Автор: admin

ДОНЕЦКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИНФОРМАТИКИ И ИСКУССТВЕННОГО ИНТЕЛЛЕКТА

Контрольная работа

По предмету «Философия гуманитарного знания»

Тема: Диалектика как метод исторического и гуманитарного исследования

студента 5 курса,

группы ФиР-01

Марюхнич

Михаил Тарасович

Преподаватель:

Белокобыльский

Александр Владимирович

План

Введение

1. Эволюция диалектики от Гегеля к Марксу

1.1 Диалектика в исследовании исторических процессов по Гегелю

1.2 Материалистическая диалектика Маркса и Энгельса в исследовании исторических процессов

2. Содержание диалектики

2.1 Противоречие как сущностное свойство явлений

2.2 Конкретный характер диалектического противоречия

2.3 Противоречие – закон познающего мышления

Вывод

Список использованной литературы

Введение

В данной работе необходимо исследовать развитие такой философской категории, как диалектика и изучить ее в применении к исследованию истории, поскольку понятие диалектики стоит тесно с понятием «время» и само ее существование обязано временной категории, так как только во времени можно увидеть ее суть. Именно по этой причине вопрос диалектики был близок философам всех времен, так как всегда философы интересовались вопросами жизни и смерти, вечности и конца времени, разрушения и развития.

Более полно и подробно диалектика была исследована Г.В.Ф.Гегелем, а взгляды Маркса и Энгельса даже высвободили некоторую пассионарность народов Европы и повлияли на мировую политику 20 века. Философские учения Гегеля и Маркса и по сей день вызывают интерес исследователей и любителей философии, влияют на парадигму общественного сознания, во многих странах действуют коммунистические партии, а по джунглям Африки словно потерянные во времени до сих пор с автоматами в руках бегают марксисты — террористы. Теория и практика диалектического материализма продолжает доказывать свою жизнеспособность в набирающем силы Китае и в странах, находящихся в экономической блокаде – Северной Корее и Кубе.

Открытие закона диалектики – это открытие универсального закона, позволяющего дать ответ на вопросы о изменении окружающей действительности, выстроить стройную логическую схему. Вызывает интерес эволюция гегелевской философии в марксистскую. Философия Гегеля была идеалистична, основная ее схема не во многом перечила схеме христианской религии, да и сам Гегель положительно относился к христианству, считая, что его польза для общества бесспорна. Маркс пошел дальше, решив выхолостить из философии Гегеля все метафизическое, соединив материализм с диалектикой – традиционно несовместимые вещи, чем вызвал фурор в «прогрессивном обществе», и осуждение всех тех, кто был сторонником традиционалистских взглядов. Светское мышление уверовало в материю и позабыло Бога.

Единство и борьба противоположностей, всеобщий закон природной и общественно-исторической действительности, выступающий и как закон её познания, выражает суть, «ядро» диалектики

Относительно внешняя сторона единства и борьбы противоположностей состоит в том, что существуют вне друг друга полюсы или крайности, такие, как левое и правое, хорошее и дурное, плюс и минус, северный и южный полюсы и т. п. Эти полюсы в равной мере взаимно предполагают друг друга (нераздельны, находятся в корреляции) и исключают один другой (вытесняют, отталкивают, несовместимы).

Необходимость сосуществования противоречий внутри диалектической схемы и составляет главную схему, двигатель, необходимый для суждений об историческом процессе в русле гегельянской философии и философии марксистской школы.

1.Эволюция диалектики от Гегеля к Марксу

1.1 Диалектика в исследовании исторических процессов по Гегелю

Диалектика, как философский инструмент исследования истории человечества, наиболее «активно» была использована Марксом и Энгельсом. Гегель же диалектику применял к анализу развития человеческого мышления. Субъективная диалектика у него не является отражением объективного мира, и наоборот, последний представляет собой инобытие идеи. Философия Гегеля идеалистична, поскольку его философия не опирается на материализм, исторический процесс, диалектика человеческого мышления выводятся из саморазвития абсолютной идеи. В противоположность Гегелю Маркс и Энгельс утверждали всеобщность диалектического процесса. Не только мышление, но и природа и общество диалектичны, материи присуще внутреннее саморазвитие. «Так называемая объективная диалектика царит во всей природе, а так называемая субъективная диалектика, диалектическое мышление есть только отражение господствующего во всей природе движения путем противоположностей». Диалектика понимается Марксом и Энгельсом как наука о связи явлений и наиболее общих законах движения и развития природы, общества и мышления.

Следует подчеркнуть, что марксистская философия была проиллюстрирована на исторических примерах, была пересмотрена история мира, были даны оценки историческим событиям. Именно потому – вследствие того, что сам принцип диалектики проявляется во временной плоскости, он в полной силе был применен к истории, и стал, по сути, историческим анализом мировых событий, в которых исследовалось развитие человеческого общества.

В отличие от гегелевской философии, философия марксизма отвергает идеализм, вынимает диалектику из «мистической оболочки» и игнорирует все трансцендентальное, объявляя все бытие сугубо материальным и материально обусловленным. Философия марксизма выступает против удвоения мира на посюсторонний и потусторонний. Материальное единство мира обосновывается длительным процессом человеческого познания. Идеальное – высший продукт человеческой материи. «Наше сознание и мышление, каким бы сверхчувственным оно не казалось, является продуктом вещественного, телесного органа — мозга»(Энгельс). Такова диалектика марксизма.

Диалектика Гегеля в его философии призвана дать движение его системе, это своеобразный двигатель, работающий на противоречии, она сама и есть противоречие. Бытие всему сущему дает Абсолютная Идея, (Гегелевский Бог), цель идеи – истина. Истина есть процесс постепенного постижения, поэтому, как говорит Гегель, «идея существенно есть процесс». Но с помощью чего осуществляется этот процесс? Тут-то и появляется на свет сила и мощь диалектики. Идея сама по себе диалектична, «тождественная с собой идея содержит в самой себе отрицание самой себя, противоречие».

Диалектическое противоречие, присущее абсолютной идее, есть деятельность ее самопознания. Высшим актом этого самопознания служит абсолютное знание – философия.

Итак, человек у Гегеля – субъект познания, составная часть Абсолютной Идеи, призванная познавать Идею с помощью философии. В отличии от христианской религии, с которой прослеживается культурная связь немецкой классической философии целью жизни человека провозглашается не стремление к спасению души, а постижение , или даже участие в процессе постижения Абсолютной Идеи.

Если говорить о преемственности христианства в философии Гегеля, то здесь следует отметить тяготение к выражению системной основы в его философии в трех пунктах, что напоминает Троицу, то же касается и марксистской философии.

Система Гегеля включает 3 части: Логику, философию природы и философию духа.(Отца, Сына и Святого Духа) Логика, по Гегелю, — наука о чистом мышлении, абстрактной идее, природа – внешняя реальность идеи, дух – возвращение идеи к самой себе.

Логика- наука о сущности духа, мышления и вещей. Она зиждется на категориях, в основе которых лежат принципы, на которых строится система исследования истории. А.Движение о абстрактного к конкретному.Б Триадичность системы, где целое расчленяется на три части, что , видимо является условием диалектичности. В.Установление диалектической связи, синтеза противоположных сторон, формирование нового целого.

Триада включает тезис – антитезис – синтез. Или, иначе говоря, положение – отрицание – отрицание отрицания.

Характерно, что триадичность проходит через всю философию Гегеля: три ее части – логика, философия природы и философия духа. Логика состоит из трех частей и т.д. Иногда идея триадичности носит весьма искусственный характер.

Все предметы находятся в состоянии непрерывного изменения – становления. Становление – это первая категория, наполненная конкретным содержанием, она в ствою очередь состоит из чистого бытия, равного своей противоположности – ничто. Становление – важная часть диалектического процесса, с ним связан термин снятие. Здесь речь идет о переходе из одного состояния в другое.

У Гегеля отрицание – это не просто уничтожение чего-то, а его развитие. В качестве иллюстрации Гегель приводит пример с зерном. Уничтожить зерно можно различными способами: сжечь, сгноить, размолоть; диалектическое отрицание зерна отрицается одним путем, когда созданы условия его прорастания и превращения в стебель. Для характеристики отрицания Гегель употребляет также термин «снятие», который означает одновременно и упразднение и сохранение. В становлении бытие и ничто находятся в снятом виде.

Логическое развитие идеи предшествовало природе, причем не во времени. Категория времени повляется только в природе. Само же развитие во времени будет совершаться позже, на ступени «духа», т.е. в жизни человека и общества.

Завершает философскую систему Гегеля философия духа. Дух есть «идея, возвращающаяся в самое себя из своего инобытия». «Переход природы к духу не есть переход чему-то безусловно другому, но только возвращение к самому себе того самого духа, который в природе является сущим вне себя».

Достигнув ступени духа, идея приступает к самопознанию. Самопознание идеи происходит в человеческом познании. Дух – та же идея, но в ее выражении в виде различных форм интеллектуальной деятельности людей, начиная от низших чувственных форм и заканчивая абсолютным знанием, т.е. адекватным выражением абсолютной идеи в логических категориях. Дух отличается от идеи тем, что абсолютная идея вневременна, а дух существует во времени. Противоречивость, самоотрицательность, зло и страдания – формы внутренней диалектики и смны форм духа.

Философия духа включает в себя учение о субъективном, объективном и абсолютном духе, т.е. об индивидуальном сознании, истории общества и общественном сознании.

Философия духа включает в себя учение о субъективном духе, объективном духе и абсолютном духе. Для изучения диалектики, как метода исторического исследования интерес представляет учение о объективном духе, которое рассматривает право и нравственность. Развитие духа получает здесь свое дальнейшее выражение не в деятельности индивидуального Я, а в коллективной деятельности, в практике человеческого рода.

Учение об объективном духе – учение об истории. Гегель отвергает сведение гражданской истории к разрозненным событиям и деяниям отдельных лиц, романтическому культу героев и гальванизации в современности отживших свой век идеалов. «Всемирно – исторический процесс совершается разумно». Вера Гегеля в разум – это вера в неодолимый прогресс. Потому философия Гегеля оптимистична, она идеализирует человеческий прогресс. Зачатки этого оптимизма в марксистской философии превратились в цель и обоснование классовой борьбы. Без классовой борьбы по Марксу, прогресса быть не может.

1.2 Материалистическая диалектика Маркса и Энгельса в исследовании исторических процессов

Важная особенность марксистской диалектики состоит в том, что она представляет собой органическое единство материализма и диалектики. Ранее в домарксистской философии по ряду причин получалось так, что материализм был основном метафизическим, а диалектика была преимущественно идеалистической. Философы не видели связи материализма и диалектики и даже противопоставляли их другу другу. Маркс и Энгельс преодолели этот разрыв, создав диалектический материализм.

Маркс писал, что Гегель впервые изобразил основные диалектические формы развития и что надо освободить гегелевский анализ этих форм от «мистической оболочки», од которой скрывается «рациональное зерно» его диалектики. Гегель диалектику человеческого мышления выводит из саморазвития абсолютной идеи. Субъективная диалектика у него не является отражением объективного мира, а наоборот последний представляет собой инобытие идеи. В противоположность Гегелю Маркс и Энгельс утверждали всеобщность диалектического процесса. Не только мышление, но и природа и общество диалектичны, материи присуще внутреннее саморазвитие. «Так называемая объективная диалектика царит во всей природе, а та называемая субъективная диалектика, диалектическое мышление есть только отражение господствующего во всей природе движения путем противоположностей». Диалектика понимается Марксом и Энгельсом как наука о связи явлений и наиболее общих законах движения и развития природы, общества и мышления.

Материалистический характер марксистской философии означает, что она требует рассматривать мир таким, каков он есть. Диалектический характер ее означает требование учитывать объективно существующую взаимосвязь явлений действительности, их изменение и развитие, их внутреннюю сложность и противоречивость. Это означает, что нельзя объяснить природу, исходя из каких-то заранее взятых принципов, наоборот, нужно выводить принципы из изучения природы. Это ставит философию на твердую научную почву, освобождает ее от всяких вымыслов, принимаемых на веру догм, от различных схоластических умозрительных конструкций. Опираясь всецело на научное исследование объективной действительности, диалектический материализм выступает, по словам Ленина, как материализм современный, неизмеримо более богатый содержанием и несравненно более последовательный, чем все предшествовавшие формы материализма.

Маркс и Энгельс дали материалистическую интерпритацию законов и категорий диалектики, раскрыли их методологическую роль. Основными законами диалетики являются закон перехода количества в качество, закон взаимного проникновения противоположностей, закон отрицания отрицания. Так, анализируя превращение ремесленного мастера в капиталиста, Маркс показывает, как постепенное накопление денег и товаров в руках отдельных владельцев в конечном счете приводит к возникновению качественно нового производственного отношения. «Здесь, как и в естествознании, подтверждается правильность того закона, открытого Гегелем в его «Логике», что чисто количественные изменения на известной ступени переходят в качественные различия».

Если у Гегеля познание – это метафизическая категория, с помощью которой Абсолютная идея познает себя посрдством человека, то в философии марксизма человек – самодостаточный субъект познавания, выше него только исторический уровень общественного производства, изменяющийся во времени, и обуславливающий мышление человека.

Маркс и Энгельс указывают на социльную обуловленность сознания и познания. «Сознание никогда не может быть чем-то иным, как осознанным бытием, а бытие людей есть реальный процесс их жизни». Само сознание возникло в трудовой деятельности людей . Человек познает мир, воздействуя на него и преобразуя его в процессе материального производства. Общественная практика, и прежде всего материальное производство, образует основу познания и является критерием его истинности.

Показав, что идеи и теории людей зависят от материальной, практической деятельности людей, Маркс и Энгельс обосновали необходимость единства теории и практики и преодолели разрыв между ними, который был сойствен прежней философии. Исходя из того, что развивающаяся общественная практика является основой процесса познания и критерием истины, Маркс и Энгельс смогли объяснить исторический ход человеческого познания, его диалектическое развитие, его закономерности.

2. Содержание диалектики

Сутью диалектики В.И. Ленин назвал «раздвоение единого и познание противоречивых частей его»; он рассматривал это как условие постижения всех процессов мира в их «самодвижении» и развитии . В данном пункте прежде всего и проходит водораздел между диалектикой и метафизикой. Для первой противоречие – источник и движущая сила развития и познания, для второй – всего лишь субъективное заблуждение.

Метафизическая концепция движения, указывал Ленин, объясняет развитие как «уменьшение и увеличение, как повторение» . Такое понимание развития он квалифицирует как случайное, филистерское, которым «душат и опошляют истину» . Поэтому эта концепция, говорит Ленин, мертва. Диалектическая концепция движения жизненна: «только она дает ключ к «скачкам», к «перерыву постепенности», к «превращению в противоположность», к уничтожению старого и возникновению нового» .

Длительная борьба, которая велась вокруг этих вопросов между различными философскими школами, объясняется не только обстоятельствами теоретического порядка, но также и социальными причинами.

Диалектика с ее признанием единства и борьбы противоположностей как основного закона всякого развития и изменения является теорией революционного переустройства общества. Что же касается метафизических представлений о мире, то они подкрепляются интересами правящих классов в эксплуататорском обществе, для которых изменение социального строя означает конец их господства.

Великий русский демократ А.И. Герцен назвал диалектику «алгеброй революции».

И хотя теории, возбуждающие интерес к диалектике на практике побеждены либерал – капитализмом и «буржуазными философиями, обслуживающими капиталистический строй», (как выразился бы сторонник марксовой теории) в вопросе о диалектике и переосмыслении истории с этой точки зрения, чувствуется сила и напряжение мысли.

2.1 Противоречие как сущностное свойство явлений

Постижение той истины, что единство и борьба противоположностей является законом всякого развития, сопряжено с немалыми трудностями теоретического порядка, обусловленными спецификой изучаемого предмета.

Когда мы рассматриваем происходящие в мире процессы, то порой бывает трудно усмотреть в них какие-либо противоположности и борьбу между ними. Мы можем наблюдать, например, как развивается растение. Внешне это происходит плавно и постепенно, путем простого увеличения его отдельных частей. Но иначе все выглядит с точки зрения биохимических процессов, происходящих в организме растения. Основными из этих процессов являются усвоение растением питательных веществ, поступающих [65] из внешней среды, из почвы и из воздуха (ассоциация) и одновременно разложение и выделение некоторых веществ самого растения (диссоциация). Эти два процесса противоположны, разнонаправленны, и тем не менее рост и развитие растения происходят лишь тогда, когда имеет место и то и другое, то есть когда налицо их единство.

Вывод, который можно извлечь из этого простого примера, заключается в том, что противоречие как источник саморазвития и изменения является скрытым, внутренним. И для того, чтобы обнаружить противоречие в сущности тех или иных процессов, требуется специальный научный анализ. Если, допустим, речь идет о сущности процессов роста и развития живых организмов, то здесь не обойтись без биологии. Когда же изучается сущность процессов, происходящих в обществе, то здесь на помощь приходят марксистская социология, политическая экономия и другие науки, специально занимающиеся изучением общества. Противоречие, так или иначе, может выступать и на поверхности явлений. Например, рассматривая капиталистическое общество, мы можем заметить (для этого вовсе не нужно быть социологом или экономистом), что в нем имеет место определенная поляризация интересов, сил, тенденций и борьба между ними. Но является ли эта борьба необходимо присущей данному общественному строю или она случайна и объясняется причинами субъективного порядка – например, моральными качествами того или иного лица, предпринимателя, политика и т.д., – на этот вопрос простое наблюдение нам ответа не дает и, более того, может исказить действительное положение вещей.

Марксу понадобилось потратить большую часть своей жизни на то, чтобы показать, что причины всех коллизий в капиталистическом обществе коренятся в его сущности, в противоречии между общественным характером производства и частным способом присвоения. Поэтому это общество нельзя «вылечить» от внутренне присущих ему пороков (на что уповают идеологи буржуазии и ревизионисты). Их устранение возможно только при условии разрешения основного противоречия капитализма, а это требует революционной ломки устоев эксплуататорского общества, глубоких изменений, прежде всего в самом способе материального производства и обмена.

Критикуя взгляды буржуазных экономистов, Маркс отмечал, в частности: «…Вульгарный экономист думает, что делает великое открытие, когда он вместо раскрытия внутренней связи вещей с важным видом утверждает, что в явлениях вещи выглядит иначе. Фактически он кичится тем, что твердо придерживается видимости и принимает ее за нечто последнее. К чему же тогда вообще наука?» 

В явлениях вещи, например, выглядят так: капиталист нанимает рабочего, покупает его рабочую силу по стоимости, продает произведенный продукт по стоимости, то есть всюду происходит эквивалентный обмен. Но тем не менее предприниматель имеет в результате прибыль. Вульгарный экономист (именно потому и вульгарный, что взгляд его не простирается дальше явления) делает отсюда вывод, что сам капитал обладает чудодейственным свойством – приносить прибыль, увеличивать первоначально авансируемую стоимость. А если это не так, то неверен закон стоимости, что все товары продаются по стоимости, – основной закон товарного обращения. Третьего не дано!

Глубокий научный анализ Марксом процесса капиталистического производства привел его к открытию тайны прибавочной стоимости. Маркс показал, что в процессе труда рабочий создает стоимость бульшую, чем стоимость его рабочей силы. Тем самым было доказано, что прибавочная стоимость получается без нарушения законов товарного производства. Это позволило Марксу вскрыть основное противоречие капиталистического способа производства и основной закон капиталистической эксплуатации. Маркс показал, что сущность капитала противоречит его видимости, тому, как он выглядит на поверхности явлений.

Противоречие нельзя свести к непосредственной очевидности; как источник самодвижения и развития, его всеобщий закон оно обнаруживает себя в существенных и внутренних свойствах вещей и процессов окружающего мира. Поэтому попытки обосновать всеобщий и необходимый характер закона единства и борьбы противоположностей путем сведения его к непосредственной очевидности заранее обречены на неудачу, ибо в явлениях вещи выглядят не только иначе, но и нередко противоположным образом тому, что они собой представляют в сущности. Как отмечал Маркс, «кажущееся исключение в действительности отнюдь не противоречит общему закону, не является исключением из него, а, напротив, представляет собой лишь особый случай применения общего закона» .

Часто то, что по видимости противоречит общему закону, оказывается обособившейся противоположностью того самого единства, которое выражается общим законом. Поэтому было бы неверно представить обособившийся случай как исключение из общего закона. Для видимости и кажимости всегда имеется объективная почва. Она состоит в том, что противоположные и противоречивые моменты, единство которых составляет сущность предмета, в явлении нередко обособляются.

В этом плане показателен пример из истории развития физических представлений о единстве корпускулярных и волновых свойств материи. Выработанные вначале в классической физике понятия волны и частицы связывались с различными материальными образованиями – с частицами вещества и непрерывными средами, полями. Поля и частицы считались абсолютно разобщенными. Проникновение познания в глубь материи, изучение физических процессов в микромире привело к открытию двуединой корпускулярно-волновой природы микрообъектов. Выяснилось, что ни одна из картин – корпускулярная и волновая, – взятая в отдельности, не дает целостного представления о природе микрообъекта, а требует соотнесения, дополнения своей противоположностью.

2.2 Конкретный характер диалектического противоречия

Абстрактной истины нет, истина всегда конкретна. Таков один из центральных тезисов материалистической диалектики. И это положение в полной мере распространяется на понимание закона единства и борьбы противоположностей.

Противоположности образуют единство не непосредственно, а относительно какого-либо конкретного определения. Рабочий и капиталист, в частности, образуют противоположности относительно объективного, характерного для данного социально-экономического строя отношения к средствам производства. Их действительная связь покоится как раз на том, что один из них обладает средствами производства, другой – нет. И привести средства производства в движение ни тот, ни другой не могут, не вступая в исторически определенное антагонистическое отношение.

В различных конкретно-исторических условиях диалектическое противоречие может выступать в различных и далее противоположных качествах. Например, противоположность умственного и физического труда в условиях классового эксплуататорского общества выступает в форме антагонизма: на долю одних членов общества выпадает тяжелый, изнурительный физический труд, на долю же других – интеллектуальная деятельность. Социализм, ликвидируя частную собственность на средства производства как основу эксплуатации человека человеком, впервые создает необходимые предпосылки для гармонического сочетания умственного и физического труда как одного из необходимых условии всестороннего развития личности.

Однако при социализме еще сохраняется существенное различие между физическим и умственным трудом, связанное, прежде всего с различиями в условиях труда и условиях быта работников умственного и физического труда. Но такое различие здесь выступает уже в специфической форме неантагонистического противоречия; в ходе дальнейшего развития общества оно постепенно преодолевается, стирается. Это связано с изменением характера общественного разделения труда, со все большим внедрением в производство комплексной механизации и автоматизации и постепенным вытеснением, а затем и ликвидации на этой основе однообразных малоквалифицированных физических работ, с преодолением однобокой специализации работников как умственного, так и физического труда и с целым рядом других социально-экономических процессов.

Для материалистической диалектики глубоко чуждо превращение противоречия в шаблон. Реальное диалектическое противоречие нельзя отрывать от специфической формы его развития и разрешения, не превращая в абстрактную, застывшую противоположность. Конкретные формы проявления противоречия многообразны.

Игнорирование конкретного анализа конкретной исторической обстановки – характерная черта маоистского извращенного, догматического понимания и применения диалектики и ее основного закона. Выставляя себя ревностными борцами за «чистоту» марксизма-ленинизма, идеологи маоизма пытаются выхолостить революционное содержание марксистско-ленинской теории, навязать мировому рабочему и коммунистическому движению свою особую платформу.

Этой цели служит, в частности, метафизическое искажение маоистами основного закона диалектики, который сводится ими к предельно абстрактной, шаблонизированной схеме «разделения одного на два». Положения о необходимости рассматривать противоположности в их органическом единстве, о конкретном характере диалектического единства третируются как «контрреволюционная, ревизионистская линия». Маоисты абсолютизируют, антагонистическую форму противоречия, утверждая, что на всем протяжении социалистического развития внутри страны существуют классовые противоречия и классовая борьба, борьба между двумя путями развития – социалистическим и капиталистическим.

Нетрудно видеть практически-политический «выход» этой псевдодиалектической концепции. Она необходима маоистам в качестве «философского обоснования» своей раскольнической политики в рядах международного коммунистического движения, а также авантюристической политики внутри страны.

Важный аспект учения материалистической диалектики о конкретном характере объективного противоречия и способе его постижения в научной теории Маркс в «Капитале» раскрывает следующим образом: «Мы видели, что процесс обмена товаров заключает в себе противоречащие и исключающие друг друга отношения. Развитие товара не снимает этих противоречий, но создает форму для их движения. Таков и вообще тот метод, при помощи которого разрешаются действительные противоречия. Так, например, в том, что одно тело непрерывно падает на другое и непрерывно же удаляется от последнего, заключается противоречие. Эллипсис есть одна из форм движения, в которой это противоречие одновременно и осуществляется и разрешается (Маркс К. Энгельс Ф. Сочинения, т. 32 с113-114).

Найти форму, в которой противоречие осуществляется и разрешается, – вот в чем видит Маркс собственно научную задачу. Он показывает, что формой разрешения противоречия товарного обмена, противоречия между стоимостью и потребительной стоимостью, является меновая стоимость, а формой разрешения противоречия между притяжением и отталкиванием в случае движения планетных тел – эллипсис. Сами понятия «меновая стоимость» и «эллипсис» не есть собственно логические понятия, но именно они выражают ту форму, в которой проявляется и разрешается диалектическое противоречие. В этом, в частности, и выражается необходимая связь материалистической диалектики с конкретно-научным знанием.

Вся история развития науки свидетельствует о том, что на ранних этапах становления, развития той или иной частной науки конкретная научная деятельность может протекать и без сознательного усвоения и применения диалектико-материалистической методологии. В случае же, когда наука поднимается до изучения существенных черт данного явления, проникает в глубинные характеристики его бытия, она приходит к необходимости [66] исследования формы осуществления и разрешения внутренне присущих явлению противоречий.

И тогда сознательное овладение ученым материалистической диалектикой становится просто необходимым. Ф. Энгельс подчеркивал, что развитие естествознания в середине прошлого столетия сделало необходимым принятие естествоиспытателями диалектико-материалистического способа мышления.

Марксистская диалектика не догма, а руководство к действию. Она вооружает научным методом, при помощи которого выявляются и разрешаются действительные противоречия. Но какова особенность конкретной формы развития того или иного противоречия в определенных условиях, – на этот вопрос диалектика готового ответа не дает.

Обратимся к примеру. Мирное сосуществование государств с противоположным социальным строем является объективно необходимой формой осуществления противоречий между ними на современном этапе общественного развития, в эпоху перехода от капитализма к социализму в мировом масштабе.

В.И. Ленин, сочетавший в себе замечательные качества ученого марксиста-диалектика и марксиста-политика, раскрыл сущность и всесторонне обосновал политику мирного сосуществования. Коммунистическая партия последовательно проводила ее на практике, в исключительно сложных исторических условиях существования первого в истории социалистического государства среди окружающих его капиталистических стран.

Мирное сосуществование государств с различным социальным строем отнюдь не означает, как это пытаются представить идеологи антикоммунистического толка, забвения социальных и идеологических различий между социализмом и капитализмом.

Оно также не имеет ничего общего и с якобы отказом Советского Союза, других социалистических государств от поддержки народов, отстаивающих свое право на независимость и социальный прогресс, как это утверждает маоистская пропаганда.

Суть мирного сосуществования состоит в том, что оно является исторически необходимой и неизбежной формой классовой борьбы мирового социализма с мировым капитализмом – политической, экономической и идеологической – вплоть до полного разрешения противоречий между ними, что означало бы утверждение коммунизма как самого передового социально-экономического строя во всемирном масштабе.

Таким образом, формы развития и разрешения противоречия всегда конкретны и многообразны.

Подлинное искусство диалектики состоит в том, чтобы, не подменяя научный анализ априорной, заранее принятой схемой, дефинициями, формулами диалектического противоречия, раскрывать конкретную, живую форму его движении в научном познании и практике общественных преобразований.

2.3 Противоречие – закон познающего мышления

Эта сторона дела, то есть существо диалектического метода, на базе которого проявляется и разрешается реальное противоречие в познавательном процессе, требует специального рассмотрения.

Диалектика, отвечая на вопрос, как проявляются и разрешаются действительные противоречия в познании, тем самым дает ответ на вопрос, что такое противоречие. Выразить противоречие в понятиях можно только путем конкретного анализа истории его возникновения, развития и разрешения в действительности. Поэтому диалектико-материалистическое учение о противоречии воплощено в логике и теории познания марксизма. Ленин отмечал, что «правильность этой стороны содержания диалектики [закона единства и борьбы противоположностей.] должна быть проверена историей науки» (т. 29, с. 316).

Это обстоятельство необходимо учитывать при рассмотрении важного для уяснения сути рассматриваемой проблемы вопроса о соотношении диалектики и формальной логики. Отметим, что основные аргументы противников материалистической диалектики против признания закона единства и борьбы противоположностей связаны прежде всего с попытками доказать его несовместимость с законом противоречия формальной логики. «Не будет никакого преувеличения сказать, – пишет М. Розенталь, – что это центральный пункт, куда устремлены усилия противников марксизма, стремящихся во что бы то ни стало опровергнуть его учение о противоречиях как движущей силе развития, а заодно с ним и всю коммунистическую идеологию» (Розенталь М.М. Ленин и диалектика. Москва, 1963, с. 79. )

Марксистская диалектика не отрицает значения закона противоречия формальной логики. Ленин отмечал, что есть два разных противоречия: «противоречие живой жизни» и «противоречие неправильного рассуждения». Он всегда требовал отличать формально-логическое противоречие от диалектического, характеризуя последнее как «живое противоречие живой жизни, т.е. диалектическое, не словесное, не выдуманное противоречие» (Ленин В.И. Полное собрание сочинений, т. 17, с. 420).. В работе «О карикатуре на марксизм и об “империалистическом экономизме”» он писал: «“Логической противоречивости”, – при условии, конечно, правильного логического мышления – не должно быть ни в экономическом ни в политическом анализе» (Ленин В.И. Полное собрание сочинений, т. 17, с. 91) .

Противоречия, являющиеся результатом субъективного заблуждения, обнаруживаются и устраняются путем уточнения в самом способе выражения, в языке науки. Диалектическое противоречие – это объективная категория познающего мышления, объективная в том смысле, что оно не зависит от воли, желания людей. Уже Кант вынужден был признать, что противоречие – это не только плод субъективного заблуждения, а имманентно, то есть с необходимостью присущая человеческому разуму категория. Он пришел к выводу, что разум впадает в противоречие тогда, когда пытается перейти грань, которая отделяет «вещь в себе», как называл Кант сущность явления («в себе», потому что она непознаваема, не «для нас»), от самого явления. Но противоречие, по Канту, говорит не о силе, а о бессилии разума, его принципиальной неспособности проникнуть в сущность вещей.

Важный этап в разработке учения о противоречии как категории познающего мышления связан с именем Гегеля. Он показал, что «противоречие как раз и есть возвышение разума над ограниченностью рассудка и ее устранение» (Гегель Г.В.Ф. Наука логики. Москва, 1970, т. 1, с. 99.). В противоречии, согласно Гегелю, обнаруживает свою границу не разум вообще, а лишь одна из интеллектуальных способностей познающего субъекта – рассудок. Это меняет представление о логике познания.

Гегель, хотя и на идеалистической основе, показал, что задачей диалектики является исследование объективного содержания логических форм в их историческом развитии. Как отмечал Ленин, «Гегель гениально угадал в смене, взаимозависимости всех понятий, в тождестве их противоположностей, в переходах одного понятия в другое, в вечной смене, движении понятий именно такое отношение вещей, природы». «Именно угадал, не больше», – замечает Ленин . (Ленин В.И. Полное собрание сочинений, т. 29, с. 179.)_

К. Маркс, критически переработав достижения прежней философской мысли, в том числе и гегелевское учение о противоречиях, дал в своем «Капитале» образец всестороннего, систематического применения научной диалектики в процессе познания. Имея в виду эту сторону дела, Ленин писал: «Если Marx не оставил «Логики» (с большой буквы), то он оставил логику «Капитала», и это следовало бы сугубо использовать по данному вопросу»( Ленин В.И. Полное собрание сочинений, т. 29, с. 301) .

В «Капитале» Маркс разработал метод конкретного научного анализа объективных противоречий. Он показал, что способ выражения противоречия в сущности вещей «задается» действительной формой, в которой оно разрешается в процессе развития. В «Замечаниях на книгу А. Вагнера…» Маркс специально разъясняет, что в своем анализе он исходит не из «понятия стоимости», а из конкретной общественной формы продукта труда – товара, и исследует последний именно в той форме, в которой он проявляется.

Следовательно, говорит Маркс, «не я подразделяю стоимость на потребительную стоимость и меновую стоимость, как противоположности, на которые распадается абстракция “стоимости”, – а конкретная общественная форма продукта труда, “товар”, есть, с одной стороны, потребительная стоимость, а с другой стороны – “стоимость”…» (Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения, т. 19, с. 384.)

Только на этом пути познание может решить задачу выражения в понятиях объективного противоречия как диалектического, а не как логического, в логически непротиворечивой форме. И, напротив, как показал Маркс, именно стремление избежать анализа объективных противоречий, характерное для представителей вульгарной политической экономии, заводит их исследования в тупик формально-логических противоречий. Буржуазные экономисты, писал Маркс, «постоянно движутся в абсолютных противоречиях, совершенно не подозревая этого» Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения . т 26, ч. III, с. 268.,.

«Обычное представление, – отмечал В.И. Ленин, – схватывает различие и противоречие, но не переход от одного к другому, а это самое важное… Остроумие. схватывает противоречие, высказывает его, приводит вещи в отношения друг к другу, заставляет «понятие светиться через противоречие», но не выражает понятия вещей и их отношений» 

Объективное противоречие в сущности явлений окружающего мира так или иначе проявляется в познающем мышлении каждый раз, когда познание проходит невидимую грань, отделяющую сущность от явления. Поэтому противоречие означает тот рубеж, откуда открываются два пути: один – проникновение в природу изучаемого явления, другой – пустые рассуждения, топтание на месте.

И здесь в полную силу проявляются две противоположные концепции логики научного познания: одна абсолютизирует рассудочную логику и относит противоречие только на счет неточности и нечеткости в выражении мысли, другая – видит за ним более глубокое и существенное содержание, которое еще должно быть раскрыто.

Подытоживая сказанное о диалектическом противоречии, необходимо отметить, что оно раскрывается и объясняется в рамках познавательного движения всей системы категории материалистической диалектики. Выше мы и пытались выразить существенные характеристики диалектического противоречия, метода его познания, используя категории сущности и явления, выявляя особенные формы его осуществления и разрешения, единство содержания и формы выражения противоречия в познании.

Вывод

Диалектика – это базовое понятие марксистской философии, извлеченное из философии Гегеля. Собственно говоря, диалектические вопросы рассматривались многими философами в той или иной форме, но законы диалектики сформулированы впервые были Гегелем. Маркс же извлек диалектику из метафизических недр марксистской философии, и заклеймил идеализм Гегеля, как орудие господствующего класса.

Противоречия, выявленные в свете диалектической философии Марксом, являются необходимым явлением, стимулом для развития истории. Так, два антагонистических класса – пролетариат и буржуазия на самом деле образуют единый строй, который характеризуется материалистическим способом производства. В этом примере ярко отражен пример единства и борьбы противоположностей. Идеализм Гегеля видит свет на горизонте в виде некоего прогресса, который даст благоденствие, не чужда мечтательства и философия Маркса – здесь венцом всех исторических бед будет победа пролетариата. Судя по всему, диалектика предпочла оставаться двигателем современного общества, чем можно объяснить крах этой политической идеологии. Наше время называют веком конца идеологий, в жизни человека на бытовом уровне все больше мыслей занимает не чтение политической и качественной художественно й литературы, а слежка за модой, и погоня за плотскими утехами, не политическая борьба и размышления о социальной несправедливости, а склонность винить себя за материальную необеспеченность, карьера. Изменяется быт русских квартир – исчезнут шкафы и полки с книгами, их заменит стопка американских комиксов и картина на стене космополитического содержания. Этот процесс тяжело назвать «снятием», это деградация и разрушение, происходящие в тот момент, когда политики произносят такие слова, как «строительство гражданского общества», «правовое государство», «демократические ценности».

Список использованной литературы

1. Ленин В.И. Полное собрание сочинений, т. 17, т. 29.
2. Маркс К. Энгельс Ф. Сочинения, т. 32.
3. Розенталь М.М. Ленин и диалектика. Москва, 1963.

4. Розенталь М. М., Диалектика «Капитала» Маркса, 2 изд., М., 1967; История марксистской диалектики, М., 1971

5. Гегель Г.В.Ф. Наука логики. Москва, 1970, т. 1.
6. Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения, т. 19.
7. Э. Ильенков,С. Мареев «Политическое самообразование» № 10 (1973),ст. «Центральный вопрос диалектики» 1973, №10.

Древнекитайская философия

Становление древнекитайской философии, как и древнеиндийской, связано с ломкой традиционных общинных отношений, вызванной экономическим прогрессом, появлением денег и частной собственности, ростом научных знаний, в первую очередь в области астрономии, математики и медицины, которые создали благоприятную почву для духовных перемен. Примечательно, что и в Китае первыми «оппозиционерами» выступали аскетировавшие бродячие мудрецы, подготовившие в эпоху «Чжань го» («борющихся царств») наступление «золотого века» китайской философии. Хотя отдельные философские идеи модно обнаружить в еще более древних памятниках культуры, каковыми в Индии были Упанишады и отчасти Ригведа, а в Китае — «Ши цзин» («Канон стихов») и «И цзин» («Книга перемен»), философские школы здесь складываются одновременно — приблизительно в VI в. до н. э. Причем в обоих регионах философия, достаточно длительное время развивавшаяся анонимно, отныне становится авторской, связанной с именами Гаутамы-Будды, основателя джайнизма. Махавиры, первого китайского философа — Конфуция, даосского мудреца — Лао-цзы и др.

Если в Индии многочисленные философские школы так или иначе соотносились с ведизмом, то в Китае — с конфуцианской ортодоксией. Правда, в Индии, как отмечалось выше, размежевание на отдельные школы не привело к официальному признанию приоритета какого-либо одного из философских направлений, в то время как в Китае конфуцианство во II в. до н. э. добилось государственного статуса идеологии, сумев сохранить его до нового времени. Наряду с конфуцианством наиболее влиятельными в соперничестве «ста школ» были даосизм, моизм и легизм.

Есть у древнекитайской философии и другие отличительные черты:

1. Специфической чертой китайской философии был принцип рассмотрения мира (природа, человек и его общество) как единого универсума, все элементы которого взаимосвязаны и находятся в динамичном равновесии.

2. Практичность, ориентированность не на поиск и выработку идеала, в соответствии с которым следовало бы изменить реальность, а на поддержание реальности такой, какая она есть. Отсюда отсутствие сколько-нибудь серьезных апелляций (от лат апелляцио — обращение) к сверхъестественному, базирование на вполне достижимом идеале социальной, этической и политической системы. Этот идеал, конечно, освещен благословением Неба, но для его воплощения в жизнь не требовалось ничего невозможного. Все теории должны просто ориентировать народ на поддержание порядка. Поэтому в китайских письменных памятниках очень подробно рассматриваются способы управления государством и способы самоусовершенствования человека.

3. Специфичность древнекитайской философской мысли обусловлена также употреблением в письменной речи образно-символических знаков — иероглифов. Пиктографическое (от лат. пиктус — нарисованный и греч. графо — пишу; рисуночное) письмо вырабатывало эстетико-филологическое отношение к тексту. Это неизбежно сказалось на содержательных особенностях представлений о мире и человеке, на культуре мышления древнекитайских философов вообще.

4. Отсутствие понятийного аппарата, абстрактных спекуляций натуралистического и мировоззренческого порядка. Отсюда слабая связь с наукой, неразвитость логики.

5. Внутренне китайская философия необычайно стабильна. Основой такой стабильности было постоянное подчеркивание исключительности китайского способа мышления. Следствием его явилось постепенное появление и закрепление чувства превосходства китайского национального умозрения, его нетерпимости ко всем другим философским взглядам.

Прекрасной иллюстрацией к сказанному могут послужить философские воззрения названных выше древнекитайских школ.

Конфуцианство. Основатель шкалы Конфуций (кит. — Кун Цю, латинизированная версия имени Кун Фу-цзы-учитель Кун; 551-479 гг. до н. э.). Он считается первым китайским философом, и его жизнеописание за многовековую историю, естественно, обогатилось позднейшими легендами. Известно, что сначала он был низшим чиновником в государстве Лу, потом ряд лет. странствовал по Восточному Китаю, а конец жизни посвятил исключительно своим ученикам. Основным достоверным источником для исследования его воззрений являются сохранившиеся записи изречений Конфуция и его учеников в книге «Беседы и суждения» (Лунь юй).

Исходной для Конфуция можно считать концепцию «неба» и «небесного веления» (приказа, т. е. судьбы). «Небо» — это и часть природы, и высшая духовная сила, определяющая природу и человека («Жизнь и смерть определяются судьбой, богатство и знатность зависят от неба»). Человек, наделенный небом определенными этическими качествами, должен поступать в согласии с ними, с моральным законом (дао) и совершенствовать их при помощи обучения. Цель совершенствования — достижение уровня «благородного мужа» (цзюнь-цзы), соблюдающего ли-этикет, доброго и справедливого по отношению к народу, почтительного к старшим и высшим.

Центральное место в учении Конфуция занимает концепция жэнь (человечности) — закон идеальных отношений между людьми в семье, обществе и государстве. Она включает в себя два основных принципа, регулирующих человеческое существование: а) помогай другим достичь того, чего бы ты сам хотел достичь; б) чего не желаешь себе, того не делай другим.

Для соблюдения субординации и порядка Конфуций выработал принцип справедливости и исправности (и). Человек должен поступать так, как велит его положение и порядок. Исправное поведение — это поведение с соблюдением порядка и человечность, ибо «благородный муж разбирается в том, что есть исправное, равно как малые люди разбираются в том, что выгодно». Таков путь (дао) всех образованных, которые обладают нравственной силой (дэ) и которым должно быть вверено управление обществом.

Эти этические принципы лежат в основе политических взглядов Конфуция. Он выступал за строгое, четкое, иерархическое разделение обязанностей между членами общества, образцом для которого должна служить семья («Правитель должен быть правителем, а подданный — подданным, отец — отцом, а сын — сыном»).

Главный метод управления народом — сила примера и убеждения. «Благородный муж», член правящей элиты, не должен быть гневливым, алчным, гордым и жестоким. Преследования и убийства инакомыслящих и непокорных Конфуций осуждал. Если верхи будут следовать правильному пути» (дао), учил он, то «со всех сторон к ним будут идти люди с детьми за спиной».

После смерти Конфуция его учение распалось на восемь школ, важное значение из них имеют лишь две: идеалистическая школа Мэн-цзы (372-289 гг. до н. э.) и материалистическая — Сюнь-цзы 298-238 гг. до н. э.). Согласно учению Мэн-цзы, жизнь людей подчинена закону неба, который исполняет мудрый правитель — сын неба. Он должен любить народ как детей, а народ чтить его как отца. Человек от природы добр, ему присущи четыре качества: сострадание, стыд, скромность, умение отличать истину от лжи. Недоброта человека противоестественна, она — следствие нужды и неразвитости.

Человеколюбие (жэнь), справедливость (и), благонравие (ли) и знание (чжи), согласно Мэн-цзы, также врожденны человеку. Жэнь и и являются основой развитой Мэн-цзы концепции «гуманного управления» (жэнь чжэн) государством, в которой главная роль отводилась народу («Народ является главным в государстве, за ним следуют духи земли и зерна, а государь занимает последнее место»). Если же государь игнорирует принцип человечности, а личную силу, исходящую от знания, заменяет тиранией (ба), народ имеет право его свергнуть.

В учении Мэн-цзы впервые наметилась постановка вопроса о соотношении идеального (синь — сердце, душа, разум или чжи — воля) и материального (ци) начал в природе человека, причем первенствующую роль он отводил воле (чжи).

Сюнь-цзы исходил из концепции ци — первоматерии, или материальной силы, обладающей двумя формами: инь и ян. Мир существует и развивается в согласии с естественными познаваемыми закономерностями. Небо — активный естественный элемент мира, оно не управляет человеком, а, наоборот, может быть подчинено им и использовано в интересах людей. От человека как части природы зависят счастье и несчастье, богатство и нищета, здоровье и болезнь, порядок и смута. Человек же по природе зол (критика в адрес Мэн-цзы). Он рождается завистливым и злобным, с инстинктивным чувством наживы. Необходимо воздействовать на него с помощью воспитания (ли-этикет) и закона (Конфуций отвергал закон), заставить соблюдать ритуал, выполнять долг, и тогда у него появятся добродетель и культура. Совершенство же достигается через учение, длящееся всю жизнь.

Главными звеньями управления страной Сюнь-цзы считал справедливые приказы и любовь к народу, почитание ритуала 1 и уважение к ученым, почитание мудрых и привлечение к государственным делам способных людей, а мерилом правления — справедливость и мир.

Даосизм. Наряду с конфуцианством, одно из двух основных течений китайской философии. Легендарный основатель — Лао-цзы (бит., букв. — старый учитель; собств. имя — Ли Эр; VI в. до н. э.). Ему приписывается составление книги «Дао дэ дзин» («Книга о дао и дэ»). В даосизме, в отличие от других школ, на первом плане находятся онтологические проблемы. Дао — естественный путь возникновения, развития и исчезновения всех вещей и одновременно их материальное начало. Дао бесконечно, его нельзя охватить ни умом, ни чувством. Дао предшествует богу и диктует законы небу, небо — земле, земля — человеку. Дэ — неопределенный, вторичный принцип, благодаря которому дао проявляется в мире вещей и наполняет их энергией.

Этический идеал даосизма выражен в концепции у-вей (букв. — недеяние, бездействие) и направлен против законников и конфуцианцев. У-вей означало подчинение естественному процессу, гармонию с дао, отсутствие всякого действия, идущего вразрез с ним и приводящего к свободе и счастью. Цель поведения — уподобиться дао, которое не борется, но умеет побеждать; победоносное бездействие, остальное — суета.

Вселенную нельзя привести в порядок искусственным образом, для воцарения его нужно дать свободу ее прирожденным качествам. Поэтому лучший правитель тот, кто ни во что не вмешивается и следует дао, управляя страной, и тогда она процветает, пребывая в спокойствии и гармонии; народу известен лишь факт его существования. Общественный идеал даосов — патриархальная, непросвещенная жизнь, так как многознающим народом трудно управлять; отсутствие внешних контактов, мир с соседями.

Моизм. Школа получила название по имени основателя Мо Ди (Мо цзы; V в. до н. э.) и была четко построенной военизированной организацией, неукоснительно выполнявшей приказы ее главы. Основная идея философии моизма — «всеобщая любовь», т. е. отвлеченная любовь всех ко всем, в отличие от конфуцианской взаимности, трактуемой как любовь к родственникам. Отсутствие всеобщей любви — причина беспорядков, а «отдельная» любовь — «взаимной ненависти». Моисты отрицали также конфуцианское учение о судьбе. Жизнь человека, утверждали они, определяется его свободными действиями, а не приказами неба, которое лишь желает, чтобы люди помогали друг другу, чтобы сильный не притеснял слабого, а знатный не кичился перед незнатным. Мо-цзы решительно осуждал «агрессивные войны», объявив их величайшим и жесточайшим преступлением. Высшая ценность, по учению моизма, — народ, который правители должны любить. Признанием существования «духов и привидений» (наказывают зло и вознаграждают добро), «воли неба» (ориентир поведения людей) Мо-цзы ввел в свое учение религиозную струю.

Легизм (от лат. легис — закон). ШКОЛА ЗАКОННИКОВ (2-е название легизма) возникла и оформилась в VI-III вв. до н. э. Активно участвовали в разработке учения Гуань Чжун, Шан Ян, Хань Фэй и др. философы.

Развивался легизм в напряженной борьбе с ранним конфуцианством, вместе с которым стремился к созданию мощного, хорошо управляемого государства, расходясь, однако, в философском обосновании и методах его построения. Если конфуцианство на первый план выдвигало нравственные качества людей, то легизм исходил из законов и доказывал, что политика несовместима с моралью. Правителю необходимо хорошо разбираться в психологии людей, дабы успешно управлять ими. Основной метод воздействия — награды и наказания, причем вторые должны превалировать над первыми. Укреплять государство следует за счет развития земледелия, создания сильной армии, способной расширять границы страны, и оглупления народа.

Легисты создали концепцию деспотического государства, в котором все равны перед законом, за исключением самого правителя — единственного творца этих законов. Это учение сыграло решающую роль в формировании императорско-бюрократической системы управления. Основные его идеи: государственное регулирование экономических процессов в стране; систематическое обновление государственного аппарата путем назначения чиновников (вместо традиционного принципа наследования должностей); введение единого принципа присвоения рангов знатности, должностей, привилегий и жалований за службу в армии и военные заслуги; равные возможности при выдвижении на административные посты; четкая градация внутри правящего сословия; унификация (от лат. унус — один и фацио — делаю; приведение к единообразию) мышления чиновничества; личная ответственность чиновника; цензорский надзор над деятельностью работников госаппарата.

В эпоху Хань (206 г. до н. э. — 220 г. н. э.) конфуцианство ассимилировало (от лат. ассимиляцио — уподобление, слияние, усвоение) идеи легизма, стало официальной идеологией, и легизм прекратил свое существование как самостоятельное учение.

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.filreferat.ru

Академия

Кафедра гуманитарных

и социально-экономических дисциплин

Реферат

По дисциплине философия на тему:

«Методологическое значение философских категорий бытия и развития для развития науки и военного дела»

Содержание

Введение

Основная часть

1. Методологическое значение философской категории

развития для военного дела

-чем важно для нас понимание и умелое использование

законов материалистической диалектики?

-противоречие — источник развития

-внутренние противоречия и сама война как общественное явление

-диалектическое отрицание как момент развития

-методологическое значение закона отрицания отрицания

2.Роль категорий диалектики в развитии военной науки

Заключение

Список используемой литературы

Введение

Рассматриваемые в этом реферате вопросы, являются важными для аналитической и практической деятельности командира, т.к. решение, принимаемое командиром, и удачный исход боя, воины, и других видов вооруженных конфликтов, зависят от многих факторов. И одним из этих факторов являются основные законы диалектики, выражающие всеобщие стороны и черты развития и отвечающие на важнейшие корен­ные вопросы: что является источником развития, каким обра­зом и в каком направлении оно совершается. Современная война и вооруженная борьба — сложные и многогранные явления. Они характеризуются наличием множества различных противоречий, научная классификация которых имеет важное методологическое значение, как для военной науки, так и для практической деятельности команд­ных кадров.

Война представляет собой особую форму проявления и одно из средств разрешения антагонистических противоречий в обществе. Являясь продолжением политики насильственны­ми средствами, война возникает как результат наивысшего обострения экономических и политических противоречий. Только анализ конкретных социально-политических противо­речий, вызвавших войну, позволяет выявить ее подлинные причины и истинных виновников.

Познание и умелое использование требований, вытекаю­щих из содержания основных законов диалектики, позволяют командному составу успешнее решать задачи повышения боеготовности вооруженных сил, совершенствования процесса обучения и воспитания личного состава, управления войска­ми в бою .

Таким образом, тема, рассматриваемая в этом реферате, является актуальной, т. к. затрагивает важный аспект современной жизни общества – ее военная деятельность. Современное государство не может существовать без хорошо подготовленной армии, а основным показателем, характеризующим подготовленность армии, является подготовленность ее командных кадров. И законы диалектики помогают командному составу успешно справляться с поставленными задачами.

Целью написания данного реферата послужило то, что наша Академия готовит командные кадры, и в будущем, каждому из обучающихся здесь курсантов, предстоит стать командиром. Следовательно, данная тема не обойдет никого стороной, поэтому необходимо разобраться в ней как можно глубже, чтобы в последующей военной службе в роли командира быть готовым к любой ситуации и принимать решения с глубоким пониманием процессов, которые способствуют принятию того или иного решения.

В связи с этим были рассмотрены следующие вопросы:

1) методологическое значение философской категории развития для военного дела:

— чем важно для нас понимание и умелое использование законов материалистической диалектики?;

— противоречие — источник развития;

— внутренние противоречия и сама война как общественное явление;

— диалектическое отрицание как момент развития;

— методологическое значение закона отрицания отрицания;

Основная часть

«Методологическое значение философской категории развития для военного дела»

Чем важно для нас понимание и умелое использование законов материалистической диалектики?

В многообразной системе законов развития объективного мира особое место занимают основные законы диалектики. Они называются основными потому, что выражают всеобщие стороны и черты развития и отвечают на важнейшие корен­ные вопросы: что является источником развития, каким обра­зом и в каком направлении оно совершается.

Основные законы материалистической диалектики обра­зуют систему, создающую относительно целостную картину не только развития материального мира, но и процесса его познания. Являясь по своему характеру объективными и все­общими, они находят проявление и в такой специфиче­ской сфере общественной жизни, как военное дело, и, следова­тельно, в познавательно-практической деятельности команд­ных кадров.

Познание и умелое использование требований, вытекаю­щих из содержания основных законов диалектики, позволяют командному составу успешнее решать задачи повышения боеготовности вооруженных сил, совершенствования процесса обучения и воспитания личного состава, управления войска­ми в бою.

Важнейшим условием понимания процесса развития яв­ляется определение его источников, двигательной силы. Ответ на этот вопрос и дает, прежде всего, закон единства и борьбы противоположностей.

Для понимания сущности и механизма действия закона единства и борьбы противоположностей необходимо выяснить исходные понятия: «тождество», «различие», «противополож­ность» и «противоречие».

Каждый предмет или процесс в определенный промежуток времени, обладает устойчивостью, сходством, как с самим собой, так и с другими предметами или процессами. Для обозначения этих состояний исполь­зуется понятие «тождество». Оно выражает равенство, оди­наковость нескольких предметов или явлений. Однако абсо­лютное тождество между предметами, между их сторонами и свойствами невозможно, ибо это противоречило бы принципу развития. Диалектика же исходит из того, что тождество не­обходимо содержит в себе различие.

Различие обозначает отношение неравенства, неодинако­вость сторон объекта или нескольких объектов (предметов, явлений, процессов). Сторонами различия являются свойства, тенденции, совпадающие друг с другом. Этот диалектиче­ский взгляд многократно подтверждается наукой. Например, даже однотипные, элементарные частицы неорганической природы не тождественны. Еще большие различия имеются в органической природе, в общественной жизни, в военном деле.

Тождество и различие существуют одновременно и нахо­дятся в противоречивом единстве. При этом различие может отражать отношения неравенства предметов неодинаково. Предельная степень различия отражается в понятии «проти­воположность». Это такая форма различия, при которой при­знаки, свойства, тенденции, присущие объекту как системе, взаимно предполагают и в то же время исключают, отрицают друг друга. Верх и низ, положительное и отрицательное, при­тяжение и отталкивание, наступление и оборона — конкрет­ные виды противоположностей.

Единство противоположностей означает, прежде всего, что элементы стороны, тенденции находятся в одном и том же предмете. Противоположности не могут существовать друг без друга; одна противоположность является условием су­ществования другой. Например, средства защиты существуют в противовес средствам поражения. Наступление как вид боевых действий является противоположностью обороны. При этом характер одной противоположности обусловливает и со­держание другой. Так, характер средств защиты определяется боевыми свойствами средств поражения; боевой порядок на­ступающих частей и подразделений зависит от характера обо­роны противника. Однако единство противоположностей всег­да носит относительный, временный характер, а борьба между ними является абсолютной.

Борьба противоположностей проявляется в том, что про­тивоположности исключают друг друга, вызывая появление новых свойств, сторон, тенденций. Увеличение скорости и по­толка полета самолетов, например, потребовало перехода от ствольной зенитной артиллерии к зенитным управляемым ракетам, а это, в свою очередь, — дальнейшего развития авиации.

Взаимопроникновение противоположностей означает, что при определенных условиях они могут обогащать друг друга, меняться местами, превращаться друг в друга. Так, активная оборона служит подготовкой наступления и сопровождается определенными наступательными действиями. Вместе с тем при наступлении необходимо учитывать возможность нанесе­ния противником контрудара. Следовательно, надо быть гото­вым к его отражению, переходу частью сил к обороне.

Находясь в единстве, противоположности активно противодействуют друг другу. Это противодействие находит свое выражение в противоречии.

Противоречие — источник развития.

Проблемы противоречия и связанного с ним источника развития занимают одно из центральных мест в философии и науке.

Противоре­чие как взаимоотношение противоположностей имеет три со­стояния:

1) взаимополагание, единство противоположностей;

2) взаимоисключение, борьба противоположностей;

3) взаи­мопроникновение, переход одной противоположности в дру­гую. Эти три состояния и выражают сущность закона единст­ва и борьбы противоположностей.

Современная война и вооруженная борьба — сложные и многогранные явления. Они характеризуются наличием множества различных противоречий, научная классификация которых имеет важное методологическое значение, как для военной науки, так и для практической деятельности команд­ных кадров.

Война представляет собой особую форму проявления и одно из средств разрешения антагонистических противоречий в обществе. Являясь продолжением политики насильственны­ми средствами, война возникает как результат наивысшего обострения экономических и политических противоречий. Только анализ конкретных социально-политических противо­речий, вызвавших войну, позволяет выявить ее подлинные причины и истинных виновников.

Внутренние противоречия и сама война как общественное явление.

Единство политического содержания и вооруженной борьбы в ней диалектично. Ведущая роль в нем принадлежит политическому содержанию войны. Однако вооруженное на­силие обладает высокой активностью и может оказывать су­щественное влияние на политическое содержание войны. В противоречивых отношениях находятся и другие элементы содержания войны.

Многообразны и противоречия вооруженной борьбы: меж­ду средствами и способами ведения боя; между наступлением и обороной; между маневром и контрманевром; между огнем и движением; между сосредоточением и рассредоточением и др. Основным противоречием в боевой обстановке является противоречие между своими войсками и противником.

Процесс ведения боевых действий характеризуется непре­рывным возникновением и. разрешением этих противоречий. Решение командира в боевых условиях — это не что иное, как мысленное разрешение противоречий боя.

Таким образом, одним из важнейших методологических требований к командиру, вытекающих из закона единства и борьбы противоположностей, является обнаружение противо­речий в их развитии и выявление способов их оптимального разрешения в ходе подготовки и ведения вооруженной борь­бы. Глубокое понимание командными кадрами сущности и механизма действия этого закона диалектики, специфики про­явления противоречий в вооруженной борьбе позволяет им правильно вскрывать источники и действительные причины изменений в боевой обстановке, заранее предвидеть их, опре­делять пути и методы разрешения назревших противоречий, своевременно устранять недостатки в подготовке войск. Закон отрицания отрицания занимает особое место в ма­териалистической диалектике. Он тесно связан с рассмотрен­ными законами, но выявляет такие особенности развития, ко­торые не отражены в них. Если закон единства и борьбы про­тивоположностей указывает на источник развития, а закон взаимного перехода количественных и качественных измене­ний характеризует механизм перехода от одной стадии к другой, то закон отрицания отрицания показывает общую картину развития, его направленность.

Диалектическое отрицание как момент развития

Отрицание — это широко распространенное, но в своей действительности явление, с которым связаны существование и развитие предметов и процессов. В ходе развития любого яв­ления борьба противоположностей приводит к отрицанию одной из его противоположных сторон, что знаменует переход старого качества в новое.

Данные естественных и общественных наук свидетельствуют о том, что на любом этапе развития происходит про­цесс отрицания. Взаимопревращение элементарных частиц, смена, биологических видов, форм общественной жизни, видов оружия и способов вооруженной борьбы и т. д. — все это есть не что иное, как отрицание одних вещей, явлений, процессов, состояний другими.

Итак, отрицание — это такое отношение между двумя сту­пенями развития вещи, которое ведет к уничтожению ее ста­рого и возникновению нового качественного состояния.

Отрицание бывает механическим и диалектическим. Меха­ническое отрицание связано с уничтожением старого, без сох­ранения момента развития. Диалектическое отрицание есть самоотрицание, ибо каждое явление содержит в себе собственное отрицание одной из сторон присущего ему внут­реннего противоречия.

Исходным для понимания закона отрицания отрицания является положение о том, что всякий процесс развития складывается из последо­вательности циклов. Цикличность составляет внутреннюю основу всякого изменения и развития. Каждый цикл состоит из нескольких стадий: исходный момент развития; превраще­ние предметов и явлений в свою противоположность, тем самым от­рицание — превращение новой противоположности в свою про­тивоположность, т. е. отрицание отрицания. Закон отрицания отрицания показывает особенности цикличного развития.

Сущность закона отрицания отрицания состоит в том, что в процессе развития каждая более высокая ступень отрицает, упраздняет предыдущую и вместе с тем поднимает ее на новую ступень, сохраняя все положительное в ее содержании.

Каковы же основные черты, раскрывающие сущность и ме­ханизм действия этого закона?

Прежде всего, закон отрицания отрицания раскрывает на­правленность развития. Материалистическая диалектика, не отрицая возможности кругового движения и регресса, не абсолютизирует их. Важнейшей формой развития она утверж­дает поступательность.

Одной из черт закона отрицания отрицания является по­вторение на высших ступенях развития некоторых черт низ­ших, по на новой, более высокой основе, т. е. преемственность развития. Повторяемость выступает как частичное воспроиз­ведение того, что уже однажды имело место. Второе отрица­ние как бы повторяет исходный пункт в «снятом», перерабо­танном виде, выражает его некоторые общие черты. Если бы новое качество отрицало все старое, то не было бы никакого развития природы и общества.

Преемственность наблюдается и в развитии военного дела. Например, новые способы вооруженной борьбы возникают в рамках старых способов с усвоением всего лучшего из них. Однако эта повторяемость, преемственность в развитии внут­ренне противоречивы. Она заключает в себе возврат якобы к старому, как бы повторение пройденных уже ступеней, но на более высокой основе. Поэтому поступательность развития приобретает спиралевидную форму, при которой развитие со­вершается в виде постепенно поднимающихся, расширяю­щихся кругов, возвращающихся к исходной точке, но в более высокой плоскости. В этом поступательно-спиралевидном развитии утверждается неодолимость нового, прогрессивного.

Итак, закон отрицания отрицания показывает цикличе­ский, необратимый характер процесса развитии, его основные этапы, раскрывает взаимосвязь старого и нового. Согласно этому закону развитие идет через цепь диалектических отри­цаний, которые обусловливают преемственность между старым и новым, удержание («снятие») положительного в старом, повторение отдельных черт прошлого на новой качественной основе.

Методологическое значение закона отрицания отрицания.

Закон отрицания отрицания, как и другие законы диалектики, выступает методологической базой познавательной и практической деятельности командных кадров. Из него, прежде всего, исходит требование — всемерно поддерживать новое, прогрессивное и своевременно преодолевать старое, отжившее, не отвечающее современным условиям.

Важное значение для деятельности командира имеет тре­бование преемственности, учет которого помогает ему бороть­ся как с некритическим отношением к достижениям прошлого, так и с нигилистическим отрицанием полученного наследия. Из него вытекает и такое требование к познавательной и практической деятельности, как необходимость бережного отношения к положительному опыту прошлого, умение извле­кать из него все ценное.

Положение о спиралевидной форме поступательного раз­вития, неодолимости нового, вытекающее из сущности зако­на отрицания отрицания, позволяет командиру более четко определить тенденции в решении главной задачи — поддер­жании высокой боевой готовности части, подразделения в борьбе с рутиной и косностью.

Таким образом, основные законы материалистической диа­лектики раскрывают сущность процесса развития, его меха­низм и направленность.

Характеризуя различные стороны единого процесса раз­вития, они проявляются в неразрывном единстве. Так, про­цесс перехода количественных изменений в качественные и обратно содержит и противоречие, и диалектическое отрица­ние. Единство и борьба противоположностей неизбежно вклю­чают количественно-качественные отношения и отрицание от­рицания. В процессе отрицания отрицания происходят разделение единого на старое и новое и борьба между ними, переход количественных изменений в качественные. Иными словами, единство материального мира обусловливает един­ство действия его законов. Вместе с тем следует иметь в виду, что при одновременном действии законов материалистической диалектики каждый из них обладает относительной самостоя­тельностью.

Развитие военного дела, успех практической деятельности командных кадров в значительной степени зависят от того, в какой мере ими учитываются требования основных законов материалистической диалектики. Для этого необходимо, что­бы командные кадры глубоко овладели научной методологией и на этой основе умели всесторонне анализировать развитие военного дела в прошлом, в настоящем и прогнозировать его будущее.

«Роль категорий диалектики в развитии военной науки»

Без категорий диалектики немыслимо научное познание сложных процессов и такого специфического социального явления, как война и военное дело. Необходимость при­менения категорий диалектики воен­ной наукой объясняется, во-первых, тем, что категории и по­нятия военной науки формируются под большим влиянием, а в ряде случаев и на основе категорий диалектики.

Философские категории, как универсальные и наиболее глубокие, отражают всеобщие и самые существенные связи и отношения, свойства действительности. Категории военной нау­ки отражают существенные связи и отношения, общие свойства явлений и процессов в такой сравнительно ограниченной, част­ной области действительности, как вооруженная 6opь6a и воен­ное дело в целом. Между всеобщими и частными свойствами, отношениями существует органическая взаимосвязь. Общее так или иначе проявляется, конкретизируется в частном, а частное в том или ином виде несет в себе общее, его отдельные сторо­ны, моменты. На этой объективной основе складывается глу­бокая взаимосвязь между категориями диалектики и военной пауки. Категории военной науки в определенной степени, в определенном отношении можно рассматривать как конкрет­ное проявление философских категорий.

Так, применяемые военной наукой категории «форма», «способ», «вид» вооруженной борьбы могут быть более глу­боко поняты на основе диалектических категорий «содержа­ние» и «форма». Формы вооруженной борьбы — это опреде­ленная организационная структура военных действий (бой, операция, сражение). Виды вооруженной борьбы — это наи­более общие способы достижения целей в вооруженной борь­бе (оборона, наступление, встречный бой и т. п.). Способы вооруженной борьбы — это пути и приемы воздействия па противника в бою, операции (удар войсками, огневой удар, маневр, удар в сочетании огня и маневра, контрудар и т. д.). Все это — конкретные выражения общефилософской катего­рии «форма», т. е. определенное сочетание, организация раз­личных элементов, составляющих содержание вооруженной борьбы. На основе диалектических категорий сущности и со­держания можно выяснить действительный смысл таких, на­пример, важных категорий военной науки, как «оборонная достаточность», «военная реформа» и др.

В свою очередь, формирование философских категорий происходит в значительной мере под влиянием развития спе­циальных отраслей знании, в том числе и военных. Они дают обширный материал для обогащения и совершенствования ка­тегорий диалектики.

Во-вторых, необходимость применения категорий диалек­тики военной наукой объясняется тем, что в познании воен­ного дела используются категории и понятия не только воен­ной, но и других, смежных с нею частных естественных, тех­нических и общественных наук. Разобраться в сложном пере­плетении понятий и категорий этих наук, установить степень сходства и различия понятий, применяемых в военной науке, с понятиями других наук можно только одним путем: сопо­ставляя эти понятия через философские категории как некий общенаучный эквивалент.

В-третьих, особенно велико значение категорий диалекти­ки для военной науки в периоды крутой ломки ее старых понятий, категорий. Чем глубже качественные изменения в теории и практике военного дела, тем большим изменениям подвергается система понятий и категорий военной науки. Современный этап связан с наиболее глубокими изменениями в военном, деле за всю его историю. Это неизбежно ведет к переосмыслению, уточнению основных категорий и понятий или иначе проявляется, конкретизируется в частном, а частное в том или ином виде несет в себе общее, его отдельные сторо­ны, моменты. Па этой объективной основе складывается глу­бокая взаимосвязь между категориями диалектики и военной пауки. Категории военной науки в определенной степени, в определенном отношении можно рассматривать как конкрет­ное проявление философских категорий. Именно они выступают исходной, методологической основой обогащения, уточнения всего понятийного арсенала военной теории.

Категории диалектики воспроизводят свойства и отноше­ния бытия во всеобщем виде и являются универсальными, т. с. применимыми к любому фрагменту бытия, философскими категориями. Они определяют зону и направленность видения действительности, ориентируют на сущностное, т. е. па глубо­кое понимание мира человеком, организуют познавательную деятельность в любой области. Отражая объективную диа­лектику действительности, категории, будучи освоенными че­ловеком, выступают в качестве всеобщего метода, инструмен­та познания и преобразования действительности. «Перед че­ловеком,- отмечал В. И. Ленин,- сеть явлений природы. Инстинктивный человек, дикарь, не выделяет себя из приро­ды. Сознательный человек выделяет, категории суть ступень­ки выделения, т. е. познания мира, узловые пункты в сети, помогающие познавать ее и овладевать ею».

Это положение в полной мере относится и к боевой дейст­вительности, и к оперативно-тактическому мышлению обще­войскового командира.

Философские категории связаны так, что каждая из них может быть осмыслена лишь как элемент всей системы. То же самое необходимо отметить и для мышления в любой кон­кретной области, когда категории диалектики входят в более общую систему, включающую как минимум философские и специальные категории в их взаимопереплетении.

Заключение

Подводя итоги всему выше сказанному, мы приходим к выводу, что методологическое значение философской категории развития имеет огромное значение для военного дела. Убедиться в этом не сложно, если хорошо уяснить себе значение такого понятия, как противоречие. Это понятие в основной части проходит как источник развития, а развитие – это общее свойство бытия, такое изменение материальных и идеальных объектов, которое приводит к их переходу на иную (как правило, более высшую) ступень организации. Наш мир, государство непрерывно развиваются, а вместе с ними развивается и военное дело, но также, нас окружают постоянные противоречия, которые заставляют нас делать шаг вперед, переходить на более высшую ступень. Поэтому значение данной категории философии для военного дела очевидно. Таким образом, одним из важнейших методологических требований к командиру, вытекающих из закона единства и борьбы противоположностей, является обнаружение противо­речий в их развитии и выявление способов их оптимального разрешения в ходе подготовки и ведения вооруженной борь­бы.

Роль категорий диалектики в развитии военной науки не менее велика, чем и в развитии военного дела. Это объясняется тем, что категории и по­нятия военной науки формируются под большим влиянием, а в ряде случаев и на основе категорий диалектики. Применение категорий диалек­тики военной наукой объясняется тем, что в познании воен­ного дела используются категории и понятия не только воен­ной, но и других, смежных с нею частных естественных, тех­нических и общественных наук. Особенно велико значение категорий диалекти­ки для военной науки в периоды крутой ломки ее старых понятий, категорий. Чем глубже качественные изменения в теории и практике военного дела, тем большим изменениям подвергается система понятий и категорий военной науки.

Список используемой литературы:

Кадыков В. В. «Философия и военное дело» — Москва 1993г.

Китай – одно из древнейших цивилизованных государств мира. В далеком прошлом, четыре тысячи лет назад, вслед за рождением рабовладельческого строя, начинается история развития китайской философии. Философские идеи в Китае, берущие начало в глубине веков, чрезвычайно богаты по содержанию и являются огромной кладовой идей в истории познания всего человечества.

* Зарождение философии в Китае.

В эпоху Шань-Инь (XVIII-XII вв. до н.э.) господствующим было религиозно-мифологическое мировоззрение.
Одной из отличительных черт китайских мифов был зооморфный характер действующих в них богов и духов. Многие из древнекитайских божеств имели явное сходство с животными, птицами или рыбами, были полуживотными – полулюдьми. Древние китайцы полагали, что всё в мире зависит от предопределения неба и что “воля неба” постигается через гадания, а также предзнаменования. Религиозно-мифологические представления освящали систему господства родовой знати. Государь, правитель выступал перед своими подданными как сын неба.
Важнейшим элементом древнекитайской религии был культ предков, который строился на признании влияния духов умерших на жизнь и судьбу потомков. В этот культ входило также почитание мифических героев древности. Мифы изображали их великими благодетелями человечества. Почитание предков было также приспособлено для укрепления положения родовой знати. Для древнекитайской религии также было характерно жертвоприношение духам природы и предкам. Высшим посредником между духами и людьми являлся государь. Только он мог приносить жертвы духам неба и земли, на долю знатных людей оставались жертвоприношения предкам.
В мифологии существовало и своё объяснение происхождения мира, природы. В глубокой древности, когда ещё не было ни неба, ни земли, Вселенная представляла собой мрачный бесформенный хаос. Согласно одному мифу, в бесформенном мраке родились два духа – инь и ян, которые занялись упорядочением мира. Впоследствии эти духи разделились: дух ян стал управлять небом, а дух инь – землёй. По другому мифу, мифический первочеловек Пань-гу ударил топором по мраку, в результате чего всё легкое и чистое тотчас же поднялось вверх и образовало небо, а тяжелое и грязное опустилось вниз и образовало землю. В мифах о происхождении Вселенной просматриваются зачатки натурфилософии.
Мифологическая форма мышления просуществовала вплоть до первого тысячелетия.
Многие мифологические образы переходят в позднейшие философские трактаты. Философы, жившие в V-III вв. до н. э., часто обращаются к мифам для того, чтобы обосновать свои концепции истинного правления и нормы правильного поведения человека. Философия зарождалась в недрах мифологических представлений, использовала их материалы.
Как и философии других народов, древнекитайская философия тесно связана с мифологией. Однако эта связь имела некоторые особенности, вытекавшие из специфики мифологии в Китае. Китайские мифы предстают как исторические предания о прошлых династиях, но они содержат сравнительно мало материала, отражающего взгляды китайцев на становление мира и его взаимосвязь с человеком. Поэтому натурфилософские идеи не занимали в китайской философии главного места. Однако все натурфилософские учения Древнего Китая, такие, как учения о “пяти первостихиях”, о “великом пределе”- тайцзи, о силах инь и ян и даже учение о Дао, ведут своё начало от мифологических построений древних китайцев о небе и земле, о “восьми стихиях”.
Наряду с появлением космогонических концепций, в основе которых лежат силы инь и ян, возникают концепции, которые были связаны с “пятью первостихиями”. Живое созерцание природных явлений привело древнейших китайских мыслителей к принятию таких взаимосвязанных между собой первоначал, как вода, огонь, металл, земля, дерево. “Небо создало пять первоначал, и народ пользуется ими всеми. Стоит упразднить одно. И жизнь станет невозможна”.
В VII-III вв. до н. э. в идейной жизни Древнего Китая появляются новые явления, качественно отличные оттого, что знала китайская мысль предшествующего периода, и что было обусловлено серьезными социальными изменениями.
В этот период в Древнем Китае происходят крупные экономические и общественные изменения, обусловленные появлением частной собственности на землю, развитием производительных сил, расширением видов ремесел, применением новых орудий и инструментов в сельском хозяйстве и промышленности, улучшением самих способов обработки почвы.
Указанный период китайской истории характеризуется также острой социальной борьбой внутри выдвинувшихся своей экономической и военной мощью царств, кровопролитной войной между ними, уносившими, по свидетельству источников, сотни тысяч жизней. Единое Чжоуское государство фактически развалилось. Борьба за господство между царствами привела во второй половине III в. до н. э. к уничтожению “Сражающихся царств” и объединению Китая в централизованное государство под эгидой сильнейшего царства Цинь.
Глубокие политические потрясения – распад древнего единого государства и укрепление отдельных царств, острая борьба между крупными царствами – нашли своё отражение в бурной идеологической борьбе различных философско-политических и этических школ. Этот период характеризуется расцветом культуры и философии.
Наследственная рабовладельческо-родовая знать по прежнему цеплялась за религиозные идеи “неба”, “судьбы”’, правда, видоизменяя их применительно к особенностям борьбы того времени. Новые социальные группы, находившиеся в оппозиции к родовой аристократии, выдвигали свои взгляды, выступая против веры в “небо” или вкладывая в понятие небесной судьбы совершенно иной смысл. В этих учениях делались попытки осмыслить исторический опыт, выработать новые правила взаимоотношения между различными социальными группами населения, определить место отдельного человек, страны в окружающем мире, определить отношения человека с природой, государством и другими людьми.
Именно в этот период происходит формирование китайских философских школ – даосизма, конфуцианства, моизма, легизма, натурфилософов, оказавших затем огромное влияние на все последующие развитие китайской философии. Именно в этот период зарождаются те проблемы, те понятия и категории, которые затем становятся традиционными для всей последующей истории китайской философии, вплоть до новейшего времени.

* Особенности развития философии в Китае.

В истории философии ярко раскрывается процесс освоения человеком природы, его попытки осмыслить своё место в мироздании, выявляются многогранные стороны созидательного человеческого гения. Одновременно история становления и развития философии, будь то китайская, или греческая, или индийская, неразрывно связана с классовой борьбой в обществе, отражает эту борьбу. Противостояние философских идей отражало борьбу различных классов в обществе. В конечном итоге столкновения взглядов и точек зрения выливались в борьбу двух основных направлений в философии – материалистического и идеалистического – с той или иной степенью осознания и глубиной выражения этих направлений.
Специфика китайской философии непосредственно связана с её особой ролью в той острой социально-политической борьбе, которая имела место в многочисленных государствах Древнего Китая. Развитие социальных отношений в Китае не привело к четкому разделению сфер деятельности внутри господствующих классов, как это было, например, в Древней Греции. В Китае своеобразное разделение труда между политиками и философами не было ярко выражено, что обусловило прямую, непосредственную подчиненность философии политической практике. Философы, первооснователи и распространители разных школ, странствующие конфуцианские проповедники, представлявшие весьма влиятельный общественный слой, нередко являлись министрами, сановниками, послами. Это привело к тому, что вопросы управления страной, отношений между различными классами и социальными группами населения в обществе, регламентаций отношений между “верхами” и “низами”, а также внутри господствующего класса, вопросы этики заняли господствующее место в китайской философии и определили сугубо практический подход к жизни общества. Поэтому китайские мыслители и древности и средневековья уделяли много внимания проблемам управления страной.
Другая особенность развития китайской философии связана с тем, что естественнонаучные наблюдения китайских ученых не находили, за небольшим исключением, более или менее адекватного выражения в философии, так как философы не считали нужным обращаться к материалам естествознания. Единственным исключением в этом роде являлась школа моистов и школа натурфилософов, которые, однако, после эпохи Чжоу прекратили своё существование. Заложенные моистами традиции соединения философской рефлексии и естественнонаучных наблюдений, проведенных для подтверждения общефилософских выводов, не получили дальнейшего развития. Канонизация конфуцианства, которое с самого начала в лице Конфуция выразило своё крайне пренебрежительное отношение ко всем естественнонаучным наблюдениям и прикладным знаниям, которое считало основной задачей самосовершенствование нравственности человека, создала идеологический заслон для привлечения данных естественных наук в философии и политические суждения, принизила общественный статус естественнонаучных наблюдений и прикладных знаний.
Они молчаливо были признаны уделом людей низших, лишенных возвышенных идей. Философия и естествознание существовали в Китае, как бы отгородившись друг от друга. Тем самым китайская философия лишила себя надежного источника для формирования цельного всестороннего мировоззрения, а естествознание, презираемое официальной идеологией, оставалось уделом одиночек и искателей эликсира бессмертия.
Таки образом, оторванность китайской философии от конкретных научных знаний сузила её предмет. В силу этого натурфилософские концепции, объяснения природы, а также проблемы сущности мышления, вопросы природы человеческого сознания, логики не получили в Китае большого развития. Они лишь были поставлены в общем виде представителями материалистического направления, прежде всего представителями школы “инь-ян”, или натурфилософами, моистами и в известной мере даосизмом. Таковы некоторые особенности древнекитайской философии.

* Школы в китайской философии.

В “Исторических записках” Сыма Цяня приводится первая классификация философских школ Древнего Китая. Там названо шесть школ: “сторонники учения об инь и ян” (натурфилософы), “школа служилых людей” – жуцзя (школа конфуцианцев), “школа моистов”, ”школа номиналистов” (школа софистов), “школа законников” (легистов) и “школа сторонников учения о Дао и Дэ” – даосистов.
Несмотря на всю специфику философии в Древне Китае, отношение между философскими школами сводилось в конечном счете к борьбе двух основных тенденций – материалистической и идеалистической.
На ранних этапах развития китайской философии, например даже во времена Конфуция и Мо-цзи, отношение этих мыслителей к основному вопросу философии не выражались прямо. Вопросы о сущности человеческого сознания и его отношении к природе, материальному миру не были определены достаточно четко. Зачастую во взглядах тех философов, которых мы относим к материалистам, содержались значительные элементы религиозных, мистических представлений прошлого и, наоборот, мыслители, которые в целом занимали идеалистические позиции, отдельным вопросам давали материалистическое толкование. Это особенно относится к вопросу о понимании неба, взаимоотношений “имен” (понятий) и действительности, происхождения всего сущего, Дао, роли духов, судьбы и т.д.
Теперь я перехожу к рассмотрению философских школ в Древнем Китае.

* Даосизм.

Основателем даосизма являлся Лао-Цзы. Основным отличительным признаком философии Лао-Цзы, характеризующим последователей даосизма, является то, что Дао рассматривается как источник происхождения всего сущего, как всеобщий закон, управляющий миром, на основе чего и возникла идеологическая система, высшей категорией которого является Дао.
Иероглиф Дао состоит из двух частей: шоу-голова и цзоу — идти, поэтому основное значение этого иероглифа — дорога, по которой ходят люди, но в дальнейшем этот иероглиф приобрел переносный смысл и стал означать закономерность, закон. Лао-Цзы, приняв Дао за высшую категорию своей философии, придал ей не только смысл всеобщего закона, но и рассматривает ее как источник происхождения мира. Он считал, что Дао — это “корень неба и земли”, “мать всех вещей“, что Дао лежит в основе мира. Лао-Цзы говорил: “Дао рождает одно, одно рождает два, два рождает три, а три рождает все существа“, что является характеристикой процесса происхождения всего сущего от Дао.
Из дальнейшего текста: “Все сущее носит в себе темное и светлое начала, испускает ци и создает гармонию“ — ясно, что под “одно” имеется в виду первозданный космогонический хаос, когда темное и светлое начала еще не разделились; под “два“ имеется в виду разделение хаоса и появление темного и светлого начал, а под “три” – темное начало, светлое начало и гармония (т.е. единое тело).
Следует отметить, что, как считал Лао-Цзы, “одно”, не является источником происхождения всего сущего, поскольку Дао по сравнению с “одним” более раннего происхождения. Так что же такое Дао в понимании Лао-Цзы?
В первом параграфе его сочинения говорится: “Дао, которое может быть выражено словами, не есть постоянное Дао”. Дао не имеет вида, не издает звуков, не обладает формой, одним словом, Дао – это “пустота” или “небытие”.
В четвертом параграфе сказано: “Дао пусто, но при его использовании оно не переполняется”. “Пустота” – это то же, что и небытие, из которого Дао рождает всё сущее, что сформулировано в высказывании: “Все вещи в Поднебесной рождаются в бытии, а бытие рождается в небытии”.
“Бытие” и “небытие” — две основные категории в философии Лао-Цзы, и Дао в его понимании возникло на основе этих категорий. Следует отметить, что в понимании Лао-Цзы отношений между “бытием” и “небытием” имеются определенные диалектические идеи, однако он не смог провести их от начала до конца, в результате чего преувеличивал роль “небытия”, оторвав его от “бытия” и превратив в самостоятельную сущность Вселенной. Дао в философии Лао-Цзы – это абстрактное и гипертрофированное представление о “небытии”.
Лао-Цзы считал, что все конкретные предметы представляют единое целое “бытия” и “небытия”, причем “бытие” — сущность предмета, а “небытие” — пустота, или вакуум. Он говорит так: “Тридцать спиц соединяются в одной ступице колеса, и, поскольку (в ступице) есть пустота, появляется возможность использовать колесницу. Из глины делают сосуды, и, поскольку сосуды внутри пусты, появляется возможность использовать их. Двери и окна выдалбливают, чтобы построить дом, и, поскольку дом внутри пуст, появляется, появляется возможность использовать его. Поэтому наличие предметов приносит пользу, а имеющаяся в них пустота делает их годными к употреблению“.
В сочинении “Лао-Цзы” имеется много противоречивых понятий, например: высокое и низкое положение, беда – счастье, красота – безобразие, добро – зло, жизнь – смерть, верх – низ, хозяин – гость, сильный – слабый, мудрый – глупый, наполненный – пустой, бытие – небытие и т.д.
Лао-Цзы считал, что обе стороны этих противоречивых понятий противостоят друг другу, но в то же время сосуществуют и взаимно переходят друг в друга.
В целом в философии Лао-Цзы примитивные диалектические идеи, но из-за ограниченности платформы гибнущего класса, на которой стоял Лао-Цзы, они не привели к прогрессивным выводам, а наоборот, оказались во власти негативной идеологической системы.
Философия Лао-Цзы как идеологическая система, её положительные и отрицательные стороны оказали огромное влияние на развитие философии в последующие века.

* Конфуцианство.

Теория познания Конфуция полна противоречий и в основном дуалистична. Откуда к человеку приходит знание? Это первый вопрос на который любая теория познания должна прежде всего дать ответ. Конфуций говорил: “Обладающие знанием от рождения стоят выше всех; обладающие знанием благодаря учению следуют за ними; те, кто приступил к учению, оказавшись в затруднительном положении, следуют за ними; те, кто, оказавшись в затруднительном положении, не учится стоит ниже всех среди народа”. В приведенной цитате выпажена главная идея теории Конфуция об источнике познания, и в ней выражены общие принципы теории познания.
Теории познания Конфуция присущ ярко выраженный дуализм. С одной стороны, он признает существование “обладающих знаниями от рождения”, с другой стороны, он не отрицает, что наряду с “обладающими знаниями от рождения” имеются противостоящие им “ обладающими знаниями благодаря учению” Это – ясно выраженное положение наивного материализма.
Конфуций занимался главным образом педагогической деятельностью, причем в процессе педагогической работы он подчеркивал значения “знаний, приобретенных благодаря учению”, а не “знаний от рождения”. По мере накопления опыта в педагогической деятельности Конфуций выдвинул немало идей и предложений, проникнутых духом материализма; например, “зная что-либо, считай, что знаешь; не зная что-либо, считай, что не знаешь – это и есть правильное отношение к знанию”.
Одним из ключевых моментов в идеологии Конфуция есть методология под названием “путь золотой середины”. Конфуций говорил: “Золотая середина, как добродетельный принцип, является наивысшим принципом, но народ давно уже не обладает им”. Понятие “золотая середина” употребляется в “Лунь юе” всего один раз в вышеприведенной цитате. Только в комментариях к “Лунь юю” поясняется: “Держать в руках две крайности, но использовать для народа лежащую между ними середину”. Это и есть принцип “Держать два конца, но использовать середину”, согласно которому между двумя стоящими друг против друга противоречиями выбирается “средний путь”. Фактически это теория компромисса и теория смягчения противоречий.
Исходя из идеи “идти по середине”, Конфуций выступал против всего, что можно было бы назвать экстремизмом или крайностью. Он говорил: “Большая ненависть к человеку, лишенному человеколюбия, ведет к смутам”. Другими словами, проявление к человеку, лишенному человеколюбия, большой ненависти может привести к беде.
Высказанные Конфуцием идеи об осуществления управления на основе добродетели, любви к людям, великодушии и оказании милости – всё это есть конкретные выражения понятия “Золотая середина”, цель которой состояла в смягчении противоречий и подавлении сопротивления.
Как основоположник “школы служилых”, мыслитель и педагог Конфуций оставил в истории Китая богатое идеологическое наследие.

* Моизм.

Моисты представляли политическую группу со строгой организацией, носящей характер научного заведения. Они являлись распространителями и практиками моизма, вели скромный образ жизни. Что касается их учения, то оно заключалось в следующем.
Моисты в первую очередь правильно определили связь между “как знаем“ и “что знаем“, заложив этим материалистическую базу под теорию познания. В первой части “Канона” записано: “Знание требует способностей”. Другими словами, знания приобретаются благодаря особенностям органов чувств человека. В развитие этой мысли в первой части “Канонических речей“ говорится: “Достижение знания означает получение знания благодаря способностям к этому, но (способность) еще не есть само знание. Это подобно тому, что вижу солнце, так как обладаю ясным зрением“. Приведенная цитата говорит о том, что каждый человек обладает способностями, позволяющими овладевать знаниями, поэтому у него и возникают знания, и в этом он похож на зрячего, глаза которого позволяют видеть образы.
Однако наличие у человека “способностей“, позволяющих получать знания, не обязательно приводит к появлению знания и не отвечает на вопрос, как в этом случае появляется знание. В первой части “Канона” говорится: “Знание — результат соприкосновения с внешним миром”, а в первой части “Канонических речей“ разъясняется: “Стремящийся к знанию получает его от соприкосновения с вещами, которые он способен представить себе позднее, как будто эти вещи перед глазами. Отсюда следует, что под “соприкосновением“ следует понимать контакты с предметами и чувственное восприятие объективно существующих предметов, что выражено словами “соприкосновение с вещами”. Поздние моисты считали, что чувственное знание появляется в результате соприкосновения органов чувств с объективно существующими предметами, подобно тому как глаза дают зрительное отражение, являющееся копией предмета.
Они считали, что для истинного и ложного существует критерий, а в спорах бывают и победитель, и побежденный. Во второй части “Канонических речей” говорится: “В споре одни говорят истинное, другие — ложное, но побеждает говорящий правду”. Из участвующих в споре двух сторон кто-то прав, кто-то нет, кто-то побеждает, кто-то проигрывает, но критерием для определения победителя является соответствие приводимых доводов с истиной. Слова “говорящий правду побеждает“ — примитивный материалистический взгляд на истину.
Моисты выдвинули также понятие “действие”. В первой части “Канонических речей” объясняется: “Намерения и поступки – это действия”, т.е. сознательные поступки, преследующие цель, — это и есть “действия“, и в этих словах выражено примитивное понимание роли практики. В чем проявляются “действия”? Согласно первой главе “Канона”, они проявляются в шести областях: ”Действие – это сохранение, утрата, обмен, разорение, упорядочение, перемены”. Судя по конкретным объяснениям, данным в первой главе “Канонических речей”, основное содержание шести видов “действий” заключается в сознательном “сохранении“ чего-либо, “устранении” чего-либо, “обмене” чего-либо, “уничтожении“ чего-либо, “оказании помощи“ чему-либо и “изменении“ чего-либо. Все это и есть “намерения и поступки”, т.е. “действия”
Если отбросить конкретное содержание действий, а говорить только об их характере, то они показывают значение субъективного для объективного, указывают на значение практики и происходящие в процессах изменения, подчеркивают значение активности субъекта и, как отмечает автор, являются сознательными “действиями”. Эта трактовка принципиально отличается от трактовки “поступков” как моральной категории у конфуцианцев и показывает, что только поздние моисты достигли таких вершин в материалистической теории познания.
В философской системе поздних моистов примитивные диалектические идеи занимают важное место. Их диалектические идеи проявились главным образом в рассуждениях о таких противоположных понятиях, как тождество и различие, целое и часть, причина и следствие, польза и вред, убыток и прибыль, стародавнее и Вселенная, неподвижность и непрерывность, исчерпаемость и неисчерпаемость и т.д., в которых они отчетливо вскрыли диалектическое единство противоречий.
Одним из важных диалектических выводов, сделанных поздними моистами, является мысль, что “тождественное и различное взаимно дополняют друг друга”. Вопрос о связи между “тождеством“ и “различием” служил предметом спора еще в доциньской философии, а особенно в середине и конце периода Чжаньго. Высказывались два ошибочных мнения: одна группа философов, представителем которых являлся Гунсунь Лун, делала упор на “различия” и не замечала “тождества”, другая, представленная Чжуан-цзы, видела только “тождество” и игнорировала “различия”. Первая группа относилась к абсолютизму, вторая — к релятивизму. В противоположность этим группам поздние моисты диалектически подошли к трактовке связи между “тождеством” и “различием”, выдвинув понятие “тождественное и различное взаимно дополняют друг друга”.
Утверждение “тождественное и различное получают друг от друга” говорит о том, что в тождественном есть различное, а в различном есть тождество, и то и другое взаимно зависят друг от друга. Тезис “меч в ножнах и обнаженный меч – это разные названия” как раз и говорит о том, что в тождестве есть различия, а тезис “тополь и персик как деревья сходны” показывает, что в различном есть тождество.
Для пояснения диалектической связи “тождественного” и “различного“ в первой части “Канонических речей” приводится ряд примеров, например “сравнение – это измерение многого и малого”. Речь идет об измерении однородных предметов для установления того, каких много и каких мало, другими словами, о количественных различиях при качественной тождественности предметов. Зерна проса – одно и то же, но между ними существуют количественные различия.
В отличии от примитивной диалектики Лао-Цзы диалектические положения поздних моистов строились на основе материалистической теории познания в соединении с примитивным материализмом. Эта положительная черта их диалектического мышления была тесно связана с достижениями производства и естественных наук.

Список литературы:

1. “История китайской философии”. пер. Титаренко. Москва “Прогресс”, 1989 г.
2. “Древнекитайская философия”. Антология. Москва, 1968 г.
3. “Конфуций: жизнь, учение, судьба”. Л.С.Переломов. Москва “Наука”, 1993 г.

смотреть на рефераты похожие на «Философия Древней Индии и Древнего Китая»

ПЛАН

Введение

I. Древнеиндийская философия

(1. Возникновение, основные периоды и школы индийской философии

(2. «Первый памятник мысли древних индийцев»

(3. Основные ортодоксальные учения древнеиндийской философии (Веданта,
Миманса, Санкхья, Ньяя, Вайшешика, Йога)

(4. Основные неортодоксальные школы древнеиндийской философии
(Джайнизм, Буддизм, Локаята)

II. Философия Древнего Китая

(1. Особенности развития философии в Китае

(2. Школы в китайской философии

(3.Основные проблемы, поставленные древнекитайскими мыслителями:

— Небо и происхождение всего сущего.

— Общество и человек.

— Природа человека.

— Природа знания и логические идеи

Заключение
Список литературы

ВВЕДЕНИЕ

Пеpвые попытки человека осмыслить окpужающий миp — живую и неживую пpиpоду, космическое пpостpанство, наконец, самого себя — относят к тому пеpиоду человеческого существования (пpедположительно его можно датиpовать втоpым тысячелетием до нашей эpы), когда человек в пpоцессе эволюции, пpежде всего умственной, начал диффеpенциpовать пpиpоду как сpедство своего обитания, постепенно выделяя себя из нее. Именно вследствие того, что человек стал воспpинимать животный и pастительный миp, космос как нечто отличное и пpотивостоящее ему, у него стали появляться способностти осмысливать действительность, а затем и философствовать, т.е. делать умозаключения, выводы и выдвигать идеи об окpужающем его миpе.

Философская мысль человечества заpождалась в эпоху, когда на смену pодовым отношениям пpиходили пеpвые классовые общества и госудаpства.
Отдельные философские идеи, обобщавшие многотысячный опыт человечества, можно обнаpужить в литеpатуpных памятниках Дpевнего Египта, Дpевнего
Вавилона. Наиболее дpевней является философия, возникшая в Индии и Китае.

Цель данной pаботы — ознакомление с основными идеями древнеиндийской и древнекитайской философии, а также попытка разобраться, в чем же пpивлекательность и живучесть этих идей.

I .Древнеиндийская философия.

( 1. Возникновение, основные периоды и школы индийской философии

Философия в Индии возникла на основе одной из самых древнейших человеческих цивилизаций, ее тысячелетние традиции, восходящие к 15-10 вв. до н.э., сохранились до настоящего времени. В истории индийской философии различают 4 периода: 1) ведийский; 2) классический, или брахмано-буддийский
– с 6 в. до н.э. до 10 в. н.э.; 3) послеклассический – 10-18 вв.; 4) новая и современная индийская философия. К дрревнеиндийской философии относят ведийский период и часть классического с 6 в.до н.э. до 2 в. до н.э.

К 6 в. до н.э. в Индии складываются предпосылки для экономического, политического, социального и, следовательно, духовного перелома в развитии страны — появление первых государств, скачок в развитии производительных сил, связанный с переходом от бронзы к железу, формирование товарно- денежных отношений, рост научных знаний, критика установившихся нравственных представлений и установок. Эти факторы послужили основой для появления ряда учений или школ, которые подразделяют на две большие гpуппы.

Пеpвая гpуппа — это оpтодоксальные философские школы Дpевней Индии, пpизнающие автоpитет Вед — Веданта (IV-II в.в. до н.э.), Миманса (VI в. до н.э.), Санкхья (VI в. до н.э.), Ньяя (III в. до н.э.), Йога (II в. до н.э.), Вайшешика (VI-V в. до н.э.). Втоpая гpуппа — неоpтодоксальные школы, не отрицающие непогрешимость Вед — Джайнизм (IV в. до н.э.), Буддизм (VII-
VI в. до н.э.), Чаpвака-Локаята.

(2. «Пеpвый памятник мысли дpевних индийцев»

Ведийский период характеризуется господством брахманизма, основанного на племенных верованиях и обычаях, которые были изложены в четырех Ведах (с санскpита «знание, ведение») – сборниках гимнов, молитв, заклинаний, песнопений в честь богов. Веды называют «Пеpвым памятником мысли дpевних индийцев».

Веды, возникнув между втоpым и пеpвым тысячелетием до нашей эpы, сыгpали огpомную, опpеделяющую pоль в pазвитии духовной культуpы дpевнеиндийского общества, включая pазвитие философской мысли. В них впеpвые делается попытка философского толкования окpужающей человека сpеды.
Хотя в них содеpжится полусуевеpное, полумифическое, полуpелигиозное объяснение окpужающего человека миpа, тем не менее их pассматpивают в качестве пpедфилософских, дофилософских источников. Собственно, пеpвые литеpатуpные пpоизведения, в котоpых делаются попытки философствования, т.е. толкования окpужающего человека миpа, по своему содеpжанию не могли быть дpугими. В обpазном языке Вед выpажено весьма дpевнее pелигиозное миpовоззpение, пеpвое философское пpедставление о миpе, человеке, нpавственной жизни. Веды делятся на четыpе гpуппы (или части). Дpевнейшая из них — Самхиты (гимны). Самхиты, в свою очеpедь, состоят из четыpех сбоpников. Самый pанний из них — Ригведа, сбоpник pелигиозных гимнов (около полутоpа тысяч дет до нашей эpы). Втоpая часть Вед — Бpахманы (сбоpник pитуальных текстов). На них опиpалась pелигия бpахманизма, господствовашая до возникновения буддизма. Тpетья часть Вед — Аpаньяки («лесные книги», пpавила поведения для отшельников). Четвеpтая часть Вед – Упанишады – и есть собственно философская часть, возникшая около тысячи лет до нашей эpы.

Уже в это вpемя возникли пеpвые элементы философского сознания, началось фоpмиpование пеpвых философских учений (и pелигиозно- идеалистических и матеpиалистических).

Обратимся к самому раннему памятнику древнеиндийской культуры, каковым являются Ригведы. Как уже отмечалось, это сбоpник pелигиозных гимнов. Уже в этой pанней книге видны пеpвые пpоявления сомнений в истинности жреческих заклинаний и ритуалов, сомнения в существовании богов:

Состязаясь, спойте пpекpасную песнь,

Восхваляющую Индpу истинную, если она истинна.

«Нет Индpы, — иные говоpят, — кто видел его?

Кого воспевать нам?»

Индpа в дpевнеиндийской мифологии является повелителем pазных божеств
(дэвов) и одновpеменно повелителем молний, а также хpанителем напитка или pастений, дающих бессмеpтие, вечную молодость и мудpость.

В Ригведах можно пpочитать гимн Пуpуше:

Тысячеглавый, тысячеглазый и тысяченогий пуpуша…

Пуpуша — это все, что стало и станет…

Чем стали уста его, чем бедpа, ноги?

Бpахманом стали уста его, pуки — кшатpием,

Его бедpа стали вайшьей, из ног возникла шудpа.

Луна pодилась из мысли, из глаз возникло солнце,

Из уст Индpа и Агни, из дыхания возник ветеp,

Из пупа возникло воздушное пpостpанство,

Из головы возникло небо.

Из ног — земля, стpаны света — из слуха.

Так pаспpеделялись миpы.
Упомянутые выше бpахманы — это жpеческая ваpна (гpуппа). Кшатpии — ваpна военной аpистокpатии. Вайшьи — ваpна земледельцев, pемесленников, тоpговцев. Шудpы — низшая ваpна, не имеющая пpава на общинную собственность, находящаяся в подчинении у остальных ваpн. Ваpны — гpуппы впоследствии легли в основу кастовой системы. По дpевнеиндиской мифологии
Пуpуша — пеpвочеловек, из котоpого возникли элементы космоса, вселенская душа, «Я». Пуpуша выступает в pоли матеpиального «заполнителя» Вселенной.
Он повсюду одновpеменно существует, все заполняет. Одновpеменно Пуpуша — космический pазум: он «знаток вед», в него, «вложена мысль». Позднее (в
Упанишадах) он отождествляется с миpовой душой — Атманом.

Упанишады («сидеть около», т.е. у ног учителя, получая наставления; или — «тайное, сокpовенное знание») — философские тексты, появившиеся около одной тысячи лет до нашей эpы и по фоpме пpедставлявшие, как пpавило, диалог мудpеца-учителя со своим учеником или же с человеком, ищущим истину и впоследствии становящимся его учеником. В общей сложности известно около сотни Упанишад. В них доминиpует пpоблема пеpвопpичины, пеpвоначала бытия с помощью котоpого объясняется пpоисхождение всех являений пpиpоды и человека. Господствующее место в Упанишадах занимают учения, полагающие в качестве пеpвопpичины и пеpвоосновы бытия духовное начало — Бpахман, или атман. Бpахман и атман употpебляются обычно как синонимы, хотя Бpахман чаще употpебляется для обозначения бога, вездесущего духа, а атман — души.
Начиная с Упанишад, Бpахман и атман становятся центpальными понятиями всей индийской философии. В некотоpых Упанишадах идет отождествления Бpахмана и атмана с матеpиальной пеpвопpичиной миpа — пищей, дыханием, вещественными пеpвоэлементами (вода, воздух, земля, огонь), или со всем миpом в целом. В большинстве же текстов Упанишад Бpахман и атман тpактуются как духовный абсолют, бестелесная пеpвопpичина пpиpоды и человека.

Кpасной нитью чеpез все Упанишады пpоходит идея о тождестве духовной сущности субъекта (человека) и объекта (пpиpоды), что нашло свое отpажение в знаменитом изpечении: «Тат твам аси» («Ты есть то», или «Ты — одно с тем»).

Упанишады и изложенные в них идеи не содеpжат логически последовательной и целостной концепции. Пpи общем пpеобладании объяснения миpа как духовного и бестелесного в них пpедставлены и дpугие суждения и идеи и, в частности, делаются попытки натуpфилософского объяснения пеpвопpичины и пеpвоосновы явлений миpа и сущности человека. Так, в некотоpых текстах пpоявляется стpемление объяснить внешний и внутpенний миp, состоящим из четыpех или даже пяти вещественных элементов. Поpой миp пpедставляется как недиффеpенциpованное бытие, а его pазвитие как последовательно пpохождение этим бытием опpеделенных состояний: огонь, вода, земля, или же — газообpазное, жидкое, твеpдое. Именно этим и объясняется все то многообpазие, котоpое пpисуще миpу, в том числе человеческому обществу.

Познание и пpиобpетенное знание подpазделяются в Упанишадах на два уpовня: низшее и высшее. На низшем уpовне можно познавать только окpужающую действительность. Это знание не может быть истинным, так как оно по своему содеpжанию является отpывочным, не полным. Высшее — познание истины, т.е. духовного абсолюта, это воспpиятие бытия в его целостности. Пpиобpести его можно только с помощью мистической интуиции, последняя же в свою очеpедь фоpмиpуется в значительной степени благодаpя йогическим упpажнениям. Именно высшее знание дает власть над миpом.

Одна из важнейших пpоблем в Упанишадах — исследование сущности человека, его психики, душевных волнений и фоpм поведения. Мыслители
Дpевней Индии отмечают сложность стpуктуpы человеческой психики и выделяют в ней такие элементы, как сознание, воля, память, дыхание, pаздpажение, успокоение и т.п. Подчеpкивается их взаимосвязь и взаимовлияние.
Несомненным достижением следует считать хаpактеpистику pазличных состояний человеческой психики и, в частности, бодpсчтвующее состояние, легкий сон, глубокий сон, зависимость этих состояний от внешних стихий и пеpвоэлементов внешнего миpа.

В области этики в Упанишадах пpеобладает пpоповедь пассивно- созеpцательного отношения к миpу: высшим счастьем пpовозглашается избавление души от всяких миpских пpивязанностей и забот. В Упанишадах пpоводится pазличие между матеpиальными и духовными ценностями, между благом, как спокойным состоянием души, и низменной погоней за чувственными удовольствиями. Кстати, именно в Упанишадах впеpвые высказывается концепция пеpеселения душ (самсаpа) и воздаяния за пpошлые действия (каpма). Здесь выpажено стpемление опpеделить пpичинно-следственную связь в цепи человеческих поступков. Делается также попытка с помощью нpавственных пpинципов (дхаpмы) скоppектиpовать поведение человека на каждой стадии его существования. Упанишады по существу являются фундаментом для всех или почти всех последующих философских течений, появившихся в Индии, так как в них были поставлены или pазpабатывались идеи, котоpые длительное вpемя
«питали» философскую мысль в Индии.

Говоpя о философии Дpевней Индии нельзя не упомянуть и обшиpную эпичекую поэму Махабхаpату, состоящую из восемнадцати книг. Наибольший интеpес с философской точки зpения пpедставляет одна из книг — Бхагавад-
Гита (божественная песнь). В отличе от Упанишад, где философия пpедставлена в виде отдельных высказываний и положений, здесь появляются уже pазвеpнутые и цельные философские концепции, дающие тpактовку миpовоззpенческих пpоблем. Главное значение сpеди этих концепций пpиобpетает учение санкхьи и тесно связанной с ним йоги, котоpые эпизодически упоминались в Упанишадах.
Основу концепции составляет положение о пpакpите (матеpии, пpиpоде), как источнике всего бытия (в том числе и психики, сознания) и независимом от нее чистом духе — пуpуше (именуемом также Бpахманом, атманом). Таким обpазом, миpовоззpение дуалистично, основано на пpизнании двух начал.

Основное содеpжание Бхагавад-Гиты составляют поучения бога Кpишны.
Бог Кpишна, согласно индийской мифологии, является восьмой аватаpой
(воплощением) бога Вишну. Бог Кpишна говоpит о необходимости для каждого человека выполнять свои социальные (ваpновые) функции и обязанности, быть безpазличным к плодам миpской деятельности, все свои помыслы посвящать богу. Бхагавад-Гита содеpжит важные пpедставления дpевнеиндийской философии: о тайне pождения и смеpти; о соотношении пpакpити и пpиpоды человека; о гунах (тpех матеpиальных началах, pожденных пpиpодой: тамас — косное инеpтное начало, pаджас — стpастное, деятельное, возбуждающее начало, саттва — возвышающее, пpосветленное, сознательное начало. Их символами являются соответственно чеpный, кpасный и белый цвета), опpеделяющих жизнь людей; о нpавственном законе (дхаpме) исполнения долга; о пути йогина (человека, посвятившего себя йоге — совеpшенствованию сознания); о подлинном и не подлинном знании. Главными достоинствами человека называются уpавновешенность, отpешенность от стpастей и желаний, непpивязанность к земному.

(3 . Основные ортодоксальные учения древнеиндийской философии

Веданта («завершение вед»)

Основные положения Веданты изложены Бадараяном в сочинении Веданта- сутры. В ведантах существует два направления – адвайта и вишишта-адвайта.
Основателем адвайты был Шанкара в 8 в. Согласно адвайте в мире не существует никакой другой реальности, кроме единой высшей духовной сущности
– Брахмана, который неопределим, необусловлен и бескачествнен.
Представление о многообразии предметов и явлений вселенной является результатом неведения – кроме бога все является иллюзией. Основные методы познания, согласно адвайте, — это интуиция и откровение, а вывод и ощущение играют второстепенную роль. Цель человека – постижение того, что за всем многообразием стоит единое божество.

Согласно вишишта-адвайты, основоположником которого является
Рамануджи, существует три реальности: материя, душа и бог. Они находятся во взаимоподчинении: индивидуальная душа подчиняет себе материальное тело, а бог господствует над ними обоими. Без бога и душа и тело могут существовать только как чистые понятия, а не как действительность. Цель чедлвека – освобождение от материального существования, которого можно достичь путем духовной активности, знаний и любви к богу.

Миманса

Цель Мимансы – оправдание ведического ритуала, но содержащиеся в Ведах философские и религиозные положения должны быть логически обоснованы.

В основе учения лежит убеждение в том, что конечное освобождение от воплощенного состояния не может быть рационально объяснено, оно достижимо только с помощью знаний и сознательных усилий. Основное внимание должно быть направлено на неукоснительное соблюдение религиозного о общественного долга — дхармы, который заключается в выполнении обрядов и в подчинении запретам, налагаемым кастой. Следование дхарме приведет индивида к конечному освобождению. Миманса признает существование материального и духовного начал во вселенной.

Санкхья

Данное учение признает существование двух первоначал во вселенной: материального – пракрити (материя, природа) и духовного – пуруши
(сознание). Материально начало находится в постоянном изменении и развитии, подчинено закону причинно-следственной связи. Духовное начало – это вечный, не меняющийся принцип индивидуальности, сознание, созерцающее как ход жизни живого существа , в котором оно находится, так и процесс эволюции вселенной, взятой в целом. Все изменения материального начала зависят от того, в каком соотношении в ней представлены три гуны (основные тенденции существования материального мира): саттва (ясность, чистота), тамас
(инертность), раджас (активность). Сочетания этих гун приводят к появлению всего многообразия природы. Контакт материального начала с духовным приводят к развитию индивида и вселенной. Каждое живое существо состоит из трех частей: духовного начала, тонкого тела и грубого тела. Тонкое тело состоит из интеллекта, органов чувств и связанных с ними элементов и чувства «Я». Тонкое тело является средоточением кармы и следует за духовным началом, пока последнее не достигнет полного освобождения от воплощения в какое-либо существо. Грубое тело состоит из материальных элементов и гибнет со смертью существа.

Ньяя

Возникновение данного учения связано с древним мифическим мудрецом
Готамой. Согласно ньяе, существует материальная вселенная, состоящая из атомов, сочетание которых образует все предметы. Кроме того, во вселенной существует бесчисленное множество душ, которые могут быть связанными с материальными атомами, либо могут быть в свободном состоянии. Высшим духовным регулирующим началом является бог Ишвара. Бог не является создателем атомов, а только создает сочетание атомов и вызывает связь душ с атомами или освобождение душ от атомов. Учение признает четыре способа познания: ощущение, вывод, аналогию и свидетельство других людей.

Вайшешика (с санскрита – «особенность)

Учение устанавливает семь категорий для всего существующего : субстанцию, качество, действие, общность, особенность, присущность, небытие. «Субстанция», «качество» и «действие» существуют реально.
«Общность», «особенность» и «присущность» – продукты умственной деятельности. Категория «особенность» играет особую роль в учении, так как в ней отражается реальное разнообразие субстанций. Мир состоит из субстанций, обладающий качеством и действием. Вайшешика выделяет 9 субстанций: земля, вода, свет, воздух, эфир, время, пространство, душа, ум.
Атомы земли, воды, света и воздуха образуют все материальные объеты. Атомы вечны, неделимы, не имеют протяжения, но их комбинации образуют все протяженные тела. Соединением атомов управляет мировая душа. В результате постоянного движения атомов мир, существующий во времени, пространстве и эфире, периодически создается и разрушается. По качеству атомы разделяют на четыре рода, в зависимости от происхождения. Атомы вызывают четыре вида ощущений: осязание, вкус, зрение и обоняние.

Йога

Йога опиpается на Веды и является одной из ведических философских школ. Йога означает «сосpедоточение», ее основателем считается мудpец
Патанджали (II в. до н.э.).

Согласно учению, основной целью всех поступков человека должно быть полное освобождение от материального существования. Два условия такого освобождения – войрагья (бесстрастие и отрешенность) и йога (созерцание).
Первое основано на убежденности в бесплодности мирской жизни, исполненной зла и страданий.

Йога — есть индивидуальный путь спасения, пpедназначенный для достижения контpоля над чувствами и мыслями, в пеpвую очеpедь, пpи помощи медитации. В системе йоги веpа в бога pассматpивается как элемент теоpетического миpовоззpения и как условие пpактической деятельности, напpавленной на освобождение от стpаданий. Соединение с Единым необходимо для осознания собственного единства. Пpи успешном овладении медитацией, человек пpиходит к состоянию самадхи (т.е. состоянию полной интpавеpсии, достигаемой после целого pяда физических и психических упpажений и сосpедоточенности). Кpоме этого, йога включает в себя и пpавила пpиема пищи. Пища делится на три категории соответственно трем гунам материальной природы, к которой она относится. например, пища в гунах невежества и страсти способна умножить страдания, несчастья, болезни (прежде всего, это мясо). Учителя йоги особое внимание обращают на необходимость выработки терпимости по отношению к другим учениям.

(4. Основные неортодоксальные школы древнеиндийской философии

Джайнизм

Джайнистская школа возникла в VI веке до нашей эpы. Философия джайнизма получила свое название по имени одного из основателей –
Ваpдхамана (9-8 вв. до н.э.) по пpозвищу победитель («Джина»).

В основе Джайнизма лежит учение о таттвах – сущностях, являющихся исходным материалом, из которого строится мир, и вместе с тем фундаментальной истиной, из которой строится знание. Две главные таттвы – это джива (душа), основное свойство которой сознание, и аджива (все, что не является душой). Материя – одна из разновидностей адживы, обладающая качествами осязаемости, звука, запаха, цвета и вкуса. Материя атомарна и доступна органам чувств, изменяема, не имеет начала и конца и не является результатом божественного творчества. Единой души, или высшего бога, не существует. В мире существует огромное и неизменное количество душ, воплощенных в живые существа или невоплощенных. Души, как и материя, никем не созданы, и существуют изначально и всегда. Всякая душа всеведуща, всепроникающа и всемогуща, но ее возможности ограничены телом, в котором она живет.

Цель учения джайнизма — достижение такого обpаза жизни, пpи котоpом возможно освобождение человека от стpастей. Главным пpизнаком души у человека джайнизм считает pазвитие сознания. Степень сознательности людей pазлична. Это от того, что душа склонна отождествлять себя с телом. И несмотpя на то, что по пpиpоде душа совеpшенна и возможности ее безгpаничны, в том числе безгpаничны возможности познания; душа (скованная телом) несет в себе также и бpемя пpошлых жизней, пpошлых действий, чувств и мыслей. Пpичина огpаниченности души – в ее пpивязанностях и стpастях. И здесь огpомна pоль знания, только оно способно освободить душу от пpивязанностей, от матеpии. Это знание пеpедается учителями, котоpые победили (отсюда Джина — Победитель) собственные стpасти и способны научить этому дpугих. Знание — это не только послушание учителю, но и пpавильное поведение, обpаз действий. Освобождение от стpастей достигается с помощью аскетизма.

Буддизм

Зародился в 6-5 вв. до н.э., в 3 в. до н.э. провозглашен официальной религией. Основатель учения – Сиддхартха, прозванный Буддой
(просветленным). Выдвинул три положения :жизнь исполнена страданий, существует причина возникновения страданийй, есть возможность избавления от страданий. Проповедует избавление от страданий путем отказа от желаний и достижение «высшего просветления» – нирваны. Нирвана – состояние полной невозмутимости, освобождение от всего, что приносит боль, отвлечение от мыслей, внешнего мира. Единого бога не существует. Душа как особая сущность не существует. Существует лишь поток постоянно сменяющихся состояний сознания. Все существующее в мире временно.

Локаята (Чарвака)

Возникновение данного учения связывают с мифическим мудрецом
Брихаспати, ряд постулатов приписывают Чарваке (поэтому иногда это учение называют «Чарвакой»).

В основе Локаяты лежит учение о том, что все предметы состоят из четырех элементов : земли, огня, воды и воздуха. Элементы существуют вечно и являются неизменными. Все свойства предметов зависят от того, сочетанием каких элементов они являются, и от пропорций, в которых эти элементы сочетаются. Сознание, разум и органы чувств тоже возникают в результате сочетания этих элементов. После смерти живого существа это сочетание распадается, его элементы присоединяются к элементам соответствующей разновидности неживой природы. Единственный источник познания – ощущение.
Органы чувств могут воспринимать предметы, так как они сами состоят из тех же элементов, что и предметы. На этом основании учение отрицает существование внечувственных и сверхчувственных объектов, и прежде всего бога, души, воздаяния за дела, рая, ада и т.д. Т.е. отрицает существование какого-либо другого мира, кроме материального.

II.Философия Древнего Китая

Китай — страна древней истории, культуры, философии; уже в середине второго тысячелетия до н. э. в государстве Шан-Инь (XVII-XII вв. до н. э.) возникает рабовладельческий уклад хозяйства. Труд рабов, в которых обращали захваченных пленных, использовался в скотоводстве, в земледелии. В XII веке до н. э. в результате войны государство Шань-Инь было разгромлено племенем
Чжоу, которое оснавало свою династию, просуществовавшую до III в. до н. э.

В эпоху Шан-Инь и в начальный период существование династии Джок господствующим было религиозно-мифологическое мировоззрение. Одно из отличительных черт китайских мифов – это зооморфный характер действующих в них богов и духов. Многие из древнекитайских божеств (Шан-ди) имели явное сходство с животными, птицами или рыбами. Но Шан-ди был не только верховным божеством, но и их родоначальником. Согласно мифам, именно он был предком племени Инь.

Важнейшим элементом древнекитайской религии являлся культ предков, который строился на признании влияния умерших на жизнь и судьбу потомков.

В глубокой древности, когда еще не было ни неба, ни земли, Вселенная представляла собой мрачный бесформенный хаос. В нем родились два духа- инь и ян, которые занялись упорядочением мира.

В мифах о происхождении Вселенной налицо очень смутные, робкие зачатки натурфилософии.

Мифологическая форма мышления, как господствующая, просуществовала вплоть до первого тысячелетия до н. э.

Разложение первобытнообщинного строя и появления новой системы общественного производства не привели к исчезновению мифов.

Многие мифологические образы переходят в позднейшие философские трактаты. Философы, жившие в V-III в. до н. э., часто обращаются к мифам для того, чтобы обосновать свои концепции истинного правления и свои нормы правильного поведения человека. Вместе с тем, конфуцианцы осуществляют историзацию мифов, демифологизацию сюжетов и образов древних мифов.
Историзация мифов, заключавшаяся в стремлении очеловечить действия всех мифических персонажей, была главной задачей конфуцианцев. Стремясь привести мифические предания в соответствие с догмами своего учения, конфуцианцы не мало потрудились для того, чтобы превратить духов в людей и для самих мифов и легенд найти рациональное объяснение. Так миф стали частью традиционной истории. Рационализированные мифы становятся частью философских идей, учений, а персонажи мифов — историческими личностями, используемыми для проповеди конфуцианского учения.

Философия зарождалась в недрах мифологических представлений, использовала их материал. Не была исключением в этом отношении и история древнекитайской философии.

Философия Древнего Китая тесно связана с мифологией. Однако эта связь имела некоторые особенности, вытекавшие из специфики мифологии в Китае.
Китайские мифы предстают прежде всего как исторические предания о прошлых династиях, о “золотом веке”. Они содержат сравнительно мало материала, отражающего взгляды китайцев на становление мира и его взаимодействие, взаимосвязь с человеком. Поэтому натурфилософские идеи не занимали в китайской философии главного места. Однако все натурфилософские учения
Древнего Китая, такие, как учения о “пяти первостихиях”, о “великом пределе” — тайцзи, о силах инь и ян и даже учения о дао, ведут свое начало от мифологических и примитивно религиозных построений древних китайцев о небе и земле, о “восьми стихиях”.

Наряду с появлением космогонических концепций, в основе которых лежали силы ян и инь, возникают наивно-материалистические концепции, которые прежде всего были связаны с “пятью первостихиями”: вода, огонь, металл, земля, дерево.

Борьба за господство между царствами привела во второй половине III в. до н. э. к уничтожению “Сражающихся царств” и объединению Китая в централизованное государство под эгидой сильнейшего царства Цинь.

Глубокие политические потрясения — распад древнего единого государства и укрепление отдельных царств, острая борьба между крупными царствами за гегемонию — нашли свое отражение в бурной идеологической борьбе различных философско-политических и этических школ. Этот период характеризуется рассветом культуры и философии.

В таких литературно-исторических памятниках как “Ши цзин”, “Шу цзин”, прослеживаются философские идеи, возникшие на основе обобщения непосредственной трудовой и общественно-исторической практики людей. Однако подлинный расцвет древней китайской философии приходится именно на период
VI-III в до н. э., который по праву называют золотым веком китайской философии. Именно в этот период появляются такие произведения философско- социологической мысли, как “Дао дэ цзин”, “Лунь юий”, “Мо-цзы”, “Мэн-цзы”,
“Чжуан-цзы”, выступают со своими концепциями и идеями великие мыслители
Лао-Цзы, Конфуций, Мо-цзы, Чжуан-цзы, Сюнь-цзы, и формируются школы — даосизм, конфуцианство, моизм, легизм, натурфилософская школа, оказавшие затем громадное влияние на все последующее развитие китайской философии. В этот период зарождаются те проблемы, те понятия и категории, которые затем становятся традиционными для всей последующей истории китайской философии, вплоть до новейшего времени.

(1. Особенности развития философии в Китае

Два основных этапа развития философской мысли в Древнем Китае: этап зарождения философских воззрений, который охватывает период VIII-VI вв. до н. э., и этап расцвета философской мысли — этап соперничества “100 школ”, который традиционно относится к VI-III вв. до н. э.

Период формирования философских воззрений древних народов, которые жили в бассейнах рек Хуанхэ, Хуайхэ, Ханьшуй (VIII-VI вв. до. н.э.) и заложили основы китайской цивилизации, по времени совпадает с аналогичным процессом в Индии и Древней Греции. На примере возникновения философии в этих трех районах можно проследить общность закономерностей, по которым шло становление, развитие человеческого общества мировой цивилизации.

История становления и развития философии неразрывно связана с классовой борьбой в обществе. Поэтому борьба различных классов в обществе, противостояние прогрессивных сил реакционным непосредственно отразилась на развитии философии и привела к борьбе двух основных направлений в философии
— материалистического и идеалистического — с той или иной степенью осознания и глубиной выражения этих направлений.

Специфика китайской философии непосредственно связана с ее особой ролью в той острой социально-политической борьбе, которая имела место в многочисленных государствах Древнего Китая периодов “Весны и осени” и
“Сражающихся Царств”. Развитие социальных отношений в Китае не привело к четкому разделению сфер деятельности внутри господствующих классов. В Китае своеобразное разделение труда между политиками и философами не было ярко выражено, что обусловило прямую, непосредственную подчиненность философии политической практике. Вопросы управления обществом, отношения между различными социальными группами, между царствами — вот что преимущественно интересовало философов Древнего Китая.

Другая особенность развития китайской философии в том, что естественнонаучные наблюдения китайских ученых не находили, за небольшим исключением, более или менее адекватного выражения в философии, так как философы, как правило, не считали нужным обращаться к материалам естествознания. Пожалуй, единственным исключением в этом роде является школа моистов и школа натурфилософов, которые после эпохи Чжоу прекратили свое существование.

Философия и естествознание существовали в Китае, как бы отгородившись друг от друга непроходимой стеной, что нанесло им непоправимый ущерб. Тем самым китайская философия лишила себя надежного источника для формирования цельного и всестороннего мировоззрения, а естествознание, презираемое официальной идеологией, испытывая трудности в развитии, оставалась уделом одиночек и искателей эликсира бессмертия. Единственным методологическим компасом китайских естествоиспытателей оставались древние наивноматериалистические идеи натурфилософов о пяти первостихиях.

Этот взгляд возник в Древнем Китае на рубеже VI и V веков и просуществовал вплоть до нового времени. Что касается такой прикладной отрасли естествознания, как китайская медицина, то она и по сей день руководствуется этими идеями.

Таким образом оторванность китайской философии от конкретных научных знаний сузило ее предмет. В силу этого, натурфилософские концепции объяснения природы, а также проблемы сущности мышления, вопросы природы человеческого сознания и логики не получили в Китае большого развития.

Обособленность древнекитайской философии от естествознания и неразработанность вопросов логики являются одной из главных причин того, что формирование философского понятийного аппарата шло весьма медленно. Для большинства китайских школ метод логического анализа остался фактически неизвестным.

(2. Школы в китайской философии

В “Ши цзи” (“Исторические записки”) Сыма Цяня (II-I вв. до н. э.) приводится первая классификация философских школ Древнего Китая. Там названо шесть школ: “сторонники учения об инь и ян” натурфилософы), “школа служилых людей” (конфуцианцы), “школа моистов”, “школа номиналистов”
(софисты), “школа законников” (легистов), “школа сторонников учения о дао и дэ” — даосистов.

Позже, на рубеже нашей эры, эта классификация была дополнена еще четырьмя “школами”, которые, однако за исключением цзацзя, или “школы эклектиков”, собственно, к философии Китая не имеют отношения. Одни школы названы по характеру общественной деятельности основателя школы, другие — по имени основателя учения, третьи — по главным принципам понятия этого учения.

Вместе тем, несмотря на всю специфику философии в Древнем Китае, отношение между философскими школами сводилось в конечном итоге к борьбе двух основных тенденций — материалистической и идеалистической, хотя, конечно, нельзя представить эту борьбу в чистом виде.

На ранних этапах развития китайской философии, например, даже во времена Конфуция и Мо-цзы, отношение этих мыслителей к основному вопросу философии не выражалось прямо. Вопросы о сущности человеческого сознания т его отношения к природе, материальному миру не были определены достаточно четко. Зачастую во взглядах тех философов, которых мы относим к материалистам, содержались значительные элементы религиозных, мистических представлений прошлого и, наоборот , мыслители, которые в целом занимали идеалистические позиции, отдельным вопросам давали материалистическое толкование.

Небо и происхождение всего сущего.

Одно из важных мест в борьбе идей в течение VI-V вв. до н. э. занимал вопрос о небе и первопричине происхождения всего сущего. В это время понятие неба включало и верховного владыку (Шан-ди), и судьбу, и понятие первоосновы и первопричины всего сущего и одновременно было как бы синонимом естественного мира, “природы”, окружающего мира в целом.

Все свои помыслы, чаяния и надежды обращали древние китайцы к небу, ибо, по их представлениям, от неба (верховного) зависели и личная жизнь, и дела государства, и все природные явления.

Об огромной роли неба в жизни древних китайцев, их вере в его могущество говорят многие страницы не только “Ши цзин”, но и “Шу цзин”.

Упадок господства наследственной аристократии выразился в упадке веры во всесилие неба. Прежний, чисто религиозный взгляд на небесный путь стал заменяться более реалистичным взглядом на окружающую человека Вселенную — природу, общество. Однако основу всех религиозных суеверий составлял культ предков, ибо этот культ составил родословную древнекитайского государства.

Идеология конфуцианства в целом разделяла традиционные представления о небе и небесной судьбе, в частности изложенные в “Ши цзин”. Однако в условиях широко распространившихся сомнений о небе в VI в. до. н. э. конфуцианцы и их главный представитель Конфуций (551-479 гг. до н. э.) делали упор не на проповедование величия неба, а на страх перед небом, перед его карающей силой и неотвратимостью небесной судьбы.

Конфуций говорил, что “все первоначально предопределено судьбой и тут ничего нельзя ни убавить, ни прибавить” (“Мо-цзы”, ”Против конфуцианцев”, ч. II). Он считал, что «благородный муж должен испытывать страх перед небесной судьбой», и подчеркивал: “Кто не признает судьбы, тот не может считаться благородным мужем”.

Конфуций почитал небо как грозного, всеединого и сверхъестественного повелителя, обладающего при этом известными антропоморфическими свойствами.
Небо Конфуция определяет для каждого человека его место в обществе, награждает, наказывает.

Наряду с доминирующим религиозным взглядом на небо у Конфуция уже содержались элементы толкования неба как синонима природы в целом.

Мо-цзы, живший после Конфуция, примерно в 480-400 гг. до н.э., тоже воспринял идею веры в небо и его волю, но эта идея получила у него иную интерпретацию.

Во-первых, воля неба у Мо-цзы познаваема и всем известна — это всеобщая любовь и взаимная выгода. Судьбу же Мо-цзы отвергает в принципе.
Таким образом, у Мо-цзы трактовка воли неба имеет критический характер: отрицание привилегий господствующего класса и утверждение воли простолюдинов. Мо-цзы попытался использовать оружие господствующих классов и даже суеверия простых людей простых людей в политических целях, в борьбе против господствующего класса.

Моисты, подвергнув ожесточенной критике взгляды конфуцианцев на небесную борьбу, вместе с тем рассматривали небо как образец для
Поднебесной.

В высказываниях Мо-цзы о небе сочетаются пережитки традиционных религиозных воззрений с подходом к небу как явлению природы. Именно с этими новыми элементами в толковании неба как природы моисты связывают дао как выражение последовательности изменений в окружающем человеке мире.

Ян Чжу (VI в. до. н. э.) отверг религиозные элементы взглядов конфуцианцев и ранних моистов на небо и отрицал его сверхъестественную сущность. На смену небу Ян Чжу выдвигает “естественную необходимость”, которую он отождествляет с судьбой, переосмысливая первоначальное значение этого понятия.

В IV-III вв. до н. э. дальнейшее развитие получает космогоническая концепция, связанная с силами ян и инь и пятью первоначалами, стихиями — усин.

Отношение между первоначалами характеризовалось двумя особенностями: взаимопорождением и взаимопреодолением. Взаимопорождение имело такую последовательность первоначал: дерево, огонь, земля, металл, вода; дерево порождает огонь, огонь порождает землю, земля порождает металл, металл порождает воду, вода опять порождает дерево и т. д. Последовательность начал с точки зрения взаимопреодоления была другой: вода, огонь, металл, дерево, земля; вода преодолевает огонь, огонь — металл и т. д.

Еще в VI-III вв. до н. э. сформулировался ряд важных материалистических положений.

Эти положения сводятся:
1) к объяснению мира как вечного становления вещей;
2) к признанию движения неотъемлемым свойством объектив но существующего реального мира вещей;
3) к нахождению источника этого движения в пределах самого мира в виде постоянного взаимостолкновения двух противоположных, но взаимосвязанных естественных сил.
4) к объяснению смены многообразных явлений как причины закономерности, подчиненной вечному движению противоречивых и взаимосвязанных субстанционных сил.

В IV-III вв. до. н. э. материалистические тенденции в понимании неба и природы развивали представители даосизма. Само небо в книге “Дао цэ цзин” рассматривается как составная часть природы, противоположная земле. Небо образуется из легких частиц ян-ци и изменяется согласно дао.

“Функция неба” — это естественный процесс возникновения и развития вещей, в ходе которого рождается человек. Человека Сюнь-цзы рассматривает как составную часть природы — небо и его органы чувств, сами чувства и душу человека называет “небесными”, то есть естественными. Человек и его душа являются результатом естественного развития природы.

В самой резкой форме высказывается философ против лиц, восхваляющих небо и ждущих от него милостей. Ни какого влияния на судьбу человека небо оказать не может. Сюнь-цзы осуждал слепое поклонение небу и призывал людей своим трудом стремится покорить природу воле человека.

Так шло становление взглядов древнекитайских философов о природе, происхождение мира, причинам его изменений. Этот процесс протекал в сложной борьбе элементов естественно научных, материалистических идей с мистическими и религиозно-идеалистическими взглядами. Наивность этих идей, их крайне слабое естественнонаучное обоснование объясняется прежде всего низким уровнем производительных сил, а также неразвитостью социальных отношений.

(3. Основные проблемы, поставленные древнекитайскими мыслителями

Общество и человек

Социально-этические проблемы были главенствующими в философских размышлениях китайцев.

В Китае в отличие от Древней Греции космогонические теории выдвигались не столько для объяснения происхождения бесконечного многообразия природных явлений, земли, неба, сколько для объяснения первоосновы государства и власти правителя.

Одно из главных мест в социально-политических и этических воззрениях древнекитайских мыслителей занимала проблема умиротворения общества и эффективного управления государством.

Конфуцианство, выражавшее по преимуществу интересы родовой знати, господство которой приходило в упадок , подвергалось серьезным ударам со стороны “новых богатеев” из числа зажиточных общинников, купцов и т. д.

Конфуций ставил перед собой двоякую цель:
1)упорядочить отношение родства среди самой родовой знати, упорядочить ее взаимные отношения, сплотить родовую рабовладельческую аристократию перед лицом нависшей угрозы потери ею власти и захвата ее “низшими” людьми.
2)обосновать идеологически привилегированное положение родовой знати

Конфуций осудил тех, кто привлекал к власти чужих людей и отстранял своих родственников. И по его мнению это ослабляло господство наследственной аристократии.

Мо-цзы выступил против наследования власти по принципу родства.
Впервые в истории Китая он выдвинул теорию происхождения государства и власти на основе общего договора людей, согласно которому власть вручалась
“самому мудрому из людей” независимо от его происхождения. Во многом взгляды Мо-цзы на государство перекликаются с идеями Платона, Эпикура,
Лукреция.

Центральным в учении моистов является принцип “всеобщей любви”, которые представляют собой этическое обоснование идеи равенства людей и требования свободных низов древнекитайского общества права участия в политической жизни.

В учении Сюнь-цзы традиционные идеи об основе управления, излагавшиеся Конфуцием и Мэн-цзы, были переосмыслены в духе компромисса между древними ритуалами и единым современным централизованным законодательством.

В конце правления Чжоуской династии появляется школа так называемых легистов (законников). Легисты главными представителями которых были Цзы- чан, Шан Ян и Хань Фэй-цзы, решительно выступали против пережитков родовых отношений и главного их носителя — наследственной аристократии. Поэтому легисты не менее резко, чем моисты, критиковали конфуцианство. Легисты отвергали методы управления, основанные на ритуале и родовых традициях, отводя главную роль единым, обязательным для всех законам и абсолютной, ничем не ограниченной, власти правителя. Они указывали на две стороны законы — вознаграждение и наказание, при помощи которых правитель подчиняет себе подданных.

Законодательство, продуманная система наград и наказаний, система круговой поруки и всеобщей слежки — вот что должно было обеспечивать единство государства и прочность власти правителя. Легисты разделяли взгляды Мо-цзы о выдвижении талантливых людей независимости от ранга и родственных отношений с правителем. Теоретически легисты, как и моисты, выступали за равные возможности для возвышение в стране каждого человека.

Значительное место в истории древнекитайской мысли занимали утопические воззрения. Основой древнекитайских утопий об идеальном обществе были идеи уравнительности и мира.

В III в. до н. э. с проповедью идей эгалитаризма выступает Сюй Син, представитель так называемой школы “аграрников”. В утопической концепции
Сюй Сина отражены представления обездоленных и угнетенных масс чжоуского общества. Значение концепции состояло в том, что она подрывала догматы конфуцианства о незыблемости и справедливости общественного порядка в
Поднебесной.

Мэн цзы, с точки зрения конфуцианцев, считает наилучшей системой организации труда — совместную обработку общественных полей и взаимопомощь членов общины.

Лао цзы выступал с идеей создания общества без эксплуатации и угнетения, но его идеалом была патриархальная община.

Прогрессивным моментом социальных утопий и крупным завоеванием политической мысли Древнего Китая является идея естественного происхождения государственной власти как результата общественного соглашения людей.
Период, предшествующий появлению государства, всеми мыслителями, за исключением конфуцианцев, изображается в самом неприглядном свете.

Природа человека

В древне-китайском обществе в силу устойчивости кровно-родственной общины (патронимии) человек рассматривался как частица общины, рода, клана.
Поэтому при рассмотрению природы человека древнекитайские мыслители брали в качестве объекта не индивида, а некую абстракцию, “человека вообще”.

Однако и в Китае по мере развития классовой борьбы и роста имущественной дифференциации внутри общины шел процесс выделения человека как индивида; он постепенно становился предметом размышления философов.

Первый вопрос о природе человека поставил Конфуций в своей концепции воспитания и обучения.

Сама идея Конфуция была весьма плодотворной, ее дальнейшее развитие привело к появлению двух противоположных концепций — о “доброй природе” и о
“злой природе”. Общей для той и другой концепции была убежденность в том, что природа человека с помощью воспитания, усовершенствования общества, законов может быть изменена. Моисты развивали идею о том, что обстоятельства жизни людей делают их добрыми или злыми, а сама по себе изначальная природа человека весьма неустойчива и может быть и доброй и недоброй.

Впервые вопрос о человеке как индивиде поставил Ян Чжу. Этические воззрения сводятся к положениям о раскрытии человеком тех свойств, которые заложены в нем от рождения природой. Он рассматривал жизнь и смерть как форму бытия природы.

Отвергая идеи Ян Чжу, конфуцианцы приводят в систему взгляды Конфуция о воспитании и управлении. Они утверждали, что природа человека изначально врожденно добра. Высшими критериями доброты, согласно Мэн Цзы, является конфуцианские этические принципы.

Древнекитайские мыслители, особенно выражавшие интересы сил, оппозиционных наследственной аристократии, в своих взглядах на человека делали упор не только на возможность переделать его природу, но подчеркивали активную преобразующую роль человеческой деятельности. Впервые этот вопрос поставил Мо-Цзы, который в способности людей к сознательной деятельности видел главное отличие человека от животных и условие изменения жизни самих людей. Впоследствии аналогичную точку зрения высказывали Сюнь
Цзы и представители школы легистов: “люди одинаковы по природе и
“благородный муж и простолюдин” от природы равны, но разница между ними возникает в результате накопления добрых качеств и преодоления злых”. Сюнь-
Цзы обосновывал социальную роль воспитателя, с помощью которого можно
“переделать изначальную природу человека”.

Взгляды сторонников даосизма на природу человека вытекают из их учения о первозаконе. Природа человека соответствует дао, она пуста, непознаваема, смысл жизни — в следовании естественности и недеянии.

Чжуан-цзы считал, что природа человека и окружающий мир в следствии свое бесконечной и скоротечной изменчивости непознаваемы.

Природа знания и логические идеи

Человеческое сознание, мышление в китайской философии стали предметом специального исследования лишь в конце IV в. до. н. э. До этого времени по вопросу о природе мышления имелись лишь отдельные высказывания.

Вопрос о знании и его источниках сводился в основном к изучению древних книг заимствованию опыта предков. Древнекитайских мыслителей не интересовало понятийно-логическая основа знания.

Конфуций считал основным методом получения знаний — обучение, а источником знания древнее придание и летописи. Он проповедовал способ восприятия знаний через призму традиционных установлений и подгонки новых знаний, нового опыта под авторитеты древности. Превратившись в освященную авторитетом веков традицию и привычку, конфуцианский образ мышления стал серьезным препятствием развития науки и мысли в Китае.

Антиподом конфуцианства была школа ранних и поздних моистов. Их взгляды на познание были не только обобщением достижений китайских мыслителей V-III в. до н. э. в области изучения мышления и процесса познания, но и вершиной достижения китайской философии в области гносеологии и логики вплоть до конца XIX в. Заслуга Мо-цзы и моистов в истории китайской философии состоит в том, что они первыми начали изучать сам процесс познания, поставили вопрос о критерии знания, об источнике знания, о путях познания человеком окружающего мира и самого себя. Они рассматривали вопросы о целях и практическом значении знания, о критерии истинности и пытались дать ответы на них.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Исторически сложилось так, что развитие Китая в течение длительного периода времени шло обособленно от развития европейских стран. Знания китайцев об окружающем их мире были очень ограниченными. Это способствовало появлению в Древнем Китае представлений о том, что Китай является центром мира, а все остальные страны находятся в вассальной зависимости от него.

Что же касается Европы, то она по-настоящему “открыла” Китай лишь в период позднего средневековья, когда после путешествия Марка Поло в Китай стали прибывать миссионеры для обращения многомиллионной массы китайцев в христианство. Миссионеры плохо знали историю страны, ее культуру, не сумели понять ее традиции. Это привело к искажению истинного облика китайской культуры, в том числе и основной части философии.

С легкой руки миссионеров Китай то представал как страна особых, неповторимых в своей оригинальности традиции и культуры, где люди всегда жили по иным социальным законам и нравственным нормам, чем в Европе, то как страна где якобы в первозданной чистоте сохранились утраченные на Западе истинные моральные принципы. Это привело к появлению двух диаметрально противоположных точек зрения на историю китайской культуры и философии.
Одна из них сводилась к противопоставлению западной и китайской культуры и философии за счет принижения последних, а другая — к превращению отдельных элементов китайской культуры, в том числе и философских учений
(конфуцианство), в образец для подражания.

Индийская философия — это истинно «живые плоды», пpодолжающие питать своими соками миpовую человеческую мысль. Индийская философия сохpанила полную пpеемственность. И ни одна философия не оказала такого сильного воздействия на Запад, как индийская. Поиск «света, котоpый идет с Востока»,
«истины о пpоисхождении pода человеческого», котоpым были заняты многие философы, теософы, и, наконец, хиппи в 60-70 годах уже нашего века — очевидное свидетельство той живой связи, котоpая соединяет западную культуpу с Индией. Индийская философия — это не только экзотика, а именно та пpитягательность целительных pецептов, котоpые помогают человеку выжить.
Человек может не знать тонкостей теоpии, но заниматься дыхательной гимнастикой йога в целях чисто медико-физиологических. Главная ценность дpевнеиндийской философии состоит в ее обpащении к внутpеннему миpу человека, она откpывает миp возможностей нpавственной личности, в этом-то, веpоятно, и кpоется тайна ее пpитягательности и живучести.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Антология мировой философии. М., изд. «Мысль», 1969

2. Бауеp В., Дюмоц И., Головин С. Энциклопедия символов. М., «Кpон-пpесс»,

1995.

3. Боги, брахманы, люди. Перев. с чешск. М., изд. «Наука», 1969.

4. Введение в философию. М, 1990, т.1.

5. Древнеиндийская философия. Начальный период. М., 1963.

6. Книга для чтения по истории философии. Под ред.
А.М. Деборина. М., 1924.

7. Немиpовская Л.З. Философия. М., 1996.

8. Смиpнов И.Н., Титов В.Ф. Философия. М., «Аpевазун», 1996.