Автор: admin

Министерство образования РФ

Калужский государственный педагогический университет им. К.Э. Циолковского

Кафедра культурологи и русского языка

Боевые искусства древней Греции

Реферат студента дневного отделения физико-математического фак-та 1 курса, ФМ-12

Ивакина Д. М.

Преподаватель

Н.С. Иванова

Калуга, 2003

Содержание

. Ведение…………….……………………………………………….…………3

. Оркестрика…………………….………………………………….………….4

. Палестрика…………………….…………………………………….………..5

. Пятиборье…………………………………..………..…………….…………6

. Кулачный бой…….…….………………………………………..….………..8

. Панкратион…………………………………………………………….…….11

. Заключение……………………………………………………………………16

. Список литературы…………………………………………………………………..

…..18

Введение

Единоборство в широком смысле (т.е. в том, который выходит за рамки понятий «честной» схватке один на один) является неким способом, позволяющим уцелеть в бою, достигнуть поставленных целей – по обороне или нападению. Боевое искусство же предполагает реализацию через систему боя высших ценностей, самосовершенствование скорее духовное, чем чисто физическое.

Любое боевое искусство может быть успешно применено в качестве единоборства. Обратное утверждение не всегда справедливо. Тем не менее, единоборство практически всегда является основой искусства боя.

Боевое искусство (как и любое искусство) – немаловажная сфера общечеловеческой деятельности. Помимо совершенно очевидной практической пользы, оно способно открыть дверь, ведущую к вершине самосовершенствования, познания собственного духа и ко многим другим вершинам…

Недаром в самом названии большинства боевых систем заключено слово –
«ПУТЬ»…

Где и при каких обстоятельствах возникла та или иная школа единоборств, как она эволюционировала, как усваивалась другими народами; почему при этом усвоении она изменилась так, а не иначе; как вписывалась в новую «шкалу ценностей»; как сумела выйти за рамки техники на уровень искусства; в чем проявился относительно искусства боя синтез различных культур; как сочетались приёмы боя и «оснащение» бойцов (доспехи, наступательное оружие и т.д.)

Всё это – не маловажные вопросы, имеющие прямое отношение к проблемам общечеловеческой культуры.

Боевое искусство Древней Греции окончательно сложилось после того, как воинственные «варвары» дорийцы сокрушили утончённый Эгейский мир, смешались с ним, многому у него научились, а кое – чему, наоборот, научили его – и стали теми самыми эллинами, которых принято называть древними греками.

Эллада во многом определила направление культуры в Европе: античный, а в какой – то мере, даже современной. И физическая культура, неразрывно связанная с духовной, стало у греков одним из главных стержней цивилизации.

Главное достижение в Греции на этом пути – создание ГИМНАСТИКИ как широкой открытой школы, преодолевшей племенные, ритуально-магические и военно-прикладные рамки. Некоторые отличия в разных полисах, городах- государствах, сохранились, но это не мешало существованию единой гимнастической школы, живой и эволюционирующий.

Оркестрика

Оркестрика- это овладение культурой движения как такового, культурой восприятия звука, ритма и т.д. Она имеет выходы на различные подвижные игры, танцы (в том числе и боевые), акробатику, искусство пантомимы. В конечном счёте, от неё происходит греческий театр –искусство хотя и не боевое , но тесно с боевым связанное.
Едва ли не главным центром, в котором формировались воинственные танцы греков, был Крит. Даже после эллинизации он сохранил свою специфику. Вот как выглядит освоенный спартанцами критский танец пирриха в изложении самого Платона:

«Путём уклонений и отступлений, прыжков в высоту и пригибаний воспроизводятся приёмы, помогающие избежать ударов и стрел; пытается танец воспроизводить и движения противоположного рода – стрельбу из лука, метание дротиков и нанесение различных ударов.» постоянная смена уровней – характерная черта действий греческих танцоров (и воинов). Один из танцев – опять же вывезенный с Крита! – даже назывался «геранос» (журавль), так как подражал действиям этой птицы, то поднимающейся «на цыпочки», то склоняющейся к земле.
Журавль или цапля – любимый «образ» звериных стилей Востока. Там он, как и в Греции, связан с резкостью движений и ударов на разных уровнях, но с предельной дистанции. Кроме резкости, для греков характерна гибкость и сила, отождествляемая с образом змеи; но связывающая два этих параметра мягкость, уже намечавшаяся в эгейские времена.
Даже театр Сафокла и Еврипида прибегал к услугам исполнителей боевых танцев при показе батальных сцен. Известны случаи, когда такой танцор
«заигрался»: исполняя роль героя, которому, согласно сценарию, надлежало впасть в боевое безумие.

Чересчур войдя в роль, этот актер атаковал группу своих сценических
«врагов» всерьёз – и многих ранил, только чудом никого не убив. Зрители его освистали за это, но не одобрили и потерпевших поражение «врагов».
Кроме того, в оркестрику входили также упражнения с мячом. Их было много, и все они развивали ловкость, реакцию, глазомер, а некоторые – силу.
Значение этих игр было столь велико, что в той же Спарте юношей, непосредственно готовящихся к службе в армии, на первом году обучения называли «сферистами» — игроками в мяч.

Палестрика

Палестрика – упражнения, выполняемые в палестре: тренировочном зале или площадке. Палестрика составляла основу и боевой подготовки, и соревнований
Состязательно-спортивного характера, отвечающих понятию «спорт» гораздо в большей степени, чем египетские соревнования. Именно этот аспект палестрики получил наибольшую известность.
Вообще греков можно считать основателями современного спорта: не будь тогдашних олимпиад, не было бы и нынешних.
Древнейшее из греческих единоборств – борьба. Сейчас классическую борьбу стали называть греко-римской. Это не так: в Элладе правила были даже более
«вольными», чем у египтян. Например, подсечки напоминали скорее удар по ногам:

«Вдруг в подколенок ударил пятой и – подшиб ему ноги, Навзничь его опрокинул…» (Илиада;23,725-26)

Также захват противника разрешалось сбивать ударом в руку или плечо.
Болевые приёмы запрещались — и в этом отличие от Египта: правда, там боец, проведя такой приём, предлагал противнику сдаться, но при отказе со спокойной совестью ломал ему кости.

Но «запрещались» — не значит «были неизвестны». На тренировочных площадках греки во всю отрабатывали удушающие захваты, удары головой и коленом. Вообще, греческие тренировки заслуживают особого уважения: они подвергались серьёзной научной разработке с дозированием нагрузок, тренажем конкретных групп мышц и т.д. Имитировались и экстремальные условия например, поединок намазанных маслом атлетов — для умения проводить захваты. Или, наоборот, в яме с сухим песком – чтобы освобождаться от захватов. В первом случае преимущество получал защищающийся, во втором – нападающий и для обоих это была хорошая подготовка к боевой ситуации.
Борьба , входившая в программу пятиборья отличалась высоким темпом и сводилась в основном к броскам. Позже она выделилась в отдельный вид – и тогда её оккупировали грузные, медлительные тяжеловесы с маховыми приёмами и захватами.

Пятиборье

Пятиборье – «пентатл»- включало борьбу только на финишном этапе. Кроме неё в программу входил спринтерский бег, прыжки с отягощением(специальные гири- «гальтеры»), метание копья и диска на дальность. Почти каждый вид соревнований(по-гречески «агон») имел некоторое отношение к боевому искусству. Утяжелители при прыжке символизировали оружие. О копбе и вовсе говорить незачем(метали его своеобразно: просунув два пальца в петлю специального ремня на древке, в броске придавали оружию вращение). Даже диск раньше использовали в бою: при осаде крепостей на нём писали условия сдачи и перебрасывали через стену, а то и просто, как метательное оружие, бросали на пехотинцев в плотном построении, сминая ряды.

Явный победитель в трёх агонах мог не участвовать в оставшихся двух соревнованиях, или, по крайней мере, в последнем – именно в борьбе. Кого считать явным победителем решали судьи: значение имела не только дистанция прыжка или броска, но и красота, чистота движения. Кроме того, нельзя было рассчитывать на победу в пентатле, если в одном из агонов проиграешь
«позорно»- с большим отрывом. Это, а также перенос борьбы на последнее по счёту место, не давало возможности побеждать медлительным «силовикам»,
Способным одержать победу в трех последних агонах, но отсеивающихся ещё в двух первых. Эллинская эстетика в данном случае была важнее, чем механический подсчет очков,- и за это эллинов упрекать не приходится.
В пентатле поединок борцов проходил исключительно в стойке. Для победы было достаточно трижды заставить противника коснуться земли любой точкой тела, кроме ступни.
Итак, подлинно «Греко-римская» борьба имела тчетливый силовой уклон.
Основанные на внутренней энергии приёмы, характерные для ряда восточных школ, ей неведомы. Но в своей области греки достигли идеала.
Например, великий борец Милон Кротонский (с ним связано много легенд, но это реальная личность) проделывал такие фокусы: становился на скользкий, смазанный жиром бронзовый диск – и предлагал всем желающим столкнуть его с места. Никому из борцов это не удавалось. Равно как не удавалось разжать руку Милона, сжимающую плод граната. Чтобы доказать, что он держал гранат не силовой хваткой, Милон потом очищал с него кожуру и все видели: ни одно зёрнышко не помято. Никому не удалось также расцепить его пальцы, даже не сгруппированные в кулак, а собранные в фигуру, у каратистов носящую название «кейко»- «голова цыплёнка». Даже борцы, пытавшиеся обеими руками захватить мизинец Милона — терпели фиаско.

Похоже , некоторые борцы, полностью овладев возможностями эллинского стиля, переходили с «механического» на «энергетический» уровень. Это подтверждает и их спортивное долголетие. Олимпийские игры проводились раз в четыре года, но кроме них, существовали и другие панэллинские состязания, заполнявшие промежутки между олимпиадами: Пифийские, Немейские,
Истмийские игры…особенную славу получали периодоники – то есть атлеты, побеждавшие на протяжение всего периода (от Олимпиады до Олимпиады включительно) во всех играх.
Милон, одержав первую победу в не очень молодом возрасте, становился периодоником шесть раз подряд!

Судьба Милона Кротонского в добавок служит иллюстрацией того, что физическое и умственное совершенство не разделимо: он был одним из лучших учеников философа Пифагора! Да Пифагор ведь и сам успешно занимался палестрикой…Борец и философ, сливались в одной личности, давали неожиданный результат. А может быть, наоборот – вполне ожидаемый?
Впрочем, активное долголетие отличает многих греков, и не только борцов.
Воинскую службу эллины традиционно должны были нести до шестидесяти лет, причём даже старший « призывной возраст» сражался в одних шеренгах с молодежью.

Кулачный бой

Наиболее знаменитым представителем этого вида греческого единоборства является Феаген, получивший за свою жизнь свыше 1400 лавровых венков победителя, полный срок его карьеры намного длиннее, чем у любого из современных боксёров.
Кулачный бой узаконен на Олимпийских играх позже борьбы, но он тоже весьма древен. Впечатление от него двойственное. С одной стороны, сами греки расточали ему похвалы, а на тренировках применялись такие прогрессивные методы, как бой с тенью, тренировка с боксёрской грушей и спарринг-партнёрами.
Для кулачного боя характерны: очень высокая стойка(подбородок не прижат к груди ), широкие замахи, ограниченный набор ударов и ещё более бедная защита. А главное – бой не на дальней, а на сверх дальней дистанции: боксёры едва доставали друг другу до рук , не то чтобы до головы или корпуса! Чтобы нанести удар, боец внезапно подскакивал к противнику и тут же отпрыгивал на безопасное расстояние.
Греки классического периода наносили удары только в голову ( а по правилам некоторых локальных состязаний – даже только в лицевую часть). Это
– дорийская особенность: если эгейские боксёры даже на соревнованиях надевали шлем, то дорийцы не носили шлем даже в бою. Во всяком случае – шлем, защищавший лицо. При наличии щита и панцыря голова (лицо) являлась единственной уязвимой частью тела.
Во времена олимпиад на боксёрах уже не был надет панцырь да и вообще ничего не было надето. Но правило, фиксирующее древний обычай, сохранилось.
В скором времени от него осталась только форма, а не суть, потому что голову бойцов стали защищать шлемом! Он делался из кожи или бронзы и закрывал череп от верхней части лба до ушей ( на лицо – на щёки или скулы – защита, в отличии от Крита, никогда не распространялась), темя и затылок.
Правда, на самых популярных соревнованиях – (Олимпийские, Панафинейские и прочие игры) – шлемы разрешалось применять только во время предварительных тренировок, но не соревнований.

Избранная боксёрами цель была столь мала и легко защитима, что это объясняет дистанцию боя, и его «танцующий» стиль.

Уходя в глухую защиту, боксёр фактически становился неуязвим: по корпусу бить запрещалось. Правда, тут его мог ударить уже не противник, а судья (у которого вместо судейского свистка, была гибкая палка) – специально, чтобы не злоупотреблял статической позицией.

В некоторых случаях, кагда бойцы уж очень долго не могли достать друг друга, судья назначал им «пенальти», во время которого нужно было, не защищаясь выдержать по одному удару противника. Впрочем, «не защищаясь»- чересчур сильно сказано. Отбивать удар противника как раз разрешалось – запрещено было уклоняться и отскакивать. Последнее важнее всего: у греков не было аналога «ринга» — огороженного пространства; бойцы имели в своём распоряжении всё пространство стадиона. Это тоже облегчало манёвр (так как нельзя было загнать противника в угол), провоцировало дальнюю дистанцию поединка – и, следовательно, его продолжительность.
Били греки фронтальной частью сжатого кулака. Изредка наносились рубящме удару сверху вниз – тоже кулаком, а не ребром ладони. Обычно они были направлены в темя, но иногда, вроде бы случайно, попадали в плечо.
Но, пожалуй, главное, что определяло особенности греческого кулачного боя, — это защита рук, не зависимая от собранности кисти. Голыми кулаками эллины не сражались никогда. Само название их школ (разные варианты транскрипции – пудж, пугне, пугил) как раз и указывают на защиту кулака, прежде всего именной обмоткой.
Кулаки эллины сперва обматывали мягким, пропитанным оливковым маслом, тонким ремнём. Этот ремень (та самая цеста или кестос) [1]достигал в длину
3 метра. Правильная обмотка была весьма сложным делом: сперва делали петлю, охватывающую руку перед большим пальцем, потом обматывали одним витком каждый палец, начиная с мизинца, затем следовала многослойная обмотка самого кулака, под конец ремнём закрывали большой палец и пускали несколько последних витков на запястье.

Тиакой «боевой» ремень, сохраняя гибкость, делался более твёрдым.
Постепенно в этом же направлении стала развиваться спортивная цеста. Но она всё ещё оставалась обмоточным ремнём, который пусть и не смягчал удар
(скорее берёг кулак), но хоть не делал его жестче…

Стойки бойцов в древних цестах иногда довольно похожи на позиции современных боксёров. Да и блоки их не столь уж однообразны. Аполлоний
Родосский защитную технику умелого кулачного бойца охарактеризовал так:
«…Всюду всегда свои руки с его сочетал он руками,
Словно как брусья ладьи, что гвоздям противятся острым».
Однако, где-то с 4 века до н.э. бойцы предпочитают легкие, но очень твёрдые руковицы из плетёной кожи, закрывающие пальцы до второго сустава и снабжённые острыми выступами (иногда даже металлическими бляхами).
Поединок, следовательно, напоминал схватку хулиганов с кастетами на обеих руках. Этим тоже объясняются стойки и дистанции.
Хорошо разработаны также уходы, манёвры корпусом. Вообще это характерно для всех античных бойцов (как в спорте, так и на войне, с оружием): не столько отбивать удар, как уклоняться от него.
Перчатки позднегреческого бокса бывали разными. Иногда, кроме продольных ремней, руку перехватывало несколько толстых кожаных валиков (часто закрепляемых медными скобками). Эта конструкция называлась сфайрай; была она не рассекающей, а дробящей.
Боевая же руковица, сплетённая из множества ремней, сохраняла навзвание цесты. Но она далеко ушла от прежней обмотки, превратившись в «костет», усиленный на стыках ремней металлическими бляхами и заклёпками.
Все разновидности поздних перчаток делали опасным любой поединок – даже тренировочный. Не намного облегчало проведение тренировок и применение перчаток уменьшённой жесткости (мейлихрай): они тоже были достаточно травматичны. Но возврат к ременной обмотке был не возможен – у неё иная биомеханика и тренировка с защитой кулака мягким ремнём формировало бы
«устаревшие» навыки, уже не пригодные начиная с 4 века до н.э.
И всё же выход нашёлся: поверх сфайрайев стали надевать эписфайрумы – смягчающие чехлы – предохранители.
Несмотря на попытки уменьшить травматизм в не слишком ответственных боях, на официальных состязаниях он возрастает. Тут же и перчатка – цеста была сочтена недостаточной. Постепенно ей на смену приходит мурмексес –
«перчатка – челюстелом», по-видимому, имевшая усиленные грани кастетного типа не только над костяшками кулака, но и над средними фалангами пальцев.
При попадание «челюстелом» напрочь сносил нос или щёку, даже если челюсть оставалась цела. Перчатки такого типа позволяли демонстрировать для восхищённых зрителей и работу по твёрдым предметам: перешибание прямым ударом досок и даже плит песчаника.
В эпоху мурмексесов начали появляться бойцы, которые совсем не получали ударов противника: они успевали вовремя отскочить, сманеврировать и в конце концов нанести удар с опережением, а «дать сдачу» противник оказывался уже не в состоянии. Но когда сходились двое таких мастеров, бой заходил в тупик.

Боксёры эпохи плетёных перчаток уклонились в сторону силового единоборства в гораздо большей степени, чем это было в эпоху ремня-цесты.
Но именно кастетное оформление перчатки не позволяло полагаться исключительно на силу, игнорируя точность и маневренность.
Несмотря на эти предосторожности, греческий бокс был кровавым зрелищем.
Но перчатка делала то, что должен делать кулак: без неё греки не обладали
«вырубающим» ударом.

Панкратион
Первые сведения о панкратионе относятся к Олимпиаде-648 до н.э. в отличие от бокса он тогда был действительно изобретен, а не просто узаконен.
«Панкратион» переводится как «всеборье» и этим всё сказано. Разрешались любые приемы, кроме укусов и выдавливания глаз. Помимо боксёрских ударов – менее осторожных, так как не было перчаток – панкратионисты били локтем, ладонью, а также ногами (обычно прямой удар не выше уровня груди) в стойке, в прыжке и даже в падении. Прыжком они компенсировали недостаточную растяжку – иначе ногой и до грудей противника не дотянуться.

Панкратион, как и кулачный бой, мог применяться и во время драк
(невооруженных). Это его прикладная разновидность называлась «бой ногами о бедра», что указывает на уровень и направление удара: в бедро или в подколенный сгиб, даже не в живот, как это бывало на соревнованиях! Цель ясна: вывести из равновесия. Как не странно, ударов в голень и само колено панкратион избегал. Очень, похоже, что постановка ударов ногами аналогично таковой же для рук: не обладая «вырубающей» силой, греки не решались работать босой ступней в кость.

Зато широко применялся упор ногой в живот противника, проводимый одновременно с захватом – после чего следовало опрокидывание на спину с перебросом противника через себя.
Возник панкратион скорее из борьбы, чем из кулачного боя. Но к ней были добавлены, кроме ударов, еще и некоторые приёмы, не применяющиеся даже профессиональными борцами, а не только пятиборцами.

Обменявшись несколькими ударами, борцы, как правило, схватывались вплотную. Тот, кто сделал ставку исключительно на ближний бой, превратится в мешок с костями гораздо раньше, чем доберется до соперника.
Кроме того, такая установка на ближнюю сцепку с противником исключает успешное действие одного против нескольких. Понятно, от чего «бой ногами о бедра» избегал длительного соприкосновения на дистанции схватки вплотную.
Но только в этих условиях могла проявиться сущность панкратиона.
В панкратионе удары не являлись самостоятельными приёмами: они должны были «подготовить почву» для лучшего проведения приёмов борьбы.
Тем не менее, панкратион – единственное единоборство, знавшее принцип нанесения ударов сериями! Кулачным бойцам серии были почти недоступны из- за запрета бить по корпусу. А панкратиаст, таким запретом не связанный и – опять – таки в отличие от греческого боксёра – жаждущий загнать противника в глухую защиту, мог в начале боя обрушить на него шквал безостановочных ударов.

Все соревнования в греческой палестрике проводились на площадках, посыпанных сухим песком. Только для панкратмона приходилось готовить специальную площадку, называемую «мальфо» — «мягкое поле». На неё насыпали очень толстый слой мелкого песка, поверхность которого увлажняли водой.
Созданный таким образом аналог борцовского ковра несколько снижал травматизм при бросках на землю.
Поединок на мальфо проходил в таких условиях, что заметить поднятый палец было просто не возможно. Сдаваясь, панкратиаст похлопывал победителя ладонью по телу. Если же никто из безнадёжно сцепивщихся в ближней схватке бойцов не мог провести решающий прём, то судья мог подсказать кому-либо из них, как следует осуществить болевой захват(или, наоборот: как освободиться от него).
Не говорит в пользу панкратиона и отсутствие весовых категорий. Их, впрочем,не было и в кулачном бое(как и временных ограничений, либо отсчета очков). Но лишь в панкратионе это привело к полному исчезновению легковесов
– они не могли рассчитывать на победу ни при каком уровне техники.
Строго говоря, в панкратионе все решал не рост и вес, а мощность телосложения. Потенциальных панкратиастов можно было определить с детства: все они были широки в кости и обладали развитой мускулатурой. Конечно, мускулатуру надо было еще дополнительно развивать, да и технику боя оттачивать, но все это только при наличии генетического потенциала.
И получалась странная вещь: панкратиасты высокого уровня оказывались неуязвимыми друг для друга. Если они взаимо воздерживались от «грубостей» и не попадались на болевой залом, то их тела, одетые в прочнейшую мышечную броню, могли выдержать любые удары и броски! Разве что удар в голову опасен – но перчаток-то ведь нет. А «режущие» удары, способные пробить мышечный корсет, грекам известны не были.
В самой Олимпии на играх погибло множество кулачных бойцов. А панкратиаст за все время Олимпийских игр не погибло ни разу!
Впрочем, если не жизнью, то здоровьем они рисковали. Ведь панкратион – единственный из олимпийских агонов, допускавший болевые приемы.

А вот на периферии греческой цивилизации(например, в черноморских колониях) болевые приёмы распространились шире. К примеру, в Херсонесе проходили соревнования по таинственной « айксиломахии», представлявшей собой, видимо, борьбу с применением таких приемов, в в частности удушающих захватов. От панкратиона она отличалась только отсутствием ударов.
Иногда панкратиасты участвовали еще в одном из родственных их школе агонов: в кулачном бою или борьбе. Это было нелегким испытанием: оба агона проходили в один день. Причем, если число участников было нечетным, такому
«двоеборцу», только что выдержавшему изнурительную схватку, мог для второй схватки достаться абсолютно свежий, еще не сражавшийся ни с кем напарник!
Такой счастливчик назывался эфедрием – «сидячим». Считалось, что он мог одержать победу даже сидя. Но везение эфидрия было о двух концах: если утомленный противник все же брал над ним верх – на следующую олимпиаду «сидячему бойцу» являться уже не стоило, он становился всеобщим посмешищем.
Эти обстоятельства приближали греческие единоборства к условиям боевой обстановки, но все же главным, что обеспечивало высокую боеготовность эллинов, был скорее весь развивающий комплекс приёмов палестрики (да и оркестрики), чем конкретные достижения боевых систем.
Путь атлета и Путь воина в Древней Греции не полностью разделился ( и то и другое – важный элемент общей культуры:именно культуры!), но уже и не полностью совпадали.
Многие авторитеты древнегреческой палестрики считали, что в олимпийском движении есть две вершины: пятиборье — пентатл, который требовал гармоничного слияния силы, ловкости, выносливости и быстроты на
«нормальном» уровне, и панкратион, добивавшийся той же гормонии на уровне
«экстремальном». Но другие полагали, что эта экстремальность выводит панкратион из числа олимпийских агонов, ибо сама по себе разрушает гармонию.
Эти точки зрения смогла бы примирить победа какого-либо чемпиона – панкратиаста в пентатле. Но такое за всю историю олимпиад случалось лишь один раз. Вероятно, этот победитель (некий Феаген) был поистине феноменальным и атлетом и воином. Однако кроме него обе вершины не покорились никому.
Особенность панкратиона заключалась в том, что это единоборство оказалось как раз в промежутке между двумя Путями. Это могло стать его достоинством, но стало скорее недостатком: оба мира, и воинский и спортивный, относились к нему без особого восторга. Воины – как к «баловству», польза которого проявляется весьма редко. А спортсмены – олимпийцы – как к «грубой игре», в которой почти невозможно осуществить чистые, красивые приёмы борьбы или даже бокса.
И тем не менее панкратион ближе, чем остальные искусства олимпийской программы, подходил к воинским, а не спортивным единоборствам. Он, собственно выделился из воинской практики в обозримом для самих эллинов прошлом. Тот же 648 г. до н. э. Можно считать «изобретением панкратиона лишь в том смысле, что тогда он был окончательно осознан как безоружное единоборство, а не как последний ресурс обезоруженного воина.
Определённая ограниченность всех признаваемых в Олимпии единоборств связана с их абстрагированием от боевой действительности. Можно сказать, что в каждом из них как бы «вынесен за скобки» финальный этап: применение оружия.
Отношение к панкратиону Александра Македонского можно охарактеризовать так: задача полководца – провести сражение таким образом, чтобы навыки панкратиона его воинам не пригодились, а вражеским воинам — не помогли. А та воинская практика, которая породила панкратион продолжала существовать параллельно ему.
Она подверглась достаточной систематизации, чтобы можно было говорить о ней как о самостоятельном явлении, имеющем собственное название.

Название это – « гопломахия»: борьба воинов (точнее, гоплитов: тяжеловооруженных пехотинцев. Гоплита отличало не только хорошее защитное оружие, но также сознательная дисциплина и развитое чувство общественного долга: гоплитами становились полноправные граждане греческих полисов, и согражданами они ощущали себя даже в большей степени чем братьями по оружию.
Эти качества отразились и на особенностях гопломахии.
Всё – таки «борьба воинов» полноценным агоном не стала, да и не стремилась им стать, упорно сохраняя военно – прикладное значение. И вот в этих условиях недостатки панкратиона (который заметно ближе к гопломахии, чем остальные греческие единоборства), конечно, не становились достоинствами, но утрачивали заметную часть своих опасных качеств.

Интересно, что кроме гопломахии, абсолютно исключавшей открытые состязания ( только тренировки и применение обретенных навыков на практике, т. е. в бою, а не на соревнованиях), существовал и какой – то компромиссный вариант: схватка воинов в полном снаряжении на боевом оружии, но – без намерения убить.
О подобных состязаниях повествует ещё «Илиада». Согласно Гомеру, они длились до первой крови.

В бранный облекшись доспех, ополчившись пронзительной медь.,

Выйти один на один и померить их мощь пред народом,

Кто у кого скорее пронзит благородное тело

И сквозь доспехи коснется и членов и крови багряной –

Тот победитель.
Правда, по Гомеру, участников этого поединка развели ещё до первой крови, признав победителями обоих – из опасения что они убьют друг друга.
Но на ряде изображений мы видим уже не поединок, а схватки небольших отрядов, а рядом стоит флейтист, своей музыкой задающий ритм боя. И всё же это не воинская пляска, а именно воинское состязание: музыканты сопровождали гоплитов и в настоящих сражениях, помогая управлять действиями войска на поле брони. Причём звук флейты был из числа не побуждающих, а сдерживающих сигналов: он напоминал воинам о необходимости соблюдать осторожность.
В строю приходилось ждать атаки главным образом спереди, поэтому и опасность нападения многих на одного не всегда проявлялась даже при наличии численного превосходства. В этих условиях выработанные панкратионом боевые навыки (прежде всего мужество и выносливость) приобретали особую ценность. Например, древковому оружию (в первую очередь – копьям) обезоруженный боец мог противопоставить опять – таки прежде всего приёмы панкратиона, боксёрские нырки, борцовские захваты.
Другое дело, что сейчас довольно трудно сказать, какую долю боеспособности гоплита обеспечивал именно панкратион (и другие официальные боевые агоны), а какую – весь комплекс палестрических и прочих упражнений.

Заключение
И напоследок – об искусстве разветки, скрытного перемещения, внезапных нападений и прочих подробностей «тайной войны».
Высокий уровень тренированности тела и души, существовавший в Элладе, позволял действовать в этой области и людям, не готовившимся специально.
Так ,во время Греко – персидской войны греческий ныряльщик (собератель губок) Скиллит и его дочь Гидна во время бури ночью подплыли к персидскому флоту и перерезали у нескольких кораблей якорные канаты, так что их разбило о скалы, а потом доплыли до греческого флота и передали точные сведения о численности и расположении врага. Всего им пришлось проплыть свыше 15 километров (в шторм), причём почти всё это расстояние, чтобы не быть замеченными, они преодолели под водой, показываясь над поверхностью лишь на мгновение на мгновение, чтобы сделать вдох.[2]
И всё же, по крайней мере дважды, в Греции возникало что – то вроде школ, готовивших не воинов, а разведчиков с навыками воина. Первая из них связана с подготовкой гемеродромов.

Гемеродромы официально были всего – лишь гонцами – скороходами, передающими устные вести. Они передвигались бегом по горным тропам и бездорожью, пересекали хребты альпинистской сложности, форсировали реки и болота. Иногда даже отбивались от разбойников. При этом текст сообщения
(например, приказ, отправленный в армию, сражающейся за десятки и сотни километров от своего полиса) сохранялся только в их памяти: так было надежнее.
За сутки гемеродром проделывал 100,120, а иногда до 200 километров по более чем пересеченной местности. Он бежал без оружия, чтобы ничем не отяжелять себя и чтобы подчеркнуть свою не военную функцию. Но, похоже, не будучи официально военным, он попутно занимался « сбором данных»: специально тренированная память сохраняла сведения, о всех встретившихся на пути воинских отрядах, о их передвижениях, составе и т.д. Следовательно, этот гонец – не только символ единства Эллады, но и её разведчик.

Гемеродром имел право умереть от усталости не раньше, чем выполнит задание.
Не хотелось бы на этой мрачной ноте заканчивать разговор о греческих боевых искусствах. Нет, эллинами двигал не голый энтузиазм: существовала и профессионализация агонов и ценные призы для победителей. А самое главное — это дух честных состязаний, который превыше политики, религии и экономики.
Современная цивилизация в её нынешнем виде не существовала бы без Эллады.
А Эллада немыслима без Олимпиады. Это важнее конкретных достижений борцов, оркестриков и гемеродронов!!!

Список литературы

1. Панченко Г. К. Нетрадиционные боевые искусства. – Х.: «ФИЛИО»; Ростов

– на – дону: «ФЕНИКС», 1997г.-С.31-69.

2. http://www.bankreferatov.ru/
————————
[1] Это обобщающее название: конкретных разновидностей обмоток было несколько. Самые мягкие из них назывались «эмантос» и предназначались для наиболее «щадящих» поединков.
2 Некоторые древнегреческие источники утверждают, что Скллит и Гидна для скрытности применяли дыхательные трубки.

Самарская государственная академия культуры и искусств

Кафедра библиографии

Реферат

На тему:

Книга как основное средство документной коммуникации

Выполнила: студентка гр. Б-54,

д/о

Коннова О.С.

Преподаватель: Кочеулова А.С.

Оценка:

Самара, 2002

1. Определение документной коммуникации. Документ. Книга.

Документная коммуникация соответствует коммуникационной деятельности только в случае непосредственной переписки между коммуникантом.

В документально – коммуникационную систему входят институты документной коммуникации и документные каналы. В книговедческой и библиотечно – библиографической литературе документально – коммуникационную систему называют «Система книга – читатель».

Основными институтами документной коммуникации, существующими в настоящее время являются:
. Архивы
. Библиографические службы
. Библиотеки
. Издательства и типографии
. Книжная торговля
. Реферативные службы

Документам, подобно языку и речи, присущи сущностные и прикладные функции. Существующие функции не исчерпывают область практического применения предмета: они дополняются прикладными функциями. Прикладные функции – это те свойства предмета, которые не обязательно ему присущи, а привнесены из вне. Прикладные функции – результат приспособления данного предмета к потребностям момента. Документам свойственно изначально социальное назначение которое вытекает из авторского замысла.

Документ – это стабильный вещественный обьект, предназначенный для использования в социально смысловой коммуникации в качестве завершенного сообщения.

М.Н. Куфаев (1888-1948) писал: «Книга есть вместилище слова человека, взятых в единстве и выраженных видимыми знаками».мысли,

2. Книга как феномен человеческого познания.

Во все времена книга осознавалась не только как хранитель, но и как средство познания окружающего мира. Через посредство книги обыкновенный человек познает этот мир и себя, ученый получает знание о предмете своего исследования, картину закономерностей развития объекта своей науки, определяет степень ее разработанности. Из этого следует, что книга предмет как гносеологический феномен.

С древнейших времен книга была и предметом познания – для библиотекаря, книжника, писателя. Постепенно складывается ее теоретический феномен.

Как предмет методологического анализа книга представляет собой системное образование, состоящее из материальных, мыслительных и духовных слоев. Причем материальное и идеальное не всегда тождественны. Для историка книга обьективизированный образ исторической действительности, для книговеда – ее вещественно – структурный образ. В первом случае книга выступает как гносеологический феномен (отражение документа), являя собой различия между сознанием реальности (сознание автора) и обьектитвированным сознанием .

Во втором случае нельзя в полной мере понять и осознать книгу как материально – пердметное образование.

Стуктуру книги принято понимать как материальное образование, которое составляют структура текста, графическая структура, структура справочного аппарата, структура материальных оснований книги. Это – элементы содержательного строения книги, сложно и тесно взаимосвязанные и взаимодействующие в процессе ее чтения. Структурированное материальное образование содерния книги и задает тотинвариант образа и функций ее, благодаря которому содержание книги, видоизменялись в рамках типа издания или вида издания, остается неизменным в своей основе. Иными словами, структура организации книги очерчивает границы и место в книге содержательного материала.

«Содержание книги» – понятие абстрактное и выражается через более конкретные понятия: литературное произведение, книжная графика, элементов справочного аппарата, которые в свою очередь, конкретизируются посредством понятий книжного текста, рисунка, чертежа, примечаний, комментариев.

Ельников М.П. Феномен книги (Теоретико – гносеологический аспект) // Книга.
Исследования и материалы.: Сб. 71.-М.:Терра, 1995.- С.53-68

Книжный текст находит свое выражение через понятие слова, знака, символа, цифры, т.е. знака в широком смысле слова, в его связанном и свободном состоянии. Это – самое общее представление о содержании книги, ибо оно может быть и нотным письмом, и репродукциями картин, математическими таблицами и т.п.

Понятие «функции книги» выражается фактором изменений, происходящих в человеке, обществе в связи с воздействием на них книги в процессе ее функционирования. Функции книги обусловлены изменениями, реакцией, превращениями, преобразованиями, происходящими в результате ее функционирования. Оно охватывает и собственно процесс чтения книги, и функциональные характеристики ее элементов и книги в целом. Функции книги обусловлены изменениями, реакцией, превращениями, преобразованиями. Это понятие – центральное, но в системе книжной динамики, характеризует специфику книжных превращений, не совпадающих с другими факторами пространственно – временного континуума.

Содержательная структура книги является статистической данностью, фиксированной совокупностью расположенных в определенном порядке элементов и их связей, которые обусловливают специфику вида издания или типа книги.
Организация данной структуры является стержнем, на который как бы нанизываются части целого. Такая структура позволяет установить, что содержание книги определенного типа – не только сумма отдельных частей, но и единство, которое может быть мысленно расчленено на различные единичные части и которое способствует пониманию специфических черт отдельных частей.

Содержание книги – образование полиструктурное с определенной системой связей и отношений, внутренних и внешних в системе книги.

Каждому типу книги соответствует лишь ему свойственная структурно
-–содержательная организация. Изменение ее влечет за собой изменения содержания книги, ибо содержательная структура — это структура целостности, обладающей социально – психологической, культурно — эстетической, художественной, научной и иной сущностью, а содержание книги
– целостность в единстве слоев, через соотношение которой и становится возможным его познание.

Ельников М.П. Феномен книги (Теоретико – гносеологический аспект) // Книга.
Исследования и материалы: Сб. 71.- М.:Терра,1995.-С. 37-68.
При реконструкции содержательной структуры изменяется и смысл содержания книги, присходит переакцентировка элементов содержания.

Не менее важным, по сравнению с рассмотренным выше законом книжного содержания, является закон сохранения его элементов. Это первая аксиома, определяющая не только специфику книги как явления, но и ее границу, за пределами которой существование книги невозможно. Из данного закона сохранения элементов вытекают закон сохранения обьема информации и закон сохранения книжной энергии, которые могут способствовать разработке теоретического воздействия и восприятия книги.

Понятие книжного содержания ассоциируется с понятием литературного произведения и реже с понятием «книжный текст». Книжное содержание имеет различные формы существования, обусловленные целевым назначением, условиями существования и видом текста, его функциональной направленностью.

Формированию и реализации книжного содержания содействует принцип симметрии, который проявляется при образовании систем как внутренних
(текстов), так и внешних (содержание). В противовес ему в некоторых видах книг (особенно литературно – художественных) проявляет себя принцип ассиметрии, в результате нарастания несоразмерности элементов происходит разрушение связанности психологических процессов в момент чтения.

Основные факторы книжной статики (состав, строение, свойства) могут быть рассмотрены с позиции категорий устойчивости или сохраняемости, и изменчивости. При изменении книжного содержания одна часть системы, относящейся к одной форме организации содержания книги (категории состава, свойств, структуры), сохраняется, а другая ( информационно – смысловая, текстовая) изменяется, вызывая изменение в увязанных с нею категориях.

Основным законом книжной динамики является закон сохранения и превращения книжной энергии, которая проявляет себя благодаря энергетическим свойствам книжного текста. Это обусловлено определенной реакцией сознания читателя на воздействие дионов излучаемых словом, знаком, символом, цифрой, выраженных словесным комплексом.

Ельников М.П. Феномен книги (Теоретико – гноселогический аспект) // Книга.
Исследования и материалы.: Сб.71.-М.:Терра,1995.- С.53-68

Наталкиваясь на экран сознания читателя, дионы преобразуются в новый вид энергии, и ее «электроны» – в дионы читателя, которые подобно ответным мыслительным вспышкам в сознании читателя, соединяясь в некую смысловую систему, аккумулируются в его сознании, памяти, психике. Фактор превращаемости энергии сопровождает весь процесс формирования книги. Однако его невозможно ни наблюдать, ни измерять, на основе существующих в науке функционально – энергетических моделей. При этом следует учитывать специфику книжной энергии. Согласно закону сохранения и превращения энергии, одна из форм движения исчезает, переходя в другую форму движения.
Это условие свойственно и книжной энергии, в процессе «движения» которого дионы книжного текста преобразуются в дионы читателя. Однако книжная энергия, преобразуясь в энергию психо – мыслительного процесса читателя, не исчезает и не иссекает, но постоянно воспроизводится благодаря вечному генератору, как слово.

Книга как интеллектуально – духовная система (ИД – система) может быть различной системы сложности, в зависимости от целей, задач и функций.
За каждым ее элементов закрепилось выполнение определенных интеллектуально
– духовных функций. Переход от одного типа ИД – системы от другому состоит в перераспределении этих функций между материальными элементами системы, что может вызвать изменение, как набора функций, так и набора материальных элементов.

Понятие ИД – деятельности соотнесено не только с тем, кто создает ИД
– систему, но и с теми, кто ее декорирует в соответствии с принятым для этого алгоритмом. Читая книгу, человек так же осуществляет ИД-деятельность, выполняя свою энергетическую функцию накопительно – преобразовательного характера, преобразуя энергию дионов в энергию психо-мыслительного процесса. В этом плане немало ценного можно обнаружить, обратившись к определенным сторонам инженерной биокибернетики, теории информации, ибо различные материальные реализации структурно-функциональных схем ИД- деятельности успешно осмысливаются на междисциплинарном уровне познания.

Феномен книги, в контексте концептуальной системы книжной динамики, выражен следующим комплексом методологических факторов категории – динамика, функции, энергетика, воздействие, восприятие; законы сохранения и преобразования энергии.

Немало ценного можно обнаружить, обратившись к определенным сторонам инфенерной психологии, эвристики, бионики, биокибернетики, теории информации, ибо различные материальные реализации структурно – функциональных схем ИД – деятельности успешно осмысливаются на междисциплинарном уровне познания.

Вместе с тем, каким бы позитивным не были экскурсы книговеда в бионические и биокибернитические области познания, их значение и роль в воспроизведении энергетических моделей книги весьма ограничены и не направлены на поникновение в энергию сущности книги. И закономерно выдвигается вопрос о формировании специальной книговедческой дисциплины – дионики книги. Предмет ее познания – энергетический потенциал книги.
Дионика книги призвана изучать процессы энергетического воздействия автора на читателя и преобразование последним энергии книги в собственную.

Целостность книги (интегральных категорий ее статистики и динамики) как универсума культуры, как вида ИД – деятельности, как функционального явления повседневной социальной жизни
( как ИД – система) во многом пораждает трудности ее познания. Книга как деятельность субьекта есть инобытие книги как универсума и как системы деятельность социальных институтов: науки, образования, производства.
Познавая книгу как универсум культуры, исследователь не обращает внимания на ее субьективированное инобытие. В тоже время при изучении книги как ИД – деятельности субьекта он неизбежно рассматривает все универсальные и социальные качества и стороны в виде того же инобытие, но уже по отношению к книге как деятельности. Как всеобщее книга всегда больше своих составляющих. И чтобы познать книгу в целом, необходимо фиксировать все отношения между элементами – и отношения связи, и изолированности, ибо книга существует и функционирует благодаря совокупности этих отношений.

В силу большой сложности книги как обьекта науки построение достаточно полной и четкой системной теории книги весьма затруднено, ибо в качестве концептов книжного познания предстанут и философский, и исторический, и феноменологический и т.д.

Используемые в книговедении подходы к познанию книги нуждаются в организации в виде последовательных уровней познания книги как сложной системы.

Подходы к познанию книги можно рассматривать в качестве уровней методологического анализа книги, воспроизводящих следующую его модель:
. Аналитический уровень – констанция. Перечень элементов книги, изучение и специфики, структуры, содержания; выявление свойств и характеристик;
. Синтетический уровень – установление линейных связей между парами из числа выделенных на статическом уровне элементов;
. Системный уровень – установление более сложныъх связей, т.е. связей одного из элементов со многими или всеми эоементами многосложных связей, которые характеризуются всеми связями всех элементов в их взаимозависимости;
. Функциональный уровень – воспроизведение взаимодействия всех элементов системы книги в процессе ее энергетических воздействий на читателя и процессов ее функционирования в обществе.
. Философский уровень – осознание книги, ее природы, сущности как явления и бытия, социальной, мыслительной, психологической и практической деятельности человека;
. Феноменологический уровень – осмысление книги как духовного феномена и сокрального явления с использованием иррациональных методов познания ИД – систем.

Совокупность указанных критериев позволяет обозначить две подсистемы книговедческого познания. Первую составят три группы дисциплин:

1. Эктсракнижные – история книги, теория книги, методология книги;

2. Интеркнижные – типология книги, социология книги, психология книги;

3. Интракнижные – культура книги, искусство книги, теория редактирования.

Вторую подсистему составляют также три группы дисциплин:
1. Эпикнижные – библиографоведение, библиотековедение, читателеведение;
2. Экзокнижные – экономика книги, статистика книги, теория книжной торговли, теория книжного права;
3. Амфикнижные – библиография, библиотафия, теория книжного знака.

3. «Священное дело» книжной культуры как основа информационного общества.

«Священное дело» книжной культуры как основа информационного общества.
Книжное бытие, как совокупность процессов создания и образовани, использования произведений письменности и печати деятельностью соприсутствует во всех сферах человеческой культуры, цивилизации , в общественной и личной жизни. Этот духовно – материальнй мир уникален по своим родовым и видовым чертам, установочным и спонтанным функциям, универсальности атрибутивного комплекса. В природе «посредничества» книги между людьми, поколениями, нациями существуют переплетающиеся, взаимопроникающие вербальные и невербальные мотивы. «Душа» и «тело» книги, в своем органическом соединении, выявляют роль предмета, произведения литературной, информационной, вообще документально – знаковой культуры.
Запечатленное слово, таким образом, в своем обиходе служит средством коммуникации. Но одновременно остается изначальное предназначение – служение Слову Первоисточника, питающему, воспитывающему «производителей» и
«потребителей». И если призвание всегда идеально, то в реальности книга, культивируется человеческой деятельностью, не только запечатлевает те или иные черты, вплоть до неуловимых штрихов культуры как таковой, но и компактно реализуя потенции человеческого микро – и макрокосмоса, оказывает на культуру непосредственное и далеко не во всем и всегда предсказуемое влияние.

Гуманитарное сознание веками обретает в фенотенологии культуры проявление «высших духовных ценностей».

В «священном деле» Н.Ф. Федорова общение в пространстве текста приобретает космическое звучание, вознося «потребителей информации» к личностно – соборному преображению «рода», «народа», «человечества». Именно здесь сверхчеловечески и одновременно с чисто национальной, «мужицкой» верой утверждается культ слова, благовенный ритуал книжного обихода.

Панфилов М.М. «Священное дело» книжной культуры как основа информационного общества // Информационное общество: культурологтческие аспекты и проблемы

Куфаев М.Н. (1888-1948) русский книговед предлагает такое определение книги: « какова природа и в чем сущность книги? Не мыслится ли исконный источник ее – Мысль и Слово от века и до века существующими? Вопрос большой и трудный одно во всяком случае несомненно, что книга — продукт человеческой психики и природа ее психическая сущность ее в слове и начало ее в личности».

4. Книга как основной элемент документной коммуникации.

В определениях книги, которые давались разными авторами на протяжении всей многовековой истории ее существования, были разные подходы: от восторженных эмоционально – образных до «сухих» научных. Е.Л. Немировский разделили все многообразие дефиниций книги на три класса. К первому относятся сугубо описательные характеристики ее внешней формы. «В определениях второго класса делается попытка отразить содержание книги, а точнее – сущность этого содержания». Определения третьего класса пытаются соединить характеристики внешних признаков и содержания. Характеристика содержания, с которой связаны определения второго и третьего класса, подразумевала выяснение сущности книги, а значит – ее функционального характера. Поэтому можно сказать, что проблема функций книги так же стара, как и ее определение, хотя не всегда факторы определений говорили о том, что они определяют именно функции книги.

Еще в 30-е годы 20 века П.Н. Берков писал, что в определении книги непременно необходимо «ввести динамизирующее понятие функции». Наиболее развернутую характеристику функций книги дали И.Е. Баренбаум и А.С. Барсук.
Однако сами по себе, вне связи и без сравнения с функциями документа.
Позже они писали: «Изначальной универсальной функцией книги является коммуникативная функция».

В.Н. Ляхов, внесший большой вклад в теорию искусства книги, подчеркивал «самые общие и существенные стороны ее природы, порожденные ее назначением в жизни: служить средством для сохранения и передачи информации, для общения между людьми». Отсюда вытекала «главная – коммуникативная – функция книги как формы организации текстового сообщения».

«Коммуникативность» как важнейшее качество книги выделял основатель польского «функционального книговедения» К. Гломбевский. К. Мигонь, обобщая изученную им литературу по книговедению, писал: «Несомненно, основной функцией книги является ее коммуникативность в культуре и обществе, поскольку книга прежде всего инструмент социальной коммуникации».

Берков П.Н. Предмет и обьем истории книги как науки // Тр. Ин-та книги, документа и письма, 1936.-С.19.

Баренбаум И.Е., Барсук А.И. К вопросу о методах книговедческих дисциплин // Книга: Иссл. И мат.: Сб.29.-М.,1974.- С.26-31.

Ляхов В.Н. Очерки теории искусства книги.-М.,1971.- С.6.

Мигонь К. Наука о книге: Очерк проблематики.-М.,1991.- С.31.

Функции фиксирования информации, и ее сохранения, обусловленные материальной формой документа, характерны также и для книги. Например, Е.Л.
Немировский писал: «Функциональная предназначенность книги состоит в фиксировании с целью хранения и передачи – во времени и пространстве – какой –то вполне определенной информации». М.Ф. Яновский заметил любопытную зависимость: «…всякий, кто видит в книге средство сохранения, допускает, что книга рано или поздно передаст сохраненное содержание. И обратно: книга может передать только то, что сохранено».

Все прочие функции документа также присущи книге, однако по степени их выраженности можно предположить иную последовательность их перечисления:

. Познавательная

. Культурная

. Мемориальная

. Управленческая

. Свидетельствования
Их характеристика совпадает с тем, что было сказано о функциях документа.

Книга – источник знаний, продукт и памятник духовной и материальной культуры, память поколений. Эстетическую, гедонистическую, рекреативную функции книги можно рассматривать как подфункции, или разновидности проявления культурной функции, причем в большей мере они присущи определенным видам книги, а не всем книгам.

Воспитательная, популяризаторская, учебно – образовательная функции книги представляют собой проявление культурной, познавательной, управленческой функций, т.е. усиление этих функций при одновременном выполнении всех прочих.

Управленческая функция по отношению к книге обычно не называлась, однако по ее характеристике видно, что она присуща любой книге поскольку последняя выполняет социально – коммуникационно – информационную функцию.

Формой профвления управленческой функции является и так называемая идеологическая функция книги.

Немировский Е. Что такое книга? // В мире книг,1979.-№6.-С.77.

Швецова – Водка Г.Н. функциональная сущность и свойства книги //
Книга: Иссл. и мат.: Сб.71.-М.: Терра,1995.-С.69-96.

Функция свидетельствования, на первый взгляд, характерна только для
Документа, не для Книги. «Однако, если понимать эту функцию широко как делается в данном случае, то любая книга также является свидетельством, подтверждающим существование деятельности».

Функция свидетельствования, выполняемая книгой, иногда приобретает оттенок подтверждения истинности, достоверности описываемых в ней фактов, событий.

А.М. Ловягин определили книгу как «изложение или изображение человеческих мыслей особыми условными знаками».

Интерес к знаковой природе книги значительно возрос в связи с оживлением семиотических исследований. Семиотический подход стал широко применяться в исследованиях языка и словесных произведений, в особенности художественных.

Свойство семантичности должно быть присуще Книге поскольку известна ее знаковость, поскольку воспринимаемая человеком социальная информация является семантической.

М.Ф. Яновский писал: «Читающий всегда имеет возможность вернуться к прочитанному … Слушающий лишен этой возможности… Слуховой характер ощущений обуславливает их текучесть. Различие между словом произнесенным и словом, запечатленным в виде книги, различие, вытекающее из летучести, невозвратимости первого и устойчивого второго, настолько велико, что ни в коем случае не позволяет нам говорить о радиопередаче как одной из книг».
Здесь четко указано на то, что отличает книгу: фиксирование информации, и благодаря этому, возможность обратиться к содержанию книги в любой момент, вернуться к тому, что было воспринято раньше.

М. Червинский, рассматривая отличие книги от современных аудиовизуальных средств коммуникации, также указывал на то, сто «… ни ражиопередача, ни телепрограмма, ни киносеанс не являются постоянными и относительно неизменными обьектами. Каждая программа, протекающая во времени , событие имеющее начало и конец. Книга же — материальный, твердый, долговечный и удобный для хранения предмет».

Швецова – Водка Г.Н. Функции и свойства документа в системе социальных коммуникаций // Книга: иссл и мат.:Сб.71.-М.:Терра,1994.-С.37-
57.

Традиционое понимание книги ограничивает ее произведениями письменности и печати. Машиночитаемая запись информации не относится к книге в ее традиционном понимании.

Знаковость и семантичность являются свойствами книги так же, как и свойствами документа, а вербально – письменный способ выражения информации считается для Книги более обязательным, чем для Докумета.

Такое свойство как отражение мыслительной деятельности человека, безусловно, присуще книге. В природе книги два начала: индивидуальное и социальное. Диалектика индивидуального и общественного сознания, отражающегося в книге, проявляется в том, что любое произведение индивидуального сознания являетс продуктом общественного сознания, всей многовековой истории, его функционирования в обществе в форме идей, взглядов, представлений, усваиваемых человеком в процессе воспитания, образования, участия в общественной практической деятельности.

Все это позволяет рассматривать содержание книги не только как запечатление мыслей отдельных людей, но и как продукт общественного сознания. Является ли при этом книга «отражением обьективной действительности?» Безусловно, да, потому что и общественное сознание в целом, и индивидуальное сознание формируется как результат отражения обьективной действительности. Книга, фиксируя в материальной форме произведения индивидуального сознания – продукты общественного сознания, тоже является отражением обьективной действительности.

Свойство дискретности присуще книге так же, как и документу. Наряду с ним книге присуще стремление к интеграции, обьединению, непрерывности.
Стремление к интеграции и непрерывности проявляется в содержании книг, что в наибольшей степени характерно для учебников, хрестоматий, справочников.

Сохранение как содержания, так и материальной формы книги при ее потребности – такая же обязательная ее черта, как и у документа. Книга, как любой документ, может быть охарактеризована через формулу характеристики куммуникационного сообщения.

Такое свойство документа как деятельностный характер присуще и книге.
Книга так же, как и документ, является результатом деятельности ее творцов.

Таким образом, все функции и сойства присущие Документу характерны и для Книги. Каковы же отличия Книги от Документа, т.е. на каком основании мы можем рассматривать Книгу как видовое понятие, а Документ как родовое. Эти отличия обусловлены местом книги в социально – коммуникационном процессе, которое можно представить следующим образом:
1.Автор –2. Документ исходный – 3. Коммуникационный посредник-1-4. Документ производный (книга)-5. Коммуникационный посредник –2 –6. Получатель информации.
1. Автор – создатель информации.
2. Документ исходный – рукопись.
3. Коммуникационный посредник-1 – книгоиздательское дело.
4. Документ производный (книга) – публикация, издание.
5. Коммуникационный посредник-2 – система книгораспределения.
6. Получатель информации – читатель, слушатель и т.п.

Книга — это продукт, в создании которого учавствуют автор, издатель и полиграфист, она представляет собой результат сложного коллективного труда.

Наилучшим обьяснением характера читательского адреса книги как средства коммуникации должно быть рассмотрение книги как средства ретиального коммуникационного процесса.

Существенная черта книги, отличающая ее от других документов, — ее активная роль в формировании общественной идеологии, науки, искусства, морали, общественного мнения и т.д. Можно назвать ее функцией преобразования общественного сознания , поскольку эта функция – функция воздействия книги на наше сознание, функция, активизирующая наше участие человека в преобразовании мира и самого себя.

Именно с этой функцией книги связан тот факт, что ее содержание может быть не только произведение литературы, но и произведение общественного сознания.

Функция преобразования общественного сознания, свойственная книге, позволяет ей по-иному выполнять познавательную, культурную и управлен6ческую функции.

Книга в больше мере, чем документ вообще, выполняет эстетическую функцию. Ее выделяли и.Е. Баренбаум и А.И.Барсук: «Книга…определенным образом дисциплинирует личность, влияет на ее поведение».

Другой важнейшей специфической функцией книги является товарная.

Из рассмотренных специфических функций книги вытекает ряж ее свойств, дополняющих и уточняющих эти функции. Среди них следует назвать конкретно – исторический характер книги. Книга не только создается автором в ответ на потребность общества на том или ином историческом этапе его развития; она вообще становится возможной только в результате общественного признания ее ценности.

Следующее важное свойство книги – ее доступность с точки зрения материальной формы: портативность, легкая перемещаемоять. Оно вытекает из функции распространения информации, характера книги как средствва ретиального коммуникационного процесса.

К числу важнейших свойств книги отнесены также ее включенность в духовное и материальное производство.

Каждой книге, функционирующей в системе документальных коммуникаций, присущи прежде всего, функции, общие для документов; можно только указать на отличие книг, как дргих документов, от недолкументальных каналов коммуникации. Кроме того у каждой книги есть функции, характерные только для книг. Существуют функции, присущие только определенным группам, категориям книг. Они изучаются типологией книги.

В результате сравнительного анализа функций и свойств документа и книги можно сделать вывод, что определения и Документа, и Книги должны быть функциональными, но они должны быть построены не на основе перечисления функций и свойств, а на основе выявления их места в социально – коммуникационных информационных процессах.

Книга обладает всеми теми же функциями и свойствами, что и документ только проявляются они по-разному.

Книга – хранитель знаний и истории человечества несомненно является основным элементом документной коммуникации.

1. Автор- 2 Документ исходный – 3. Коммуникационный посредник – 1-4
Документ производный (книга) – 5. Коммуникационный посредник –2-6.
Получатель информации.

План:

1. Определение документной коммуникации. Документ. Книга.
2. Книга как феномен человеческого познания.
1. Книга как предмет методологического анализа.
2. Структура книги.
3. Функции книги.
4. Понятие книжного содержания.
5. Книжная «энергия».
6. Книга как интеллектуально – духовная система.
7. Подходы к познанию книги.
3. «Священное дело» книжной культуры как основа информационного общества.
4. Книга как основной элемент документной коммуникации.
1. Определение книги с точки зрения некоторых книговедов.
2. Функциональная предназначенность книги.

1. Воспитательная, популяризаторская, учебно – познавательная функции;

2. Управленческая функция;

3. Идеологическая функция;

4. Функция свидетельствования.
3. Свойства книги.

1. Свойство семантичности;

2. Свойство отражения;

3. Свойство дискретности;

4. Свойство непрерывности.
4. Отличие Книги от Документа.

БХАГАВАД-ГИТА

·

перевод с английского и санскрита

А.Каменской и И.Манциарли

(1914 г.)

Беседа первая

Дхритараштра 1 сказал:

На поле Дхармы, на святом поле Куру 2, собравшиеся вместе горели жаждой сразиться; что же сделали мои люди и сыны Панду, о Санджая 3 ?

Санджая сказал:

Узрев выстроившуюся рать Пандавов, Раджа Дурьодхана 4 подошел к своему гуру Дроне 5 и сказал: «Смотри, о Учитель, какое могучее войско сынов Панду выстроил сын Драупади, твой мудрый ученик.

Это богатыри, могущественные стрелки, Бхиме 6 и Арджуне, равные в бою:
Юдхана, Вирата и Драупада, правящий большой колесницей; Дриштакету,
Чекитена и храбрый раджа Каши; Пуруджит и Кунтибходжа и Шайбия, бык 7 среди людей; сильный Юдхаманью, бесстрашный Уттамоджа; [сын] Саубходры и
[сыновья] Драупады, все на великих колесницах.

Знай же наших вождей, о лучший из дваждырожденных 8, предводителей моего войска; узнай их имена:

Ты, Господь, и Бхишма 9, и победоносные Карна и Крипа, а также
Ашватхама, Кикарна и сын Саумадатти; И много других героев, жертвующих жизнью Меня ради, разнообразно вооруженные, все опытные бойцы.

Недостаточной кажется наша ратная сила, хотя и предводительствует ею
Бхима, и безграничной мнится их сила, хотя и состоит она под предводительством Бхишмы.

Пусть же все, стоящие в рядах войск, и вы, главари, пусть все охраняют
Бхишму.

Чтобы ободрить его, старший Куру, славный из Бхишма, затрубил в свою раковину 10, звучащую наподобие львиного рева.

Сразу в ответ загремели раковины и литавры, барабаны и рога, и гром от них был страшный.

Тогда, стоя на своей большой колеснице, запряженной белыми конями,
Мадхава 11 и сын Панду 12 также затрубили в свои божественные раковины.

Хришикеша 13 затрубил в Панчеджанию 14 и Дханаджая 15 в Девадатту 16, а страшный в подвигах Врикадера 17 затрубил в своей волчьей пасти в подобный рог.

Царь Юдиштхира, сын Кунти, трубил в Анантавиджаю, Накула в Сухошу, а
Сахадева — в Манипушпаку 18.

И царь Каши 19, великий стрелок, и Шикханди, могучий воин на колеснице, и непобедимые Дриштадиюмна, Вирата и Сетьяки; И Друпеда, и сыны его, и Саубхадра, мощно вооруженный, все со всех сторон трубили в свои раковины, о Господь земли! Этот страшный рев потряс сердца сынов
Дхритараштры, громом наполняя землю и небо.

Тогда, увидев выстроившихся в бой и готовых к сражению сынов
Дхритараштры, сын Панду, на знамени которого обезьяна, поднял свой лук, И промолвил: о Владыка земли!

Обратившись к Хришикеше, Арджуна сказал:

«Среди двух войск останови мою колесницу», о Неизменный 20; Чтобы я мог видеть стоящих здесь, алчущих сражения ратников, с которыми я должен сразиться в этой вспыхнув шей войне; Я вижу собравшихся здесь, готовых к сражению, горящих желанием удовлетворить лукавого сына Дхритараштра».

Санджая сказал:

Услыхав эти слова Арджуны, о Бхарата 21, Хришикеша остановил превосходнейшую из колесниц посреди двух войск, И, указывая на Бхишму,
Дрону и всех правителей земли, сказал: «О, Партха» 22, Смотри на этих собравшихся вместе Куру!».

Тогда Партха увидел стоящих друг против друга отцов и дедов, учителей, дядей, двоюродных братьев, сынов и внуков и товарищей, Тестей и благотворителей в обеих ратях. При виде всех этих выстроившихся близких,
Каунтея 23 Охваченный глубокой жалостью, со скорбью промолвил:

Арджуна сказал:

О Кришна, при виде моих родных, выстроившихся в бой и налитых жаждой сражения, Ноги мои подкашиваются, и гортань моя высыхает, мое тело дрожит, и волосы поднимаются дыбом, Гандива 24 выпадает из моих рук, и вся кожа моя пылает; не в силах я стоять, и мутится разум мой.

И вижу я зловещие предзнаменования, о Кешава! 25 и не предвижу никакого добра от этой братоубийственной войны.

Не желаю я победы, о Кришна, ни царства, ни наслаждений; к чему нам царство, о Говинда 26; к чему наслаждение или сама жизнь? Те, ради которых мы желаем царства и утех, стоят здесь, готовые к сражению, отрекшиеся от жизни и от богатства — Учителя, отцы, сыновья, также и деды, братья матерей, тести, внуки, шурины и другие родственники.

Не хочу я убивать их, хотя бы и самому пришлось быть убитым, о
Мадхусудапа 27, не хочу, даже если б это дало власть над тремя мирами; как же решиться мне на это ради земной власти? Какое может быть для нас удовлетворение в убийстве этих сынов Дхритараштры, о Джанардана 28? Большой грех совершим мы, убив этих мятежников.

Не должны мы убивать сынов Дхритараштры, наших родичей; убив своих родных, как сможем мы быть счастливыми, о Медхева? Если в увлечении страстью ум их не видит зла в разрушении семенного начала и не видит преступления во вражде к друзьям, Почему же нам, видящим зло в таком разрушении, не понять и не отвернуться от такого греха, о Джанардана? С уничтожением рода погибают незапамятные родовые обычаи; с разрушением
Дхармы 29 беззаконие овладевает всем родом; С воцарением беззакония, о
Кришна, слабеют жены рода; от ослабления жен, о Варшнея 30, возникает смешение каст. Смешение же это готовит ад убийцам рода и самому роду; ибо предки их изнемогают от недостатка приношения риса и воды.

Грехом этих убийц, совершивших смешение каст, уничтожается древняя родовая и кастовая дхарма.

Люди же, утерявшие родовую дхарму, вечно пребывают в аду, о
Джанардана! Так слушали мы.

Увы! Из желания владеть царством мы готовы совершить великий грех, мы готовы убить своих восставших родичей.

Если бы меня, безоружного, несопротивляющегося, вооруженные сыны
Дхритараштры убили в бою, мне было бы легче.

Санджая сказал:

Промолвив это на поле битвы, Арджуна опустился на сидение колесницы, охваченный скорбью, он бросил лук и стрелы.

Так гласит первая беседа, именуемая:

ОТЧАЯНИЕ АРДЖУНЫ.
1 Дхритараштра и Панду — родоначальники Кауравов и Пандавов, воюющих двух родов. Панду умер.

Дхритараштра слеп.

2 Курукшетра — поле, на котором царь Куру предавался йоге.

3 Кучер Дхритараштры. В Древней Индии кучер был часто поэтом и советником царя. Вьяса даровал Санджае ясновидение.

4 Сын Дхритараштры, по наущению которого Арджуна и его братья были изгнаны.

5 Бывший наставник Пандавов и Куравов, т.е. сыновей Панду и Куру.

6 Брат Арджуны; остальные: Юдиштхира, Накула и Сахадва.

7 Эпитет «бык» употребляется часто как эмблема мужественной силы и энергии.

8 Название, даваемое брахманам и мудрым царям.

9 Бхишма — дядя Арджуны, воспитавший сынов Панду.

10 В Индии раковина служила рогом.

11 Эпитет Шри-Кришны, означающий: приносит весну.

12 Арджуна.

13 Имя Хришикеша (владыка чувств дается Шри-Кришне.

14 Раковина Кришны называется «Панчеджания», потому что была сделана из костей побежденного им великана Панчеджана.

15 Счастьем рожденный.

16 Раковина Арджуны именуется «Девадаттой», т.е. Богом данная.

17 Бхима, брат Арджуны.

18 Раковины остальных трех братьев Арджуны назывались: «бесконечная победа», «медовый звук» и «жемчужный цвет».

19 Каши в настоящее время Бенарес.

20 Ачиюта — безгрешный, эпитет Шри-Кришны.

21 Бхарата — потомок рода Бхарата.

22 Панна — сын Притхы.

23 Каунтея — Сын Кунти, Арджуна.

24 Лук Арджуны.

25 Эпитет, означающий: «имеющий великолепные волосы», также «спящий на водах».

26 Один из эпитетов Индры, завоевателя коров.

27 Побеждающий Мадху — демона.

28 «Уничтожающий людей» в качестве победителя зла, эпитет Вишну.

29 Когда погибает Дхарма, воцаряется а-дхарма, беззаконие. Дхарма — долг, вытекающий из всех кармических условий касты, нации, данной ступени развития человека.

30 Варшнея — мужественный, сильный, имя рода Кришны, к которому принадлежал Кришна.

Беседа вторая

Санджая сказал:

Ему, охваченному жалостью, с глазами, полными слез, повергнутому в отчаяние, Мадхусудана молвил:

Благословенный сказал:

Откуда напало на тебя в минуту опасности это позорное, недостойное
Арийца отчаяние, закрывающее небо и не ведущее к славе, о Арджуна? Не поддавайся слабости, о Партха! Она не для тебя. Стряхнув презренное малодушие, воспрянь, Парантапа. (Побеждающий врагов).

Арджуна сказал:

О Мадхусудана, как я направлю стрелы на Бхишму и Дрону, на тех, которые достойны глубокого почитания, о победитель врагов? Воистину, лучше питаться в этом мире подаянием, как нищий, чем убивать этих славных великих
Гуру 1. Убив этих воистину благожелательных Гуру, я буду есть пищу, обагренную кровью.

И не ведаю, что лучше для нас: быть побежденными, или победить тех, что стоят против нас, сынов Дхритараштры, со смертью которых мы потеряли охоту к жизни С сердцем, пронзенным тоской, с помутившимся разумом, я больше не вижу свою Дхарму. Молю тебя: скажи определенно, — что лучше? Я твой ученик, умоляющий Тебя, научи меня! Не предвижу я, чтобы жгучую тоску, опалившую мои чувства, угасило достижение высочайшей власти на земле, или даже господство над Светозарными. (Suras, духи света.)

Санджая сказал:

Обратившись с этими словами к Хришикеше, Гудакеша, победитель врагов, сказал: «Я не буду сражаться» и умолк.

Стоя среди двух ратей и словно улыбаясь, Хришикеша обратился к повергнутому в отчаяние и молвил:

Ты скорбишь о тех, о которых не следует скорбеть, хотя и говоришь слова мудрости. Мудрые не оплакивают ни живых, ни мертвых.

Ибо поистине не было времени, когда бы я, или ты, или эти владыки земли не были; воистину не перестанем мы быть и в будущем.

Как живущий в теле переживает детство, юность и старость, также переходит он в другое тело. Сильный об этом не скорбит.

Соприкосновения с материей бросают в холод и жар, доставляют наслаждение и страдание; эти ощущения преходящи, они налетают и исчезают; выноси их мужественно, о Бхарата.

Тот, кого они [не колеблют], кто уравновешен в радости и горе и тверд, тот способен к бессмертию.

У нереального нет бытия; реальное не перестает быть; эту конечную истину постигли прозревшие в суть вещей.

Знай, что То, Которым проникнуто все сущее, неразрушимо. Никто не может привести к уничтожению то Нерушимое.

Преходящи лишь тела этого Вечного, который неразрушим и неизмерим.

Поэтому сражайся.

Думающий, что Он может убить, и думающий, что Он может быть убитым, оба одинаково заблуждаются. Человек не может ни убивать, ни быть убитым.

Он не рождается, и не умирает; раз получив бытие. Он не перестает существовать. Нерожденный, постоянный, вечный и древний. Он не убит, когда тело его убивают.

Кто знает, что Он неразрушим, постоянен, нерожден, неизменен, как может тот убить или быть убитым? Подобно тому, как Человек, сбросив ветхую одежду, надевает новую, так бросает Он изношенные тела и облекается в новые.

Оружие не рассекает Его, огонь не палит Его, вода Его не мочит, ветер не сушит Его.

Ибо нельзя ни рассечь, ни спалить. Ни пропитать влагой, ни высушить
Его: постоянный, всепроникающий, устойчивый, незыблемый, извечный Он.

Непроявленным, непостижимым, неизменным именуется Он. Зная Его таким, ты не должен скорбеть.

Если ты даже мыслил Его постоянно рождающимся и постоянно умирающим, и тогда не должен ты скорбеть.

Воистину смерть назначена для рожденного, а рождение — для умершего.

Посему о неизбежном ты не должен скорбеть.

Непроявлены существа в начале, проявленными они бывают в середине, и снова непроявленными при разрушении. О чем же печалиться? Один почитает Его за чудо, другой говорит о Нем, как о чуде; третий слышит о Нем, как о чуде, но и услышав, никто не знает Его.

Обитающий в этом теле всегда неуязвим; и посему ты не должен скорбеть ни о каком существе.

И взирая на свою собственную Дхарму, ты не должен дрожать, Арджуна; воистину, для Кшатрия нет ничего более желанного, чем праведная война.

Счастливы те Кшатрии, которым; выпадает надолго такое сражение, подобно нежданно отверзтым вратам в Небеса. 2 Но если ты не вступишь в этот праведный бой, отвергнув свою Дхарму, и свою честь, ты примешь на себя грех.

И люди поведают о твоем бесчестии, а для почитаемого позор хуже смерти.

Великие предводители на колесницах подумают, что страх заставил тебя бежать с поля сражения, и ты, которого они столь высоко чтили, станешь презренным для них.

Много недостойных слов скажут твои враги, клевеща на твою силу. Что может быть мучительнее? Убитый, ты обретешь небо; победитель, ты насладишься землею. Восстань же и решайся сразиться! Признав равными радость и скорбь, достижение и неудачу, победу и поражение, вступи в битву; так ты избегнешь греха.

Таково возвещенное тебе учение, согласное с Санкхией 3; а теперь внемли наставлению, согласному с Йогой. Восприняв эту мудрость, ты сокрушишь оковы Кармы 4.

Здесь нет ни затраты сил, ни нарушения; даже и неполное знание Дхармы спасает от великого страха. Мысль решительного Разума 5 сосредоточена на одном; мысли нерешительного разветвляются до бесконечности.

Цветисты речи немудрых, которые находят свою радость в букве Вед 6; они говорят: «Вне этого нет ничего иного».

Они полны желанием, высшая цель их — рай, рождение для них плод деяний; предписанные ими обряды направлены лишь к достижению удовольствия и власти.

Для тех, кто прикован к утехам и власти, чьи мысли скованы этим учением, для тех недоступен решительный Разум, твердо устремленный на
Самадхи 7.

Веды поучают о трех гунах 8; поднимись над ними; за пределами пары противоположностей 9 пребывай постоянно в гармонии, равнодушный к обладанию, преисполненный Высшего Я.

Для просветленного Брамина 10 Веды полезны не более, чем для местности, затопленной водою, полезен малый пруд.

Взирай лишь на дело, а не на плоды его; да не будет побуждением твоим
— плоды деятельности, но и бездействию не предавайся.

Отказываясь от привязанности 11, оставаясь одинаково уравновешенным в успехе и неудаче, совершай действия в слиянии с божественным; равновесие именуется Йогой.

Много ниже Йоги Распознавания стоит действие. Ищи убежище в Чистом
Разуме 12. Достойны сожаления действующие ради плодов.

В слиянии с Чистым Разумом, человек отказывается и от добрых и от дурных деяний 13. Отдайся же Йоге; Йога есть искусство в действиях.

Мудрец, сочетавшийся с Чистым Разумом, отказавшийся от плодов, свободный от оков рождения, идет в обитель, где нет страданий.

Когда твой ум разорвет сеть иллюзий, ты достигнешь безразличия к тому, что было услышано, и к тому, что будет услышано. 14 Когда ум твой, запутанный в тексты Писаний, став непоколебимым, установится неподвижно в созерцании, тогда ты достигнешь Йоги 15

Арджуна сказал:

Как определить того, чей ум устойчив, кто утвердился в созерцании, о
Кешава? Как говорит тот, чей ум успокоился? Как ходит он и как сидит?
Благословенный сказал:

Когда человек отказался от всех желаний сердца, когда его Я нашло удовлетворение в Божественном Я, тогда он именуется человеком со стойким умом.

Тот, чей ум спокоен среди страданий, бесстрастен среди наслаждений, кто освободился от желаний, страха и гнева, тот именуется мудрецом со стойким умом. 16 Тот, кто ни к чему не привязан, кто, встречая приятное и неприятное, не радуется и не ненавидит, 17 разумение того установилось.

Когда, подобно черепахе, втягивающей в себя все свои члены, он отрывает свои чувства от предметов чувств, тогда его разумение установилось.

От предметов чувств, но не от вкуса к ним освобождается тот, кто не дает им питания; но и вкус к ним исчезает у того, кто узрел Брахмана. 18
Возбужденные чувства неудержима увлекают разум даже мудрого человека, хотя бы не переставал бороться.

Укротив все чувства, он должен сесть 19 уравновешенный, поставив себе высшей целью Меня; ибо разум того установлен, кто владеет чувствами своими.

Устремление мысли на предметы чувств рождает привязанность к ним; от привязанности рождается вожделение; от вожделения рождается гнев.

От гнева происходит заблуждение; от заблуждения — смятение памяти; от смятения памяти — разрушение Разума; 20 от разрушения Разума человек погибает.

Но свободное от притяжения и отталкивания, двигаясь среди предметов чувств, владеющее собою , послушное своему Высшему Я, идет к миру.

В этом состоянии мира наступает конец всем страданиям; разум того, чье сердце успокоилось, скоро достигнет равновесия.

Нет Чистого Разума для невладеющего собой, и нет для него медитации; без медитации нет мира, а без мира возможно ли счастье? Чувства, увлекающие разум, уносят разумение подобно ветру, несущем ладью по бурным волнам.

Поэтому, у того, чьи чувства совершенно отвлечены от предметов чувств, разум того вполне устойчив.

То, что ночь для всех, для мудрого есть время бодрствования, когда же все остальные существа бодрствуют, тогда наступает ночь для ясновидящего мудреца.

Тот обретает мир, в душу которого вливаются желания так же, как в полноводный океан, сохраняющий неподвижность, вливаются реки, — а не тот, кто желает желаний.

Кто отрекся от всех желаний и идет вперед, свободным от вожделении, самости и эгоизма, тот направляется к миру.

Таково состояние Брахмана 21 Кто обрел его, тот не смутится вовек. И кто достигнет его, хотя бы в свой смертный Час, тот обретает Нирвану 22
Брахмана.

Так в достославных Унапишадах благословенной БХАГАВАД-ГИТЫ,

науки о ВЕЧНОМ, Писании Йоги, гласит вторая беседа между Шри-Кришной и

Арджуной,

именуемая:

ЙОГА ПУТЕМ САНКХЬИ 23.
1 Учитель, духовный руководитель.

2 По верованиям Индии, человек после смерти проходит через Камалоку
(чистилище в Девакан (рай, состояние блаженства). Человек же, совершивший подвиг, переходит прямо в Девами, минуя Камалоку.

3 Санкхья, школа дуалистической философии, в которой неизменный духовный принцип Purusha противопоставляется вечной материи (Prakriti, орудию духа. Здесь это слово употребляется как символ, это значит метод философский вообще.)

4 Закон причин и последствий в человеческой жизни.

5 Buddhi, начало духовное, употребляется в смысле просветленного разума.

6 Индусы различают Веды (св. писания во мн. числе от Вед’ы (в един, числе — знания вечного, знания Бога. Веды заключают книги, в которых отчасти выражается вечная мудрость Вед’ы. Поэтому индусы считают себя совершенно свободными исследовать вопросы духовные. В Индии полная свобода мысли. Насколько браманизм строг по отношению к внешней деятельности человека, настолько он терпим по отношению к внутренней работе мысли. Веду признают все; Вед придерживаются те или иные течения. Узкие, неразвитые люди не понимают Веду и признают только писание Вед’ы. О них и говорит
Кришна.

7 Самадхи — состояние экстаза и слияния с высшим миром, которого Йог достигает во время созерцания.

8 Гуны — атрибуты или формы энергии, действующей через материю: Sattva
(ритм, равновесие, гармония или чистота. Rajas (движение, деятельность или страсть и Tamas (инерция, темнота, глупость.

9 Буквально: свободен от , т. е. от двойственности.

10 Член высшей касты (жрецы и учителя.

11 К плодам деятельности.

12 Buddhi.

13 То есть отказывается от всяких плодов деятельности, даже праведной.

14 То есть к прошлым и будущим св. Писаниям, Shruti.

15 Соединение с Высшим Я (Atma; через которое совершается гармония с
Божественном Волей.

16 Он получает название Муни, эпитет, прилагаемый к отшельникам, достигшим святости. Будда тоже назывался Шакья-Муни.

17 Здесь вопрос не о равнодушии, а о победе над страстями.

18 Предметы чувств отвращаются от человека, когда он отвергает их, но стремление к ним теряется, когда человек узрел Бога.

19 Медитация в сидячей позе йога.

20 Человек, теряя самообладание, делается рабом страсти. Страсть затемняет его разум, и человек отрывается от своего духовного центра, т. е. погибает.

21 Состояние Брахмана, т. е. божественное состояние.

22 Высшее состояние сознания просветленного духа, слившегося с Богом, и потому наивысшая полнота бытия, доступная посвященному. По сравнению с обыденным сознанием, центр которого — наше малое земное «я», это состояние полноты сознания представляется как небытие.

23 То есть философского познания.

Беседа третья

Арджуна сказал:

Если ты думаешь, что познание выше действия, о Джанардана, отчего побуждаешь Ты меня к такому ужасному делу? Непонятной речью Ты смущаешь мое понимание; и поэтому поведай, могу ли я с уверенностью достигнуть блаженства? Благословенный молвил:

На этом свете есть двоякий путь, как много было сказано и ранее, о безгрешный: единение Санкхиев 1 через познание и единение йогов через действие.

Человек не достигнет свободы отречением от действия и одним отречением не поднимется до совершенства.

Никто, даже на один миг, не может остаться истинно бездействующим, ибо все беспомощно влекутся к действию свойствами, 2 от природы исходящими.

Владеющий своими органами чувств, но помышляющий о предметах чувств, такой человек с помутившимся разумом называется лицемером.

Но тот, кто мыслью овладел своими чувствами и свободно совершает Карму-
Йогу 3, тот достоин почитания.

Выполняй же праведные действия, ибо действие лучше бездействия; при бездействии невозможно поддержать даже собственного тела.

Мир скован действием, если оно совершается не ради жертвы; ради жертвы выполняй и ты свои действия, свободный от привязанности.

В далеком прошлом, когда актом жертвы из эманации Бога возникли люди,
Господь 4 сказал: «Жертвой размножайтесь; да будет она для вас источником желаний; Ею питайте Светозарных, и да питают Они вас! Питая друг друга, вы достигните высшего блага.

Ибо питаемые жертвой. Светозарные ниспошлют вам желаемое». Воистину тот вор, кто на получаемые от них дары не отвечает дарами.

Праведные, питающиеся остатками от жертв, освобождаются от грехов; те же, которые заботятся о пище исключительно для себя, питаются грехом.

От пищи созидаются твари; от дождя происходит пища; дождь, возникает от жертвы; жертва рождается от действия.

Знай, что от Брахмы 5 происходит действие, и Брахма идет от Вечного.

Поэтому вездесущий Брахман 6 вечно пребывает в жертве.

Тот, кто на земле не следует вращению колеса, кто живет в грехе наслаждается чувствами, тот живет напрасно.

По тот, кто обрел радость и удовлетворение в Высшем Я и счастлив лишь, в Нем — тот поистине (совершил все до конца.

Его не касаются более ни действие, ни бездействие в этом мире, и помыслы его не зависят ни от чего сотворенного.

И потому непрестанно. без привязанности, совершай должные действия, ибо воистину, свободно совершая действия, человек достигает Высочайшего.

Воистину деятельностью достиг Джанака и другие совершенства ранее других. Действуй и ты также во благо мира.

То, что делает великий человек, то делают и другие; его примеру следует народ.

Нет ничего в трех мирах, что бы Я должен был совершить или чего бы Я не достиг; и все же Я пребываю в действии.

Ибо если бы Я не пребывал неустанно в действии, люди повсюду начали бы следовать Моему примеру.

Мир был бы, разрушен, если бы Я не совершал действий; Я стал бы причиной смешения каст и виной гибели народа.

От привязанности к действию действует немудрый; мудрый же должен действовать без привязанности, ради блага мира.

Мудрый не должен смущать невежественность людей, привязанных к действию, но действуя в единении со Мной, должен каждую деятельность делать привлекательной.

Все действия вызываются тремя свойствами природы. Обольщенное себялюбием, «я» думает: «Я есмь совершающий».

Но тот, о могущественный, кто знает сущность разделения свойств и действий, и помнит, что «гуны двигаются среди гун» 7, тот не привязан.

Обманутые свойствами природы, люди привязаны к действию этих свойств.

Человек совершенного знания не должен смущать тех, чье знание еще не совершенно.

Предоставив все действия Мне, устремив свои мысли на Высочайшее Я, свободный от вожделений и себялюбия, исцелившись от душевной горячки, сражайся, Арджуна! Те, которые неизменно следуют Моему учению, исполненные веры и свободные от лукавства, те также освобождаются от действий.

А те, которые, хуля Мое учение, не следуют ему, и которые лишены разума и познания, знай, что они обречены на погибель.

Даже мудрый человек поступает согласно своей природе; все существа следуют своей природе. К чему же насилие? Влечение и отвращение к чувственным предметам коренятся в чувствах; не поддавайся ни тому, ни другому; воистину они препятствия на пути.

Собственный долг, даже самый скромный, лучше хорошо исполненного чужого долга. Лучше умереть, исполняя свою собственную дхарму, чужая дхарма полна опасности.

Арджуна сказал:

Но что толкает человека против воли к греху, о Варшнея? Воистину, его как бы толкает к нему неведомая сила.

Благословенный сказал:

Это — желание, это гнев, рожденные от раджаса 8; познай в нем вашего всеоскверняющего, всепожирающего врага на Земле.

Подобно пламени, облеченному дымом, подобно зеркалу, покрытому пылью, подобно зародышу, завернутому в [оболочку], так Вселенная 9 облечена Им.

Этим непрестанным врагом мудрого окутана и мудрость, в виде ненасытного, как пламя, желания.

Чувство, Ум и Чистый Разум считаются местом его пребывания; окутывая ими мудрость, желание смущает обитающего в теле.

И потому, овладев прежде всего чувствами, о лучший из Бхарат, убей это порождение греха, врага знания и мудрости.

Сказано, что чувства велики; выше чувств — ум; выше ума — Чистый
Разум; воистину выше Чистого Разума — Он 10.

Постигнув, что Он выше Чистого Разума, ограничив свое «я» Высшим Я, убей, о могучий, врага в образе труднопреодолимого желания.

Так гласит третья беседа, именуемая:

ЙОГА ДЕЙСТВИЯ
1 Последователи религиозной философии Санкхья; в более общем смысле — люди интеллектуального направления.

2 Гуны, три свойства природы: движение, инерция и гармония, лежащие в основе всех мировых проявлений.

3 Карма-Йога один из трех путей восточной мистики, ведущих к совершенству или к слиянию с Богом: Карма-йога — слияние путем деятельности, Бхакти-Йога — путем любви и Джана-йога — путем знания.

4 Рrаjapаti, Господь эманации; Господь существ.

5 Брахма — лицо Индусской Троицы (Тrimurti: Шива, Вишну, Брахма.

6 Брахман — Божество, синтез всех трех аспектов. Это слово также употребляется в смысле Непроявленного.

7 Гуны, как органы чувств, двигаются среди гун, как объектов чувств.

8 Rajаs.

9 Вселенная — ЭТО в противоположность к «ТО», означающего Брахмана.

10 Брахман.

Беседа четвертая

Благословенный сказал:

Эту непреходящую йогу я поведал Вивасвану 1; Вивасван передал ее Ману
2; Ману сообщил ее Икшваку 3, Таким образом, друг от друга получили и узнали ее Цари-Мудрецы. Со временем эта Йога пришла в упадок на земле, о
Парантапа.

Эту древнюю Йогу поведал Я ныне тебе, ибо ты предан Мне и ты Мой друг; в ней — высочайшая тайна.

Арджуна сказал:

Позднее родился Ты, ранее родился Вивасван; как же должен я понять, что Ты поведал ее с самого начала?

Благословенный сказал:

Много рождений в прошлом у Меня и у тебя, о Арджуна! Я знаю их все, но ты не ведаешь своих.

Хотя нерожденный и хотя мое Я Владыка всего сущего, осеняющее Мною созданную природу — вечно, Я все же рождаюсь Моей собственной влас- тью. 4
Воистину, когда дхарма приходит в упадок, о Бхарата, и воцаряется грех, тогда являюсь Я Сам.

Для защиты добрых, для поражения творящих зло, для прочного восстановления дхармы 5, Я рождаюсь из века в век.

Кто таким образом знает суть Моего божественного рождения и деятельности, тот, покидая тело, не воплощается вновь, а приходит ко Мне.

Освободившись от страсти, страха и гнева, преисполненные Мною, ища убежище во Мне, очищенные в огне мудрости 6, многие вошли в Мое существо.

Как люди идут ко Мне, так и Я приветствую их, ибо путь, по которому люди идут со всех сторон есть Мой Путь, о Партха! Те, которые стремятся к успеху в земных делах, жертвуют Светозарным; ибо в кратком временном человеческом мире успех рождается от деятельности.

Различным распределением природных свойств и действий, Мною были произведены четыре касты: знай, что Я их Творец, хотя Я не действую и не истощаюсь.

И действия не влияют на Меня, Тот, кто знает Меня таким, не связан действиями.

Зная это и стремясь к освобождению, наши предки все же совершали действия; совершай же и ты действия, как их совершали древние в прошедшие времена.

«Что есть действие, и что бездействие?». Даже мудрые этим смущаются. И потому Я объясню тебе действие, познав которое, ты освободишься от греха.

Необходимо различать действие, познать незаконное действие и бездействие; таинствен путь действия.

Тот, кто может в действии видеть бездействие, и в бездействии — действие, тот — мудрый среди людей, тот уравновешен и тогда, когда совершает действия.

Тот, чьи начинания свободны от вожделений, чьи действия сгорели в огне мудрости, того разумные назвали Мудрецом.

Утратив привязанность к плодам деятельности, всегда довольный, не ища ни в ком опоры, он не творит кармы, даже если производит действия.

Не рассчитывая ни на что, владей своим умом и своим «я», отказавшись от всякого обладания, совершая действия лишь телесно, он не грешит.

Довольный достигнутым, свободный от пары противоположностей, не знающий зависти, уравновешенный в удаче и неудаче, он не связан и тогда, когда совершает действия.

Тот, кто утратил желания, и освободился, чьи мысли покоятся в мудрости, кто совершает действия как жертву, — все деяния того растворяются бесследно.

Брахман — жертвенное возлияние; Брахман — очищенное масло, приносятся
Брахманом в огне Брахмана — с Брахманом сольется лишь тот, кто, совершая свои действия как молитву, посвящает их Ему 7.

Некоторые Йоги приносят жертву Светозарным; другие приносят жертву лишь в огне Брахмана.

Некоторые предают вслух и остальные чувства в жертву огням обуздания; другие приносят звук и другие предметы чувств в жертву огням, сжигающим чувственность.

Еще другие в зажженный мудростью огонь слияния, достигнутый самообузданием, ввергают как жертву все деятельности чувств и все жизненные отправления.

Иные отшельники и люди суровых обетов приносят в жертву все, что имеют, другие — свои подвиги йоги, углубленного чтения и мудрости.

Другие выдыхание жертвуют вдыханию и вдыхание — выдыханию, сдерживая течение вдыханий и выдыханий и отдавшись пранаяме 8.

Другие, воздержанные в пище, жертвуют свое жизненное дыхание дыханию жизни. Все они обладают совершенным знанием жертвы и жертвой освободились от греха.

Питающиеся жизнь-дающими 9 остатками от жертвоприношения, соединяются с неизменным Брахманом. Не для того этот мир, кто не жертвует, тем более не для него мир иной, о лучший из Куру! Многочисленны и разнообразны жертвы, воздаваемые перед лицом Брахмана; знай, что все они рождены от действия; познав это, ты будешь свободен.

Лучше всяких внешних жертв — жертвы мудрости! В мудрости все действия завершаются в своей целости. ЗЗ Познай это послушанием 10, пытливостью и служением. Мудрецы и ясновидцы, проникшие в суть вещей, посвятят тебя в мудрость.

И познав это, ты больше не впадешь в такое смятение, о Пандава 11, ибо ты узришь все существа без исключения в Едином и таким образом во Мне.

И если ты даже величайший из грешников, на ладье мудрости ты все же переплывешь пучину греха.

Как огонь, превращающий в пепел топливо, так и огонь мудрости сжигает все деяния дотла.

В мире нет лучшего горнила, чем мудрость; кто совершенен в йоге, тот в свое время находит ее в Высшем Я.

Исполненный веры обретает мудрость; обретает ее также и владеющий чувствами своими; достигнув же мудрости, он быстро достигает Неизреченного
Мира.

Но невежественный, лишенный веры и в себе сомневающийся, идет к уничтожению; для сомневающихся нет ни этого, ни иного мира, ни счастья, Кто йогой отрешился от действий, кто знанием отсек сомнение, кто повинуется лишь Высшему Я, того не могут связать действия, о Дхананджая.

И потому, мечом мудрости Высшего Я рассекая закравшееся в твое сердце сомнение, рожденное неведением, пребывай в йоге. Восстань, о Бхарата!

Так гласит четвертая беседа, именуемая:

ЙОГА МУДРОСТИ.
1 Vivаsvan — светильник, излучающий свет, Солнце; также эпитет Ману IV расы; чаще Vivasvat.

2 Ману — руководитель V или арийской расы.

3 Jkshvaku — царский род Мория в Индии, из которого должен родиться
Ману будущей расы.

4 Эта власть — Майя, сила мысли, производящая формы, преходящие и оттого нереальные в сравнении с вечной Реальностью; отсюда Майя считается силой, производящей иллюзии.

5 Дхарма и а-дхарма, ее противоположность, все беспорядочное, идущее против порядка вещей.

6 Тараs оm tap, пламенное как огонь, т. е. огненное усилие духа. Кто видит Вечного Бога под всем преходящим, только тот идет к Нему; все остальные остаются связанными с миром форм.

7 Наука о дыхании, примененная к внутренней молитве.

8 Наука о дыхании, примененная к внутренней молитве.

9 Amrita, нектар богов, пища бессмертия.

10 Буквально: припадая к ногам Учителя.

11 Потомок рода Панду.

Беседа пятая

Арджуна сказал:

Отречение от действий ты восхваляешь, о Кришна, а также и йогу!
Которое же из них лучше? Скажи мне об этом решительно.

Благословенный сказал:

И отречение и йога посредством действия ведут к высочайшему счастью; но, воистину, йога превосходит отречение от действия.

Познай, как истинного аскета 1 того, кто не ненавидит и не желает; свободный от пары противоположностей, о мощновооруженный, он без труда освобождается от оков.

Не мудрецы, а дети говорят о Санкхие и о Йоге, как о чем-то различном; кто твердо установлен в одной из них, достигает плодов обеих.

Ступень, достигаемая последователями Санкхии, достигается также и
Йогами. Тот зрит верно, кто видит, что Санкхия и йога составляют одно.

Но без йоги воистину трудно достигнуть отречения; йогой уравновешенный
Муни быстро достигает Брахмана.

Тот, кто приведен в гармонию йогой, кто очистил себя, кто овладел собой, кто покорил себя Высшему Я, ставшему единым с другими Я, кто стал единым с Мировым Я, тот и действуя, остается неизменным.

«Я не действую», должен думать достигший гармонии и познавший Сущность вещей; даже взирая, слушая, ощущая, обоняя, принимая пищу, двигаясь, почивая, дыша, говоря, давая, хватая, открывая и закрывая глаза, он утверждает: «Чувства двигаются среди предметов чувств».

Тот, кто действует, посвящая все свои действия Брахману, отрешившись от привязанности, тому грех не вредит, как не вредит вода листьям лотоса.

Отказавшись от привязанности, Йоги действуют своим телом, душою,
Разумом и даже чувствами, ради очищения своего «я».

Уравновешенный, отрешившийся от плодов своей деятельности человек обретает Вечный Мир; неуравновешенный, Побуждаемый желаниями, привязанный к плодам, находится в оковах.

Разумом отказавшись от действий, обитающий в теле властитель, спокойно пребывает в девятивратном граде 2, не действуя и не вызывая действий.

От Господа вселенной не исходит ни вмешательства, ни действия, ни соединения действия с его плодом; тем не менее природа проявляется.

Не принимает Господь ни греха, ни праведности от кого-либо. Мудрость окутана неведеньем, и поэтому смертные заблуждаются.

Воистину, в ком неведенье уничтожено мудростью Высшего Я, для того мудрость, сияя подобно солнцу, Излучает Высочайшее 3.

Думая о ТОМ, погруженные в ТО 4, пребывающие в ТОМ, преданные лишь
ТОМУ, мудростью уничтожившие свой грех, они идут туда, откуда нет возврата.

Мудрецы смотрят одинаково 5 на брамина, украшенного ученостью, и смирением, на слона, корову, собаку, и даже на того, кто ест собаку 6.

Даже здесь, на земле, все побеждается теми, чей разум уравновешен; воистину Брахман безгрешен и уравновешен; поэтому уравновешенные пребывают в Брахмане.

С установившимся ясным разумом, пребывающий в Брахмане и познающий
Брахмана не радуется, получая приятное, и не волнуется, получая неприятное.

Тот, чье «я» не привязано к внешним прикосновениям и находит отраду в
«Высшее Я», достигнув через йогу единения с Брахманом, тот вкушает непреходящую радость.

Радости, возникающие от соприкосновения, воистину — лоно страдания, ибо они имеют начало и конец, о Каунтея; не в них накормит радость мудрый.

Тот, кто может еще здесь, на земле, до своего освобождения от тела, противостоять силе, рожденной желанием и страстью, тот достиг гармонии, тот счастливый человек.

Тот, кто счастлив внутри, кто радуется внутри, кто освещается изнутри, тот йог, становясь Брахманом, вступает в Нирвану Брахмана. 7 Нирваны
Брахмана достигают те Риши 8, которые уничтожили свои грехи, освободившись от двойственности 9, обуздали свое «я» и посвятили себя благу всех.

Освободившиеся от желания и страсти, покорившие свою природу, владеющие своими мыслями и познавшие себя, те близки к Миру Брахмана.

Отрешившись от внешних соприкосновений, устремив свой взор в средостение между бровями; упорядочив входящее и исходящее через ноздри дыхание.

Совершенно владея своими ощущениями, чувствами и Разумом, стремящийся лишь к освобождению мудрец, победивший навсегда желание, страх и гнев, воистину обрел для себя свободу.

Познав Меня, как Вкушающего жертву и подвиг, как могучего Владыку всех миров и как Возлюбившего все сущее, он обретает Мир.

Так гласит пятая беседа, именуемая: ЙОГА ОТРЕЧЕНИЯ ОТ ПЛОДОВ ДЕЙСТВИЯ
1 Sannyasi, неустанно отрешающийся, святой странник.

2 Тело; называется «градом Брахмана», 3 Брахман.

4 ТО — БРАХМАН. Божественный Первоисточник Жизни, без предиката и без атрибутов. То, чему имени нет в перед чем можно лишь благоговейно склониться.

5 То есть видят Единую Божественную Суть за всеми проявленными формами.

6 Парии, не принадлежащие ни к одной касте, едят мясо; это считается большим грехом в Индии, т. к. мясо добывается убийством. Вследствие этого к ним относятся с большим презрением.

7 В мир и блаженство Брахмана.

8 Святые Индии.

9 Пары противоположностей.

Беседа шестая

Благословенный сказал:

Кто деятельно исполняет свой долг, не рассчитывая на плоды своей деятельности, тот — Саниязи 1, тот Йог, а не тот, кто без огня и без обрядов.

Знай, о Пандава, то, что именуется отречением, в есть йога; не может стать йогом тот, кто не отрешился от желания, руководимого воображением. 2
Для мудреца, стремящемся к йоге, действие является средством, для достигнувшего совершенной йоги — ясность является средством.

«Достигшим совершенной йоги» именуется тот, кто отрешившись от личных желаний, не привязан ни к чувственным предметам, ни к деятельности.

Да поднимет он свое «я» до своего Высшего Я и да не приходит он а отчаяние, ибо воистину Высшее Я — хотя и враг низшего «я», но также и друг его.

Высшее Я — друг низшего «я» того человека, который покорился своему
Высшему Я; но для непокорившегося — Высшее Я становится воистину враждебным, подобно неприятелю.

Высшее Я того, кто покорил свое «я» и обрел мир, остается неизменным в холод и в жар, среди радости и скорби, среди почета и бесчестья.

Тот именуется истинным йогом, кто, удовлетворенный мудростью и знанием, остается, как на непоколебимой скале, чьи чувства обузданы, для кого и ком земли, и камень, и золото — одно и то же.

Тот превосходит всех, кто беспристрастно смотрит 3 на любящих и на равнодушных, на друзей и врагов, на чужих и родных, на праведных и неправедных.

Пусть йог постоянно упражняется в йоге, пребывая в одиночестве, покорив свою мысль и свое «я», свободный от желания захвата.

Устроив в чистом месте твердое сиденье для себя, ни слишком высокое, ни слишком низкое, из положенных друг на друга полотна, кожи черной антилопы и травы куша.

Сосредоточив свой ум на одном, обуздав свою мысль и деятельность внешних чувств, пребывая спокойно на своем месте, пусть упражняется он в йоге ради ощущения своего «я».

Прямо и неподвижно держа тело, шею и голову, пристально устремив на кончик носа невидящий взор; 4 С успокоенным «я», бесстрашный, твердый в обетах Брахмачария, 5 обуздавший свой ум, погрузивший свою мысль в Меня, пусть он, уравновешенный, стремится ко Мне.

Так, пребывая в единении с Высшим Я и обуздав свой ум, Йог достигает мира и высочайшего Блаженства 6, которое пребывает во Мне.

Воистину йога не для того, кто слишком много ест или совсем не ест, кто имеет склонность слишком много спать или бодрствовать, о Арджуна! Йога уничтожает всякое страдание у того, кто водворил порядок в еде и развлечении и во всех своих действиях, а также в чередовании сна и бодрствования.

Когда его покоренная мысль свободная от всех вожделений, сосредоточена лишь на Высшем Я, тогда о нем говорится; «Он приведен в гармонию».

Подобен лампе в безветренном месте, пламя которой не колышется, становятся тот Йог, который покорил свой ум и пребывает в единении с Высшим
Я.

То, в чем ум утихает, успокоенный упражнениями йоги; то, в чем он, узрев Высшее Я, через Него находит удовлетворение; То, в чем человек находит высочайшую радость, доступную Разуму за пределами чувств, пребывая в чем он не удаляется от Реальности; Достигнув чего, он не может представить себе ничего лучшего; пребывая в чем, его не потрясет даже самое тяжелое горе:

Такое расторжение связи со скорбью и должно познаваться как йога, отдаться этой йоге следует твердо и без колебаний.

Оставив все созданные воображением желания без остатка разумом обуздав совокупность разбегающихся во все стороны чувств, В стойкости пребывающим
Разумом да достигнет он постепенного спокойствия; пребывая мыслью в Высшем
Я, да изгонит он мысль о другом.

Сколько бы тревожный и непостоянный ум ни разбегался, обуздывай его постоянно и подчиняй его власти своего Высшего Я.

Высочайшая радость ожидает умиротворенного Йога, ум которого успокоился, и страстная природа которого покорена, кто стал безгрешен и подобен Брахману.

Кто привел в гармонию свое «я» и сбросил грех, тот Йог легко испытывает беспредельное блаженство от соприкосновения с Брахманом.

Йогой приведенное в гармонию «я» видит Высшее Я пребывающим во всем сущем и все сущее пребывающим в Высшем Я; всюду оно видит одно.

Тот, кто всюду видит Меня и во Мне видит все, того Я никогда не покину, и он никогда не покинет Меня.

Кто, утвердившись в единении, поклоняется Мне, пребывающему во всем, тот йог живет во Мне, каков бы ни был его образ жизни.

Видящий подобие Высшего Я во всем и через то познающий тождество всего, и приятного, и неприятного, тот считается совершенным Йогом, о
Арджуна! Арджуна молвил:

Для этой йоги, которая, по Твоим словам, достигается познанием тождества всего, о Мадхусудана, я не вижу прочного основания в виду тревожности ума;

Ибо ум воистину беспокоен, о Кришна; он бурный, упорный и непокорный; мне думается, его так же трудно обуздать, как трудно сдержать ветер.

Благословенный сказал:

Без сомнения, о мощновооруженный, ум беспокоен и его трудно обуздать; но его можно покорить постоянным упражнением и бесстрастием.

Йога трудно достижима для не владеющего своим «я»; но кто покорился
Высшему Я, тот может достигнуть ее верно направленной энергией, так думаю
Я.

Арджуна сказал:

Но тот, кто не покорив себя, все же полон веры, чей ум отвлечен от йоги и не способен сосредоточиваться на ней, по какому пути пойдет он, о
Кришна? З Сбившись с обоих путей, 7 неужели он, неустойчивый, уклонившийся от пути к Брахману, будет уничтожен подобно разорванному облаку, о
Великомощный? Рассей, о Кришна, окончательно мое сомнение; ибо кроме Тебя никто не может разрушить его.

Благословенный молвил:

О сын Притхи, ни здесь, ни в будущем мире нет уничтожения для него; воистину никогда стремящийся к правде не пойдет по пути зла, возлюбленный мой! Достигнув миров праведных и оставаясь в них бесчисленные века, отпавший от йоги рождается вновь в чистом и благословенном семействе; Или даже может родиться в семье мудрых Йогов; но трудно достигается такое рождение в этом мире.

Там он снова обретает достигнутую в предыдущей жизни способность слияния с духом, 8 и снова начнет стремиться к совершенству, о радость
Куру.

Усилиями предыдущей жизни он устремляется непреодолимо. Воистину даже тот, кто лишь пожелал познать йогу, и тот уже переступил за пределы Вед.

Но тот йог, который ревностно стремится, который очистился от грехов и многими воплощениями достиг совершенства, тот идет к Высшему Пути.

Йог выше аскетов, даже выше мудрецов, Йог выше человека действия; посему стань ты Йогом, о Арджуна! И среди всех Йогов того Я считаю выше всех, который исполнен веры в Меня и своим сокровенным Я, пребывая во Мне, поклоняется Мне.

Так гласит шестая беседа, именуемая: ЙОГА САМООБУЗДАНИЯ

1 Аскет — подвижник, который не зажигает жертвенного огня и не совершает жертвоприношений и церемоний; но это отсутствие внешних обрядов, без истинного отречения, еще не дает настоящего Саннази, святого странника.

2 Sankalpa, способность строить планы на будущее.

3 То есть одинаково добр и спокоен со всеми.

4 Дело идет о внутреннем взоре, а не о физических глазах.

5 Брахмачария дает обет целомудрия.

6 Нирваны.

7 То есть с пути нормальной эволюции, по которому идет все человечество, и с путы ускоренной эволюции, по которому идет Йог.

8 Йога состоит в способности слияния низшего с высшим Я человека. Для этого внутреннее его внимание из сферы чувственно-интеллектуальной должно перейти в мир духовный (Buddhi. Этим начинается духовное достижение.

Беседа седьмая

Благословенный сказал:

Мыслью устремленный ко Мне, о Партха, выполняющий йогу, обретший приют во Мне, выслушай, как ты несомненно можешь прийти к конечному познанию
Меня.

Раскрою перед тобой знание и мудрость во всей их полноте; если познаешь их, не останется для тебя здесь ничего, требующего познания.

Среди тысячи людей едва ли один стремится к совершенству; среди успешно стремящихся едва ли один познает Меня в сущности Моей. Земля, вода, огонь, воздух, эфир, душа и Разум 1, а также самость 2, — таково восмиричное разделение Моей природы 3.

Такова моя низшая природа. Познай мою иную природу, высшую, которая есть элемент жизни, о мощновооруженный, посредством которой держится мир.

Познай в ней лоно всего сущего. Я есмь источник возникновения вселенной, и во Мне исчезает она.

Нет ничего выше Меня, о Дхананджая. Все нанизано на Мне, как жемчужины нанизаны на нити.

Я — и вкус воды, о сын Кунти, Я — и блеск луны и солнца, и Священное
Слово 4 в Ведах, и звук в эфире, и мужество в людях.

Я — чистый запах земли и свет огня; Я — жизнь всего сущего и подвиг подвижников.

Познай Меня как вечное семя всего сущего, о Партха! Я — мудрость одаренных Разумом и блеск всех великолепных вещей; Я — сила сильных, свободных от вожделения и страсти. Во всех существах Я — не противное дхарме желание, о повелитель Бхарат.

Знай, что и гармоничные, и деятельные, и ленивые натуры, 5 все от
Меня; воистину, не Я в них, а они во Мне.

Весь этот мир, введенный в заблуждение тремя незванными свойствами, исходящими от трех гун, не знает Меня, Неисчерпаемого, стоящего над ними.

Воистину, трудно проникнуть через покров этой божественной Майи, созданной тремя гунами; приближающиеся но Мне переступают эту иллюзию.

Творящие зло, заблуждающиеся, худшие среди людей, не приходят ко Мне;
Майя 6 лишает их мудрости, и они предаются природе демонов 7.

Есть четыре вида праведных, поклоняющиеся Мне о Арджуна: страдающие жаждущие мудрости, ищущие личных достижений и мудрые, о Владыка Бхарат! Их всех превосходит уравновешенный и беззаветно преданный Мне мудрец; воистину
Я дорог, превыше всего для мудрого, и он дорог Мне.

Все они благородны, но мудром Я почитаю подобным Себе; слившись со своих Высшим Я, он устремлен ко Мне, на Верховный Путь.

В конце многих рождений, исполненный мудрости приходит ко Мне;
«Васудева 8 есть все, — говорит тот, который обладает трудно достижимыми качествами Махатмы 9.

Те, мудрость которых развеяна желаниями, обращаются к иным источникам
Света 10, прибегая к внешним обрядам, соответствующим их собственной природе.

Я упрочу веру каждого, кто поклоняется таким источникам с непоколебимой верой.

Проникнутый этой верой, он молится и получает из того источника, во дарование ему желаемого блага идет от Меня.

Воистину недолговечен плод, принадлежащий неразумным. Поклоняющиеся иным источникам Света идут к этим источникам, а возлюбившие Меня идут ко
Мне.

Лишенные мудрости считают мою непроявленную Природу проявленной, не ведая Моей высшей природы, непреходящей исполненной славы.

Скрытый в моей творческой иллюзии 11, не всеми познаюсь Я.

Заблуждающийся мир не знает Меня, нерожденного, вечного.

И прошедшие, и настоящие, и будущие существа знаю Я, о Арджуна, но
Меня не знает Никто.

Благодаря иллюзии двойственности, возникшей от притяжения и отталкивания, о Бхарата, все сущее странствует по вселенной в полном заблуждении, о Парантапа! Но люди чистых дел, у которых грех пришел к концу, — они, освобожденные от обманчивой двойственности, поклоняются Мне, верные обетам своим.

Стремясь к освобождению от рождения и смерти, прибегая ко Мне, они пришли к познанию Брахмана, к полному познанию Высшего Я и всякого действия.

Те, которые знают Меня как познание элементов 12, как познание
Светозарных 13 и как познание жертвоприношения 14, те, гармоничные в душе, познают Меня воистину в час ухода 15 своего.

Так гласит седьмая беседа, именуемая:

ЙОГА РАСПОЗНАЮЩЕГО ВЕДЕНИЯ
1 Buddhi.

2 Ahankara.

3 Prakriti, материя в самом широком смысле, включающая все, что обладает притяжением. «Высшая Prakriti», о которой говорится в следующем стихе, называется тогда Daiviprakriti, Свет Логоса.

4 Священное слово (Ом, творческий Глагол, Правана.

5 То есть те, в которых преобладает одна в из трех космическими сил, гун.

6 Иллюзия.

7 Asuras, противоборствующий божественным силам, Suras.

8 Одно из имен Кришны как представителя Вишну.

9 Махатма — великая душа, совершившая путь Богочеловеческий.

10 К Дэвам.

11 Yoga-Мaya, творческая сила Божественной йоги, т. к. все существующее есть мыслеобразы Единого.

12 Аdhibhuta.

13 Adhidaiva.

14 Познание через внешний культ и поклонение.

15 Смерти.

Беседа восьмая

Арджуна сказал:

Что есть Брахман, что — Самопознание и что — Действие, о лучший из людей? Что объявлено как знание Элементов и что названо знанием
Светозарных? Что есть знание Жертвы и как познается она у воплощенного, о
Мадхусудана? И как тот, который покорился своему Высшему Я, познает Тебя в час кончины своей?

Благословенный сказал:

Неразрушимый и Высочайший есть БРАХМАН; Его истинная природа именуется
Самопознанием; эманация, которая производит рождение существ, именуется
Действием 1.

Знание элементов касается Моей преходящей природы, а знание
Светозарных касается жизнедающей энергии 2, знание Жертвы свидетельствует обо Мне, как о носителе тела; о лучший из живущих.

И тот, кто сбрасывая с себя тело, в час кончины думает лишь обо Мне одном, тот несомненно вступает в Мое Существо.

К тому существу, о котором человек думает в час кончины, о сын Кунти, к нему он идет, как к сродному своей природе.

Поэтому помни обо Мне непрестанно и сражайся. Душой и Разумом пребывая во Мне, ты несомненно придешь ко Мне.

Уравновешенный йогой, с мыслями, не разбегающимися по сторонам, пребывая в постоянном размышлении, о Партха, человек идет к высшему божественному Духу.

Кто думает о Древнем, Всеведущем, Владыке мира, о Том, что менее наименьшего, об опоре всего, невообразимом по форме, сияющем подобно солнцу за пределами мрака; Кто в час кончины, со стойким разумом и утвердившись в преданности, погружается в созерцание, сосредоточив жизненное дыхание в средостении между бровями, — тот направляется к этому высочайшему божественному Духу.

Путь, который знатоками Веды объявлен нерушимым, на который вступают достигшие самообладания и освободившиеся от страсти, к которому стремятся
Брахмачарии, этот Путь объясню тебе вкратце.

Замкнув все врата 3, разум заключив в сердце, сосредоточив жизненное дыхание в голове, погрузившись в йогу, Кто покидает свое тело, повторяя односложное «ОМ» Брахмана и думая обо Мне, тот достигает высочайшего пути.

Кто постоянно думает обо Мне, не мысля ни о чем другом, тот уравновешенный йог, о Партха, легко достигает Меня.

Придя ко Мне, эти Великие Души более не возвращаются к рождению в преходящие обители скорби, они достигли высочайшего совершенства.

Миры, начиная с мира Брахмы, являются и исчезают, о Арджуна; но тот, кто пришел ко Мне, о сын Кунти, тот более не знает рождения.

Кто знает День Брахмы 4, длящийся тысячу веков, и Его Ночь, завершающуюся в тысячу веков, тот знает День и Ночь.

Из непроявленного вытекает все проявленное при зачатии Дня; при наступлении Ночи оно растворяется в Том, имя которому Непроявленный.

Это множество существ, снова и снова проявляющихся, исчезает при наступлении Ночи; с наступлением Дня они, согласно закону, неизбежно, являются вновь, о Партха! Воистину, превыше этого Непроявленного есть иное вечное Непроявленное, которое остается во время разрушения всех существ.

Это непроявленное именуется: «Неразрушимое»; Оно называется Высшим
Путем. Достигшие Его, более не возвращаются. Это Моя высочайшая обитель.

Он, высочайший Дух 5, о Партха, достигается непоколебимой преданностью
Ему одному, в котором пребывают все существа и через которого проявилось все Это. 6 То время, когда уходящие 7 Йоги более не возвращаются, а также то, когда они возвращаются, о нем Я объявляю тебе, о царственный Бхарат.

Уходя при огне, при свете дня, во время прибывающего месяца, в течение шести месяцев северного пути (солнца, Йоги, знающие Брахмана, идут к
БРАХМАНУ.

Уходя в дыму, в ночное время, при ущербе месяца, в течение шести месяцев южного пути (солнца, йоги, обретая лунный свет, 8 возвращаются.

Свет и Мрак, таковые два вечные пути мира; по одному идет тот, кто не возвращается, по другому идет тот, кто возвращается вновь.

Зная эти два пути, о Партха, йог не впадает в смущение. Будь же всегда тверд в Йоге, о Арджуна! Все плоды заслуг, которые Веды связывают с жертвоприношениями, подвигами, а также милостыней, над всех этим поднимается Йог, владеющий познанием; он идет к высочайшей и древнейшей
Обители.

Так гласит восьмая беседа, именуемая ЙОГА НЕРУШИМОГО ВЫСОЧАЙШЕГО БРАХМАНА.

1 Карма.

2 Рurushа, активный аспект божественной природы.

3 Врата тела — органы чувств.

4 Проявленный Бог.

5 Рurusha.

6 «Это» — вселенная, в противоположность «Тому», Источнику все- го.

7 Переход из физического состояния в иной мир.

8 То есть лунное или астральное тело. Пока последнее не побеждено, человек неизменно рождается вновь.

Беседа девятая

Благословенный сказал:

Тебе, не осуждающему, Я объявлю эту сокровеннейшую Тайну, мудрость, соединенную с знанием, познав которую ты освободишься от греха.

То — царственная Наука, царственная Тайна, высочайший Очиститель; интуицией познаваемая, по мере возрастания праведности легко выполняемая, она сохраняется навсегда.

Отрицающие это знание 1, о Парантапа, не достигнув Меня, возвращаются на путь этого мира смерти. Мною — в Моем непроявленном виде — проникнут весь этот мир; все существа имеют корень во Мне, но Я не имею корня в них.

Но и не во Мне Одном корень всех существ; воззри на Мою Царственную
Йогу! Поддерживая все существа, но не имея корня в них, мое Я не перестает их питать.

Подобно тому, как могучий ветер, носящийся всюду, коренится в Эфире 2, так и все сущее коренится во Мне; знай это.

В конце мирового проявления, о Каунтея, все существа поглощаются Моей низшей Природой 3; при начале новой Кальпы 4 Я снова произвожу их Моей
Эманацией.

Скрытый в Природе, которая произошла от Меня же, ее силою Я снова и снова произвожу это множество беспомощных существ.

И не связывают, о Дхананджая, эти действия Меня, пребывающего в бесстрастии, непривязанного к действиям.

Под Моим началом Природа высылает движущееся и неподвижное; вот отчего, о Каунтея, вращается вселенная.

Безумцы презирают Меня, когда Я облекаюсь в человеческий образ, не ведая Моей высшей природы, великого Владыки всего сущего; С тщетными надеждами, с пустыми делами и пустым знанием, лишенные разума, они разделяют лживую, животную, демоническую природу 5.

Воистину, о Партха, Великие Души, разделяющие Мою Божественную
Природу, познав Меня неколеблющимся умом, поклоняются Мне, непреходящему
Источнику всего сущего.

Всегда превознося Меня, стойкие в подвигах и обетах, простираясь передо Мной, всегда уравновешенные, они поклоняются Мне с любовью.

Другие также, принося в жертву мудрость свою, поклоняются Мне, как
Единому, Многообразному и Вездесущему.

Я — приношение 6; Я — жертва; Я — дары предкам; Я — зажигающая трава;
Я — мантра; Я — также и масло, и огонь, и самое жертвоприношение.

Я — Отец вселенной, Мать Вседержатель, Предок, непознанный Источник
Святости, Священное Слово 7, а также три Веды 8.

Я — Путь, Супруг, Господин, Свидетель, Обитель, Убежище, Возлюбивший,
Начало, Распадение, Основание, Сокровищница, непреходящее Семя.

Я — даю тепло; Я — задерживаю и насылаю дождь; Я — бессмертие, а также смерть; Я — бытие и небытие 9, о Арджуна.

Знающие три Веды, пьющие Сому 10, очищенные от греха, поклоняющиеся
Мне жертвою, молящие у Меня пути к небесам; по достижении святой обители
Владыки 11 Светозарных, они вкушают на небе от Их божественных пиров.

Насладившись обширным небесным миром, изжив свою святость 12, они снова вступают в мир смертных. Следуя предписанной тремя Ведами Дхарме, предаваясь желаниям, они обретают преходящее.

Тем же, которые поклоняются Мне одному, не думая о другом, которые всегда уравновешены, Я дарую полную безопасность.

И те, которые поклоняются с полной верой другим Светозарным, они также поклоняются Мне, о сын Кунти, хотя и не по предписанному издревле закону.

Воистину, все приносимые жертвы вкушаются Мной, ибо Я Господь, но они не знают Моей сути и потому отпадают.

Поклоняющиеся Светозарным, идут к Светозарным, поклоняющиеся предкам
13, идут к предкам; те, которые поклоняются силам природы, идут к духам природы 14; но Мои поклонники идут ко Мне.

Если кто с благоговением приносит Мне в жертву лист, цветок, плод или воду, Я принимаю то от подвигающегося, как дар благоговейной любви.

Что бы ты ни делал, что бы ты ни ел, что бы ни приносил в жертву или в дар, какой бы подвиг ни совершал ты, о Каунтея, все это делай, как приношение Мне.

Так освободишься ты от оков деяний, рождающих добрые и дурные плоды; уравновешенный йогой отречения, ты, освобожденный, придешь ко Мне.

Я один и тот же для всех существ; нет для Меня ненавистного или приятного. Но, воистину, те, которые поклоняются Мне с благоговением, те во
Мне, и Я также в них.

Даже если самый грешный поклоняется Мне нераздельным сердцем, тот также должен считаться праведным, ибо он решил праведно.

Быстро станет он исполнителем долга и направится к вечному миру; знай, о Каунтея, что с любовью поклоняющийся Мне никогда не погибнет.

Все, которые нашли убежище во Мне, о Партха, хотя бы они были грешного происхождения, женщины, Вайшии 15 и даже Шудры 16, они также направляются на Высочайший Путь.

Насколько же более — святые Брамины и благоговейно преданные Мне царственные Риши. Посему пребывай в этом преходящем безрадостном мире, поклоняйся Мне.

На Меня устремляй свой ум; будь предан Мне; жертвуй Мне; поклоняйся
Мне; достигнув таким образом гармонии с высшим Я, ты придешь ко Мне, твоей высочайшей цели.

Так гласит девятая беседа, именуемая:

ЙОГА ЦАРСТВЕННОЙ НАУКИ И ЦАРСТВЕННОЙ ТАЙНЫ.

1 Закон духа.

2 Akacha, космический эфир.

3 Рrakriti космическая материя.

4 Период деятельности, период проявления.

5 Природу асур, не светлых, противящихся воле Бога.

6 Кrashu, особый вид ведической жертвы.

7 Аumkara, обладающее творческой силой, священное слово аум (Ом.

8 Три Веды: Rig-Vеda (гимны; Samaveda (священные песни; Yajuraveda
(молитвы, сопровождающие жертвоприношение. Четвертая Веда (Аtharvaveda часто не поминается, как дополнительная.

9 Sat и Аsat, последняя пара противоположностей, за которой пребывает лишь Единое. Переводится так же, как Реальное и Нереальное.

10 Напиток, дававшийся в древнее времена посвященным перед тем, как они впадали в транс. Символ посвящения и экстаза (Samadhi, Сок сомы играет роль в ритуалах.

11 Индры, Бога богов и ангелов.

12 То есть истощив свою естественную награду, плоды своих добрых деяний.

13 Pitris.

14 Элементам, Bhutas.

15 Принадлежащие к касте торговцев ремесленников и земледельцев.

16 Принадлежащие к касте слуг. В древней Индии было 4 касты: Шудры,
Вайшии, Кшаттрии (воины) и Брахманы (священники). Первая учила послушанию, вторая — разумной деятельности, третья — мужеству и бескорыстию, четвертая
— сверхличному служению.

Беседа десятая

Благословенный молвил:

Снова, о мощновооруженный, услышь Мое высочайшее слово, которое Я объявлю тебе, любимому, ради блага твоего.

Не знают Моего происхождения ни сонмы Светозарных, ни сонмы великих
Риши, ибо Я, воистину, — начало всех Светозарных и всех великих Ришн.

Кто среди смертных знает Меня, Нерожденного, Безначального, великого
Господа вселенной, тот, не подверженный заблуждениям, освобождается от всякого греха.

Разум, мудрость, отсутствие иллюзии, всепрощение, правда, самообладание, спокойствие, удовольствие, страдание, бытие, небытие, страх, а также бесстрашие; Незлобивость, ровность, довольство, подвижничество, дела милосердия, слава и бесславие, — таковы разновидные признаки существ, происходящих от Меня.

Семь великих Риши, древние Четыре 1, а также Ману, родились от Моей природы и Моего разума; от них произошел этот род.

Кто знает по существу это Мое превосходство и йогу Мою, тот приведен в гармонию устойчивой йогой; в этом не должно быть никакого сомнения.

Я — Родоначальник всего; все развивается от Меня; понимая так, мудрые поклоняются Мне с пламенным чувством.

Устремив свои мысли ко Мне, всей своей жизнью сокровенно пребывая во
Мне, просветляя друг друга, постоянно беседуя обо Мне, они довольны и радостны.

Этим всегда уравновешенным и с любовью поклоняющимся, Я дарую йогу распознавания 2, посредством которой они достигают Меня.

Из сострадания к ним, пребывая в их Высшем Я, Я уничтожаю сияющим светильником мудрости их неведением рожденную темноту.

Арджуна молвил:

Высочайший Брахман, высочайшая Обитель, высочайшая Чистота, ты — вечный божественный Человек, первичное божество, Нерожденный, Господь наш!
Все Риши провозглашали Тебя, также и святейший из святых Нарада 3, также и
Азита 4, и Девала 5, и Виаса 6; а ныне Ты Сам поведал мне то же.

Я считаю истинным все, что Ты говоришь мне, о Кешава. Твое проявление, о благословенный Господь, непостижимо ни для Светозарных, ни для Данавов 7.

И Ты Сам знаешь Себя лишь через Себя, о Совершенный! 8 Ты — источник всех творений, Господь всего сущего, Светозарный из Светозарных, Правитель вселенной! Удостой поведать мне, ничего не тая, о Твоей божественной славе, в которой Ты пребываешь, воистину, проникая все миры.

Как мне познать Тебя, о йог, непрестанным размышлением? В каких аспектах должен я мыслить Тебя, о Благословенный Господь? Подробно поведай мне снова о Твоей йоге и славе, о Джанардана; воистину никогда не насыщусь я, внимая Твоим жизнь дающим словам.

Благословенный сказал:

Будь благословен! Тебе Я поведаю Мою божественную славу в ее главных чертах, о лучший из Куру; подробностям о ней нет конца.

Я — Атма, что пребывает в сердцах всего сущего, о Гудакеша, Я — начало, сердцевина, а также и конец всех существ.

Из сыновей Адити 9 Я — Вишну 10; из всех сияний Я — лучезарное Солнце; из ветров Я — Глава ветров 11; из всех созвездий Я — Луна.

Из Вед Я — песнопение 12; из Светозарных Я — Индра; из чувств Я — ум; из всех живых существ Я — сознание 13.

Среди Рудров 14 Я — Шанкара; Я — князь демонов и гениев 15; из небожителей 16 Я — Агни 17; из высоких гор Я — Меру 18.

Познай во Мне, о Партха, и Главу священнослужителей домашнего очага
Брихаспати 19; из военачальников Я — Сканда 20; из озер Я — океан.

Из великих Риши Я — Бхригу 21; из речей Я — единый слог 22; из жертвоприношений Я — приношение безмолвных повторений 23; из неподвижных вещей Я — Гималайя.

Из всех дерев Я — древо познания 24; из божественных Риши Я — Нарада
25; из божественных музыкантов 26 Я — Читрарата 27; из совершенных мудрецов
Я — Муни Капила 28.

Из всех коней знай Меня, нектаром рожденного, как Уччайшраву 29; среди царственных слонов Я — Айравата 30; среди людей Я — Монарх.

Из оружия Я — громовой удар; из коров Я — Камадук 31; из зарождающих Я
— Кандарпа 32; из змей Я — Вазуки 33.

Из Нагов 34 Я — Ананта 35; из обитателей морей Я — Варуна 36; из предков Я — Ариаман 37; из правителей — Яма 38.

Из Даитиев Я — Пралада 39; из счетчиков Я — Время; из диких зверей Я — царь животных 40; из птиц Я — Вайнатея 41. 3О Из очищающих стихий Я — ветер; из воинов Я — Рама; из рыб Я — Макара; из рек Я — Ганга.

Творениям Я — начало, конец, а также середина, о Арджуна. Из наук Я — наука о «Божественном Я»; Я те и красноречие ораторов.

Из букв Я есмь буква А, Я же связь в сложных сочетаниях 42; Я — также
— вечное Время; Я — многоликой Вседержатель.

Я и всепоглощающая Смерть и происхождение всего грядущего; а из женских качеств Я — слава, процветание, речь, память, ум, стойкость, прощение.

Из гимнов Я — Брихатсаман 43; из поэтических размеров Я — Гайатри 44; из месяцев Я — Маргаширша 45; из времен года Я — цветущая весна.

Я — и в игре плутующих, и в великолепии великолепных вещей; Я — победа; Я — решимость; и Я — правда правдивых.

Из потомков Ясу 46 Я — Васудева 47; из Пандавов 48 Я Джананджая 49; из
Муни Я — Виаса 50; из бардов Я — Ушана 51 Я — скипетр правителей; Я — государственность стремящихся к победе; Я — безмолвие тайн; Я есмь знание познающих.

И все, что есть семя всего сущего, это — Я, о Арджуна; и нет ничего движущегося или неподвижного, что могло бы существовать вне Меня.

Нет границ Моим божественным силам, о Парантапа. Все объявленное тебе
— лишь пояснение к бесконечной Славе Моей.

Все, что славно, хорошо, прекрасно и могущественно, познай, все это лишь ничтожная часть Славы Моей.

Но к чему тебе знание всех этих подробностей, о Арджуна? Отдав частицу
Себя на проявление этой вселенной, Я остаюсь.

Так гласит десятая беседа, именуемая:

ЙОГА ЦАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ.
1 Четыре Кумара, Девственника — Юноши, стоящие на высочайшей ступени оккультной иерархии, правящей землей.

2 Будхи-йога.

3 Известный мудрец и подвижник Индии.

4 Азита — сын Бхарата и Риши, мудрец.

5 Девала — также мудрец.

6 Виаса — мудрец, собравший Веды, автор Махабхараты.

7 Данавы — полубоги в греческом смысле слова.

8 Purushottama.

12 сыновей Адити, матери богов.

10 Второе лицо Тримурти, Индусской Троицы.

11 Маричи, глава ветров, рожденный мыслью Брамы.

12 Sama-Vedas.

13 Chetana.

14 Могучие; небесное воинство, рожденное Брамой.

15 Якши и Ракшазы.

16 Васу.

17 Павака, Агни, символ проявленного Бога, 2-го лица Тримурти браманизма и вместе с тем Дух Огня.

18 Священная гора, Обитель Богов.

19 Буквально: домашних священнослужителей, т. е. отцов семейств.

20 Мифический предводитель богов.

21 Мудрец, сын Варуны, один из семи Риши.

22 Священное слово ОМ.

23 Jара, молчаливо повторяющаяся молитва, 24 Ashvatthа.

25 Знаменитый мудрец и подвижник Индии.

26 Gandharvas.

27 «Имеющая сияющую колесницу». Имя музыкантши, пребывающей в раю
Индии.

28 Мудрец, подвижник, основатель одной из 6 философских школ Веданты.

29 Uchchaishravas, белый конь Индры.

30 Аiravata, слон Индры.

31 Каmadhuk, корова желания.

32 Кама, страсть или земная любовь.

33 Vasuki, царь змей.

34 Мистический змей, с человеческим ликом, живущий в подземном царстве. Так звали Учителей Мудрости.

35 Аnаntа, царь Нагов.

36 Бог морей.

37 Аriaman, первый Ариец.

38 Yаmа, бог смерти.

39 Рrahladа, имя знаменитого Даития — получеловеческого существа.

40 Лев.

41 Vainаteyа, Гарушмет, птица-вещун, сын Гоината, царь-птицы. На ней летают Вишну и Кришна.

42 Dvandva, сочетание двух букв в санскрите.

43 Вrihatsaman, главный гимн.

44 Gaуatri, древняя молитва, имеющая глубокое мистическое значение; размер ее приближается к нашему гекзаметру.

45 Margashirsha, первый в десятый месяц года, когда луна стоит в 3-м своем доме.

46 Vrishnis, потомки Ясу: род Кришны.

47 Vasudeva, сам Кришна.

48 Рandava, название одного из индусских кланов.

49 Dhananjaуa, потомок Панду, из рода Арджуны.

50 Vyasа, составитель Вед. Муни — Мудрецы.

51 Ushana, победитель в сражениях.

Беседа одиннадцатая

Арджуна сказал:

Это слово о сокровеннейшей Тайне, именуемой «Высочайший Атман», Ты поведал мне из сострадания; этим рассеялось мое неведение.

О происхождении и разрушении всех существ слышал я от Тебя, о
Лотосоокий, слышал я также о непреходящем величии Твоем.

Каким Ты описываешь Себя, о великий Господь, я жажду узреть Тебя, Твой всемощный образ, о лучший из Существ! Если Ты думаешь, что я достоин видеть его, Господи, яви мне Свое вечное Я, о Владыка Йоги! Благословенный молвил:

Созерцай, о Партха, Мою форму, столикую, тысячевидную, божественную, разнообразную по цвету и очертаниям.

Созерцай Адитиев 1, Вазу 2, Рудров 3, двух Ашвинов 4, а также Марутов
5; созерцай бесчисленные, до сих пор невиданные чудеса, о Бхарата.

Созерцай в Моем теле, о Гудакеша, всю вселенную, со всех, что движется и что неподвижно, со всем, что ты жаждешь узреть.

Но, воистину, ты не в силах созерцать Меня этими твоими глазами; божественные очи дарую тебе. Воззри на Мою царственную Йогу.

Санджая сказал:

Молвив это, о Царь, великий Господь Йоги, Хари 6, явил Арджуне царственную форму Свою7.

С бесчисленными устами и очами, во многих чудесных явлениях, с бесчисленными божественными украшениями, с многообразным поднятым божественным оружием; Облаченный в божественные одежды и ожерелья, помазанный божественными благоуханными маслами, всечудесный беспредельный
Бог, с обращенными всюду ликами.

И если бы сияние тысячи солнц одновременно вспыхнуло на небе, таким великолепием могла бы сиять слава этой Великой Души 8.

В Ней Арджуна увидел всю вселенную, разделенную на множество частей, соединенных воедино в теле Бога Богов.

Тогда он, Дхананджая, потрясенный изумлением, с волосами, вставшими дыбом, склонил голову перед Богом в сложив благоговейно руки, заговорил.

Арджуна сказал:

Внутри Твоей формы, о Бог, я вижу Богов. Все виды существ и каждый с отличием своим; Брама, Господь, и под Ним его чудесный лотос-престол, и все
Риши, и Мудрости Змии из породы высокой.

С руками, грудями, устами, очами без счета. Всюду я вижу Тебя; беспредельны твои проявленья. Источник, начало, середину, конец Твоей славы, Господь без конца, без границ, не могут узреть мои очи.

Сиянье Твое, бесконечный Твой блеск вездесущий, Твой диск, и венец, и тиару я зрю; подобный огню, пламенея, как солнце, слепящее взор, стремишь
Ты потоки лучей с небес необъятных.

Превыше всех мыслей моих, неизменный Господь, Высочайший Ковчег, изливающий творчества силу, Вечной Дхармы бессмертный Хранитель, ЧЕЛОВЕК,
Пребывающий вечно: таким мыслит ум мой Тебя.

Без конца, середины, начала; беспределен по силам, Твои руки без счета, словно солнца и луны — очи Твои! Когда ж лик Твой я зрю, как жертвенный пламень загорается Он и славою Своею сжигает миры.

Тобой лишь одним наполняются небо и земли, и все, что незримо простерлось меж ними; Весь мир триединый пред Тобой трепещет, Могущий, Пред
Твоим страх наводящим проявленным Ликом.

В Тебя вступают сонмы Светозарных, Сложив в благоговейном страхе руки, взывают все к Тебе, И воинство святых, поющих Тебе славу 9, слагают песнопенья, которые звучат и наполняют мир.

И тьмы низших духов, сыны Адити, Вазу, и гении Также и светлые Духи, которых нельзя перечислить, Тьмы Мудрецов и Святых, а также Ракшазов могучих. Все, восхищенные, полные страха, глядят на Тебя.

Узрев Твой образ могучий с очами и ртами без счета, Со многими чревами в рядом страх-наводящих зубов, С бесчисленным множеством рук и ступней, увидев это, так Же как я — миры все трепещут.

Как радуга, переливаясь яркими цветами, касаешься Ты сводчатых небес.

С отверстыми устами, вращая необъятные зрачки очей, Ты проникаешь трепетом все Существо мое. Взирая на Тебя, слабеет моя сила… уходит мой покой…

Подобно времени сверкающим мечам виднеются ряды Твоих зубов, грозящих посреди раскрытых страшных челюстей. Увидя то, не знаю я, куда укрыться мне от вида Твоего. О пощади, Господь! Ты, мощное прибежище миров! Дхритараштры
10 сыновья, и с ними множество царей из разных стран: и Бхишма, Дрона, и
Сути царственный сын, из вражеских станов обоих весь храбрых витязей цвет,
— Все успешно устремились в отверстые уста Твои. Сверкают в них ряды страх- наводящих зубов. Как жернова могучие, всех воинов, захваченных меж ними, они дробят, мгновенно превращая в прах.

Как воды рек стремительно и шумно несутся с яростью в великий океан, так устремляются могучие те люди, цари земли, в Твои отверстые, палящие уста.

Как моль, неудержимо ускоряя свой полет, летит в огонь, чтобы погибнуть в нем, так и они стремятся в страшные уста, чтобы исчезнуть в них, найти там смерть.

Все поглощая впереди и позади, со всех сторон Огни бессчетных языков
Твоих испепеляют всех. Наполнено пространство славою Твоей; пылает мир в огне Твоих всепожирающих лучей, о мой Господь! Твою Суть мне открой! Твой вид безмерно страшит! Я падаю ниц пред Тобой! Пощади, я молю, о могучий
Господь! Что скрыто в Тебе, я стремлюсь познать, Твоя внешняя жизнь ужасает меня.

Благословенный Господь сказал:

Я — Время, что несет отчаяние в мир, что истребляет всех людей, являя свой закон на их земле. Никто из воинов, которые, готовясь к битве, строились в ряды, не ускользнет от смерти. Ты один не перестанешь жить.

И потому восстань! И достигай ты славы для себя, одолевай врагов и наслаждайся мощью царства своего! Моею волею они уже поражены. Ты дай лишь внешний вид, срази их лишь рукою своей.

Уже и Дрона, и Бишма, и Джаядратха, и Карна, и воины все, что явились сюда, обречены они все на погибель свою. Бейся ж без страха, Арджуна, рази!
И победа на поле сражения будет твоя.

Санджая сказал:

Услышав те слова, что произнес Господь, дрожа и простираясь ниц, венчанный вождь, от страха заикаясь и склонившись, так к Кришне обратился вновь.

Арджуна сказал:

В песнопеньях и гимнах, славословя Тебя, ликуют по праву миры, взирая на светлую славу Твою: ужасаясь при виде Твоем, убегают все демоны прочь, и сонмы Святых простираются ниц пред Тобой.

И как им не падать пред высочайшим Единым! Первопричина! Превышающий всех без изъятия Богов! Бесконечный! Господь светлых Сил, всех миров
Покровитель! Непреходящий! Ты и Бытие и Небытие 11, неизреченное ТО! Из
Богов нет выше Тебя, Старший из всех человеков (Пуруша. Высочайший Ковчег всего, что живет; Обитель горняя! Тобой проникнута Вселенная, О Познаваемый и Познающий, Она вмещается вся в образе Твоем.

Ты — Вайю 12, Яма 13, Агни 14 и луна, Отец, Варуна 15, Предок 16 всем живых; тысячеустая хвала Тебе и Слава! Слава! И вновь бесконечная Слава
Тебе! Все ниц во прахе пред Тобой простерлись, все со всех сторон; ни силе нет Твоей границ, ни власти — измеренья, Ты все вмещаешь, ибо Сам Ты — Все.

И если я, считая тебя другом, по недомыслию восклицал: О Кришна! О
Иадева! О мой друг!, то делал я, не ведая величья Твоего. Беспечно предавался порывам сердца моего; И если. отдыхая и шутя, в игре, за трапезой, или в веселья час, не проявлял я должной меры почитания к Тебе.
Наедине с Тобой, или среди толпы друзей, молю Тебя, прости мой грех, о благостный Господь! Отец миров, всего, что движется и что стоит, достойней, чем славнейший из Гуру, нет ничего подобного Тебе! Кто превзойдет Тебя?
Кому во всех мирах соперничать со Славою Твоей? И вот я падаю в благоговеньи пред Тобой, молюсь Тебе; Благослови меня! Будь мне Отцом, будь другом мне, как любящий к возлюбленной — будь так терпим ко мне.

Я видел Твою славу, до меня незримую никем; от радости и ужаса трепещет моя грудь. И я молю Тебя: прими былой Твой вид! О пощади, Господь
Богов, Прибежище миров.

В сверкающем венце и с царственным жезлом в руках я жажду видеть прежнего Тебя. Яви любимый и знакомый образ Твой. Сокрой для смертного невыносимое сторукое явление Твое! Благословенный Господь сказал:

Арджуна, милостью Моей ты познал Тот высочайший образ Мой, все проникающий и вечный, что раскрывается лишь в йоге, лишь в слиянии со Мной, которого никто, кроме тебя, не видел никогда.

Ни милосердья подвиги, ни знанье Вед, ни приношенья жертв, ни подвиги аскетов, ни знаний глубина, ничто раскрыть не в силах Тот сокровенный образ
Мой, что видел ты.

Смущение свое и ужас погаси, не бойся, что узрел ты страшный образ
Мой, забудь свой страх, взвесели свой дух. Воззри на облик Мой, знакомый для тебя!

Санджая сказал:

Молвив эти слова, Васудева 17 явил снова Свой собственный образ 18 и утешил потрясенного Арджуну. Махатма принял снова Свой кроткий вид. 5

Арджуна сказал:

Вновь созерцая Твой кроткий человеческий образ, о Джанардана, я снова прихожу в себя, и возвращается ко мне обычная моя природа.

Благословенный молвил:

Эту форму Мою, на которую ты взирал, очень трудно перенести. Воистину,
Боги постоянно жаждут узреть ее.

И не может никто увидеть Меня таким, каким ты видел Меня, хотя бы и знал он все Веды, и предавался подвижничеству, и приносил подаянья и дары.

Одной лишь благоговейной любви доступно такое созерцание, Арджуна; лишь любви дано созерцать Меня в Моей сокровенной Сути и слиться со Мною, о
Парантапа.

Тот, кто делает все во имя Мое, для кого Я — высочайшее благо, кто предан Мне, свободный от привязанности, недоступный вражде, тот приходит ко
Мне, о Пандава.

Так гласит одиннадцатая беседа, именуемая:

ЙОГА СОЗЕРЦАНИЯ ВСЕЛЕНСКОЙ ФОРМЫ.
1 Аdityas, семь сыновей Адити, матери Богов.

2 Vasus, представители небесной иерархии.

3 Rudras, полубоги.

4 Ashvina, божественные близнецы, боги зари.

5 Маruts, духи стихий, боги ветра и бури.

6 Второе лицо Йндийской Тримурти.

7 Ishvara, Логос.

8 Маhatma.

9 Svasti, т.е. да будет конечная цель всех проявлений — Свет.
Славословие.

10 Слепой царь, сыны которого сражаются на поле Курукшетра.

11 Sat-Аsаt.

12 Бог ветра.

13 Бог смерти.

14 Бог огня.

15 Бог воды.

16 Рrajapati, Отец существ.

17 Эпитет Индры, применяемый к Кришне.

18 Признак Аватара — способность проявлять себя, как Логос.

Беседа двенадцатая

Арджуна сказал:

Кто более подвинут в Йоге: те ли, которые, всегда уравновешенные, поклоняются Тебе, или те, которые поклоняются Непроявленному Вечному?
Благословенный молвил:

Те, которые, устремив свой ум на Меня, всегда уравновешенные, исполненные высшей веры, поклоняются Мне, те в Моих глазах более совершенны в йоге.

Те, которые поклоняются непреходящему, Неизреченному, Непроявленному,
Вездесущему, Неисповедимому, Неизренному, Незыблемому, Вечному, Победившие чувства свои, с равным спокойствием относящиеся ко всему, радующиеся благу всех, те также обретают Меня.

Труднее достижение для тех, чьи мысли устремлены на Непроявленного; ибо трудно воплощенному достигнуть пути Непроявленного.

Тех же — воистину, которые, отрешившись от всех действий, не отвлекаясь ничем, сосредоточиваются на Мне, всецело отдавшись йоге и Мне поклоняясь, Тех поднимаю Я быстро над океаном жизни и смерти, о Партха, ибо душою они пребывают во Мне.

Устреми свои мысли на Меня, погрузи свой Дух 1 в Меня; тогда ты будешь воистину жить во Мне.

Но если ты не в состоянии сосредоточить свою мысль на Мне, — пытайся достигнуть Меня йогой упражнения 2, о Дхананджая.

Если ты не способен и на постоянные упражнения, сосредоточься на служении Мне; исполняя все действия ради Меня, ты достигнешь совершенства.

Если же ты неспособен и на это, найди приют в слиянии со Мною и, обуздав свое «я», откажись от плодов своей деятельности.

Мудрость лучше постоянного упражнения; медитация лучше мудрости; отречение от плодов деятельности выше медитации; ибо за отречением следует мир немедленно.

Тот, кто не испытывает вражды ни к какому существу, кто настроен дружественно и сострадательно, без привязанности и эгоизма, уравновешенный среди радости и скорби, всепрощающий, Всегда довольный, уравновешенный, с покоренным «я», решительный, посвятивший Мне Разум и мысли свои, тот преданный ученик Мой, дорог Мне.

Тот, от кого мир не отвращается, и кто не отвращается от мира, свободный от тревог радости, нетерпения и страха, тот дорог Мне.

Тот, кто ничего не ищет, кто чист, искусен, бесстрастен, свободен от тревоги, кто отказался от всех предприятий, тот, преданный ученик Мой, дорог Мне.

Тот, кто не предается ни радости, ни ненависти, кто не печалится и не желает, отрекшийся от добра и зла, исполненный преданности, тот дорог Мне.

Равный к другу и недругу, одинаковый в славе и бесчестии, в тепле и холоде, в счастьи и несчастьи, свободный от привязанности, 3 Одинаково встречающий похвалы и упреки, молчаливый, довольный всем, бездомный, твердый в мыслях, исполненный преданности, такой человек дорог Мне.

Воистину, все разделяющие эту жизнь — дающую мудрость 4, исполненные веры, для которых Я — высочайшая цель, которые поклоняются Мне, те дороги
Мне превыше всего.

Так гласит двенадцатая беседа, именуемая:

ЙОГА БЛАГОГОВЕЙНОЙ ЛЮБВИ
1 Buddhi.

2 В медитации.

3 То есть свободный от привязанности к форме.

4 Аmrita-Dharma.

5 Bhakti.

Беседа тринадцатая

Арджуна сказал:

Материю и Дух 1, а также Поле и Познающего Поле, мудрость и все, что необходимо познать, это желал бы узнать я, о Кешава.

Благословенный молвил:

Это тело, о сын Кунти, именуется Полем; того, кто познал его, Мудрецы называют «Познавшим Поле».

Узнай Меня, как «Познавшего Поле» во всех Полях, о Бхарата, Истинное знание Поля, а также знание Познавшего Поле, — это именуется Мною
Мудростью.

Каково это Поле, и чему оно подобно, как оно изменяется и откуда оно, и кто Он 2, и какова Его сила, это ты теперь услышь кратко от Меня.

На разные лады воспевали Его Святые в различных гимнах и вещих словах
Брахма-сутры 3, исполненных разума.

Великие Элементы, Индивидуальность 4, Разум 5, а также Непроявленное, десять чувств и одно, и пять пастбищ чувств; 6 Желание, отвращение, радость, страдание, тело, ум, устойчивость, все это являет собою Поле и его изменения.

Смирение, непритязательность, незлобивость, всепрощение, прямота, служение учителю, чистота, стойкость, самообладание, Бесстрастное отношение к предметам чувств, а также отсутствие эгоизма, проникновение в страдание и зло рождения, смерти, старости и болезни, Отсутствие привязанности, отсутствие отождествления себя с сыном, женой, домом и страной и постоянное душевное равновесие среди желанных и нежеланных событий.

Непоколебимая безраздельная преданность Мне путем (йогой, тяга к уединению, отсутствие удовольствия в обществе людей.

Постоянство в Мудрости Брахмана 7, понимание цели истинной мудрости, — все это признано Мудростью; все остальное — неведение.

Открою тебе то, что должно быть познано; что, познанное, приводит к бессмертию, — безначального высочайшего Брахмана, который не может быть назван ни Бытием, ни Небытием, Всюду имея руки и ноги, очи, головы и уста, всеведующее ТО пребывает в мире, обнимая все; Сверкающее всеми способностями чувств, не имея чувств; не связанное ни с чем и поддерживающее все; свободное от трех свойств 8 и пользующееся этими свойствами; Вне и внутри всех существ, двигающихся и неподвижных, неуловимое по своей тонкости; всегда вблизи и все же в недоступной дали, таково невыразимое ТО.

Не разделенное среди существ и все же пребывающее порознь в каждом, ТО познается как Опора всего сущего; Оно и поглощает и производит.

О ТОМ, о Свете всех светов говорится, что Оно пребывает за пределами тьмы; Мудрость, Мудростью познаваемая и Мудростью достигаемая, пребывающая в сердце всех.

Таковы Поле, Мудрость и Предмет Мудрости в кратком изложении. Познав их, преданный Мне ученик вступает в Мое Существо.

Познай, что и Дух 9, и Материя 10 одинаково не имеют начала; познай также, что все изменения и все свойства (гуны возникают от Материи.

Материя именуется причиною причин и последствий; Дух именуется причиною восприятия радости и скорби.

Пребывая в Материи, Дух пользуется свойствами, рожденными от Материи; привязанность к гунам есть причина его рождений в хороших и дурных лонах.

Обозревающий и разрешающий, поддерживающий и вкушающий, великий
Владыка, а также высочайшее Я 11: так именуется в теле высочайший Дух.

Кто таким образом знает Дух и Материю с ее качествами, в каких бы условиях он ни был, он не подлежит более рождению.

Некоторые созерцают свое Высшее Я в своем «я», соединяясь с Ним посредством медитации; другие посредством Санкхия-Йоги 12, иные — посредством Карма-Йоги 13.

Также и те, неведущие, которые слыша о том от других, искренно поклоняются, они также переступают порог смерти, укрываясь в убежище св.
Писаний.

Какое бы существо не родилось, неподвижное или подвижное, знай, о лучший из Бхарат, что оно родилось от соединения Поля с «Познавшим Поле».

Кто видит высочайшего Господа, непогибающего в погибающем, равно пребывающего во всех существах — кто так видит, тот видит воистину.

Кто воистину видит единого Господа, одинаково пребывающего всюду, тот своим низшим «я» не разрушает Высшее Я и благодаря этому вступает на
Высочайший Путь.

Тот, кто видит, что все действия исполняются лишь Материей, Дух же остается бездействующим, тот воистину видит.

Когда он постигает, что многообразное бытие существ коренится в Едином и исходит от Него, тогда он достигает Брахмана.

Без начала и без атрибутов непогибающее и Высочайшее Я, хотя и пребывает в теле, о Каунтея, но оно не действует и не подлежит воздействию.

Как вездесущий эфир 14 по своей тонкости не подлежит воздействию, так и Высочайшее Я, пребывающее в теле, не подлежит воздействию.

Как единое солнце освещает весь этот мир, так и Владыка Поля озаряет все Поле, о Бхарат.

Так гласит тринадцатая беседа, именуемая:

БОГА РАСПОЗНАВАНИЯ МЕЖДУ ПОЛЕМ И ПОЗНАВШИМ ПОЛЕ.
1 Рrakriti и Purusha.

2 Кshetajna, т.e. Познавший Поле.

3 Краткие иэречения из Вед, относящиеся к Брахману.

4 Аhankara.

5 Buddhi.

6 Пять органов чувств, пять органов деятельности, ум и объекты, воспринимаемые каждым из пяти чувств.

7 Adhyatma, см.VII 29.

8 Три гуны: движение, инерция, ритм, естественные свойства природы.

9 Рurusha.

10 Prakriti.

11 Вселенское Я.

12 То есть путем знания.

13 Единение, достигаемое путем бескорыстной деятельности.

14 Акаша.

Беседа четырнадцатая

Благословенный сказал:

Снова объявлю Я тебе высочайшую Мудрость, наилучшую из всех; познав ее, все Мудрецы направлялись к высшему Совершенству.

Кто нашел убежище в этой Мудрости и приобщился к Моей природе, тот более не рождается даже при возникновении Вселенной и не погибает при распадений ее 1 Мое лоно — великий Брахман; в него помещаю Я семя; отсюда происходит рождение всех существ, о Бхарата.

В каких бы лонах не рождались смертные, о Каунтея, БРАХМАН — их истинное лоно, Я же — производящий их Отец.

Гармония, Движение, Инерция, таковы свойства, которые рождаются от
Материи; они крепко привязывают к телу нерушимого Обитателя тела, о мощновооруженный.

Из этих свойств Гармония, по своей незапятнанной чистоте, здоровой и светлой, привязывает влечением к мудрости, о безгрешный.

Знай, что Движение, природа которого есть желание, знай, что оно — источник привязанности к жизни и жажды ее, о Каунтея, сковывающий
Обитающего в теле влечением к действию.

Инерция же, неведеньем рожденная, вводит в заблуждение всех воплощенных; она связывает небрежностью, беспечностью и ленью, о Бхарата.

Гармония привязывает к счастью, движение привязывает к действиям, о
Бхарата. Инерция же, окутав собою мудрость, приковывает к беспечности.

Когда побеждены Движение 2 и Инерция, торжествует Гармония, о Бхарата.
Когда же побеждены Гармония и Инерция, тогда берет верх Движение; а когда побеждены Движение и Гармония, тогда воцаряется Инерция.

Когда свет мудрости излучается из всех врат тела, тогда да познают, что начинает возрастать Гармония.

Алчность, стремительность, предприимчивость, мятежность, желание — все эти качества рождаются от возрастания Движения, о лучший из Бхарат.

Темнота, застой, беспечность, а также заблуждение рождаются от возрастания Инерции, о радость Куру! Если в час распадения тела в воплощенном преобладает Гармония, тогда он вступает в чистые миры безгрешных, великих Мудрецов.

Если в этот час преобладает Движение, воплощенный рождается среди привязанных к действию, умирая в состоянии Инерции, он рождается в лоне неразумных.

Говорится, что плод праведного действия гармоничен и чист; воистину, плод страсти есть страдание, плод же инерции есть неведение.

От Гармонии рождается мудрость, от Движения жадность; беспечность же и заблуждение происходят от Инерции, а также и неведение.

Пребывающие в Гармонии возносятся вверх; страстные остаются на среднем уровне, неподвижные спускаются вниз, окутанные наихудшими качествами.

Когда прозревший не видит иных причин деятельности, кроме трех свойств природы, и познает ТО, превышающее все свойства, тогда он вступает в Мое
Бытие.

Когда обитающий в теле поднялся над тремя свойствами природы, от которых произошли все тела, тогда, освобожденный от рождения, смерти, старости и скорби, он пьет воды бессмертия 3.

Арджуна сказал:

Как отличить того, кто поднялся над тремя свойствами, о Господи?
Каково его поведение, и как он освобождается от этих трех свойств?
Благословенный молвил:

Тот, о Пандава, кто не отвращается от света, от исходящей энергии или даже от заблуждения, когда они налицо, и не желает их, когда их нет; Кто, пребывая в безразличии, не потрясается свойствами природы и, говоря: «гуны действуют», стоит неподвижно в стороне; Уравновешенный в радости и скорби, уверенный в себе, для которого ком земли, камень и золото равны, одинаковый с любимым и нелюбимым, твердый, неизменный среди похвал и осуждений.

Равный в чести и бесчестии, одинаковый с другом и недругом, отказавшийся от всех предприятий, — о таком человеке говорится, что он поднялся над тремя свойствами.

И тот, кто служит Мне исключительно йогой преданности, тот, поднявшись над тремя свойствами, делается достойным стать БРАХМАНОМ.

Ибо Я есть обитель Брахмана и источник неистощимого нектара бессмертия, извечной праведности 4 и беспредельного блаженства.

Так гласит четырнадцатая беседа, именуемая:

ЙОГА ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ ТРЕХ СВОЙСТВ.
1 Здесь речь идет о новом переводе творчества, о проявленной Вселенной
(Манватара и о ее возвращении в непроявленное состояние (Пралайя)).

2 Rajas, движение, энергия, страсть.

3 Amrita.

4 Дхармы.

Беседа пятнадцатая

Благословенный сказал:

С корнями вверх, с ветвями вниз, Асватха 1, именуется неразрушимым; его листья — гимны; кто это знает, тот знаток Вед 2.

Вниз и вверх простираются его ветви, питаемые тремя свойствами природы; его почки — предметы чувств; другие его корни растут вниз, разветвляясь; они — оковы действия в мире человеков.

Не здесь может быть познана его форма, или его конец, или его происхождение или место его корней; когда сильным мечом свободы от привязанности срубается это глубокоукоренившееся дерево.

Тогда настает пора искать Путь, с котором нет возврата. Воистину, Я иду к тому Первичному Духу 3, от которого изошла первая энергия.

Освободившись от гордости и заблуждения, победив грех привязанности, непрерывно пребывая в сокровенном Атмане 4, отделавшись от желаний, освободившись от «пары противоположностей», которые известны нам как радость и страдание, — тот шествует безошибочно по нерушимому Пути.

На этом Пути не светят ни солнце, ни луна, ни огонь; вступив на него, более не возвращаются; это — Моя высочайшая Обитель.

Частица Меня Самого, ставшая в мире живых существ бессмертным Духом 5, собирает вокруг себя чувства, из которых ум есть шестое, облеченное в материю.

Когда Господь обретает тело, а также покидая его, Он схватывает чувства и ум и уносит с собой, как ветер уносит благоухания цветов.

Заключенный в ухе, глазе, в органах осязания, обоняния и вкуса, а также и в уме, Он воспринимает предметы чувств.

Заблуждающиеся не видят Его, когда Он уходит или пребывает, или воспринимает, увлекаемый гунами; имеющие очи мудрости видят Его.

Также и Йоги, подвизаясь, видят Его, пребывающим в Атмане; но разумные, хотя бы и подвизающиеся, не видят Его, ибо их «я» не очищено.

Знай, что великолепие, исходящее от солнца, которое озаряет весь мир, которое пребывает и в луне, и в огне; знай, что это великолепие идет от
Меня.

Проникнув в почву, Я поддерживаю все существа Своей жизненной силой, и став упоительной Сомой 6, Я питаю все растения; Став Огнем Жизни, 7 Я нахожу приют В телах живых существ, и соединившись с дыханиями жизни, 8 Я перевариваю четыре вида пищи.

Я пребываю в сердцах всех к от Меня происходят память и мудрость, а также отсутствие их. Я — то что познается в Ведах; и Я же «знаток Вед», а также создатель Веданты.

В этом мире живут две силы: разрушимая и неразрушимая; разрушимая живет во всех существах, неизменная называется неразрушимой.

Высочайшая же Сила 9 есть воистину Другая, объявленная как высочайший
Атман, как тот непреходящий Господь, который, проникая Собою все, поддерживает три мира.

Потому, что Я за пределами разрушимого и также выше неразрушимого, Я признан в Веде Высочайшим Духом 10.

Кто, не впадая в заблуждение, признает Меня таким Высочайшим Духом, тот, всепознавший, поклоняется Мне всем существом своим, о Бхарата.

Так было дано Мною это наисокровеннейшее учение о безгрешный.

Познавший его, стал просветленным и совершил свою задачу, о Бхарата.

Так гласит пятнадцатая беседа, именуемая:

ЙОГА ДОСТИЖЕНИЯ ВЫСОЧАЙШЕГО ДУХА
1 Аsvatthа, священное фиговое дерево, символ жизни. Символ также иерархии
Небесной.

2 То есть высшее ведение, в отличие от Вед, св. книг, в которых Веда раскрывается. Веда — единая, Вед — четыре.

3 Первичному Человеку (Пуруше).

4 Jiva, частица жизни Вселенского Духа, ставшая индивидуальностью.

5 Высшее Я.

6 Буквально: «став водяной луной»; по смыслу: «сделавшись соком»; сома
— напиток, извлекаемый из растения сома, — употребляется в ритуалах. Она символ экстаза и посвящения.

7 Vaishvanara.

8 Prana и Apana.

9 Рurushа.

10 Рurushottama.

Беседа шестнадцатая

Благословенный сказал:

Бесстрашие, чистота жизни, постоянство в йоге Мудрости, милостыня, самообладание, жертва и изучение св. Писаний, подвижничество и прямота;
Незлобивость, правдивость, отсутствие гнева, отречение, миролюбие, отсутствие коварства, сострадание к живым существам, отсутствие алчности, кротость, скромность, постоянство; Величие, всепрощение, великодушие, чистота, отсутствие зависти и гордости, — таковы черты того, кто рожден с божественными качествами, о Бхарата.

Лицемерие, заносчивость и самомнение, гнев, а также грубость и невежество принадлежат тому, кто рожден с демоническими качествами 1, о
Партха! Божественные качества ведут к освобождению, демонические к рабству.
Не скорби, о Пандава, ты рожден с божественными качествами.

Двояко творческое проявление в этом мире: божественное и демоническое; божественное было подробно поведано тебе, услышь от Меня, о Партха, каково творчество демоническое.

Демонические люди не знают ни настоящей энергии, ни настоящего воздержания, ни чистоты, ни даже порядочности, и в них нет правды.

Они говорят: «Вселенная без правды, без основы, без Бога; она рождена от взаимного сцепления и возникает лишь от чувственной причины».

Люди таких воззрений, поработившие себя малым разумом, являются врагами мира и жестокими действиями разрушают его.

Отдаваясь ненасытным желаниям, исполненные тщеславия, надменности и самообольщения, держась вредных взглядов в заблуждении своем, она действуют с нечистыми намерениями.

Отдаваясь безмерным заботам, которые кончаются смертью, считая удовлетворение своих желаний высшей целью, уверенные, что этим кончается все; Связанные сотнями оков ожидания, отдаваясь похоти и гневу, они добиваются неправедными путями накопления богатств ради чувственных наслаждений.

«Сегодня я этого достиг, а той цели я достигну завтра; это богатство уже мое, а то будет моим в будущем».

«Я убил этого врага, и других я также убью. Я владыка, я наслаждающийся, я достиг совершенства, силы и счастья».

«Я богат и знатен; кто может сравниться со мной? Я буду приносить жертвы, буду давать милостыни, буду наслаждаться». Так заблуждаются немудрые.

Смущенные многочисленными мыслями, запутанные в сети заблуждения, отдавшиеся утолению своих желаний, они падают в ад нечестивых.

Самодовольные, упрямые, исполненные гордости и опьяненные богатством, они совершают лицемерные жертвы, противные духу Писаний.

Предаваясь эгоизму, любоначалию, высокомерию, сладострастию и гневу, эти злые ненавидят Меня в чужих телах и в своих собственных.

Этих ненавистников, исполненных низости и жестокости, Я всегда ввергаю в нечистые, демонические чрева.

Попадая в демонические чрева, рождение за рождением окутанные заблуждением, стремясь не ко Мне, о Каунтея, они опускаются на самый низ бездны.

Трояки врата этого ада, в котором погибает их я: чувственность, злоба и жадность; поэтому человек должен отказаться от этих трех.

Освободившись от этих трех врат мрака, человек творит свое собственное благо, о сын Кунти, и достигает высочайшей цели.

Но кто, пренебрегая предписаниями св. Писаний, следует голосу желания, тот не достигнет ни совершенства, ни счастья, ни высшей цели.

И потому да будут для тебя св. Писания указанием того, что ты должен делать и чего не должен делать. Познав, что повелевают св. Писания, ты в этом мире должен согласовать свои действия с ними.

Так гласит шестнадцатая беседа, именуемая:

ЙОГА РАСПОЗНАВАНИЯ МЕЖДУ БОЖЕСТВЕННЫМ И ДЕМОНИЧЕСКИМ.

1 Аsurаs, Асуры — враги светлых Духов.

Беседа семнадцатая

Арджуна сказал:

Каково состояние тех, о Кришна, которые исполнены веры, но пренебрегают правилами, предписанными св. Писаниями? Находятся ли они в состоянии чистоты, страсти или мрака? Благословенный молвил:

Трояка по природе своей бывает прирожденная вера воплощенного: чистая, страстная и темная. Слушай о них.

Вера каждого слагается по природе верующего, о Бхарата. Человек соответствует своей вере; какова его вера, таков он сам.

Чистые поклоняются Богам; страстные — гномам 1 и великанам 2; остальные, темный люд 3, поклоняются призракам 4 и сонму духов природы. 5
Знай, что налагающие на себя аскетические подвиги, не предписываемые
Писанием, предающиеся тщеславию и себялюбию, толкаемые силою своих желаний и страстей, Неразумные, терзающие элементы, из которых состоят их тела, а также Меня, пребывающего [в недрах тел, знай, что их решение от демонов 6.

Пища, приятная для каждого, также трояка, как и жертва, как аскетические подвиги и милостыня. Услышь от Меня, в чем их различие.

Пища, от которой возрастает жизненность, чистота, энергия, здоровье и жизнерадостность настроения, сочная, маслянистая, питательная и приятная, та пища дорога чистым.

Страстные жаждут пищи горькой, кислой, соленой, слишком горячей, едкой, сухой и жгучей, которая причиняет боль, страдание и болезнь.

Черствая, безвкусная, испорченная и гнилая пища, несвежая и нечистая, дорога темным.

Жертва, приносимая человеком без мысли о награде, по повелению св.

Писания, с твердой уверенностью. что жертва есть долг, — такая жертва чиста.

Жертва, приносимая с мыслью о награде, а также лицемерная, знай, о лучший из Бхарат, что такая жертва идет от страстей.

Жертва, противная религиозным предписаниям, без раздачи пищи 7, лишенная силы священных слов 8, даров и веры, — такая жертва именуется темной.

Поклонение, воздаваемое Богам, дважды-рожденным 9, учителям и мудрецам, чистота, прямота, воздержание и незлобивость, таков аскетизм тела.

Речь, не вызывающая возбуждение, правдивая, приятная и полезная, а также постоянное изучение св. Писаний, таков аскетизм речи.

Душевное счастье, равновесие, молчание, самообладание, а также природная чистота, — таков подвиг 10 души.

Этот троякий аскетизм, если он совершается людьми уравновешенными, исполненными глубочайшей веры, без мысли о награде, такой аскетизм считается чистым.

Ради почета, чести и поклонения, а также из лицемерия совершенный аскетизм — по природе своей страстен, неустойчив и непрочен.

Совершенный под влиянием возбуждения, с самоистязанием или с целью погубить другого, такой аскетизм по природе своей темный.

Тот дар, что дается без мысли об отдаче, из чувства долга, в надлежащее время и в надлежащем месте достойному человеку, такое подаяние считается чистым, То, что дается с мыслью об отдаче, или о награде, или нехотя, такое даяние именуется страстным.

Милостыня, подаваемая в ненадлежащем месте и в ненадлежащее время неподходящим людям, неуважительно и с презрением, такое подаяние именуется темных.

«АУМ — ТАТ — САТ» таково было всякое обозначение БРАХМАНА, От него возникли в древности «Брахманы» 11, Веды и жертвоприношения.

Поэтому словом «АУМ» начинаются жертвоприношения, дары и подвиги познавших БРАХМА, как предписывают св. Писания.

При произношении слова «ТАТ» 12 и без мысли о награде совершаются различные жертвоприношения и подвиги и предлагаются дары теми, кто жаждет освобождения.

Слово «САТ» 13 употребляется по отношению к реальному и к благу, о
Партха; а также для восхваления праведных действий.

И постоянство в жертве, подвиге и дарах, именуется «САТ», а также действие, совершенное во имя Высочайшего.

Все, что жертвуется без веры, что дается без правды, будь это милостыня, подвиг или иное действие, — именуется «АСАТ» 14, о Партха; Оно — нечто, в здесь, и в будущем мире.

Так гласит семнадцатая беседа, именуемая:

ЙОГА РАЗДЕЛЕНИЯ ТРОЙНОЙ ВЕРЫ.

1 Yakshas, гномы, хранящие сокровища земли, служат силам богатства.

2 Rakshasas, великаны, сильные в колдовстве и магии, являются символом гордыни в самости.

3 То есть младенческие души, стоящие на первых ступенях эволюции.

4 Рretas, призраки умерших людей.

5 Bhutas, лукавые духи природы.

6 Аsurаs, — демоны.

7 По индусскому обряду, жертва Богу должна сопровождаться актом милосердия относительно нуждающихся.

8 Без мантры, вдохновленной знанием и любовью.

9 Великие подвижники, достигшие высоких ступеней посвящения. Этот же эпитет применяется и к браминам.

10 Тараs. Корень этого слова Тар — сжигание; оно употребляется в смысле огненного усилия духа.

11 Часть св. Писаний. содержащая гимны и молитвы.

12 «ТО», чего назвать нельзя, перед чем можно лишь благоговейно преклониться.

13 «Бытие», то есть единственно Реальное, что действительно существует в мире, Дух.

14 «Не-есть», то есть то, что в действительности не существует, нереальное, не-Дух.

Беседа восемнадцатая

Арджуна сказал:

Я желаю, о могущественный, слышать последовательно о сущности отречения 1 от действия и отказа 2 от плодов, о истребитель врагов!
Благословенный молвил:

Отречение от деятельности, порожденной желаниями, мудрецы называют отречением; отречение от плодов всякой деятельности мудрые называют
«оставлением».

«Действие должно быть оставлено, как «зло», говорят иные мудрые люди;
«жертвоприношения, деяния и подвиги не должны быть оставлены», говорят другие.

Слушай Мои заключения об этом отречении, о лучший из Бхарат; отречение объявлено трояким, о могущественный среди людей. 3 Жертвоприношения, дары и подвиги не должны быть оставлены, а должны исполняться; жертвы, дары и подвиги очищают разумного.

Но и эти действия должны совершаться без привязанности и без мысли о плодах, о Партха; таково Мое истинное и лучшее убеждение.

Воистину не следует отказываться от предписанных действий; такой отказ, исходящий от заблуждения, считается темным.

Тот, кто отрекается от действия из страха физических страданий, говоря
«больно», совершая таким образом страстное отречение, тот не получает плодов оставления.

Тот, кто исполняет предписанное действие, говоря: «оно должно быть совершенно», отказываясь в то же время от привязанности и от плодов, тот, о
Арджуна, совершает чистое оставление.

Отрекающийся от действия, исполненный чистоты, разумный и свободный от сомнений, — не имеет ненависти к неприятному действию и не имеет привязанности к приятному.

Воистину, не может воплощенный вполне отказаться от — действия: тот, кто отказывается от плодов действия, только тот воистину отказывается.

Желательный, нежелательный и смешанный, таков троякий плод действия для неотрекшегося; но для отрекшегося нет плодов ни здесь, ни там.

Узнай от Меня эти пять причин, из которых истекает всякое действие, как они изложены согласно Санкхии, о мощновооруженный.

Тело, действувщее лицо, различные органы, разного рода энергии, а также Дэвы действия 4, всего пять.

Какое бы действие не совершал человек телом, словом или мыслью; справедливое или несправедливое, причинами действия являются эти пять И потому тот, кто благодаря недомыслию смотрит на свое обособленное «я» как на единого деятеля, тот в неразумии своем не видит.

Но кто свободен от себялюбивых представлений, чей Разум не затуманен, тот не убивает, даже если бы он и убил этих людей; и он не связан.

Познание, познаваемое и познающий — таково троякое побуждение к действию; орган, действие и действующий — таковы три составные части действия.

В категории свойств природы 5 познание, действие и действующий определяются также как троякое, вследствие различия этих свойств; услышь и о них надлежащим образом от Меня.

То познание, которое видит единое неуничтожаемое Существо во всех существах, неразделимое в отдельном, знай, что такое познание чистое.

Но то познание, которое рассматривает жизнь многообразных существ, как нечто отдельное, знай, что такое знание происходит от страсти.

Принятие же каждой отдельной вещи, как будто бы она была все, — неразумное, узкое, непонимающее реального, такое знание именуется темным.

Надлежащее действие, совершаемое без желания плодов и лишенное привязанности, без пристрастия или отвращения, именуется чистым.

Но действие, совершенное под напором желания, с себялюбием или с большим усилием, такое действие называется страстным.

Действие, предпринятое под влиянием заблуждения, без соображения со способностями и с последствиями, без внимания к ущербу и вреду для других, именуется темным.

Свободный от привязанности, без самоутверждения, исполненный твердости и доверия, неизменный среди успеха и неудачи, такой деятель называется чистым.

Порывистый, жаждущий достигнуть плодов деятельности, жадный, жестокий, нечистый, двигаемый радостью и горем, такой деятель именуется страстным.
Неуравновешенный, вульгарный, упрямый, обманщик, лукавый, ленивый, легко впадающий в отчаяние и глупо медлительный, такой деятель называется темным.

Трояко также и разделение Разума и твердости в соответствии с тремя свойствами природы; об них услышь до конца и подробно, о Дхананджая.

Тот Разум, который познает исходящую энергию, сосредоточенную внутри, и то, что должно и что не должно быть исполнено, страх и бесстрашие, рабство и освобождение, такой Разум называется чистым, о Партха.

Разум, который неверно познает, что Добро и что Зло 6, что следует и что не следует делать, такой Разум страстен, о Партха.

Мраком окутанный, считающий зло добром и все искажающий, такой Разум темен, о Партха.

Та непоколебимая твердость, которая путем йоги владеет деятельностью ума, жизненного дыхания и органов чувств, такая твердость, о Партха, чистая.

Но та твердость, о Арджуна, которая из желания плодов крепко держится долга, вожделений и богатства, такая твердость, о Партха, страстная.

Та же твердость, которая благодаря глупости крепко держится за сон, страх, горе, отчаяние а также тщеславие, такая твердость, о Партха, темная.

А теперь услышь от Меня тройственный вид радости, о богатырь среди
Бхарат! Услышь о том, что дает опыт радости и что прекращает страдание; Та радость, которая сперва подобна яду, а затем обращается в нектар, такая радость признается чистой и рожденной от блаженного познания Высшего Я.

Та радость, которая от слияния чувств с предметом чувств, вначале подобна нектару, а в конце становится ядом, такая радость именуется страстной.

Та радость, которая и в начале, и впоследствии заключается в самообмане, возникая от сонливости, беспечности и лени, такая радость — темная.

Нет ни единого существа на земле и даже на небе среди Светозарных, которое бы было свободно от этих трех свойств, рожденных Материей.

Обязанности 7 Браминов, Кшатриев, Вайшиев и Шудр были распределены, о
Парантапа, согласно свойствам, порожденным их собственной природой.

Ясность, самообладание, подвижничество, чистота, всепрощение, а также прямота, мудрость, знание, вера в Бога, — таков долг Брамина, рожденный его собственной природой.

Доблесть, великолепие, твердость, ловкость, а также неспособность бежать с поля битвы, великодушие, природа властителя, — таков долг Кшатрия, рожденный его собственной природой.

Землепашество, скотоводство и торговля, — таковы обязанности Вайшия, рожденные от его собственной природы. Область служения есть долг Шудры, рожденный его собственной природой.

Человек достигает совершенства, исполняя свой долг с усердием. Услышь, как достигает совершенства тот, кто с усердием отдается совершенному выполнению своего долга.

Выражая выполнением своего долга поклонение Тому, от Кого исходят все творения и Кем все проникнуто, человек достигает совершенства.

Лучше исполнять свой собственный долг, хотя бы и самый скромный, чем в совершенстве выполнять долг другого, Исполняя долг, вытекающий из его собственной природы, человек не совершает греха.

Налагаемого рождением долга 8, о сын Кунти, если бы в нем и были недочеты, не следует бросать. Воистину, все начинания окутаны ошибками, подобно огню, окутанному дымом.

Тот, чей Разум не привязан ни к чему, чье «я» покорено и умерло для желаний, тот идет, путем отречения, к высшему совершенству свободы от всякого обязательства.

Как достигший совершенства приходит к Брахману. к высочайшему состоянию мудрости, о том узнай от Меня в кратких словах, о Каунтея.

Соединившись с высшим Разумом, очищенный, победивший себя стойкостью, оставивший звук и другие предметы чувств, сбросив с себя страсть и вражду;
Пребывая в одиночестве и воздержании, покорив свою речь, свое тело и ум, постоянно сосредоточенный в размышлении и йоге, избрав приют в бесстрастии;
Откинув самость, насилие, заносчивость, желание, гнев, жадность, исполненный мира и бескорыстия, такой человек достоин стать Брахманом.

Став Брахманом, с затихшим «я», он не скорбит и не желает, — одинаковый со всеми существами, он исполняется высочайшей преданности ко
Мне.

Преданностью он познает Меня в сути Моей, кто Я и что Я; познав Меня таким образом в самой сути Моей, он затем вступает в высочайшее ТО.

Хотя и совершая все действия, но, прибегая ко Мне, Моею благостью он обретает вечную неразрушимую Обитель.

Отрекаясь мысленно от всех действий, сосредоточившись духом на Мне, найдя приют в йоге распознавания 9, думай всегда обо Мне.

Проникновенно думая обо Мне, ты Моею благодатью преодолеешь все препятствия; но, если ты из себялюбия не захочешь слушать, ты погибнешь всецело, Погрузившись в себялюбие, ты думаешь: «не буду сражаться»; но тщетно твое решение: природа принудит тебя.

Сын Кунти! связанный твоим собственным долгом 10, созданным твоей собственной природой, ты будешь беспомощно совершать именно то, чего в самообмане своем не хочешь делать.

Господь пребывает в сердцах всех существ, о Арджуна, силою Своей Майи
Он заставляет все существа непрерывно вращаться, как на колесе гончара.

Ищи у Него прибежища всем существом твоим, о Бхарата; Его милостью ты достигнешь высочайшего мира, непреходящей обители.

Так открыл Я тебе мудрость более сокровенную, чем сама тайна; размышляй о ней всецело, а затем поступай так, как ты слышал.

Снова услышь Мое высочайшее и самое тайное слово; любим ты Мною и постоянен сердцем, и потому Я скажу его для блага твоего.

Погрузи свой ум в Меня, будь предан Мне, жертвуй Мне, простирайся ниц предо Мною, и ты придешь ко Мне, Я отдаю тебе Мое доверие; ты дорог Мне.

Оставив все Дхармы 11, у Одного Меня ищи убежища; не скорби, Я освобожу — тебя от всех прегрешений.

Никогда не говори об этом тому, кто не склонен к подвигу и не исполнен преданности, ни тому, кто не желает слушать или кто говорит дурно обо Мне.

Кто откроет эту высочайшую тайну среди верных последователей Моих, проявив беззаветную преданность ко Мне, тот несомненно придет ко Мне, И нет никого среди людей, кто совершил бы более ценное для Меня служение, чем он, и нет на земле никого более дорогого для Меня.

И тот, кто будет изучать эту священную беседу нашу, научится поклоняться Мне жертвою мудрости. Такова Моя Мысль.

И если человек, исполненный веры, лишь слушает эту беседу без отрицания, — он также будет освобождаться от зла и достигнет светлых миров праведных.

Выслушал ли ты все это с сосредоточенным вниманием, о сын Притхы?
Уничтожено ли твое, не мудростью рожденное заблуждение, о Дхананджая?
Арджуна сказал:

Разрушено мое заблуждение. Через Твою благодать, о Неизменный, я достиг познания. Я тверд; мои сомнения унеслись от меня. Я поступаю по слову Твоему.

Санджая сказал:

Я слышал эту чудесную беседу Васудевы с великой душой Партхи, и когда я внимал им, мои волосы [вставали] дыбом.

Милостью Виасы, я услышал эту тайную и высочайшую йогу из уст Господа
Йоги, Самого Кришны, говорившего перед лицом моим.

О царь, вспоминая эту чудную и святую беседу Кешавы с Арджуной, я снова и снова радуюсь.

Снова и снова вспоминая этот чудный Образ Хари, велико бывает мое изумление, о царь. Я радуюсь снова и снова.

Везде, где находится Кришна, Господь йоги, всюду, где есть стрелок
Партха, там обеспечены благоденствие, победа и счастье. Так думаю я.

Так гласит восемнадцатая беседа, именуемая:

ЙОГА ОСВОБОЖДЕНИЯ ПУТЕМ ОТРЕЧЕНИЯ.
1 Относится к отречению sаnnyasi (отшельника, который уходит от мира.

2 Относится к внутреннему душевному акту человека, который, оставаясь в мире и принимая активное участие в его деятельности, отказывается от плодов своих действий.

3 Тигр среди людей.

4 По религиозным представлениям Индии, все отделы видимого мира управляются невидимыми Высшими Силами.

5 Gunas.

6 Dharma и Аdhаrmа, законное и беззаконное добро в зло в самом широком смысле.

7 Карма, то есть деятельность, опрелеляемая природой человека, которая возникла от мыслей и желания его прошлых жизней.

8 Кармы.

9 Вuddhi-уоgа.

10 Карма.

11 Dharmas.

Благословенному Кришне поклонение!

Да будет радость!

Так кончается Бхагавад-Гита.

МИР ВСЕМ МИРАМ!