующего вида деятельности. Срок действия лицензии устанавливается в зависимости от специфики вида деятельности, но, по общему правилу, не может быть менее трех лет. По решению органа, осуществляющего лицензионную деятельность, могут выдаваться также лицензии на срок до трех лет по заявлению лица, обратившегося за ее получением. Нужно иметь в виду, что лицензия выдается отдельно на каждый вид деятельности. Передача лицензии другому лицу запрещается.

Если деятельность общества с ограниченной ответственностью осуществляется его филиалами и другими обособленными структурными подразделениями на территориях различных субъектов Российской Федерации, важно помнить следующее правило: деятельность на основании лицензий, выданных органами исполнительной власти субъектов Федерации, на территориях иных ее субъектов может осуществляться лишь после регистрации таких лицензий органами исполнительной власти соответствующих субъектов Российской Федерации. Лицензия, выданная федеральным органом, уполномоченным на ведение лицензионной деятельности, в подобной регистрации не нуждается.

Основные правила создания общества с ограниченной ответственностью путем учреждения и правила его государственной регистрации в качестве юридического лица определяются в соответствии со ст.51, 52, 88 и др. ГК РФ, ст.11-13 Закона, рядом других законов, а также подзаконными нормативными правовыми актам. Учредители общества заключают учредительный договор и утверждают устав общества, которые являются учредительными документами36.

Если общество с ограниченной ответственностью учреждается одним лицом, то учредительным документом такого общества при его создании является только устав, утвержденный этим лицом. В случае увеличения числа участников общества до двух и более между ними должен быть заключен учредительный договор.

Последовательность действий учредителей по созданию ООО в общем виде может быть определена так: а) подготовка проекта учредительного договора и устава общества (ст.11 Закона), б) согласование разногласий и подготовка окончательной редакции этих документов, в) подготовка собрания учредителей по вопросам, связанным с принятием решений об избрании исполнительных органов общества, утверждении денежной оценки вкладов участников (при их внесении в не денежной форме), других необходимых решений, заключением учредительного договора и утверждением устава общества, а также определением даты, времени, места и формы проведения собрания, г) проведение собрания учредителей и принятие на нем решений по указанным вопросам с соблюдением требований п.1 ст.11 Закона, а также заключение учредительного договора и утверждение устава общества (по желанию учредителей учредительному договору может быть придана нотариальная форма); д) открытие счета в банке и внесение необходимой части вкладов в уставный капитал создаваемого общества в соответствии с учредительным договором, но не менее 50%; е) оплата регистрационного сбора и представление учредительных и иных необходимых документов в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц.

В случае, когда у общества один учредитель, он должен письменно оформить решение о создании общества и подписать его, а если такой учредитель является юридическим лицом — также и удостоверить решение круглой печатью.

Согласно ст.12 Закона в учредительном договоре учредители ООО обязуются создать общество и определяют порядок совместной деятельности по его созданию. Учредительным договором определяются также состав учредителей общества, размер уставного капитала общества и размер доли каждого из учредителей общества, размер и состав вкладов, порядок и сроки их внесения в уставный капитал общества при его учреждении, ответственность учредителей общества за нарушение обязанности по внесению вкладов, условия и порядок распределения между учредителями общества прибыли, состав органов общества и порядок выхода участников общества из общества37.

Учредительный договор общества с ограниченной ответственностью не прекращает своего действия после создания общества, поскольку совместная деятельность учредителей по созданию общества является лишь одним из элементов комплексного предмета данного договора. 38

Учредительный договор заключается в простой письменной форме и подписывается всеми учредителями общества с ограниченной ответственностью.

Устав общества с ограниченной ответственность должен содержать: полное и сокращенное фирменное наименование общества; сведения о месте нахождения общества; сведения о составе и компетенции органов общества сведения о размере уставного капитала общества; сведения о размере и номинальной стоимости доли каждого участника общества; права и обязанности участников общества; сведения о порядке и последствиях выхода участника общества из общества; сведения о порядке перехода доли (части доли) уставном капитале общества к другому лицу; сведения о порядке хранения документов общества и о порядке предоставления обществом информации участникам общества и другим лицам; иные сведения, предусмотренные Законом (ст.12).

Юридическое значение устава общества с ограниченной ответственностью состоит в том, что устав является локальным нормативным документом, обязательным как для всех участников данного общества, так и для самого общества как юридического лица. Поскольку правоспособность юридического лица (см. ст.49 ГК РФ) реализуется его органами (см. ст.53 ГК РФ), устав общества обязателен к исполнению всеми органами общества — общим собранием участников, советом директоров общества (если он образован), единоличным исполнительным органом, коллегиальным исполнительным органом, ревизионной комиссией.

На основании своего устава и учредительного договора ООО в лице соответствующего органа управления выступает участником гражданского оборота, субъектом трудовых, налоговых и других правоотношений. Устав с учетом общих требований законодательства индивидуализирует юридический статус конкретного общества. 39

Перечень сведений, которые должны содержаться в уставе ООО, установленный в п.2 ст.12 Закона, не является исчерпывающим.

По требованию участника общества, аудитора или любого заинтересованного лица общество обязано в разумные сроки предоставить им возможность ознакомиться с учредительными документами общества. Требование любого заинтересованного лица, как это следует из буквального толкования п.3 ст.12 Закона, обязывает общество с ограниченной ответственностью предоставлять практически любому физическому или юридическому лицу возможность ознакомления с учредительными документами общества, поскольку уже само по себе обращение лица с такой просьбой может рассматриваться как проявление его заинтересованности. При этом разумными допустимо считать сроки, достаточные для того, чтобы в течение рабочего дня предоставить заинтересованному лицу копии учредительных документов и всех изменений и дополнений к ним.

На практике имеют место случаи, когда положения устава общества и положения учредительного договора не соответствуют друг другу. Закон (п.5 ст.12) содержит новую по сравнению с ГК РФ норму, определяющую приоритет правил, установленных уставом общества с ограниченной ответственностью по отношению к правилам, содержащимся в учредительном договоре. В случае коллизии норм устава и учредительного договора нормы устава считаются имеющими большую силу для третьих лиц и участников общества.

После выполнения участниками общества с ограниченной ответственностью всего комплекса действий, связанных с созданием общества путем учреждения, осуществляется государственная регистрация данное общества в качестве юридического лица. Согласно ст.13 Закона общество подлежит государственной регистрации в органе, осуществляющем государственную регистрацию юридических лиц, в порядке, установленном законодательством о государственной регистрации юридических лиц.

По общему правилу, для государственной регистрации юридического лица необходимо представить в регистрирующий орган следующие документы:

заявление о регистрации предприятия, составленное в произвольной форме и подписанное учредителем (учредителями) предприятия;

утвержденный учредителем (учредителями) устав юридического лица;

решение о создании предприятия или договор учредителей, протокол общего собрания участников;

документы, подтверждающие оплату не менее 50% уставного капитала предприятия, указанного в решении о его создании или в договоре учредителей;

свидетельство об уплате государственной пошлины (регистрационного сбора).

Факт государственной регистрации завершает процедуру создания общества с ограниченной ответственностью и означает возникновение нового юридического лица — полноправного субъекта гражданских, управленческих, налоговых, трудовых и иных правоотношений. Регистрирующий орган выдает свидетельство о государственной регистрации установленного образца.

Согласно ст.51 Закона общество может быть добровольно peopганизовано по основаниям и в порядке, предусмотренным действующим законодательством. Реорганизация общества может быть осуществлена в форме: слияния; присоединения; разделения; выделения; преобразования.

При слиянии обществ договор об их слиянии, утвержденный общим собранием участников каждого общества, участвующего в реорганизации, подписывается всеми участниками создаваемого в результате слияния общества и является наряду с уставом его учредительным документом. При присоединении одного или нескольких обществ к другому общее собрание участников каждого общества, участвующего в реорганизации, принимает решение об утверждении договора о присоединении, а общее собрание участников присоединяемого общества принимает также решение об утверждении передаточного акта. Совместное собрание участников обществ, участвующих в реорганизации, вносит изменения в учредительные документы общества, к которому осуществляется присоединение, связанные с изменением состава участников, размером долей участников и др. При разделении общества наряду с решением о проведении такой реорганизации общим собранием участников общества принимается решение об утверждении разделительного баланса. Участники каждого общества, образованного в результате разделения, подписывают учредительный договор и утверждают устав общества.

В случае выделения общее собрание участников реорганизуемого общества принимает решение о такой реорганизации, определяет условия создания нового общества, утверждает разделительный баланс и вносит изменения в учредительные документы в связи с изменением состава участников общества, размеров их долей в уставном капитале и др. Участники выделяемого общества подписывают учредительный договор и утверждают устав созданного в результате выделения общества. При преобразовании в акционерное общество, производственный кооператив и общество с дополнительной ответственностью следует руководствоваться соответствующими нормами ГК и Федерального закона от 26.12.95 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»40.

Общество считается реорганизованным с момента государственной регистрации вновь возникших юридических лиц.

Не позднее 30 дней с даты принятия решения о реорганизации общества общество обязано: письменно уведомить об этом всех известных ему кредиторов; опубликовать в органе печати, в котором публикуются данные о государственной регистрации юридических лиц, сообщение о принятом решении. 41

Ликвидация юридического лица может быть осуществлена по решению учредителей, т.е. добровольно, и по решению суда, т.е. принудительно.

Основаниями добровольной ликвидации ООО являются окончание срока деятельности организации и достижение цели, ради которой было создано общество. Это касается обществ, в содержании устава которых указана основная цель их создания и установлен период действия юридического лица.

Нередко в деятельности обществ с ограниченной ответственностью встречаются случаи, когда учредителями не выполняется решение о добровольной ликвидации согласно уставу, что приводит к спорам с органами, осуществляющими государственную регистрацию юридических лиц. Регистрирующие органы обращаются в суды с исками о принудительной ликвидации обществ. Однако практика разрешения таких споров показывает, что подобная ситуация не является основанием для возбуждения иска, если в деятельности общества не установлены неоднократные или грубые нарушения закона или иных правовых актов. 42

Основания принудительной ликвидации ООО:

1. Признание судом недействительной регистрации юридического лица в связи с допущенными при его создании нарушениями законов или иных правовых актов, если эти нарушения носят неустранимый характер. Например, после регистрации ООО, учредителем которого являлось физическое лицо, при проверке органами местного самоуправления паспортных данных учредителя был установлен факт их фальсификации. Физического лица по месту жительства и созданного ООО по указанному юридическому адресу не оказалось, что явилось основанием для предъявления в суд иска о принудительной ликвидации общества. 43

2. Осуществление деятельности без надлежащего разрешения (лицензии).

Например, при обращении Банка России в арбитражный суд с иском о ликвидации кредитной организации, у которой была отозвана лицензия на осуществление банковских операций, иск был удовлетворен, поскольку в течение одного месяца с момента отзыва лицензии организация не создала ликвидационную комиссию. 44

3. Осуществление деятельности в нарушение закона.

Если имеются нарушения юридическим лицом требований закона или иных правовых актов, которые могут быть устранены, суд вправе предложить ему принять меры по устранению этих нарушений.

Например, в случае нарушения сроков взноса вкладов в уставный капитал ООО органы, осуществляющие регистрацию юридических лиц, могут обратиться в арбитражный суд с исковым заявлением о ликвидации общества. Суд до принятия решения о ликвидации может предоставить обществу возможность устранения допущенного нарушения. Учредителям (участникам) общества предоставляется возможность изменения состава учредителей и имущественных вкладов, а также принять ряд других мероприятий, направленных на сохранение юридического лица. 45

4. Нарушение требований п.3 ст.7 Закона, согласно которой число участников ООО не должно быть более пятидесяти.

Если число участников общества превысит установленный предел, ООО в течение года должно преобразоваться в открытое акционерное общество или в производственный кооператив либо сократить число участников до установленного предела. В противном случае общество может быть ликвидировано в судебном порядке.

5. Несоблюдение требований п 3. Ст.20 Закона в части стоимости чистых активов общества, а именно:

если по окончании второго и каждого последующего финансового года стоимость чистых активов общества окажется меньше его уставного капитала, общество обязано объявить об уменьшении своего уставного капитала до размера, не превышающего стоимости его чистых активов;

если по окончании второго и каждого последующего финансового года стоимость чистых активов общества окажется меньше минимального размера уставного капитала, установленного законом на дату государственной регистрации общества, общество подлежит ликвидации.

6. Признание судом в соответствии со ст.65 ГК РФ банкротства ООО.

Под банкротством понимается признанная арбитражным судом или объявленная должником неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Глава 2. Формирование уставного капитала и управление в обществе с ограниченной ответственностью

2.1 Функции и структура уставного капитала общества с ограниченной ответственностью

Обществу с ограниченной ответственностью, как и любой другой организации, имеющей статус юридического лица, свойствен признак имущественной обособленности. Имущество общества, сформированное за счет вкладов его участников при создании, а также приобретенное в процессе деятельности, принадлежит обществу на праве собственности.

Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 № 14-ФЗ императивно не предусматривает обязанность общества заниматься предпринимательской деятельностью, а указывает его возможность иметь любые гражданские права и нести обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных федеральными законами, т.е. определяет общую правоспособность общества. Принцип общей правоспособности является основополагающим при определении правового статуса коммерческих юридических лиц, среди которых самой популярной организационно-правовой формой выступает именно общество с ограниченной ответственностью46.

Отечественный законодатель пошел по пути германской концепции общества с ограниченной ответственностью, согласно которой ООО — это общество, созданное для любой допустимой цели, а потому его деятельность не ограничивается только целью получения прибыли47. В любом случае общество с ограниченной ответственностью является «коммерсантом по форме» и его предпринимательская деятельность презюмируется. Основываясь на данной презумпции должны строиться правила (как законодательные, так и локальные, выраженные в положениях устава и учредительного договора ООО), связанные с созданием имущественной базы, приращением имущества общества с ограниченной ответственностью, а также разрешаться споры в области имущественных отношений общества во внесудебном и в судебном порядке. Это могут быть споры, связанные с формированием уставного капитала общества, передачей в качестве вклада в уставный капитал вещей, имущественных прав либо иных прав, имеющих денежную оценку, с увеличением либо уменьшением уставного капитала, перераспределением долей в уставном капитале, внесением участниками вкладов в имущество общества, не являющихся вкладами в уставный капитал и другие категории споров48.

Исходя из традиционного понимания предпринимательской деятельности как самостоятельной деятельности, осуществляемой на свой риск, направленной на систематическое получение прибыли, а также учитывая основополагающий принцип ответственности при осуществлении предпринимательской деятельности — «ответственность без вины» всем своим собственным имуществом, вопрос формирования имущественной базы субъекта предпринимательской деятельности (в рассматриваемом случае — ООО) представляется ключевым49.

Учреждение общества с ограниченной ответственностью предполагает многоступенчатый процесс, стадиями которого являются: заключение учредительного договора и утверждение устава общества, формирование уставного капитала (который и выступает «первоначальной имущественной базой») путем внесения вкладов участниками, определение состава и компетенции органов управления обществом, государственная регистрация создания общества в органе, осуществляющем государственную регистрацию юридических лиц.

Подчеркнем особо, что на момент создания общества с ограниченной ответственностью «олицетворением» его имущественной обособленности выступает уставный капитал. На наш взгляд, категория «уставного капитала» (а точнее, его размер, структура) не только для обществ с ограниченной ответственностью, но и для всех иных организационно-правовых форм хозяйственных обществ является одним из основных критериев, который предопределяет в дальнейшем имущественные и организационные основы деятельности общества.

Проблематика уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, безусловно, разнопланова, она охватывает не только формирование уставного капитала на стадии создания общества, но и вопросы, возникающие в процессе функционирования общества, — в случае увеличения либо уменьшения уставного капитала общества, перехода доли в уставном капитале к другим участникам общества и третьим лицам, выхода участника из общества, обращения взыскания на долю участника общества в уставном капитале и др.

Правовая конструкция общества с ограниченной ответственностью предполагает, что уставный капитал общества разделен на доли определенных учредительными документами размеров. Участники (либо единственный участник) общества несут риск убытков, связанных с деятельностью общества только в пределах внесенных ими вкладов в уставный капитал. Именно уставный капитал является «минимальной имущественной гарантией» исполнения обществом своих обязательств перед кредиторами в силу исключения личной имущественной ответственности участников по обязательствам общества.

Поскольку общество с ограниченной ответственностью представляет собой разновидность коммерческой организации, основанной на объединении капиталов ее участников, то вопросы, связанные с формированием, структурой, размером уставного капитала, приобретают на стадии создания общества ключевое значение. Необходимо, однако, уточнить, что общество с ограниченной ответственностью не является в чистом виде «объединением капиталов», как, например, акционерное общество; ему присущи также элементы личного участия учредителей, свойственные такой организационно-правовой форме юридического лица, как товарищество.

По нашему мнению, сложившаяся в российской и зарубежной цивилистике концепция50, по которой общество с ограниченной ответственностью характеризуется двойственной правовой природой (оно одновременно выступает и «объединением капиталов», и «объединением лиц») наиболее полно и всесторонне отражает сущность общества с ограниченной ответственностью и, соответственно, специфику структуры и функций его уставного капитала. Необходимо принимать во внимание наличие элементов личного отношения учредителя (участника) к хозяйственному обществу. Внутренним правоотношениям (т.е. правоотношениям между участниками) в ООО присущи отдельные свойства товариществ, которые могут быть усилены либо, напротив, ослаблены, в уставе. Одновременно ряд признаков сближают его с акционерным обществом — наличие уставного капитала, ограниченная ответственность участников и др., но, в отличие от акционерного законодательства, законодательство об обществах с ограниченной ответственностью позволяет его участниками максимально приспособить структуру общества к своим индивидуальным потребностям. Как подчеркивает Д. Степанов, «в гражданском обороте подобное общество выступает в виде капиталистического предприятия, где очень силен личностный элемент его участников»51.

На первый взгляд при всей кажущейся ясности и однозначности смысла понятия «уставный капитал хозяйственного общества» его содержание должно толковаться в науке единообразно. Однако это далеко не так. Причин, на наш взгляд, существует несколько.

Возможность для различного толкования понятия «уставный капитал» открывается в связи с тем, что в российском законодательстве о хозяйственных обществах отсутствует легальное его определение. Законодатель как будто умышленно не раскрывает содержания данного понятия. В главе III Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», регулирование процедуры формирования имущественной базы общества начинается с вопроса о структуре уставного капитала и определения его минимального размера на момент создания общества; далее законодатель устанавливает порядок внесения вкладов участников в уставный капитал ООО (размещения акций — в акционерном обществе), регламентирует порядок увеличения, уменьшения уставного капитала и т.п.

Представляется, что тем самым нарушается логическая схема регулирования законодательного процесса учреждения общества: как бы «выпадает» первоначальное звено — законодательное определение понятия «уставный капитал».

Необходимо учитывать также тот факт, что до принятия части первой Гражданского кодекса РФ и появления такой организационно-правовой формы юридических лиц, как хозяйственные общества, понятие «уставный капитал» активно не использовалось. Советская правовая и экономическая литература для обозначения имущественной базы предприятия применяла понятие «уставной фонд», которое имело в большей степени учетно-бухгалтерское, нежели правовое значение. Под уставным фондом понималась «денежная оценка закрепленных за предприятием основных фондов и оборотных средств, зафиксированных на балансе предприятия»52.

В целом в советский период проблематика сущности, структуры, функций уставного капитала исследовалась главным образом в связи с анализом соответствующих положений зарубежного права хозяйственных обществ. В данном разрезе уставный капитал определялся, например, как «капитал, размер которого закрепляется в уставе»53 — указанное определение по формальным признакам не вполне логически выдержано, т.к содержит в себе «круг» и не вычленяет признаков определяемого понятия.Р.Т. Батиста рассматривал уставный капитал как «постоянный бухгалтерский шифр… выражающий имущество, которое должно существовать, а не то, что действительно существует»54. Приведенные определения страдают некой односторонностью и, на наш взгляд, исчерпывающе не отражают правовую природу уставного капитала.

В доктрине гражданского права получила распространение концепция, согласно которой уставный капитал рассматривается с разных позиций: с гражданско-правовой и с экономической точки зрения. С позиции экономиста, уставный капитал служит олицетворением экономических ресурсов предприятия на момент его создания. С гражданско-правовой точки зрения уставный капитал представляет собой минимальный размер имущества юридического лица, гарантирующего интересы его кредиторов55.

По нашему мнению, данная концепция вполне обоснована, поскольку применение комплексного подхода в изучении того или иного правового явления дает возможность учесть его различные аспекты и тем самым избежать односторонности в его понимании. Поэтому считаем возможным критично относиться к позиции О.А. Серовой, согласно которой рассмотрение правовой природы уставного капитала общества с ограниченной ответственностью с экономической и гражданско-правовой позиции является однобоким и «нет смысла проводить различие в понятии уставного капитала в зависимости от того, кто занимается его исследованием: юрист или экономист»56. Различий в понятии при комплексном подходе не проводится, одно и то же понятие как бы «освещается» под разными углами зрения, что позволяет наиболее полно выявить его содержание.

Следуя обозначенному комплексному подходу, предлагаем следующее определение понятия «уставный капитал» применительно для обществ с ограниченной ответственностью, включающее в себя как экономический, так и гражданско-правовой аспект исследуемого явления.

Уставный капитал ООО — это исчисляемая в денежном выражении величина, отражающая минимальный размер имущества общества, гарантирующего интересы его кредиторов, и определяемая совокупностью стоимостей номинальных долей участников общества.

Следовательно, размер уставного капитала — это определенная в соответствующей валюте стоимость указанного имущества общества.

Российское законодательство о хозяйственных обществах несколько неоднозначно отвечает на вопрос о том, из чего складывается уставный капитал общества с ограниченной ответственностью, т.е. какова его структура. Причину несоответствия следует искать в недостаточной разработанности в отечественном законодательстве основных теоретических положений, на базе которых строилась бы общая концепция общества с ограниченной ответственностью как вида коммерческого юридического лица.

Согласно п.1 ст.90 Гражданского кодекса РФ уставный капитал общества с ограниченной ответственностью составляется «из стоимости вкладов его участников», а в интерпретации принятого позднее Федерального закона от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» — «из номинальной стоимости долей его участников» (п.1 ст.14).

На наш взгляд, формулировка Гражданского кодекса носит более обобщенный характер по сравнению с Законом об ООО, который сразу же подразумевает дифференциацию номинальной и действительной (или, как ее еще называют, реальной) доли участника в уставном капитале общества.

Номинальная стоимость доли участника — это условная величина, ее размер (в процентном или числовом дробном выражении) определяется в соотношении с первоначальным размером уставного капитала, формируемого при создании общества, а действительная стоимость доли соответствует части стоимости чистых активов общества на определенный момент времени пропорционально размеру этой доли.

Употребляемое Гражданским кодексом РФ понятие «вклад участника» в вышеупомянутом контексте можно толковать как процесс реальной передачи участником имущественных благ в денежном или неденежном выражении в уставный капитал общества. Поэтому, как многократно подчеркивается в литературе57, более корректно говорить об уставном капитале общества как номинальной стоимости долей, а не стоимости вкладов участников.

Номинальная стоимость доли определяется ее первоначальной оценкой (т.е. оценкой, указанной в учредительных документах на момент регистрации общества), а ее действительная стоимость — реальной оценкой, которая при нормально работающем обществе должна, естественно, быть выше номинала за счет приращения имущественной массы общества в процессе хозяйственной деятельности58.

Разграничивая номинальную и реальную долю участника в уставном капитале ООО, необходимо остановиться на толковании самой правовой природы такого, безусловно, значимого юридического понятия, как доля участника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью.

В специальной литературе о хозяйственных обществах можно обнаружить следующие точки зрения по данному вопросу.

Рассуждения касательно правовой природы доли участника в уставном капитале ООО Д. Степанова строятся с использованием метода «от противного». Автор начинает с указания, чем, собственно, доля в уставном капитале не является: «… доля в уставном капитале ООО, как она понимается в ФЗ об ООО, не является ни денежной суммой, ни отдельным правом или совокупностью прав, ни ценной бумагой или суррогатом ценной бумаги. Доля в уставном капитале российского ООО есть особый юридический инструмент, сущность и назначение которого раскрываются в той роли, которую он играет на протяжении всего периода существования ООО»59. Однако обращает на себя внимание, что в позитивном плане правовая природа доли в уставном капитале как «юридического инструмента» осталась как бы «в теневой части» поля рассуждений автора.

В. Залесский констатирует, что «доля участника ООО в уставном капитале общества определяет размер обязательственного требования, принадлежащего участнику по отношению к обществу»60. Тем самым автор акцентирует внимание на обязательственно-правовом характере доли в уставном капитале.

Данный обязательственно-правовой аспект всячески подчеркивается и, в сущности, выводится на первый план в специальной литературе. Комментаторы Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» констатируют, что «доля участника в уставном капитале общества, по существу, является обязательственным правом требования»61.

В. Камышанский также формулирует, что доля участника (учредителя) в уставном капитале ООО представляет собой «пучок субъективных гражданских прав обязательственно-правового характера»62. Они приобретаются участниками от ООО взамен на внесенный вклад в уставный капитал63.

С.Д. Могилевский определяет, что «доля (часть доли) участника в уставном капитале, будучи объектом гражданских прав, есть не что иное, как разновидность объектов имущественных прав»64. Данный вывод вытекает из следующих положений: во-первых, автор указывает, что доля в уставном капитале является условной величиной и определяет объем обязательственных прав участника (п.2 ст.48 ГК РФ); во-вторых, «обязательственные права есть не что иное, как разновидность имущественных прав, поскольку к последним относятся субъективные права участников правоотношений, связанные с владением, пользованием и распоряжением имуществом, а также теми материальными (имущественными) требованиями, которые возникают между участниками гражданского оборота по поводу распределения этого имущества и обмена»65.

Данная позиция, с нашей точки зрения, не учитывает то обстоятельство, что далеко не все права владельца доли в уставном капитале общества имеют имущественное содержание. Это справедливо только для случаев, когда объектом обязательственного правоотношения, возникающего между участником и обществом, выступают имущество или имущественные права. При этом не учитываются другие объекты гражданских прав, указанные в ст.128 ГК РФ, например такие объекты, как информация. За рамками имущественного содержания находятся права информационного, организационного характера (право участвовать в управлении делами общества, получать информацию о деятельности общества и другие) 66.

По нашему мнению, отнесение доли в уставном капитале целиком к такому виду объектов, как имущественные права, суживает содержание обязательственных правоотношений участника и общества.

Понимание «вещных прав» в цивилистике (в самом обобщенном виде, как совокупности юридических правомочий лица в отношении вещи) не вполне согласуется с законодательно установленными принципами имущественных отношений между участником общества (владельцем доли в уставном капитале) и обществом. Поэтому обоснованность «вещности» доли участника в уставном капитале ООО, на наш взгляд, вызывает сомнение67.

Доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью предполагает наделение его участника целым комплексом прав и обязанностей как имущественного, так и неимущественного характера. К основным имущественным правам участников, предусмотренным Законом, относятся: право принимать участие в распределении прибыли, продавать, иным образом уступить свою долю в уставном капитале либо ее часть одному или нескольким участникам общества, право на получение ликвидационного остатка после расчетов с кредиторами. Основной имущественной обязанностью участников является обязанность по внесению вклада в уставный капитал в порядке, размерах, в составе и в сроки, предусмотренные Законом и учредительными документами общества. Основными правами неимущественного характера выступают: право на участие в управлении делами общества, на получение информации о деятельности общества, право знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией, право в любое время выйти из общества. К неимущественным следует отнести и обязанность не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности общества. Необходимо принимать во внимание, что ФЗ «Об ООО» (п.2 ст.8, п.2 ст.9) разрешает наделение участников дополнительными правами и обязанностями, не предусмотренными Законом (которые, поскольку это не противоречит Закону, могут быть как имущественного, так и неимущественного характера).

Федеральный арбитражный суд Поволжского округа, рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу по иску Григорьева Владимира Владимировича, г. Самара, к Обществу с ограниченной ответственностью «ТПФ Магазин N 36 «Овощи», г. Самара, Кирсанову Г.П., г. Самара, Сапожковой Л.П., г. Самара, Честных В.С., г. Самара, Кудряшовой Т.Г., г. Самара, о признании сделки недействительной,

Как видно из материалов дела, истец решением собрания участников ООО ТПФ «Магазин N 35 «Овощи» от 18.11.96 был принят в состав участников Общества.

Впоследствии, 20.11.96 в состав участников были приняты граждане Кирсанов Г.П. и Честных В.С., последний — по уступке доли от участника Общества Кудряшовой Т.Г.

Истец, считая, что уступкой доли и принятием сторонних лиц в состав участников Общества нарушены его преимущественные права, предусмотренные Уставом Общества, обратился в арбитражный суд с требованием о признании сделки уступки долей недействительными и применении последствий недействительности сделки.

Кирсанов Г.П. был принят в состав участников самостоятельно при увеличении уставного капитала Общества в соответствии с решением собрания участников от 20.11.96, на котором также присутствовал истец, согласно протоколу № 12, и голосовал за это решение. Протокол № 12 также подписан истцом.

В протоколе № 12 решения собрания от 20.11.96, подписанном участниками Общества, включая истца, перечислены все участники, включая новых: Кирсанова Г.П. и Честных В.С., с указанием их долей в уставном капитале Общества. При этом за состав участников с определением их долей голосовали единогласно.

Таким образом, в деле имеются доказательства прямого согласия истца на принятие в состав участников Общества Кирсанова Г.П. и Честных В.С. в соответствии с Уставом Общества, в частности его п.3.3.1, положения которого истец необоснованно считает нарушенными68.

Резюмируя вышеизложенное, считаем, что доля участника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью является отдельным, самостоятельным объектом гражданских прав, не входящим целиком ни в группу вещей, денег или ценных бумаг, иного имущества или имущественных прав, ни в группу нематериальных благ. Однако доля в уставном капитале ООО, несомненно, обладает качеством, общим для всех объектов гражданских прав, — это способность удовлетворять материальные и нематериальные потребности субъектов, носителей соответствующего права (участников общества).

Обозначив структурную составляющую категории «уставный капитал ООО», перейдем к его функциональной составляющей.

Сущность уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, как и любого иного явления правовой реальности, находит свое отражение в его функциях.

В качестве первой функции уставного капитала обозначим «формирующую», которая состоит в определении минимального размера имущества общества, в формировании его материальной основы, прежде всего на этапе его создания, также в процессе его дальнейшей деятельности — в случае увеличения или уменьшения размера уставного капитала общества. В литературе данную функцию именуют также «стартовой», поскольку она дает первичный импульс к деятельности общества, как бы создает материальный «задел» на будущее.

К сожалению, приходится констатировать, что значение данной функции уставного капитала в разрезе практики не столь велико, как предполагает теоретическая конструкция. Это связано прежде всего с тем, что российский законодатель установил неоправданно низкий минимальный уровень уставного капитала ООО при его создании. Размер уставного капитала общества должен быть не менее 100 минимальных размеров оплаты труда (п.1. ст.14 ФЗ РФ «Об ООО»), что составляет в денежном выражении 10 тысяч рублей или приблизительно 279 евро.

На эту проблему обращают внимание такие ученые, как Е.А. Суханов69, Г. Киперман70, и многие другие юристы. А если еще учесть то, что к моменту государственной регистрации общества с ограниченной ответственностью при его создании закон требует только 50% -ной оплаты уставного капитала, заявленного в учредительных документах, то можно с уверенностью констатировать, что уставный капитал является фиктивным обеспечением. Так, Е.И. Горяинова подчеркивает, что «указанная в Законе величина уставного капитала… является слишком незначительной в современном гражданском обороте, никоим образом не способна гарантировать интересы кредиторов»71.

Как полагает Ю. Ершов, «идея с уставным капиталом не была работающей с момента ее введения и остается одной из фикций гражданского правопорядка»72.

При этом все упомянутые авторы предлагают увеличить минимальный размер уставного капитала до такого размера, который позволил бы говорить о гарантийной функции уставного капитала в российской экономике. В качестве такой суммы С.А. Макаров, например, называет 300 — 500 МРОТ73, а Ю. Ершов — 1000 МРОТ74.

На наш взгляд, для решения данной проблемы необходимо увеличить величину минимального уставного капитала до 1000 МРОТ и возложить на налоговые органы специальные функции по контролю за реальным наличием у юридических лиц уставного капитала в необходимом размере. Кроме того, необходимо отметить, что современное законодательство не заявляет никаких дополнительных требований к минимальному размеру уставного капитала обществ с ограниченной ответственностью с долевым участием иностранных инвесторов.

В плане сравнительного анализа приведем законодательные требования о величине минимального уставного капитала общества с ограниченной ответственностью в других европейских странах. К примеру, в Венгрии минимальный размер уставного капитала ООО составляет 3 млн. форинтов (что соответствует примерно 12250 евро), в Румынии он на порядок ниже и составляет 2000000 лей (что соответствует около 60 евро); в странах Балтии минимальный размер уставного капитала ООО устанавливается соответственно: в Эстонии — 40000 крон (около 2500 евро), в Латвии — 2000 лат (около 3200 евро), в Литве — 10000 лит (около 2700 евро). В целом в рамках европейского законодательства требования о минимальном размере уставного капитала ООО принципиально различны и колеблются от 1 евро в Ирландии до 23500 евро в Объединенном Королевстве и 25000 евро в Германии75.

Указанные цифры позволяют оценить, какое значение придает законодатель формирующей функции уставного капитала ООО. При откровенно формальном подходе к установлению минимального размера уставного капитала (например, в 1 евро), его формирующая функция оказывается «мертвой», не работающей.

Формирующая функция уставного капитала реализуется не только путем законодательного определения минимального размера уставного капитала ООО при его создании, но и посредством недопущения освобождения учредителей общества от обязанности внесения вкладов в уставный капитал общества (абз.2 п.1 ст.16 ФЗ РФ об ООО).

Российский законодатель, формально не отрицая формирующую функцию уставного капитала, тем не менее демонстрирует к ней явное пренебрежение. Об этом свидетельствует величина минимального уставного капитала в РФ. При этом следует учитывать то обстоятельство, что уставный капитал общества на момент его регистрации должен быть оплачен не менее чем наполовину, а остальная часть должна быть внесена в течение первого года деятельности общества. Таким образом, фактически на момент создания уставный капитал общества может составлять только 5 тысяч рублей, что едва ли можно считать прочной материальной основой для его дальнейшей деятельности.

В зависимости от величины минимального уставного капитала можно судить о степени обеспеченности и гарантированности интересов кредиторов ООО.

На наш взгляд, следует в законодательном порядке повысить, причем не менее чем в несколько раз, минимально допустимую величину уставного капитала общества с ограниченной ответственностью в РФ. Это позволит решить целый ряд задач, связанных с:

созданием более прочной материально-финансовой базы общества уже на стадии его учреждения,

повышением степени обеспеченности интересов потенциальных кредиторов общества,

стимулированием активности в деятельности участников общества в избранном ими направлении предпринимательской деятельности,

обеспечением более высокой дисциплинированности участников общества (выражением которой будет уменьшение числа «фиктивно создаваемых» либо «мертвых» обществ).

Кроме того, на наш взгляд, не вполне оправданно прежде всего с экономической точки зрения в плане реализации «формирующей» функции уставного капитала установление единой минимальной ставки размера уставного капитала для всех обществ с ограниченной ответственностью независимо от характера, объема деятельности, числа участников.

В данном разрезе мы поддерживаем точку зрения авторов, которые считают, что установление минимального размера уставного капитала в такой форме, как это предусмотрено в России, является малоэффективным76.С. Айгнер-Хегер пишет: «… следует учитывать, что размер необходимых финансовых средств для ведения определенного бизнеса определяется в каждом отдельном случае (например, осуществление производства продукции требует гораздо большего капитала, чем оказание консалтинговых услуг). Один общий минимальный размер уставного капитала не может соответствовать требованиям любого предмета деятельности»77. Как следствие возникает ситуация: реальное обеспечение прав кредиторов в обществах с ограниченной ответственностью с минимально допустимым размером уставного капитала, но существенно отличающихся по объемам хозяйственной деятельности, по количеству кредиторов и размерам задолженностей, будет на порядок различаться. Это идет вразрез с гражданско-правовым принципом справедливости.

Поэтому имеет смысл в законодательном порядке установить дифференциацию требований о минимальном размере уставного капитала хозяйственных обществ в зависимости от такого показателя, как характер деятельности (учитывая, какое направление деятельности общества выступает в качестве основного — торгово-закупочная, производственная либо сельскохозяйственная деятельность, оказание услуг и т.п., которое должно быть четко определено в учредительных документах).

Второй функцией уставного капитала следует назвать гарантирующую функцию, или иначе ее можно именовать обеспечительной. Уставный капитал призван, как уже отмечалось выше, гарантировать удовлетворение интересов кредиторов общества. В этом состоит задача гарантирующей функции уставного капитала. По нашему мнению, именно в гарантирующе-обеспечительной функции проявляется сущность и назначение уставного капитала ООО.

Следует согласиться с мнением многих авторов78 и признать, что в настоящее время данная функция уставного капитала не стала основной и не вполне эффективно решает поставленные перед ней задачи.

Обозначим основные проблемы российского права хозяйственных обществ, которые возникают на пути реализации гарантирующей функции уставного капитала:

а) неоправданно низкий минимальный размер уставного капитала, установленный для ООО российским законодательством. (Данная проблематика, как уже отмечалось, тесно связана с реализацией другой функции уставного капитала — формирующей);

б) отсутствие в законодательстве ограничений в расходовании уставного капитала со стороны учредителей. «Не неприкосновенность» уставного капитала может свести к минимуму возможность реального удовлетворения требований кредиторов общества. Немецкие цивилисты, заостряя внимание на данной проблеме, подчеркивают, что поскольку управляющие обществом могут использовать его уставный капитал в интересах общества (для приобретения средств производства, выплаты заработной платы и т.д.), то в этом случае возможные кредиторы общества «останутся ни с чем»79. Законодательство не предусматривает обязанность участников производить дополнительные выплаты — это противоречило бы сущности такого общества;

в) ненадлежащее состояние правовой базы, регламентирующей порядок определения стоимости чистых активов общества с ограниченной ответственностью. Стоимость чистых активов выступает как условная величина, характеризующая состояние реального имущества общества, свободного от обязательств, и свидетельствующая о фактической способности общества исполнять свои обязательства. В контексте реализации гарантирующей функции уставного капитала чистые активы ООО необходимо принимать во внимание, поскольку их стоимость не должна быть меньше размера уставного капитала (п.3 ст.20 ФЗ РФ «Об ООО»).

Согласно абз.3, п.3 ст.20 Закона об ООО порядок определения стоимости чистых активов общества должен устанавливаться федеральными законами РФ и издаваемыми в соответствии с ними нормативными актами, однако требуемый федеральный закон до сих пор не принят. В связи с этим следует констатировать наличие пробела в правовом регулировании данной области имущественных отношений ООО.

Для устранения существующего пробела в праве необходимо, безусловно, принятие специального федерального закона, определяющего порядок оценки стоимости чистых активов хозяйственных обществ. На наш взгляд, данный федеральный закон в целях законодательной экономии должен распространить свое действие не только на общества с ограниченной ответственностью, но и на другие хозяйственные общества (акционерное общество, общество с дополнительной ответственностью).

До тех пор пока требуемый федеральный закон не будет принят, учитывая ранее сложившуюся практику, общества с ограниченной ответственностью при определении стоимости чистых активов должны руководствоваться правилами, установленными для акционерных обществ, а именно Приказом Минфина РФ и Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг от 29.01.2003 № 10н/03-пз «Об утверждении порядка оценки стоимости чистых активов акционерных обществ»80. Согласно данному Приказу под стоимостью чистых активов акционерного общества понимается величина, определяемая путем вычитания из суммы активов акционерного общества, принимаемых к расчету, суммы его пассивов, принимаемых к расчету;

г) отсутствие четких законодательных критериев, касающихся формы внесения так называемых неденежных вкладов участников в уставный капитал общества с ограниченной ответственностью на стадии его создания. Закон определяет лишь примерный перечень видов неденежных вкладов, которые могут быть внесены в уставный капитал ООО, при этом не содержит общих критериев или признаков неденежного вклада. Это дает возможность формирования уставного капитала из неликвидного имущества или имущественных прав либо вообще «фиктивного» уставного капитала. Особенно важно иметь в виду, что «в уставный капитал должно входить реальное имущество, которое может удовлетворить претензии потенциальных кредиторов»81.

Следует отметить еще одну функцию уставного капитала — «удостоверяющую», или, как иначе ее можно обозначить, «функцию участия». Она позволяет установить степень заинтересованности каждого участника общества в деятельности общества, поскольку в зависимости от размера доли участника в уставном капитале определяется структура голосования участников при принятии решений на общем собрании участников общества, а также осуществляется распределение прибыли, полученной обществом.

По общему правилу каждый участник общества имеет на общем собрании участников общества число голосов пропорционально его доле в уставном капитале общества (абз.3 п.1 ст.32 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Однако в результате анализа норм законодательства об ООО можно прийти к выводу, что не только размер доли в уставном капитале предопределяет степень заинтересованности участника в делах общества. Об этом свидетельствуют следующие правила, которые, на наш взгляд, несколько ослабляют значение функции «участия»:

Уставом общества, по решению общего собрания участников, может быть установлен иной, нежели пропорционально доли в уставном капитале, порядок определения числа голосов участников общества (абз.5 п.1 ст.32 ФЗ РФ «Об ООО»);

участники общества могут быть наделены дополнительными правами, помимо прав, предусмотренных законодательством. Дополнительные права предоставляются по решению общего собрания участников общества и напрямую не зависят от размера доли участника в уставном капитале. Более того, в случае отчуждения доли участника, наделенного дополнительными правами, к приобретателю доли эти дополнительные права не переходят (п.2 ст.8 ФЗ РФ «Об ООО»).

Необходимо отметить, что роль «удостоверяющей» функции уставного капитала проявляется значительнее в такой конструкции общества с ограниченной ответственностью, как ООО, созданное одним участником. В отличие от ООО, образованных двумя и более лицами, в обществе с единственным участником «объединение лиц» и «объединение капиталов» не происходит. Поскольку деление уставного капитала на доли отсутствует, все 100% долей уставного капитала удостоверяют имущественный интерес одного лица — единственного учредителя общества.

Резюмируя сказанное относительно функциональной составляющей категории «уставный капитал ООО», следует констатировать, что действующие в РФ правовые механизмы не в полной мере обеспечивают реализацию функций уставного капитала общества с ограниченной ответственностью, что неизбежно «подрывает» их эффективность. А это, в свою очередь, негативным образом отражается на обеспеченности интересов кредиторов общества и не может не сказаться на имущественных интересах самих участников общества.

В целом следует отметить, что многие вопросы, связанные с уставным капиталом обществ с ограниченной ответственностью, получили разъяснение в практике арбитражных судов. Однако проблемы, требуют законодательного решения. Для того чтобы обеспечительная функция уставного капитала общества с ограниченной ответственностью существовала не только в теории, но и работала на практике, требуется коренной пересмотр значительного числа законодательных норм.

2.2 Обеспечение прав и интересов участников общества с ограниченной ответственностью с помощью уставного капитала

Предприниматели, создающие общество с ограниченной ответственностью, как правило, поручают разработку его учредительных документов третьим лицам, не подозревая, что уже на стадии создания общества можно избежать многих конфликтов интересов, которые возникают в процессе его дальнейшей деятельности, а также упрочить положение каких-либо отдельных участников общества. Сделать это можно путем составления устава общества, отличного от типового, т.к Закон «Об обществах с ограниченной ответственностью» позволяет редактировать многие положения этого учредительного документа в соответствии с интересами участников.

Распределение чистой прибыли в обществе с ограниченной ответственностью может осуществляться несколько раз в течение года, и в уставе общества можно закрепить порядок и время распределения, наибольшим образом соответствующие интересам участников.

Как известно, прибыль общества распределяется пропорционально долям участников в уставном капитале (п.2 ст.28 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Однако уставом может быть закреплен порядок получения прибыли, отличный от общего, т.е. можно установить, что один участник всегда получает прибыль в размере 70%, а другой — в размере 30%, хотя их доли в уставном капитале равны. Естественно, что данное положение может сильно нарушить интересы отдельных групп участников, поэтому рекомендовать большинству в обществе распределять прибыль только между собой не верно, как и рекомендовать распределять прибыль между всеми участниками в равных долях. Вместе с тем отступление от общего порядка предполагается справедливым в случае, если одни участники делают для общества больше других, например, используя свои знания в деятельности общества, деловые связи и т.п.

Участниками в уставе может быть ограничен максимальный размер доли, принадлежащей одному участнику (п.3 ст.14 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Настоящее положение может применяться в том случае, если участники хотят сохранить баланс сил в обществе. Кроме того, уставом можно ограничить возможность изменения соотношения долей между участниками. Установление такого ограничения в коллективе общества позволяет закрепить определенные пропорции распределения прибыли и голосов на общем собрании участников. Наиболее выгодно применение данного положения для участника, владеющего наибольшей долей в уставном капитале общества. В сочетании с иными возможностями, которые будут рассмотрены ниже, закрепление соотношения долей участников и ограничение их размера позволяет спрогнозировать расстановку сил в обществе на длительный период времени82.

Исполнительный орган в обществе с ограниченной ответственностью может присутствовать в виде коллегиального органа (правление) и/или единоличного исполнительного органа, что опять же отражается в уставе.

Деятельность исполнительного органа определяется уставом общества и его внутренними документами, причем для коллегиального органа компетенция прямо предусматривается уставом. Кроме того, уставом общества определяется срок, в течение которого исполнительный орган осуществляет свои полномочия.

Однако излишне усложнять структуру управления обществом не стоит, т.к следует помнить, что лишний коллегиальный орган — это дополнительные столкновения интересов внутри него, что может негативно сказаться на деятельности общества в целом83.

Хотелось бы остановиться на возможности участников общества предоставлять всем или некоторым из них дополнительные права, которые закрепляются в уставе (п.2 ст.8 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Настоящие права привязываются к конкретной личности и в случае отчуждения доли не передаются с ней, что возможно в законодательстве зарубежных стран84. На практике указанные права, как правило, означают определенные привилегии в управлении обществом или получении прибыли. Так, дополнительным правом может являться право назначать одного из членов наблюдательного совета или получать долю прибыли большую, чем пропорциональный размер доли в уставном капитале. Участники должны с осторожностью подходить к формированию положений, касающихся предоставления дополнительных прав, поскольку при определенных условиях какой-либо участник (группа участников) может приобрести практически неограниченную власть в обществе.

В обществе с ограниченной ответственностью между участниками складываются отношения, свойственные объединениям лиц. Личность участников в этой форме соединения небезразлична.

Отчуждение своей доли третьим лицам может нарушить интересы общества и остальных участников. В первых товариществах с ограниченной ответственностью оно допускалось только с разрешения остальных участников85. В обществе с ограниченной ответственностью уставом может быть установлен полный запрет на такое отчуждение (п.2 ст.21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Такой запрет максимально фиксирует индивидуально-определенный состав общества и уместен, на наш взгляд, в обществе с малым числом участников (менее десяти), в котором отношения наиболее приближены к отношениям в объединениях лиц. Аналогичное предписание содержится и для наследования долей в обществе — уставом может быть предусмотрено, что переход и распределение доли к новым наследникам возможны лишь с согласия остальных участников общества (п.7 ст.21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Интересна возможность преимущественного приобретения участниками долей, отчуждаемых третьим лицам, в ином порядке, чем пропорционально размерам своих долей (п.4 ст.21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»). Установление в уставе общества положения, согласно которому отчуждаемая доля будет, например, распределяться равным образом только между участниками — владельцами долей более 20% уставного капитала, способно сильно изменить порядок принятия решений на общем собрании участников и прочее, связанное с долей в уставном капитале и определяемое ею.

При переходе доли (части доли) в уставном капитале общества к другим участникам общества устав может устанавливать, что такой переход возможен с согласия общества или других его участников. Ограничения на переход доли внутри общества следует устанавливать в случае, если участники общества заинтересованы в сложившемся пропорциональном соотношении долей, которое определяет баланс их интересов.

В заключение стоит отметить, что в обществе с ограниченной ответственностью имеется и другой учредительный документ — учредительный договор. Однако он не имеет такого значения в регулировании деятельности общества, как устав, поскольку их положения в основном дублируются, а в законе вообще прямо указано, что в случае несоответствия между собой положений учредительного договора и устава приоритетное значение имеет именно устав (п.5 ст.12 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Таким образом, создателям и участникам обществ с ограниченной ответственностью стоит более серьезно подходить к вопросу содержания устава организации, что позволит им избегать многих волнений в будущем.

2.3 Организация управления в обществе с ограниченной ответственностью

Прежде чем начать характеризовать органы управления ООО следует отметить, что организация управления выражает самоуправленческую деятельность его участников. Именно участники общества определяют структуру и компетенцию органов управления.

Итак, управление в ООО строится исходя из того, что общее собрание участников является его высшим органом, обладающим исключительной компетенцией в решении некоторых вопросов жизни общества. 86

К исключительной компетенции общего собрания участников общества относятся:

1) определение основных направлений деятельности общества, а также принятие решения об участии в ассоциациях и других объединениях коммерческих организаций;

2) изменение устава общества, в том числе изменение размера уставного капитала общества;

3) внесение изменений в учредительный договор;

4) образование исполнительных органов общества досрочное прекращение их полномочий, а также принятие решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества коммерческой организации или индивидуальному предпринимателю;

5) избрание и досрочное прекращение полномочий ревизионной комиссии (ревизора) общества;

6) утверждение годовых отчетов и годовых бухгалтерских балансов;

7) принятие решения о распределении чистой прибыли общества между участниками общества;

8) утверждение (принятие) документов, регулирующих внутреннюю деятельность общества (внутренних документов общества);

9) принятие решения о размещении обществом облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг;

10) назначение аудиторской проверки, утверждение аудитора и определение размера оплаты его услуг;

11) принятие решения о реорганизации или ликвидации общества;

12) назначение ликвидационной комиссии утверждение ликвидационных балансов;

13) решение иных вопросов, предусмотренных Законом. (ст.33 Закона)

Общее собрание участников ООО является не постоянно, а систематически действующим органом общества. В связи с этим Закон различает два вида таких собраний — очередные (как правило, ежегодные) и внеочередные (чрезвычайные). Рассмотрим указанные разновидности общих собраний подробнее.

Очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год, и созывается исполнительным органом общества87.

Право созыва очередного общего собрания участников ООО принадлежит исполнительному органу общества и в случае, предусмотренном Законом и уставом общества, соответствующие полномочия реализует совет директоров (наблюдательный совет) общества (см. ст.32 Закона).

Целесообразно иметь в виду, что созыв общего собрания участников общества — не только право, но и обязанность исполнительного органа. Поэтому при приближении срока проведения очередного общего собрания участников общества исполнительный орган общества обязан не позднее чем за 30 дней до даты его проведения уведомить об этом всех участников общества и совершить иные действия, предусмотренные ст.36 Закона. 88

Срок проведения ежегодного общего собрания обязательно должен быть установлен в уставе ООО. Дата проведения собрания может быть установлена в определенном временном диапазоне, но не ранее чем через 2 месяца и не позднее чем через 4 месяца после окончания финансового года.

В качестве второй разновидности общих собраний участников ООО Закон (ст.15) называет внеочередное общее собрание.

Внеочередное общее собрание участников общества проводится в случаях, определенных уставом общества, а также в любых иных случаях, если проведения такого общего собрания требуют интересы общества и его участников. Внеочередное общее собрание, как и очередное, является высшим органом общества (ст.32 Закона) и реализует компетенцию общего собрания участников общества.

Конкретный перечень оснований созыва и проведения внеочередного общего собрания участников ООО должен быть установлен в уставе соответствующего общества.

Внеочередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества по его инициативе, по требованию совета директоров (наблюдательного совета) общества, ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудитора, а также участников общества, обладающих в совокупности не менее чем одной десятой от общего числа голосов участников общества89.

Исполнительный орган общества обязан в течение пяти дней с даты получения требования о проведении внеочередного общего собрания участников общества рассмотреть данное требование и принять решение о проведении внеочередного общего собрания участников общества или об отказе в его проведении. Решение об отказе в проведении внеочередного общего собрания участников общества может быть принято исполнительным органом общества только в случаях; если не соблюден установленный Законом порядок предъявления требования о проведении внеочередного общего собрания участников общества; если ни один из вопросов, предложенных для включения в повестку дня внеочередного общего собрания участников общества, не относится к его компетенции или не соответствует требованиям федеральных законов.

Если один или несколько вопросов, предложенных для включения в повестку дня внеочередного общего собрания участников общества, не относятся к компетенции общего собрания участников общества или не соответствуют требованиям федеральных законов, данные вопросы не включаются в повестку дня90.

Законом предусмотрено, что в случае принятия решения о проведении внеочередного общего собрания участников общества указанное общее собрание должно быть проведено не позднее сорока пяти дней со дня получения требования о его проведении.

В соответствии с Законом орган или лица, созывающие общее собрание участников общества, обязаны не позднее чем за тридцать дней до его проведения уведомить об этом каждого участника общества заказным письмом по адресу, указанному в списке участников общества, или иным способом, предусмотренным уставом общества.

Любой участник общества вправе вносить предложения о включении в повестку дня общего собрания участников общества дополнительных вопросов не позднее чем за пятнадцать дней до его проведения.

Нужно иметь в виду, что установленный в ст.37 Закона, порядок проведения общего собрания в равной мере применяется как для очередного, так и для внеочередного общего собрания участников ООО.

Перед открытием общего собрания участников общества проводится регистрация прибывших на собрание участников. Участники общества вправе участвовать в общем собрании не только лично, но и через своих представителей, которые в этих случаях должны предъявить документы, подтверждающие их надлежащие полномочия.

Общее собрание участников общества открывается в указанное в уведомлении о проведении общего собрания участников общества время или, если все участники общества уже зарегистрированы, ранее.

Общее собрание участников общества открывается лицом, осуществляющим функции единоличного исполнительного органа общества, или лицом, возглавляющим коллегиальный исполнительный орган общества.

Лицо, открывающее общее собрание участников общества, проводит выборы председательствующего из числа участников общества.

Обязанность организовать ведение протокола общего собрания участников общества возлагается на исполнительный орган общества. Протоколы всех общих собраний подшиваются в книгу протоколов, которая должна в любое время предоставляться любому участнику общества для ознакомления.

Согласно п.7 ст.37 Закона, общее собрание участников общества вправе принимать решения только по вопросам повестки дня, сообщенным участникам общества в соответствии с пп.1 и 2 ст.36 Закона, за исключением случаев, если в данном общем собрании участвуют все участники общества

В п.8 ст.37 Закона установлены специальные и общие правила принятия решений общим собранием участников общества. Квалифицированным большинством, не менее двух третей голосов от общего числа голосов всех участников общества принимаются решения об изменении устава общества, в т. ч. изменении (увеличении или уменьшении) размера его уставного капитала, а также по иным важным вопросам, указанным в уставе общества, кроме тех случаев, когда Законом или уставом общества для решения соответствующих вопросов предусмотрена необходимость большего числа голосов. При подсчете голосов учитываются голоса всех участников общества, а не только тех, которые присутствовали на общем собрании при принятии соответствующего решения.

Единогласно всеми участниками общества с ограниченной ответственностью принимаются решения по вопросам о внесении изменений в учредительный договор общества, о реорганизации или ликвидации общества.

Простым большинством от общего числа голосов всех участников общества могут приниматься любые решения, за исключением случаев, когда необходимость большего числа голосов для решения отдельных вопросов предусмотрена Законом или уставом общества.

Уставом общества может быть предусмотрено проведение кумулятивного голосования по вопросам об избрании членов совета директоров, членов коллегиального исполнительного органа и членов ревизионной комиссии общества. В этом случае число голосов, принадлежащих каждому участнику общества, умножается на число лиц, которые должны быть избраны в орган общества, и участник общества вправе отдать полученное таким образом число голосов полностью за одного кандидата или распределить их между двумя и более кандидатами. Избранными считаются кандидаты, получившие наибольшее число голосов (ст.37 Закона)

В обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично и оформляются письменно. При этом положения ст.34-38 и 43 Закона не применяются, за исключением положений, касающихся сроков проведения годового общего собрания участников общества.

Совет директоров (наблюдательный совет) ООО не является исполнительным органом общества. В тех корпорациях, где данный орган управления образуется, его главное предназначение — обеспечить непрерывность участия в управлении участников общества в период между общими собраниями и контроль за исполнением решений, принятых общим собранием. 91

В целях повышения оперативности реагирования участников общества на определенные управленческие и экономические ситуации совету директоров могут быть переданы определенные функции общего собрания. 92

Так, согласно ст.32 Закона, уставом общества может быть предусмотрено, что к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) относятся: образование исполнительных органов общества, досрочное прекращение их полномочий, решение вопросов о совершении крупных сделок в случаях, предусмотренных ст.46 Закона, решение вопросов о совершении сделок, в совершении которых имеется заинтересованность, в случаях, предусмотренных ст.45 Закона, решение вопросов, связанных с подготовкой, созывом и проведением общего собрания участников общества, а также решение иных вопросов, предусмотренных Законом.

В случае, если решение вопросов, связанных с подготовкой, созывом и проведением общего собрания участников общества, отнесено уставом общества к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества, исполнительный орган общества приобретает право требовать проведения внеочередного общего собрания участников общества.

Членами совета директоров могут быть только физические лица. Закон не регулирует требования к составу совета директоров, поэтому следует считать, что членами данного органа могут быть: граждане, являющиеся участниками соответствующего общества; граждане, являющиеся представителями юридических лиц — участников общества; иные трудоспособные и дееспособные граждане93.

Цель образования совета директоров (наблюдательного совета) — в обеспечении систематического и непрерывного участия учредителей и иных лиц, являющихся участниками общества в решении стратегических вопросов управления. Если в состав совета директоров избираются (назначаются) лица, не являющиеся участниками данного общества, то это может быть обусловлено их высоким профессионализмом, деловыми качествами, редкой специализацией.

Поскольку одной из функций совета директоров (наблюдательного совета) хозяйственного общества является систематический контроль за деятельностью его исполнительных органов, необходимо иметь в виду ограничение, предусмотренное ст.32 Закона. Члены коллегиального исполнительного органа общества не могут составлять более одной четвертой состава совета директоров (наблюдательного совета) общества. Лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества, не может быть одновременно председателем совета директоров (наблюдательного совета) общества.

По решению общего собрания участников общества членам совета директоров (наблюдательного совета) общества в период исполнения ими своих обязанностей могут выплачиваться вознаграждения и (или) компенсироваться расходы, связанные с исполнением этих обязанностей. Размеры указанных вознаграждений и компенсаций устанавливаются решением общего собрания участников общества.

Исполнительные органы общества обладают остаточной компетенцией, то есть вправе решать вопросы управления и деятельности общества не отнесенные к исключительной компетенции общего собрания. 94

Согласно п.1 ст.40 Закона единоличный исполнительный орган общества, (генеральный директор, президент и др.) избирается общим собранием общества на срок, определенный уставом общества. Вместе с тем избрание единоличного исполнительного органа может быть отнесено уставом к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) (п.2 ст.32 Закона).

Единоличный исполнительный орган (генеральный директор, президент и др.) может быть избран как из состава участников общества, так и из иного круга лиц. Правда, в последнем случае, участвуя в общем собрании участников общества, единоличный исполнительный орган имеет право только совещательного голоса.

В качестве единоличного исполнительного органа может выступать только физическое лицо. Единственным исключением является тот случай, когда общество передает полномочия единоличного исполнительного органа управляющему, в роли которого выступает коммерческая организация.

Права и обязанности, порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества (генерального директора, президентам др.) и принятия им решений по осуществлению руководства текущей деятельностью общества устанавливаются уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа. Договор подписывается от имени общества лицом, председательствовавшим на общем собрании участников общества, на котором избрано лицо, осуществляющее функции генерального директора общества, или участником общества, уполномоченным решением совета директоров общества. 95

Из анализа норм Закона видно, что он не дает исчерпывающего перечня полномочий единоличного исполнительного органа общества, предлагая участникам общества широкие возможности для творчества.

В Законе не содержится положений о возможности совмещения лицом, осуществляющим функции единоличного исполнительного органа общества (директором, генеральным директором), должностей в органах управления других организаций. На наш взгляд, такое совмещение должно допускаться только с согласия общего собрания общества или совета директоров (наблюдательного совета) общества. Соответствующие положения необходимо включить как в устав общества, так и в договор, заключаемый обществом с единоличным исполнительным органом.

Уставом общества может быть предусмотрено образование коллегиального исполнительного органа наряду с единоличным исполнительным органом.

Полномочия коллегиального исполнительного органа общества также определяются уставом.

В компетенцию коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) ООО, как правило, включается решение следующих наиболее типичных вопросов:

организация эффективного оперативного управления текущей деятельностью общества;

организация и обеспечение выполнения решений общего собрания участников и совета директоров (наблюдательного совета) общества;

выработка и осуществление текущей хозяйственной политики общества в целях повышения его прибыльности и конкурентоспособности;

разработка и представление общему собранию общества годовых планов работы общества, подготовка документов финансовой отчетности, бухгалтерских балансов, счетов прибылей и убытков общества, проектов распределения прибылей и убытков;

разработка текущих и перспективных планов реализации уставных задач по направлениям деятельности общества;

разработка и представление на утверждение общего собрания участников общества проектов внутренних нормативных, инструктивных, методических и других документов, регламентирующих деятельность общества;

разработка условий проектов договоров, определяющих права и обязанности единоличного исполнительного органа и членов коллегиального исполнительного органа;

совершение сделок по распоряжению имуществом общества, предметом которых является имущество стоимостью от 10 до 25% балансовой стоимости активов общества на дату принятия решении о совершении таких сделок.

Состав коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции и др.), в том числе и по количеству его членов, утверждается решением общего собрания участников или совета директоров общества по представлению единоличного исполнительного органа. В случае необходимости названные органы вправе изменять как по количеству, так и по качеству состав правления (дирекции) общества.

Коллегиальный исполнительный орган (правление, дирекция) может быть образован на срок от одного года до пяти лет. По истечении определенного уставом срока общее собрание участников или совет директоров должны либо продлить полномочия коллегиального исполнительного органа на очередной срок, либо утвердить его новый состав.

Уставом общества может быть предусмотрено, что права и обязанности членов коллегиального исполнительного органа общества по осуществлению руководства текущей деятельностью общества определяются договором, заключаемым с обществом. Договор от имени общества подписывается председателем общего собрания участников общества или председателем совет директоров (наблюдательного совета) общества либо лицом, уполномоченным на это собранием или советом директоров (наблюдательным советом) общества.

Членом коллегиального исполнительного органа может быть только физическое лицо, при этом не важно, является оно участником общества или нет. В последнем случае член коллегиального исполнительного органа может участвовать в общем собрании участников общества лишь с правом совещательного голоса96.

Работой коллегиального исполнительного органа руководит председатель, функции которого выполняет лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества.

Порядок деятельности коллегиального исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества и внутренними документами общества.

Члены коллегиального исполнительного органа принимают решения и организуют работу по своему усмотрению. Кворумом является присутствие половины (если уставом не оговорено большее количество) членов коллегиального исполнительного органа. Решения на заседании коллегиального исполнительного органа принимаются голосованием. Каждый член коллегиального исполнительного органа обладает одним голосом. Решение считается принятым, если за него проголосовало большинство членов коллегиального исполнительного органа, присутствующих на заседании. В случае равенства голосов решающим является голос председательствующего.

Члены коллегиального исполнительного органа назначают секретариат для ведения протоколов заседаний.

Уставом общества может быть предусмотрено совмещение членами коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции) должностей в органах управления других организаций, но для этого требуется согласие органа, который образовывал коллегиальный исполнительный орган общества.

Вместе с тем анализ работы коллегиальных исполнительных органов ООО показывает, что они еще не стали на самом деле самостоятельными органами. Это связано с тем, что коллегиальные исполнительные органы продолжают восприниматься как “орган при директоре».

Общество с ограниченной ответственностью вправе передать по договору полномочия своего единоличного исполнительного органа управляющему, если такая возможность прямо предусмотрена уставом общества. Практическая реализация данного правомочия отнесена к исключительной компетенции общего собрания участников общества, которое принимает решение о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества коммерческой организации или индивидуальному предпринимателю — управляющему, утверждает такого управляющего и условия договора с ним.

Согласно ст.42 Закона, регулирующей правила передачи полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему, договор с управляющим подписывается от имени общества лицом, председательствовавшим на общем собрании участников общества, утвердившем условия договора с управляющим, или участником общества, уполномоченным решением общего собрания участников общества.

Управляющим может быть как физическое лицо, зарегистрированное в установленном порядке в качестве индивидуального предпринимателя и действующее на основании свидетельства о государственной регистрации, так и юридическое лицо (управляющая организация). Общество вправе само решать этот вопрос, но лишь в случае, если такая возможность предусмотрена его уставом.

Тихомиров М. .Ю. говорит о том, что важно в уставе общества установить, в каких случаях целесообразно иметь управляющего, кто вносит соответствующий вопрос в повестку дня общего собрания, кто докладывает, как проходит обсуждение кандидатуры, каким образом принимается решение об управляющем и как оно оформляется. 97

На основе решения общества готовится и подписывается договор с управляющим. В принципе такой договор по своей природе является, скорее, трудовым договором с управляющим — физическим лицом. Однако Закон не случайно говорит о том, что управляющим может быть не любой гражданин, а лишь тот, который является индивидуальным предпринимателем. Предпринимательская деятельность, в отличие от работы по найму, предполагает самостоятельно организуемую инициативную деятельность субъекта на свой риск без подчинения правилам трудового распорядка, принятым в той или иной организации.

По-видимому, законодатель в данном случае предполагает установление не трудовых, а гражданско-правовых отношений, хотя и заключение трудового договора (контракта) с управляющим, являющимся физическим лицом, строго говоря, не будет противоречить Закону. Думаю, что определение типа договора — трудового или гражданско-правового с управляющим-гражданином должно происходить с учетом пожеланий сторон.

Договор с управляющей организацией о передаче такому лицу полномочий единоличного исполнительного органа общества по своей природе является гражданско-правовым договором.

В нем присутствуют отдельные элементы договоров поручения, доверительного управления имуществом, возмездного оказания услуг, безвозмездного пользования (например, предоставляемым управляющему имуществом общества) и др.

Поэтому такой договор следует относить к смешанным гражданско-правовым договорам (см. ст.421 ГК РФ).

Вопрос о расторжении договора с управляющий может быть поставлен советом директоров (наблюдательным советом), любым участником общества и рассматривается на общем собрании участников общества. Договор считается расторгнутым с даты, указанной в решении общества.

Глава 3. Осуществление прав участниками общества с ограниченной ответственностью

3.1 Специфика прав участников общества с ограниченной ответственностью

Общество с ограниченной ответственностью (ООО) является на сегодняшний день одной из самых распространенных правовых форм организации юридического лица как в нашей стране, так и за рубежом. Федеральный закон от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» еще более усиливает актуальность изучения настоящей правовой формы.

Рассмотрим специфику прав участника ООО исходя из функционального назначения и характерных особенностей этой правовой формы, а также подвергнем анализу права, характерные лишь для конструкции ООО и делающие ее уникальной. Кроме того, разберем особенности тех прав, которыми обладают участники других объединений.

Дополнительные права — наиболее наглядный пример категории прав, присущих лишь ООО. В любой организационно — правовой форме юридического лица, в том числе и ООО, конкретный перечень прав участников определяется учредительными документами. Он может быть расширен и дополнен по сравнению с законодательно закрепленным минимумом. Специфика же дополнительных прав участников именно общества с ограниченной ответственностью состоит в следующем.

Во-первых, согласно Закону они могут быть предусмотрены не только учредительными документами, но и единогласным решением общего собрания. Тем самым участники получают возможность регулировать объем своих прав в ходе деятельности общества, не прибегая к внесению изменений в учредительные документы и связанной с этим процедуре перерегистрации.

Во-вторых, дополнительные права носят персональный характер. Если права, которые предоставляет закон, принадлежат всем участникам без исключения, то дополнительные права, по мысли законодателя, могут предоставляться либо всем участникам, либо только определенной группе участников (например, обладающим долями предусмотренного размера), либо персонально одному или нескольким участникам. И в том, и в другом случае эти права связаны с личностью их обладателя, а наделение ими обусловлено персональным решением общего собрания относительно нескольких или одного участника.

Права эти составляют собственную привилегию их обладателя, поскольку в случае отчуждения им своей доли не переходят к ее приобретателю, как обычные права участника. Такого рода права предоставляют участникам возможность не только расширить их перечень, но и регулировать объем и принадлежность прав тому или иному участнику.

Наделение определенного лица каким-либо особым правом за персональные качества характерно именно для личных объединений. Следовательно, здесь налицо специфическая особенность ООО, свидетельствующая о том, что данная правовая форма есть не что иное, как синтез объединения лиц и капиталов.

Надо заметить, что в соответствии с Законом к приобретателю доли не переходят лишь права, предоставленные определенному участнику общества. Иными словами, если тот, кто наделяется тем или иным дополнительным правом, определен индивидуально, то право это принадлежит лично ему и имеет персональный характер. Если же участники, которые получают какую-либо привилегию в виде дополнительного права, определены родовыми признаками (как в приведенном выше примере — размером доли), то такое право не приобретает персонального характера. Мнение же некоторых исследователей о том, что персональный характер носят все дополнительные права, представляется несколько спорным98. Если следовать этой точке зрения, тогда любое право, предусмотренное уставом (помимо законодательно закрепленного минимума), станет персональным. И значит, каждому новому участнику, приобретающему долю в обществе, нужно будет особым решением общего собрания, принятым 2/3 голосов, утверждать принадлежность этого персонального права, что абсурдно.

Право требовать исключения из общества одного из его участников — другое уникальное право участников ООО. Наличие такого рода прав характерно для личных объединений. Поэтому совершенно очевидно, что данное право имеет своей целью предоставить участникам ООО возможность контролировать свой персональный состав, что чрезвычайно важно в условиях небольшого коллектива, совместно ведущего дела.

Так Участники Общества с ограниченной ответственностью Фирма «Тысяча мелочей», г. Самара (далее — ООО Фирма «Тысяча мелочей») Люкшин А.И., Мацуца О.И., Жидкова В.В., Кузнецова В.А., Гусева Т.Е., Белова Г.В., г. Самара, обратились в Арбитражный суд Самарской области с иском к Саловой Т.А. об исключении последней на основании ст.10 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» из числа участников ООО Фирма «Тысяча мелочей».

Свои требования истцы обосновывают тем, что участником Общества Саловой Т.А., являющейся одновременно директором Общества, нарушаются основные принципы деятельности Общества: не проводятся собрания участников Общества, у Общества не имеется ревизора, полномочия директора по их истечению не продлены, в нарушение Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» Саловой Т.А. проведено увеличение уставного капитала. Кроме того, в обоснование исковых требований истцы ссылаются на причинение Саловой Т.А. убытков Обществу заключенным последней от имени Общества договором аренды нежилых помещений, принадлежащих Обществу, по цене значительно ниже реальной, совершение сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, с ООО «Салтан».

Указанные выше нарушения истцы считают грубыми, существенно затрудняющими деятельность Общества.

В соответствии со ст.10 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.

Следовательно, в силу требований упомянутых правовых норм, заявляя требование об исключении из состава участников Общества, истец со ссылкой на доказательства должен обосновать, в частности, обстоятельство виновного грубого нарушения обязанностей участником Общества, повлекшего наступление либо возможность наступления негативных последствий для Общества.

Давая правовую оценку представленным по настоящему делу доказательствам, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для исключения Саловой Т.А. из состава участников Общества.

Так, довод истцов о неправомерным увеличении ответчиком уставного капитала документально не подтвержден и верно не принят судом первой инстанции во внимание.

Как следует из устава Общества и выписки из ЕГРЮЛ по состоянию на 04.10 2005 увеличения уставного капитала ООО Фирма «Тысяча мелочей» не произошло.

Размеры долей каждого из участников, как это следует из учредительного договора, были определены при подписании договора всеми участниками, включая истцов.

Довод истцов о том, что в результате деятельности Саловой Т.А. наступили негативные последствия для Общества, правомерно не принят судом первой инстанции.

Указывая в уточнении к искомым требованиям на заключение ответчиком договора аренды с аффилированным им ООО «Салтан» как на основание для исключения Саловой Т.А. из участников ООО Фирма «Тысяча мелочей», истцы не представили доказательств реального понесения Обществом убытков от заключения такой сделки, ничем не подтвердили наступление (возможность наступления) негативных для Общества последствий99.

Однако реализация этого права таит в себе опасность ущемления прав исключаемого и произвола со стороны остальных участников. Учитывая, что состав общества немногочислен, вполне реальна такая ситуация, когда один из участников, обладающий достаточной долей в уставном капитале, может осложнить работу общества или даже блокировать тот или иной его шаг. Но не меньше и вероятность того, что исключение может быть использовано с целью избавления от нежелательного коллеги.

Во избежание злоупотреблений Закон определяет те условия, при которых возможно исключение. Прежде всего, согласно ст.10 Закона основанием для применения к участнику столь жестких мер является грубое нарушение им своих обязанностей либо совершение действий, делающих невозможной работу общества или существенно ее затрудняющих. Перечень этот исчерпывающий — он не может быть ни дополнен, ни изменен учредительными документами, что также препятствует проявлению произвола.

Право преимущественной покупки может принадлежать как участникам, так и самому обществу. Таким образом, законодатель в императивном порядке предоставляет участникам ООО возможность при определенных обстоятельствах не допустить вхождения в их ряды нежелательного лица, даже тогда, когда они сами не предусмотрели средств защиты. Интересно отметить, что в случае реализации преимущественного права покупки самим обществом происходит, по существу, принуждение участника к осуществлению им права выхода (при этом доля выходящего переходит к обществу). Отличие состоит лишь в том, что в этом случае участнику выплачивается действительная стоимость его доли (равная части стоимости чистых активов пропорционально размеру доли). Если же при реализации обществом права преимущественной покупки к обществу переходит доля, то выходящему участнику выплачивается цена, по которой эта доля была предложена для продажи третьему лицу. Эта цена может быть как больше, так и меньше.

Право принимать участие в распределении прибыли принадлежит участнику любого коммерческого объединения, и правовая форма ООО здесь не исключение.

Особенность этого права состоит в том, что его наличие не позволяет управомоченному лицу (участнику) требовать выплаты причитающейся ему части прибыли. Ни одна организационно — правовая форма, в том числе и ООО, не предусматривает обязанности организации осуществлять распределение полученной ею прибыли, это не зависит ни от сроков деятельности, ни от размера этой прибыли. Статья 28 Закона гласит, что «общество вправе ежеквартально, раз в полгода или раз в год принимать решение о распределении своей чистой прибыли между участниками общества». Право на получение части прибыли нельзя однозначно причислить к категории обязательственных прав и с уверенностью охарактеризовать его как относительное.

Как ни парадоксально, но управомоченному лицу в данном случае соответствует право обязанного лица принять решение, после чего оно станет обязанным в полном смысле этого слова. Однако и абсолютным это право не является, так как не может быть реализовано собственными действиями его носителя, что характерно для этого вида прав.

Размер части прибыли, выплачиваемой каждому участнику, по общему правилу определяется пропорционально размеру его доли. Однако Закон предусматривает для участников возможность установить иной принцип ее распределения между собой. Он может быть определен либо в уставе общества при его учреждении, либо позднее единогласным решением общего собрания. Требование единогласия служит гарантией от нарушений данного права. Возможность распределения прибыли по усмотрению самих участников обеспечивает им дополнительную свободу в регулировании собственных взаимоотношений, что присуще именно правовой форме ООО. При определении размера выплаты пропорционально размеру доли выплата ставится в прямую зависимость от первоначального вклада и его размера, что характерно для капиталистических объединений. Вместе с тем распределение прибыли иным образом позволяет усилить личный элемент в обществе.

Право на ликвидационную квоту имеет ряд общих черт с правом на дивиденды. Поскольку ликвидация означает прекращение юридического лица без перехода прав и обязанностей к другим лицам, то данное право является последним из реализуемых участником прав, ибо после (но не вследствие) его применения само правоотношение, которое основано на участии в юридическом лице, прекращается, так как ликвидируется само общество.

Как и в случае с правом на получение части прибыли, право участника на ликвидационную квоту нельзя понимать как обязанность общества — лица, которое в конечном итоге станет обязанным. Возможность реализации этого права зависит от определенных условий, в данном случае это ликвидация общества. Процесс этот может привести к выплате участникам части имущества. Решение о ликвидации общества, в результате которой происходит выплата, так же как и решение о распределении дивидендов, принимается общим собранием. И в том, и в другом случае размер получаемого каждым участником имущества по общему правилу определяется пропорционально его доле. Имущество, полученное в результате ликвидации, так же как и дивиденды, не является формой возврата участнику его первоначального вклада. Если объявить ликвидационную квоту возвращаемым вкладом, это будет означать не что иное, как то, что у участников сохранились какие-то права на имущество. А это не соответствует действительности. В случае ликвидации «лицо получает не свой первоначальный взнос, но часть имущества пропорционально размеру его участия в компании»100.

Несмотря на ряд сходных черт, получение дивидендов и ликвидационной квоты — два разных правомочия участника, которые возникают при различных условиях и имеют принципиально разные источники выплаты. В первом случае — это исключительно чистая прибыль, а во втором — все имущество, оставшееся после расчетов с кредиторами.

Участники ликвидированного общества могут претендовать только на то имущество, которое осталось после расчета с кредиторами общества. Тем самым гарантируются права последних как контрагентов ликвидируемого общества, имеющих к нему права требования, которые удовлетворяются в первую очередь. Только после полного их удовлетворения наступает очередь участников. Первоочередными здесь считаются требования по выплате распределенной, но не выплаченной прибыли. Это обязательственные права участников, возникшие до начала процесса ликвидации общества, а потому они приоритетны. И только потом все оставшееся имущество распределяется между участниками. Таким образом, право на ликвидационную квоту становится обязательственным лишь после выполнения всех перечисленных условий.

Право выхода — одно из наиболее специфичных прав, принадлежащих участникам ООО, которое императивно закреплено за ними ГК РФ (ст.94) и Законом (ст.26). Оно представляет собой, пожалуй, главный отличительный признак ООО и является одним из самых спорных моментов в конструкции данной правовой формы. Это право достаточно широко исследовано в литературе, а потому в настоящей статье не будет рассматриваться.

Итак, специфика общества с ограниченной ответственностью заключается в том, что, сочетая в себе черты объединений лиц и капиталов, оно предоставляет своим участникам целый спектр возможностей по самостоятельному регулированию внутрифирменных отношений, что недостижимо ни в одной другой форме организации.

3.2 Защита прав участников общества с ограниченной ответственностью

Корпоративные отношения представляют собой весьма актуальный предмет исследования. Немаловажной является и проблема защиты прав участников таких отношений.

Защита прав, в том числе и прав участников ООО, осуществляется судом в соответствии со ст.11 ГК РФ. Подведомственность данной категории дел зависит от их субъектного состава. Если участником общества является другое юридическое лицо, то спор рассматривается арбитражным судом, в остальных случаях — судом общей юрисдикции.

Варианты реализации участником ООО своего права на защиту могут быть классифицированы в зависимости от того, кто является нарушителем защищаемого права и соответственно ответчиком в суде. Правам участника общества в ряде случаев корреспондируют обязанности самого общества, к которому и предъявляется иск в такой ситуации. К таким случаям относятся, например, невыплата участнику общества распределенной прибыли при отсутствии обстоятельств, перечисленных в п.2 ст.29 Федерального закона от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», неисполнение или недолжное исполнение обязанности по уплате действительной стоимости доли в случае выхода из общества и т.д., когда налицо прямая обязанность общества по осуществлению тех или иных действий. В такой ситуации участник общества имеет право обратиться в суд с иском к ООО в целях защиты нарушенного права. В случае вынесения решения в пользу участника общества его нарушенное право будет восстановлено или защищено одним из способов, предусмотренных ст.12 ГК РФ.

Любые действия общества, в том числе и ущемляющие те или иные права его участников, осуществляются соответствующими органами управления. Их действия или бездействие считаются произведенными самим обществом. Именно оно будет выступать ответчиком по иску во всех случаях, когда нарушенному праву участника общества противостоит обязанность ООО. Это объясняет и то, почему право участника общества обратиться с иском к обществу конкретизируется в предоставлении ему права обратиться в суд с требованием о признании недействительным решения общего собрания (ст.43 Закона об ООО).

Принятие решения — один из вариантов действий, предпринимаемых органами управления, которыми может быть нарушено право участника. Его можно считать частным случаем нарушения права самим обществом, которое также в данном случае будет выступать ответчиком, но суть требования будет состоять в признании недействительным конкретного решения конкретного органа управления.

Праву участника общества в этом случае не корреспондирует конкретная обязанность общества. Представляется, что признание указанных актов недействительными является специфическим способом защиты прав участника ООО в соответствии с абз.13 ст.12 ГК РФ. В случае, если иск участника общества будет удовлетворен, его нарушенное право подлежит восстановлению или защите одним или несколькими способами, предусмотренными ст.12 ГК РФ, по аналогии с признанием недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления согласно ч.2 ст.13 ГК РФ101.

Анализ ст.43 Закона об ООО показывает, что, в сущности, право участника общества обжаловать в суд решение общего собрания в значительной мере ограничено законом. Прежде всего закон не обязывает суд, а лишь предоставляет ему возможность отменить обжалуемое решение. Такое право возникает у суда при наличии целого ряда условий:

если решение принято с нарушением закона или устава общества. Здесь, очевидно, возможно нарушение закона как с материальной, так и с процессуальной точки зрения. Иными словами, решение может быть неправомерным по содержанию либо принятым без соблюдения существующих процедур (неуправомоченным органом, в отсутствие кворума, ненадлежащим числом голосов, в отсутствие лица, чье присутствие обязательно) и других правил, установленных законом или уставом;

если принятое решение нарушает права и законные интересы участника общества. Как представляется, такое решение не может быть соответствующим закону, а, следовательно, с точки зрения юридической техники было бы логичнее закрепить в законе только это условие, без предыдущего;

если участник общества, обжалующий его решение, не принимал участия в голосовании либо голосовал против. Интересно, что буквальное толкование ст.43 не дает оснований распространить это требование на участника, чьи права и интересы нарушены обжалуемым решением. Из этой статьи вообще с необходимостью не следует, что этот участник общества и участник, обжалующий решение в суд, есть одно лицо. Соответственно, возникает вопрос о допустимости предъявления такого иска одним участником в защиту интересов другого;

если такое требование должно быть предъявлено в течение двух месяцев со дня, когда участник общества узнал или должен был узнать о принятом решении, либо со дня принятия решения при условии, что он участвовал в общем собрании, принявшем такое решение. Если допустить вышеуказанную возможность, когда обжалующий решение и тот, чьи права нарушены, разные лица, то уместен вопрос, к кому из них относится это требование о двухмесячном сроке.

Таким образом, при наличии всей совокупности перечисленных условий суд может признать решение общего собрания недействительным. Однако суд вправе и оставить его в силе при следующих обстоятельствах:

если голосование участника общества, подавшего заявление, не могло повлиять на результаты голосования. Представляется, что это условие может быть принято во внимание только в ситуации, когда обжалующий не участвовал в собрании, принявшем пресловутое решение, либо вовсе не голосовал, так как если он участвовал и проголосовал против, то совершенно очевидно, что его голос не повлиял на результаты голосования, и это есть свершившийся факт, а не условие, которое может быть положено в основу судебного решения;

если допущенные нарушения не являются существенными. Не вполне ясно, относится ли настоящее требование к нарушению закона и устава общества либо же к правам и законным интересам участника общества, так как нарушено может быть и то и другое, но степень может быть разной. Данное требование представляется достаточно странным, так как оно фактически допускает несущественное нарушение как закона, так и охраняемых им интересов. Критерий же существенности законом вообще не определен и, следовательно, отдан на усмотрение судей. Закрепление такого рода условий в законе, как представляется, весьма нежелательно, так как оно чревато произволом судей и ущемлением прав участников ООО. Сама допустимость нарушения закона при условии его несущественности немыслима в правовом государстве, а тем более она не должна быть закреплена в законе;

если решение не повлекло за собой причинения убытков данному участнику общества. Это положение закона также не вполне ясно. Под убытками, как они определены в ст.15 ГК РФ, подразумеваются расходы, которые лицо произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, и упущенная выгода. Даже если допустить, что в результате нарушения прав участника ООО последнему не были причинены убытки, возникают вопросы о правомерности констатации нарушения права при отсутствии убытков и законности критерия наличия или отсутствия убытков для защиты нарушенного права (ч.2 ст.43 Закона об ООО).

Федеральный арбитражный суд Поволжского округа, рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу по иску Бутова Александра Геннадьевича, г. Самара, к Добрянскому Андрею Васильевичу, г. Самара, и Обществу с ограниченной ответственностью «Транзит-21», г. Самара, об исключении из участников Общества.

Арбитражным судом Самарской области установлено, что требования основаны на неисполнении Добрянским А.В. своих обязанностей надлежащим образом как директора общества.

Однако данное обстоятельство служит основанием к оспариванию действий руководителя.

В случае уклонения уполномоченного органа управления от проведения собрания истец был вправе созвать внеочередное общее собрание участников в силу ст.35 Закона в порядке, предусмотренном ст.36 Федерального закона от 08.02.98 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

При этом уклонение участников от участия в собрании в случае, если уклонение препятствует проведению собрания и принятию им решения, может служить основанием к обращению в суд с требованием об исключении участника из общества.

В данном случае арбитражный суд правомерно отказал в иске, поскольку в соответствии с Постановлением Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 09.12.99 N 14 при рассмотрении заявлений участников общества об исключении из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет, необходимо иметь в виду, что под действиями (бездействием) участника, которые делают невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняют, следует, в частности, понимать систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать решение по вопросам, требующим согласия его участников.

Поэтому истцу следовало представить суду доказательства уклонения ответчика от участия в собраниях, в том числе и созванных истцом102.

Рассматривая данную возможность защиты права участника ООО, необходимо заметить, что она абсолютно неприменима к участнику общества, состоящего из одного лица. В таком обществе, как уже отмечалось выше, общее собрание отсутствует как орган, а решения принимает сам этот участник.

Часть 3 ст.43 предоставляет участнику общества право обжаловать решения остальных органов управления ООО: совета директоров, единоличного исполнительного органа, коллегиального исполнительного органа или управляющего. Так же как и решение общего собрания, решения перечисленных органов управления могут быть обжалованы только в случае, если они нарушают:

требования закона или устава;

права и законные интересы участника общества.

Однако в отличие от решений общего собрания решения остальных органов управления обжалуются только тем участником общества, права которого нарушены, что недвусмысленно следует из ч.3 ст.43 Закона об ООО. Эта возможность вполне может быть использована в обществе, состоящем из единственного участника, если, разумеется, должности в органах управления занимает не то же лицо, которое является участником общества.

Интересно отметить, что обжаловать решения общего собрания и других органов управления может только участник общества. Иными словами, лицо, вышедшее из общества тем или иным образом, уже не может защитить права, которые были нарушены в результате незаконного решения в то время, когда данное лицо еще было участником общества.

Очевидно, что все многообразие возможных требований участника к обществу не сводится к признанию недействительным решения органа его управления. Это лишь частный случай, предусмотренный в Законе об ООО. Соответственно возникает вопрос о целесообразности включения в Закон об ООО общей нормы, предусматривающей для участника общества возможность обратиться в суд с иском к обществу с целью защиты своих прав, связанных с участием в ООО. Требования же к обществу помимо признания недействительным решения органов управления могут включать в себя принуждение общества к принятию тех или иных действий либо решений и их исполнению, возмещение убытков, причиненных тем же решением либо, например, его отсутствием, бездействием органов управления, неисполнением решения, которое должно быть исполнено, и т.д.

Особый способ защиты прав участников ООО предусмотрен ст.44 Закона об ООО. Согласно этой статье участник общества вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета), единоличным исполнительным органом, членом коллегиального исполнительного органа или управляющим. В отличие от описанных выше случаев в этой ситуации участник общества защищает не свои права, а интересы общества в целом. Суть искового требования сводится к возмещению понесенных убытков самому юридическому лицу — ООО. Это единственный случай, когда любому из участников общества, как и членам полного товарищества, предоставляется право представлять, а точнее защищать, интересы общества.

Однако необходимо иметь в виду, что в данном случае участник будет выступать от своего собственного имени, а не от имени общества, хотя и защищая интересы последнего. В акционерном праве эта конструкция получила название косвенного, или производного, иска. Защищая интересы общества, его участник тем самым косвенным образом защищает и свои интересы. Интересы общества считаются производными от интересов его участников.

Весьма интересно процессуальное воплощение данной правовой нормы. Истцом в этом случае будет конкретный участник общества, предъявляющий требование о защите интересов последнего. Как уже неоднократно подчеркивалось, общество является искусственным субъектом права и выступает в деловом обороте через свои органы. Иными словами, от его имени действуют лица, занимающие руководящие должности. В ситуации, когда имеют место злоупотребления именно со стороны этих лиц, общество не может само защитить свои интересы, так как, в сущности, это означает, что управляющие должны обжаловать свои собственные действия. Разумеется, участники на общем собрании могут снять неугодных им управляющих, чьи действия причинили обществу убытки, и назначить новых лиц, а последние, в свою очередь, — предъявить требования к своим предшественникам от имени общества. Но это процесс длительный и трудоемкий. Предоставление любому участнику общества возможности предъявить иск и защитить интересы общества в такой ситуации значительно повышает оперативность данной меры и усиливает ответственность управляющих.

Статья 44 Закона об ООО не дает оснований предположить, что общество, в интересах которого и о возмещении убытков которому предъявлен иск одним из его участников, может участвовать в процессе в качестве истца. Причина уже указывалась выше: фактически при определенных условиях это может означать, что от имени общества будет выступать то же лицо, которое является ответчиком.

В литературе предпринимались попытки объяснить позицию истца — участника общества при предъявлении такого иска с точки зрения института представительства и соучастия. Участник общества не может быть признан представителем общества, так как он самостоятельно выступает в процессе в качестве истца, действуя от своего имени и защищая интересы общества и косвенным образом — свои интересы. По той же причине нет здесь и соучастия.

Таким образом, данная конструкция, получившая в литературе название косвенного иска, представляет собой уникальное явление. Ее введение в российское корпоративное право представляется целесообразным, так как значительно усиливает ответственность управляющих и предоставляет участникам ООО реальные рычаги воздействия на их деятельность и контроля за нею. Однако процессуальное воплощение данной правовой нормы остается не вполне ясным. Вопрос этот, вероятно, должен быть так или иначе решен судебной практикой, хотя на настоящий момент, судя по всему, такая практика еще не сложилась. По мнению некоторых исследователей, указанная правовая норма представляет собой важное профилактическое средство, способное удерживать управляющих от совершения неправомерных действий.

Важно иметь в виду, что по такому иску участники общества вправе требовать возмещения убытков, уже причиненных обществу. Если же то или иное действие либо решение исполнительных органов убытков обществу не принесло, то оно не может быть предметом обжалования по косвенному иску.

Ответчиком по такому иску будет выступать конкретное должностное лицо, чьи действия предположительно причинили обществу убытки. Закрепление в корпоративном праве понятия косвенного иска предоставит каждому участнику ООО реальную возможность контролировать деятельность управляющих. В институте косвенного иска находит свое выражение ответственность лиц, занимающих руководящие должности в ООО, за недобросовестное исполнение своих обязанностей.

В предмет доказывания по этому иску входит, во-первых, факт наличия убытков у общества и их размер, во-вторых, факт действий (бездействия) ответчика, т.е. органа или лица, к которым предъявляется такой иск, в-третьих, их виновность и противоправность их действий и, наконец, причинная связь между их действиями и убытками общества. Несмотря на то что доказать все эти факты весьма непросто, наличие у участников общества права на подачу косвенного иска дает им определенную гарантию от возможных злоупотреблений управляющих.

Интересно, что бремя доказывания виновности и противоправности совершенных управляющими действий лежит на подавших иск, поскольку добросовестность и разумность участников гражданских правоотношений нашим законодательством предполагаются. По германскому же законодательству в аналогичной ситуации свою невиновность должен доказывать ответчик.

Возможен вариант, при котором праву участника общества противостоит обязанность другого его участника. Например, праву преимущественной покупки доли в уставном капитале в случае ее продажи одним из участников общества соответствует обязанность последнего письменно известить остальных участников о намечаемой уступке этой доли третьему лицу, указав цену и другие условия продажи. В такой ситуации ответчиком в суде будет нарушивший свою обязанность участник общества.

Особым способом защиты участниками ООО своих прав выступает предоставленная Законом об ООО возможность обращения в суд с требованием об исключении одного из участников. Это право имеют участники общества, обладающие в совокупности долей не менее чем 10% уставного капитала. Основанием для применения к участнику столь жестких мер согласно ст.10 Закона об ООО является грубое нарушение им своих обязанностей либо совершение действий, делающих невозможной деятельность общества или существенно затрудняющих ее.

Учитывая немногочисленность состава, характерную для рассматриваемого вида обществ, ситуация, когда один из участников общества, обладающий достаточной долей в уставном капитале, в состоянии значительно осложнить работу общества или даже блокировать тот или иной его шаг, вполне реальна103. Однако не меньше и вероятность того, что исключение из общества может быть использовано его участниками для избавления от нежелательного коллеги. С одной стороны, это право представляет собой необходимое средство защиты, с другой — таит в себе опасность нарушения законных интересов исключаемого. Соответственно встает вопрос о гарантиях, каковыми являются:

необходимость обращения в суд для практической реализации;

предоставление права требовать исключения участника общества из него только участникам общества, имеющим в совокупности долю более 10% уставного капитала;

исчерпывающий перечень перечисленных выше оснований для исключения, который не может быть дополнен или изменен учредительными документами104.

Понятие действий, делающих невозможной деятельность общества или существенно затрудняющих ее, в некоторой степени расшифровано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ № 90/14. В соответствии с подп. «б» и «в» п.17 этого Постановления таким действием, в частности, считается систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании, лишающее общество возможности принимать решения по вопросам, требующим единогласного решения его участников. При выяснении вопроса о том, является ли допущенное участником общества нарушение грубым, необходимо принимать во внимание в том числе и степень его вины, наступление или возможность наступления негативных последствий для общества105.

Итак, с одной стороны, сама закрепленная в законе необходимость обращения в суд для решения вопроса об исключении участника общества из общества представляет собой защиту этого лица от произвольного лишения его прав путем исключения. С другой стороны, вероятность нарушения одним из участников общества интересов общества, а следовательно, и остальных участников общества вполне допустима, и предоставленная новым Законом об ООО возможность обращения в суд в данной ситуации является одним из способов защиты их прав. Таким образом, введенная законодателем схема представляется удачной с теоретической точки зрения и, думается, она получит соответствующее практическое применение.

Заключение

1. На наш взгляд, следует в законодательном порядке повысить, причем не менее чем в несколько раз, минимально допустимую величину уставного капитала общества с ограниченной ответственностью в РФ. Это позволит решить целый ряд задач, связанных с:

созданием более прочной материально-финансовой базы общества уже на стадии его учреждения,

повышением степени обеспеченности интересов потенциальных кредиторов общества,

стимулированием активности в деятельности участников общества в избранном ими направлении предпринимательской деятельности,

обеспечением более высокой дисциплинированности участников общества (выражением которой будет уменьшение числа «фиктивно создаваемых» либо «мертвых» обществ).

2. Необходимо исключить из Закона об ООО положение, согласно которому в уставе общества перечисляются его участники. Одновременно необходимо включить в Закон об ООО положение о том, что доля переходит к приобретателю с момента уведомления им органа, осуществляющего государственную регистрацию юридических лиц, с предоставлением установленных в Законе документов.

В результате реализации предлагаемых мероприятий можно было бы создать реестр обладателей долей в ООО, который велся бы органом, осуществляющим государственную регистрацию юридических лиц и который обладал бы свойством публичной достоверности. Лицо, указанное в этой системе в качестве обладателя доли, должно считаться таковым, пока не доказано обратное. Выписка из этой системы должна считаться единственным доказательством принадлежности права на долю.

Создание такой системы позволило бы, полагаю, упорядочить оборот долей, и соблюдать права участников общества.

3. В Федеральном законе «Об обществах с ограниченной ответственностью» нет указаний, что должен представлять собой порядок предоставления информации нет. В данном случае представляется необходимым использование ст.6 ГК РФ, предусматривающей, в случае если отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон, применять к таким отношениям аналогию закона. Законом, регламентирующим сходные правоотношения, является Федеральный закон «Об акционерных обществах» Ст.8 ч.1 п.2 Заона об ООО следует дополнить предложением: «Документы должны быть предоставлены в течение семи дней со дня предъявления соответствующего требования для ознакомления в помещении исполнительного органа общества. Общество обязано по требованию лиц, имеющих право доступа к документам, предоставить им копии указанных документов. Плата, взимаемая обществом за предоставление данных копий, не может превышать затраты на их изготовление».

4. Само собой разумеется, что право на имущество, выступающее в качестве доли, непосредственно следует за этим имуществом. Налицо и различие между правом собственности, состоящим в свободном владении, пользовании и распоряжении в своем интересе объектом собственности, и правом обязательственным, которое состоит в праве требования дольщика от хозяйственного общества выплаты прибыли соразмерно вкладу в уставный капитал, получения части имущества общества в случае ликвидации общества и т.д.

В итоге очевидно противоречие как между нормами самого ГК, так и между нормами ГК и ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», которое состоит в том, что законодательство допускает куплю — продажу обязательственного права, что недопустимо и алогично.

В ответ на вопрос о том, в какой форме может осуществляться передача прав на долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, следует сказать, что приемлемой формой перехода этих прав может быть цессия — уступка прав требования, а не купля — продажа. Это поможет избежать многочисленных заблуждений, связанных с непониманием хозяйствующими субъектами различий между правом обязательственным и вещным. Ст.8 ч.1 п.4 Закона об ООО следует изменить исключив слова: «Продать или иным образом».

5. В литературе критически оценивается возможность свободного выхода из общества. Указывают, что в результате использования участником данного права «общество неожиданно может лишиться существенной части своих активов, что весьма печально не только для него самого, но и для его кредиторов». Именно возможность в любое время выйти из общества и потребовать выплаты стоимости доли дает основание для характеристики общества с ограниченной ответственностью как общества с переменным капиталом. Общество не может строить сколько-нибудь долговременных инвестиционных проектов, всегда подвергаясь риску предъявления кем-либо из участников требования о выходе. Ст.26. ч.1 закона об ООО следует изложить в следующей редакции: «Участник общества вправе время выйти из общества независимо от согласия других его участников или общества по истечении полугода после внесения половины вклада в общество».

6. Право на выход в настоящее время принадлежит любому участнику, в том числе и последнему. На практике это приводит к большому числу «брошенных» обществ, т.е. обществ, из которых вышли все участники. При отсутствии в обществе участников оно формально перестает отвечать требованиям, предъявляемым законом к обществу с ограниченной ответственностью: у него больше нет высшего органа — общего собрания участников. Нет у такого общества и имущества, ведь после выхода из общества все чистые активы должны быть распределены между вышедшими участниками. Такое общество числится в реестре, но фактически уже не существует. Представляется ст.26 закона об ООО дополнить частью 5: следующего содержания «выход последнего участника из общества не допускается».

Итак, специфика общества с ограниченной ответственностью заключается в том, что, сочетая в себе черты объединений лиц и капиталов, оно предоставляет своим участникам целый спектр возможностей по самостоятельному регулированию внутрифирменных отношений, что недостижимо ни в одной другой форме организации.

Библиографический список

Нормативно-правовые акты

Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. // Российская газета. — 1993. — № 237.

Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ (в ред. от 27.07.2006) // Собрание законодательства РФ. — 1994. — № 32. — Ст.3301.

Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26 января 1996 г. № 14-ФЗ (в ред. от 02.02.2006) // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 5. — Ст.410.

Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья) от 26 ноября 2001 г. № 146-ФЗ (в ред. от 03.06.2006 г) // Собрание законодательства РФ. -2001. — № 49. — Ст.4552.

Федеральный закон РФ от 8 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (в ред. от 27.07.2006) // Собрание законодательства РФ. — 1998. — № 7. — Ст.785.

Федеральный закон РФ от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (в ред. от 27.07.2006 г) // СЗ РФ. — 1996. — № 1. — Ст.1.

Федеральный закон РФ от 21 ноября 1996 г. № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» (ред. от 03.11 2006) // Собрание законодательства РФ. — 1996. — № 48. — ст.5369.

Закон РФ от 23 сентября 1992 г. № 3520-1 «О товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров» (ред. от 11.12.2002, с изм. от 24.12.2002) // Ведомости СНД РФ и ВС РФ. — 1992. — № 42. — ст.2322.

Закон СССР от 26 мая 1988 г. № 8998-XI «О кооперации в СССР» // Ведомости ВС СССР. — 1988. — № 22. — Ст.355.

Закон РСФСР от 24 декабря 1990 г. № 443-I «О собственности в РСФСР» // Ведомости СНД и ВС РСФСР. — 1990. — № 30. — Ст.416

Закон РСФСР от 25 декабря 1990 г. № 445-I «О предприятиях и предпринимательской деятельности» // Ведомости СНД и ВС РСФСР. — 1990. — № 30. — Ст.418.

Приказ Минфина России и ФКЦБ России от 29 января 2003 г. № 10н/03-6/пз «Об утверждении порядка оценки стоимости чистых активов акционерных обществ» // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. — 2003. — № 18.

Научная и учебная литература

Авилов Г.Е. Хозяйственные товарищества и общества в ГК РФ. М.: КДС., 1999. —

Айгнер-Хегер С. Общество с ограниченной ответственностью в сравнительном гражданском праве России, Германии, Англии. Дис… на соискание ученой степени канд. юрид. наук. М., 1994. — С.71

Аушев И. Уменьшение уставного капитала ООО. // Российская юстиция. 2001. — №1. С.46.

Бакшинскас В.Ю. Формирование уставного капитала хозяйственных обществ неденежными вкладами. // Законодательство. — 1998. — № 8. — С.53-56.

Батиста Р.Т. Правовое регулирование акционерных обществ в Панаме. Автореф. на соискание ученой степени канд. юрид. наук. М., 1978. — С.80.

Беренс П. Правовое положение товариществ и обществ, предпринимательское право. В сб. статей: Проблемы гражданского и предпринимательского права Германии. М.: Издательство «БЕК», 2001. —

Борякова С.А., Сергеева Е.В. Вопросы уставного капитала общества с ограниченной ответственностью в практике арбитражных судов // Законодательство и экономика. — 2006. — № 7. — С.44-45.

Борисов А.Н. Комментарий к Федеральному закону «Об обществах с ограниченной ответственностью» (постатейный) М., ЗАО Юстицинформ, 2006. — 122 с.

Бушева С.Г. Орган юридического лица: правовой статус и соотношение со смежными институтами // Законодательство. — 2005. — № 2. — С.13.

Васькин В. Участники, уставный капитал, реорганизация и ликвидация ООО. // Финансовая газета. — 2000. — №28. — С.3-5.

Воинов В.Р. Определение доли участника, выходящего из ООО. // Консультант бухгалтера. — 2000. — №7. — С. 19-22.

Гальперин М. Реализация прав собственников доли ООО // ЭЖ-Юрист. — 2005. — № 23. — С.7.

Гецьман М. Учредительный договор // ЭЖ-Юрист. — 2005. — № 41. — С.4.

Глуховская Э. Оценка вклада в неденежной форме // ЭЖ-Юрист. — 2006. — № 30. — С.5.

Горлов В. Правовое положение участника ООО. // Хозяйство и право. — 2000. — №7. — С.94-96.

Горлов В.А. Правовые вопросы создания уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Журнал российского права. — 2000. — № 4. — С.49.

Горяинова Е.И. Уставный капитал — номинальная величина или реальное имущество: проблемы правового регулирования // Юрист. — 2004. — № 2. — С.5.

Гражданское и торговое право зарубежных государств. Том I. Издание 4-е, переработанное и дополненное/Отв. ред. Васильев Е.А., проф. Комаров А.С. М.: Международные отношения, 2004. —

Гражданское право (учеб. пособие) / Отв. ред. проф. Суханов Е.А. М.: Издательство «БЕК», 2000. Т.1. —

Гражданское право. Часть первая: Учебник/Отв. ред. Мозолин В.П., Масляев А.И.М., Юристъ, 2005. — 655 с.

Ершов Ю. Зачем нужен уставный капитал // ЭЖ-Юрист. — 2005. — № 31. — С.4.

Зайберт Ульрих. Законодательство ФРГ об обществах, основанных на объединении капиталов (акционерное общество и общество с ограниченной ответственностью) // Основы немецкого торгового и хозяйственного права. М., 1995. —

Игнатова Е.А. Комментарий к Федеральному закону «Об обществах с ограниченной ответственностью»: Постатейный. М.: ОСЬ-89, 2004. —

Залесский В. Общество с ограниченной ответственностью в системе хозяйственных товариществ и обществ // Право и экономика. — 1998. — № 3. — С. 19.

Каминка А.И. Очерки торгового права. СПб.: Издание юридического книжного склада «Право» изд. 1912, М, Статут, 2002. —

Камышанский В.П. Некоторые особенности формирования уставного капитала ООО // Актуальные проблемы частноправового регулирования. Материалы Всероссийской IV научной конференции молодых ученых. Самара, 23 — 24 апреля 2004 г. / Отв. ред. Пивоваров Ю.С., Рузанова В.Д. Самара: Изд-во «Самарский Университет», 2004. — С.79.

Карсетская Е. Основания исключения участника из общества // ЭЖ-Юрист. — 2006. — № 30. — С.7.

Кашанина Т.В. Хозяйственные товарищества и общества: правовое регулирование внутрифирменной деятельности. — М.: ИНФРА-М., 1995. —

Киперман Г. Уставный капитал хозяйственного общества // Право и экономика. — 2005. — № 3. — С.45.

Комментарий к ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» / Под ред. Игнатенко А.А., Мовчана С.Н. М.: Информационно-издательский дом «Филинъ», 1999. —

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный) / Под ред. Садикова О.Н. издание третье, исправленное, дополненное и переработанное. М., ИНФРА-М, 2005. — С.145.

Кочергин П. Защита доли приобретателя // ЭЖ-Юрист. — 2005. — № 1. — С.23.

Кротов А.В. Некоторые вопросы информирования участника общества с ограниченной ответственностью // Юрист. — 2006. — № 8. — С.14.

Кулагин М.И. Избранные труды. М.: Статут, 1997. —

Лапач В. Доля в уставном капитале как имущество // ЭЖ-Юрист. — 2005. — № 28. — С.9.

Лысихин И. Как защитить свои права? Корпоративная борьба // Рынок ценных бумаг. — 1999. — № 4. — С.139.

Лытнева Н.А. Основания и порядок ликвидации ООО. // Бухгалтерский учет. — 2001. — №1. — С. 19-23.

Лытнева Н.А. Учет операций по формированию уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Библиотечка Российской газеты. Выпуск № 13. — 2000. — С.110.

Лытнева Н.А., Малявкина Л.И. Порядок создания и регистрации ООО. // Бухгалтерский учет. — 2000. — № 12. — С.17-22.

Лытнева Н.А., Малявкина Л.И., Лытнева Е.А. Учет операций по формированию уставного капитала ООО. // Бухгалтерский учет. — 2000. — №13. — С.16.

Макаров С.А. Общество с ограниченной ответственностью как субъект гражданского права: Дис… канд. юрид. наук. Саратов, 2004. — С.8.

Могилевский С.Д. Общество с ограниченной ответственностью. М.: Дело, 2002. —

Могилевский С.Д. Органы управления хозяйственными обществами: Правовой аспект: Монография. М.: Дело, 2001. —

Опыхтина Е.Г. Коммерческие юридические лица с особым правовым статусом, понятие и виды // Юридический мир. — 2006. — № 9. — С.55.

Пахомова Н.Н. О правовом статусе совета директоров (наблюдательного совета) и их членов в хозяйственных обществах // Современное право. — 2005. — № 1. — С.11.

Победоносцев К.П. Курс гражданского права. Т.3. М, Статут, 2003. —

Проничев К. Устав общества с ограниченной ответственностью на защите интересов его участников // Гражданское право. — 2006. — № 1. — С.23.

Разумовская Е.А. Применение законодательства об ООО. // Бухгалтерский учет. — 2000. — №14. — С.7-10.

Рогожин Н.А. Применение обеспечительных мер при обращении взыскания на долю участника общества с ограниченной ответственностью // Право и экономика. — 2005. — № 1. — С.10.

Саяпина И.А. Функции и структура уставного капитала в обществе с ограниченной ответственностью // Право и политика. — 2005. — № 6. — С.13.

Серова О.А. Право собственности общества с ограниченной ответственностью. Дис… на соискание ученой степени канд. юрид. наук. Коломенский педагогический институт. Коломна, 2001. — С.70.

Степанов А.Н. Стоимость доли участника ООО: спорные моменты. // Бухгалтерский учет. — 2000. — №13. — С.9-12.

Степанов Д. Общества с ограниченной ответственностью: законодательство и практика // Хозяйство и право. — 2000. — № 12. — С.56.

Сумской Д.А. Статус юридических лиц: учебное пособие для ВУЗов М., ЗАО Юстицинформ, 2006. — С.45.

Суханов Е.А. Закон об обществах с ограниченной ответственностью. // Хозяйство и право. — 1998. — №5 — С.12-21.

Суханов Е.А. Хозяйственные общества и товарищества, производственные и потребительские кооперативы // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. — 1998. — № 6. — С.100 — 109.

Суханов Е.А. Юридические лица: хозяйственные товарищества и общества. // Хозяйство и право. — 2004. — №3. — С.86.

Тарасенко Ю.А. Кредиторы: защита их имущественных прав. М.: Юркнига, 2004. —

Тихомиров М.Ю. Общество с ограниченной ответственностью: органы и структура управления. М.: ЮРИНФОРМЦЕНТР, 1998. —

Толстой Ю.К., Сергеев А.П. Гражданское право. Часть первая. Учебник. М.: ТЕИС., 1996. —

Урюжникова А.В. К вопросу об исключении участника из общества с ограниченной ответственностью // Юрист. — 2006. — № 8. — С.11.

Урюжникова А.В. Правовая природа доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью // Гражданское право. — 2006. — № 1. — С.33.

Чернышов Г. Оборот долей в уставной капитале // ЭЖ-Юрист. — 2005. — № 38. — С.7.

Файзутдинов И.Ш. Применение федерального закона об ООО в судебной практике. // Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федерации. — 2000. — №5. — С.63.

Филиппова С.Ю. Прекращение участия в обществе с ограниченной ответственностью путем выхода из общества: теоретические и практические проблемы // Российский судья. — 2006. — № 6. — С.34.

Фоломина Л.В. Уступка доли в ООО // Нотариус. — 2006. — № 1. — С.15.

Цибуленко З.И. Гражданское право России. Часть первая. Учебник. М.: Юристъ., 1998. —

Шевченко С. Переход долей общества с ограниченной ответственностью // Законность. — 2004. — № 10. — С.15.

Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т.1. М., Спарк, 1995. —

Шулева Г.Г. ООО: разъяснения норм ГК и нового закона. // Бухгалтерский учет. — 1996. — № 6. — С.57-60.

Юкша Я.А. Проблемы развития ООО в российской правовой системе // Налоги. — 2006. — № 25. — С.5.

Юкша Я.А. Хозяйственные общества в российской правовой системе: проблемы развития законодательства // Юрист. — 2006. — № 6. — С.17-18.

Материалы юридической практики

Постановление Пленума Верховного суда РФ и Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 9.12.1999 г. №90/14 «О некоторых вопросах связанных с применением Федерального закона об обществах с ограниченной ответственностью» // Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федерации. — 2000. — №1. — С.48.

Постановление ФАС Поволжского округа от 22 августа 2006 года по делу № А55-6931/05-13 // Вестник ВАС РФ. — 2006. — № 4. — С.44.

Постановление ФАС Поволжского округа от 27 июня 2006 года по делу № А55-14567/05-16 // Вестник ВАС РФ. — 2006. — № 6. — С.30.

Постановление ФАС Поволжского округа от 10 февраля 2005 года по делу №А55-18157/02-42 // Вестник ВАС РФ. — 2005. — № 6. — С.48.

1 Опыхтина Е.Г. Коммерческие юридические лица с особым правовым статусом, понятие и виды//Юридический мир.-2006.- № 9.- С.55.

2 Каминка А.И. Очерки торгового права. СПб.: Издание юридического книжного склада «Право» изд. 1912, М, Статут, 2002. — С. 360 — 361.

3 Гражданское право (учеб. пособие) / Отв. ред. проф. Суханов Е.А. М.: Издательство «БЕК», 2000. Т. 1. — С. 224.

4 Шершеневич Г.Ф. Курс торгового права. Т. 1. М., Спарк, 1995. – С. 101.

5 Победоносцев К. Курс гражданского права. Т. 3. 2003.-С.17.

6 Ведомости ВС СССР. — 1988. — № 22. — Ст. 355.

7 Ведомости СНД и ВС РСФСР. — 1990. — № 30. — Ст. 416

8 Ведомости СНД и ВС РСФСР. — 1990. — № 30. — Ст. 418.

9 Попондопуло В.Ф. Формы осуществления предпринимательской деятельности на территории России//Предпринимательское право.- 2005-№ 4.- С.30.

10 Собрание законодательства РФ.- 1998.-№ 7. — ст. 785.

11 Собрание законодательства РФ.- 1996.- № 48.- ст. 5369.

12 Разумовская Е.А. Применение законодательства об ООО.// Бухгалтерский учет.- 2000.- №14.- С.7-10.

13 Юкша Я.А. Проблемы развития ООО в российской правовой системе//Налоги.- 2006.-№ 25.- С. 5.

14 Лытнева Н.А., Малявкина Л.И. Порядок создания и регистрации ООО.// Бухгалтерский учет.-2000.-№ 12.- С.17-22.

15 Тихомиров М.Ю.Общество с ограниченной ответственностью: органы и структура управления. М.:ЮРИНФОРМЦЕНТР, 1998.- С.330.

16 Там же.

17 Шулева Г.Г. ООО: разъяснения норм ГК и нового закона.// Бухгалтерский учет.-1996.- № 6. — С.57-60.

18 Могилевский С.Д. Общество с ограниченной ответственностью. М.: Дело, 2000.- С.528.

19 Ведомости СНД РФ и ВС РФ.-1992.-№ 42.- ст. 2322.

20 Тихомиров М.Ю.Общество с ограниченной ответственностью: органы и структура управления. М.:ЮРИНФОРМЦЕНТР., 1998.- С.330.

21 Тихомиров М.Ю.Общество с ограниченной ответственностью: органы и структура управления. М.:ЮРИНФОРМЦЕНТР., 1998.- С.330.

22 Авилов Г.Е. Хозяйственные товарищества и общества в ГК РФ. М.: КДС., 1999. – С.191.

23 Цибуленко З.И. Гражданское право России. Часть первая. Учебник. М.: Юристъ., 1998.-С.459

24 Суханов Е.А. Закон об обществах с ограниченной ответственностью. // Хозяйство и право. – 1998.- №5 – С.12-21.

25 Бакшинскас В.Ю. Формирование уставного капитала хозяйственных обществ неденежными вкладами.// Законодательство.- 1998.-№ 8. — С.53-56.

26 Васькин В. Участники, уставный капитал, реорганизация и ликвидация ООО. // Финансовая газета . — 2000. — №28. — С.3-5.

27 Лытнева Н.А., Малявкина Л.И., Лытнева Е.А. Учет операций по формированию уставного капитала ООО.// Бухгалтерский учет.-2000.- №13. – С. 16.

28 Воинов В.Р. Определение доли участника, выходящего из ООО. // Консультант бухгалтера.-2000.- №7. — С.19-22.

29 Степанов А.Н. Стоимость доли участника ООО: спорные моменты.// Бухгалтерский учет.-2000.- №13. – С.9-12.

30 Лытнева Н.А., Малявкина Л.И., Лытнева Е.А. Учет операций по уменьшению уставного капитала ООО.// Бухгалтерский учет.-2000.- №15. — С. 3-7; Аушев И. Уменьшение уставного капитала ООО.// Российская юстиция. — 2001.- №1. — С.46.

31 Борисов А.Н. Комментарий к Федеральному закону «Об обществах с ограниченной ответственностью» (постатейный) М., ЗАО Юстицинформ, 2006.- С.34.

32 Горлов В. Правовое положение участника ООО. // Хозяйство и право.- 2000.- №7. — С.94-96.

33Гражданское право. Часть первая: Учебник/Отв. ред. Мозолин В.П., Масляев А.И. М., Юристъ, 2005.- С.155;Толстой Ю.К., Сергеев А.П. Гражданское право. Часть первая. Учебник. М.: ТЕИС., 1996.-С.129.

34 Постановление Пленума Верховного суда РФ и Пленума Высшего арбитражного суда РФ от 9.12.1999 г.№90/14 «О некоторых вопросах связанных с применением Федерального закона об обществах с ограниченной ответственностью»// Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федерации.-2000.-№1. — С.48; Файзутдинов И.Ш. Применение федерального закона об ООО в судебной практике.// Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федерации.-2000.- №5. — С.63.

35 Тихомиров М.Ю.Общество с ограниченной ответственностью: органы и структура управления. М.:ЮРИНФОРМЦЕНТР., 1998.- С.330.

36 Гецьман М. Учредительный договор//ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 41.- С.4.

37 Сумской Д.А. Статус юридических лиц: учебное пособие для ВУЗов М., ЗАО Юстицинформ, 2006.- С.45.

38 Лытнева Н.А., Малявкина Л.И. Порядок создания и регистрации ООО.// Бухгалтерский учет.-2000.-№ 12.- С.17-22.

39 Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный)/Под ред. Садикова О.Н.издание третье, исправленное, дополненное и переработанное. М., ИНФРА-М, 2005.-С.145; Тихомиров М.Ю.Общество с ограниченной ответственностью: органы и структура управления. М.:ЮРИНФОРМЦЕНТР, 1998.- С.330.

40 Собрание законодательства РФ.-1996.- №1.- ст.1.

41 Васькин В. Участники, уставный капитал, реорганизация и ликвидация ООО. // Финансовая газета . – 2000. — №28. — С.3-5.

42 Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 января 2000 г. № 50 «Обзор практики разрешения споров, связанных с ликвидацией юридических лиц (коммерческих организаций)»//Вестник ВАС РФ.-2000.-№ 3.- С.33.

43 Лытнева Н.А. Основания и порядок ликвидации ООО.// Бухгалтерский учет.- 2001.- №1.- С.19-23.

44 Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 января 2001 г.- № 50 «Обзор практики разрешения споров, связанных с ликвидацией юридических лиц (коммерческих организаций)»//Вестник ВАС РФ.- 2000. -№ 3.-С.35.

45 Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 13 января 2001 г.- № 50 «Обзор практики разрешения споров, связанных с ликвидацией юридических лиц (коммерческих организаций)»// Вестник ВАС РФ.-2000.-№ 3.-С.44.

46 Саяпина И.А. Функции и структура уставного капитала в обществе с ограниченной отвественностью // Право и политика.-2005.-№ 6.-С.13.

47 Гражданское и торговое право зарубежных государств. Том I. Издание 4-е, переработанное и дополненное/ Отв. ред. Васильев Е.А., проф. Комаров А.С. М.: Международные отношения, 2004. — С. 241.

48 Урюжникова А.В. Правовая природа доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью//Гражданское право.-2006.-№ 1.- С.33.

49 Борякова С.А., Сергеева Е.В. Вопросы уставного капитала общества с ограниченной ответственностью в практике арбитражных судов//Законодательство и экономика.-2006.-№ 7.- С.44-45.

50 Серова О.А. Право собственности общества с ограниченной ответственностью. Дис… на соискание ученой степени канд. юрид. наук. Коломенский педагогический институт. Коломна, 2001. — С. 70.

51 Степанов Д. Общества с ограниченной ответственностью: законодательство и практика // Хозяйство и право. — 2000. — № 12. — С. 56.

52 Тарасенко Ю.А. Кредиторы: защита их имущественных прав. М.: Юркнига, 2004. — С. 38.

53 Кулагин М.И. Избранные труды. М.: Статут, 1997. — С. 85.

54 Батиста Р.Т. Правовое регулирование акционерных обществ в Панаме. Автореф. на соискание ученой степени канд. юрид. наук. М., 1978. — С. 80.

55 Лытнева Н.А. Учет операций по формированию уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Библиотечка Российской газеты. Выпуск № 13. — 2000. — С. 110.

56 Серова О.А. Право собственности общества с ограниченной ответственностью. Дис… на соискание ученой степени канд. юрид. наук. Коломенский педагогический институт. Коломна, 2001. — С. 64.

57 Суханов Е.А. Закон об обществах с ограниченной ответственностью // Хозяйство и право. — № 5. — 1998. — С. 43 — 44.; Игнатова Е.А. Комментарий к Федеральному закону «Об обществах с ограниченной ответственностью»: Постатейный. М.: ОСЬ-89, 2004. — С. 60.

58 Глуховская Э. Оценка вклада в неденежной форме//ЭЖ-Юрист.-2006.-№ 30. — С.5.

59 Степанов Д.А. Общества с ограниченной ответственностью: законодательство и практика // Хозяйство и право. — № 12. — 2000. — С. 62.

60 Залесский В. Общество с ограниченной ответственностью в системе хозяйственных товариществ и обществ // Право и экономика. — 1998. — № 3. — С. 19.

61 Комментарий к ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» / Под ред. Игнатенко А.А., Мовчана С.Н. М.: Информационно-издательский дом «Филинъ», 1999. — С. 136.

62 Камышанский В.П. Некоторые особенности формирования уставного капитала ООО // Актуальные проблемы частноправового регулирования. Материалы Всероссийской IV научной конференции молодых ученых. Самара, 23 — 24 апреля 2004 г. / Отв. ред. Пивоваров Ю.С., Рузанова В.Д. Самара: Изд-во «Самарский Университет», 2004. — С. 79.

63 Лапач В. Доля в уставном капитале как имущество //ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 28.- С.9.

64 Могилевский С.Д. Органы управления хозяйственными обществами: Правовой аспект: Монография. М.: Дело, 2001. — С. 79.

65 Фоломина Л.В. Уступка доли в ООО//Нотариус.-2006.-№ 1.- С.15.

66 Кротов А.В. Некоторые вопросы информирования участника общества с ограниченной ответственностью//Юрист.-2006.-№ 8.-С.14.

67 Чернышов Г. Оборот долей в уставной капитале//ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 38.- С.7.

68 Постановление ФАС Поволжского округа от 22 августа 2006 года по делу № А55-6931/05-13//Вестник ВАС РФ.- 2006.- № 4.- С.44.

69 Суханов Е. Закон об обществах с ограниченной ответственностью // Хозяйство и право. — 1998. — № 5.- С.11.

70 Киперман Г. Уставный капитал хозяйственного общества // Право и экономика. -2005. — № 3.- С.45.

71 Горяинова Е.И. Уставный капитал — номинальная величина или реальное имущество: проблемы правового регулирования // Юрист. — 2004. — № 2. — С. 5.

72 Ершов Ю. Зачем нужен уставный капитал // ЭЖ-Юрист. — 2005. — № 31. — С. 4.

73 Макаров С.А. Общество с ограниченной ответственностью как субъект гражданского права: Дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2004. — С. 8.

74 Ершов Ю. Зачем нужен уставный капитал // ЭЖ-Юрист. — 2005. — № 31. — С. 4.

75 Гражданское и торговое право зарубежных государств. Том I. Издание 4-е, переработанное и дополненное/Отв. ред. Васильев Е.А., проф. Комаров А.С. М.: Международные отношения, 2004. – С.115.

76 Айгнер-Хегер С. Общество с ограниченной ответственностью в сравнительном гражданском праве России, Германии, Англии. Дис… на соискание ученой степени канд. юрид. наук. М., 1994. — С. 71; Тарасенко Ю.А. Кредиторы: защита их имущественных прав. М.: Юркнига, 2004. — С. 44.

77 Айгнер-Хегер С. Общество с ограниченной ответственностью в сравнительном гражданском праве России, Германии, Англии. Дис… на соискание ученой степени канд. юрид. наук. М., 1994. — С. 71 — 72.

78 Горлов В.А. Правовые вопросы создания уставного капитала общества с ограниченной ответственностью // Журнал российского права. — 2000. — № 4. — С. 49; Серова О.А. Право собственности общества с ограниченной ответственностью. Дис… на соискание ученой степени канд. юрид. наук. Коломенский педагогический институт. Коломна, 2001. — С. 82.

79 Зайберт Ульрих. Законодательство ФРГ об обществах, основанных на объединении капиталов (акционерное общество и общество с ограниченной ответственностью) // Основы немецкого торгового и хозяйственного права. М., 1995. — С. 40.

80 Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. — 2003. — № 18.

81 Суханов Е.А. Хозяйственные общества и товарищества, производственные и потребительские кооперативы // Вестник Высшего Арбитражного Суда РФ. — 1998. — № 6. — С. 100 — 109.

82 Беренс П. Правовое положение товариществ и обществ, предпринимательское право. В сб. статей: Проблемы гражданского и предпринимательского права Германии. М.: Издательство «БЕК», 2001. — С. 276.

83 Проничев К. Устав общества с ограниченной ответственностью на защите интересов его участников//Гражданское право.-2006.-№ 1.- С.23.

84 Гражданское право (учеб. пособие) / Отв. ред. проф. Суханов Е.А. М.: Издательство «БЕК», 2000. Т. 1. — С. 228.

85 Каминка А.И. Указ. соч. — С. 375.

86 Суханов Е.А. Юридические лица: хозяйственные товарищества и общества.// Хозяйство и право .-2004.-№3.-С.86.

87 Кочергин П. Защита доли приобретателя //ЭЖ-Юрист.- 2005.- № 1.- С.23.

88 Тихомиров М.Ю.Общество с ограниченной ответственностью: органы и структура управления. — М.:ЮРИНФОРМЦЕНТР., 1998.- С.330.

89 Рогожин Н.А. Применение обеспечительных мер при обращении взыскания на долю участника общества с ограниченной ответственностью//Право и экономика.-2005.-№ 1.- С.10.

90 Шевченко С. Переход долей общества с ограниченной ответственностью// Законность.- 2004.- № 10.- С.15.

91Кашанина Т.В. Хозяйственные товарищества и общества: правовое регулирование внутрифирменной деятельности. — М.: ИНФРА-М.,1995.-С.554.

92 Тихомиров М.Ю.Общество с ограниченной ответственностью: органы и структура управления. — М.:ЮРИНФОРМЦЕНТР, 1998.- С.330.

93 Бушева С.Г. Орган юридического лица: правовой статус и соотношение со смежными институтами //Законодательство.- 2005.-№ 2.- С. 13.

94 Суханов Е.А. Юридические лица: хозяйственные товарищества и общества.// Хозяйство и право .-2004.-№3.-С.86.

95 Могилевский С.Д. Общество с ограниченной ответственностью. М.: Дело , 2002.- С.528.

96 Пахомова Н.Н. О правовом статусе совета директоров (наблюдательного совета) и их членов в хозяйственных обществах//Современное право.- 2005.-№ 1.- С.11.

97 Тихомиров М.Ю.Общество с ограниченной ответственностью: органы и структура управления. М.:ЮРИНФОРМЦЕНТР, 1998.- С.330.

98 Могилевский С.Д. Общество с ограниченной ответственностью. — М.: Дело. 2002. — С. 81.

99 Постановление ФАС Поволжского округа от 27 июня 2006 года по делу № А55-14567/05-16// Вестник ВАС РФ.- 2006.- № 6. — С.30.

100 Каминка А.И. Указ. раб. — С. 316.

101 Гальперин М. Реализация прав собственников доли ООО//ЭЖ-Юрист.-2005.-№ 23.- С.7.

102 Постановление ФАС Поволжского округа от 10 февраля 2005 года по делу №А55-18157/02-42// Вестник ВАС РФ.- 2005.- № 6.-С.48.

103 Юкша Я.А. Хозяйственные общества в российской правовой системе: проблемы развития законодательства//Юрист.-2006.-№ 6.- С.17-18;Филиппова С.Ю. Прекращение участия в обществе с ограниченной ответственностью путем выхода из общества: теоретические и практические проблемы//Российский судья.-2006.-№ 6.- С.34.

104 Карсетская Е. Основания исключения участника из общества//ЭЖ-Юрист.- 2006.-№ 30.- С.7; Урюжникова А.В. К вопросу об исключении участника из общества с ограниченной ответственностью//Юрист.-2006.-№ 8.-С.11.

105 Постановление Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 9 декабря 1999 г. № 90/14 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»// Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федерации.-2000.-№1. — С.48.

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1 Общие условия совершенствования исполнительных действий

1.1 Становление и развитие института исполнительного производства

1.2 Понятие и сущность исполнительного производства

ГЛАВА 2 Меры, обеспечивающие принудительное исполнение судебных актов

2.1 Основания применения мер принудительного исполнения

2.2 Обращение взыскания на имущество должника и его денежные средства

2.3 Обращение взыскания на имущество и денежные средства должника, находящиеся у других лиц

ГЛАВА 3 Проблемы исполнения судебных актов

3.1 Проблемы исполнения судебных актов и перспективы института частных судебных приставов-исполнителей в России

3.2 Совершенствование порядка исполнения судебных актов о взыскании денежных средств за счет казны

3.3 Реализация имущества должника на торгах

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

ВВЕДЕНИЕ

Вопросы, связанные с исполнительным производством, являются одними из наиболее широко обсуждаемых в последнее время в правовой литературе. Они затрагивают проблему эффективности защиты государством прав, свобод и законных интересов граждан и организаций. Эта защита выступает важной гарантией прав и свобод человека и гражданина, провозглашенной в ст. 45 Конституции Российской Федерации.

Выигранный судебный процесс может потерять всякий смысл, если реальная возможность претворить решение суда в жизнь будет отсутствовать. Важная задача правового государства — это восстановление справедливости, законности в обществе, и большое значение в достижении этого результата имеет правильное и скорое исполнение судебных решений.

На повышение исполнимости судебных решений было направлено принятие Федеральных законов «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве», цель которых заключалась в реформировании принудительного исполнения вследствие изменений, произошедших в политике и экономике нашей страны.

Названные обстоятельства свидетельствуют об актуальности избранной темы исследования, ее научном и практическом значении.

Предметом исследования выступает российское законодательство об исполнительном производстве.

Объект исследования – общественные отношения, возникающие в ходе исполнения судебных актов.

Целью исследования является определение места норм, регулирующих исполнение судебных актов, в современной системе права.

Цель исследования предопределила круг взаимосвязанных задач, решение которых составило содержание настоящей работы:

рассмотрение становления и развития института исполнительного производства;

анализ сущности исполнительного производства;

характеристика мер, обеспечивающих принудительное исполнение судебных актов;

анализ некоторых проблем исполнения судебных актов и формулирование путей их решения.

Методология исследования. Методологической основой исследования служат общенаучный диалектический метод и частно-научные методы: исторический, сравнительно-правовой, логический и системно-структурный.

Теоретическую основу исследования составляют труды ученых в области гражданского и гражданского процессуального права: Р.Х. Валеевой, М.А. Викут, А.Х. Гольмстена, В.М. Гордона, Р.Е. Гукасяна, М.А. Гурвича, П.П. Гуреева, О.В. Исаенковой, А.К. Сергун, Ю.К. Юдельсона, М.К. Юкова, В.В. Яркова и др.

Правовой основой работы послужила Конституция Российской Федерации, Федеральный закон «Об исполнительном производстве», Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации 2002 года, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации 2002 года, Гражданский кодекс Российской Федерации, Налоговый кодекс Российской Федерации, Бюджетный кодекс Российской Федерации, иные федеральные е законы, постановления Правительства Российской Федерации.

Порядок исполнения судебных актов в процессе принудительного исполнения исследовался путем анализа опубликованной и неопубликованной судебной практики, материалов Пленумов Верховного Суда Российской Федерации, постановлений Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам исполнительного производства.

ГЛАВА 1 Общие условия совершенствования исполнительных действий

1.1 Становление и развитие института исполнительного производства

Развитие норм о принудительном исполнении решений государственных органов в России имеет достаточно богатую историю. Были в ней и периоды, когда принудительное осуществление кредитором своих претензий проводилось личными силами и средствами самого кредитора, причем сначала даже без какого бы то ни было предварительного разбора и подтверждения правильности самой претензии, а затем — с введением предварительного, чаще всего судебного, признания права кредитора и ограничения пределов допустимого самоосуществления права, т.е. самоуправства со стороны кредитора.

Значительная часть норм устного обычного права в обработанном виде вошла в Русскую Правду. Созданию новых правовых норм, в свою очередь, способствовала судебная деятельность князей. Текст Русской Правды был обнаружен в составе летописей, а также в различных более поздних юридических сборниках. Всего известно более ста ее списков, которые в зависимости от их содержания принято делить на три редакции: Краткая Правда, Пространная Правда и Сокращенная Правда. Древнейшей является Краткая редакция.

В Пространной Правде предусматривалась возможность поступать с должником-купцом по «произволу» хозяина погибшего по вине этого купца товара. Указанные правила практически дословно повторяют положения древнеримского права, по которому сам кредитор при наступлении срока платежа мог арестовать должника и путем продажи его с публичных торгов получить удовлетворение из вырученной суммы либо держать ответчика у себя до полной отработки долга. Таким образом, расправа по обязательствам могла производиться без суда и состязательного или следственного начала.

Процесс становления общерусского права, интенсивно протекавший на протяжении второй половины XV века, обрел зримые очертания с появлением нового общегосударственного сборника законов — Судебника 1497 г. («Судебник Ивана Великого»). Основными источниками Судебника были Русская Правда, Псковская судная грамота, уставные и судные грамоты московских князей, судебные решения по отдельным вопросам. Главная задача Судебника заключалась в распространении власти московского государя на территории присоединенных княжеств и земель. По этой причине преобладающая часть его статей посвящена судебному процессу, который с ликвидацией самостоятельности удельных князей подчинялся администрации московского царя.

В Судебнике 1497 г. неоднократно упоминаются особые судебные исполнители — недельщики. В нем были изложены их права и обязанности.

Недельщик — должностное лицо, в обязанность которого входили вызов в суд сторон, арест и пытка обвиняемых и передача в суд дел о воровстве, организация судебного поединка и исполнение решения суда. Наименование свое неделыцики получили потому, что они исполняли свои обязанности по неделям, чередуя службу с отдыхом. Недельщики могли назначаться судом по просьбе истца для помощи ему в отыскании ответчика и обеспечения его явки в суд.

В целом в исторической литературе отмечается, что в Судебнике 1497 г. институт приставов продолжает носить еще частный характер. Это проявляется в том, что приставы ездили за ответчиками и на поруки отдавали их сами либо посылали своих племянников или зависимых людей, но отправлять посторонних людей им запрещалось [23. с.36].

Судебники 1497 и 1550 гг., а также Уложение 1649 г. начинают разделять три способа исполнения судебных решений:

взыскание с имущества должника;

правёж;

отдача головою.

Последний способ применялся только в тех случаях, когда в течение одного месяца правеж не дал желаемых результатов, а должник не имел ни имущества, ни поручителей по оплате долга.

В 1628 году законодательно закрепляется первый перечень имущества (к такому имуществу были отнесены поместья и вотчины ответчика), на которое нельзя обращать взыскание в порядке исполнительного производства, что предопределило впоследствии выделение современного принципа неприкосновенности минимума средств существования должника.

Новый этап в развитии системы исполнения решения судов связан в первую очередь с петровскими преобразованиями, развитием государственной власти в рамках общеевропейской традиции и первой попыткой отделить судебные органы от государственной администрации. Так, Указом от 24 мая 1700 г. «О посылке солдат дворцового караула для сыска и представления в Судный приказ ответчиков и для взыскания с них пошлинных денег и истцовых исков» прекращено направление подьячих и приставов из Судного приказа. Для данных целей Преображенскому приказу отдавалось распоряжение направлять солдат по мере надобности.

Таким образом, постепенно служебные функции судебных приставов переходят к другим категориям государственных служащих, в том числе к военнослужащим. Соответственно в конце XVII — начале XVIII века судебные приставы перестают существовать как вспомогательный институт судебной и административной власти в России. Их полномочия передаются мелким судебным чинам, полицейским и другим государственным служащим.

Вехой в развитии российского права, в том числе исполнительного производства, стало создание начиная с середины 20-х годов XIX века Свода законов, в один из разделов которого вошли «законы гражданские и межевые», включавшие в себя «законы о судопроизводстве гражданском и законы о мерах гражданских взысканий». В Своде законов гражданское право впервые было выделено как особая отрасль права, хотя материальное право еще не было отделено от процессуального.

В результате судебной реформы 1864 года, основываясь на Уставе гражданского судопроизводства, были пересмотрены старые способы исполнения решений. К мерам принудительного исполнения стали относить:

передачу имущества натурой лицу, которому оно было присуждено;

производство за счет ответчика тех действий или работ, которые должны быть совершены в назначенный судом срок;

обращение взыскания на имущество должника (движимое и недвижимое).

Советскому этапу развития законодательства об исполнительном производстве была присуща известная специфика, являющаяся частью социально-политического курса страны в целом.

В жизнь проводился принцип, согласно которому даже права, признанные судебным решением, предполагалось охранять законом лишь постольку, поскольку их осуществление не входило в противоречие с их социально-хозяйственным назначением.

Принятый 7 июля 1923 г. первый Гражданский процессуальный кодекс РСФСР, вступивший в силу с 1 сентября того же года, содержал специальный раздел 5, где находились нормы, регулирующие исполнительное производство. Исполнение судебных решений было предоставлено сторонам. И только в случае отказа от добровольного исполнения взыскатель мог просить суд, вынесший решение, о принудительном исполнении последнего и о выдаче исполнительного листа. Целью исполнительного производства стало быстрое, удобное и дешевое исполнение требований кредитора при сохранении должника как хозяйственной и рабочей силы.

После Октябрьской революции функции судебного исполнения выполняли судебные исполнители, состоявшие при судах. Стоит заметить, что такое положение дел сохранялось вплоть до реформы исполнительного производства 1997 года. Полиция, приставы как органы исполнения прекратили свое существование, а судебные исполнители назначались на должность и увольнялись распоряжением председателя губернского или окружного суда.

После принятия Конституции СССР 1936 г. многие отрасли российского права подверглись реформированию, целью которого было показать успехи социалистического государства и победу социализма в нашей стране. Не избежали этой участи и гражданское процессуальное право и его институты, одним из которых в тот период считалось исполнительное производство. Нормативным актом, являвшимся основой для развития исполнительного производства конца 30-х годов XX века, была Инструкция о порядке исполнения судебных решений, утвержденная Народным комиссариатом юстиции СССР 28 сентября 1939 г. Исполнению судебных решений как важному средству укрепления социалистической законности стало придаваться особое значение. Инструкция подробно регламентировала порядок применения различных мер принудительного исполнения решения, делопроизводство и отчетность судебных исполнителей, обжалование их действий и призвана была способствовать реальному осуществлению прав участвующих в деле лиц, установленных и подтвержденных судебными решениями.

В середине 60-х годов XX века в СССР была проведена кодификация гражданского процессуального законодательства, которая отразилась и на регулировании исполнительных правоотношений.

В Гражданском процессуальном кодексе РСФСР 1964 года (далее — ГПК РСФСР 1964 г.) исполнительному производству был посвящен V раздел (главы 38—42), а также приложения № 1 и № 2. Многие из норм V раздела «Исполнительное производство» ГПК РСФСР 1964 г. регулировали правоотношения в сфере исполнительного производства вплоть до 1 февраля 2003 г. Примечательно, что исполнительное производство практически целиком регламентировалось гражданским процессуальным законодательством и считалось частью гражданского процесса, его заключительной стадией. Это являлось своеобразным признаком исполнительного производства в тот период. К числу других признаков относились: государственный характер исполнительного производства; приоритетная защита государственной, общественной и кооперативной собственности; отсутствие механизма защиты прав и свобод человека в ходе исполнительного производства.

В течение длительного времени действовала Инструкция об исполнительном производстве, утвержденная приказом Министерства юстиции СССР от 15 ноября 1985 г. № 22.

Тесная связь исполнительного и гражданского процессов предопределялась тем фактом, что судебные исполнители состояли при районных судах (ст. 348 ГПК РСФСР 1964 г.).

Следующий этап в развитии законодательства об исполнительном производстве связывается лишь со второй половиной 90-х годов XX века. В 1997 году, 21 июля, принимаются два федеральных закона: № 119-ФЗ «Об исполнительном производстве» и № 118-ФЗ «О судебных приставах», что дает право говорить о начале реформы системы принудительного исполнения с целью придания ей нового облика, соответствующего современным социально-экономическим реалиям.

Принятые в 1997 году законы подорвали устоявшееся за многие десятилетия в юридической литературе положение о том, что исполнение судебных решений и иных юрисдикционных актов — завершающая, заключительная стадия гражданского процесса.

Необходимо отметить, что государство впервые после 1917 г. посчитало возможным и необходимым принять специальные законы, регулирующие правоотношения в сфере принудительного исполнения исполнительных документов, главным образом судебных актов.

Ключевым моментом в преобразованном нормативно-правовом регулировании исполнительного производства того периода стало создание самостоятельной службы судебных приставов как органа принудительного исполнения судебных актов и актов других органов. Указанная служба первоначально была организована в рамках Министерства юстиции Российской Федерации и возглавлялась заместителем министра юстиции Российской Федерации — главным судебным приставом Российской Федерации. В 2004 году в результате проводившейся административной реформы она была преобразована в Федеральную службу судебных приставов (далее также ФССП России).

Учитывая наметившуюся в целом положительную тенденцию в правовом регулировании данной сферы общественных отношений с конца 90-х годов XX века, тем не менее следует признать, что законодательство об исполнительном производстве за 10 лет своего применения обнаружило в себе целый ряд недостатков и безусловно находилось еще в стадии своего реформирования.

Руководствуясь стремлением к совершенствованию нормативной базы в сфере исполнительного производства, 2 октября 2007 г. был подписан, а 6 октября 2007 г. опубликован новый Федеральный закон «Об исполнительном производстве», вступивший в силу с 1 февраля 2008 г., который и действует в настоящее время.

Новый Закон об исполнительном производстве, как представляется, реформу в исполнительном производстве не произвел, хотя существенно отличается от Федерального закона от 21 июля 1997 г. № 119-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее — Закон об исполнительном производстве 1997 г.). Отдельные положения нового законодательного акта не в полной мере согласованы с частным законодательством, а некоторые — попросту неудачно сформулированы с точки зрения юридической техники. Сказанное позволяет предположить, что реформа отечественного законодательства об исполнительном производстве еще далека от своего завершения, и принятие нового Закона является лишь очередным этапом на ее пути.

Современное же состояние развития исполнительного производства в России станет предметом отдельного рассмотрения в соответствующих разделах настоящей работы.

1.2 Понятие и сущность исполнительного производства

Вопрос о правовой природе данной отрасли права является на сегодня в юридической науке весьма дискуссионным. Кроме того, далеко не все авторы признают ее самостоятельность в системе права Российской Федерации, что, по нашему мнению, также служит сдерживающим фактором в развитии доктрины исполнительного права. В современной литературе пока еще не сложилось даже устойчивого понятия такой отрасли, которую разные авторы именуют и «исполнительное право», и «исполнительное процессуальное право», и «гражданское исполнительное право» или же, наконец, говорят просто об «исполнительном производстве».

Условно можно выделить следующие подходы к правовой природе норм об исполнительном производстве:

исполнительное производство рассматривается в качестве неотъемлемого элемента (стадии) гражданского процесса и соответственно является частью гражданского процессуального права. Стоит сказать, что такое понимание являлось традиционным для советского этапа развития законодательства и науки. Указанная точка зрения основывалась в первую очередь на том, что принудительное исполнение судебных решений регулировалось нормами Гражданского процессуального кодекса (ГПК) РСФСР. Сторонниками этого подхода являлись ГС. Юдельсон, М.Г Авдюков. Кроме того, в наши дни его сторонниками являются: М.С. Шакарян, И.Б. Морозова, А.Т. Боннер и некоторые другие ученые;

исполнительное производство является подотраслью административного права (административного процесса). Здесь главным аргументом служит утверждение об особом правовом положении органов принудительного исполнения — службы судебных приставов, относящейся к органам государственной власти и управления. Следовательно, судебный пристав-исполнитель, будучи должностным лицом исполнительного органа власти, наделен властными полномочиями по отношению ко всем другим участникам исполнительного производства. Данный подход реализован в работах И.И. Стрелковой, И.П. Кононова, А.Н. Сарычева, Н.Е. Бузниковой и др;

исполнительное производство образует самостоятельную комплексную отрасль права. Причем в рамках настоящего подхода одни авторы склонны относить данную отрасль к числу внепроцессуальных (материальных) отраслей права (В.В. Ярков) (51. С.11), другие же, напротив, подчеркивают ее процессуальный характер (О.В. Исаенкова, Е.Н. Сердитова, Д.Х. Валеев, М.Ю. Челышев).

Особенности исполнительного производства предопределяют и специфику правового регулирования. В настоящее время исполнительное производство выведено из системы гражданского и арбитражного законодательства. Кроме того, применение мер принудительного исполнения и к несудебным актам (нотариально удостоверенным соглашениям об уплате алиментов, удостоверениям комиссий по трудовым спорам, постановлениям органов, уполномоченных рассматривать дела об административных правонарушениях и т.д.) свидетельствует о том, что исполнительная деятельность не сводится лишь к «логическому завершению судопроизводства».

Исполнительное производство вряд ли возможно рассматривать и через призму административного права (процесса), исходя из различий предмета правового регулирования. Административное право призвано регулировать общественные отношения, непосредственно связанные с государственно-управленческой деятельностью. Исполнительное же производство отличается тем, что ориентировано не столько на государственно-управленческую деятельность (в узком смысле), сколько на исполнение судебных и несудебных исполнительных документов как неотъемлемого элемента общего механизма защиты прав и законных интересов субъектов права. По методу правового регулирования как критерию разграничения отраслей права между собой полагаем также затруднительным отнесение напрямую исполнительного производства к административному праву (процессу) на том основании, что в первом достаточно велико значение диспозитивных начал. Так, к примеру, одним из оснований прекращения исполнительного производства является отказ взыскателя от взыскания (п. 2 ч. 2 ст. 43 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»). Административное право характеризуется в большей степени императивностью начал правового регулирования.

Первым за самостоятельность исполнительного производства выступил еще в 1975 году М.К. Юков. По его мнению, производство по исполнению судебных решений и решений иных юрисдикционных органов — это не стадия гражданского процесса. М.К. Юков считает, что исполнительное право «представляет собой одну из отраслей права, без которого система права не может нормально функционировать. Исполнительное право регулирует правоотношения, складывающиеся в процессе исполнительного производства, где субъективное материальное право или охраняемый законом интерес, нарушенный или оспоренный должником и подтвержденный юрисдикционным актом, реализуется через механизм государственного принуждения». Ученый пришел к выводу, что эта отрасль права имеет юридическую целостность, свой обособленный предмет и особый метод правового регулирования, собственные принципы и общие положения.

По нашему мнению, данный подход с учетом сущности и специфики регулируемой сферы общественных отношений, характера и цели такого регулирования, является более предпочтительным, с тем лишь уточнением, что исполнительное производство необходимо рассматривать в качестве основы процессуальной отрасли права.

Таким образом, по нашему мнению, исполнительное производство — процессуальная отрасль права, предмет правового регулирования которой составляют процессуальные отношения, складывающиеся по поводу принудительно-исполнительной деятельности судебного пристава исполнителя, облеченные в особую процессуальную форму.

ГЛАВА 2 Меры, обеспечивающие принудительное исполнение судебных актов

2.1 Основания применения мер принудительного исполнения

В ч. 1 ст. 68 Закона об исполнительном производстве приводится следующее понятие мер принудительного исполнения — это действия, указанные в исполнительном документе, или действия, совершаемые судебным приставом-исполнителем в целях получения с должника имущества, в том числе денежных средств, подлежащего взысканию по исполнительному документу.

Данное определение вряд ли можно признать универсальным, так как оно распространяется лишь на случаи имущественных взысканий и не учитывает специфики исполнительных действий, не связанных с обращением взыскания на имущество должника или его заработную плату, иные виды доходов (неимущественные взыскания).

Поэтому более правильно под мерами принудительного исполнения понимать совокупность процессуальных действий определенного характера, предусмотренных законодательством для исполнения требований исполнительного документа.

Согласно ч. 3 ст. 68 Закона об исполнительном производстве выделяются следующие меры принудительного исполнения:

1) обращение взыскания на имущество должника, в том числе на денежные средства и ценные бумаги;

2) обращение взыскания на периодические выплаты, получаемые должником в силу трудовых, гражданско-правовых или социальных правоотношений;

3) обращение взыскания на имущественные права должника, в том числе на право получения платежей по исполнительному производству, в котором он выступает в качестве взыскателя, на право получения платежей по найму, аренде, а также на исключительные права на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, права требования по договорам об отчуждении или использовании исключительного права на результат интеллектуальной деятельности и средство индивидуализации, право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, принадлежащее должнику как лицензиату;

4) изъятие у должника имущества, присужденного взыскателю;

5) наложение ареста на имущество должника, находящееся у должника или у третьих лиц, во исполнение судебного акта об аресте имущества;

6) обращение в регистрирующий орган для регистрации перехода права на имущество, в том числе на ценные бумаги, с должника на взыскателя в случаях и порядке, которые установлены Законом об исполнительном производстве;

7) совершение от имени и за счет должника действия, указанного в исполнительном документе, в случае, если это действие может быть совершено без личного участия должника;

8) принудительное вселение взыскателя в жилое помещение;

9) принудительное выселение должника из жилого помещения;

10) освобождение нежилого помещения, хранилища от пребывания в них должника и его имущества;

11) иные действия, предусмотренные федеральным законом или исполнительным документом.

Законодательством могут быть предусмотрены и иные меры, обеспечивающие исполнение исполнительного документа.

Отличие перечисленных мер принудительного исполнения заключается в их характере. Например, если требование исполнительного документа носит длящийся характер (взыскание алиментов, возмещение вреда жизни, здоровью и др.), то в большинстве случаев мерой принудительного исполнения выступает обращение взыскания на заработную плату, пенсию, стипендию и иные виды доходов должника. Однако это не значит, что не могут применяться другие меры принудительного исполнения, так как законодательством обычно такие случаи специально не предусмотрены. В некоторых случаях меры принудительного исполнения могут применяться в совокупности. Законом также предусмотрена возможность изменения способа и порядка исполнения (ст. 37 Закона об исполнительном производстве).

Основания для применения мер принудительного исполнения судебным приставом-исполнителем.

В ст. 68 Закона об исполнительном производстве предусмотрены два основания, когда [30. с.69]:

меры принудительного исполнения содержатся в исполнительном документе. Например, изъятие у должника имущества, присужденного взыскателю; наложение ареста на имущество должника, находящееся у должника или у третьих лиц, во исполнение судебного акта об аресте имущества; принудительное вселение или выселение (пункты 4, 5, 8 и 9 части 3 ст. 68);

меры принудительного исполнения не предусмотрены в исполнительном документе, но в силу того, что должник уклоняется от исполнения требований, содержащих в исполнительном документе, с помощью указанных мер судебный пристав-исполнитель воздействует на должника. Например, судебный пристав-исполнитель в случае неисполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, может обратить взыскание на имущество должника, в том числе на денежные средства и ценные бумаги.

В данном случае, меры принудительного характера носят вспомогательный (факультативный) характер и применяются судебным приставом-исполнителем после истечения срока для добровольного исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе.

2.2 Обращение взыскания на имущество должника и его денежные средства

Закон об исполнительном производстве разделяет имущество, на которое может быть обращено взыскание, в зависимости от того, кому оно принадлежит: организации или физическому лицу. В отношении должника — физического лица установлен специальный перечень имущества, на которое не может быть обращено взыскание (ст. 446 ГПК РФ). К нему, в частности, относятся предметы домашней обстановки, утвари, одежды, необходимые для должника и состоящих на его иждивении лиц, продукты питания в определенном количестве и т.д. Перечень видов имущества, на которое не может быть обращено взыскание, применяется и в отношении граждан, которые занимаются предпринимательской деятельностью и в силу невозможности погашения долгов перед кредиторами признаются банкротами.

В соответствии со ст. 46 ГК РФ юридические лица отвечают по своим обязательствам всем своим имуществом. Исключение составляют лишь финансируемые собственником учреждения. Так, в отношении учреждений необходимо учитывать, что, согласно п. 1 ст. 296 ГК РФ, учреждение в отношении закрепленного за ним имущества осуществляет в пределах, установленных законом, и в соответствии с целями своей деятельности, заданиями собственника и назначением имущества права владения, пользования и распоряжения им. В п. 1 ст. 298 ГК РФ предусмотрено, что учреждение не вправе отчуждать или иным способом распоряжаться закрепленным за ним имуществом и имуществом, приобретенным за счет средств, выделенных ему по смете. В соответствии с п. 2 ст. 120 ГК РФ учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. Поэтому при недостаточности указанных денежных средств взыскание не может быть обращено на иное имущество, закрепленное за учреждением на праве оперативного управления собственником, а также на имущество, приобретенное учреждением за счет средств, выделенных по смете (информационное письмо Высшего Арбитражного Суда РФ от 14.07.1999 N 45 «Об обращении взыскания на имущество учреждения»).

Термин «имущество» употребляется в гражданском праве в различных значениях. Так, чаще всего под имуществом понимаются отдельные вещи или их совокупность (п. 2 ст. 15, п. 2 ст. 46 ГК РФ). Кроме того, понятием имущество могут охватываться вещи, деньги и ценные бумаги (п. 1 ст. 302, п. 1 ст. 307 ГК РФ). Наконец, понятие «имущество» может обозначать всю совокупность наличных вещей, денег, ценных бумаг, имущественных прав, а также обязанностей субъекта (п. 2 ст. 63 ГК РФ). В связи с этим при применении соответствующих норм требуется всякий раз уяснить значение термина «имущество». В последнем случае речь идет о предприятии как имущественном комплексе.

Обращение взыскания на имущество должника состоит из его ареста (описи), изъятия и принудительной реализации.

Взыскание по исполнительным документам обращается в первую очередь на денежные средства должника в рублях и иностранной валюте и иные ценности, в том числе находящиеся в банках и иных кредитных организациях. Наличные денежные средства, обнаруженные у должника, изымаются.

В отношении должников-организаций применяется Положение о безналичных расчетах в Российской Федерации, утвержденное ЦБ РФ 03.10.2002 N 2-П (в ред. от 02.05.2007). В соответствии с п. 8.2-8.4 указанного Положения расчеты по инкассо осуществляются на основании платежных требований, оплата которых может производиться по распоряжению плательщика (с акцептом) или без его распоряжения (в безакцептном порядке), и инкассовых поручений, оплата которых производится без распоряжения плательщика (в бесспорном порядке). Платежные требования и инкассовые поручения предъявляются получателем средств (взыскателем) к счету плательщика через банк, обслуживающий получателя средств (взыскателя). Получатель средств (взыскатель) представляет в банк указанные расчетные документы при реестре переданных на инкассо расчетных документов формы 0401014 (приложение 22 к Положению), составляемом в двух экземплярах. В реестр могут включаться, по усмотрению получателя средств (взыскателя), платежные требования и (или) инкассовые поручения. Первый экземпляр реестра оформляется двумя подписями лиц, имеющих право подписи расчетных документов, и оттиском печати.

Исполнение исполнительных документов, предъявленных к корреспондентскому счету кредитной организации или к расчетному счету клиента кредитной организации, по судебным решениям, вступившим в законную силу до момента отзыва у кредитной организации лицензии, за исключением исполнительных документов, выданных на основании судебных решений о взыскании задолженности по заработной плате, выплате вознаграждений по авторским договорам, алиментов, а также о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью, и морального вреда, приостанавливается в соответствии со ст. 20 Закона о банках и банковской деятельности до принятия решения о ликвидации кредитной организации. При этом судебный пристав-исполнитель не предпринимает к территориальному учреждению Банка России, где открыт корреспондентский счет данной кредитной организации, мер по применению санкций за неисполнение исполнительных документов.

Исполнительные документы после приостановления исполнения по ним остаются в кредитной организации и в подразделении расчетной сети Банка России, в зависимости от того, кому был предъявлен для исполнения исполнительный документ.

После создания в установленном законодательством порядке ликвидационной комиссии (назначения арбитражным судом конкурсного управляющего, ликвидатора) исполнительные документы, предъявленные к корреспондентскому счету кредитной организации, передаются руководителю ликвидационной комиссии (конкурсному управляющему, ликвидатору) для учета требований кредиторов. Исполнительные документы в соответствии с законодательством являются признанными требованиями и учитываются в реестре требований кредиторов в размере неисполненной суммы.

Если существуют сведения об имеющихся у должника денежных средствах и иных ценностях, находящихся на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях, на них налагается арест.

Согласно ч. 8 ст. 69 Закона об исполнительном производстве, если сведений о наличии или об отсутствии у должника-организации счетов и вкладов в банках и иных кредитных организациях не имеется, судебный пристав-исполнитель запрашивает указанные сведения у налоговых органов. Судебный пристав-исполнитель в случае отсутствия необходимой для принудительного исполнения информации о должнике — юридическом лице должен направить мотивированный письменный запрос в налоговый орган об идентификационном номере налогоплательщика, о номерах расчетных, текущих и иных счетов, о наименовании и месте нахождения банков и иных кредитных организаций, в которых открыты счета, о финансово-хозяйственной деятельности по установленным формам отчетности [11].

У налоговых органов, банков и иных кредитных организаций могут быть запрошены сведения:

о наименовании и местонахождении банков и иных кредитных организаций, в которых открыты счета должника;

о номерах расчетных счетов, количестве и движении денежных средств в рублях и иностранной валюте;

об иных ценностях должника, находящихся на хранении в банках и иных кредитных организациях.

Налоговые органы, органы, осуществляющие государственную регистрацию прав на имущество, лица, осуществляющие учет прав на ценные бумаги, банки и иные кредитные организации, иные органы и организации представляют запрошенные сведения в течение семи дней со дня получения запроса.

Согласно ст. 69 Закона об исполнительном производстве, обращение взыскания на имущество должника включает изъятие имущества и (или) его принудительную реализацию либо передачу взыскателю.

Взыскание на имущество должника, в том числе на денежные средства в рублях и иностранной валюте, обращается в размере задолженности, то есть в размере, необходимом для исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, с учетом взыскания расходов по совершению исполнительных действий, исполнительского сбора и штрафов, наложенных судебным приставом-исполнителем в процессе исполнения исполнительного документа.

Взыскание на имущество должника по исполнительным документам обращается в первую очередь на его денежные средства в рублях и иностранной валюте и иные ценности, в том числе находящиеся на счетах, во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях. Взыскание на денежные средства должника в иностранной валюте обращается при отсутствии или недостаточности у него денежных средств в рублях.

Согласно подп. 2 п. 1 ст. 1 Закона о валютном регулировании и валютном контроле, иностранной валютой являются: а) денежные знаки в виде банкнот, казначейских билетов, монеты, находящиеся в обращении и являющиеся законным платежным средством в соответствующем иностранном государстве или группе государств, а также изъятые или изымаемые из обращения, но подлежащие обмену указанные денежные знаки; б) средства на счетах в денежных единицах иностранных государств и международных денежных или расчетных единицах.

При отсутствии или недостаточности у должника денежных средств взыскание обращается на иное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, хозяйственного ведения и (или) оперативного управления, за исключением имущества, изъятого из оборота, и имущества, на которое в соответствии с федеральным законом не может быть обращено взыскание, независимо от того, где и в чьем фактическом владении и (или) пользовании оно находится.

Должник вправе указать имущество, на которое он просит обратить взыскание в первую очередь. Окончательно очередность обращения взыскания на имущество должника определяется судебным приставом-исполнителем.

Должник по требованию судебного пристава-исполнителя обязан представить сведения о принадлежащих ему правах на имущество, в том числе исключительных и иных правах на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, правах требования по договорам об отчуждении или использовании указанных прав, в размере задолженности.

Взыскание на имущество должника, в том числе на денежные средства и иные ценности, находящиеся в наличности либо на счетах и во вкладах или на хранении в банках и иных кредитных организациях, обращается в том размере и объеме, которые необходимы для исполнения исполнительного документа с учетом взыскания исполнительского сбора и расходов по совершению исполнительных действий. В данном случае в законодательстве установлены ограничения по объему имущества, подлежащего взысканию. Стоимость имущества, на которое обращается взыскание, не может превышать суммы требования, указанного в исполнительном документе. Практика исходит из того, что не может быть наложен арест на расчетный счет должника. Арест налагается лишь в пределах суммы, необходимой для удовлетворения требований взыскателя и покрытия расходов в исполнительном производстве. Имущество, подлежащее взысканию по цене должно быть соразмерно сумме требований, указанных в исполнительном документе. Например, при минимальной сумме требований и при наличии другого ликвидного имущества должника не может быть наложен арест на автомобиль, который по стоимости значительно превышает сумму требований по исполнительному производству.

В случае, когда должник имеет имущество, принадлежащее ему на праве общей собственности, взыскание обращается на его долю, определяемую в соответствии с федеральным законом.

В соответствии со ст. 254 ГК РФ раздел общего имущества между участниками совместной собственности, а также выдел доли одного из них могут быть осуществлены после предварительного определения доли каждого из участников в праве на общее имущество. При разделе общего имущества и выделе из него доли, если иное не предусмотрено законом или соглашением участников, их доли признаются равными.

Кредитор участника долевой или совместной собственности при недостаточности у собственника другого имущества вправе предъявить требование о выделе доли должника в общем имуществе для обращения на нее взыскания.

Если в таких случаях выделение доли в натуре невозможно либо против этого возражают остальные участники долевой или совместной собственности, кредитор вправе требовать продажи должником своей доли остальным участникам общей совместной собственности по цене, соразмерной рыночной стоимости этой доли, с обращением вырученных от продажи средств в погашение долга. В случае отказа остальных участников общей собственности от приобретения доли должника кредитор вправе требовать по суду обращения взыскания на долю должника в праве общей собственности путем продажи этой доли с публичных торгов (ст. 255 ГК РФ).

Согласно ст. 75 Закона об исполнительном производстве, в рамках исполнительного производства взыскание может быть обращено на принадлежащие должнику имущественные права. Взыскание на принадлежащие должнику имущественные права в отношении третьих лиц обращается с соблюдением правил, установленных ГК РФ.

Правительством РФ могут быть установлены особенности обращения взыскания на отдельные виды имущественных прав.

2.3 Обращение взыскания на имущество и денежные средства должника, находящиеся у других лиц

Обращение взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц согласно подп. 1 п. 3 ст. 68 Закона об исполнительном производстве является одной из мер принудительного исполнения, поэтому в процессе исполнения исполнительного документа судебный пристав-исполнитель имеет право обратить взыскание на имущество должника, которое находится у третьих лиц.

Закон об исполнительном производстве отличается от предыдущего ФЗ Об исполнительном производстве 1997 г., по которому обращение взыскания на имущество должника, находящееся у других лиц, производилось в последнюю очередь, когда у должника не было обнаружено иного имущества, а также когда было невозможно обратить взыскание на заработную плату, пенсию, стипендию и иные виды доходов должника. На сегодняшний день обращение взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц, может производиться как в первую очередь, так и в последнюю.

Взыскание может быть обращено на любое имущество должника, фактически находящееся у других лиц, кроме имущества, перечисленного в ст. 446 ГПК РФ.

Закон об исполнительном производстве не раскрывает понятия имущество, поэтому под имуществом должника согласно ст. 128 ГК РФ может пониматься вещь или совокупность вещей, включая деньги и ценные бумаги и иное имущество, в том числе имущественные права; работы и услуги; информация; результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность); нематериальные блага.

Круг лиц, у которых может находиться имущество должника, также не определен законодателем. Это могут быть как физические, так и юридические лица.

Для того чтобы судебный пристав-исполнитель обратил взыскание на имущество должника, находящееся у других лиц, необходимо [31]:

обнаружить имущество должника и его местонахождение;

установить физическое (фамилию, имя, отчество, адрес регистрации или фактического проживания) либо юридическое лицо (организационно-правовую форму, полное название, юридический или фактический адрес), у которого это имущество находится.

Имущество должника, находящееся у других лиц, может быть обнаружено как судебным приставом-исполнителем, так и взыскателем.

Судебный пристав-исполнитель в ходе исполнительного производства, в целях обнаружения имущества должника, если последний в добровольном порядке не предоставляет необходимую информацию, направляет запросы во все организации, осуществляющие государственную регистрацию имущества (регистрационную палату, БТИ, ГИБДД, земельный комитет и т.д.). В обязательном порядке также направляются запросы в Сберегательный банк РФ и в банк или его отделение, расположенные в районе, в котором возбуждено и ведется исполнительное производство.

Так, например, в результате получения из ИФНС бухгалтерского баланса юридического лица — должника судебный пристав-исполнитель может установить, что на балансе числится автотранспортное средство, которое находится в залоге у Банка.

Каким образом взыскатель может обнаружить имущество должника и получить необходимую информацию, действующее законодательство не раскрывает.

Следует отметить, что обнаружить имущество должника, которое не подлежит государственной регистрации, довольно сложно, в отличие от имущества, которое подлежит такой регистрации.

Судебный пристав-исполнитель, установив, что у должника имеется имущество, которое находится у третьего лица, выходит по месту нахождения такого имущества и отбирает объяснения у такого лица. В случае, если объяснения получить не удалось, судебный пристав-исполнитель направляет лицу, у которого находится имущество должника, требование о предоставлении документов, подтверждающих наличие такого имущества и устанавливает срок для предоставления документов. При неисполнении требования судебного пристава-исполнителя лицо может быть подвергнуто административному наказанию по ст. 17.8. или 19.7 КоАП РФ.

Обращение взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц, осуществляется только на основании судебного акта. При несоблюдении указанного положения закона акт описи и ареста, составленный судебным приставом-исполнителем, может быть признан незаконным в судебном порядке.

Для получения судебного акта взыскатель или судебный пристав-исполнитель обращается в суд, выдавший исполнительный документ с заявлением об изменении способа и порядка исполнения судебного акта путем обращения взыскания на имущество, принадлежащее должнику и находящееся у третьих лиц.

Заявление взыскателя или судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц, рассматривается судом в десятидневный срок со дня поступления заявления. Рассмотрение заявления осуществляется в процессуальном порядке, с обязательным извещением всех лиц, участвующих в деле. Результатом рассмотрения заявления судебного пристава-исполнителя является определение, в котором суд постановляет обратить взыскание на конкретное имущество должника, с обязательным указанием на то, у кого это имущество находится в данный момент [31].

Вступившее в законную силу судебное постановление об обращении взыскания на имущество должника, находящееся у третьих лиц, подлежит немедленному исполнению. Исполнение указанного постановления осуществляется в рамках уже возбужденного исполнительного производства.

Обращение взыскания на имущество должника состоит из его ареста (ст. 80 Закона об исполнительном производстве), изъятия (ст. 84 Закона об исполнительном производстве) и принудительной реализации (ст. 87 Закона об исполнительном производстве). Поэтому, после того как определение суда вступит в законную силу, судебный пристав-исполнитель выходит по месту нахождения имущества должника и накладывает на него арест в порядке ст. 80 Закона об исполнительном производстве с обязательным участием понятых. Составляется акт описи и ареста имущества, после чего имущество должника передается на ответственное хранение в порядке, предусмотренном ст. 86 Закона об исполнительном производстве. Лицо, которому передается имущество на хранение, предупреждается об уголовной ответственности за растрату по ст. 312 УК РФ.

Особенностью обращения взыскания на имущество должника, находящегося у третьих лиц, является необходимость получения еще одного судебного постановления в рамках уже возбужденного исполнительного производства.

Законом предусмотрено три случая, при которых правила, предусмотренные п. 1 ст. 68 Закона об исполнительном производстве, не применяются:

1) в первом случае обращение взыскания на денежные средства, находящиеся на счетах, во вкладах или денежные средства, находящиеся на хранении в банках и иных кредитных организациях производится без получения дополнительного судебного постановления, по правилам, предусмотренным ст. 70 Закона об исполнительном производстве;

2) профессиональные участники рынка ценных бумаг — это юридические лица, которые осуществляют следующие виды деятельности: брокерскую, дилерскую, деятельность по управлению ценными бумагами, клиринг, депозитарную деятельность, деятельность по ведению реестра ценных бумаг и организации торговли на рынке ценных бумаг (глава 2 ФЗ «О рынке ценных бумаг»). Ценной бумагой является документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении.

В случае обращения взыскания на ценные бумаги и денежные средства должника, которые находятся у профессионального участника рынка ценных бумаг на счетах, указанных в ст. 73 Закона об исполнительном производстве, взыскателю или судебному приставу-исполнителю нет необходимости обращаться в суд за вынесением дополнительного судебного определения. Обращение взыскания осуществляется в общем порядке, предусмотренном ст. 70 Закона об исполнительном производстве.

3) также не надо получать дополнительное судебное определение в случае исполнения судебного акта, содержащего требование о наложении ареста на имущество должника. Арест имущества должника включает в себя запрет распоряжаться имуществом, а при необходимости — ограничения права пользования имуществом или изъятие имущества (ст. 80 Закона об исполнительном производстве).

ГЛАВА 3 Проблемы исполнения судебных актов

3.1 Проблемы исполнения судебных актов и перспективы института частных судебных приставов-исполнителей в России

Низкий уровень фактически исполненных судебных актов и актов иных юрисдикционных органов не только нарушает права граждан и организаций, но и порождает ряд других негативных явлений.

Эффективность судебной защиты в значительной степени зависит от того, насколько успешно выполняют свою функцию органы принудительного исполнения. Ведь лица, защищающие свои права, нуждаются не в декларативном судебном решении или констатации факта нарушения своих прав, а в реальной их защите [21. с.444].

Именно судебные приставы-исполнители завершают цикл защиты нарушенных прав граждан и организаций, что и предопределяет особую значимость их эффективной деятельности. В России в настоящее время не создан эффективный механизм исполнения судебных актов и актов иных юрисдикционных органов, в связи с этим вопрос о форме организации Федеральной службы судебных приставов (ФССП) и всей системы принудительного исполнения в России в целом все еще относится к числу наиболее дискуссионных.

Несмотря на проводимые реформы значительного улучшения дел в сфере исполнительного производства не произошло. Главной проблемой, как справедливо отмечает В.В. Ярков, остается низкая исполнимость судебных и иных предъявляемых к исполнению решений во многих субъектах Российской Федерации. В частности, в Уральском федеральном округе в 2003 г. фактическим исполнением исполнительного документа оканчивалось лишь около 30% исполнительных производств [53. с.293].

В 2008 г. в Республике Кабардино-Балкария по оконченным производствам фактическая сумма взыскания составила 3,4%, в Москве — 2,9, в Республике Калмыкия — 2,6, в Чукотском автономном округе и Читинской области — менее 2%. Большинство оконченных исполнительных производств завершалось, по существу, составлением акта о невозможности взыскания задолженности из-за отсутствия имущества у должника. В Москве по этой причине окончено около 82% исполнительных производств, в Чукотском автономном округе — 69, в республике Кабардино-Балкария и на Алтае — около 67% [47. с.4].

По данным ФССП России, в последнее время удалось значительно улучшить показатели деятельности органов принудительного исполнения. Планировалось, что в 2009 г. процент исполнительных производств, оконченных фактическим исполнением, составит 54,6%. Прогнозируемые результаты были достигнуты в Центральном (среднее значение составило 54,8%), Приволжском (55,6%), Южном (63,4%) федеральных округах.

Неисполнение судебных и иных юрисдикционных актов не только нарушает права граждан и организаций, но и порождает ряд других негативных явлений. Прежде всего дискредитируются судебная и исполнительная власти, укрепляется неверие во всеобщий правопорядок в государстве [40. с.62].

Важным фактором, требующим пристального внимания к системе принудительного исполнения, является постоянно увеличивающееся количество жалоб, поданных в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) против России в связи с неисполнением юрисдикционных актов ФССП. Только в 2004 г. и I квартале 2005 г. в ФССП России от Уполномоченного РФ при Европейском суде по правам человека поступили материалы по 86 жалобам, которые касаются исполнительного производства [38. с.12-14]. По решениям ЕСПЧ Российская Федерация выплатила в 2002 г. 11 000 евро, в 2003 — 10 000 евро, в 2004 — 566 072 евро, в 2005 г. — 614 733 евро, 5 540 ф. ст., 140 546 руб. 25 коп. [10]. Динамика увеличения ежегодно выплачиваемых сумм также свидетельствует об отсутствии эффективных механизмов исполнения юрисдикционных актов.

Выбирая направление дальнейшего развития института принудительного исполнения, следует вначале решить, надо ли сохранять действующую модель системы исполнения юрисдикционных актов либо пора перейти к иной модели, обеспечивающей более эффективное решение задач, стоящих перед уполномоченными органами.

В настоящее время в различных правовых системах сложились три основные модели организации принудительного исполнения: публично правовая, частноправовая и смешанная (публично-правовая с элементами частноправовой). За основу классификации берется способ организации профессии судебного пристава-исполнителя, а также возможности и пределы участия негосударственных организаций в исполнительном производстве.

В связи с известными недостатками публично-правовой и смешанной систем все большее внимание привлекает частноправовая организация исполнения судебных решений и иных юрисдикционных актов.

Частноправовая организация принудительного исполнения судебных решений и иных юрисдикционных актов характеризуется тем, что профессия судебного исполнителя организована на либеральной основе, судебный исполнитель является свободным профессионалом, самостоятельно организующим свою деятельность и несущим при этом полную имущественную ответственность за ее результаты [41. с.29]. Подобным образом организованы системы принудительного исполнения Франции, а также Бельгии, Венгрии, Греции, Италии, Литвы, Люксембурга, Нидерландов, Польши, Португалии, Эстонии и ряда других стран, воспринявших французскую систему организации либеральных юридических профессий, как правило, без существенных изменений. Судебный исполнитель при такой модели организации системы принудительного исполнения наделяется полномочиями от имени государства, назначается на должность министром юстиции и действует в рамках законодательства, определяющего содержание и характер исполнительных процедур. Он действует под контролем суда (специального судьи по исполнению), прокуратуры, важную роль при этом играют профессиональные организации (объединения) судебных исполнителей. Такая система более приспособлена к потребностям общества и государства, к осуществлению хозяйственной деятельности субъектами гражданского оборота, она гарантирует своевременное исполнение актов органов гражданской юрисдикции обязанными лицами и обеспечивает в большей степени защиту прав взыскателей. Все это и обусловливает, на наш взгляд, ее привлекательность для многих стран, реформирующих свои системы принудительного исполнения (Белоруссии, России, Украины и др.).

Несомненно, частноправовая организация системы принудительного исполнения заслуживает пристального внимания. Важно осознавать, что переход к альтернативной (либеральной) модели организации органов принудительного исполнения имеет как положительные, так и отрицательные стороны. К числу первых, несомненно, можно отнести то, что государство снимает с себя бремя финансирования органов принудительного исполнения, и оно ложится исключительно на должников. Данная модель предполагает оплату результатов деятельности судебного пристава-исполнителя не за счет средств федерального бюджета, а ставит ее в прямую зависимость от результатов его деятельности, направленной на исполнение юрисдикционных актов, что позволит повысить эффективность системы принудительного исполнения.

Но не исключены и отрицательные последствия: злоупотребления со стороны судебных приставов-исполнителей, которые будут стремиться к получению как можно большей прибыли; угроза еще большей криминализации этого сегмента правовой деятельности ввиду важности профессиональных функций судебного пристава-исполнителя и возможности получения через него информации о деятельности должника и его платежеспособности. Поскольку исполнение юрисдикционных актов — неотъемлемая (составная) часть механизма защиты нарушенных прав граждан и организаций, нельзя не учитывать и то, что введение института частных судебных приставов-исполнителей может привести к значительному увеличению их доходов по сравнению с доходами представителей других юридических профессий, в частности судей, что может повлечь за собой снижение престижа профессии судьи.

Одной из последних стран, внедривших французскую модель исполнительного производства, является Литва. С января 2003 г. литовские судебные исполнители перестали быть государственными служащими, получив статус «свободных профессионалов» на основе Закона о судебных исполнителях.

Ввиду масштабности реформирования института судебных исполнителей Литвы пока еще сложно оценивать результаты реформы, однако, как отмечает В. Некрошюс, одна положительная тенденция уже ясно видна: «Если до реформы Министерство юстиции буквально наводняли жалобы взыскателей на бездействие судебных исполнителей, то теперь таких жалоб практически нет. Более того, резко увеличилось число жалоб, в которых высказывается недовольство по поводу слишком большой активности судебных исполнителей». Повышение престижа профессии судебного исполнителя — несомненно, не менее значимый результат реформы органов принудительного исполнения Литвы. На наш взгляд, правильное решение реформаторов — полная ликвидация, а не реорганизация института государственного исполнения Литвы, поскольку именно такой подход позволил сформировать новый корпус судебных исполнителей, подтвердивших свой высокий профессиональный уровень в ходе конкурса, объявленного министром юстиции.

Несомненно, опыт Литвы заслуживает изучения и осмысления и может в определенной степени быть учтен при обсуждении реформирования системы принудительного исполнения России.

Изучив зарубежный опыт функционирования органов принудительного исполнения, латвийские законодатели в качестве основы формируемого нового института судебных исполнителей взяли французскую модель исполнения.

В настоящее время система принудительного исполнения судебных актов и актов иных юрисдикционных органов России характеризуется тем, что отдельные функции, весьма значимые для процесса принудительного исполнения, переданы организациям и лицам, не входящим в систему государственных органов и органов местного самоуправления. По мнению ряда исследователей, подобное сочетание публично-правового и частноправового начал в исполнительном производстве «позволяет сосредоточиться государственным органам — Федеральной службе судебных приставов — на публично-правовых функциях, а именно принудительном исполнении, привлекая в данную сферу коммерческие организации, которые в конечном счете работают под контролем государства, поскольку заинтересованные лица всегда вправе обратиться в случае нарушения или оспаривания их прав и законных интересов с иском в суд». Представляется, что такая либерализация института принудительного исполнения привела лишь к значительному увеличению расходов на исполнение, разрастанию структур, которые мало заинтересованы в повышении эффективности исполнения судебных и иных юрисдикционных актов. Налицо высокий уровень криминализации приватизированного сегмента в сфере исполнительного производства, в частности, реализация арестованного имущества в настоящее время фактически находится вне контроля государства и не отвечает интересам ни взыскателей, ни должников.

При разработке проекта Исполнительного кодекса большинство членов рабочей группы пришли к выводу о преждевременности нормативной реализации идеи об организации профессии судебного пристава-исполнителя в форме либеральной, свободной деятельности, когда государство снимет с себя бремя финансирования и имущественной ответственности за деятельность судебных приставов-исполнителей, а ограничивается лишь функциями лицензирования, контроля, установления правил принудительного исполнения. Вместе с тем было высказано суждение о том, что в будущем такая концепция при наличии всех предпосылок (экономических, социальных, политических и др.) может быть реализована в России).

Мнение о возможности «приватизации» отдельных видов правореализационной и правоприменительной деятельности, в том числе и в сфере исполнительного производства, было впервые высказано В.В. Ярковым. Он полагает, что «приватизация правоприменительной деятельности является одним из наиболее перспективных направлений развития системы гражданской юрисдикции», а «в дальнейшем и сама система исполнения может быть организована аналогично системе нотариата», и отмечает, что «приватизация» сферы нотариата при сохранении публичного контроля уже привела к тому, что потребности в нотариальных действиях практически полностью удовлетворены.

Е.Н. Кузнецов, развивая идеи В.В. Яркова о возможной «приватизации» в сфере исполнительного производства и исследовав статус судебного исполнителя во Франции, пришел к выводу о целесообразности установления в России статуса французских судебных исполнителей как «свободных профессионалов», поскольку такая система исполнительного производства более эффективна в связи с прямой заинтересованностью судебных исполнителей в быстром, правильном и полном взыскании долга. Данный автор предлагает в качестве эксперимента предоставить самостоятельный статус некоторым судебным исполнителям, выведя их из системы органов государственной власти.

С предложением «допустить в исполнительный процесс частный элемент — частных приставов, исполняющих юрисдикционные акты по договору», выступала О.В. Исаенкова, но, предвидя неизбежную критику, она не предложила проект соответствующего закона.

На наш взгляд, предпосылки для внедрения частной модели добровольного и принудительного исполнения юрисдикционных актов, или, пользуясь предложенной В.В. Ярковым терминологией, для «приватизации» в сфере исполнительного производства, в России уже имеются.

Наиболее приемлемой представляется организация системы добровольного и принудительного исполнения судебных актов и актов иных юрисдикционных органов по типу института адвокатуры, а не института нотариата.

3.2 Совершенствование порядка исполнения судебных актов о взыскании денежных средств за счет казны

В Бюджетном послании Президента России о бюджетной политике в 2008-2010 гг. одними из основных принципов бюджетной стратегии на 2008-2010 гг. и дальнейшую перспективу названы повышение качества финансового менеджмента в бюджетном секторе и усиление ответственности органов исполнительной власти и бюджетных учреждений за результативность бюджетных расходов.

Одним из ярких примеров, демонстрирующих взаимозависимость этих явлений, является процесс исполнения судебных актов, предусматривающих обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации.

В соответствии с Федеральным законом от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ Об исполнительном производстве условия и порядок исполнения судебных актов по передаче гражданам, организациям денежных средств соответствующего бюджета бюджетной системы Российской Федерации устанавливаются бюджетным законодательством Российской Федерации. Порядок исполнения судебных актов, предусматривающих обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, определен в Бюджетном кодексе РФ, где установлена зависимость порядка исполнения судебных актов от правовой природы возникновения обязательства: в первом случае это денежное обязательство бюджетного учреждения, во втором — обязательство вследствие причинения вреда и иные иски к казне.

По указанному основанию организация исполнения судебных актов возлагается:

на орган Федерального казначейства, в котором должнику открыты и ведутся лицевые счета получателя средств федерального бюджета и в который направляется судебный акт; исполнение осуществляется за счет имеющихся лимитов бюджетных обязательств / объемов финансирования должника либо — в случае их недостаточности — за счет средств федерального бюджета, выделяемых должнику вышестоящим распорядителем для исполнения судебного акта;

на Министерство финансов РФ, исполняющее судебное постановление за счет средств федерального бюджета, которые предусмотрены для исполнения судебных актов законом о бюджете на соответствующий год.

Несмотря на имеющиеся процедурные различия, по своему экономическому содержанию механизмы взыскания однородны. Производя взыскание как за счет казны, так и за счет средств федерального бюджета, конечные правоприменители — Минфин России и Федеральное казначейство — осуществляют выплаты из ассигнований, предусмотренных для исполнения судебных актов законом о бюджете на соответствующий год.

Рис. 3.1 — Действующий механизм исполнения судебных актов, предусматривающих взыскание с казны Российской Федерации

Необходимо отметить, что определение понятия «казна» в Гражданском кодексе РФ дано в отрыве от реального бюджетного устройства и правового положения федерального имущества. Не способствуют пониманию правовой природы казны и противоречивые нормы Кодекса, определяющие казну и как субъект, и как объект правоотношений. Поэтому данное Гражданским кодексом определение казны неактуально для органа, исполняющего судебные акты, которые предусматривают взыскание за счет средств казны. Для конечного правоприменителя указание в резолютивной части судебного акта на взыскание за счет средств казны является своего рода маркером средств федерального бюджета — целевой статьи, по которой отражаются расходы по исполнению судебных актов.

Вместе с тем последствия, обусловленные совокупностью исполнения судебных актов и представлением Российской Федерации Минфином России, имеют принципиальное значение для системы исполнения судебных актов, предусматривающих обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы страны. Если предъявление исполнительного листа к счету бюджетного учреждения является дисциплинирующим воздействием и мерой реагирования на неисполнение им своего обязательства, то в случае взыскания вреда, причиненного тем же бюджетным учреждением — органом государственной власти, механизм обратной связи полностью нивелирован и подменен обязанностью Минфина России представлять интересы Российской Федерации в суде с последующим исполнением судебного акта. Таким образом, в механизме исполнения судебных актов имеется источник принципиальных противоречий, обусловленных возложением на Минфин России гражданским и бюджетным законодательством взаимоисключающих функций:

правоустанавливающей функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию порядка исполнения судебных актов по данной категории дел;

функции представителя Российской Федерации по делам о взыскании вреда и иным искам к казне в суде;

функции органа, исполняющего судебные акты.

Это обусловливает отсутствие мотивации и соответственно неэффективность представления главными распорядителями средств федерального бюджета и подведомственными получателями интересов Российской Федерации в суде.

Для причинителей вреда — органов государственной власти казна стала бездонной бочкой, где исчезают все судебные акты, порождаемые реализацией их властных полномочий. Более того, Минфин России и территориальные органы Федерального казначейства выступают в роли бесплатных адвокатов правоохранительных и силовых ведомств, которые, не имея прямого процессуального интереса, допускают ненадлежащее представление интересов Российской Федерации в суде, поскольку взыскание в любом случае будет произведено с Минфина России за счет казны и не повлечет за собой никаких негативных последствий.

В этих условиях представление интересов Российской Федерации по делам о признании незаконными действий правоохранительных и ряда других органов, являющихся основными причинителями вреда, объективно не может быть надлежащим ни с точки зрения качества, ни с точки зрения организации в силу того, что Минфин России и Федеральное казначейство не в состоянии оценить правомерность их действий для выработки обоснованной позиции в суде.

В судах общей юрисдикции подобная ситуация доведена до абсурда: судьи самостоятельно, вопреки волеизъявлению истца о взыскании вреда с органа, причинившего вред, в качестве ответчика привлекают Минфин России, причем нередки случаи, когда министерство узнает о произведенном взыскании из предъявленного исполнительного документа.

В действующем законодательстве предусмотрен инструментарий, позволяющий добиться существенного усиления ответственности органов исполнительной власти и бюджетных учреждений за эффективность бюджетных расходов и повысить эффективность исполнения судебных актов. Так, ст. 125 ГК РФ дает государственным органам, органам местного самоуправления, а также юридическим лицам и гражданам в рамках компетенции, которая установлена актами, определяющими статус этих органов, а также по специальному поручению право приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде от имени Российской Федерации, субъектов РФ и муниципальных образований.

Статья 158 БК РФ возлагает на главного распорядителя средств федерального бюджета, бюджета субъекта РФ, бюджета муниципального образования обязанность выступать в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта РФ, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к РФ, субъекту РФ, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного само управления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности и предъявляемым в порядке субсидиарной ответственности денежным обязательствам подведомственных бюджетных учреждений.

Вносимые в гражданское и бюджетное законодательство изменения должны быть синхронизированы: обязанность представления интересов Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного в результате незаконных действий, и иным искам к казне следует возлагать непосредственно на бюджетное учреждение, причинившее вред (рис. 3.3), либо — опосредованно — на главного распорядителя средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности. В первом случае такой порядок потребует отлаженного взаимодействия получателя с вышестоящим распорядителем средств федерального бюджета для своевременного выделения бюджетных ассигнований в целях исполнения судебного акта. Во втором случае понадобится усиление методической работы по обеспечению представления интересов главного распорядителя средств федерального бюджета подведомственными получателями, на которых в итоге ляжет эта обязанность, по аналогии с представлением интересов Министерства финансов РФ и Федерального казначейства территориальными органами Федерального казначейства

Функцию организации исполнения судебных актов по обязательствам вследствие причинения вреда и иным искам к казне предполагается возложить на Федеральное казначейство, на практике показавшее самую высокую среди государственных органов, исполняющих судебные акты, эффективность организации их исполнения, сохранив за Минфином России правоустанавливающую функцию выработки государственной политики и нормативно-правового регулирования в сфере исполнения судебных актов указанной категории дел.

Рассмотренные выше пути повышения эффективности расходования бюджетных средств и исполнения судебных актов показаны применительно к федеральному уровню, но в равной степени могут использоваться и на других уровнях бюджетной системы страны.

3.3 Реализация имущества должника на торгах

Торги как самостоятельный правовой институт известен уже давно. Потребность в проведении обязательных торгов стала очевидна еще в Древнем Риме (к примеру, при аренде городских земель). Современное законодательство также определяет условия, при которых проведение торгов является обязательным. Речь, в частности, идет об исполнительном законодательстве, которое определяет торги в качестве одной из форм реализации имущества должника.

В свое время с принятием Закона об исполнительном производстве 1997 г. связывались большие надежды. Однако уже тогда многие исследователи обоснованно обращали внимание на неотражение в нем очень важных процедур, связанных с порядком проведения торгов.

В настоящее время законодательство в этой сфере существенно обновлено. 2 октября 2007 г. был подписан новый Федеральный закон «Об исполнительном производстве», который вступил в силу с 1 февраля 2008 г.

Изменения коснулись многих аспектов исполнительного производства. Исключением не стал и институт принудительной реализации имущества должника на торгах. В целом его регламентация в нормах Закона об исполнительном производстве 2007 г. стала более детальной. Если Закон об исполнительном производстве 1997 г. содержал лишь две статьи (ст. 62, 63), прямо посвященных вопросам проведения торгов в рамках исполнительного производства, то в Законе об исполнительном производстве 2007 г. выделена самостоятельная глава 9 «Реализация имущества должника на торгах», включающая в себя пять статей.

Обновленное законодательство значительно расширило перечень случаев, в которых имущество должника подлежит реализации на торгах (п. 1 ст. 87 Закона об исполнительном производстве 2007 г.). Полагаю, можно говорить о наметившейся тенденции к перераспределению форм реализации имущества — от комиссионных начал произошел сдвиг к проведению публичных торгов, что, безусловно, заслуживает одобрения, поскольку позволит снизить вероятность реализации имущества по явно заниженным ценам.

Закон об исполнительном производстве 1997 г. не содержал указаний относительно предпочтительной формы проведения торгов (предлагались аукцион или конкурс). Подобные уточнения были закреплены лишь на подзаконном уровне. Так, в п. 16 приказа Минюста России от 3 июля 1998 г. N 76 «О мерах по совершенствованию процедур обращения взыскания на имущество организаций» (далее — Приказ Минюста N 76), утвердившего временную инструкцию, устанавливалось, что реализация арестованной дебиторской задолженности производится на торгах, проводимых продавцом в форме открытых аукционов. В то же время в п. 2.2 «Порядка организации и проведения торгов по продаже арестованного и изъятого имущества, а также конфискованного, бесхозяйного и иного имущества, обращенного в собственность Российской Федерации», утвержденного распоряжением РФФИ от 29 ноября 2001 г. N 418 (далее — Распоряжение РФФИ N 418), закреплялось правило, согласно которому торги могут быть как открытыми, так и закрытыми и проводиться в форме аукциона, а в случаях, предусмотренных федеральным законодательством и иными нормативными правовыми актами, — в форме конкурса. В пункте 6 ст. 57 Федерального закона от 16 июля 1998 г. N 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» указывалось, что выигравшим публичные торги признается лицо, предложившее на публичных торгах наиболее высокую цену за продаваемое имущество, на основании чего можно заключить, что в данном случае предполагалось проведение аукциона.

Отсутствие в Законе об исполнительном производстве 1997 г. четкого указания о том, какие именно торги должны проводиться в рамках исполнительного производства, являлось очевидным пробелом. Такая недоработка законодателя повлекла неизбежные вольности трактовок: некоторые авторы утверждали, что судебный пристав-исполнитель вправе избрать любую форму проведения торгов.

В статье 87 Закона об исполнительном производстве 2007 г. предусмотрено, что путем проведения открытых торгов в форме аукциона подлежат принудительной реализации:

недвижимое имущество;

ценные бумаги (за исключением инвестиционных паев открытых паевых инвестиционных фондов, а по решению судебного пристава-исполнителя — также инвестиционных паев интервальных паевых инвестиционных фондов). В этом случае для их реализации судебный пристав-исполнитель предъявляет требования к управляющей компании об их погашении (п. 5 ст. 87);

имущественные права;

заложенное имущество, на которое обращено взыскание для удовлетворения требований взыскателя, не являющегося залогодержателем;

предметы, имеющие историческую и художественную ценность;

вещи, стоимость которых превышает 500 тыс. руб., включая неделимую, сложную вещь, главную вещь и вещь, связанную с ней общим назначением (принадлежность).

В отдельных случаях на торгах реализуется и дебиторская задолженность (ст. 76 Закона об исполнительном производстве 2007 г.).

С учетом целей реализации имущества в рамках исполнительного производства речь, действительно, должна идти именно об аукционе, главным предназначением которого является получение наибольшей суммы за имущество для погашения предъявленных к должнику требований. Кроме того, для формирования справедливой цены по общему правилу доступ на торги должен быть открытым. Однако законодатель опрометчиво не предусмотрел возможность проведения и закрытых аукционов, вполне оправданных в ситуациях, когда принудительной реализации подлежат акции закрытого акционерного общества или, допустим, имущество, ограниченное в обороте.

Закон об исполнительном производстве 1997 г. не содержал специальных положений относительно способов размещения информации о реализуемом на торгах имуществе. Отсылки к гражданскому законодательству также не добавляли ясности в этом вопросе, так как и там не имелось подобных правил. Судебная же практика свидетельствовала о том, что ненадлежащая форма доведения информации, содержащейся в извещении, сама по себе может послужить основанием признания торгов недействительными. Известны случаи распространения извещений о проведении торгов по радио. И хотя вся необходимая в соответствии с п. 2 ст. 448 ГК РФ информация при этом оглашалась, суды при рассмотрении ряда дел сделали вывод о ненадлежащей форме извещения о торгах. Обосновывалось данное мнение тем, что подобная информация значительна по объему, сложна для восприятия на слух, в связи с чем требуется более определенная ее фиксация [12].

К достоинствам Закона об исполнительном производстве 2007 г. можно отнести установление в его ст. 87 положения, согласно которому при реализации имущества на торгах специализированная организация обязана размещать информацию о реализуемом имуществе в информационно-телекоммуникационных сетях общего пользования (т.е. сети Интернет), а также в печатных средствах массовой информации [13].

Существенным недостатком прежнего законодательства в сфере исполнительного производства было отсутствие законодательно установленных оснований объявления торгов несостоявшимися. В этой ситуации приходилось ссылаться на общую норму п. 5 ст. 447 ГК РФ, в которой содержалось единственное основание — участие в торгах только одного участника. На подзаконном уровне упомянутая временная инструкция, утвержденная Приказом Минюста N 76, содержала два, а Распоряжение РФФИ N 418 — пять оснований для признания торгов несостоявшимися.

В Закон об исполнительном производстве 2007 г. введена ст. 91 «Объявление торгов несостоявшимися», которая закрепляет общие для всех случаев основания. Организатор торгов объявляет торги несостоявшимися в следующих случаях:

заявки на участие в торгах подали менее двух лиц;

на торги не явились участники торгов либо явился один участник торгов;

из явившихся участников торгов никто не сделал надбавки к начальной цене имущества;

лицо, выигравшее торги, в течение пяти дней со дня проведения торгов не оплатило стоимость имущества в полном объеме.

Положительным моментом является также установление Законом об исполнительном производстве 2007 г. сроков назначения вторичных торгов при объявлении несостоявшимися первоначальных. Ранее указанный срок законодательством не регламентировался вовсе, что вело к многочисленным злоупотреблениям. Сейчас в п. 1 ст. 92 Закона об исполнительном производстве 2007 г. закреплено, что в случае объявления торгов несостоявшимися организатор торгов не ранее десяти дней, но не позднее одного месяца со дня объявления торгов несостоявшимися назначает вторичные торги.

Практика применения Закона об исполнительном производстве 1997 г. выявила следующую проблему. При реализации на торгах объекта незавершенного строительства, не прошедшего процедуру государственной регистрации права собственности на него, регистрирующие органы отказывали покупателю в государственной регистрации его прав, ссылаясь на то, что до продажи с публичных торгов в порядке исполнительного производства право собственности должника на объект незавершенного строительства не было зарегистрировано в соответствии со ст. 25 Федерального закона от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» [14, 15]. Суды, придерживаясь схожей позиции, указывали, что в этой ситуации регистрировать право собственности на данный объект должен либо сам должник, либо судебный пристав-исполнитель [16]. Однако если должник не предпринимал никаких действий, направленных на государственную регистрацию объекта незавершенного строительства, на судебного пристава-исполнителя прежний закон не возлагал прямой обязанности осуществлять государственную регистрацию объекта незавершенного строительства. Хотя в Законе об исполнительном производстве 1997 г. и говорилось, что на стадии подготовки торгов судебный пристав-исполнитель должен приложить к заявке «документы, характеризующие объект недвижимости» (п. 3 ст. 62), однако столь нечеткая формулировка позволяла, как показала практика, не представлять документы, свидетельствующие о государственной регистрации прав на указанный объект.

Законодатель учел выявленные недостатки. В статье 89 Закона об исполнительном производстве 2007 г. уточняется, что к заявке судебного пристава-исполнителя прилагаются «правоустанавливающие документы и документы, характеризующие объект недвижимости». Теперь в законе прямо указывается на необходимость представления правоустанавливающих документов (свидетельства о праве собственности), что предполагает обязательность государственной регистрации объекта незавершенного строительства на основании постановления судебного пристава-исполнителя о проведении государственной регистрации права собственности на имущество.

Однако в новом законе прямо не прописана обязанность судебного пристава-исполнителя обращаться в регистрирующий орган для проведения государственной регистрации права собственности должника на имущество. В пункте 1 ст. 66 Закона об исполнительном производстве 2007 г. упоминается лишь о том, что пристав вправе обратиться в данные органы для проведения государственной регистрации права собственности должника на имущество, иного имущественного права, принадлежащего ему и подлежащего государственной регистрации, в целях последующего обращения взыскания на него. Думается, логичнее было бы закрепить обязанность пристава обращаться в регистрирующий орган для осуществления регистрации указанного имущества в целях последующего обращения взыскания на него при отсутствии или недостаточности у должника иного имущества или имущественного права, на которое может быть обращено взыскание.

По-иному все обстоит с государственной регистрацией права собственности на недвижимое имущество, в том числе объекты незавершенного строительства (см. Федеральный закон «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним»), или государственной регистрацией товарного знака (ст. 1480 ГК РФ). Данные виды государственной регистрации имеют правоустанавливающий (правоподтверждающий) характер, и их осуществление служит обязательной предпосылкой возникновения у должника соответствующего права, без которого невозможно последующее обращение взыскания на указанное имущество или имущественное право. При этом отсутствие государственной регистрации по общему правилу в принципе не позволяет имуществу или имущественному праву участвовать в гражданском обороте. Таким образом, очевидно несовершенство правового регулирования вопросов, связанных с обращением судебного пристава-исполнителя в регистрирующий орган.

Можно утверждать, что едва ли Закон об исполнительном производстве 2007 г. решил большую часть проблем, возникающих при проведении торгов в рамках исполнительного производства. Так, в этом акте, как и в Законе об исполнительном производстве 1997 г., отсутствуют специальные нормы об отложении (отмене) торгов, хотя необходимость в этом на практике постоянно возникает (приостановление исполнительного производства после опубликования извещения о проведении торгов, удовлетворение иска собственника об исключении имущества из описи, полное погашение дебиторской задолженности, выставленной на торги, и др.).

В условиях отсутствия законодательной регламентации данного вопроса единственный выход предлагался в Распоряжении РФФИ N 418, которое устанавливает процедуру приостановления подготовки и проведения торгов организатором торгов. Возникает вопрос о том, обязан ли организатор в соответствии с п. 3 ст. 448 ГК РФ при отказе от проведения торгов позднее чем за 3 дня до наступления объявленной даты возмещать несостоявшимся участникам понесенный ими реальный ущерб.

При этом следует подчеркнуть, что п. 6 ст. 447 ГК РФ допускает применение ст. 448, 449 ГК РФ к торгам, проводимым в порядке исполнения решения суда, если иное не предусмотрено процессуальным законодательством. «Иное» в Законе об исполнительном производстве 2007 г., равно как и в процессуальных кодексах, не предусмотрено.

Таким образом, исходя из систематического толкования норм ГК РФ и Закона об исполнительном производстве 2007 г., организатор торгов обязан возмещать реальный ущерб, однако вполне очевидно, что отмена (отложение) в этой ситуации имеет вполне правомерный характер, а значит буква закона расходится с его духом.

Кроме того, к сожалению, в Законе об исполнительном производстве 2007 г. не появилось общей нормы, определяющей минимальный и максимальный размеры вносимого заявителем для участия в торгах задатка. В Распоряжении РФФИ N 418 установлено, что размер задатка не может быть менее 10% от минимальной начальной цены имущества (минимальной цены дебиторской задолженности), за исключением случаев реализации имущества, заложенного по договору об ипотеке. В последнем случае размер задатка не может превышать 5% от минимальной начальной цены заложенного имущества, что согласуется с п. 4 ст. 57 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)». Таким образом, для принудительно реализуемого на торгах имущества по общему правилу не установлен максимальный размер задатка, а для реализуемого имущества, заложенного по договору об ипотеке, — минимальный, что создает определенную нестабильность. В результате возникают ситуации, при которых возможны недобросовестные действия, направленные на ограничение круга потенциальных участников торгов, так как внесение задатка может потребовать отвлечения значительных свободных денежных средств на весьма продолжительный период. Представляется, что необходимо установить общие пределы размера задатка в Законе об исполнительном производстве 2007 г.

Новый Закон об исполнительном производстве не решил и еще одну проблему, тесно связанную с признанием торгов недействительными. Так, в соответствии со ст. 93 Закона об исполнительном производстве 2007 г. торги могут быть признаны недействительными по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ГК РФ. В свою очередь, п. 1 ст. 449 ГК РФ закрепляет положение, согласно которому торги, проведенные с нарушением правил, установленных законом, могут быть признаны судом недействительными по иску заинтересованного лица. С одной стороны, формулировка данной статьи свидетельствует о том, что нарушены могут быть правила проведения торгов, содержащиеся лишь в законе, причем не только в ГК РФ, но и в других законах, в том числе в законе об исполнительном производстве. С другой стороны, в отличие от Закона об исполнительном производстве 1997 г., прямо указывающего на то, что порядок проведения торгов определяется только ГК РФ (п. 2 ст. 63), Закон об исполнительном производстве 2007 г. в п. 2 ст. 90 устанавливает, что данный порядок торгов определяется ГК РФ, законом об исполнительном производстве, иными федеральными законами и постановлениями Правительства РФ.

Отсюда, вероятнее всего, следует, что пока еще действующее Распоряжение РФФИ N 418, утвердившее порядок организации и проведения торгов по продаже арестованного и изъятого имущества, будет заменено соответствующим постановлением Правительства РФ. Однако и порядок, утвержденный Распоряжением РФФИ N 418, и постановление Правительства РФ — все они являются подзаконными нормативными правовыми актами, следовательно, с формальной точки зрения их нарушение не может повлечь признание торгов недействительными в силу прямой диспозиции п. 1 ст. 449 ГК РФ. Кроме того, правовая позиция судебных органов по данному вопросу весьма неоднозначна. В некоторых случаях суды отказывают в иске со ссылкой на то, что торги могут быть признаны недействительными лишь вследствие нарушения правил, установленных законом, а в других — признают их недействительными при нарушении положений, к примеру, временной инструкции. В подобной ситуации целесообразно руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума ВАС РФ от 25 февраля 1998 г. N 8 «О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав». Так, в п. 27 указанного постановления сказано, что публичные торги, проведенные в порядке, установленном для исполнения судебных актов и актов других органов, могут быть признаны недействительными по иску заинтересованного лица в случае нарушения правил проведения торгов, установленных законом.

К сожалению, Закон об исполнительном производстве 2007 г. не снял существующую проблему и даже не предложил путей ее разрешения. Полагаю, здесь возможны два варианта. Во-первых, можно было бы предусмотреть в Законе об исполнительном производстве 2007 г. порядок проведения торгов и тем самым согласовать его с положениями ст. 449 ГК РФ. Однако с учетом объективной необходимости в достаточно детальной регламентации порядка проведения торгов произойдет, на мой взгляд, неоправданное увеличение объема Закона об исполнительном производстве 2007 г. Во-вторых, можно внести изменения собственно в п. 1 ст. 449 ГК РФ, дополнив его указанием не только на закон, но и на постановление Правительства РФ как на нормативный правовой акт, нарушение содержащихся в котором правил проведения торгов может повлечь признание их недействительными. Последний вариант представляется оптимальным, однако Федеральным законом от 2 октября 2007 г. N 225-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» он реализован не был.

Высказанные соображения и замечания, безусловно, не исчерпывают весь спектр вопросов, возникающих при реализации имущества должника на торгах. Тем не менее, обновленное законодательство об исполнительном производстве является шагом вперед в этой сфере. Необходимо принять еще ряд подзаконных нормативных правовых актов.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Исполнительное производство занимает особое место в системе права. Значение норм, его составляющих трудно переоценить.

В основе законодательства об исполнительном производстве лежат конституционные нормы, гарантирующие государственную, в том числе и судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (ст. 45 ч.1; ст. 46 ч. 1 и 2 Конституции РФ). Защита нарушенных прав не может быть признана действенной, если судебный акт или акт иного уполномоченного органа своевременно не исполняется. Федеральный конституционный закон от 31 декабря 1996 г. «О судебной системе Российской Федерации» определяет, что вступившие в законную силу постановления федеральных судов, мировых судов и судов субъектов Российской Федерации, а также их законные распоряжения, требования, поручения, вызовы и другие обращения являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации; неисполнение постановления суда, а равно иное проявление неуважения к суду влекут ответственность, предусмотренную федеральным законом (ч. 1 и 2 ст. 6).

Исполнительное производство является разновидностью правоприменительного процесса, включающего в себя материальную и процессуальную сторону. Это определяется тем, что, во-первых, конечной целью исполнительного производства выступает защита нарушенного права, при этом право является материальной составляющей правоприменительных отношений, а во-вторых, деятельность по его защите или исполнению решения компетентного органа или должностного лица представляет собой процессуальную сторону данного отношения, протекающую с учетом основных принципов юридического процесса.

Анализ гражданско-процессуальных отношений, административно-правовых и отношений в сфере исполнительного производства показал, что исполнительное производство имеет свою специфику, не позволяющую рассматривать его частью гражданского и административного процесса.

Исполнительное производство представляет собой самостоятельную отрасль права с особым предметом и методом правового регулирования.

Предметом исполнительного производства являются общественные отношения, возникающие в связи с принудительным осуществлением решений компетентных органов судебным приставом-исполнителем.

Метод правового регулирования в исполнительном производстве сочетает в себе императивные и диспозитивные начала, что свойственно в большей или меньшей степени всем процессуальным отраслям права. Однако можно выделить и свой специфический метод воздействия на общественные отношения в этой сфере — это восстановительно-обязывающий метод. Определение данного метода как специфического, присущего исполнительному производству не означает игнорирование диспозитивных начал, а лишь акцентирует внимание на основном способе государственного воздействия на общественные отношения, складывающиеся в исполнительном производстве.

Под исполнительным производством предлагается понимать вид процессуальной деятельности, протекаемой в установленном законом порядке, осуществляемой как органами принудительного исполнения, так и иными органами и организациями, исполняющими требования исполнительных документов в целях восстановления и защиты нарушенных прав

История исполнительного производства в России берет свое начало в XVI в. На протяжении столь долгого времени его существования полномочия по обеспечению исполнения решений судебных и иных органов переходили от судебных органов к органам исполнительной власти. В конце 90-х гг. XX в. функции контроля за принудительным осуществлением исполнительных документов закрепились за исполнительной ветвью власти. В 1997 г. были приняты основополагающие в этой сфере законы «Об исполнительном производстве» и «О судебных приставах». Однако, помимо этих двух базовых законов в систему законодательства об исполнительном производстве входили (и продолжают входить) нормы сразу нескольких отраслей (гражданского, административного, арбитражного, уголовного и др.), что и являлось отчасти причиной пробельности и коллизионности норм, регулирующих данную сферу.

В связи с этим многими авторами неоднократно ставился вопрос о создании Исполнительного кодекса. Еще в 2000 г. была создана рабочая группа по совершенствованию законодательства о судебной системе РФ, которая осуществляла подготовку кодекса.

2 октября 2007 года был принят новый Федеральный закон «Об исполнительном производстве», который вступил в силу с 1 февраля 2008 г. Данный закон повлек за собой утрату юридической силы действовавшего в течение более 10 лет Федерального закона от 21 июля 1997 года № 119-ФЗ с аналогичным названием и предметом регулирования, а также отдельных положений ряда других федеральных законов. Новый Закон устраняет многочисленные пробелы и коллизии в правовом регулировании исполнительного производства, не меняя при этом основных начал, на которых строилось предшествующее законодательство.

Основным достоинством принятого закона следует считать более детальную регламентацию действий всех участников исполнительного производства, а также уменьшение количества отсылочных норм, существовавших в предшествующем законе, что затрудняло пользование им.

К положительным чертам, характеризующим принятый закон, следует отнести: расширение круга источников права, используемых при регулировании отношений в рассматриваемой сфере, закрепление принципов исполнительного производства и т.д.

Однако в связи с указанными достоинствами, обращается внимание и на недостатки. Так, в новом законодательстве не получил разрешение вопрос о возможности регулирования отношений в сфере исполнительного производства правовыми актами органов власти субъектов РФ, не были выделены в самостоятельный раздел стадии исполнительного производства, отсутствуют среди мер ответственности, специфические процессуальные санкций, которые следовало бы закрепить в законодательном порядке по отношению к взыскателю и др.

Для создания стройной и четкой системы законодательства в сфере принудительного исполнения необходимо учитывать как его самостоятельный характер, так и процессуальные особенности, связанные с теми принципами, на которых оно построено и со строгой последовательностью в осуществлении исполнительных действий, то есть стадиями исполнительного производства.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ

Нормативно-правовые акты

Арбитражный процессуальный кодекс РФ от 24 июля 2002 г. N 95-ФЗ // Собрание законодательства РФ. — 2002. — № 30. — ст.3012.

Бюджетный кодекс Российской Федерации от 31 июля 1998 г. № 145-ФЗ Российская газета. — 1998. — 12 августа.

Гражданский кодекс Российской Федерации от 30 ноября 1994 г. № 51-ФЗ // СЗ РФ. — 1994. — № 32. — ст. 3301.

Гражданский Процессуальный Кодекс РСФСР: принят Верховным Советом РСФСР 11 июня 1964г.// Ведомости Верховного Совета РСФСР. — 1964. — № 24. — ст.407 (ныне утратил силу).

Гражданский процессуальный кодекс РФ от 14 ноября 2002 г. N 138-ФЗ // СЗ РФ. — 2002. — № 46. — с. 4532.

Конституция Российской Федерации // Российская газета от 25 декабря 1993.

Постановление Правительства РФ от 12 августа 1994 г. N 938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» // СЗ РФ. — 1994. № 17. — ст. 1999.

Постановление Правительства РФ от 21 сентября 2006 г. N 583 «О федеральной целевой программе «Развитие судебной системы России» на 2007-2011 годы» // СЗ РФ. — 2006. — № 41. — ст. 4248.

Постановление ФАС Западно-Сибирского округа от 30 августа 2007 г. N Ф04-5334/2007(37075-А46-11)) // Вестник ВАС РФ. — 2007. — № 16.

Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 31 января 2007 г. N Ф08-7280/06 // Вестник ВАС РФ. — 2007. — № 2.

Постановление ФАС Центрального округа от 1 февраля 2007 г. N А54-2187/2006-С17 // Вестник ВАС РФ. — 2007. — № 3.

Приказ МНС России и Минюста России от 25.07.2000 N ВГ-3-10/265/215 Об утверждении порядка взаимодействия налоговых органов Российской Федерации и служб судебных приставов органов юстиции субъектов Российской Федерации по принудительному исполнению постановлений налоговых органов и иных исполнительных документов» (в ред. от 13.11.2003) // БНА. — 2000. — № 35; 2003. — № 52.

Федеральный закон от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» // СЗ РФ. — 2007. — № 41. — ст. 4849.

Федеральный закон от 21 июля 1997 г. N 119-ФЗ «Об исполнительном производстве» // СЗ РФ. — 1997. — № 30. — ст. 3591 (ныне утратил силу).

Материалы судебной практики

Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 16 февраля 2001 г. N 59 Обзор практики разрешения споров, связанных с применением Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним». П. 17 // Вестник ВАС РФ. — 2001. — № 4.

Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 22 декабря 2005 г. N 101 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с признанием недействительными публичных торгов, проводимых в рамках исполнительного производства» // Вестник ВАС РФ. — 2005. — № 24.

Научная литература

Авдюков М.Г. Исполнение судебных решений / М.Г. Авдюков. — М., 1960. — 234 с.

Алехин А.П. Административное право Российской Федерации / А.П. Алехин, А.Л.Кармолицкий, Ю.М.Козлов. — М.: Зерцало, 2001. — 673 с.

Валеева Р.Х. Органы исполнения судебных решений по советскому гражданскому процессуальному праву: Автореф. дисс… канд. юрид. наук / Р.Х. Валеева. — Л., 1961. — 23 с.

Валеев Д.Х., Челышев М.Ю. Исполнительное производство: процессуальная природа и цивилистические основы / Д.Х. Валеев, М.Ю.Челышев. —М.: Статут, 2007. — 238 с.

Вишинскис В., Веливис С. Реформа исполнительного процесса в Литве // Теоретические и практические проблемы гражданского, арбитражного процесса и исполнительного производства / В. Вишинскис, С. Веливис. СПб., 2005. — 50-75с.

Газиянц Л.И., Козлова О.И. и др. Исполнение судебных решений / Л.И. Газиянц, О.И. Козлова. — М.: Юрид. лит., 1959. — 231 с.

Голубев В.М. Очерки истории судебных приставов России / В.М. Голубев. — М., 2007. — 87 с.

Гойхбарг А.Г. Курс гражданского процесса / А.Г. Гойхбарг. М — Л., 1928. 432 с.

Гринько Ю.И. Исполнение судебных решений / Ю.И. Гринько. — Казань, 1969. — 254 с.

Егоров Е. Комментарий к Закону об исполнительном производстве. Особенности обращения взыскания на имущество должника-организации / Е. Егоров // Хозяйство и право. — 1998. — № 12. — С. 3 — 6.

Исаенкова О.В. Проблемы исполнительного права в гражданской юрисдикции: Дисс… д-ра юрид. наук О.В. Исаенкова. — Саратов, 2003. — 231

Исаенкова О.В. К разработке Исполнительного кодекса Российской Федерации / О.В. Исаенкова // Законодательство. — 2002. — № 1. — с. 72-76.

Исаенкова О.В. К вопросу о принципах исполнительного права / Система гражданской юрисдикции в канун XXI века: современное состояние и перспективы развития. Межвузовский сборник научных трудов / О.В. Исаенкова; под ред. В.В. Яркова. — Екатеринбург, 2000. — 245 с.

Комментарий к Федеральному закону от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (постатейный); под общей ред. Ю.А. Дмитриева. — М.: ООО «Новая правовая культура», 2008. — 186 с.

Комментарий к Федеральному закону от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»; под. ред. О.В. Исаенковой. — М., 2008. — 241

Кузнецов Е.Н. Исполнительное производство Франции: Автореф. дис. … канд. юрид. наук / Е.Н. Кузнецов. — Екатеринбург, 2004. — 27 с.

Курс советского гражданского процессуального нрава. В 2 т. — М., 1981. — Т. 2. — 456 с.

Лисковец Б.А., Чугунов Г.В. Исполнение судебных решений / Б.А. Лисковец, Г.В. Чугунов. — М., 1952. — 251 с.

Малеин Д. Исполнение решений суда о взыскании денежных средств Д. Малеин // Арбитражный и гражданский процесс. — 1999. — № 1. — С. 56-59.

Михайлов М. История образования и развития системы русского гражданского судопроизводства до Уложения 1649 года / М. Михайлов. — М., 1848. — 165 с.

Некрошюс В. Гражданско-процессуальная реформа в Литве // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2002-2003. N 2 / В. Некрюшус; под ред. В.В. Яркова. – СПб., 2004. — 56-78 с.

О результатах обобщения и анализа материалов, поступивших из аппарата Уполномоченного Российской Федерации при Европейском суде по правам человека в 2004 г. — I квартале 2005 г. // Практика исполнительного производства. — 2005. — № 4. — С. 12-14.

Пигунов Д. Совершенствование порядка исполнения судебных актов о взыскании денежных средств за счет казны / Д. Пигунов // Бюджет. 2008. — № 6. — С.45-46.

Попова Ю.Л. Оспаривание действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя как механизм обеспечения исполнения решения суда // Актуальные проблемы процессуальной цивилистической науки: Материалы научно-практической конференции, посвященной 80-летию профессора М.А. Викут / Ю.Л. Попова. — Саратов, 2003. — 349 с.

Проект Исполнительного кодекса Российской Федерации. Пояснительная записка к проекту Исполнительного кодекса Российской Федерации В.М. Шерстюка и В.В. Яркова. — Краснодар; СПб., 2004. — 89 с.

Розенберг Я. Реформа гражданского процесса в суде первой инстанции в государствах региона балтийского моря и центральной Европы // Материалы международной научно-практической конференции / Я. Розенберг. — Вильнюс, 2005. — С. 260-266.

Самохвалов С.В. Судебные приставы допетровской Руси: Очерк истории института судебных приставов в XII—XVII веках / С.В. Самохвалов. М., 2002. 87 с.

Сердитова Е.Н. Конкурсное производство как форма реализации решения арбитражного суда: Автореф. дисс… канд. юрид. наук / Е.Н. Сердитова. — Екатеринбург, 2002. — 32 с.

Сергун А.К. Проблемы исполнительного производства в советском гражданском процессе: Авто-реф. дисс… д-ра юрид. наук / А.К. Сергун. — М., 1980. — 36 с.

Тарасова М.Л. Исполнительное производство Российской Федерации как административный процесс: Дисс… канд. юрид. наук / М.Л. Тарасова. — М., 2003. — 178 с.

У судебных приставов впереди много дел // Бюллетень службы судебных приставов Министерства юстиции РФ. — 2010. — № 1. — С. 4.

Юков М.К. Самостоятельность норм, регулирующих исполнительное производство // Научные труды Свердловского юридического института / М.К. Юков. — Свердловск, 1975. — Вып. 40. — С. 91.

Юков М.К. Теоретические проблемы системы гражданского процессуального права: Дисс… д-ра юрид. наук / М.К. Юков. — Свердловск, 1975. — 189 с.

Юков М.К. Исполнение решений в отношении социалистических организаций / М.К. Юков. — М.: Юрид. лит., 1984—234 с.

Ярков В.В. Комментарий к Федеральному закону «Об исполнительном производстве» (постатейный) и к Федеральному закону «О судебных приставах» / В.В. Ярков. — М.: Юристь, 1999. — 189 с.

Ярков В.В. Концепция развития системы исполнительного законодательства и службы судебных приставов Российской Федерации (основные тезисы) // Проблемы защиты прав и законных интересов граждан и организаций: Материалы международной научно-практической конференции / В.В. Ярков. — Сочи, 2002. — Ч. 1. — 325 с.

Ярков В.В. Проблемы исполнения судебных решений в контексте права на судебную защиту // Право на судебную защиту и практические аспекты его реализации / В.В.Ярков. — Вильнюс, 2006.

Ярков В.В., Устьянцев С.Е. Актуальные проблемы исполнительного производства / В.В. Ярков, С.Е. Устьянцев // Практика исполнительного производства. -2004. — № 1. — С. 6-9.

Ярков В.В., Устьянцев С.Е. Концепция развития системы исполнительного законодательства и службы судебных приставов Российской Федерации (краткие тезисы) / В.В. Ярков, С.Е. Устьянцев // Арбитражный и гражданский процесс. — 2001. — № 8. — С. 29-40.

Ярков В.В. Будущее системы гражданской юрисдикции: попытка прогноза // Система гражданской юрисдикции в канун XXI века: современное состояние и перспективы развития: Межвузовский сборник научных трудов В.В. Ярков; под ред. В.В. Яркова (отв. ред), М.А. Викут, Г.А. Жилина и др. — Екатеринбург, 2000. — С. 50-54.

Федеральное агентство по образованию

НОУ Челябинский институт экономики и права имени М. В. Ладошина

Курсовая работа по гражданскому праву:

Договор воздушной перевозки груза

Студента ЮЗ-420 Варовой М. В.

Проверил: Елизев С. П.

Челябинск

2006

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Глава 1. Договор перевозки грузов в системе транспортных обязательств

1.1. Понятие и система транспортных обязательств

1.2. Договор перевозки груза в системе транспортных обязательств

Глава 2. Общая характеристика договора воздушной перевозки груза

2.1. Стороны и содержание договора воздушной перевозки груза

2.2. Перевозочные документы и сроки доставки груза

Глава 3. Ответственность сторон по договору воздушной перевозки груза

3.1. Общие принципы ответственности сторон по договору воздушной перевозки груза

3.2. Договорная и деликтная ответственность сторон по договору воздушной перевозки груза

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

ВВЕДЕНИЕ

Основная специфика правоотношений, вытекающих из договора перевозки, определяется их правовым регулированием: действующий Гражданский кодекс РФ предусматривает лишь наиболее принципиальные положения о транспортных договорах, имея в виду, что на основе этих положений в транспортных уставах и кодексах должны быть, предусмотрены специальные правила для отдельных видов транспорта.

Для такой большой страны как Российская Федерация всегда актуальным вопросом остается организация перевозок пассажиров, их багажа и грузов воздушным транспортом. Только воздушный транспорт позволяет быстро и качественно переместить скоропортящийся товар на большие расстояния или в труднодоступные пункты. При этом нельзя утверждать, что правовая база договора перевозки грузов воздушным транспортом детально разработана, так как в этой области правоотношений действует ряд зачастую взаимоисключающих норм. Необходимо совершенствование правового регулирования авиаперевозок. Указанные соображения обусловливают актуальность выбранной автором темы исследования.

Объектом настоящего исследования выступают отношения, складывающиеся по поводу организации перевозок грузок воздушным транспортом. Предметом исследования являются нормативно-правовые акты, материалы судебной практики, научная и учебная литература.

Целью исследования является детальный анализ института договора перевозки груза воздушным транспортом.

Задачами исследования являются:

определение места договора перевозки грузов в системе транспортных обязательств;

анализ правового положения сторон договора перевозки грузов воздушным транспортом;

анализ содержания договора перевозки грузов воздушным транспортом;

анализ норм об ответственности сторон договора перевозки грузов воздушным транспортом.

Задачи исследования определяют его структуру. Работа состоит из трех глав. Первая глава посвящена общим вопросам транспортных обязательств. Вторая глава посвящена анализу содержания договора перевозки грузов воздушным транспортом. В третьей главе анализируется ответственность сторон по договору перевозки грузов воздушным транспортом.

Методологическую основу исследования составляют общенаучные и частнонаучные методы.

К общенаучным методам исследования можно отнести методы анализа, синтеза, индукции, дедукции, аналогии, формально-логический метод.

К частнонаучным методам исследования относится, прежде всего, формально-юридический метод. Он включает в себя: а) описание норм права; б) установление юридических признаков определенных явлений; в) выработку правовых понятий; г) классификацию правовых понятий; д) установление их природы с точки зрения положений юридической науки; е) объяснение правовых понятий под углом зрения юридических теорий; ж) описание, анализ и обобщение юридической практики.

Нельзя сказать, что институт договора перевозки является малоизученным в науке гражданского права.

Так, его анализу посвящено множество трудов Е. А. Суханова, О. С. Иоффе, В. В. Витрянского, В. Т. Смирнова и многих других цивилистов.

Таким образом, предлагаемое исследование представляет собой комплексное исследование института договора перевозки грузов воздушным транспортом.

Глава 1. Договор перевозки грузов в системе транспортных обязательств

1.1. Понятие и система транспортных обязательств

Транспортные обязательства обусловлены характером отношений, возникающих в процессе перевозок грузов, пассажиров, багажа. Спецификой таких отношений является то, что они опосредуют сферу услуг нематериального (неовеществленного) характера, предоставляемых должником кредитору1.

Транспортные обязательства являются важной составляющей системы обязательств по оказанию услуг, которые непосредственно влияют на осуществление транспортного процесса на различных стадиях, — это обязательства в области транспортной деятельности по перемещению материальных ценностей, пассажиров, их багажа, экспедиционного обслуживания, буксировки судов и плотов, объединяемые общей сферой хозяйственной деятельности и особенностями ее организации.

Транспортное обязательство может быть определено как обязательство, в силу которого одно лицо – перевозчик (эксплуатант) обязуется совершить в пользу другого лица – грузоотправителя, грузополучателя, пассажира, владельца багажа или грузобагажа – определенные юридические или фактические действия по оказанию транспортных услуг, связанных с перевозкой, а другое лицо – оплатить оказанные услуги в размере, установленном законодательством или соглашением сторон.

Перевозка – вид предпринимательской деятельности, опосредующей перемещение в пространстве материальных объектов (грузов, багажа) и людей-пассажиров. Согласно п. 1 статьи 784 ГК РФ2 перевозка грузов, пассажиров и багажа осуществляется на основании договора перевозки. Однако процесс перемещения груза не исчерпывается отношениями, возникающими из договора перевозки. Обязанности перевозчика по подаче подвижного состава, а отправителя по предоставлению под погрузку груза также относятся к перевозке. Перевозочными являются отношения, возникающие из договоров об организации перевозки, заявок, заказов, иных действий, совершаемых участниками перевозочного процесса до заключения договора перевозки груза либо после его исполнения1.

В ГК РФ закреплены, как правило, унифицированные общие нормы, относящиеся к железнодорожному, морскому, воздушному, автомобильному, внутреннему водному транспорту. Более детально общие условия перевозки грузов, пассажиров и багажа этими видами транспорта определяются транспортным законодательством, состоящим из транспортных уставов и кодексов, иных законов, а также издаваемых в соответствии с ними правил.

В настоящее время в Российской Федерации действуют Воздушный кодекс Российской Федерации, Федеральный закон о федеральном железнодорожном транспорте, Транспортный устав железных дорог, Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации, Кодекс внутреннего водного транспорта Российской Федерации, Устав автомобильного транспорта. Отношения в сфере перевозок могут регулироваться также другими законами.

Транспортные уставы и кодексы, принятые Государственной Думой РФ, являются федеральными законами. По отдельным вопросам транспортной деятельности законы принимаются субъектами РФ. Например, о плате за проезд на государственном или муниципальном пассажирском транспорте.

Отношения по перевозке грузов, багажа и пассажиров регулируются также правилами, издаваемыми в соответствии с транспортными уставами и кодексами, другими законами. В ГК РФ не названы органы, утверждающие эти правила. В ст. 2 Воздушного кодекса РФ в числе актов, регулирующих отношения в области авиации, указано на федеральные авиационные правила, принимаемые в порядке, определенном Правительством РФ. Такой порядок еще не установлен. Правила перевозок грузов на железнодорожном транспорте, правила перевозок пассажиров, багажа и грузобагажа утверждаются соответственно федеральным органом исполнительной власти в области железнодорожного транспорта и регистрируются в Министерстве юстиции РФ. Правила в области железнодорожного транспорта разрабатываются федеральным органом исполнительной власти с участием федерального органа исполнительной власти по регулированию естественных монополий на транспорте, заинтересованных организаций. В настоящее время Министерством путей сообщения РФ издан ряд новых Правил перевозок грузов, а также пассажиров, багажа, грузобагажа на железнодорожном транспорте.

Перевозки грузов и пассажиров осуществляются как во внутреннем, так и в международном сообщении. Условия перевозок в международном сообщении установлены не только внутренними нормативными актами, но и соответствующими международными договорами и соглашениями СССР и России. Например, Конвенцией о договоре международной перевозки грузов по дорогам (КДПГ), Конвенцией для унификации некоторых правил, касающихся международных воздушных перевозок (Варшавская конвенция 1929 год), Афинской конвенцией о перевозке морем пассажиров и багажа 1974 года На железнодорожном транспорте действуют многостороннее Соглашение о международном железнодорожном грузовом сообщении (с изменениями и дополнениями на 1 января 2000 года), двусторонние международные соглашения о прямом международном железнодорожном сообщении, заключенные с Финляндией, Турцией, Австрией, Ираном и рядом других стран. Внутреннее законодательство применяется к перевозкам, регулируемым международными конвенциями и соглашениями, если данными актами не установлено иное.

Международно-правовыми являются также многосторонние и двусторонние соглашения в области транспорта, заключаемые государствами-участниками СНГ. Например, Соглашение от 21 марта 1995 года между Правительством РФ и Правительством Украины о международном автомобильном сообщении.

Согласно правилу ч. 2 п. 2 статьи 784 ГК РФ условия перевозок конкретных грузов, пассажиров и багажа, а также имущественная ответственность сторон устанавливаются соглашением между участниками перевозки, если ГК РФ, транспортными уставами и кодексами, иными законами и издаваемыми в соответствии с ними правилами не установлено иное.

Транспорт, сохраняя приоритетное положение в хозяйствующих системах России, в условиях перехода к рынку постепенно освобождается от прямого государственного регулирования своей деятельности. Рынок транспортных услуг все активнее заполняется коммерческими, частнопредпринимательскими структурами, становящимися постоянными субъектами транспортных отношений. Естественно, что в этих условиях особое значение приобретает система транспортных договоров, позволяющих свободно выбирать контрагента и определять условия договора по соглашению с ним1.

Система транспортных договоров корреспондирует самой транспортной системе России, поскольку способствует нормальному функционированию последней, обеспечению народного хозяйства, юридических и физических лиц услугами по перевозке грузов, пассажиров и багажа.

Законодательство не дает определения транспортной системы как единого хозяйственного комплекса. С организационно-правовой точки зрения такого комплекса не существует, поскольку не существует единого централизованного управления транспортом, единого законодательства. Новый ГК РФ также не внес в этот вопрос существенных изменений, так как практически почти все статьи гл. 40 («Перевозка») содержат отсылочные нормы к транспортным уставам и кодексам. Кроме того, общественный транспорт страны утратил свое монопольное положение: субъектами транспортных отношений все в большей мере становятся частнопредпринимательские структуры.

В самом общем виде транспортные договоры можно классифицировать на договоры об организации перевозок грузов, договоры перевозки грузов, договоры перевозки пассажиров и багажа, договоры буксировки. В свою очередь, договоры перевозки грузов и пассажиров можно разделить в соответствии с видом транспорта, которым они осуществляются1.

1.2. Договор перевозки груза в системе транспортных обязательств

Договор перевозки грузов занимает в системе транспортных договоров доминирующее положение, является как бы базовым договором, поскольку именно этот договор выполняет основные задачи, связанные с перемещением материальных ценностей, способствует выполнению обязательств по доставке продукции потребителю.

Договор перевозки грузов определяется как соглашение между грузоотправителем и перевозчиком, по которому перевозчик обязуется доставить вверенный ему отправителем груз в пункт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу (получателю), а отправитель обязуется уплатить за перевозку установленную плату (п. 1 ст. 785 ГК РФ).

Письменная форма договора перевозки груза предопределена обязанностью перевозчика составить и выдать грузоотправителю соответствующий документ о принятии груза к перевозке. Таким документом может быть транспортная накладная, коносамент или иной документ, предусмотренный транспортным уставом или кодексом (ст. 785 ГК РФ, ст. 31 ТУЖД, ст. 105 ВК РФ). Сдача груза перевозчику, выдача последним документа, подтверждающего принятие груза к перевозке, дает основания для отнесения этого договора к категории реальных1 гражданско-правовых договоров.

Договор перевозки груза является срочным договором, поскольку срок его действия определяется сроком исполнения обязательства по перевозке (ст. 792 ГК РФ, ст. 31 ТУЖД, ст. 109 ВК РФ). Этот срок может устанавливаться как в нормативном порядке, так и по соглашению сторон. Так, перевозчик обязан доставить принятый к воздушной перевозке груз в пункт назначения в срок, определяемый федеральными авиационными правилами или установленными перевозчиком правилами воздушных перевозок, если иное не предусмотрено договором воздушной перевозки груза (ст. 109 ВК РФ).

Договор перевозки грузов является возмездным, поскольку каждая из вступающих в договор сторон имеет в виду удовлетворение определенного имущественного интереса. Провозная плата за перевозку груза транспортом общего пользования определяется на основании тарифов, утверждаемых в порядке, установленном транспортными уставами и кодексами.

Перевозка грузов транспортом общего пользования подразумевает, что договор перевозки является публичным договором, то есть договором, заключаемым коммерческой организацией и устанавливающим ее обязанности по перевозке грузов каждого грузоотправителя, который к ней обратится с предложением о заключении договора перевозки2. При этом транспортная организация как перевозчик не может оказывать какое-либо предпочтение одному грузоотправителю перед другим. Более того, отказ от заключения договора перевозки при наличии реальных возможностей транспортной организации не допускается (ст. 426 ГК РФ).

Сторонами в договоре перевозки грузов являются транспортное предприятие – перевозчик (железная дорога, пароходство, эксплуатант на воздушном транспорте) и грузоотправитель – законный (титульный) владелец груза либо экспедитор или иное уполномоченное владельцем груза лицо. В обязанности перевозчика входит не только принятие и перевозка груза, но и выдача его грузополучателю. Таким образом, в договорных отношениях по перевозке груза участвуют три лица: отправитель, перевозчик и получатель груза, хотя очевидно, что договор перевозки по своему правовому статусу является двусторонним договором. Эта необычная ситуация в договорном праве явилась причиной долгих и оживленных дискуссий в юридической литературе по вопросу о правовом положении грузополучателя1.

Договор перевозки грузов по своей конструкции относится к широко известному договорному типу – договору в пользу третьего лица (ст. 430 ГК РФ), позволяющему грузополучателю, не являющемуся стороной договора, пользоваться определенными правами и нести соответствующие этим правам обязанности.

Не участвуя в заключении договора, грузополучатель приобретает тем не менее право требования к перевозчику о выдаче груза в пункте назначения (ст. 39, ст. 41 ТУЖД, п. 2 ст. 103 ВК РФ). При неисполнении перевозчиком обязанности по доставке груза в адрес получателя последний вправе предъявить к нему требования по поводу утраты груза, а при ненадлежащем исполнении им обязательства – требования по поводу недостачи или повреждения груза (ст. 796 ГК РФ), а также по поводу просрочки в его доставке (ст. 792 ГК РФ, ст. 111 ТУЖД, ст. 122 ВК РФ). Грузополучатель вправе предъявить к перевозчику и другие требования, связанные, например, с выгрузкой груза средствами перевозчика, когда выгрузка по договору была возложена на него.

Специфика договора перевозки как договора в пользу третьего лица состоит и в том, что грузополучатель не только имеет обозначенные выше права, но и несет определенные обязанности. Так, по прибытии груза в пункт назначения получатель обязан принять его и вывезти с территории станции, аэропорта, пристани. Подобная обязанность обусловлена тем, что неисполнение ее ведет к перегрузке складских помещений транспортного предприятия и затруднениям по приему груза для других получателей. Естественно, что обязанностью получателя является и окончательный расчет за оказанные перевозчиком услуги.

Договору перевозки грузов как договору в пользу третьего лица присущи некоторые положения, не совместимые с основными началами договорного права. Речь о том, что грузоотправитель, не являющийся одновременно и получателем (а такие ситуации возможны), и перевозчик при заключении договора перевозки исходят как бы из молчаливого согласия грузополучателя с условиями данного договора. Договор перевозки грузов отличается от договора, предусматривающего исполнение обязательства третьему лицу. Ведь в этом случае третье лицо считалось бы лишь лицом, уполномоченным принять исполнение обязательства от должника1.

Одним из существенных условий договора перевозки груза является наличие в нем указания на срок доставки груза потребителю: предприятиям промышленности, строительства, сельского хозяйства, предпринимателям и т. п. Ускорение доставки грузов дает возможность сократить время обращения и тем самым ускорить оборот материальных ценностей в экономике страны.

Продолжительность перевозки (транспортное время) – это время, в течение которого транспорт выполняет всю совокупность грузовых, коммерческих, таможенных и технических операций на станции отправления, в пути следования и на станции (порта, аэропорта, пристани) назначения груза. Фактор времени – категория не только экономическая, но и юридическая, поскольку все основные перемещения материальных ценностей регламентированы по срокам исполнения транспортного обязательства в законе либо договоре перевозки.

Транспортное законодательство до недавнего времени не включало условие о сроках перевозки в определение договора. По традиции, вероятно, это не сделано и в ГК РФ (ст. 785); обязательство доставки груза в пункт назначения в установленные сроки предусматривается в ст. 792 ГК РФ, отсылающей к транспортным уставам и кодексам.

Глава 2. Общая характеристика договора воздушной перевозки груза

2.1. Стороны и содержание договора воздушной перевозки груза

Статья 100 ВК РФ1 определяет перевозчика как эксплуатанта, который имеет лицензию на осуществление воздушной перевозки багажа, пассажиров, грузов, почты в соответствии с условиями договора воздушной перевозки. В соответствии со ст. 61 ВК РФ под эксплуатантом понимаются гражданин или юридическое лицо, имеющие воздушное судно на праве собственности, на условиях аренды или на ином законном основании, использующие указанное воздушное судно для полетов и имеющие сертификат (свидетельство) эксплуатанта.

Особенности внутренних воздушных перевозок заключаются в том, что пункт отправления, пункт назначения и все пункты посадок расположены на территории Российской Федерации. Понятие международной воздушной перевозки несколько сложнее. При таких перевозках воздушное судно осуществляет вылет и (или) прибытие на территории двух государств, либо на территории одного государства, при наличии пункта посадки на территории другого государства.

Международные перевозки грузов и пассажиров осуществляются на основе транспортных конвенций, заключенных между теми или иными государствами. Данные конвенции имеют приоритет перед национальным законодательством, но при отсутствии механизмов правового регулирования тех или иных отношений по поводу международных перевозок могут применяться правила, установленные гражданским законодательством Российской Федерации.

При осуществлении внутренних и (или) международных воздушных перевозок перевозчик обязан придерживаться норм, установленных международным воздушным гражданским законодательством, выполнять требования, закрепленные авиационными правилами и Правилами перевозки пассажиров, багажа и грузов на воздушных линиях Союза ССР, утвержденных Приказом МГА СССР от 16 января 1985 года № 19 (в части, не противоречащей главе 40 Гражданского кодекса РФ)1.

Лицо, выполняющее воздушные перевозки, должно располагать собственными или арендованными воздушными судами для выполнения заявленной программы полетов, определяемой на основании графика оборота воздушных судов с учетом их резервирования. Воздушные суда должны быть оборудованы в соответствии с установленными в гражданской авиации требованиями для заявленных регионов и видов полетов. Методика расчета графика оборота воздушных судов издается в виде инструктивных материалов специально уполномоченного органа в области гражданской авиации.

Перевозчик должен придерживаться положений руководства по производству полетов, руководства по техническому обслуживанию и руководства по качеству, содержащих установленные и принятые к исполнению правила, процедуры и нормы по организации, производству и обеспечению полетов.

Перевозчик обязан обеспечить соблюдение требований экологической безопасности при эксплуатации и техническом обслуживании воздушных судов в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, а также наличие необходимых нормативных актов по экологической безопасности, разработать и осуществлять организационные и технические мероприятия по соблюдению их требований.

Перевозчик, осуществляющий полеты на международных воздушных линиях и авиационные работы за рубежом, должен обеспечить надежные каналы связи с каждым воздушным судном для оперативного управления перевозками или авиационными работами. Связь с воздушными судами может обеспечиваться самостоятельно или по договору с организацией, имеющей допуск на выполнение соответствующих работ.

Перевозчик, в зависимости от характера перевозок, обеспечивает следующие виды страхования:

ответственности владельца воздушного судна перед третьими лицами за вред, причиненный жизни или здоровью либо имуществу третьих лиц при эксплуатации воздушного судна (ст. 131 ВК РФ);

жизни и здоровья членов экипажа воздушного судна от несчастного случая при исполнении ими служебных обязанностей (ст. 132 ВК РФ);

ответственности за вред, причиненный жизни и здоровью пассажира воздушного судна, а также за вред, причиненный багажу и находящимся при пассажире вещам (ст. 133 ВК РФ);

ответственности перед грузовладельцем или грузоотправителем за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза (в соответствии со ст. 134 Воздушного кодекса Российской Федерации);

ответственности за вред, который может быть причинен в связи с выполнением авиационных работ (в соответствии со ст. 135 Воздушного кодекса Российской Федерации);

иное страхование.

Страхование воздушного судна (каско), а также страхование лиц, включенных в задание на полет и не являющихся членами экипажа воздушного судна, осуществляется по решению перевозчика.

Документы по страхованию должны соответствовать требованиям законодательства Российской Федерации в части обеспечения страхования.

Перевозчик обеспечивает загрузку и центровку воздушных судов в строгом соответствии с их эксплуатационной документацией.

Загрузка и центровка воздушного судна с отклонениями от предельно допустимых значений являются нарушением требований действующих нормативных документов и международных стандартов в части обеспечения безопасности полетов. Выявление подобных нарушений может служить основанием для приостановления действия сертификата эксплуатанта до тех пор, пока не будет доказано, что эксплуатант способен выполнять правила и соответствовать стандартам в области обеспечения безопасности полетов.

Договор воздушной перевозки груза характерен тем, что перевозчик обязуется доставить вверенный ему отправителем груз в пункт назначения и выдать его лицу, управомоченному в получении груза, а отправитель обязуется уплатить за перевозку груза по установленному тарифу.

Каждый договор воздушной перевозки и его условия удостоверяются перевозочным документом, выдаваемым авиационным предприятием либо уполномоченными им организациями или лицами (агентами).

Перевозка пассажиров, багажа и грузов, выполняемая от аэропорта отправления до аэропорта назначения несколькими авиационными предприятиями по одному перевозочному документу (в том числе по выданным вместе с ним дополнительным перевозочным документам), рассматривается как единый договор перевозки, независимо от того, имели ли место пересадки, перегрузки или перерыв в перевозке. Напротив – перевозка пассажира в направлениях «туда» и «обратно» рассматривается как два отдельных договора перевозки.

Осуществление воздушных перевозок в Вооруженных Силах РФ регулируется отдельным актом, а именно Инструкцией по организации воздушных перевозок в Вооруженных Силах РФ (приложение к приказу Минобороны России от 26 марта 2003 года № 901).

Данная инструкция определяет порядок планирования, организации и контроля выполнения воздушных перевозок военно-транспортными и транспортными самолетами и вертолетами авиации Вооруженных Сил РФ (далее – воздушные суда авиации ВС РФ), а также обязанности должностных лиц, участвующих в планировании, организации, обеспечении и выполнении воздушных перевозок.

Воздушные суда авиационных воинских частей центрального подчинения, главных и центральных управлений Министерства обороны РФ используются для выполнения воздушных перевозок в соответствии с годовыми и месячными планами воздушных перевозок, утвержденными главнокомандующими видами (командующими родами войск) Вооруженных Сил РФ, начальниками главных и центральных управлений Министерства обороны РФ, а также в соответствии с суточными планами воздушных перевозок, утвержденными начальниками главных штабов видов (штабов родов войск) Вооруженных Сил РФ. В случаях, не предусмотренных планами, воздушные перевозки выполняются указанными воздушными судами по решениям начальника Генерального штаба Вооруженных Сил РФ, начальников главных штабов видов (штабов родов войск) Вооруженных Сил РФ, а также начальников главных и центральных управлений Министерства обороны РФ, которым они подчинены.

В целях обеспечения видов Вооруженных Сил РФ, военных округов (флотов), главных и центральных управлений Министерства обороны РФ, родов войск Вооруженных Сил РФ, не имеющих возможности выполнения перевозок своими воздушными судами, воздушные перевозки выполняются воздушными судами 61 Воздушной армии Верховного Главного Командования Вооруженных Сил РФ (Военно-транспортной авиации) и 8 Авиационной дивизии (особого назначения) в соответствии с годовыми планами воздушных перевозок, утвержденными начальником Генерального штаба Вооруженных Сил РФ, на основании заявок, представляемых в Главный штаб Военно-воздушных сил.

2.2. Перевозочные документы и сроки доставки груза

Грузовая накладная составляется на четырех бланках: один – накладная отправителя – не имеет печатной нумерации и заполняется отправителем до передачи груза к перевозке; остальные три – грузовая накладная, квитанция о приеме груза, корешок грузовой накладной – имеют одинаковый печатный номер и заполняются перевозчиком при приеме груза к перевозке.

До передачи груза к перевозке отправитель обязан составить накладную отправителя, заполнить в ней все графы, его касающиеся, и подписать ее.

При сдаче груза к перевозке отправитель обязан указать в накладной отправителя точное наименование груза, его массу, количество мест, размер или объем, вид тары (упаковки) и особые свойства груза.

Отправитель отвечает за правильность касающихся груза сведений, которые он указывает в грузовой накладной; несет ответственность за вред, причиненный перевозчику или другому лицу, перед которым отвечает перевозчик, вследствие неправильности, неточности или неполноты этих сведений. Перевозчик вправе проверять правильность указанных отправителем данных.

Одновременно с грузовой накладной отправитель обязан передать перевозчику все документы, требующиеся в соответствии с санитарными, карантинными и иными правилами. Перевозчик вправе проверять эти документы в отношении их точности и достаточности.

Перевозчик на основе накладной отправителя заполняет номерные бланки грузовой накладной, а также вносит в накладную отправителя все сведения, которые должны быть указаны перевозчиком.

При приеме груза к перевозке накладной отправителя присваивается тот же номер, что и грузовой накладной, заполненной перевозчиком.

Дата приема груза к перевозке удостоверяется на грузовой накладной календарным штемпелем аэропорта отправления либо заверяется от руки должностным лицом перевозчика, принимающим груз.

Тарифы и сборы, взимаемые за перевозку груза, указываются в грузовой накладной перевозчиком.

Один бланк грузовой накладной (квитанция о приеме груза) выдается отправителю в удостоверение заключения договора перевозки.

Два бланка грузовой накладной (накладная отправителя и грузовая накладная) следуют вместе с грузом до пункта назначения. Накладная отправителя выдается получателю в пункте назначения вместе с грузом, а грузовая накладная остается в аэропорту назначения груза. Корешок грузовой накладной хранится в делах аэропорта отправления.

Назначение каждого бланка грузовой накладной указывается на его лицевой стороне.

Договор воздушной перевозки опасного груза удостоверяется грузовой накладной, бланк которой имеет на лицевой стороне красную полосу по диагонали.

При приеме к перевозке одновременно больших партий груза, перевозка которых будет производиться на нескольких воздушных судах, перевозчик должен потребовать от отправителя составления двух и более грузовых накладных.

Запрещается оформление одной грузовой накладной:

на груз, перевозимый на особых условиях (скоропортящийся, опасный и т.д.), и груз, перевозимый на общих условиях;

на груз, требующий соблюдения карантинных и других специальных правил, и груз, не требующий соблюдения таких правил;

на продукты питания и груз, который может повлиять на их качество;

на груз, перевозимый по разным тарифам;

на груз с объявленной ценностью и груз без объявленной ценности.

Договор воздушной перевозки может быть расторгнут по инициативе перевозчика (ст. 107 ВК РФ). Предусмотрен ряд оснований.

В них включаются: нарушение пассажиром, грузовладельцем, грузоотправителем паспортных, таможенных, санитарных и иных установленных законодательством Российской Федерации требований; отказ пассажира, грузовладельца, грузоотправителя выполнять требования, предъявляемые к ним федеральными авиационными правилами; состояние здоровья пассажира воздушного судна, требующее особых условий воздушной перевозки либо когда такое состояние угрожает безопасности самого пассажира или других лиц; отказ пассажира воздушного судна оплатить провоз своего багажа, вес которого превышает установленные нормы бесплатного провоза багажа, отказ пассажира воздушного судна оплатить перевоз следующего с ним ребенка; нарушение пассажиром воздушного судна правил поведения на борту воздушного судна; наличие в вещах, находящихся при пассажире, а также в багаже, грузе запрещенных к воздушной перевозке предметов или веществ.

Во всех установленных статьей случаях прекращения по инициативе перевозчика действия договора воздушной перевозки пассажира, договора воздушной перевозки груза пассажиру, грузовладельцу, грузоотправителю уплаченная за воздушную перевозку сумма пассажиру воздушного судна возвращается.

Перевозчик обязан доставить принятый к воздушной перевозке груз в пункт назначения в установленный срок. Если срок не установлен, то перевозка осуществляется в разумные сроки, которые определяются с учетом всех обстоятельств.

Сроки доставки груза воздушным транспортом исчисляются с момента приема его к перевозке в аэропорту отправления и до момента извещения получателя о прибытии груза в аэропорт назначения с учетом норм времени на хранение, переработку груза в аэропортах первоначальных, промежуточных, назначения и на перевозку воздушными судами.

Исчисление срока доставки начинается с 00 часов суток, следующих за днем приема груза к перевозке.

Сроки доставки тяжеловесного, негабаритного и мелких партий груза, принятых к перевозке в пункты, куда не установлено регулярное движение воздушных судов, определяются перевозчиком по договоренности с отправителем, о чем делается соответствующая отметка в грузовой накладной.

Сроки доставки груза на периодические массовые перевозки груза воздушным транспортом устанавливаются авиационными предприятиями ГА по договоренности с отправителем и указываются в договорах.

Груз считается доставленным в срок, если перевозчик не позднее 12 часов по истечении установленного срока доставки направил получателю извещение о прибытии груза по адресу, указанному в грузовой накладной.

Срок доставки груза считается ненарушенным, если задержка произошла по причинам:

стихийного бедствия;

невозможности полетов по метеорологическим условиям;

ограничения полетов по распоряжению государственных органов;

по другим причинам, не зависящим от перевозчика.

Не включается в срок доставки груза:

время задержки отправки груза по вине отправителя, если погрузка осуществляется его средствами;

время ожидания в аэропорту трансфера отправления груза очередным рейсом в аэропорт назначения по установленному расписанию, но не более 24 часов;

время задержки груза в аэропорту отправления или в аэропорту трансфера по требованию государственных органов (санитарных, карантинных и др.).

При прямых смешанных перевозках груза срок его доставки исчисляется раздельно в соответствии с правилами, действующими на соответствующих видах транспорта, принимающих участие в прямой смешанной перевозке груза.

В случае перерыва или прекращения движения воздушных судов перевозчик обязан поставить об этом в известность отправителя и получателя и испросить распоряжения отправителя.

В случае, когда перевозчик не имеет возможности доставить груз в аэропорт назначения и в 5-дневный срок со дня высылки уведомления не получит от отправителя или получателя указаний о распоряжении грузом, он имеет право:

передать груз другим видам транспорта для его дальнейшей перевозки в адрес получателя;

поместить груз на ответственное хранение на склад какой-либо организации;

реализовать груз в установленном порядке.

О своем решении перевозчик обязан сообщить отправителю и получателю. Отправитель обязан возместить перевозчику расходы, возникшие вследствие указанных операций.

Если груз был передан для дальнейшей перевозки другим видам транспорта, перевозчик обязан произвести возврат отправителю сумм в размерах, установленных правилами применения тарифов.

Статья 110 ВК РФ устанавливает исключительное право грузоотправителя в одностороннем порядке получить обратно сданный к воздушной перевозке груз до его отправления, изменить в грузовой накладной грузополучателя до выдачи груза управомоченному на его получение лицу, распорядиться грузом в случае непринятия его грузополучателем или невозможности выдачи его грузополучателю.

С момента изменения условий договора воздушной перевозки у перевозчика возникает обязанность поставить в известность о причинах и содержании изменений грузоотправителя или грузополучателя и испросить их распоряжения относительно этого груза.

После прибытия груза в срок перевозчик должен уведомить сторону, выступающую в качестве грузополучателя, или другое уполномоченное лицо о прибытии груза в пункт назначения.

С момента приемки груза у грузополучателя возникает обязанность вывезти за счет собственных средств принятый груз. Однако если в момент приемки груз не отвечает требованиям его надлежащего использования либо имеет повреждения или испорчен, грузополучатель имеет вправе отказаться от приемки такого груза.

Ответственность перевозчика за утрату, недостачу и повреждение (порчу) груза или багажа установлена статьей 796 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так, в соответствии с п. 1 вышеуказанной статьи перевозчик несет ответственность за несохранность груза или багажа, происшедшую после принятия его к перевозке и до выдачи грузополучателю, управомоченному им лицу или лицу, управомоченному на получение багажа, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение (порча) груза или багажа произошли вследствие обстоятельств, которые перевозчик не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело.

Также данной статьей установлено, что документы о причинах несохранности груза или багажа (коммерческий акт, акт общей формы и т. п.), составленные перевозчиком в одностороннем порядке, подлежат в случае спора оценке судом наряду с другими документами, удостоверяющими обстоятельства, которые могут служить основанием для ответственности перевозчика, отправителя либо получателя груза или багажа.

Перевозчик обязан обеспечить надлежащее хранение прибывшего в аэропорт назначения груза до выдачи его получателю или в течение установленных сроков хранения. Плата за хранение груза взимается согласно правилам применения тарифов.

В случае скопления в аэропортах груза вследствие несвоевременного его вывоза по вине получателей плата за хранение может быть увеличена до трехкратного размера. Распоряжение о повышении платы за хранение прибывшего груза подписывается командиром объединенного авиаотряда с указанием срока действия повышенной платы. Повышенная плата за хранение груза взимается по истечении 24 часов после письменного уведомления об этом получателя.

Прибывший в аэропорт назначения груз хранится не более 30 дней со дня уведомления получателя о прибытии груза и по истечении этого срока считается невостребованным и реализуется в порядке, установленном законодательством. Если получатель не востребовал прибывший груз в установленный срок или отказался от его приема, перевозчик вправе уведомить об этом отправителя, оставить груз у себя на хранение за счет и на риск отправителя.

Груз, поступивший в аэропорт без документов и без должной маркировки, хранится в аэропорту до выяснения его принадлежности. Аэропорт обязан принять необходимые меры для установления принадлежности груза и передачи его получателю.

Груз, принадлежность которого не установлена в течение 6 месяцев, реализуется как бездокументный. Груз, прибывший в аэропорт назначения без документов, но принадлежность которого установлена, выдается получателю по акту.

Срок хранения прибывшего в аэропорт назначения опасного, скоропортящегося и других видов груза, требующих особых условий хранения, устанавливается специальными правилами, регулирующими перевозку этих видов груза.

Реализации подлежит груз:

признанный невостребованным, срок хранения которого истек;

принадлежность которого не установлена в течение срока его хранения (бездокументный груз);

которому угрожает повреждение;

поврежденный, дальнейшая перевозка которого признана невозможной или нецелесообразной.

Реализация бездокументного и невостребованного груза осуществляется путем передачи его государственным организациям и предприятиям. Личное имущество граждан передается для реализации в специализированные магазины.

Невостребованный скоропортящийся груз в зависимости от его состояния может быть реализован по распоряжению начальника аэропорта и ранее установленного срока его реализации.

Перевозчик обязан, насколько это возможно, поставить в известность отправителя о своем решении реализовать груз. Если в течение 5 дней со дня подачи телеграфного уведомления о решении реализовать груз отправитель не использует своего права распоряжения грузом, груз подлежит реализации.

Перевозчик может реализовать груз, не ожидая решения отправителя, если задержка реализации груза может привести к его повреждению или полной невозможности использовать груз по назначению. О реализации этого груза перевозчик обязан поставить в известность отправителя и получателя.

Груз, передаваемый для реализации, оценивается комиссией в составе представителей перевозчика, финансовых органов и торговых организаций, о чем составляется акт. При необходимости к оценке груза привлекаются эксперты.

Передача реализуемого груза приобретающей его организации оформляется актом1.

Сумма, полученная перевозчиком за переданный другой организации груз, за вычетом суммы, причитающейся перевозчику, перечисляется:

получателю, указанному в накладной, — в случае оплаты им стоимости груза;

отправителю — во всех остальных случаях.

При невозможности перечислить указанную сумму получателю или отправителю эта сумма по истечении срока, установленного для предъявления претензий за не доставленный по назначению груз, поступает в доход бюджета.

В случае последующего возмещения отправителю или получателю в претензионном либо исковом порядке суммы стоимости переданного другой организации груза, которая уже перечислена в доход бюджета, перевозчик уплачивает эту сумму за счет очередных перечислений в бюджет.

Особое внимание при осуществлении контроля за перевозками уделяется вопросам перевозки оружия и боеприпасов.

В аэропортах, где нет органов внутренних дел на транспорте, проверка документов и осмотр оружия осуществляются уполномоченными лицами.

Осмотр оружия и оформление документов на его перевозку должны производиться в специально отведенных помещениях аэропорта, оборудованных в соответствии с требованиями Наставления по организации работы дежурных частей органов внутренних дел, утвержденного приказом МВД России от 9 апреля 1993 года № 170дсп «О мерах по совершенствованию деятельности дежурных частей органов внутренних дел»1.

Опасный груз допускается к воздушной перевозке только с разрешения руководителей авиационных предприятий. О предъявлении опасного груза к перевозке отправитель обязан подать заявление не позднее чем через 48 часов до ввоза груза в аэропорт.

При сдаче к перевозке опасного груза отправитель обязан выполнять все требования перевозчика, относящиеся к соблюдению правил перевозки опасного груза, его упаковки, маркировки, документального оформления, а также обеспечения безопасности перевозки, предусмотренные специальными правилами перевозки опасного груза.

Отправитель обязан предоставить перевозчику необходимые для безопасной перевозки опасного груза крепежные и пожарные средства, нейтрализующие материалы и т. п.

Тара (упаковка) опасного груза должна соответствовать требованиям, установленным действующими стандартами и правилами перевозки опасного груза. Совместная упаковка в одну тару опасного груза с каким-либо грузом запрещается.

Места (ящики, барабаны, баллоны и др.) с ядовитыми веществами, сжатыми и сжиженными газами отправитель обязан пломбировать. Сверху и на одной из сторон упаковки каждого места отправитель обязан наклеить ярлык специальной маркировки.

В грузовой накладной отправитель обязан указать категорию опасности груза, а в случаях, указанных в специальных правилах, представить разрешение на перевозку.

При предъявлении к перевозке груза, не указанного в перечне опасных грузов, но наименование которого вызывает сомнение в возможности приема его к перевозке на общих условиях, отправитель обязан представить перевозчику подписанное руководителем предприятия описание характера груза и его свойств с подтверждением того, что груз к числу опасных не относится.

Взвешивание особо опасного груза при приеме к перевозке и при выдаче его перевозчиком не производится. Ответственность за точное указание массы возлагается полностью на отправителя. Перевозчик имеет право в присутствии отправителя выборочно проверить массу отдельных мест. При выявлении отклонения фактической массы отдельных мест от массы, указанной отправителем на маркировке, весь груз данной партии к перевозке не принимается.

При обнаружении неисправности груза во время перевозки, а также несоответствия тары или упаковки перевозчик имеет право снять опасный груз с воздушного судна и для устранения неисправностей вызвать представителя отправителя или получателя, который обязан устранить неисправность своими средствами.

Перевозка опасного груза производится прямыми рейсами, без перегрузок. Прием к перевозке опасного груза с перегрузками в промежуточных аэропортах категорически запрещается.

Отправитель опасного груза обязан известить получателя об отправке груза, а также о времени его прибытия.

Получатель особо опасного груза должен прибыть для получения груза в аэропорт ко времени, указанному перевозчиком. Груз выдается получателю немедленно после разгрузки воздушного судна, без завоза его в складские помещения и без взвешивания.

При повреждении упаковки груз выдается получателю также без взвешивания. Проверка массы груза в этом случае производится на складе получателя в присутствии представителя перевозчика. Представитель перевозчика должен сопровождать поврежденный груз до склада получателя, принять участие во взвешивании и подписать акт о состоянии упаковки и массе груза.

В случае невывоза груза в установленный срок руководитель авиационного предприятия обязан обратиться в местные органы власти за содействием в немедленном получении опасного груза получателем1.

Глава 3. Ответственность сторон по договору воздушной перевозки груза

3.1. Общие принципы ответственности сторон по договору воздушной перевозки груза

Впервые в истории России транспортные уставы и кодексы стали приниматься, как следует из толкования п. 2 ст. 784 ГК РФ, в форме федеральных законов, что в целом подчеркивает большую социальную значимость транспорта, в том числе воздушного. С 1 апреля 1997 года вступил в силу уже пятый по счету – новый Воздушный кодекс РФ. По своему характеру это комплексный нормативный акт, где сочетаются нормы как частного, так и публичного права. Поскольку отношения по поводу воздушной перевозки складываются между субъектами, формально находящимися в равном положении относительно вопроса заключения договора, мы, следовательно, будем обращаться к нормам частноправовой секции ВК РФ, а именно гл. XV и XVII.

Когда говорят о гражданско-правовой ответственности, в зависимости от основания возникновения и содержания, различают ответственность договорную и деликтную1. Данное разграничение происходит в зависимости от того, существовало ли между сторонами договорное обязательство или нет. В первом случае ответственность наступает, если правонарушением вызвано умаление права одной из сторон договорного обязательства. Во втором случае вред претерпевает лицо, не состоявшее в договорных отношениях с правонарушителем, либо состоявшее в таковых, но нарушение права выходит за рамки отношений, регулируемых гражданско-правовым договором.

В последние годы законодательство стран Запада, регулируя отношения, возникающие, в частности, в области ответственности за вред, причиненный на транспорте, предусматривает единый режим ответственности независимо от договорного или деликтного основания возникновения вреда.

В ряде международных транспортных конвенций все иски о возмещении ущерба подчиняются единым правилам, независимо от основания этих исков.

И действительно, достаточно сложно обозначить ту грань, которая давала бы четко понять, где наступает договорная, а где деликтная ответственность перевозчика. Поскольку термин «перевозчик» означает сторону договорного обязательства, то о деликтной ответственности перевозчика можно говорить лишь в случае, когда вред причинен другой стороне этого же договорного обязательства – пассажиру или грузоотправителю. В противном случае, вред будет причинен уже не перевозчиком, а владельцем источника повышенной опасности, по терминологии ВК – эксплуатантом.

До введения в действие нового ВК 1997 года российскому законодательству не был известен термин «эксплуатант». Поэтому, прежде чем говорить об ответственности перевозчика, необходимо разобраться с понятийным аппаратом и четко себе представить, кто такой «перевозчик», кто такой «эксплуатант», и как эти понятия соотносятся друг с другом.

Сторонами договора перевозки являются пассажир или грузоотправитель (кредитор) с одной стороны, и перевозчик (должник) – с другой. При попытке вычленить фигуру перевозчика в воздушном кодексе, мы сталкиваемся с некоторыми трудностями, которые выражаются в несовершенстве юридической техники законодателя.

Согласно ст. 100 ВК РФ, перевозчиком является эксплуатант, который имеет лицензию на осуществление воздушной перевозки пассажиров, багажа, грузов или почты на основании договоров воздушной перевозки. Эксплуатант – гражданин или юридическое лицо, имеющее воздушное судно на праве собственности или ином законном титуле, использующее указанное воздушное судно для полетов и имеющее сертификат (свидетельство) эксплуатанта (п. 3 ст. 61 ВК РФ).

Воздушному кодексу известно также такое понятие, как авиационное предприятие. Под авиационным предприятием понимается юридическое лицо независимо от его организационно-правовой формы и формы собственности, имеющее основными целями своей деятельности осуществление за плату воздушных перевозок пассажиров, багажа, грузов, почты и (или) выполнение авиационных работ (п. 1 ст. 61 ВК РФ).

Таким образом, налицо два субъекта, которые могут заниматься перемещением людей и материальных ценностей по договору воздушной перевозки: эксплуатант и авиационное предприятие. Но, согласно ст. 100 ВК РФ, первый из них является перевозчиком, а о правовом положении второго данная статья не говорит ничего.

Не вносит ясности и точка зрения по этому вопросу Д. А. Медведева, который ставит фигуры перевозчика, авиационное предприятие и эксплуатанта в один ряд1. Позиция Д. А. Медведева схожа с позицией по этому вопросу Высшего Арбитражного Суда РФ, которая нашла свое отражение в Информационном письме от 7 апреля 1997 года № С5-7/ОЗ-225, и ограничивается простым перечислением2.

Ответ, судя по всему, следует искать в самом ВК РФ. Так, согласно ст. 62 ВК РФ, российское авиационное предприятие и российские индивидуальные предприниматели вправе осуществлять коммерческую деятельность в области гражданской авиации при наличии лицензий. Налицо формальный, но в то же время необходимый для осуществления предпринимателем своей деятельности признак – наличие лицензии. Данная норма различает двух субъектов имеющих право осуществлять соответствующую коммерческую деятельность: авиационное предприятие и индивидуального предпринимателя. В то же время, эта норма не упоминает понятия эксплуатант.

Коммерческая деятельность в области гражданской авиации допускается только при наличии лицензии (ст. 62 ВК РФ). Помимо лицензии, в п. 1 ст. 8 ВК РФ предусмотрено, что авиационные предприятия и индивидуальные предприниматели, осуществляющие и обеспечивающие воздушные перевозки и авиационные работы, подлежат обязательной сертификации. Теперь, налицо второй необходимый формальный признак предпринимателя в области гражданской авиации – наличие сертификата. Опять же, нет ни слова об эксплуатанте.

Пункт 3 статьи 61 ВК РФ указывает на обязательный формальный признак эксплуатанта – наличие сертификата (свидетельства) эксплуатанта. Однако, следует отличать сертификат (свидетельство) эксплуатанта от сертификата, предусмотренного ст. 8 ВК РФ. Требования к эксплуатанту, а следовательно и к порядку получения им сертификата (свидетельства) и к форме последнего, определяются федеральными авиационными правилами (п. 3 ст. 61 ВК РФ).

Эксплуатантом может быть как физическое лицо, так и юридическое. Согласно ст. 100 ВК, перевозчиком является эксплуатант, который имеет лицензию на осуществление воздушной перевозки. Воздушный кодекс прямо запрещает выдачу лицензий гражданам – не предпринимателям (п. 3 ст. 9 ВК РФ). Следовательно, если перевозчиком является физическое лицо, то оно должно быть зарегистрировано в качестве индивидуального предпринимателя.

Что же касается перевозчика – лица юридического, то логика здесь следующая. Воздушным кодексом предусмотрен специальный субъект, авиационное предприятие, который имеет основной целью своей деятельности осуществление за плату воздушных перевозок (п. 1 ст. 61 ВК РФ). Деятельность по осуществлению и обеспечению воздушных перевозок пассажиров, багажа, грузов и почты на коммерческой основе, подлежит обязательному лицензированию (п. 1 ст. 9 ВК РФ). Перевозчик – эксплуатант, согласно ст. 100 ВК, должен иметь лицензию на осуществление воздушной перевозки. Речь в данном случае идет об одной и той же лицензии, предусмотренной ст. 9 ВК РФ. Следовательно, авиационное предприятие и есть перевозчик – эксплуатант, предусмотренный ст. 100 ВК РФ.

При этом необходимо иметь в виду, что понятие эксплуатант значительно шире понятия перевозчик. Они соотносятся как род и вид, то есть всякий перевозчик является эксплуатантом, но не всякий эксплуатант является перевозчиком. Перевозчиком по договору воздушной перевозки является эксплуатант – предприниматель, имеющий лицензию на осуществление воздушной перевозки пассажиров, багажа, грузов или почты.

В соответствии с п. 2 ст. 784 ГК РФ, общие условия перевозки определяются транспортными уставами и кодексами, иными законами и издаваемыми в соответствии с ними правилами. На воздушном транспорте общие правила перевозок устанавливаются федеральными авиационными правилами, которые принимаются в порядке, определенном Правительством РФ (ст. 2, 102 ВК РФ).

Следовательно, правовое регулирование воздушной перевозки в России происходит на основании Гражданского кодекса РФ, Воздушного кодекса РФ и принимаемыми на уровне Правительства РФ федеральными авиационными правилами.

Поскольку в настоящий момент Правительством РФ не приняты федеральные авиационные правила, которые регламентировали бы порядок осуществления воздушной перевозки, то основным актом пока остаются «Правила перевозки пассажиров, багажа и грузов на воздушных линиях Союза ССР», утвержденные Приказом Министерства гражданской авиации СССР от 16 января 1985 года № 19 (далее — Правила № 19). Данные правила применяются на территории России постольку, поскольку они не противоречат Воздушному кодексу РФ (п. 3 ст. 136 ВК РФ).

3.2. Договорная и деликтная ответственность сторон по договору воздушной перевозки груза

Вопросы ответственности перевозчика по договору воздушной перевозки можно разбить на следующие две группы: а) ответственность воздушного перевозчика за несохранность (утрату, недостачу, повреждение, порчу) груза или багажа принятого к перевозке; б) ответственность воздушного перевозчика за нарушение сроков перевозки.

Имущественная ответственность за нарушение транспортных обязательств строится на общих принципах ответственности в гражданском праве (гл. 25 ГК РФ). Воздушный кодекс устанавливает следующие общие принципы ответственности перевозчика – перевозчик несет ответственность перед пассажиром воздушного судна и грузовладельцем в порядке, установленном законодательством РФ, международными договорами РФ, а также договором воздушной перевозки пассажира, договора воздушной перевозки груза или договором воздушной перевозки почты (п. 1 ст. 116 ВК РФ).

По общему правилу соглашения транспортных организаций с пассажирами и грузовладельцами об ограничении или устранении установленной законом ответственности перевозчика недействительны (п. 2 ст. 793 ГК РФ). Исключение составляют случаи, когда возможность таких соглашений при перевозках груза предусмотрена транспортными уставами и кодексами. Данная отсылочная статья говорит лишь о возможном ограничении или устранении установленной законом ответственности перевозчика при перевозке груза, но не пассажира. Воздушный кодекс, в отличие от ГК РФ, вообще не предусматривает возможности для сторон самостоятельно снизить ответственность перевозчика по любому из договоров воздушной перевозки.

В отношении ответственности перевозчика по договору воздушной перевозки пассажира действует правило, которое предусматривает возможность изменения размера ответственности перевозчика соглашением сторон лишь в сторону увеличения (п. 1 ст. 117 ВК РФ). Более высокий размер ответственности перевозчика может быть предусмотрен договором. Продиктовано это тем, что перевозчик, в данном случае несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью пассажира, которая определяется в соответствии с правилами главы 59 ГК РФ.

Необходимо отметить, что ранее действовавшее законодательство предусматривало правило, согласно которому воздушный перевозчик нес ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью пассажира даже в случае непреодолимой силы. Законодатель приравнял ответственность воздушного перевозчика к ответственности, предусмотренной для владельца источника повышенной опасности, что является несомненным шагом вперед.

Статья 123 ВК РФ вводит общее правило о том, что перевозчик вправе заключить соглашение с пассажирами, грузоотправителями или грузополучателями о повышении пределов своей ответственности по сравнению с пределами, установленными настоящим Кодексом или международными договорами РФ.

Предприниматель, по общему правилу несет ответственность на началах риска, если иное не предусмотрено законом или договором, поскольку отвечает за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства даже при отсутствии его вины (п. 3 ст. 401 ГК РФ). Пределом его ответственности является непреодолимая сила, то есть предприниматель освобождается от ответственности, если при данных условиях имели место чрезвычайные и непредотвратимые обстоятельства.

Приведем пример. Общество с ограниченной ответственностью «Техсервис» обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с иском к ФГУП «Дальавиа» о взыскании 182435 руб. 84 коп. стоимости недостающего груза по авианакладной № 12613252.

Принятые по делу решение от 6 июня 2003 года и постановление апелляционной инстанции от 2 сентября 2003 года отменены постановлением Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 17 ноября 2003 года.

При новом рассмотрении дела суд решением от 16 февраля 2004 года взыскал с ФГУП «Дальавиа» стоимость недостающего груза 182435 руб. 84 коп., в иске ООО «Техсервис» к ОАО «Авиакомпания «Домодедовские авиалинии» отказано.

При этом суд исходил из того, что перевозчиком доставлен в аэропорт г. Хабаровска груз, предназначенный для ООО «Техсервис», в количестве 6 мест и сдан ФГУП «Дальавиа».

Постановлением апелляционной инстанции от 19 мая 2004 года решение суда от 16 февраля 2004 года отменено; взыскано с ОАО «Авиакомпания «Домодедовские авиалинии» в пользу ООО «Техсервис» 66480 руб., в остальной части иска отказано. Постановление мотивировано ответственностью перевозчика за несохранность груза на основании ст. 796 ГК РФ, ст.ст. 118, 119 Воздушного кодекса РФ.

Заявитель в обоснование жалобы привел доводы о нарушении апелляционной инстанцией норм материального права (ст. 784 ГК РФ, ст.ст. 2, 102, 105, 118, 119, 124 ВК РФ). Полагает, что вины перевозчика в утрате груза нет, авиакомпанией надлежащим образом выполнено обязательство по перевозке спорного груза и произведена сдача груза в аэропорту г. Хабаровска по количеству мест под подпись грузчика в почтово-грузовой ведомости, что исключает ответственность авиаперевозчика за недостачу груза.

Как видно из материалов дела, 2 октября 2001 года ООО «Техсервис» получило от ООО «Электролюкс» по авианакладной № 12613252 груз в 6 коробках, о недостаче 1 места ФГУП «Дальавиа» составлен коммерческий акт № 52.

Вывод суда первой инстанции о том, что перевозчик не может нести ответственность за недостачу груза в силу ст. 118 ГК РФ, поскольку им не допущена недостача груза с момента его принятия и до выдачи ФГУП «Дальавиа», опровергнут судом апелляционной инстанции. Последним установлено, что груз по авианакладной № 12613252 в аэропорту «Домодедово» загружался на воздушное судно без проводника.

Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что перевозка груза состоялась, а перевозчик не доказал принятие груза по количеству мест и его сдачу в том же количестве в соответствии с положениями Инструкции о порядке приема-сдачи коммерческой загрузки на борт воздушного судна гражданской авиации.

В этой связи суд апелляционной инстанции обоснованно возложил ответственность за недостачу груза на ОАО «Домодедовские авиалинии» на основании ст. 110 ВК РФ, предусматривающей, что перевозчик несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение груза, если не докажет, что им были приняты все необходимые меры по предотвращению причинения вреда или такие меры невозможно было принять.

Поэтому отклоняются доводы жалобы об отсутствии вины перевозчика в утрате груза и возложении ответственности на аэропорт1.

Перевозчик несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение (порчу) багажа или груза после принятия их к воздушной перевозке и до выдачи грузополучателю или до передачи их согласно установленным правилам другому гражданину или юридическому лицу в случае, если не докажет, что им были приняты все необходимые меры по предотвращению причинения вреда или такие меры невозможно было принять (п. 1 ст. 118 ВК РФ).

Из вышеприведенного правила нетрудно усмотреть, что ответственность перевозчика строится на началах вины, поскольку согласно п. 1 ст. 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. Следовательно, общим условием ответственности перевозчика за утрату, недостачу или повреждение груза является вина, которая презюмируется. В этом проявляется отклонение от общих правил ответственности лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность.

Здесь же, в статье 118 ВК РФ в п. 3 сказано, что перевозчик несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение (порчу) багажа или груза, если не докажет, что они не явились результатом совершенных умышленно действий (бездействия) перевозчика или произошли не во время воздушной перевозки. Иными словами, перевозчик во избежание привлечения к имущественной ответственности должен доказать, что в факте утраты, недостачи или повреждения багажа нет его умысла или то, что все это произошло до или после того, как перевозчик исполнял свои обязанности по договору воздушной перевозки. Следовательно, в отношении сделанного выше вывода можно сделать уточнение, а именно – перевозчик по договору воздушной перевозки может быть освобожден судом от ответственности за утрату, недостачу или повреждение (порчу) багажа или груза после принятия их к воздушной перевозке и до выдачи грузополучателю, если он докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, либо им были приняты все необходимые меры по предотвращению причиненного вреда или данные меры невозможно было принять, либо то, что в действиях (бездействии) повлекших причинение вреда не было умысла перевозчика, либо то, что вред причинен не во время воздушной перевозки.

Согласно п. 8.5.4. Правил № 19, перевозчик освобождается от ответственности, если утрата, недостача или повреждение груза произошли вследствие: действия или упущения отправителя или получателя; недостатков тары или упаковки, которые не могли быть замечены при внешнем осмотре принимаемого груза; сдачи груза к перевозке без указания в грузовой накладной его особых свойств, требующих специальных условий или мер предосторожности при его перевозке и хранении; обстоятельств, связанных с погрузкой или выгрузкой средствами отправителя или получателя; непринятия необходимых мер к сохранению груза уполномоченными лицами отправителя или получателя, которые сопровождали груз; естественной убыли груза в пределах установленных норм при перевозке.

П. 8.5.5. Правил № 19, освобождает перевозчика от ответственности за недостачу груза, прибывшего в исправной таре, упаковке или контейнере и с исправными пломбами отправителя, если предъявитель претензии или иска не докажет, что недостача груза произошла по вине перевозчика.

Думается, что приведенные пункты Правил № 19 частично утратили свою юридическую силу, поскольку прямо противоречат ст. 796 ГК РФ и ст. 118 ВК РФ, где сказано, что перевозчик отвечает за несохранность груза с момента принятия груза к перевозке и до передачи их грузополучателю. Поэтому, уже с 1 марта 1996 года (со дня введения в действие 2 части ГК РФ) отпадают все статьи, дающие основания освобождения перевозчика от ответственности в связи с тем, что груз сопровождался экспедитором, либо проводником, или в связи с тем, что была неисправна пломба.

В ст. 121 ВК РФ содержится абстрактное правило, согласно которому грузоотправитель несет ответственность за вред, причиненный перевозчиком или лицом, перед которым перевозчик несет ответственность, вследствие неправильности или неполноты сведений, предоставленных грузоотправителем. В принципе, так или иначе, оно поглощает практически все, предусмотренные пп. 8.5.4. и 8.5.5. Правил № 19 частные случаи освобождения перевозчика от гражданско-правовой ответственности.

Обращает на себя внимание тот факт, что ВК РФ вслед за ГК РФ устанавливает ответственность перевозчика за несохранность багажа, в то время как самостоятельный договор перевозки багажа специально транспортным законодательством не предусмотрен. Особенность его состоит в том, что стороной по договору перевозки багажа является пассажир, но ответственность воздушного перевозчика за несохранность багажа приравнивается к его ответственности за несохранность груза.

При сравнении норм ГК РФ и ВК РФ обнаруживается некоторое терминологическое разночтение, которое на первый взгляд может не вызвать никакого подозрения. Так, по ст. 796 ГК РФ перевозчик несет ответственность за несохранность, а п. 2 ст. 118 ВК РФ говорит об ответственности перевозчика за сохранность.

Правомерно возникает вопрос, что есть сохранность и можно ли за нее отвечать? Так как основанием юридической ответственности является правонарушение, а одно из его необходимых условий – причинение вреда, то все сводится к сопоставлению понятия вред и сохранность. Под сохранностью следует понимать «сохранение в полной целости, отсутствие повреждений». Понятия «сохранность» и «вред» являются противоположными по смыслу. Следовательно, можно сделать вывод о том, что законодатель все же имел в виду привлечение перевозчика к ответственности за несохранность, но запутался и, установил ответственность за сохранность.

Говоря об ответственности за несохранность, не лишним было бы раскрыть само понятие «несохранность». Понятие «несохранность» груза (багажа) в качестве условия ответственности перевозчика введено в нормативный оборот Гражданским кодексом РФ. Это собирательное понятие, которое включает в себя утрату, недостачу, повреждение (порчу) груза (багажа или вещей находящихся при пассажире).

Как пишет В. Т. Смирнов, «понятие «утрата груза» в транспортном законодательстве и практике его применения имеет особое, специальное содержание – невозможность для перевозчика выдать груз его получателю в установленный срок. Утрата может выражаться в двух формах: полная и частичная. Частичная утрата груза именуется недостачей. Порча груза означает несоответствие качества прибывшего в пункт назначения груза его первоначальному качеству, указанному в транспортных документах, и выражается в изменении его свойств. Под повреждением понимается нарушение целостности предмета перевозки, являющееся обычно следствием механического воздействия на него. Повреждение груза может быть результатом и утраты части груза, составляющей одно целое с определенным предметом»1.

Порча и повреждение груза, по общему правилу, вызывают снижение эффективности использования полезных свойств соответствующего предмета (груза) и, следовательно, его стоимости, а потому влекут за собой обязанность перевозчика возместить ущерб получателю. Но порча, как и повреждение груза, может привести к полной невозможности использования его по назначению. По своей экономической сущности этот случай равнозначен утрате груза, так как грузополучатель фактически лишается груза, а потому он влечет те же правовые последствия, что и утрата груза.

ВК РФ, в отличие от ГК РФ, вообще не делает никакого различия в установлении размера правовых последствий перевозчика за утрату, недостачу или повреждение (порчу) багажа, груза, а также вещей, находящихся при пассажире.

Так, согласно п. 1 ст. 119 ВК РФ, за несохранность багажа, груза, а также вещей, находящихся при пассажире, перевозчик несет ответственность в следующих размерах: 1) за несохранность багажа или груза, принятых к воздушной перевозке с объявлением ценности, — в размере объявленной ценности. Причем, за воздушную перевозку багажа или груза с объявленной ценностью с грузоотправителя или грузополучателя взимается дополнительная плата, размер которой устанавливается договором воздушной перевозки багажа или договором воздушной перевозки груза; 2) за несохранность багажа или груза, принятых и воздушной перевозке без объявления ценности, — в размере их стоимости, но не более чем в размере двух МРОТ за килограмм веса багажа или груза; 3) за несохранность вещей, находящихся при пассажире, — в размере их стоимости, а в случае невозможности ее установления – в размере не более чем десять МРОТ.

Надо признать, что законодатель несколько усовершенствовал нормы, регламентирующие размер ответственности перевозчика. Так, к примеру, согласно п. 4.1.3. Правил № 19, пассажир обязан сам заботиться о сохранности вещей, перевозимых в салоне воздушного судна. П. 8.4.1. Правил № 19 предусматривал ответственность перевозчика за сохранность вещей, не сданных в багаж и находящихся при пассажире, лишь в том случае, если было доказано, что утрата, недостача или повреждение этих вещей произошли по вине перевозчика. Сегодня данные пункты Правил № 19 можно считать утратившими силу, поскольку налицо противоречие п. 2 ст. 118 ВК РФ.

К тому же ранее, п. 5.7.1. Правил № 19 предоставлял возможность отправителю сдавать груз для перевозки с объявленной ценностью. Только сразу же декларировалось правило в корне уничтожившее эту разумную норму, а именно то, что сумма объявленной ценности груза не должна превышать его действительной стоимости.

Воздушный кодекс не предусматривает перевозку вещей, находящихся при пассажире с объявлением ценности. Объясняется это тем, что данные вещи в течение всего времени перевозки находятся под непосредственным контролем пассажира и, следовательно, на последнего возлагается непосредственная обязанность следить за своими вещами. Это отражается в ограниченной ответственности перевозчика – в размере их стоимости, а в случае невозможности ее установления – в размере не более чем 10 МРОТ. Так как перевозчик нигде не фиксирует, какие именно вещи будут находиться при пассажире во время воздушной перевозки и, тем более, не оценивает их первоначальное состояние, то можно предположить по какому пути пойдет практика. К примеру, в случае утраты вещи, пассажир вообще лишается возможности что-либо доказать, ведь вещи нет в натуре и неизвестно, была ли она у него. В этом случае, вероятно, решающую роль могут сыграть показания свидетелей, но все это связано со значительными затратами как средств, так и времени. Поэтому, пассажир в большинстве случаев, за несохранность находящихся при нем вещей будет получать удовлетворение в размере не большем, чем 10 МРОТ.

К тому же возникает правомерный вопрос, почему воздушный перевозчик должен нести ответственность за недостачу, повреждение или порчу багажа, груза или вещей, находящихся при пассажире в размере их стоимости, если они хоть и отличаются от своего первоначального состояния, но сохранились в натуре. Гражданский кодекс РФ решает этот вопрос более грамотно, устанавливая дифференцированный размер ответственности как за утрату и недостачу, так и за повреждение (порчу) (п. 2 ст. 796 ГК РФ).

В. Т. Смирнов рекомендовал следующим образом подходить к размеру ответственности: «При частичной утрате, порче или повреждении груза для решения вопроса об объеме ответственности перевозчика нужно учитывать характер груза и характер повреждения. Повреждения и частичная утрата могут касаться груза: а) состоящего из отдельных предметов, составляющих самостоятельные объекты, б) сложного груза, для которого утраченная или поврежденная часть составляют элементы единого сложного механизма (агрегата), и в) груза, представляющего однородную массу (руда, уголь, лес и т.д.). В первом случае, поскольку каждая часть груза может иметь самостоятельную оценку, возмещается стоимость соответствующей части. Во втором, нужно различать три ситуации, а именно: 1) если поврежденный груз может быть использован по первоначальному назначению, хотя и с уценкой, — возмещение составит размер уценки; 2) груз может быть использован по назначению при условии устранения повреждений (или доукомплектования) – возмещение определяется стоимостью восстановительного ремонта и 3) поврежденный груз вообще невозможно использовать по назначению — взыскивается стоимость груза, как за его утрату. И, наконец, в третьем случае, поскольку груз может быть использован и без недостающих его частей, возмещается только их стоимость»1.

Не лишним было бы ввести в ВК РФ правило, согласно которому при утрате груза (полной или частичной), а также в случаях его порчи или повреждения, по своим последствиям приравниваемых к утрате, наряду с возмещением ущерба в указанных пределах, обязать воздушного перевозчика возвращать провозную плату, полученную от грузоотправителя по договору, если она не входит в цену утраченного или недостающего груза. Поскольку ответственность перевозчика и так ограничена, то это правило позволило бы более полно восстанавливать имущественное положение потерпевших. К примеру, лицо по договору воздушной перевозки оплатило отправку груза, который не прибыл в пункт назначения, поскольку был утрачен. В случае, если груз был отправлен с объявлением ценности, то после получения возмещения, со стороны грузоотправителя (грузополучателя) может возникнуть правомерный вопрос, — за что перевозчик получил деньги плюс дополнительную плату? Ведь он не выполнил условий договора, груз пропал. Можно подсчитать имущественные потери грузоотправителя. Они будут равны возмещению в размере объявленной ценности минус плата за перевозку и дополнительная плата за то, что груз отправлен с объявлением ценности.

При перевозке без объявления ценности, ситуация осложняется тем, что грузоотправитель должен будет представить доказательства стоимости утраченного груза (багажа), а в противном случае довольствоваться возмещением в размере двух МРОТ за килограмм веса багажа или груза. Нужно отметить, что аналогичное правило уже давно известно гражданскому законодательству (например, п. 3 ст. 796 ГК РФ; п. 8.3.5. Правил № 19). П. 8.3.5. Правил № 19 гласят, что при утрате или недостаче багажа, перевозка которого оплачена, перевозчик наряду с выплатой возмещения возвращает плату за перевозку, взысканную за утраченный багаж. Поскольку ВК РФ прямо не запрещает, то данный пункт Правил № 19 подлежит применению субсидиарно. Думается, эта норма должна быть закреплена в самом ВК РФ, что придало бы дополнительные гарантии контрагентам воздушного перевозчика.

Приведем пример. Закрытое акционерное общество «Племптицезавод «Большевик» (далее – ЗАО «ППЗ «Большевик») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к государственному унитарному авиационному предприятию «Пулково» (далее – ГУАП «Пулково») о взыскании 294 000 руб. ущерба, причиненного ответчиком в результате гибели цыплят при авиаперевозке.

Решением от 26 декабря 2001 года с ГУАП «Пулково» в пользу ЗАО «ППЗ «Большевик» взыскано 292 400 руб. убытков и 500 руб. расходов по государственной пошлине.

Постановлением апелляционной инстанции решение отменено и в удовлетворении исковых требований отказано. Апелляционная инстанция указала, что у ЗАО «ППЗ «Большевик» в силу статьи 125 Воздушного кодекса Российской Федерации отсутствует право на предъявление требований к перевозчику.

В кассационной жалобе ЗАО «ППЗ «Большевик» просит постановление апелляционной инстанции отменить как принятое с нарушением норм материального права.

Податель жалобы ссылается на следующее: неправомерным является вывод суда апелляционной инстанции об отсутствии у истца права на предъявление иска к перевозчику груза; суд необоснованно применил к отношениям сторон положения Конвенции для унификации некоторых правил, касающихся международных воздушных перевозок.

В отзыве на кассационную жалобу ГУАП «Пулково» просит постановление апелляционной инстанции оставить без изменения.

В судебном заседании представители ЗАО «ППЗ «Большевик» подтвердили доводы, изложенные в кассационной жалобе. Представитель ГУАП «Пулково» обратился с просьбой отказать в удовлетворении жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, между сторонами спора заключен договор международной воздушной перевозки груза, по условиям которого ответчик осуществлял авиаперевозку суточных цыплят из Санкт-Петербурга (Россия) в город Караганда (Республика Казахстан).

По прибытии в город Караганда была обнаружена гибель перевозимых цыплят, стоимость которых составляла 294 000 руб.

Поскольку перевозчик отказался в добровольном порядке возместить стоимость погибших цыплят, ЗАО «ППЗ «Большевик» обратилось с иском в арбитражный суд.

Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции правомерно исходил из того, что отношения сторон возникли из договора международной воздушной перевозки и регулируются нормами Конвенции для унификации некоторых правил, касающихся международных воздушных перевозок (Варшава, 12 октября 1929 года).

Согласно статье 26 названной Конвенции в случае причинения вреда лицо, имеющее право на получение груза, должно направить перевозчику возражение немедленно по обнаружении вреда, и самое позднее – в течение семи дней со дня получения багажа и четырнадцати дней со дня получения товаров.

Доводы подателя жалобы о неправомерности применения судом апелляционной инстанции положений Конвенции и о наличии у истца права на предъявление иска несостоятельны. Воздушный кодекс Российской Федерации в части определения лиц, наделенных правом на предъявление претензий и исков к перевозчику в случае нарушения последним договора перевозки, также не предоставляет указанного права грузоотправителю.

Поскольку истец не является получателем груза, у ЗАО «ППЗ «Большевик» отсутствует право на предъявление иска к перевозчику.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения жалобы1.

Согласно ст. 109 ВК РФ, перевозчик обязан доставить принятый к воздушной перевозке груз в пункт назначения в установленный срок. Срок доставки груза определяется федеральными авиационными правилами или установленными перевозчиком правилами воздушных перевозок, если иное не предусмотрено договором воздушной перевозки. В отношении воздушной перевозки пассажира Воздушный кодекс РФ устанавливает правило, согласно которому срок доставки пассажира и багажа определяется установленными перевозчиком правилами воздушных перевозок (п. 1 ст. 103 ВК РФ). В последнем случае, роль правил воздушных перевозок в отношении установления сроков доставки пассажиров и багажа играют установленные перевозчиком расписания рейсов.

В отношении перевозки груза установлено правило, согласно которому перевозчик обязан доставить принятый к перевозке груз в пункт назначения в установленный срок (п. 5.9.1 Правил № 19). В данном случае срок доставки груза согласовывается между сторонами договора воздушной перевозки груза. Груз считается доставленным в срок, если перевозчик не позднее 12 часов по истечении установленного срока доставки направил получателю извещение о прибытии груза по адресу, указанному в грузовой накладной (п. 5.9.6. Правил № 19).

Согласно ст. 120 ВК РФ, за просрочку доставки пассажира, багажа или груза в пункт назначения перевозчик уплачивает штраф в размере двадцати пяти процентов установленного федеральным законом МРОТ за каждый час просрочки, но не более чем пятьдесят процентов провозной платы, если не докажет, что просрочка имела место вследствие непреодолимой силы, устранения неисправности воздушного судна, угрожающей жизни или здоровью пассажиров воздушного судна, либо иных обстоятельств, не зависящих от перевозчика.

В данном случае, опять же налицо ограниченная ответственность воздушного перевозчика – штраф в размере 25 процентов МРОТ/час, но не более 50 процентов провозной платы. Такой штраф считается исключительной неустойкой. Возможные же убытки грузополучателя перевозчиком не возмещаются.

По ранее действовавшему Воздушному кодексу СССР 1983 года (далее – ВК СССР 1983 года) перевозчик нес ответственность за просрочку в доставке груза в форме штрафа в размере 5 процентов платы за перевозку за каждый день просрочки, но не свыше 50 процентов платы за перевозку. За просрочку в доставке багажа перевозчик уплачивал получателю штраф в размере 10 рублей за каждый день просрочки, но не свыше 30 рублей (ст. 101 ВК СССР 1983 года). Как видно, предшественник современного ВК РФ устанавливал дифференцированные штрафы за просрочку груза и багажа. О штрафе за несвоевременную доставку пассажира ВК СССР 1983 года вообще не упоминал.

Соответственно, по ранее действующему воздушному законодательству предел ответственности перевозчика за просрочку в доставке груза наступал через 10 дней с момента, когда груз должен был быть в пункте назначения, а за просрочку в доставке багажа – через 3 дня по истечении срока доставки. Теперь же, поскольку все регулируется рыночными механизмами, не представляется возможным вывести общее правило, через какой период времени наступает предел ответственности перевозчика за просрочку в доставке груза, багажа или пассажира. Этот вопрос должен решаться в каждом конкретном случае.

Просрочку в доставке необходимо отличать от утраты груза. При просрочке груз прибыл, договор перевозки исполнен, но исполнен ненадлежаще, несвоевременно. При утрате – груза нет, он не может быть выдан получателю. Следовательно, договор не исполнен. Состояние просрочки доставки груза определяется сроками, по истечении которых груз признается утраченным. Если, однако, «утраченный» груз будет обнаружен, возникает состояние просрочки. В последнем случае, если грузополучатель уже получил возмещение за утрату от перевозчика, то груз он получит только при условии возврата перевозчику полученной суммы.

В данном случае действует п. 5.15.11 Правил № 19, согласно которому отправитель или получатель имеет право считать груз утраченным и требовать возмещения за утрату груза, если груз не был выдан получателю в течение 10 дней по истечении срока его доставки. Однако если груз прибыл по истечении срока его доставки и получателю была выплачена компенсация, получатель обязан принять груз и возвратить уплаченную перевозчиком сумму за утрату груза.

Ранее данная норма была закреплена в ст. 101 ВК СССР 1983 года, чего опять же, не воспринял новый ВК РФ.

Просрочка в доставке груза может явиться причиной его порчи. В таком случае, по мнению В. Т. Смирнова, кроме возмещения ущерба, причиненного порчей груза, транспортная организация обязана уплатить штраф за просрочку в его доставке. Такие же последствия наступают и в том случае, если в результате просрочки груз пришел в состояние полной непригодности к использованию, и по этой причине грузополучатель отказался от его приемки. Напомним, что ВК РФ не знает разницы между утратой, недостачей, порчей и повреждением. В данном случае суд должен будет привлечь перевозчика к ответственности по двум статьям – 119 и 120 ВК РФ. Но, не послужит ли это предложение почвой для злоупотреблений со стороны воздушных перевозчиков? К примеру, если просрочка повлекла порчу груза – продуктов питания, то для перевозчика экономически выгоднее было бы вообще не предъявлять груз грузополучателю, а сослаться на то, что груз утрачен. В этом случае перевозчик будет нести ответственность только по п. 1 ст. 119 ВК РФ, что естественно более привлекательней для него, чем соглашаться с просрочкой груза.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Договор перевозки грузов занимает в системе транспортных договоров доминирующее положение, является как бы базовым договором, поскольку именно этот договор выполняет основные задачи, связанные с перемещением материальных ценностей, способствует выполнению обязательств по доставке продукции потребителю.

Впервые в истории России транспортные уставы и кодексы стали приниматься, как следует из толкования п. 2 ст. 784 ГК РФ, в форме федеральных законов, что в целом подчеркивает большую социальную значимость транспорта, в том числе воздушного. С 1 апреля 1997 года вступил в силу уже пятый по счету – новый Воздушный кодекс РФ. По своему характеру это комплексный нормативный акт, где сочетаются нормы как частного, так и публичного права.

Каждый договор воздушной перевозки и его условия удостоверяются перевозочным документом, выдаваемым авиационным предприятием либо уполномоченными им организациями или лицами (агентами).

Сам процесс перевозки груза воздушным транспортом часто не вызывает какие-либо трудности на практике. Самыми проблемными вопросами являются вопросы ответственности по этому договору.

Вопросы ответственности перевозчика по договору воздушной перевозки можно разбить на следующие две группы: а) ответственность воздушного перевозчика за несохранность (утрату, недостачу, повреждение, порчу) груза или багажа принятого к перевозке; б) ответственность воздушного перевозчика за нарушение сроков перевозки.

Согласно п. 8.5.4. Правил № 19, перевозчик освобождается от ответственности, если утрата, недостача или повреждение груза произошли вследствие: действия или упущения отправителя или получателя; недостатков тары или упаковки, которые не могли быть замечены при внешнем осмотре принимаемого груза; сдачи груза к перевозке без указания в грузовой накладной его особых свойств, требующих специальных условий или мер предосторожности при его перевозке и хранении; обстоятельств, связанных с погрузкой или выгрузкой средствами отправителя или получателя; непринятия необходимых мер к сохранению груза уполномоченными лицами отправителя или получателя, которые сопровождали груз; естественной убыли груза в пределах установленных норм при перевозке.

П. 8.5.5. Правил № 19, освобождает перевозчика от ответственности за недостачу груза, прибывшего в исправной таре, упаковке или контейнере и с исправными пломбами отправителя, если предъявитель претензии или иска не докажет, что недостача груза произошла по вине перевозчика.

Думается, что приведенные пункты Правил № 19 частично утратили свою юридическую силу, поскольку прямо противоречат ГК РФ.

По ранее действующему воздушному законодательству предел ответственности перевозчика за просрочку в доставке груза наступал через 10 дней с момента, когда груз должен был быть в пункте назначения, а за просрочку в доставке багажа – через 3 дня по истечении срока доставки. Теперь же, поскольку все регулируется рыночными механизмами, не представляется возможным вывести общее правило, через какой период времени наступает предел ответственности перевозчика за просрочку в доставке груза, багажа или пассажира. Этот вопрос должен решаться в каждом конкретном случае.

С учетом изложенного в целях унификации правовой регламентации перевозок грузов воздушным транспортом можно порекомендовать Правительству Российской Федерации принять соответствующие Правила. Остальные же акты, касающиеся регулирования этого вопроса, нужно отменить, так как формула «действует в части, не противоречащей Гражданскому кодексу Российской Федерации и другим нормативно-правовым актам» очень трудна в применении.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ

I. Нормативные правовые акты

Воздушный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 19 марта 1997 года № 60-ФЗ // Российская газета. 1997. 26 марта.

Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая: Федеральный закон № 14-ФЗ от 26 января 1996 года в ред. Федерального закона № 58-ФЗ от 29 июня 2004 года // Российская газета. 1996. 6, 7, 8 февраля 1996 года; 2005. 27 марта.

Об утверждении Инструкции по организации воздушных перевозок в Вооруженных Силах Российской Федерации: Приказ Минобороны РФ от 26 марта 2003 года № 90 // Российская газета. 2003. 15 мая.

Об утверждении Инструкции о порядке перевозки воздушными судами гражданской авиации оружия, боеприпасов и патронов к нему, специальных средств, переданных пассажирами для временного хранения на период полета: Приказ Федеральной службы воздушного транспорта России и МВД РФ от 30 ноября 1999 года № 120/971 // Российская газета. 2000. 5 мая.

II. Материалы судебной практики

О Воздушном кодексе Российской Федерации: Письмо Высшего Арбитражного Суда РФ от 7 апреля 1997 года № С5-7/03-225 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. № 6. С 14.

Стоимость недостающего груза по авианакладной взыскана с перевозчика, в связи с установлением его вины в причинении вреда: Постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 31 августа 2004 года № Ф03-А73/04-1/2210 // Вестник Высшего Арбитражного суда Российской Федерации. 2004. № 12. С. 34.

О взыскании ущерба, причиненного в результате гибели цыплят при авиаперевозке, и расходов по государственной пошлине: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 18 апреля 2002 года № А56-32562/01 // Арбитражная практика. Вып. 2. Транспортное законодательство. М.: Право и экономика, 2006. С. 311.

III. Литература

Аксаментов О. И. Некоторые проблемы ответственности перевозчика по договору воздушной перевозки // Правовой научно-практический журнал «Кодекс info». 2000. № 10. С. 17-24.

Витрянский В. В. Гражданский кодекс о договоре // Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федерации. 1995. № 10. С. 119-122.

Гражданское право: Учебник для вузов в 2 Т. Т. 2 (2) / Отв. ред. Е. А. Суханов. М.: БЕК, 2002. 713 с.

Иванова О. Н., Симонов А. М. Комментарий к Воздушному кодексу Российской Федерации. М.: Новая Правовая культура, 2004. 671 с.

Иоффе О. С. Обязательственное право. М.: Статут, 2003. 563 с.

Комментарий к части второй Гражданского кодекса Российской Федерации / Под ред. Т. Е. Абовой, А. Ю. Кабалкина. М.: Юрайт, 2003. 997 с.

Леонова Б. Г. Правовое регулирование перевозки грузов и торговый договор // Законодательство. 2002. № 2. С. 41-48.

Медведев Д. А. Воздушное право. М.: Юрист, 2005. 411 с.

Романец Ю. В. Система договоров в гражданском праве России. М.: Юристъ, 2003. С. 317.

Смирнов В. Т. Транспортное право России. М.: Юрайт, 1999. 231 с.

Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1911. 543 с.

Яковлев В. Ф. Новое в договорном праве // Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федерации. 1994. № 7. С. 122-129.

1 См.: Гражданское право: Учебник для вузов в 2 Т. Т. 2 (2) / Отв. ред. Е. А. Суханов. М.: БЕК, 2002. С. 37.

2 Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая: Федеральный закон № 14-ФЗ от 26 января 1996 года в ред. Федерального закона № 58-ФЗ от 29 июня 2004 года // Российская газета. 1996. 6, 7, 8 февраля 1996 года; 2005. 27 марта.

1 См.: Комментарий к части второй Гражданского кодекса Российской Федерации / Под ред. Т. Е. Абовой, А. Ю. Кабалкина. М.: Юрайт, 2003. С. 321.

1 См.: Яковлев В. Ф. Новое в договорном праве // Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федерации. 1994. № 7. С. 122.

1 См.: Суханов Е. А. Указ соч. С. 40.

1 Реальность договора перевозки груза предполагает не только общеизвестные положения о реальной сдаче груза к перевозке. При заключении договора стороны учитывают объективные возможности перевозчика для выполнения условий договора. В противном случае, как справедливо отмечал профессор Г. Ф. Шершеневич, заключение договора лишается всякого практического смысла (см.: Шершеневич Г. Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1911. С. 444).

2 Витрянский В. В. Гражданский кодекс о договоре // Вестник Высшего арбитражного суда Российской Федерации. 1995. № 10. С. 119.

1 Иоффе О. С. Обязательственное право. М.: Статут, 2003. С. 563.

1 Романец Ю. В. Система договоров в гражданском праве России. М.: Юристъ, 2003. С. 317.

1 Воздушный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 19 марта 1997 года № 60-ФЗ // Российская газета. 1997. 26 марта.

1 Текст Правил официально опубликован не был.

1 Об утверждении Инструкции по организации воздушных перевозок в Вооруженных Силах Российской Федерации: Приказ Минобороны РФ от 26 марта 2003 года № 90 // Российская газета. 2003. 15 мая.

1 См.: Леонова Б. Г. Правовое регулирование перевозки грузов и торговый договор // Законодательство. 2002. № 2. С. 41.

1 Иванова О. Н., Симонов А. М. Комментарий к Воздушному кодексу Российской Федерации. М.: Новая Правовая культура, 2004. 498 с.

1 Об утверждении Инструкции о порядке перевозки воздушными судами гражданской авиации оружия, боеприпасов и патронов к нему, специальных средств, переданных пассажирами для временного хранения на период полета: Приказ Федеральной службы воздушного транспорта России и МВД РФ от 30 ноября 1999 года № 120/971 // Российская газета. 2000. 5 мая.

1 Аксаментов О. И. Некоторые проблемы ответственности перевозчика по договору воздушной перевозки // Правовой научно-практический журнал «Кодекс info». 2000. № 10. С. 17.

1 Медведев Д. А. Воздушное право. М.: Юрист, 2005. С. 237.

2 О Воздушном кодексе Российской Федерации: Письмо Высшего Арбитражного Суда РФ от 7 апреля 1997 года № С5-7/03-225 // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1997. № 6. С 14.

1 Стоимость недостающего груза по авианакладной взыскана с перевозчика, в связи с установлением его вины в причинении вреда: Постановление Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 31 августа 2004 года № Ф03-А73/04-1/2210 // Вестник Высшего Арбитражного суда Российской Федерации. 2004. № 12. С. 34.

1 Смирнов В. Т. Транспортное право России. М.: Юрайт, 1999. С. 87.

1 Смирнов В. Т. указ. соч. С. 65.

1 О взыскании ущерба, причиненного в результате гибели цыплят при авиаперевозке, и расходов по государственной пошлине: Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 18 апреля 2002 года № А56-32562/01 // Арбитражная практика. Вып. 2. Транспортное законодательство. М.: Право и экономика, 2006. С. 311.