Введение
Причины выбора данной темы
Точка зрения нескольких людей
Цель работы
Основная часть
Глава 1
Глава 2
Заключение
Список использованной литературы
Введение
Первые и последующие послевоенные десятилетия вошли в историю как период «холодной войны», период острого советско-американского противостояния, не раз приводящего мир на грань войны «горячей». «Холодная война» была сложным процессом, частью которого была психология, различное восприятие мира, иная мыслительная парадигма. Нельзя считать ситуацию « холодной войны» ситуацией неестественной, выходящей за рамки нормального исторического развития. «Холодная война» — закономерный этап советско-американских отношений, сформировавшийся в условиях послевоенной «делёжки» мира, стремлении создать «свою зону влияния» на как можно большей территории, которая представляет экономический и военный интерес. Этот этап стоил миру огромного напряжения и затрат как минимум десяти триллионов долларов (за период 1945 – 1991 гг.).
Но было бы неверно видеть в этом противостоянии только негативную сторону.
«Холодная война» явилась главным стимулом для мощного и продолжительного технологического рывка, плодами которого явились системы обороны и нападения, компьютерные и иные наукоёмкие технологии, о которых раньше писали лишь писатели — фантасты.
Столкновение интересов США и СССР предопределило международную политику на многие годы вперёд. В этом и заключается её актуальность на сегодняшний день. Ведь очень легко разобраться в современном многополярном мире, исходя из уроков и результатов, которые дала нам «холодная война».
В поисках фундаментальных источников этой «войны» необходимо обратить первостепенное внимание на интересы и позиции наций — государств, являющихся базовым фактором международной системы. Как определяет историк Ф. Н. Хинсли,
«международная система независимых стран не может просто отставить свою первостепенную обеспокоенность в отношении интересов своего общества, конкурирующего с другими государствами». Этот императив приложим к государствам, черпающим своё вдохновение из марксизма, равным способом, как и к государствам, построенным на учении Локка – или на Божьем промысле.
К сожалению, под влиянием победившего в «холодной войне» Запада само это явление – «холодная война» – подаётся ныне как результат вторжения России во внешний для неё мир, как попытка Москвы завладеть контрольными позициями во второй половине 1940-х годов, как в Европе, так и в Азии. Ничто не может быть дальше от правды, чем такое изображение периода, последовавшего сразу же после окончания Второй мировой войны.
А ведь начало американско-российского военного сотрудничества ничего подобного не предвещало. Президент Рузвельт после нападения Германии на Россию написал адмиралу Леги, что «это означает освобождение Европы от нацистского доминирования. В то же время я не думаю, что нам следует беспокоиться о какой-либо возможности русского доминирования». Вместе с тем, следует также сказать, что любой серьёзный историк неизбежно по ходу анализа Второй мировой войны делает вывод, что колоссальный конфликт создавал грандиозный силовой вакуум в Европе и у всех наблюдателей исчезали сомнения в том, что мощь России и её потенциал становились первостепенными факторами складывающейся в результате войны международной системы. Так, в частности, полагал американский президент Рузвельт. Он считал, что Россия более не может рассматриваться как аутсайдер мировой политики. В констекте ведущийся войны было ясно, что главным среди всех наземных фронтов является Восточный фронт. Через год после начала германского вторжения в СССР президент Рузвельт объявил, что «русская выдержка является главной силой союза».
Принятие на себя Советским Союзом основной ноши битвы с немцами означало возможность разительного уменьшения американских потерь. Русские заведомо брали на себя главную людскую ношу, а Америка тем временем окончательно выходила из кризиса 20-х годов и поразительно увеличивала военное производство. (Именно поэтому никто не торопился открывать второй фронт, стараясь как можно больше времени видеть на полях сражения лишь СССР). В сложившийся ситуации Рузвельт считал Советский Союз не неким социалистическим авангардом, а геополитическим фактором, имеющим свои интересы. Он также подчёркивал важность государственных императивов, а не роль идеологии, считал ложным постулат, что жёсткая внутренняя политика неизбежно ведёт к жёсткой внешней политике. Рузвельт создал так называемую «ялтинскую аксиому» – великий военный союз мог продолжать действовать и после окончания Второй мировой войны, подчиняясь обоюдоприемлемым нормам поведения. Американский президент знал, что после окончания войны СССР будет отчаянно нуждаться во внешней помощи, ценя при этом стабильность, порядок, мир.
Последствиями этих «двойных стандартов» была пятидесятилетняя «холодная война» – гигантская трата средств и ресурсов в свете нежелания Запада принять Россию в западный лагерь, вследствие нежелания России стать подчинённым членом западного лагеря.
Глава 1
Принято считать, что термин «холодная война» был введён в обращение Черчиллем, в ходе его известной фултонской речи 5 марта 1946 г. В своей речи он констатировал, что Европа оказалась разделенной «железным занавесом», и призвал западную цивилизацию объявить войну «коммунизму». (А принятая через год после неё «доктрина Трумэна» определила стратегию «холодной войны», переложила идеологические установки британского премьера на язык конкретных политических акций и программ).
Однако существует и другая точка зрения: начало «холодной войне» было положено так называемой «длинной телеграммой», отправленной в Вашингтон из посольства США в Москве американским дипломатом Дж. Кеннаном. В этой телеграмме были сформулированы философия «холодной войны», её причины, задачи и условия окончания. Речь шла о том, чтобы оказывать постоянное давление на СССР, с тем, чтобы в конце концов он был вынужден отказаться от социалистического выбора. Сама природа советского общества, по мнению Дж. Кеннана, представляла собой угрозу Западу, причём угрозу не только ближайшим внешнеполитическим интересам Соединенных Штатов, но и самой идее западной демократии, западному образу жизни и западным ценностям.
Так или иначе, противоречия между Советской Россией и Америкой существовали давно, начало им было положено в 1917г., когда к власти в России пришли большевики. Вначале это было резкое осуждение империалистического строя в Советском Союзе, и антисоветской пропаганде в США. (Даже времена ленд-лиза не смогли «заглушить» открытой нелюбви двух политических систем).
Но после Второй мировой войны противоречия, назревавшие медленно, но верно, обострились. На дно истории ушёл «старый порядок» – евроцентрический мир с колониальной системой. Вперёд вышли два государства, менее значительные при «старом порядке» – Соединённые Штаты, незначительно вовлечённые в мировое соотношение сил, и СССР, практически исключённый из мировой системы в период между двумя войнами. Эти страны смотрели на себя как на конкурирующие модели для всего человечества. США понимали, что СССР, победившему фактически одному во Второй мировой войне, выдержавшему на себе всю тяжесть военных лет до открытия второго фронта, будет уже невозможно диктовать свои условия.
И всё же даже в 1947 и 1948 гг. ещё не было признаков наращивания вооружённых сил. Лишь осенью 1947 г. Москва учредила Комитет по информации, возглавляемый Молотовым, для координации и оценке данных иностранной разведки. Это было ответом на создание в этом году ЦРУ.
После Второй мировой войны мир был фактически разделен на сферы влияния между двумя блоками с разными социальными системами. СССР стремился к расширению «социалистического лагеря», руководимого из единого центра по образцу советской командно-административной системы. В своей сфере влияния СССР добивался введения государственной собственности на основные средства производства и к политическому господству коммунистов. Эта система должна была контролировать ресурсы, которые прежде находились в руках частного капитала и капиталистических государств. США, в свою очередь, стремились к такому переустройству мира, при котором будут созданы благоприятные условия для деятельности частных корпораций и усиления влияния в мире. Несмотря на это различие двух систем, в основе их конфликта лежали и общие черты. Обе системы были основаны на принципах индустриального общества, которые требовали промышленного роста, а значит и увеличения потребления ресурсов. Планетарная борьба за ресурсы двух систем с разными принципами регулирования индустриальных отношений не могла не вести к столкновениям. Но примерное равенство сил между блоками, а затем и угроза ракетно-ядерного уничтожения мира в случае войны между СССР и США удерживали правителей сверхдержав от прямого столкновения. Таким образом, возникло явление «холодная война», которая так и не вылилась в мировую войну, хотя постоянно приводила к войнам в отдельных странах и регионах (локальным войнам).
Одним из основных событий перегруппировки сил в мире стала «доктрина Трумэна».
12 марта 1947 г. президент Соединенных Штатов Гарри Трумэн обратился к объединенной сессии конгресса. Его выступление получило название «доктрины Трумэна». Это был своего рода манифест американской экспансии. Глава американского правительства сговаривал перед законодателями право вмешиваться в любые процессы, происходящие в мире, если это вмешательство целесообразно с точки зрения правительства США. Оправдывалась военная помощь тем политическим силам внутри любой страны мира, взгляды и политика которых импонировали Вашингтону. Выступление послужило обоснованием массовой военной помощи проамериканским режимам. Логика Трумэна была проста. В небольшом историческом экскурсе президент отмечал, что Германия и Япония пытались навязать другим странам свой образ жизни, и это стало основной причиной того, почему США объявили им войну. Ныне, говорил президент, появилась новая страна, стремящаяся навязать миру свой образ жизни. Такой ход событий вынуждает США принять в качестве основополагающей цели своей политики создание условий, при которых «мы и другие страны были бы способны обеспечить образ жизни, свободный от принуждения». По существу же, речь шла о навязывании другим американского видения мира, то есть «мира по-американски».
«Доктрина Трумэна» провозглашала, что «политикой Соединённых Штатов должна быть поддержка свободных народов, сопротивляющихся попыткам подчинения вооружённым меньшинствам или внешнему давлению». Этот постулат стал основой для американской политики на грядущие десятилетия.
Ещё одним американским постулатом явился «план Маршалла», принятый 23 мая 1947 г. «План Маршалла» предусматривал экономическое восстановление Западной Германии. Но чтобы помощь вчерашнему врагу не вызывала сопротивления со стороны общественности США, требовалось оказать содействие и другим западноевропейским странам, которые должны были вдвинуть программу собственного экономического восстановления и развития. Америка бралась финансировать всё это «предприятие». Это был тонко рассчитанный ход, программа рассчитывалось на то, чтобы русские не участвовали в ней, но участвовали страны, находящиеся в зоне советского влияния, однако Москва прочно удерживала позиции, и программа США провалилась.
После окончания Второй Мировой войны страны Западной Европы и США объединились против СССР. Советский Союз же, стремясь обезопасить себя, создал вокруг своей границы своего рода буфер, окружив себя странами, в которых по окончании военных действий сформировались просоветские правительства. Таким образом мир был разделен на два лагеря: капиталистический и социалистический. И в том, и в другом были созданы так называемые системы коллективной безопасности – военные блоки. В январе 1949 г. большинство стран Восточной Европы объединилось в экономический союз – Совет Экономической Взаимопомощи. Это ещё больше раскололо Европу.
Особенно тяжело раздел Европы сказался на судьбе Германии – линия раскола проходила по территории страны. Восток Германии была оккупирован СССР, запад – США, Великобританией и Францией. В их руках находилась также западная часть Берлина. В разных частях страны образовались разные экономические системы, что затрудняло объединение страны. В июне 1948 г. западные союзники провели в одностороннем порядке денежную реформу, отменив деньги старого образца. Вся денежная масса старых рейхсмарок хлынула в Восточную Германию, что послужило частично причиной того, что Советские оккупационные власти вынуждены были закрыть границы. В полном окружении оказался западный Берлин. Сталин решил использовать ситуацию для его блокады, надеясь захватить всю столицу Германии и добиться уступок со стороны США. Но американцы организовали «воздушный мост» в Берлин и сорвали блокаду города, которая была снята в 1949 г.. В мае 1949 г. земли, находившиеся в западной зоне оккупации, объединились в Федеративную Республику Германия (ФРГ). Западный Берлин стал автономным самоуправляемым городом, связанным с ФРГ. В октябре 1949 г. в советской зоне оккупации была создана Германская Демократическая Республика (ГДР).
В апреле 1949 г. Соединённые Штаты создали вместе с Канадой и большинством стран Западной Европы Североатлантический союз (НАТО). Это был крупнейший и наиболее важный военный блок. Его создание происходило в два этапа. На первом этапе США поддержали формирование западноевропейской военной группировки – подписание в 1948 г. Брюссельского пакта Англией, Францией, Бельгией, Нидерландами Люксембургом. Второй этап был успешно пройден весной 1948 г., когда был подготовлен проект резолюции, который открыл бы дорогу американскому участию в региональном военном блоке. 11 июня 1948 г. резолюция бала принята конгрессом США и открыла дорогу созданию Организации Североатлантического договора. Впервые после 1778 г. – после союза с Францией Соединённые Штаты были вынуждены отказаться от ряда традиционных принципов своей внешней политики, которых они придерживались, на протяжении многих десятилетий. Один из таких принципов – не вступать в международные альянсы, имеющие определённые или слишком обременительные обязательства для США. Конечно, Соединённые Штаты время от времени вступали в отношения сотрудничества, оформленные в виде соответствующих соглашений и договоров, но при этом, как правило, американцы сохраняли свободу рук и могли в случае необходимости отказаться от взятых обязательств. А вот после Второй мировой войны США буквально увязли в системе многосторонних договоров и соглашений (НАТО, СЕАТО, СЕНТО, АНЗЮС).
В мае 1955 г. был дан «ответ» НАТО – подписан Варшавский Договор. В него входили (на момент подписания) Албания, Болгария, Венгрия, ГДР, Польша, Румыния, СССР, ЧССР.
После создания НАТО и Варшавского договора в мире возникла биполярная (двухполюсная) система. Америка уже начинала полномасштабную программу вооружения. Начинал её и Советский союз. Постепенно это вылилось в гонку вооружений между двумя сверхдержавами.
Начало ее было связано с атомным оружием. В 1945 г. США оказались единственной ядерной державой в мире. В ходе войны с Японией они взорвали атомные бомбы над японскими городами Хиросимой и Нагасаки, хотя уже никакой военной надобности в этом не было. Стратегическое превосходство привело к тому, что американские военные стали строить различные планы превентивного удара по СССР. Но американская монополия на ядерное оружие сохранялась только четыре года. В 1949 г СССР провел испытания своей первой атомной бомбы. СССР прикладывал все усилия, чтобы создать собственную атомную бомбу. Над этой задачей работали советские ученые и разведчики. Некоторые инженерные решения удалось получить по каналам разведки из секретных американских учреждений, но эти данные нельзя было бы использовать, если бы советские ученые не подошли вплотную к созданию атомного оружия самостоятельно. Создание атомного оружия в СССР было вопросом времени, но этого времени не было, поэтому данные разведки имели большое значение. В 1949 г. СССР испытал собственную атомную бомбу. Это событие стало настоящим потрясением для западного мира. В 1952 г. США испытали термоядерное устройство, в котором атомная бомба играла роль запала, а мощность взрыва многократно превосходила атомный. В 1953 г. СССР испытал термоядерную бомбу. С этого времени обстановка во всём мире стала зависеть лишь от здравомыслия руководителей этих двух стран.
Но гонка вооружений не могла бы существовать без мощных объединений государственных, промышленных и военных структур – были созданы военно-промышленные комплексы. На их нужды уходили гигантские материальные средства, самые лучшие научные силы. Военно-промышленные комплексы создавали самую современную технику, которая шла, прежде всего, на нужды гонки вооружений. Начиная с 50-60-х годов процесс наращивания атомных и термоядерных вооружений (и средств их доставки) стал неуправляемым. Безумное соревнование затронуло все области военной промышленности. Стоило одной из сторон создать какое-либо принципиально новое оружие, как ее противница бросала все силы и ресурсы, чтобы добиться того же. Соревновались везде: в создании новейших систем стрелкового оружия (на советский АКМ США отвечали М-16), в новых конструкциях танков, самолетов, кораблей и подводных лодок.
Первым серьезным конфликтом между сверхдержавами стали страны Дальнего Востока. СССР и США было что делить. В Тихоокеанском регионе находились огромные людские и сырьевые ресурсы. Стабильность капиталистической системы во многом зависела от контроля над этим регионом.
Одна из первых линий, ведущих к «холодной войне» полегает ночью 9 августа 1945 г., когда министр иностранных дел США Гарриман потребовал от Молотова (Советский Союз вступил в войну с Японией несколько дней назад) согласия с американскими условиями капитуляции Японии, (испытавшей ужасы атома и истерзанной каждодневными американскими бомбардировками), включавшими в себя сохранение поста императора. И здесь Молотов изложил то, чего более всего боялись американцы: СССР должен иметь право голоса в Союзном командовании по Японии и своё влияние на формирование оккупационного правительства.
Соединённые Штаты не могли этого допустить, ведь их целью был тотальный контроль на всей Японией. Вашингтон не ожидал столь быстрого вступления в войну СССР, и теперь старался не допустить Советскую армию на Японские острова. Но Советскому Союзу нужна была Япония, об этом говорил Сталин, бывший очень высокого мнения о Японии и Германии. «Япония не будет разорена, даже если она подпишет безоговорочную капитуляцию, как Германия. Обе эти нации очень сильны. После Версаля все думали, что Германия не поднимется 15-20 лет – а она восстановилась. Нечто подобное случится и с Японией, даже если её поставят на колени. Советскому Союзу нужны Курильские острова. Мы закрыты. У нас нет выхода. Нужно сделать Японию уязвимой со всех сторон: с севера, запада, юга и востока – тогда она будет смирной. Нам нужны Дальний и Порт-Артур на 30 лет. На случай, если Япония восстановит свои силы, мы могли бы ударить по ней оттуда.
Но самое большое значение для будущего имел выход из войны огромного Китая. Именно Китай и мог стать самым большим яблоком раздора в отношениях двух победивших во Второй мировой войне сверхдержав.После Второй мировой войны северо-восток Китая, занятый советской армией, был передан Народно-освободительной армии Китая, подчинявшейся Коммунистической партии Китая. Народно-освободительной армии Китая получила захваченное советскими войсками японское оружие. Остальная часть страны подчинялась признанному во всем мире правительству партии Гоминьдан во главе с Чан Кайши. Первоначально планировалось проведение общенациональных выборов в Китае, которые должны были решить, кто будет править страной. Но обе стороны не были уверены в победе, и вместо выборов в Китае разразилась гражданская война 1946–1949 гг. В ней победила Коммунистическая партия Китая во главе с Мао Цзэдуном. Фактически Китай перешёл в зону влияния СССР.
Второе крупное столкновение двух систем в Азии произошло в Корее. В 1945 г. советские и американские войска освободили Корею от японской армии. К югу от 38-й параллели расположились войска США, к северу – Красная армия. Таким образом, Корейский полуостров оказался разделенным на две части. На Севере к власти пришли коммунисты, на Юге – военные, опиравшиеся на помощь США. На полуострове образовалось два государства – северная Корейская Народно-Демократическая Республика и южная Республика Корея. Руководство Северной Кореи мечтало объединить страну, используя для этого любые средства.
В 1950 г. северокорейский руководитель Ким Ир Сен побывал в Москве и заручился поддержкой Советского Союза. Планы «военного освобождения» Южной Кореи были также одобрены китайским руководителем Мао Дзэ Дуном. На рассвете 25 июня 1950 г. северокорейская армия двинулась на юг страны. Ее наступление было столь мощным, что уже через три дня она заняла столицу Юга – Сеул. Затем продвижение северян замедлилось, но к середине сентября почти весь полуостров оказался в их руках. Казалось, от окончательной победы армию севера отделяет лишь одно решающее усилие. Однако еще 7 июля Совет Безопасности ООН проголосовал за то, чтобы направить международные войска на помощь Южной Корее.
В сентябре войска ООН (в основном американские) пришли на помощь южанам. Они развернули мощное наступление на Север с того пятачка, который все еще удерживала южнокорейская армия. Одновременно была произведена высадка войск на западное побережье, рассекавшая полуостров пополам. События стали развиваться с той же быстротой в обратную сторону. Американцы заняли Сеул и продолжили наступление на КНДР. Северная Корея находилась на грани полной катастрофы, когда в дело неожиданно вмешался Китай. Китайское руководство предложило, не объявляя США войну, послать на помощь Северной Корее войска. В Китае их официально называли «народными добровольцами». В октябре около миллиона китайских солдат перешли пограничную реку Ялуцзян и вступили в сражение с американцами. Вскоре фронт выровнялся вдоль 38-й параллели.
Война продолжалась еще три года. Во время американского наступления в 1950 г. Советский Союз перебросил на помощь Северной Корее несколько авиационных дивизий. Американцы существенно превосходили китайцев в технике. Китай нес тяжелые потери. 27 июля 1953 г. война закончилась перемирием. В Северной Корее осталось у власти дружественное СССР и Китаю правительство Ким Ир Сена, принявшего почетное звание «великого вождя».
«Холодная война» привела к тому, что в обоих «лагерях» развернулись репрессии против инакомыслящих и людей, выступавших за сотрудничество и сближение двух систем. В СССР и странах Восточной Европы арестовывали, и часто расстреливали людей по обвинению в «космополитизме» (отсутствии патриотизма, сотрудничестве с Западом), «низкопоклонничестве перед Западом» и «титоизме» (связями с Тито). В США началась «охота на ведьм», в ходе которой «разоблачались» тайные коммунисты и «агенты» СССР. Американская «охота на ведьм», в отличие от сталинских репрессий, не привела к массовому террору. Но и у нее были свои жертвы, вызванные шпиономанией. Советская разведка действительно работала в США, и американские спецслужбы решили показать, что они в состоянии разоблачить советских шпионов. На роль «главного шпиона» был выбран служащий Юлиус Розенберг. Он действительно оказывал советской разведке незначительные услуги. Было объявлено, что Розенберг и его жена Этель «украли атомные секреты Америки». Впоследствии выяснилось, что Этель не знала о сотрудничестве мужа с разведкой. Несмотря на это оба супруга были приговорены к смерти и, несмотря на кампанию солидарности с ними в Америке и Европе, казнены в июне 1953 г.
Казнь Розенбергов стала последним серьезным актом первого этапа «холодной войны».
В июле 1954 г. французы покинули Вьетнам, и США постарались занять место старой колониальной державы. «Оставить» Вьетнам вьетнамцам – такой вариант американские стратеги даже не рассматривали, хотя даже сам президент Эйзенхауэр полагал, что в случае проведения во всей стране выборов Хо Ши Мин получит 80% избирателей. В июле 1954 г. политики и военные (с одной стороны, госсекретарь Даллес, с другой – генералы Редфорд и Туайнинг) активно работали над собственными вариантами разрешения вьетнамской проблемы. Предполагалась высадка войск в Хайфоне, короткий марш-бросок на Ханой и операции местного значения для подавления локальных очагов сопротивления.
Вьетнамская война началась с инцидента в Тонкинском заливе, во время которого суда береговой охраны ДРВ обстреляли американские эсминцы, оказывавших огневую поддержку правительственным войскам Южного Вьетнама в их борьбе с партизанами. После этого все тайное стало явным, и конфликт развивался по уже привычному образцу. Одна из сверхдержав вступила в войну открыто, а вторая делала все от нее зависящее, чтобы «помочь братскому народу». Война, которую в США представляли себе легкой прогулкой, оказалась кошмаром Америки. США бросили на решение вьетнамской проблемы огромные материальные силы. Численность американских войск во Вьетнаме в 1968 г. значительно превысила 500 тыс. Соединённые Штаты не имели права проигрывать, не имели права отступать, что могло привести к подрыву национального самосознания американского народа и веры в США союзников – высокомерие здесь достигло своего пика. Такая посылка привела к нелепой и страшной в своей трагичности ситуации: вдали от американских берегов Соединённые Штаты сконцентрировали почти всё, что могли, стремясь к самоубийственной цели – «ни за что не уступить», хотя отступление в данном случае означало лишь признание за вьетнамским народом того права, которое американцы считают первым и самым священным для себя, — право на самоопределение. Но годы вьетнамской войны всё же способствовали политическому отрезвлению широких масс американского народа, ещё убеждённых в необходимости «холодной войны». Антивоенные демонстрации потрясли страну. Молодежь восстала против бессмысленной бойни. В 1975 г. США сочли за благо объявить, что они «выполнили свою миссию» и приступить к эвакуации своего воинского контингента.
В 1955 г. окончательно оформился раздел Европы между Востоком и Западом. Однако четкая граница противостояния разделила Европу еще не до конца. В ней оставалось одно незакрытое «окно» – Берлин. Город оказался разделенным пополам, причем Восточный Берлин являлся столицей ГДР, а Западный Берлин считала своей частью ФРГ. Два противоположных общественных строя уживались в пределах одного города, при этом каждый берлинец мог беспрепятственно попасть «из социализма в капитализм» и обратно, перейдя с одной улицы на другую. Ежедневно эту невидимую границу пересекали в обе стороны до 500 тысяч человек. Многие восточные немцы, пользуясь открытой границей, навсегда уезжали на Запад. Ежегодно так переселялись тысячи людей, что весьма беспокоило восточногерманские власти. Да и в целом открытое настежь окно в «железном занавесе» совершенно не соответствовало общему духу эпохи. В августе 1961 г. советские и восточногерманские власти приняли решение закрыть границу между двумя частями Берлина. Напряжение в городе росло. Западные страны выразили протест по поводу разделения города. В октябре противостояние достигло высшей точки. У Бранденбургских ворот и на Фридрихштрассе, возле главных пропускных пунктов, выстроились американские танки. Им навстречу вышли советские боевые машины. Более суток танки СССР и США простояли с нацеленными друг на друга орудиями. Напряжение несколько разрядилось лишь после того, как советские, а вслед за ними и американские танки отошли на другие улицы. Однако окончательно западные страны признали раздел города только спустя десять лет. Его оформило соглашение четырех держав (СССР, США, Англии и Франции), подписанное только в 1971 г.
Два явления отличают 1960-е г. от предшествующего периода: в эти годы и в СССР и в США произошёл огромный прирост стратегического потенциала, причём динамика была не в пользу Америки. Ещё в 1957 г. в Советском Союзе был осуществлен запуск первого искусственного спутника земли. Отныне советская ракета могла доставить груз, в том числе и ядерный, в любую точку планеты. В 1958 г. американцы запустили свой спутник и начали массовое производство ракет. А в 1961 г. СССР первым отправил в космос человека. Выносить столь наглядное превосходство американцы не могли. В итоге – их высадка на Луну.
В первой половине этого десятилетия США превосходили СССР по числу ядерных средств доставки в 10 раз, а к концу десятилетия это превосходство растаяло. Советский арсенал достиг цифры 1054 (численность межконтинентальных баллистических ракет США) примерно в 1968 г. В «холодной войне» отчётливо проявил себя новый элемент – стратегическое равенство.
Советское промышленное развитие достигло пика производительности именно в эти 1960-е годы. Рост промышленного производства уже был значительно слабее, чем в 1950-е годы, но всё ещё значительно высок. Америка не стала слабее, напротив, она стала в абсолютном весе сильнее. Но не в относительном. Исчезли «пиковые приметы» американского всесилия: США потеряли ядерную монополию, СССР добился к концу 60-х годов примерного стратегического паритета, а сами Соединённые Штаты после 1965 г. уже не могли говорить о помощи «всем и всюду» – они стали постигать ту истину, что тотальный интервенционизм не только чреват опасностями, но и попросту невозможен: ещё одного Вьетнама Америка уже вынести не могла.
В 1960 г. отношения между СССР и США снова ухудшились. Американцы отправили в полет над территорией СССР разведывательный самолет У-2. Он летел на высотах, недоступных для истребителей, но был сбит ракетой. Разразился скандал.
А мир уже ждал новый кризис. На первой же встрече с новым американским президентом в апреле 1961 г. Хрущев потребовал изменить статус Западного Берлина. Берлин использовался для работы западных разведок, через его территорию шел неконтролируемый коммунистами культурный обмен. Люди могли почти беспрепятственно переходить через границу между «двумя мирами». Это приводило к «утечке мозгов» – получившие дешевое образование в ГДР специалисты затем бежали в Западный Берлин, где их работа лучше оплачивалась. Кеннеди отказался пойти на уступки СССР и ГДР, что привело к Берлинскому кризису. Хрущев не решился на военное столкновение. Власти ГДР в августе 1961 г. просто окружили Западный Берлин стеной. Эта стена стала символом раздела Европы и Германии на две враждебные части, символом «холодной войны». В Берлинском кризисе ни одна сторона не получила очевидных преимуществ, но конфликт не привел и к существенным потерям. Обе стороны готовились к новой пробе сил.
Глава 2
Советский Союз был со всех сторон окружен американскими военными базами, на которых находилось ядерное оружие. Отдыхая в Крыму, Хрущев обратил внимание на то, что даже его пляж находится в пределах прямой досягаемости американских ракет в Турции. Советский лидер решил поставить Америку в такое же положение. Пользуясь тем, что кубинские лидеры неоднократно просили СССР защитить их от возможного нападения США, советское руководство приняло решение установить на Кубе ядерные ракеты среднего радиуса действия. Теперь любой город США мог быть стерт с лица земли в считанные минуты. В октябре 1962 г. это привело к Карибскому кризису.
1 января 1959 г. на Кубе победила революция, во главе которой стоял 32-летний партизанский вождь Фидель Кастро. Новое правительство начало решительную борьбу с американским влиянием на острове. Советский Союз полностью поддержал Кубинскую революцию. Однако власти Гаваны серьезно опасались военного вторжения американцев. В мае 1962 г. Никита Хрущев выдвинул неожиданную идею – разместить на острове советские ядерные ракеты. Такой шаг он шутливо объяснял тем, что империалистам «надо запустить ежа в штаны». Нельзя сказать, что идея эта очень понравилась Фиделю Кастро, однако другого выхода у него не было. После некоторых размышлений Куба ответила согласием на советское предложение, и летом 1962 г. на остров было отправлено 42 ракеты с ядерными боеголовками и бомбардировщики, способные нести ядерные бомбы. Переброска ракет производилась в строжайшей тайне, однако уже в сентябре руководство США заподозрило неладное. 4 сентября президент Джон Кеннеди заявил, что США ни в коем случае не потерпят советских ядерных ракет в 150 км от своего берега. В ответ Хрущев заверил Кеннеди, что никаких советских ракет или ядерных зарядов на Кубе нет и не будет.
14 октября американский самолет-разведчик сфотографировал с воздуха стартовые площадки для ракет. В обстановке строгой секретности руководство США начало обсуждать ответные меры. 22 октября президент Кеннеди обратился по радио и телевидению к американскому народу. Он сообщил, что на Кубе обнаружены советские ракеты, и потребовал от СССР немедленно удалить их. Кеннеди объявил, что США начинают военно-морскую блокаду Кубы. 24 октября по просьбе СССР срочно собрался Совет Безопасности ООН. Советский Союз продолжал упорно отрицать наличие на Кубе ядерных ракет. Обстановка в Карибском море все более накалялась. К Кубе двигалось два десятка советских кораблей. Американские суда получили приказ остановить их, если потребуется – огнем. Правда до морских сражений дело не дошло. Хрущев приказал нескольким советским кораблям остановиться на линии блокады. Через несколько дней стало ясно, что США полны решимости любой ценой убрать ракеты. 26 октября Хрущев направил Кеннеди более примирительное послание. Он признавал, что на Кубе имеется мощное советское оружие. В то же время Никита Сергеевич убеждал президента, что СССР не собирается нападать на Америку. По его выражению, «Только сумасшедшие могут так поступать или самоубийцы, желающие и сами погибнуть, и весь мир перед тем уничтожить». Хрущев предлагал Джону Кеннеди дать обязательство не нападать на Кубу; тогда Советский Союз сможет вывезти с острова свое оружие. Президент Соединенных Штатов ответил, что Соединённые Штаты готовы принять на себя джентльменское обязательство не вторгаться на Кубу, если СССР заберет свое наступательное оружие. Таким образом, первые шаги к миру были сделаны.
Но 27 октября наступила «черная суббота» Кубинского кризиса, когда лишь чудом не вспыхнула новая мировая война. В те дни над Кубой с целью устрашения дважды в сутки проносились эскадрильи американских самолетов. И вот 27 октября советские войска на Кубе сбили зенитной ракетой один из самолетов-разведчиков США. Его пилот погиб. Ситуация накалилась до предела, президент США принял решение через двое суток начать бомбардировку советских ракетных баз и военную атаку на остров.
Однако в воскресенье, 28 октября, советское руководство решило принять американские условия. Международная напряженность стала быстро спадать после 28 октября. Советский Союз вывез с Кубы свои ракеты и бомбардировщики. 20 ноября США сняли морскую блокаду острова.
Одним из наиболее важных выводов из Карибского кризиса было осознание опасности распространения ядерного оружия. В начале 60-х годов ядерным оружием обладали четыре державы – СССР, США, Англия и Франция, на подходе к ядерному порогу находилась КНР. Дальнейшее распространение ядерного оружия сужало зону действия Вашингтона, с одной стороны, и грозило возможностью превращения обычных конфликтов в ядерные — с другой. США приложили в 1962 г. значительные усилия, чтобы замедлить развитие ядерных программ Англии Франции, тех союзников, на которых Вашингтон мог оказать давление. Дж. Кеннеди увидел одну особенность ядерного века: распространение ядерного оружия грозило подорвать исключительное положение самих США в этой области. Поэтому американская сторона сделала беспрецедентные шаги: поддержало вместе с Советским союзом в ООН резолюцию, запрещавшую размещение ядерного оружия в космосе. Особенно существенное значение имел заключённый в Москве в августе 1963 г. Договор о запрещении ядерных испытаний в атмосфере, космическом пространстве и под водой, ставивший реальную преграду на пути совершенствования ядерного оружия, оберегавший экологическую среду и в целом служивший целям взаимного доверия трёх подписавших его сторон – СССР, США и Англии.
Некоторое «торможение» наметилось в конце 1960-х годов. Делая шаги в направлении улучшений отношений с Советским Союзом, администрация Р. Никсона исходила из того, что планы периода «холодной войны» о достижении некой «позиции силы», с которой можно будет начинать переговоры с СССР, если и мели под собой основание, то лишь на рубеже 40 – 50-х годов. В дальнейшем Запад удалялся от искомой «позиции силы». Если США и в дальнейшем будут тешить себя иллюзиями о достижении в неком будущем абсолютно превосходящих позиций, то они лишь вынудят Советский Союз ещё более увеличить усилия по самообороне. В критической обстановке конца 60 – начала 70-х годов, когда СССР достиг состояния стратегического паритета с США, а США «завязли во Вьетнаме», американское руководство решило добиться упорядоченности в советско-американских отношениях.
И советское руководство постепенно отошло от прежнего ожесточения, принесшее вторжение в Венгрию и Чехословакию в 1956 и 1968 гг. Из материалов ХХIV съезд КПСС: «Улучшение советско-американских отношений отвечало бы интересам советского и американского народов, интересам упрочения мира».
Конкретные задачи США в начавшимся диалоге с СССР, обещавшем ослабление противостояния «холодной войны», были таковы: достичь договорённости по стратегическим вооружениям, заморозить, насколько это возможно, статус-кво в развивающимся мире. В качестве «платы» за это американская сторона бала готова – и обещала – понизить таможенные барьеры, продавая товары высокой технической сложности и продовольствие; предоставлять кредиты; признать как окончательные границы в Европе.
Администрация Р. Никсона внесла корректировку в систему стратегического планирования, направленная против Советского Союза, предпочтение «выборочного» – в пику тотальному – подхода в ведении «холодной войны». Президент Никсон критически отнёсся к внемасштабному военному строительству и скорректировал доктрину «гибкого реагирования» в пользу «реалистического сдерживания». Если его предшественники хотели иметь превосходство над СССР по всем параметрам, то Никсон выдвинул концепцию «достаточности». Никсон: «Наша цель состоит в том, чтобы иметь уверенность, что Соединённые Штаты обладают достаточной военной мощью, чтобы защитить свои интересы и поддержать те обязательства, которые администрация сочтёт существенными для интересов Соединённых Штатов во всём мире. Мне кажется, достаточность была бы лучшим термином, чем превосходство».
Такая корректировка означала более экономичный подход к военным расходом, более бережное отношение к расшатанной военными расходами экономике страны. Как и в 50-х годах. США хотели сохранить за собой роль «ядерного меча» Запада, заполняя компонент обычных сил войсками союзников.
Переговоры с СССР начались 17 ноября 1969 г. в Хельсинки. После двух с половиной лет переговоров удалось найти почву для обоюдовыгодного компромисса. Обе стороны, согласно бессрочному Договору об ограничении систем противоракетной обороны (подписан в Москве 26 мая 1972 г.), отказались от дорогостоящего и дестабилизирующего строительства систем противоракетной обороны по периметру своих границ. Договор ПРО оказал важнейшее стабилизирующее влияние на советско-американский военный баланс. Впервые в послевоенный период США отказались развёртывать крупную, имеющую стратегическое значение систему.
Вторым важным шагом, сделанным в мае 1972 г., было заключение Договора об ограничении стратегических вооружений – ОСВ-1. В нём СССР и США зафиксировали примерный паритет центральных стратегических систем. То был первый договор об ограничении ядерных вооружений, согласно которому ограничивалось число стационарных пусковых установок МБР и пусковых установок баллистических ракет на подводных лодках. Договором и временным соглашением (сопутствующим договору) юридически закреплялся принцип равной безопасности в области наступательных стратегических вооружений. Поистине капитальные изменения произошли в ходе «холодной войны»: США признали равными себе по силе и статусу другую державу – Советский Союз. Подписание этих важнейших соглашений позволило в середине 70-х годов добиться значительного оздоровления международной обстановки.
В 1976 г. СССР начал модернизацию своих ракет среднего радиуса действия в Европе. Они могли быстро достичь цели в Западной Европе. В результате этой модернизации на время нарушилось равновесие ядерных сил в Европе. Это обеспокоило лидеров Западной Европы, которые опасались, что Америка не сможет оказать им помощь против растущей ядерной мощи СССР. В декабре 1979 г. блок НАТО принял решение разместить в Западной Европе новейшие американские ракеты «Першинг-2» и «Томагавк». В случае начала войны эти ракеты могли бы в считанные минуты уничтожить крупнейшие города СССР, в то время как территория США на время оставалась бы неуязвимой. Безопасность Советского Союза оказалась под угрозой, и он развернул кампанию против размещения новых американских ракет и был даже готов идти на уступки, демонтаж части своих ядерных вооружений в Европе. В странах Западной Европы началась волна митингов противников размещения ракет, так как в случае первого удара со стороны американцев Европа, а не Америка стала бы мишенью ответного удара СССР. Новый президент США Рональд Рейган предложил в 1981 г. так называемый «нулевой вариант» – вывод всех советских и американских ядерных ракет среднего радиуса действия из Европы. Но в этом случае здесь оставались бы британские и французские ракеты, направленные на СССР. Брежнев отказался от «нулевого варианта».
Окончательно разрядку похоронило вторжение советских войск в Афганистан в 1979 г. Ещё в апреле 1978 г. в Афганистане произошел переворот, позднее названный Апрельской революцией. К власти пришли афганские коммунисты – Народно-демократическая партия Афганистана. Правительство возглавил писатель Нур Мухаммед Тараки. Однако уже через несколько месяцев внутри правящей партии разгорелась острая борьба. В августе 1979 г.вспыхнуло противоборство между двумя вождями партии – Тараки и Амином. 16 сентября Тараки сместили с поста, исключили из партии и взяли под стражу. Вскоре он скончался – по официальному сообщению, «от треволнений». Эти события вызвали недовольство в Москве, хотя внешне все оставалось как прежде. Осуждение вызывали начавшиеся в Афганистане массовые «чистки» и расстрелы в партийной среде. И так как они напомнили советским руководителям китайскую «культурную революцию», возникали опасения, что Амин может порвать с СССР и сблизиться с Китаем. Амин неоднократно просил о вводе в Афганистан советских войск для укрепления революционной власти. Наконец, 12 декабря 1979 г. советское руководство приняло решение исполнить его просьбу, но при этом убрать самого Амина. Советские войска были введены в Афганистан, Амин был убит взрывом гранаты при штурме президентского дворца. Теперь советские газеты называли его «агентом ЦРУ», писали о «кровавой клике Амина и его приспешников».
На Западе ввод советских войск в Афганистан вызвал бурные протесты. С новой силой вспыхнула «холодная война». 14 января 1980 г. Генеральная Ассамблея ООН потребовала вывода «иностранных войск» из Афганистана. За это решение голосовало 104 государства.
Между тем в самом Афганистане стало усиливаться вооруженное сопротивление советским войскам. Против них сражались уже, конечно, не сторонники Амина, а противники революционной власти вообще. Советская печать первое время утверждала, что никаких боев в Афганистане нет, что там царят мир и спокойствие. Однако война не утихала, и когда это стало ясно, в СССР признали, что в республике «бесчинствуют бандиты». Их называли «душманами», то есть врагами. Тайно, через Пакистан, их поддерживали Соединенные Штаты, помогая оружием и деньгами. США хорошо знали, что такое война против вооруженного народа. Опыт Вьетнамской войны был использован на все сто процентов, однако роли поменялись. Теперь СССР воевал со слаборазвитой страной, а США помогали ему почувствовать какая это непростая вещь. Повстанцы контролировали значительную часть территории Афганистана. Всех их объединял лозунг джихада – священной исламской войны. Они называли себя «моджахедами» – борцами за веру. В остальном программы повстанческих групп сильно разнились.
Война в Афганистане не прекращалась более девяти лет. В ходе военных действий погибло более миллиона афганцев. Советские войска, по официальным данным, потеряли убитыми 14453 человека.
В июне 1987 г.были сделаны первые, пока символические шаги к установлению мира. Новое кабульское правительство предложило повстанцам «национальное примирение». В апреле 1988 г. Советский Союз подписал в Женеве соглашение о выводе войск из Афганистана. 15 мая войска начали уходить. Девять месяцев спустя , 15 февраля 1989 г., Афганистан покинул последний советский солдат.
Для СССР Афганистан стал такой же головной болью, как для Америки в своё время Вьетнам. В Советском Союзе эта война тоже стала вызывать народные выступления за прекращение вооружённых действий. Это и то обстоятельство, что советская экономика не смогла выдержать ноши этой затянувшийся войны, и стало причиной вывода войск и подписания мирных договоров.
18 июня 1979 г. в Вене был подписан Договор ОСВ-2. Он определял количество носителей стратегического оружия для обоих сторон. СССР, идя на компромисс, каковым являлся Договор ОСВ-2, жертвовал многим. Прежде всего, он дал согласие сократить свои стратегические силы на 10%, отказался от ряда программ, находившихся на различных стадиях разработки или свёртывания. Но и для США договор ставил существенные барьеры. Так, США вынуждены были ограничить себя в численности баллистических ракет с разделяемыми головными частями (не более 1200 единиц), в численности крылатых ракет (не более 3000 авиационных крылатых ракет). Общее число носителей ядерного оружия фиксировалось цифрой 2250. Согласно протоколу к Договору ОСВ-2, запрещалось развёртывание крылатых ракет наземного и морского базирования дальностью свыше 600 км. Обе стороны – СССР и США – заявили о том, что будут соблюдать его положения до тех пор, пока на нарушение его положение не пойдёт противостоящая сторона.
Несомненно, что подписание Договора ОСВ-2 было положительным явлением. Оно означало, что в высшем эшелоне власти США созрело убеждение: для их позиций в мире лучше взаимная американо-советская сдержанность, чем авантюрные попытки достичь стратегического превосходства. Договор ОСВ-2, каким он был подписан в Вене, становился отправной точкой изменения самоубийственных силовых основ во внешнеполитическом планировании обеих держав.
Однако договоры ОСВ имели существенный недостаток. Ограничив общие объемы ядерного оружия и ракетной техники, они почти не касались размещения ядерного оружия. Между тем противники могли сосредоточить большое количество ядерных ракет в наиболее опасных точках мира, даже не нарушая согласованные общие объемы ядерных вооружений. Эту проблему предстояло решить в будущем.
В 1983 г. президент США Рейган выдвинул идею «Стратегической оборонной инициативы», более известной как программа «звездных войн» – космических систем, которые могли бы защитить США от ядерного удара. Эта программа осуществлялась в обход договора ПРО. У СССР не было технических возможностей для создания такой же системы, поэтому эта программа стала на определённее время неким барьером к взаимному пониманию двух сверхдержав. Только уже после окончания «холодной войны» стало известно, что большую часть результатов СОИ американцы просто сфабриковали, чтобы добиться больших уступок со стороны СССР.
В 1980–1982 гг. США вели против Советского Союза серию экономических санкций. В 1983 г. президент США Рейган назвал СССР «империей зла». Началась установка новых американских ракет в Европе. В ответ на это генеральный секретарь ЦК КПСС Ю. Андропов прекратил все переговоры с США.
К середине 80-х страны социализма вошли в полосу кризиса. Бюрократическая экономика уже не могла обеспечить растущие потребности населения, неэкономное расходование ресурсов привело к их значительному сокращению, уровень социального сознания людей вырос настолько, что они начали понимать свое бесправие, необходимость перемен. Стране все труднее было нести бремя «холодной войны», поддерживать союзные режимы по всему миру, вести войну в Афганистане. Все более заметным и опасным было техническое отставание СССР от капиталистических стран. Внутренние факторы гораздо существеннее подтачивали основы системы социализма, чем действия США во время «холодной войны». В то же время кризис, в котором оказался СССР, ставил на повестку дня вопрос об «экономии на внешней политике». Несмотря на то, что возможности такой экономии преувеличивались, начавшиеся в СССР реформы привели к завершению «холодной войны» в 1987–1990 гг.
В марте 1985 г. к власти в СССР пришел новый Генеральный секретарь ЦК КПСС М. Горбачев. В 1985–1986 гг. он провозгласил политику широких преобразований, известных как «перестройка». Предусматривалось и улучшение отношений с капиталистическим странами на основе равноправия и открытости (так называемое «новое мышление»).
В ноябре 1985 г. Горбачев встретился с Рейганом в Женеве и предложил значительно сократить ядерные вооружения в Европе. Решить проблему было еще нельзя, потому что Горбачев требовал отмены СОИ, а Рейган не уступал. Американский президент обещал, что когда исследования принесут успех, США «откроют свои лаборатории перед Советами», но Горбачев не верил ему. Несмотря на то, что существенных сдвигов на этой встрече достигнуть не удалось, два президента лучше узнали друг друга, что помогло им договориться в будущем.
Однако после встречи в Женеве отношения между СССР и США вновь обострились. СССР поддержал Ливию в ее конфликте с США. США отказались соблюдать договоренности по ОСВ, которые выполнялись даже в годы конфронтации 1980–1984. Это был последний всплеск «холодной войны». «Похолодание» в международных отношениях наносило удар по планам Горбачева, выдвинувшего широкомасштабную программу разоружения и всерьёз рассчитывавшего на экономический эффект конверсии, преобразования военных производств в мирные. Уже летом обе стороны стали зондировать возможности для проведения «второй Женевы», которая и состоялась в октябре 1986 г. в Рейкьявике. Здесь Горбачев попытался вызвать Рейгана на ответные уступки, предложив масштабные сокращения ядерных вооружений, но «в пакете» с отказом от СОИ. Сначала Рейган был приятно удивлен предложениями Горбачева и даже проявил колебания в вопросе о СОИ. Но в итоге встреча в Рейкьявике фактически кончилась ничем. Но Рейган понял, что добиться улучшения международных отношений можно не путем нажима на СССР, а с помощью взаимных уступок. Стратегия Горбачева увенчалась успехом – США фактически заморозили СОИ до конца века.
В 1986 г. администрация США отказалась от фронтального наступления на СССР, которое закончилось неудачей. В 1987–1988 гг. «перестройка» привела к быстрому росту общественной активности. К этому времени мир полным ходом шел к прекращению «холодной войны».
После неудачной встречи в Рейкьявике в 1986 г. два президента наконец пришли к соглашению в Вашингтоне в декабре 1987 г.– американские и советские ракеты среднего радиуса действия выводились из Европы. «Новое мышление» восторжествовало. Важнейший кризис, который привел к возобновлению «холодной войны» в 1979 г. ушел в прошлое.
Пример «перестройки» активизировал реформистов в Восточной Европе. В 1989 преобразования, проводившиеся коммунистами в Восточной Европе, переросли в революции. Вместе с коммунистическим режимом в ГДР была разрушена и Берлинская стена, что стала символом прекращения раздела Европы. Столкнувшись с тяжелыми проблемами, СССР уже не мог поддерживать «братские» коммунистические режимы. «Социалистический лагерь» распался.
В декабре 1989 г. у берегов Мальты Горбачев и новый президент США Дж. Буш смогли обсудить ситуацию фактического прекращения «холодной войны». Буш обещал предпринять усилия в направлении распространения на СССР режима наибольшего благоприятствования в торговле США, что было бы невозможно, если бы «холодная война» продолжалась. Несмотря на сохранение разногласий по поводу ситуации в некоторых странах, в том числе в Прибалтике, атмосфера «холодной войны» отошла в прошлое. Объясняя Бушу принципы «нового мышления» Горбачев говорил: «Главный принцип, который мы приняли и которому следуем в рамках нового мышления, – это право каждой страны на свободный выбор, включая право пересмотреть или изменить первоначально сделанный выбор. Это – очень болезненно, но это – основополагающее право. Право выбирать без вмешательства извне». К этому времени методы давления на СССР уже изменились. В ноябре 1989 г. прекратила свое существование Берлинская стена. 1 июля 1991 г. произошел роспуск Варшавского Договора. Единственной мощной военной силой в Европе осталась НАТО. Социалистический лагерь распался. В ряде стран – его бывших членов – произошли демократические революции, которые не только не осуждались, но поддерживались СССР. Советский Союз отказался также и от расширения своего влияния в странах третьего мира.
В 1990 г. к власти в большинстве стран Восточной Европы пришли сторонники скорейшей перестройки общества по западным образцам. Начались реформы, основанные на «неолиберальных» идеях, близких западному неоконсерватизму и неоглобализму. Реформы проводились очень быстро, без постепенной подготовки, что приводило к болезненной ломке общества. Они получили название «шоковой терапии», так как считалось, что после короткого «шока» наступит облегчение. Страны Запада оказали финансовую поддержку этим реформам, и в итоге в Восточной Европе удалось создать рыночную экономику по западному образцу. Предприниматели, средние слои, часть молодежи – выиграли от этих преобразований; рабочие, служащие, пожилые люди – проиграли. Восточноевропейские страны оказались в финансовой зависимости от Запада.
В августе 1991 г. в результате неудачной попытки руководителей СССР установить авторитарный режим (так называемый ГКЧП) реальная власть перешла от Горбачева к руководителям республик СССР. Прибалтика вышла из Союза. В декабре 1991 г., чтобы закрепить свой успех в борьбе за власть, руководители России, Украины и Белоруссии подписали в Беловежской пуще соглашение о роспуске СССР и создании Содружества независимых государств.
На мировом горизонте Америке был неподвластен только коммунистический Восток, с которым Вашингтон собирался соперничать долгие десятилетия. Изумление от добровольного ухода Советского Союза сохранилось в США и ныне, более двух десятилетий спустя. Как оказалось, незападные цивилизации если и могли держаться, то в условиях раскола внутри Запада, союза с одной из западных сил. Совокупной же мощи Запада противостоять было трудно, если не невозможно. Изоляция от Запада действовала как самое мощное разрушительное средство. При попытках опоры на собственные силы живительный климат Запада (идеи, разумная энергия, наука, технологические новации) оказались скрытыми от населения, традиции общения с Западом в XVIII – XIX вв. были забыты. В СССР произошла определённая деградация умственной жизни, наступила эра вымученных посредственностей, эра холуйства вместо лояльности, смешения всего вместо ясно очерченной цели, время серости, самодовольства, примитивного потребительства, всего того, что вело не к Западу, а в «третий мир».
Внутри страны основной слабостью стало даже не репрессивное поведение правящей партии, потерявшей свою жизненную силу, внутреннюю устремлённость, а утрата механизма приспособления к современному миру. Порок однопартийной системы в конечном счёте стал сказываться в одревеснении её структур, взявших на себя ни более ни менее как цивилизованное руководство обществом. В конце концов всё это в совокупности рано или поздно дало бы сбой, последствия которого балии ещё более ужасны.
В результате победы в «холодной войне» ведомый Соединёнными Штатами Североатлантический союз стал доминировать на северо-западе Евразийского континента. Между классическим западом и СНГ Америка начала излучать влияние на девять прежних союзников СССР и на тринадцать бывших республик почившего союза. В самой России опасность сепаратизма вышла на первый план, за нею следуют демонтаж экономики, распад общества, деморализация народа, утрата самоидентичности. Безусловный американский триумф 1991 г. дал Вашингтону шанс – при умелой стратегии на долгие годы сохранить столь благоприятный для заокеанской республики статус-кво.
Но почему так быстро исчезла вторая в мире держава, что подкосило её внутреннюю силу, обрекло на распад? Сложилось несколько подходов к процессу, лишившего Америку единственного подлинного геополитического соперника.
Версия 1. Перенапряжение в гонки вооружений. Президенты Рейган и Буш увидели искомую причину в неспособности СССР быть на равных с США в гонке стратегических вооружений. СССР не мог более расходовать на военные нужды 40% своих исследовательских работ и до 28% внутреннего валового продукта. Когда Рейгана спросили о величайшем достижении его президентства, он ответил: «Я выиграл «холодную войну». Президент Буш объяснял крушение Советского Союза, обращаясь к тезису, что «советский коммунизм не мог соревноваться на равных с системой свободного предпринимательства… Его правителям было губительно рассказывать своему народу правду о нас… Неверно говорить, что СССР проиграл «холодную войну», правильнее будет сказать, что западные демократии выиграли её».
Версия 2. Система порочна изначально. Коммунизм погиб из-за внутренних, органически присущих ему противоречий. Неэффективность идеологии была заложена в учении; лишь энтузиазм, помноженный на насилие, позволил коммунистическому строю держаться на плаву, но такое явление не могло существовать исторически долго. Как утверждает Ч. Фейрбенкс, «сама природа зверя» содержала в себе внутреннюю слабость, проявившую себя в момент напряжения.
Однако даже самые суровые критики вынуждены признать, что «советская экономика сама по себе не погрузилась в крах. Население работало, питалось, было одето, осваивало жильё – и постоянно увеличивалось». Более того, эта экономика позволила создать первый атомный реактор, производящий электричество, первое судно на воздушной подушке, первый спутник, выход в космос, реактивную авиацию и многое другое, отнюдь не свидетельствующее о научно-технической немощи.
Версия 3. Погубила внутренняя эволюция. Внутренние процессы в СССР привели к распространению либеральных идей, привлекательных идеологических конструктов, подчёркиваются воздействия либерального мировоззрения на замкнувшиеся в самоизоляции общество. Критически важны те либеральные идеи, которые получили массовую поддержку. Сказался поток публикаций о правах человека в Советском Союзе, об искажениях моральных и этических принципов, которые дискредитировали систему, особенно когда эти публикации вошли в повседневную жизнь граждан посредством органов массовой информации. Именно это сфокусировало движение за перемены и побудило население голосовать против морально коррумпированной прежней элиты. Развитие многосторонних контактов создало базу для формирования в СССР слоя, заинтересованного в улучшении отношений с Западом.
Версия 4. Личность в истории. Эту точку зрения аргументируют такие западные контрпартнёры советских лидеров, как госсекретарь Дж. Бейкер: «Окончание «холодной войны» стало возможным благодаря одному человеку – Михаилу Горбачёву. Происходящие ныне перемены не начались бы, если бы не он». Постулат этой школы – один человек изменил мир. «Всё дело, – пишет Ч. Табер, – в предшествующих радикальным по значимости событиям убеждениях главных действующих лиц», – именно им принадлежит центральное место в исторической драме окончания противостояния Востока и Запада.»Холодная война» не завершилась бы без Горбачёва, – пишет Дж. Турпин, – он ввёл перестройку, которая включала в себя свободу словесного выражения, политическую реформу и экономические изменения. Он отверг марксизм-ленинизм. Самое главное, он остановил гонку вооружений и ядерное противостояние».
Версия 5. Необратимая тенденция. Эта точка зрения исходит из примата международной обстановки, сделавший прежней курс СССР практически невозможным. «Советский Союз, – пишет М. Раш, – хотя и встретил трудности, вовсе не был обречён на коллапс и, более того, не был даже в стадии кризиса. СССР был жизнеспособными и, наверное, существовал бы ещё десятилетия, – может быть очень долго, – но он оказался восприимчивым к негативным событиям вокруг. Жизнеспособный, но уязвимый Советский Союз стал заложником отвернувшийся от него фортуны. То, что ослабленный организм пошёл не по дороге жизни, а умер на руках у неуверенного доктора, использующего не испытанные доселе лекарства, является прежде всего особыми стечением обстоятельств».
Конечно же, велико число тех, кто отказывается объяснять проблему поисками главного фактора. Осторожные и глубокомысленные говорят об их сочетании, о сложности предмета. По мнению Дж.Л. Геддиса, одного из наиболее проницательного историка «холодной войны», те тектонические сдвиги в истории не были результатом действия одной нации или группы индивидуумов. «Они были результатом скорее взаимодействия ряда событий, условий, политических курсов, убеждений и даже случайностей. Эти сдвиги проявляли себя на протяжении долгого времени и по разным сторонам границ. Однажды пришедшие в движение, они были неподвластны всем попыткам обратить их вспять». Главными Геддис считает столкновение технологии с экологией, коллапс авторитарной альтернативы либерализму и «общемировое смягчение нравов».
Но всё это интерпретации свершившегося, а для истории более всего важен тот факт, что как геополитический центр Советский Союз саморазоружился в поразительно короткий отрезок времени и Соединённые Штаты получили уникальный шанс возглавить всю систему международных отношений.
Заключение
Россия сделала неимоверные по своей жертвенности шаги ради того, чтобы сломать барьеры, отъединяющие её от Запада, как от лидера мирового технологического и гуманитарного прогресса. В период между 1988 и 1993 гг. Запад не услышал от России «нет» ни по одному значимому вопросу международной жизни, готовность новой России к сотрудничеству с Западом стала едва ли не абсолютной. Почти в эйфории от собственного самоотвержения Россия начала фантастическое по своим масштабам разоружение, зафиксированное в Договоре по сокращению обычных вооружений (1990 г.), развал Организации Варшавского Договора и Совета Экономической Взаимопомощи.
Инициированное Россией окончание «холодной войны» сберегло Западу, лишившемуся императивов гонки вооружений (по западным же оценкам), более 3 трил. долларов. Россия потеряла не только статус сверхдержавы, но ощутила подлинный исторический регресс во всех основных областях жизнедеятельности. Лишившись прежних гарантированных рынков, она обрушила свою промышленность, прежде всего тяжёлую и высокотехнологичную. Её валовой национальный продукт опустился до 350 млрд. долларов; ВНП на душу населения – 2400 долларов в год. Из центра мировых событий Россия опустилась на периферию европейского континента и она остается центральной нацией только для пустот Центральной Азии.
Россия достаточно быстро обнаружила, что коммунизм не был единственной преградой на пути сближения с Западом. Православие, коллективизм, иная трудовая этика, отсутствие организации,, иной исторический опыт, отличный от западного менталитет, различие взглядов элиты и народных масс – всё это и многое другое смутило даже стопроцентных западников, увидевших трудности построения рационального капитализма в «нерациональном» обществе, сложности создания свободного рынка в атмосфере вакуума власти, формирования очага трудолюбия в условиях отторжения конкурентной этики.
Следование за Западом в деле внедрения рыночных отношений стало ассоциироваться с потерей основных социальных завоеваний в здравоохранении, образовании и т.п. Ныне, в жёстких условиях проторынка, российская интеллигенция не только нищает в буквальном смысле, но лишается того, что делало её авангардом нации, фактором национального обновления – авторами толстых журналов, выпускаемой миллионными тиражами «Литературной газеты», бесплатно печатаемых книг. В результате она отходит от рычагов общенационального влияния. Значительная её часть опускается на социальное дно, некоторая часть этой интеллигенции покидает страну. Только за один 1993 г. сорок тысяч учёных выехали за пределы страны. В начале двадцать первого века цифра выехавших достигла уже 300 тысяч человек. Мост между Востоком и Западом стал терять самое прочное своё основание – прозападную интеллигенцию. В частности, исчезает тот дух уважения американской цивилизации, без которого слом «холодной войны» растянулся ещё на долгие десятилетия. Суровый факт: для восстановления утраченного потенциала понадобятся поколения.
Что же Россия получила в ответ? Следовало бы выделить следующее.
Вопреки косвенным обещаниям, США не оказали целенаправленной массированной помощи демократизирующемуся региону. За крахом «тоталитарных структур» в России отнюдь не последовало некого нового варианта «плана Маршалла» — помощи Запада «самой молодой демократии», такой помощи, которую оказала Америка Западной Европе. Спасая демократию в Западной Европе, американцы умели быть щедрыми. «План Маршалла» – 13 млрд. долларов 1952 г. = 100 млрд. долларов в текущих ценах – «стоил» американцам 2% американского валового продукта. Помощь же России, спорадически и безответственно предоставляемая на неведомые цели коррумпированным прозападным политическим силам, составила всего 0,005 процента американского ВНП. Разница демонстрирует степень жертвовать в союзнических целях. Фактически Запад не захотел осуществить по-западному эффективную реконструкцию национальной российской экономики.
В прошедшее десятилетие американская помощь России концентрировалась в области ядерного разоружения, экономических реформ и гуманитарных проектов. Наша страна получила за последнее десятилетие XX в. 5,45 млрд. долларов в виде помощи. Основная её доля – сокращение бывшего ядерного потенциала СССР.
Столь привлекательно выглядевшая схема недавнего прошлого – соединение американской технологии и капиталов с российскими природными ресурсами и дешёвой рабочей силой – оказалась мёртворождённой. На фоне сотен миллиардов долларов инвестиций в коммунистический Китай скромные восемь миллиардов долларов западных инвестиций в Россию выглядят лучшим свидетельством краха экономических мечтаний российских западников. Хуже того. Ежегодный отток 15 – 20 млрд. долларов из России на Запад питает западную экономику за счёт обескровливания российской экономики.
Несмотря на окончание военного противостояния, Америка расширила зону действия НАТО в восточном направлении, выйдя в 2004 г. в Прибалтийских странах на российские границы. В ответ на роспуск Организации Варшавского Договора и вывод войск из Германии и Прибалтики Североатлантический альянс ответил экспансией на Восток. Стоило ли крушить Организацию Варшавского Договора, Совет Экономической Взаимопомощи, демонтировать СССР – ради того, чтобы получить польские танки развёрнутыми против России, а аэродромы Прибалтийских государств сокращающими критическое подлётное время боевых самолётов и крылатых ракет? Забота Запада о безопасности абсолютна, забота России – претенциозная неврозность.
Строго говоря, речь идёт не об армейской «добавке» к многомиллионному контингенту НАТО, не о современных аэродромах в часе езды от российских границ и даже не о контроле над территорией, послужившей трамплином для наступлений на Москву. Речь идёт о неудаче курса, начатого Петром Великим и патетически продолженного демократами-западниками начиная с 1988 г., – речь идёт о новой изоляции России.
Не менее важен визовой барьер, которым отгородили Россию США, Великобритания, Шенгенская зона Европейского союза. Не ради новых границ разбивался «железный занавес», не ради этого крушили Берлинскую стену, чтобы воспрепятствовать российским гражданам прибывать в Калининград хотя бы так, как в пик «холодной войны» прибывали в Западный Берлин. Игнорирование России в новой системе европейской безопасности меняет всю парадигму благорасположения к Западу, восторжествовавшую в 1991 г. над коммунистическим изоляционизмом.
Между тем Россия лучше узнала Запад. Увеличивается число людей, побывавших в Соединённых Штатах и более адекватно воспринимающих их. Это даёт им опыт свободы, но привозят они с Запада в основном не плоды его духовного и материального развития, а, говоря словами русского философа С.Франка, «черствеющие крохи с его пиршественного стола».
Россия всё же сохранила немалое из наследия СССР. Вовне – место постоянного члена Совета Безопасности ООН, свободу выбора пути, образования союзов, формирования партнёрских соглашений с любыми потенциальными союзниками. Внутри – ракетно-ядерный меч, созданную величайшими усилиями оборонную промышленность, систему научных исследований и всеобщего образования, медицинскую самозащиту и колоссальные ресурсы наших безграничных просторов.
Мы являемся единственной страной мира, способной физически уничтожить США. Согласно подписанному в Москве в мае 2002 г. Доласно подписанному в Москве в ме 2002 г. росторовисследований и всеобщго образования, медицинскую самозащитуа, говоря словамиговору о сокращении стратегических потенциалов, даже через десять лет Кремль будет распоряжаться минимумом 1700 единицами ядерных боезарядов стратегической доставки. (В своё время теоретик ядерного сдерживания Р. Макнамара пришёл к выводу, что для уничтожения США или СССР достаточно 500 ядерных боезарядов стратегической доставки – поражение 30% населения и 70% промышленного потенциала).
Россия создала эту гарантию национальной самозащиты, и она может ещё долго полагаться на неё. При всех поворотах переживающей сложности национальной экономики на вооружении оставлены в боевом составе стратегических ядерных сил три дивизии межконтинентальных баллистических ракет шахтного базирования СС-18 (по натовской классификации «Сатана») – 200-тонные ракеты на боевом дежурстве до 2014 г.; и одна дивизия «тяжёлых» ракет железнодорожного базирования СС-24 (по натовской классификации «Скальпель»). Ракеты СС-18 выбрасывают над районом цели до 50 боеголовок, из которых (рабочая схема) 40 могут быть ложными целями – что ставит перед американской Национальной противоракетной обороной на десятилетия вперёд неразрешимые задачи.
Прошлое было прекрасно своей ясностью. Размышляя в архитектурно вычурном здании американского посольства на Манежной площади, Джордж Кеннан пришёл в конце 1945 г. к выводу, что нельзя допустить попадания в руки русских трёх регионов Земли: Соединённого Королевства, долины Рейна и Японских островов. Установив контроль над этими зонами, американцы методично довели дело до 1991 г. Как признают сейчас американские стратеги, «в условиях, когда вся Япония и большая часть Германии с середины 50-х годов находились в зоне влияния США, баланс сил был настолько против СССР, что Москва имела очень малые шансы выиграть «холодную войну». Теперь, оглядываясь назад, мы видим, насколько сложным было положение Москвы; Запад должен был действительно играть бездарно, чтобы с такими картами не выиграть».
Америка ведёт локальные войны, опираясь на своё экономическое и военное могущество. В будущем эти конфликты будут приобретать все более ожесточённые формы. Ведь в Вашингтоне уже думают о борьбе за природные ресурсы в мире, где 60% населения Земли будут горожанами, когда 95% прироста населения в мире придётся на развивающийся мир, стремящийся преодолеть отсталость, эпидемии, вспышки насилия. Ни в одной стране мира не ведётся столь страстная дискуссия о «битве за будущее». Воистину права была М. Олбрайт: «Америка – это страна, без которой невозможно обойтись».
Список использованной литературы
Америка, какой мы её видим. (Москва, «Международные отношения» 1989 г.)
Международные отношения после Второй мировой войны. (Москва, «Политиздат» 1962 г. том 1.)
А. Бовин. «Начало восьмидесятых». (Москва, «Известия» 1984 г.)
А. Уткин «Мировая холодная война» (Москва, «Издательство «Эксмо» 2005 г.)
— текущее значение целевой функции 
— расчёт симплекс-разностей, где j = 1..6 . 
при аi j > 0 
(2) 
(3)
— это 0-е поколение. Далее на каждой боковой стороне строится равнобедренный треугольник с таким же углом. В результате получается следующее поколение. При бесконечном повторении этого процесса получим фрактальное множество.
и, следовательно, размерность D Хаусдорфа полученного множества равна D = log(2)/log
.
, (1)
— площадь поверхности формы рельефа, не подвергшейся эрозионному расчленению, величина m>1 зависит от размерности границы поверхности. 
. Его решения есть кривые в фазовом пространстве, или фазовые траектории.
, (2)
— размеры системы; 
и
— функции, выражающие скорость изменения размеров системы.
(3)
– площадь поверхности формы рельефа с объемом V, м3;
— прирост высоты, м; 
— прирост площади основания единичной ширины, м2. 
(4)
(5)
. Когда число итераций устремляется к бесконечности (
) получаем предельную кривую (рис. 1).
и стремится к бесконечности. Соответственно, размерность Хаусдорфа данного фрактального образования определяется соотношением: 
(
— число элементов, 
— относительный размер элементов).
; где: 
— число элементов, 
— длина элемента. На первом шаге (n=1) длина кривой и её форма не меняются
, (
,
). 
n=3, 
, 
, 
n=5, 
, 
, 
,
.
. Выражая n через длину элемента (
) и применяя прямую и обратную операции логарифмирования имеем:
.
. По сравнению с кривой Коха у вновь полученной кривой размерность Хаусдорфа меньше, но длина ее все еще не конечна. Обобщая полученный результат, на произвольное число структур, формула для определения размерность Хаусдорфа при циклическом структуроформирующем правиле примет вид:
,
— число элементов в 
структуре; 
— число повторений 
.
.
N
t
2) Численность популяции переходит с уровня N0 на N1.
N1
N0 
t 
N1
N0