Введение
Актуальность темы исследования. Одной из общепризнанных черт правового государства является уровень обеспеченности прав и свобод человека, верховенство общечеловеческих ценностей.
В настоящее время весьма нередки случаи нарушения гражданских прав, в связи с этим важнейшей задачей государства остается обеспечение наиболее справедливого, быстрого и эффективного восстановления нарушенного права и (или) возмещение причиненного вреда.
Судебная практика последних лет свидетельствует о постоянном увеличении гражданских дел, связанных с рассмотрением споров о возмещении вреда, касающиеся причинения вреда вследствие разного рода транспортных происшествий, производственного травматизма, продажи некачественных товаров и т.д.
Проблема возмещения вреда, причиненного деятельностью, представляющей повышенную опасность для окружающих, весьма своеобразна: она относится к числу «частных» гражданско-правовых проблем, однако значение правильной ее постановки решения выходит за рамки гражданского права, а ее актуальность определяется удельным весом соответствующих гражданско-правовых споров в судебной и арбитражной практике.
Несмотря на это, многие теоретические и практические вопросы продолжают оставаться дискуссионными, по-разному решаются на практике и неоднозначно трактуются в литературе. Считаются спорными, в частности, вопросы о том, чем обусловлено возложение на владельца источника повышенной опасности более строгой ответственности за его поведение, может ли считаться возложение на владельца источника повышенной опасности обязанности по возмещению вреда гражданско-правовой ответственностью и др. Одним из наиболее дискуссионных остается также вопрос о понятии источника повышенной опасности.
Степень научной разработанности. Наиболее известные работы по данной проблематике принадлежат перу таких ученых, как Антимонов Б.С., Белов В.А., Белякова А.М., Донцов С.Е., Иоффе О.С., Калмыков Ю.Х., Клочков А.В., Конюхова Т.В., Красавчиков О.А., Кузовлев Е.В., Кулагин М.И., Любимова Р.Н., Майданик Л.А., Малеин Н.С., Мамай В.И., Матвеев Г.К., Мельникова Л.Н., Нарышева Н.Г., Францифоров А.Ю., Черепанова Н.О., Чупрова Е.В. и многих других.
Авторы исследований данной темы не без основания акцентируют свое внимание на том, что специфическим для ответственности владельца источника повышенной опасности является его обязанность по возмещению вреда не только в случае виновности, но и при отсутствии в его действиях вины.
Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие по поводу возникновения обязательств вследствие причинения вреда деятельностью опасной для окружающих.
Целью исследования является рассмотрение и актуализация вопросов, касающихся понятия обязательств вследствие причинения вреда, а также рассмотрение вопросов возмещения вреда.
Целевая направленность исследования обусловила необходимость решения следующих задач:
– рассмотреть понятие источника повышенной опасности и деятельности представляющей опасность для окружающих;
– определить виды источников повышенной опасности и их классификацию;
– определить понятие владельца источника повышенной опасности;
– проанализировать основания ответственности;
– рассмотреть случаи снижения ответственности и исключения ответственности.
Предмет исследования составляют нормы гражданского и смежного законодательства, предусматривающих понятие, виды и основания возникновение обязательств вследствие причинения вреда деятельность опасной для окружающих.
Методы исследования. Проведенное исследование опирается на диалектический метод научного познания явлений окружающей действительности, отражающий взаимосвязь теории и практики. Обоснование положений и выводов, содержащихся в дипломной работе, осуществлено путем комплексного применения следующих методов социально-правового исследования: историко-правового, статистического и логико-юридического.
Нормативную базу работы составили: Конституция РФ, гражданское законодательство РФ, материалы судебной практики.
Теоретической основой исследования явились научные труды отечественных ученых в области гражданского права, а также иные литературные источники и материалы периодической печати, относящиеся к проблемам дипломной работы, в той мере, в какой они были необходимы для возможно более полного освещения вопросов избранной темы.
Соответственно с учетом характера и специфики темы, а также степени разработки затрагиваемых в ней проблем, построена и структура дипломной работы, которая состоит из введения, двух глав, объединяющих шесть параграфов, заключения и библиографического списка.
1. Понятие источника повышенной опасности и виды источников повышенной опасности
1.1 Понятие источника повышенной опасности и деятельности опасной для окружащих
Понятие источника повышенной опасности – одна из специфических категорий права. Использование категории источника повышенной опасности, сущность и смысл этой категории определяются гражданским законодательством, из положений которого и следует исходить в процессе применения норм, оперирующих данным понятием.
Положения гражданского законодательства о сущности источника повышенной опасности более чем лаконичны. В них нет прямых указаний о том, что следует понимать под данным источником. Приведенная выше ст. 1079 ГК РФ не содержит указаний на какие-либо общие признаки, которым должны отвечать те или иные орудия и средства производства для отнесения их к числу названных источников. Закон, как известно, дает лишь далеко не полный (примерный) перечень тех организаций и граждан, которые могут нести обязанность по возмещению вреда причиненного источником повышенной опасности. Исчерпывающий их перечень дать невозможно в связи с постоянным развитием науки и техники. Не выработано единого понятия источника повышенной опасности и в науке. Существуют три основных позиции по этому вопросу:
1) источник повышенной опасности определяется как деятельность, создающая повышенную опасность для окружающих.
Этой точки зрения придерживался обычно законодатель (ст. 454 ГК РСФСР 1964 г.). Получила она свое выражение и в ГК РФ (п. 1 ст. 1079). Ею руководствовался в своих постановлениях по вопросам возмещения вреда и Пленум Верховного суда (п. 17 постановления Пленума ВС РФ от 28.04.1994 г. «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья»).
Суть данной позиции состоит в том, что источник повышенной опасности – это деятельность граждан и юридических лиц, создающая повышенную вероятность даже невиновного причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и иных объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами;
2) источником повышенной опасности считаются предметы материального мира, опасные свойства которых при достигнутом уровне развития науки и техники не поддаются полностью контролю человека, создают высокую степень вероятностей причинения вреда жизни и здоровью человека, либо материальным благам;
3) третья позиция объединяет две первые и рассматривает источник повышенной опасности как предметы материального мира, деятельность которых в процессе их использования не поддается полному контролю человека.
Обстоятельный разбор названных концепций дается О.А. Красавчиковым и И.Н. Поляковым. Кроме этого, авторы дают свои понятия источника повышенной опасности.
По мнению И.Н. Полякова, источник повышенной опасности – это материальные объекты, обладающие вредоносными свойствами, не поддающимися в процессе деятельности полному контролю человека, вследствие чего они могут причинить вред другим лицам.
О.А. Красавчиков считает источником повышенной опасности предметы материального мира (преимущественно орудия и средства производства), обладающие особыми специфическими количественными и качественными состояниями, в силу которых владение (пользование, хранение, транспортировка и т.д.) ими в определенных условиях времени и пространства связано с повышенной опасностью для окружающих.
Аналогичный взгляд высказан и А.А. Собчаком, по мнению которого источник повышенной опасности – это сложные материальные объекты, повышенная вредность которых проявляется в независимости их свойств от человека, что вызывает неподконтрольность ему в достаточно полном объеме самого процесса деятельности, а это, во-первых, создает опасность случайного причинения вреда и, во-вторых, влияет на объем и характер его причинения.
М.Я. Шиминова пришла к выводу, что между взглядами на источник повышенной опасности как «на деятельность» и на «предметы материального мира» вообще нет разницы. С ее точки зрения, источником повышенной опасности может быть как деятельность, так и предметы.
По существу, и А. Субботин относит к источникам повышенной опасности как деятельность, связанную с использованием некоторых специфических объектов техники, веществ и отдельных видов природной энергии, физические свойства которых могут представлять определенную опасность для окружающих, так и отдельные объекты техники, вредоносные вещества, некоторые виды энергии, способные при определенных условиях причинить значительный ущерб окружающим. Представляется, что автор оперирует и свойствами вещей, то есть, совмещает в своем определении компоненты, присущие всем трем вышеназванным позициям. Позиция, в соответствии с которой источниками повышенной опасности являются определенные предметы материального мира, в большей степени, чем другие позиции, учитывает факты реальной действительности и отвечает смыслу закона. Ведь только в этом случае можно владеть источником повышенной опасности. В постановлении Пленума Верховного Суда «О судебной практике по делам возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья» (п. 17 от 28.04.94 г.) разъяснено, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать организации и граждан. Совершенно очевидно, что ни деятельностью, ни свойствами вещей владеть нельзя. Владеть можно только вещами. От предмета нельзя отделить его свойства. Например, от взрывоопасных веществ их свойство взрываться. Несомненно, и то, что к числу источников повышенной опасности относятся лишь определенные предметы материального мира. Значит должны быть критерии для такого отнесения.
Эти критерии выработаны наукой на основе обобщения жизненной практики и практики правоприменительных органов. Ими являются вредоносность и неподконтрольность человеку, в результате чего предметы создают повышенную опасность для окружающих.
Вредоносность и неподконтрольность человеку должны оцениваться в совокупности. Уязвимость концепции деятельности как раз и состоит в том, что деятельность по самой своей сути не может быть неподконтрольной. Она слагается из актов воли человека. Вредоносность, подконтрольная человеку, не создает той повышенной опасности, которая усиливает ответственность за причиненный вред. Отсутствие вредоносности вообще снимает вопрос о повышенной опасности. Предметы, являющиеся источниками повышенной опасности проявляют указанные качества при их использовании, а не в состоянии бездействия.
И.Н. Поляков выделяет четыре признака, которыми в совокупности должен обладать источник повышенной опасности: 1) являться всегда объектом (предметом) материального мира; 2) иметь вредоносные, опасные для окружающих качества; 3) находиться в процессе эксплуатации, деятельности; 4) исключать возможности полного контроля над собой со стороны человека.
Рассмотрим каждый из названных признаков, тем более что в ст. 1079 ГК РФ говорится только об одном из них – деятельности, представляющей повышенную опасность доля окружающих в связи с использованием транспортных средств, механизмов и т.п.
1. Источник повышенной опасности – это всегда материальный объект (предмет). Как было сказано выше, в законе отсутствует исчерпывающий перечень источников. И это правильно, учитывая их многообразие и постоянное увеличение по мере развития науки и техники. Исходя из классификации видов источников повышенной опасности, можно выделить, что объекты (предметы), представляющие повышенную опасность, могут быть искусственно созданы трудом человека (яды, взрывчатые вещества, машины) или существовать в естественном состоянии и использоваться людьми для своих нужд (яды, микроорганизмы, радиоактивные вещества и т.п.). В пользу того, что источник повышенной опасности – это всегда предмет, И.Н. Поляков высказывает такое мнение: владеть и пользоваться можно только предметом, а не отдельно его деятельностью. А А.М. Белякова справедливо замечает, что от предмета нельзя отделить его свойства.
2. Объекты (предметы) должны обладать определенными качественными и количественными характеристиками. Качественная характеристика опасных физических, химических, механических и других свойств объектов проявляется в их способности передвигаться со значительной скоростью, взрываться, излучать радиацию, стрелять и т.д. По этим причинам предметы представляют особую опасность для окружающих и могут причинить вред обществу, здоровью, привести к смерти. Поэтому ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, наступает лишь тогда, когда вред становится результатом именно тех его опасных, вредоносных качеств. При этом важное значение имеет иногда и количественная характеристика предмета. Например, бензин в зажигалке не является источником повышенной опасности. Но этого уже не скажешь о бензине, которым наполнена железнодорожная цистерна. Горючие, ядовитые, химические вещества в небольших дозах не представляют повышенной опасности для окружающих, так как опасность случайного причинения вреда возникает лишь при использовании их в достаточно больших количествах (например, в бензохранилищах, нефтепроводах и т.д.).
3. Для того чтобы предмет мог считаться источником повышенной опасности, необходимо использовать его определенным образом в деятельности людей. Под деятельностью в теории и судебной практике понимается как целенаправленное (активное) использование предметов повышенной опасности, так и обычное (пассивное) их хранение, когда вредоносные свойства предметов могут проявляться самопроизвольно (самопроизвольное движение машины). Поэтому совершенно очевидно, что законсервированная стройка, обесточенный электроагрегат не могут представлять повышенную опасность для окружающих. Но, будучи приведенными в действие, они сразу же переходят в разряд опасных.
4. Невозможность полного контроля «деятельности» предметов, представляющих повышенную опасность, объясняется тем, что в силу целого ряда причин и особых свойств предметов человек не в состоянии свободно управлять ими, направлять их опасную «деятельность» в безопасное русло.
Отсутствие хотя бы одного из перечисленных признаков лишает нас возможности утверждать, что мы имеем дело с источником повышенной опасности.
Так решением мирового судьи были удовлетворены исковые требования Ч. к Г. о возмещении материального ущерба причиненного в результате ДТП, когда Г., управляя велосипедом, допустил столкновение с автомобилем ВАЗ 21110, принадлежащим Ч.
Виновным в ДТП признан пешеход П., который создал аварийную обстановку для велосипеда.
Определением апелляционной инстанции Кировского районного суда решение мирового судьи оставлено без изменения.
Президиум Самарского областного суда решение мирового судьи и определение районного суда отменены, как постановленные с нарушением норм материального и процессуального права.
Удовлетворяя исковые требования Ч., мировой судья указал, в решении, что велосипед является согласно п. 1.2. Правил дорожного движения транспортным средством и в соответствии с требованиями ст. 1079 владелец велосипеда, как владелец источника повышенной опасности, должен возместить вред.
Мировой судья, в решении также указал, что поскольку ДТП произошло от взаимодействия транспортных средств – источников повышенной опасности и владелец велосипеда Г. не доказал, что вред, причиненный автомашине Ч., возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего, то он должен нести всю ответственность за ущерб причиненный истцу.
Между тем, из материалов дела видно, что Г. ехал на своем велосипеде и увидел пешехода П., переходящего дорогу на запрещающий сигнал светофора, а также стоящую у обочины автомашину ВАЗ-21110, принадлежащую Ч. Когда Г. подъехал к автомашине, пешеход неожиданно сделал шаг назад и столкнулся с велосипедом, от чего велосипед упал на автомашину Ч., повредив багажную дверь автомашины.
В действиях Г. нарушений Правил дорожного движения не установлено. П. постановлением начальника ОГБДД Кировского РУВД привлечен к административной ответственности в виде штрафа в размере 50 руб. за нарушение п. 4.4. ПДД.
Вывод суда о том, что велосипед является источником повышенной опасности, противоречит требованиям ст. 1079 ГК РФ, поскольку источник повышенной опасности должен обладать таким признаком, как невозможность полного контроля за ним со стороны человека.
Между тем, велосипед приводится в движение мускульной силой человека, полностью им контролируется и к источникам повышенной опасности относиться не может.
В связи с изложенным, решение мирового судьи и апелляционное определение Кировского районного суда г. Самары отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Кировский районный суд.
В литературе ведется спор относительно того, можно ли устанавливать ответственность больницы за вред, причиненный ею при использовании источников повышенной опасности во время лечения больных (например, при рентгенотерапии) по ст. 1079 ГК РФ.
К.Б. Ярошенко полагает, что нельзя, поскольку лечение имеет своей целью устранить опасность возникшую для организма вне связи действиями больницы. Потерпевший же – единственный ради которого осуществляется соответствующая деятельность. Автор заключает, что проведение принципа безвиновной ответственности лечебных учреждений перед пациентами привело бы к тому, что больницы стали бы по возможности меньше обращаться при лечении к машинам, механизмам, лечебным лучам, которые в настоящее время являются едва ли не самыми перспективными методами лечения, а это нарушало бы права лиц, нуждающихся в лечении.
А.Н. Савицкая, напротив, считает, что ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, закон не связывает ни с целью, для которой он используется, ни с условиями его использования. Дальше автор рассуждает: «не лечебная деятельность в целом представляет собой источник повышенной опасности, а рентгеновские лучи, гамма-лучи, радий, сильнодействующие лекарственные препараты группы» А», используемые для лечения. Таким образом, речь идет лишь о той части лечебной деятельности, которая связана с использованием предметов и средств, являющихся источником повышенной опасности». Такой же точки зрения придерживаются Мохов А.А., Сергеев Ю.Д., Ломакина И.Г., Канунникова Л.В.
По мнению А.М. Беляковой, права A.Н Савицкая, так как закон никаких исключений по субъектному составу при применении ст. 1079 ГК не допускает. Использование источников повышенной опасности в процессе лечения столь благотворно, сколь же и опасно с учетом особенностей человеческого организма.
Сама по себе деятельность, связанная с использованием источников повышенной опасности, правомерна. Неправомерно лишь причинение вреда в процессе ее осуществления. Действительно, источники повышенной опасности используются в промышленной, сельскохозяйственной, транспортной деятельности, то есть в деятельности, представляющей всеобщий интерес.
Устанавливая обязанность возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, законодатель предусматривает, что таковая возлагается лишь на тех лиц, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих. Те или другие предметы материального мира рассматриваются законодателем в качестве источника повышенной опасности лишь тогда и постольку, когда и поскольку они находятся «в руках» человека – создаются, используются, хранятся и т.д. Вне связи с деятельностью человека сами по себе предметы материального мира не рассматриваются законом в качестве источника повышенной опасности. Однако из этого, конечно, не вытекает, что соответствующими качественными особенностями и количественными состояниями обладает сама деятельность. Свойства вещей – предметов материального мира – не становятся свойствами разумного действия человека. Действие человека не является источником повышенной опасности; оно связано с источником повышенной опасности, но ему не тождественно, не равновелико и не однопорядково. Формы деятельности людей, связанные с источником повышенной опасности, весьма разнообразны. Здесь достаточно указать на деятельность по эксплуатации соответствующих источников (например, использование автомашин, станочного оборудования и агрегатов, подвижного железнодорожного состава и т.д.), транспортировке и хранению (перевозка и хранение взрывчатых и огнеопасных веществ), созданию (например, выработка электроэнергии) и т.д.
Анализ судебной и арбитражной практики показывает, что предметы потребления, являющиеся источником повышенной опасности (как-то: катера, мотороллеры и т.д.), сравнительно редко фигурируют в соответствующих гражданско-правовых спорах. Еще реже имеют место факты причинения вреда военной техникой (например, автомашиной, принадлежащей воинской части). Основную массу источников повышенной опасности составляют орудия и средства производства, принадлежащие организациям. Следует обратить внимание на то, что речь идет не только об орудиях, но и средствах производства. Сюда относятся различные вещества природы в их натуральной или преобразованной руками человека форме (например, нефть и высокооктановый бензин).
По изложенным соображениям представляется правильным и обоснованным существующий в судебной и арбитражной практике взгляд, согласно которому к источникам повышенной опасности относится деятельность организаций и граждан, не свойства вещей или силы природы, а сами предметы материального мира, используемые человеком в его повседневной жизни. К этим предметам практика относит автомашины, тракторы, комбайны и т.д., но не свойства этих орудий производства, не деятельность людей по использованию машин, агрегатов и т.д.
Таким образом, под источниками повышенной опасности в гражданском праве следует понимать предметы материального мира (преимущественно орудия и средства производства), обладающие особыми специфическими количественными и качественными состояниями, в силу которых владение (пользование, создание, хранение, транспортировка и т.д.) ими в определенных условиях времени и пространства связано с повышенной опасностью (объективной возможностью умаления личных и имущественных благ) для окружающих. Для удобства изложения в данной работе мы будем наименовать и деятельность и объекты источниками повышенной опасности.
1.2 Виды источников повышенной опасности
Вопрос о видах источников повышенной опасности далеко не новый. К настоящему времени практика накопила значительную массу соображений относительно «частных» (конкретных) объектов (предметов материального мира), являющихся источниками повышенной опасности. Немало высказано различных мнений и в гражданско-правовой литературе. Однако ни практика, ни наука еще не выработали какой-то определенной их классификации.
Длительное время дискуссионным был вопрос о том, должен ли перечень источников повышенной опасности быть исчерпывающим или примерным.
Б.С. Антимонов писал: «Перечень случаев повышенной ответственности должен быть исчерпывающим, поскольку дело в специальной норме, устанавливающей в виде изъятия из общего правила ответственности по началу вины особый правовой режим ответственности».
Напротив, Е.А. Флейшиц высказывалась за примерный перечень источников повышенной опасности, мотивируя это появлением все новых и новых их видов в связи с развитием техники.
С. Шишкин предлагает при классификации ИПО по элементам (деятельности и объектам) можно учитывать общие характерные черты в их взаимодействии, направление деятельности и ее примерный перечень.
Первая группа – деятельность, связанная с использованием транспортных средств и механизмов. Думается, что под транспортными средствами необходимо понимать не только наземный, но и воздушный, речной, морской, трубопроводный транспорт. Под механизмом понимается устройство машины, приводящее ее в действие. Критерием отнесения к ИПО того или иного аппарата, помимо мощности двигателя, является специальное разрешение и допуск к его эксплуатации, а также их регистрация в контролирующих государственных органах. Например, мотоблок, бытовой электрорубанок не относятся к ИПО, чего нельзя сказать об эскалаторах, стационарно установленных грузоподъемных механизмах, канатных дорогах, фуникулерах.
Вторая группа – деятельность, связанная со сверхнормативно установленным, выше упомянутым владением количеством опасных веществ.
Третья группа – деятельность, связанная с использованием электрической энергии высокого напряжения и атомной энергии (впервые включены в примерный перечень видов деятельности, представляющих повышенную опасность для окружающих). В России энергией высокого напряжения является электрический ток 380 В (0,4 кВт), бытовой ток 127 В, 220 В. Поскольку промежуточной энергии в нашей промышленности не вырабатывается, то под энергией высокого напряжения следует понимать 380 В и выше. Использование атомной энергии – это прежде всего деятельность, связанная с атомными реакторами, которые подразделяются на несколько видов: исследовательские, изотопные, которые используются для получения радионуклидов, в том числе плутония; энергетические, в которых энергия, выделяющаяся при делении ядер, используется для выработки электроэнергии, теплоэнергии, в силовых установках, на кораблях.
Четвертая группа – строительная и связанная с ней иная деятельность упоминалась в примерном перечне прежних редакций гражданских кодексов. Вероятно, может возникнуть затруднение в понимании того, что следует иметь в виду под иной, связанной со строительством, деятельностью. Думается, сюда необходимо отнести ведение горных работ, работы по обогащению полезных ископаемых, работы в подземных условиях. Деятельность по проектированию строительства объектов (чертежи, схемы, макеты) формально содержит признаки специального деликта, однако к ИПО ее нельзя отнести, поскольку отсутствует непосредственная связь со вторым элементом (опасный предмет). Гражданская ответственность проектирующих организаций наступит лишь при наличии их вины. Случаи причинения вреда при возведении построек ручным способом неспециализированными организациями без применения электрооборудования высокого напряжения, подъемных механизмов нельзя отнести к ИПО, поскольку здесь также нет связи с опасными объектами.
Учитывая, что ст. 1079 ГК не содержит исчерпывающего перечня, можно выделить на судейское усмотрение пятую группу, обозначив ее как «Иные виды промышленной деятельности». Анализ действующего законодательства позволяет включить сюда деятельность, связанную с получением расплавов и сплавов черных и цветных металлов, использование оборудования, работающего под давлением более 0,07 мегапаскалей и при температуре нагрева воды более 115 градусов Цельсия.
В двух последних гражданских кодексах в перечне не упоминается деятельность, связанная с содержанием животных, несмотря на то что некоторые группы диких и домашних животных (собаки бойцовых пород, племенные быки) несут определенную опасность. Однако по факту причинения ими вреда вина их владельцев презюмируется и ущерб возмещается по правилам ст. 1064 ГК. Анализ судебной практики за последние годы является тому свидетельством. Представляется, что исполнительная власть на всех уровнях должна установить правила по содержанию некоторых видов опасных животных с целью профилактики и предупреждения несчастных случаев, а также квалификации действий (бездействия) их владельцев в случае причинения вреда окружающим.
При оценке изложенных позиций, прежде всего надо обратиться к закону. Кодекс 1922 (ст. 404) устанавливал примерный перечень источников повышенной опасности. Достаточно сказать, что в нем не было предусмотрено такого распространенного источника повышенной опасности как автомобиль, хотя на практике в период действия этого кодекса применялось правило о повышенной ответственности за вред, причиненный автомобилем. ГК 1964 г. (ст. 454) воспринял идею примерного перечня и отразил потребность практики, предусмотрев автомобиль в числе источников повышенной опасности. И это понятно. Число автомобилей и мотоциклов, принадлежащих гражданам на праве личной собственности, неуклонно растет. К управлению ими ежегодно получают доступ миллионы российских граждан.
Открытый перечень позволяет исключить из него виды источников повышенной опасности, переставших существовать в связи с изменившимися условиями жизни и в большей мере соответствует сегодняшней реальности. Действительность дает нам примеры появления все новых и новых их видов, что обусловлено научно-техническим прогрессом. В самом обширном закрытом перечне нельзя было бы предусмотреть всех возможных источников повышенной опасности. Опираясь на предусмотренный законом примерный их перечень, правоприменительная практика относит к числу источников повышенной опасности многие предметы, не упомянутые в законе. Это, например, действие тока высокого напряжения, сжатые и сжиженные газы, горючие и взрывчатые вещества, сильнодействующие яды.
ГК РФ 1996 года прямо не указывает на возможность признания источником повышенной опасности животных. Вредоносность и бесконтрольность действий крупных домашних (в том числе служебных и сторожевых) и диких животных, находящихся у юридических лиц и граждан, позволяет при определенных обстоятельствах относить их к источникам повышенной опасности.
Противником отнесения к источникам повышенной опасности диких животных является Н.И. Коняев. Он считает, что, как и дикие, так и домашние животные должны содержаться в условиях, полностью исключающих возможность причинения вреда окружающим, а само причинения вреда этими животными возможно лишь вследствие недостаточного надзора со стороны владельца. С точки зрения автора, повышенную опасность диких животных нельзя усматривать в их размерах и свирепости, так как эти признаки свойственны и некоторым домашним животным.
В литературе последних лет высказываются суждения, что повышенно опасной деятельностью является выброс в атмосферу вредных веществ с превышением норм такого выброса, и предлагается установить повышенную, независимо от вины, ответственность предприятий, причинивших имущественный вред, в результате загрязнения окружающей среды.
Предлагается и соответствующее дополнение ст. 1079 ГК РФ, что устранило бы имеющиеся колебания по этому вопросу в арбитражной и судебной практике. Данная позиция согласуется с общей тенденцией усиления борьбы за сохранность окружающей среды. Это борьба ведется не только во внутригосударственном, но и международном масштабе.
Вопрос о признании объекта источником повышенной опасности при необходимости может и должен решаться судом на основе заключений соответствующих экспертиз (технической, химической, электротехнической, радиационной и т.д.).
В рамках открытого перечня в литературе с давних пор в целях облегчения работы правоприменительных органов предлагаются классификации источников повышенной опасности либо видов повышенно опасной деятельности. Первая такая классификация была предложена Н. Топоровым в 20-е годы. Им был высказан ряд интересных соображений.
По мнению Н. Топорова, существуют три альтернативных признака:
«1) употребление механического двигателя, приводимого в движение не мускульной силой человека или животных, а природными видами энергии пара, газа, электричества и т.п.;
2) пользование природными силами, которые, будучи выпущенными из-под власти и контроля владельца, с большим трудом могут быть вновь им подчинены;
3) использование больших тяжестей, значительно превышающих силу отдельного человека»
Исходя из указанных признаков, автор подразделяет все виды источников повышенной опасности на три следующие группы:
1 – железные дороги, трамвай, фабрики и заводы, поскольку они используют механические двигатели, приводимые в движение различными видами природной энергии;
2 – торговцы горючими материалами и держатели диких животных;
3 – возведение строений и сооружений.
Приведенная классификация видов страдает рядом недостатков; ее подразделения в известной мере произвольны. Но она содержит ряд правильных суждений, важнейшим из которых является мысль о том, что классификация рассматриваемых видов должна проводиться не по каким-то правовым, экономическим и иным социальным признакам, а исходя из сущности предметов материального мира, тех сил, которые в них заключены.
К тому же указание на то, что владелец источника повышенной опасности использует те или и другие виды природной энергии в таком общем виде вообще не приемлемо. Владелец карманного фонаря тоже использует электрическую энергию, но никто не станет утверждать, что в силу такого пользования он должен рассматриваться в качестве владельца источника повышенной опасности.
В 60-е годы классификацией источников занимался А.А. Собчак .
По существу он пошел аналогичным путем вслед за Н. Топоровым, классифицировав отдельные группы материальных объектов, отнесенных им к числу источников повышенной опасности. Он выделяет следующие группы источников повышенной опасности:
1) транспортные средства;
2) промышленные предприятия;
3) строительство;
4) дикие животные;
5) сильнодействующие вещества;
6) некоторые иные виды источников повышенной опасности, встречающиеся в судебной практике.
Автор разграничивает предметы материального мира, являющихся источниками повышенной опасности, используя ряд различных (неоднопорядковых) признаков. К тому же не вызывает, очевидно, сомнения, что само по себе, например, промышленное предприятие как таковое не является источником повышенной опасности, хотя на том или ином предприятии могут быть использованы соответствующие агрегаты, машины, которые создают в процессе их эксплуатации, регулировки, монтажа и т.д. повышенную опасность. Но в этом случае источником повышенной опасности является не само промышленное предприятие, а те или другие производственные агрегаты и т.д.
Предпринятые ранее в науке попытки классификации источников повышенной опасности не давали положительных результатов ввиду того, что их авторы, придавая существенное значение специфическому, упускали из поля зрения то общее, что присуще рассматриваемым предметам материального мира. Именно поэтому в свое время возникло стремление назвать «без остатка» все конкретные группы частных видов источников повышенной опасности путем перечисления существующих орудий и средств производства. Однако ни в каком законе, ни в какой инструкции, равно как и ни в одном научном исследовании, исчерпывающий перечень конкретных видов приведен быть не может.
Очевидно, исходя из этого, многие в последние годы стали отдавать предпочтение так называемому примерному перечню.
Однако наличие такого перечня не решает проблемы по существу, так как он может представлять собой только набор частных примеров, а не собственно перечень. В результате при рассмотрении соответствующих имущественных споров об отнесении того или иного агрегата или вещества к числу источников повышенной опасности опять будет решаться судом или арбитражным судом.
Следовательно, ни перечень исчерпывающий, ни тем более примерный не решают проблему классификации источников повышенной опасности.
Классифицирующим признаком, по которому все многообразие источников повышенной опасности может быть разграничено на определенные группы и по ним охарактеризовано, по мнению Красавчикова О.А., может служить лишь только то, что присуще всем предметам данного рода, и связано с создаваемой ими повышенной опасностью. Игнорирование этого требования ведет к тому, что проведенная классификация внешне может выглядеть более или менее логичной, а ее подразделения обоснованными, однако она не дает практических результатов.
Предметы материального мира, являются обладателями (носителями) определенных видов энергии, формы которой различаются по своим качественным характеристикам и количественным состояниям (например, мощностью, напряжением и т.д.)
Таким образом, формы проявления отдельных видов энергии (заключенные в предметах материального мира) являются выражением количественных и качественных состояний их носителей. Сказанное в равной мере относится как к предметам природы, так и к орудиям и средствам производства, созданным человеком.
Классифицирующими признаками явлений и предметов материального мира, как известно, могут быть лишь те, которые выражают объективные внутренние связи соответствующих явлений и предметов; для источников повышенной опасности это формы энергии, заключенной в предметах материального мира, используемых человеком для удовлетворения своих потребностей. Именно наличие в указанных предметах определенной физической, химической и иной энергии создает в процессе их использования, создания, хранения, транспортировки и т.д. объективную повышенную опасность причинения вреда окружающим.
Исходя из этого, на наш взгляд, наиболее удачная классификация дана профессором О.А. Красавчиковым, которую приводит в своей работе И.Н. Поляков. О.А. Красавчиков предлагает подразделить все источники повышенной опасности на такие основные группы (виды):
физические источники, которые подразделяются: на механические (автомашины, железнодорожный транспорт, морские и речные суда, оборудование промышленных предприятий и т.п.); электрические (оборудование и агрегаты высокого напряжения); тепловые (оборудование горячих цехов и т.п.); строительные (стройки) и т.д.;
физико-химические источники, к которым относятся все предметы, создающие опасность радиоактивного воздействия;
химические источники, в число которых входят отравляющие, взрывчатые и огнеопасные вещества (бензин, яды и т.д.);
биологические источники: дикие звери, некоторые микроорганизмы и т.п.
Эти группы источников повышенной опасности являются основными, в силу чего не исключается, а скорее предполагается существование внутривидовых и «смешанных» (комбинированных) подгрупп.
Приведенная классификация является классификацией источников повышенной опасности, однако известно, что определенная часть орудий и средств производства, равно как и военной техники, представляет собой источники высокой опасности, думается, что нет оснований к проведению специальной (особой) классификации источников высокой опасности наряду с источниками повышенной опасности, так как законодатель не устанавливает каких-либо юридических различий в зависимости от того, был ли вред причинен источником повышенной или высокой опасности.
Анализ материалов судебной и арбитражной практики показывает, что различные группы источников повышенной опасности имеют далеко не одинаковый удельный вес в общей массе случаев причинения вреда, возмещаемого в порядке ст. 1079 ГК. Наиболее часто вред причиняется физическими источниками, гораздо реже химическими. Весьма редки случаи причинения вреда дикими животными (зоологические источники повышенной опасности). Поэтому требуется и соответственно различное по обстоятельности и глубине теоретическое рассмотрение отдельных видов источников повышенной опасности. Так в наиболее всестороннем и обстоятельном изучении нуждаются физические и химические источники, в то же время применительно к биологическим и физико-химическим можно ограничиться приведением некоторых общих положений и сведений справочного характера.
Физические источники повышенной опасности оказывают механическое тепловое, электрическое и иное физическое воздействие на окружающую их среду. В соответствии с этим данная группа внутренне дифференцируется на механическую, электрическую и тепловую подгруппы источников повышенной опасности. Наиболее распространенной является первая из указанных подгрупп. Именно «представители» механической подгруппы наиболее часто являются орудиями причинения вреда в случаях, предусмотренных ст. 1079 ГК РФ. В числе механических источников повышенной опасности – различные механические промышленные агрегаты (а не промышленное предприятие в целом), механические транспортные средства (а не транспортное предприятие как таковое), различные подъемные механизмы (а не строительная организация вообще) и т.д. На первом месте среди механических источников повышенной опасности по частоте фактов причинения вреда (а следовательно, и на первом месте среди причинения вреда всеми источниками иных групп и подгрупп) находится автомашина.
При всей спорности и условности данной классификации, состоящей в частности, в том, что многие конкретные объекты одновременно могут быть отнесены к нескольким группам, она полезна, Так как может способствовать усвоению правил о рассматриваемом деликте и служить известным ориентиром для судебной практики. Последняя, кстати говоря, сама играет весьма существенную роль в наполнении понятия источника повышенной опасности конкретным содержанием. Например, судебная практика традиционно не относит к источникам повышенной опасности охотничье ружье и домашних животных, хотя с теоретической точки зрения многие из них отвечают всем признакам такого источника.
Таким образом, под источникам повышенной опасности понимается любая деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможного полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ, иных объектов производственного хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Значит, общими признаками источников повышенной опасности являются их вредоносность и неполная подконтрольность.
1.3 Владелец источника повышенной опасности
Согласно п. 1 ст. 1079 ГК возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, обязан его владелец. Владельцем источника повышенной опасности может быть юридическое лицо или гражданин, осуществляющие эксплуатацию источника повышенной опасности в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо по другим основаниям (по договору аренды, по доверенности на управление транспортным средством, в силу распоряжения компетентного органа о передаче источника повышенной опасности и т.п.).
Так. решением Октябрьского районного суда с Ч. в пользу ООО «Строймонтаж индустрия» взыскан материальный ущерб по ремонту и восстановлению автомашины.
Судебная коллегия по гражданским делам решение отменила, указав следующее.
Из материалов дела видно, что 10.08.03 на Красноглинском шоссе в г. Самаре произошло ДТП между автомобилем ВАЗ под управлением Х., но принадлежащего ответчице Ч. и автомобилем «Лексус», принадлежащим ООО «Строй монтаж индустрия», которым управлял К.
В результате аварии автомашина, принадлежащая ООО «Строй монтаж индустрия» получила технические повреждения.
Удовлетворяя иск ООО «Строй монтаж индустрия» и взыскивая с Ч. причиненный ущерб в сумме 204 926 руб., суд исходил из того, что вина Х. в данном ДТП подтверждено материалами дела, размер ущерба подтвержден калькуляциями, сметой, а ответчиком Ч. не представлены доказательства того, что автомашина выбыла из его обладания по вине Х.
Однако суд не учел, что согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, причинителя вреда, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
В данном случае причинителем вреда истцу является Х. Суд не выяснил, на каком основании она управляла автомашиной, принадлежащей Ч. и, если Х. управляла автомашиной по доверенности от Ч. то при наличии ее вины в ДТП она и должна нести материальную ответственность за ущерб, причиненный истцу.
Однако суд этих обстоятельств не учел. Между тем выяснение этого обстоятельства имело существенное значение для правильного разрешения спора.
Решение суда отменено, дело направлено на рассмотрение в тот же суд.
Из изложенного видно, что понятие «владелец» шире, чем понятие «собственник». В приведенном определении, закрепленном п. 19 постановления Пленума Верховного суда РФ от 28 апреля 1994 г., указывается на два признака владельца источника повышенной опасности – юридический и материальный. Юридический признак означает, что владельцем признается лишь то лицо, которое обладает соответствующим правомочием в отношении источника повышенной опасности. Такими правомочиями могут быть право собственности, право хозяйственного ведения или иное право вещного типа, приобретенное на основании договора, и т.п.
В соответствии с материальным признаком владельцем признается лишь тот собственник или иной титульный владелец источника повышенной опасности, который одновременно осуществляет над ним фактическое господство, то есть, эксплуатирует или иным образом использует (в том числе хранит) объект, обладающий опасными свойствами. Как правило, оба названных признака владельца источника повышенной опасности должны быть налицо, за исключением случаев, указанных в законе. Ориентируясь на эти признаки, юридической наукой выработаны определенные подходы к разрешению ряда типичных вопросов, возникающих в судебной практике.
Прежде всего, необходимо четко различать владельца источника повышенной опасности и лицо, которое осуществляет управление источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, пилот, оператор и т.д.). Такое лицо владельцем источника повышенной опасности не является и потому непосредственной ответственности перед потерпевшим не несет. Оно может быть привлечено к имущественной ответственности лишь самим владельцем источника повышенной опасности в регрессном порядке с учетом характера тех договорных отношений, которые между ними существуют, при этом владелец источника повышенной опасности отвечает перед потерпевшим и тогда, когда вред причинен во вне рабочее время или хотя бы в рабочее время, но в не связи с выполнением работником служебных обязанностей.
Например, не имеет значения, совершен ли наезд на пешехода тогда, когда использовалась водителем в служебных целях, или тогда, когда водитель выполнял какой-либо «левый» рейс: в обоих случаях перед потерпевшим будет отвечать не сам водитель, а тот, кто является владельцем машины. Такой вывод обосновывается тем, что в обоих случаях владелец сам вверил непосредственное управление источником повышенной опасности конкретному лицу, за действия которого он и должен нести ответственность. И лишь в тех случаях, когда работник предприятия самовольно завладел источником повышенной опасности, владелец такого источника при наличии ряда дополнительных условий может быть освобожден от ответственности перед потерпевшим.
В соответствии со ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством и т.п.), и поэтому эти обстоятельства нуждаются в проверке и надлежащей оценке их судом.
Так заочным решением Сызранского районного суда Самарской области с З. и Р. в равных долях в пользу Н. и В. взыскано возмещение материального ущерба и компенсация морального вреда.
Президиум Самарского областного суда решение отменил, указав следующее.
Из материалов дела видно, что в результате ДТП, произошедшего по вине Р., управлявшего принадлежащим З. автомобилем на праве собственности автомобилем «ВАЗ-21061», погибла мать Н., а В. были причинены телесные повреждения, относящиеся к среднему вреду здоровья.
Приговором Сызранского районного суда Р. за данное преступление осужден по ч. 2 ст. 264 УК РФ к 5 годам лишения свободы с условно-испытательным сроком в 3 года. Ссылаясь на указанные обстоятельства, истицы просили взыскать с ответчиков материальный ущерб, причиненный З. расходами на лечение, Н. расходами на похороны матери и компенсацию морального вреда.
Возлагая на З. обязанность по возмещению материального ущерба и компенсации морального вреда, суд указал, что З. выдала доверенность своему сожителю В. на право управления транспортным средством. Впоследствии, зная о том, что В. лишен права управлять автомобилем, не приняла мер к надлежащей охране источника повышенной опасности, а именно не отобрала доверенность у В. Кроме того, суд, ссылаясь на объяснения Р., согласно которым автомобиль они взяли с ведома З., пришел к выводу о том, что З., зная о том, что В. не имеет права управления машиной, предоставила Р. право без доверенности управлять автомобилем.
Однако этот вывод сделан судом лишь на основании объяснений ответчика Р., который каких-либо объяснений суду не представил.
Между тем З. в своей жалобе указывает, что она не передавала свой автомобиль Р., не знала о том, что автомобиль находится в его управлении. В момент ДТП ее в машине не было. К жалобе З. приложила копию письменных объяснений В., согласно которым машина была взята без ведома З.
Указанные обстоятельства являются юридически значимыми, поскольку в соответствии со ст. 1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством и т.п.), и поэтому эти обстоятельства нуждаются в проверке и надлежащей оценке их судом.
Кроме того, в материалах дела находится копия приговора Сызранского районного суда, которым Р. был осужден за данное ДТП по ч. 2 ст. 264 УК РФ, с него этим приговором по искам Н. и В. уже была взыскана компенсация морального вреда.
В связи с изложенным решение суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.
Проблема самовольного завладения источником повышенной опасности является более широкой и представляет собой следующий самостоятельный аспект рассматриваемого вопроса. В соответствии с п. 2 ст. 1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. В таких случаях непосредственную ответственность перед потерпевшим несут лица, противоправно завладевшие источником повышенной опасности, например угонщики транспортных средств. В плане ответственности перед потерпевшим они приравнены к владельцам источника повышенной опасности, что вполне справедливо и оправдано. Сами же законные владельцы, лишенные помимо их воли господства над источником, по общему правилу, от ответственности освобождаются. Если, однако, в противоправном изъятии источника из обладания титульного владельца виновен он сам, ответственность за причиненный вред может быть возложена судом как на лицо, противоправно завладевшее таким источником, так и на его законного владельца. Ответственность владельца источника повышенной опасности может наступить в частности, тогда, когда по его вине не была обеспечена надлежащая охрана источника с помощью обычных средств (например, машина оставлена владельцем незапертой с ключом зажигания). В этом и подобных случаях вред считается причиненным действиями (бездействием) как законного владельца, так и лица, противоправно завладевшего источником повышенной опасности, так и лица, противоправно завладевшего источником повышенной опасности. На каждого из них может быть возложена ответственность за причиненный вред в долевом порядке соразмерно степени их вины.
Так решением Кинельского районного суда Б. признан виновным в совершении ДТП и с него взыскан в пользу Ф. материальный ущерб, причиненный аварией.
Судебная коллегия по гражданским делам решение отменила, указав следующее.
Удовлетворяя требования Ф., суд сослался на то, что виновником в создании аварийной ситуации является Б., который управлял автомобилем ВАЗ-21099, и поэтому на него следует возложить обязанность по возмещению вреда.
Между тем из материалов дела видно, что Б. не является собственником автомобиля ВАЗ-21099 и он ему не передавался во владение на праве оперативного управления, что является обязательным условием в соответствии со ст. 1079 ГК РФ для возложения на Б. обязанности по возмещению ущерба.
При наличии таких обстоятельств решение суда нельзя признать законным и обоснованным.
Немало сложных вопросов возникает при определении фигуры владельца источника повышенной опасности, ответственного за причинение вреда, тогда, когда объект обладающий повышенной опасностью, принадлежит одновременно нескольким лицам, имеющим на него либо однородные (например, сособственники), либо разнородные права (например, собственник и лицо, которое пользуется источником повышенной опасности по договору с собственником). Здесь решающее значение приобретает материальный признак, а именно, кто осуществляет фактическое господство над источником, в том числе в момент причинения вреда.
Исходя из этого при наличии общей ответственности супругов на источник повышенной опасности, например автомашину, в судебной практике к ответственности привлекается лишь непосредственный причинитель вреда, то есть тот из супругов, который занимается непосредственной эксплуатацией машины, на кого она оформлена и т.п.
При передаче источника повышенной опасности в хозяйственное управление пользователя, например, по договору аренды транспортного средства без предоставления услуг по управлению и технической эксплуатации, ответственность за вред, причиненный третьим лицам, несет сам арендатор. Напротив, при фрахтовании транспортного средства с экипажем ответственным за возможное причинение вреда продолжает оставаться арендодатель.
Если управление источником повышенной опасности передается другому лицу без оформления такой передачи, например, за руль автомашины в присутствии собственника садится его родственник или знакомый, считается, что автомобиль при этом не выходит из обладания собственника, который как владелец источника повышенной опасности несет непосредственную ответственность перед потерпевшим. Напротив, когда автомобиль, принадлежащий частному лицу, на основании властного предписания переходит во временное управление должностного лица, например, используется инспектором ГИБДД или оперативным работником для преследования лица, подозреваемого в преступлении, его владельцем на этот период становится соответствующий государственный орган.
Нередко вред потерпевшим причиняется действиями нескольких владельцев источников повышенной опасности, например, в результате столкновения двух автомашин пострадавшим оказывается пешеход или пассажир одной из автомашин. В такой ситуации солидарную ответственность перед потерпевшим несут оба владельца источников повышенной опасности, независимо от того, кто из них виновен в дорожно-транспортном происшествии (п. 3. ст. 1079 ГК РФ).
Так при столкновении грузовой автомашины «ЗИЛ», принадлежавшей старательской артели «Ангара», с легковой автомашиной «Жигули2, принадлежавшей А. Котылеву, все пассажиры «Жигулей», включая водителя, погибли. Следствие установило, что виновным в этой аварии является собственник легковой автомашины А. Котылев, грубо нарушивший Правила дорожного движения. Жена одного из погибших – Сальникова, предъявила иск о возмещении вреда в связи со смертью мужа, указав, что на его иждивении было двое малолетних детей. В качестве ответчиков были привлечены старательская артель «Ангара» и жена водителя автомобиля «Жигули» П. Котылева, как наследница долгов своего мужа в пределах стоимости перешедшего к ней имущества.
Красноярский краевой суд, рассмотрев дело по первой инстанции, взыскал в пользу Сальниковой на содержание двоих детей денежные средства со строительской артели «Ангара» и соответчицы П. Котылевой.
В кассационной жалобе старательская артель просила отменить решение краевого суда, считая, что артель не может нести материальной ответственности перед истцом и возмещать ущерб, вызванный гибелью Сальникова, поскольку по делу установлено, что столкновение автомашин произошло не по вине водителя автомашины «ЗИЛ», а в результате грубого нарушения Правил дорожного движения водителем легкового автомобиля А. Котылевым.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда РФ решение краевого суда оставила без изменения, указав следующее. В соответствии с гражданским законодательством ответственность владельца источника повышенной опасности, каковым является автомобиль «ЗИЛ», принадлежащий артели «Ангара», наступает независимо от наличия или отсутствия вины в повреждении здоровья или смерти гражданина, если владелец не докажет, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Если вред здоровью или смерть потерпевшего наступила в результате взаимодействия двух и более источников повышенной опасности, то владельцы этих источников несут солидарную ответственность перед потерпевшим.
Что же касается вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности самим их владельцам, то он возмещается на общих основаниях по правилам ст. 1064 ГК РФ (п. 3 ст. 1079 ГК РФ). На практике это сводится к следующему:
а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным;
б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;
в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;
г) при отсутствии вины владельцев источников повышенной опасности во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение (п. 20 постановления Пленума Верховного суда от 28.04.94 г.)
Лицом, управомоченным на возмещение вреда, является потерпевший, то есть то лицо, имуществу или здоровью которого причинен вред. В случае смерти потерпевшего право на возмещение вреда возникает у его иждивенцев в связи с потерей кормильца.
2. Основания и условия обязательств вследствие причинения вреда источником повышенной опасности
2.1 Правовая характеристика гражданско – правовой ответственности за вред
Гражданскую ответственность – это мера, принуждающую гражданина или организацию к исполнению гражданско-правовой обязанности и обеспечивающую удовлетворение правомочной (активной) стороны в гражданском правоотношении в случае неисполнения обязанностей другой (пассивной) стороны за счет имущества последней.
Гражданско-правовая ответственность представляет собой один из видов юридической ответственности, она обладает как своими специфическими признаками, присущими только ей, так и признаками, которые характеризуют юридическую ответственность вообще. Гражданско-правовая ответственность, прежде всего, выступает как санкция за правонарушение, которая состоит в том, что к лицу, совершившему противоправное деяние, применяются меры принуждения. Таким образом, государство гарантирует осуществление права, охраняет его от нарушений. Гражданско-правовая ответственность выступает в качестве меры принуждения к соблюдению норм права, применяемой органами государства к правонарушению. Следовательно, принуждение выступает как важнейший признак гражданско-правовой ответственности.
Совокупность условий, необходимых для привлечения к гражданско-правовой ответственности, образует состав гражданского правонарушения. Необходимыми условиями для всех видов гражданско-правовой ответственности является, по общему правилу, противоправное поведение и вина должника. Для привлечения к ответственности в виде возмещения убытков необходимо наличие самих убытков, а также причинная связь между противоправным поведением должника и наступившими убытками.
Наличие состава гражданского правонарушения общее и, как правило, единственное основание гражданско-правовой ответственности.
Перейдем к рассмотрению элементов состава. Противоправное поведение относится к числу объективных условий гражданско-правовой ответственности. Противоправным признается такое поведение, которое нарушает норму права независимо от того, знал или не знал правонарушитель о неправомерности своего поведения.
Противоправное поведение может выражаться в виде противоправного действия или противоправного бездействия.
Действие должника приобретает противоправный характер, если оно либо прямо запрещено законом или иным правовым актом, либо противоречит закону или иному правовому акту, договору, односторонней сделке или иному основанию обязательства. Так, в соответствии со ст. 310 ГК РФ запрещается односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий, за исключением случаев, предусмотренных законом.
Бездействие лишь в том случае становится противоправным, если на лицо возложена юридическая обязанность действовать в соответствующей ситуации. Обязанность действовать может вытекать из условий заключенного договора, из служебного положения лица, из закона. Так, противоправным является бездействие поставщика, не осуществившего поставку в сроки, определенные договором поставки; работник спасательной станции должен принять все необходимые меры по спасению утопающего; в соответствии со ст. 227 ГК, нашедший потерянную вещь обязан возвратить ее лицу, потерявшему ее, или собственнику вещи. В соответствии с п. 1 ст. 393 ГК возмещению подлежат лишь убытки, причиненные противоправным поведением должника. Это означает, что между противоправным поведением и возникшими у кредитора убытками должна существовать причинная связь. В большинстве случаев нарушение обязательств, решение вопросов о наличии или отсутствии причинной связи не вызывает трудностей. В отдельных же ситуациях установить ее не так просто. Например, гражданин П. нанес гражданину Д. удар ножом в живот, который сам по себе не мог привести к смерти при надлежащим образом сделанной операции. Однако операция была проведена без предварительной очистки желудка, после чего последовала смерть гражданина Д.
В подобных случаях необходимо руководствоваться разработанными наукой теориями причинной связи. Наиболее приемлемой как с теоретической, так и с практической точек зрения представляется теория прямой и косвенной причинной связи.
Противоправное поведение лица только тогда является причиной убытков, когда оно прямо (непосредственно) связано с этими убытками. Наличие же косвенной (опосредованной) связи между противоправными действиями лица и убытками означает, что данное поведение лежит за пределами конкретного случая, а стало быть, за пределами юридически значимой причинной связи.
Прямая (непосредственная) связь имеет место тогда, когда в цепи последовательно развивающихся событий между противоправным поведением лица и убытками не существует каких-либо обстоятельств, имеющих значение для гражданско-правовой ответственности. В тех же случаях, когда между противоправным поведением лица и убытками присутствуют обстоятельства, которым гражданский закон придает значение в решении вопроса об ответственности (противоправное поведение других лиц и др.) налицо косвенная связь. Необходимость разграничения прямых и косвенных причинных связей диктуется также соображениями практического свойства. Не случайно именно она нашла отражение в судебной практике.
Под формой гражданско-правовой ответственности понимается форма выражения тех дополнительных обременений, которая возлагается на правонарушителя. Ответственность может наступать в форме возмещения убытков (ст. 15, ст. 393 ГК), уплаты неустойки (ст. 330 ГК), потери задатка (ст. 381 ГК) и т.д.
Среди этих форм гражданско-правовой ответственности особое место занимает возмещение убытков (вреда). Обусловлено это тем, что наиболее существенным и распространенным последствием нарушения гражданских прав являются убытки (вред). Ввиду этого данная форма ответственности имеет общее значение и применяется во всех случаях нарушения гражданских прав, если законом или договором не предусмотрено иное (ст. 15 ГК), тогда как другие формы гражданско-правовой ответственности применяются лишь в случаях, прямо предусмотренных.
Одним из основных вопросов института возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, является определение оснований ответственности за причинение вреда, причиненного источником повышенной опасности. Представляется целесообразным начать рассмотрение с тех оснований ответственности за причинение этого вреда, которые вытекли из содержания Основ как наиболее цельного и последовательного акта гражданского законодательства.
Статья 1079 ГК дала возможность полностью определить основания ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности. Обязательства по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности возникают при наличии одновременно следующих условий:
вред;
противоправное поведение причинителя;
причинная связь между противоправным поведением и вредом;
вина правонарушителя.
Рассмотрим каждое из этих условий.
Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме. Возмещает лицо, причинившее вред; оно освобождается от возмещения, если докажет свою невиновность. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению лишь в случаях, особо оговоренных законом. По нормам гражданского законодательства под вредом, подлежащим возмещению, имеется в виду умаление, повреждение или уничтожение охраняемых законом благ.
«Будучи исключением из общего правила ответственности по началу вины, возложение на владельца источника повышенной опасности гражданской ответственности независимо от вины имеет целью возместить убытки потерпевшему, а также понудить делинквента и иных лиц к принятию мер по предотвращению возможности причинения вреда в будущем. Восстановительная и воспитательная цели являются двуединой задачей этих обязательств, в связи с чем нельзя противопоставлять их либо говорить о большем значении одной из них. Общее предупреждение вреда, побуждение владельцев источников повышенной опасности к изысканию новых средств и способов снижения травматизма не предполагает вины этих владельцев».
По законодательству подлежит возмещению только такой ущерб, который, имея экономическое содержание, может быть, подвергнут денежной оценке. Материальным ущербом, является умаление охраняемого правом блага в имущественной сфере граждан, организаций или государства в целом. Материальный вред, означает уменьшение имущественной сферы потерпевшего или связанное с имущественными последствиями лишение потерпевшего жизни либо здоровья. Убытки – это денежное выражение материального ущерба, взыскание их – способ возмещения вреда.
Установленный законом принцип полного возмещения внедоговорного вреда проявляется по разному в зависимости от того, причинен вред имуществу или личности, закону известны и исключения из этого принципа.
При причинении вреда имуществу причинитель обязан возместить этот вред в натуре или полностью возместить убытки, в том числе, как положительный ущерб, так и неполученные доходы. Убытки должны взыскиваться только при невозможности или нецелесообразности возмещения вреда в натуре. Неполученные доходы подлежат возмещению при условии, что их получение не противоречило бы назначению субъективных прав потерпевшего. Исходя из принципа полного возмещения вреда определяются и те цены, по каким следует взыскивать стоимость поврежденного или уничтоженного имущества. В связи с отсутствием прямых указаний закона о том моменте, к которому следует приурочить оценку поврежденного имущества, нужно установить применительно к порядку возмещения вреда, причиненного личности, оценку поврежденного имущества по ценам, действовавшим на день возникновения материального ущерба.
При повреждении здоровья, в исключении из общего правила возмещается лишь положительный ущерб (иногда – при взыскании расходов на приобретение протезов, мотоколяски, путевки на курорт и расходов на посторонний уход), а из числа неполученных доходов – только утраченный в связи с увечьем возможный заработок.
Понятие причинения вреда в гражданском праве не может быть оторвано от категории субъекта, его действий и средств причинения вреда. В указанном понятии не могут противопоставляться действия причинителя теми материальным средствами, которые были «в руках» действовавшего. Любая форма движения (механическая, химическая и т.д.) немыслима вне материи, без определенной материальной субстанции. Из этого следует, что в любом случае причинение вреда есть не только вредоносное действие человека, но и определенные средства (орудия), которыми произведено нежелательное изменение, например, в имуществе потерпевшего.
Средства причинения вреда есть в каждом факте причинения, причем безотносительно к тому, идет ли речь об ответственности владельца источника повышенной опасности или рассматривается общегражданский деликт, предусмотренный ст. 1064 ГК РФ. Та или другая специфика средств причинения вреда, их количественные или качественные состояния могут приобрести существенное значение при квалификации поведения причинителя, а следовательно, и при определении рода или вида гражданско-правовой ответственности.
Понятие орудия причинения довольно широкое. Так, возможно причинение «голыми руками» (причинитель разрывает одежду на потерпевшем, бьет посуду, бросая ее на пол, ломает мебель и т.д.). Иногда причинитель действует, имея в руках огнестрельное или холодное оружие. Однако и то и другое не исчерпывает всей категории орудий и средств причинения вреда в гражданском праве. Таким орудием может быть и гаечный ключ, и лопата, и всякие иные веши производственного или бытового назначения и даже обычная деревянная палка.
Известны в практике дела, когда вред «причиняется» собаками, спущенными с цепи во дворе дома. Причинитель вреда отвечает и здесь, но, разумеется, не за «поведение» собаки (которая является лишь орудием причинения), а свои собственные действия.
Ст. 1079 ГК РФ не признает источник повышенной опасности орудием причинения. В ней говорится об обязанности возместить «вред, причиненный источником повышенной опасности».
Любая машина остается орудием в руках действующего человека. Даже автоматы и компьютеры выполняют только то, что их заставляет делать человек. Действие (эксплуатация) любого агрегата и действие (поведение) человека – категории, имеющие одно словесное выражение, но различные, разнопорядковые по своей сущности. Их отожествление может привести к нелепому выводу о возможности возложения ответственности на самые различные технические средства, поскольку «действуют» – то именно они.
Указанная выше концепция «действия» источника повышенной опасности вызывает и ряд чисто практических возражений. Как, например, следует разрешить вопрос об ответственности за причиненный вред в такого рода случае. Шофер Пироговского совхоза Т. на автомашине ЗИЛ-150 следовал по двору завода с прицепом, груженным круглым железом (прутьями). При разъезде со встречной машиной Т. не обеспечил необходимого интервала и одним из выступавших за пределы прицепа железных прутьев ударил по руке сидевшего возле левого борта встречного ЗИЛ-5 Ч. От удара произошел закрытый перелом обеих костей правого предплечья. В результате пострадавший утратил 50% общей и 100% профессиональной трудоспособности.
С рассматриваемой точки зрения, в данном случае «действует» даже не источник повышенной опасности, а перевозимый груз, хотя ни у кого очевидно, не возникает сомнения, что причинения факта травмирования потерпевшего кроется в действиях непосредственного причинителя вреда, за поведение которого несет ответственность Пироговский совхоз.
Таким образом, причинение вреда источником повышенной опасности (равно как и топором, лопатой и иными вещами) означает, что вредоносное действие человеком было совершено с использованием определенных предметов материального мира, которые в рассматриваемого рода случаях являются орудиями причинения. Поэтому ответственность за вред, нанесенный с использованием указанного источника, является таким видом гражданско-правовой ответственности, которая отличается от иных видов (пределах одного раза) по орудиям и средствам причинения. Владелец источника повышенной опасности отвечает не за «поведение» машины, а за свое собственное поведение или действие своих представителей, но, так или иначе, за действие человека, но не машины, химических веществ, электрического тока и т.д.
По указанным соображениям более правильно по существу говорить о возмещении вреда, причиненного владельцем источника повышенной опасности, а не о «вреде, причиненном источником повышенной опасности».
Таким образом, вред может быть причинен жизни, здоровью и имуществу. Вред является необходимым условием возникновения права потерпевшего на возмещение и обязанности причинителя по возмещению.
Второе условие – противоправность действий. В самом общем виде противоправность можно определить как деяние, нарушающее правовые нормы и субъективное право лица. Такое понимание противоправности является общепризнанным в гражданском праве.
Обязательства из причинения вреда строятся по принципу генерального деликта, который предусматривает общее правило: причинение вреда является противоправным. Противоправность устраняется, когда вред причинен в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости.
Мнение о правомерности причинения вреда источником повышенной опасности является неправильным, поскольку имеет место смешение двух разных вопросов – вопроса о правомерности деятельности владельца источника повышенной опасности и вопроса о правомерности вреда его. Деятельность владельца источника повышенной опасности является правомерной, но отсюда не следует, что причинение при этом вреда также является правомерным.
Позиция законодателя, в соответствии, с которой различаются последствия причинения вреда противоправными действиями, с одной стороны, и правомерными – с другой, дает основания для утверждения, что им воспринята вторая точка зрения. Сам факт причинения вреда (правонарушение в субъективном смысле) не всегда влечет обязанность его возмещения. Вред, возникший в результате правомерных действий, в виде общего правила, возмещению не подлежит. Отступление от этого правила, возможно, если это прямо установлено законом. Нормы, определяющие последствия причинения вреда правомерными действиями, содержатся и в самом ГК.
Правомерными признаются и действия, совершенные в состоянии крайней необходимости. Понятие «крайней необходимости» в самом ГК раскрыто (ст. 1067). Оно в принципе идентично понятию, которое содержится в УК: устранение опасности, угрожающей самому причинителю вреда или другим лицам, если эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами.
Однако, в отличие от Уголовного, Гражданский кодекс не ограничивает круга действий, попадающих под это понятие, условием о недопустимости пределов крайней необходимости. Объясняется это тем, что причинение вреда в состоянии крайней необходимости является одним из случаев, когда закон в виде общего правила устанавливает обязанность возместить вред, причиненный правомерными действиями. Вместе с тем причинение вреда, причиненного в состоянии крайней необходимости, имеет и свои особенности. Они выражаются в том, что суду предоставлено право с учетом обстоятельств дела возложить обязанность по возмещению вреда на третье лицо, в интересах которого действовал причинитель, либо освободить от возмещения вреда полностью или частично как это третье лицо, так и причинителя вреда. По поводу основания ответственности за вред, причиненный источником повышений опасности – противоправности действий существуют две точки зрения.
Большинство авторов считают противоправность действий причинителя вреда обязательным условием для привлечения к ответственности владельца источника повышенной опасности за нанесенный вред.
По мнению К.Б. Ярошенко более обоснованна вторая точка зрения, по которой для наступления ответственности владельцев источника повышенной опасности достаточно двух условий: наличия вреда и причинной связи между действиями и наступившим результатом. Владелец источника повышенной опасности отвечает во всех случаях, независимо от того, действовал ли он противоправно, либо не нарушал никаких норм и правил.
Для судебной практики этот вопрос имеет значение при причинении вреда владельцем источника повышенной опасности в состоянии крайней необходимости. В соответствии со ст. 1067 ГК лицо, причинившее вред в состоянии крайней необходимости должно возместить его. Однако суду предоставлено право с учетом обстоятельств, при которых был причинен вред, возложить обязанность его возмещения на третье лицо, в интересах которого действовал причинивший вред, либо освободить его от возмещения вреда полностью или частично как это третье лицо, так и самого причинителя вреда.
Может ли быть освобожден от обязанности возместить вред владелец источника? Ст. 1067 ГК определенным образом дополняет ст. 1064 ГК, предусматривая последствия причинения вреда правомерными действиями.
Ст. 1079 в таком дополнении не нуждается, поскольку она сама устанавливает последствия не только противоправных, но и правомерных действий. Поэтому о всех случаях причинения вреда источником повышенной опасности, в том числе и действиями, совершенными в состоянии крайней необходимости, должна применяться ст. 1079 ГК и соответственно обязанность по возмещению вреда возлагаться только на владельца источника.
В подтверждение изложенной позиции можно привести следующее дело.
Трепов, находясь в нетрезвом состоянии, ударил Волкову. Потерпевшая в результате удара упала на проезжую часть шоссе и попала под автомашину, принадлежащую организации. В связи с полученной травмой Волкова обратилась с иском к владельцу автомашины о возмещении ущерба. Судебные органы возложили обязанность возмещения вреда на Трепова, по вине которого Волкова попала под машину. Однако Верховный суд отменил решение, указав, что владелец автомобиля не может быть освобожден от обязанности возместить вред, несмотря на то, что причинению вреда способствовало виновное поведение третьих лиц и за создание третьим лицом аварийной обстановки.
Причинная связь – необходимое условие любой юридической ответственности, в том числе и гражданской. Ответственность наступает лишь в том случае, если вред явился прямым (не косвенным) и необходимым (не случайным) результатом действий (бездействия) причинителя.
В большинстве случаев установление причинной связи не представляет трудности, поскольку она имеется налицо. Например, народный суд при рассмотрении дела, по иску гражданки В. к СМУ-9 о возмещении ущерба установил, что авария произошла между двумя автомобилями, в результате которой машина, принадлежащая истцу, получила механические повреждения. Гражданка В. предъявила СМУ-9, являющемуся владельцем источника повышенной опасности, иск о возмещении ущерба. Водитель, работающий в СМУ-9, пояснил в суде, что его машину занесло, он пытался избежать столкновения с другой автомашиной и задел ее. Как видим, в данном случае установление причинной связи между противоправным поведением и вредом не вызывает особой сложности. Водитель, работающий в СМУ-9, следовал на автомашине по мокрой после дождя проезжей части, скорость движения выбрал без учета дорожной обстановки, в результате чего совершил наезд на другую автомашину.
Но есть и более сложные ситуации.
Например, С, предъявил в суде иск к совхозу «Красное» о взыскании стоимости сгоревшего дома, домашнего имущества и скота. С. ссылается на то, что совхоз – владелец низковольтной и высоковольтной линий электропередач – содержал их в неисправном состоянии. Это привело к замыканию, в результате чего загорелась электропроводка в доме истца и возник пожар. Дело рассматривалось различными судебными инстанциями. В иске С. было отказано в связи с тем, что истец не доказал, что пожар явился следствием ненадлежащих действий ответчика. Напротив, при рассмотрении дела было установлено, что замыкания низковольтной и высоковольтной линий электропередачи не было и пожар не мог возникнуть по этой причине. Допущенные отдельные нарушения в устройстве и эксплуатации линий электропередачи не явились причиной пожара.
В другом деле П. предъявила иск дорожно-ремонтному предприятию, автотранспортному предприятию и 000 «Полет» о возмещении ущерба, причиненного ей в результате столкновения автомашины, принадлежащей 000, с принадлежащим АТП автобусом, в котором она находилась. Народный суд возложил ответственность за причиненный вред на дорожно-транспортное предприятие, мотивируя свое решение тем, что водители столкнувшихся автотранспортных средств не допустили никаких нарушений, а столкновение произошло в связи с ненадлежащим состоянием дороги после проведенного автотранспортным предприятием ремонта. При кассационном обжаловании, вынесенное судом решение было отменено в связи с тем, что, как отметил вышестоящий суд, причиненный истице вред находился в прямой связи с происшедшим столкновением транспортных средств, владельцы которых и обязаны его возместить.
В приведенном деле вышестоящие судебные органы исходили из того, что обязанность по возмещению вреда должна быть возложена на владельца источника повышенной опасности, поскольку вредоносный результат находился в непосредственной причинной связи только с источником.
Ответственность владельца источника повышенной опасности и одновременно третьих лиц может наступать, когда вредоносный результат находился в причинной связи, как с источником повышенной опасности, так и с действиями третьих лиц.
В гражданско-правовой литературе нет разногласий по поводу понятия вины, под которой понимают психическое отношение нарушителя гражданского правопорядка в форме умысла или неосторожности к своим противоправным действиям и их вредным последствиям. Понятие вины в гражданском праве занимает особое значение. Гражданскому праву известна «ответственность без вины», ответственность юридического лица за действия своего работника, ответственность родителей за действия несовершеннолетних детей.
Гражданскому праву не свойственно четырехчленное деление вины на умысел в форме прямого и косвенного и неосторожность в форме преступной небрежности и преступной самонадеянности.
В обязательствах из причинения вреда, особенно применительно к ущербу при автомобильных происшествиях, принципиальное значение имеет вина неосторожная. Автотранспортные преступления совершаются, как правило, по неосторожности. Статья 1079 ГК РФ устанавливала ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, независимо от вины. В данном случае из буквального смысла закона следует понимать, что ответственность наступала в случае причинения вреда источником повышенной опасности другому лицу, не являющемуся владельцем такого источника. Положим, гражданин на улице почувствовал себя плохо, упал на проезжую часть дороги, и автомашиной ему были причинены телесные повреждения. Владелец здесь будет отвечать независимо от своей вины. Однако данные случаи не являются частыми, чтобы на них останавливаться подробнее и они не вызывают затруднений в практике. Вина, как правило, не является обязательным условием ответственности владельца источника повышенной опасности. Как предусмотрено в ст. 1079 ГК РФ, только непреодолимая сила или умысел самого потерпевшего освобождают владельца источника от обязанности возместить причиненный вред.
Однако правило о без виновной ответственности владельца источника повышенной опасности имеет исключение.
Исключение относится к причинению вреда владельцам при столкновении принадлежащих им транспортных средств. В подобных случаях следует разграничивать причинение вреда: а) третьим лицам и б) самому владельцу транспортного средства.
Вместе с тем часто в судебной практике встречаются случаи, когда вред причиняется не источником повышенной опасности какому-то третьему лицу, а оба источника повышенной опасности причиняют вред друг другу – столкновением двух автомашин.
Рассмотрим типичное дело данной категории. Истец Ц. обратился в суд с иском о возмещении ущерба, причиненного ему ответчиком Г. В результате нарушения Правил дорожного движения ответчик Г., управляя принадлежащей ему автомашиной «Москвич» совершил наезд на автомашину «ВАЗ», принадлежащую истцу Ц. При этом машине истца были причинены механические повреждения. В судебном заседании ответчик иск не признал, считая себя невиновным в происшедшем дорожно-транспортном происшествии.
Суд удовлетворил исковые требования гражданина Ц. в полном объеме, указав в решении, что вина ответчика Г. в аварии подтверждается вступившим в законную силу приговором народного суда. В данном случае суду несложно было установить вину ответчика, поскольку имелся вступивший в законную силу приговор народного суда в отношении гражданина Г. и суд не вправе был входить в обсуждение вопроса об отсутствии вины в его действиях потому, что приговор суда имеет принципиальное значение по суда имеет принципиальное значение по гражданскому делу.
Сложно решать вопрос о вине в действиях ответной стороны при автомобильных происшествиях, если отсутствуют следственные и судебные постановления. Обычно доказательством виновности ответчика служат справки органов ГИБДД по имевшим место авариям. Ответчики не всегда соглашаются с выводами ГИБДД, и тогда в судебном заседании приходится собирать дополнительные доказательства, подтверждающие вину ответчика. Одним из таких доказательств является факт применения к ответчику мер административного воздействия за нарушение Правил дорожного движения.
По иному должен решаться вопрос, если в результате столкновения вред причинен самому владельцу. В данном случае речь идет не о вреде, причиненном окружающим, а о вреде потерпевшему, который сам обязан принимать все меры ограждения от вредоносных действий не только других, но и самого себя.
При решении дел о возмещении вреда, причиненного самому владельцу источника повышенной опасности в результате столкновения источников, судебная практика последовательно исходит из принципа виновного причинения вреда.
Б. обратился в суд с иском к Червенскому отделению «Белсельхоз-техника» о возмещении вреда, причиненного смертью кормильца, который погиб в результате столкновения его машины с автомашиной ГАЗ-51, принадлежащей ответчику. Народный суд в иске отказал. Минский областной суд оставил данное решение без изменений, отменив, что при столкновении транспортных средств следует руководствоваться ст. 1064 ГК РФ. Как установлено по делу, правила дорожного движения нарушил потерпевший, а не водитель ГАЗ-51. Последний не мог предотвратить столкновение, поэтому в его действиях отсутствует вина.
Возможно причинение вреда третьим лицам в результате столкновения нескольких автомашин. Если они все виновны, то возложение на них ответственности за причиненный вред не вызывает особых затруднений.
Так, гражданка Е. обратилась в суд с иском к гражданам 3. и У. о возмещении ущерба. В обоснование своих исковых требований она ссылалась на то, что гражданин 3., управляя автомашиной ГАЗ, принадлежащей ему на праве личной собственности, нарушил Правила дорожного движения. Перед началом движения от места стоянки он не убедился, что проезд будет безопасным и создает помех для других участников движения. В результате чего помешал движению автомашины под управлением водителя У., который, предотвращая столкновение с автомашиной 3., свернул влево, задел ее передним крылом, а затем выехал на тротуар, где сбил гражданку Е., причинив ей менее тяжкие телесные повреждения. Уголовное дело в отношении гражданина 3. в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, прекращено вследствие акта об амнистии, в возбуждении уголовного дела в отношении У. отказано за отсутствием в его действиях состава преступления, т. к., предотвращая столкновение с автомашиной, которой управлял гражданин 3., он не располагал технической возможностью путем торможения предотвратить наезд на потерпевшую. Истица просила взыскать с ответчиков стоимость пришедшей в негодность одежды, утраченного заработка, расходы на санаторно-курортное лечение.
Установив, что причинение вреда гражданке Е. имело место в результате действия двух источников повышенной опасности, суд возложил ответственность на обоих владельцев источников повышенной опасности. Народный суд обосновал возложение ответственности на граждан 3. и У. ссылкой на ст. 454 ГК РСФСР, согласно которой владельцы автомобилей обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие неодолимой силы или умысла потерпевшего. Это решение соответствует разъяснению, содержащемуся в п. 20 постановления Пленума Верховного суда РСФСР от 28 апреля 1994 г. «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья», согласно которому при причинении вреда другим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившее вред, несут перед потерпевшим солидарную ответственность.
Хотя непосредственно автомобиль под управлением гражданина 3. не совершил наезд на потерпевшую гражданку Е., нарушение этим водителем Правил дорожного движения явилось причиной столкновения с автомобилем под управлением водителя У., который выехал на тротуар и сбил потерпевшую. Таким образом, наступивший вред, можно рассматривать как находящийся в прямой причинной связи с действиями обоих источников повышенной опасности, а следовательно, налицо совместное причинение вреда. По делу не установлено ни умысла, ни грубой неосторожности со стороны потерпевшей, что дало бы основание освободить от ответственности или снизить размер возмещения.
По мнению К.Б. Ярошенко, при отсутствии вины обеих сторон ни один из владельцев источника повышенной опасности не вправе претендовать на возмещение ущерба за счет другого. За случайно причиненный вред никто не отвечает. Иная точка зрения высказана Л.А. Майдаником и Н.Ю Сергеевой, полагающими, что вред, причиненный случайным столкновением двух или более источников повышенной опасности, должен распределяться между владельцами в равной доле. Обосновывая свою позицию, они ссылаются на то, что этот вред является единым нераздельным результатом действий двух и более источников повышенной опасности. Каждый из владельцев выступает в роли сопричинителя вреда, хотя по чистой случайности вред может понести только один из них, поэтому неправильным было бы всю тяжесть вредных последствий возлагать только на одного из них.
Если в причинении вреда виновны оба владельца автотранспортных средств, ущерб распределяется между ними соразмерно степени вины каждого.
Во всех приведенных делах при решении вопроса о возмещении вреда судебные органы учитывали наличие вины в действиях владельцев источника повышенной опасности.
Следовательно, можно сделать вывод: имущественную ответственность за вред, причиненный владельцам столкнувшихся автотранспортных средств, руководствуясь принципом вины, следует определять по таким правилам:
а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, обязан возместить виновный;
б) если виноват потерпевший владелец, он сам несет последствия причиненного ущерба;
в) при наличии вины обоих владельцев общий ущерб распределяется между ними соразмерно степени вины каждого, а при невозможности установить степень вины каждой из сторон ответственность распределяется между ними поровну;
г) при случайном причинении вреда убытки несет потерпевший.
В юридической литературе высказывалось мнение, будто ответственность страхователя за вред, причиненный принадлежащим ему источником повышенной опасности, должна наступать в том случае, если «вред причинен источником повышенной опасности в процессе его обслуживания и последнее входит в профессиональные (служебные обязанности потерпевшего по трудовому договору)» Как утверждают сторонники этой точки зрения, к обслуживанию источника повышенной опасности допускаются специалисты, которые прошли профессиональное обучение, имеют определенные навыки работы, знают правила по техники безопасности и т.д.
Только по отношению к ним вероятность причинения вреда не является повышенной. Все остальные работники ничем не отличаются от лиц, посторонних по отношению к деятельности, связанной с повышенной опасностью.
Изложенная точка зрения не укладывается в рамки действующего законодательства. Действие ст. 935 ГК РФ распространяется на все случаи причинения вреда любому работнику при исполнении им трудовых обязанностей, если даже такие обязанности не предусмотрены непосредственно трудовым договором, но связаны с его работой или общей трудовой деятельностью предприятия, организации.
2.2 Общие условия возмещения вреда источником повышенной опасности
В юридической литературе наиболее распространенным является мнение, согласно которому основанием гражданско-правовой ответственности вообще и деликтной в частности становится гражданское правонарушение. В связи с этим основанием ответственности вследствие причинения вреда источником повышенной опасности является сам деликт, то есть правонарушение, субъект которого причиняет вред личности или имуществу определенного лица.
Именно поэтому отдельные авторы полагают, что деликтные обязательства во всех случаях их возникновения следует рассматривать как меру гражданско-правовой ответственности. Для наступления же ответственности вследствие причинения вреда необходима совокупность юридических фактов, образующих состав деликтного обязательства. К таким фактам (условиям) относятся: наличие вреда, противоправное поведение причинителя вреда, причинная связь между вредом и противоправным поведением и вина причинителя вреда. Эти общие условия деликтной ответственности соответствуют условиям гражданско-правовой ответственности, поскольку первая является разновидностью последней, и в дальнейшем в нашей работе мы не будем проводить между ними различий.
Наличие четырех приведенных условий ответственности по деликтным обязательствам образует полный состав правонарушения. Он должен быть, как правило, в действиях (или бездействии) любого лица, которому предъявлено требование о возмещении вреда. Отсутствие одного из названных условий дает право освободить лицо от гражданско-правовой ответственности, и тогда речь следует вести о возникновении условий для применения мер защиты. Вина как условие ответственности может отсутствовать, однако обязанность возмещения вреда потерпевшему сохраняется. Именно поэтому правовой вакуум, заключающийся в отсутствии условий ответственности, заполняется применением мер защиты посредством возмещения вреда, например при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности.
Рассмотрим общие условия ответственности и условия применения мер защиты за причинение вреда источником повышенной опасности.
Причиненный вред. Обязательным условием мер защиты и мер ответственности за причинение вреда по деликтным обязательствам вообще и источником повышенной опасности в частности является наличие причиненного вреда. Иначе говоря, нет вреда – нет мер защиты и мер ответственности, так как нечего возмещать. Понятие имущественного вреда в ГК РФ раскрывается в ст. 15, а понятие морального вреда – в ст. 151.
Имущественный вред выражается в возникновении у потерпевшего реального ущерба, в лишении его возможности получить запланированные доходы, в несении потерпевшим каких-либо дополнительных материальных убытков. Главной особенностью имущественного вреда является то, что он всегда может быть исчислен в деньгах, то есть выражен конкретной денежной суммой.
Реальный (прямой) имущественный вред состоит в том, что имущество потерпевшего уничтожается, портится, повреждается, похищается, незаконно расходуется и т.п. (ст. 15 ГК РФ). Применительно к юридическому лицу в качестве реального вреда можно рассматривать недостачу имущества, излишние выплаты денег в виде зарплаты, штрафов, премий, перерасход материалов, приписки и т.п..
Экологический и экономический вред природной среде, ее компонентам, вред личности или имуществу гражданина, а также имуществу юридических лиц нередко причиняется экологическими правонарушениями, что позволяет отдельным авторам полагать, что в природоохранных отношениях существует разновидность юридической ответственности – эколого-правовая ответственность. При этом вред может выражаться в повреждении и загрязнении естественных экологических систем, озонового слоя атмосферы Земли, воздуха, которым мы дышим, недр, вод, лесов и иной растительности, в уничтожении, незаконном вылове или добыче животных и рыбы, повреждении природных ландшафтов, заповедников, заказников, национальных природных парков, памятников природы и т.п. (ст. ст. 4, 86, 89 Закона «Об охране окружающей природной среды»).
Реальный имущественный ущерб возмещается причинителем вреда или собственником источника повышенной опасности путем выплаты стоимости утраченного или поврежденного имущества, либо восстановлением имущества, если это возможно, силами и средствами причинителя вреда (как правило), либо передачей потерпевшему тождественного имущества.
Неполученные доходы (упущенная выгода) – это неполучение потерпевшим тех имущественных благ или прибыли, которые он мог бы реально иметь при обычных условиях гражданского оборота (ст. 15 ГК РФ), если бы его имущественное положение не было нарушено деликтом. Неполученная прибыль, доход должны находиться в прямой причинно-следственной связи с правонарушением.
И реальный ущерб, и упущенная выгода в денежном выражении называются убытками, хотя такое понимание является в науке гражданского права не бесспорным.
Дополнительные убытки – это незапланированные дополнительные расходы, которые понес или может понести потерпевший вследствие причинения ему вреда, например в дорожно-транспортном происшествии. Ими могут быть расходы, возникшие в связи с покупкой запасных частей к разбитой автомашине по более высокой цене, чем среднерыночная, утрата имуществом товарного вида, необходимость индексации сумм возмещения в связи с инфляцией и т.п..
Как имущественный вред гражданское законодательство рассматривает имущественные убытки, которые несут граждане в случае причинения ущерба их жизни или здоровью. Это так называемый физический вред.
Причинение физического вреда личности практически всегда связано с увечьем или иным повреждением здоровья, а также причинением смерти. Сам вред, причиненный гражданину, это – уменьшение способности к труду по определенной профессии, а в случае смерти кормильца – уменьшение дохода, на которое лицо имеет право по закону (ст. 1085 ГК РФ).
В отношении увечья и иного повреждения здоровья в юридической литературе и судебной практике сложились устойчивые понятия. Так, под увечьем принято понимать травматическое повреждение, вызванное внезапным, зачастую однократным, воздействием на организм человека внешнего фактора. Право на возмещение вреда дает не само по себе увечье или иное повреждение здоровья потерпевшего, а только такие трудовые увечья, которые вызвали утрату или повреждение здоровья. Иное повреждение здоровья может выразиться и в профессиональном заболевании, отравлении, расстройстве психики и т.п.. Расстройство психики у граждан, по мнению М.Н. Малеиной, может быть вызвано так называемым пси-оружием – биогенератором, биоэлектронным оружием, гипноизлучателем, либо субъектами, обладающими способностью к биоэнергетическому воздействию. Негативные последствия такого воздействия могут проявляться, например, при зомбировании, способном причинить вред здоровью гражданина или вызвать его смерть. Судебная практика ранее стояла на той позиции, что потерпевшему возмещались лишь фактически понесенные расходы.
Профессиональное заболевание возникает в результате длительного и систематического воздействия на организм человека неустранимых вредных последствий производства либо других специфических для данной профессии факторов. К примеру, в соответствии с Федеральным законом «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС» повреждением здоровья считается возникновение у гражданина лучевой болезни, других заболеваний, связанных с радиоактивным воздействием.
В случаях, когда ликвидировать последствия травмы или возникшей болезни не представляется возможным, потерпевший в полной мере или частично может потерять способность к труду. Из-за этого он может лишиться заработка, вынужден затрачивать средства на лечение, протезирование, санаторно-курортное лечение и т.д. Именно поэтому материальные затраты такого рода и образуют так называемый имущественный вред, причиненный здоровью гражданина. Возмещение такого вреда состоит в выплате потерпевшему денежных сумм в размере утраченного заработка или его части. Это зависит от степени утраты профессиональной трудоспособности. Кроме того, в возмещение вреда также включаются компенсации дополнительных расходов, таких, как на санаторно-курортное лечение, усиленное питание, оздоровительную гимнастику и массажи, занятия в бассейне и т.п., а также выплата единовременного пособия, возмещение морального вреда.
Размер единовременной страховой выплаты по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, предусмотренный статьей 11 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», определяется в соответствии со степенью утраты профессиональной трудоспособности застрахованного лица исходя из максимальной суммы 46 900 рублей.
В случае смерти застрахованного лица единовременная страховая выплата устанавливается в размере 46 900 рублей.
За счет средств обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний оплачиваются расходы на посторонний специальный медицинский уход за застрахованным лицом в размере 900 рублей в месяц и расходы на посторонний бытовой уход за застрахованным лицом в размере 225 рублей в месяц.
Причинение смерти гражданину рассматривается тоже как имущественный вред в связи с тем, что находившиеся на иждивении умершего нетрудоспособные члены семьи (супруг, дети, родители и другие родственники, иждивенцы) лишились материальных средств, которые доставлял им умерший и которые были для членов семьи основным источником существования. Также к имущественным убыткам относятся понесенные членами семьи умершего расходы на его погребение, установку памятника, ограды и т.п..
В соответствии с гражданским законодательством потерпевший имеет право на компенсацию морального вреда (ст. ст. 151, 1099–1101 ГК РФ). Сущность морального вреда в нормах гражданского права раскрывается лишь в самой общей форме.
В ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания гражданина, причиненные действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на другие принадлежащие гражданину нематериальные блага. Определение морального вреда в более развернутом виде дается в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». Моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), либо нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с Законом об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина. Данное определение также носит довольно общий характер и распространяется на все случаи нарушения как нематериальных, так и имущественных благ, когда закон разрешает возмещать одновременно с имущественным и моральный вред.
Физические страдания гражданина, исходя из ст. 151 ГК РФ и приведенного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, заключаются в испытываемой им боли, бессоннице, неудобствах, которые являются следствием нанесенной ему травмы, повлекшей потерю руки, ноги, глаза и т.п.
Нравственные переживания и страдания, причиненные здоровью гражданина, следует понимать как испытываемое им чувство ущербности, неполноценности, стыда, неудовольствия от того, что он лишился определенных жизненных связей, возможности нормально передвигаться, способности родить ребенка, видеть, слышать, полноценно воспринимать окружающий мир, заниматься своей профессиональной деятельностью. Решением Нефтегорского районного суда Т. отказано в удовлетворении исковых требований о возмещении морального вреда в связи со смертью кормильца.
Судебная коллегия по гражданским делам решение отменила, указав следующее.
Как видно из материалов гражданского дела муж Т. погиб в результате неосторожного обращения с огнем несовершеннолетней Л.
В соответствии со ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях когда, вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
В соответствии со ст. 1079 ГК РФ, под источником повышенной опасности понимается использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п., осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельностью и др.
Согласно ст. 1083 ч. 2 ГК РФ, при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Суд в нарушении вышеуказанных норм права, придя к выводу об отсутствии вины ответчиков в причинении вреда, необоснованно отказал в удовлетворении иска, ссылаясь и на то, что главой 59 ГК РФ, другим действующим законодательством при установленных обстоятельствах не предусмотрено возмещение морального вреда.
В данном случае суд нарушил требования ст. ст. 56, 67 ГПК РФ, не определил по делу юридически значимые обстоятельства по делу, не дал им надлежащую оценку.
При таких обстоятельствах решение суда нельзя признать законным и обоснованным.
Решение суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.
В результате экологических нарушений нравственные страдания гражданина могут заключаться в неудобствах, связанных с переездом к новому месту жительства, невозможностью иметь детей или риском их появления с врожденной патологией (ст. 89 Закона РФ «Об охране окружающей среды»).
При причинении гражданину смерти его родители, оставшийся в живых супруг, дети, другие родственники испытывают тяжелые душевные переживания, горе.
Нравственные страдания из-за причиненного гражданину имущественного вреда могут выражаться в неудобствах, связанных с привыканием к новому замененному товару, выполненным в связи с причинением вреда результатам восстановительной работы или оказанной услуги и невозможностью в результате этого удовлетворить потребности в том объеме, который существовал до причинения вреда, а также в хлопотах по ведению нелицеприятных переговоров с причинителем вреда или его представителем о замене имущества или его ремонте и необходимости обращения с иском в суд и т.п.
Исходя из вышеизложенного, суть компенсации морального вреда состоит, с одной стороны, в максимальном смягчении тяжести моральной и физической травмы, иного вреда и тем самым способствует более полной защите интересов личности, а с другой – должна оказывать воспитательное воздействие на причинителя вреда, возлагая именно на него в первую очередь бремя тех издержек, которые несет потерпевший. Поэтому обязанность причинителя вреда возместить моральный вред следует рассматривать как гражданско-правовую ответственность, определяемую судом и применяемую к правонарушителю при установлении его вины, и как меру защиты в других случаях. При этом денежная сумма выплачивается потерпевшему, а не взыскивается в доход государства. Объясняется это тем обстоятельством, что законодатель делает попытку максимально смягчить тяжесть нанесенной потерпевшему моральной или физической травмы. Как справедливо замечает А.М. Белякова, взыскание материальных средств в пользу потерпевшего в возмещении морального вреда направлено на то, чтобы сгладить возникшие у него неудобства, дать потерпевшему возможность удовлетворить обычные жизненные потребности, которых он лишился из-за полученного увечья, утраты близкого человека или понесенных имущественных убытков.
Таким образом, основное отличие возмещения имущественного вреда от морального состоит в том, что последний не поддается точному денежному подсчету и взыскивается исключительно с целью смягчения тяжелого эмоционально-психологического состояния потерпевшего.
Значение вреда в деликтных обязательствах предопределено их целевым назначением, которое, как уже отмечалось в юридической литературе, состоит в устранении имущественных последствий правонарушения, восстановлении имущественной сферы потерпевшего в том состоянии (до того уровня в стоимостном отношении), в котором она находилась до причинения ему вреда. Эта цель будет достигнута, если причиненный вред будет возмещен в полном объеме. Следует отметить, что это не всегда становится достижимым в достаточной степени.
Вместе с тем вред в деликтных обязательствах является не только обязательным условием ответственности, но выступает и в качестве ее меры. Это означает, что размер имущественного возмещения, право на которое имеет потерпевший, определяется размером причиненного ему ущерба. Законодатель не придает виновности причинителя значения критерия размера ответственности. В юридической литературе было высказано мнение, что степень виновности правонарушителя не может не иметь влияния на объем материальной ответственности.
К решению данного вопроса отрицательно относится как теория гражданского права, так и практика. Мы также присоединяемся к критике по этому поводу, высказанной В.Т. Смирновым и А.А. Собчаком. Соизмерение объема ответственности, как отмечают авторы, со степенью вины правонарушителя полностью соответствует принципу вины и наиболее последовательно проводит его в жизнь, в то время как установление размера ответственности независимо от степени виновности причинителя есть переход на принцип причинения и граничит с объективным вменением. Однако такое формально-логическое заключение противоречит не только целям и задачам данного института, но не соответствует и принципу ответственности за вину. Прежде всего без наличия вины деликтная ответственность, по общему правилу, вообще не наступает. Следовательно, сам принцип ответственности за вину не нарушается. Не нарушает его и установление объема ответственности не по степени виновности, а по размеру причиненного ущерба. Ведь вред – это объективное условие ответственности, не зависящее от степени вины правонарушителя. Действительно, ответственность наступает лишь за то, что охватывалось или должно было охватываться сознанием правонарушителя.
Поэтому при неосторожной вине ответственность может быть такой же, как и при умысле, если объем вреда, причиненного умышленно, равен ущербу, который могло и должно было предвидеть лицо, действовавшее неосторожно.
Установление размера ответственности по степени виновности означало бы отказ от принципа полного возмещения вреда, то есть утрату его значения как средства восстановления прежнего состояния. На практике это могло бы приводить, не говоря уже о невозможности точного установления объема ответственности, к неосновательному снижению ответственности причинителя и ущемлению интересов потерпевшего (при большем размере причиненного ущерба и незначительной вине правонарушителя) и, наоборот, в определенных случаях приводило бы к неосновательному обогащению потерпевшего (при незначительном размере ущерба и высокой степени виновности причинителя вреда), что не соответствует сущности гражданско-правовых отношений.
Гражданскому праву, в том числе в области деликтных обязательств, конечно, известны случаи, когда объем ответственности причинителя вреда соизмеряется со степенью его виновности. Например, случаи солидарной ответственности (в отношениях между сопричинителями после возмещения ущерба потерпевшему одним из них) и случаи смешанной (при наличии вины в форме грубой неосторожности самого потерпевшего). Но эти случаи являются специальными, и необходимость учета степени виновности в качестве критерия ответственности обусловлена особенностью складывающихся отношений. А также в этих случаях вред сохраняет свое значение меры ответственности, объективно определяя ее верхнюю границу.
При солидарной ответственности причинители вреда все вместе (и каждый в отдельности) перед потерпевшим отвечают в объеме причиненного вреда. Здесь степень вины не имеет значения, и размер ущерба определяет объем ответственности. Это объясняется следующим. При солидарной ответственности единый, нераздельный результат – вред, вызванный виновным поведением нескольких лиц, – не может быть разложен на части, соответствующие степени виновности каждого из них (почему и наступает солидарная ответственность), а одновременное возмещение вреда каждым из сопричинителей в полном объеме выходило бы далеко за рамки восстановления прежнего состояния и приводило бы, как указывалось ранее, к обогащению потерпевшего. В дальнейших же отношениях между сопричинителями вреда, поскольку у каждого из них в случае единоличного возмещения вреда потерпевшему возникает право регресса к другим, ответственность не может быть разложена иначе, как по степени виновности.
Такое же положение возникает в случае смешанной (при наличии вины потерпевшего) ответственности: единый результат, то есть вред, возникает вследствие виновного поведения и причинителя, и потерпевшего. Поэтому размер возмещаемого вреда должен быть уменьшен за счет вины самого потерпевшего. Иначе говоря, его вина соизмеряется с виной причинителя. Таким путем устанавливается тот возможный при данной степени виновности объем вреда, который имел бы место при отсутствии виновного поведения одного из них.
При таких обстоятельствах в отношениях между причинителем и потерпевшим вред не только необходимое условие, но и мера ответственности. Данное положение становится чрезвычайно актуальным при рассмотрении вопроса об ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности.
2.3 Основания освобождения от ответственности или снижение размера ответственности
В ст. 1079 ГК РФ устанавливается, что владелец источника повышенной опасности освобождается от обязанности возместить причиненный вред, если докажет, что вред возник вследствие действия непреодолимой силы, умысла потерпевшего или противоправных действий третьих лиц. В ст. 1083 ГК РФ, кроме того, предусматривается возможность снижения размера возмещения с учетом вины потерпевшего и имущественного положения причинителя вреда.
Непреодолимая сила названа одним из первых оснований освобождения от ответственности перед потерпевшим владельца источника повышенной опасности.
Категория непреодолимой силы является одним из наиболее общих правовых понятий. Этим понятием оперируют не только специалисты гражданского права, но и уголовного, административного и т.д.
Большой интерес к проблеме нашел свое позитивное отражение в обилии работ представителей общей теории права, на страницах которых авторы высказывают свои суждения по данной проблеме, а подчас и различные, взаимоисключающие точки зрения и представления.
Многие авторы считают, что для объяснения понятия непреодолимой силы необходимо учитывать два момента: внешний – для деятельности предприятия (чрезвычайные обстоятельства – наводнение, удар молнии, военные действия и др.) и внутренний – вред причиняется не действием этого чрезвычайного внешнего события непосредственно, а деятельностью причинителя (причинная связь необходима) попавшего под воздействие этого чрезвычайного события, а поэтому причинившего вред. Например, в кабину автомашины ударила молния. Водитель убит. Машина, потерявшая управление, причинила вред прохожему. В данном случае вред находится в необходимой причинной связи с деятельностью источника повышенной опасности, вышедшего из-под контроля человека. Но контроль был прекращен в результате воздействия на источник повышенной опасности чрезвычайного события. Объективно случайно только это воздействие: воздействие непреодолимой силы на источник опасности.
О.С Иоффе предполагает, что непреодолимая сила – чрезвычайное событие, объективно непредотвратимое при данных условиях (при достигнутом уровне науки и техники). В ч. 3 ст. 401 ГК РФ непреодолимая сила тоже рассматривается как «чрезвычайное и непредотвратимое событие» Сообразуясь с тем, что внешний характер явления всегда присущ непреодолимой силе, нельзя к непреодолимым относить производственные дефекты.
Владелец источника повышенной опасности вправе ссылаться на действие непреодолимой силы и требовать освобождения его от ответственности, если докажет, что вред, причиненный источником, находится в прямой причинно-следственной связи с действием непреодолимой силы. Например, лаборатория, в которой проводились опыты с опасным для людей химическим веществом, была разрушена землетрясением, и здоровью нескольких граждан был причинен вред. Лаборатория будет освобождена от ответственности за возмещение вреда, если докажет, что ее здание было построено с соблюдением всех необходимых технических требований, химическое вещество хранилось с соблюдением условий, обеспечивающих безопасность окружающих, и что во время землетрясения не было никакой возможности предотвратить утечку химического вещества.
Таким образом, непреодолимая сила освобождает от ответственности. Только если полностью исключается вина причинителя вреда. Если же причинение вреда в результате воздействия на источник опасности отягощено и виновным поведением причинителя, он должен отвечать. Эта мысль подтверждается таким примером из практики. Во время грозы бурильщик Т., сидел у телефона в будке конторы бурения. Грозовой разряд попал в телефонную линию, и она оказалась под высоким напряжением. В результате перегорела изоляция проводов, произошло замыкание и от действия образовавшейся вольтовой дуги разлетелась телефонная карболитовая коробка. Вольтовой дугой и осколком коробки Т., были причинены телесные повреждения, в связи с чем он был признан инвалидом 3 группы. Казалось бы, что в данном случае вред причинен в результате действия непреодолимой силы и поэтому не должен возмещаться. Однако в процессе технической экспертизы и проверки обстоятельств дела установлено, что районная контора связи, которой принадлежит телефонная линия, грубо нарушила технические правила проводки телефона: на столбе около будки не был устроен конечный заземлитель противогрозовой защиты телефонной линии. При таких средствах противогрозовой защиты, по мнению эксперта, исключалась бы возможность вредных последствий от грозового разряда для лиц, находящихся рядом с телефоном в будке. Исходя из этого, народный суд удовлетворил иск Т. о взыскании в его пользу ущерба в заработке с конторы связи, не выполнившей обязанности по устройству противогрозовой защиты телефонной линии и тем с самым предотвращению вреда.
Думается, что характеристика непреодолимой силы в новейшем законодательстве не претерпела существенных изменений, кроме одного;»… если раньше непреодолимая сила рассматривалась как событие, т.е. обстоятельство, не зависящее от воли людей, то ныне она квалифицируется как обстоятельство, что позволяет подводить под понятие непреодолимой силы не только природные, но и социальные явления (военные действия, межнациональные конфликты и т.д.).
В жизни непреодолимая сила учитывается лишь тогда, когда находится в причинно-необходимой связи с возникновением вреда.
Г.К. Матвеев к непреодолимым явлениям общественного характера, кроме всего прочего относит вспышки эпидемий, эпизоотолий, разрывы плотин и дамб, происшедшие в результате недостаточно обоснованных расчетов напора воды и прочности строительных конструкций.
Не вызывает никаких сомнений относительность действия непреодолимой силы. То, что непреодолимо при одном уровне развития науки и техники, вполне преодолимо в других условиях. Развитие науки и техники позволяет ранее непредотвратимые события перевести в ряд доступных контролю человека. Снежные заносы на железных дорогах с появлением снегоочистительных машин перестали быть непреодолимой силой. Развитие атомной техники, исследования в области космоса создают новые способы борьбы со стихией. Так, с помощью космической техники, оказалось возможным получить данные о надвигающихся штормах, определять курс судов в море и др.
Границы возможностей науки и техники в борьбе со стихийными явлениями всё время раздвигаются. В настоящее время крушение поезда вследствие землетрясения должно быть отнесено к непреодолимой силе, но если наука сможет точно предвидеть момент землетрясения, крушение поезда не будет непреодолимой силой и может быть вменено в вину железной дороге. Дело, однако, не столько в предвидение. Возможно, предвидеть сейсмические колебания, для этого создана специальная аппаратура. Однако предотвращения вредных последствий землетрясения пока ещё человеку недоступно.
Для гражданско-правовой ответственности достаточна любая форма вины. Вне зависимости от того, умышленно или неосторожно действовало лицо, причинившее вред, оно обязано возместить его потерпевшему. Это объясняется тем, что одной из целей гражданско-правовой ответственности является восстановление имущественного положения потерпевшего, которому должно быть возмещено всё, что им утрачено по вине другого лица.
Форма и степень вины учитываются лишь в тех случаях, когда вред наступил не только вследствие вины причинителя вреда, но и по вине самого потерпевшего (в случаях, когда потерпевший содействовал возникновению вреда): наличие в поведении потерпевшего умысла является условием освобождения причинителя вреда от ответственности, а грубой неосторожности – снижения размера или отказа в возмещении вреда. Нормой ст. 116 Воздушного кодекса РФ установлено, что в случаях повреждения здоровья или смерти пассажира при старте, полете, посадки воздушного судна перевозчик обязан возместить вред, если не докажет, что он возник вследствие умысла самого потерпевшего и при наличии непреодолимой силы.
Обстоятельством, исключающим ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, является вина потерпевшего. На противоправный характер виновных действий потерпевшего достаточно четко указывается в судебных решениях, определениях, постановлениях. В одном из Постановлений Президиума Московского областного суда за 1964 год вина Алейникова, погибшего в результате несчастного случая усматривалась в том, что он, будучи командирован в г. Калугу ехал в нетрезвом состоянии на буферных станках между вагонами поезда. По утверждению ответчика – Управления Московской железной дороги на станции Калуга-2 Алейников отцепил вагоны, повернув рычаг расцепного привода автосцепки, при этом силой инерции был отброшен под откос и от удара о землю получил смертельные раны. Президиум Московского областного суда нашел очевидную вину потерпевшего. В другом деле вина потерпевшего выражалась в том, что он следовал на мотоцикле с неисправным ручным тормозом, и, кроме того, в пути следования выехал на левую сторону дороги, где и был сбит встречной автомашиной.
Как отмечалось выше, грубая неосторожность потерпевшего, содействовавшая возникновению или увеличению вреда, может явиться основанием, как для снижения возмещения, так и для полного отказа в удовлетворении его требований. Все зависит ещё от того сопутствующего грубой неосторожности обстоятельства – вины причинителя вреда. Если грубая неосторожность потерпевшего сочетается с виной причинителя вреда (так называемая смешанная вина), размер возмещения может быть уменьшен. Если грубая неосторожность потерпевшего не сопровождается виновным поведением владельца источника повышенной опасности, размер может быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано. В каждом конкретном случае решение этих вопросов остается за судом. Однако при причинении вреда жизни или здоровью гражданина полный отказ в возмещении вреда не допустим. Нельзя отказывать в возмещении вреда в части взыскания дополнительных расходов, расходов на погребение, если потерпевший, допустивший грубую неосторожность, погиб (п. 2 ст. 1083 ГК РФ).
Не может быть критериев, которые позволили бы точно определить размер вреда, подлежащий возмещению с учетом степени вины. Поэтому вред, подлежащий возмещению, всегда зависел бы исключительно от судейского усмотрения, что вряд ли соответствовало бы интересам потерпевшего. Можно возразить, сославшись на то, что юрисдикционные органы неплохо справляются с задачей учета степени вины при определении размера возмещаемого вреда при смешанной вине и при расчетах в порядке регресса, когда потерпевшему был возмещен вред по принципу солидарной ответственности, но в обоих случаях интересы потерпевшего почти уязвимы. В первом случае он сам виноват и несет последствия своей вины. Во втором – потерпевший получает возмещение полностью. Учету подлежит степень вины причинителя вреда при разложении её между ними.
Наличие грубой неосторожности и просто неосторожности устанавливается в зависимости от обстоятельств дела. Материалы из судебной практики дают основание для вывода о том, что решение этого вопроса особой трудности на практики не вызывает. В ряде судебных решений и определений грубо неосторожными признаются действия граждан, пытающихся на ходу сесть в поезд, трамвай, автобус, троллейбус. Вина потерпевшего освобождает причинителя от ответственности либо полностью, либо уменьшает размер выплаты.
Однако Б.С. Антимонов справедливо отметил: «Когда виновны и потерпевший, и агенты владельца источника повышенной опасности, то происходит зачет вины обеих сторон. Если шофёр допустил грубые нарушения правил уличного движения, то даже грубая вина лица, потерпевшего вред, не избавляет владельца автомобиля от обязанности возместить вред, возникший у потерпевшего».
Учет имущественного положения гражданина – причинителя вреда предусмотрен п. 3 ст. 1083 ГК РФ. Например, причинитель вреда – инвалид, получает небольшую пенсию; у причинителя вреда заработок или имущество, достаточное для возмещения вреда, и т.п. Губарев, регулировщик скорости движения на железнодорожной станции Белгород, нарушил правила безопасности движения и эксплуатации железнодорожного транспорта. В результате этого была пробита цистерна с дизельным топливом, которое полностью вытекло на землю, что создало реальную угрозу пожара, взрыва и могло повлечь человеческие жертвы. Губарев был осужден. Станции Белгород был причинен материальный ущерб на сумму свыше 7 млн. рублей (по ценам на 1994 г.). Эта сумма была взыскана с Губарева в пользу Юго – Восточной железной дороги.
По протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ судебная коллеги по уголовным делам Верховного суда РФ сумму ущерба снизили до 3 млн. рублей. При этом коллегия указала, что она принимает во внимание материальное и семейное положение Губарева, в частности, наличие на его иждивении малолетних детей, а также то, что преступление он совершил по неосторожности.
Крайняя необходимость как состояние, при котором причинение вреда потерпевшему не считается противоправным и при наличии которого суд с учётом обстоятельств дела может освободить причинителя вреда от обязаннности возместить вред полностью или частично, в полной мере распространяется и на причинение вреда источником повышенной опасности.
Например, очень часто во избежание наезда на пешеходов или столкновения с другими автомашинами водители сознательно идут на причинение вреда иным лицам. В одних случаях суды расценивают их действия, как совершенные в состоянии крайней необходимости, а в других – как причинение вреда источником повышенной опасности, что влечет разные правовые последствия. Если все условия для признания состояния крайней необходимости на лицо, в том числе намеренность действий лица, причинившего вред, то не имеет значения, чем конкретно причинен вред – источником опасности или нет. Даже если вред причинен потерпевшему особыми вредоносными свойствами источника повышенной опасности, но в состоянии крайней необходимости, должны применяться правила ст. 1067, а не ст. 1079 ГК РФ.
Таким образом, подводя итог, можно сказать, что в настоящее время судебная практика подходит к разрешению дел о возмещении вреда как вообще, так и причиненный источником повышенной опасности, с правильных на мой взгляд позиций. Хочется также сослаться на мнение В. Емельянова в этом вопросе, который пишет: «Рассматривая дело, суд прежде всего устанавливает, был ли причинен вред, затем причинную связь между действиями ответчика и наступившем вредом. Если при этом действия были виновными и ответчик является деликтоспособным, то выносится решение о возмещении вреда. Если же причинивший вред представляет доказательство того, что он действовал правомерно, суд проверяет, содержат ли его действия необходимые признаки деяния, выведенного из-под ст. 1064 ГК РФ.
Иначе говоря, были ли они совершены в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости. При наличии таких признаков действия причинителя вреда признаются правомерными, а исковые требования без удовлетворения.
Заключение
Итак, проанализировав вопросы избранной темы, сопоставив различные точки зрения на имеющуюся проблему и рассмотрев её на конкретных примерах, можно сделать вывод, что причинение вреда источником повышенной опасности традиционно выделяется в специальный деликт ввиду того, что как сам механизм причинения вреда, так и условия возникновения деликатного обязательства обладают существенными отличиями, давно отраженными в гражданском законодательстве.
1. В статье 1079 действующего ГК РФ отражены особенности ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности. Проблемы терминологии только на первый взгляд представляют лишь теоретический интерес; существующие разногласия относительно содержания рассматриваемых ниже терминов имеют реальное отражение на практике. Происходящая подмена понятий, и в частности понятий «деятельность, создающая опасность для окружающих» и «источник повышенной опасности», приводит к вынесению судами неправильных решений. Из названия вышеуказанной статьи ГК РФ следует, что она устанавливает ответственность юридических лиц и граждан за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих. В самой же статье предусмотрена обязанность должника по внедоговорному обязательству возместить вред, причиненный источником повышенной опасности. Необходимо в статьях ГК использовать только понятие «деятельность создающая опасность для окружающих».
2. Ни в одном законе не содержится понятия ИПО, что оказывает негативное влияние на правоприменительную деятельность. Для этого необходимо принять нормативно-правовой акт в котором предусмотреть по возможности все виды деятельности и представляющие опасность, а в связи с развитием научно – технического прогресса, выработкой системы мер безопасности, повышением уровня осведомленности человека в этой сфере в будущем перечень видов источников повышенной опасности должен подлежать пересмотру и модернизации. Анализируя взгляды ученых – правоведов и судебную практику, можно сделать вывод, что это сложная правовая конструкция, состоящая из двух неотъемлемых элементов – деятельности человека (группы людей) и вредоносных объектов. Требуется принятие федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности за причинение вреда при эксплуатации опасного объекта»
3. С учетом того, что в настоящее время действует часть вторая ГК РФ, следует признать рекомендации, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.94 №3, в частности п. 18 и 19 Пленума противоречащими действующему гражданскому законодательству. При этом нельзя не подчеркнуть, что проблемы, возникающие при рассмотрении споров о возмещении вреда, причиненного источником повышенной опасности, подтверждают насущность обстоятельного обобщения судебной практики по таким делам с целью ее единообразия. Следует принять новый Пленум Верховного Суда РФ по вопросам возмещения ущерба причиненного источником повышенной опасности на основе действующей части второй ГК РФ.
4. Статья 1083 ГК РФ предусматривает если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вместе с тем закон не содержит понятия, что является грубой неосторожность потерпевшего. Возможно дополнить ст. 1083 ч. 3.1. Следующего содержания «Грубая неосторожность потерпевшего имеет место, если лицо предвидело возможность наступления вредных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий. Простая неосторожность имеет место, если лицо не предвидело возможности наступления вредных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия».
5. Кроме того, следует признать неудачной саму конструкцию ст. 1083 части 2 ГК РФ. Абзац 2 части 2 ст. 1083 ГК РФ следует изложить в следующей редакции: «Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда в возмещении вреда может быть отказано.
При простой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
6. До настоящего времени отсутствует единообразная правоприменительная практика возмещения вреда третьим лицам в случаях, если взаимодействие ИПО произошло по вине одного из владельцев и отсутствия таковой со стороны других владельцев ИПО. В соответствии со ст. 1079 ч. 3 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам. Такое положение представляется неверным следует исключить из ст. 1079 ч. 3 ГК РФ первый абзац.
Библиографический список
Нормативно-правовые акты
Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 г. // Российская газета. –1993. – №237.
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30.11.1994 г. №51-ФЗ (с изм. от 29.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1994. – №32. – Ст. 3301.
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая) от 26.01.1996 г. №14-ФЗ (в ред. от 26.01.2007) // Собрание законодательства РФ. – 1996. – №5. – Ст. 410.
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть третья) от 26.11.2001 г. №146-ФЗ (с изм. от 29.12.2006) // Собрание законодательства РФ. –2001. – №49. – Ст. 4552.
Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации №81-ФЗ от 30 апреля 1999 г. (в ред. от 04.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1997. – №12. – Ст. 1382.
Кодекс внутреннего водного транспорта №24-ФЗ от 7 марта 2001 г. (в ред. от 18.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 2001. – №11. – Ст. 1001.
Воздушный кодекс Российской Федерации №60-ФЗ от 19 марта 1997 года (в ред. от 30.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1997. – №12. – Ст. 1383.
Федеральный закон РФ №18-ФЗ от 10 января 2003 г. «Устав железнодорожного транспорта РФ» (в ред. от 04.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 2003. – №2. – Ст. 170.
Федеральный закон РФ №7-ФЗ от 10 января 2002 г. «Об охране окружающей среды» (в ред. от 18.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 2002. – №2. – Ст. 133.
Федеральный закон №180-ФЗ от 22 декабря 2005 г. «Об отдельных вопросах исчисления и выплаты пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам и размерах страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в 2006 году» // Собрание законодательства РФ. – 2005. – №52 (1 ч.). – Ст. 5593.
Федеральный закон №125-ФЗ от 24 июля 1998 года «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (в ред. от 29.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1998. – №31. – Ст. 3803.
Постановление Правительства РФ №460 от 6 мая 1994 года «О нормах расходов денежных средств на погребение погибших (умерших) военнослужащих, сотрудников органов внутренних дел, граждан, призванных на военные сборы, и лиц, уволенных с военной службы, а также на изготовление и установку надгробных памятников» (в ред. от 10.08.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1994. – №3. – Ст. 232.
Научная и учебная литература
Антимонов Б.С. Гражданская ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности. – М., Юридическая литература. 1952. – 124 с.
Белякова А.М. Гражданско-правовая ответственность за причинение вреда. – М., Юридическая литература. 1986. – 246 с.
Васькин В.В., Овчинников Н.И., Рогович Л.Н. Гражданско-правовая ответственность. – Владивосток., Изд-во Прима. 1988. – 128 с.
Владелец автомобиля и дорожно-транспортные происшествия / Составитель: Романенков Н.С. – М., БЕК. 1996. – 186 с.
Гражданское право. В 3-х томах / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К. 3 т. – М., Норма. 2006. – 672 с.
Гражданское право. Учебник / Отв. ред. Мозолин В.П. – М., Юристъ. 2006. – 546 с.
Денисова Е. Возмещение вреда, причиненного работникам при исполнении ими трудовых обязанностей // Законность. – 2007. – №12.
Донцов С.Е., Глянцев В.В. Возмещение вреда по советскому законодательству. – М., Юридиздат. 1987. – 266 с.
Донцов С.Е., Маринина А.А. Имущественная ответственность за вред, причиненный личности. – М., «Юридическая литература», 1986. – 122 с.
Егоров Н. Понятие источника повышенной опасности // Советская юстиция. – 1980. – №11.
Емельянов В. Всегда ли возникает обязанность возмещения причиненного вреда? // Российская юстиция. – 2007. – №1.
Зырянов А.И. Компенсация морального вреда гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС // Российский судья. – 2005. – №4.
Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. – Л., Госполитиздат. 1955. – 310 с.
Казанцев В. Правовое регулирование возмещения вреда, причиненного работникам на производстве // Российская юстиция. – 2007. – №1. – С. 27.
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. Абовой Т.Е., Кабалкина А.Ю. – М., Юрайт. 2006. – 672 с.
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. Садикова О.Н. издание 7-е, испр. и доп. – М., Издательский Дом «ИНФРА-М». 2007. – 764 с.
Комментарий к Трудовому кодексу Российской Федерации (постатейный)/ Под ред. Орловского Ю.П. издание 2-е, испр. и доп. – М., Издательский Дом «ИНФРА-М». 2004. – 822 с.
Коняев Н.И. Некоторые вопросы возмещения вреда, причиненного увечьем // Социалистическая законность. – 1963. – №6.
Коняев Н.И. Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда источником повышенной опасности. Автореф. дисc. канд. юрид. наук. – М., 1966. – 24 с.
Красавчиков О.А. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. – М., Юрилитиздат. 1966. – 180 с.
Кривощеков Н.В. Компенсация морального вреда: некоторые аспекты // Юрист. – 2005. – №4.
Крыжановская А.А. Использование программ для ЭВМ – деятельность создающая повышенную опасность для окружающих // Журнал российского права. – 2004. – №6.
Кузовлев Е.В. Правовое регулирование отношений, возникающих из причинения вреда // Право и политика. – 2004. – №9.
Майданник Л.А., Сергеева Н.Ю. Материальная ответственность за повреждение здоровья. – М., Госиздат. 1968. – 132 с.
Майорова Т. ДТП произошло на служебном автомобиле // Бизнес-адвокат. – 2004. – №3.
Малеин Н.С. Правовая охрана природы и здоровья населения в СССР // Советское государство и право. – 1976. – №6.
Малеина М.Н. Психическая неприкосновенность человека // Домашний адвокат. – 2007. – №4.
Мамай В.И. Вопросы возмещения вреда при дорожно-транспортных происшествиях // Транспортное право. -2004. – №3.
Маринина А.А. Имущественная ответственность за вред, причиненный личности. – М., «Юридическая литература». 1986. – 324 с.
Марченко С.В., Лазарева-Пацкая Н.В. Проблемы компенсации морального вреда в зеркале российского права // Адвокатская практика. – 2004. – №5.
Матвеев Г.К. Основания гражданско-правовой ответственности. – М., Юридиздат. 1970. – 86 с.
Матвеев Г.К. О понятии непреодолимой силы в советском гражданском праве // Советское государство и право. – 1963. – №8.
Мохов А.А. Проблемы судебного разбирательства дел о возмещении вреда, причиненного здоровью или жизни гражданина при оказании медицинской помощи // Медицинское право. – 2006. – №4.
Мохов А.А. Некачественное медицинское обслуживание как источник повышенной опасности для окружающих // Современное право. – 2007. – №10.
Нарышева Н.Г. Тенденции дифференциации правового регулирования возмещения вреда, причиненного окружающей среде // Экологическое право. – 2005. – №1.
Павлова Е.В. Механизм правого регулирования защиты гражданских прав потерпевших в ДТП // Юрист. – 2004. – №9.
Павлодарский Е.А. Случай и непреодолимая сила в гражданском праве. – М., Юридиздат. 1978. – 78 с.
Петров В.В. Экологическое право России: Учебник для ВУЗов. – М., БЕК. 1995. – 450 с.
Поляков И.Н. Ответственность по обязательствам, вследствие причинения вреда. – М., Городец. 2006. – 128 с.
Рожкова М.А. Об источнике повышенной опасности // Вестник ВАС РФ. – 2007. – №2. – С. 13.
Романов В.И. Гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный объектам животного мира и среде их обитания // Юрист. – 2003. – №6.
Савицкая А.Н. Возмещение ущерба, причиненного ненадлежащим врачеванием. – Львов., Житня. 1982. – 180 с.
Сергеев Ю.Д., Ломакина И.Г., Канунникова Л.В. Проблемы гражданско-правовой ответственности при оказании медицинской помощи // Российский судья. – 2007. – №3.
Смирнов В.Т., Собчак А.А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве: Учебное пособие. – Л., Изд-во ЛГУ. 1983. – 122 с.
Собчак А.А. О понятии источника повышенной опасности в гражданском праве // Правоведение. – 1964. – №2.
Собчак А.А. Гражданско-правовая ответственность за причинение вреда действием источника повышенной опасности. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. – М., 1964. – 24 с.
Собчак. А., Смирнов В. Понятие источника повышенной опасности // Советская юстиция. – 1988. – №18.
Субботин А. Ответственность за вред, причиненный народнохозяйственным объектам природы источником повышенной опасности // Советское государство и право. – 1983. – №8.
Субботин А. Субъекты ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности // Советская юстиция. – 1982. – №12.
Талевлин А.А. Юридическая ответственность за ядерный ущерб // Журнал российского права. – 2002. – №6.
Тебряев А.А. Вина причинителя вреда в деликтных обязательствах // Юрист. – 2007. – №3.
Тебряев А.А. Общее основание и условия возникновения мер ответственности и мер защиты вследствие причинения вреда источником повышенной опасности // Юрист. – 2002. – №6.
Топоров Н. Источник повышенной опасности. Серия «Классика Российской цивилистики». – М., Статут. 2006. – 622 с.
Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и неосновательного обогащения. – М., Юридическая литература. 1951. – 190 с.
Фомченков А. Компенсация морального вреда причиненного преступлением // Законность. – 2005. – №6.
Францифоров А.Ю., Францифоров Ю.В. Понятие общих условий возникновения обязательств вследствие причинения вреда // Юрист. – 2006. – №4.
Чупрова Е.В. Механизм защиты прав пострадавших на производстве и членной их семей в действующем законодательстве // Адвокат. – 2005. – №3.
Шабунина И.С. Некоторые основания перемены лиц в обязательстве вследствие причинения вреда в современном гражданском праве // Юрист. – 2004. – №3.
Шведов А.Л. Право на компенсацию морального вреда // Адвокат. – 2005. – №3.
Шиминова М.Я. Гражданско-правовые гарантии охраны здоровья и имущества граждан // Советское государство и право. – 1982. – №12.
Шишкин С. Источник повышенной опасности и его виды // Российская юстиция. – 2007. – №2.
Шишкин С. Деликтные обязательства владельцев источников повышенной опасности перед третьими лицами // Российская юстиция. – 2006. – №1.
Ярошенко К.Б. Имущественная ответственность лечебных учреждений за вред, причиненный их работниками. – М., Юридическая литература. 1970. – 166 с.
Ярошенко К.Б. Специальные случаи ответственности за причинение вреда. – М., Госиздат. 1977. – 212 с.
Материалы юридической практики
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 февраля 2005 г. №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2005. – №4. – С. 4.
Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28 апреля 1994 г. №3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья» // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1994. – №7. – С. 3–9.
Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. №10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1995. – №3. – С. 4.
Извлечение из Постановления №07–06/204 Президиума Самарского областного суда от 04.04.02 г. // Судебная практика. Самара. – 2002. – №2. – С. 5.
Извлечение из определения Президиума Самарского областного суда №0706/111 от 11.03.04 г. // Судебная практика. Самара. – 2004. – №4. – С. 2.
Извлечение из определения судебной коллегии по гражданским делам от 02.02.04 г. // Судебная практика. Самара. – 2004. – №3. – С. 4.
Извлечение из определения судебной коллегии по гражданским делам от 01.12.04 г. // Судебная практика. Самара. – 2005.– №1. – С. 6.
Извлечение из определения судебной коллегии по гражданским делам от 10.08.04 г. // Судебная практика. Самара. – 2005.– №2. – С. 7.
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. Абовой Т.Е., Кабалкина А.Ю. – М., Юрайт. 2006. — С. 433.
Антимонов Б.С. Гражданская ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности. М., Юридическая литература. 1952.- С.46; Субботин А. Субъекты ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности // Советская юстиция.- 1982. — № 12. — C.25; Субботин А. Ответственность за вред, причиненный народнохозяйственным объектам природы источником повышенной опасности//Советское государство и право. — 1983. — № 8. — C.136.
Бюллетень Верховного Суда РФ. — 1994. — № 7. — С.3-9.
Флейшиц Е.А. Обязательства из причинения вреда и неосновательного обогащения. – М., Юридическая литература. 1951. — С.131.
Майданник Л.А., Сергеева Н.Ю. Материальная ответственность за повреждение здоровья. – М., Госиздат. 1968. — С.48; Егоров Н. Понятие источника повышенной опасности //Советская юстиция. — 1980. — №11. — С.12; Белякова А.М. Гражданско-правовая ответственность за причинение вреда. – М., Юридическая литература. 1986. — С.110.
Поляков И.Н. Ответственность по обязательствам, вследствие причинения вреда. – М., Городец. 2006. — С.84.
Красавчиков О.А. Возмещение вреда, причиненного источником повышенной опасности. – М., Юрилитиздат. 1966. — С.34.
Собчак А.А. О понятии источника повышенной опасности в гражданском праве // Правоведение. — 1964. — № 2. — С.144,145.
Шиминова М.Я. Гражданско-правовые гарантии охраны здоровья и имущества граждан //Советское государство и право. — 1982. — №12. — С.65.
Субботин А. Указ. соч. — С.25.
Бюллетень Верховного суда РФ. — 1994. — №7.- С.3-4.
Красавчиков О.А. Указ. соч. — С. 12 — 13.
Поляков И.Н. Указ. соч. — С.84.
Там же. — С.85.
Белякова А.М. Указ. соч. — С.110.
Собчак. А., Смирнов В. Понятие источника повышенной опасности // Советская юстиция. — 1988. — №18. — С.24.
Извлечение из Постановления № 07-06/204 Президиума Самарского областного суда от 04.04.02 года//Судебная практика. Самара.- 2002.-№ 2.- С.5.
Ярошенко К. Б. Имущественная ответственность лечебных учреждений за вред, причиненный их работниками. – М., Юридическая литература. 1970.- С. 24.
Савицкая А.Н. Возмещение ущерба, причиненного ненадлежащим врачеванием. – Львов., Житня. 1982. — С.71.
Мохов А.А. Некачественное медицинское обслуживание как источник повышенной опасности для окружающих//Современное право. — 2007. — № 1. — С.12; Мохов А.А. Проблемы судебного разбирательства дел о возмещении вреда, причиненного здоровью или жизни гражданина при оказании медицинской помощи//Медицинское право. — 2006. — № 4. — С.11.
Сергеев Ю.Д., Ломакина И.Г., Канунникова Л.В. Проблемы гражданско-правовой ответственности при оказании медицинской помощи//Российский судья.-2007.-№ 3.- С.24.
Белякова А. М. Указ раб. — С. 112.
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. Садикова О.Н. издание 7-е, испр. и доп. – М., Издательский Дом «ИНФРА-М». 2007. — С. 405.
Крыжановская А.А. Использование программ для ЭВМ — деятельность создающая повышенную опасность для окружающих//Журнал российского права.- 2004.-№ 6.-С.54.
Антимонов Б.С. Указ. соч. — С. 101.
Флейшиц Е.А. Указ. соч. — С.133.
Шишкин С. Источник повышенной опасности и его виды//Российская юстиция.-2007.-№ 2.- С.20.
Коняев Н.И. Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда источником повышенной опасности. Автореф. дисc. канд. юрид. наук. – М., 1966.- С.5.
Малеин Н.С. Правовая охрана природы и здоровья населения в СССР // Советское государство и право. — 1976. — № 6. — С.79.
Соловей Ю.В. Гражданско-правовая ответственность при осуществлении деятельности связанной с выбросами и поглощением парниковых газов//Юрист.-2005.-№ 5.- С.19.
Топоров Н. Источник повышенной опасности. Серия «Классика Российской цивилистики». – М., Статут. 2006. — С.245.
Топоров Н. Указ. раб.- С. 246.
Собчак А. А. Гражданско-правовая ответственность за причинение вреда действием источника повышенной опасности. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. — М., 1964. — С.8.
Собчак А.А. Указ раб.- С.8
Красавчиков О.А. Указ. соч. — С.41
Поляков И.Н. Указ. соч. — С. 85.
Рожкова М.А. Об источнике повышенной опасности//Вестник ВАС РФ.-2007.-№ 2.-С.13.
П.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.04.1994 г. «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья»// Бюллетень Верховного Суда РФ. — 1994. — № 7. — С.3-9.
Извлечение из определения судебной коллегии по гражданским делам от 10.08.04 года// Судебная практика. Самара.- 2005.-№ 2.- С.7.
Извлечение из определения Президиума Самарского областного суда № 0706/111 от 11.03.04 г.// Судебная практика. Самара.- 2004.-№ 4.- С.2.
Извлечение из определения судебной коллегии по гражданским делам от 02.02.04 года// Судебная практика. Самара.- 2004.-№ 3.- С.4.
Бюллетень Верховного суда РФ. — 2002. — № 9. — С.4-5.
Кузовлев Е.В. Правовое регулирование отношений, возникающих из причинения вреда//Право и политика.-2004.-№ 9.- С.22.
Францифоров А.Ю., Францифоров Ю.В. Понятие общих условий возникновения обязательств вследствие причинения вреда // Юрист. — 2006. — № 4. — С.34.
Васькин В.В., Овчинников Н.И., Рогович Л.Н. Гражданско-правовая ответственность. – Владивосток., Изд-во Прима. 1988. — С.8.
Тебряев А.А. Общее основание и условия возникновения мер ответственности и мер защиты вследствие причинения вреда источником повышенной опасности//Юрист.- 2002.-№ 6.- С.22.
Матвеев Г. К. Основания гражданско-правовой ответственности. – М., Юридиздат. 1970. — С.26.
Шабунина И.С. Некоторые основания перемены лиц в обязательстве вследствие причинения вреда в современном гражданском праве//Юрист.-2004.-№ 3.- С.14.
Матвеев Г. К. Указ. соч. — С. 131.
Казанцев В. Правовое регулирование возмещения вреда, причиненного работникам на производстве//Российская юстиция. — 2007. — № 1. — С.27.
Коняев Н.И. Обязательства, возникающие вследствие причинения вреда источником повышенной опасности. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. – М., 1966. — С. 6.
Донцов С.Е., Глянцев В.В. Возмещение вреда по советскому законодательству. – М., Юридиздат. 1987. — С.220.
Ярошенко К. Б. Специальные случаи ответственности за причинение вреда. – М., Госиздат. 1977. — С. 34.
Флейшиц Е. А. Указ. соч. — С.147.
Майданик Л.А., Сергеева Н.Ю. Указ. соч. — С.54-55
Бюллетень Верховного суда РФ. — 1998. — № 5. — С. 2-3.
Владелец автомобиля и дорожно-транспортные происшествия / Составитель: Романенков Н.С. – М., БЕК. 1996. – С. 20
Шишкин С. Деликтные обязательства владельцев источников повышенной опасности перед третьими лицами//Российская юстиция. — 2006. — № 1. — С.34.
Владелец автомобиля и дорожно-транспортные происшествия. / Составитель: Романенков Н.С. – М., БЕК. 1996. — С.22.
Майорова Т. ДТП произошло на служебном автомобиле//Бизнес-адвокат. — 2004. — № 3. — С.13.
Комментарий к Федеральному закону «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (постатейный)/ Под ред. Ткача А.Н. – М., Юстицинформ. 2005.- С. 14.
Флейшиц Е.А. Указ. соч. — С. 150.
Бюллетень Верховного Суда РФ. — 1994. — № 7. — С. 6
Владелец автомобиля и дорожно-транспортные происшествия / Составитель: Романенков Н.С. – М., БЕК. 1996. — С. 24
Майданик Л.А., Сергеева Н.Ю. Указ. соч. — С. 62
Красавчиков О.А. Указ. соч. — С.110.
Поляков И.Н. Указ. раб. — С. 18.
Матвеев Г.К. Основания гражданско-правовой ответственности. – М, Юридиздат. 1970. — С. 5; Донцов С.Е., Маринина А.А. Имущественная ответственность за вред, причиненный личности. – М., «Юридическая литература». 1986. – С. 13.
Донцов С.Е., Глянцев В.В. Указ. раб. — С. 57 — 58.
Петров В.В. Экологическое право России: Учебник для ВУЗов. – М., БЕК. 1995. — С. 269; Нарышева Н.Г. Тенденции дифференциации правового регулирования возмещения вреда, причиненного окружающей среде//Экологическое право.-2005.-№ 1.- С.12; Романов В.И. Гражданско-правовая ответственность за вред, причиненный объектам животного мира и среде их обитания//Юрист.- 2003.-№ 6.-С.11.
Собрание законодательства РФ.-2002.- № 2.- ст. 133.
Донцов С.Е., Глянцев В.В. Указ. соч. — С. 60.
Бюллетень Верховного Суда РФ. — 1992. — № 8. — С. 6 — 7.
Денисова Е. Возмещение вреда, причиненного работникам при исполнении ими трудовых обязанностей // Законность. – 2007. – № 2. – С. 23.
Положение о расследовании и учете несчастных случаев на производстве. Утверждено Президиумом ВЦСПС от 13.08.1982. Справочник профсоюзного работника. – М., Профиздат. 1983. – С. 252.
Малеина М.Н. Психическая неприкосновенность человека // Домашний адвокат. — 2007. — № 4. — С. 7.
Бюллетень Верховного Суда РСФСР. — 1967. — № 1. — С. 6; Бюллетень Верховного Суда РСФСР.- 1976. — № 11. — С. 13.
Чупрова Е.В. Механизм защиты прав пострадавших на производстве и членной их семей в действующем законодательстве//Адвокат.- 2005.-№ 3.-С.11.
Ведомости Верховного Совета РСФСР. -1992. — № 32. — Ст. 1861; Зырянов А.И. Компенсация морального вреда гражданам, подвергшимся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС//Российский судья. — 2005. — № 4. — С.12; Талевлин А.А. Юридическая ответственность за ядерный ущерб//Журнал российского права. — 2002. — № 6. — С.65.
Комментарий к Трудовому кодексу Российской Федерации (постатейный)/ Под ред. Орловского Ю.П. издание 2-е, испр. и доп. – М., Издательский Дом «ИНФРА-М». 2004. — С.333.
Собрание законодательства РФ. 1998. – № 31. – Ст. 3803.
Постановление Правительства РФ от 6 мая 1994 года «О нормах расходов денежных средств на погребение погибших (умерших) военнослужащих, сотрудников органов внутренних дел, граждан, призванных на военные сборы, и лиц, уволенных с военной службы, а также на изготовление и установку надгробных памятников» // СЗ РФ. — 1994. — № 3. — Ст. 232.
Кривощеков Н.В. Компенсация морального вреда: некоторые аспекты//Юрист.-2005.-№ 4.- С.14.
Бюллетень Верховного Суда РФ.- 1995. — № 3.- С.4.
Бюллетень Верховного Суда РФ. — 1995. — № 3. — С. 9.
Фомченков А. Компенсация морального вреда причиненного преступлением //Законность.-2005. -№ 6.-С. 11;Шведов А.Л. Право на компенсацию морального вреда//Адвокат.-2005.-№ 3.-С. 14.
Марченко С.В., Лазарева-Пацкая Н.В. Проблемы компенсации морального вреда в зеркале российского права//Адвокатская практика.- 2004.-№ 5.- С.23.
Извлечение из определения судебной коллегии по гражданским делам от 01.12.04 года// Судебная практика. Самара.- 2005.-№ 1.- С.6.
Ведомости Верховного Совета РФ. — 1992. — № 10. — Ст. 457.
Белякова А.М. Указ. раб. — С. 10.
Смирнов В.Т., Собчак А.А. Общее учение о деликтных обязательствах в советском гражданском праве: Учебное пособие. – Л., Изд-во ЛГУ. 1983. — С. 63.
Матвеев Г.К. Указ. раб. — С. 242 — 243.
Смирнов В.Т., Собчак А.А. Указ. соч. — С. 64 — 65.
Тебряев А.А. Вина причинителя вреда в деликтных обязательствах//Юрист.- 2007.-№ 3.-С.11.
Гражданское право. Учебник / Отв. ред. Мозолин В.П. – М., Юристъ. 2006. — С.455.
Антимонов Б.С. Указ. соч. — С.156-180, 186-187; Флейшиц Е.А. Указ. соч. — С. 143; Павлодарский Е. А. Случай и непреодолимая сила в гражданском праве. – М., Юридиздат. 1978.- С.11; Майданик Л.А., Сергеева Н.Ю. Указ. соч. — С.39.
Иоффе О.С. Ответственность по советскому гражданскому праву. – Л., Госполитиздат. 1955. – С. 25
Поляков И.Н. Указ. соч. — С. 92-93.
Коняев Н.И. Некоторые вопросы возмещения вреда, причиненного увечьем // Социалистическая законность.- 1963. — № 6. — С. 24-25.
Гражданское право. В 3-х томах / Под ред. Сергеева А.П., Толстого Ю.К.. 3 т. – М., Норма. 2006. – С. 11.
Матвеев Г.К. О понятии непреодолимой силы в советском гражданском праве // Советское государство и право. – 1963. — № 8. — С.101.
Воздушный кодекс Российской Федерации № 60-ФЗ от 19 марта 1997 года (в ред. от 30.12.2006) // Собрание законодательства РФ. – 1997. – № 12. – Ст. 1383.
Бюллетень Верховного суда РСФСР. — 1964. — № 1. — С.15.
Антимонов Б.С. Указ. соч. — С.15.
Бюллетень Верховного суда РФ. — 1996. — №11. — С.7-8.
Павлова Е.В.Механизм правого регулирования защиты гражданских прав потерпевших в ДТП // Юрист.-2004. — № 9. — С.19.; Мамай В.И. Вопросы возмещения вреда при дорожно-транспортных происшествиях // Транспортное право. — 2004. — № 3. — С.17.
Емельянов В. Всегда ли возникает обязанность возмещения причиненного вреда? // Российская юстиция. -2007. — №1. — С.24-25.
7х109 т. В разрезах по долинам сухих рек Байдарной и Каменской в верхние части пачек тефры вклиниваются отложения мощного пирокластического потока. В заключительную посткульминационную фазу извержения SH2 сформировался очень крупный экструзивный купол, остатки которого были названы [4] Четвертой вершиной. Судя по сохранившимся фрагментам, объем купола, вероятно, превышал 1 км3. 
