Автор: admin

Оглавление

Введение

Глава 1. Уголовно–правовая характеристика легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

1.1 Объективные признаки легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

1.2 Субъективные признаки легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества приобретённых незаконным путём

Глава 2. Проблемы и перспективы развития ответственности за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем

2.1 Отграничение преступлений, предусмотренных ст. 174 и 174.1 УК РФ, от смежных составов преступлений

2.2 Предупреждение легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

2.3 Совершенствование уголовного законодательства об ответственности за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

Заключение

Список использованной литературы

Введение

Данная тема весьма актуальна, поскольку легализация доходов, полученных преступным путем, стала одним из самых опасных и распространенных видов преступлений в сфере экономики. Борьба с легализацией денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем, является одним из приоритетных направлений борьбы с организованной преступностью, как в нашей стране, так и во всем мире. Поэтому противодействие легализации доходов от преступной деятельности признано необходимой мерой для обеспечения экономической безопасности Российской Федерации и предотвращения сращивания преступного мира с легальным бизнесом.

Негативные последствия легализации незаконных доходов многоаспектны и значительны. Легализация преступных средств, с помощью которых криминальные капиталы попадают в легальный оборот, где их уже невозможно идентифицировать, все это наносит непоправимый ущерб экономике России. Высокая латентность данного вида преступлений, скрытые механизмы легализации с соответствующими финансовыми операциями, отсутствие действенных механизмов отслеживания «теневых» финансовых потоков и их последующей легализации, острейший дефицит квалифицированных кадров в правоохранительных органах, острая нехватка соответствующего методического обеспечения процессов выявления и расследования легализации — это лишь часть проблем, существенно тормозящих процесс выявления и раскрытия фактов легализации доходов, полученных преступным путем. Преступные капиталы, пройдя все стадии легализации, становятся источниками для воспроизводства многих видов экономических преступлений, служат для подпитки организованной преступности, экстремистских и террористических группировок. Легализованные средства используются для подкупа сотрудников государственной власти и местного самоуправления, что способствует разрастанию коррупции и проникновению преступных элементов в политические структуры. Именно легализованный теневой капитал позволяет организованной преступности скупать все виды собственности и устанавливать контроль над экономической, а далее и над политической системой страны. Таким образом, образуется цепь преступных элементов, представляющая серьезную угрозу экономической и в целом национальной безопасности. Важно понимание того, что, ведя борьбу с отмыванием доходов, полученных преступным путем, государство тем самым борется с экономическими преступлениями, коррупцией и наркоторговлей, а также с другими особо опасными преступлениями, теневой и криминальной экономикой в целом, не исключая и те их сегменты, которые работают на международный терроризм. Именно поэтому в борьбе с легализацией доходов, приобретенных преступным путем, вопросы взаимодействия подразделений правоохранительных органов, Росфинмониторинга, финансово-кредитных учреждений и налоговых органов являются наиболее актуальными в современных условиях. Необходимо отметить комплексность проблемы борьбы с легализацией незаконных доходов, включающей в себя не только правовые, но и экономические, политические, оперативно-розыскные, нравственные аспекты. Поэтому решение этих проблем во многом зависит от успешности комплексного теоретического научного анализа понятия легализации доходов, полученных преступным путем, а также изучения мировой практики борьбы с данным видом преступлений и формирования эффективных методов и средств противодействия этому криминальному явлению.

Целью курсовой работы является непосредственный анализ статей связанных с легализацией денежных средств или иного имущества приобретённых незаконным путём, а также проблемы борьбы с данным видом преступлений.

Задачами настоящей работы ставятся: обобщение следственной и судебной практики, проведение анализа применения статей 174 и 174.1 УК РФ.

Предметом исследования были в основном особенности нормативной конструкции ст.ст. 174 и 174.1 УК РФ.

Объектом курсовой работы являются общественные отношения, складывающиеся по поводу предупреждения, пресечения, профилактики деятельности по легализации преступных доходов.

Теоретическую базу исследования, с использованием которой были рассмотрены основные ее проблемы, составляют труды отечественных правоведов и криминологов. Особо следует выделить работы, посвященные вопросам борьбы с экономическими преступлениями, таких авторов, как: Белай М.В., Рудая Т.Ю., Герасименко Н.В., Жубрин Р.И., Михайлов В.И., Тихомирова М.Ю, Лебедева В.М., Коростелев С.Ю и т.д.

Глава 1. Уголовно–правовая характеристика легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

Глава 22 действующего Уголовного кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за преступления в сфере экономической деятельности. Некоторая часть составов преступлений, входящих в эту главу, существовала и в УК РСФСР 1960 г. и относилась к разряду хозяйственных преступлений. За 6 лет действия УК РФ в эту главу было внесено около 30 изменений и дополнений. Это свидетельствует о том, что экономическая основа общества постоянно совершенствуется, и развивается параллельно политическому и социальному развитию общества. Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем (ст. 174 УК РФ). Цель данного уголовно-правового предписания состоит в том, чтобы не допустить утаивание или сокрытие истинного происхождения, местонахождения или движения денежных средств, воспрепятствовать использованию преступно полученных доходов в легальном финансовом обороте. Для однозначного понимания сущности процесса легализации и его общественной опасности необходимо раскрыть понятие отмывания денежных средств, сформировавшееся в российском законодательстве и в российской теории уголовного права. Законодатель дает следующее определение отмыванию денежных средств: «…легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, — придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления, за исключением преступлений, предусмотренных статьями 193, 194, 198 и 199 Уголовного кодекса Российской Федерации, ответственность по которым установлена указанными статьями»1. Не смотря на это, заслуживают внимания определения понятия «отмывание», даваемые отечественными и учеными-юристами, среди которых единства во взглядах не сложилось. Работники правоохранительных органов в своей деятельности должны руководствоваться исключительно тем определением, которое даёт законодатель, так как оно законодательно закреплено и, следовательно, имеет юридическую силу. На общественную опасность деяния, определяемого как преступление, законодатель указывает в ст. 14 УК РФ, которая позволяет понять, почему именно это действие (бездействие) признается уголовным правонарушением. В статье изложено общее определение понятия преступления, которое раскрывает его материально-правовое содержание путем указания на материальную (через общественную опасность) и формальную (через запрещение деяния уголовным законом) его стороны. Формальная сторона выражается в признании преступлением лишь того деяния, которое под угрозой наказания запрещено уголовным законом. Материальная сторона означает, что таковым может быть признано только деяние, обладающее общественной опасностью. В свою очередь, общественная опасность означает, что деяние причиняет или создает угрозу причинения определенного вреда общественным отношениям. При этом вред может быть физическим имущественным или моральным. Сама категория «общественная опасность» носит объективный характер. Необходимо также различать характер и степень общественной опасности преступления. Характер общественной опасности преступления — признак, позволяющий отличать преступление одного вида от преступлений другого вида. Он зависит от социальной ценности того блага, на которое совершено посягательство, а равно других объективных и субъективных признаков, учитываемых законодателем при формировании соответствующих составов преступлений. Степень общественной опасности преступления представляет собой совокупность объективных и субъективных признаков, отличающих одно преступление от другого преступления, ответственность за которое предусмотрена той же статьей или той же частью статьи.

Степень общественной опасности зависит, в первую очередь, от тяжести наступивших последствий, их содержания, а также от способа совершения преступления, формы вины, стадии совершения преступления и иных обстоятельств. Степень общественной опасности преступления, имея относительно самостоятельное значение, тесно связана со степенью общественной опасности лица, совершившего это преступление.

Выяснить в чем заключается общественная опасность легализации (отмывания) денежных средств и причиняется ли какой-либо вред вследствие совершения данного деяния или создается только угроза его причинения достаточно сложно, ведь при отсутствии материальных последствий трудно определить вред, причиненный преступлением. В случае легализации денежных средств материальный вред обычно не причиняется, так как имеет место перемещение имущества, полученного в результате преступления, из криминального оборота в легальный. Само по себе это деяние может нанести материальный (имущественный) вред только в ограниченном числе случаев и лишь по отношению к финансовым организациям. Для государства введение в легальный оборот указанного имущества означает увеличение налогооблагаемой базы и, следовательно, поступление дополнительных налоговых платежей в бюджеты соответствующего уровня. Что касается конкретных законопослушных граждан, то отмывание денег вообще не затрагивает их интересов (если не считать влияния на общее качество и уровень жизни в стране).

1.1 Объективные признаки легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

В Уголовном кодексе Российской Федерации предусматривается три, а не две статьи о легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества: ст.174 УК РФ » Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем » (действовавшая до 1 февраля 2002 г.); ст.174 УК РФ «Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем» (действующая с 1 февраля 2002 г.); ст.174.1 УК РФ «Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления» (также действующая с 1 февраля 2002 г.). Дело в том, что хотя формально ст.174 УК РФ » Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем » и утратила силу с 1 февраля 2002 г., тем не менее преступления, совершенные по признакам предусмотренного ею состава (ч.3 ст.174 УК РФ) до 1 февраля 2002 г. представляют собой согласно ст.15 УК РФ соответственно преступления средней тяжести либо тяжкие преступления. Поэтому состав ч.3 ст.174 УК РФ в силу ч.1 ст.78 УК РФ будет действовать соответственно десять лет согласно сроку давности привлечения к уголовной ответственности. Диспозиция ст.174 УК РФ в прежней редакции действовала до 1 февраля 2002 г., поскольку отсутствовал Закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, приобретённых преступным путем» от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ. Рассмотрим состав ст.174 УК РФ в прежней редакции как применимый к преступлениям, совершенным до 1 февраля 2002 г. В период введения в действие ст.174 в законодательстве не было легального определения понятия финансовых операций, поэтому практика руководствовалась понятиями, данными в правовой литературе.2

Считается правильным мнение, что совершение финансовых операций образуют такие действия, как размещение на счетах в банках по договору банковского вклада; приобретение на эти средства акций, облигаций и других ценных бумаг, выпускаемых коммерческими организациями; обмен таких средств на иностранную валюту и т.п. Безусловно, финансовой операцией будут действия по кредитному договору, когда «грязные» деньги проводятся как банковский кредит.

Сферой применения комментируемой статьи являлись легальная и нелегальная предпринимательская деятельность различных видов, в которых в силу их характера, наличия объективных и субъективных трудностей осуществления контроля возможно получение правонарушителем имущественных результатов заведомо незаконных действий путем придания денежным средствам или (и) иному имуществу действительного или мнимого статуса легитимности (легализация). Статья распространялась и распространяется на действия, связанные с использованием незаконно полученных средств от банковской деятельности, оптовой и розничной торговли, игорного бизнеса, услуг, деятельности в некоторых областях производства и пр. При определении сферы применения данного уголовно-правового запрета учитывались социально-экономические закономерности движения денежных ресурсов, возможности их использования и контроля над их происхождением.3 Преступление имело формальный состав и считалось оконченным в момент проведения операции, признаваемой финансовой, или другой сделки (перевод денег, приобретение валюты и др.) либо в момент заключения сделки.4 Объективная сторона данного преступления включала в себя действия в виде финансовых операций или других сделок либо использование денежных средств, а равно иного имущества, полученных незаконным путем, т.е. предпринимательскую или иную экономическую деятельность. Предметом анализируемого преступления считались денежные средства, ценные бумаги в российской и иностранной валюте и иное движимое или недвижимое имущество, приобретенное незаконным путем в России и за ее пределами.

Однако, прежде всего, предметом легализации являлось имущество, полученное в результате совершения таких преступлений, как: хищение, контрабанда, вымогательство, незаконный оборот наркотических средств и психотропных веществ, оружия, незаконное предпринимательство и банковская деятельность, организация и содержание притонов для занятия проституцией, незаконное распространение порнографических материалов, получение взятки, уклонение от уплаты налогов и ряда других.

Совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, приобретенным заведомо незаконно, по сложившейся практике образовывало основное деяние, предусмотренное данной статьей. Характерно, что законодательное регулирование ответственности за отмывание «грязных» денег необходимо, прежде всего, в интересах борьбы с организованной преступностью, с тем чтобы подорвать финансовую основу этой преступности. «Под отмыванием денег в УК РФ следует понимать все операции, осуществляемые с целью утаить или сокрыть наличие, происхождение или целевое назначение финансовых средств (первая стадия), чтобы затем приступить к извлечению из них регулярных доходов (вторая стадия). Таким образом, отмывание представляет собой, прежде всего, легализацию преступного происхождения денег».

Объектом преступления являлись правоотношения, складывающиеся в сфере экономической деятельности. С легализацией незаконно полученных доходов могут быть связаны сделки купли-продажи, мены, сдача имущества в наем, аренду и многие другие. Приобретение имущества заведомо незаконным путем представляло собой завладение имуществом либо получение фактических прав на него без необходимых правовых оснований, в частности путем недействительной сделки, совершения преступления, неосновательного обогащения, незаконной переработки, самовольной постройки и другим способом. Такое понимание незаконности соответствовало тексту закона, однако нуждалось в чётком толковании. Незаконность заключается в нарушении уголовно-правового запрета, иначе применение данной статьи само было бы незаконным в силу п.2 ст.14 УК РФ ввиду отсутствия общественной опасности деяния.

Заведомость незаконного приобретения означает, что в отношении приобретения лицо действовало с прямым умыслом, безусловно зная о том, что способ, каким оно приобретает денежные средства или иное имущество, является незаконным. Под экономической деятельностью в контексте данной статьи понималась деятельность, не имеющая извлечение прибыли в качестве основной цели, но требующая затрат денежных средств или использования иного имущества для достижения других целей, например охраны здоровья, оказания юридической помощи и т.д.5 Суть разграничения предпринимательской и иной экономической деятельности состоит в том, что некоторые виды деятельности, требуя значительных затрат и предполагая оплату труда и получение различных выгод, все же не признаются предпринимательскими. Использование денежных средств или иного имущества означало совершение любых видов сделок или иных активных действий в целях осуществления предпринимательской или иной экономической деятельности, например, заключение договоров купли-продажи, кредитование, оплату производимых работ и услуг. Под укрытием понималось тайное хранение денег, золота, ценных бумаг в личных сейфах, тайниках, помещение ценностей в банк по фиктивным документам. Основная цель ст.174 УК РФ — охрана экономической системы страны и прежде всего денежного обращения от поступления больших объемов неконтролируемых денежных средств либо иного имущества, а также предупреждение преступной деятельности, направленной на извлечение прибыли и осуществляемой организованными преступными группами или отдельными преступниками. Текст ст.174 УК РФ не оставляет никаких сомнений в умышленном характере этого преступления. Для привлечения к ответственности лиц, участвующих в легализации денежных средств и иного имущества, приобретенных незаконным путем, необходимо установить и доказать (что чрезвычайно сложно) их желание совершить такие действия, и осознание ими того обстоятельства, что финансовая операция или другая сделка с их участием, а равно предпринимательская или иная экономическая деятельность осуществляются с денежными средствами или другим имуществом, приобретенным незаконным путем.

Рассмотрим ст.174 УК РФ, вступившую в силу с 1 февраля 2002 г.

Статья 174. Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем.6

Настоящая статья, особенно ч.1, значительно отличается от ч.1 ст.174 УК РФ, которая действовала до 1 февраля 2002 г. Отличие содержания ст.174 УК РФ, вступившей в силу с 1 февраля 2002 г. (далее — «ст.174 УК в новой редакции»), от ст.174 УК РФ в старой редакции, состоит, прежде всего, в принятии и вступлении в силу Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем» от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ.

В диспозиции ст.174 УК РФ в старой редакции не имелось таких важных определений и терминов, как:

легализация (отмывание) денежных средств и иного имущества;

доходы, полученные преступным путем;

финансовые операции и иные сделки с движимым имуществом;

критерий крупного размера финансовых операций.

Отсутствие законодательного закрепления вышеуказанных определений и терминов создавало неопределенность в их трактовке. На практике уголовно-правовая квалификация данного вида преступления по ст.174 УК в старой редакции зависела от мнения ученых-правоведов, изложенных в различных комментариях к УК РФ, отдельных судебных прецедентов, что не только снижало качество расследования, но давало возможность отдельным лицам уходить от уголовной ответственности. Все это зачастую вело к нарушению законности в расследовании данного вида преступлений.

Правовой базой ст.174 УК в новой редакции и ст.174.1, является ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем» от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ. Немаловажную роль при анализе ст.174 УК играют дополнения и изменения, внесенные законодателем в федеральные законы от 22 апреля 1996 г. N 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» и от 3 февраля 1996 г. N 17-ФЗ «О банках и банковской деятельности» касающиеся легализации (отмывания) денежных средств.

Преступление имеет формальный состав и признается оконченным в момент проведения операции, признаваемой финансовой, или другой сделки (перевод денег, приобретение валюты и др.) либо в момент заключения сделки. Преступление имеет двойственный характер. Цель первичного преступления — получение крупных денежных сумм. Цель преступления вторичного — их легализация. Как отмечет С.Ю. Коростелев: «Общим объектом данного преступления, как и любых других преступных деяний, является совокупность общественных отношений, охраняемых уголовно-правовым законом».7 Обозначенное определение общего объекта существует в юридической литературе еще с советского периода, однако и по настоящее время оно не утратило своей актуальности. Несмотря на всю важность определения непосредственного объекта отмывания денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем или лицом в результате совершения им преступления, среди ученых не сформировалось однозначного понимания его содержания. Некоторые авторы говорят, что непосредственный объект представляет собой » Те общественные отношения, для охраны которых создавалась конкретная уголовно-правовая норма «.8

В данном случае таковыми будут выступать:

общественные отношения, складывающиеся в процессе осуществления экономической деятельности в сфере финансового и имущественного оборота, основанные на добросовестности их участников и контролируемости государством источников владения имуществом;

общественные отношения, связанные с инвестированием капитала в национальную экономику.

Дополнительным непосредственным объектом легализации будут являться общественные отношения, связанные с интересами правосудия. Интересы правосудия страдают в результате того, что затрудняется обнаружение преступно приобретенного имущества, могущего служить вещественным доказательством по делу, затрудняется его возврат потерпевшему или обращение в доход государства.

В литературе встречается мнение о необходимости выделения факультативного объекта анализируемых составов. Факультативный объект легализации — общественные отношения, находящиеся под уголовно-правовой защитой, но терпящие вред не во всех случаях совершения данного преступления, т.е. это интересы потерпевших (физических лиц, предприятий, учреждений или организаций). Нередко, материальный ущерб достигает значительных размеров и свидетельствует о высокой общественной опасности совершенного деяния, что должно учитываться при определении вида и размера наказания.9

Предметом (вещами материального мира, воздействуя на которые преступник нарушает общественные отношения, охраняемые уголовным законом) рассматриваемых составов преступлений, являются денежные средства и иное имущество, приобретенные исключительно преступным путем. Следует отметить определенное различие между предметами преступлений указанных составов: в ст. 174 УК РФ речь идет о денежных средствах или ином имуществе, приобретенных преступным путем другими лицами, а в ст. 174.1 УК РФ — о денежных средствах или ином имуществе, приобретенных непосредственно субъектом легализации в результате совершения им преступления. Объективная сторона деяния представлена в виде легализации денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем. Способы легализации (отмывания) денежных средств перечислены в диспозиции ст.174 УК: совершение в крупном размере финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенным другими лицами преступным путем, за исключением указанных выше преступлений. Таким образом, легализация может быть осуществлена двумя способами: совершение в крупном размере финансовых операций и совершение в крупном размере иных сделок с денежными средствами или иным имуществом. Законодатель счел целесообразным таким образом построить принципиально важную для квалификации преступления фразу о способах легализации — «совершение… финансовых операций и других сделок». Грамматическое толкование характеристики способов совершения преступления не оставляет вариантов: деяние может быть признано преступным, если субъект помимо финансовых операций совершает и другие сделки. Союз «и» имеет в данном случае определяющее значение. В такой ситуации возникает необходимость выяснить истинную цель законодателя, поскольку легализация может быть весьма успешной, если субъект ограничивается лишь одним способом, например осуществлением финансовых операций. Видимо, законодатель все же именно такой вариант объективации преступной деятельности имел в виду, однако недостаточно корректная конструкция диспозиции вынуждает к расширительному толкованию нормы, что в сущности противоречит принципу законности.

Финансовые операции как один из способов легализации не имеют четкого определения. Однако на основе анализа норм гражданского и валютного законодательства, а также исходя из положений и рекомендаций финансового права к финансовым операциям относятся отношения, возникающие в процессе аккумуляции, распределения и использования денежных средств. Прежде всего это, конечно, валютные операции, к которым п.7 ст.1 Закона РФ «О валютном регулировании и валютном контроле» относит: операции, связанные с переходом права собственности и иных прав на валютные ценности, в том числе операции, связанные с использованием в качестве средства платежа иностранной валюты и платежных документов в иностранной валюте; ввоз и пересылка в Россию, а также вывоз и пересылка из России валютных ценностей; осуществление валютных денежных переводов. Поскольку финансовые операции представляют собой род сделок, постольку иные сделки, связанные с движением капитала, также составляют структуру финансовых операций. К ним относятся, например, договоры финансирования под уступку денежного требования, банковского вклада и т.д. Иным сделкам следует придавать такое значение, которое придает сделкам гражданское законодательство: действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей. К иным сделкам относятся такие операции, как купля-продажа, мена, дарение, рента, аренда, наем жилого помещения, подряд и т.д. Сделка считается оконченной процедурой с момента ее заключения, соответственно чему деяние считается оконченным с момента совершения указанных в законе действий (формальный состав).

Статья 174.1. Легализация (отмывание) денежных средств или иного имуществ, приобретенных лицом в результате совершения им преступления.10

Элементами объективной стороны преступления, предусмотренного ч.1 ст.174/1 УК, являются:

совершение в крупном размере финансовых операций;

других сделок с денежными средствами;

или иным имуществом, приобретенным в результате совершения им преступления (за исключением преступлений, предусмотренных статьями 193, 194, 198 и 199 настоящего Кодекса);

в целях придания правомерного вида владения, пользования или распоряжения указанными денежными средствами или иным имуществом.

Финансовыми операциями и другими сделками с денежными средствами или иным имуществом, совершенными в крупном размере, в статье 174 УК РФ признаются финансовые операции и другие сделки с денежными средствами или иным имуществом, совершенные на сумму, превышающую шесть миллионов рублей.

Сферой применения данной статьи являются легальная и нелегальная предпринимательская деятельность различных видов, в которых в силу их характера, наличия объективных и субъективных трудностей осуществления контроля возможно после получения правонарушителем имущественных результатов заведомо преступных действий путем придания денежным средствам или (и) иному имуществу действительного или мнимого статуса легитимности (легализация). Статья распространяется на действия, связанные с использованием незаконно полученных средств от банковской деятельности, оптовой и розничной торговли, игорного бизнеса, услуг, некоторых областей производства и т.д.

Текст ст.174.1 УК РФ не вызывает сомнений в умышленном характере этого преступления. Для привлечения к ответственности лиц, участвующих в легализации денежных средств и иного имущества, приобретенных преступным путем, необходимо установить и доказать (что чрезвычайно сложно) осознание ими того обстоятельства, что финансовая операция или другая сделка с их участием, а равно предпринимательская или иная экономическая деятельность осуществляются с денежными средствами или другим имуществом, приобретенным противоправным, преступным путем, и желание совершить такие действия. Преступление имеет формальный состав и признается оконченным в момент проведения операции, признаваемой финансовой, или другой сделки (перевод денег, приобретение валюты и др.) либо в момент заключения сделки. Объектом преступления являются правоотношения, складывающиеся в сфере экономической деятельности. С легализацией незаконно полученных доходов могут быть связаны сделки купли-продажи, мены, сдача имущества в наем, аренду и многие другие.

Диспозиция ч.2 ст.174.1 УК РФ дословно совпадает с диспозицией ч.2 ст.174 УК в новой редакции. Все понятия квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков (ч.3 ст.174.1 УК РФ — совершение преступления организованной группой), текстуально совпадают. Значение объекта преступлений, предусмотренных ст. ст. 174, 174.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, трудно недооценить в силу того, что благодаря его определению устанавливается характер и степень общественной опасности деяний, а соответственно, и обоснованность расположения в череде уголовно-правовых норм Особенной части Кодекса. Кроме того, от него зависит то, насколько правильно правоприменителем будет квалифицировано совершенное теми или иными лицами деяние. И наконец, определение объекта отмывания денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем или лицом в результате совершения им преступления, необходимо, чтобы отграничить совершенное общественно опасное деяние от иных преступлений.

1.2 Субъективные признаки легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества приобретённых незаконным путём

Факты, характеризующие субъектов преступления, их преступные связи, имеют большое значение для раскрытия и расследования преступлений. Данные о профессиональных и личностных качествах субъекта преступления позволяют высказать суждение о мотивах содеянного, средствах и способах преступного посягательства, использованных для этого хозяйственных и финансовых операциях, месте совершения преступления и т.д. Субъектом легализации является физическое вменяемое лицо, достигшее возраста уголовной ответственности и, кроме того, наделенное гражданско-правовыми возможностями осуществлять финансовые или иные сделки. Специальное условие, согласно которому субъект должен быть правомерно наделен возможностями осуществлять сделки, является обязательным для квалификации деяния. Только в таком случае преступно приобретенному имуществу или денежным средствам может быть придан правомерный вид.

Согласно Уголовному законодательству возраст наступления ответственности за данное преступление определяется с шестнадцати лет. Это объясняется следующим. Каждая сделка предполагает ответственность сторон. Отвечать по сделкам и иным заключенным договорам может лишь лицо, которое способно осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их. Такая способность наступает лишь с момента достижения лицом совершеннолетия. С этого момента субъект признается полностью дееспособным. Значит, субъектом легализации может быть лишь лицо, признанное полностью дееспособным. Как правило, признание лица дееспособным наступает по достижении субъектом 18 лет. Однако возможны ситуации, когда субъект, в силу различных обстоятельств, например психического заболевания, ограничивается в дееспособности. Следовательно, даже в том случае, если субъект достиг совершеннолетия, но по объективным причинам ограничен в дееспособности, он не может быть субъектом рассматриваемого преступления. Возможна, однако, ситуация, когда субъект, дееспособность которого по тем или иным причинам ограничена, обманным путем заключает сделку, хотя ответственности за неисполнение обязательств нести не может. В таком случае сделка признается недействительной с правом реституции — восстановлением нарушенных прав. В итоге все приводится к нулевому варианту и фактически легализации не происходит. Из общего правила о свойствах субъекта легализации гражданское законодательство дает возможность сделать исключение. Статья 27 ГК РФ устанавливает правило, согласно которому несовершеннолетний, достигший 16 лет, может быть объявлен полностью дееспособным, если он работает по трудовому договору, в том числе по контракту, или с согласия родителей, усыновителей или попечителя занимается предпринимательской деятельностью (эмансипация). Будучи полностью дееспособным, несовершеннолетний свободен в распоряжении имуществом, приобретенным за счет заработной платы и доходов от предпринимательской деятельности, и вместе с этим имуществом отвечает по своим обязательствам перед другими лицами. Значит, если несовершеннолетний, достигший 16 лет, официально признан эмансипированным, он может быть также признан субъектом легализации.

До принятия редакции ст. 174 УК РФ 07 августа 2001г. в правовой литературе существовали различные точки зрения относительно того, кого можно считать субъектом этого преступления. Можно выделить следующие позиции:

лицо, совершившее основное преступление;

лицо, содействующее легализации доходов, полученных от преступной деятельности другим лицом;11

лицо, совершившее основное преступление, и лицо, содействующее легализации доходов, полученных от преступной деятельности12.

На практике же, к уголовной ответственности, главным образом, привлекались лица, совершившие основное преступление. Иногда подсудимым выносился оправдательный приговор на том основании, что субъектом преступления по ст. 174 УК РФ не могло быть лицо, совершившее основное преступление.

Например, следственным управлением УВД Мурманской области как легализация незаконных денежных средств квалифицированы действия генерального директора ЗАО «Рось» Зоренко, который, не имея лицензии, организовал промышленный лов рыбы и реализовывал ее фирмам Дании и Норвегии, получив доход в сумме 5 млрд недоминированных рублей, зачисленный покупателями на его счет. Полученные деньги он вложил в законную коммерческую деятельность своей фирмы.Судом уголовное дело в части ст. 174 УК РФ прекращено на основании ст.5 ч.1 п.2. УПК РСФСР, «так как наступление уголовной ответственности за действия, предусмотренные данной статьей УК, предполагается не для того лица, которое приобрело имущество незаконным путем, а для иного лица, осуществляющего в его интересах легализацию этого имущества»13. Этот спор законодательно разрешен путем изменения 07 августа 2001г. редакции ст. 174 УК РФ и введением ст. 174.1 УК РФ, в соответствии с которыми субъектами преступления теперь становятся и лица, легализующие преступные доходы, и лица, совершившие основное преступление.

Сложность самого процесса легализации предопределяет достаточно широкий круг лиц, вовлекаемых в «отмывание» преступных доходов.

Анализ уголовных дел показал, что легализация может совершаться следующими категориями лиц:

лицом, получившим преступные доходы;

лицом, организующим процесс «отмывания»;

лицом, действующим от имени и по поручению владельца денежных средств или имущества, полученных преступным путем;

любым другим лицом, сознающим, что им совершаются финансовая операция или сделка, направленные на легализацию денег или иного имущества, полученных преступным путем.

Попробуем определить те качества субъектов преступления, которые могут быть использованы для планируемой легализации преступных доходов других лиц. Прежде всего, это высокий уровень знаний в сфере нормативно-правового регулирования определенных сфер деятельности (знание законодательства, главным образом гражданского, финансового, а также подзаконных актов, недостатков в законодательстве, которые позволяют готовить и осуществлять легализацию; финансово-экономические знания; а также (с учетом транснационального характера этого преступления) знание иностранного законодательства и т.д.). Среди личностных особенностей субъектов преступления, имеющих криминалистическое значение, важное место занимает наличие у преступников определенных навыков: умение фальсифицировать документы, печати, штампы и т.д., применение технических средств: множительной техники, компьютеров и их периферийных устройств. Среди лиц, занимающихся отмыванием, высок уровень образованности, многие из них имеют не только среднее, но и среднее специальное и высшее образование. Большинство из них непосредственно участвует в финансово-коммерческой деятельности разного уровня. В их числе всегда находятся лица, владеющие информацией о деятельности кредитно-финансовых структур и знающие изъяны в их деятельности. Если исходить из концепции Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» от 7 августа 2001г. (115-ФЗ), то можно сделать вывод о том, что субъектом легализации преступных доходов могут быть работники кредитных организаций, страховых и лизинговых компаний, профессиональные участники рынка ценных бумаг, любых других юридических лиц, а также физические лица вне каких-либо предпринимательских структур. Причастных к легализации лиц можно разделить на несколько групп, в зависимости от характера профессиональной деятельности и наличия тех или иных навыков, используемых для целей легализации преступно приобретенных доходов.

К первой группе относятся руководители предприятий, учреждений, организаций, ответственные работники банков и иных кредитных организаций.

Отличительная черта данной категории субъектов заключается в том, что эти лица обладают высоким уровнем профессионализма в банковской (финансовой) сфере. Это позволяет им не просто давать советы или рекомендации, но и, опираясь на свои знания и опыт, фактически организовывать весь процесс легализации преступных доходов. Обычно они имеют опыт работы в банковских, бухгалтерских, предпринимательских сферах, имеют одно или несколько образований (как правило, экономическое или юридическое), хорошо ориентируются в действующем законодательстве. Именно они становятся сторонами по сделкам и финансовым операциям. Вместе с тем наделенные правами управления людьми и распоряжения денежными средствами, руководители разного уровня обладают возможностью путем дачи подчиненным соответствующих указаний реализовывать операции по легализации преступных доходов, формально лично не участвуя в процессе совершения преступления. К данной категории можно отнести руководителей предприятий, председателей правления банков и иных кредитных организаций, их заместителей. Вторая группа представлена рядовыми работниками, а также лицами, не являющимися стороной по сделкам, но в силу требований закона обязанных совершать определенные действия для придания сделке установленной законом формы (нотариусы, работники регистрационных органов). Их можно назвать «вспомогательным звеном». Несмотря на незначительность занимаемого ими положения, такие работники также играют заметную роль в осуществлении преступной деятельности по легализации. В частности, о не последней роли нотариусов в легализации преступных доходов можно судить исходя из содержащегося разъяснения Пленума Верховного суда РФ в отношении нотариусов, который определил, что использование нотариусом своих служебных полномочий квалифицируется как пособничество. Поскольку при отмывании самой рискованной деятельностью является ввод активов в легальный оборот (большую роль в легализации криминальных доходов играют банки14), то обычно рядовые работники банков просто незаменимы в процессе реализации преступного умысла. Некоторые банковские служащие могут играть роль пособников, не участвуя лично в финансовых операциях по легализации преступных доходов. Речь идет о тех лицах, которые действуют от имени и по поручению владельца имущества, полученного преступным путем. Например, менеджеры банков по работе с клиентами могут представить владельца «грязных» денег в качестве добропорядочного клиента. Следующую группу лиц, с помощью которых может совершаться легализация, составляют так называемые «преступники-интеллектуалы», использующие возможности компьютерной техники для введения денежных средств, полученных преступным путем, в гражданский оборот. Для этой категории лиц, участвующих в легализации, характерны высокий профессионализм и, как правило, отсутствие уголовного прошлого15.

К специфической категории такого рода преступников следует отнести лиц, участвующих в легализации с помощью использования компьютерных банковских систем. Чаще всего указанные лица не только владеют специальными навыками в использовании ЭВМ, их устройств, но и могут пользоваться паролями и ключами банковских программ, применять свои специальные знания для фальсификации программ путем изменения первоначально правильных выходных данных. К данной категории относятся оперативные работники банков, программисты и операторы компьютерных систем. Легализации также могут способствовать иные лица, участие которых нельзя исключать. К данной категории можно причислить депутатов и высокопоставленных чиновников различных ведомств, без поддержки которых легализация в ряде случаев (особенно, когда речь идет о легализации крупных сумм денег) была бы невозможна.

Последних, члены ФАТФ называют «влиятельные политические лица» — это термин, используемый в отношении людей, на которых возложены или были возложены в прошлом важные государственные функции в конкретной стране. К этой категории относятся, например, главы государств или правительств, влиятельные политические и правительственные чиновники, члены судов или военного командования, руководители государственных корпораций высшего ранга и ключевые деятели политических партий. В силу особого статуса влиятельных политических лиц (политического в своей стране или, возможно, дипломатического — при работе за рубежом) финансовые организации часто предоставляют влиятельным политическим лицам определенную свободу действий при осуществлении финансовых операций как ими самостоятельно, так и третьими лицами от их имени.

Особую группу субъектов преступления составляют лица, профессионально занимающиеся легализацией. Наличие данной категории лиц характерно для офшоров. Речь идет об использовании для целей легализации услуг специальных брокеров и агентов, занимающихся поиском лиц, намеривающихся легализовывать средства в данной офшорной зоне. Эти же лица часто выступают в качестве посредников при открытии счетов, трастов и т.п. К услугам специалистов, профессионально занимающихся легализацией, прибегают в целях использования их контактов, опыта, знаний в области перевода денежных средств, а также местного законодательства. В зарубежной практике имелись случаи выявления специальных фирм, осуществляющих «отмывание» денег для различных преступных организаций под свою ответственность за фиксированные комиссионные (обычно от 2 до 8% от суммы).16

Наличие достаточно большого объема преступных доходов, а также изменения действующего законодательства в части ужесточения со стороны государства мер по противодействию легализации приобретенных преступно средств, привели к появлению так называемых финансовых консультантов. Это люди, специализирующиеся на разработке финансовых схем, а также анализе законодательства, регулирующего области хозяйственной деятельности, используемые в процессе легализации. Эта категория лиц путем проведения семинаров, выпуска монографий, а также дачи советов и рекомендаций способствует совершению данного преступления. Адвокаты, нотариусы, квалифицированные бухгалтеры и иные специалисты подобного рода выполняют ряд важных функций, помогая своим клиентам в организации и управлении их финансовой деятельностью. Прежде всего, они оказывают консультационные услуги физическим и юридическим лицам в таких вопросах, как инвестиционные операции, создание компаний, трастов, по иным мероприятиям, требующим правового регулирования, равно как и в сфере налоговой оптимизации. Кроме того, специалисты в юридической области готовят и при необходимости ведут документарную работу по урегулированию корпоративной деятельности и иных юридических процедур. Наконец, некоторые из этих специалистов могут быть непосредственно вовлечены в осуществление специфических видов финансовых операций (например, хранение или выплата денежных средств, связанных с приобретением или продажей недвижимости) от имени своих клиентов.

В пересмотренном и исправленном издании Сорока рекомендаций ФАТФ, выпущенном в 20 июня 2003 г. (с изменениями от 22 октября 2004 г.), обращается внимание на данную проблему и предусматривается распространение превентивных финансовых мер на специалистов, оказывающих профессиональные услуги в юридической и финансовой сферах, в отношении которых существует риск вовлечения в процесс отмывания преступных доходов (рекомендация 12 отныне предусматривает распространение определенных обязательств по реализации мер по работе с клиентами «customer due diligence — CDD» и ведению документации на адвокатов, нотариусов, прочих независимых юридических профессионалов и аудиторов. Рекомендация 16 распространяет на эту категорию профессионалов обязательства сообщать о подозрительных трансакциях, являющихся предметом профессиональной тайны)17.

Часть 3 ст.174 УК в качестве особо квалифицированной разновидности легализации устанавливает признак «организованная группа». Совершение деяния в составе организованной группы квалифицируется по тем же правилам о соучастии, которые характерны для оценки деяния по признаку группы лиц, образованной по предварительному сговору. Признаки организованной группы содержатся в ч.3 ст.35 УК.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 4 Постановления от 17 января 1997 г. «О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм» отметил, что об устойчивости банды могут свидетельствовать такие признаки, как стабильность ее состава, тесная взаимосвязь между ее членами, согласованность их действий, постоянство форм и методов преступной деятельности, длительность ее существования и количество совершенных преступлений.18

Вместе с тем не исключена возможность создания организованной группы для совершения и одного преступления, которое требует достаточно серьезной и тщательной подготовки. В частности, совершение одной финансовой операции или другой сделки с денежными средствами или иным имуществом, приобретенным преступным путем (легализация).

Выработанные наукой уголовного права признаки организованной группы (устойчивость и организованность) все же не имеют четких критериев, позволяющих безошибочно констатировать в действиях группы не просто предварительный сговор, а также согласованность действий и устойчивость существования, которые свидетельствуют о сложной форме соучастия. И в частности, это касается рассматриваемых нами деяний. Анализ уголовных дел, возбужденных по ч. 4 ст. 174 или 174.1 УК РФ, показал, что квалификация деяний по признаку организованной группы сводится к тому, что правоохранительные органы под признаком организованности понимают организацию деятельности юридического лица, осуществляющего операции по легализации: штатный состав, полномочия и т.п. При этом под устойчивостью понимается длительность существования самой фирмы. Такую практику необходимо признать неправильной, так как любая предпринимательская, экономическая деятельность должна носить и носит организованный характер (штат сотрудников; устойчивые, профессиональные связи; наличие начальника-организатора и работников-исполнителей; длительное время существования и т.п.). Организованной группой по смыслу ч. 4 ст. 174 и 174.1 УК РФ следует считать только такую группу, которая сорганизовалась не просто в рамках хозяйствующего субъекта для достижения экономических целей, а образовался ее стабильный состав, с тесными взаимосвязями между членами и т.п. для достижения единой цели — отмывания доходов. Группа лиц в соответствии с данной нормой УК РФ будет считаться организованной не потому, что сама легализация (операции) совершалась в организованном хозяйственном коллективе, а потому, что в рамках существующего коллектива образовалась группа лиц, с признаками организации, исключительно для совершения преступлений, предусмотренных ст. 174, 174.1 УК РФ. Сведения, относящиеся к личности преступника, не позволяют составить целостной системы такого преступления, как легализация. Необходимо выявить связь полученной информации о личности предполагаемого преступника с другими элементами криминалистической структуры преступления: способом его совершения, предметом преступного посягательства, местом и временем совершения преступления, обстановкой.

Определение признаков субъективной стороны и субъекта легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных заведомо преступным путем, имеет важное теоретическое и практическое значение. Отсутствие четких, научно обоснованных представлений о форме и специфических характеристиках вины лица при совершении этого преступления, а также распространенность диаметрально противоположных точек зрения относительно качеств субъекта легализации преступных приобретений, может заметно затруднить применение ст. 174, 174.1 УК РФ в следственно-судебной практике. Преступная деятельность во многом обусловлена психическими особенностями субъекта посягательства. Являясь элементом легализации, как реального явления действительности, психическая деятельность включает в себя психические и физиологические процессы, управляющие поведением виновного при совершении преступления. Прежде чем приступить к деятельности по легализации преступных доходов, виновный должен осознать факт преступного происхождения средств, подлежащих легализации, а также определить условия, на которых другое лицо передаст ему для легализации денежные средства или иное имущество. Принятие решения о согласии или несогласии на участие в легализации преступных средств обусловлено привлекательностью таких условий, объемом информации об объекте действий, а также оценкой нормативно-правового регулирования сфер деятельности, где может быть осуществлена легализация. Психическое отношение лица к выполнению действий, образующих объективную сторону состава легализации преступных приобретений, характеризуется прямым умыслом. Виновный сознает фактический характер и общественную опасность своих действий и желает их совершения. Осознание общественно опасных последствий остается за рамками формального состава рассматриваемого деяния. Эта точка зрения является практически общепринятой среди отечественных ученых-криминалистов, обращавшихся к теме исследования признаков состава легализации преступных приобретений19. Особенностью интеллектуального момента прямого умысла при легализации преступных приобретений является сознание виновным преступности завладения предметом преступления. Сознание лицом общественной опасности своих действий при совершении рассматриваемого деяния как раз и определяется осведомленностью виновного о преступном способе отчуждения денежных средств или иного имущества, поскольку, как неоднократно отмечалось ранее, действия, образующие объективную сторону легализации преступных приобретений вне связи с предметом, не представляют самостоятельной общественной опасности, и предмет преступления становится, таким образом, центральным элементом состава легализации преступных приобретений, что оказывает влияние на формирование особого набора субъективных признаков исследуемого состава преступления. Необходимо в этой связи отметить, что в Общей части отечественного уголовного закона трудно найти правовые основы определения формы вины в составе того или иного преступления, когда общественно опасное деяние не является центральным признаком состава преступления. Для признания умышленной вины, в действиях лица совершающего сделки или финансовые операции с денежными средствами или иным имуществом, приобретенным преступным путем, или использующего таковые при осуществлении предпринимательской или иной экономической деятельности, необходимо установить, что степень осведомленности виновного о преступности приобретения предмета была исключительно высока. С этим отчасти связано и указание законодателем на заведомое знание виновного о преступности отчуждения имущества или денег. Это обстоятельство повышает значение интеллектуального момента умысла для состава легализации преступных приобретений. Заведомость не является факультативным признаком субъективной стороны состава преступления. Это есть неотъемлемая черта интеллектуального момента умысла в отдельных составах преступлений. О заведомости в тексте норм Особенной части Уголовного кодекса РФ, законодатель упоминает лишь постольку, поскольку для некоторых составов преступлений характерны такие объективные признаки, которые зачастую не являются очевидными для любого лица (беременность потерпевшей при квалифицированном убийстве, малолетство потерпевшей при особо квалифицированном изнасиловании, ложность сообщаемых сведений при клевете и т. п.). Таким образом, используя термин «заведомо», законодатель подчеркивает необходимость присутствия осведомленности виновного о подобного рода неочевидных признаках для наличия в содеянном единственного основания уголовной ответственности всех признаков состава преступления. В тех случаях, когда наиболее значимые объективные признаки деяния являются очевидными или общеизвестными как для виновного, так и для других лиц, необходимости законодательного указания на заведомое знание совершающим преступление об их наличии не возникает. В связи с рассмотрением интеллектуального момента умысла в составе легализации преступных приобретений, представляет интерес суждение П.Н. Панченко, который утверждает, что достоверность знания о преступной деятельности другого лица не должна ограничиваться понятием объективной доброкачественности источников осведомления, поскольку указанная доброкачественность еще не означает убежденности лица в реальности отраженных в полученных сведениях соответствующих фактов20. Это приводит к мнению о том, что лицо, виновное в совершении сделок, финансовых операций или иных экономически значимых действий с преступными приобретениями может не только знать, но и допускать с высокой степенью вероятности, что материальные ценности, являющиеся предметом его общественно опасного деяния, приобретены в связи с совершением преступления.

Допущение, которое нельзя отождествить с четким и неопровержимым знанием лица о данном обстоятельстве, еще не означает, что умысел виновного по своей форме является косвенным. Дело в том, что признак сознательного допущения характеризует не интеллектуальный, а волевой момент косвенного умысла в материальном составе (до принятия действующего ныне УК РФ, в отечественной уголовно-правовой литературе на это также обращал внимание А.И. Рарог, который предлагал отождествлять сознательное допущение только с волевым моментом косвенного умысла21. Против признания косвенного умысла формой вины в формальных составах в современной юридической литературе высказываются также Блинников В.А. и Устинов B.C., аргументируя это тем, что невозможно совершить сознательное общественно опасное деяние не желая, а лишь сознательно допуская его совершение. Таким образом указанные авторы также отождествляют допущение только с волевым моментом косвенного умысла в формальных составах преступлений22). Поэтому представляется не совсем правильным отождествлять с косвенным умыслом вид умысла в формальном составе, интеллектуальный момент которого характеризуется сознательным допущением наличия какого-либо юридически значимого фактического обстоятельства. В действующем уголовном законе, как верно замечено В.А. Якушиным, в свете научных рекомендаций уточнено содержание интеллектуальных моментов как прямого, так и косвенного умысла, изменилась трактовка характера предвидения общественно опасных последствий, которое в прямом умысле может варьироваться в пределах от возможности до неизбежности, в то время, как в косвенном умысле ограничивается только возможностью23. В ранее действовавшем российском уголовном законодательстве предвидение возможности наступления общественно опасных последствий вообще не упоминалось. В настоящее время, в соответствии с действующим УК РФ в формальных составах, где имеется такая характеристика интеллектуального момента умысла, как заведомость, умысел может быть только прямым. При этом сознание виновным одного из объективных признаков, образующих такой состав, может варьироваться от допущения с высокой степенью вероятности наличия такого признака до неопровержимого знания об этом.

Таким образом, формула интеллектуального элемента прямого умысла при легализации преступных приобретений может быть определена как такое состояние сознания виновного, когда он знал или, по крайней мере, допускал с высочайшей степенью вероятности, что преобразуемые им материальные ценности приобретены уголовно-противоправным способом, и не мог этого не допускать. Особое внимание заслуживает процесс определения виновным целей деятельности. При легализации основной целью действий виновного выступает стремление создать гражданско-правовые основания для приобретения права собственности на денежные средства или иное имущество, приобретенное преступным путем. В то же время для практической реализации этой цели виновный мысленно планирует преступление, определяет промежуточные цели своих действий, представляет себе их результат, ищет способы, средства их выполнения, выбирает время, место, сферу, благоприятную для использования при легализации, соучастников, формы отношений с ними, у него вырабатывается определенное отношение к действиям и их последствиям. Для легализации характерно, что в большинстве случаев помимо основной цели преследуются и иные цели. Так, достаточно часто целью становится увеличение средств, приобретенных преступным путем, и получение дополнительной прибыли при их введении в гражданский оборот. Легализация как сложная система предполагает необходимость определения виновным также целей промежуточных этапов легализации преступных доходов. К промежуточным целям легализации могут относиться предварительное отмывание (преобразование в другие виды валют, ценных бумаг и т.д.), отделение преступных доходов от источника их происхождения, инвестирование в легальную экономику. Промежуточные цели зависят от использования субъектом способа преступления. Мотивы действий субъекта легализации преступных доходов могут быть самыми разнообразными. Они обусловлены личностными особенностями виновного, его воспитанием, мировоззрением, влиянием личных и деловых связей, социальной средой. Данное преступление совершают в основном люди, достаточно обеспеченные, обладающие властными полномочиями или же зависимые от лиц, которые в результате преступления приобрели подлежащее легализации имущество. Основными мотивами совершения легализации являются желание жить не по средствам, стремление заработать как можно больше любым способом; покрытие расходов на приобретение дорогостоящих вещей, давление со стороны начальства, ложные представления о дружбе. В то же время для тех, кто профессионально занимается легализацией преступных доходов других лиц (финансовые консультанты, своеобразные брокерские фирмы в офшорах), участие в этом преступлении является основным источником доходов.

Глава 2. Проблемы и перспективы развития ответственности за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем

2.1 Отграничение преступлений, предусмотренных ст. 174 и 174.1 УК РФ, от смежных составов преступлений

В действующем уголовном законодательстве России существует целый ряд преступлений, имеющих между собой определенное сходство, как по объекту посягательства, так и по другим элементам и признакам состава преступления. Уголовно-правовым запретом, который конкурирует с нормами ст. 174, 174.1 УК РФ, является ст. 175 УК РФ, предусматривающая ответственность за заранее не обещанное приобретение или сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем.

Преступление, предусмотренное ст.175 УК РФ, может осуществляться в двух формах:

заранее не обещанное приобретение имущества, заведомо добытого преступным путем;

сбыт такого имущества.

Приобретение — это возмездное или безвозмездное получение имущества в любой форме (покупка, получение в дар, в обмен, в счет долга, в порядке возмещения убытков и т.п.), в результате которого приобретший получает возможность пользоваться и распоряжаться этим имуществом как своим собственным. Получение имущества только лишь на временное хранение не может рассматриваться как его приобретение, точно так же как передача имущества на хранение — его сбытом.

Сбыт — это возмездная или безвозмездная передача имущества, его отчуждение любым способом (продажа, дарение, обмен, передача в счет уплаты долга, возмещения причиненных лицом убытков и т п.).

В связи с этим для уяснения признаков состава легализации представляется целесообразным рассмотреть соотношение названного и сходного с ним преступления, предусмотренного ст. 175 УК РФ. Анализ содержания указанных норм свидетельствует об их схожести по ряду признаков. В связи с этим квалификация этих преступлений в следственной и судебной практике вызывает определенные сложности. По мнению В.Н. Зырянова, наличие в Уголовном кодексе ст. 174, 174.1 и 175 есть то препятствие, устранение которого переводит соответствующее деяние из плоскости прикосновенности к преступлению в плоскость соучастия в преступлении24. Преступление, предусмотренное ст. 175 УК РФ, является, таким образом, формой прикосновенности к преступлению другого лица. Обязательным условием наступления ответственности по ст.175 УК РФ, так же как и за преступления, указанные в ст. 174, 174.1 УК РФ является наличие предшествующего преступления, в результате которого добыто имущество. Предметом приобретения или сбыта, может быть имущество, добытое в результате совершения деяний, образующих объективную сторону любого из преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, в то время как имущество, полученное в результате преступлений, предусмотренных ст. 193, 194, 198, 199, 199.1 и 199.2 УК РФ, не образует предмета легализации, за которую установлена уголовная ответственность. Отечественными криминалистами, рассматривавшими проблему соотношения этих уголовно-правовых запретов, приводились в основном одинаковые критерии их разграничения. Так, некоторым авторам критерием разграничения признаков этих преступлений виделась известная цель легализации преступных приобретений25. Отдельные авторы утверждали что, в отличие от субъекта состава заранее не обещанного приобретения или сбыта имущества, добытого преступным путем, которым, по смыслу закона, не может быть признан исполнитель или иной соучастник основного преступления, субъектом легализации преступных доходов может быть и участник основного уголовно наказуемого деяния26. Наконец, некоторыми криминалистами обращалось внимание на то, что объективной стороной составов преступлений, предусмотренных ст. 174, 174.1 УК РФ, охватывается совершение всех сделок, отличных от «приобретательско — сбытовых». Действовавшая до 31 января 2002г. редакции ст.174 УК РФ, предусматривающая ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем, облегчала отграничение рассматриваемых составов по источнику приобретения доходов. Преступлением в соответствии со ст.175 УК РФ признаются действия, когда источником приобретения имущества является преступный путь. Как может показаться на первый взгляд, в ст. 174 и 175 УК РФ законодатель определил критерии разграничения предусмотренных ими преступлений, указав на происхождение имущества, которое является предметом сделок. В частности, ст. 174 устанавливала уголовную ответственность за действия с имуществом, заведомо добытым незаконным путем, а ст. 175 УК — заведомо добытым преступным путем.

Общеизвестно, что добыть имущество незаконным путем — значит получить его в нарушение уголовного, гражданского, административного, банковского и другого законодательства. В данном случае речь идет не о каком-то отраслевом законе, а обо всем законодательстве РФ. Под имуществом, заведомо добытым преступным путем, понимается имущество, полученное в результате совершения преступления, то есть в результате нарушения уголовного законодательства. Уголовное законодательство является структурным элементом законодательства РФ, и, следовательно, понятие «незаконный путь» шире, чем понятие «преступный путь». В то же время это не противоречивые понятия: «преступно» означает «незаконно», «незаконно» также может означать «преступно».

Таким образом, учет только происхождения имущества, участвующего в сделках, предусмотренных диспозициями анализируемых статей, не позволял с полной уверенностью говорить о правильной квалификации содеянного. В связи с этим возникала и возникает необходимость поиска иных критериев отграничения действующих редакций рассматриваемых составов. Обратимся к законодательным конструкциям указанных преступлений. Прежде всего, остановимся на характере совершаемых виновными действий с денежными средствами и иным имуществом. Необходимо обратить внимание на то, что предметом преступления, предусмотренного ст. 175 УК РФ, является имущество, заведомо добытое преступным путем, в то время как предметом легализации преступных приобретений могут быть материальные ценности (денежные средства или иное имущество), приобретенные преступным путем. Это приводит к мысли, что предметом деяния, запрещенного ст. 175 УК РФ, может быть только имущество, способом завладения которым было совершение преступления. К таковому могут относиться, например, материальные ценности, изъятые путем кражи (ст. 158 УК РФ) или захваченные путем бандитского нападения (ст. 209 УК), либо продукты животного или растительного происхождения добытые путем совершения незаконной охоты (ст. 256 УК РФ). Иначе говоря, это те предметы, для которых характерна только непосредственная связь с основным преступлением. Предметом же легализации преступных приобретений, в отличие от тождественного признака состава приобретения или сбыта имущества, добытого преступным путем (ст. 175 УК РФ), могут быть и материальные ценности, приобретенные в зависимости от фактических обстоятельств преступной деятельности, например, полученные в награду за совершение преступления, а также (если толковать расширительно нормативные характеристики предмета преступления, предусмотренного ст. 174, 174.1 УК РФ) денежные средства или иное имущество, удержанные в результате совершения преступления.

Что касается материальной характеристики предмета легализации преступных приобретений, то таковым могут являться денежные средства, а также, как выяснилось ранее, вещные права, соотносимые с имуществом или деньгами (например, безналичные денежные средства во вкладах и на счетах в учреждениях финансово-кредитной системы), что также отличает исследуемый состав от приобретения или сбыта имущества, добытого преступным путем. Предметом заранее не обещанных приобретения или сбыта является только движимое имущество. Судебная практика свидетельствует о том, что таковым, как правило, выступают транспортные средства или запасные части к ним, бытовая аудио- и видеотехника, украшения, носильные вещи, то есть прежде всего предметы хищения.

Все сделки с использованием перечисленных предметов должны, таким образом, квалифицироваться по ст. 174, 174.1 УК РФ.

Еще одним отличием приобретения или сбыта имущества, добытого преступным путем, от легализации преступных приобретений, является то, что названный вид преступной деятельности, по смыслу закона, всегда является заранее не обещанным исполнителю или иному соучастнику, от чего не возникает сомнений в части отнесения его к одной из форм прикосновенности. Осуществление же действий, образующих объективную сторону состава легализации преступных приобретений, которые отличаются от так называемых «приобретательско-сбытовых» сделок, может быть участниками основного преступления и до его совершения, что не влияет на квалификацию содеянного по ст. 174, 174.1 УК РФ. В юридической литературе под сбытом имущества понимаются любые формы фактического отчуждения имущества в пользу другого лица. Сбыт имущества, добытого заведомо преступным путем, осуществляется посредством действий, которые внешне соответствуют продаже, дарению, мене, предоставлению займа, кредита, использованию в качестве средства платежа и т. д.27 Таким образом, все формы сбыта соответствуют тем или иным видам многосторонних и односторонних гражданско-правовых сделок.

Так, Нижневартовским районным судом Ханты-Мансийского автономного округа переквалифицированы с ч. 3 ст. 174 на ч. 3 ст. 33 и п. «а» ч. 2 ст. 175 УК РФ действия гр-н 3., В. и Б., обвиняемых органами предварительного следствия в том, что они скупали у водителей большегрузных машин дизельное топливо, зная о том, что оно краденое, а затем перепродавали его по фиктивным накладным различным фирмам и частным предпринимателям. При этом, исключая из обвинения ст. 174 УК РФ, суд указал, что виновные преследовали цель удовлетворения своих потребностей за счет чужой преступной деятельности, а не желание скрыть преступное происхождение приобретенного ими имущества.

В то же время понятие сделки в соответствии со ст. 153 ГК РФ определяется как действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Сделки с имуществом, отличные от финансовых операций — это действия граждан и юридических лиц с имуществом, отличным от денег, совершаемые с целями, определенными в ст. 153 ГК РФ. К таким сделкам следует относить: 1) банковские операции (например, привлечение во вклады и размещение драгоценных металлов); 2) сделки кредитных организаций (например, доверительное управление имуществом по договору с физическими и юридическими лицами); 3) все виды гражданско-правовых сделок; 4) перемещение через таможенную границу товаров.

Очевидно, что понятие «сделка» значительно шире понятия «сбыт» и, таким образом, охватывает все его формы. Поэтому практическое разграничение анализируемых деяний при их квалификации представляет определенную сложность уже потому, что и совершаемые виновными действия с имуществом по объективным признакам могут совпадать.

Как известно, преступления, предусмотренные и ст. 174, и ст. 175 УК РФ, характеризуются с субъективной стороны прямым умыслом. При этом законодатель не придает квалифицирующего значения мотивам и целям действий виновных лиц. В то же время анализ их составов позволяет выделить цели действий виновных в каждом составе. Так, суть легализации заключается в придании правомерного вида владению, пользованию, распоряжению денежными средствами и иным имуществом, заведомо добытыми незаконным путем. Желая придать правомерный вид владению, пользованию, распоряжению какой-либо вещью, лицо должно, прежде всего, убедить в этом государство и общество. Приобретая имущество, заведомо добытое преступным путем, лицо может всячески скрывать его наличие у себя, а может, наоборот, вводя окружающих в заблуждение, говорить о том, что приобрело его на законном основании в результате совершения различных сделок. Если это необходимо, данное лицо может подготовить и поддельные документы, удостоверяющие законность приобретения имущества. В связи с этим возникает необходимость в квалификации действий лица, которое сначала приобретает имущество, заведомо добытое преступным путем, а затем в результате определенных действий уже от своего имени легализует их в процессе реализации. В данном случае лицо придает правомерный вид владению, пользованию, распоряжению имуществом в результате того, что иные лица воспринимают его как законного продавца. С одной стороны, в данном случае усматриваются признаки совокупности преступлений, предусмотренных ст. 174 и 175 УК РФ: приобретение будет выступать как первоначальная стадия процесса при условии, что лицо имеет заранее определенный умысел на легализацию имущества, заведомо добытого преступным путем. А с другой — указанные действия составляют признаки только одного преступления, предусмотренного ст. 175 УК РФ, поскольку сбыт имущества законодателем определен в качестве альтернативного наказуемого поведения. Кроме того, данные составы различаются по механизму совершения преступления и их субъектам. При легализации денежные средства и имущество «отмываются» лично, через посредников, а также через различные банковские и иные кредитные организации, которые в некоторых случаях не имеют представления о происхождении этих средств или имущества. Субъектом данного деяния является как лицо, непосредственно приобретшее преступным путем имущество, так и иное лицо, осуществляющее его легализацию. Таким образом, субъектом сделки может быть и лицо, которое само не добывало имущества и заранее не обещало его легализовать. Уголовная ответственность по ст. 175 УК РФ наступает только за заранее не обещанный сбыт имущества, заведомо добытого преступным путем. Это означает, что субъектом данного преступления является не лицо, непосредственно добывшее имущество в результате совершения того или иного преступления, а иное лицо. Причем между лицом, отчуждающим преступно добытое имущество, и лицом, совершающим преступление, в процессе которого это имущество было получено, до совершения данного преступления отсутствует предварительная договоренность о сбыте имущества. Лицо соглашается на сбыт после совершения преступления, в процессе которого получено данное имущество. В противном случае действия сбывающего имущество лица будут рассматриваться как пособничество. Необходимо обратить внимание на то, что в процессе действий, составляющих объективные стороны данных составов преступлений, лица обладают, хотя и незаконно, определенными правами в отношении денежных средств и имущества, а также изменяют или прекращают свои права на них. По данному основанию, то есть по моменту возникновения, изменения, прекращения «права собственности», данные составы также различны. При легализации лицо уже до совершения данного преступления имеет «право собственности» на денежные средства или имущество. Оно приобретает это право в результате совершения преступления или иного правонарушения. Если данное лицо легализует денежные средства или имущество не само, а через посредников, то оно делегирует, то есть передает, им определенные правомочия, вытекающие из «права собственности» на эти денежные средства или имущество для того, чтобы последние могли совершить с ними необходимые операции и «отмыть». При этом виновный остается «собственником» денежных средств или имущества, как в процессе их отмывания, так и после этого, хотя естественно, что это право незаконно. С этой же точки зрения при заранее не обещанных сбыте или приобретении имущества, заведомо добытого преступным путем, лицо, занимающееся сбытом, определенный промежуток времени имеет на него «право собственности». В момент сбыта оно отчуждает имущество в пользу другого лица и передает ему это право. Таким образом, момент прекращения права собственности на имущество совпадает с моментом совершения преступления (в данном случае имеется в виду сбыт). При приобретении лицо становится фактическим владельцем имущества в момент совершения преступления, то есть этот момент совпадает с моментом возникновения права собственности. Следовательно, можно сделать вывод о том, что «право собственности» на имущество прекращается или возникает в результате совершения преступлений, предусмотренных ст. 175 УК РФ, тогда как при легализации лицо владеет, пользуется, распоряжается денежными средствами или имуществом до начала совершения преступления, предусмотренного ст. 174 УК РФ, и не перестает оставаться их владельцем после легализации.

Данные преступления различаются по целям их совершения. Так, цель преступления, предусмотренного ст. 174 УК РФ — придание правомерного вида владению, пользованию, распоряжению денежными средствами или имуществом, заведомо добытыми незаконным путем. При совершении преступления, предусмотренного ст. 175 УК РФ, как отмечается в специальных источниках, лицо такую цель не преследует. Изучение судебной практики показало, что при рассмотрении дел, связанных с легализацией преступных доходов, вызывает трудности отграничение недобросовестного контрагента по сделке от преступника. Так, директор муниципального предприятия г. Нерюнгри (Республика Саха (Якутия)) Ю. обвинялась в мошенничестве, злоупотреблении полномочиями и незаконной банковской деятельности. Преступление состояло в том, что в течение 1996 — 1997 гг. Ю., не имея лицензии на осуществление банковской деятельности, незаконно привлекла более 3 млн. рублей денежных средств в виде займов под обещание выплаты ежемесячных процентов. Кроме того, ей вменялось завладение путем мошенничества векселями двух коммерческих предприятий с условием возврата их стоимости в денежной форме. Однако, не имея намерения выполнить взятые на себя обязательства, Ю. погасила за счет похищенных ценных бумаг кредиторскую задолженность своего предприятия перед банком. Тем самым Ю. осуществила финансовую операцию с полученными заведомо незаконным путем денежными средствами, то есть совершила преступление, предусмотренное ст. 174 УК РФ в редакции 1996 года. Однако суд, не усмотрев состава мошенничества и отмывания денежных средств, полученных незаконным путем, оправдал Ю., мотивировав тем, что между Ю. и векселедержателями сложились договорно-правовые отношения и с ее стороны имело место лишь невыполнение принятых на себя гражданско-правовых обязательств по возврату долга, а следовательно, отсутствует и состав легализации денежных средств, приобретенных в результате совершения преступления. При этом суд не принял во внимание то, что руководимое Ю. предприятие с 1995г. имело отрицательный баланс и большую задолженность перед двумя банками и администрацией города. Именно это обстоятельство было признано судом одним из фактов, подтверждающих наличие у подсудимой умысла на хищение денежных средств граждан по первому эпизоду мошенничества. На момент получения Ю. ценных бумаг от юридических лиц финансовое положение предприятия продолжало оставаться неудовлетворительным. Законные владельцы векселей показали в судебном заседании, что между ними и Ю. была достигнута договоренность о возврате им номинальной стоимости векселей в денежной форме. Однако для суда все это не послужило доказательствами наличия у подсудимой умысла на хищение ценных бумаг путем обмана28. Анализ судебной практики показал также, что на стадии предварительного расследования имели место случаи необоснованного вменения легализации денежных средств и иного имущества, добытого преступным путем. Нередко ошибочно квалифицировали по ст. 174 УК РФ факты распоряжения виновными ранее похищенным ими имуществом по своему усмотрению, тогда как подобные действия полностью охватываются соответствующими статьями гл. 21 Уголовного кодекса. Например, Ворошиловским районным судом г. Ростова-на-Дону был оправдан за отсутствием состава преступления по ч. 1 ст. 174 УК РФ гр-н Г. и переквалифицированы действия на п. п. «б», «г» ч. 2 ст. 162 УК РФ на том основании, что он продал как принадлежащий ему похищенный в результате совершенного им разбойного нападения магнитофон продавцу торгового павильона29.

Практика показывает, что нередко, когда первичными (или предикатными) преступлениями являлись различные виды хищений чужого имущества, факты продажи либо иного отчуждения похищенного квалифицировали как легализацию, а доказывание виновности лица в совершении преступления ограничивалось фиксацией самого факта продажи (отчуждения) похищенного без конкретизации обстоятельств придания имуществу легального статуса. Так, Когалымским горсудом Ханты-Мансийского автономного округа оправданы по ч. 3 ст. 174 УК РФ гр-не Б., К. и Г. Следствием они обвинялись в том, что, вступив в предварительный сговор, по фиктивной накладной, похитили алюминиевую проволоку на сумму 146574 руб. и легализовали полученные от реализации похищенного деньги. Таким образом, органы предварительного следствия необоснованно признали легализацией преступных доходов действия, связанные со сбытом похищенного30.

Действия Д., который с использованием подложных товарораспорядительных документов похитил гипсоволокно с одного из предприятий г. Барнаула и реализовал похищенное одному из частных предпринимателей, введя его в заблуждение относительно законности обладания этим товаром, органами предварительного следствия УВД Алтайского края были квалифицированы по ч. 1 ст. 159 и ч. 1 ст. 174 УК РФ. В приговоре по делу Д. Индустриальный районный суд г. Барнаула исключил квалификацию его действий по ст. 174 УК РФ, указав на то, что органы предварительного расследования ошибочно квалифицировали по этой статье сбыт подсудимым похищенного им имущества, поскольку состав хищения любого вида «изначально предполагает распоряжение похищенным имуществом и получение за него денежного эквивалента». Кроме того, по обоснованному мнению суда, отмывание денежных средств или иного имущества возможно лишь при осуществлении законной экономической, финансовой, предпринимательской деятельности. Суды, рассматривая дела данной категории, исходили из того, что для вменения ст. 174 УК в ее первоначальной редакции необходимо установление специальной цели — придание правомерного вида использованию вовне имущества, приобретенного незаконным путем, несмотря на то, что в ч. 1 этой статьи ни о какой цели речи не шло. Однако такая же интерпретация, как и в судебной практике, давалась ей в научной литературе. Так, Н.А. Лопашенко писала: «О наличии цели легализовать имущество или деньги свидетельствует название ст. 174 УК — «Легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем»31. По отношению к другим составам преступлений, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, легализация (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем, выступает как «вторичное» преступление, поскольку для ее совершения уже необходимо имущество, полученное в результате какого-либо «первичного» преступления.

2.2 Предупреждение легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

Законодательство Российской Федерации о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, формировалось под влиянием международных стандартов в области деятельности по выявлению, изъятию и конфискации денежных средств, иного имущества преступного происхождения, предусмотренных такими международными соглашениями, как Конвенция СЕ об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности от 8 ноября 1998 г. № 141 (Страсбургская конвенция), Сорок рекомендаций FATF (Международная комиссия по финансовым мерам борьбы с отмыванием денег), Директива ЕЭС от 10 июня 1991 г. № 91/308/ЕЭС и др. На их основе был разработан и принят Федеральный закон от 7 августа 2001 г. № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее Закон № 115-ФЗ) , в который федеральными законами от 25 июля, 30 октября 2002 г., 28 июля 2004 г., 27 июля 2006 г. внесены изменения и дополнения, направленные на дальнейшее его приведение в соответствие с указанной Конвенцией СЕ, дополнениями к Сорока рекомендациями FATF, решениями ООН о противодействии финансированию терроризма.32 В Уголовный кодекс РФ (ст. 174, 174.1) внесены нормы об уголовной ответственности за действия, связанные с легализацией (отмыванием) преступных доходов и финансированием терроризма.

Новации, включенные в ст. 174 и 174.1 УК РФ Федеральным законом от 8 декабря 2003 г., производны от изменений, внесенных в Общую часть УК РФ. Устранение из Общей части УК ст. 16 повлекло исключение квалифицирующего признака неоднократности совершения преступлений из ст. 174 и 174.1 УК РФ. Из санкций ч. 2 и 3 исключена конфискация имущества. Видимо это сделано необоснованно и очевидно противоречит Конвенции об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности. В соответствии со ст.2 Конвенции каждая сторона должна принять законодательные и другие необходимые меры, предоставляющие ей возможность конфисковывать орудия и доходы или имущество, стоимость которого соответствует этим доходам. Можно назвать такой шаг «завуалированной или скрытой» амнистией преступных капиталов. Прежде всего, отказ от конфискации означает, что все, что оказалось в руках криминалитета к моменту принятия указанных изменений в Уголовный кодекс, никогда уже не будет конфисковано. То есть, по существу, законодатель совершил легализацию всего того, что было нажито в период первоначального накопления капитала33. Позицию такой амнистии в 2005г. поддержал и бывший Президент РФ В.В.Путин в своем ежегодном послании Федеральному собранию РФ от 25.04.2005г. оправдав это стимуляцией прихода капиталов в национальную экономику, с целью работы этих денег на российскую экономику, заверив, что «приход» будет сопровождаться лишь двумя условиями: уплата 13% подоходного налога и размещением соответствующих сумм на счета в российский банки. По своей юридической природе конфискация имущества является одним из наиболее серьезных наказаний имущественного характера. В международных правовых актах конфискация рассматривается как одно из наиболее серьезных средств борьбы с преступлениями, посягающими на национальную безопасность страны, такими как отмывание доходов от преступлений, других проявлений коррупции и терроризма.

Говоря о конфискации имущества как о мере наказания необходимо отметить, что данная мера в сочетании с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенными видами деятельности представляется наиболее перспективной. В конечном итоге наказание должно лишать преступника добытых преступлением имущества, льгот и преимуществ34. Под лицами, использующими свое служебное положение, следует понимать должностных лиц, служащих, а также лиц, осуществляющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях. Так же реконструирован основной состав легализации преступных доходов путем устранения признака крупного размера совершенных финансовых операций и других сделок. Крупный размер с увеличением минимального количественного показателя до шести миллионов стал квалифицирующим обстоятельством. Для эффективной борьбы с легализацией (отмыванием) преступно полученных доходов недостаточно одних лишь уголовных мер, и их наличие не решает всех проблем предупреждения и пресечения такой деятельности. Международный опыт показывает, что для этого необходима система нормативно-правовых и превентивных мер, носящих разноотраслевой и комплексный характер. В Российской Федерации существует система законодательных и иных нормативных положений по недопущению доходов от преступной деятельности в легальный оборот. Стержнем системы и фундаментальной основой совершенствования норм об уголовной ответственности выступил Федеральный закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Однако, нормативно-правовая основа борьбы с легализацией преступных доходов им не исчерпывается. В числе нормативных правовых актов, регулирующих различные аспекты противодействия отмыванию преступных доходов, можно назвать, в частности, Федеральный закон «О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)», Федеральный закон «О банках и банковской деятельности», Федеральный закон «О валютном регулировании и валютном контроле». Федеральный закон «О рынке ценных бумаг» и другие законодательные акты, затрудняющие легальный оборот преступно полученных доходов.

Федеральная система противодействия легализации преступных доходов на территории нашей страны в настоящее время представляет собой систему, включающую в себя следующие подсистемы:

нормативно-правовых актов, регламентирующих деятельность уполномоченного органа и иных органов государственной власти в области предупреждения, выявления, пресечения и профилактики «отмывания» денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем;

органов федеральной исполнительной власти, чьи функции по выявлению, предупреждению, пресечению и профилактике легализации преступных доходов определены Федеральным законом «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем» и принятыми в соответствии с ним подзаконными нормативными актами.

Изложенные в нормативно-правовых актах предпринятые государством усилия по противодействию легализации преступных доходов можно подразделить на две большие группы: уголовно-правовые и иные меры.

Уголовно-правовые меры заключаются в криминализации деятельности по «отмыванию» денег и лежат в основе всей системы борьбы с данным общественно опасным явлением.

Иные меры в свою очередь направлены на обеспечение применения соответствующих норм уголовного законодательства об ответственности за легализацию преступных доходов, восстановление нарушенных прав и законных интересов граждан, организаций и государства, а также предупреждение и профилактику легализации криминальных капиталов на территории Российской Федерации. Они включают в себя нормы административного, гражданского, финансового и банковского права.

В настоящее время в области противодействия легализации денежных средств или иного имущества центральное место занимает целый ряд нормативно – правовых актов. УК РФ, в ст. 174 и 174.1 которого установлена ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем. Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях. За нарушение предписаний Закона № 115-ФЗ предусмотрено два вида ответственности — административная и уголовная. Административная ответственность была введена Федеральным законом от 30 октября 2002 г. № 130-ФЗ «О внесении дополнений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» путем включения в КоАП РФ новой статьи 15.27 «Нарушение законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем и финансировании терроризма».

Так, неисполнение организацией, осуществляющей операции с денежными средствами или иным имуществом, действующего законодательства влечет наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от 10 до 20 тысяч рублей; на юридических лиц — от 50 до 500 тысяч рублей, либо административное приостановление деятельности на срок до 90 суток. Объективная сторона этого административного правонарушения заключается в нарушении законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансировании терроризма в части фиксирования, хранения и представления информации о таких операциях. Субъектом правонарушения по ст. 15.27 КоАП РФ являются как организации, осуществляющие такие операции, поименованные в ст. 5 Федерального закона № 115-ФЗ, так и должностные лица этих организаций. Субъективная сторона правонарушения, предусмотренного ст. 15.27, характеризуется как умыслом, так и неосторожностью. В соответствии со ст.23.62 КоАП РФ дела об административных правонарушениях по ст. 15.27 рассматривает федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий контроль за исполнением законодательства и уполномоченный принимать меры по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, то есть Федеральная служба по финансовому мониторингу. От ее имени рассматривать дела об административных правонарушениях вправе как руководитель Службы, его заместители, так и руководители ее территориальных органов, их заместители. Федеральный закон от 7 августа 2001 г. «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», который подводит базу под организацию в Российской Федерации подразделения финансовой разведки в лице уполномоченного органа в области противодействия легализации (отмыванию) денежных средств или иного имущества, полученных преступным путем, вводит и регламентирует процедуры внутреннего и обязательного контроля, устанавливает права и обязанности физических и юридических лиц, связанные с их осуществлением. Федеральный закон «О банках и банковской деятельности», определяющий в ст. 20 в качестве одного из оснований для отзыва у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций неоднократное нарушение в течение одного года требований Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Федеральный закон «О рынке ценных бумаг», устанавливающий в ст. 42 в качестве одной из функций федерального органа исполнительной власти по рынку ценных бумаг контроль за порядком проведения операций с денежными средствами или иным имуществом, совершаемых профессиональными участниками рынка ценных бумаг в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем. Налоговый кодекс РФ. Согласно ст. 86.1 НК РФ налоговому контролю подлежат расходы физического лица, являющегося налоговым резидентом Российской Федерации, приобретающего в собственность следующее имущество: недвижимое имущество, за исключением многолетних насаждений; механические транспортные средства, не относящиеся к недвижимому имуществу; акции открытых акционерных обществ, государственные и муниципальные ценные бумаги, а также сберегательные сертификаты; культурные ценности; золото в слитках.

Целью налогового контроля за расходами физического лица является установление соответствия крупных расходов физического лица его доходам.

Налоговый контроль за расходами физического лица производится должностными лицами налогового органа посредством получения информации от организаций или уполномоченных лиц, осуществляющих регистрацию соответствующего имущества, регистрацию сделок с этим имуществом, а также регистрацию прав на это имущество. Постановление Правительства РФ от 7 апреля 2004 г. № 186 «Вопросы Федеральной службы по финансовому мониторингу», в соответствии с которым данная служба непосредственно подчиняется Министерству финансов, определившее ее функции;

Постановление Правительства от 23 июня 2004 г. № 307 утвердило Положение о Федеральной службе по финансовому мониторингу, в котором конкретизированы ее основные полномочия. Данная служба не координирует деятельность силовых структур в части проведения следственных мероприятий, но она разрабатывает стратегию координационного межведомственного плана всех министерств и ведомств, которые участвуют сегодня в реализации выполнения Закона о противодействии легализации доходов, полученных преступным путем. По сути, Федеральная служба по финансовому мониторингу — это аналитический орган, занимающийся сбором, обработкой и анализом информации о движении денежных средств, относящихся к определенному виду операций, указанных в ст. 6 Закона. Вся поступившая информация анализируется, и на основе анализа делаются выводы, а далее, если имеются подозрения на то, что эти деньги связаны с отмыванием и легализацией, соответствующая информация передается в правоохранительные органы. Положение о представлении информации в Федеральную службу по финансовому мониторингу организациями, осуществляющими операции с денежными средствами или иным имуществом, регулирующее порядок представления в Комитет Российской Федерации по финансовому мониторингу информации, предусмотренной Федеральным законом «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Положение о предоставлении информации и документов Комитету РФ по финансовому мониторингу органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации и органами местного самоуправления, определяющее порядок предоставления органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации (далее именуются — органы государственной власти) и органами местного самоуправления Комитету Российской Федерации по финансовому мониторингу (далее именуется — Комитет) информации и документов, необходимых для осуществления его функций (за исключением информации о частной жизни граждан). Постановление Правительства РФ от 8 января 2003 г. № 6 «О порядке утверждения правил внутреннего контроля в организациях, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом». Кроме того, существует ряд подзаконных актов принятых федеральными органами исполнительной власти (ФСФМ РФ, Банка России, ФКЦБ России) с целью детализации, конкретизации и обеспечения исполнения вышеперечисленных.

Данные нормативно-правовые акты регламентируют порядок создания и функционирования механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем. Федеральный закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», закрепляющий систему мер, направленных на затруднение получения и распоряжения доходами от преступлений предоставил право кредитным учреждениям требовать от клиента идентификационные сведения. Федеральный закон выступил своеобразным фундаментом закрепленных в уголовном (ст. 174 и 174.1 УК России), гражданском (ст. 166, 168, 169, 1102-1109 ГК России о признании сделок ничтожными и об обязательствах вследствие неосновательного обогащения), административном (законы «О Центральном банке Российской Федерации», «О банках и банковской деятельности», «О валютном регулировании и валютном контроле». Налоговый кодекс и др.) законодательстве правовых норм, направленных на противодействие легализации преступных доходов. Механизм противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, в данном Законе сводится к следующему. Организации, осуществляющие операции с денежными средствами и иным имуществом, обязаны вести контроль над финансовыми операциями, обладающими указанными в Законе признаками. Полученная информация передается ими в уполномоченный орган, который, в свою очередь, обрабатывает ее и при обнаружении признаков соответствующего правонарушения, передает полученные данные в орган исполнительной власти, в чью компетенцию входит решение вопросов по этому правонарушению. Закон регулирует отношения в сфере финансово — банковской деятельности, направленные на противодействие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем. Он не затрагивает отношения, которые регулируются другими законами. Указом Президента Российской Федерации от 1 ноября 2001 г. № 1263 «Об уполномоченном органе по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем» федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным принимать меры по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и координирующим деятельность в этой сфере иных федеральных органов исполнительной власти определен Комитет Российской Федерации по финансовому мониторингу (КФМ России). В соответствии с Федеральным законом «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» к мерам, направленным на противодействие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, относятся: обязательные процедуры внутреннего контроля; обязательный контроль, запрет на информирование клиентов и иных лиц о принимаемых мерах противодействия легализации (отмыванию) доходов: полученных преступным путем, а также иные меры, принимаемые в соответствии с федеральными законами. Закон обязывает организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, как элемент противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, разрабатывать и вводить правила внутреннего контроля на базе рекомендаций, подготовленных Правительством и Центральным банком России. Центральный банк ввел такие рекомендации указанием от 28 ноября 2001 г. № 137-Т «О рекомендациях по разработке кредитными организациями правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем». В соответствии с этим нормативным актом система мер внутреннего контроля, осуществляемого в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, направлена на обеспечение интересов стабильности банковской системы Российской Федерации, ее защиты от проникновения преступных капиталов, основывается на международном опыте, «Сорока рекомендациях» ФАТФ и Базельского комитета по банковскому надзору, является частью системы внутреннего контроля в кредитных организациях, организуемой в соответствии с Федеральным законом «О банках и банковской деятельности»35. В октябре 2005 г. была создана Межведомственная комиссия по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма36. Комиссия является постоянно действующим координационным органом, образованным в целях обеспечения согласованных действий заинтересованных федеральных органов исполнительной власти и Банка России в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма. Комиссия формируется в составе представителей (на уровне руководителей или заместителей руководителей структурных подразделений) Министерства финансов РФ, Министерства внутренних дел РФ, Министерства иностранных дел РФ, Министерства юстиции РФ, Службы внешней разведки РФ, Федеральной службы безопасности РФ, Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков, Федеральной службы по финансовым рынкам, Федеральной службы исполнения наказаний, Федеральной таможенной службы, Федеральной службы страхового надзора, Федеральной службы по финансовому мониторингу и Центрального банка РФ (по согласованию). Также на заседаниях Комиссии вправе присутствовать Генеральный прокурор РФ, его заместители и по их поручению другие прокуроры. Председателем Комиссии по должности является руководитель Федеральной службы по финансовому мониторингу. Перечень участников впечатляет, что лишь подчеркивает важность борьбы с легализацией преступных доходов в современной России.

2.3 Совершенствование уголовного законодательства об ответственности за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретённых незаконным путём

В настоящее время в России идет динамичный процесс формирования базовых институтов рыночного хозяйства, характеризующийся наличием острых противоречий и криминальных деформаций, что связано с углублением системного кризиса и ускоренной либерализацией внешнеэкономической деятельности. Криминализация экспорта и импорта капитала стала важнейшей особенностью трансграничного перемещения экономических ресурсов через таможенную границу Российской Федерации. В стране складывается качественно иная криминальная ситуация, представляющая значимую угрозу экономической безопасности страны.

Одновременно следует иметь в виду, что в условиях глобализации и расширения международных связей, торговли, свободного движения капиталов все существующие материальные ресурсы в производственной и сбытовой сфере уже имеют собственника и поделены. В связи с этим, основная конкурентная борьба переместилась из товарных рынков в финансовые, где самым важным стал поиск возможностей выгодно дать или взять в долг (с помощью различных финансовых инструментов). При этом в отличие от прошлых времен, когда гарантией получения доходов и прибыли было реально накопленное богатство, в капитале современных корпораций преобладают различные долговые обязательства, функционирующие в форме электронной (компьютерной) информации и с помощью телекоммуникационных технологий. Рыночные преимущества бизнеса сместились от легитимных производственных операций к эффективности криминальных махинаций со своими и чужими ресурсами. Для поддержания достигнутого уровня конкурентоспособности многим корпорациям необходимы дополнительные преимущества, среди которых наиболее важными являются услуги по легализации (отмыванию) денег и уклонению от уплаты налогов (так называемые «грязные деньги»). Несмотря на активное совершенствование правового регулирования в области противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, трудно говорить о каких-либо ощутимых положительных сдвигах в данной области. Устранение существующей проблемы видится, прежде всего, в создании эффективной и постоянно действующей системы финансового мониторинга в стране. При этом основой данной системы должен стать именно банковский сектор. Роль банков заключается в установлении такого механизма внутреннего финансового контроля, который бы позволил достоверно выявить недобросовестного клиента и таким образом пресечь саму попытку легализации преступных доходов. Сегодня в России борьба с легализацией преступных доходов, включающая их выявление, изъятие и конфискацию, является одним из важнейших стратегических направлений обеспечения экономической безопасности страны. Она позволит в той или иной степени решать следующие задачи37:

защита экономики от криминальных инвестиций;

подрыв финансовой основы деятельности преступных организаций;

пополнение доходной части бюджета;

выход от нижнего звена исполнителей на руководство преступных организаций по цепочкам следов финансовых операций.

Одним из ведущих направлений деятельности мирового сообщества в последние годы стало противодействие отмыванию доходов, полученных преступным путем.

Очевидно, что существование эффективной системы противодействия отмыванию преступных доходов и финансированию терроризма невозможно без активного участия организаций, выполняющих функции посредников при проведении различных финансовых операций. Так, обязанность выявлять подозрительные операции и сообщать о них в уполномоченный орган распространяется на максимально широкий круг финансовых организаций, а также других вероятных посредников, включая адвокатов и нотариусов. Совместно с Банком России государственные органы выстроили эффективную систему взаимодействия, позволяющую обеспечить надлежащее исполнение кредитными организациями законодательства о противодействии легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма. В банках созданы и действуют службы внутреннего контроля, где трудятся квалифицированные специалисты, которые ответственно относятся к работе.

Такой подход российского банковского сообщества к организации работы по противодействию легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма позволил сообщать в контролирующие органы о подозрительных операциях. Но, несмотря на это, остается проблема, требующая особого внимания. Это действующие пути отмывания доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма. Вести честный банковский бизнес не всегда просто, а порой просто убыточно, так как затраты на выявление и избежание рисков (а в случае обслуживания операций по отмыванию — это и потеря деловой репутации, правовой и операционный риски) довольно существенны. В этой связи некоторые банки предпочитают «легкие» деньги, содействуя криминальным структурам, а порой предлагая клиентам участие в «серых» схемах. Материалы проведенных Центральным банком РФ проверок деятельности коммерческих банков свидетельствуют о наличии грубых нарушений правил открытия счетов и совершенных с ними операций юридическими лицами. В частности, установлены многочисленные факты открытия расчетных счетов без их надлежащего юридического оформления. Особое место в кредитно-банковской сфере при легализации (отмывании) денежных средств занимают преступления, совершаемые с использованием методов бухгалтерского учета. Их субъектами являются ответственные сотрудники бухгалтерии. Бухгалтерские служащие по сравнению с другими категориями банковских служащих наиболее активно вовлечены в незаконные операции.

Некоторые способы, к которым прибегают бухгалтеры, при определенных обстоятельствах, имея ограниченные возможности для злоупотреблений, могут нанести кредитно-банковской сфере существенный ущерб. Служащие, отвечающие за бухгалтерские книги сбережений, имеют возможность обманывать банки, в которых они работают, манипулируя процентами по сберегательным счетам. Это осуществляется путем завышения фактических процентов, начисляемых на различные счета, и использования суммы, предоставленной в завышении, для компенсации фиктивных расходов либо против счета клиента, либо против контрольного счета. Развитие банковского сектора должно быть направлено на повышение конкурентоспособности российских кредитных организаций, совершенствование банковского регулирования и надзора, усиление защиты интересов и укрепление доверия вкладчиков, обеспечение “прозрачности” банковской системы, что также является важнейшими целями государства.

В связи с разработкой и принятием Основ уголовного законодательства Союза Республики Беларусь и Российской Федерации, российским правоведам и законодателям следовало бы обратить внимание на ст. 235 «Легализация («отмывание») материальных ценностей, приобретённых преступным путём» УК РБ, в соответствие с которой субъект легализации — специальный, и санкцией ч. 1 этой статьи предусмотрено в качестве альтернативных наказаний лишение права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью. В соответствии с ч.1. ст. 47 УК РФ лишение права заниматься определенной деятельностью состоит в запрещении занимать должность на государственной службе, в органах самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью. Помимо традиционных должностных лиц и лиц с управленческими функциями в коммерческих или иных организациях согласно примечаний к ст. 285 и 201 УК РФ соответственно Пленум Верховного суда РФ определил, что использующими свое служебное положение в смысле ст.174, 174.1 УК РФ следует понимать помимо должностных лиц и служащих, лиц осуществляющих функции в коммерческих и иных организациях38. К таким лицам могут относиться, например, операционист банка, сотрудники казино, имеющие доступ к денежной массе и др. При этом позиция законодателя, включившего в санкции статьей УК РФ за хищения с использованием своего служебного положения данный вид наказания, и не включившего аналогичный вид наказания за легализацию, при наличии в обеих статьях квалифицирующего признака – совершение преступления, лицом с использованием своего служебного положения, вызывает массу недоумений.

Между тем именно данное наказание позволяет учесть важнейшие параметры криминологической характеристики, как самого преступления, так и личности виновного и поэтому носит ярко выраженный превентивный характер. Именно возможность лишиться занимаемого в обществе положения может стать той необходимой превентивной мерой предотвращения использования должностного положения либо профессиональных навыков в преступных целях. При правильном применении данного вида наказания оно воспринимается преступником в социальном смысле «смертным приговором». А.И. Коробеев полагает, что «Причина низкой эффективности рассматриваемого вида наказания заключается в отсутствии четкой регламентации его исполнения и действенной системы контроля за ее отбыванием. Потенциально высокий карательный заряд, содержащийся в данном виде наказания, требует поиска путей устранения негативных сторон его применения на практике. Оптимизировать наказание необходимо не столько за счет усиления уголовной ответственности за его неисполнение, сколько за счет создания регламентируемого порядка его исполнения, поддающегося внешнему контролю. Не так давно, по инициативе президента Российской Федерации Дмитрия Медведева в статьи 174 и 174.1 УК РФ были внесены изменения.

В статье 174 УК РФ появился обязательный признак легализации: ее целью стало «придание правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами». Четкого понятия легализации до сих пор в законе не было, и это давало возможность следствию трактовать его как угодно. Само наказание за легализацию, по статье 174, теперь предусматривает возможность ограничения свободы, в ч.2 до одного года, а в ч.3 и 4 — до двух лет. Теперь по статье 174.1, ответственность, за деяние совершенное не в крупном размере — не наступает. О чем свидетельствует исключение части первой из данной статьи в том виде, в каком она была в предыдущей ее редакции. Значительно снизился размер ответственности. Так, например, по ч.3 настоящей статьи за деяния предусмотренные ч.1 и 2 совершенные организованной группой, срок лишения свободы теперь составляет от 7-10 до лет, ранее от 10 до 15 лет. Следовательно, данное деяние, по части 3 настоящей статьи, теперь будет признаваться тяжким (ранее особо тяжким). Понижен максимальный размер штрафов, применяемых как в совокупности с лишением свободы так и без.

Также, размер особо крупного ущерба по экономическим статьям повысился до 6 миллионов рублей. Ранее действующие уровни были вшестеро меньше. Современное российское законодательство, регулирующее вопросы противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, нуждается в существенной корректировке в соответствии с мировыми стандартами, что входит в перечень проектов по реализации основных направлений деятельности Правительства Российской Федерации на период до 2012 года39. В нормативные акты необходимо включить требования о либерализации режима банковской и коммерческой тайны и конфискации доходов, полученных преступным путем, в целях борьбы с отмыванием денег. Следует детально проработать формы и процедуры международного сотрудничества государств и организаций, учитывающих специфику данной деятельности, которая должна осуществляться в рамках мероприятий, направленных на разработку национальной стратегии противодействия отмыванию денег и создания системы международного финансового контроля в банковской сфере и иных финансово-кредитных институтах развитых стран.40

Заключение

Подводя итог, целесообразно обратить внимание на следующее.

Несмотря на то обстоятельство, что при совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 174, 174.1 УК РФ, нарушается либо создается угроза нарушения достаточно широкого круга общественных отношений, тщательное сравнение содержания уголовно-правовых норм, выраженных в данных статьях, приводит к выводу о том, что для рассмотренных преступлений основной непосредственный объект является тождественным. В силу посягательства исследуемых преступлений на один и тот же основной непосредственный объект ст. ст. 174, 174.1 УК РФ посвящены уголовно-правовой охране сходных общественных отношений. Учитывая изложенное и соглашаясь с отнесением ст. ст. 174, 174.1 УК РФ к главе 22, наиболее верным считаем определение основного непосредственного объекта указанных преступлений как общественных отношений, связанных с осуществлением легальной предпринимательской и иной экономической деятельности. Указание ряда ученых о необходимости выделения в качестве дополнительного объекта преступлений, предусмотренных статьями 174, 174.1 УК РФ, интересов правосудия, приводит к выводу о том, что здесь вполне можно поставить под вопрос факт включения данных норм в УК РФ.

Относительно установления ответственности за отмывание денежных средств или иного имущества, приобретенных лицом в результате совершения им преступления (ст. 174.1 УК РФ), помимо изложенного ранее, необходимо отметить, что обозначенное мнение оправдывается положениями Конвенции об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности (Страсбург, 8 ноября 1990 г.), ETS N 141. Согласно пункту 2 (b) статьи 6 Конвенции внутренним законодательством может быть предусмотрено, что правонарушения, приведенные в этом пункте, не применяются к лицам, совершившим основное правонарушение. То есть лицо, совершившее основное преступление, может не признаваться субъектом отмывания. На отсутствие необходимости в норме об ответственности за отмывание денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем (ст. 174 УК РФ), указывают следующие обстоятельства. Во-первых, при заранее не обещанном укрывательстве особо тяжких преступлений наступает ответственность по ст. 316 УК РФ (глава 31 «Преступления против правосудия»); во-вторых, при заранее обещанном укрывательстве образуется соучастие в преступлении, за которое также УК РФ предусмотрена ответственность. В то же время исключение ст. 174 УК РФ видится фактически невозможным по причине принятия государством перед мировым сообществом обязательств по криминализации отмывания преступных доходов. Хотя, с другой стороны, в Конвенции прописано лишь то, что каждая Сторона принимает законодательные и другие необходимые меры с целью квалифицировать отмывание в качестве преступления, а не предусматривать отдельную уголовно-правовую норму об ответственности за его совершение.

Список использованной литературы

Нормативно-правовые акты

Парижская декларация против отмывания денег (Итоговая декларация Парламентской конференции Евросоюза по борьбе с отмыванием денег от 8 февраля 2002 г. ) // в кн.: Международно-правовые основы борьбы с коррупцией и отмыванием преступных доходов. М.: ИНФРА – М. 2004.

Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (с изменениями и дополнениями, внесенными ФЗ от 07.04.2010 № 60-ФЗ) // Российская газета от 18.06.1996.

Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (с изменениями и дополнениями, внесенными ФЗ от 07.07.2003 № 111-ФЗ (недействующая редакция)) // Российская газета от 10.07.2003.

Федеральный закон от 07.08.2001. №115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем и финансированию терроризма» (с изменениями и дополнениями, внесенными ФЗ от 28.07.2004. №88-ФЗ) // Российская газета от 09.08.2001.

Федеральный закон от 09.07.2004. №98-ФЗ «О коммерческой тайне» (с изменениями и дополнениями, внесенными ФЗ от 02.02.2006. № 19-ФЗ) // Российская газета от 05.08.2004.

Федеральный закон от 10.12.2003 №173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» (с изменениями и дополнениями, внесенными ФЗ от 22.07.2008 № 150-ФЗ) // Российская газета от 25.07.2008.

Федеральный закон от 12.01.1996. №7-ФЗ «О некоммерческих организациях» (с изменениями и дополнениями, внесенными ФЗ от 17.07.2009 № 170-ФЗ) // Российская газета от 24.01.1996.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 18 ноября 2004 г. № 23 «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве и легализации (отмывании) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем» (п. 23) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2005. № 1.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 5 июня 2002 г. № 14 (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 6 февраля 2007 г. № 7) // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2007. № 3. С. 5-9.

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1992. № 3. С. 13 — 14.

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. № 3. С. 2.

Бюллетень Верховного Суда РФ. 2001. № 1. С. 11.

Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002. № 3. С. 12.

Научная литература

Проблемы реализации Федерального закона Российской Федерации «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем» // Вестник Банка России. от 24.04. 2002. № 30 С. 608.

Алиев В.М. Легализация (отмывание) доходов, полученных незаконным путем. Уголовно-правовое и криминологическое исследование: Монография.-М, 2001.-238 с.

Алиев В.М., Болотский Б.Г. Разработка российского законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных незаконным путем. Некоторые дискуссионные вопросы. // Государство и право. 1999. № 6.

Алиев В.М., Третьяков И.Л. Уголовная ответственность за легализацию (отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенных преступным путем // Российский следователь. 2002. №5.

Аминов Д.И. Об “ отмывании “ денег, полученных незаконным путем. // Журнал российского права.1998. № 2.

Белай М.Е. Некоторые проблемы противодействия легализации денежных средств или иного имущества, приобретённых преступным путём, в кредитно – банковской сфере. М., 2006.

Васильев А. Уголовная ответственность за отмывание грязных денег: проблемы правоприменения. М., 2006.

Уголовное право. Особенная часть. Учебник для вузов / Ветров Н.И. М., ЮНИТИ-ДАНА. 2006. С. 179.

Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности (экономические преступления). СПб., 2008. С. 237.

Гармаев Ю.П. Невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте. М., Изд-во Юрлитинформ, 2007. С. 80.

Гаухбах Л.Д., Максимов С.В., Преступления в сфере экономической деятельности. М., 1998. 193 с.

Данилова Н. А. О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем // Юридический консультант. 2008. С.258.

Дракина М.Н. Роль кредитных организаций в обеспечении функционирования механизма противодействия отмыванию доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма // Банковское право. 2005. № 5.

Журавлев М.П., Журавлева Е.М. Ответственность за легализацию ( отмывание ) преступных доходов: Закон и судебная практика // Журнал российского права. 2004. № 3.

Завидов Б.Д., Андреев Н.М. Уголовно-правовой анализ легализации (отмывания) денежных средств // Адвокат. 2003. № 3.

Зимин О. В., Болотский Б. С. Сравнительно-правовой анализ международных и национальных правовых норм Российской Федерации в области борьбы с легализацией (отмыванием) доходов, приобретенных в результате совершения преступления // Право и экономика. 2007. №4. С. 94-98.

Истомин А.Ф. Уголовная ответственность за легализацию незаконных доходов // Журнал российского права. 2005. № 3. С. 23.

Караханов А.Н. Некоторые спорные вопросы применения статей 171, 174, 174.1 УК РФ: позиция Пленума Верховного Суда РФ // Российский следователь. 2005. № 2.

Клепицкий И.А. Система хозяйственных преступлений. М., 2005. С. 527.

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (с постатейными материалами) / Под общ. ред. Никулина С.И. М.: Юрайт, 2000. С.524.

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. Лебедева В.М. и Скуратова Ю.И. — М.: Норма-ИНФРА-М, 1999. С.397.

Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева. М., 2005.

Уголовное право. Общая часть: Учебник для вузов. 2-е изд., перераб. и доп. / Ветров Н.И. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2002. С. 108.

Крамарев С.Л. Экономические преступления: учебно-методический комплекс. Брянск: РИО БГУ, 2008. С.56.

Кругликов Л.Л. О средствах законодательной техники в уголовном праве // Проблемы юридической техники в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве. Ярославль, 2006. С. 118.

Кругликов Л.Л., Дулатбеков Н.О. Экономические преступления (вопросы дифференциации и индивидуализации ответственности и наказания). 2007. С. 77.

Кузнецов А.П., Маслова Е.В. Проблемы конструирования моделей и целей преступлений в сфере экономической деятельности. М., 2002.

Ларичев В.Д. Совершенствование законодательства о борьбе с «отмыванием» денег, полученных преступным путем // Государство и право. 2002. С. 100.

Мамедов А.А. Справедливость назначения наказания. СПб., Юридический центр Пресс, 2003. 27 с.

Михайлов В.И. Противодействие легализации доходов от преступной деятельности: Правовое регулирование, уголовная ответственность, оперативно-розыскные мероприятия и международное сотрудничество. СПб.: Изд-во «Юридический центр Пресс», 2007. С. 80.

Нардина О. В. Борьба с легализацией доходов, полученных преступным путем, и финансированием терроризма: Предложения по усовершенствованию государственной политики, направленной на данные цели // Закон и право. 2008. № 8. С. 10-11.

Никулина В.А. Отмывание «грязных» денег. Уголовно-правовая характеристика и проблемы соучастия. М., Изд-во Юрлитинформ, 2005. С. 43 – 44.

Осипов А. В. Ответственность кредитных организаций за неисполнение правил внутреннего финансового контроля по соблюдению законодательства о борьбе с легализацией преступных доходов и финансированием терроризма // Юрист . 2008. №8. С. 35–37.

Основы борьбы с организованной преступностью / Под ред. В.С. Овчинского и др. М.,2002.

Петрашев В.Н.., Улезько С.И. Ответственность за легализацию(отмывание) денежных средств или иного имущества, приобретенного незаконным путем, и проблема содержания налоговых отношений // Северокавказский юридический вестник. 1998 № 2. С.73.

Сабитов Р.А. Теория и практика квалификации уголовно-правовых дейний. Учебное пособие. М., Издательство МГУ, 2003.

Соловьев А.В. Правовые и криминалистические проблемы противодействия легализации преступных доходов. Краснодар, 2002. С. 235.

Суэтин А. Макроэкономические последствия отмывания денег.//Вопросы экономики. 2001. №10. С . 126.

Третьяков И.Л. Противодействие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, уголовно-правовыми и криминологическими мерами. Под ред. В.М. Алиева. СПб.: Изд. Образование-культура, 2002. С. 33.

Уголовное право России. Общая часть: Учебник / Под редакцией профессора А.И. Рарога. М.: Институт международного права и экономики им. А.С. Грибоедова, 2008. С. 74.

Экономический словарь / Е.Г. Багаутдинов, А.К. Большаков и др.; отв. ред. А.И. Архипов. М.: Изд-во «Проспект», 2004. С. 93.

Якимов О.Ю. Легализация доходов, приобретенных преступным путем.СПб., 2005. С. 260.

Яни П.С. Уголовная ответственность за легализацию имущества, приобретенного незаконным путем // Право и экономика. 1998. № 1. С.113 — 114.

Материалы судебной практики

Материалы из архива Ворошиловского районного суда города Ростова на дону за 2005 год.

Материалы из архива Мурманского областного суда за 1996 год.

Материалы из архива Нижневартовского районного суда Ханты-Мансийского автономного округа за 2003 год.

Материалы из архива Индустриального районного суда г. Барнаул за 2004 год.

Материалы из архива Нерюнгринского городского суда республики Саха за 1998 год.

1 ст. 3 Федерального закона от 07.08.2001. № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма»

2 Юридическая энциклопедия / Тихомирова М.Ю. М.: Изд-во Юстицинформ, 1997. С.221.

3 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. Лебедева В.М. и Скуратова Ю.И. М.: Изд-во Норма-ИНФРА-М, 1999. С.397.

4 Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. Никулина С.И. М.: Изд-во Юрайт, 2000. С.524.

5 Федеральный закон от 12. 01. 1996 №7-ФЗ «О некоммерческих организациях» // Российская газета от 24.01.1996.

6 Статья в приведенной редакции вступила в силу с 1 февраля 2002 г. в соответствии с Федеральным законом от 7 августа 2001 г. N 121-ФЗ.

7 Коростелев С.Ю. Объект и предмет преступления, предусмотренного ст. 174 УК РФ (легализация (отмывание) денежных средств, полученных преступным путем); см. также: Уголовное право. Общая часть: Учебник для вузов. 2-е изд., перераб. и доп. / Ветров Н.И. М.: Изд-во ЮНИТИ-ДАНА, 2002. С. 108.

8 Уголовное право Российской Федерации. Особенная часть: Учебник. / Под редакцией профессора А.И. Рарога. М.: Институт международного права и экономики им. А.С. Грибоедова, 1998. С. 159.

9 Противодействие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, уголовно-правовыми и криминологическими мерами / Под ред. В.М. Алиева. СПб.: Изд-во Образование-культура, 2002. С. 33.

10 Настоящая статья введена Федеральным законом от 7 августа 2001 г. N 121-ФЗ; вступила в силу с 1 февраля 2002 г.

11 Жалинский А.Э. полагает, что субъектом легализации является иное лицо, а не тот, кто непосредственно незаконным путем приобрел соответствующее имущество см. Комментарий к УК РФ. Особенная часть / под общей ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. М., 1996. С. 175–176; Комментарий к Уголовному кодексу РФ. /под общ. ред. О.Ф. Шишова. М., 1998. Т.2. С. 86.

12 Никулина В.А. Отмывание «грязных денег». Уголовно-правовая характеристика и проблемы соучастия. М., 2001. С. 81.

13 Расследование фактов легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных незаконным путем: методические рекомендации. ВНИИ МВД России. М., 2001. С.6.

14 Рогалев Р.О. Проблемы ответственности за преступления в сфере банковской деятельности //Журнал российского права. № 10. 2003. С.37- 44.

15 Абаканова В.А. Криминалистическая характеристика и общая типовая программа исследования события с признаками легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем. Дисс. канд. юрид. наук. СПб., 2002.

16 Иванов Э.А. Отмывание денег и правовое регулирование борьбы с ним. М., 1999. С.23.

17 СПС «Консультант-Плюс» Письмо ЦБ РФ от 17.08.2004 N 100-Т «Об отчете ФАТФ по типологиям отмывания преступных доходов и финансированию терроризма за 2003 — 2004 гг.».

18 Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. № 3. С. 2.

19 См.: Волженкин Б.В. Преступления в сфере экономической деятельности. СПб., 2002, С.223; Гаухбах Л.Д., Максимов С.В. Преступления в сфере экономической деятельности. М., 1998.С.193.

20 Панченко П.Н. Преступное попустительство. Иркутск,1996.С.47.

21 Светитская А.И. Общая теория вины в уголовном праве. М, 1990. С. 21.

22 Блинников В.А., Устинов B.C. Лжесвидетельство: уголовно-правовые, криминологические, уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты. Ставрополь, 1999. С. 41.

23 Якушин В.А. Субъективное вменение и его значение в уголовном праве. Тольятти,
1998.С. 139.

24 Зырянов В.Н. Попустительство по службе, совершаемое в правоохранительной сфере. Ставрополь, 1999. С.53.

25 Волженкин Б. В. Экономические преступления. СПб., 1999.С. 111.

26 Уголовное право. Особенная часть / под ред. Б.В. Здравомыслова. М., 1996. С. 197.

27 Гаухман Л. Д., Максимов С. В. Преступления в сфере экономической деятельности. М., 1998. С. 201.

28 Архив суда г.Нерюнгри.

29 Архив суда г.Ростов-на-Дону.

30 Особенности прокурорского надзора за выявлением и расследованием преступлений, связанных с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем: методическое пособие. / Литвиенко А.Н. М., 2004. С. 101.

31 Лопашенко Н.А. Преступления в сфере экономической деятельности: понятие, система, проблемы квалификации и наказания. Саратов, 1997. С. 185.

32 Эминов Е.В., Логинов Ю.В., Бронников С.А. Квалификация экономических преступлений по уголовному законодательству М., 2004. С. 67.

33 Якимов О.Ю. Легализация доходов, приобретенных преступным путем. СПб., 2005. С. 211.

34 Мамедов А.А. Справедливость назначения наказания. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. С.27.

35 См.: Михайлов В.И. Противодействие легализации доходов от преступной деятельности. СПб., 2002, С.64.

36 Приказ Минфина РФ от 25 октября 2005 г. N 132н «О создании Межведомственной комиссии по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» // Российская газета. 17.11.2005.

37 Дракина М.Н. Роль кредитных организаций в обеспечении функционирования механизма противодействия отмыванию доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма // Банковское право. № 5. 2005. С. 48.

38Постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации от 18 .11.2004 г. № 23.

39 Распоряжение Правительства от 17.11.2008 № 1663-р «Об утверждении основных направлений деятельности Правительства Российской Федерации на период до 2012 года».

40 Белай М.Е. Некоторые проблемы противодействия легализации денежных средств или иного имущества, приобретённых преступным путём, в кредитно – банковской сфере. М., 2006. С. 127.