Рефетека.ру / Государство и право

Дипломная работа: Уголовная ответственность за преступления, посягающие на свободу личности

ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ

САМАРСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

КАФЕДРА УГОЛОВНОГО ПРАВА И КРИМИНОЛОГИИ


ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА

ТЕМА: «УГОЛОВНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ПОСЯГАЮЩИЕ НА СВОБОДУ ЛИЧНОСТИ»


Научный руководитель:

Преподаватель кафедры уголовного права и криминологии

подполковник внутренней службы

Выполнил:

слушатель 5 курса 5 взвода

мл. л - т внутренней службы

Рецензент:

И.о. начальника КМ РУВД

Кировского района г. Самары

подполковник милиции

Решение о допуске к защите

Дипломная работа защищена

на заседании ГАК

«___»______________________2007 г.

Оценка «_________________________»

Председатель ГАК_________________


САМАРА 2007

ОГЛАВЛЕНИЕ


ВВЕДЕНИЕ……………………………………………………………………...3

ГЛАВА 1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ ОБ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ПОСЯГАЮЩИЕ НА СВОБОДУ ЛИЧНОСТИ

1.1. Преступления, посягающие на свободу личности в истории уголовного права…………………………………………………………………………..…. 6

1.2. Понятие и основание уголовной ответственности.…………….……....13

1.3. Личная физическая свобода, как правовая категория……………..……22

ГЛАВА 2. УГОЛОВНО – ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ СВОБОДЫ ЛИЧНОСТИ

2.1. Уголовно–правовая характеристика похищения человека (ст. 126 УК РФ) и отличие этого преступления от незаконного лишения свободы (ст. 127 УК РФ)…………………………………………………………………..………. 28

2.2. Уголовно – правовая характеристика торговли людьми (ст. 127 – 1 УК РФ) и использование рабского труда (ст. 127 – 2 УК РФ)…………………... 49

2.3. Уголовно-правовая характеристика незаконного помещения в психиатрический стационар (ст. 128 УК РФ)………………………….…….56

ГЛАВА 3. ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ПОСЯГАЮЩИЕ НА ФИЗИЧЕСКУЮ СВОБОДУ ЛИЧНОСТИ

3.1. Отграничения преступлений, посягающих на физическую свободу личности от смежных составов преступлений……………………….………..61

3.2. Проблемы совершенствования уголовной ответственности за преступления, посягающие на свободу личности……………...………...........68

ЗАКЛЮЧЕНИЕ…………………………………………………………………..78

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК……………………………………...…...82


ВВЕДЕНИЕ


Актуальность темы. Преступления, посягающие на свободу личности, издавна были одним из способов решения экономических и политических проблем.

Основной закон России – Конституция Российской Федерации, провозглашает что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина является обязанностью государства (ст. 2). Статья 22 развивает данное положение, закрепляя: каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

Данные конституционные положения обуславливают дальнейшее развитие и совершенствование уголовного законодательства, реализацию программ международного сотрудничества в области обеспечения прав и свобод граждан, их защиты от преступных посягательств, в том числе связанных с лишением или ограничением личной свободы человека.

Свобода человека является одной из основных ценностей провозглашаемых не только международными актами, но и национальными законодательствами правовых, демократических государств. К их числу, в первую очередь относятся: Всеобщая декларация прав человека 1948 г., Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г., Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах[1].

Статья 3 Всеобщей декларации прав человека гласит не только о праве на жизнь, но и праве на свободу и личную неприкосновенность. Такое соединение этих трех прав в одной статье не случайно: свобода является высшей ценностью человеческой жизни, а личная неприкосновен­ность - первой предпосылкой свободы.

Преступления посягающие на свободу личности заключаются в лишение основных прав человека, указанных в Конституции РФ Неотъемлемое право – свобода игнорируется полностью. Преступник может подчинить себе потерпевшего и нажиться этим, хотя у того тоже есть своя жизнь и планы, которые он хотел бы осуществить.

Уголовная ответственность за преступления, посягающие на физическую свободу личности в значительной степени отражает развитие общества в целом, его понятие об общественной опасности. На практике правоохранительные и судебные органы сталкиваются с проблемами отграничения похищения от смежных составов преступления, например, от захвата заложников, торговли людьми и др. Эффективность уголовной ответственности за преступления посягающие на свободу личности нуждается в дальнейшей юридической оценке и в частности нормы, согласно которой лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления.

Значимость работы. Важность темы дипломной работы также объясняется трудностями, связанными с применением правоохранительными органами уголовного закона, предусматривающего уголовную ответственность за преступления, посягающие на свободу личности. Теоретические и практические результаты проведённого исследования могут быть использованы в практической деятельности правоохранительных органов и учебном процессе.

Степень научной разработанности. Теме «Уголовная ответственность за преступления, посягающие на свободу личности» в юридической литературе уделялось и уделяется достаточно внимание. Заслуживают по этой проблеме внимание работы: А.И. Долговой, Р.Э. Оганяна, Н.И. Загородникова., В.В. Иванова, Т.И. Ваулиной, Н. Беляева, В.Н. Кудрявцева, Н.С. Лейкиной, Г.О. Петрова, Н. Мартыненко, О. И. Чистяковой, О. А. Скорлукова, А. И.Санталова и др.

Цель исследования. Анализ уголовной ответственности за преступления, посягающие на свободу личности, а также отграничение преступления от смежных, выявление пробелов в законодательстве об уголовной ответственности за данный вид преступлений и внести предложения. Исходя из цели, поставлены следующие задачи:

- рассмотреть историю преступлений, посягающих на свободу личности в системе преступлений против свободы, чести и достоинства личности, дать общую характеристику преступлений против свободы;

дать понятие свободы личности рассмотреть его признаки,

- провести юридический анализ составов преступлений, посягающих на свободу личности;

провести отграничение от смежных составов преступления;

выявить проблемы уголовной ответственности за преступления, посягающие на свободу личности.

Объектом дипломного исследования являются общественные отношения в сфере охраны свободы личности от преступных посягательств.

Предметом исследования являются уголовно-правовые нормы устанавливающие ответственность за преступления против физической свободы личности, материалы судебной практики.

Методология и методика исследования. Методологической основой дипломного исследования явился всеобщий метод познания. Он позволил рассмотреть изучаемую уголовную ответственность за преступления, посягающие на свободу личности, отграничить её от смежных составов преступления.

Структура работы. Дипломная работа состоит из введения, трёх глав: в первой содержится две подглавы, во – второй пять подглав, в третьей две подглавы, затем следует заключение и библиографический список.


ГЛАВА 1. ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ ОБ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ПОСЯГАЮЩИЕ НА СВОБОДУ ЛИЧНОСТИ


1.2. Преступления, посягающие на свободу личности в истории уголовного права


Как отметил, И.Я. Козаченко наиболее узкая трактовка свободы как объекта уголовно-правовой охраны содержалась в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных, одна из глав которого - "О противозаконном задержании и заключении" была посвящена, по сути, защите физической свободы, т.е. права выбора местонахождения и передвижения. Объявляя самовольное, насильственное лишение свободы преступлением, законодатель устанавливал тяжесть санкции. В отличие от юридической литературы того времени, авторы которой нередко рассматривали высказывания угроз в ка­честве одной из разновидностей посягательств на свободу, связанную с возможностью лица самостоятельно принимать решения, Уложение устанавливало ответственность за такого рода деяния отдельной главой. За рамками раздела, содержащего статьи, посвященные наказуемости преступлений против жизни, здоровья, свободы и чести частных лиц, конструировалась также уголовная ответственность за продажу в рабство и участие в торге неграми[2].

Как утверждает, И. А. Исаев в Судебнике 1497 года преступления подобного рода назывались «головной татай» - похищение людей, холопов3. Упоминается о похищении людей в Судебнике 1550 года. В период так называемого смутного времени (конец 16 - первая половина 17 века) ознаменовало принятие Соборного Уложения 1649 года, который считается новым этапом правового регулирования. Уложения уделили значительное внимание вопросам преступности и наказуемости деяний впервые классифицируя по направленности и социальной опасности, И.Я. Козаченко заметил, что отдельного разделения ответственности за преступления, посягающие на свободу лица не было[4]. Понятие индивидуальной личности отсутствовало, правом на личную неприкосновенность имели высшие сословия государства, крестьяне считались собственностью своего хозяина и не попадали под защиту. В период действия Соборного Уложения был принят Наказ Екатерины, усматривающий интересы не самого государства, а общества или личности исходящих из деления наказуемых деяний на преступления против: веры, нравов, тишины, спокойствия и безопасности граждан[5]. Данные принципы легли в разработку Уложения о наказаниях уголовных и исправительных, проект которого был утверждён в 1845 году. Одна из глав называлась - «О противозаконном задержании и заключении» - была посвящена, по сути, защите физической свободы, т. е. права выбора местонахождения и передвижения. Объявляя самовольное, насильственное лишение свободы преступлением, законодатель установил тяжесть санкции в зависимости от длительности незаконного заключения или задержания, различая в этой связи три срока: от одной недели, от одной недели до трёх месяцев, свыше трёх месяцев. И.А. Исаев пишет, что основанием отягощения наказания были случаи, когда: лишение свободы сопровождалось «оскорбительным для задержанного обхождением» или «истязанием или иными мучениями»; последствием самовольного лишения свободы была тяжёлая болезнь задержанного или заключённого» либо его смерть; лишение свободы осуществлено в отношении «родственника или близкого свойственника в восходящей, нисходящей или боковых линий, или же начальника, господина или другого лица, коим виновный был облагодетельствован»[6]. За рамки раздела, содержащего статьи, посвящённые наказуемости преступлений против жизни, здравия, свободы и чести частных лиц, конструировалась также уголовная ответственность за продажу в рабство и участие в торге неграми[7].

О. И Чистякова отмечает, что из более широкого представления о круге посягательств на свободу личности исходили разработчики Уголовного Уложения 1903 года, которые выделили главу 26 «О преступных деяниях против личной свободы» она состояла из 15 статей (498-512). Дополнили перечень обстоятельств, отягчающих наказание за незаконное лишение свободы, в частности, содержание потерпевшего «в больнице умалишенных» (п. 1 ст. 500) или «в притоне разврата» (п. 2 ст. 500), и включили в этот раздел Особенной части: сделки по купле – продажи и передаче человека в рабство, похищение людей: ребёнка, несовершеннолетнего, незамужней женщины для вступления с ней в брак без её согласия (ст. 501). Кроме того, О. И Чистякова пишет, что к преступлениям против личной свободы были отнесены: принуждение к чему - либо, например отказ от своего права, к совершению преступления, к участию в стачке и т. п.; угроза лишением жизни или свободы, применением насилия или уничтожением имущества, если такая угроза могла вызвать опасения или её осуществимости; насильственное вторжение в чужое здание, помещение или иное огороженное место, в том числе, как квалифицированное, ночное вторжение[8]. Подобного рода представления о системе преступлений против личной свободы в научной литературе того времени воспринимались как небесспорные.

По мнению Т.И Ваулиной, система, объединяющая в одну группу продажу в рабство и тайный или самовольный вход ночью в чужое помещение, не может избежать упрёка по смешению понятий[9]. Однако, говоря о посягательствах на свободу человека, И.Я. Козаченко связывал с ней свободу от рабства, свободу место пребывания, перемещения, выбора правомерного поведения. При этом были включены посягательства не только против личной свободы, как называлась сама глава, но и связанные, с похищением людей, с похищением и задержанием людей в больнице умалишенных с похищением и задержанием в притоне разврата лиц женского пола; с продажей и передачей в рабство или в неволю[10].

И.Я Козаченко отмечает, что первый советский УК РСФСР 1922 года признал «помещение в больницу для душевнобольных заведомо здорового человека из корыстных или иных личных видов» не отягчающим обстоятельством лишения свободы, а самостоятельным его составом. Конкретизировал систему посягательств против личной свободы, в главе пятой, пункте втором – «Телесные повреждения и насилие над личностью» посвятив этому четыре состава преступлений. Это - «Насильственное незаконное лишение кого-либо свободы, совершенное путем задержания или помещения его в каком-либо месте» (ст. 159 УК РСФСР), «Лишение свободы способом, опасным для жизни или здоровья лишенного свободы или сопровождавшееся для него мучениями» (ст. 160 УК РСФСР), «Помещение в больницу для душевнобольных заведомо здорового лица из корыстных или иных личных видов» (ст. 161 УК РСФСР); «Похищение, сокрытие или подмен чужого ребенка с корыстной целью, из мести или иных личных видов» (ст. 162 УК РСФСР)[11]. Как видно, и первый советский уголовный кодекс не разграничивал отдельно специальных норм устанавливающих ответственность за преступления, посягающие на свободу личности. Уголовная ответственность за данные виды преступлений была менее строгой, чем, например «Участие в массовых беспорядках в отношение организаторов подстрекателей, равно тех участников, кои уличены в совершении убийств, поджогов и дт. высшей мерой наказания и конфискацией всего имущества с допущением при смягчающих обстоятельствах понижения наказания до лишения свободы со строгой изоляцией на срок не ниже трёх лет с конфискацией имущества» (ст. 74 УК РСФСР), а «Насильственное незаконное лишение кого-либо свободы, совершённое путём задержания или помещения его в какое - либо место, карается – лишением свободы на срок до одного года» (ст. 159 УК РСФСР)[12]. Таким образом, в советские годы опасность представляли преступления против государства, больше чем иные преступления.

УК РСФСР 1926 года в главе X «Преступления, составляющие пережитки родового быта» содержал ст.197 в которой предусмотрено - «Похищение женщины для вступления ее в брак», но такого состава преступления как «похищение человека» не содержал. В УК РСФСР содержались только два состава преступления, посягающих на свободу личности: «Похищение или подмен ребёнка» (ст. 125) и «Незаконное лишение свободы» (ст. 126)[13].

И. А Исаев отмечает, что более узкий круг посягательств на личную свободу содержала первоначальная редакция УК РСФСР 1960 года, в котором речь шла о незаконном лишении свободы, в том числе способом, опасным для жизни или здоровья или сопровождавшимся причинением физических страданий потерпевшему, и похищении или подмене ребенка. В то время как о наказуемости лишения свободы путем помещения в психиатрическую больницу заведомо здорового человека специально ничего не говорилось в связи с политической обстановкой в стране. В конце 80-х годов, когда УК РСФСР 1960 года был дополнен статьей, предусматриваю­щей ответственность за такого рода действия. В юридической литературе в рамках посягательств на личную свободу иногда рассматривался состав угрозы убийством, нанесением тяжких телесных повреждений или уничтожением имущества по причинам, характеризующим психическим насилием над человеком, в результате чего он не может принимать решения по собственному усмотрению14.

Впервые разграничение преступлений против свободы личности было введено в уголовный закон лишь в начале 90-х годов прошлого столетия Статья 125 - 1 УК РСФСР была введена Законом РФ от 29 апреля 1993 г №4901-1 действовала с 17 мая 1993 г. по 31 декабря 1996 г[15].

В УК РФ принятом в 1996 году, состав преступления похищение людей сохраняется и получает более расширенное нормативное закрепление. Если сравнивать ст. 126 нового УК РФ в редакции от 13 июня 1996 года со ст. 125 - 1 УК РСФСР 1960 г. следует отметить совпадение диспозиции. Однако, имеется один существенный факт, предусматривающий в примечании освобождение от уголовной ответственности похитителя, добровольно освободившего потерпевшего. Это норма, носящая компромиссный характер направлена на возможность преступника одуматься.

И.Н. Тяжкова проводя исследование случаев, помещение человека в психиатрический стационар сделала вывод, что в нашей стране помещение на принудительное лечение в психиатрические лечебные учреждения применялось государством по политическим мотивам. Многочисленным злоупотреблениям в области психиатрии способствовало отсутствие необходимого законодательства. Лишь в январе 1988 г. впервые было принято Положение об условиях и порядке оказания психиатрической помощи. Уголовная ответственность за незаконное помещение человека в психиатрическую больницу была введена 5 января 1988 г. (ст. 126 - 2 УК РСФСР)

А.Г. Иванов пишет, что в феврале 1999 г. действовала статья 126 УК РФ в редакции от 13 июня 1996г, а Федеральным законом от 9 февраля 1999 г. №24-ФЗ в статью были вновь внесены изменения и дополнения. Статья в данной редакции по исследованию А.Г. Иванова действовала с 12 февраля 1999 г. по 10 декабря 2003 г. Федеральным законом от 8 декабря 2003 г. №162-ФЗ в статью были внесены изменения, а также в УК РФ были добавлены статьи «Торговля людьми» и «Использование рабского труда». Статья 126 УК РФ в данной редакции действует с 11 декабря 2003 г. и по настоящее время[16]. То есть, в настоящее время действует уже третья редакция статьи.

В соответствии с международными договорами России в УК РФ включены новые нормы о преступлениях против свободы человека - торговля людьми и использование рабского труда. Необходимость признать эти деяния в отдельные преступления обусловлена рядом обстоятельств.

Во-первых, Россия взяла на себя обязательства установить преступность данных деяний в силу подписанных международных договоров, среди которых надо особо выделить Конвенцию относительно рабства от 25 сентября 1926 г. и Протокол к ней от 7 декабря 1953 г., Конвенцию относительно принудительного или обязательного труда от 28 июня 1930 г., Конвенцию ООН о борьбе с торговлей людьми и эксплуатацией проституции третьими лицами от 2 декабря 1949 г.[17]

Во-вторых, по мнению Р. Э. Оганяна неоспорим факт того, что торговля людьми и использование рабского труда приобрели угрожающие масштабы. При этом они не получали должной правовой оценки, так как к случаям торговли людьми и использования рабского труда не могли быть применены нормы о похищении человека или незаконном лишении свободы[18].

Действительно, ст. 1 Конвенции относительно рабства определяет последнее не просто как отсутствие личной свободы, а как "состояние или положение человека, над которым осуществляются права собственности или некоторые из них". В силу положений данной Конвенции недопустимо совершение "торговли невольниками", т.е. любого акта захвата, приобретения или уступки человека с целью продажи его в рабство; всякого акта приобретения невольника с целью продажи его или обмена; всякого акта уступки путем продажи или обмена невольника, приобретенного с целью продажи или обмена, равно вообще как и всякого акта торговли или перевозки невольников. Кроме политических обязательств относительно пресечения и сотрудничества о недопущении актов работорговли, государства-участники данной Конвенции взяли на себя обязательство по приведению внутреннего законодательства в соответствие с настоящей Конвенцией (ст. 6). Данное обязательство не находило отражения в УК РФ, несмотря на то, что Россия, к тому же, является участницей не только этой, но и Дополнительной Конвенции об упразднении рабства, работорговли и институтов и обычаев, сходных с рабством от 7 сентября 1956 г[19].

Как отмечает С. В. Земюков, что приведенные предписания международного уголовного права "воплощались" в статьях УК РФ о незаконном лишении свободы и похищении человека, представляется не вполне верным. Таким образом, до появления в УК РФ уголовной ответственности за торговлю людьми и использование рабского труда квалификация подобного рода деяний как похищение человека или незаконное лишение свободы означала ничто иное как применение Уголовного закона по аналогии[20].

Как показывает анализ отечественного законодательства, введение уголовно-правовой нормы за преступления, посягающие на свободу личности происходило в такие исторические периоды развития государства, когда возрастала степень общественной опасности и возникала угроза как личной безопасности конкретного человека, так и безопасности общества в целом. С развитием законодательной техники уголовная ответственность за преступления, посягающие на свободу личности подвергалась различным изменениям начиная с Судебника 1497 года и по сегодняшний день.

1.2. Понятие и основание уголовной ответственности


Институт уголовной ответственности по существу является одним из основополагающих в уголовном праве. И хотя уголовная ответственность достаточно часто упоминается в Уголовном кодексе РФ, ее понятие и содержание в нём не раскрыты.

Как заметил В.Г. Павлов понятие уголовной ответственности определяется в юридической литературе, преимущественно в теории уголовного права, и имеет разное толкование. Проблеме уголовной ответственности посвящены многочисленные исследования отечественных ученых-юристов в советский период, а также в наши дни. До настоящего времени в теории уголовного права понятие уголовной ответственности дискуссионно в связи с неоднозначным пониманием и различными подходами в изучении этого сложного института[21].

В русском языке термин «ответственность» объясняется как необходимость, а также обязанность отдавать отчет по поводу своих действий, поступков, нести ответственность или заставить отвечать за плохой поступок[22].

Понятие уголовной ответственности как особого правового отношения между государством и преступником дал А.И. Санталов, определивший ее как вынужденное претерпевание виновным лицом негативных последствий преступления в форме осуждения со стороны государства и принуждения преступника уполномоченными органами[23]. Следовательно уголовная ответственность является наиболее суровой мерой и устанавливается уголовным законом за совершение какого-либо общественно опасного деяния, причинившего или способного причинить вред значительным общественным отношениям. Государственное принуждение выступает содержанием уголовной ответственности и реализуется через деятельность специальных органов, выступающих от имени самого государства. Н.С. Лейкина пишет, что уголовная ответственность представляет собой часть уголовного правоотношения, которое возникает в связи с совершением лицом преступления[24].

По мнению В. Г. Павлова «уголовная ответственность» и «уголовное правоотношение» или его часть не являются тождественными понятиями, хотя взаимозависимые и взаимообусловленные по отношению друг к другу и их отождествление или смешивание вряд ли будет правильным. Уголовное правоотношение возникает с момента совершения лицом преступления, а уголовная ответственность, являясь ядром уголовно-правовых отношений может возникать, наступать и реализовываться в самое разное время[25].

Уголовную ответственность А.Н. Игнатов и Т.А. Костарева определяют как ответственность лица в связи с совершением преступления, которая выражается в принудительном воздействии на правонарушителя со стороны государства в соответствии с уголовным наказанием[26]. Более развернутое понятие уголовной ответственности с аналогичных позиций дает Н.Ф. Кузнецова, определяющая ее как предусмотренные уголовным кодексом негативные последствия, которые налагаются судом на лицо, совершившее преступление, в виде осуждения, сопряженного с исполнением наказания, и судимости[27].

Вызывает определенный интерес понятие уголовной ответственности, сформулированное B.C. Прохоровым, как правовое последствие преступле­ния, заключающееся в неблагоприятных условиях для конкретного лица, совершившего общественно опасное деяние, связанное с определенными ограничениями его правового статуса[28].

По выражению В.В. Похмелкина, сущность уголовной ответственности в основном находит свое проявление и конкретизацию в ее содержании, которое, как правило, образует совокупность ее свойств и сторон[29].

Вместе с тем уголовная ответственность обусловлена определенными границами, т.е. моментами ее возникновения и окончания, а также промежуточными стадиями реализации, что не бесспорно и имеет в уголовно-правовой литературе своих противников и сторонников. Н.С. Лейкина отмечала, что уголовная ответственность возникает в момент совершения преступления и оканчивается обычно с отбытием наказания, а также погашением судимости[30]. Несколько иной точки зрения в этом вопросе придерживается В.С. Прохоров, который пишет, что когда возникновение уголовной ответственности связывается с фактом совершения преступного деяния, то в первую очередь констатируется наличие основания ее возникновения[31].

В свою очередь, Я. М. Брайнин утверждал, что уголовная ответ­ственность наступает с момента установления состава преступления и привлечения лица в качестве обвиняемого, т.е. когда органами расследования установлен конкретный субъект преступления[32].

Уголовная ответственность, как пишет Н.Ф. Кузнецова, начинается с момента вступления обвинительного приговора в законную силу и, как правило, завершается погашением или снятием судимости[33].

Особо необходимо указать на процессуальный аспект наступления уголовной ответственности, который чаще всего связывается с ее реализацией в виде предъявления лицу, совершившему преступление, обвинения и применения к нему мер пресечения. В.Г. Павлов утверждает если лицо совершило общественно опасное деяние, предусмотренное конкретной нормой Особенной части УК РФ, то в данном случае возникает уголовно-правовые отношения между государством в лице правоохранитель­ных органов, суда, прокуратуры, МВД, ФСБ и др. и лицом, совершившим это деяние, т.е. о системе прав и обязанностей между двумя субъектами. На данном этапе не может идти речь о наступлении уголовной ответственности в отношении лица, совершившего общественно опасное деяние. Для этого необходимо по факту возбудить уголовное дело и на стадии предварительного следствия или дознания установить, является ли данное лицо субъектом преступления, т. е. обладает ли оно признаками субъекта, которые закреплены в законе (ст. 19 УК РФ) - вменяемость и возраст, служащими основанием для привлечения его к уголовной ответственности за совершенное общественно опасное деяние, а также и другие признаки уголовной ответственности[34].

Н.А. Стручков особо отмечает, что уголовной ответственностью следует считать все воздействие на лиц, определяющих как обязанность выполнить какие-либо действия, предусмотренные и поощряемые уголовным законом, называя её позитивной ответственностью. Несколько шире определяет позитивную ответственность А.Н. Тарбагаев, отмечая, что она представляет собой постоянно реализующийся комплекс правоотношений в обществе по соблюдению уголовно-правовых запретов. При этом позитивная уголовная ответственность становится, как правило, реальностью обычно в форме поведения граждан, которое соответствует нормам уголовного закона[35].

Противоположную позицию в этом вопросе занимает Н. Ф. Кузнецова, утверждая, что по своему характеру уголовная ответственность ретроспективна. Поэтому не следует соглашаться с юристами, полагающими, что уголовное право устанавливает и позитивную уголовную ответственность, выражающуюся в воздержании лица от совершения преступления, т. е в его позитивном поведении, так как невозможно представить человека, который бы одновременно мог нести позитивную ответственность практически за все преступления, предусмотренные в УК РФ[36].

Вместе с тем В.Г. Павлов признаёт позитивную ответственность, как разновидность уголовной ответственности. Он отмечает, что ретроспективная уголовная ответственность, устанавливается за совершение общественно опасного деяния и выполняет карательную функцию при установлении виновности субъекта преступления и вынесении ему в обвинительном приговоре суда соответствующего уголовного наказания. Что же касается позитивной уголовной ответственности, то, она возникает гораздо раньше, чем ретроспективная, она выполняет, скорее, роль предупредительного характера, так как на данном этапе преступления еще нет. Здесь речь идет о гражданах, воздерживающихся от противоправного поведения и обязанных выполнять требования уголовного закона. При этом следует заметить, что ретроспективная уголовная ответственность есть не что иное, как правовое средство предупреждения, а также разрешения существующих конфликтов между обществом и человеком, необходимое средство обеспечения всего порядка в общественной жизни[37]. Это и является объединяющим признаком рассматриваемых видов уголовной ответственности.

Действующее законодательство довольно четко определило основания уголовной ответственности в ст. 8 УК РФ в которой говорится, что: «Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом». В.Г. Павлов пишет, что никакие мысли, взгляды и убеждения, если они не связаны с совершением преступления не могут повлечь за собой уголовную ответственность, так как она наступает только за конкретное действие или бездействие, предусмотренные уголовным законом в качестве общественно опасного деяния[38]. По нашему мнению В.Г. Павлов неккоректно выразил свою мысль, если человек придерживается каких – либо взглядов, преступных убеждений и демонстративно их выражает, он может подвергаться ответственности не связанной с уголовной, но если было совершено преступление в основу которого легли взгляды, убеждения, то они учитываются при установлении уголовной ответственности.

Состав преступления, рассматриваемый как совокупность установ­ленных уголовным законом юридических признаков, характеризующих общественно опасное деяние как конкретное преступление, в настоящее время является единственным основанием уголовной ответственности.

Состав преступления по мнению В.Г. Павлова представляет собой законодательное описание преступления. При оформлении составов законодатель всегда исходит из сущности и содержания общественно опасного деяния, что выражается в формулировках составов[39].

А.Б. Мельниченко раскрывает понятие преступления как ряд признаков, присущих только ему: уголовная противоправность, виновность, наказуемость, общественная опасность. Данные признаки позволяют отличить преступление от иных правонарушений, которые не признаются преступлениями. Тем не менее, по названным признакам нельзя отграничить одно преступление от другого, например, похищение человека от незаконного лишения свободы. Это не возможно сделать по одной причине, что все преступления обладают одними и теми же признаками. Для этого чтобы выделить в общей массе преступных деяний определённое преступление и существует понятие состава преступления. Понятия преступления и состава преступления взаимосвязаны, но не идентичны и находятся в определённом соотношении. Понятие преступления характеризуется вышеуказанными признаками, а понятие состава преступления четырьмя элементами к которым относится объект, объективная сторона, субъект, субъективная сторона. В составе преступления нет признака наказуемости. Понятие преступления является основой отграничения всего преступного от всего непреступного, а состав преступления направлен разграничивать разные виды преступления от других. Всё это говорит о том, что понятие преступления более широкое чем понятие состава преступления[40]. Получается, что состав преступления содержит правовую структуру противоправного деяния. Правовая структура определяет собой признаки только тех преступлений, которые указаны в уголовном законодательстве Российской Федерации.

Описание состава преступления начинается с определения объекта оценку которому дал А.Б. Мельниченко. Он для этого признака выделяет наиболее важные социальные ценности: интересы блага, которым причиняется или может быть причинён вред в результате совершения преступления. В свою очередь объект преступления подразделяется на общий, определяющий совокупность всех общественных отношений: родовой, представленный общественными отношениями в однородные группы по составу преступления; видовой содержащий более узкие группы общественных отношений, которым преступления конкретного вида причиняют вред; непосредственный устанавливает посягательства на конкретное общественное отношение[41]. По версии Н.Ф. Кузницовой именно объект является одним из основных критериев отграничения преступлений друг от друга и преступлений от иных правонарушений[42].

Любые поступки человека имеют внешние и внутренние признаки. Внешние обеспечивают проявление человеческого поведения и называются объективными. Объективная сторона преступления характеризует внешние признаки преступления. К обязательным элементам объективной стороны преступления относятся те обстоятельства, которые включаются законодателем в составы всех преступлений. К факультативным относятся те элементы, которые включаются законодателем в составы лишь отдельных преступлений.

Исходя из теории состава преступления, при анализе преступного поведения мы должны устанавливать прежде наличие обязательных признаков объективной стороны: деяние, вредные последствия и причинная связь между ними.

Субъектом преступления по уголовному праву признается лицо, совершившее запрещенное уголовным законом общественно опасное деяние (действие или бездействие) и способное нести за него; уголовную ответственность утверждает Я. М. Брайнин[43].

Однако для того, чтобы определить, содержит ли совершенное деяние состав захвата заложника, необходимо выяснить, обладает ли совершившее данное деяние лицо установленными в законе признаками субъекта. Такими признаками, предусмотренными во всех составах преступлений, являются: наличие физического лица, его вменяемость и достижение определенного возраста.

В.Г. Павлов представляет субъект преступления, как совокупность признаков, предусмотренных в законе: физическое лицо, вменяемость, возраст, являющихся одним из элементов состава преступления, наиболее тесно связанных с уголовной ответственностью. Однако, не умаляя значимости других элементов состава преступления объекта преступления, объективной стороны и субъективной стороны преступления, он признаёт, что все вопросы уголовной ответственности, прежде всего, связаны с конкретным вменяемым физическим лицом, достигшим возраста, установленного законом, совершившим общественно опасное деяние[44].

Я.М. Брайнин пишет о субъективной стороне преступления, как о психической деятельности, которая сопровождает совершение преступления и в которой интеллектуальные, волевые и эмоциональные процессы протекают в полном единстве и взаимообусловленности.. Значение субъективной стороны состоит в том, что при ее помощи точно квалифицируются преступления, отграничиваются друг от друга сходные составы, индивидуализируется ответственность[45].

По мнению Г.В. Овчинниковой, М.Ю. Павлик, О.Н. Коршуновой субъективная сторона является необходимым элементом любого состава преступления. Лишь установив субъективную сторону преступления, можно правильно его квалифицировать. Она же позволяет отграничить друг от друга сходные составы, индивидуализировать ответственность. К признакам, образующим субъективную сторону преступления, относятся: вина, мотив и цель преступления, а также эмоциональное состояние лица в момент совершения преступления. Однако не все признаки субъективной стороны имеют в различных составах одинаковое значение. Вина в форме умысла или неосторожности является обязательным признаком субъективной стороны любого состава преступления[46].

А.Б. Мельниченко утверждает, что субъективная сторона преступления предполагает тщательное выяснение психического отношения лица к совершенному общественно опасному деянию, вредным последствиям. Субъективная сторона преступления предполагает собой внутреннюю сущность преступления. Термин «субъективная сторона» в уголовном законе не употребляется, однако законодатель раскрывает его путем использования следующих терминов: вина, мотив, цель преступления, эмоциональное состояние лица в процессе совершения преступления. Основным признаком субъективной стороны преступления уголовное право признает вину. Это объясняется тем, что любое поведение может быть признано преступлением лишь при наличии вины человека, его совершившего. Вина может быть умышленной и неосторожной[47]. По нашему мнению точки зрения вышеперечисленных авторов похожи.

Вышеизложенное позволяет сделать вывод, что понятие уголовной ответственности в теории уголовного права до настоящего времени дискуссионно и по-прежнему порождает разнообразие мнений в ее определении как по своей сущности, так и по содержанию.

На наш взгляд, представляется предпочтительней точка зрения Я.М. Брайнин, В.И. Курляндский, Н А., Н. Игнатов, Т.М. Костарева, В.Г. Павлова, считающих начальным моментом уголовной ответственности привлечение лица, совершившего преступление, на стадии предварительного следствия в качестве обвиняемого, так как уголовное правоотношение между государством и физическим лицом переходят в разряд обязательных, определяющих собой ответственность.


1.3. Личная физическая свобода, как правовая категория


В.О Мушинский обращает внимание на два условия осуществления свободы. Во-первых, человек делает выбор «на свой страх и риск». На него ложится полная ответственность за то, как он воспользовался свободой. Свободный человек отвечает за себя сам - и никто иной. Поэтому свобода неотделима от ответственности. Свобода без ответственности может привести к произволу[48].

Свобода одного не должна вредить свободе и интересам других людей. Вот как об этом сказано в Декларации прав человека и гражданина, принятой в начале Великой французской революции в 1789 году: «Свобода состоит в праве делать все то, что не вредит другим; поэтому пользование естественными правами каждого человека не имеет иных границ, кроме тех, которые обеспечивают за другими членами общества пользование этими же самыми правами. Эти границы могут быть определены только законом».

Иными словами, свобода не является абсолютной и неограниченной. Ее границы, то есть порядок пользования ею, определяются законом.

Каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей. Никто не должен быть лишен свободы иначе как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом[49].

Эти международные принципы получили развитие в Основном законе Российской Федерации - Конституции, которая среди основных прав человека и гражданина признает право на охрану достоинства личности, и устанавливает право каждого гражданина на личную свободу и неприкосновенность (ст. 21, 22). Арест заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. В случае нарушения гражданских прав и свобод каждому гарантируется их судебная защита (ст. 46), каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени (ст. 23).

Провозглашая среди основных права личную свободу, государство тем самым, берет на себя обязанность создания условий, когда на личную свободу не только декларируется, но и защищается.

В этой связи, личная свобода граждан обеспечивается и другими федеральными законами, и в частности Уголовным Кодексом, который установил в главе 17 ответственность за посягательства на свободу честь и достоинство личности.

Вышеуказанная глава посвящена охране от преступных посягательств свободы, чести и достоинства личности, которые являются видовыми объектами этих преступлений. Важное значение имеет положение ст. 17 Конституции РФ: «Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат ему от рождения». Они, следовательно, не даруются жителю России властью, парламентом или президентом, а принадлежат ему в силу того простого факта, что он родился на свет и живет в России.

К основным правам человека относятся те права, которые указаны в конституции. Но этот перечень не является исчерпывающим и может быть расширен законом. Кроме того, выделение особой группы основных прав вовсе не значит, что другие права в чем-то ущербны и охраняются с меньшей силой.

Основные права могут быть ограничены лишь в целях, определенных конституцией: для охраны конституционного строя РФ, общественной морали, прав и свобод других граждан. Может быть ограничена свобода слова, если этим словом призывают к насильственному свержению законных властей или используют для клеветы и оскорбления других людей. Запрещены также пропаганда и разжигание расовой, национальной, религиозной вражды и ненависти, а также пропаганда насилия и войны[50].

В. Даль дал такое определение «свободы» - это своя воля простор, возможность действовать по-своему отсутствие стесненья, неволи, рабства, подчинения чужой воле[51].

К философскому понятию свободы обращались такие ученые, как И. Кант, К. Ясперс, К. Маркс, С.Л. Франк, Н.А. Бердяев, И.А. Ильин. Сущность свободы человека каждый из них определял по-своему. Одни ученые давали определения, опираясь в своих размышлениях на божественное происхождение свободы как свободу, данную человеку богом. Другие философы пытались вывести это понятие из самой сущности человека, а третьи в своих представлениях о свободе прибегали к анализу различных социальных, географических и иных факторов[52].

Каждая из философских концепций свободы имеет право на существование, образуя определенную совокупность знаний, позволяющих получить мировоззренческое представление о физической свободе человека как самостоятельной социальной ценности, охраняемой, в том числе и уголовно-правовыми средствами.

Под физической свободой человека необходимо понимать его способность действовать в соответствии с волеизъявлением при условии отсутствия определенных физических (материальных) факторов, ограничивающих его действие. В качестве примера можно привести свободу выбора места проживания, свободу передвижения и т.д., т.е. человек не может жить в роскошном особняке, если он просто выявил желание, но прав собственности и средств на его аренду или приобретение нет. Таким образом, сложно выделить два основных критерия физической (личной) свободы человека: свободная, независимая воля и отсутствие каких-либо сдерживающих ее реализацию преград.

В приведенном выше юридическом определении свободы мы встречаемся с понятием «естественное право». Это понятие пришло к нам из античного мира. Им пользовались грек Аристотель и римлянин Цицерон. Сторонники идеи естественных прав человека относили к ним такие права, которыми человек наделен от рождения независимо от того, записаны они в законе или нет. Эти права как бы определены самой природой человека, без них он не может существовать как полноценная личность. Свобода является таким естественным правом.

Но не всегда свобода признавалась естественным правом каждого человека. Аристотель, который не мог представить себе общество без рабства, утверждал, что свобода лежит только в природе благородных (свободных) людей, а раб обладает рабской природой. Правда, добавлял он, иногда и благородные люди попадают в рабство из-за денежных долгов, но это несправедливо. Аристотель не смог признать, что рабство противоречит идее естественных прав, так как по ней все люди считаются свободно рожденными[53].

Идея естественных прав сыграла большую роль в борьбе против самых различных форм личной зависимости одних людей от других: рабства, крепостничества, вассалитета. По мере прогресса человечества представление о свободе постоянно расширялось: росло число свободных людей, сфера их свободы, свободного выбора, самоопределения. Ясно, например, что свобода печати могла появиться только после самой печати - книг, журналов, газет.

В то же время свобода, признанная естественным правом, ограждает человека от произвольного вмешательства власти в его жизнь. Это отношение между человеком и государством выражается в двух формулах: человеку разрешено все, что не запрещено законом; государству и его органам запре­щено все, что не разрешено законом.

В древних деспотиях и в средневековых абсолютных монархиях ничто не ограничивало произвол власти по отношению к гражданам: всякий мог быть без оснований арестован, власть облагала население непомерной данью (налогами). Произвол доходил до такой степени, что, например, бланки ордеров на арест и заточение в Бастилию можно было купить у служителей французского королевского двора. Покупатель вписывал в такой бланк фамилию того, кто ему мешал, и человек без суда исчезал на годы, а то и навсегда, будучи заживо погребенным в мрачной темнице.

О.И Чистякова пишет, что, аристократия добивалась для себя определенных гарантий от произвольного ареста и других проявлений произвола со стороны монархической власти. В России в 1785 году императрицей Екатериной была издана Жалованная грамота дворянству. Уже из названия видно, кого жаловала эта грамота[54].

В.Н. Иванов отмечает, что одним из первых актов, который устанавливал единые для всех правила ареста и привлечения к суду, был принятый английским парламентом в 1679 году Хабеас Корпус Акт. Через сто лет появились почти одновременно два других акта, провозглашавших свободы человека: в США - Билль о правах (вступил в силу в 1791 г.) и во Франции - Декларация прав человека и гражданина 1789 года. Билль о правах гарантировал свободу слова, печати, собраний, религиозного вероисповедания, неприкосновенность личности (гарантия против произвольных арестов)[55].

И. В. Исаев пишет, что в Россию свобода впервые пришла с отменой крепостно­го права и освобождением крестьян от личной зависимости (1861 г.). Эта свобода и обозначалась словом «воля»: теперь крестьянин мог жить по своей воле, а не барской. Но только в результате февральской революции 1917 года народ России получил гражданскую и политическую свободу в полном объеме[56].

И.В. Исаев рассуждает, что в двух советских конституциях (1936 и 1977 гг.) провозглашались самые широкие свободы граждан, но при этом делалась оговорка, что ими можно пользоваться только в интересах коммунистического строительства, следовательно, только в интересах существовавшей тогда власти. Однако, главное, эти свободы, как правило, оставались мертвой буквой. Нарушался один из основных принципов политической свободы, сформулированный немецкой революционеркой и политологом Розой Люксембург: политическая свобода - это, прежде всего свобода для противников правительства, разумеется, если они при этом не нарушают границ свободы, установленных законом[57].

Итак, в современной России мы можем отметить три уровня законов, регулирующих свободу ее жителей: международные акты о правах и свободах человека, Конституция РФ и законы, которые в соответствии с конституцией и в развитие ее положений регулируют те или иные права и свободы жителей России, например, закон о печати, закон о выборах органов власти, закон об общественных объединениях и т.д. Самый высокий уровень - это международные акты о правах и Физической свободе человека, подписанные Россией и поэтому имеющие высшую юридическую силу на ее территории: Всеобщая декларация прав человека (1948 г.); Международный пакт о гражданских и политических правах. Два последних пакта были приняты ООН в 1966 году и имеют общее название: «Пакты о правах человека». Конституция и законодательство Российской Федерации приводятся в соответствие с этими документами ООН[58]. Личная свобода, как правовая категория определяется в реализации своего выбора места нахождения, свободе передвижения.

ГЛАВА 2. УГОЛОВНО – ПРАВОВАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ПРЕСТУПЛЕНИЙ ПРОТИВ СВОБОДЫ ЛИЧНОСТИ


2.1. Уголовно – правовая характеристика похищения человека (ст. 126 УК РФ) и отличие этого преступления от незаконного лишения свободы (ст. 127 УК РФ)


Анализируемая статья 126 УК РФ находится в главе 17 УК РФ “Преступления против свободы, чести и достоинства личности” она сложилась, прежде всего, под влиянием международных документов о правах и свободах человека. К их числу относятся: Всеобщая декларация прав и свобод человека 1948 года, Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 года.[59]

Для преступлений, направленных на ограничение свободы личности общим объектом являются, по мнению Н. Беляевой “…общественные отношения, выгодные и угодные… народу, ответственность за нарушение которых предусмотрена действующим законодательством”[60]. С этим выражением можно поспорить в определённое историческое время отношения в обществе разные. В определённые промежутки обществу было не выгодно всецелое понятие «физическая свобода личности» в данном случае уместно по нашему мнению: общественные отношения, указанные в Конституции РФ, нарушение которых влечёт за собой уголовную ответственность. Так как в основном законодательстве страны указаны все общественные отношения, которые должны быть защищены, не зависимо то обстановки в обществе.

Н. Беляева отмечает, что в международном законодательстве, законодательстве ряда зарубежных стран похищение человека рассматривается, как одна из форм терроризма, приносящая ущерб внутренней общественной безопасности, мирному сотрудничеству межгосударственных отношений [61]. Законодательная обрисовка преступного действия, обстоятельство, что может быть похищен любой человек оправдывает позицию законодателя, полагающего, что общественная безопасность как объект посягательства представляет собой совокупность общественных отношений, формирующих у граждан состояние защищённости любой личности.

Для того чтобы определить место нормы о похищении человека в системе норм Особенной части УК РФ, правильно квалифицировать преступления, нужно установить родовой объект. В основу построения Особенной части УК положен именно родовой объект посягательства. Родовым объектом преступления выступает личность, выделенная из общего объекта преступных деяний, указанных в УК РФ.

Видовым объектом является безопасность и неприкосновенность каждого члена общества, а именно общественные отношения, регулирующие физическую свободу, честь и достоинство граждан.

Как отмечает С.В. Барулин под свободой подразумевается возможность проявления субъектом своей воли на основе знаний законов развития природы и общества. Личную свободу можно рассматривать в широком и узком смысле. Под свободой в узком смысле понимается свобода физического перемещения, определение своего места жительства и нахождения. К личной свободе в широком смысле кроме физической свободы относится и психологическая независимость, свобода мыслей, убеждений, планирование и принятие решений. Честью С. В. Барулин определил заслуживающие уважения и гордости моральные качества и этические принципы личности, незапятнанная репутация, доброе имя. Достоинство есть совокупность высоких моральных качеств, а также уважение этих качеств в себе. Репутацией называется приобретённая человеком общественная оценка, создавшееся мнение о высоких качествах, достоинствах и недостатках [62].

Непосредственным объектом рассматриваемого посягательства похищение человека, как конкретное противоправное действие, является физическая свобода человека, которая указана в основополагающем законе Конституции Российской Федерации, которая означает право на выбор места пребывания, передвижения, проживания. Этим правом наделены все граждане, независимо от возраста, социального статуса, вменяемости и осуществляется оно лично либо, если речь идет о малолетних, больных, невменяемых родителями или близкими.

Потерпевшим при совершении похищения может быть любой человек: гражданин РФ, иностранец или лицо без гражданства, взрослый, несовершеннолетний или малолетний, должностное лицо либо лицо, не обладающее соответствующими полномочиями, в основном это люди за которых можно получить выкуп или извлечь какую - либо выгоду. Как отмечает Н. Беляева более половины похищенных являются работниками коммерческих структур и совместных предприятий, что, по мнению преступников, предполагает наличие у них значительных материальных средств. Статистика свидетельствует о том, что потерпевшими от данного преступления чаще всего встречаются по роду деятельности: руководители частных коммерческих структур - 28%; работники этих структур - 10%; работники совместных предприятий - 6%; руководители государственных предприятий торговли и обслуживания - 7%; служащие и рабочие - 10%; студенты - 9%; учащиеся школ ПТУ - 7%; фермеры - 5%; военнослужащие и работники милиции - 5%; лица нигде не работающие – 6%; пенсионеры - 2%; дети дошкольного возраста - 4%; иностранцы - 2%[63].

В науке уголовного права нет единой точки зрения в вопросе о том, какие элементы объективной стороны относить к обязательным, а какие к факультативным. Однако Н. Г. Иванов утверждает, что обязательным элементом состава преступления, характеризующим объективную сторону, является деяние (действие, бездействие) человека[64]. Н.Э. Мартыненков определил объективную сторону похищения, как незаконное перемещение потерпевшего из его постоянного или временного места обитания в другое против или помимо его воли. Термин ”против воли” означает, что потерпевшего похищают с применением насилия. Оно может состоять в связывании, насильственном помещении в транспортное средство, угрозах применить физическое воздействие при отказе потерпевшего подчиниться требованиям похитителей[65].

В уголовном законодательстве под похищением человека по мнению Н. Г. Иванова следует понимать общественно опасное умышленное действие, направленное на удаление человека с места его постоянного или временного пребывания открытым или с помощью обмана завладением и насильственное удержание его в неизвестном для родственников, знакомых и правоохранительных органов месте [66]. Общественная опасность проявляется прежде всего в поведении человека, его поступков, действии или бездействии. Мысли, убеждения лица как бы преступны они не были, не могут рассматриваться как преступление.

Следует сказать, что Н. Э. Мартыненков пишет о похищение помимо воли потерпевшего как о его тайном либо с применением обмана изъятии из места обитания. Тайным оно может быть в тех случаях, когда отсутствуют очевидцы происходящего, либо они видят, но не сознают противоправности действий виновных. Например, в присутствии очевидцев похитители под видом бригады “скорой помощи” погружают в автомашину похищаемого, которому ввели большую дозу снотворного. Обманный способ похищения выражается в сообщении потерпевшему заведомо ложных сведений о вызове его, допустим, на работу, в определенное место для свидания с близким ему человеком или для деловой встречи [67].

Похищение возможно только путем активных действий. Даже спящую жертву выносят из помещения и перевозят в другое место, то есть похитители действуют активно. Это важно как для анализа совершенного деяния, так и при изучении следовой картины преступления. В. В. Иванов выделяет в механизме совершения похищения совокупность трех насильственных действий: захват - силовое овладение кем-либо; перемещение - передвижение из одного места в другое, удержание направленное на лишение потерпевшего изменить место пребывание помимо его воли. Места совершения рассматриваемого преступления на квалификацию не влияют. Если потерпевший, находясь в определенном помещении вопреки своей воли имеет возможность его покинуть, то состава похищения не будет, так как отсутствует один из элементов похищения - принудительное удержание потерпевшего. Однако следует обратить внимание на то исключение, что если данное лицо находится в специфической обстановке, делающей побег невозможным: непроходимые болота, лес, горы и другие условия, то налицо фактор принудительного удержания [68].

Таким образом, для признания деяния похищением необходимо наличие всех вышеуказанных признаков. Однако если преступники действуют с помощью обмана, завлекая похищаемого в определенное место под каким-либо предлогом, то возможно, лишь одно насильственное действие - удержание.

Лишение человека свободы, например, в собственной квартире или в ином месте, где он оказался добровольно по собственному желанию, не образует состав преступления, данной статьей. Такие действия должны расцениваться как незаконное лишение свободы (ст. 127 УК РФ). Исключением является те случаи, когда родственникам потерпевшего или иным лицам даются ложные сведения о месте нахождения потерпевшего, например, об отъезде в другой город или другую страну. По мнению А. Беляевой, и Т. Орешкиной сообщение ими таких ложных сведений следует рассматривать как один из признаков похищения человека, если это подтверждается при анализе субъективной стороны преступления.[69]

Состав преступления – формальный, т. е. не нужно наступление каких либо последствий результатов, указываются лишь признаки результативности деяния. Оконченным преступление считается с момента захвата и перемещение лица из одного места в другое. Срок, в течение которого удерживается потерпевший, значения не имеет, так как для квалификации важен сам факт совершения действий - похищение.

Субъективная сторона похищения характеризуется прямым умыслом. По мнению С.В. Корнилова умыслом охватывается захват, перемещение в другое место и удержание лица. Имея определённую цель преступник совершает вышеперечисленные действия. Умысел предполагает наличие интеллектуального и волевого элементов. При этом первый определяет содержание умысла, а второй его направленность[70]. Идею С. В. Корнилова продолжает Н.Г. Иванов утверждая, что интеллектуальный элемент умысла направлен на осознание лицом общественной опасности и предвидение общественно опасных последствий. Сознанием виновного в похищении человека охватываются: посягательство на общественную безопасность и посягательство на личную физическую свободу человека. Содержанием интеллектуального элемента в составе похищение человека должно оставаться осознание виновным всех своих признаков объективной стороны преступления[71].

А.Б. Мельниченко пишет, что виновный сознает, общественную опасность своего действия т. е означает понимание как фактической стороны своего деяния, так и социальной значимости, причинение вредности для конкретных общественных отношений, а именно физической свободы личности, охраняемой уголовным законом. Осознание общественной опасности, как правило, предполагает и осознание совершаемого деяния[72]. Обязательным признаком интеллектуального компонента прямого умысла выступает предвидение возможности и неизбежности наступления общественно опасных последствий. Виновный осознаёт, что незаконно захватывает другого человека и вопреки его воле перемещает его на иное место, и желает этого. Время возникновения умысла для квалификации не имеет.

С.В. Корнилов отмечает, что мотивы и цели могут быть различными, чаще всего это корысть: выкуп; доход от продажи похищенного “в рабство”; продажа для незаконного использования в качестве донора для трансплантации органов и тканей: продажа детей за рубеж для усыновления (удочерения) либо использования в неправомерных (неблаговидных) целях, например сексуальной эксплуатации в публичных, домах, гаремах, притонах и т. Д[73]. Из вышесказанного можно сделать вывод, что основной причиной похищение человека являются корысть и жажда незаконного обогащения. Чаще всего от потерпевших требовали передачи денег и ценностей или осуществления действий позволяющих вступить преступникам в права распоряжения имуществом.

Субъектом похищения человека может быть физическое лицо, достигшее к моменту совершения преступления 14-летнего возраста, вменяемое, т.е. способное осознавать и нести ответственность за свои поступки. Как отмечает С.В. Корнилов законодатель опустил «возрастную планку» на два года и это по нашему мнению правильно и обосновано[74]. Похищение человека направлено на покушение физической свободы личности, являющейся одним из ценнейших приоритетов общества.

Из числа субъектов по ст. 126 УК следует исключить группу лиц, действия которых внешне выглядят как похищение, но фактические взаимоотношения похитителя, похищаемого и третьих лиц регламентирующихся законом или нормативными актами других отраслей права Кодексом о браке и семье, в частности. Не может считаться похитителем один из родителей малолетнего ребенка, с которым ему не разрешает встречаться второй родитель. Не могут считаться похитителями близкие родственники (братья, сестры, дед, бабка), если они действовали, по их мнению, в интересах ребенка. Для исключения уголовной ответственности в действиях названных лиц, безусловно, должен отсутствовать корыстный мотив[75].

Квалифицированный состав похищения человека (ч. 2 ст. 126 УК) образует тоже деяние, совершенное:

а) группой лиц по предварительному сговору;

в) с применением насилия, опасного для жизни или здоровья;

г) с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия;

д) в отношении заведомо несовершеннолетнего;

е) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности;

ж) в отношении двух и более лиц;

з) из корыстных побуждений.

Совершение преступления группой лиц по предварительному сговору является более опасным видом преступления, поскольку выполняется в соучастии и здесь объединены преступные замыслы и действия нескольких лиц. Справедливо отмечает Ф.Г. Бурчак: «Сам факт объединения усилий нескольких лиц для достижения одного преступного результата существенно повышает как опасность самого нападения, так и вероятность осуществления поставленных соучастниками перед собой целей»[76]. В соответствии с ч.2 ст.35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорив­шиеся о совместном совершении преступления. Основной характерной чертой этой формы соучастия является наличие предварительного сговора на совершение преступления. Как отмечает А.Б. Мельниченко в уголовном праве сложилось устойчивое мнение, что предварительный сговор должен быть достигнут до момента начала совершения преступления. Началом совершения преступления в соответствии с учением о стадиях развития преступной деятельности следует считать покушение на преступление[77]. Следовательно, соглашение между соучастниками должно состояться до начала выполнения действий, образующих объективную сторону конкретного преступления.

Решение вопроса, как отмечает Г.В. Овчинникова, М.Ю. Павлик, О.Н. Коршунова требует ситуация, когда есть преступная группа лиц, но лишь один ее представитель может считаться в силу ст.20 УК РФ субъектом состава любого преступления, а значит и субъектом уголовной ответственности. Группа может рассматриваться как квалифицирующее содеян­ное обстоятельство только в том случае, если она отвечает всем при­знакам соучастия, которое предполагает по закону умышленную совместную преступную деятельность нескольких лиц, каждое из которых может нести уголовную ответственность, т.е. быть субъектами преступления. Естественно, малолетние и невменяемые соучастниками быть не могут[78].

Так А.А. Пинаев указывает, что законодатель, выделяя группу лиц с предварительным сговором, связывает действия ее участников с совершением, а не с исполнением преступления, что не исключает возможности квалификации действий соучастников с распределением ролей по признаку предварительного сговора (если таковой имел место)[79]. С данным утверждением следует согласиться, суть преступления похищение человека совместно не зависимо от занимаемой роли.

Предусмотренный в п. “в” ч. 2 ст. 126 УК признак “насилие опасное для жизни и здоровья”, означает, что в процессе похищения человека его похититель применяет физическое насилие, опасное для жизни в момент похищения, и причиняет опасный для жизни вред здоровью, вызывающий состояние, угрожающие жизни, которое может закончиться смертью. Предотвращение смертельного исхода в результате оказания медицинской помощи не изменяет оценки вреда здоровью (ч. 1 ст. 111 УК РФ), либо опасное для здоровья (ст. 112 и 115 УК РФ). Если применяется насилие в отношение несовершеннолетнего, то на наш взгляд дополнительным объектом состава преступления являются общественные отношения, обеспечивающие его нормальное развитие.

Применение насилия означает, прежде всего, что оно осуществлено с фактическим причинением вреда здоровью, либо в момент применения насилия создавало реальную опасность для его жизни и здоровья. Это понятие охватывает все фактически наступившие последствия - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, которое считается опасным преступлением, посягающее на безопасность здоровья человека. Под здоровьем понимается естественное состояние организма, характеризующееся отсутствием каких - либо болезней. Признаком тяжкого вреда здоровью является опасный для жизни вред здоровью, а при отсутствии этого признака такие последствия причинения вреда здоровью, как: потеря речи, зрения, слуха; потеря какого - либо органа либо утрата органом его функций; неизгладимое обезображение лица; расстройство здоровья, соединенное со стойкой утратой общей трудоспособности не менее чем на одну треть; полная утрата профессиональной трудоспособности; прерывание беременности; психическое расстройство; заболевание наркоманией или токсикоманией. Наличие хотя бы одного из указанных признаков даёт основания для признания вреда, причинённого здоровью, тяжким.

Как отмечает В. В. Панкратов к последствиям относится вред средней тяжести, заключающийся в причинении потерпевшему длительного расстройства здоровья, то есть временную утрату трудоспособности продолжительностью свыше трёх недель - более 21 дня, а также значительной стойкой утраты трудоспособности менее чем на одну треть – то 10% до 30% включительно. К причинению средней тяжести вреда здоровью относится, например, трещины и переломы мелких костей, одного - трёх рёбер на одной стороне, вывихи в мелких суставах, стойкое затруднение речи, потеря пальца руки или ноги, сотрясение головного мозга средней степени, глубокие размноженные и инфицированные раны, лечение которых может затянуться на срок более 21 дня. Лёгкий вред здоровья характеризуется кратковременным расстройством здоровья, непосредственно связанное с повреждением, продолжительностью не свыше трёх недель или незначительной стойкой утраты трудоспособности, равной 5%. Например, закрытый перелом костей носа, ослабление зрения и слуха, связанное с незначительной стойкой утратой трудоспособности, множественные и незначительные кровоподтёки и ссадины[80].

Похищение человека с применением оружия следует понимать как использование его по прямому назначению для поражения живой цели или демонстрацию его, чтобы подкрепить угрозы.

Под оружием следует понимать устройства и предметы, конструктивно предназначенные для поражения живой или иной цели, подачи сигналов. Не относятся к оружию изделия, сертифицированные в качестве изделий хозяйственно - бытового и производственного назначения, спортивные снаряды, конструктивно схожие с оружием. В зависимости от целей его использования, а также по основным параметрам и характеристикам подразделяются на: гражданское, служебное, боевое ручное стрелковое и холодное[81]. Но для квалификации преступного деяния значение параметра оружия не имеет. По нашему мнению лицо, в отношении которого совершается преступление не смотрит каким оружием ему угрожают, имеет только значение возможности причинение вреда здоровью или лишение жизни он может принять за оружие любой предмет.

М. И. Рарог отмечает, что к иным предметам, используемым в качестве оружия, относятся предметы хозяйственно-бытового назначения: лом, топор, молоток, тяжелые кухонные приборы, а также специально изготовленные или приспособленные для нанесения телесных повреждений, вещи материального мира, которыми реально можно причинить вред здоровью или жизни потерпевшего: камень, доска, металлическая труба и т. д. Не имеет значения, было ли оружие или иные предметы приготовлены заранее или подобраны на месте преступления, изготовлено оружие заводским или кустарным способом. Сюда же относится имитация оружия или его макетов, если оно используется для подкрепления угрозы и воспринимается потерпевшим как настоящее. Оружие и иные предметы могут применяться не только по отношению к похищенному лицу, но и к тем, кто был очевидцем преступления и пытался ему воспрепятствовать. Газовые болончики признаются таковыми предметами при условии, что их использование способно вызвать причинение вреда, опасного для жизни или здоровья. Одного наличия у виновных оружия или иных предметов недостаточно для квалификации содеянного необходимо, чтобы они применялись в процессе совершения преступления. Под применением оружия понимается попытка нанесения с его помощью или предметов, используемых в качестве оружия, физического вреда потерпевшему, а также их демонстрация как потерпевшему, так и другим лицам, которые могли бы воспрепятствовать похищению человека. Если огнестрельное или холодное оружие хранилось у виновных незаконно, то его отношение в момент похищения человека требует дополнительной квалификации по правилам реальной совокупности по ст. 222 УК РФ «Незаконное приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, его основных частей боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств»[82].

Убийство или причинение тяжкого вреда здоровью в процессе применения оружия и других предметов необходимо дополнительно квалифицировать по ст. 105 или 111 УК РФ. Когда в отношении похищенного применено оружие, в результате чего наступила смерть или тяжкий вред здоровью. Возможен случай, когда преступление в начале было направлено на похищение, но в ряде сложившихся обстоятельств наступает смерть человека.

В соответствии с правилами квалификации при конкуренции части (ст. 111, 112, 115 УК РФ) и целого (п. “в” ч. 2 ст. 126 УК РФ) предпочтение отдается целому. Действия виновного полностью охватываются п. “в” ч. 2 ст. 126 УК РФ и дополнительной квалификацией по статьям о преступлениях против здоровья не требуют. Исключение из этого правила может быть в тех случаях, когда применение насилия фактически повлекло последствия, указанные в данных статьях.

Похищение, совершенное в отношении заведомо для виновного несовершеннолетнего, предполагает наличие потерпевшего, лица, не достигшего к моменту его похищения восемнадцати лет. При этом обязательным условием выступает то, что похититель не осознавал и не мог осознавать, не предвидел и не мог предвидеть, каков возраст похищаемого лица в силу его физических качеств. То есть, налицо заблуждение виновного в отношении возраста похищаемого[83]. Законодатели ничего не говорят о том, что, если виновному становится известен возраст в процессе удержания несовершеннолетнего, то по нашему мнению следует квалифицировать преступное деяние, как совершённое в отношении несовершеннолетнего. Так как независимо от того какое преступление и в отношении кого оно совершалось законодатель при определении уголовной ответственности учитывает общественно опасные последствия и результат преступления.

Если похищена женщина, заведомо для виновного, находящаяся в состоянии беременности, то уголовная ответственность наступает по п. «е» ч. 2 ст. 126 УК РФ. Виновный достоверно знал о состоянии похищаемой. Значение придаётся опасность жизни и здоровья не только беременной женщине, но её будущего ребёнка.

Е.В. Благов отмечает, что для виновного обстоятельство, что женщина находится в состоянии беременности, является благоприятным фактором для достижения преступной цели, во - первых, потому, что женщина в таком положении окажет наименьшее сопротивление, чем это мог бы сделать другой человек, во - вторых, требование в обмен на свободу будут выполнены в короткие сроки[84].

Похищение двух или более лиц предполагает, по мнению Н. И. Ветрова одновременное завладение как минимум двумя лицами и совершается с единым умыслом. В отдельных случаях между первым и вторым похищением может быть разрыв во времени, однако виновный при этом действует с заранее возникшим на похищение двух лиц умыслом[85]. Т. Долголенко считает, что для квалификации по данному признаку не имеет значения, возник умысел одновременно или разновременно с небольшим промежутком времени в отношении каждого из потерпевших[86]. Следует согласится с первой точкой зрения, так как именно возникновение умысла совершение преступления в отношении двух лиц.

Корыстные побуждения, как отмечает А.П. Ковалёв могут проявляться в стремлении виновного освободиться от обязанности нести материальные затраты на содержание, обеспечение детей или других иждивенцев; освобождение от уплаты долга кредитору и т.п. Корыстный мотив законодатель считает наиболее тяжким из всех возможных, в связи с чем он придает ему статус обязательного для ч. 2 ст. 126 УК РФ признака. В случае установления корыстных мотивов действия похитителя необходимо квалифицировать по п. “з.” ч. 2 ст. 126 УК РФ. Эта квалификация сохранится и в том случае, если виновный фактически не получил материальной выгоды или не освободился от несения материальных затрат. Кроме корыстных, мотивами похищения могут быть: месть хулиганские побуждения, устранение конкурента в бизнесе и другие причины. Установление их может учитываться при решении вопроса о возбуждении уголовного дела, квалификации деяния и назначении наказания.[87].

Деяния, предусмотренные частями 1 или 2 ст. 126 УК РФ, если они совершены организованной группой или повлекли по неосторожности смерть потерпевшего несут уголовную ответственность по ч. 3 ст. 126 УК РФ.

К особо квалифицированному составу относится совершение похищения организованной группой. Организованная группа является разновидностью соучастия с предварительным соглашением. Под организованной группой Н.Э. Мартыненко отмечает двоих или большее число лиц, предварительно сорганизовавшихся для совершения одного или нескольких преступлений. Этой разновидности соучастия свойственны профессионализм и устойчивость. Под устойчивостью организованной группы понимается наличие постоянных связей между членами и специфических методов деятельности по подготовке или совершению одного или нескольких похищений. Устойчивость организованной группы предполагает предварительную договоренность и организованность. Эта разновидность в отличие от соучастия с предварительным сговором группы лиц отличается большей степенью устойчивостью, согласованностью между участниками. Членами организованной группы могут быть лица, которые участвовали в разработке плана совершения преступления, или же лица, которые знали о разработанном плане и активно выполняли его. Деятельность организованной группы чаще связана с распределением ролей, но это вовсе не исключает и соисполнительство. Все это обусловливает устойчивость организованной группы [88].

В.В. Иванова отмечает, что похищение человека требует значительных усилий от похитителей, жертву выбирают, выслеживают. Одни преступники устанавливают график работы будущей жертвы: время ухода и возвращения с работы, маршрут движения и т. п., другие готовят место, где будет содержаться жертва третьи выбирают автотранспорт, на котором будут перевозить жертву с места похищения[89]. Всю вышеназванную работу под силу сделать явно не одному человеку, поэтому и создаются преступные группы. Так преступная группа похитила В. с целью получения выкупа. Перед совершением преступления члены группы в течение недели следили за будущей жертвой, изучали его привычки. Было выбрано время похищения - 10 часов вечера, когда потерпевший выходил обычно гулять с собакой. Другая часть преступников подготовила место содержания жертвы - квартиру, которую снял один из преступников. Преступники были осуждены по п. «а» ч. 3 ст. 126 УК РФ[90].

Л.В. Иогамова - Хегай утверждает, что если смерть наступила при умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, то содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных по ч.3 ст.126 и ч.4 ст. 111 УК РФ, поскольку такие последствия не охватываются составом похищения человека. Аналогично убийство похищенного человека также квалифицируется по совокупности ч. 3 ст. 126 и п. «в» ст.105 УК РФ - убийство лица, заведомо находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряжённое с похищением человека, так как убийство имеет другую объективную, субъективную характеристику. Действия виновного подлежат уголовной ответственности по ч.3 ст. 126 УК РФ наступает полностью, если виновный избрал такой способ похищения, при котором по его легкомыслию или небрежности наступила смерть потерпевшего, например, поместил в подвал, где была плохая вентиляция и потерпевший задохнулся, при сопровождении потерпевшего толкнул его, в результате чего он упал, ударился головой о бордюр тротуара и умер. Н. Беляева и Т. Орешкина относят к отягчающим последствиям самоубийство похищенного либо психическое расстройство потерпевшего или его близких, умышленное убийство лица, оказавшегося на месте совершения преступления[91].

Отличительной особенностью ст. 126 УК является примечание, гласящее, что лицо, добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления.

Н.И. Ветров указывает, что добровольное освобождение означает действия похитителя в добровольном освобождении потерпевшего при возможности удерживать его. Похититель отказывается от дальнейших действий и отпускает (передает) его правоохранительным органам или родственникам. Инициатива добровольного освобождения может исходить от самого похитителя родственников потерпевшего, работников правоохранительных органов и других лиц или организаций. Мотивы принятого решения значения не имеют. Ими могут быть раскаяние, сострадание к потерпевшему или его близким, страх перед наказанием и др. Ответственность для виновного наступает лишь за уже совершенные действия, содержащие состав другого преступления. Например, похищение огнестрельного оружия, угон автомобиля, незаконное приобретение ядовитых или сильнодействующих средств и т. д. [92]

В отличие от похищения человека при незаконном лишении свободы потерпевший не захватывается, не изымается из своей среды, не похищается, а остается на месте, но ограничивается в передвижении. [93]

По мнению Н.И. Загородникова объективная сторона преступления выражается в совершении действий, состоящих в ограничении личной физической свободы потерпевшего, не связанных с его похищением. Потерпевший незаконно, в принудительном порядке, помимо его воли удерживается в том месте, где он сам добровольно до этого находился, его лишают возможности передвигаться по своему усмотрению. Например, человека запирают в его же доме, в квартире, кабинете, чулане, подвале, сарае, на даче, чердаке, связывают и содержат в каком-либо помещении, чтобы он никуда не ушел, оставляют на острове, чтобы он не мог оттуда уплыть самостоятельно, и т.д.94.

В. В. Панкратов отмечает случаи, когда потерпевшего не изолируют, он как бы не лишен возможности передвигаться по своему усмотрению, однако этого не делает под влиянием высказанной ему угрозы убийством, причинением вреда здоровью, если он покинет самостоятельно место своего пребывания, например уйдет из своей квартиры на улицу. Объективная сторона характеризуется причинно - следственной связью: именно в результате действий виновного: удержания, угроз, создания условий произошло ограничение свободы. В.В. Панкратов считает, что не является незаконным лишением свободы запрет лицу под угрозой убийства покидать пределы населенного пункта, не бывать в тех или иных районах города[95].

Н.И. Загородников полагает, что явно незначительный промежуток времени принудительного ограничения свободы передвижения может свидетельствовать о малозначительности деяния и не составлять преступления[96]. По нашему мнению время незаконного лишения свободы не имеет значения, преступник преследует свои цели. Если же человека запирают ради шутки, то действия по нашему мнению следует расценивать как хулиганские и применять административное наказание, за отсутствием более тяжких последствий, например смерти.

Лишение свободы человека с его согласия, а также на законных основаниях, например, при необходимой обороне, крайней необходимости, задержании преступника не образует состава данного преступления. Однако если человек лишен свободы с его согласия, но в последующем удерживается против его воли, то виновный должен нести ответственность за незаконное лишение свободы. Удержание чужого заблудившегося малолетнего ребенка, отказ выдать его родителям следует рассматривать как лишение его свободы. Вместе с тем исключается ответственность в случаях, когда родители осуществляют принудительно-воспитательные меры по отношению к своим несовершеннолетним детям[97].

Потерпевшим может быть любое лицо независимо от возраста, пола, занимаемой должности.

Состав преступления формальный, оно считается оконченным с момента фактического лишения человека свободы независимо от длительности пребывания потерпевшего в таком состоянии наступление каких либо последствий не требуется.

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Лицо осознает, что незаконно лишает свободы другого человека, помимо его воли, и желает этого, стремится своими действиями осуществить ограничение передвижения и выбора места нахождения. По мнению В.Н. Иванова мотивы данного преступления могут быть различными, например ревность, месть, хулиганские побуждения, стремление сорвать деловую встречу и т.д. Они не входят в конструкцию статьи в качестве обязательных или квалифицирующих признаков и учитываются судом при индивидуализации наказания [98].

Субъектом преступления за незаконное лишение свободы В. Г. Павлов признаёт физическое, вменяемое лицо, достигшее шестнадцатилетнего возраста. Лицо должно осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими [99]. В данной статье определён шестнадцатилетний возраст законодатель полагает, что преступление обладает меньшей общественной опасностью. Виновным может быть признано лишь вменяемое лицо, которое действовало сознательно. Следовательно, если лицо, совершившее общественно опасное деяние в невменяемом состоянии, то есть не способное осознавать общественную опасность своих действий, либо не способное руководить ими в момент совершения преступления, не должно и не может быть признано субъектом преступления. В.В. Иванов пишет, что должностные лица несут уголовную ответственность за незаконное лишение свободы при наличии соответствующих обстоятельств за превышение должностных полномочий (ст. 286 УК) или за преступления против правосудия - незаконное задержание, заключение под стражу или содержание под стражей (ст. 301 УК), вынесение незаконного приговора суда к лишению свободы (ч. 2 ст. 305) [100].

Квалифицированные признаки незаконного лишения свободы аналогичны квалифицирующим признакам похищения человека. Уголовная ответственность за незаконное ограничение свободы из корыстных побуждений отсутствует. На наш взгляд данный квалифицированный признак уместен. Незаконное лишение свободы может совершаться из корыстных побуждений.

Ю. И. Скуратов отмечает, что если при незаконном лишении свободы совершаются и другие преступления, то содеянное квалифицируется по совокупности. Например, если лишение свободы сопровождается вымогательством - требованием передачи чужого имущества или права на имущество или совершение других действий имущественного характера, то такие действия образуют совокупность преступлений, предусмотренных ст. 127 и 163 УК РФ[101].

С целью правильного применения уголовного закона необходимо уяснить его содержание. Грамматический способ толкования заключается в применении словесного текста закона с помощью правил грамматики и синтаксиса. «Похитить» - значит тайно увести, унести, украсть[102], «Лишить» - отнять что-либо у кого-либо[103]. « Свобода » - отсутствие стеснений, ограничений, возможность поступать по своей воле, своему у смотрению[104]. Следовательно, незаконное лишение свободы представляет собой удержание лица против его воли в месте, где он находится или куда добровольно прибыл, и его принудительная изоляция. Под похищением человека понимается завладение человеком против его воли, захват, перемещение и последующее его задержание. Необходимо установить сам- факт незаконного лишения свободы, то есть принудительное водворение (оставление) в определенном месте и содержание в нем. Речь идет, в частности, об удержании против воли явившегося, проживающего, прибывшего лица (партнера, родственника, случайно зашедшего человека).

Так вечером 25 февраля 2003 года П., находясь у себя дома, посчитал, что Л., находившийся у П. в гостях, не желает вернуть ему денежный долг. В целях устрашения с помощью насилия П, поместил Л, в подвал своего дома, где Л. находился 12 часов, пока не воспользовался тем, что в доме все спят и обнаруженным проемом покинул подполье через соседнею квартиру.

Другим моментом отличия похищения человека от незаконного лишения свободы является способ посягательства на свободу потерпевшего. При похищении человека осуществляется его изъятие из микросреды и противоправное перемещение в другое место, чего не требуется при незаконном лишении свободы. Так в конце июня 2001 года М., Г, С., решили из корыстных побуждений совершить похищение предпринимателя С, Осуществляя задуманное, они под предлогом заключения сделки предложили потерпевшему сесть в машину, после чего, приставив к нему обрез и завязав глаза, привезли в с. Матвеевка, де удерживали его несколько суток[105].

Незаконно лишить свободы можно только путем одного действия-удержания. Похищение человека всегда совершается путем активных действий, Так. А., зная о том, что гражданин КНР Ч. должен 65 тыс. долларов, взялся оказать помощь в возвращении денег за 3 тыс. долларов, С этой целью с двумя не установленными следствием лицами, зимой 2000 вечером похитил на улице сына гражданина Ч. с применением насилия и под угрозой оружия затолкал его в машину и привез на одну из квартир г. Хабаровска, где удерживал 2 дня[106].

В действующем УК РФ диспозиции норм, предусматривающих ответственность за похищение человека, незаконное лишение свободы были скорректированы (ст. 125,127 УК РФ), но определения похищения человека в законе по-прежнему нет. При этом незаконное лишение свободы определяется через отсутствие в деянии признака похищения (т.е. через неопределенный признак). Такая неопределенность оставляет простор для субъективного толкования и, следовательно, создает предпосылки для юридического произвола.

Незаконное лишение свободы возможно не только путем действия, но и путем бездействия. Например, лишение инвалидной коляски человека, который не может самостоятельно передвигаться, или же задержание потерпевшего в помещении, ранее запертом с его согласия, также незаконное лишение свободы может быть выражено в отказе совершить действия по его освобождению[107].

Похищение человека всегда состоит из трех действий - захват жертвы, ее перемещение и последующее удержание. Незаконное лишение свободы может состоять только из одного действия - удержания. Так, неправильно, на наш взгляд, были квалифицированы городским судом действия X., И., К. по ст. 126 УК РФ разившиеся в том, что обвиняемые, принадлежащее одной из преступных группировок, 16 октября 2000 года с целью отомстить за ранее нанесенное огнестрельное ранение одному из них, ворвались в квартиру, где проживали К. и Ф.: принадлежащие к противоборствующей преступной группировке, и с помощью насилия против воли потерпевших захватили, посадили в автомобиль и вывезли на дачу, расположенную на окраинене города. Там продержали потерпевших двое суток связанными, подвергнув избиению, в результате которого потерпевшие погибли. Трупы их с целью сокрытия следов преступлений были сожжены. Суд переквалифицировал действия виновных со ст. 126 УК РФ на ст. 127 УК РФ, указав, что у осужденных не имелся умысел на похищение человека, а был направлен на незаконное лишение свободы. На наш взгляд, в вышеуказанном примере в действиях виновных присутствуют признаки объективной стороны похищения человека, а именно - захват, перемещение и удержание.

При незаконном лишении свободы местом удержания может быть любое пространство, в том числе и место постоянного или временного проживания. Похищенного же всегда скрывают и место его нахождения не известно. Потерпевшим при незаконном лишении свободы может быть любое лицо, в том числе и близкие родственники. Так, Н.Э Мартыненко предлагает проводить различие незаконного лишения свободы человека и похищения человека по степени родства потерпевшему. По ее мнению, при похищение человека потерпевшими не могут быть близкие родственники, «так как похищают обязательно у кого-нибудь, а похитить свою жену у себя вряд ли возможно».[108] На наш взгляд, такое утверждение неверно, так как на общественную опасность похищения человека родственные связи не влияют. Аналогичную позицию избрал народный суд, который признал К. виновным в похищении своей жены.[109]

Получается, что объектом похищения человека, являются общественные отношения, призванные обеспечивать каждому человеку его личную свободу. В отличие от похищения человека, незаконное лишение свободы нарушает те общественные отношения, которые призваны обеспечивать каждому человеку право свободно перемещаться и выбирать место нахождения.


2.2. Уголовно – правовая характеристика торговли людьми (ст. 127 – 1 УК РФ) и использование рабского труда (ст. 127 – 2 УК РФ)


Федеральный Закон 8 декабря 2003 года установил уголовную ответственность за торговлю людьми, признал утратившей силу ст. 152 УК РФ, предусматривающую уголовную ответственность за торговлю несовершеннолетними. Последние изменения в виде расширения круга потерпевших внесены в связи с распространением торговли не только на несовершеннолетних, но и взрослых людей. Торговля людьми в Уголовном Кодексе Российской Федерации соответствует Конвенции о борьбе с торговлей людьми и эксплуатацией проституции третьими лицами, международной защите общих прав и свобод человека от 21 марта 1949 г., в преамбуле, которой говорится, что торговля людьми и сопровождающая ее проституция несовместимы с достоинством и ценностью человеческой личности и угрожают благосостоянию человека, семьи и общества, требованиям ст. 8 Международного пакта о гражданских и политических правах от 19.12.66 о том, что никто не должен содержаться в рабстве, а также работорговля запрещаются во всех их видах[110].

Объект рассматриваемого преступления аналогичен вышеприведённым преступлениям.

Ф.М. Абубакиров пишет, что объективная сторона преступления выражается в купле-продаже человека либо его вербовке, перевозке, передаче, укрывательстве или получении в целях его эксплуатации. Торговля людьми происходит чаще под видом деятельности артистических, брачных агентств, усыновления. В уголовной практике встречаются случаи «неудачных родов», когда врачи сообщают о гибели ребёнка при родах, подменив детей[111].

Под куплей человека понимается его приобретение за определенную плату, а под продажей соответственно передача в распоряжение других лиц. Вербовка представляет собой деятельность, направленную на заключение соглашения по привлечению людей к эксплуатации, и может выражаться в поиске кандидатов, агитации, записи желающих, в некоторых случаях используются угроза насилием или же оно применяется в направлении их к месту эксплуатации и т.д. Под эксплуатацией человека законодатель определил использование занятие проституцией другими лицами и иные формы сексуальной эксплуатации, рабский труд (услуги), подневольное состояние, а равно изъятие его органов или тканей[112].

Перевозка означает перемещение человека из одного места в другое, в том числе и в пределах одного населенного пункта любым видом транспорта.

Передача предполагает действия посредника при совершении указанных в законе действий по торговле людьми, а равно последующая передача другим лицам потерпевшего после его купли-продажи самим покупателем, например, для временного размещения и проживания, использования и т.д. Она может быть возмездной и безвозмездной. Продавец несет ответственность лишь за продажу человека. Получение человека означают действия, связанные с приобретением в результате передачи, дарения обмена, дачи в займы. Может быть возмездным или безвозмездным, на определённый срок или на всегда, с выполнением определенных условий или без них направленные на использование его услуг в своих личных или корыстных целях. Укрывательство предполагает сокрытие потерпевшего при наличии цели совершения продажи или эксплуатации, например, содержание человека в подвале дома после его получения[113].

Состав преступления формальный, он считается оконченным с момента фактической купли-продажи человека либо его вербовки, перевозки, передачи, укрывательства или получения.

Субъективная сторона торговли людьми характеризуется прямым умыслом и указанной в законе целью - эксплуатации человека. Лицо осознает, что торгует людьми в целях эксплуатации, и желает этого.

Субъект преступления - лицо, достигшее 16-летнего возраста.

Квалифицированный состав - то же деяние, совершенное:

а) в отношении двух или более лиц;

б) в отношении заведомо несовершеннолетнего;

в) лицом с использованием своего служебного положения;

г) с перемещением потерпевшего через Государственную границу Российской Федерации или с незаконным удержанием его за границей;

д) с использованием поддельных документов, а равно с изъятием, сокрытием либо уничтожением документов, удостоверяющих личность потерпевшего;

е) с применением насилия или с угрозой его применения;

ж) в целях изъятия у потерпевшего органов или тканей.

Уголовная ответственность за торговлю людьми в отношении двух или более лиц, в отношении заведомо несовершеннолетнего, с применением насилия или с угрозой его применения и торговля заведомо несовершеннолетним идентична уголовной ответственности за похищение человека или незаконного ограничения свободы.

Т. Долготенко определяет использование служебного положения, как совершение указанных в законе действий по торговле людьми государственными или муниципальными служащими, коммерческой или общественной организацией[114].

Перемещение потерпевшего через Государственную границу РФ, как отмечается в Федеральном законе «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» означает ее незаконное пересечение и требует дополнитель­ной квалификации по ст. 322 УК РФ. Незаконное удержанием потерпевшего за границей означает лишение его возможности возвращения в Россию[115]. Использование поддельных документов отмечает Л.В. Иогамова – Хегай представляет собой их официальное предъявление с целью сокрытия совершаемых действий по торговле людьми. Изъятие документов предполагает незаконное лишение потерпевшего его действительных документов, а их сокрытие - незаконное удержание, хранение. Уничтожение документов, удостоверяющих личность потерпевшего, означает их фактическую ликвидацию, делающую невозможным идентификацию человека по ним[116].

Под торговлей людьми с применением насилия или с угрозой его применения понимается фактическое причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, предусмотренного ч. 1 или ч. 2 ст. 111 УК РФ, или средней тяжести, или легкого вреда здоровью, либо насилия, которое не причинило фактического вреда здоровью, а также угроза причинения физического вреда. При причинении тяжкого вреда при наличии признаков, указанных в п. «е» ч. 2 ст. 127 - 1 УК РФ, содеянное квалифицируется по совокупности этой статьи с ч. 3 ст. 111 УК РФ[117].

Торговля людьми в целях изъятия у потерпевшего органов или тканей предполагает, что потерпевший будет использован в качестве донора.

Особо квалифицированный состав (ч. 3 ст. 127 - 1 УК РФ) - деяние, предусмотренные ч. 1 и 2 ст. 127 - 1 УК РФ:

а) повлекшие по неосторожности смерть, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего или иные тяжкие последствия;

б) совершенные способом, опасным для жизни и здоровья многих людей;

в) совершенные организованной группой.

Под причинением смерти по неосторожности или тяжкого вреда здоровью потерпевшего понимаются случаи, когда при торговле людьми виновным совершаются деяния, указанные в ч. 1 или ч. 2 ст. 127 - 1 УК РФ, и в результате его легкомыслия или небрежности наступает одно из указанных последствий - смерть или причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего. При умышленном причинении такого вреда при торговле людьми содеянное квалифицируется по совокупности ч. 2 ст. 127 - 1 УК РФ и соответственно - ст. 105 или ст. 111 УК РФ. Под иными тяжкими последствиями понимаются, в частности, самоубийство лица, в отношении которого производится торговля, тяжкое заболевание, психическое расстройство, наступление крупного имущественного ущерба т.д[118].

Торговля людьми, совершенная способом, опасным для жизни и здоровья многих людей, характеризуется применением виновным такого способа, при котором создается реальная угроза в отношении двух или более лиц.

Для применения указанного в ст. 127 - 1 УК РФ примечания и ос­вобождения лица от уголовной ответственности необходимо установить, что:

1) лицо впервые совершило деяние;

2) это предусмотрено ч. 1 или п. «а» ч. 2 ст. 127 1 УК;

3) добровольно освободило потерпевшего и способствовало раскрытию совершенного преступления.

При этом виновный не освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях содержится состав иного преступления.

Уголовная ответственность за использование рабского труда, как и торговля людьми появилась недавно в Уголовном Кодексе согласно Федеральному Закону №12 от 11 марта 2004 года.

Рабство есть состояние или положение человека, над которым осуществляются атрибуты права собственности или некоторые из них, а под «рабом» понимается лицо, находящееся в таком состоянии или положении[119].

Под «лицом в подавленном состоянии» понимается лицо, находящееся в состоянии или положении, создающемся в результате институтов или обычаев:

- долговой кабалы, положения или состояния, возникающего в следствие заклада должником в обеспечении долга своего личного труда, или труда зависимого от него лица, если надлежащая ценность не засчитывается в погашении долга или если продолжительность этой работы не ограничена и характер её не определён;

- крепостного состояния, т. е. такого пользования землёй, при котором пользователь обязан жить и работать на земле, принадлежащей другому лицу, и выполнять определённую работу для другого лица.

Следует обратить внимание, что в соответствии со ст. 37 Конституции РФ принудительный труд запрещен, каждый имеет право на труд, отвечающий требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации.

Обращение другого лица в рабство, или склонение другого лица к отдаче себя в рабство, или покушение на совершение таких действий, соучастие в них, участие в тайном сговоре для совершения любого из этих действий считается угодным преступлением.

О. А. Скорлуков определяет состав преступления формальным, оно считается оконченным с момента фактического использования виновным рабского труда другого человека, если потерпевший по не зависящим от него причинам не может отказаться от выполнения работ или услуг. Количество отработанного времени потерпевшим при осуществ­лении такого труда значения не имеет[120].

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Лицо осознает, что использует труд другого человека и осуществляет полномочия в отношении него присущие праву собственности, тем самым лишая его свободы действий, и желает, способствует этому, создавая причины в результате которых человек не может отказаться от выполнения работ.

Субъект преступления аналогичен субъекту преступления торговли людьми.

Уголовная ответственность по ч. 2 и ч. 3 ст. 127 - 2 УК РФ в совпадает с уголовной ответственностью ч. 2 и ч. 3 ст. 127 - 1 УК РФ отличием является п. «г» ч. 2 ст. 127 – 2 УК РФ «Применение шантажа, насилия или с угрозой его применения». Под использованием рабского труда с применением шанта­жа О. А Скорлуков понимает угрозу со стороны виновного лица предать огласке порочащие другое лицо или его близких сведения, или такие данные, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего, его близких, например, раскрыть тайну усыновления[121].

В п. «д» ч. 2 ст. 127 – 2 УК РФ говорится о использование рабского труда с изъятием, сокрытием либо уничтожением документов, удостоверяющих личность. Изъятие документов, как отмечает О. А. Скорлуков предполагает собой незаконное лишение потерпевшего его действительных документов: паспорта, свидетельства о рождении[122]. Из этого следует по нашему мнению, что сокрытие документов представляет собой незаконное удержание или хранение. Незаконное удержание представляет собой изъятие помимо воли владельца и отказ выдать на руки или предъявление определённых условий. Незаконное хранение заключается в том, что владелец может сам добровольно отдать документы на хранение, но при требовании вернуть получить отказ. Уничтожение документов, удостоверяющих личность потерпевшего, означает их фактическую ликвидацию, делающую невозможным идентификацию по ним.

Уголовная ответственность по ч.3 ст. 127 -2 УК РФ наступает полностью, как и в предыдущих статьях, если виновный избрал такой способ похищения, при котором по его легкомыслию или небрежности наступила смерть потерпевшего. В остальных случаях квалификация наступает по совокупности со статьями ч. 4 ст. 111 или п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ. К отягчающим последствиям, как и в предыдущих статьях относится самоубийство похищенного либо психическое расстройство потерпевшего или его близких, умышленное убийство какого-либо из лиц, оказавшихся на месте совершения преступления.

Уголовная ответственность за торговлю людьми и использование рабского труда характеризуется общим объектом, различаются объективной стороной. Торговля людьми направлена на куплю – продажу человека, его вербовку, перевозку передачу, а использование рабского труда подразумевает собой использование чужого труда в принудительном порядке.


2.3. Уголовно-правовая характеристика незаконного помещения в психиатрический стационар


И.Н Тяжкова отмечает, что в нашей стране помещение в психиатрические лечебные учреждения применялись по политическим мотивам[123].

Объект преступления совпадает с объектом вышерассмотренных преступлений.

Непосредственный объект этого преступления заключается в незаконном помещении в психиатрический стационар.

Потерпевшим может быть не только заведомо психически здоровый человек, но и больной.

Объективная сторона преступления выражается в несоблюдении указанных в законе требований, в совершении действий, состоящих в недобровольной, принудительной госпитализации:

а) либо заведомо психически здорового человека в психиатрический стационар;

б) либо в помещении в психиатрический стационар лица, страдающего психическим расстройством, при отсутствии установленных в законе оснований;

в) либо в незаконном продлении пребывания в психиатрическом стационаре. Наряду с принципом добровольности закон предусматривает и недобровольное помещение в психиатрический стационар.

Лицо, страдающее психическим заболеванием, как отмечается в Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 17.12.91 года, может быть госпитализировано в психиатрический стационар без его согласия или без согласия его законного представителя до постановления судьи, если его обследование возможно только в стационарных условиях, а психическое расстройство является тяжелым и обусловливает:

а) непосредственную опасность больного для себя или окружающих лиц;

б) его беспомощность, т.е. неспособность самостоятельно удовлетворить основные жизненные потребности;

в) существенный вред его здоровью вследствие ухудшения психического состояния, если лицо будет оставлено без психиатрической помощи.[124]

Вопросы, связанные с основанием и порядком помещения лица в психиатрический стационар, регламентированы Законом РФ от 02.07.92 № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» с изм. на 10.01.2003.

Согласно этому Закону (ст. 4, 13, 28, 29, 30), основанием для госпитализации в психиатрический стационар является наличие у лица психического расстройства и решение врача-психиатра о госпитализации, проведении обследования или лечения в стационарных условиях либо постановление судьи, а также необходимость проведения психиатрической экспертизы (судебной, военной, трудовой) в случаях и порядке, установленными законами РФ, исполнение назначенной судом принудительной меры медицинского характера. При необходимости по просьбе врача-психиатра недобровольную госпитализацию медицинским работникам помогает осуществлять милиция. Состав преступления формальный, оно считается оконченным с момента фактического незаконного помещения человека в психиатрический стационар, независимо от длительности пребывания потерпевшего в нем, либо с момента незаконного отказа в выписке. Удержание в психиатрическом стационаре помещенного туда на законных основаниях лица, которое выздоровело и подлежало выписке, незаконное продление содержания, незаконный отказ в выписке также образуют состав преступления, предусмотренного ст. 128 УК, поскольку в таких случаях лицо также незаконно содержится в таком стационаре[125].

Субъективная сторона характеризуется прямым умыслом. Лицо осознает, что незаконно помещает в психиатрический стационар заведомо здорового человека помимо его воли либо лицо, страдающего психическим расстройством, но без необходимых оснований, и желает этого. Мотивы преступления могут быть различными, например: ревность, месть, карьеризм, желание скомпрометировать потерпевшего и т.д[126].

Субъектом преступления являются лица, в служебные обязанности которых входит принятие решения о недобровольном помещении человека в психиатрический стационар, госпитализировать больных, обращаться по этому поводу с заявлением в суд: дежурный врач, врач приемного отделения, врач-психиатр, заведующий и др., поместившие незаконно человека в психиатрический стационар. А. И. Рарорг отмечает, что лицо не обладающее вышеуказанными признаками привлекается к уголовной ответственности, как соучастник преступления[127].

Квалифицированный состав (ч. 2 ст. 128 УК РФ) - то же деяние, если оно совершено лицом с использованием своего служебного положения, либо повлекло по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия. Лицо, помещенное в принудительном порядке в психиатрический стационар, подлежит обязательному освидетельствованию в течение 48 часов комиссией врачей-психиатров психиатрического учреждения. Эта комиссия принимает решение об обоснованности или необоснованности госпитализации. При решении комиссии о необоснованности госпитализации человек подлежит немедленному освобождению. Если же госпитализация признается обоснованной, то заключение комиссии врачей-психиатров в течение 24 часов направляется в суд по месту нахождения психиатрического учреждения для решения вопроса о дальнейшем пребывании лица в нем. В течение 5 дней судья должен вынести решение[128].

Действия врачей-психиатров, входящих в комиссию, если они незаконно поместили человека в психиатрический стационар, подготовили заведомо ложное заключение о якобы необходимой госпитализации, главного врача-психиатра, его заместителя, вышестоящего должностного лица органа здравоохранения, которые могут давать распоряжения о помещении в психиатрический стационар, должны квалифицироваться по ч. 2 ст. 128 УК РФ, поскольку они используют свое служебное положение. На наш взгляд права И.Н. Тяжкова, утверждая, что если помещение в психиатрический стационар произведено по незаконному решению судьи, то уголовная ответственность наступает за вынесение заведомо неправосудного решения либо иного судебного акта по ст. 305 УК РФ[129].

Смерть по неосторожности может наступить, например, в результате передозировки лечебного препарата, нападения агрессивных больных в связи с недосмотром обслуживающего персонала и т.д. Под иными тяжкими последствиями понимаются, в частности, самоубийство помещенного в психиатрический стационар, тяжкое заболевание, причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему или его родственникам и т.д.

Таким образом, уголовно – правовая характеристика преступлений против свободы личности имеет отличительные особенности от других преступлений. Для преступлений, направленных на ограничение свободы личности общим объектом являются общественные отношения, указанные в Конституции РФ, нарушение которых влечёт за собой уголовную ответственность.

Родовым объектом выступает личность, выделенная из общего объекта преступных деяний, указанных в УК РФ.

Видовым объектом является безопасность и неприкосновенность каждого члена общества, а именно общественные отношения, регулирующие физическую свободу, честь и достоинство граждан.

Под свободой понимается свобода физического перемещения, определение своего места жительства и нахождения. Непосредственным объектом рассматриваемого посягательства на свободу личности является конкретное противоправное действие. Уголовная ответственность за незаконное помещение в психиатрический стационар отличается от других преступлений, посягающих на свободу личности субъектом, объективной, субъективной стороной преступления.

ГЛАВА 3. ПРОБЛЕМЫ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПРЕСТУПЛЕНИЯ, ПОСЯГАЮЩИЕ НА ФИЗИЧЕСКУЮ СВОБОДУ ЛИЧНОСТИ


3.1. Отграничения преступлений, посягающих на физическую свободу личности от смежных составов преступлений


Преступления, посягающие на свободу личности имеют сходства с другими составами преступления, которые следует разграничивать, что мы и сделаем на основе изученных источников.

Незаконное лишение свободы (ст. 127 УК РФ), похищение человека (ст. 126 УК РФ) по своим объективным и субъективным признакам весьма близки к преступлению - захват заложников. В связи с этим встает вопрос об их разграничении, а также по квалификации по совокупности. Различие названных составов преступлений заключается в том, что захват заложников может быть отнесен к преступлениям международного характера, так как борьба с ним ведется на основе Международной Конвенции о захвате заложников, принятой сессией Генеральной Ассамблеи ООН в 1979 г.[130].

При захвате заложников требования, как правило, предъявляются к государственным, общественным организациям, неопределенному кругу лиц. Главным условием освобождения заложников является удовлетворение определенных требований (например, доставка оружия, денег, предоставление автомобиля, самолета, освобождение заключенных и т.п.). При этом неважно, кто будет эти требования выполнять. При захвате заложников виновных лиц интересуют не столько личности захваченных, как при незаконном лишение свободы и похищении), сколько возможность использовать их в качестве средства давления на адресата. Виновные лица здесь не имеют личных взаимоотношений, личных претензий к заложникам. В этом смысле личность заложника, безразлична для захватчиков". При лишении же свободы виновные заинтересованы в судьбе потерпевших[131].

Так, 30 января 2002 года Л. и А. ранее совершившие 2 убийства, на­ходясь в квартире И., по прибытии сотрудников милиции для их задержания, запретили хозяйке открыть дверь. A. и Л, согласованно забаррикадировали мебелью входную дверь, после чего они объявили И. заложницей и под угрозой взрыва гранаты, из которой была предварительно выдернута боевая чека, требовали в обмен на освобождение заложницы предоставить им самолет и возможность беспрепятственно вылететь в Чечню[132].

Как отмечают А. Беляева, Т. Орешкина местом захвата заложников являются: корабли, самолеты, поезда, посольства, исправительные учреждения и т.д. Так, осужденные 3., Р. и Т., вооруженные заточками, обманным путем проникли в помещение школы рабочей молодежи, находящейся на территории ИТК-14 и заблокировали дверь учительской мебелью. Угрожая захваченным учителям выставленными перед собой заточками, они требовали от прибывших на место представителей администрации вызвать в колонию прокурора и начальника УВД[133].

Местом захвата людей при похищении и незаконном лишении свобод, являются квартиры, лестничные клетки в жилых домах, безлюдные улицы. Но ни разу люди не похищались из мест, подобных тем, откуда происходит захват заложников.

От похищения человека и незаконного лишения свободы захват заложников отличается в первую очередь тем, что при захвате заложников различные требования предъявляются третьим лицам как; условие освобождения заложника. При похищении человека такого рода воздействия на третьих лиц не оказывается. Преступник добивается своей цели от потерпевшего и его близких[134].

Местонахождение заложника в большинстве случаев не скрывается от правоохранительных органов, а наоборот, всячески подчеркивается. При захвате заложников виновные стремятся к обнаружению своего умысла как в отношении захвата или удержания заложника, так и в отношении характера предъявляемых требований. Нередко, чтобы усилить эффект и иметь более мощный и действенным рычаг давления на адресатов требования, этим требованиям придается намеренно широкий резонанс, Местонахождение же похищенного и незаконно лишенного свободы тщательно скрывается от всех, виновные стремятся избежать огласки[135].

Краевой суд изменил квалификацию со ст. 205 УК РФ на ст. 126 УК РФ действия лиц, которые, организовав банду в августе 2000 года в г. Владивостоке, похитила несовершеннолетнего Я. с целью получение 120 000 долл. за его освобождение и сообщали об этом его родителям. Суд признал, что со стороны участников банды имело место похищение человека, а не захват потерпевшего в качестве заложника. Последнее преступление отличается от похищения человека, сопровождаемое предъявлением требований к Физическим и юридическим лицам, тем, что факт захвата и насильственного удержания человека, а также содержание самих требований виновным не держится в тайне. Напротив, при похищении человека требование выкупа адресуется его родственникам, осуществляется тайно, скрытно от иных лиц и тем более от органов внутренних дел[136].

Отличие захвата заложников от сходного с ним по некоторым признакам незаконного лишения свободы также заключается в том, что при незаконном лишении свободы у преступника отсутствует цель воздействия на третьих лиц и удержание потерпевшего не связано с принуждением третьего лица совершить определенное действие или воздержаться от него[137].

Законодатель сконструировал объективную сторону ст. 206 УК РФ как «захват или удержание» лица в качестве заложника. Тем самым он указал, что для наличия оконченного преступления необходимо совершить хотя бы один поведенческий акт, причем он может быть совершен как путем действия (захват) так и путем бездействия (удержание). Похищение человека состоит из трёх действий: захват, перемещение, удержание. Незаконное лишение свободы может состоять только из одного действия - удержания.

Наконец, при захвате заложников виновные лица руководствуются побуждениями, вытекающими из специальной цели - выполнение или невыполнение определенных действии как условие освобождения заложников[138]. Так, в конце марта 2003 года группа подследственных, находящихся в ИВС, захватила в качестве заложников бригаду скорой помощи, прибывшую для оказания медицинской помощи и вступила в переговоры с дежурным по ГОВД, требуя беспрепятственно выпустить их из здания и предоставить автомашину. В противном случае виновные угрожали убить заложников. Дежурный по ГОВД, опасаясь за жизнь заложников, выпустил заключенных из здания ГОВД и предоставил им автомобиль[139].

По мнению Т.М. Явчуновской преступления связанные с ограничением свободы не могут быть сопряжены с вымогательством. Содеянное в таких случаях квалифицируются по совокупности этих преступлений, так как у них разные объекты посягательств[140].

На практике происходит «смешение» составов преступлений, посягающих на физическую свободу личности и самоуправства. Приведем пример. Действия лиц, обвинявшихся в похищении человека совершенном по предварительному сговору группой лиц из корыстных побуждений, необоснованно квалифицированы судом по ч. 2 ст. 330 УК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда рассмотрела в судебном заседании от 28 ноября 2000 г дело по кассационному протесту на приговор Ленинского районного суда г Санкт-Петербурга от 30 мая 2000 г, которым Фахертдинов осужден по ч. 2 ст. 330 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком 3 года в силу ст. 73 УК РФ Леонов осужден по ч. 2 ст. 330 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком 2 года в силу ст. 73 УК РФ, Медведков осужден по ч. 2 ст. 330 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно, с испытательным сроком 5 лет в силу ст. 73 УК РФ, Семенов осужден по ч. 2 ст. 330 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года в силу ст. 73 УК РФ.

Согласно приговору Фахертдинов, Леонов, Медведков, Семенов признаны виновными в самоуправстве.

В кассационном протесте прокурор просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей. В обоснование протеста указано, что судом действия осужденных были необоснованно квалифицированы по ч. 2 ст. 330 УК РФ, суд назначил им чрезмерно мягкое наказание, не соответствующее характеру и степени общественной опасности совершенного преступления.

Согласно обвинительному заключению Фахертдинов, Леонов, Медведков, Семенов обвинялись в похищении человека, совершенном группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений. Имея умысел на похищение гражданина Быстрова, имевшего долговые обязательства, желая получить этот долг, осужденные вступили в преступный сговор, направленный на похищение Быстрова. Реализуя этот умысел, 6 июля 1999 г. около 11 часов возле Витебского вокзала по указанию Фахертдинова действуя в соответствии с распределением ролей, Медведков и Семенов задержали Быстрова, нанесли ему не менее двух ударов по голове, отчего Быстрое упал и потерял сознание. Затем Медведков, Семенов и Фахертдинов перенесли Быстрова в автомашину, которой управлял Леонов, поместили его на заднее сидение и, удерживая потерпевшего в салоне, не давая ему возможности покинуть автомашину либо обратиться за помощью, последовали в офис фирмы "Экватор", расположенный в Приморском районе г. Санкт-Петербурга, Однако по пути следования они были задержаны работниками милиции. Указанные действия были квалифицированы органами предварительного расследования по п. "а", "з" ч 2 ст. 126 УК РФ в отношении Фахертдинова, по л "а" ч 2 ст. 126 УК РФ в отношении Леонова, Медведкова и Семенова. Суд, рассмотрев данное дело по существу, пришел к выводу о том, что подсудимые совершили самоуправство, т е. самовольно, вопреки установленному законом или иным правовым актом порядку совершили действия, правомерность которых оспаривается гражданином которому в результате их действий был причинен существенный вред, с применением насилия, и квалифицировал их по ч 2 ст. 330 УК РФ. Между тем, как усматривается из материалов дела, в описательной части приговора судом изложены обстоятельства дела, фактически не отличающиеся от обвинения, предъявленного каждому органами предварительного расследования.

В кассационном протесте прокурор обоснованно указывает на то, что объектом преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 330 УК РФ, является установленный порядок управления и суть самоуправства заключается в нарушении данного порядка. Однако Фахертдинов, Лесков, Медведков и Семенов посягали на личную свободу потерпевшего Быстрова, что составом самоуправства не охватывается. Исходя из изложенного, судебная коллегия определила приговор в отношении Фахертдинова, Лескова, Медведкова, Семенова отменить, дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе судей»[141].

Таким образом, подчеркнем еще раз, что объектом самоуправства является установленный порядок управления и суть самоуправства заключается в нарушении данного порядка, тогда как в приведенном примере обвиняемые посягали на личную свободу потерпевшего, что составом самоуправства не охватывается.

По мнению Т. М. Явчуновской превышение должностных полномочий подразумевает собой исполнить действия, связанные с компетенцией его должности или сферы деятельности, умысел направлен на применение должностных полномочий несоразмерно установленным законом. А использовании должностных полномочий при торговле людьми и использование рабского труда умысел направлен на совершение указанных преступлений. Лицо может совершать указанные преступления не занимая должности, а превысить должностные полномочия только занимая конкретную должность[142].

Следует отграничивать состав преступления незаконного задержания, заключения под стражу или содержание под стражей ст. 301 УК РФ. Незаконное задержание выражается в краткосрочном лишении свободы человека в специально создаваемой комнате органа дознания, а в некоторых случаях и до десяти суток. Незаконное заключение под стражу или содержание под стражей выражается в противоправном избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого мер пресечения в виде заключения под стражу, а также в противоправном содержание под стражей этих лиц сверх установленных законом сроков. В данном преступлении потерпевшими могут быть не любое лицо, а в определённых случаях, заключенные под стражу, а также противоправно содержащиеся под стражей. Субъектом преступления может быть начальник места содержания под стражей, лица компетентные проводить задержание, прокурор, следователь, должностные лица органов дознания. При незаконном лишении свободы потерпевшим может быть любое лицо, которое добровольно находилось или обманным путём добровольно пришло вместо удержания. Субъектом является вменяемое, физическое лицо, достигшее шестнадцати лет.

Также следует разграничивать вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта в ст. 305 УК РФ. Субъектом являются судьи, рассматривающие дала единолично или коллегиально, судьи Верховного, Арбитражного, конституционного Судов и нижестоящих судов. Преступление направлено на вынесение заведомо неправосудных приговоров, решения или иного судебного акта. Незаконное лишение свободы направлено на ограничение физической свободы личности.

Из выше приведённого исследования можно сделать вывод, что преступления, направленные на незаконное ограничение физической свободы личности по логическому смыслу могут казаться схожими со смежными преступлениями, но состав преступлений в целом имеет множество различий


3.2. Проблемы уголовной ответственности за преступления, посягающие на свободу личности


Длительность процесса развития уголовного законодательства определяется динамикой общественных отношений и совершенствованием практики применения закона. При этом поиск наиболее эффективных путей и средств борьбы с деяниями, представляющими общественную опасность для личности, общества, государства, усложняется появлением новых видов деяний, признаваемых преступными, и в первую очередь связанных с посягательством на физическую свободу человека. Предлагаются конкретные меры по совершенствованию действующего российского законодательства, направленного на борьбу с противоправным посягательством на физическую свободу человека.

Так А. П. Ковалёв пишет о необходимости изменение редакции ст. 127 УК РФ, а также связанной с ней ст. 126, предусматривающей ответственность за похищение человека. Диспозиция уголовно-правовой нормы, предусматривающей ответственность за незаконное лишение свободы, одновременно простая и отсылочная, т.е. не раскрывая содержания общественно опасного деяния, она отсылает к ст. 126 УК РФ («не связанное с его похищением»), которая, в свою очередь, также является простой. Указание в диспозиции ст. 127 УК РФ только на отсутствие признаков похищения человека в действиях лица, незаконно лишившего свободы другое лицо, по его мнению, не является оправданным, так как в действиях виновного могут присутствовать признаки иных преступлений, еще более общественно опасных (например, захват заложника, должностное преступление и др.)[143].

С учетом изложенного целесообразно изменить содержание диспозиций ст. 126 и 127 УК РФ, сделав их описательными. Отметим, что в ряде государств - бывших союзных республиках (Беларусь, Латвия) диспозиции уголовно-правовой нормы, предусматривающей ответственность за незаконное лишение свободы, именно описательные.

Так, в соответствии со ст. 152 УК Латвии незаконное лишение свободы есть противоправное действие, лишающее лицо возможности определять свое местонахождение, при отсутствии признаков преступного деяния государственного должностного лица. Иными словами, латвийский законодатель для определения понятия «лишение свободы» использует термин «лишающее... возможности»[144]. В УК Беларуси, в частности, используется термин «ограничение свободы». Представляется, что законодатель Латвии более адекватно подходит к описанию характера данного деяния.

Исследовав недостатки диспозиции статьи 127 Ук РФ А. П. Ковалёв предлагает следующее определение незаконного лишения свободы: противоправное завладение лицом, воп­реки его воле, с последующим лишением его возможности свободно передвигаться или избирать место своего пребывания при отсутствии признаков должностного или иного, более тяжкого преступления[145].

Настоящее определение незаконного лишения свободы, на наш взгляд, должно содержаться в диспозиции нормы, содержащейся в ст. 127 УК РФ, что позволит полноценно уяснить ее содержание как при юридическом анализе, так и в процессе применения уголовного закона.

По нашему мнению необходимо изменить диспозицию похищение человека. Определение может выглядеть следующим образом: противоправный захват лица с перемещением вопреки его воле с целью дальнейшего удержания. Данное определение отличается, с одной стороны, лаконичностью, а с другой - глубиной содержания. В нем отсутствует указание на изъятие человека из его микросреды, что в данной ситуации и не требуется в связи с тем, что сформулирована специальная цель - дальнейшее удержание. Использование термина «захват» более оправданно при определении похищения человека, так как термин «завладеть» имеет более широкое значение, чем «захватить» (в том числе захватить) и более соответствует для определения незаконного лишения свободы.

Незаконное лишение свободы - деяние, посягающее на одно из самых значимых благ человека, оно является преступлением небольшой тяжести (основ­ной состав), средней тяжести (квалифицированные составы) и тяжким преступлением (особо квалифицированные составы). Наказание за совершение это­го преступления несоизмеримо менее строгое, нежели за похищение человека. Так, за совершение неквалифицированного похищения человека наказание такое же (в виде лишения свободы сроком от четырех до восьми лет), как и за незаконное лишение свободы, совершенное организованной группой, а равно повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего или иные тяжкие последствия.

По указанной причине, на наш взгляд, необходимо увеличить меру наказания за совершение незаконного лишения свободы и сделать его соизмеримым с похищением человека, как это предусмотрено, например, в УК Украины. Во всяком случае, неквалифицированное лишение свободы следует признать преступлением средней тяжести, квалифицированное - тяжким, а особо квалифицированное - особо тяжким.

В связи с законодательным ограничением наказуемости приготовительных действий только тяжкими и особо тяжкими преступлениями приготовление к незаконному лишению свободы по действующему законодательству не является преступным и уголовно наказуемым, что, по нашему мнению, неверно.

При таком положении дел преступники имеют возможность открыто готовиться к отдельным преступлениям и их действия не могут быть квалифицированы как преступные. Тем более что не исключается ситуация, когда преступники могут готовиться к совершению незаконного лишения свободы, а реально совершить более тяжкие преступления - похищение человека или захват заложника. Поэтому мы считаем возможным, опираясь на мнение Г.О. Петрова, предложить пересмотреть положения ч. 2 ст. 30 УК РФ в части установления точной адресации тех преступлений небольшой и средней тяжести, приготовительные действия к которым будут являться преступными, включая ст. 127 УК РФ[146].

Вместе с тем мы не можем согласиться с мнением о необходимости криминализации приготовительных действия применительно ко всем преступлениям небольшой или средней тяжести.

В соответствии с примечаниями к ст. 126 и 206 УК РФ, предусматривающим ответственность за посягательство на физическую свободу человека, лицо, освободившее удерживаемого, при наличии определенных условий освобождается от уголовной ответственности. Данные примечания к названным статьям стимулируют лиц, уже совершивших указанные преступления, сделать шаг назад и максимально восстановить нарушенное общественное отношение.

Однако такое примечание отсутствует применительно к незаконному лишению свободы, т.е. преступлению, менее общественно опасному, нежели похищение человека и захват заложника. По нашему мнению, это ошибка российского законодателя, которая должна быть исправлена. Лицо, незаконно лишившее свободы другое лицо, также должно иметь шанс на освобождение от уголовной ответственности. В противном случае может возникнуть нелепая ситуация. Лицо, «просто» лишившее свободы человека и добровольно его освободившее, не подлежит освобождению от уголовной ответственности, а, следовательно, подлежит наказанию. Лицо же, которое «не просто» лишило свободы человека, но еще и выдвинуло требования к государству, организации или гражданам, а затем освободило потерпевшего, не под­лежит уголовной ответственности.

Поэтому мы предлагаем ввести в ст. 127 УК РФ примечание следующего содержания: «Лицо, добровольно освободившее незаконно лишенного свободы, может быть освобождено от уголовной ответственнос­ти, если в его действиях не содержится иного состава преступления». Такое освобождение от уголовной ответственности, на наш взгляд, должно быть не обязательным, а факультативным, т.е. следователь, прокурор и суд не обязаны освободить данное лицо от ответственности, но могут это сделать в зависимости от конкретных обстоятельств, связанных как с совершением преступления, так и с освобождением потерпевшего.

По нашему мнению, меру наказания за совершение похищения человека и незаконное лишение свободы необходимо поставить в зависимость от срока удержания жертвы, как это установлено в некоторых зарубежных УК и существовало в российском дореволюционном законодательстве. Причем наказание в случае превышения установленного срока должно существенно увеличиваться, по крайней мере, в два раза (например, УК Франции предусматривает четырехкратное увеличение). Длительность срока удержания можно было бы определить в 10 полных суток.

Содержание примечаний к ст. 126 и 206 УК РФ, на наш взгляд, также должно быть изменено. Возможность освобождения от уголовной ответственно­сти за похищение человека целесообразно увязана со сроком нахождения потерпевшего в неволе. Лицо, совершившее данное преступление, может быть освобождено от уголовной ответственности, если осво­бодило потерпевшего до истечения трех суток с момента похищения. В противном случае потерпевшего можно продержать целый год в неволе, в нечело­веческих условиях, а после этого «освободить».

С учетом того, что такие преступные деяния, посягающие на физическую свободу человека, как незаконное лишение свободы, похищение человека и захват заложника, являются смежными, по нашему мнению, квалифицирующие признаки данных составов следует сделать сопоставимыми. Это вызвано не только стремлением к их унификации, но и тем, что в процессе применения закона нередко приходится переквалифицировать действия лица (лиц) с одной статьи на другую. Например, действия виновного органами предварительного расследования квалифи­цированы по п. «з» ч. 2 ст. 206 УК РФ (захват заложника из корыстных побуждений или по найму), а в процессе судебного разбирательства суд пришел к выводу о доказанности корыстных побуждений виновного, но об отсутствии признаков захвата заложника. Возникает необходимость переквалификации действий лица на ст. 127 УК РФ, которая не имеет вышеобозначенного квалифицирующего признака.

В статье 127 УК РФ отсутствует квалифицирующий признак «из корыстных побуждений» в отличие от нормы, предусматривающей ответственность за похищение человека. По нашему мнению, необходимо дополнить ст. 127 УК РФ квалифицирующим признаком «из корыстных побуждений». Представляется верной позиция законодателей Казахстана и Таджикистана, которые предусмотрели корыстный мотив в качестве квалифицирующего применительно к незаконному лишению свободы. Если учесть, что в подавляющем большинстве случаев виновный, совершающий преступление по найму, преследует именно корыстные побуждения, становится ясно, что нет необходимости включения данного признака в состав незаконного лише­ния свободы. В случае переквалификации действий лица с п. «з» ч. 2 ст. 206 УК РФ («по найму») на ст. 127 или 126 УК РФ данные обстоятельства будут учтены по признаку «из корыстных побуждений».

Квалифицирующий признак «с применением насилия, опасного для жизни или здоровья» присутствует во всех названных выше преступных деяниях, посягающих на физическую свободу человека. Однако в ст. 126 УК РФ в отличие от ст. 127 УК РФ этот признак дополнен еще указанием на угрозу применения такого насилия, что вызывает недоумение по причинам, названным выше. Так, если действия виновного на первоначальном этапе квалифицированы по п. «в» ч. 2 ст. 126 УК РФ («угроза насилием, опасным для жизни или здоровья»), а затем переквалифицированы на ст. 127 УК РФ, где такой квалифицирующий признак отсутствует, то должна быть применена именно часть первая названной статьи.[147]

С учетом изложенного предлагается дополнить квалифицирующий признак незаконного лишения свободы, предусмотренный п. «в» ч. 2 ст. 127 УК РФ, «с применением насилия, опасного для жизни или здоровья» словами «либо с угрозой применения такого насилия». Аналогично должен быть решен вопрос применительно к захвату заложника.

В последние годы многие преступления совершаются лицами путем использования своего служебного положения. В связи с этим законодатель вполне обоснованно включает данное обстоятельство в качестве квалифицирующего признака во многие составы преступлений: против собственности, общественной безопасности и др. Использование служебного положения для незаконного лишения свободы значительно повышает общественную опасность этого деяния. Так, лицо, являющееся руководителем предприятия или организации, может использовать служебные помещения (склады, терминалы, базы и др.) в качестве места удержания, а служебный транспорт для перевозки потерпевших. Также могут использоваться служебные удостоверения, форменная одежда и проч.

По указанным соображениям применительно к незаконному лишению свободы предлагается ввести дополнительный квалифицирующий признак: «то же деяние, совершенное лицом с использованием своего служебного положения» (п. «з» ч. 2 ст. 127 УК РФ).

Длительное нахождение лица в неволе отрицательно влияет и на физическое и на психическое состояние потерпевшего. По этой причине составы незаконного лишения свободы и похищения человека необходимо дополнить квалифицирующим составом, который бы увязывал длительность нахождения лица в состоянии несвободы с усилением ответственности за совершение данных преступлений. Мы поддерживаем позицию Р.Э. Оганяна, полагающего, что длительность удержания жертвы при похищении человека должна учитываться как квалифицирующее обстоятельство[148].

В связи с отмеченными обстоятельствами предлагается ввести квалифицирующий признак в составы преступлений, предусмотренных ст. 127 и 126 УК РФ, следующего содержания: «сопряженное с удержанием лица сроком более десяти суток» и особо квалифицирующий признак (ч. 3 ст. 126 и 127 УК) «со­пряженное с удержанием лица сроком более тридцати суток».

Как было указано выше, УК РФ должен содержать законодательное определение понятия «насилие, опасное для жизни или здоровья». Такое определе­ние может быть дано в виде примечания к ст. 126 УК РФ. Его содержание с учетом сложившейся в Российской Федерации судебно-следственной практики должно соответствовать определению этого понятия, сформулированному в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. «О судебной практике по делам о кражах, грабежах и разбоях».

Введение в действующий уголовный закон норм, предусматривающих ответственность за торговлю людьми и использование рабского труда, является значительным шагом вперёд российского законодателя в действиях усиления уголовно правовой борьбы с посягательствами на физическую свободу человека. Однако данные нормы нуждаются в совершенствовании. Прежде всего речь идёт о законодательной формулировке состава торговли людьми (ст. 127 – 1 УК РФ), которая включает куплю – продажу человека либо его вербовку, перевозку, передачу, укрывательство или получение, совершенное в целях его эксплуатации. Данный подход удачным назвать нельзя, так как купля – продажа включает действия связанные с перевозкой человека – невольника и иными действиями, указанными в диспозиции статьи, за исключением вербовки, которая является приготовлением к торговле людьми. Остаются вне уголовно – правового поля иные сделки с живым человеком, находящемся в зависимом положении, также связанные с его передачей и завладением, например получение в дар, «арендой» и др. Более удачная формулировка торговли людьми содержится в УК Республики Беларусь, действия, направленные на совершение купли – продажи или иных сделок в отношении зависимого лица в форме его передачи или завладения им (ст. 181). Ценным в такой формулировке является указание на иные сделки с человеком в виде его передачи или завладения им наряду с куплей – продажей[149].

Следует согласиться с предложением формулировки, предложенной О. А. Скорлуковым: «Купля – продажа человека вопреки его воле, путём обмана или использования его беспомощного состояния либо совершение сделок в форме его передачи и завладения им»[150]. Указание на способы таких действий позволит точнее квалифицировать действия виновного и отграничить это преступление от иных преступных и не преступных деяний. Под иными сделками необходимо понимать: дарение, т.е. безвозмездную передачу человека другому лицу; мену, т.е. обмен одного человека на другого лил обмен человека на вещь; передачу во временное владение или пользование человеком; использование человека в качестве предмета оплаты работ или услуг; получение иных выгод или услуг за передачу человека, например, прощение долга и т. д.

Словарь трактует вербовку как «действие по набору охотников в солдаты или матросы по найму»[151]. По нашему мнению вербовка в уголовно - правовом смысле предполагает не просто набор, а умышленное заключение сделок для последующего ограничения свободы личности, являются приготовительными действиями. По указанной причине действия не могут быть признаны самостоятельным преступлением, а должны квалифицироваться как приготовление к торговле людьми, похищению человека. Если же они не были пресечены и преступление совершено, например человек попал в рабское положение, действия виновного должны квалифицированы как пособнические, либо исполнительские в зависимости от конкретной ситуации. В частности, виновный вербует потенциальную жертву, а затем её продаёт – в этой ситуации он исполнитель купли - продажи человека. Если же его действия были ограничены только вербовкой, а купля - продажа совершена другими людьми, действия должны быть квалифицированы как пособничество т. е. со ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ. Исходя из сказанного полагаем, что указание в диспозиции на вербовку как конструктивный признак данного состава преступления является излишним и его необходимо исключить.

В диспозиции ст. 127 - 2 УК РФ «Использование рабского труда» говорится о праве собственности. Точнее по нашему мнению будет владения, так как эксплуатируемый человек может быть взят на временное использование. Также ничего не сказано о результатах труда по нашему мнению статью следует назвать «Использование рабского труда или его результатов». В диспозиции это следует отразить: использование труда человека или результатов труда, в отношении которого осуществляется владение, в случае если лицо по независящим от него причинам не может отказаться от выполнения работ (услуг).

Статья 128 УК РФ «Незаконное помещение лица в психиатрический стационар» является отсылочной, которая отсылает к Закону РФ от 02.07.92 № 3185 - 1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при её оказании» с изменением на 10. 01. 2003, в которой подробно описываются условия и схема помещения в психиатрический стационар, лиц, которые управомочены поместить человека в психиатрический стационар. Но в законодательстве не говорится об уголовном преследовании специального незаконного помещения в психиатрический стационар во избежании уголовной ответственности, что является пробелом уголовной ответственности. В испозиции статьи следует указать о помещении в психологический стационар лица, заведомо не нуждающегося в стационарном лечении. При таком изменении статьи уточняется субъективная сторона рассматриваемого деяния и вопроса о возможности косвенного умысла не возникает.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ


В результате исследования вопросов уголовной ответственности за преступления, посягающие на физическую свободу личности можно сделать следующие выводы, что целесообразно изменить содержание диспозиций ст. 126 и 127 УК РФ, сделав их описательными. На наш взгляд, необходимо введение примечание в ст. 127 УК РФ следующего содержания: «Лицо, добро­вольно освободившее незаконно лишенного свободы, может быть освобождено от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления отсутствуют последствия в отношении потерпевшего». Такое освобождение от уголовной от­ветственности, на наш взгляд, должно быть не обязательным, а факультативным, т.е. следователь, прокурор и суд не обязаны освободить данное лицо от ответственности, но могут это сделать в зависимости от конкретных обстоятельств, связанных как с совершением преступления, так и с освобождением потерпевшего. Определение диспозиции статьи 126 УК РФ может выглядеть следующим образом: противоправный захват лица с его перемещением вопреки его воле с целью дальнейшего удержания. Данное определение отличается, с одной стороны, лаконичностью, а с другой - глубиной содержания. В нем отсутствует указание на изъятие человека из его микросреды, что в данной ситуации и не требуется в связи с тем, что сформулирована специальная цель - дальнейшее удержание и использование термина «захват» более оправданно при определении похищения человека, так как термин «завладеть» имеет более широкое значение, чем «захватить».

Целесообразно изменить диспозицию незаконного лишения свободы (ст. 127 УК РФ) следующим образом: противоправное завладение лицом, воп­реки его воле, с последующим лишением его возможности свободно передвигаться или избирать место своего пребывания при отсутствии признаков должностного или иного, более тяжкого преступления.

Незаконное лишение свободы - деяние, посягающее на одно из самых значимых благ человека, оно является преступлением небольшой тяжести (основной состав), средней тяжести (квалифицированные составы) и тяжким преступлением (особо квалифицированные составы).

В последние годы многие преступления совершаются лицами путем использования своего служебного положения. В связи с этим законодатель вполне обоснованно включает данное обстоятельство в качестве квалифицирующего признака во многие составы преступлений: против собственности, общественной безопасности и др. Использование служебного положения для незаконного лишения свободы значительно повышает общественную опасность этого деяния. Так, лицо, являющееся руководителем предприятия или организации, может использовать служебные помещения (склады, терминалы, базы и др.) в качестве места удержания, а служебный транспорт для перевозки потерпевших. Также могут использоваться служебные удостоверения, форменная одежда и проч.

В статье 127 УК РФ отсутствует квалифицирующий признак «из корыстных побуждений» в отличие от нормы, предусматривающей ответственность за похищение человека. По нашему мнению, необходимо дополнить ст. 127 УК РФ квалифицирующим признаком «из корыстных побуждений». Если учесть, что в подавляющем большинстве случаев виновный, совершающий преступление по найму, преследует именно корыстные побуждения, становится ясно, что нет необходимости включения данного признака в состав незаконного лишения свободы. Квалифицирующий признак «с применением насилия, опасного для жизни или здоровья» присутствует во всех названных выше преступных деяниях, по­сягающих на физическую свободу человека. Однако в ст. 126 УК РФ в отличие от ст. 127 этот признак дополнен еще указанием на угрозу применения такого насилия, что вызывает недоумение по причинам, названным выше. Так, если действия виновного на первоначальном этапе квалифицированы по п. «в» ч. 2 ст. 126 УК РФ («угроза насилием, опасным для жизни или здоровья»), а затем переквалифицирова­ны на ст. 127 УК РФ, где такой квалифицирующий признак отсутствует, то должна быть применена именно часть первая названной статьи.

Введение в действующий уголовный закон норм, предусматривающих ответственность за торговлю людьми (ст. 127 -1 УК РФ) и использование рабского труда (ст. 127 – 2 УК РФ), является значительным шагом вперёд российского законодателя. Однако данные нормы нуждаются в совершенствовании. Прежде всего, речь идёт о законодательной формулировке состава торговли людьми (ст. 127 – 1 УК РФ), которая включает куплю – продажу человека либо его вербовку, перевозку, передачу, укрывательство или получение, совершенное в целях его эксплуатации. Данный подход удачным назвать нельзя, так как купля - продажа включает действия связанные с перевозкой человека – невольника и иными действиями, указанными в диспозиции статьи, за исключением вербовки, которая является приготовлением к торговле людьми. Остаются вне уголовно - правового поля иные сделки с живым человеком, находящемся в зависимом положении, также связанные с его передачей и завладением, например получение в дар, «арендой» и др. Более подходящий вариант для статьи: «Купля – продажа человека вопреки его воле, путём обмана или использования его беспомощного состояния либо совершение сделок в форме его передачи и завладения им». Под иными сделками необходимо понимать: дарение, т.е. безвозмездную передачу человека другому лицу; мену, т.е. обмен одного человека на другого или обмен человека на вещь; передачу во временное владение или пользование человеком; использование человека в качестве предмета оплаты работ или услуг; получение иных выгод или услуг за передачу человека, например, прощение долга и т. д.

В диспозиции ст. 127 - 2 УК РФ «Использование рабского труда» говорится о праве собственности. Точнее по нашему мнению будет владения, так как эксплуатируемый человек может быть взят на временное использование. Также ничего не сказано о результатах труда по нашему мнению статью следует назвать «Использование рабского труда или его результатов». В диспозиции это следует отразить: использование труда человека или результатов труда, в отношении которого осуществляется владение, в случае если лицо по независящим от него причинам не может отказаться от выполнения работ (услуг).

В ст. 128 УК РФ не говорится об уголовном преследовании специального незаконного помещения в психиатрический стационар здорового человека во избежании им уголовной ответственности, что является пробелом в законодательстве. В диспозиции статьи следует указать о помещении в психологический стационар лица, заведомо не нуждающегося в стационарном лечении. При таком изменении статьи уточняется субъективная сторона рассматриваемого деяния и вопроса о возможности косвенного умысла не возникает.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК:


Нормативно – правовые акты:


Конституция РФ от 12.12.1993. – М.: Юрайт, 2006.

Всеобщая Декларация прав человека, принятая ООН в 1948.

Пакты о правах человека, принятые ООН в 1966.

Конвенция ООН о борьбе с торговлей людьми и эксплуатацией проституции третьими лицами от 02.12.1949.

Уголовный кодекс Российской Федерации. М., Велби, 2006.

Федеральным закон РФ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации от 11 марта 2004 г. № 12-ФЗ». // Справочно-правовая система "Гарант".

Федеральным закон РФ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации от 10.12.03». // Справочно-правовая система "Гарант".

Федеральным закон РФ «Об оружии» от 13.11.96 // Российская газета. 1999. 18 декабря.

Федеральным закон РФ от 02.07.92 № 3185-1 «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании» (с изм. на 10.01.2003).

Федеральным закон от 18.07.96 № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» (с изм. на 30.06.2003).


Научная литература и материалы периодической печати:


Абубакиров Ф. М. Институт соучастия: вопросы, требующие разрешения. Хабар.: ПРЕКТ. 2003.- 329с.

Акоев К. Л., Кауфман М. А. Объективная сторона преступления (факультативные признаки) – М.: 1999. – 505с.

Антонов В. Н. Особенности преступных посягательств. Владивосток.: Рубикон. 2004. – 303с.

Барулин B.C. Социальная жизнь общества. - М., ПРОЕКТ. 2000. – 658с.

Батыр К.И., Поликарпова Е.В Хрестоматия по всеобщей истории государства и права. М..: ЮРКНИГА. 2004. – 405с.

Беляева Н Квалификация преступления, посягающая на личную свободу. – М. НОРМА. 2003. – 768с.

Беляева Н., Орешкина Т. Квалификация преступлений, посягающих на личную свободу человека. // Законность. – 1994 №4. - 52с.

Беляева Н., Орешкина Т., Мурадов Э. Квалификация захвата заложников. // Законность. – 1994. №3. - 51-60с.

Благов Е. В. Применение уголовного права. – М., НОРМА. 2004. – 652с.

Бойко Н. В. Незаконное лишение свободы. -Харьков.: КОНТРАКТ. 1999. – 562с.

Борщёв А. С., Шипунов О. В. Некоторые проблемы борьбы с похищением людей. М.: 2003. – 144с.

Брайнин Я. М. Уголовная ответственность и её основание. – М., Юрист. 1999. – 382с.

Бурчак Ф. Г. Квалификация преступлений. – Киев. 1999.- 418с.

Бурчак Ф. Г. Соучастие: социальные и правовые проблемы. – М. НОРМА. 1996. – 424с.

Ваулина Т. И. Развитие Уголовного Права. // Закон. 2005.№2. – 62с.

Ветров Н. И. Покушение на свободу личности. – М., ИНФРА – М. 2004. – 193с.

Ветров Н.И. Уголовное право. Учебник. – М., НОРМА. 2000. – 748с.

Владимирский – Буданов М. В. Обзор истории русского уголовного права. - Киев. 1995.-. 361с.

Волков Б. С. Мотивы преступлений: уголовно – правовые и социально -психологические проблемы. – Казань. 1992. - 324с.

Гаухман Л. Д. Борьба с насильственными посягательствами. – М.: 1999.- 162с.

Гаухман Л. Д. Об ответственности за захват заложников и похищение человека // Законность. 1995. №10. - 56 – 60с.

Глистин В. К. Проблема уголовно правовой охраны общественных отношений (объект и квалификация преступлений). – Л. 1990. - 298с.

Гритчин Н. Очень дешевый раб. // Известия. 2000. - №5. - 39 – 45с.

Дагель П. С. Субъективная сторона преступления и её установление. – Воронеж. Префект. 1993. – 184с.

Даль В. Толковый словарь живого русского языка. М. ВЛАДИС. 1996. - Т.3. – 583с.

Дементьев С., Огородников Н. Как квалифицировать захват заложников. // Юстиция. 1998. №5. - 35 – 41с.

Длоголенко Т. Уголовная ответственность за торговлю людьми. // Уголовное право. – 2004. №2. – 34 - 45с.

Долгова А. И. Преступность ее организованность и криминальное общество – М.: 2003. – 451с.

Дурманов Е. В. Понятие преступления. – Л. 1997.- 531с.

Загородников Н. И. Преступления против личности. – М.: Юрист. 1999.С 318.

Землюков С. В. Уголовно – правовые проблемы преступного вреда. – Новосибирск. 1991. – 50с.

Зубкова В. И., Тяжкова И. М. Ответственность за похищение человека по уголовному законодательств у России. // Вестник. - 1998. №2. - 31 – 40с.

Иванов В. Н. Уголовно – правовая охрана прав граждан. - М.: НОРМА. 1997. – 143с.

Иванова В. В Преступный промысел в виде похищения человека. М.: Юридический центр Пресс. 2003. – 562с.

Игнатов А. Н., Костарёва Т. А. Уголовная ответственность и состав преступления. Лекция 4. М., Юрист. 1997. – 591с.

Иогамова – Хегай Л.В. Уголовное право РФ.// Учебник. М.: ИНФРА – М. 2005. 742с.

Исаев И.А. История государства и права России. - М.:1999. – 425с.

Климов В. А. Криминологические и уголовно – правовые проблемы с похищением детей. – М. 1995.- 144с.

Ковалёв А. П. Незаконное лишение свободы. – М.: ИНФРА – М. 2003. - 124с.

Козаченко И. Я. Уголовное Право.- М.: Изд. группа ИНФРА М – НОРМА,1999. – 750с.

Козлова Н. Н. Уголовная ответственность за захват заложников. - М. 1992. – 139с.

Комиссаров В. С. Терроризм, бандитизм, захват заложника и другие преступления против безопасности общества. – М.1997. – 179с.

Комиссаров В.С. Ответственность за захват заложников по УК. - М.: 1995. Юристъ – 524с.

Комментарий к Уголовному кодексу РФ \ Под общ. ред. Скуратова Ю. И.– М. НОРМА. 2004. – 864с.

Коржанский Н. И. Объект и предмет уголовно – правовой охраны. – М.: 1990. – 351с.

Корнилов С. Н. Чечня без власти. // Известия, 2002. №3. - 45-58с.

Красиков А. Н. Преступления против личности. - Саратов. 1999.- 431с.

Кудрявцев В. Н. Объективная сторона преступления. – М.: 1991. – 104с.

Кузнецова Н. Ф. Понятие уголовной ответственности// Курс уголовного права. М., ИНФРА. 1999. – 129с.

Лейкина Н. С. Личность преступника и уголовная ответственность. М., НОРМА. 1997. – 328с.

Марков А.Я., Стесноеа Т.Н. Уголовно правовые меры борьбы с захватом заложников. - М.: 1991. –НОРМА. – 508с.

Мартыненко Н. Э.Похищение человека: уголовно – правовой и криминологические аспекты.- М.: Юрист. 2000. – 204с.

Масолв Г. Ф. Особенности организованной преступности и противостояние ей. Хабаровск. 1998. – 132с.

Мельниченко А. Б., Радачинский С. Н. Уголовное право. Общие и особенные части. Учебное пособ. – М., ИНФРА – М. 2002. – 726с.

Мушинский В. О. Основы правоведения. - М.: Международные отношения. 1996. – 241с.

Овчинникова Г. В. Павлик М. Ю, Коршунова О. Н. Захват заложника: уголовно – правовые проблемы. – СПб.: Юридический центр Пресс. 2001. – 522с.

Овчинский В. С.Международно-правовые основы борыбы с незаконной миграцией и торговлей людьми. М.: НОРМА. 2004. – 246с.

Оганян Р.Э. Похищение человека, исторические и правовые проблемы. - М., 2001. ЮРКНИГА – 301с.

Ожёгов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М., ВЛАДОС. 1995. – 495с.

Орлов В.В. Человек, мир, мировоззрение. - М.: Международные отношения. 1995. – 501с.

Осипов В. А. Уголовная ответственность за захват заложников. – М.:. 1999. – 361с.

Отряхин В. И. Криминалистика. Методика расследования преступлений новых видов, совершаемых организованными преступными сообществами. М., 1999.- 305с.

Павлов В. Г. Субъект преступления. СПб.: Юридический центр Пресс. 2001. – 231с.

Панкратов В. В. Уголовно – правовая охрана личности. - М.НОРМА. 1999. – С225с.

Петров Г. О. Квалификация преступлений. – М. 2004. – 236с.

Пинаев А. А. Соучастие как признак состава преступления. – М., 1995.Юрист. – С. 79.

Похмелкин В. В.Социальная справедливость и уголовная ответственность. Красноярск, ВЛАДОС. 1999. – 194с.

Прохоров В. С., Корпачёв Н. П. Уголовный Право. М., ИНФРА. 1999. – 139с.

Рарог М. И Уголовное право. Особенная часть. – М., ИНФРА. 1996. – 231с.

Санталов А. И. Теоритичческие вопросы уголовной ответственности. Л., ИНФРА – М. 1999. – 81с.

Скорлуков О. А. Борьба с рабством и работорговлей. // Закон и право 2005г. №4. - 35- 45с.

Словарь русского языка. - М.: 2000. Под изд. Ожёгова С. И., Т.З. - 582с.

Тарбагаев А. Н. Понятие и цели уголовной ответственности. М., Юрист . 1999.– 205с.

Тяжкова И. Н. Незаконное помещение в психиатрический стационар. – М. НОРМА. 2002 – 482с.

Чистякова О. И. История отечественного государства и права. – М.: НОРМА 1999. – 135с.

Явчуновская Т. М Уголовно-правовые меры борьбы с пося­гательствами на личную свободу граждан. - Хабаровск. Грань. 1998. - 328.


Юридическая практика:


Бюллетень Верховного Суда РФ. 2003 №3

Бюллетень Верховного Суда РФ. 2006 №1.

Бюллетень Верховного Суда РФ. 2004 №2.

Бюллетень Верховного Суда РФ. 2002 №1.

Приложение 1


Зарегистрированные преступления и выявленные лица в 2001-2005 г.г. по ст. ст. 126-128 УК РФ

Преступления против свободы



Зарегистрировано преступлений в течение года

Выявлено лиц, совершивших

преступления

Наименование 2001 2005 2001 2005
Похищение человека – ст. 126 1417 1950 862 1126
Незаконное лишение свободы – ст. 127 1314 1836 765 1310
Торговля людьми – ст. 127 - 1 - 42 - 26
Использование рабского труда – ст. 127 - 2 - 24 - 13
Незаконное помещение в психиатрический стационар – ст. 128 11 7 7 4

1 Действующее международное право: В 3 т. - М., 1997. Т. 2. - С.5.

2 Козаченко И. Я. Уголовное право. Особенная часть./ Учебник. – М.: Изд . группа ИНФРА М – НОРМА. 1999. – С. 101.

3 Исаев И.А. История государства и права России. - М.: ИНФРА. 1999. - С. 81.

4 Козаченко И. Я. Уголовное право. Особенная часть./ Учебник. – М.: Изд . группа ИНФРА М – НОРМА. 1999. – С. 102.

5 Исаев И.А. Указ. соч. - С. 81.

6 Исаев И.А. Указ. соч. - С. 82.

7 Батыр К. И., Поликарпова Е. В. Хрестоматия по всеобщей истории государства и права – М. ЮРКНИГА 2004. – С. 52.

8 Чистякова О. И. Российское законодательство. Т. 1. – М., 1994 НОРМА. – С. 45.

9 Ваулина Т. И. Развитие Уголовного Права. // Закон. 2005.№2. – С. 35 - 40.

10 Козаченко И. Я. Уголовное право. Особенная часть./ Учебник. – М.: Изд . группа ИНФРА М – НОРМА. 1999. – С. 102.

11 Там же. – С.103.

12 Собрание законодательства Российской Федерации 20.03.2003 - С.133.

13 Там же - С. 195.

14 Исаев И А. Указ. соч. – С. 65.

15 Собрание законодательства Российской Федерации 20.03.2003 - С.133.

16 Иванов Н. Г. Модельный Уголовный Кодекс: Общая часть. Монография. – М., ЮРИСТ. 2003. – С. 23.

17Овчинский В. С.Международно-правовые основы борыбы с незаконной миграцией и торговлей людьми. М.: Юридический центр Пресс 2004. – С.75.

18 Оганян Р. Э. Похищение человека, исторические и правовые проблемы. – М.: ЮРКНИГА. 2001. – С.25.

19 Оганян Р. Э. Указ. соч. – С.26.

20 Земюков С. В. Уголовно – правовые проблемы преступного вреда. – М.: ИНФРА. 2003. – С. 200.

21 Павлов В. Г. Субъект преступления. – СПб. Юридический центр Пресс 2001. – С. 124.

22 Ожёгов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М., ВЛАДОС. 1995. – С. 495.

23 Санталов А. И. Теоритичческие вопросы уголовной ответственности. Л., ИНФРА –М. 1999. – С. 81.

24 Лейкина Н. С. Личность преступника и уголовная ответственность. М., НОРМА. 1997. – С. 328.

25 Павлов В. Г. Указ. соч. – С.73.

26 Игнатов А. Н., Костарёва Т. А. Уголовная ответственность и состав преступления. Лекция 4. М., Юрист. 1997. – С.10.

27 Кузнецова Н. Ф. Понятие уголовной ответственности. М., ИНФРА. 1999. – М. – С. 129.

28 Прохоров В. С., Корпачёв Н. П. Уголовное Право. М., 1999.ИНФРА. – С. 139.

29 Похмелкин В. В.Социальная справедливость и уголовная ответственность. Красноярск, ВЛАДОС. 1999. – С. 194.

30 Лейкина С. Н. Указ. соч. – С. 74.

31 Там же. – С. 95.

32 Брайнин Я. М. Уголовная ответственность и её основание. – М., Юрист. 1999. – С. 191.

33 Кузнецова Н. Ф. Указ. соч. – С. 201.

34 Павлов В. Г. Указ. соч. – С. 79.

35 Тарбагаев А. Н. Понятие и цели уголовной ответственности. М., Юрист . 1999. – С. 186.

36 Кузнецова Н. Ф. Указ. соч. – С. 202.

37 Павлов В. Г. Указ. соч. – С. 81.

38 Там же. – С. 84.

39 Павлов В. Г. Указ. соч. – С. 84.

40 Мельниченко А. Б., Радачинский С. Н. Уголовное право. Общие и особенные части. Учебное пособ. – М., ИНФРА – М. 2002. – С. 49.

41 Там же - С. 51.

42 Кузнецова Н. Ф. Указ. соч. – С. 204.

43 Брайнин Я. М. Указ. соч. - С. 150.

44 Павлов В. Г. Указ. соч. - С. 86.

45 Брайнин Я. М. Указ . соч. - С. 153.

46 Овчинникова Г. В, , Павлик М. Ю, Коршунова О. Н. Захват заложника: уголовно – правовые проблемы. – СПб.: Юридический центр Пресс. 2001. – С.53.

47 Мельниченко А. Б., Радачинский С. Н. Указ. соч. - С. 60.

48 Мушинский В. О. Основы правоведения. - М., Международные отношения. 1996. – С. 27.

49 Овчинский В. С. Указ. соч. – С.77.

50 Мушинский В. О. Указ соч. – С.52.

51 Даль В. Толковый словарь живого русского языка. М. ВЛАДИС. 1996. - Т.З. - С.251.

52 Орлов В.В. Человек, мир, мировоззрение. - М., Международные отношения. 1995. – С. 57.

53 Орлов В.В. Указ. соч. – С. 73.

54 Чистякова О. И. История отечественного государства и права. – М.: НОРМА. 1999. – С. 135.

55 Иванов В. Н. Уголовно - правовая охрана прав граждан. – М.: 1997. НОРМА. – С. 236.

56 Исаев И. В. Указ. сочю – С.195.

57 Там же. - С. 201.

58 Овчинский В. С. Указ. соч. – С.79.

59 Действующее международное право: В 3 т. М., Международные отношения. 1997. Т2. - С.5.

60 Беляева Н. Квалификация преступления, посягающая на личную свободу. – М. НОРМА. 2003. – С. 173.

61 Беляева Н Указ. соч. – С. 176.

62 Барулин B.C. Социальная жизнь общества. - М.,ПРОЕКТ. 2000. – С. 58.

63 Беляева Н. Указ. соч. – С. 21.

64 Иванов Н. Г. Указ. соч. – С. 99.

65 Мартыненков Н. Э. Похищение человека: уголовно- правовые и криминологические аспекты. – М. Юрист. 2000. – С. 183.

66 Иванов Н. Г. указ. соч. – С. 57.

67 Мартыненков Н. Э. Указ. соч. – С. 191.

68 Иванов В. В Преступный промысел в виде похищения человека. М.: Юридический центр Пресс. 2003.– С. 63.

69 Беляева Н, Орешкина Т. Квалификация преступлений, посягающих на личную свободу. // Законность. 1994. №4.- С. 35 -42.

70 Корнилов С. Н. Чечня без власти. // Известия, 2002. №3. - 45-58с.

71 Иванов Н. Г Указ. соч. - С. 101.

72 Мельниченко А. Б. Указ. соч. – С. 135.

73 Корнилов С. В. Указ. соч. - С.19.

74 Там же. – С. 22.

75 Мартыненков Н. Э. Указ соч – С. 105.

76 Бурчак Ф. Г. Соучастие: социальные и правовые проблемы. – М. НОРМА. 1996. – С. 142.

77 Мельниченко А. Б. Указ. соч. – С. 137.

78 Овчинникоав Г. В., Павлик М. Ю., Коршунова О. Н. Куаз. соч. – С. 61.

79 Пинаев А. А. Соучастие как признак состава преступления. – М., 1995.Юрист. – С. 79.

80 Панкратов В. В. Уголовно – правовая охрана личности. - М., НОРМА. 1999. – С. 22.

81 Собрание законодательства РФ. – 1996 г. № 5 – ст. 568.

82 Рарог М. И. Уголовное право. Особенная часть.// Учебник. – М., ИНФРА. 1996. – С. 58.

83 Ветров Н.И. Уголовное право. Особенная часть.// Учебник – М., НОРМА. 2000. – С. 73.

84 Благов Е. В. Применение уголовного права. – М., НОРМА. 2004. – С.46.

85 Ветров Н. И. Покушение на свободу личности. – М.; ИНФРА – М. 2004. – С. 193.

86 Там же. – С.69.

87 Ковалёв А. П. Незаконное лишение свободы. – М., 2003. – С. 76.

88 Мартыненко Н. Э. указ. соч. - С. 261.

89 Иванова В. В Преступный промысел в виде похищения человека. М., НОРМА. :2003. – С. 60.

90 БВС РФ. 2004. №3.- С.6.

91 Беляева Н., Орешкина Т. Квалификация преступлений, посягающих на личную свободу человека. // Законность. 1994. №4. - С. 26 – 30.

92 Ветров Н.И. Указ . соч. – С.80.

93

94 Загородников Н. И. Преступления против личности. – М.: Юрист. 1999. – С. 351.

95 Панкратов В. В. Указа. соч. – С. 45.

96 Загородников Н. И. Там же. – С. 353.

97 Ковалёв А. П. Незаконное лишение свободы. – М.: ИНФРА – М. 2003. - С. 78.

98 Иванов В. Н. Указ. соч. – С. 69.

99 Павлов В. Г. Указ. соч. –С. 59.

100 Павлов В. Г. Указ. соч. – С. 69.

101Скуратов Ю. И. Комментарий к УК РФ. - М.: НОРМА. 2004. – С. 128.

102 Словарь русского языка.- М.: 2000. Под изд. Ожёгова С. И., Т.З.- С.339.

103 Словарь русского языка.- М.: 2000. Под изд. Ожёгова С. И., Т.З.- С. 93.

104 Там же - С. 52.

105 Мэртыненко Н.Э. Указ. соч. - С. 53.

106 БВС РФ. 2003. № 1. С. 22.

107 Бойко Н. В. Незаконное лишение свободы. – Харьков КОНТРАКТ: 1999. – С.11.

108 Мартыненко Е. Э. Указ. соч. – С. 26

109 БВС. – : 2003.№ 2 – С.31.

110 Сборник документов. – М.: 1990. – С. 211.

111 Абубакиров Ф. М. Институт соучастия: вопросы, требующие разрешения. Хабар.: ПРЕКТ. 2003. -С. 217.

112 Антонов В. Н. Особенности преступных посягательств. Владивосток.: 2004. Рубикон – С. 153.

113Долголенко Т. Уголовная ответственность за торговлю людьми. //Уголовное право. 2004. №2. – С. 23.

114 Долголенко Т. Указ. соч. – С. 24.

115 СЗ РФ. 2003 №3.

116 Иогамова – Хегай Л.В. Уголовное право РФ.// Учебник. М.: ИНФРА – М. 2005. Учебн. – С. 86.

117 Долголенко Т. Указ. соч. – С. 25.

118 Рарог А. И.Указ. соч.– С. 93.

119 Овчинский В. С.Международно-правовые основы борыбы с незаконной миграцией и торговлей людьми. М.: НОРМА. 2004. – С.79.

120 Скорлуков О. А Указ. соч.– С. 46.

121 Скорлуков О. А Указ. соч.– С. 47.

122 Там. же. – С. 51.

123 Тяжкова И. Н. Незаконное помещение в психиатрический стационар. – М. НОРМА. 2002 – С.52.

124 Действующее международное право: В 3 т. – М., 1997. Т. 2. – С. 32.

125Иогамова – Хегай Л.В. Уголовное право РФ.// Учебник. М.: ИНФРА – М. 2005. Учебн. – С. 89.

126 Дагель П. С. Субъективная сторона преступления и её установление. – Воронеж. Префект. 1993.- С. 74.

127 Рарог М. И. Указ. соч.– М.: 2003. – С. 101.

128 Собрание законодательства РФ: 10.01.2003 –С. 37.

129 Тяжкова И. Н. Указ. соч. – С. 301.

130 Действующее международное право: В 3 т. – М., 1997. Т. 2. – С. 33.

131 Комиссаров В.С. Ответственность за захват заложников по УК. - М.: 1995. Юристъ - С. 52.

132 БВС.РФ. – 2002. №3. – С. 24.

133 БВС.РФ. – 2002. №4. – С. 37.

134 Беляева А, Орешкина Т. Квалификация захвата заложников.//3аконность. 1994. № 4. - С. 21.

135 Михлин А. С. Захват заложников- одно из тягчайших преступлений против общественной безопасности. -М.: НОРМА. 2000. – С. 159.

136 БВС. Р.Ф. – 2003. № 2. – С. 24.

137 Явчуновская Т. М. Уголовно-правовые меры борьбы с пося­гательствами на личную свободу граждан. / в сб.; Юридические меха­низмы защиты прав человека и гражданина: региональные проблемы. - Хабаровск.: 1998. – С. 277.

138 Марков А.Я., Стесноеа Т.Н. Уголовно правовые меры борьбы с захватом заложников. - М.: 1991. –НОРМА. - С. 50.

139БВС РФ. 2004. №2. – С. 31.

140Явчуновская Т. М. Указ. соч. - С. 175.

141 БВС РФ. 2002.№1.- С.51.

142 Явчуновская Т. М. Указ. соч. - С. 175.

143 Ковалёв А. П. Незаконное лишение свободы. – М.: 2004. – С. 52.

144 Уголовный Кодекс Республики Латвии. – Минск.: 1999. – С. 53.

145 Ковалёв А. П. Указ. соч. - С. 58.

146 Петров Г. О. Квалификация преступлений. – М. 2004. – С. 236.

147 Иванова В. В Указ. соч.-2003. С.- 97.

148 Оганян Р.Э. Похищение человека, исторические и правовые проблемы. - М., ЮРКНИГА. 2001. - С. 103

149 Скорлуков О. А. Борьба с рабством и работорговлей. // Закон и право. 2005. №4. – С.41 - 45.

150 Там же. – С. 43.

151Ожёгов С. И. Словарь русского языка. – М.:1987. -С.22.

Похожие работы:

  1. •  ... неприкосновенности и половой свободы личности
  2. • Изнасилование, совершенное групповым способом
  3. • Преступление против личности
  4. • Разграничение износилования и покушения на ...
  5. • Уголовная ответственность за экологические преступления
  6. • Преступления против свободы личности
  7. • Преступления против свободы личности
  8. • Уголовная ответственность за преступления против ...
  9. • Уголовная ответственность за совершение ...
  10. • Уголовная ответственность
  11. • Уголовно-правовая характеристика преступлений ...
  12. • Преступления против личности
  13. • Общие части Уголовного Кодекса РФ
  14. • Преступление против свобобы личности
  15. • Уголовная ответственность лиц, совершивших ...
  16. • Уголовно-правовая характеристика преступлений ...
  17. • Особенности уголовно-правовой ответственности за ...
  18. • Освобождение от уголовной ответственности
  19. • Виды и основания освобождения от уголовной ...
Рефетека ру refoteka@gmail.com