Рефетека.ру / История

Курсовая работа: Этамы возникновения древнерусского государства

Оглавление:


Введение…………………………………………………………..………...3

Основная часть:

Предпосылки возникновения древнерусского государства…..5

Образование древнерусского государства…………………....13

Заключение………………………………………………………….……23

Список использованной литературы…………………………………...24

Введение


Актуальность темы исследования


Момент возникновения Древнерусского государства нельзя определить с достаточной точностью. Очевидно, имело место постепенное перерастание политических образований в феодальное государство восточных славян - Древнерусское государство. В литературе разными историками это событие датируется по-разному. Однако большинство авторов сходятся на том, что возникновение Древнерусского государства следует относить к 9 в.

Внимание к периоду становления раннего государства и права на Руси является сегодня вполне обоснованным с точки зрения государственно-правового подхода еще и потому, что институциализация политических и правовых структур проис­ходила здесь на протяжении длительного исторического перио­да, а условия, способы и механизмы властеотношений именно в этот период приобретали системообразующее значение.

На нынешнем этапе исследований государственно-правовой исто­рии созрела необходимость и сложились условия для перехода от изучения отдельных политических и правовых реалий Древ­ней Руси к их комплексному, системному анализу. Такому ана­лизу политико-правовой системы Древней Руси в отечествен­ной историко-правовой литературе формально посвящено ог­раниченное количество исследований. Но фактический объем работ, в которых так или иначе затрагиваются различные ас­пекты российского исторического государствоведения и право­ведения, очень широк.

Здесь следует назвать работы П.И. Беля­ева, М.Ф. Владимирского-Буданова, А.А. Горского, Б.Д. Греко­ва, И.Н. Данилевского, М.А. Дьяконова, А.А. Зимина, Н.М. Ка­рамзина, В.О. Ключевского, Н.Ф. Котляра, В.В. Мавродина, Е.А. Мельниковой, А.В. Назаренко, А.П. Новосельцева, В.Т. Пашуто, А.Е. Преснякова, О.М. Рапова, В.А. Рогова, Б.А. Рыбако­ва, А.Н. Сахарова, М.Б. Свердлова, В.И. Сергеевича, С.М. Соло­вьева, М.Н. Тихомирова, П.П. Толочко, А.П. Толочко, А.Н. Фи липпова, И.Я. Фроянова, Л.В. Черепнина, З.М. Черниловского, О.И. Чистякова, Б.Н. Чичерина, Я.Н. Щапова, С.В. Юшкова и др.

Многие фундаментальные положения изучаемой пробле­мы вплоть до настоящего времени продолжают оставаться дис­куссионными. В частности, не существует единого мнения от­носительно времени, характера и конкретно-исторических ус­ловий перехода восточно-славянского общества к государству.

Цели и задачи работы. Цель данной работы состоит в рассмотрении возникновения древнерусского государства.

Для достижения поставленной цели в работе решаются следующие частные задачи:

рассмотреть предпосылки возникновения древнерусского государства;

рассмотреть образование древнерусского государства.

Объект исследования – возникновение древнерусского государства.

Предметом исследования являются общественные отношения, связанные с рассмотрением возникновения древнерусского государства.

Основная часть


1. Предпосылки возникновения древнерусского государства


Расположенное на великой Восточно-Европейской равнине Древнерусское государство с момента его образования являлось одним из крупнейших государств того времени и сыграло важ­ную роль в истории не только народов России, но и народов Центральной и Западной Европы.

Древнерусское государство образовалось в итоге длитель­ного процесса развития восточнославянских племен. Славянс­кие племена — одно из важнейших этнических образований Европы.

Самые ранние известия письменных источников о славян­ских племенах относятся к 1—2 вв. н. э. (Тацит, Плиний, Птоле­мей). Под именем венедов славяне населяли тогда территории в бассейне реки Вислы и побережья Балтийского моря1.

Начиная с 6 в. источники о славянах становятся многооб­разными и достаточно содержательными. Это находится в пря­мой связи с той ролью, какую к тому времени начинают играть в Восточной Европе славянские племена и их борьба с Визан­тией, которая, так же как и Римская империя, но от Рождества Христова, вполне может считать себя родоначальницей всех последующих больших и малых имперских притязаний.

История не знает славянских нашествий, как и не знает имен тех народных вождей, которые, возбуждая у соплеменни­ков триумфальный восторг и заражая их идеей мирового гос­подства, оставили бы, подобно римским императорам, вели­кое, если с завоевательных позиций, и страшное, если обра­титься к людским страданиям, наследие отгремевших эпох.

У славянских племен не было ни триумфальной столицы, ни триумфальной дороги к ней, по которой въезжали бы поко­рители мира, ведя пленных и неся трофеи, то есть чужое богатство, отобранное для своих нужд. А что касается Третьего Рима (чем и ныне кое-кто пытается еще попрекнуть Москву), то, во-первых, это было всего лишь желание, а не воплощенная действительность, а во-вторых, желание, связанное, скорее, с византийскими привнесениями, чем с идеей доморощен­ной, тем более народной, которое потому и не могло при­житься на русской земле.

История не знает славянских нашествий, но зато в ней четко обозначены другие — нашествия гуннов, аваров, пече­негов, половцев, татаро-монголов, наконец французов и нем­цев — и это уже в наше, просвещенное время. Однако по злой ли воле судьбы, по исторической ли заданности воинствен­ными и агрессивными, как и прежде, считаются славяне, рус­ские, Россия, но никак не те народы и государства, на совес­ти которых кровь миллионов загубленных жизней, грабежи, жестокость, вандализм. Испанцы, англичане, французы, от­крыв и захватив для себя огромный континент и истребив или почти истребив жившие на нем племена и народы, видят в этом акте истории Божье провидение и, поставив себя во гла­ве миролюбивых сил планеты, готовы диктовать, да и дикту­ют мировому сообществу свою волю2.

Россия же распространила свое влияние на Сибирь, ко­торое сопровождалось не столько насилием, сколько тихой, мирной, бескровной, религиозной экспансией. Однако Рос­сия значится не иначе как в списках агрессоров и преступни­ков, и от нее все явственней требуют чуть ли не самоубий­ственного покаяния. А славянству, между прочим, есть что сказать и предъявить мировому сообществу. Ведь Россия, к примеру, только в 20 столетии дважды подвергалась эконо­мическому и духовному ограблению. Да и сегодня идет не при­крытое ничем ограбление от века будто бы воинственного, агрессивного, но отчего-то вдруг растерявшего весь свой аг­рессивный и воинственный пыл русского народа, России. Рус­ский человек, веками терпевший кабалу и насилие над собой, и сегодня в силу как раз своего исторического характера и в ущерб себе продолжает терпеть, страдать и молчать.

История славянства как общности, если без предвзятости посмотреть на нее, скорее наводит на мысль, что вовсе не от воинских доблестей и победоносных шествий по чужим землям, а от понятий «славный», «добросердечный», «сговорчи­вый», «миролюбивый», более склонный к самопожертвованию, чем на бесчеловечность по отношению к другим, на насилие и жестокость, — от этих составляющих, характеризующих лишь дружелюбие по отношению к соседствующим народам, и про­исходит или, по крайней мере, должно было происходить наи­менование славян.

По византийским источникам установлено, что славяне в 6 в. занимали огромную территорию от Дуная до Вислы и де­лились на три большие группы: склавинов, антов и венедов. Первые обитали между Днестром, средним течением Дуная и верховьями Вислы, вторые — в междуречье Днестра и Днепра, в нижнем их течении и в Причерноморье, третьи — в бассейне Вислы. Исследователями высказано мнение, что указанные три группы в дальнейшем развитии дали три ветви славянства: юж­ную (склавины), западные (венеды) и восточную (анты). Одна­ко источники 6 в. не содержат еще указаний на какие-либо различия между этими группами, а, наоборот, объединяют их, отмечая единство языка, единство обычаев и законов3.

Единство славян находило выражение в их общественном устройстве. Славяне в 6 в. переживали последнюю стадию раз­вития общинно-родового строя. Основой общественной орга­низации у славян стала патриархальная семейная община. Госу­дарства у славян в 6 в. еще не было. Наряду с народным собра­нием существовали племенные вожди или князья. Вожди сла­вянских племен принадлежали к зарождавшейся родоплемен-ной знати, выделявшейся по своему имущественному положе­нию из основной массы населения. В 6 в. племенная раздроб­ленность еще не была преодолена славянами. Однако тенденция к созданию более прочного единства у них уже имелась. Этому в немалой степени способствовала та обстановка постоянной вой­ны, которую вели славяне против Византии на протяжении почти всего 6 века. В ходе этой борьбы создавались союзы сла­вянских племен.

Основным занятием славян являлось земледелие, ставшее уже повсеместно пашенным. Обработка земли велась с помо­щью тягловой силы орудиями плужного типа, возделывался широкий круг зерновых культур: пшеница, рожь, зернобобо­вые и волокнистые культуры. Подсека и перелог, игравшие еще большую роль, особенно в северных районах, начинали вытес­няться двух- и трехпольной системой с паровым клином. Боль­шое значение в хозяйстве славянина имело животноводство. Охота и рыболовство были распространены повсеместно.

Распространение пашенного земледелия на всей террито­рии расселения славян означало огромный прогресс по сравне­нию с подсечной системой, бытовавшей прежде4.

Другим важным показателем роста производительных сил у восточных славян было развитие ремесла. В некоторых славян­ских поселках обнаружены десятки домниц, в которых выплав­лялось железо. Раскопки показывают, что в славянских домах занимались прядением, выделывали меха, кожи, производили посуду. Несомненно, часть произведенного продукта шла на об­мен.

Ремесленное производство создало предпосылки для воз­никновения городов как центров ремесла. К началу X в. некото­рые славянские города-укрепления, такие как Киев, Черни­гов, Смоленск, Новгород, превратились в центры ремесленно­го производства.

Вместе с тем 7—9 вв. явились временем развития вне­шних экономических связей восточных славян со странами Во­стока, Византией, а также со странами Прибалтики. Великий Волжский торговый путь связал землю восточных славян с пле­менами Среднего Поволжья и дальше — через Хвалынское (Кас­пийское) море — с Востоком. Днепровский путь связал восточ­ных славян с Византией. А к концу 9 в. как Волжский торговый путь, так и днепровский путь «из варяг в греки» получили свое продолжение на север вплоть до Прибалтики, превратившись тем самым в торговые пути общеевропейского значения.

По археологическим данным, существенной чертой обще­ственного строя славян 8—9 вв. является наличие уже по­всеместно сельской или территориальной общины как союза индивидуальных хозяев (малых семей), в собственности кото­рых находятся жилище, орудия труда, продукт труда обраба­тываемый участок земли. Небольшой размер жилища на 4—5 человек, размещение и размер хозяйственных построек, неболь­шой запас продуктов — все это свидетельствует об индивиду­альном характере хозяйства славян. Об этом же говорит факт сбора дани у славян с «дыма», то есть дома. Исходя из последующего развития крестьянской общины, можно предположить в славянской общине 8—9 вв. нали­чие коллективной собственности на землю, в известных случа­ях — коллективный труд и пережитки родового строя в быту, в правосознании и идеологии.

Частная собственность и основанный на ней индивиду­альный труд с неизбежностью вели к имущественному, а зна­чит, и социальному неравенству. Выделение из общины иму­щественной верхушки свидетельствовало об образовании эко­номически сильной группы, которая стремилась ослабить роль народного собрания и передать власть своим представителям.

Этот процесс нашел свое выражение в появлении к концу 9 — началу 10 в. богатых славянских погребений наряду с бед­ными, обнаруженных археологами в крупнейших славянских городах, и в образовании на территории славянских поселений обособленных укреплений — замков, где жили выделившиеся из общины представители экономически могущественной вер­хушки. Все эти явления отразились в замечательном памятнике древнерусского права — Древнейшей Русской Правде, запи­санной в 11 в. при Ярославе Мудром, но в своей основе относя­щейся к кануну образования Древнерусского государства.

Древнейшая Русская Правда рисует нам, несомненно, об­щество правящего слоя и остального населения, еще не осво­бодившееся до конца от оболочки родового строя. Существует еще такой важнейший институт родового строя, как кровная месть и круговая порука. Но родовые связи уже начинают заме­няться связями территориальными. Основная общественная орга­низация, с которой имеет дело Древнейшая Правда, — это «мир», территориальная сельская община (слово «мир» сохра­нило в русском языке значение территориальной сельской об­щины вплоть до 20 в.). Однако население этих «миров» уже перестало быть однородным по своему социальному составу5.

Древнейшая Правда ярко отразила появление внутри сла­вянских «миров» привилегированного слоя. Основное внима­ние она уделяет защите интересов «мужей» — термин, которым в Древнейшей Правде обозначена социальная верхушка обще­ства славян. «Муж» тесно связан с общиной. Он живет «в своем миру». Но в противоположность рядовым общинникам «муж» не является человеком труда — земледельцем. Это преимущественно военный человек. Живет «муж» в «хоромах», окруженный многочисленной «челядью», которая работает на него.

Основную массу «челяди» составляют рабы, хотя в ее составе все больше появляется и нерабов из числа общинников, которые, разорившись, потеряли свою свободу и попали в зависимость от богатых «мужей». «Хоромы» были не только жилищем «му­жей», но и центром владений земель, лугов и различных уго­дий, на которые накладывал свою руку «муж», захватывая их у общины и превращая в свою наследственную частную собствен­ность — «отчину» (термин, от которого произошло слово «вот­чина» — обозначение феодальной земельной собственности в России). Вместе с ростом экономического богатства росла и политическая мощь «мужей». Возникновение имущественного неравенства у славян шло одновременно с образованием государства.

Из византийских источников можно заключить, что у антов 6 в. государства еще не было, их князья являлись военны­ми предводителями, не нарушавшими прерогатив и прав на­родных собраний, их войска составлялись из всего вооруженно­го народа. Дружина у князей еще отсутствовала. Военная добыча в основном доставалась воинам: ценности и пленные делились, а завоеванная земля заселялась победителями.

В процессе дальнейшего развития славянских племен в 7—9 вв. на Восточно-Европейской равнине постепенно из­жились элементы народоправства. Выделившаяся верхушка из славянской общины — «мужи» (по терминологии Древнейшей Русской Правды), захватила в свои руки органы племенного самоуправления. Группируясь вокруг племенного князя, «мужи» составляли его вооруженную дружину, с помощью которой князь мог уже противопоставить свою власть пережиточным органам родового самоуправления и использовать их в интере­сах народившихся господ. Нормы обычного права, сложивши­еся в общине, изменились применительно к новым условиям. Защита складывающейся феодальной собственности — глав­ная цель этих изменений. Рядовой общинник, ведущий свое мелкое хозяйство, потерял черты воина и стал земледельцем. Война являлась делом князя и дружины. Так в ходе длительно­го развития складывались отдельные элементы государствен­ного аппарата.

В целом имеющиеся источники (Русская летопись, арабс­кие источники) делят славянские племена на две группы: юж­ную, состоявшую из полян, северян и вятичей, и северную, состоявшую из словен, кривичей и включавшую в себя ряд не­славянских племен. Эти два союза славянских племен явились ядром складывавшегося Древнерусского государства.

2. Образование древнерусского государства


Последний этап создания Древнерусского государства ис­точники связывают с образованием «Руси», «Русской земли», и народами, создающими это государство, — «русами» или «ро­сами».

Известия о «Руси» и «русах», или «росах», появляются в различных источниках начиная с 6 века. Еще более много­численны свидетельства источников о Руси и русах 8—9 веков. В IX в. русы выступают уже как мощная сила, обладаю­щая политической организацией, возглавляемой князьями; они получают широкую известность далеко за пределами своего обитания. Свидетельства источников позволяют определить и место обитания русов в 6—9 веках. Это — район среднего течения Днепра и его притока — реки Роси. При впадении реки Роси в Днепр на высоком неприступном берегу стоял главный город русов — Родня. Эту область издревле называли Русью, или Русской землей. Позднее, когда первенствующее положение в союзе племен Приднепровья заняли поляне, наи­менование Русь, Русская земля было перенесено на более широкую область с центром в Киеве, а затем усвоено и Древ­нерусским государством6.

В Древнерусское Киевское государство вошли кроме сла­вян и некоторые соседние финские и балтийские племена. Это государство, таким образом, с самого начала было этни­чески неоднородным. Однако основу его составляла древне­русская народность, являющаяся колыбелью трех славянских народов — русских (великороссов), украинцев и белорусов. Она не может быть отождествлена ни с одним из этих наро­дов в отдельности. Однако разработанная в конце 19 в. таки­ми выдающимися профессорами Львовского университета, как М.П. Драгоманов, М.С. Грушевский, и киевским истори­ком В.Б. Антоновичем концепция украинской истории пыта­лась изобразить Древнерусское государство украинским. Названные ученые делали акцент на извечной различнос­ти племен юго-западной и северо-восточной Руси.

Их излюб­ленным источником являлось то место из «Повести временных лет», где преподобный Нестор рассказывает о «кротких, тихих и стыдливых» полянах (славянское племя, живущее на грани I и II тысячелетий в окрестностях Киева и вниз по Днепру до порогов), противопоставляя их жившим «звериньским образом» древлянам, радимичам, вятичам, северянам, кривичам и про­чим «паганим», не ведущим закона Божия, — речь идет о сла­вянских племенах, живших к северу и востоку от полян.

Эта же идея подхвачена в наше время в националистичес­ких кругах «незалежной Украины», старающихся обособить ук­раинские, великорусские и белорусские земли, в которых по­литическая и культурная гегемония будто бы принадлежала и принадлежит элементу украинскому, южному.

Между тем Древнерусское государство ни по территории, ни по населению не совпадало с современной Украиной, у них была лишь общая столица — город Киев. В 9в. и даже в 12 в. еще нельзя говорить о специфически украинской культуре, языке и т. д. Все это появится позже, когда в силу объективных исто­рических процессов древнерусская народность распадется на три самостоятельные ветви.

Изъян украинской исторической школы в том, что ни о каком особом украинском народе, равно как великорусском и белорусском, в древних летописях нет упоминания. Имеется множество восточнославянских племен, большую или меньшую родственность которых друг другу, безусловно, признают лето­писцы: поляне, древляне, хорваты, волыняне, уличи, тивер­цы, дреговичи, северяне, радимичи, вятичи, кривичи, при-ильменские славяне. Все они к 11—13 вв. сложились в куль­турно-политическую целостность, которая, если верить препо­добному Нестору, «начася прозывати Руска земля» с княжения Олега, «рускаго князя» (881 г.). Кстати, до сегодняшнего дня западные соседи Киевской Руси, поляки, именуют украинцев русинами.

Одновременно с образованием ядра Русского государства, путем объединения южной части восточнославянских племен вокруг Киевского центра во главе с полянами, происходил процесс объединения северной части восточнославянских племен вокруг Новгорода во главе со словенами7.

Завершающим моментом в этом процессе явилось объеди­нение южной и северной группы восточнославянских племен в единое Древнерусское государство с центром в Киеве. Этот зак­лючительный этап протекал в обстановке борьбы: на юге — с хазарами, на севере — с варягами.

Славянские племена стояли на более высоком уровне со­циально-экономического развития, чем кочевники-хазары. Ха­зарам не удалось надолго подчинить себе славян. Раньше всего ликвидировали свою зависимость от хазар поляне.

Несколько иначе развивались события на севере. Походы варягов «из заморья», то есть из Скандинавии, на земли вос­точных славян носили характер разбойничьих набегов варяжс­ких дружин, для которых славянские племена были новым объек­том грабежа и разбойничьей торговли. Русские летописи сооб­щают о насилиях варягов в отношении славян и других племен. Это привело к тому, что словене, кривичи и другие племена восстали на варягов, изгнали их «за море» и стали сами «владеть собой».

В это время Новгород, подобно Киеву, уже являлся политическим центром складывавшейся славянской государствен­ности. Новгородская летопись сохранила предание о «старей­шине» Гостомысле, правившем другими старейшинами в Нов­городе. Однако в Новгороде, по-видимому, еще были сильны традиции родового строя, что привело к острой борьбе за власть между родовыми старейшинами Новгорода и других городов.

В этой обстановке междоусобной борьбы в Новгороде и появляется пресловутый Рюрик — легендарный родоначальник правящей династии на Руси.

На этот счет, казалось бы, имеются надежные источни­ки, в том числе летописное произведение — наш древнейший летописный свод «Повесть временных лет», где подробно опи­сано, как возникло государство у славян. Это знаменитая ле­генда о призвании варягов: жили де славяне в своей богатой земле в беспорядке, надоела им такая жизнь и решили при­звать они варяжских князей, чтобы те навели желанный поря­док. Князьям за такую работу браться не очень хотелось, но потом они уступили настоятельным просьбам славян, пришли к ним, сели в трех городах в 862 г. на престолы: Рюрик — в Новгороде, Трувор — в Изборске (недалеко от Пскова), Си-неус — в Белоозере — и учредили государство. Таким образом, это событие и было принято считать моментом образования Русского государства.

Сказочность этой истории очевидна. Тем не менее такого материала оказалось достаточно, чтобы создать печально зна­менитую Норманнскую теорию происхождения Русского госу­дарства. Этим занялись еще в 18 в. немецкие историки, пригла­шенные для работы в Российскую Академию наук, — Байер, Миллер, Шлецер. Материал был, конечно, очень соблазни­тельным, а параллели очевидны: русские — народ, ни на что не пригодный. В 9 в. германцы создали им государство, в 18 в.— науку. Норманнская теория имела большой успех: начиная c Петра I пошла мода на все западное, половина царей и цариц того века были если не чистокровными нем­цами, то с изрядной долей немецкой крови, не говоря уже о том, что придворная камарилья была в значительной степе­ни иноземной.

Норманнская теория происхождения Русского государ­ства, выдвинутая историками-немцами, жившими в России в 18 в., получила широкое распространение как в дореволю­ционной русской, так и в современной зарубежной историог­рафии. Смысл все тот же: показать русских полностью зависи­мыми от Запада в интеллектуальном отношении.

Сторонники этой теории — «норманнисты»: американс­кие ученые З. Бжезинский, Ж. Вьежинский, Х. Дэвидсон, Р. Пайпс — тенденциозно искажая историю, изображают славян как примитивные дикие племена, находившиеся на чрезвы­чайно низком уровне исторического развития и неспособные сами создать свою государственность. С точки зрения Норман­нской теории «варяги» (то есть скандинавы, норманны) яви­лись одновременно и завоевателями славян, и создателями Русского государства. В действительности же государственность у славян начала складываться задолго до 9 в., к которому относятся походы варягов-норманнов в Восточную Европу. Грабительские набеги варягов были лишь помехой в развитии общества и государства у славян.

Несостоятельными являются и стремления норманнис-тов представить легенду «о призвании варягов» как истори чески достоверное свидетельство о реальных событиях. Рас­сказ «о призвании варягов» представляет собой творчество летописца-новгородца 11 в., пытавшегося изобразить историю возникновения княжеской власти на Руси, исходя из совре­менных ему порядков в Новгороде в 11 в., куда новгородцы сами приглашали угодных им князей.

Дело в том, что история, во всяком случае, была классо­вой, партийной наукой. Она всегда служила господствующему классу. Новгородский летописец и его поздние редакторы (ав­тор «Повести временных лет», написанной в начале 12 в., как думают историки, киевским монахом Нестором) служили той власти, которой требовалось обоснование своей правомерной, общественной необходимости, законного происхождения. Все это давала легенда о призвании варягов. Если изложить идею этой легенды современным языком, то она сведется к следую­щему: во-первых, власть князя, государственная власть есть представитель порядка в беспорядке; во-вторых, она установ­лена по воле самого народа, уставшего от беспорядка; в-треть­их, она явление надклассовое, в равной мере необходимое всем членам общества. Таков был социальный заказ летописцу, и он его выполнил.

Проблема характера взаимоотношений легенды «о призва­нии варягов» и реальных событий требует, очевидно, дальней­шего осмысления. Исследование раннего периода русской исто­рии затруднено недостатком сведений из источников, относя­щихся ко времени, предшествующему составлению первых оте­чественных летописных сводов (вторая половина 11 — начало 12 в.). В силу этого достаточно поставить под сомнение сведения Начального свода конца 11 в. и «Повести временных лет» начала 12 в. о Рюрике, Аскольде и Дире, о приходе в Киев Олега и Игоря, поскольку известия эти явно записаны на основе устных преданий. Не менее важным фактором является также и то, что, по мнению историка А.Е. Преснякова, Олег — фигура не легендарная, а историческая. Как преемник Рюрика, новгородс­кий князь Олег организовал поход на юг, завершившийся заво­еванием Олегом Киева, убийством им киевских князей Аскольда и Дира и перенесением центра объединенного государства в Киев. Это событие, относимое летописью к 882 г., традиционно счи­тается датой образования Древнерусского государства.

Тем не менее, в историографии существуют расхождения по поводу того, что представляет собой в первой половине 10 в. эт­ническое образование под названием «Русь». Одни авторы исхо­дят из того, что речь следует вести о государстве с четко офор­мившейся центральной властью, включавшем в себя большую часть территории, заселенной восточными славянами, и имею­щем столицей Киев. Другие полагают, что единое государствен­ное образование еще не сформировалось, Киев не приобрел зна­чения бесспорно главного центра, на территории Восточной Европы одновременно существовали разные варяжские группи­ровки с независимыми конунгами-предводителями. Выдвину­то, в частности, предположение, что Киев стал резиденцией русского князя только в 30-е годы 10 века. [Конунги (по-сла­вянски «князья») — варяжские предводители, стоявшие во гла­ве военных дружин. Конунги нанимались на службу в городах или захватывали власть в городах и становились городскими владе­тельными князьями. А так как городу обыкновенно подчинялась окружавшая его волость, то в таком случае образовывалось целое княжество8.

Суммируя указанные данные, можно предположительно заключить, что складывание государства Русь завершилось только к концу 10 в. с ликвидацией местных княжений и переходом всех восточнославянских земель под непосредственную власть киевской династии, когда на территориях всех бывших союзов племенных княжеств были посажены наместники киевского князя. Сам Киев к этому времени был признан главным цент­ром Руси, власть принадлежала княжескому роду, контролиро­вавшему огромную территорию непосредственно и, по мень­шей мере, такую же — через признающих верховенство киевс­кого князя местных князей.

При этом, если «...характерные признаки и свойства древ­невосточной государственности, существенно отличающиеся от институтов античных обществ, были вызваны к жизни специ­фикой как действовавших здесь экономических и социальных факторов, так и типологическими особенностями последова­тельно сменявших друг друга администативно-политических структур», то особенности формирования Древнерусского го­сударства были обусловлены следующими факторами:

Географический фактор — огромные слабонаселенные пространства, не имеющие четких природных границ, которые могли бы стать государственными границами (горные хребты, моря), обусловили возможность возникновения огромной (по западноевропейским меркам) страны.

Этнический фактор — на территории Восточно-Евро­пейской равнины проживали восточнославянские, финно-угор­ские, балтийские племена. Общность условий обитания, заня­тий (оседлое скотоводство, земледелие, рыболовство, охота), языческих верований, отсутствие территориальных притязаний обусловили возможность образования государства с полиэтни­ческим составом населения.

Экономический фактор — прохождение через террито­рию, населенную восточнославянскими племенами, путь «из варяг в греки», выгода сосредоточения которого в одних руках была очевидна (централизованная охрана, отсутствие таможен­ных пошлин) ускорили объединение Новгородской и Киевс­кой земель в единое Древнерусское государство с центром в Киеве (882 г.).

Религиозный фактор — господство сходных языческих верований в момент возникновения государства не противопо­ставило одни племена другим, а принятие православия не обо­стрило противоречий между различными этносами, поскольку оно постепенно, при очень терпимом отношении к язычникам (сравни: крестовые походы) приблизило народ к христианству.

В силу исторических особенностей возникновения государ­ственной организации на Руси исходным ее типом была авто­ритарная система. В своей основе она представляет собой груп­повую властную структуру с несколькими относительно неза­висимыми несамодостаточными субъектами управления. Каж­дый из них выступает как относительно закрытая группа лю­дей, объединившихся для реализации своих особых интересов, или властная корпорация.

Авторитарная государственная организация Киевской Руси основывалась на родовых отношениях. Порядок княжеского вла­дения определялся в соответствии с генеалогической и терри­ториальной общностью обычно-правового уклада, разработанного в теории В.О. Ключевского о «лествичном восхождении» князей с одного стола княжеского на другой по известной очереди. «Очередь эта определялась старшинством лиц и устанавливала постоянно колебавшееся, изменчивое соотношение наличного числа князей с количеством княжеских волостей или владений. Все наличные кня­зья по степени старшинства составляли одну генеалогическую ле-ствицу. Точно так же вся Русская земля представляла лествицу обла­стей по степени их значения и доходности. Порядок княжеского владения основывался на точном соответствии ступеней обеих этих лествиц, генеалогической и территориальной, лествицы лиц и лествицы областей».

На верху лествицы стоял старший из князей, великий князь киевский. Правя Русью и родичами, великий князь в особо важных случаях принимал решения не один, а собирал князей на общий совет, действовал как представитель и исполнитель всего державного княжеского рода.

Князь киевский считался всего лишь старшим среди дру­гих князей и в отличие от князей местных назывался «великим князем русским». Местные князья были относительно самосто­ятельными в своих владениях. А все вместе они нераздельно владели Русской землей всего княжеского рода. Таков был по­рядок авторитарной государственной организации в Киевской Руси, его корпоративная структура.

Целостного и достоверного освещения авториторизма, во всяком случае российского, история еще не получила. Однако его признаки хорошо известны на уровне имеющихся современных знаний. К их числу прежде всего относятся: 1) отчуждение народа от власти; 2) значительный централизм в руководстве обществом; 3) руководство и управление обществом во всех сферах жизнеде­ятельности осуществляется в основном командно-административ­ными, приказными методами; 4) доминирование в политичес­кой системе одной правящей партии; 5) наблюдается во многом неправовой характер деятельности власти; 6) ущемление прав и свобод граждан; 7) армия, полиция, органы безопасности ис­пользуются для подавления оппозиционных сил, выступающих против режима; 8) все средства массовой информации и само ее содержание берутся под строгий контроль государства.

Указанные выше признаки свидетельствуют, что авторита­ризм был действительно присущ Древнерусскому государству — Киевский Руси до завоевания ее татаро-монголами.

Заключение


Итак, мы рассмотрели предпосылки возникновения древнерусского государства, а также образование древнерусского государства.

Из всего вышеизложенного можно сделать следующие выводы.

Древнерусское государство явилось важнейшей вехой в истории народов нашей страны и его соседей в Европе и Азии. Древняя Русь стала крупнейшим для своего времени европейским государством. Ее площадь составляла более 1 млн. кв. км, а население - 4,5 млн. человек. Естественно, что она оказала сильнейшее влияние на судьбы мировой истории.

Древнерусское государство, созданное древнерусской народностью, явилось колыбелью трех крупнейших славянских народов - великороссов, украинцев и белорусов.

Древняя Русь с самого начала была полиэтническим государством. Народы, в нее вошедшие, продолжали потом свое развитие в составе других славянских государств, ставших ее преемниками. Одни из них ассимилировались, добровольно утратили свою этническую самостоятельность, другие же сохранились до наших дней.

В Древнерусском государстве сложилась форма раннефеодальной монархии, которая сохранилась потом и у ее преемников на протяжении нескольких веков.

Громадное значение имело древнерусское право, памятники которого, особенно Русская Правда, дожили и до Московского государства. Имели они значение и для права соседних народов.

Объективные исторические процессы развития феодализма повлекли за собой отмирание Древнерусского государства. Развитие феодальных отношений, породившее Древнюю Русь, привело, в конце концов, к ее распаду, неизбежному процессу установления феодальной раздробленности в 12 в.

Список использованной литературы:


Данилевский И.Н. Древняя Русь глазами современников и потомков (9-12 вв.). М., 2001. С. 340.

Гордиенко Н.С. "Крещение Руси": факты против легенд и мифов. Л., 1986. С. 27.

Кацва Л.А., Юрганов А.Л. История России 7-15 вв. - М., 2001. С. 240.

Ключевский В.О. Избранные лекции "Курса русской истории". – М., 2002. – С. 672.

Ключевский В.О. Русская история. Полный курс лекций. В трех книгах. – М., 1997. – С. 1792.

Кутьина Г., Мулукаев Р., Новицкая Т. История отечественного государства и права. Часть 2. – М., 2003. – С. 544.

Ловмянский Х. Русь и норманны. М., 1985.

Мавродина Р.М. Киевская Русь и кочевники (печенеги, торки, половцы). Л., 1983.

Тихонов А.И. История отечественного государства и права. – М., 2003. – С. 120.

Фортунатов В.В. История отечественного государства и права (документы, таблицы, словарь). Учебное пособие. – М., 2000. – С. 144.

Цечоев В.К., Власов В.И., Степанов О.В. История отечественного государства и права. – М., 2003. – С. 480.

Чистяков О.И. История отечественного государства и права. Часть 1: Учебник. – М., 2001. – С. 430.

Чистяков О.И. Хрестоматия по истории отечественного государства и права. 1917-1991. – М., 2005. – С. 592.

1 Данилевский И.Н. Древняя Русь глазами современников и потомков (9-12 вв.). М., 2001. С. 38.

2 Данилевский И.Н. Древняя Русь глазами современников и потомков (9-12 вв.). М., 2001. С. 45.

3 Ключевский В.О. Русская история. Полный курс лекций. В трех книгах. – М., 1997. – С. 573.

4 Мавродина Р.М. Киевская Русь и кочевники (печенеги, торки, половцы). Л., 1983.

5 Цечоев В.К., Власов В.И., Степанов О.В. История отечественного государства и права. – М., 2003. – С. 283.

6 Цечоев В.К., Власов В.И., Степанов О.В. История отечественного государства и права. – М., 2003. – С. 285.

7 Цечоев В.К., Власов В.И., Степанов О.В. История отечественного государства и права. – М., 2003. – С. 294.

8 Чистяков О.И. История отечественного государства и права. Часть 1: Учебник. – М., 2001. – С. 294.

Рефетека ру refoteka@gmail.com