Рефотека.ру / Строительство

Сочинение: Архитектура и общественная безопасность: постановка проблемы

Федеральное агентство по образованию

Тюменская государственная архитектурно-строительная академия

УДК 728: 658

№ гос. регистрации 01 20 0503156

«УТВЕРЖДАЮ»

Инв №                02 20 0502659

Проректор по НИР

Шаповал А.Ф.

11 января 2005 года

ОТЧЁТ

об инициативной научно-исследовательской работе

«АРХИТЕКТУРА И ОБЩЕСТВЕННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ: постановка проблеМы»

(2-я редакция)

И.о. начальника НИСа

канд. техн. наук

Илюхин К.Н.

Научный руководитель и

исполнитель

канд. техн. наук, доц.

Лебедев В.Б.

(10.01.05 г.)

Тюмень - 2005

Р Е Ф Е Р А Т

Отчёт: 87 стр., 10 рис., 43 источника, 5 прил.

КАЧЕСТВО АРХИТЕКТУРы ЖИЛОЙ СРЕДЫ, ОБЩЕСТВЕННАЯ И УРБАНИЗАЦИОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ, ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЕ ДИВЕРСИИ, СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ, СРЕДОВЫЙ ПОДХОД К АРХИТЕКТУРНОМУ ТВОРЧЕСТВУ, УПРАВЛЕНИЕ ГРАДОСТРОИТЕЛЬНЫМИ ПРОЦЕССАМИ.

Объектом исследования является архитектура жилой среды, а аспектом - общественная безопасность. Отмечается недооценка значимости влияния архитектуры на устойчивое развитие социума. Приводятся ссылки на зарубежные источники информации, в которых ещё в 70-х годах было сказано, что низкий уровень развития жилищной сферы приводит к деформации психики россиян и по этой причине страна проигрывает в «холодных» (интеллектуальных) войнах 4-го поколения. В этой связи, а также согласно Конституции РФ, возникает необходимость перехода от ТЕХНОКРАТИЧЕСКОГО ПОДХОДА к формированию ГРАЖДАНСКОЙ АРХИТЕКТУРЫ к средовому, что ставит под сомнение целесообразность ориентации на традиционные (затратные) технологии строительного производства в дальнейшем.

Дан обзор различных подходов к оценке качества архитектуры жилой среды. Предложена методика методологического анализа потенциального качества её проектно-технической документации, разработанная в аспекте Концепции Общественной Безопасности («Мёртвая вода») на основе предварительного анализа кибернетической модели проектной ситуации (новизна проблемы). Тезисно изложены направления дальнейших научных изысканий в области урбанизационной безопасности. В рекламнОМ проспектЕ ТюмИСИ 1990 года кратко освещаются научные проблемы социально-архитектурной тематики, выполняемой с 1970 года на примере нефтяных районов ЗСНГК.

Список региональных СМИ, на страницах которых были опубликованы проблемы НИР.

«Аргументы и факты в Западной Сибири» - 2005 (№34);

«Тюменская правда» - 1991 (№84), 1997 (№ 2), 2002 (№ 228), 2005 (№ № 2, 152) гг.;

«Тюменская правда сегодня» - 2000 (№ 170), 2002 (№ 26) гг.;

«Тюменская область сегодня» - 2002 ( № 231), 2003 (№ № 87, 100, 122, 135, 185) гг.;

«Тюменские известия» - 1995 (№ 136), 2001 (№ 231), 2002 (№ 207), 2004 (№ №161, 227) гг.;

 «Сибирский посад» - 1992 (№ 13), 1996 (№ 41) гг.;

«Наше время» - 2004 (№ 34) г. - статья «Стройка по соцзаказу»;

«Нефть и газ Сибири» - 2001 (№ № 6-8) г. - статья «Архитектура и госбезопасность»;

«Регион Сибирь» - 2002 (№ 6), 2003 (№ № 3, 6) гг.;

«Квартирный вопрос» - в 1996 (№ № 5, 25, 41), 1997 (№ 24), 1998 (№ 11),

1999 (№ №15, 17, 20, 26), 2000 (№ №10, 22), 2001 (№ 9), 2005 (№ №1, 5, 29, 32) гг.;

«Честь имею» - 2005 (№ 6); «Тюменский курьер» - 2005 (№ 117)

Рекламная газета «Гостиный двор» (в прил. «Досуг») - 2003 (№ №4, 12) г.;

Рекламно-информац. еженед-к- «Строит-во, инвестиции, недвижимость» - 1996 (№ 17) г.;

Общественно - политический еженед-к «Университет и регион» - 2001 (№ №21-22) г.;

Тюменский областной еженед-к АТО «Возрождение» - 2002 (№ №18 и 22-23) г.


содержание

Введение

1. Анализ общей социально-экономической ситуации в аспекте Концепции общественной безопасности

2. Проблемы гуманизации среды обитания на основе реализации социально-архитектурного заказа

3. Проблемы оценки потенциального качества проектов жилой среды с позиции Концепции общественной безопасности

Краткие выводы и направления дальнейших исследований в области проблем урбанизационной безопасности

Литература

ПриложениЯ:

П.1. Социальная значимость архитектуры (вопросы теории)

П.2. Информационная реклама ТюмИСИ 1990 г. о проведении комплекса НИР по проблемам исследования социально-архитектурного заказа

П.3. Деловые письма

П.4. Извлечение из Указа Президента № 24

«О концепции национальной безопасности России»

П.5. Статья М. Задорнова МУТНОЕ ВРЕМЯ  (из газ. «Московский Комсомолец» от 25.03.05 г.)


Введение

Известно, что методологическая взаимосвязь архитектуры и общества в философии раскрыта через диалектику соотношения категорий ФОРМЫ и СОДЕРЖАНИЯ. Данное обстоятельство предполагает непосредственную увязку принимаемых архитектурных решений в контексте с происходящими социальными процессами, ключевым моментом которых периода 80-90-х годов явился переход России от социализма к капитализму. При этом в специальной отечественной литературе излагаются две точки зрения в вопросе конечных результатов интеллектуального противостояния антагонистических общественных формаций. Одни (среди них генерал-майор К.П. Петров - председатель Концептуальной партии «Единение») считают, что СССР потерпел только временное поражение в «холодной войне». Другие (в т.ч. военный историк С. Переслегин - эксперт Центра стратегических разработок «Северо-Запад») утверждают, что Россия её окончательно проиграла (см. журнал «Эксперт», 2004, № 46).

Осознанный выбор вектора задач жизнеустройства в итоге всегда предполагает рассмотрение таких судьбоносных проблем, как общественная безопасность и свобода. Если в первом случае обычно исходят из приоритета государственных интересов (в смысле безопасного функционирования государства как такового), то во втором - из приоритета личных интересов (понимаются как возможность «для каждого человека и общества в целом определять свою судьбу»[1]). Эксперты Горбачёв-фонда считают, что эти взаимодополняющие ценности являются магистральным запросом всего человечества, ибо всю его историю можно представить как поиск их оптимального сочетания, которое реализуется в зависимости от историко-культурных традиций той или иной общественной системы (указ. соч.).

Однако причины поражения России в «холодной войне» до сих пор широко не обсуждаются. Анализ таковых у нас ограничивается лишь констатацией планов ЦРУ по развалу СССР, разработанных на основе целевой доктрины Алена Даллеса 1948 года. Значимость советской элиты в интеллектуальном противостоянии цивилизаций (Запада и Востока), предназначение которой быть на страже национальных (геополитических) интересов России, до сих пор не выявлена, и её «заслуги» в этом ещё до конца не оценены. Причиной тому является традиционное (для России) игнорирование интеллекта как фактора обеспечения государственной безопасности, что в постиндустриальной стадии развития земной цивилизации является недопустимым[2]. К тому же известно, что за рубежом большое внимание придают научным разработкам, целью которых является дистанционное воздействие на общественное сознание, контроль за поведением людей и управление ими[3].

Сказанное можно наглядно проиллюстрировать на примере архитектуры.

В России теоретически могут иметь место три возможные пути развития гражданской архитектуры, обусловленные той или иной моделью социального переустройства. Так, для «административно-командного» социализма характерным явился т. н. «концептуально-нормативный» подход к гражданской архитектуре, зарегламентированный директивными указаниями по формированию ОБЩЕСТВЕННЫХ ФОНДОВ ПОТРЕБЛЕНИЯ, рассматриваемых в методологическом плане одним из СРЕДСТВ производства. Её объекты финансируются по остаточному принципу и все строительное производство функционирует по утвержденным планам. Большинство архитектурных решений предопределено системой типового проектирования, и вариантный поиск осуществляется по технико-экономическим критериям. В результате этого строительный комплекс ориентируется на неэкологичное крупнопанельное домостроение, которое способствует формированию сверхурбанизированной жилой застройки, не отличающейся должным разнообразием[4].

Для либеральной модели жизнеустройства, основанной на монетаристских постулатах рыночной экономики, гражданская архитектура как ТОВАР должна формироваться на основе «конъюнктурно-потребительского» подхода, основанного на диалектике «СПРОСА-ПРЕДЛОЖЕНИЯ». В этом случае архитектурные критерии могут быть самыми разнообразными: от экономических (для проектирования доходных домов) – до функционально-эстетических (для районов расселения обеспеченного населения). Строительное производство развивается без централизованного планирования (финансирования) на основе бизнес-планов. В итоге все это может привести, с одной стороны, к богатому архитектурному разнообразию, а с другой, - к трудноразрешимым противоречиям между общегородскими интересами и состоятельными владельцами недвижимости[5].

И, наконец, для евразийской модели жизнеустройства, предполагающей баланс как общественных, так и личных интересов, а также преемственность культурных традиций, приемлемым окажется «программно-целевой» подход к архитектуре. Здесь оптимизация градостроительных решений должна осуществляться на основе системно-комплексного подхода. Строительное производство в таком случае должно будет исходить не только из учёта прогноза конъюнктуры спроса на жилищном рынке, но и упрощенного плана-задания. Архитектура в этих условиях должна получать более органичное развитие.

В переходный период экономики, когда политические силы России ещё окончательно не сформировались, выбор концептуальной архитектурной стратегии должен, видимо, исходить из стабилизирующей роли среды обитания. В этой связи на смену системного проектирования должно прийти средовое, при котором конечной целью архитектурного творчества становится обретение целостности и равновесия между человеком и его окружающей средой.

С учётом наметившихся тенденций развития общественных процессов автор изучил 30-летнюю динамику становления «архитектурных» потребностей городских семей Среднего Приобья. Выборочные анкетные исследования показали, что социальная эффективность массовой жилой застройки не превышает 25% (при условном нормативе в 80%). Данные опросов экспертов Москвы, Новосибирска, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга и Тюмени по застройке не только нефтепромысловых городов ЗСНГК, но и областного центра подтвердили ранее сформулированные выводы. Всего по данной проблеме было выполнено 23 темы в объёме 40 томов научных отчётов. Основные из них были высланы соответствующим министерствам и научным институтам Госстроя РСФСР.

Однако выполненные исследования по формированию жилой среды не нашли ещё должного отклика среди специалистов по безопасности (авторские НИР советского периода имели гриф «ДСП»). При этом известный архитектор, преподаватель МАРХИ, куратор российской экспозиции на IX биеннале в Венеции Е. АСС отмечает: «В архитектуре очень велика рефлексивная составляющая. Концептуальный дискурс составляет, наверное, 80% архитектурного процесса. Нам его недостаёт… Наши студенты хорошо и быстро умеют работать, у них очень высокий уровень исполнения проекта - отличная графика и макетирование. Но они совершенно не могут ни осознать, ни сформулировать, что они делают и почему. И эту способность не разовьешь в изоляции.… Наша система архитектурного образования построена больше на освоении чужого опыта, западная же - на его преодолении. Нашим архитекторам катастрофически не хватает эрудиции»[6].

Рекомендации выполненных исследований приобретают особую актуальность при переходе строительного комплекса на рыночные отношения. Они последовательно реализуются на кафедре архитектуры Тюменской государственной архитектурно-строительной академии на стадии выполнения дипломных проектов студентами специальности ПГС. Особое внимание в них уделяется проработке вариантов мало- и среднеэтажной высокоплотной застройки, предусматриваемой в каркасном исполнении и с максимальным использованием местных строительных материалов.

За 1990-1991 годы ТюмИСИ проинформировал Госгражданстрой РСФСР, все научные и учебные архитектурные центры страны о необходимости перехода АСК на средовую идеологему, разослав РЕКЛАМНЫЙ ПРОСПЕКТ кафедры архитектуры о выполняемых исследованиях в этом направлении (см. прил. 2). В 2004 году ТюмЦНТИ издал рекламный проспект «НЕКОТОРЫЕ ИТОГИ РОССИЙСКИХ РЕФОРМ СЕРЕДИНЫ 90-Х ГОДОВ И СОВРЕМЕННЫЕ ПРОБЛЕМЫ ЖИЛИЩНОГО СТРОИТЕЛЬСТВА В ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ» (24 м. п. стр.). В том же году вышла авторская книга[7], в которой доказывается необходимость целенаправленного формирования социально-архитектурного заказа. Она была выслана в администрации города и области, в тюменские отделения Союзов архитекторов и строителей, региональные отделения различных политических партий, проектные организации Тюмени, архитектурно-строительные вузы страны, Госстрой России и его научные институты, Совет Безопасности Государственной Думы.

Несмотря на имеющуюся законодательную базу (см. ГК РФ), проводимая за последние 15 лет в Тюменской области градостроительная политика не была целенаправленно ориентирована на гуманизацию среды обитания. В этой связи ниже кратко изложены некоторые социально-экономические условия перехода строительного комплекса на рыночные механизмы хозяйствования и основные положения по средовому подходу к архитектурному творчеству, рассмотренные с позиции триединства МАТЕРИИ - ИНФОРМАЦИИ - МЕРЫ, подробно разработанные в Концепции общественной безопасности России (в России и за рубежом известна под эпическим названием «Мёртвая вода»).


1. Анализ общей социально-экономической ситуации в аспекте Концепции общественной безопасности

 

В течение последних трёх веков не было ни одного мирного месяца на планете без каких-либо войн. В ХХ веке в них погибло свыше 100 миллионов человек (в России - 30 - «Аргументы и факты», 2002, № 26) – больше, чем за пять с половиной предшествующих тысячелетий [1]. К 2015 году, относительно 1990 года, численность населения бедных (со среднедушевыми доходами в $350 в год) стран, должна вырасти в 1,5 раза, что в 5 раз превысит таковое стран высокоразвитых (имеют $20000 на человека в год). В этой связи ожидаемый в ближайшем будущем рост социальной напряжённости вполне очевиден.

При этом история свидетельствует, что нет такого преступления, на которое бы не пошёл капитал, если это ему сулит огромную прибыль. Тем более это важно учитывать, ибо при нынешних темпах роста населения и потребления энергии существующих мировых запасов ископаемого топлива может хватить лишь на 150-170 лет. Однако современная военная интервенция может спровоцировать применение оружия массового поражения, поэтому стратегии неоглобализма ХХI века основаны на ведении «холодных» войн 4-го поколения. Их суть предполагает такое внешнее управление «государством-жертвой», в результате которого участие в его «саморазрушении» принимает отечественная «элита».

В самом общем виде доктринальная схема проведения интеллектуальных диверсий сводится к следующему. На первоначальном этапе агрессии формируется «пятая колонна», посредством которой «жертву» информационно блокируют в таких областях знаний, как архитектура, ГЕОПОЛИТИКА, ГЕНЕТИКА, ИНФОРМАТИКА, КУЛЬТУРОЛОГИЯ, КИБЕРНЕТИКА, КРАТОЛОГИЯ, КОНФЛИКТОЛОГИЯ, ЛОГИКА, МЕДИЦИНА, ОБЩЕСТВЕННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ, ОККУЛЬТНЫЕ НАУКИ, ПОЛИТОЛОГИЯ, ПСИХОЛОГИЯ, РЕГИОНАЛЬНАЯ ЭКОНОМИКА, СИНЕРГЕТИКА, СОЦИОЛОГИЯ, СОЦИАЛЬНАЯ ГЛОБАЛИСТИКА, социальнАЯ психологиЯ, ТАЙНОВЕДЕНИЕ, ТЕОРИЯ ПРИНЯТИЯ РЕШЕНИЙ, ТЕОЛОГИЯ, УПРАВЛЕНИЕ ФИНАНСОВЫМИ ПОТОКАМИ, ЭТИКА, ЭКОЛОГИЯ, ЭТНОЛОГИЯ и т. п. Стране «слепой» интеллигенции навязывают гонку вооружения, посредством которой подрывают национальную экономику, и разорённого новообразованного «дружеского партнёра» кредитными «услугами», а также грабительским обменным курсом загоняют в «долговую яму». Финансово зависимые органы власти нейтрализуют систему государственной безопасности. Наиболее одиозные политические деятели, лидеры интеллектуальной элиты и ведущие учёные ВПК физически уничтожаются. Не вкладывая капитал в обновление основных фондов, её экономику ориентируют на внешний рынок, и зарубежные «инвесторы» начинают активно вывозить сырьевые ресурсы, приватизируя стратегические промышленные объекты и объекты системообразующей инфраструктуры. Через искусственное завышение цен на энергоносители и транспортные услуги отечественная продукция становится неконкурентоспособной (доля таковой в России уже составляет 93%), и её производственная база «банкротится».

Одновременно урезаются социальные программы и методами «культурного сотрудничества» (контркультурой) зомбируется молодежь. Бесконтрольно распространяемые наркотики, алкоголь и табак истощают национальный генофонд, а СМИ, демагогируя посылом «свободы слова», деформируют систему национальных ценностей, окончательно разрушая остатки нравственно-духовного потенциала традиционного общества. В результате несовпадения векторов целей его развития, обусловленных, с одной стороны, «демократическими» выборными процедурами (интересы народа), а с другой, - международным финансово-кредитным механизмом (интересы транснациональных корпораций), внутриполитическая ситуация выходит из-под контроля (в России до сих пор нет ясных государственных целей). На завершающем этапе долговременной операции ранее суверенная территория объявляется «зоной жизненно важных интересов», что может служить правовой основой для ввода войск «союзников» и установления в созданной колонии «военно-полицейского» режима с присвоением индивидуального номера каждому её жителю. В дальнейшем, исходя из трансформированного баланса геополитических сил, корректируется курс внешней и внутренней политики стран преступного альянса («Регион-Сибирь», 2002, № 4).

Против геополитически значимой России, обладающей богатейшими природно-сырьевыми ресурсами, уже давно ведётся скрытая информационно-финансовая интервенция глобального уровня управления. Официально она была озвучена ЦРУ после окончания второй мировой («горячей») войны [2]. По поводу её результатов бывший советник по национальной безопасности США З. Бжезинский сказал следующее: «Россия не должна даже помышлять о том, что возьмёт пример с Франции де Голля или Британской империи. После крушения СССР Россия ничего не имеет. Нет в России ни демократии, ни реформ, ни вообще функционирующего государства. Потеряны армия и внешняя политика. Если русским лидерам на кого-то равняться, так это на Камаля Ататюрка. И роль России такая же, как кемалистской Турции, принявшей лидерство Запада» («Регион-Сибирь», 2002, № 4).

Одним из важнейших объектов «холодной» агрессии является архитектура. В 2001 году Генеральная Ассамблея ООН в «Декларации по городам и другим населённым пунктам в новом тысячелетии» впервые приняла специальное решение по устойчивому развитию населённых мест в странах с переходной экономикой. На Всероссийском совещании «Обеспечение устойчивого развития городов России» (июнь, 2002 г.) было отмечено, что нам нужна современная стратегия и тактика урбанизационной безопасности, разработанная во всех её формах и аспектах (физической, социальной, правовой, информационной, культурной и др.). Экологическая, экономическая, ресурсная и техническая базы развития среды обитания должны быть направлены на её постоянное улучшение. Это должно достигаться путём развития науки, децентрализации системы городского управления и совершенствования механизмов градорегулирования, в обосновании архитектурных решений с учётом мнения граждан, в адаптации нормативно-правовой базы к новым реалиям жизни и т.п. В принятой резолюции было также заявлено о поддержке ранее принятых рекомендаций по устойчивому развитию мирового сообщества (1992 г. – конференция в Рио-де-Жанейро, 1996 г. – Стамбульская декларация по населённым пунктам, 2001 г. – Декларация Генеральной Ассамблеи ООН).

В Указе Президента РФ от 10.01.2000 год за № 24 «О концепции национальной безопасности Российской Федерации» сказано, что «защита интересов России в социально-экономической сфере являются приоритетными направлениями политики». В. Путин в телеинтервью по случаю своего 50-летия (7.10.2002) отметил, что большинство бед России заключаются в «наших головах». Если эту проблему рассматривать в глобальном масштабе, то – в состоянии ноосферы. Так, согласно теории функционального поля физика И. Герловина, пространство оказывает непосредственное влияние на технические, биологические и социальные системы. При этом группа учёных РАН под руководством П. Горячева установила, что наследственная ДНК постоянно обменивается информацией с внешним миром («Регион Сибирь», 2002, № 1). В. Вернадский пророчески утверждал, что человечество и окружающая среда живут по единым законам природы, недооценка которых и обусловила, главным образом, уродливый характер развития нашей цивилизации. Подтверждением тому является революционная смена диаметрально противоположных политических курсов развития центральной части Евразии по спиралевидной траектории «феодализм - капитализм – «тоталитарный социализм»– «дикий капитализм» всего лишь за 100-летний исторический миг.

В 1995 году Госдумой РФ была одобрена Концепция Общественной Безопасности России (КОБа), известная в элитных кругах под эпическим названием «Мёртвая вода». Она явилась основой политической программы Концептуальной партии «Единение» (КПЕ), в которой сказано, что наша управленческая «элита» способствует движению России и всего мира в пучину глобальной экологической, экономической и военно-политической катастрофы. В этой связи КПЕ содействует «обеспечению безопасности России, её территориальной и государственной целостности» [3, п. 2.1.7]. (См. также «Мера за Меру», 2002, №39, журнал «Национальная безопасность и геополитика России», 1999, № 6 и страницы Интернета на сайтах http://www.kpe.ru и http://www.dotu.ru).

Безымянный коллективный разработчик КОБы (т.н. Внутренний Предиктор) считает, что её методологическая база - ОБЩАЯ ТЕОРИЯ УПРАВЛЕНИЯ - призвана заполнить нишу НАЦИОНАЛЬНОЙ ИДЕИ РОССИИ, которую в ближайшем будущем ожидает возврат в «троцкистский» социализм. Масон Б. Березовский (состояние $3 млрд.) по этому поводу выразился так: «В России должна быть русская националистическая партия, но у неё не должно быть денег. Деньги должны быть у нас» («Эксперт», 2002, № 38).

В то же время известно, что резкая смена политического курса страны всегда порождает мощные инерционные разрушительные силы. Так, согласно восточной поговорке «Не дай вам Бог жить в эпоху перемен», за время «перестройки» из России за рубеж ушло около $4 трлн. («Версия», 28/3.11.2002). Общий материальный ущерб от «шоково» проводимых реформ составил $15 трлн. [3, с.48], превысив потери ($485 млрд.), причинённые нам Великой Отечественной войной («ЛДПР», 2000, № 10).

Общеизвестно, что рыночная стратегия «ПРИБЫЛЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ» и её девизы «За всё надо платить», «Выживает сильнейший» и т.п. уже привели нашу цивилизацию на грань гибели. В настоящее время 370 семей контролируют половину всех мировых финансовых потоков. Объем спекулятивных рынков в 10 раз превысил производящий сектор мировой экономики, а наличная долларовая масса - в 50 раз товарный эквивалент США, при общем долге в $52 тыс. на каждого американца (индикаторы, отражающие их уровень жизни, относительно 70-х годов упали от 30 до 50%). Швейцарский банкир Жерар ле Ру утверждает: «Что бы ни произошло, мировая финансовая система обречена. Покуда она ещё держится на плаву. Как воздушный шар. Однако довольно лёгкого укола иглой – и с ней будет покончено. Я не знаю лишь, сколько времени потребуется до катастрофы» («Регион-Сибирь», 2002, № 10). Более того, экологические издержки такой модели хозяйствования уже на 70% изменили первоначальный облик Земли (Россия сохранила 40% девственной территории, Китай – 20%, США – 10%, Европа – 0%, с 1750 по 2000 гг. концентрация углекислого газа – виновника парникового эффекта – увеличилась на 31%). В настоящее время человечество подошло к такому рубежу, за которым стали отчётливо проявляться все признаки планетарного кризиса. На Всемирном форуме в Йоханнесбурге (октябрь, 2002 г.) было признано, что он носит системный и глобальный характер.

При социализме как обществе, которое должно жить по законам культуры, «Человек» и «Природа» справедливо ставились целью развития производства, а девизы «Один за всех и все за одного» и «Каждому - по его труду» являлись его социально-политической нормой. (Партия арабского социалистического возрождения до сих пор считает, что «Человек - высшая ценность общества, он и средство, и цель» - «Регион Сибирь», 2002, № 10). Вооружённые идеологией марксизма 18 млн. советских коммунистов более полувека убеждали всё население мира в его явных преимуществах, ибо основной экономический закон новой формации провозглашал необходимость «удовлетворения постоянно растущих (разумных) потребностей людей». В аграрной стране за исторически короткий срок была ликвидирована неграмотность и создана мощная материальная база (в период становления социализма ежегодные темпы роста экономики составляли до 30%). Страна ощутимо помогала народам Африки и Азии. Для защиты революционных завоеваний на нужды ВПК было задействовано до 2/3 её производственных мощностей. Ядерный потенциал СССР мог несколько раз «расколоть» нашу планету (обратная сторона медали). За торжество гуманных идеалов свою жизнь отдали более 100 миллионов россиян.

Однако в конце 80-х годов произошла резкая смена официальной идеологической доктрины «Страны Советов», причина которой неоднократно излагалась в работах Внутреннего Предиктора СССР («Мера за Меру», 2002, № 31). По теории КОБы новая логика социального поведения объясняется ЗАКОНОМ ВРЕМЕНИ. Он интерпретируется переходом земной цивилизации на новый уровень развития, при котором частоты социального времени стали превышать биологические (их эталон - период смены поколений). В результате диалектики перехода КОЛИЧЕСТВА в КАЧЕСТВО (неоглобализм, «демографический взрыв» при экологической ёмкости планеты в 2 млрд. человек) она оказалось в новом информационном состоянии [3, с. 27].

В этой связи в архитектурном цехе возникают вопросы: «Какова функциональная надёжность разрабатываемых генеральных планов населенных мест, если их социальная основа будет предопределяться периодической сменой ценностных шкал по принципу «Сегодня – одно, завтра – другое, послезавтра – третье»?»; «Могут ли Богоположенные принципы жизнеустройства вообще иметь колебательный характер?». Очевидно, что ответы на них не могут быть даны без учёта субъективных факторов развития исторических событий.

Известно, что мышление - это высшая форма отражения и познания объективной реальности человеком, установление внутренних связей между предметами и явлениями окружающего мира. Изначальная функция сознания заключается в принятии решений, приводящих к достижению поставленных целей. В программе КПЕ отмечается, что «совершенно здоровым может быть лишь тот, у кого есть единство мыслей, слов и дел и они направлены на добро, а не на зло, причём не только для себя, но и для семьи, рода, народа, Отечества и для всей биосферы» [3, с. 38]. Согласно КОБы, нормальный человек всегда исходит из триединства МАТЕРИИ (объективной реальности), ИНФОРМАЦИИ (1-й сигнальной системы) и МЕРЫ (2-й сигнальной системы). В этом случае «мировоззрение, как совокупность принципов, взглядов и убеждений, определяющих отношение человека к окружающему миру и к самому себе, формируется на основе объективных философских, научных, политических, нравственных и эстетических взглядов» («Мера за Меру», 2002, № 35). Последнее обстоятельство позволяет гомоморфно интерпретировать исходные посылки социального управления, эффективность которого предопределена следующей цепочкой его логических составляющих: [качество мышления] → [система ценностей] → [методология решений] → [деятельный процесс]. Иначе - [ЕДИНСТВО «МАТЕРИИ – ИНФОРМАЦИИ – МЕРЫ»] → [ЦЕННОСТИ - МОТИВЫ – ПРОБЛЕМЫ] → [ЦЕЛЬ – СРЕДСТВА - РЕШЕНИЯ] → [ДЕЙСТВИЕ - РЕЗУЛЬТАТ - ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ].

При деформированной же психике человек может говорить ОДНО, делать ДРУГОЕ и думать ТРЕТЬЕ. (В СССР при лозунге «Каждая советская семья к 2000 году будет проживать в отдельной квартире» не предусматривалось должное финансовое и технологическое обеспечение жилищного строительства; при лозунге «Народ и партия – едины» существовали спецраспределители и т.д.). Если это происходит умышленно, то тогда мы имеем дело с нравственным деградантом – лицемером или демагогом. Если причиной является рассогласованность в работе корки и подкорки и/или правого и левого полушарий мозга, или отсутствие дара РАЗЛИЧЕНИЯ ДОБРА И ЗЛА (обычно даётся Свыше по мере нравственности) – то тогда перед нами больной человек – психомутант (ханжа и/или социальный «дальтоник»). Если исходить из философского определения сознания, как «субъективного образа объективного мира», то следует признать, что у большинства психических больных реальная действительность воспринимается неадекватно. Однако «они не осознают своего заболевания, не отдают себе отчёта в своих переживаниях и поступках, не предусматривают их последствий с точек зрения социальной, моральной и правовой» [4, с. 130].

Приведём в этой связи следующие факты. По данным ООН, природных ресурсов, производственных фондов и интеллектуального потенциала на каждого россиянина приходится по $400 тысяч, на граждан США и Канады – по $326 и на европейцев - по $237 тысяч. Если же брать только природные богатства (запасы углеводородного сырья, руды, леса, и т.п.), то их в России, США и Западной Европе будет, соответственно, по $160, $16 и $6 тысяч на человека. По расчётам РАН средний американец на $1 производит $1,7 продукции, а россиянин - $4,6 (объективная реальность). В то же время средняя зарплата в 2002 году в Америке составляла около $2000 в месяц (пенсия - $670), а в России - $150 (пенсия - $21). В высокоразвитых странах (Японии, США, Европе) доля зарплаты в товаре равняется 69 - 72%, а в России – только 30%. «Разве это нормально?» (как меры процесса – В.Л.) – вопрошает академик Д. Львов («Комсомольская правда», 2002, № 169).

Далее. Россия считается государством с «установившейся рыночной экономикой», что должно предполагать обеспечение соответствующих условий для «выживания страны в условиях жёсткой конкурентной борьбы за невозобновляемые ресурсы планеты» (мера процесса). В то же время у нас суровый климат [5] и нет ФИЗИЧЕСКИ ЗДОРОВОГО СРЕДНЕГО КЛАССА, являющегося социально-демографической базой построения устойчивого общества. За 10 лет реформ смертность превысила мировые показатели на 50%. При международном стандарте уровня расходов на здравоохранение не менее 5% от ВВП у нас - только 2%, или $3 в год на одного человека при расчётной потребности в $2000 («АиФ», 2002, № 48).

Сегодняшнее российское общество – это небольшой слой богачей (до 5%), чуть более – обслуживающий их персонал и народные массы, которые живут на пределе прожиточного минимума. По значимости децильного коэффициента 14 : 1 (отношение уровня доходов 10% самых богатых групп населения к доходам 10% самых бедных) сложившаяся социально-экономическая ситуация становится неустойчивой (при пороговом значении 10:1 в 1986 году он составлял 3 : 1 - «Литературная газета», 2002, № 52). В результате повального обнищания населения ёмкость внутреннего рынка оказалась не сбалансированной с существующими производственными мощностями. К 2002 году годовой бюджет России относительно прежнего уменьшился в 10 раз ($60 млрд. сравнимы с активами среднего европейского банка) и среди 140 государств мира по доходу на душу населения мы стали занимать 102-е место по ВВП (сопоставим с голландским) и 104-е - по иностранным инвестициям. За последние пять лет таковых на россиянина пришлось по $40, а в Китае – по $135 на каждого 1,5-миллиардного жителя.

Хотя принцип жизни «Каждый - за себя, один Бог - за всех» является основополагающим для рыночной экономики, однако федеральный центр по-прежнему распределяет до 70% всех бюджетных средств, ибо из 89 субъектов России 75 - «реципиенты». При этом 5–7 олигархических кланов контролируют больше половины российского ВВП и ставки банковских кредитов повсеместно превышают среднюю норму прибыли в ключевых отраслях производственного сектора экономики (см. рис. 1) [5-9]. При этом известно, что риски рыночной экономики связаны с целым рядом различных факторов (потенциал роста страны, её географическое расположение, язык и культура, состояние деловой среды, законодательства, степень госвмешательства в дела бизнеса, уровень душевого дохода и т.п.). От их уровня в решающей степени зависит выбор форм присутствия кампаний на внешнем рынке (экспорт, совместная деятельность и производство)[8].


Рис. 1. Политэкономические варианты устойчивого развития несырьевого сектора производства в зависимости от предпринимательских рисков (12% - планово-расчётная норма прибыли, 7% - общероссийская средняя норма прибыли, фактически сложившаяся на период реформаторских преобразований): а) условия эффективности «рыночной» экономики; б) пространство «планово-рыночных» механизмов управления; в) зона рисков «программно-целевых» методов управления

Известно, что 60% доходной части бюджета Тюменской области (доноре) - около 18 млрд. рублей, формируется за счёт платы за недра («роялти»). Однако из-за развала геологической отрасли сейчас идёт «проедание» разведанных ресурсов (на единицу добываемого сырья теряется пять единиц запаса), и через 10 лет страна столкнётся с реальной угрозой её стратегической безопасности («Тюменская правда», 07.12.2002). Более того, если мировые цены на нефть упадут ниже $15 за баррель, то экономическая катастрофа нагрянет значительно раньше (объективная реальность).

Другой пример. Хотя архитектурным законодательством предписана необходимость учёта ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ФАКТОРА СРЕДООБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (информация), однако строительный комплекс на эту цель не ориентирован. Градостроительная политика фактически предопределена традиционной схемой финансирования, в которой не предусматриваются статьи затрат по реализации социально-архитектурных изысканий (мера процесса).

Разрушенная национальная культура часто приводит к безответственной имитации системы госуправления (цели не выставлены, научные исследования не востребованы, государственные службы внутренней безопасности бессильны и т.п.), что значительно снижает эффективность работы всего административного аппарата (задействовано около 1,1 млн. человек). Методологическая путаница (причины подменяются следствием, цель - средством, а целевые критерии – системой ограничений и т.п.) сказывается не только на принятии противоречивых правовых актов, но и не позволяет «элите» разобраться даже во внутренней политике собственной страны. Об этом свидетельствуют как многочисленные программы политических партий (около 150), так и периодическая смена идеологических пристрастий властных структур в виде череды различных «центристских партий» (ДВР,- НДР,- ЕР,- ПЖ,- НП,- ПВ), учреждённых без внятной Концепции жизнеустройства страны.

В то же время известно, что в России 70-75% общенациональной совокупной прибыли создаётся природными богатствами (трудом и основными фондами - 5% и 20%) и её экономика непосредственно зависима от мировых цен на нефть. В этих условиях нюансы различных политических программ не могут играть существенной роли, если игнорируется факт, что сырьевой экспорт, давая прибыль в $60 млрд. в год, обеспечивает лишь 10-15% фиксируемых госдоходов («Комсомольская правда», 17.09.2002, «АиФ», 2002, № 52). При этом природные богатства с пользой для страны технологически используются лишь на 20-30%, а осевшие в зарубежных оффшорах неучтённые нефтедоллары наша «элита» употребляет «исключительно для удовлетворения своих животных инстинктов, не задумывается о том, чем их такое бездумное поведение грозит всему обществу, в том числе даже собственным детям». Так, при износе жилищного фонда Тюмени на 42% в 2002 году на его ремонт было выделено всего 5,4% от требуемой суммы («Регион Сибирь», 2002, № 5, «Мера за Меру», 2002, № 24, «Тюменский Курьер», 2002, № 147).

При этом известно, что США должны России более $165 трлн. и бюджет страны 2003 года противоречил социальной политике, заявленной правительством. По существу он должен исходить из парирования следующих реальных угроз национальной безопасности: 1) катастрофического износа основных фондов; 2) деградации человеческого потенциала; 3) истощения природно-сырьевых ресурсов; 4) старения инфраструктуры. В противном случае страна утратит способность к самостоятельному развитию и превратится в третьесортную сырьевую колонию («Знание - Власть. Власть - народу», 2000, № 13, «Советская Россия», 22.11.2002).

Исходя из логики здравого смысла, в здоровом обществе возник бы естественный вопрос: «Почему лозунги, провозглашённые руководством страны на старте Перестройки, исполнены с точностью до наоборот?» («Мера за Меру», 2002, № 48). Однако сложившаяся в России политическая ситуация официально пока не обсуждается и социальная апатия населения частично объясняется мифологизацией его сознания (в условиях глобализованного мира «не знание даёт власть, а власть декларирует знание») [10].

Согласно КОБе, отмеченные сбои госуправления объясняются рядом причин. Среди них отметим такие психически обусловленные, как подмена понятий и несоответствие профессионального сознания управленческого корпуса (МЕРЫ) объективным законам жизни (МАТЕРИИ), иначе: ВЕРБАЛЬНОГО МИРА – МИРУ РЕАЛЬНОМУ. Так как «Человек с двоящимися мыслями не твёрд во всех путях своих» (апостол Иаков, Соборное послание, 1:8), то это обуславливает двойные стандарты в проведении (троцкистами – по КОБе) государственной политики. В СМИ отмечается, что сейчас страной правят слабые и проамерикански настроенные специалисты, «логика» принятия решений которых обычно оценивается результатом «Хотели как лучше, а получилось как всегда». (Не оправдались, в частности, надежды правительства на рост бюджетных доходов, в связи с понижением в 2002 году налоговой ставки на доходы физических лиц) (см. «Мера за Меру», 2002, № 42, «Российские вести», 22.11. 2002).

Из истории известно, что нравственность, издревле присущая славянскому этносу, «не позволяет ему конкурировать с другими народами на ниве безнравственного извлечения прибыли», и в одном из своих выступлений В. Путин сказал, что «все наши проблемы сегодня упираются в нравственность» («Мера за Меру», 2002, № 32, № 42). В этой связи в КОБе подробно рассматриваются человеческий (нормальный), демонический, зомби-биоробот и животный психотипы личности. Для двух последних как раз и характерно безразличное отношение к каким-либо государственным интересам, к социальным (идеологическим) ценностям вообще. Равным образом это касается и т. н. раболепствующих «толпарей»-конформистов (по В. Белинскому «Толпа – это собрание людей, живущих по преданию и рассуждающих по авторитету»). Сейчас, например, из 150 тыс. органов самоуправления работают не более 0,3% и «демократы» небезосновательно озабочены этим фактом («АиФ», 2002, № 50, «Правое дело», 2002, № 37). И чем больше будет доля инертно-пассивных «недочеловеков» в обществе, тем труднее защищать национальные интересы от внешней экспансии, тем чаще будут совершаться различные революции. Хотя этот аспект проблемы и касается государственной безопасности, однако до сих пор у нас нет какой-либо статистики по учёту качества «человеческого материала».

В настоящее время уровень становления российского самосознания ещё не позволяет «элите» чётко сформулировать государственные цели, и в этой связи КПЕ заявляет:

«1. Общественный прогресс и регресс определяется количественным соотношением в обществе носителей четырёх типов строя психики, а не достижениями «материальной» культуры, искусств, государственного устройства и прочих атрибутов так называемой цивилизации.

2. Нынешняя цивилизация – пока ещё не человеческая, а человекообразная. В ней под диктатом животных инстинктов и общем контролем демонических личностей, опирающихся на пастухов–зомби, на протяжении последних тысячетелетий поддерживается устойчивость «толпо-элитарной» пирамиды» [3, с. 36]. С учётом сказанного возникает опасение, что дальнейший рост энерговооружённости россиян при отмеченной патологии общественного сознания может сделать всю страну техногенной зоной повышенного риска. Более того, в обществе с повышенным риском предпринимательской деятельности, где преобладает не человеческий строй психики и отсутствует средний класс, нерегулируемая рыночная экономика вряд ли вообще будет уместной [5 – 9].

Принимая вышеизложенное во внимание, возникает вопрос: «Как АРХИТЕКТУРНАЯ СРЕДА влияет на человека, если она представляет собой МАТЕРИАЛЬНУЮ ФОРМУ социальных процессов, являющейся бесструктурным (по КОБе) средством социального управления?». При этом известно, что традиционная отечественная технократическая градостроительная политика неизбежно приводит к росту этажности жилых зданий и чрезмерной урбанизации городских территорий [11]. Однако ещё 30 лет назад немецкий журнал «Штерн» писал, что 20 лет проживания в многоэтажных домах приводит к необратимым изменениям психики. По официальным данным, сейчас в стране около 3-х миллионов психических инвалидов. В помощи психиатра нуждается каждый пятый россиянин и каждый сотый болен шизофренией, риск заболеть которой в большом городе в два раза выше, чем в сельской местности. В целом теми или иными психоматическими заболеваниями страдают около 80% граждан России. В начале 80-х годов английская газета «Таймс» также писала, что вести войну с Россией нет смысла, ибо основа для деформации российской нации заложена её плохими жилищно-бытовыми условиями («Литературная газета», 20.12.2000, «Труд–7», 14.12.2001 и 11.12.2002, «АиФ», 2002, № 50).

В высокоразвитых странах жильё измеряется числом комнат на человека (на жителя приходится от 30 до 60 кв. м). Это связано не только с мультипликативным эффектом жилищного строительства (в случае его развития «автоматически» задействуются около 18 различных отраслей), но и его социальной значимостью. С учётом того, что один доллар, вложенный в человека, приносит 75-100 долларов прибыли, в США или в Германии к самостоятельности мышления приучают пространством, с самого дня рождения помещая кроватку ребёнка в отдельную комнату. Опросы, проведённые в 2002 году в Тюменской области, также свидетельствуют, что САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ является наиболее желанной чертой характера детей («Труд-7», 29.08.2002, «АиФ в ЗС», 2002, № 48). При этом более здоровы (психически и физически) и интеллектуально развиты те из них, которые воспитаны прародителями. Эксперты считают, что наиболее благоприятное влияние на формирование личности оказывают не только многокомнатные квартиры (создают предпосылки для воспроизводства трёхпоколенных семей), но и небольшие населённые пункты, застроенные малоэтажными домами.

За рубежом, руководствуясь рыночной конъюнктурой «СПРОСА-ПРЕДЛОЖЕНИЯ», активно пропагандируется средовый подход к архитектуре. В Великобритании (страна высокой градостроительной культуры) этими вопросами непосредственно занимается сам наследник английского престола - принц Чарльз, который в 1991 году опубликовал книгу «Видение Великобритании. Личный взгляд на архитектуру» («Архитектура», 1991, № 1/2). В России необходимость учёта архитектурных потребностей населения исходит не только из Гражданского кодекса РФ (п. 2, ст. 475) и Закона «О защите прав потребителей», но также из требований УСТОЙЧИВОГО РАЗВИТИЯ СОЦИУМА. При этом «адаптируемость» управляемых систем должна обеспечиваться созданием соответствующих гомеостазисных механизмов их самосохранения. В этой связи рекомендуется рассматривать такие показатели надёжности развития инфраструктуры, как существование, эффективность, свобода действия, безопасность, адаптируемость, сосуществование и психологические потребности [12, с. 105 – 107]. Хотя известно, что СССР и был разрушен из-за отсутствия «обратных связей» при принятии государственных решений [13], однако до сих пор социально-архитектурные исследования не проводятся. В перспективе это грозит банкротством жилищно-строительному комплексу страны, в частности, в Москве и в Тюменской области («Комсомольская правда», 14.12.1999, «Складъ», 2003, № 1).

Так как мы строим мало, то это снижает рождаемость, и через 10 лет просто некому будет «обрабатывать» несамодеятельное население. При этом Земельный кодекс РФ гласит, что при использовании земель должны быть приняты такие решения, которые позволили бы «обеспечить сохранение жизни человека или предотвратить негативное (вредное) воздействие на его здоровье, даже если это потребует больших затрат» (п. 3 ст. 1). Научно доказано, что воспроизводство психически здорового поколения, обеспечивающего социальный прогресс, возможно лишь при определённом уровне развития жилищной сферы: не менее 20 квадратных метров полезной площади на человека. В США в 80-х годах прошлого века 4 млн. человек в год вводили 250 млн. кв. м жилья (около 1 кв. м на человека), в то время как 14 млн. человек строительного комплекса СССР - в 1,7 раза меньше. Расчёты показывают, что при современных темпах отечественного гражданского строительства нормативная жилищная обеспеченность всего населения (18 кв. м на человека) может быть достигнута не ранее, чем через 200 лет. Если соблюдать минимальные нормы проектирования городской среды (по жилью и соцкультбыту), то затраты материальных ресурсов должны составить не менее 60 т грузов на одного жителя, что подвергает сомнению реальность вообще каких-либо традиционных градостроительных программ.

Таким образом, уровень развития жилой среды, её качество, принятые жилищно-строительные технологии, объёмы и темпы жилищного строительства являются важнейшими архитектурными факторами общественной безопасности.

Однако до сих пор нет стратегии развития страны и социально-градостроительный аспект государственной политики ни на региональном, ни на федеральном уровнях управления не рассматривается. Более того, по постановлению Правительства РФ за № 630 от 24 августа 2002 года, высшие эшелоны власти вообще самоустранились от обеспечения жильём ветеранов военной службы, согласно реализации ранее принятого Закона «О статусе военнослужащих». В Тюменской области в жилищной очереди числится, например, четверть личного состава ГУВД («Вслух о главном», 30.11.2002), но в её бюджете 2003 года, например, финансирование программ капитального строительства было сокращено в два раза. При этом каждую неделю из России безвозвратно вывозится $8 млрд. [3, с. 49] и за счёт ренты каждый россиянин имеет реальную возможность бесплатно получить до 18 квадратных метров жилья («Комсомольская правда», 17.09.2002).

2. Проблемы гуманизации среды обитания на основе реализации социально-архитектурного заказа

Научная значимость проблемы гуманизации среды обитания отразилась в дискуссии, развернувшейся в СМИ в 80-х годах. Ее некоторые итоги отражены в материалах таких совещаний, как "Построение и использование социально-экономических нормативов" (Вильнюс, 1982 г.), "Советское градостроительство и социалистический образ жизни" (Набережные Челны, 1982 г.), "Социальные проблемы архитектуры жилой застройки" (Москва, 1982 г.) и др. В настоящее время в качестве целевой программы градостроительства рекомендуется рассматривать социальные потребности населения, что исходит из современной нормативно-законодательной базы, изложенной в Конституции и Градостроительном Кодексе РФ.

В 1990 году Федерация обществ потребителей СССР разработала целый пакет предложений к программе рыночных реформ (см. газ. «Защита прав потребителей», 1990, 16 июля), с учетом которых предлагалось разработать новую систему формирования социально-архитектурного заказа, завершаемого либо градостроительной концепцией, либо эскизным проектом объекта. Согласно него предполагалось, что архитектор обязан "восстановить прямые договорные связи с заказчиком, быть его доверенным лицом и распорядителем средств на всех стадиях формирования и реализации социального заказа" (,,Архитектура" - прил. к "Строит. газ.", 1989, № 1). По рекомендациям ВНИИТАГа всеми этими вопросами и должен был срочно заняться будущий Союз потребителей, создав для этого специальные секции (комиссии) потребителей архитектуры. По идее он должен был активно настаивать на пересмотре действующих СНиПов, требуя переориентацию их технологических и технико-экономических норм на гуманистические" ("Архитектура" - прил. к газ. "Советская культура", 1990, № 17). В итоге существующий в СССР технократический подход к архитектуре в ближайшей перспективе должен был постепенно вытесниться СРЕДОВЫМ.

Хотя в 60-е годы и возникли слабые ростки средового подхода, однако в реальной «рыночной» ситуации заказчик (сейчас и подрядчик) так и не проявляют должной инициативы по его внедрению. До сих пор "средовая архитектурная идеологема, соответствующая современному этапу развития цивилизации пока не развилась в законченную семантическую и формальную концепцию, поддающуюся репродуцированию по внутриархитектурным каналам" [14]. Обширные обследования семей, проводимые демографами, социологами и экономистами, так и не предполагали изучение их архитектурных и/или жилищно-бытовых потребностей. Попытки обоснования объемно-планировочных параметров жилищ во взаимоувязке с социально-демографическими типами семей не предпринимались. Основной экономический закон социализма, гласящий о необходимости удовлетворения постоянно растущих потребностей населения СССР, так и не был совместим с официальной нормативно-инструктивной базой архитектурно-градостроительного проектирования [15].

Известно, что рыночные реформы с необходимостью должны предполагать востребованность науки во всех сферах человеческой деятельности, в том числе и в архитектуре. Однако в условиях переходного периода требование рынка об установлении устойчивой обратной связи между горожанами и проектировщиками так и не было выполнено. Целевое изучение общественного мнения государством так и не финансируется и кое-где проводимые энтузиастами такие исследования выполняются по их личной гражданской инициативе за счет собственных ресурсов [16]. Причиной этому явилось не только отсутствие финансирования и развитой правовой основы (подзаконных актов), но и недооценка значимости подобного рода деятельности в косном (традиционном) архитектурно-строительном цехе в целом [17]. Так, на суд общественности часто выносятся проекты зданий, имеющих для города и горожан не социальное, а лишь только идеологическое значение. Проектные решения массовой жилой застройки, как правило, вообще не обсуждаются. До сих пор многие экспериментальные варианты жилых домов еще до окончания сроков строительства без всякого научного анализа утверждаются как типовые [18]. При этом выяснилась, с одной стороны, крайняя индифферентность некоторой части городского населения к этой проблематике, а с другой - неотрефлексированность его архитектурного самосознания. Часто горожанам не нравится маловыразительный характер современной массовой жилой застройки, но им порой бывает очень трудно представить что-то другое. Повсеместно сложившаяся "пространственная уравниловка", видимо, и породила некоторое наблюдаемое равнодушие к собственной городской среде [31-19; 20].

В частности, Тюменская домостроительная компания до сих пор остается еще крупнейшим застройщиком города Тюмени. За 30 с лишним лет ею было построено три четверти всех панельных домов областного центра, т.е. порядка 2,3 млн. квадратных метров общей площади (40 тыс. квартир), на которых сейчас проживает четверть всего городского населения. Последние годы ТДСК стабильно вводила по 100-110 тыс. квадратных метров. В трудные для строителей 1992-1993 годы компания обеспечивала ввод до 95% всего сдаваемого в городе жилья, преимущественно в виде крупнопанельных домов новой (собственной) серии 121-Т [21]. И всё это при наличии информации об их экономической, экологической и социальной ущербности.

Однако традиционно сложившаяся ситуационно-деятельная схема "архитектор творит – потребитель адаптируется" или "учёный творит – архитектор разрабатывает – потребитель адаптируется" в условиях переходного периода является недопустимой, и не только с позиций экономической эффективности жилищного строительства и материальной культуры, но и с точки зрения безопасности государства, понимая под этим пространственные условия формирования гармонично развитой личности [22].

СОЦИАЛЬНЫЙ ЗАКАЗ ГРАДОСТРОИТЕЛЬСТВУ возникает тогда, когда появляются государственные потребности решать градостроительные проблемы массового потребителя. По определению он обязан исходить из идеальных представлений общества о пространственной организации среды обитания. Последние так или иначе должны отражаться в проведении архитектурно-градостроительной политики, реализуемой в виде долгосрочных программ развития территорий.

В условиях переходного периода социальный заказ превращается в объективную потребность нетрадиционного архитектурного формообразования, исходя из волеизъявления инвестора. Его традиционное изучение становится актуальным не только для социологии архитектурной деятельности, но при решении архитектурной семантики и формы - основных проблем архитектурной теории. Современный архитектурный заказ должен быть увязан не только с современными требованиями и существующей нормативной базой, но и с национальными критериями, традициями прогрессивной практики и особенностями природного окружения в целом. Важнейшее значение при его рассмотрении имеет знание архитектурных потребностей населения и их комплексная социально-экономическая оценка, которая обусловлена необходимостью их корректировки, исходя из реальных возможностей местных бюджетов.

Однако вплоть до настоящего времени ещё не существует стройной теории и не разработан категорийный аппарат, с помощью которого можно было бы анализировать социально-архитектурный заказ в контексте перспектив развития АСК. К тому же, последний следует рассматривать как неотъемлемую и важную составляющую всего регионального хозяйства, в полной мере испытывающего на себе все его расстройства, в том числе и результаты отсутствия сбалансированного социально-экономического планирования. Специалисты по безопасности утверждают, что только при обеспечении триединства МАТЕРИИ, ИНФОРМАЦИИ И МЕРЫ, а также используя методики Теории принятия решений, можно адекватно оценивать средовую ситуацию и отбирать наилучшие проекты на основе ясных целей и чётких критериев их качества.

3. Проблемы оценки потенциального качества проектов жилой среды с позиции Концепции общественной безопасности

На VIII съезде архитекторов СССР "ЗОДЧЕСТВО: ПУТИ ПЕРЕСТРОЙКИ" (1987 г.) было намечено значительно повысить качество архитектуры и всей проектно-технической документации (ПТД). При переходе России к рыночной экономике позитивные сдвиги в проведении строительной политики стали ещё более актуальны. В отечественной науке приводится множество определений понятий "КАЧЕСТВО", среди которых однозначно прослеживается взаимосвязь производства и потребления. По ГОСТу «КАЧЕСТВО ПРОЕКТНЫХ РЕШЕНИЙ» – это "совокупность свойств строительной продукции, модель которой представлена проектным решением, обуславливающим эффективность строительства и эксплуатации в удовлетворении потребностей в соответствии с ее назначением".

В настоящее время известны три способа повышения качества ПТД. Первый - основан на широком использовании конкурсного проектирования, второй - на организационной работе в области повышения качества, третий - на применении технологий оптимального проектирования. В теоретическом плане оценка качества проекта должна проводиться с точки зрения того, как он обеспечивает достижение стоявших перед проектировщиком целей. При проектировании гражданских зданий целевая функция обычно предполагает либо обоснование объемно-планировочных параметров зданий при минимизации затрат, либо оптимизацию критерия вида «затраты-результаты». При социализме для жилых зданий применялся первый подход, что исходило из нормативных требований потребления жилищных благ.

В проектной практике поиск эффективных решений осуществляют либо аналитическим расчётом, либо методами эвристического анализа. Он возможен по различным вариантам сопоставления проектных альтернатив. Первый – по однозначной оценке каждого варианта, второй - по вероятностной характеристике состояния каких-либо параметров объекта (ситуация риска), третий – по принятию решений в условиях неопределенности. Рекомендуется, чтобы показатели в иерархических системах отражали их прошлое, настоящее и будущее. В этой связи качество строительных объектов следует оценивать с позиций их пригодности на всех этапах цикла их существования - возведения, эксплуатации, развития и ликвидации.

В системе отношений "субъект - объект" оценка качества бывает не только внутренней (в пределах системы) и внешней, но также абсолютной и относительной, сравнительной базой которой могут являться НОРМАТИВЫ, ИНДЕКСЫ, ПОКАЗАТЕЛИ ПЕРСПЕКТИВНОГО СОСТОЯНИЯ ОБЪЕКТА, ЭТАЛОННЫЙ УРОВЕНЬ КАЧЕСТВА. Она может носить функции либо ФИКСИРУЮЩЕГО (относительно цели творчества), либо УПРАВЛЯЮЩЕГО (на промежуточных стадиях проектирования) характера. Согласно ГОСТу промышленная продукция должна иметь следующие показатели: 1) назначения; 2) надежности; 3) технологичности; 4) эргономичности; 5) эстетичности; 6) стандартизации и унификации; 7) патентно-правовой защищённости; 8) экономичности.

При теоретическом рассмотрении этого вопроса оперируют категориями «ПОТРЕБИТЕЛЬНАЯ СТОИМОСТЬ» и «СТОИМОСТЬ» [23; 24]. Для объектов архитектуры первые из них являют собой лишь ФУНКЦИОНАЛЬНО-УТИЛИТАРНЫЕ свойства (удобство пространственной организации, эргономичность, эстетичность, экологичность, технологичность, динамичность, надежность), а вторые – их материальную субстанцию, как ТОВАРА. В 80-90-х годах широкое распространение получили МНОГОКРИТЕРИАЛЬНЫЕ оптимизационные задачи САПР, решаемые на основе технических, экономических, социальных и эстетических критериев.

Все критерии качества должны соответствовать требованиям полноты, неизбыточности, однозначености, адекватности, измеряемости. Отбор и проверка полноты показателей выполняются в последовательности: 1) выделяются изменяемые свойства объекта, по которым могут быть сформулированы критерии; 2) исключаются незначительные из них и те, которые могут быть учтены в качестве ограничений; 3) близкие по содержанию свойства объединяются в одном критерии; 4) конечные показатели-цели проверяются на совместимость с целями более высокого ранга. По процедуре измерения критерии могут быть представлены в виде: а) непрерывных; б) дискретно-измеряемых; в) упорядоченных по шкале предпочтительности; г) неупорядоченных ("входит в габарит"); д) кобулярных ("наглядно").

Система таких критериев должна отвечать требованиям комплексности, аксиологической направленности, иерархичности, измеряемости, неизбыточности, динамичности, корректируемости. Выбор единиц измерения должен соответствовать проектным задачам. В некоторых случаях количественные и качественные потребительские единицы измерения могут совпадать.

При оценке качества промышленной продукции используют измерительный, регистрационный, расчетный, органолептической, социологический или экспертный методы анализа. При оценке архитектурного качества применяются различные методики (КВАЛИМЕТРИЧЕСКИЕ, АНАЛИТИЧЕСКИЕ или СТАТИСТИЧЕСКИЕ) расчётов (выполняемых дифференциальным, комплексным или смешанным способом) количественных показателей качества (единичных, комплексных или интегральных).

Квалиметрический подход основан на использовании иерархического строении системного объекта, представленного в виде так называемого "дерева свойств". Для жилых домов рекомендуется следующая номенклатура его единичных показателей: архитектурно-художественные; технико-экономические; технологические; функционально-планировочные и санитарно-гигиенические. Количественная оценка частных эффектов рассчитывается как степень достижения первичных целей – свойств. Так, если каждую из них выразить количественным нормативом (или стандартом) - diº, то отклонение от него соответствующей фактической характеристики di даст значение частного эффекта Δdi = di / diº (или Δdi = di - diº). Когда нет возможности его измерить по метрической шкале, прибегают к балльным экспертным оценкам (рангам). Обобщённые показатели качества каждой группы свойств выражаются суммой взвешенных единичных показателей. Аналогично рассчитывается итоговый (интегральный) показатель.

Аналитический подход предполагает, что общий эффект следует рассматривать как сумму частных эффектов, которые могут измеряться либо в стоимостной, либо в иной форме, к ней сводимой. Здесь не требуется взвешивать частные эффекты, что делает процедуру расчётов более естественной.

Статистический подход заключается в статистическом сопоставлении результатов социально-экономического развития какого-либо субъекта с теми или иными параметрами архитектурной среды (объекта). В случае регрессионного анализа результирующий показатель (Q) может быть выражен в виде функции:

Q = f (х1, х2, . . .хn), (1)

где хi – параметры среды, выявленные факторным анализом.

Предварительно отметим, что проблемы любой профессиональной деятельности следует рассматривать на 4-х уровнях развития общественного сознания, которые иерархически («от общего - к частному») взаимосвязаны следующей цепочкой отношений («от сложного - к простому»): 1 - методологические (мировоззренческие), 2 - теоретические (научно прикладные), 3 - технические (проектные) и 4 - практические (рукотворные). В творческом процессе следует также отличать проблемную ситуацию (возникает по схеме отношений Д→Ц→О) от задачной (Д→Ц→С→О). Если «Благо зависит от правильного установления конечной цели и отыскания нужных средств, ведущих к ней» (Аристотель), то следует отметить, что цели вышестоящих уровней профессиональной деятельности будут являть собой средства нижестоящих, т.е. - Ц1→С2, Ц2 →С3, Ц3 →С4 [27].

Изложенные методики оценки архитектурного качества среды обитания не исчерпывают всех аспектов этой проблематики. До сих пор методологически не исследованы отправные посылки исходной предпроектной ситуации (см. рис. 2), рассмотренные в аспекте общественной безопасности [25-27]. Актуальность проблемы предопределена Указом Президента № 24 от 10.01.2000 г., в котором сказано, что в настоящее время наибольшую опасность для России представляют внутренние угрозы.

Рис. 2. Кибернетическая модель проектной ситуации

Д – деятель-проектировщик, Г-Ц - элементы входного массива исходных данных, обеспечивающих творческий процесс (Г – госты, З – законы, Т – требования (нормы), Ц – цель проектирования, М – методика проектирования; Н – научные достижения, С – средства архитектурные, Ф – факторы окружающей среды), ТПР – теория принятия решений, О – объект (проектируемый), П – показатели проектных решений

Поставим методологическую задачу расчёта коэффициента потенциального качества проектной документации как функцию многих переменных [КПК ПД= ƒ (Г, Д, З, М, Н, П, С, Т, Ф, Ц)] по формуле:

КПК =100 λi ×βi ×δi / β°i × δi° (%), [i=1, 10], (2)

где λi – вес i-го «входного» элемента проектной ситуации (ПС);

βi - степень научной разработки i–го «входного» элемента ПС (примем экспертно по 3-балльной шкале);

δi – степень учёта i-го «входного» элемента ПС при проектировании (примем по 10-балльной шкале);

β°i и δi° - наилучшие значения «входных» элементов ПС (соответственно З и 10 баллов).

Анализ исходных данных показал, что в настоящее время традиционные подходы к организации проектного творчества в среднем только на треть обеспечивают потенциальное качество проектов жилой среды. Приняв во внимание значимость полученных результатов [25; 28], укажем на следующие причины сложившейся ситуации в архитектурном цехе страны.

Кроме норматива заселения жилищного фонда до сих пор нет госстандартов по «качеству жизни», относительно характера потребления жилищных благ. Только проектировщики с «человеческим» психотипом (а не так называемые «зомби-биороботы», «животноподобные» или «демонические» личности) могут быть серьезно озабочены позитивным результатом своей профессиональной деятельности [27]. В настоящее время её правовое поле не охватывает всех проблем творческого процесса, а имеющаяся законодательная база часто игнорируется. Существующий организационно-правовой механизм проектного процесса не ориентирует архитекторов творить по методике «Теории принятия решений» на основе достигнутого научного потенциала. Показатели проектов жилой среды должны исходить не столько из технико-экономической эффективности, сколько из социальных целей [27] и проблем надёжности [12]. Ещё не все значимые требования (в частности, по учёту геопатогенных зон влияния) нормативно зафиксированы, а законодательно предписанные - не в полной мере учитываемы. Предпроектные изыскания часто проводятся не в полном регламентируемом объёме, а традиционные методики проектного творчества не предполагают целеосмысленного прогноза его конечных последствий на весь срок физической амортизации среды обитания.

Краткие выводы и направления дальнейших исследований в области проблем урбанизационной безопасности

1. За рубежом считают, что в настоящее время рынок России находится в зачаточном состоянии. Уникальность состоит также и в том, что уровень потерь (экономического риска) у нас составляет 30 -50% (для развивающихся рынков соотношение между риском и возвратом вложенных средств обычно колеблется в пределах 20 - 30% -«Эксперт» № 20, 1996). Относительно дальнейших перспектив развития экономики отметим, что в ближайшие десять лет Россия останется сырьевой страной, торговый баланс которой будет существенно зависеть от колебания цен на нефть, запасы которой конечны. Низкий уровень жизни населения (ограничивает емкость внутреннего потребительского рынка и таким образом - промышленность) и высокие кредитные ставки (больше расчётной нормы прибыли в несырьевом секторе экономики - 12%) неизбежно приведут к банковскому кризису. Половина субъектов РФ находится на дотации, а число чиновников–управленцев за годы перестройки (1993-1999 гг.) выросло на 15%, что вообще противоречит принципам развития рыночной экономики. В настоящее время за границу ежемесячно «уходит» до 2-х млрд. долларов и благосостояние народа во многом определяется политикой, проводимой 15 олигархами страны. В этой связи академик А. Аганбегян охарактеризовал сложившуюся ситуацию по следующим трём направлениям («Труд–7», 15.03.2001):

Тупик социальный. Экономика России провозглашена рыночной, а зарплата осталась «советской», то есть расходы семей на «жизнь» составляют около 70%. В странах с развитой рыночной экономикой на оплату товаров и услуг в среднем уходит не более 25–35% заработанного.

Тупик бюджетный. В настоящее время государство полностью содержит 40 млн. пенсионеров и на 2/3 обеспечивает расходы в жилищно-коммунальной сфере. Из-за складывающихся тенденций их старения в перспективе для бюджета страны это станет всё более обременительным.

Тупик производственный. Основные фонды ключевых отраслей (промышленность, строительство, сельское хозяйство и т.д.) у нас наполовину изношены. Для их конкурентно-приемлемого обновления нам требуется около 2,0 трлн. долларов инвестиций. Их ежегодный объём должен быть не менее 20-25% ВВП при амортизационных отчислениях в 15 млрд. долларов. Однако из-за низкой инвестиционной привлекательности России прямые иностранные инвестиции в 1997 году, например, составили всего лишь 0,1%. Существенного изменения этой ситуации в перспективе также не ожидается.

Ведущиеся сейчас правительством переговоры о присоединении России к ВТО существенно не повлияют на ход развития системного экономического кризиса. Некоторые экономисты считают, что это даже приведёт к полному разрушению отечественной обрабатывающей промышленности и сельского хозяйства. Академики РАН Д. Львов и Н. Петраков и председатель думского Комитета по экономической политике и предпринимательству С. Глазьев (чл. корр. РАН) считают, что официально проводимый курс либеральных реформ приведёт страну к экономическому коллапсу и участь России как независимого государства будет предрешена. Так, в одном из прогнозов сказано «К 2015 году ни в мировой политике, ни в мировой экономике влияние России не будет заметно. Население России уменьшится… Шансы на её подключение к «золотому миллиарду» окончательно испарятся. Неостановимая деградация экономической и социальной жизни страны неизбежно приведёт к её расчленению и поглощению»[9].

К тому же известно, что капитализм, основанный на либеральной идее получения максимальной прибыли, имманентно (через кредитно-финансовую систему) способствует концентрации капитала (368 семей уже контролируют половину всех мировых финансовых потоков), а современные процессы глобализации - расслоению стран на богатые («золотой миллиард» населения) и бедные. Последнее обстоятельство с учётом ожидаемого демографического «взрыва» общепланетарного масштаба и современных достижений НТП в области концентрации энергии (атомные энергосиловые установки, плотины, ОМП и т.п.) могут привести всю земную цивилизацию в состояние неустойчивого развития. Автор японского «экономического чуда» С. Окита считает, что выход из сложившегося положения надо найти на пути «комбинирования рыночных механизмов и государственного планирования и регулирования».

2. Во второй половине 80-х годов в нашей стране большое внимание стали уделять повышению качества продукции. Считалось, что низкое качество, брак - это не что иное, как преступная растрата материальных ресурсов и труда народа. В равной мере это относилось к архитектуре. Среди многих причин её плохого состояния обычно указывают на технократическую политику и отсутствие так называемых «обратных связей» в системе отношений «производство (строительство) - потребители (жители)» [12]. Руководитель Института модернизации докт.экон.наук. М. Делягин пишет (по поводу реформ аппарата госуправления): «Система управления лишается обратных связей. Это программирует общество на резкий рост количества ошибок - а значит, и система пойдёт вразнос и будет заниматься саморазрушением… Но это может быть не просто обрушение симбиоза либерального фундаментализма с силовыми олигархами, но и обрушение России как таковой» («Завтра», 22.09.2004). До сих пор нет научно обоснованной методики оценки качества архитектуры жилой среды, не разработана номенклатура объективных показателей её проектных решений. Отсутствует комплексный подход к функционально-планировочной оценке жилища в составе общего градостроительного замысла.

Теоретически считается, что качество продукции определяется её способностью удовлетворять потребности заказчика. Однако в архитектурной практике варианты градостроительных решений всё ещё оцениваются по системе технико-экономических показателей, что приводит к переуплотнению застройки. При этом качественные цели могут быть представлены либо в виде НОРМ (ограничений), либо сформулированы как ОПТИМИЗАЦИОННЫЕ КРИТЕРИИ. При количественном выражении уровня КАЧЕСТВА достаточно обойтись размером (абсолютным показателем), оценкой (относительным показателем) и весомостью того или иного потребительного свойства. Применяемые для этого методики ориентированы либо на экстремальный расчёт по формуле «результаты/затраты», либо на многокритериальную оптимизацию.

3. В настоящее время многие проблемы оценки качества какой-либо продукции рассматриваются лишь в аспектах требований соответствующих ГОСТов. При этом упускается из виду методологическое осмысление проектного процесса и при оценке качества ПТД отсутствует комплексный анализ факторов принятия архитектурных решений. Однако его актуальность предопределена первым приоритетом интеллектуальных средств противоборства Концептуальных центров геополитического противоборства, подробно изложенных в Концепции Общественной Безопасности России.

В этой связи была предложена методика расчёта коэффициента потенциального качества ПТД, основой которой явилась кибернетическая модель, комплексно охватывающая систему всех факторов (законы, нормы, требования, особенности окружающего пространства и т. п.) проектного процесса. При этом принимались во внимание не только глубина научной разработки каждого из них, но также и степень учёта их значимости. Так, согласно теории принятия решений, выбор системы оптимизационных критериев вариантных поисков должен предопределяться его целевой функцией, что в нормативно-инструктивных материалах никак не оговаривается. Экспертно-квалиметрические расчёты показали, что такой подход к проектированию жилой среды только на треть обеспечивает эффективность дальнейших принимаемых решений. Результат выполненных исследований требует правового переосмысления организационного порядка разработки проектной документации на федеральном уровне системы безопасного управления архитектурно-строительным комплексом страны [29; 30].

4. Иногда против гуманного подхода к региональной архитектуре высказываются возражения, аргументированные мнением о конечных сроках эксплуатации месторождений углеводородного сырья. Этих оппонентов мы отсылаем к трудам НИИ геологии и природных ресурсов, посвящённым перспективам развития районов Севера. Другие оппоненты считают, что в современных условиях невозможно якобы заставить частный и/или акционерный капитал вкладывать в развитие социальной инфраструктуры. Однако в условиях рыночной экономики государство, традиционно не вмешиваясь в сферу бизнеса, должно брать такую заботу на себя. Так, до 2000 года в ХМАО - ЮГРЕ было добыто 7 млрд. тонн нефти. Если её половина на внешнем рынке была реализована по средней стоимости $16 за баррель («Эксперт», 1998, № 33), то с учётом затрат на создание ЗСНГК ($200 млрд.) среднегодовая прибыль должна была бы составить около $7 млрд. Если только 10% её оставить в ХМАО, то на каждого его жителя за 36 лет эксплуатации месторождений пришлось бы по $36 тысяч.

5. Хотя правовые нормы по участию россиян в принятии архитектурных решений, у нас были опубликованы ещё в 1998 году [15 - 24, ст. 18], однако до сих пор нет ответа на вопрос: «Какой административный орган должен курировать исполнение Указа Президента № 24 от 10.01.2000 г. «О Концепции национальной безопасности Российской Федерации»?» В то же время известно, что в США уже создано Управление Внутренней Безопасности, которому официально подчинены и полиция, и ФБР, и ЦРУ.

В настоящее время в РосНИПИУрбанистики разрабатывается генплан города Тюмени. В этой связи автор ставил перед Тюменским отделением КПЕ следующие вопросы. Имеются ли хоть какие-либо реальные рычаги воздействия на отмеченную градостроительную ситуацию у политической партии, в программе которой рассматриваются проблемы устойчивого развития России?», «Какие органы вообще официально должны заниматься урбанизационной безопасностью Тюменской области?» [25]. Однако эти вопросы до сих пор остаются без ответа (см. «Слово народа», 2002, № 16).

6. В Достаточно Общей Теории Управления, разработанной аналитиками КПЕ, показана значимость владения методологией познания лицом, принимающим государственно-значимые решения (ЛПР). При этом большое значение придаётся мировоззренческой составляющей его базового образования. Так, в «Книге для начального чтения» В. ВОДОВОЗОВА (СПб., 1878 г.) сказано, что на протяжении тысячелетий основой мироздания, которую египетские жрецы преподнесли всему обществу в качестве истины в последней инстанции, явились следующие основополагающие понятия: 1. Материя (вещество), 2. Дух (энергия), 3. Пространство и 4. Время. Однако они приводят к мозаичному мировоззрению, которое не способствует пониманию целостной сущности процессов объективной реальности.

В результате «Мы не осознаём те действия, которые совершаем, и последствия своих действий. Мы не видим своих связей с окружающим миром, не видим некоторых своих органов и структур нашего тела. Поэтому мы пребываем в мире иллюзий и вся наша «борьба» в этом мире бессмысленна. Бессмысленна потому, что наши цели, задачи, желания иллюзорны, как миражи. Это то же самое, если микроскоп стали использовать для забивания гвоздей. Самое смешное, что микроскоп (в данном случае - человеческое тело) управляется сознанием молотка. Вот в чём главная проблема» («Тюмень трудовая» № 45, 2004). Известный кинорежиссер Андрей КОНЧАЛОВСКИЙ отмечает, что «Вся беда России в том, что здесь есть, либерально мыслящие люди, освоившие западные идеи, и огромная масса народа, которым эти идеи и неинтересны. Сталкиваются две разные потребности - крохотной части, которая знает, что такое чёрная икра или фуа гра, и огромной части, не знающей, что это такое, которой ни икра, ни фуа гра просто не нужны. В итоге эта малая просвещённая часть абсолютно не понимает, чего хочет народ… Вот и получается, что мы не знаем потребностей нашей нации» («Аргументы и факты» № 6, 2004). К тому же «новые законы и нормы нередко остаются на бумаге, реальные же теневые практики развиваются так, как если этих норм не было. Фиксируется растущая роль теневых правил и норм в экономике, политике и других сферах общественной жизни. В специальной литературе отмечается, что доминирование неформальных отношений над формальными регуляторами - главная черта, отличающая Россию от стран Центральной и Восточной Европы»[10].

В книге В. ШМАКОВА «Священная книга Тота. Великие арканы Таро», изданной в 1916 году для «избранных», сказано, что для достижения поставленных целей наше сознание должно отражать Внешний Мир целостно. «МЫСЛЬ, СЛОВО и ПИСАНИЕ суть в Боге лишь ОДНО, тогда как в человеке они суть ТРИ». Таким образом, человек «посвящённый» должен исходить из триединства: 1. Меры («Аллах создал всякую вещь и размерил её мерой» - Коран); 2. Информации; 3. Материи. Вещь (материя) и образ (мера) не могут существовать отдельно друг от друга. Любая вещь наделена размером, весом цветом, запахом и т.п., то есть наделена мерой. В понятие последней входят также и правила, и законы, по которым протекают процессы в мироздании, и многое другое.

Жрецы древнего Египта «МАТЕРИЮ» отдали науке, «ИНФОРМАЦИЮ» - религии, «МЕРУ», как методологию познания мира, скрыли от человечества. «Это сокрытие позволило манипулировать сознанием каждого человека в отдельности и всем человечеством в целом на протяжении многих столетий… Ведь именно владение мерой позволяет различать (отличать) одну вещь от другой один процесс, от другого. Если человек не обладает таким различением, не способен отличать правильное от неправильного, то он всегда (рано или поздно) будет допускать ошибки в принятии решений» («Мера за Меру», 2004, № 42). История свидетельствует, что итоговым результатом деятельности землян, вооружённых такими калейдоскопическими знаниями (наука и религия отделены друг друга) явился надвигающий системный кризис (социальный, экономический, экологический) планетарного масштаба.

Так как «мысль, слово и писание суть в Боге лишь ОДНО…», то следует отметить, что на Земле существует два вида письменности: иероглифическая (у японцев, китайцев и др.) и идеографическая. Иероглиф может описывать некое явление сразу в одном изображении. Соответственно этому и мышление у «восточных» и «западных» народов разное. Таким образом, возникает необходимость в специальном исследовании зависимости проблем ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ от характера письменности и культуры мышления различных народов мира. Можно также утверждать, что ОБЩЕСТВЕННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ может быть обеспечена только в условиях КУЛЬТУРЫ ЖИЗНЕСТРОЯ, основанного на единстве СЛОВА и ДЕЛА. Древнерусское жречество обладало таким мировоззрением, которое нашло отражение в «Велесовой книге», в «Православлении великого Триглава». В них Вселенная раскрывается как самодостаточная и неразрывная субстанция. Философскими символами противостояния мировоззрений древнерусского жречества и древнеегипетского жречества явились:

- русская тройка (образно представляет триединство материи - информации - меры),

         - египетская (греческая, римская, византийская) квадрига (упряжка из четырёх коней, символизирующих материю, энергию, пространство и время).

Победа древнеегипетского жречества над древнерусским была одержана лишь в силу того, что первые разработали долговременную сатанинскую стратегию покорения других стран и народов (глобализацию), которой у наших предков не было («Мера за Меру», 2004, № 42).

В этой связи КПЕ отмечает, что «каждый в меру своего понимания работает на себя, а в меру непонимания работает на того, кто понимает больше», и «наше благополучие зависит от того, как нами управляют» [3]. Она также утверждает, что если государственные органы уклоняются от выполнения управленческих функций, то тогда мы имеем дело со скрытой властью Глобального Предиктора («Мера за Меру», 2002, № 42).

С целью выхода из сложившейся кризисной управленческой ситуации предлагается разработать соответствующие учебно-медицинские методики, позволяющие повысить квалификацию управленческого корпуса с последующей переаттестацией его кадров с выдачей лицензией на право заниматься государственной деятельностью на основе их психодиагностики и знаний, полученных в области проблем ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ [27 - 32].

Ниже, на рис. 3 - 9 гипотетически представлены некоторые проблемные направления дальнейших научных изысканий в области урбанизационной безопасности, рассмотренные в аспекте КОБы («Мёртвая вода») в разделе «Тайна «основного вопроса философии» - ОТ БЕЗ-МЕРИЯ К БЕС-ПРЕДЕЛУ» (подробно см. «Мера за меру» 2004, № 42,).

 

Рис. 3. Вероятность (Рвыж) самосохранения национального социума в условиях открытой экономики стран с риском предпринимательской деятельности более Xкр (см. рис. 1) при различной значимости (долях) государственных рычагов управления народным хозяйством (Д)


 

Рис. 4. Расхождения («ножницы») в системе отношений «МАТЕРИЯ - ИНФОРМАЦИЯ - МЕРА»[11]

психических деформаций («ножницы» в системе отношений «МАТЕРИЯ - ИНФОРМАЦИЯ - МЕРА» в практической деятельности неизбежно приводят к результативному итогу, оцениваемому афоризмом: «Хотели как лучше, а получилось как всегда»)


Рис. 7. Тенденции развития возможных деформаций общественного сознания (искажение смысловых понятий и отношений между ними при отражении процессов объективной реальности проиллюстрированы следующими обозначениями: АО, БО, ВО,…- процессы «мира реального», А”, Б”, В”,.. - субъективное отражение объективной реальности в «мире вербальном», t - диапазон возможных мыслительных ошибок в исторический период времени «t»)